# Скрытое в прошлом

Хризолит

Старлайт и Санбёрст снова друзья и даже больше, чем это, но им всё ещё необходимо заново узнавать друг друга, а заодно открыть ещё несколько секретов из своего прошлого, чтобы они не мешали их будущему.

Предыдущее: https://stories.everypony.ru/story/11818/

Дальше: https://stories.everypony.ru/story/11838/

## Часть 1

То ли дело в выровнявшемся гормональном фоне, то ли в прибавившейся уверенности в себе, но выглядеть Санбёрст стал гораздо лучше и перестал производить впечатление забитого ботаника, хотя из них двоих Старлайт по-прежнему была ощутимо сильнее в магии.

— Я больше не могу-у, — прохныкал он, когда очередная порция чахлых искр вместо равномерного сияния сорвалась с его рога.

— Терпи, — монотонно ответила единорожка, жуя яблоко; голос её из-за этого звучал в нос. Она полусидела, прислонившись спиной к корзине с этими самыми яблоками. — Давай уже, ты полтора часа копаешься. Это ведь простое заклинание, мы с тобой десятки раз проговаривали механизм, и кое-где ты меня даже поправлял. Давай, у тебя получится.

Санбёрст, насупившись, посмотрел на яблоко. Его черенок был искривлён и после тех самых полутора часов уже напоминал единорогу скептически выгнутую бровь: «И это всё, на что ты способен, слабак?». Жеребец стиснул зубы в бессилии. Яблоко никак не желало превращаться в апельсин, а в ушах до сих пор стоял заливистый смех Старлайт: она при всём уважении и понимании не смогла сдержаться, когда Санбёрст, отчаявшись бегать и корячиться вокруг непокорного фрукта, состроил крайне напряжённую гримасу и попробовал применить заклинание, повиснув над яблоком вниз головой.

Единорог решил, что ещё одного такого унижения не переживёт. А оно непременно последует, потому что у него уже по второму кругу не было идей.

— Устроим спарринг? — выпалил он, резко повернувшись к Старлайт.

Кобылка меланхолично дожевала яблоко и со вздохом посмотрела на Санбёрста:

— В этом всё равно нет никакого смысла. Я же выиграю.

— Я выучил кое-что новое, — сделал попытку завлечь её Санбёрст.

— Смотри не покалечь меня, — насмешливо фыркнув, закатила глаза единорожка и легко поднялась на ноги. Она приняла боевую позицию. — Ты первый. Даю тебе фору.

Единорог с явным облегчением отвернулся от яблока. Ему необходимо было отвлечься.

Санбёрст расставил ноги пошире, приняв устойчивую позицию, и закрыл глаза. Его рог зажёгся быстро искажающимся светом: сначала сияние начало колебаться в обратном естественному направлении, а затем закрутилось, сделав магическую кость похожей на чудовищного вида сверло стоматолога. Оно по капле вытягивало магию из окружения: крохотные сгустки, формируясь прямо в воздухе, присоединялись к вращению и смешивалиь с золотой аурой.

Жеребец раскрыл глаза и силой воли метнул заряд… в пустое место. Там, где прежде стояла Старлайт, теперь никого не было. Санбёрст удивлённо вскинул брови, глядя, как заклинание быстро теряет силу и тает где-то вдали, так никуда и не попав.

В следующий момент единорог получил в правый бок удар магическим бумерангом, выбившим из лёгких весь воздух и подбросившим его над землёй. Очки слетели с носа жеребца и, описав дугу, исчезли из поля зрения. Не успел он опомниться и вдохнуть, как сверху его припечатала своим телом бледно-розовая кобылка. Судя по силе удара, лишившей Санбёрста желания вообще когда-нибудь вступать в схватки — по крайней мере, на ближайшие два дня — Старлайт перед этим скастовала заклинание прыжка и теперь воспользовалась жеребцом как подушкой.

— Урок восьмой, — сказала кобылка задыхающемуся от боли единорогу; глаза её зловеще блестели. — Никогда не упускай врага из виду.

Насмешливо похлопав Санбёрста копытом по щеке, она спрыгнула с него, помогла подняться и найти очки.

— Повезёт в следующий раз, — привычно обнадёжила единорога Старлайт. — А теперь возвращайся к яблоку.

Водворив стёкла в тонкой серо-голубой оправе на их законное место, единорог обречённо вздохнул.

* * *

Фзап.

Фзап.

Фзап.

Санбёрст лежал головой на столе, чисто машинально пуская в яблоко заклинание, бесполезно рассыпавшееся по блестящей кожуре.

Старлайт вышла из его дома, неся тарелку с фруктами и бутылку газировки с двумя стаканами, и поставила на стол рядом с жеребцом:

— Может, поешь? Когда я говорила «возвращайся к яблоку», я не имела в виду «оставайся около него до ночи». Правда, Санбёрст, я уже видела, как Принцесса Луна вышла на балкон.

Единорог мельком взглянул на небо. Оно плавно темнело по мере того, как луна горделиво возвышалась над землёй. Вздохнув, Санбёрст кивнул. Он поднял голову со стола, морщась, с суставным хрустом размялся и взял из тарелки грушу.

— Принцесса Селестия тоже здесь? — уточнил единорог и налил им обоим газировки.

— Конечно, — был ответ, — это ведь первая кристальная ярмарка после рождения Флёрри Харт. Ха, а вокруг этой малышки вечно очень много шума, да?

— Ага, — усмехнулся Санбёрст. — Она и в ближайшие семь лет будет первой звездой округи.

— Не семь, а двадцать, и не округи, а мира.

— Лорду Драконов откровенно наплевать на Эквестрию, — закатил глаза жеребец. — Так что с временным отрезком я соглашусь, а с географическим – нет.

— У драконов новый Лорд, ты разве не знал? — расширила глаза Старлайт.

Санбёрст пожал плечами, тоже удивившись:

— Тебе же известно: я нечасто выбираюсь из дома. Подожди, я что-то слышал об этом... драконица, да? У них так разве можно? Расскажи поподробней?

