# Наказание еретика

Nogood

[Изображение: http://orig00.deviantart.net/3d56/f/2013/210/9/f/changeling_by_danielsplatter-d6fp84o.png]

После поражения при Кантерлоте королева чейнджлингов ввела строгий запрет на любое упоминание о провалившемся вторжении и на произнесение имени принцессы, которая победила её. Наказание за ослушание — смерть.

Когда один чейнджлинг случайно обронил это имя, королева Кризалис немедленно приговорила его к смерти через побивание камнями.

Вот только казнь проходит совсем не так, как ей хотелось...

Автор: [1]UniqueSKD

Источником вдохновения и основой послужила сценка из «Жития Брайана по Монти Пайтону».

Ссылка на видео.

## Не бросать, пока я не скажу!

«Никогда не говорите о вторжении в Кантерлот. Никогда не упоминайте о провале этого вторжения. И НИКОГДА не произносите имени той проклятой принцессы, из-за которой мы проиграли. Любой, кто нарушит этот закон, будет приговорён к смерти».

Такой закон ввела королева Кризалис, едва только чейнджлинги вернулись в улей, побитые, хромые и измотанные после всего, что случилось во время события, про которое им было запрещено говорить. Королева очень чётко дала понять, что каждого, кто хоть заикнётся о событии-про-которое-нельзя-говорить, ждёт суровое наказание.

Не сказать, правда, что кто-либо из чейнджлингов хотел обсуждать его, будучи слишком голодными или побитыми, даже чтобы просто думать о событии-про-которое-нельзя-говорить. На первый взгляд кажется, что им не составит труда молчать о случившемся, не так ли?

Однако всегда найдётся исключение, и в данном случае им стал Шедоу Мист.

И только посмотрите, куда завёл его длинный язык. Вот он стоит на маленькой деревянной платформе снаружи улья чейнджлингов, его дырявые ноги закованы в цепи, прикреплённые к огромному валуну, чтобы не дать ему убежать или улететь от судьбы. Перед ним собралась здоровенная толпа чейнджлингов, включая тех, с кем он служил, с кем дружил, а ещё парочку-другую тех, с кем у него была интрижка; и все они глядели на него с жестокими, злорадными ухмылками.

Особенно злорадно ухмылялись те, с кем у него была интрижка.

В магических хватках собравшихся чейнджлингов парили камни и булыжники всевозможных размеров, а на лицах читалось острое желание, чтобы поскорее что-нибудь случилось. Шедоу Мист прекрасно понимал, чего именно они ждали. Они просто не могли начать, пока не...

О, помяни дьявола, он тут как тут. Буквально.

Из улья показалась королева Кризалис, вслед за которой вышли несколько облачённых в доспехи чейнджлингов — её почётная стража. Толпа сразу же сосредоточилась на королеве, махая ей дырявыми ногами, восторженно крича и свистя. Кризалис, надменно улыбаясь, кланялась и махала своим подданным в ответ, какой-то чейнджлинг даже бросил ей букет роз. Поймав букет магией, королева послала воздушный поцелуй в толпу. Шедоу Мист заметил, как один чейнджлинг в задних рядах с видом, будто у него сердечный приступ, упал без чувств, повалившись на спину и сбив с ног соседей.

Кризалис ступила на деревянную платформу, где находился Шедоу Мист, двое стражников стали по обе стороны от него, видимо, чтобы он не попытался сбежать. Правда, сбежать он не смог бы даже при сильном желании. Да что там, он и облик-то поменять не мог — его рог сломался во время события-про-которое...

Ой, да пошло оно, всё равно помирать.

Он сломал свой рог во время поражения при Кантерлоте, когда мощная, перенасыщенная любовью магическая волна вышвырнула его взвод из замка вместе с королевой. Другим чейнджлингам из его взвода повезло приземлиться на мягкую грязь. А вот он шмякнулся лбом прямо в очень твёрдое дерево, отчего его рог переломился пополам.

Королева Кризалис подняла копыто, и возбуждённая толпа постепенно успокоилась, готовясь слушать, что скажет их возлюбленный лидер. Держа камни в магических хватках, они терпеливо ждали, пока королева не начнёт и поскорее не закончит свою речь.

