# Ведьма Вечнодикого леса

repitter

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/4ah9-1432607549-252269-full]

Сансет Шиммер переживает худший день в своей жизни. Раньше она была важной пони. Она была личной ученицей принцессы Селестии. Она была будущим лидером Эквестрии. Она была кобылкой, которой завидовали абсолютно все.

Сегодня все вокруг нее рушится.

AU: Что, если Сансет Шиммер не отправилась сквозь зеркало?

Редактор: Randy1974, Shaddar, Arri-o

## Глава 1: Выбор есть всегда

− Сансет Шиммер, я отстраняю тебя от ученичества. Если мы не сможем разобраться с этим, то твое обучение заканчивается. Ты можешь остаться в Кантерлоте, но во дворце тебе больше не рады.

Я почувствовала, как сердце в груди замерло. Как она могла так поступить со мной? Я была сильнейшим единорогом в Эквестрии! Я сдала все тесты, которые она мне устраивала, с настолько высокими оценками, что для меня надо было придумывать отдельную шкалу оценок! Я не мусор, который можно просто выкинуть!

Я сдержала слезы и посмотрела на нее поверх лежащих между нами книг по темной магии и запретной истории.

− Мы НИКОГДА не разберемся с этим, потому что ты не видишь, какого величия я заслуживаю! – сердитый плевок на пол между нами. − Это действительно все, что ты можешь мне сказать?

Мне потребовалось вся выдержка, что у меня была, чтобы не съежиться перед ней. Я никогда раньше не видела ее такой рассерженной, даже когда сожгла чуть не половину дворца из-за вышедшего из-под контроля заклинания.

− Нет, − ответила она. У меня даже забрезжила надежда. Подумать только, она решила пересмотреть свое опрометчивое решение. Вот только затем, она добавила: − Стражи тебя проводят.

Она даже не позволила уйти мне самой.

− Это твоя самая большая ошибка, в жизни, − пробормотала я, когда стражи окружили меня и вытолкали из комнаты. Если она и сказала что-нибудь еще, я уже не слышала. Я была слишком занята разглядыванием собственных копыт, когда выходила из комнаты, чувствуя, что с трудом могу дышать.

Однако я была сильной. Мне удалось завернуть за угол и скрыться с ее глаз, прежде чем сорваться.

Это была первая паническая атака, которая у меня случилась с тех пор, как я покинула приют много лет назад. Мне казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди, как будто я тонула. На несколько мгновений мне даже показалось, что я, возможно, прямо тут и умру, как будто Селестия наложила на меня проклятие, чтобы избавиться от своей позорной неудачи. У меня был план оглушить стражей и ринуться к зеркалу, но его вытеснила из сознания волна ужаса, захлестнувшая все чувства.

Один из стражей − не уверена, как его звали, со стороны они все выглядят одинаково − подставил плечо, на которое я оперлась, пока пыталась взять себя в копыто. Он ничего не говорил, но даже так доброты было куда больше, чем он должен был проявлять после приказа Селестии вышвырнуть меня вон.

− Мне нужно... − начала я, хватая ртом воздух, но горло сдавил спазм.

Страж дождался пока я приду в себя.

− Мне нужно собрать вещи, прежде чем... прежде чем я уйду, − это был скорее шепот. Это было так громко, как только у меня получилось, и так приходилось выдавливать слова через силу.

− Вы можете послать за своими личными вещами после того, как покинете дворец, − ответил страж. Я почувствовала прилив гнева, но его быстро подавило растущее отчаяние. Что я собиралась делать, драться с ними только для того, чтобы забрать несколько книг и одежду? Это было бы глупо.

И я не была глупой. Я − Сансет Шиммер. Сильнейший единорог в мире! Меня не собирались бросать в подземелье. Мне нужно было составить план, а это означало отступить и собраться с мыслями. Сейчас же, я себя не контролировала.

Я кивнула и позволила им вывести меня наружу. Я старалась сохранять нейтральное выражение лица, и стражи, к счастью, не обращались со мной как с преступницей, так что никто, казалось, не заметил ничего странного. Стражи просто выполняли свою работу, и относились ко мне с уважением, которого я заслуживала. Когда придет время жестоко отомстить принцессе Селестии за то, что она со мной сделала, мне необходимо будет помнить о том, чтобы свести жертвы к минимуму.

* * *

Итак, я была вынуждена покинуть дворец, а мой эскорт остался ждать у двери, чтобы я не попыталась вернуться.

И... Я не знала, куда мне идти.

У меня не было дома. Ни семьи. Ни друзей, к которым можно было бы обратиться. Это был первый и единственный раз, когда друзья, о которых постоянно нудела Селестия, могли бы оказаться полезны, но у меня их не было. Конечно, учитывая обстоятельства, я все равно не смогла бы взглянуть им в глаза. Если это был очередной способ преподать мне урок − он сработал.

Но даже если так, у меня была гордость − я не собиралась ползти к ней за прощением. Селестия была той, кто лишь ограничивала меня. Она слишком привыкла, что пони просто склонялись перед ее авторитетом, когда она считала, что они к чему-то «не готовы».

Я почувствовала, как страх начал исчезать, сменившись гневом. За это чувство можно было держаться. За что-то, что заставляло меня действовать. Страх и сожаление лишь сделают меня бесполезной. А кобылы в гневе способны на многое, они способны продолжать жить.

Меня не изгнали из Кантерлота, по крайней мере, пока. Я могла снять комнату в гостинице, пока не выясню, что делать дальше. Я оглянулась на стражей и глубоко вздохнула.

− Я сниму комнату в «Причудливом единороге», − сообщила я. Мне было известно, что у них есть комнаты, и они относительно дешевы. Селестия несколько раз брала меня с собой в город, даже когда я предпочла бы заниматься во дворце. Мы обедали там, я сидела уткнувшись в книгу, а она – в тарелку с тортом. Думаю, мы ходили именно туда из-за большого выбора десертов. − Не могли бы вы отправить туда мои вещи?

Страж кивнул, ничего не ответив, и один из них ушел, предположительно, именно за моими вещами. Я потрусила по улице, стараясь вообще ни о чем не думать. Я была на грани очередного приступа паники. Нужно держать себя под контролем. Со мной все будет в порядке. Я сильная. Сильнее, чем кто-либо еще.

* * *

Мне удалось добраться до своей комнаты, прежде чем приступ паники меня настиг. Почти победа, за исключением той части, где я, полностью потеряв самообладание, рухнула прямо в дверях жалкой, плачущей кучкой. (Впрочем, самой сильной плачущей кучкой в Эквестрии.) Жизнь кончена − Селестия вышвырнула меня вон, мне никогда не стать принцессой, и мне абсолютно не к кому обратиться.

Денег у меня тоже не было, что должно было стать поводом для интересной беседы с хозяином гостиницы завтра утром.

Стук в дверь привел меня в чувство.

− Минуту! − я лихорадочно вытерла слезы, прежде чем открыть дверь. Там стоял страж с седельными сумками. Он молча отдал их мне.