— О-о-о, у них, оказывается, можно всего столько же, сколько всего нельзя. Твайлайт занялась исследованием их культуры всерьёз. Скажем её страсти к исследованиям спасибо, теперь мы можем быть вместе на день больше, — улыбнулась кобылка. — Разумеется, расскажу, только апельсин передай, пожалуйста.

Не обратив внимания на тарелку с фруктами, единорог снова ударил магическим лучом в многострадальное яблоко. Оно подпрыгнуло в воздухе и, стукнувшись об стол, обросло апельсиновой кожурой и брызнуло соком. Санбёрст левитировал его к обалдевшей Старлайт, заинтересованный предстоящим рассказом и даже не заметивший своего достижения. В отличие от кобылки.

— Санбёрст, посмотри, у тебя получилось! — засмеялась единорожка и затопала копытами, аплодируя. Этот смех жеребцу слышать было приятнее.

— Поверить не могу, я его наконец-то домучил! — широко улыбнулся он, взъерошив копытом рыжую гриву.

Порадовавшись друг за друга — Старлайт и сама была рада перейти к следующему уроку — они вернулись к путешествию Спайка, Рэрити и Твайлайт Спаркл. По ходу рассказа единорожка неторопливо чистила апельсин, а потом отделила дольку и отправила себе в рот. Повествование резко прервалось.

— Санбёрст, — прошамкала единорожка. — Он со вкусом яблока.

Жеребец смущённо улыбнулся.

## Часть 2

— Хай, Санбёрст! — помахала копытом Рэйнбоу Дэш. Она первой заметила приближавшегося вместе со Старлайт жеребца.

За ней к приветствию — каждая в своей манере — присоединились остальные Хранительницы Элементов. Твайлайт дополнительно поприветствовала сидящую на голове жеребца и держащуюся обоими копытцами за его рог Флёрри: Принцесса Дружбы обожала маленькую проказницу, несмотря на переполох, что та устроила в день своего рождения. Единорог услужливо наклонился, чтобы фиолетовая кобылка смогла поцеловать бледно-розовую.

— Старлайт, дорогуша, теперь ты, — кивнула на голову Санбёрста Рэрити. Старлайт немного озадачилась, но тоже потянулась губами к пухлой щёчке жеребёнка — под сдержанный смех белой единорожки. — Нет-нет-нет, я вовсе не Флёрри имела в виду!

Единорожка вспыхнула и нервно засмеялась, отстраняясь от жеребца:

— Ну ты даёшь, конечно, Рэрити…

Санбёрст, скрыв лёгкое удивление, следил за ней взглядом до тех пор, пока Флёрри не заехала задним копытцем ему в глаз.

Остальные это недоразумение решили забыть и с головой окунуться в праздник. Подруги чуть было не поссорились, шумно обсуждая, куда им нужно пойти в первую очередь — разумеется, предлагались совершенно разные места в разной части ярмарки без надежды договориться, и никто не хотел, чтобы его место было посещено остальными самым последним.

— Э-э-эй, — весело протянула Пинки Пай, смотря на не участвующих в споре Старлайт и Санбёрста. Розоватая единорожка почему-то напряглась и снова малюсеньким шажком отодвинулась от жеребца. — У нас тут есть два сильных мага, давайте попросим их раздвоить каждую из нас, чтобы никому не было обидно?!

Старлайт Глиммер скрыла вздох облегчения.

— А что толку? — ответил Санбёрст. — Вы тут ругаетесь, а ваши клоны ещё и передерутся. Во имя Эквестрии, где Твайлайт? Она бы что-нибудь придумала.

— Заклинание раздвоения?

— Успокойся, Пинки. Старлайт…

— А? — встрепенулась единорожка и посмотрела на жеребца. В его глазах была мрачноватая серьёзность.

— Пойдём. Поищем Твайлайт, она наверняка где-то рядом.

Рэрити, на секунду оторвавшись от спора, мельком взглянула на них и томно вздохнула, а потом снова нырнула в обсуждение, как в водопад, рьяно отстаивая своё право повести всех к тем головным уборам, которые она плела тут в прошлый раз.

* * *

Мимо медленно плыли яркие, цветастые палатки, и судя по тому, какой неторопливый темп задал единорог, кобылка поняла, что найти Принцессу Дружбы для него — просто бонусная задача.

— Что такое? — мягко, но решительно поинтересовался Санбёрст, когда они отошли. Старлайт спрятала глаза.

— О чём ты?

— Ты знаешь, о чём. Ты сама не своя, молчишь всё время и… даже не пошутила ни разу. Что-то случилось? — он сделал попытку на ходу прижаться к ней боком. Они оба всё время стремились как-либо коснуться друг друга, чтобы быть не просто рядом, а вместе, единым целым. И Старлайт, не терпящая излишней сентиментальности и нежности, даже таяла от удовольствия, когда они лежали перед камином Санбёрста, закутавшись в одно полуторное одеяло и переплетясь так тесно, как только могла позволить им природа.

Но на этот раз она отстранилась, только почуяв намерение единорога.

— Вот, снова. — Санбёрст указал взглядом на воображаемую линию между ними, в которой должны были мягко встретиться их тела секунду назад. — Что-то не так? Ты обиделась на меня?

— Нет, нет, всё хорошо… — пробормотала Старлайт. — Я… не рассказала им о нас.

Жеребец на несколько секунд впал в ступор и даже остановился. Не заметившая этого единорожка продолжила идти. Несколько раз хлопнув ртом, Санбёрст в пару прыжков нагнал её и уточнил:

— П-погоди, как понять? Ты… стыдишься меня?

— Что? — едва ли не ужаснулась Старлайт. — О Селестия, нет, что ты, нет!

— Тогда в чём же дело?

— Ведь… ты — кристальник для самой Принцессы Флёрри Харт, а я…

— Во-первых, официально она ещё не коронована, — сухо перебил Санбёрст. — Во-вторых, тебя моё положение никогда не смущало, да оно, по сути, и не значит ничего такого. В-третьих, с твоим мы уже разобрались и выяснили, что ты не та пони, какой была, и повторять это не собираешься. Похоже на простую отговорку, какова истинная причина? Скажи мне.

— Я боюсь, что Твайлайт подумает, будто я недостаточно серьёзно отношусь к её урокам.

