# От абсента станет веселей

Кайт Ши

Самое странное приключение Флеша Сентри!

На вечеринке в замке принцессы Твайлайт Флеш немного перепивает (что ожидаемо) и натыкается на одно волшебное зеркало (что... тоже ожидаемо, если подумать). Что же случится с самым отважным трусом Эквестрии в ином измерении? И через что ему придется пройти на пути домой?

Или у него просто галлюцинации были?..

Седьмая часть Записок Сентри.

Разрешение на перевод есть.

Другие рассказы серии:

1.Пленник Зебры

2.Кэррот и дубина

3.Сентри в деле

4.Одиннадцать друзей Октавии

5.Чисто эквестрийское убийство

6.Пятеро добрых

8.Хороший, плохой и Сентри

Флеш Сентри и призрак короля — апокриф

Работа на Фикбуке

## Введение

С тех пор, как я опубликовал первый том Записок Флеша Сентри, в научных кругах (а также среди обычных читателей) не раз поднимались дебаты относительно достоверности его мемуаров. Действительно, дневники Сентри могут быть в лучшем случае описаны, как «надежно ненадежные».

И все же исторические данные в основном поддерживают записки Сентри. Я провел много часов, разбирая списки пассажиров, расписания поездов, военные архивы, газеты и прочие свидетельства из первых копыт, сравнивая их с событиями, описанными в мемуарах. Учитывая конфиденциальную природу многих назначений Сентри, это оказалось весьма сложной задачей. В случаях, когда плотный график позволял, принцесса Твайлайт милостиво помогала мне в этих предприятиях, хотя гораздо чаще, чем наоборот, от ее ответов возникало лишь больше вопросов. Но несмотря на все сложности, я готов подтвердить аутентичность событий всех и каждого тома Записок Флеша Сентри.

За исключением этого.

Я не хочу сказать, что в нем все выдумано – но в то же время, конкретно это приключение Сентри просто невозможно верифицировать (по причинам, которые, мой дорогой читатель, вы скорее всего поймете уже скоро). Однако я не имею никаких причин считать, что Сентри выдумал эту часть мемуаров, поскольку у него для этого совершенно не было причин. Определенно, это случай, когда истина много, много необычнее выдумки.

Посему, я смиренно предлагаю вам, дорогой читатель, сохранять непредвзятость при чтении этой книги. Или, предполагаю, непредвзятость большую, чем обычно. В тексте, при необходимости, я предоставлю комментарии для большей ясности, хотя первым признаю, что я все же историк, а не специалист по теории магии. Последнее слово останется за вами, дорогой читатель.

— Дж.М.Ф.

## Глава 1

Если по какой-то причине мне перестанут выплачивать пенсию, то, наверное, я смогу заработать на жизнь, преподавая географию. Я исходил весь мир вдоль и поперек, оставив свой след практически в каждом королевстве – Седловской Аравии, Нейпоне, Гриффинстоуне и многих других. С другой стороны, если подумать, учитель бы из меня вышел ужасный – вряд ли для школьной программы подойдут свидетельства из первых копыт о том, где в тех местах можно найти лучшие коктейли или самых игривых кобылок.

И все же есть одно место – странное, ужасное, безымянное место – которое пугает меня больше, чем все прочие, даже спустя все эти годы. Оно того типа, по сравнению с которым мой краткий визит в Тартар может показаться приятным отдыхом. Ирония в том, что я до сих пор не уверен, что было ли все это по-настоящему или странными галлюцинациями, навлечёнными на меня потаканием моим же порокам[1]. И все же я посчитал нужным записать эту историю – хотя бы ради будущих поколений.

Неприятности начались, как это часто бывает, в Понивилле.

Я думал, что смогу провести тихие выходные с Кэррот Топ, в ее уютном домике. Ни миссий, ни убийств, ни чудовищ. Наивный оптимизм, что ни говори, но кои-то веки у Специального Агента Голден Харвест и самого прославленного труса Эквестрии все было спокойно. И первый день оставался таковым – пока во время второго завтрака из холодильника Кэррот Топ не выскочила розовая пони.

Я в тот момент начинал пить кофе и потому чуть не захлебнулся, когда обжигающе горячая жидкость пошла не в то горло. Но все же лучше, чем закричать от страха, как мне кажется. Кэррот, однако, не сорвалась в бой, как можно было бы ожидать от лучшего специалиста Эквестрийского Разведывательного Управления по копытопашной. Она спокойно намазывала маслом тост, пока пони-из-холодильника прыгала по кухне.

— ВРЕМЯ ВЕЧЕРИНКИ! – провозгласила пухлая розовая пони. – И вы приглашены!

— А по какому поводу, Пинки? – улыбнулась и откусила от своего тоста Кэррот.

— Годовщина Прибытия Твайлайт в Понивилль, Чтобы Открыть Значение Дружбы, во! Ты разве не отметила в календаре?

— Должно быть выскользнуло из памяти.

— Вот! Хорошо, что я зашла! – розовая вынула конверт из седельных сумок и шлепнула его на стол перед Кэррот. – Там будет весь город! Там будут музыка, напитки, закуски, шарики и это будет отлично! И ты можешь кого-нибудь с собой привести!

Пони намекающе подмигнула в мою сторону.

— Спасибо, Пинки, — промокнула рот салфеткой Кэррот. – Нам что-нибудь принести с собой? Вечеринка тематическая?

— Не-а! Просто приходите к шести и будьте готовы улыбаться! Вы же придете, да? Да? – ее голос приобрел несколько безумные оттенки.

— Конечно, — ответила Кэррот.

— Отлично! Я бы хотела остаться и поболтать еще, но если я хочу лично пригласить всех пони Понивилля, то у меня до начала вечеринки еще много работы! Пока! – с этими словами она нырнула в открытое окно и ускакала.

— Кто… — прохрипел я, избавившись наконец от асфиксии кофе. – Или что это было?

— А, это. Это Пинки Пай. Она всегда такая.

— Это пугает.

— Ты привыкнешь.

— А это пугает еще больше.

— Сентри, после всего, что ты прошел, тебя испугала она?

— Она выскочила из холодильника. Как она, вообще, туда попала?

— Я обнаружила, что таким лучше не интересоваться.

— Это… наверное, имеет смысл, — признал я. – А ты уверена, что стоит приходить на какую бы то ни было ее вакханалию?

— Все в порядке, — улыбнулась Кэррот. – Только четверть, примерно, вечеринок Пинки заканчиваются пожаром. И если подумать, в этом вопросе счет в ее пользу, а не твою.

— То, что произошло тогда на Гранд Галлопинг Гала – не моя вина, и ты это знаешь. Я просто оказался первым, кто увидел, как взрывается тележка фейерверков.

— Хорошая отговорка, — но все же Кэррот перегнулась через стол и поцеловала меня в щеку. – Но все будет путем. Об устроении вечеринок Пинки знает все. Она развешивает украшения, готовит еду, смешивает напитки… она, наверное, лучший бармен в городе, если подумать. Тебе понравится, обещаю.

— Ловлю на слове.

* * *

В конце концов, Кэррот оказалась права. Мне нравилось.

Замок принцессы Твайлайт Спаркл был достаточно велик, чтобы вместить все население городка и еще немного. Пони смеялись, танцевали, выпивали, флиртовали и развлекались всякими прочими способами. Кэррот Топ и я поприветствовали принцессу, а потом удалились на периферию. К счастью, ей было, чем заняться. Если бы она провела больше времени рядом со мной, то несомненно влюбилась бы в меня (снова) и/или отправила меня в новое и ужасное приключение, где бы меня едва не порвали на куски «на благо Эквестрии».

Снова.

К счастью, никаких таких миссий или назначений не предвиделось. Поначалу казалось, что самое страшное, что меня ждет – синяя пегаска с явно крашеной гривой, дискордовски впечатляющим размахом крыльев и удивительно низкой устойчивостью к алкоголю.

— Я не понимаю, — скептически прищурилась пегаска. – Если ты такой крутой, то почему не Вандерболт?

— Рейнбоу! – урезонила ее подруга, скопытсшибательной красоты единорожка с аристократическим выговором. – Не надо грубить!

— Это обоснованный вопрос! — возразила пегаска.

— Нет-нет, все в порядке, — беспечно помахал я копытом. – Она права… Я не подхожу для Вандерболтов. Я всегда был более… прямолинеен, так скажем. И из-за этого получил вот этот шрам… — я повернул голову так, чтобы пегаска увидела шрам от дуэли, оставленный Кэррот Топ при первой нашей встрече[2]. – И этот… — я показал тонкую нить шрама на правой передней ноге[3]. – А также вот этот… — я завершил тур, развернув крылья и демонстрируя слегка отличающийся цветом участок, где пучок перьев отрос после того, как его выдрал летающий бабуин[4].

— Как… отважно с вашей стороны, — единорожке, кажется, поплохело.

— Ух ты! – а пегаска, в свою очередь, была восхищена. – Это суперкруто.

— Того требовал мой долг, — ответил я со всей героической скромностью. В этом весь фокус построения репутации: хвастун может трепаться, как хочет, но реальный способ впечатлить пони — вести себя так, словно спарринг-другой с драконами для вас обычное дело. Еще это способ получить бесплатные напитки, а также чудесно подходит, чтобы утихомирить кого-то, ведущего себя как задница. Но чтобы лишний раз провернуть нож в ране, я добавил. – Но, если подумать, мне уже доводилось летать с Вандерболтами. Атака Летучей Бригады, если знакомы.

— Погоди. Ты был там? – спросила пегаска.

— Возглавлял построение, на самом деле, — небрежно заметил я. – Кажется, кто-то даже стихи об этом написал.

— Это… это реально… это вау, — подозрительный взгляд пегаски превратился в заинтересованный. – Так, эм… хочешь, типа, устроим гонку как-нибудь?

— Рейнбоу, — кашлянула единорожка. – Думаю, мы мешаем этому доброму жеребцу, не так ли?

С этими словами она начала оттаскивать подругу на другую сторону зала.

— Было очень приятно, мистер Сентри! -  добавила единорожка с вымученной радостью.

— А кое-кто популярен, — заметила Кэррот, весь разговор простоявшая молча, и посмотрела на меня, приподняв бровь.

— Для протокола, она флиртовала со мной, — указал я. – И весьма плохо. Хорошо, что рядом оказалась ее подруга, чтобы увести ее прежде, чем та опозорилась бы еще сильнее.

— Ага, — Кэррот закатила глаза и шутливо меня пихнула. Ее глаза были зеленые, но, к счастью, она не была ревнивой. – А тот момент со шрамами? Хорошо, что я хорошая картежница, а то бы уже покатывалась со смеху.

— Не моя вина, что некоторые кобылы находят шрамы привлекательными, — заметил я, когда мы удалились в темный, но уютный альков позади большой кристальной колонны.

— Но не я.

— И хорошо, потому что ты ответственна за ряд из них.