Я открыла сумки и заглянула внутрь. У меня никогда не было много вещей. Я их просто просила по мере необходимости. Когда они становились не нужны − их забирали. Нужно будет посмотреть, что там есть, чтобы узнать, с чем мне придется работать.

− Спасибо, − прошептала я, не встречаясь со стражем взглядом. Он кивнул и ушел. Я закрыла за ним дверь и бросила сумки рядом с кроватью. Разберу их утром. Я была измучена после всего произошедшего, и мне нужен был отдых. Пока не высплюсь, то не смогу мыслить достаточно ясно, чтобы начать разрабатывать план.

Я упала на жесткую кровать, даже не потрудившись натянуть на себя одеяло, и провалилась в сон без сновидений.

* * *

На несколько секунд полусонного состояниия после пробуждения я не помнила обо всем произошедшем. Я была счастлива. Затем воспоминания обрушились на меня с такой силой, что я несколько часов проплакала в подушку.

После этого со мной все стало в порядке. Определенно, в полном в порядке.

Я открыла седельные сумки и высыпала их содержимое на пол. Первое, что бросилось мне в глаза, был мешочек с битами. Полезно. По крайней мере, мне не придется мыть посуду, чтобы заплатить за номер. Беглый взгляд внутрь… ну, я не знала, на сколько их хватит. Раньше я никогда не беспокоилась о деньгах, так что мне нужно было придумать, как распределить имеющиеся средства.

Немного одежды: черный плащ, платье, которое я надевала единственный раз, и носки, полученные в подарок. Книги, хотя половина из них была из дворцовой библиотеки. Думаю, не стоит их возвращать. И дневник с моей меткой на обложке. На него было наложено заклинание, дублирующее все записи в книгу в покоях Селестии. Сейчас это было бесполезно, так как сказать ей было нечего. Возможно, дневник должен был напомнить мне о прошлых уроках. Или она специально подсунула его, чтобы уколоть меня тем фактом, что я больше не ее ученица.

Я швырнула дневник через всю комнату. На нем было столько зачарований, что повредить грубым обращением книгу было невозможно, но мне стало легче.

В сумках больше ничего не было. Я никогда особо не заботилась о вещах, когда могла в любой момент получить то, что мне было нужно. Магия была бесконечно полезнее, настоящие умения, которые стоило изучать, чтобы доказать себе и всем остальным, насколько я сильна.

Нужно было решить, что делать дальше. Устроиться на работу? У меня никогда не было настоящей работы. Юридически я еще даже совершеннолетия не достигла. Я выглянула в окно и увидела шпили дворца.

Я задернула занавеску, чувствуя, что все окна дворца полны глаз, осуждающих меня за содеянное. В этот момент стало понятно, что я не смогу остаться в Кантерлоте, не с принцессой, на которую, вероятно, можно налететь за каждым углом. Мне было невыносимо снова видеть Селестию, а в Кантерлоте столкнуться с ней можно было в любой момент. Даже если лично я с ней не увижусь, она всегда была постоянной темой для разговоров − и я тоже стану. У меня не было друзей, но в городе я была хорошо известна. Легко представить, как мои одноклассники сплетничают в коридорах, обсуждая как низко я пала. Мне предстояло навсегда покинуть город и отправиться туда, где никто и никогда обо мне не слышал.

Я схватила одну из немногих книг, оставшихся в моем распоряжении, и пролистала до карты Эквестрии. Пришло время строить планы.

* * *

Вы могли бы подумать, что, будучи гением, я могу быстро оправиться от небольших проблем. Но проблема в том, что я вообще не привыкла к проблемам. Моей обычной реакцией на что-то, преградившее мне путь, было проломиться насквозь (используя огонь), но грубая сила не принесет много битов.

Ну, на самом деле, это не совсем так. Грубая сила и магия огня определенно могли бы принести мне достаточно денег, но я не собиралась бродить по округе и грабить пони. Какая-то часть меня ненадолго задумалась о вступлении в Королевскую гвардию. По крайней мере, там я смогу применить свои таланты и крыша над головой и еда тоже будут.

С другой стороны, это означало, что в какой-то момент мне снова придется иметь дело с Селестией, а к этому я не была готова. Каждый раз, когда я думала о ней, мне становилось дурно. Она просто взяла и вышвырнула меня, как будто я была никем, только потому, что я не желала слепо подчиняться ее авторитету. Она была для меня всем. Не уверена, чего я хотела больше − чтобы она обняла меня и сказала, что все будет хорошо, или поджечь ее гриву.

Желудок взвыл от голода, как разъяренная мантикора. Я не ела уже... ну, не уверена, сколько времени прошло. Как минимум сутки. Я забыла позавтракать или пообедать перед небольшим занятием в запретной секции библиотеки. Наверное, это и к лучшему. Со всеми этими приступами паники, на пустой желудок меня по крайней мере не вырвало.

Я знала, что не смогу ничего спланировать, пока не сосредоточусь. Я и так была несчастна и расстроена, так что страдать еще и от голода смысла не было. Я спустилась вниз и заплатила за номер теми битами, которые мне так щедро дали, а затем ушла, чтобы найти перекус. "Причудливый единорог" был отличной гостиницей, но еда там стоила дороговато. Мне нужно было растянуть запас битов как можно дольше. Кроме того, мне всегда лучше думалось, когда я шла.

Кантерлот был городом Селестии. Дворец был виден с любой улицы. Стражи стояли на каждом углу, и я внезапно осознала, что пони  знали как я выгляжу, и как только новости из дворца разлетятся по городу, они начнут задавать вопросы. Да, свидетелей было мало, так что пройдет какое-то время, прежде чем мельница слухов заработает на полную. Возможно, завтра я буду на первых полосах утренних газет.

Я чувствовала на себе чужие взгляды. Пони наблюдали за мной с другой стороны улицы, сзади, выглядывали из окон и отворачивались, когда я пыталась поймать их взгляды. Когда я была на вершине, мне бы понравилось внимание. Но сейчас они не заискивали передо мной. Они издевались. Грудь снова сдавило.

Я нырнула в переулок, скрывшись с улицы. Сердце колотилось так, словно вот-вот вырвется из груди. Я знала, что это глупо. Новости еще не вышли. Я заставила себя успокоиться. С помощью мусорного бака и пары рвотных позывов, мне удалось справиться за пару минут.

− Ты в порядке? − спросил кто-то позади. Я чуть не упала, потеряв равновесие, так как от неожиданности подпрыгнула. Оглянувшись, я увидела белую кобылу-единорога с длинной сине-красной гривой. Видела ее в школе, хотя имя вспомнить не смогла.

− В порядке, − выплюнула я. В буквальном смысле. Мне нужно было избавиться от ужасного привкуса желчи во рту.

− Неважно выглядишь, − пони шагнула ближе. − Я могу сходить за принцессой Селестией и...

− Нет! − закричала я, отшатнувшись и опрокинув мусорный бак. − Я сказала, что со мной все в порядке! Просто оставьте меня в покое!