Взгляд зелёных глаз королевы медленно прошёлся по толпе, после чего во вспышке изумрудного света перед ней появился бумажный свиток, который развернулся под действием магии. Положив букет на землю и прокашлявшись, Кризалис заговорила громко и отчётливо, чтобы её слышали все присутствующие.

— Чейнджлинг номер 117, также известный как Шедоу Мист, — прочитала она со свитка.

Повисла тишина. Где-то минуту спустя чейнджлинги в толпе начали недоумённо переглядываться. Кризалис припечатала Шедоу Миста сердитым взглядом, на что он ответил вопросительным. Повернувшись к стоящему рядом стражнику, Шедоу тронул его копытом, привлекая внимание.

— Почему она так на меня смотрит? — спросил он.

— Когда она называет твои номер и имя, ты должен сказать «да», — наклонившись к нему, ответил стражник.

— О... Мне сказать это сейчас?

— Желательно, — кивнул стражник. — Иначе мы отсюда никогда не уйдём.

Шедоу Мист поблагодарил его и повернулся к Кризалис.

— Э-э... да?

Королева закатила глаза, но, не сказав ничего, продолжила читать.

— Ты предстал сегодня перед жителями улья, поскольку был признан виновным в произнесении запретного имени, — её голос наполнился яростью, она опустила свиток и злобно посмотрела на маленького чейнджлинга, — и в связи с этим объявлен еретиком!

Услышав слово «еретик», толпа взорвалась криками, улюлюканьем и ехидными замечаниями насчёт Шедоу Миста. Несколько чейнджлингов готовы были уже бросить в него камни, но свирепый взгляд королевы быстро угомонил их.

Кризалис поднесла свиток к лицу и продолжила читать.

— Вследствие этого, за своё преступление ты понесёшь наказание, коим является смертная казнь. В соответствии с приговором, — она протянула ногу в сторону толпы чейнджлингов, которые показали свои камни, за исключением тех, кто уронил их и неуклюже пытался поднять, — ты будешь побит камнями до смерти, а твоё тело пронесут через весь улей в качестве примера тем, кто осмелится повторить твою ошибку.

— Моя королева, — попытался оправдаться Шедоу Мист, — если быть до конца откровенным, я не совсем понимаю, что плохого натворил. Высасывая любовь из того пони в плаще и шляпе, я всего-то сказал моему другу: «Интересно, у любви принцессы Кейденс такой же вкус?»

Стоило ему произнести это имя, как толпа разбушевалась, сыпя ругательствами и обзывая Шедоу Миста последними словами. Стоящие возле него стражники поёжились, а королева Кризалис одарила его таким взглядом, что он чуть не... скажем так, если до этого ему бы хотелось по нужде, вышел бы очень неприятный конфуз.

— Как ты СМЕЕШЬ произносить запретное имя! — взревела королева и повернулась к подданным, тыча в Шедоу Миста копытом. — Мои возлюбленные слуги! Вы слышали этого... этого нечестивого еретика?

— СЛЫШАЛИ! — в унисон ответило сборище насекомоподобных пони. — ПОБИТЬ ЕГО КАМНЯМИ! НАКАЗАТЬ! ПРАВОСУДИЕ! ПРАВОСУДИЕ!

— Еретик! — пискнула одна из чейнджлингов в первых рядах. У неё на лице сияла широкая улыбка, а в магической хватке парило около дюжины камней.

Заметив это, королева Кризалис шагнула к ней.

— Шраудин Фог, что я говорила насчёт количества камней? Ты знаешь правило: каждому дозволено бросить только ОДИН камень, у тебя же их явно больше!

Некоторые чейнджлинги в толпе с осуждением посмотрели на распекаемого сородича. Её взгляд метнулся из стороны в сторону, и она ответила:

— Эм, понимаете, ваше величество, я, э-э, я на самом деле, эм, держу камни моих друзей, пока они отошли в уборную. Они, э-э, вернутся через минутку, честное слово!

Отговорка вроде бы сработала, поскольку толпа одобрительно загудела, а Кризалис пожала плечами и вернулась на деревянную платформу.