— А еще я ответственна за то, что ты можешь ими хвастаться.

— Это работает в обе стороны. Сколько раз я уже твою жизнь спасал?

— Я сбилась со счета.

— Как и я.

С каждой фразой мы подходили все ближе друг к другу, пока не встали нос к носу, а вскоре и губы к губам. Если подумать, мы были невыносимы – как одна из тех парочек, склонных к кокетливым внутренним шуточкам и всему такому. Только в нашем случае кокетливые внутренние шуточки были порождены карьерой шпионажа и увечий. По крайней мере, у нас хватало вежливости ласкаться, скрывшись от посторонних глаз.

Чуть погодя Кэррот коснулась моей груди копытом и чуть оттолкнула меня.

— Полегче, Сентри. Предполагается, что мы веселимся.

— А так и есть, — ответил я и наклонился еще раз.

Кэррот рассмеялась – чудесный звук – но в последний момент все же увернулась.

— На это будет время позже. Я притащила тебя на эту вечеринку не для того, чтобы целоваться в уголке.

— Нет?

— В моей спальне удобнее.

— А.

— Считай это… стимулом, — погладила меня по щеке Кэррот. – А теперь мне нужно в уборную – и постарайся ни во что не влипнуть, пока меня не будет.

— Да в какие неприятности я успею влипнуть за это время… погоди, не надо, не отвечай.

Кобылка снова рассмеялась, поцеловала меня в щеку и ускользнула. Я смотрел ей вслед (весьма приятный вид, должен добавить), пока она не завернула за угол. И так как моя пара временно меня покинула, я решил чего-нибудь выпить. С этой мыслью я скользнул сквозь толпу – мог бы и перелететь, но не хотел привлекать внимания.

Пройдя мимо танцпола, я оказался у хорошо наполненного бара в углу зала.

— Привет, Флеш! – прежняя розовая кобыла высунулась из-за стойки. Теперь она носила галстук. – Хочешь особый?

— А тут есть особый коктейль?

— Ага! – розовая немедленно начала сложный ритуал, включавший в себя бокал на ножке, ложку с дырками, бутылку какого-то зловеще-зеленого пойла и кубик сахара, который она подожгла. Затем она огонь задула, накапав сахар в напиток и передала получившееся зелье мне.

— И… что это, вообще, такое?

— Абсент! Он суперособый, труднодобываемый и в нем сорок градусов!

— Заманчиво, — произнес я и сделал глоток горько-сладкого напитка. Он обжег мою глотку, и я облизал губы. – А неплохо.

Еще одним глотком я проглотил почти треть коктейля за раз. С сахаром в нем, абсент пился легко. Слишком легко. Настоящим напитком наслаждаются, а не хлебают, как газировку. (Абсент, конечно, никаким образом не был на вкус, как газировка, но вы меня поняли).

— Я знала, что тебе понравится! – ответила барпони и ускакала, балансируя подносом с бокалами на голове. – Начнутся галлюцинации – дай знать!

И исчезла.

— Погоди, что? – в груди начало разливаться знакомое тепло, говорящее, что алкоголь начал делать свое дело. По крайней мере, я надеялся, что чувствовал алкоголь. Я не легковес (гулянки – это то немногое, в чем я хорош), но смесь абсента с сахаром, подсунутая розовой пони, была все же серьезной штукой. Я сделал шаг от бара и обнаружил, что ноги меня держат не так твердо, как хотелось бы. Весь бальный зал раскачивался, словно я был на идущем по легким волнам корабле. К счастью, это было самое худшее – и никаких галлюцинаций.

Пока.

Я огляделся в поисках Кэррот, но нигде ее увидеть не мог. Все ещё в дамской комнате, предположил я. Мысль показалась мне хорошей. До абсента я пропустил еще пару напитков, так что посетить заведение не мешало бы. Так что я подождал, пока мир перестанет качаться, и скользнул в боковой коридор.

Только там я понял, что понятия не имею, где туалеты. Можно было подумать, что на вечеринке будут указатели, но ничего такого не замечалось. Я побродил еще и наткнулся на то, что оказалось знаменитой библиотекой принцессы Твайлайт. Большей частью, она была такой, как ожидалось – на любом доступном дюйме стояли книжные полки, набитые книгами на все темы, какие вы можете придумать (и еще на ряд, которые не можете). Также стояло несколько столов и кресел, «украшенных» случайными книгами – по последним исследованиям или простое легкое чтение принцессы.

Чего я не ожидал — так зеркала. Похоже, его поставили недавно, так как не мог припомнить его, когда бывал в замке последний раз. Оно было довольно большим и окруженным странными приборами, прикрепленными к его раме. Как мне показалось, это был образец современного искусства. Однако для принцессы это было нехарактерно – в конце концов, разве в библиотеке не книги читают, вместо того, чтобы на свое отражение любоваться? Принцесса Твайлайт никогда не казалась мне особенно тщеславной – скорее всего, зеркало было просто подарком.

Но все же я был рад, что нашел его. От абсента я чувствовал себя немного странно, но до сих пор не видел галлюцинаций, о которых меня предупреждала розовая кобыла. Но на всякий случай, чтобы убедится, я подошел к зеркалу, чтобы получше изучить себя. И, к счастью, я был все тем же красавчиком. Та же мужественная челюсть, тщательно растрепанная грива и легкие дуэльные шрамы, что придавали налет опасной загадочности. Неудивительно, что та крашеная пегаска запала на меня.

Еще радовало то, что мои глаза не были налиты кровью, а отражение не отвечало, так что эффекты абсента были переоценены. Либо так, либо моя тренированная печень отфильтровала все лишнее. В общем, я решил, что все будет в порядке – я даже решил выпить еще (хотя и не настолько крепкого – чего-то, вроде шардоне), как только вернусь на вечеринку. А там уж Кэррот закончит со своими делами, и мы сможем флиртовать, танцевать и прочим образом изображать приторно-сладкую парочку в День Сердец и Копыт, ведущую себя так, словно это они изобрели романтику.

И обнаружил, что очень этого жду.

Так что я еще раз убедился, что моя грива должным образом уложена и подмигнул отражению.

— Удачи, шикарный поганец, — сказал я себе и в шутку постучал по зеркалу…

…когда в приборах вдруг блеснула зловещая искра жизни и зеркало втянуло меня в себя.

## Глава 2

Я, конечно же, закричал.

Да и вы бы закричали. Когда каждый атом вашего тела растягивается и завязывается узлом магией, чтобы сжиженную тушку несколько коротких вечностей тащило через неоново-яркий ад – это не абы что. Наверное, вступила в игру полынь – розовая не шутила о том, насколько крут абсент. Но когда основополагающие силы вселенной решают взбить образным венчиком мою вполне себе конкретную душу – это знание не сильно успокаивает. Более того, пронзающей мое тело (или то, что от него осталось) боли было достаточно, чтобы заставить меня задуматься, что есть в мире высшая справедливость, которая карает подлеца, вроде меня, за все плохое, сотворенное в жизни.

А этого очень много.

Но к счастью, прежде, чем я успел начать раскаиваться, реальность вокруг меня вновь собралась воедино.

И в тот момент я сблевал.

Мощно.

Что, опять же, было совершенно естественной реакцией того, кто не привык к таким магическим штучкам. Одно дело – летать, как полагается пегасу. Но когда для перемещения используется ужасная и загадочная магия и пространство между двумя точками фактически не пересекается – это уже неестественно, говоря прямо.

К счастью, я сумел собраться и проблеваться, не изгваздав себя. Затем закрыл глаза и сделал несколько глубоких вздохов – инстинктивно, интуитивно я понимал, что чего-то не так, но сказать точно не мог. Но я прошел через достаточно загулов, чтобы знать, что есть ситуации, когда нужно нажать на тормоза, выпить водички и оценить обстановку. Конечно, главное, чтобы за вами при этом не гналась полиция, но это уже другой вопрос.

Итак, я стер рвоту с уголка рта, заставил глаза раскрыться и начал изучать окружение. Я больше не был в библиотеке принцессы Твайлайт – и даже в Понивилле, если на то пошло. Но все еще был ранний вечер и солнце только начало клониться к горизонту. Я каким-то образом выпал (и, соответственно, наблевал) на какой-то двор с пьедесталом посередине и дорожкой, ведущей к большому кирпичному зданию. Архитектуру я не опознал – но, если что, я всегда могу взлететь на удобное облако и оглядеться.

И тут я понял, что не чувствую крыльев.

Я бы снова закричал, но горло я сорвал раньше. Так что все, что я смог – встать и пошатнуться. И тут же сделал ряд новых ужасающих открытий о текущем состоянии своего тела. Я доковылял до здания и посмотрел на отражение в окне.

Я увидел лицо – знакомое и чужое одновременно. Оно, обычно привлекательное и мужественное, стало плоским и сжатым в нечто грубо овальное, лишь отдаленно близкое к моей былой красоте. «Дуэльные» шрамы тоже пропали – со всей аурой лихой опасности, которую они могли давать.

Здоровое, но все же изуродованное лицо – само по себе ужасно, но остальной я был в еще более худшем состоянии. Это было куда более необычное злоключение, чем обычно – мое тело мутировало и превратилось в это… существо. Какую-то лысую двуногую обезьяну, судя по внешнему виду.

Ни крыльев, ни копыт, ни хвоста – единственным легким указанием на Вашего Покорного Слугу были цвета глаз и волос. Но все же на жалком подобии гривы было слишком много геля, и потому я выглядел как последствие пьяного соития орангутанга и очень любвеобильного ежа.

В отчаянии я провел ладонью по лицу – и меня едва не стошнило еще раз, потому что у меня были ладони. Я немало попутешествовал и потому встречался с драконами, минотаврами и даже котами Абиссинии – всеми теми существами, что имеют противопоставленные большие пальцы на лапах. И из своих путешествий я вынес, насколько отвратителен этот выверт анатомии. На самом деле, существа с пальцами постоянно касаются всего – но когда есть копыта, то если неудачно вступил в что-то (вроде ихора подменышей, например), то оно рано или поздно сотрется о землю (или облака, в случае пегасов). А двуногие существа будут ходить с грязными хваталками, пока понибудь не напомнит им руки помыть.

Так что вы можете себе представить мое горе, когда выяснил, что стал одним из таких двуногих существ.

Я несколько секунд бормотал нечто неразборчивое, а потом заставил себя отвернуться от жуткого отражения. И обнаружил вышедших во двор других уродливых приматов. Медленно, со все нарастающим ужасом, я осознал, что узнаю их. Вроде бы.

Видите ли, многие из тех двуногих троглодитов имели прически и цвета пони, что я видел на вечеринке. Я не был уверен, порожденная ли это абсентом галлюцинация или зеркало было чудовищным, мутагенным оружием массового поражения, которое принцесса Твайлайт просто оставила в библиотеке. Нет, это вряд ли – принцесса не стала бы прятать такую штуку. А вот плохо защищенный научный эксперимент… Я все же был в Кантерлоте во время истории с гигантской многоножкой.