Единорог долго всматривался в лицо Старлайт, но не увидел на нём ни следа фальши.

— Это всё равно бред какой-то, — вслух усмехнулся он.

— Вместо того, чтобы изучать магию дружбы, мы с тобой спим друг с…

— Тише! — заткнул ей рот копытом Санбёрст и кивнул на спящую у него на голове аликорночку. — Не при Флёрри.

— Чего? — отстранила его копыто единорожка. — Она же маленькая, не понимает ничего, да и спит к тому же.

— Я не знаю, как там у аликорнов с памятью, поэтому рисковать мне не хочется, — поправил очки жеребец.

— Вот! Вот видишь, мне тоже! — почти отчаянно сказала Старлайт. — Вдруг она разочаруется во мне, и я больше никогда тебя не увижу? — на этих словах голос единорожки упал.

— Ну, уж это звучит совсем безумно, — Санбёрст обнял кобылку обоими копытами; она не сопротивлялась. — Давай так: если она действительно тебя прогонит, я тебя не брошу. Но она не прогонит тебя, потому что, уверен, она уже и так всё знает, иначе зачем ей предоставлять тебе ещё один день на меня?

— …Знает? — медленно подняла глаза Старлайт.

— Знает, — повторил единорог, кивнув. — По крайней мере, я так думаю. Раз уж знает Кейденс, то…

— Кейденс знает?

— А почему, ты думаешь, я приехал к тебе тогда? — лицо кобылки тронуло разочарование, и Санбёрст поспешил добавить: — Я был растерян и рассказал ей всё, и она уверила меня, что мои страхи надуманны. Прямо как я с тобой сейчас, а? — он слабо, почти деликатно тряхнул Старлайт, и та улыбнулась. — Не знаю насчёт болтливости королевских особ, но, уверен, если Кейденс знает, Твайлайт может знать тоже. Или, по крайней мере, весьма не смутно догадываться. В конце концов, Старлайт, она ведь взрослая пони. Могу ошибаться, но ханжой тоже, вроде, не слывёт. Так что… выше нос, ничего не бойся.

— Ты правда так считаешь? — тон голоса единорожки уже не был таким подавленным и сокрушённым, в него закралась надежда.

— Да. — Санбёрст озорно улыбнулся. — Конечно, если тебя эта ситуация так возбуждает, мы можем скрываться и дальше.

— Флёрри же слышит? — прижала уши Старлайт.

— Я готов кое-чем поступиться ради тебя, — подмигнул жеребец. — А ты? Обещаешь поговорить с Твайлайт? Просто чтобы не мучиться от необоснованных опасений.

— Угу, — улыбаясь, кивнула единорожка и крепче обняла Санбёрста. – Ох, даже не знаю, за какие заслуги судьба дала мне тебя.

— М? Это ты про что?

— Ты такой положительный, такой… идеальный… Я не знаю, что ты во мне нашёл.

— Не говори так, — попросил единорог, отчего-то напрягшись. — Я люблю тебя — вот и всё.

Они сломали объятья. Отрывались друг от друга неохотно, как пара сросшихся близнецов, но им по-прежнему нужно было искать Твайлайт.

— Ал-ля, — сонно сказала Флёрри. Единорог поднял на неё глаза и, увидев оттопыренное копытце, проследил за его направлением.

— О, молодец, ты её нашла, — шире улыбнулся Санбёрст, глядя на разговаривающую невдалеке с каким-то торговцем фиолетовую кобылку. Старлайт улыбнулась тоже: её порой умиляло то, что жеребец относится к агукающему жеребёнку как к взрослому, всерьёз воспринимая её утверждения, которые, впрочем, и сам не мог разобрать. А, может, мог, просто скрывал.

Единорожка направилась к своей наставнице, но на середине шага обернулась на жеребца и с некоторой долей тревожности в голосе сказала:

— Я поговорю с ней, но позже. Не здесь. Ладно?

Санбёрст согласно кивнул. Напряжение исчезло из позы Старлайт, и она, перейдя на рысь, продолжила движение.

## Часть 3

Когда Твайлайт подоспела к подругам, они уже кое-как разрешили свой спор, хотя Рэйнбоу Дэш по-прежнему самым активным образом предлагала решить этот вопрос на турнире. Её хитрость сработала: между ней и Эпплджек загорелось то самое соревновательное пламя.

— Ну, что вы решили? — улыбаясь, прервала их дружескую перепалку Принцесса Дружбы и подняла копыто вверх. На него тут же охотничьим соколом порхнула с головы Санбёрста Флёрри Харт.

— Компромисс, — мягко ответила Флаттершай. — Мы идём к гадалке.

— К гадалке? — удивлённо моргнула Твайлайт.

— Они идут к гадалке, — опершись локтём на голову Эпплджек, обратила внимание радужногривая и той же передней ногой взъерошила соломенную чёлку. — А вот я собираюсь надрать круп ЭйДжей.

— Эт ещё кто кому надерёт, дохлятина с крылышками! — беззлобно отозвалась фермерша и под видом дружеского тычка в плечо отпихнула от себя пегаску.

— А ты разве не идёшь? — посмотрел на неё Санбёрст. — Я слышал, что вы, земные пони, достаточно суеверны. …Без обид, если что.

— Порядок, сахарок, — успокоила его Эпплджек. – Да, водится за нами такое, но я своё будущее знаю: буду хлебать имперский нектар за счёт одной выскочки.

— Это ещё кто кого будет угощать, — проворчала Рэйнбоу, и две кобылки, продолжая спорить, ушли в сторону арены.

— Они не подерутся? — обеспокоился Санбёрст, провожая их взглядом.

— Эпплджек и Рэйнбоу Дэш? Нет, они же друзья, — ответила Флаттершай.

— Вообще-то, подерутся! Прямо сейчас! — жизнерадостно поправила её Пинки Пай.

— Да, ты права, — виновато прижала уши жёлтая пегаска и поёжилась при воспоминании. — Конечно, это игра, но Рэйнбоу бьёт… оч-чень сильно… — заволновавшись, она стала грызть своё копыто и шагнула вперёд, намереваясь догнать подруг и отговорить их от этой затеи.