Развернувшись, я убежала. Тут нечем гордиться. Это был первый раз, когда я от чего-то убегала, и убегала не от какого-то смертельного врага или катастрофы, а от пони, пытающейся мне помочь. Едва ли этим моментом моей жизни стоит гордиться. Я пробежала несколько кварталов, прежде чем успокоилась настолько, чтобы остановиться, и к тому времени она уже давно ушла.

− Отличная работа, Сансет, − пробормотала я себе под нос. − Может быть, в следующий раз у тебя еще и выброс случится и ты сожжешь дотла половину города.

Вероятность подобного была мала. Уже давно я научилась контролировать силу даже на полной мощности − это был один из первых уроков, которым обучила меня Селестия. Но в моменты настолько эмоционально нестабильные неизвестно, что могло бы случиться. Потеря контроля была крайне плохой вещью, особенно когда твоим особым талантом является исключительная магическая мощь.

Сделав несколько глубоких вдохов, я огляделась и обнаружила себя возле кафе. В котором никогда раньше не ела. Возможно, пища в желудке поможет почувствовать себя лучше. Я села за столик и взяла меню. Все выглядело вкусно. Других посетителей было немного. Синяя единорог с желтой гривой. Белый пегас с потрясающе яркой гривой желтого, зеленого и красных цветов. Я решила не обращать на них внимания.

− Вы готовы сделать заказ или вам нужно еще несколько минут? − спросила официантка, которая, казалось, возникла из ниоткуда. Мне удалось снова не выставить себя дурой, стол помог скрыть, как одна из ног дернулась от неожиданности.

− Просто принесите мне... − я бросила взгляд в меню. − Сэндвич с ромашками и гарнир из сена.

Блюдо было не самое дешевое, но на овсяные хлопья я была просто не в состоянии смотреть.

− И обычной воды попить.

Официантка ушла за моим заказом, а мне ничего не оставалось, кроме как ждать. Книги, которую можно было бы почитать, или кого-нибудь, с кем можно было бы поговорить, при мне не было. Я осталась наедине со своими мыслями, и мысли были не из приятных. В голове они ходили словно по замкнутому кругу. Поезд планов, которые у меня были на будущее, пошел под откос настолько сильно, что с места, где я сейчас была, даже рельсы было не разглядеть. Я должна была править рядом с ней. Кейденс и так уже подложила лом на рельсы, но вот стань я аликорном…

Об этом не стоило даже думать. Я никогда не собиралась просыпаться с крыльями, прицепленными к бокам. Это даже не было проблемой, пока Кейденс не появилась из ниоткуда с какой-то безумной историей о победе над ведьмой, и ее сразу же приняли и полюбили, а Селестия даже удочерила ее. Она никогда не упоминала о том, чтобы удочерить меня, и я прожила с ней чуть не десять лет! Она лично вытащила меня из горящего сиротского приюта, чтобы сделать своей ученицей, но именно о Кейденс она думала как о дочери.

Я подумала о том, чтобы записать мысли на бумаге, просто чтобы помочь себе их структурировать, и почти сразу отказалась от этой идеи, когда передо мной появилась еда. Сэндвич был обычным, но сейчас он казался мне самым прекрасным на свете, и я с жадностью на него набросилась. Да уж, я действительно слишком давно ничего не ела. Вкус я едва почувствовала, но уверенность в себе выросла.

Мне не нужно никаких планов. Я − Сансет Шиммер, сильнейший единорог в Эквестрии. Планы для пони, у которых не хватает сил просто делать то, чего они хотят. Я могла делать все, что угодно.

И первое, что мне нужно было сделать, это уехать из Кантерлота. Если Селестия отказалась от меня − то я не собираюсь оставаться здесь, в ее тени. Если она захочет, чтобы я вернулась, то пусть умоляет меня о прощении!

Я бросила на стол биты, ровно столько, чтобы оплатить счет, и ушла. Я не собиралась проводить в этом городе еще одну ночь. Не уверена, куда я собираюсь отправиться, но главное, что это будет не здесь.

Настроение улучшилось. Я приняла решение. Я начала действовать. Чем больше я дистанцировалась от произошедшей неудачи, тем лучше себя чувствовала. Я просто соберу вещи, затем пойду на вокзал и сяду на первый же поезд. Не имеет значения, куда он отправится, там я точно буду в лучшем положении, чем сейчас.

Обратный путь к «Причудливому Единорогу» был долгим. Несмотря на браваду, я все еще чувствовала как на меня пялятся пони. Пот щекотал шею, когда я ускорила шаг. Это было глупо. Никто меня не преследовал. Бред.

Или нет? Селестия была главой правительства. Она всегда знала о том что происходит. На нее работало множество шпиков. Приставила бы она пони следить за мной? Неужели она думала, что я прибегу и попытаюсь сжечь дворец в отместку? Ну, вообще-то, звучало очень похоже на то, что я могла бы устроить. Даже сейчас в подобном поступке была какая-то злобная привлекательность. Однако мне не хотелось становиться одним из экспонатов в саду статуй, я и так избежала этой участи только потому, что была ее ученицей. Любой другой пони, кто посмел бы заглянуть в книги, которые я читала, уже давно стал бы насестом для голубей. Может быть, Селестия просто ищет предлог, чтобы придать моему наказанию более «монументальный» характер.

Нет, это было глупо. У меня просто приступ паранойи. За мной не следят шпионы.

Я вернулась в «Причудливый единорог» и открыла дверь в комнату. Выглядит ли все так же, как и при моем уходе? Я действительно оставила книги разбросанными? Кто-нибудь заходил, пока меня не было? Горничная бы прибралась. Шпион попытался бы оставить все там, где оно и было. Наверное.

Прежде чем здравомыслящая часть моего разума успела меня остановить, я сотворила базовое сканирующее заклинание на все вещи, что мне дали. На дневник была наложена целая куча заклинаний, но они, похоже, не изменились, я их разглядывала достаточно часто, пытаясь расшифровать сложную систему заклинаний, так что, скорее всего, заметила бы изменения.

На библиотечных книгах были обычные заклинания, защищающие их от порчи и предупреждающие библиотекаря, если книги прострочены. Ничего странного тут не было.

А на седельные сумки было наложено заклинание слежения. Сердце в груди екнуло. Оно было совсем свежим. Была ли я параноиком или наоборот недостаточно параноидальна? На мешочке с битами было такое же заклинание. Две вещи, которые я с наименьшей вероятностью где-нибудь бы бросила. Кровь застыла в жилах. Все эти ощущения, что за мной наблюдают, и все оказалось правдой. Я развеяла заклинания. Сотворивший их маг об этом узнает, но мне было все равно. Я знала несколько способов скрыться от заклинаний обнаружения, и собиралась использовать их все.

Все, кроме плаща, отправилось в седельные сумки, а затем темная, тяжелая, промасленная ткань легла на мои плечи. Я все равно выделялась в толпе, но мне нужно было предпринять хоть какую-то попытку спрятаться. Заклинание незаметности защитит от попыток отследить меня магией, по крайней мере, на некоторое время. Я спокойно спустилась вниз, оглядывая холл.