Но пони-ставшие-приматами не кричали и не паниковали, как поступили бы любые разумные существа, превращенные в нечто настолько кошмарное. Они просто занимались своими делами, болтали, смеялись и часто смотрели в какие-то плоские светящиеся приборы. Это определенно больше наводило на мысль о галлюцинации. Никто из них не обратил внимания на меня (и грязь, что развел в нескольких метрах позади).

Но потом проклюнулась надежда.

Из толпы я сумел выделить одну конкретную фигуру. Точнее – знакомую пышную рыжую шевелюру. Конечно, Кэррот Топ будет знать, что происходит. В конце концов, это же ее работа. Насколько я ее знаю, она, наверное, специально пригласила бы меня в Понивилль в эти конкретные выходные, зная, что произойдет весь этот кошмар. И наоборот, если это все галлюцинации, то Кэррот лучше всего подойдет, чтобы присмотреть за мной, пока мои мозги не встанут на место.

Я сумел не упасть, пока торопился через двор, чтобы схватить рыжеволосую девушку за плечи.

— Кэррот! – произнес я, не скрывая облегчения в голосе. – Проклятие, рад видеть тебя!

— Флеш? Флеш Сентри? – посмотрела на удивленными зелеными глазами. – Почему ты так говоришь?

— Как?

— С акцентом.

— С каким еще проклятым акцентом?

— Ты… хорошо себя чувствуешь? Я слышала, ты сегодня болен был, — подозрительно посмотрела на меня Кэррот.

— Бывало и лучше, — ответил я. – Но забудем об этом – просто, пожалуйста, скажи мне, что тут происходит?

— Понятия не имею, о чем ты.

— О, демоны, ты же не будешь притворятся, что это одна из твоих «чего положено знать» штук? Терпеть не могу, когда ты Специального Агента Голден Харвест на полную включаешь.

После этих слов глаза ее широко раскрылись от ужаса. Она застыла, посмотрела через одно плечо, потом – через другое, словно чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. Наконец она схватила меня за синюю рубашку, которую я носил, и подтянула на расстояние слышимости шепота.

— Ты знаешь?

— Конечно, знаю, — радостно подтвердил я.

— Откуда ты… о, нет, — простонала Кэррот, отпустив меня. – Тебе же Дитзи рассказала, да? Она же пообещала мне, что никому не расскажет, что я играю в «Огров и Темницы»!

— Погоди, что?

— Я думала, ты будешь лучше, но, похоже, я ошибалась. Ты просто обязан был посмеяться над этим, когда узнал? – продолжила Кэррот. Я узнал этот сердитый взгляд, что она кинула в мою сторону, но в нем, очень нехарактерно, не чувствовалось физического насилия. Она шмыгнула и сделал шаг назад. – Похоже, шуток про «бездушных рыжих» будет мало, да? Как ты меня теперь звать станешь -  чудачкой? Ботанкой? Неудачницей?

— Я не…

— Тебя Сансет Шиммер подговорила?

— Кто?

— Не изображай мне тут дурака!

— Уверяю, Кэррот, дурака я не изображаю!

— Ох, просто… просто… заткнись! – прошипела она. Она еще секунду мрачно на меня посмотрела потом развернулась и, фыркнув, пошла прочь. – Иди поглумись еще над кем, урод!

— Могло быть и лучше, — пробормотал я про себя. Мой разум дрогнул, пока я глядел вслед уходящей прочь Кэррот Топ. Или, той, кто, как я думал, была Кэррот Топ. Она выглядела схоже, голос был тот же… но у нее словно амнезия была. Подменыш, по меньшей мере, заговорил бы про «истинную любовь» или о еще какой романтической чуши перед тем, как высосать мои мозги через глаза.

Я стоял так, ошеломленный, и не заметил, как сзади ко мне подобрались другие приматы – пока не стало слишком поздно.

— Флеш! Ты все же тут!

Я напрягся, развернулся и обнаружил, что стою перед двумя самыми большими из местных обезьян, что я видел. Они носили одинаковые синие майки, туго обтягивающие их гротескную мускулатуру. Прическа первого была длинной и лохматой, а другой был снежно-белым и коротко стриженым блондином.

— ДА! – оглушительно громко заявил Стриженый.

— Я могу объяснить… — произнес я, отступая.

— И не надо! Появиться перед важным матчем, несмотря на болезнь – вот это я понимаю, преданность и отдача, чувак!

— ДА!

— А теперь пойдем! Мы не хотим опоздать – Вандеркольтам нужен их лучший куотербек!

* * *

После этого двое громил притащили меня в раздевалку на другой стороне здания. Там уже было еще добрых две дюжины бугаев, одевающихся в массивную броню и готовящихся, несомненно, к суровой битве. С пересохшим ртом и едва не содрогаясь, я последовал их примеру – возможности сбежать я не видел, да и броня тогда казалась неплохим выбором. И потому я сменил свою странную (и, несомненно, гражданскую) одежду на еще более необычную, но дающую хотя бы толику защиты.

Как только я натянул за залитую гелем голову шлем, из-за угла появился обезьян постарше в зеркальных противосолнечных очках и с густыми усами – и направился прямо ко мне.

— Сентри! – рыкнул он. – Я думал, ты болен! Готов к игре?

Впервые с тех пор, как меня протащило через волшебное зеркало, я знал, что делать.

— Я все же не мог остаться в стороне, сэр, — ответил я достаточно стоическим тоном. Эффект вышел чуть смазанным из-за того, что мой голос ломался – еще одна ужасающая деталь моего нового уродливого тела. – Не волнуйтесь, хоть я и чувствовал себя нехорошо, я все же готов. Просто скажите, куда идти.

Я сгладил свое рвение притворным кашлем, который использовал всякий раз, как жеребенком хотел сбежать с урока истории. Реверсивная психология. Работает… не всегда, но все же достаточно.

«Тренер» долго, оценивающе посмотрел на меня и покачал головой.

— Преданность и отдача, Сентри. Я всегда ценил их в тебе. Ты далеко пойдешь, парень, — он шлепнул тяжелой лапой по шлему – достаточно сильно, чтобы у меня клацнули зубы. – Но не сегодня. Останешься на скамейке запасных, пока не будешь в форме на все сто.

Я подавил радостный вскрик, вместо этого укрепляя свое положение жалобным возражением.

— Но…

— Никаких «но», — принял окончательное решение Тренер, покачав головой. После чего он начал кричать остальному бронированному молодняку, собирая их вместе ради последнего напутствия.

Тренер завел стандартную вдохновляющую шарманку, разглагольствуя о «тяжелой работе», «целеустремленности» и «Ну и что с того, что Кристальная Академия в этом сезоне не проигрывала?»… Я перестал за ним следить – такого я наслушался предостаточно (да и сам несколько раз толкал), чтобы и без того знать содержание. Не говоря уже о том, что любительский спорт и рядом не валялся с тем, через что я уже прошел. Хуже вряд ли будет, подумалось мне.

Я ошибался.

Как обычно.

* * *

Они называли это игрой, но любой был бы прощен, думая иначе. Сама «игра» была схожа с клаудболлом, только без полетов, облаков и хоть какой-то доли приличий. Она напоминала мне что-то вроде выступлений гладиаторов, в которых так называемые «Вандеркольты» бились о ряды еще более крупных и уродливых дуболомов в фиолетовых шлемах. С каждой атакой с забитых трибун раздавались радостные крики. У боковых линий было с полдюжины приматок, видимо из группы поддержки, в таких коротких юбочках, что можно было бы засмотреться – если вы, конечно, один из тех обезьянов. И ни у одной, конечно, не было крыльев.

К счастью моего выступления на тему «отважный, но раненый воин» оказалось достаточно, чтобы я сидел на скамейке запасных вдали от угроз. Но вскоре у меня стала появляться компания – каждые несколько столкновений Кристальные мордовороты выбивали кого-то из наших, словно стремились к победе через истощение сил. И я с ужасом начал осознавать, что скоро Тренер воспользуется резервами – и на самом донышке найдет Вашего Покорного Слугу.

Потому я дождался, пока особо жестокое противостояние не прикует к себе всеобщий интерес, после чего медленно и тихо поднялся на ноги. Вскочить и бежать не подойдет (как бы ни хотелось) – это лишь привлечет ненужное внимание. На поле с грохотом столкнулись еще раз, и еще один Вандеркольт распластался на земле.

Я был слишком медленным – стоило мне встать, как Тренер развернулся и ткнул в меня пальцем.

— Сентри! На поле!

— Я?

— Знаю, я обещал, что не стану вводить тебя в игру, но Куик Снэп травмирован, так что ты – все, что у нас есть! – он хлопнул меня по плечу и сунул планшет с какими-то загадочными тактическими диаграммами. – Мы отстаем всего на два очка, а до окончания матча – полминуты. Тебе надо прорваться достаточно далеко, чтобы сделать филд-гол – и тогда дело в шляпе. Помни тактику своей игры – держись справа, но ищи, где сможешь прорваться. И не бойся менять фланг, если понадобится. Понял?

— Э, да? – на рефлексе солгал я.

— Отлично! Тогда вперед, Сентри! – Тренер толкнул меня в сторону поля, и у меня не было иного выбора, кроме как направиться туда. И хотя я шел с энтузиазмом висельника, видящего петлю, толпа позади компенсировала его своим собственным, взорвавшись диким ликованием, стоило мне пересечь белую полосу. Естественно, не им же бежать навстречу опасности.

На поле я занял то, что казалось моим местом. По крайней мере между мной и громилами Кристальной Академии было несколько мускулистых обезьянов, так что бить меня будут неизбежно, но не сразу.

— Эм. Да, — произнес я, посмотрев в обе стороны. – Давайте… эм, давайте сделаем это.

И тут разразился Тартар.

Один из Вандеркольтов бросил мне странный вытянутый мяч – он ударил меня в грудь, и я инстинктивно его схватил. Сразу после того гоблины в фиолетовом смели Вандеркольтов, как кегли, и помчались на меня.

Так что я побежал.

Мои перепуганные вопли потонули в реве толпы. Я отступил на несколько метров, стараясь увеличить дистанцию между мной и стадом бронированных головорезов, но другой фиолетовый бугай начал заходить слева, отрезая путь к отступлению. Он бросился на меня, но я отскочил в последний момент, не дав его туше меня раздавить.

Тут я прибавил ходу и побежал навстречу наступающим – хотя и под углом. Не из чувства отваги, не подумайте, а потому, что самые трусливые (а потому и мудрейшие) части мозга подсказали мне, что Кристальные троглодиты были слишком массивными, чтобы быстро менять направление движения. Я нырнул под лапой в фиолетовом рукаве и продолжил бежать, оставив рычащих чудовищ позади.