Однако Рэрити мягко остановила её:

— Не нужно, дорогая, всё хорошо. Эпплджек — крепкая пони, ей всё нипочём.

— Я бы больше беспокоился за Рэйнбоу Дэш, в этой драке у неё шансов нет, — вставил Санбёрст.

— В этой — возможно, — подтвердила Твайлайт, не отрываясь от висящих в воздухе перед ней карт местности и пытаясь то одну, то другую уберечь от любопытного телекинеза радостно повизгивающей Флёрри. — Потому, что это просто состязание. В серьёзном бою Рэйнбоу сомнёт Эпплджек, и если это будет длиться больше тридцати секунд — то только потому, что Дэш захочет повыделываться и впечатлить толпу.

— Как это? — не поверила Старлайт. — Эпплджек ведь земная пони, она сильнее и…

— Это не важно, — мотнула головой Пинки Пай. — Важно то, что Рэйнбоу Дэш училась драться, а Эпплджек – нет. Представляешь, даже Дрожь Земли не захотела взять!

— А ты сама драться умеешь? — с уважением спросил жеребец. — Говоришь об этом как о чём-то само собой разумеющемся.

— Не-а, — легко ответила розовая земнопони, но Санбёрст услышал лишь очертания её ответа, прислушавшись к тихому бормотанию Старлайт:

— Не думаю, что боевые умения нужны той, которая материализует целую пушку из воздуха.

— А ты? — вернула его внимание себе Пинки Пай. – Ты, наверное, дерёшься просто зашибенски.

Санбёрст покраснел и нервно посмеялся, почёсывая копытом загривок и сбиваясь со счёту в попытках мысленно прокрутить все свои поражения.

— Да как тебе сказать…

— И вправду, Старлайт, — двусмысленно посмотрела на единорожку Рэрити, — кто из вас сильнее?

Настала очередь Старлайт Глиммер смущаться. Вопрос прозвучал скорее как «кто из вас чаще сверху?».

— Ох… как-то одинаково, наверное, — кривовато улыбнулась в ответ кобылка.

Белая фэшионистка удовлетворённо и протяжно мурлыкнула, окончательно заставив Старлайт залиться краской. «Она определённо что-то знает», — подумала единорожка, отворачиваясь так, чтобы чёлка закрыла её лицо.

— Мы, кажется, собирались к гадалке? — как бы невзначай сказала Твайлайт после паузы. Старлайт почувствовала себя так, будто наставница спасает её от неловкости и отвлекает других этим вопросом.

— Да, и вправду, — спохватилась Флаттершай. — Эм… Ты веришь в гадания, Старлайт?

— Не особенно, — призналась единорожка. — А вы?

Санбёрст явно не верил или не интересовался, судя по тому, что повернул голову в другую сторону и на что-то пристально смотрел.

— Вы идите, — сказал он в спины кобылкам, —, а я… куплю чего-нибудь перекусить.

Получив вежливый кивок от Флаттершай, единорог суетливой рысью, стараясь остаться незамеченным, двинулся в совершенно другую сторону.

## Часть 4

— Да зуб даю: они могут давать драгоценности, ты посмотри на их тела!

— Да? И каким образом? Прикажешь молоточком и долотом по ним постучать?

— Гы-гы, а это идея!

Три жеребца, два единорога и один земной пони, расхохотались. Идущая впереди них кристальная кобылка, переливаясь гранями, ускорила шаг. Шпионящий позади всех маг-недоучка недовольно нахмурился. Он уже хотел было подать голос, но тут земной пони резко подался вперёд, обежал незнакомку и с выдающим его невысокое социальное положение:

— О-оп, — боком толкнул кобылку в неудобный, вытянутый, но всё равно тесный переулок. Единороги, посмеиваясь, пошли за ним. Земной пони пока ещё не знал, что их было на одного больше, чем раньше.

— Ну как, крошка, умеешь ты давать самоцветики? — поинтересовался один из единорогов, с бледно-зелёной гривой и насыщенно-синим, почти индиговым телом — совершенно нереальное, болезненное для глаз сочетание. Компания окружила кобылку полукругом, вынуждая пятиться к стене.

Она сначала поддалась их напору, но через пару секунд решительно нахмурилась и посеменила вперёд, чеканя копытами сухую вытоптанную землю.

— Пропустите, — требовательно буркнула кобылка; ответом ей был смех и сильный толчок плечом, вернувший её на прежнее место.

— Видимо, не умеешь. Тогда давай свой кошелёк.

— Вы действительно запугиваете кобыл за деньги? — подал голос Санбёрст, подходя ближе.

— Без денег мы, к твоему сведению, ничего не сможем купить, — обернулся на него земной пони, оскалившись. — А ты чего тут делаешь, козёл? Пободаться захотелось?

Единорог пропустил оскорбление мимо ушей и прошёл между одним из жеребцов и стеной, создавая таким образом безопасный в какой-то мере проход.

— Всё в порядке, иди, — ободряюще сказал он кристальной пони. Та благодарно кивнула и, нервно сглотнув, прошмыгнула на свободу, не сводя глаз с трёх пони, ранее хотевших её ограбить. Их внимание было приковано к Санбёрсту, нагло и спокойно отбившему добычу.

Земной пони болезненно толкнул единорога головой в грудь, далеко не так деликатно отправляя на то место, где секунду назад стояла кобылка.

— Брось его, беги за этой! — скомандовал другой единорог, с лохматыми волосами двух цветов. Короткий и гневный рык служил ему отказом, и теперь жеребцы окружили Санбёрста.

Он как-то поздновато понял, что проигрывал даже одной Старлайт — не то, что троим жеребцам.

* * *

— Что-о-о-о?! — возмутилась до глубины души Рэрити, и по подрагивающим шерстинкам у неё на спине стало понятно, что она удерживает себя от того, чтобы запрыгнуть на стол, смяв причудливый цветок карт гадалки. — Как это — «я не выйду замуж за Принца»?! Ты что, смеёшься?!

— Милочка, мои глаза сказали то же самое, твои копыта сказали то же самое, мои руны сказали то же самое, теперь и мои карты сказали то же самое! — обречённо закатила глаза зебра и откинулась на спинку стула, звякнув многочисленными серьгами в ушах и браслетами. — И каждый раз ты тоже говоришь то же самое!