Голубая единорожка с желтой гривой. Белый пегас с настоящим буйством цветов на голове. Те же двое, что и в кафе. Наши взгляды встретились. Они знали, что я знаю. Я бросилась к задней двери, пробежав через кухню. Было слышно, как шеф-повар раздраженно кричит, а может, просто предупреждает меня не бегать по мокрому кафельному полу. В любом случае я его не слушала.

Нужно было добраться до железнодорожной станции. Это единственный способ выбраться из Кантерлота, который не включал в себя спуск по горным тропам. Я оглянулась и увидела, что за мной гонятся. У меня была хорошая фора, но это ненадолго. Должна признать, что нахожусь не в сильно хорошей форме. Большую часть жизни я провела за чтением или сотворением заклинаний. Чаще последнее. Мне нравилось учиться на практике, даже если это означало некоторый сопутствующий ущерб, пока я осваивала пиромантию.

Поскольку я не могла бежать вечно, мне нужно было как-то отвлечь преследователей. Я нырнула в переулок, чтобы скрыться из виду, и собрала магию вокруг рога. Поддерживать два заклинания постоянно я не могла, а заклинание незаметности было более важным на данный момент, так что в любом случае то, что я применю, дольше нескольких минут не продлится.

Я врезалась прямо в кобылу. Намеренно. Рог полыхнул магией в момент столкновения. Она прокричала что-то грубое, когда я встала и продолжила идти, стараясь не выглядеть так, будто убегаю. В конце концов, сейчас на себя я была не похожа. Когда мы столкнулись, я применила иллюзию зеркального отражения, поменявшее наши облики местами. Заклинание продержится недолго, но пока сходство было достаточно хорошим.

Позади раздались крики, и я скрылась из виду, зайдя в цветочный магазин. Стараясь вести себя непринужденно, я проследила, как пара пони, замеченных ранее, пробежали мимо двери. Я досчитала до десяти, затем вышла и направилась в сторону, противоположную той, куда они ушли. Мне придется долго кружить, чтобы добраться до железнодорожной станции, но оно того стоит, если позволит избавиться от слежки.

Однако напрашивался вопрос, почему они вообще за мной следили. Самая параноидальная мысль предполагала, что они, возможно, просто ждали, когда я облажаюсь, чтобы обрушить на меня молот правосудия и швырнуть в подземелье. Столь же вероятно, что Селестия была не такой бессердечной, какой казалась, и просто хотела убедиться, что я смогу о себе позаботиться. Это было бы похоже на нее − предложить милосердие анонимно, как те биты, которые оказались в моей сумке.

В любом случае я не хотела, чтобы она заглядывала мне через плечо. Если Селестия не хочет, чтобы я была ее ученицей, то я не хочу, чтобы она была в моей жизни.

* * *

− Один билет до Балтимэйра, − я положила несколько монет на стойку и оглянулась. Я знала, что за мной следят. Буквально чувствовала. Вот почему сейчас я была без плаща. Я хотела, чтобы они меня видели. Взяв билет, я направилась к железнодорожным платформам. В толпе было бы невозможно сказать, кто на самом деле за мной следует.

В голове промелькнуло несколько планов. Можно просто сесть в поезд и надеяться на лучшее. Вероятно, я благополучно доберусь до Балтимэйра, и у меня будет достаточно времени, чтобы стряхнуть любую слежку, когда я доберусь туда. Хотя это будет означать, что они знают, где я.

Я могла бы запрыгнуть в другой поезд или даже пораньше сойти с этого, выскочив между остановками. Если кто-то за мной последует, это будет неопровержимое свидетельство слежки. Простой способ заставить их раскрыться, если уж на то пошло.

Балтимэйрский поезд отправлялся через десять минут. Еще один отправлялся в какой-то крошечный городок всего в нескольких часах езды. Очень даже неплохо. Что еще лучше, он уже отправлялся со станции. Я оглянулась на толпу. Было бы интересно посмотреть, кто последует моему примеру.

Рог вспыхнул, когда я телепортировалась в движущийся поезд, возникнув в самом безопасном месте, которое я могла видеть, на задней площадке вагона, где было достаточно места, чтобы стоять. Несколько пони в толпе обернулись в шоке. Не каждый день они видят пони с подобными магическими талантами.

− Прощай навсегда, Кантерлот, − вздохнула я и открыла дверь, заходя в вагон. Внутри было полно свободных мест. Очевидно, Понивилль к популярным туристическим маршрутам не принадлежал. Я села, туда, где никто, скорее всего, меня беспокоить не станет.

А затем задняя дверь снова открылась, и пони в доспехах стража шагнул внутрь. Я почувствовала, как желудок скрутило в узел. Была только одна причина, по которой он мог здесь оказаться. Я встала и попятилась от него.

− Сансет Шиммер, − медленно произнес он. − Мне нужно, чтобы ты пошла со мной.

− Я так не думаю, − ответила я, мигнула рогом и телепортировалась в следующий вагон. Пони там были еще больше удивлены моим появлением. Я запечатала дверь очередной вспышкой магии. Не то чтобы это надолго задержит стража, но нужно время хоть что-то придумать.

Я оглядела испуганные лица, окружающие меня. К сожалению, это что-то не должно включать всеразрушающее пламя. Даже если Селестия хочет превратить меня в камень, я не готова убивать, чтобы обеспечить себе побег.

− Сансет, успокойся. Мы просто хотим поговорить, − я обернулась, чтобы увидеть сине-желтую единорожку. Возможно, мой план был не настолько хитрым, как я думала, раз тут оказалось столько пони. − Мы собирались наблюдать за тобой издалека, но из этого ничего не вышло. Мы просто следим за тобой, чтобы...

− Мне все равно, − оборвала ее я. − Мне все равно, на кого ты работаешь. Мне все равно, приказала принцесса тебе следить, чтобы меня не убили, или наоборот желает, чтобы ты уничтожила меня в ту же секунду, как я переступлю черту. Я не отвечаю ни перед тобой, ни перед Селестией, ни перед кем-либо еще! Она отвергла меня, и теперь я сама себе хозяйка.

− Для тебя все будет намного проще, если ты просто будешь сотрудничать! У нас есть приказ убедиться, что ты не будешь доставлять неприятности. Бежать некуда, так что ты можешь либо спокойно выслушать нас, либо нам придется действовать по-плохому.

Я почти решила сдаться. Затем раздался взрыв, и само небо раскололось. Все мы отвлеклись и посмотрели вверх, когда по небу пронеслась ударная волна всех цветов радуги. Грохочущий звук успокоил мое заполошно бьющееся в панике сердце, и я внезапно поняла, что должна делать.

− Выбор есть всегда, − ответила я. − До тех пор, пока ты готова принять последствия.

Я засветила рог для третьей телепортации. Идея была просто ужасной, но это была моя идея, и такого они точно не ожидали.

Я телепортировалась из поезда. Мы были на мосту, над глубоким ущельем и ревущей внизу рекой. Падая в воду, я успела заметить выражение удивления на лице моей преследовательницы.

По здравому размышлению, это было по-настоящему глупое решение.

Примечание автора:

Сансет Шиммер — пони с большим талантом и почти полным отсутствием самоконтроля.