Заняв своё прежнее место, она снова развернула свиток, отыскала место, на котором остановилась, и продолжила читать.

— Так вот, как я уже говорила, ты будешь побит камнями до смерти, и твоё тело пронесут через весь улей в качестве...

— АЙ!

Кризалис подняла взгляд от свитка и увидела потирающего голову Шедоу Миста и валяющийся рядом с ним камень. У закованного в цепи чейнджлинга на лбу виднелась небольшая шишка, явно оставленная чем-то увесистым.

— Эй, завязывайте! Мы ещё даже не начали, дурни! — прокричал он толпе.

Кризалис опустила свиток и, нахмурившись, обратилась к собравшимся чейнджлингам:

— Так, кто из вас бросил камень?

Никто не ответил. Несколько чейнджлингов смущённо подались назад, среди них также одна, у которой камней было больше, чем у других, но недоставало одного.

— Кто бросил камень? Ну же, признавайтесь, иначе никакого побивания не будет, — пригрозила королева.

Все до единого чейнджлинга моментально указали дырявыми ногами на ту, что несла груду камней.

— ЭТО ОНА! ОНА! — хором закричали они.

Королева перевела взгляд на виновницу, которая робко улыбнулась в ответ.

— Это ты бросила камень, Шраудин Фог? — спросила Кризалис.

— Э-э, да, ваше величество? — медленно кивнула та.

— Почему?

— Я думала, мы уже начали, ваше величество...

— Ты видела, чтобы кто-нибудь бросал камни в еретика? — вздохнула королева.

Шраудин Фог оглянулась на толпу, затем снова поглядела на Кризалис.

— Э-э... нет, ваше величество...

Королева указала ей за спину:

— Отправляйся назад и жди очереди, как все остальные.

Шраудин Фог стыдливо опустила голову и послушно протолкалась сквозь толпу в самый её конец.

— Хоть один, да найдётся, — покачала головой королева Кризалис, затем опять подняла свиток. — Итак, на чём я остановилась?

— Как по мне, моя королева, в этом вряд ли есть необходимость, — кашлянув, произнёс Шедоу Мист. — Вы ведь казните меня только потому, что я сказал «принцесса Кейденс».

Толпа вмиг разъярилась при упоминаний запретного имени, Кризалис вновь сверкнула злобным взглядом.

— Ты лишь делаешь своё положение ещё хуже! — сердито выкрикнула она, тыкнув в него копытом.

— Хуже? ХУЖЕ?! — закричал в ответ Шедоу Мист. — Меня вот-вот забьёт камнями до смерти целое скопище чейнджлингов, а после мне в пятую точку воткнут шест, превратив в леденец на палочке, который пронесут через весь улей, как какой-то дурацкий трофей! Что вообще может быть хуже этого?

Он начал лихорадочно танцевать на месте, топая копытами о деревянную платформу и громко звеня цепями.

— Принцесса Кейденс! Принцесса Кейденс! Принцесса Кейденс! Принцесса Кейденс! — во всё горло кричал он, ещё больше распаляя толпу и разъяряя Кризалис, на лбу которой набухла пульсирующая жилка.

— ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — завопила королева с пылающими яростью глазами (на что у одного из стражников, к счастью, нашлось ведро с водой), после чего протопала по платформе к чейнджлингу, который по-прежнему танцевал и выкрикивал ненавистное ей треклятое имя. — КЛЯНУСЬ, ЕСЛИ ТЫ ЕЩЁ РАЗ СКАЖЕШЬ «ПРИНЦЕССА КЕЙДЕНС»... АЙ!

Шедоу Мист перестал прыгать и посмотрел на королеву, которая потирала затылок, куда только что прилетел камень. Подобрав его с земли, Кризалис резко развернулась и подошла к толпе, разозлённая сильнее, чем когда-либо в жизни. А уж сильно злиться ей было не впервой.

— КТО БРОСИЛ ЭТОТ КАМЕНЬ? КТО ЕГО БРОСИЛ? — проревела она, заставив всех чейнджлингов вздрогнуть и отпрянуть от громкости её свирепого голоса. Некоторые чейнджлинги бросили испуганные взгляды на своих соседей, а остальным вдруг резко захотелось по-маленькому. — ЖИВО ПРИЗНАВАЙТЕСЬ!