— В самом деле, Рэрити, — осторожно подошла ближе Флаттершай; она единственная по доброте душевной всерьёз сочувствовала единорожке, в отличие от других подруг, фыркающих и хихикающих у стены шатра в попытке сдержать смех. — Тебе ведь не понравился Принц Блюблад, зачем…

— Ох, ну не все же Принцы такие, как Блюблад! — кипя от досады, перебила её единорожка.

— М… мо… может… может, тебе стоит узнать, за кого ты выйдешь замуж? — предложила жёлтая пегасочка и намного тише добавила: — Просто мы тоже хотим узнать своё будущее, если ты не против…

— Сдаётся мне, если сейчас гадалка скажет ей, что она вообще не выйдет замуж, будущее этой зебры смогу предсказать даже я, — шепнула Твайлайт своей ученице. Старлайт тут же отреагировала.

— О-о-го, — посмеиваясь, мягко оттащила она Рэрити от стола. Единорожка на ходу попыталась придумать предлог, маскируя затянувшуюся паузу глубокомысленным мычанием. — Я совсем забыла тебе рассказать о распродаже фирменных кристальных пончо!

— Кристальные пончо? — восхищённо переспросила белая кобылка. — Те самые легендарные пончо, сделанные из шерсти кристальных овец и подобно кристаллам переливающиеся на солнце?! Как ты могла забыть! — и Рэрити, обняв Старлайт, пошагала прочь, забыв про зебру.

— Мы у тебя в долгу, — радостно шепнула Пинки Пай.

— И гадалка тоже, — иронично заметила Твайлайт, когда края шатра сомкнулись за двумя единорожками. Однако довольная улыбка исчезла с лица аликорницы, когда она увидела, что Пинки Пай прыгает на место Рэрити в ожидании своего расклада. — Ой-ой. Это не кончится хорошо.

Белая единорожка, успокоенная заверением бледно-розовой, что та нагонит её, почти убежала в сторону торговых рядов. Старлайт усмехнулась и карикатурным движением стряхнула пот со лба, случайно стукнув кого-то передней ногой. Она повернулась, чтобы извиниться, но, встретив испуганно-затравленный взгляд кристальной кобылки.

— Я видела Вас с таким жеребцом… рыжим, — активно жестикулируя и показывая у своего подбородка что-то похожее на бороду, выдохнула та. — Он там… в переулке… трое…

Не дослушав, Старлайт с колотящимся сердцем бросилась бежать в указанном направлении.

* * *

В переулке почти по классике жанра стояла пара мусорных баков, но эти годящиеся для боя предметы имеют досадное свойство заканчиваться. Как только телекинез Санбёрста метнул в одного из нападающих последний железный снаряд, жеребец оказался в совершенно беспомощном положении.

Земной пони сделал попытку ударить его копытом в лицо, но был ослеплён золотой вспышкой и ненадолго выбыл из схватки, катаясь по земле и с криком растирая глаза. Затем Санбёрст телекинезом столкнул лбами двух единорогов, что, учитывая наличие у них рогов, ни одному не обошлось дёшево. Маг-недоучка обволок себя собственной аурой и начал подниматься вверх, намереваясь перелететь через крышу и спастись.

Он обернулся на своих противников. Земной пони перестал кататься и принял устойчивую позицию, навевающую ассоциации с каким-то боевым искусством; его моргание всё ещё было частым, сильным и явно болезненным, но он определённо начал прислушиваться, копытами пружиня на земле и словно ловя вибрации. Санбёрст успел самодовольно ухмыльнуться, прежде чем вспомнил, что единороги по-прежнему были зрячими и могли послужить глазами ослеплённому товарищу.

— Хайд Шок, этот гад здесь, пытается уйти по воздуху, по центру стены! — заорал один из них.

Земной пони развернулся на передних копытах и задними лягнул так кстати подкатившийся к нему мусорный бак. Санбёрст за долю секунды до столкновения с собственным снарядом понял, что не он один здесь может метать объекты, и, более того, кто-то даже может дать ему в этом фору.

Мусорный бак с грохотом впечатал его в стену; заклинание левитации развеялось. Раньше, чем Санбёрст коснулся земли, на его тело посыпались удары копытами: единороги не собирались выказывать благородство, позволяя ему подняться, раз начали бить, даже не позволив упасть.

Теперь поза, принятая Санбёрстом, вообще никак не могла назваться атакующей: он свернулся в клубок и накрыл голову копытами, пытаясь защитить наиболее уязвимые места. Новый удар уже третьей парой копыт — от которого затрещали кости, а из горла вылетел полноценный крик, возвестил избиваемого жеребца о том, что в строй вернулся земной пони.

Внезапно рыжегривый единорог уловил какой-то короткий, но очень стремительно нарастающий гул — и в следующее мгновение удары прекратились, а узкий закуток огласился сдавленными криками и тройным звуком столкновения тела со стеной.

Санбёрст поднял голову и увидел Старлайт, стоящую на выходе из тупика; её ноздри гневно раздувались, воздух вокруг раскалённого рога свистел от напряжения, а глаза освещались небывалой яростью. Кобылка подбежала к Санбёрсту и закрыла его собой.

Трое нападающих поднялись и уже собирались было кинуть какую-то остроту, но тут единорожка повторила заклинание. Жеребцы снова оказались отшвырнуты — в совершенно другую сторону, почти к выходу, но не менее болезненным образом. Один из единорогов застрял рогатой головой в многострадальном погнутом мусорном баке.

— Что, уроды, не все кобылы — курицы? — угрожающе прорычала Старлайт, воинственно прижимая уши и роя копытом землю. Такою Санбёрст её ещё не видел: даже шерсть единорожки топорщилась, вставала дыбом от бешенства. Она сполна высвободила свою тёмную сторону и собиралась сокрушить ею каждого, кто осмелился навредить тому, кого она любит.

Единороги прислушались к голосу разума и ретировались, но земные пони каждому известны своим упрямством. Хайд Шок бросился вперёд, разгоняясь. Когда Старлайт с рычанием высвободила из своего рога новую сокрушительную волну, он прыгнул, завертелся в воздухе штопором… и прошёл сквозь неё, даже не замедлившись!