На этом они не закончились. На поле были и другие здоровяки – большая их часть преследовала или боролась с Вандеркольтами (в большинстве случаев, уверенно побеждая), но самые наблюдательные заметили меня своими маленькими глазками и пошли на перехват.

Я метался и петлял по полю, используя врожденную трусость, чтобы уворачиваться от громил в фиолетовом. Время от времени один или другой пытался напрыгнуть на меня, но я в нужный момент отпрыгивал. В сравнении с другими ужасающими чудовищами, что многие годы раньше пытались убить меня, эти массивные, бледные увальни были лишь любителями. Я бежал практически бездумно – не зная, куда, лишь бы быть уверенным, что мои кости не переломаются под тушами лучших бойцов Кристальной Академии.

Как вдруг они остановились.

Со стороны зрителей донеслась очередная волна радостного ликования, за которой последовал резкий гудок таймера. Так как меня ничего не пыталось убить (в данный момент, по крайней мере) – я позволил себе остановиться. И только тогда заметил, что оказался в зачетной зоне на противоположном конце поля. Ошеломленный, я позволил мячу выпасть из моих рук – все время своего испуганного забега я держал проклятую хреновину, даже не замечая того.

И как только мяч упал на землю, Вандеркольты окружили меня. Я бы сбежал, но все еще был вымотан предыдущим забегом. Мои «товарищи» смеялись, радовались и вскоре подняли меня на свои плечи. Следующей была публика, перебирающаяся через перила и спешившая на поле праздновать. Я не мог поделать ничего – лишь буквально оседлать волну энтузиазма, когда меня окружила орда восторженных обезьяноподобных чудовищ (на головах некоторых были ободки с ушами пони – что добавляло сюра). Все это казалось чрезмерным. Я войны выигрывал с меньшим триумфом, а Вандеркольты буквально сходили с ума из-за какой-то игры. Игры, в которой я победил чисто случайно. Но скандирование мне льстило.

— ФЛЕШ! ФЛЕШ! ФЛЕШ!

Чем более все меняется, тем более неизменным остается.

## Глава 3

— Приветик, Флеш! – розововолосая приматка едва не напрыгнула на меня на выходе из раздевалки. – Пойдешь на вечеринку?

— На вечеринку? – не успел я это сказать, как понял, что понятия не имел, чем буду заниматься в этой галлюцинации, кошмарной вселенной или чем она там была.

— Конечно на вечеринку! И хороша она тем, что победная, а не «Простите, ребята, вас разбила лучшая команда в дивизионе»-вечеринка! Разве это не круто?

— Я… думаю, да.

— И так как ты – именно тот, кто сделал ее веселой вместо печальной, то просто обязан прийти! Там будут музыка, напитки, закуски, шарики и это будет отлично! Я обещаю!

— Звучит приятно.

— Это будет более, чем приятно, скажу тебе! Она будет в доме Рарити! Точнее, в доме родителей Рарити, я думаю, потому что их имена на табличке и все такое, но папа Рарити здорово любит футбол, и он сказал Рарити сказать мне сказать тебе, чтобы все ехали туда и веселились всююююю ночь! – тут розовая вдохнула, потому что со всем своим энтузиазмом забыла про дыхание. – Так ты там будешь, так?

— ДА! – рявкнул стриженый здоровяк-блондин, вышедший из раздевалки вслед за мной.

И стало так.

* * *

После этого Вандеркольты (вместе с группой поддержки и значительной частью зрителей с трибун) погрузились в караван странных, несуразных механизмов. Они были похожи на вагоны поездов, но сделанные из стали и приводящиеся в движение шумными, изрыгающими дым моторами. Было бы эффективнее, если бы они просто использовали поезд, но я все же был в мире варварской расы чудовищ – или все это было галлюцинацией. До сих пор не уверен.

Вскоре караван остановился у небольшого, но элегантного дома, устроившегося в конце тупичка в пригороде. Судя по всему, вечеринка уже шла – в высоких окнах было видно множество обезьянов. Несомый стайкой Вандеркольтов, я оказался внутри. Двое приматов средних лет тепло поприветствовали нас на входе.

— Чувствуйте себя как дома, — предложила нам свежую выпечку женщина.

— А это должно быть наш герой дня! – произнес грозный усатый здоровяк, увидев меня. Он посмотрел на нас верху вниз, как старый ветеран – на новобранцев. – Справился даже лучше, чем я в твои годы! Далеко пойдешь, парень.

Он «дружески» шлепнул меня по плечу, оставив лишь легкий ушиб.

— Ох, не надо ему надоедать! – прошипела приматка своему, как я понял, мужу. – Не обращайте внимания – он просто любит вспоминать, как сам когда-то играл в футбол и… ой! А теперь и у меня ностальгия! – хихикнула она и протянула мне еще одну печеньку. – Повеселитесь, хорошо? Мы будем наверху, если что-то понадобится.

И так поприветствованный, я оказался на вечеринке. Она была сильно схожа с вечеринкой во дворце принцессы Твайлайт, только перемещенной в странный жилой дом, набитый стаей разнообразных приматов. Но все же шарики и ленточки, а также музыка были теми же. Но больше всего поражало то, что у обезьян были практически те же прически и расцветка, что у пони, с которыми я разговаривал до того, как попробовал этот проклятый абсент. Я даже видел двуногую и носящую очки версию принцессы Твайлайт, болтавшую с парой подруг в уголке. Я думал отвести ее в сторонку и поделиться, что со мной происходит, но все же отказался от этой идеи. Если у меня все же галлюцинации, то я просто опозорюсь перед настоящей принцессой, выдав, как жутко она выглядит без копыт, крыльев и так далее. И если у меня все же нет галлюцинаций, то Не-Принцесса Твайлайт скорее всего отреагирует так же, как Кэррот Топ. То есть, плохо.

Но в одном я был более, чем уверен.

— Мне надо выпить.

И вновь у стола со стаканами, чашей пунша и бутылочками стояла розовая вечериночная обезьяна.

— Вина, пожалуйста, — попросил я.

— Но я не виновата!

— Очень смешно, — уголок моего глаза мог дернуться.

— Спасибо! – подмигнула она мне и хихикнула. – Я научилась этому у Рарити!

— Просто… что-нибудь красного.

— Агась! – я получил пластиковый стаканчик и через мгновенье понял, что это не то.

— Это просто сладкая вода.

— Сладкая вода с вишневым вкусом! Она красная, как ты и просил!

— И никакого вина у тебя нет.

— Ага!

— Портвейн?

— Конечно, нет!

— Виски?

— Откуда бы?

— Ром? Пиво? Скрампи[5]?

— Нет, нет и я не знаю, что такое вот это последнее.

— А если тебе нужно узнавать, то это «нет», — потер я лицо. – А что же у тебя есть?

— Сок! Пунш! Сидр!

— Тогда мне… погоди, это же безалкогольный сидр, так?

— Ну конечно же!

Я застонал. Наверное, я умер и этот обезьяний мир был наказанием за многие мои прегрешения. Но все же будь я проклят, если не добуду себе выпивки.

— Так ты хочешь сказать, что устроила вечеринку… без капли алкоголя?

— Конечно! Мы не можем пить, глупенький! Это было бы незаконно! Мы еще не в том возрасте!

— Что? – это определённо был загробный мир. «Иронического» типа, которые описываются в сборниках коротких рассказов.

— Мы все еще старшеклассники! Мы слишком молоды для алкоголя! Так говорят законы.

— Только и всего? – покачал я головой. – Ты не подаешь толковые напитки просто потому, что какие-то бюрократы решили за тебя, что тебе будет лучше?

— Эм. Да?

— Слушай сюда, — наклонился я ближе. – Тут же нет никаких надзирателей, так?

Розовая выглянула из-за моего плеча, изучая толпу.

— Не-а! И полицейских тоже нет!

— Идеально. Значит, мисс Розов…

— Моя фамилия Пай.

— Значит, мисс Пай, — продолжил я, не моргнув и глазом. – Это «закон», о котором ты толкуешь, определенно аморален. То есть, не знаю, как ты, но я бы сказал, что более, чем заслужил право на достойно расслабляющие напитки.

И ее голубые глаза понимающе распахнулись.

— Ты прав! Я спасала мир, вроде… раз пять уже! А то и шесть! Я должна мочь пить, что захочу!

— Вот это я понимаю! – похлопал я ее по плечу, стараясь не задумываться, какие катастрофы требовали вмешательства маньячки передо мной. – А значит, раз это «ограничение по возрасту» аморально, то наш моральный долг – попрать его.

— Вау, раз ты ставишь вопрос так, то я просто обязана начать пить!

— Прямо-таки мои слова.

— Жаль, что у нас тут нет ничего алкогольного, — обвисли плечи барменши, а следом и мои. – Мы не можем пойти и купить, а любая другая выпивка в доме находится в винном шкафчике родителей Рарити.

— Я с этим справлюсь.

Похоже, что грязные обезьяньи хваталки все же на что-то годны – аккуратно применяя заколку и нож для масла я без проблем вскрыл замок. Хотел бы я сказать, что дверцы раскрылись, как в сокровищницу из романов о Дэринг Ду, но содержимое бара было куда более прозаичным. Там было несколько полупустых бутылок базовых ингредиентов для коктейлей и несколько бутылок простого столового вина. Ничего выдающегося, но сойдет. Я выбрал бутылку вина с самой интересной этикеткой (более-менее пристойное сухое красное, для справки), а остальное передал розовой, начавшей наливать друзьям под возглас «Vive la Resistance!».

К сожалению, подходящих стеклянных бокалов не нашлось, а я не был достаточно терпелив, чтобы рыться на чужой кухне (достаточно было того, что пришлось вскрывать бар). Так что пришлось удовольствоваться пластиковым стаканчиком. Первый я выхлебал за секунду и тут же налил второй – а этот уже посмаковал.

Вечеринка продолжалась как обычно – только немного громче, немного буйнее, и временами раздавался звук бьющегося стекла. Благодаря этому и вину было почти достаточно, чтобы я почувствовал себя почти, как в Эквестрии. Глаза только закрыть, и все.

Я решил, что вся ситуация попахивала магией. Я так и не понял, галлюцинация это, странный сон или массовая мутация, но наделся, что чего бы то ни было, выбраться из этого как-то можно. Я провел пальцем по краю стаканчика – и вдруг все понял. Этот бардак начало то странное и жуткое зеркало – и значит, очевидно, мне нужно найти это же зеркало и все исправить. Первое зеркало я нашел, накачавшись на вечеринке – и вот я снова нетрезв…

И налил себе еще вина.

На мои щеки нахлынул легкий румянец, и я пошел через толпу гладкой поступью слегка набравшегося. Я все еще держал стакан в одной руке, а бутылку в другой – за припасами нужно все же бдить. Подобно танцору, я обошел светло-желтую обезьяну с плафоном торшера на голове, мимо ее радужновласой подруги, старающейся убедить ту немного сбавить обороты, и перешагнул какого-то несчастного парнишку, свалившегося после первого своего стакана бурбона.