Строки в самом начале взяты из официальных комикса по MLP, в котором раскрывается часть происхождения Сансет, но дальше все быстро меняется. Конечно, для нее все могло сложиться иначе, если бы Селестию не отвлекла небольшая катастрофа в ее школе...

## Глава 2: Самая могучая кобыла попадает в Тартар

Была как хорошая новость, так и плохая. Хорошей новостью было то, что я осталась жива (каким-то образом) после падения с большой высоты в ледяную воду, ужасной боли и потери сознания, когда я изо всех сил старалась удержать голову над водой. Плохой, помимо вышеупомянутой боли, ощущения, что я чуть не утонула, и жуткой холодины, было то, что я заблудилась.

Когда я попыталась встать, волна боли снова чуть не заставила меня потерять сознание и обнаружилась новость еще хуже. Я посмотрела на свою правую переднюю ногу. Она была искривлена и распухла, синяки проступали сквозь шерстку. Даже не будучи врачом, я была почти уверена, что она сломана. Не до такой степени, чтобы кости торчали сквозь кожу, но достаточно сильно, чтобы наступить на нее было невозможно, а это означало, что теперь скорость перемещения ограничена тем, насколько быстро я смогу ковылять на трех ногах.

− Надо было просто сдаться.

Сердце пропустило удар. Они все еще преследовали меня. То, что меня не нашли, пока я валялась без сознания, иначе как чудом не назовёшь. Мне не нравилось думать, что я еще на свободе лишь благодаря удаче. Я ухромала с берега реки со всей возможной для себя скоростью, что было не слишком-то и быстро. Однако это дало мне достаточно времени осмотреться.

Я была на окраине какого-то леса. На самом деле, это хорошо. В лесу было бы почти невозможно обнаружить меня с воздуха. Я могла бы найти еды, воды и…

Острая боль в сломанной ноге заставила меня запнуться и чуть не рухнуть. Я была не настолько горда, чтобы отрицать, что у меня не очень высокий болевой порог..

− Я могла бы просто… позволить им найти меня, − пробормотала я себе под нос. Разговоры облегчали боль. − Они должны следить за тем, что я делаю. Я могу разжечь огонь, запустить сигнальное заклинание и...

И что потом? Мой голос стих, поглощенный ураганом мыслей в голове.

Если они найдут меня, то отвезут обратно в Кантерлот, положат в больницу до выздоровления, а потом, если мне повезет, Селестия расскажет, какой я была глупой и как сильно ее разочаровала. И это если мне повезет. Скорее всего, меня посадят под строгий надзор и никогда больше не позволят быть по-настоящему свободной. Я не смогу так жить, застряв в какой-то безопасной и скучной жизни, держась подальше от всего, что могло бы помочь мне стать лучше. Лучше смерть, чем такое существование.

Я прислонилась к дереву, и вытерла пот со лба. Боль и стресс сказывались, но в боли было что-то, помогающее сосредоточиться. Это или... я была в шоковом состоянии. Возможно, и то, и другое. Я никогда раньше не чувствовала такой боли. Ближе всего было, когда я получила ожог при тренировке пиромантии, но это было всего лишь несколько волдырей. Они ни в какое сравнение не шли с острой болью от сломанной конечности.

Я взглянула вглубь леса. Было темно, и отсюда, с опушки, он казался бесконечным. Я похромала туда, чувствуя себя добычей, попавшей в логово хищника.

Именно ею я и была, даже если еще не знала об этом.

* * *

− Ну, по крайней мере, здесь немного удобнее... − простонала я.

Мне удалось найти сухую пещеру, чтобы укрыться от дождя, и нагреть несколько камней, пока они не раскалились почти докрасна, чтобы обеспечить хоть какое-то тепло. Не стоило рисковать разжигая открытое пламя, не тогда, когда меня искали. Я уже оставила берег реки далеко позади, углубившись в лес наверное на километр, прежде чем хотя бы подумать о сокрытии своих следов.

Может быть, их смоет дождь. Он начался после того, как я вошла в лес, заставив побыстрее искать укрытие. Я снова промокла насквозь после того, как чуть не утонула в реке, и, учитывая, усталость и сломанную ногу, мне повезет, если в конечном итоге я не слягу с серьезной простудой.

Я выглянула из пещеры в лес. Живя в Кантерлоте, я привыкла к садам, а не к лесам. Сложно было поверить, насколько здесь все заросло, с густым беспорядочным подлеском. Идеальное место, чтобы спрятаться. Я уже начала строить планы о том, как улучшить мое нынешнее убежище, когда услышала движение поблизости.

Это был мой первый урок о лесе. Если тут есть убежище, значит, кто-то им пользуется. Другие животные держались подальше, потому что они были достаточно умны, чтобы не заходить в логово монстра. Так что я официально глупее белок, которые в данный момент искали, где спрятаться от дождя.

Мантикора вышла на поляну перед пещерой. Это был первый раз, когда я увидела ее живьем. Рисунки слабо соотносились с реальностью. В большинстве бестиариев они больше походили на котов-переростков, но в реальной жизни они были, если кратко, ужасающи. Особенно для уже раненой кобылы.

Раненой, но не беспомощной. Я − Сансет Шиммер, сильнейший единорог в Эквестрии, и я не собиралась позволять кому-то, вроде глупой мантикоры, остановить меня. Не буду скрывать, у меня не было особой подготовки в обращении с дикими животными, но я была уверена, что справлюсь. Встав на три дрожащие ноги, я подхватила один из раскаленных камней с помощью магии и метнула его в морду монстра.

Я была почти уверена, что удар по носу мантикоры поможет показать, кто здесь главный.

Мантикора взревела и бросилась на меня, с ожогом на морде. Она не выглядела испуганной или испытывающей уважение к моей очевидной силе.

Если подумать, возможно, я спутала привычки мантикор и сухопутных акул.

В тот момент я буквально замерла. В этом была виновата Селестия. Она заставила меня усердно трудиться, чтобы избавиться от привычки просто взрывать все, что пугало или раздражало меня, так что теперь, когда это было действительно необходимо, я обнаружила, что колеблюсь.

Мантикоре уроков этикета не преподавали, как и ограничений по поводу причинения вреда другим. Она ударила меня огромной лапой, когти оставили глубокие кровоточащие порезы на плече и груди. Хорошо, что из-за шока я не потеряла сознание от боли и потери крови. Плохо, что я была в шоке и, вероятно, вот-вот буду убита и сожрана монстром.

Я метнула в нее огненную стрелу, и атакующий монстр шарахнулся назад от пламени.

− Тебе так просто со мной не справиться, − простонала я, дрожа от холода и боли. − Ты знаешь, кто я? Я Сансет Шиммер! Я сожгла дотла половину каменного дворца! Я выбросилась из поезда, потому что не позволю пони указывать мне, что делать! Я специально взорвала своих профессоров в середине семестра! Ты просто глупый монстр, и у тебя нет шансов против меня, как у снеговика посреди Тартара!

Мантикору это не сильно впечатлило.