Теперь Санбёрст точно был уверен, что земной пони владеет каким-то боевым искусством, способным даже игнорировать магию. Старлайт растерянно вскрикнула; весь её запал исчез от удивления. Она судорожно отступила назад, споткнувшись о защищаемого жеребца, и это словно пробудило его.

Единорог осознал ситуацию. Земной пони, выстоявший против заклинания, одной вспышкой раскидавшего сразу троих, летит прямо на Старлайт. Какой силы будет удар с такого разгона?

Уж точно не такой, какая вдруг взревела в Санбёрсте и с какой он вскочил на все четыре на ноги, бросаясь вперёд, через Старлайт.

…Атаковавшего земнопони снесло в обратную сторону ревущим золотым огнём. С тошнотворным звуком он проехался по земле и, крича, принялся кататься, пытаясь погасить охватившее его грудь и передние ноги магическое пламя. Единорожка, сама испугавшаяся такого, прижалась к земле в инстинктивной попытке сделаться ещё меньше — и тут её полностью накрыл Санбёрст, закрывая и защищая своим телом. Старлайт посмотрела вверх, на его лицо, и у неё перехватило дыхание.

Воля и решительность, веявшие от единорога, переплетались с неописуемой, восхитительной яростью. Кобылка не находила в себе сил поверить, что способен так ненавидеть тот, кто пару минут назад валялся у стены, не пытаясь противостоять нападавшим и покорно снося каждый удар.

«Как?» — мысленно выдохнула она, не в силах оторвать взгляд. Санбёрст шумно дышал, при каждом вдохе морщась от боли в отбитых рёбрах, но не переставал с явным злорадством следить за мучениями Хайд Шока. Земной пони, кое-как сбив пламя, мельком взглянул на единорога с нескрываемым ужасом и, даже не поднявшись на все четыре ноги, принялся улепётывать изо всех сил. Санбёрст коротко рыкнул и рванулся за ним.

«Убьёт!» — с ужасом поняла Старлайт и отчаянно позвала жеребца по имени. Он остановился, обернулся на неё — от его фигуры и выражения лица веяло дикостью; на секунду кобылка побоялась, что он не узнает её и бросится терзать земного пони своими зубами.

Но вместо этого он медленно повернулся к Хайд Шоку и голосом, от которого вся кожа единорожки покрылась мурашками, утробно пророкотал:

— У-би-рай-ся…

Рвано вскрикнув, земной жеребец поднялся на все четыре копыта и бросился бежать, сверкая обгоревшим боком.

Он скрылся. Санбёрст ещё несколько секунд стоял неподвижно, а потом вдруг пошатнулся на копытах, как от сильного ветра. От прежней мощи не осталось и следа; напротив, сейчас жеребец казался даже беспомощнее, чем обычно. Это отрезвило Старлайт, заставив подняться и подойти ближе — пусть и с явным опасением, неуверенно, осторожно.

Единорог медленно повернулся к ней. Теперь в его движениях не было абсолютно ничего пугающего. Сделав несколько нетвёрдых, шатких шагов, жеребец упал в раскрытые объятья Старлайт и спрятал лицо у неё на плече. «Что это было?» — всё ещё ошарашенная, думала единорожка, поглаживая копытом огненную гриву Санбёрста.

## Часть 5

— Это и было то заклинание, которое ты выучил? — тупо прокручивая в голове вчерашний день, спросила Старлайт Глиммер. Единорог отрицательно покачал головой, и по груди кобылки, щиплясь, что-то щекотно потекло. Она осторожно отодвинула Санбёрста и, присмотревшись, ахнула. — О Селестия, у тебя кровь! Пошли в больницу…

— Нет, — прервал её жеребец, так крепко схватив копытом за плечо, что причинил боль. Он тут же отпустил единорожку, поняв, что перестарался. — Это ерунда. Не надо.

Кобылке остро захотелось отругать его за всё произошедшее, но она прикусила язык: ей и так слишком часто казалось, что она играет для Санбёрста роль матери, уговаривающей и отговаривающей, и не сказать, чтобы её это устраивало. «Если он начал вести себя как жеребец, — медленно подумала кобылка, — то не надо ему мешать, даже если мне за него страшно».

Старлайт Глиммер уцепилась за эту мысль и тщательно, вдумчиво выстроила логическую цепочку. Обнаружив провал, в котором не хватало звена, кобылка заглянула Санбёрсту в лицо. Он копытом вытирал текущую из рассечённой брови кровь, беззвучно морщась: видимо, плечо ему тоже отбили.

— Почему ты всегда проигрывал мне? — спросила Старлайт. — И почему не побил их сразу, умея кастовать такое заклинание?

— Потому что.

Единорожка озадачилась, услышав от обычно конкретного и плохо скрывающего что-либо жеребца такой ответ.

— Прости, что?

— Не важно.

— Санбёрст!

Он вздрогнул от повышения голоса, но упрямо отмолчался. Старлайт, уже всерьёз обеспокоившись, почти легла на землю, чтобы быть на одном уровне с ним.

— Пожалуйста, — надломленным голосом попросила единорожка. О чём? Не знала сама.

Единорог молчал долго: кобылка почти поверила, что он и впрямь ничего не скажет. Но вдруг он плавно, чтобы не причинить себе лишней боли, выпрямился и положил копыта ей на плечи.

— Не лежи на голой земле, — попросил Санбёрст, поднимая Старлайт. — Простудишься.

Кобылка послушно села и аккуратно обняла единорога, уже смирившись с тем, что её любопытство останется неудовлетворённым.

— Как я могу причинить тебе вред? — прошептал единорог, поглаживая кобылку копытами по спине, расчёсывая её всё ещё взъерошенную гриву. — Как я могу вообще обидеть тебя? Если с тобой что-нибудь случится, я не переживу этого.