Чем дальше по коридору – тем меньше народу, прямо как во дворце принцессы Твайлайт. Идеально. Смутно припоминая, что делал, пока был пони, я выбрал случайную дверь и шагнул в нее, уверенный, что зловещая зеркальная машина будет по другую сторону.

Но вместо хорошо подобранной библиотеки я оказался в мастерской портного. Там было зеркало – и даже несколько – но без странных и загадочных магических машин, обрамляющих их. По комнате были раскиданы рулоны ткани и расставлены гротескные манекены, наряду с другими портновскими инструментами. Но самое примечательное – комната была занята двумя девушками, и эти девушки были весьма заняты друг другом. Та, что с фиолетовыми волосами, прилагала дискордовски много сил, чтобы вылизать миндалины той, что в фермерской шляпе. А руки этой, в свою очередь, были наполовину под юбкой первой.

Ладно. Не та комната.

Я развернулся на каблуках и затворил за собой дверь, оставшись незамеченным. Есть вещи, в конце концов, в которые не стоит вмешиваться. Я был готов начать поиски заново, но привлек внимание другой приматки. Я узнал ее – насколько их можно было узнать. Блондинка, солнечная улыбка, один глаз под странным углом – лучшая подруга Кэррот Топ, Дитзи Ду.

— Эй, — произнесла она и скользнула ко мне с дерзкой, не совсем трезвой улыбкой.

— А, привет, — ответил я вежливости ради. Попытавшись отступить назад, я уперся спиной в стену. Ужасное место для труса, из всех имеющихся.

— Есть… идеи, чем заняться, Флеш? – Дитзи Ду (точнее, ее обезьяний двойник) шагнула ближе ко мне.

— Боюсь, что нет.

— Тогда поделюсь своей, — с этими словами она взяла стакан вина из моих рук, залпом осушила и выбросила через плечо.

— И это?..

— Вот, — она схватила меня за ворот куртки и прижалась своими губами к моим.

Я приглушенно вскрикнул и выставил перед собой руки, чтобы оттолкнуть ее насколько возможно аккуратно. Я видел достаточно трагедий и мелодрам, чтобы знать, что интрижки с лучшей подругой партнера ведут лишь к неприятностям – даже без магических галлюцинаций. То, что у этой Дитзи Ду даже крыльев не было – делало лишь хуже.

Дитзи, казалось, было все равно. Фактически, она посмотрела на мою руку, попавшую на какую-то упругую часть ее торса, и улыбнулась.

— Берешь быка за рога, а? Мне нравится.

С этими словами она наклонилась вперед еще раз, но я успел выдавить:

— Стой!

— Что? – моргнула она мне своими почти невинными глазами.

— Мы не можем этого сделать.

— Конечно, можем, — прижалась ко мне Дитзи. – Рарити сказала мне, что Свити Белль у Эпплов с ночевкой. Мы можем занять ее комнату…

— Займем ее комнату?.. – и тут меня настигло ужасающее, жуткое осознание. Мой желудок дрогнул, угрожая выплеснуть добрую кварту вина, которую я успел выпить. Превратиться в обезьяну – это одно. Но даже мысль о совокуплении в таком облике? Вас бы тоже стошнило.

— Ох. Это отвратительно, — ответил я.

И как по щелчку выключателя, мягкая улыбка Дитзи растаяла. Она отпустила мою куртку, шагнула назад, и в ее глазах начали собираться слезы.

— Отвратительно? – дрожащим голосом произнесла она. Она неровно вздохнула, пытаясь (неудачно) взять себя в руки. – Вот какой я тебе кажусь?

И прежде, чем я успел ответить, блондинка развернулась и, всхлипывая, убежала.

Ошеломленный, я смотрел ей вслед и выдавил единственный ответ, до которого смог додуматься.

— Да вы все мне такими кажетесь.

* * *

Ну, ладно. Дитзи не была первой, кому я разбил сердце. Несчастная девочка была, несомненно, очарована моей лихой красотой (константа даже в обезумевшем мире) и решила наброситься на меня. По крайней мере, я прервал все в зародыше, до того, как все зашло далеко – случайная влюбленность легко забывается.

Я вернулся обратно на вечеринку – мне пришлось бы пройти через нее, чтобы поискать магическое зеркало наверху. Я лишь надеялся, что не наткнусь там на занятую друг другом парочку взрослых.

Но когда я зашел на кухню, все замолчали и уставились на меня. Как только я начал осознавать, что вновь оказался в центре скандала (еще одна константа вселенной), против меня выступило рыжеволосое воплощение гнева.

— Ты, — прорычала Кэррот Топ. – Что ты сделал?

— Ничего! – мой голос чуть дрогнул. – Ни малейшей проклятой вещи!

Кэррот иронически рассмеялась и ткнула пальцем мне в грудь.

— Из-за ничего Дитзи так не рыдает. Я едва смогла вытянуть из нее слово. Так что отвечай. Что. Ты. Сделал.

— Я ей отказал, вот и все.

— Что?

— Говорю тебе, она набросилась на меня. Как мартовская кошка. Я пытался…

— Нет. Нет, — перебила меня Кэррот. – Не изображай мне тут невинность, Флеш. Я с таким знакома. Я знала, что это произойдет – популярный куотербек встречается со странной девушкой, просто шутки ради. Неважно, что Твайлайт тебя бросила – это не повод обращаться так с Дитзи. Или с кем-то еще.

— Погоди, — возразил я. – Твайлайт никогда не бросала меня…

И прежде, чем я успел договорить «…потому что мы никогда и не встречались» что-то ударило меня по лицу достаточно сильно, чтобы сбить с ног. Оказавшись на нем и созерцая потолок, я понял, что эта Кэррот Топ может быть здорово похожа на настоящую.

Кэррот Топ нависла надо мной и ткнула пальцем в лицо.

— Никогда более не подходи и не говори с моей подругой.

Потирая болящую челюсть, я механически кивнул.

— И перестань говорить с этим дурацким акцентом, — выплюнула она и ушла.

Как только вспомнил, как двигаться, я поднялся на ноги, опираясь о кухонный стол (и уронив с него в процессе несколько стаканов и пустых бутылок). Остальные участники вечеринки смотрели на меня, пораженные развернувшимся скандалом. Я мрачно посмотрел на них.

— Что интересного? – спросил я, и этого оказалось достаточным, чтобы они хотя бы начали притворяться, что занимаются своими делами.

— Что происходит? – раздалось из коридора и в кухню влетела девушка с фиолетовыми волосами, которую я едва не потревожил несколько минут назад. Следом за ней была та, что в фермерской шляпе. Обе они пытались застегнуть на ходу пуговицы, и не могу сказать, что них получалось. Завитая узрела разгром на кухне и в ужасе ахнула. – Это… алкоголь? Где… как… кто сделал это?

С полдюжины пальцев тут же указало на меня.

— О! Флеш! Как ты мог? Мои родители доверились нам, а теперь… теперь… Я даже не знаю, может ли стать еще хуже!

И в этот момент раздались сирены.

Мигающие синие и красные огни показались в передних окнах, и вся вечеринка тут же застыла. Все в ужасе уставились на входную дверь. Кроме меня, конечно. Я знал, что такое «прибытие властей», и точно знал, что нужно делать. Двигаясь медленно, чтобы не привлекать внимания, я вышел на кухню и к выходу. Когда в парадную дверь нетерпеливо постучали, я уже выскальзывал из задней. Убедившись, что за мной никто не следит, я прибавил ходу, помчавшись через лужайку заднего двора. Перемахнув одним заходом через деревянный забор (по крайней мере, обезьянья физиология помогает в лазании), я побежал к темнеющему неподалеку лесу. Я испуганно (хотя и привычно) бежал, ветки били по куртке, и я был все дальше от огней жилых домов. Слишком далеко, должен заметить, потому что запнулся о корень под опавшими листьями и упал лицом вперед. Тем самым лицом, которое недавно ударила Кэррот Топ, хочу заметить.

Я позволил себе роскошь застонать – за годы у меня выработался отточенный инстинкт, позволяющий знать, собираются ли меня убивать, и прямо сейчас все было спокойно. И потому я просто лежал, тяжело дышал и жалел себя. Мне было больно, конечно, но выпитое вино немного приглушило боль. Но хуже было то, что я все еще застрял в адском обезьяньем мире, и все еще не имел понятия, как стану выбираться.

Не могу сказать, сколько я там лежал, стеная и шмыгая среди грязи и упавших веток – но вскоре меня из грез вырвало появление нависшей надо мной рыжеволосой девушки в чёрной куртке. Я так погрузился в жалость к себе, что не заметил, как она подобралась. Я встревоженно вскрикнул, но она просто поставила ногу в ботинке мне на грудь и мрачно посмотрела сверху.

— Отвечай, кто ты, черт возьми, такой, и что сделал с настоящим Флешем Сентри?

## Глава 4

— Но я и есть настоящий Флеш Сентри!

— Ага, заливай дальше. Настоящий Флеш Сентри никогда бы не испортил вечеринку Рарити.

— Ха! Да что бы ты знала. Настоящий Флеш Сентри – именно тот пони, что испортит чью-то вечеринку! Потому что это я и сделал. Потому что я настоящий Флеш Сентри, — пауза. – Не могли бы вы, пожалуйста, перестать стоять на мне?

— Что? Пони? Откуда ты… О. О, нет, — замолчала рыжеволосая, когда колесики в ее голове начали вертеться. Не убирая ноги с моей груди, она наклонилась, одной рукой коснулась камня в подвеске на шее, а другой – моего лба. Камень засветился магическим светом, и я приготовился к новому ужасному опыту.

Но не случилось ничего. Только рыжая моргнула, словно чтобы избавиться от магического сияния в глазах, и сделала шаг назад.

— Ты пони, — произнесла она. – И... пьян?

— Я способен и на то, и другое, — заметил я, поднимаясь на ноги, чтобы суметь, в случае чего, сбежать. – Хотя в данный момент я недостаточно ни тот, ни другой.

Замолчав, я очень подозрительно посмотрел на молодую женщину.

— Откуда ты вообще знаешь про пони?

— Я знаю, что ты прошел через портал, как и я.

— Как и ты? Тогда ты должна знать, что за дискордовщина тут творится.

— Да, знаю.

— Так просвети меня, пожалуйста – я буду чрезвычайно признателен.

— На полноценное объяснение нет времени, так что, если кратко, тебя перенесло в.. зеркальный мир. Там, откуда ты родом – все пони. Тут – люди, — она подняла руку и пошевелила пальцами, подкрепляя свои слова.

— Так ты знаешь, как вернуться? Хотя, нет – конечно, ты не знаешь. Если бы знала – тебя бы тут не было. Жуткое местечко.

— Так случилось, что мне здесь понравилось, — проворчала юная дама. – Но если ты хочешь вернуться, то я буду более, чем счастлива избавиться от тебя.