Я попыталась телепортироваться в сторону, когда она сделала выпад, и мое заклинание не сработало, поскольку монстр двигался быстрее, чем я, и жало вонзилось мне в бок. Задние копыта почти мгновенно онемели, и я рухнула бесформенной кучей. Из трех здоровых ног у меня осталась одна. Сегодня точно не мой день. Хуже всего было то, что мантикорам нравилось играть со своей едой.

Монстр отбросил меня лапой, здоровая нога приняла на себя большую часть удара, хотя боль протянулась от челюсти почти до самого глаза, где кончик когтя задел лицо. Я перевернулась в воздухе, приземлившись на сломанную ногу так сильно, что на мгновение все вокруг побелело от боли.

На данный момент оставалось два очевидных варианта. Попытаться сбежать, хотя телепортация теперь была единственным способом хоть какого-то передвижения вообще, или попытаться найти какой-нибудь способ защитить себя. Я гордилась тем, что всегда находила третий вариант. Телепортироваться достаточно далеко, чтобы мантикора не нашла меня, я не смогу. Заклинание щита в конечном итоге сработало бы, но лишь помогло бы выиграть время.

Третий вариант состоял в том, чтобы взорвать нас обеих огненным шаром. Конечно, подобное звучало безумно, но я была почти полностью защищена от огня, благодаря зачарованиям, которые я давным-давно наложила на себя, и можно было почти гарантировать, что у монстра таких нет.

− Подавись, − выплюнула я, рана на лице саднила, пока я это говорила. Вся магическая мощь была вложена в заклинание и я просто позволила ему взорваться, целясь в землю между нами, вместо того, чтобы утруждаться попытками поразить проворного хищника напрямую.

Огненная магия была моим любимым предметом, и ее изучение многому меня научило о мощи. Существовало четыре основных типа стихий − земля, воздух, огонь и вода. Огонь по сравнению со всеми остальными был в самом невыгодном положении. Песок гасит пламя. Свечи задувают. Ведро воды заливает костер. Но дай заклинанию огня достаточно мощи, и ты сможешь расплавить сталь, вскипятить воду и поглотить воздух, оставив его безжизненным. Чтобы овладеть огнем, необходимо научиться вкладывать силу в свои действия. Ни один маг огня не мог позволить себе полумер, и поэтому я научилась использовать свой особый талант, решая проблемы грубой силой.

На этот раз грубая сила спасла мне жизнь. Жар превратил дождь в пар и вскипятил грязь, пока она не высохла. Мантикору объяло пламя, ее шерсть вспыхнула, и монстра отбросило назад к каменной стене пещеры, за которую мы сражались, где она рухнула кучей, слишком неподвижной, чтобы быть живой. Я, естественно, была в полном порядке. Как я уже сказала, чары огнеупорности.

Это был первый раз, когда я кого-то убила, намеренно или нет. Попытка встать ни к чему не привела − задние ноги отказывались работать, а единственная здоровая передняя нога была покрыта глубокими рваными ранами. Я упала, обессиленная. По крайней мере, теперь мне было тепло, пар и остаточное тепло делали поляну похожей на сауну.

Когда меня окутала тьма, я услышала, как позади меня зашевелились кусты. Если бы у меня оставались силы, я бы прокляла последний прочитанный мной бестиарий, так как там утверждалось, что мантикоры − хищники-одиночки, и это была ложь. Я закрыла глаза и обмякла, не в силах продолжать борьбу.

* * *

Пробуждение после такого само по себе было неожиданностью. Стоило ожидать, что меня сожрут, но вместо этого я... ну, я была в постели. И не на больничной койке. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя, и хотя сильная головная боль осталась, но я была почти уверена, что в больницах на стенах вешают куда меньше церемониальных масок, и обычно там антисептики и плитка вместо котла и таинственных флаконов.

− Удача к тебе благосклонна была. Боялась, что взрыв ты не пережила.

Я быстро села, услышав голос со странным акцентом. Повернувшись, чтобы посмотреть, я удивленно моргнула. Молодая зебра, вероятно, примерно такого же возраста, что и я.

− Ох, эм… Sawubona, Sanusi, − произнесла я, пытаясь вспомнить официальные приветствия при встрече с шаманом.

Я встречалась с послами Зебрики лишь однажды, хотя Селестия проконтролировала, что я готова общаться с ними с должным уважением. И я была готова. Она постоянно доставала меня, чтобы я была добрее с другими учениками ее школы одаренных единорогов, но, казалось, принцесса никогда не ценила, что я была милой с теми, с кем это имело значение − с пони, которые обладали авторитетом или властью. Не моя вина, что большинство учеников в школе были бесполезными бездельниками, на которых нельзя было рассчитывать даже в выполнении домашних заданий.

− Родные слова сердцу очень милы, давно не звучали в лесу полумглы, − зебра улыбнулась и подошла ближе, проверяя бинты, обмотанные вокруг моих ног. − Приятно их слышать от дома вдали.

− Ты, должно быть, нашла меня в лесу, − пробормотала я. − Спасибо.

− Не в тягость, − она проверила передние ноги. − Здесь перелом, конечность напрягать не в благость.

− Поверь мне, я знаю, − мне удалось выдавить смешок. − И я чувствую свои задние ноги, так что, полагаю, у тебя нашлось противоядие от яда мантикоры…

Я огляделась.

− Где мы? Я не знала, что в Эквестрии есть шаманы.

− Сей лес от дома далеко, мест здешних травы не известны, − зебра обвела копытом комнату, указывая на образцы в бутылках. − Однако лес, что вечнодик, служил предметом многих книг, и здесь хочу я отыскать чудесных трав, себе собрать.

− Вечнодикий? – пробормотала я. − Мы в Вечнодиком лесу? Неудивительно, что я столкнулась с мантикорой. Это место кишит монстрами.

− Приют здесь множества существ, но пламя страхи все разъест, − зебра потрусила к своему котлу и помешала в нем, затем с помощью половника перелила часть содержимого в чашку и протянула ее мне.

Я посмотрела на коричневую жидкость и понюхала.

− Чай? − спросила я весело. − Не думала что ведьмы используют свои котлы, чтобы заваривать чай холодным утром.

− Почто его пустым держать? Впустую лишь переживать.

Зебра тоже налила себе чашку и отхлебнула из нее. После того, как она выпила немного, я почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы попробовать сама. Не то чтобы я опасалась яда или чего-то такого − было бы глупо спасать мою жизнь, а потом убивать. Я просто чувствовала паранойю после всего, что случилось со мной в последнее время.

− Меня зовут Сансет Шиммер, − вздохнула я.

− Меня Зекора. Шаман − подсказка от декора.

− Прости, что тебя беспокою. Как только я смогу ходить, я тебя покину.

Зебра кивнула.

− За помощью тебе к врачу. До Понивилля поскачу…

− Нет! Я не…

Я застонала и легла на спину, отставив чай.

− Я не пойду в город. Нельзя чтобы кто-то узнал, что я здесь, − я посмотрела на Зекору с внезапным страхом. − Н-не подумай, я не преступница…

Формально. Я была почти уверена, что сначала меня должны были судить.