Старлайт верила. Всем сердцем верила. Потому что как можно усомниться в словах того, кто каждой выдавшейся ночью держит её в объятьях, ласково целуя в шею после нескольких ярких оргазмов подряд, прикасается к её коже самыми кончиками копыт, как к драгоценной реликвии, как к прекрасному и хрупкому божеству. Он и с самой Принцессой не обращался бы бережно, никакую другую кобылу не любил бы так нежно. Старлайт верила.

— А… они? Почему тогда… с ними… — глотая застрявшие в горле слёзы и крепче обнимая жеребца, шептала единорожка. Она позабыла о травмах Санбёрста и остановилась только когда он, не сумев сдержаться, болезненно зашипел.

— Они бы причинили тебе вред, — намного твёрже произнёс единорог, и в его голосе звучало эхо той жестокости, что так поразила Старлайт Глиммер. — Я не мог этого допустить. Не мог.

— Но позволял им избивать себя! — теперь настала очередь кобылки злиться. Она заглянула Санбёрсту в лицо и встретила стальную маску, за которой прятался страх. Это её не остановило. Кобылка не могла понять столь глупого поведения. — Как ты мог давать…

Требовательным движением жеребец закрыл её губы копытом и отвёл взгляд. Старлайт медленно отодвинула его переднюю ногу от своего лица, широко раскрытыми глазами вглядываясь в лицо Санбёрста.

— Что это? Что это за выражение? — растерянно проронила она. — Это… стыд? Тебе стыдно? .. — Санбёрст молчал. — Почему тебе стыдно? — единорожка прошептала почти испуганно. Она беспорядочно, суетливо гладила лицо жеребца копытами, умоляя его раскрыться. — Прошу тебя, пожалуйста, как я узнаю, что тебя тревожит, если ты будешь молчать?

Санбёрст полными боли глазами посмотрел на неё.

— Ты помнишь, как я получил свою кьютимарку? — Старлайт кивнула, проигнорировав укол в застарелую, почти зажившую рану. – Нет, ты помнишь неправильно. Посмотри на это с другой стороны.

«С какой другой?» — не понимала единорожка. Она честно попыталась это сделать, но годы обдумывания и ежедневного вспоминания сделали своё дело: Старлайт видела это по тому сценарию, который запомнила и вдолбила себе в голову.

— Я не могу, — обречённо призналась кобылка, чувствуя себя так, будто теряет последнюю подсказку.

Санбёрст копытом поднял её голову за подбородок.

— Это был первый и единственный раз, когда моя магия была сильнее твоей.

Старлайт Глиммер широко распахнула глаза. Давно сложившаяся мозаика начала перестраиваться, перекладываться, образуя новые узоры, открывая ситуацию под новыми углами.

— Тебя вот-вот должно было завалить огромной кучей книг. Уголки некоторых из них были обиты железом. Один удар по виску — и проблемы на долгие годы тебе были обеспечены. Даже если не так, все эти книги весили слишком много для тебя. Конечно, все эти выводы я сформировал относительно недавно. В тот момент я думал только о том, как спасти тебя, и в этом стремлении перешагнул порог собственных сил.

Из глаз единорожки тихо выкатились слёзы. Несмотря на всё время, проведённое с Санбёрстом, она почувствовала, что впервые приблизилась к истинному пониманию этого пони.

— И подобно тому, как я слишком поздно проанализировал ситуацию, в тот момент я не мог сделать всех выводов. Я был жеребёнком и видел лишь одно: свою свежеобретённую метку. Хотя, конечно же, не одно — я понимал, что кьютимарка откроет мне дорогу в будущее, в то будущее, о котором я грезил. От радости я совершенно забыл о том… той, благодаря кому эта дорога откроется. Меня приняли в магическую школу, и я практически ничего не мог там сделать. Дело уже шло к отчислению; я был в отчаянии. И тогда произошёл… форс-мажор.

Единорог надолго замолчал. Он то сжимал Старлайт в объятьях, то ненадолго выпускал, а затем снова притискивал к себе. Кобылка слышала, как лихорадочно стучит его сердце, и поняла, что рассказывать об этом инциденте, каким бы он ни был, будет уже слишком для Санбёрста.

— И что было после него? — мягко подбодрила единорожка.

— Когда… уже не осталось никаких шансов на самопроизвольное разрешение, я применил заклинание, которое знал в совершенстве — я многое знал в совершенстве в теории. Я не думал о том, получится или нет — просто сделал. И это оказалось настолько мощно, что… не только устранило угрозу, но и зацепило стоящих рядом учеников.

Санбёрст закрыл глаза и запрокинул голову, словно тонул и тянулся за глотком воздуха. «Может быть, маг из тебя куда сильнее, чем ты думаешь», — вспомнила Старлайт слова Селестии. Ещё один кусочек головоломки встал на место.

— И ты решил скрывать свои способности? — прошептала единорожка.

— Нет. Не скрывать, а подавлять, но… мне в этом очень помогли. Конечно, мой вылет из школы одарённых единорогов был отсрочен, но ненадолго: учителя не могли каждый раз организовывать экстремальные ситуации, чтобы заставить меня связать их с эпизодом получения кьютимарки и побудить рог работать на максимум. Я не бросил учёбу, стал самостоятельно зубрить заклинания… мне по-прежнему хотелось стать магом! Но вместе с этим я научился быть максимально осторожным. Я каждый раз боялся, что мои силы снова выйдут из-под контроля, и…

— …и подобно тому, как я годами вбивала себе в голову идею виновности кьютимарок в разрушении нашей дружбы, ты прививал себе мысль о невозможности причинения вреда кому бы то ни было, чтобы снова никого не покалечить, — закончила за него Старлайт и получила кивок и удивлённо-восхищённый взгляд. — Но что насчёт безобидных заклинаний, почему у тебя не выходили они?

Санбёрст тяжело вздохнул и пригладил копытом бородку.

— Заклинанием, которое я использовал в тот раз в школе, обычные пони зажигают свечу. У меня же оно рвануло, как инферно.

Старлайт немного помолчала.

— А лечебные заклинания ты знаешь?

— Знаю несколько, — немного хмуро ответил жеребец.

— Тогда вылечи себя.

— Что?