— Ты сможешь? – уцепился я за соломинку надежды. Конечно, она могла быть злой ведьмой, задумывающей «избавиться» от меня, но я считал, что даже застряв в уродливом обезьяньем теле смогу от нее убежать, если дойдет до этого.

— Поверь мне. Чем быстрей ты окажешься дома, тем легче будет нам всем.

— Что же ты сразу не сказала, — проверил я на ней чарующую улыбку, но эффекта от нее было, как от снежка против кирасы. Не обратив внимания на ее мрачный взгляд (в конце концов, я от многих пони видал похуже), я понял, что не обладаю очень важной информацией. – К слову, а как тебя зовут?

— Сансет Шиммер[6].

Я поклонился, хотя из-за двуногого тела это вышло несколько неловко.

— В таком случае, позволь представиться и мне. Лейтенант Флеш Сентри, к твоим услугам.

Сансет Шиммер лишь закатила глаза, не впечатленная моей галантностью.

— Давай, пойдем уже.

Она повела меня, огибая дом (и полицейских, явившихся на вечеринку) по широкой дуге, двигаясь, как та, кто привык нарушать закон. Она не была на уровне, скажем, Специального Агента Голден Харвест – но дотуда дотягивались немногие.

Путь казался короче, чем он был на самом деле – мой дух наполнял оптимизм и предвкушение возвращения всего на круги своя. Вскоре я снова буду стоять на четырёх копытах, хорошо высплюсь и позабуду все это, как никогда не происходившее. В конце концов Сансет Шиммер привела меня к зданию школы, у которой весь бардак и начался. Мы подошли к статуе перед зданием, и она указала на полированный камень постамента.

— Сюда, Флеш. Твой дом там.

— И все? – удивился я. – Я думал, все будет более… волшебно. Ну знаешь, сияние, зловещий речитатив, гром и так далее.

— Все не так. Он просто… там. Шагни в портал, и он выкинет тебя обратно в Эквестрию.

— Так просто? В таком случае, я бы сказал, что приятно было познакомиться, но это было бы ложью. Да! – я насладился возмущением на ее лице, прыгнул вперед…

…и четко воткнулся лицом в полированный камень.

В сравнении со всем прочим, что я перенес по ходу карьеры (или даже за это конкретный вечер), это было мелочью. Ни крови, ни сломанных костей и всего такого. Но все же я сполз лицом по мрамору.

— Очень смешно, — проворчал я.

— Такого не должно было произойти.

— Уверена?

Она наклонилась и коснулась ладонями постамента.

— Он должен был просто пропустить тебя, но… — тут она побледнела. – О, нет.

— Что? В чем дело? Почему я не мог попасть домой? – забормотал я, стуча своими отвратными обезьяньими лапами камень.

— Это система безопасности, которую установила Твайлайт – принцесса Твайлайт. По эту сторону портала у нас уже были проблемы со случайной магией, влияющей на людей. Так что Твайлайт наложила кое-какие защиты, которые включаются, если тут есть угроза – чтобы предотвратить магическую катастрофу, которая может угрожать другому миру.

— Так что я тут застрял, — в горле у меня пересохло.

— Пока ситуация не будет под контролем.

— В таком случае… какова стандартная процедура действий в подобных ситуациях?

— Обычно, это то, с чем разбираюсь я и мои подруги. Но кое-кто решил, что вскрыть винный шкафчик отца Рарити – хорошая идея. И теперь им повезет, если им не запретят месяц из дому выходить.

— Не надо меня винить. Я просто сделал вечеринку… ну, вечеринкой. Не моя вина, что кто-то вызвал полицию! Или что у твоих подруг не хватило ума убежать от них.

— А им и не нужно было бы, — обвиняюще ткнула Сансет пальцем меня в грудь. – Слушай, ты хочешь домой, а чем больше я с тобой общаюсь, тем сильнее хочу избавиться от тебя. Так что хотя бы в одном мы можем друг с другом согласиться.

— Уже начало.

* * *

Мы расположились в небольшой дрянной закусочной. Она была практически пустой, за исключением компании очкариков в кабинке у дверей, и усталой женщины в грязном фартуке за стойкой. Сансет Шиммер и я заняли столик в кабинке в дальней части заведения. Там она заказала кофейник кофе (которым нехотя поделилась со мной). Я же, недоумевая, изучал меню.

— Что такое «гамбургер»?

— Ты… ты не захочешь знать. Лучше закажи картофель фри. Поверь мне, — Сансет достала из кармана какой-то светящийся прибор – как я предположил, некий магический талисман, исходя из того, что она уставилась в маленький прямоугольник из стекла и металла так, словно он содержал решение всех проблем мира. Но судя по тому, как Сансет раздраженно кинула его на стол – это было не так.

— Великолепно, — проворчала она. – Я не могу достучаться ни до одной из подруг. Это значит, что они либо наказаны, либо в тюрьме.

— Значит, мы устраиваем им побег?

— Что? Нет!

— Я лишь хочу сказать, что раз на кону судьба мира, то было бы совершенно законно отнестись к закону… несколько свободно. Поверь мне, ты не единственная, кто спасал мир. Или миры, если все эти зеркальные штучки взаправду.

— Ты. Спасал Эквестрию.

— Несколько раз, — глотнул я кофе. – Крест Селестии просто так не дают, знаешь ли.

Вообще, похвальба наградами редко заканчивается хорошо, но тот факт, что Сансет Шиммер была единственным существом в этом странном мире, которая знала, что такое Крест Селестии, просто заставила меня упомянуть его.

Сансет несколько раз моргнула, удовлетворительно шокированная.

— Ты не лжешь.

— Истинно.

— Будем надеяться, что настолько плохо все не будет, — продолжила Сансет. – Я к тому, что последние месяцы мы имели дело с одержимой мощью дриадой, питаемым эго зеркалом, эпидемией амнезии и… тролль?

— А вот это немного выбивается.

Сансет Шиммер с все нарастающей паникой на лице посмотрела на входную дверь закусочной.

— Да нет, там – тролль!

И как по заказу, где-то позади меня послышался звук разбиваемого стекла. Я развернулся на своем месте и увидел… ну, тролля. Будучи еще более уродливым, чем обитатели этого измерения (а это уже достижение), тролль выглядел как бело-синяя горилла, высеченная из грязного льда. Как только он ворвался в двери, то заревел на ботанов в другой части закусочной, заставив их в панике ссыпаться со своих мест.

Я не криптозоолог, но чудовище узнаю с первого взгляда – не говоря уже о том, что делать, когда они появляются.

Я побежал.

По крайней мере, я попытался. Сансет Шиммер хватило ума вылезти со своего места, но она продолжала пялиться на тролля, словно никогда таких не видела. А потому я врезался прямо в нее, и мы упали на пол.

Внезапно тролль уставился своими маленькими глазками на Сансет и меня. Одним прыжком он пересек закусочную и занес над нами огромные, льдистые кулаки – но я откатился раньше, чем он размозжил мне голову. При этом я еще не успел расцепиться с Сансет, так что потащил ее за собой – и потому успел спасти ей жизнь. Забавно вышло.

— Беги, дура! – заорал я. Сердце колотилось в грудь. Я поднялся на ноги – и едва уклонился от щелкнувших челюстей тролля.

— Куда? Он блокирует дверь!

Я нырнул обратно в кабинку, в ужасе глядя на ледяного монстра. Пытался отползти назад – и уперся плечами в стекло окна. Подумай раньше, я бы попытался разбить окно – а сейчас оказался слишком близко, чтобы набрать достаточную скорость. Вскрикнув от страха, я уставился в его уродливое лицо – как трус, я не мог сделать ничего большего, чем беспомощно замахать руками. Нашарил на столе что-то, что можно было кинуть в чудовище…

…и о рожу тролля разбился кофейник.

Он взревел еще громче, отшатнулся назад и вцепился от боли в морду. Там, где разлилось кофе – поднимался пар, расплавляя ледяное тело. Ослепленный тролль заметался, как отчаянное, раненое животное, перевалился через стойку мимо перепуганной хозяйки…

…и прямо в полный раскаленного масла гриль.

Вскоре тролль растаял, оставив после себя вонь, грязную лужу и длинный список нарушений правил санэпидемконтроля.

— Что за херня? – пробормотал я, на волосок разминувшись со смертью.

— Думаешь, это он прошел через портал? – спросила Сансет.

— Невозможно. На данный момент меня пытался убить почти каждый хищник Эквестрии, и ничего такого мне не попадалось, — я медленно вылез из кабинки и огляделся – на случай, если приятели тролля были поблизости. К счастью, больше ледяных монстров не было – уже плюс.

— Ледяные тролли получают утроенный урон от тепловых атак, — произнес кто-то дрожащим шепотом.

— Чего? – хором произнесли я и Сансет.

Один из книжных червей, сидевших у дверей, выглянул из кабинки и поправил треснувшие очки.

— Ледяные тролли получают утроенный урон от тепловых атак, — повторил он, теперь громче.

— Так значит ты за этим стоишь? – прежде, чем успел подумать, я рванул через закусочную, схватил тощего обезьяна за клетчатую рубашку и хорошо встряхнул. Жаль, что рядом не оказалось шкафчиков, о которые его можно было бы ударить. – Ты меня убить мог, дохляк!

— Это не он! — вмешался пухлый дружок моего пленного. – Это из книги!

— Какой. Книги, — спросил я, не выпуская первого.

— Вот! – толстяк зарылся в рюкзак и вытащил потертую книгу в твердой обложке, на которой скудно одетая девица замахивалась мечом на огнедышащего дракона. – Это Альманах Абоминаций!

— Ты шутишь, — произнесла Сансет.

— Там все есть! – пухляк раскрыл книгу и начал быстро в ней рыться. Вскоре он добрался до раздела на «Л» и предъявил мне изображение той самой твари, что едва меня не убила (в не растаявшем виде) и колонку загадочных цифр и сокращений рядом.

— Что это еще такое? – я бросил первого ботана и схватил книгу. – Какое-то… пособие по призыву чудовищ?

— Это игра, — ответила Сансет.

— Что? – выпучил глаза я.

— Это из «Огров и Темниц». Игра, — пояснила она.

— Так значит, чудовищ они на нас наслали веселья ради? – я крепко стиснул пальцами обложку и подумал, насколько больно будет, если я их ей ударю.

— Нет! – воскликнул первый книжный червь. – Они воображаемые!

— Воображаемые.

— Предполагалось, что они воображаемые! – простонал он.

— Но теперь обретают плоть, — вздохнула Сансет. – Великолепно. Теперь мы должны разобраться, кто заполучил магический Альманах Абоминаций и рассержен.

Тут кровь отлила от моего лица.

— Думаю, я знаю, о ком ты.

## Глава 5

— Итак, скажи мне, Флеш – за что Кэррот Топ на тебя взъелась? – спросила Сансет Шиммер, пока мы пробирались переулками человеческого города.