В следующий миг все чейнджлинги разом указали на одного бедолагу.

— ЭТО ОН, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! ОН БРОСИЛ! ОН!

Королева Кризалис повернулась к бедняге, который пытался протиснуться сквозь толпу подальше от неё. Тем не менее, другие чейнджлинги не позволили ему это сделать, отпихнув назад, под горящий взор взбешённой правительницы. Будь у чейнджлингов в глазах зрачки, у него они точно стали бы размером с булавочную головку. Он сглотнул и робко улыбнулся.

— Это ты бросил в меня камень? — холодно глядя на съёжившегося чейнджлинга, спросила Кризалис.

— Э-э... эм... да? — пробормотал он.

— Зачем ты это сделал?

— Ну, вы сказали «принцесса Кейденс», ваше величество...

Только чейнджлинг произнёс это имя, как на него обрушился целый град камней, пока он не оказался буквально погребён под ними. Толпа и дальше продолжала бы швырять камни, если б королева Кризалис, чьё черноё лицо стало густого красного цвета, не начала в ярости прыгать на месте. Некоторые чейнджлинги даже готовы были поклясться, что у неё из ушей повалил пар.

— СТОЙТЕ! ХВАТИТ! ПРЕКРАТИТЕ СЕЙЧАС ЖЕ! — завопила королева, топая копытами о землю. Чейнджлинги все разом замерли и повернули головы в сторону её величества. Несколько камней сползло с вершины кучки, и оттуда высунулась голова ошеломлённого бедняги-чейнджлинга, наверняка получившего сотрясение мозга после сотен булыжников, попавших ему в голову.

Кризалис зыркнула на своих подданных свирепым взглядом горевших бешеной яростью глаз.

— А теперь слушайте меня! Никто, я повторяю, НИКТО не будет ни в кого бросать камни, пока я не свистну в это! — Она вытащила откуда-то небольшой свисток и подняла вверх, чтобы видели все. — Только когда я дуну в этот свисток, вы начнёте бросать в еретика камни. Не раньше! — рявкнула она, снова посмотрев на собравшихся чейнджлингов. — И даже — а это УЯСНИТЕ ОСОБЕННО — если он или кто-либо другой скажет «принцесса Кейденс».

ШМЯК!

Королева ощутила, как что-то твёрдое ударило её по затылку, она развернулась, кипя от злобы и готовясь выдать целую тираду ругательств. Однако слова застряли у неё в горле, когда она увидела не один и не десять — а сотни брошенных камней. Её ярость быстро сменилась удивлением и паникой при виде целой тучи камней, летящих в неё.

— ОНА НАЗВАЛА ЗАПРЕТНОЕ ИМЯ! — прокатилось по толпе.

— Ну ё... — только и успела сказать королева, прежде чем камни обрушились на неё.

Громадная масса камней сбила Кризалис с ног и прижала к земле, всё больше и больше булыжников сыпалось на неё, образуя горку. Кое-какие чейнджлинги подбегали к горке и забирали камни, чтобы кинуть их снова, а пара-другая даже передралась из-за того, кому какой камень принадлежал.

Из кучи булыжников, словно просьба о помощи, показалась дырявая нога королевы, но через секунду она безвольно упала на землю. Стражники Кризалис не двигались с места, не зная, что им делать. Да, она была их королевой, но... она также произнесла имя, которое запрещено называть, так что, строго говоря, наказание было заслуженным... правильно ведь?

Шедоу Мист с раскрытым ртом наблюдал за развернувшейся сценой, ошарашенный тупостью чейнджлингов, продолжавших закидывать свою правительницу камнями. Он покачал головой и сел на круп, глядя, как сборище идиотов один за другим швыряет камни в кучу, откуда торчала нога королевы и доносились приглушённые стоны.

Он повернулся к одному из стражников и постучал его по ноге. Когда стражник посмотрел на него, Шедоу Мист спросил:

— Так что, я теперь свободен?