— Вылечи себя. Залечи свои раны. Ты не хочешь идти в больницу, но оставлять всё это таким образом нельзя. — Старлайт, как и ожидала, встретила в глазах единорога страх. — Ну же, простая регенерация. Ты не сделаешь себе хуже. Я верю, что ты всё сделаешь как надо, потому что… — единорожка обняла его так крепко и тесно, как было возможно. — Потому что побоишься зацепить меня.

Санбёрст замер, шумно и глубоко дыша. Его ужас был практически осязаем.

— Раньше ты, желая спасти меня, увеличивал мощность заклинаний до максимума, — непреклонно, но ласково продолжала кобылка. — Теперь ты должен будешь контролировать их, делать всё так, как нужно.

— Стар-лайт, я не смог-гу, я…

— Ты не сможешь причинить мне вред, сам же сказал. Попробуй. Пожалуйста. Я верю тебе. Я люблю тебя.

Единорог кое-как унял дыхание и нерешительно засветил рог. Старлайт не ослабляла объятий, открыто, доверчиво глядя ему в глаза. Санбёрст усилием воли собрался и начал творить заклинание.

Осторожно. Не выходя за границы. Ровно с той силой, которая требуется. Не давать угасать, чтобы не начинать сначала. Не давать раздуваться, чтобы не задеть Старлайт. Помнить о том, что это безопасно, чтобы не превратить заклинание в нечто другое. Помнить о том, что это тонко, чтобы не получить обратный эффект.

На лбу единорога выступили бисеринки пота от усердия. Воздух звенел от напряжения жеребца, но смягчался и затихал, наталкиваясь на веру кобылки.

Санбёрст дрожащими передними ногами обнял Старлайт, с облегчением осязая её кожу.

Боль ушла.

## Часть 6

— Эт… это… э-э-это…

Надгубье гадалки дёргалось, как начало тика.

— Это что ещё за фигня?! – заорала она на вытянутую из колоды карту.

— Чимичанга, — весело ответила Пинки Пай, даже не заглядывая в предмет истерики зебры.

Та развернула карту рубашкой к себе, показывая её остальным. И впрямь, на карте находилось схематичное изображение названного блюда. Вернувшиеся только что Рэйнбоу Дэш и Эпплджек, изрядно потрёпанные после стычки, заржали в голос, даже не вникая в ситуацию.

— В моей колоде, — прорычала полосатая кобыла почти угрожающе, — не было никаких чимичанг! Кому вообще нужны чимичанги в колоде?! Вон отсюда! Вон!

— Как-то не удалось узнать своё будущее, — пробормотала Флаттершай, когда компания друзей покинула шатёр.

— Ага, жалко, гадалка-то хорошая, — согласилась Пинки Пай, держа в копыте аппетитно выглядящую чимичангу и откусывая от неё большой кусок.

«Лучше не думать, где она её взяла», — подумала Твайлайт и, поморщившись, тряхнула головой. Она увидела Рэрити, плетущуюся обратно.

— Поверить не могу, — жалобно сообщила единорожка, чуть не хныча, — я опоздала. Там не осталось ни единого пончо. Ещё и Старлайт где-то потеряла в суматохе…

— А Санбёрста с вами не было? – поинтересовалась розовая земнопони, высасывая начинку из лакомства.

— А, Санбёрст тоже исчез? – без улыбки сказала белая кобылка, прикрывая глаза. – Теперь понятно, что там были за пончо.

Рэйнбоу Дэш закатила глаза:

— Да брось, Рэр, вечно ты всё романтизируешь. Может, они похавать пошли.

— Как ты с Соарином? – самым невинным образом улыбнулась Рэрити. В лицо ей под возмущённое «Э-эй!» Эпплджек влетела ковбойская шляпа.

Флаттершай отвернулась, чтобы Эпплджек не увидела её улыбку и не обиделась, и увидела Санбёрста и Старлайт.

— Смотрите…

Рэрити стянула шляпу с лица и вернула её фермерше:

— А вот и наши любимые друзья! Занимались чем-нибудь интересным вдвоём?

— Да, — легко ответила Старлайт. Повисла тишина, только Твайлайт ласково улыбнулась. Видя замешательство и неверие Хранительниц, Санбёрст взял переднюю ногу бледно-розовой единорожки своей и поднял её над головой, показывая всем копыта, сцепленные вместе. «Вместе. Вот так. Мы вместе».

— Ну вы и… — в голосе Рэйнбоу, когда она медленно спускалась на землю на самых кончиках крыльев, звучал отголосок негодования. Старлайт Глиммер уже встревожилась, не сделали ли они что-нибудь не так, как вдруг увидела, что радужногривая пегаска со вздохом досады и раздражения вынимает из гривы какую-то прямоугольную блестящую бумагу – судя по разлиновке и цифрам, билет – и отдаёт чрезвычайно довольной Рэрити.

— Вы спорили о нас? – с усмешкой спросил Санбёрст, мягко выпуская копыто кобылки и ставя свою переднюю ногу обратно на землю.

— Обычно леди не заключают споров, — чопорно ответила белая единорожка. – Но это пари было принципиальным, и я выиграла. Моё чутьё меня никогда не обманывало.

— За исключением того случая, когда ты решила, шо Флаттершай и Биг Мак встречаются, ты хотела скать, — ехидно вставила Эпплджек, заставив самодовольное выражение уйти с лица Рэрити так резко, словно на кобылку опрокинули ведро воды.

Старлайт хихикнула и посмотрела на свою наставницу.

— Ты не выглядишь удивлённой, — немного виновато заметила она.

— О, я знала. – Просто пожала плечами Твайлайт.

— Знала?

— Конечно. Я подозревала об этом с недавних пор, да ещё и Кейденс подтвердила мои догадки несколько дней назад, когда я ненавязчиво завела разговор на эту тему.

— И ты ничего не сказала мне?

— А нужно было? – немного нахмурилась аликорночка. – Старлайт, это твоё личное дело, и ты – взрослая кобыла, которая, я уверена, сама может решить, с кем для неё лучше. А любовь, основанная на дружбе – это же просто замечательно!

— Выносимых уроков, нарно, всё-таки поубавится, — прищурилась Эпплджек, добродушно улыбаясь.

— Я так не думаю, — мягко ответила Старлайт и потёрлась щекой о шею Санбёрста.