— Не совсем уверен, но, думаю, это как-то связано с тем, что я отказался обжиматься с ее лучшей подругой.

— Что?

— Я знаю, ага? Обычно все иначе. Ты окручиваешь одну кобылку, ее подружка начинает ревновать. Но когда говоришь, что старого доброго Флеши хватит на всех…

— Остановись. Вот прямо тут сейчас, пожалуйста – остановись.

— Так себе идея, учитывая, что все здесь – уродливые приматы.

— Поверить не могу, что когда-то встречалась с другим тобой.

— Я тоже. В конце концов, у него нет Креста Селестии.

— Он старшеклассник.

— Да? – задумался я. – Но… я – нет. Он же не второгодник, так? Мистер Уоллингхуф вечно грозил оставить меня на второй год, потому что я строил глазки одной милой пегасочке в третьем ряду…

— Нет, всепони… или, эм, все люди здесь – более молодые версии самих себя. Твайлайт считает, что это как-то связано с искривлением пространства-времени в результате превращения материи в магическую энергию при переходе через портал. Что-то вроде релятивизма параллельных измерений.

— Не понял ни единого слова.

— Хорошо. А теперь замри, чтобы эта тварь нас не заметила, — Сансет Шиммер прижалась спиной к стене переулка, и я сделал то же самое. По улице проплыло сферическое существо, полностью состоящее из глазного яблока. Она раскрыла книгу, которую мы «одолжили» у неудачников в закусочной, и начала листать страницы, пока не нашла подходящую картинку. — Здесь говорится, что Летающее Око Смерти глухое. Пока мы остаемся вне его поля зрения — все в порядке. Конечно, если оно нас увидит, то поджарит лучами смерти, так что... постарайся, чтобы тебя не увидели.

— Буду иметь в виду, — дрогнул мой голос.

Через несколько минут нелепый монстр уплыл за угол, и мы пошли дальше. Сансет продолжала тащить меня туда, где монстров было больше всего, в поисках их источника. Я бы предоставил ей разбираться самостоятельно, но знал, что этот безумный план был единственным способом снова встать на четыре копыта. Экзистенциальный ужас застрять в этом мире пересилил более непосредственный ужас перед чудовищным зверинцем, бродящим по улицам.

Мы скрывались от драконов, уклонялись от элементалей, прятались от хобгоблинов и прочими способами крались через город. Принимая во внимание навыки ориентирования Сансет и мою собственную врожденную трусость, это было легко, хотя иногда патрули чудовищ заставляли нас идти кружным путем.

Город, однако, был не слишком большим — по крайней мере, по сравнению с настоящим городом вроде Мейнхеттена или Кантерлота. Я мог только предположить, что примитивные обезьяны не были способны строить большие поселения. Чтобы добраться до источника чудовищ – небольшого парка в центре – много времени не потребовалось. Парк с его высокими тенистыми деревьями и скамейками был бы идеальным местом для уютного пикника — если бы не злобно хихикающая волшебница посреди всего этого.

Я не специалист по магии, но видел немало зловещих ритуалов, иногда даже с позиции «прикованного к алтарю». По сравнению с ними, этот был довольно скромным. Кустарный апокалипсис, можно сказать. Кэррот Топ (или ее двуногая обезьянья версия) стояла в центре парка, одетая в фиолетовую мантию с капюшоном. В руках она держала большую книгу — копию Альманаха Абоминаций, идентичную той, что была у Сансет, за исключением магического сияния.

— Что дальше? — спросила Кэррот Топ голосом, слегка дрожащим от безумного прилива силы. Она погрузилась в книгу, листая ее, пока не издала торжествующий крик. — Ага! Вот! Древоужас!

С этими словами Кэррот взмахнула рукой, и из болезненно-зеленого свечения материализовалась фигура странного, неуклюже шагающего существа, полностью состоящего из наполовину сгнившей растительности. Кэррот Топ полюбовалась на свое новейшее творение, а затем вновь залилась смехом.

— Вот она, — прищурилась Сансет.

— Эмм… что ты собираешься с ней делать?

— Еще не знаю.

— Что? – удивился я. — Ты же говорила, что делала подобное раньше!

— Мне случалось. В компании с подругами. Которых сейчас тут нет из-за тебя.

— Ну так делай то же, что делали твои подруги. Просто… посильнее?

— Думаешь, я смогу просто уговорить Кэррот Топ прекратить, а затем вылечить ее безумие силой дружбы в одиночку?

— Было бы неплохо, да.

— Ты Герой Эквестрии, что бы ты сделал? – мрачно посмотрела на меня Сансет.

— Эмм… — почесал я затылок. – Обычно я импровизирую.

— Импровизируешь? – засомневалась Сансет.

— Мы могли бы поджечь что-нибудь. Обычно это работает.

— Поджог — не лучший вариант.

— Но лучше всего, до чего смогла додуматься ты.

Я был прав, конечно, но я был настолько прав, что случайно повысил голос, который, в свою очередь, отразился эхом от кирпичных стен переулка. Сансет и я сжались, что, в свою очередь, привлекло внимание Кэррот.

Она обернулась достаточно быстро, чтобы ее капюшон упал, обнажая рыжие волосы, которые казались еще более вьющимися, чем обычно.

— Взять их! — закричала она, и с этими словами зеленое чудовище, стоявшее рядом с ней, взмахнуло обеими лапами. Хлыстоподобные лианы рассекли воздух. Растерявшиеся мы не успели увернуться — прежде чем я успел это осознать, существо опутало мои ноги, и я упал на землю, почти полностью овитый толстой, переплетенной лозой. Я брыкался и кричал, пытаясь вырваться, но спасения не было. Точно так же спелёнатая Сансет приземлилась рядом со мной, и вскоре чудовищное растение подхватило нас, как лучший улов рыбака. Словно чтобы метафора стала еще более точной, лиственный слуга Кэррот перевернул Сансет и меня вверх ногами.

— Ха-ха! Атаки с запутыванием в дальнем бою! Полная победа. Идеальный инструмент для СТ! – со злодейским ликованием произнесла Кэррот.

— А… СТ? – спросил я. Замешательство было лучше, чем паника, но ненамного.

— СТ! Смотритель Темниц! – объяснила Кэррот с разочарованием того, кто объясняет что-то в тысячный раз. — Думаю, мне не следует ожидать, что ты знаешь, что это значит. Ты же популярен.

Она сделала это слово эпитетом.

— Пожалуйста, Кэррот, ты не такая, — взмолилась Сансет Шиммер. Искренне даже.

— Я не такая? – развернулась к ней Кэррот. — Откуда тебе знать? Ты мне не подруга. И никогда не была! Ты просто пытаешься понравиться мне теперь, когда у меня есть магический артефакт невообразимой силы.

Кэррот Топ крепче прижала к груди Альманах Абоминаций и улыбнулась.

— Но знаете, что самое приятное? Я буду куда лучшей злодейкой, чем когда-либо была ты, — она протянула руку и с усмешкой щелкнула Сансет по носу.

— Подожди, ты злодейка? – произнес я, поворачиваясь к Сансет. — Думаю, это многое объясняет.

— Я не злодейка! — уставилась она на меня. — Уже нет!

— О, Флэш. Бедный, бедный Флэш. — Кэррот Топ печально покачала головой. – Ты не знал? И почему красавчики всегда такие дураки?

— Подожди… — сказал я. — Ты считаешь меня красивым?

— Тебя сейчас именно это волнует? – возмутилась Сансет.

— Не думай, что сможешь очаровать меня и выбраться отсюда, — погладила Кэррот корешок книги. – Это могло сработать с Дитзи, но я знаю лучше. Я знаю, какой ты на самом деле. Просто потому, что ты хорошо выглядишь и хорош в спорте, ты считаешь, что у тебя все выгорит и…

Я начал смеяться.

— Флеш? – спросила Сансет.

— Что смешного? — взвизгнула Кэррот.

— Прости! Прости! Я, эээ... Мне кажется, что у меня слегка кружится голова, потому что к ней кровь прилила. Но ты только что сказала, что я знаю, что делаю?

— Разве нет? – моргнула Кэррот.

— Мисс Топ, — снова засмеялся я. – Могу сказать, что лишь немногие избранные имеют хоть какое-то представление о том, что они делают в любой момент времени. Я к тому, что я-то, конечно, нет. Я провел большую часть вечера — большую часть своей жизни, на самом деле, имея лишь смутное представление о том, что происходит, и не вижу, чтобы это изменилось в ближайшее время.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что вы подросток. Странный, неуверенный в себе, одинокий подросток.

— И? – резко спросила она и сжала пальцы. Отреагировав на это, удерживающие меня лозы сжались так сильно, что я застонал

— И это нормально! — выпалил я, немного более высоким, чем обычно, голосом. — Потому что все подростки странные, неуверенные в себе и одинокие. Вот… что значит быть подростком. Но дело в том, что это никого не волнует. Вы, будучи Надзирателем Темниц...

— Смотрителем, — поправила Кэррот.

— Не суть, — ответил я. — Это не имеет никакого значения. И знаешь, что? Та дурацкая игра, которую я выиграл сегодня вечером? Она тоже не имеет значения! Все не имеет значения!

— Я и не думала, что ты нигилист, Флеш Сентри, — заметила Кэррот.

— Нет! То есть, я не нигилист. У меня просто… широкие взгляды.

— Откуда у тебя широкие взгляды?! Ты просто безмозглый спортсмен!

— На самом деле, я прославленный герой войны из параллельного измерения, который был необъяснимым образом перенесен в этот мир через волшебное зеркало, которое в настоящее время запечатано из-за ваших злодейств.

— Что? – удивилась она.

— И стоит отметить, что вы, Кэррот — или, эээ, та Кэррот, откуда я родом — честно говоря, самая замечательная юная леди, которую я когда-либо встречал. И которая тоже угрожала меня убить, если подумать. Однако, если вы хоть чем-то схожи с ней, то в своей жизни можете стать больше, чем очередным опереточным злодеем.

— Ты действительно думаешь, что я в это поверю?

— Это Старшая Школа Кантерлота, — добавила Сансет. — И ты собираешься использовать волшебное руководство по игре, чтобы призывать подчиняющихся тебе монстров. Что, честно говоря, довольно незамысловато по сравнению с некоторыми другими вещами, с которыми нам приходилось иметь дело. Ты ведь помнишь, что происходило на Играх Дружбы?

— Если ставить вопрос так, то это почти имеет смысл, — нехотя согласилась Кэррот.

— Дамы? — вмешался я. – На тему поставить… Возможно, обсуждать это все можно поставленными правильно.

Кэррот Топ закрыла книгу.