− Просто… У меня есть на то причины.

− Тогда найдёшь ты здесь приют, − ответила Зекора. − Мои уста хоть и не лгут, но никому не доведут.

− Это... больше, чем я заслуживаю, − тихо ответила я. − Спасибо. Как я могу отблагодарить тебя?

− Отдохни. Болезни ход переверни.

Зебра улыбнулась.

* * *

Зекора, вероятно, была единственной причиной, по которой я выжила. И даже не только из-за травм. Конечно, теоретически в лесу было полно еды для пони, которые знали, как ее найти, но я-то была не из таких. Пока я выздоравливала, зебра учила меня, какие растения хороши в пищу, а какие настолько ядовиты, что даже падальщики не станут есть мой труп.

В свою очередь, как только я достаточно окрепла, чтобы присоединиться к Зекоре в ее экспедициях в глубь Вечнодикого леса, я испепеляла почти каждого монстра, которого мы находили. Шаманка была не сильно довольна моим подходом, но превращение задач в кратеры было моим любимым способом справиться со стрессом, даже если моим учителям математики это не очень нравилось. Не в том смысле, что магическая теория и сложные уравнения мне совсем не давались, просто я сильно ненавидела тригонометрию.

Также у меня наконец-то нашлось время разобрать свои немногочисленные пожитки. Мне повезло. Седельные сумки были почти полностью водонепроницаемы, а книги зачарованы от незначительных повреждений, вызванных попаданием воды и грязи. Даже одежда была более или менее цела, а толстый черный плащ хорошо защищал от шипастых кустов и непредсказуемых дождей Вечнодикого.

И гордиться нечем, но он также помогал скрыть мои шрамы. Раны, которые я заработала от мантикоры, зажили не очень чисто, несмотря на помощь Зекоры. Когда она рассказала, как близко я была к смерти, у меня случилось еще несколько приступов паники.

* * *

− Что дальше будешь делать ты? − спросила Зекора. Прошло несколько недель с тех пор, как она нашла меня. Я поправилась настолько, что мне уже не нужны были повязки, кроме как на плече, где порезы были самыми глубокими. − Все ночи смотришь на цветы.

− Не знаю, − призналась я, пожимая плечами и игнорируя напряжение в заживающем плече. − Я просто... убегала от беды. В которой частично была моя вина. У меня не было особого плана. Я просто собиралась уехать так далеко, как только смогу, а потом… что ж, тогда и буду разбираться.

− Ушла из дома далеко, пришлось тебе тут нелегко.

Зекора помешивала в маленьком котелке, где был наш ужин. Она готовила гораздо лучше, чем я. Хотя готовить еду я умею, но привыкла делать это на хорошо укомплектованных кухнях во дворце. Здесь, в лесу, почти все, что я готовила, превращалось в безвкусную разваренную кашу. Еда Зекоры была намного вкуснее для нас обеих.

− Без шуток, − фыркнула я.

− Так для чего же так бежать? А как же жизнь свою спасать?

Это был самый откровенный вопрос о том, почему я появилась в лесу. Я знала, что по большей части Зекора не возражала против моего присутствия. Думаю, она ценила компанию. И надо признать, что мне было приятно иметь, ну, друга. Или что-то близкое к этому.

Эй, как я уже говорила, я проявляю уважение к пони, которые были этого достойны. Зекора определенно была достойна уважения. Как и любой, кто мог бы одновременно спасти мне жизнь и хорошо готовить.

− Это не совсем...

Я попыталась подобрать слова.

− Думаю, правда в том, что в основном это все моя вина. Я не очень хорошая пони.

Я вздохнула. Зекора ждала, когда я продолжу, ничего не говоря.

− Я восемь лет была личной ученицей принцессы Селестии. У меня был магический выброс в сиротском приюте, где я выросла, и я спалила его почти дотла. Она научила меня контролировать магию, и учила она меня сама, так как я была сильнее любого из профессоров в школе, даже когда была кобылкой. Я…

Я вздрогнула и сделала глубокий вдох.

− Я действительно скучаю по ней. Она была мне как мать, − слезы в целом получилось побороть. − Раньше я думала, что она видит во мне дочь, но чем старше становилась, тем больше понимала, как много она от меня скрывает.

− В ошибку, может, говоришь? Иль, может, что-то ты таишь?

Я взяла ложку, которой пользовалась Зекора, и рассеянно помешала еду.

− Ничего подобного. Она так много о себе скрывает. Могу по копытам пересчитать  разы, когда я видела ее без этой маленькой безмятежной маски.

Я со вздохом посмотрела на протекающую крышу. Когда она выкинула меня из дворца был один из таких случаев.

− Она… она говорит, что надо заводить друзей, но все, что она делает, это манипулирует пони! Каждый день я видела, как она использовала маленькую невинную ложь и полуправду, чтобы получить то, что хотела. Пони думали, что она просто пытается преподать им урок, но я видела, что это было на самом деле. Ей наплевать на всех. Для нее они просто фигуры на шахматной доске.

Я помолчала пару минут.

− Думаю, именно из-за нее я так же начала смотреть на пони. Больше видела, как я могла бы их использовать, а не с точки зрения того, кем они были. Я в том смысле, что многому учишься у своих родителей. Что бы она ни говорила, я видела правду. Она держала всех пони на расстоянии, манипулировала ими, у нее не было настоящих друзей − и в то же время она была могущественной, всеми любимой правительницей Эквестрии!

Ложка согнулась, когда моя магия начала набирать силу. Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и разогнула ложку, насколько смогла, хотя ручка осталась слегка искривленной.

− Она была тебе как мать, и ты хотела подражать, − догадалась Зекора. − Да только как за ней угнать?

− Именно, и это еще мягко сказано, − фыркнула я. − Она тоже манипулировала мной, понимаешь? Я поняла это, как только узнала, как Селестия все делает. Она выкладывала передо мной половину уроков и ожидала, что остальное я выучу сама, потому что она хотела, чтобы я была мотивирована, а не просто узнавала ответ. Это заставляло меня быть самомотивированной, если я хотела не отставать от нее. И я многому научилась! Просто это было не из-за нее. Это было из-за меня. МОЯ мотивация. МОЕ желание. МОЯ страсть!

Мой голос становился все громче и громче, пока я не заорала во всю глотку.

− Все, на что она была способна, − это… напоминать мне, что еще многому предстоит научиться. Она была скорее оглавлением или сноской с литературой. Селестия учила меня чему-то настоящему всего несколько раз в год, и даже в этих случаях она скорее не хотела, чтобы я экспериментировала без присмотра. Как, например, с телепортацией. Если неправильно выучить заклинание, то есть немаленький шанс телепортироваться без каких-нибудь частей тела, − я вздохнула. − Затем она показала мне зеркало с каким-то заклинанием на нем. Я увидела себя там с крыльями и короной, как будто я была аликорном. Как будто я действительно была ее дочерью. А потом появилась Кейденс и...

Я закусила губу, отказываясь плакать.