Растительный монстр за считанные мгновенья сжался и исчез, растворившись в сухих листьях и потрескивающей магии. К сожалению, он все еще болтал меня и Сансет над землей, как трофеи, и потому из-за внезапного исчезновения мы упали головами вниз. Свежий приступ боли заставил меня познакомить мир с солдатским фольклором. Не то чтобы Кэррот Топ обратила на это внимание, тяжело опустившись на ближайшую скамейку с книгой на коленях.

— Я... я в беде, не так ли?

— Не думаю, — поднялся я на ноги. – То есть, правильно я понимаю, что всякие «магические катастрофы» тут довольно редки?

— Не настолько, как раньше, — ответила Сансет.

— Правильно, но это все же не совсем повседневная вещь, не так ли? Это означает, что соответствующие органы не разработали никаких законов против монстров или что-то в этом роде, я полагаю?

— Ну… нет…

— Значит, если нет законов, то прекрасная мисс Топ не сделала ничего противозаконного. Разве это не чудесно? – самодовольно ухмыльнулся я с позиции адвоката.

— Это не значит, что это не было неправильно, — закрыла лицо руками Кэррот.

— Мы все совершаем ошибки, — понимающе сказала Сансет Шиммер.

— Пока никто не мертв и не забеременел, то все путем, так? – весело поддержал я. — По дороге сюда мне трупы не попадались. Что оставляет только последний вариант, который кажется... маловероятным. Если только вы не вызывали развратных демонов похоти или что-то в этом роде из этой своей книги. Вы... не вызывала развратных демонов похоти, не так ли?

— Они в другом дополнении, — с печальной улыбкой посмотрела на меня Кэррот.

— Ну и хорошо. Я буду стараться не слишком задумываться о том, что вы сказали это несколько поспешно.

— Хватит помогать, Флеш.

— Что теперь? – спросила Кэррот.

— Что и всегда, — ответила Сансет. — Мы просто… будем жить своей жизнью. Но важно то, что мы извлечем из этого уроки. Может ты немного увлеклась, но это не значит, что мы не можем быть друзьями.

— Но… ты же популярна, — произнесла Кэррот. – Зачем тебе дружить с нердом, вроде меня?

— Потому что я точно знаю, через что ты прошла. Кроме того, у меня много друзей-нердов. Ты когда-нибудь общалась с Твайлайт? Любой из них? Черт возьми, я уверена, что она с радостью согласиться поиграть с тобой в «Огров и Темницы» когда-нибудь. Только… без такого количества чудовищ.

— Посмотрю, что можно сделать, — Кэррот провела рукой по копне волос. – Слушайте, я… Простите, что пыталась убить вас с помощью магии. Я больше так не буду.

— Не волнуйся, я уже привыкла, — с мрачным юмором ветерана ответила Сансет.

— А я нет, — чисто из принципа ответил я.

— Тогда лучше будет вернуть тебя домой до того, как это произойдет.

* * *

Так и произошло.

Почти.

* * *

Сансет Шиммер привела меня обратно к странной статуе и постаменту, но на этот раз я проверил проходимость портала с помощью очень научного метода (то есть, ткнул туда палкой). И там показалось характерное свечение магии, указывающее, что портал открыт.

— Будем прощаться, — бросил я палку. — Не то чтобы вы двое не были приятной компанией, — солгал я. — Но я пытался вернуться домой с тех пор, как попал сюда.

— Понимаю, Флеш, — сказала Сансет.

— Ну тогда пойдем со мной… — Я сделал два шага к порталу, затем остановился, посмотрев на Кэррот (которая поплелась за нами двумя, потому что больше ей некуда было идти). — Вообще-то… прежде чем уйду, я должен вам кое-что сказать.

— Что? – спросила сбитая с толку она.

— В следующий раз, когда вы начнете себя жалеть, вспомните — вы замечательная барышня, способная буквально на все.

— Действительно? – моргнула она. – Ты серьезно?

— Абсолютно. А если кто-то попытается доказать вам обратное – перебейте ему глотку.

— Флеш, — отругала меня Сансет.

— Что? Это то, что моя... это то, что другая Кэррот захотела бы, чтобы я ей передал!

— Думаю, хватит уже помогать, — мрачно уставилась на меня Сансет.

— Спасибо, Флеш, — Кэррот Топ криво улыбнулась и сунула мне свой экземпляр Альманаха Абоминаций. — Возьми. Что-то мне подсказывает — по ту сторону портала ему будет безопаснее.

— Я, эээ, тоже так думаю? — Я посмотрел на книгу, которая, к счастью, не сияла, но я не был уверен, как долго это продлится. — Кстати, о другой стороне портала — лучше бы мне туда попасть.

— Не могу не согласиться, — кивнула Сансет.

А потом толкнула меня в портал.

* * *

Несмотря на знание, что я таки возвращаюсь домой, приятным обратный путь назвать все же не мог. Это было неизбежно – невозможно приятным образом разорвать и перестроить атомы своего тела.

Я выпал из зеркала в сиянии магии, прокатился через библиотеку принцессы Твайлайт и врезался в полку, полную справочников. Тома с Т по Ф Большой Эквестрийской Энциклопедии обрушились на меня самыми постыдными побоями, которые я перенес за годы (а это уже кое-что говорит). К счастью для меня, рядом не было никого, кто мог бы это увидеть. И все же, несмотря на боль и тошноту, я смеялся.

Потому что я снова был пони.

Я быстро проверил: четыре копыта, два крыла, один хвост — все признаки того, что я вернулся в Эквестрию. Вскоре после этого как я подтвердил это, послышалось еще одно напоминание о том, что я снова в Эквестрии — что-то невероятно большое и неизвестно чем разъяренное взревело за пределами замка достаточно сильно, чтобы с потолка посыпалась штукатурка. По другую сторону витражей библиотеки прошла гигантская тень, и мои ноги тут же задрожали. Я посмотрел на зеркало, передумал и вместо этого бросился к двери в коридор...

Где столкнулась с принцессой Твайлайт.

— Флеш! — вскрикнула она, удивленная так же, как и я. — Что вы... подождите! Это то, что я думаю?

— Это то, что вы думаете?

— Альманах Абоминаций! — Принцесса Твайлайт воспользовалась своей магией, чтобы вытащить книгу из-под моего левого крыла, где она была спрятана. Каким-то образом она преобразилась так же, как и я — поменяла свою яркую, пеструю обложку на более старый, более простой и, следовательно, более зловещий переплет из черной ткани. — Вы нашли его!

— Я нашел?

— Вы спасли нас всех!

— Я спас?

— Где вы... знаете, что — неважно! Мне нужно остановить Тарраска, и с помощью этой книги я узнаю, как это сделать!

— Удачи? – в основном рефлекторно ответил я. По крайней мере, она не тащила меня за собой, чтобы буквально броситься в пасть верной смерти. Пока.

— Мне не нужна удача, у меня есть справочник!

С этими словами принцесса Твайлайт применила заклинание телепортации, исчезнув во вспышке ослепительного света. К счастью, она оставила меня на месте, хотя и не одного. К тому времени, как мое зрение прояснилось, я обнаружил, что смотрю на знакомую копну рыжей гривы (на надлежащем месте – на непримечательной молодой земной пони).

— Сентри, — произнесла она, направляясь ко мне. — Где ты был? Я искала тебя несколько часов. Когда напал монстр, я не знала, спрятался ты в винном погребе или…

Она замолчала. Профессиональное раздражение рассеялось, явив нечто иное.

— О, — сказал я. — О.

Я улыбнулся и подошел, чтобы обнять ее крылом.

— Ты должна была бы знать меня лучше. Я очень хорош в выживании, — я замолчал и снова взглянул в окно, где гигантский силуэт, казалось, неуклюже отступал от силуэта в форме принцессы. — Кроме того, хочу отметить, я не виноват.

— В чем?

— Что бы вот это ни было, — как по команде монстр снова взревел, но уже тише.

— А, это? Оно просто пришло из Вечнодикого. Такое происходит каждые три недели или около того.

— Нам… стоит что-то предпринять?

— Нет, у принцессы все под контролем. Обычно она справляется.

— Обычно?

— Скажем так, в ближайшее время без работы я не останусь, — произнесла Специальный Агент Голден Харвест.

— А значит, и я, — со стоном заметил я.

— Я просто рада, что тебя не убили, идиот, — Кэррот Топ выскользнула из-под моего крыла и направилась к двери. — А теперь давай выпьем чего-нибудь, и ты расскажешь мне, что конкретно тут только что произошло.

— Это… может занять некоторое время.

— Все в порядке. Думаю, Пинки Пай все еще смешивает коктейли, даже несмотря на чудовище снаружи.

— Знаешь? – сказал я. — Может быть, мы просто выпьем кофе?

* * *

На этом седьмой том Записок Сентри заканчивается. — Дж.М.Ф.

1

По замечанию принцессы Твайлайт Спаркл, оба варианта могут быть одинаково верны, — Дж.М.Ф.

2

Смотрите Пленник Зебры, — Дж.М.Ф.

3

Смотрите Сентри в деле, — Дж.М.Ф.

4

Смотрите Кэррот и дубина, — Дж.М.Ф.

1

Крепкий сухой сидр, популярный в юго-западной Англии, — примечание переводчика.

1

Упоминания Сансет Шиммер весьма интересны для историков (вроде меня), так как они подтверждают достоверность апокрифических Посланий Сансет. Многие годы ряд историков утверждал, что Посланиям Сансет предполагалось быть метафорой, использующей странную и чуждую землю, чтобы сатирически подсветить ключевые темы. К примеру, описание принцессы Селестии, как «директора Селестии» часто считалось указанием на отношение принцессы Селестии к некоторым образовательным законам тех лет. Предлагаю вам изучить Дружбу в письмах: глубокий анализ Посланий Сансет за авторством Бренди Свитэппл, чтобы изучить вопрос полнее, чем я могу позволить себе здесь.

Упоминание Сансет Шиммер в источнике из первых копыт вне Посланий Сансет может указывать на то, что она была настоящей пони, а не псевдонимом одной из подруг и сподвижниц принцессы Твайлайт Спаркл (вроде Старлайт Глиммер или даже А.К. Ирлинг, как предполагалось в прошлом). Но я считаю должным заметить, объективности ради, существует вероятность того, что, упоминая вымышленного персонажа, Сентри намеренно отмечает данную часть своих мемуаров как вымышленную. И коли это так, то, в свою очередь, это может указывать, что все Записки Флеша Сентри полностью сфабрикованы.

Столкнувшись с возможностью увидеть несостоятельность своих трудов за много прошлых лет, иной историк мог бы решить не включать эту главу вообще. Но после дальнейших раздумий (и дальнейших исследований) я пришел к выводу, что исторические данные преимущественно поддерживают описанное Сентри в предыдущих томах его мемуаров. И такой внезапный переход к полному вымыслу для него совершенно нехарактерен. Более того, крайне маловероятно, что Сентри вообще знал о существовании Посланий Сансет, так как их первая официальная публикация произошла через несколько лет после его смерти, — Дж.М.Ф.