Зекора ждала продолжения. Она была удивительно терпелива. Либо это, либо мои навыки вести монолог улучшились настолько, что пони не пытались меня перебивать. Отличная новость, если я когда-нибудь решу стать злой и мне понадобится произнести злодейскую речь, прежде чем бросить врагов в смертельную ловушку, из которой крайне легко выбраться.

Что? Так получилось, что мне нравится серия книг «Беарер Бонд: секретный агент». Часть приемов, которые я использовала, чтобы попытаться ускользнуть от стражей в Кантерлоте, я почерпнула именно из них. Даже удивительно, что они сработали в реальном мире.

− Я была в отчаянии, − призналась я. − Она удочерила Кейденс и не стала говорить со мной о том, что было в зеркале. Сказала, что сделает это, «когда я буду готова». Но в таком случае зачем она его вообще мне показала? Почему бы не подождать? Так что я решила, что это просто еще один тест. Что-то, что я должна была изучить самостоятельно. Я рылась в библиотеке в поисках подсказок, и все они указывали в одном направлении. Запретная секция. Как ученица Селестии я имела к ней доступ, хотя сначала должна была получить разрешение от принцессы. Я знала, что она просто скажет мне подождать, поэтому я отправилась туда без него.

− Так если знание запретно, отчего хранения место не секретно? − спросила Зекора.

− Она не верила в уничтожение книг, − объяснила я. – Ей об этом говорил Старсвирл Бородатый: «Как только ты начнешь сжигать книги, следующими будут пони». Селестия приняла это близко к сердцу.

Я почесала шрам на побородке. Зекора мягко оттолкнула мое копыто. Дурная привычка чесать зарастающие раны была одной из причин, по которой остались такие жуткие рубцы.

− Прости. Как бы то ни было, я перерыла кучу книг в поисках того, что мне было нужно, в том числе и по темной магии. Побочные недостатки, когда ты крайне целеустремленная и, ну, в общем, легко отвлекаешься. Мне нравится изучать новые заклинания.

Зекора начала смеяться. Я приподняла бровь. Зебра покачала головой.

− А говорят, что ведьма я. А чары тьмы-то у тебя!

− Я ими не пользовалась! Я просто их знаю, − и, учитывая мою почти фотографическую память, я вполне могла бы их использовать, если бы пришлось. Мне просто этого не хотелось. Я и так уже была персоной нон-грата в Эквестрии. Последнее, что мне нужно – быть объявленной малефиком. − Но библиотекарша позвала Селестию, и… она разозлилась.

Это было преуменьшение, но, с другой стороны, на луну я не отправилась, так что, возможно, и «в ярости» сказать было преувеличением.

− Я вроде как начала орать на нее. Я нашла книгу, в которой в очень расплывчатых выражениях описывалось, как обычная пони может стать аликорном. Для сотворения ритуала этого было недостаточно, но Селестия уже была аликорном, поэтому она должна знать, как это сделать. Я хотела, чтобы она подарила мне крылья. Принцесса выпнула меня из дворца за непослушание, неуважение и нарушение правил.

− Хорош был должен быть пинок, раз приземлилась в мой лесок.

Зекора начала выкладывать обжаренные коренья, которые хорошо подрумянились в масле, отжатом из несъедобных семян, и смешала с мелко нарезанной зеленью и луком.

− В целом это была моя вина. За мной повсюду следовали стражи, − я нахмурилась при воспоминании. − Не знаю, зачем. Они, вероятно, хотели убедиться, что я не собираюсь вламываться во дворец. Может быть, Селестия боялась, что я устрою истерику и сожгу половину Кантерлота.

Я опустила глаза.

− Или она могла быть достаточно добра и хотела убедиться, что со мной все будет в порядке, и ее доверенные пони за мной присматривали. Я не знаю.

Я левитировала кусочек клубня в рот, начав угрюмо его пережевывать.

− Мне все равно. Какая бы у нее ни была причина, я не собираюсь играть по ее правилам. Если она хочет, чтобы я исчезла из ее жизни, она не может оставаться рядом и быть частью моей! − я стиснула зубы от злости. − Я сбежала от них. Почти. Им удалось догнать меня, когда я покидала город на поезде. В тот момент мы проезжали по мосту, и… Я плохо соображала. Я вела себя озлобленно и глупо. Я телепортировалась и упала в реку. Сломав при этом ногу.

Я слегка приподняла копыто. Нога срослась неправильно, как и предупреждала меня Зекора. Придется ходить прихрамывая всю оставшуюся жизнь.

− Хороший вышел твой рассказ, − ответила зебра. − А думала я, что муж тебе кнута припас.

Я фыркнула от смеха.

− Серьезно? Я бы взорвала его на ошметки, если бы он посмел хоть коснуться меня копытом.

− Его судьба и монстров прочих, до жизни так твоей охочих, − согласилась Зекора. − Себя в обиду не даёшь.

− Естественно! Я самый сильный единорог на свете!

Я драматично встала на дыбы. Это только рассмешило Зекору. В ответ я снова фыркнула и вернулась к ужину. Зебра снова рассмеялась, когда я пыталась продолжать хмуриться, и наконец мне не удалось сдержаться и я присоединилась к веселью. Это был первый раз, когда я почувствовала себя счастливой с тех пор, как Селестия вышвырнула меня вон.

Примечания автора:

У Сансет Шиммер появилась первая настоящая подруга и единорожка делает первые шаги на пути, как стать жуткой лесной ведьмой.

В некотором смысле Сансет очень завистливая кобыла. Ее версия событий может несколько отличаться от того, как их описали бы другие пони, в особенности принцессы. Ей, кстати, очень повезло, что Селестия не заметила взрывов и огня. Пиромантия не тот раздел магии, что способствует скрытности.

## Глава 3: На несколько яблок больше

Неторопливо хромаю по лесу. Я выздоровела, насколько могла конечно, и лесные монстры научились не приближаться ко мне, если, конечно, не хотели превратиться в пепел. Должна признать, я была в некотором роде в тупике. У меня не было никаких планов и дел. Зекора работала над раскрытием тайн уникальной флоры и фауны Вечнодикого, но это были ее поиски, а не мои.

Раньше, целью моей жизни было изучать все, что Селестия мне подсовывала. Теперь, очевидно, подобное невозможно. Зекора сказала, что Понивилль находится сразу у опушки леса, и я смогу добраться туда за несколько часов, даже с учетом хромоты. Если не ошибаюсь, именно туда направлялся поезд, в который я заскочила. Это, безусловно, станет одной из самых длительных задержек между началом поездки на поезде и ее завершением.

Однако, мне все еще было тревожно. Я почти уверена, что любые поиски были прекращены. В конце концов, прошло несколько месяцев, и даже попытки определить мое местоположение магией давно прекратились. Возможно, это как-то связано с самим Вечнодиким лесом. Тут даже мои сканирующие заклинания едва работали. По иронии судьбы, лес был идеальным местом, чтобы спрятаться от Селестии, и я попала в него случайно. Возможно, Гармония в кои-то веки решила помочь мне.

В любом случае я в основном тратила время впустую и пыталась решить, что с собой делать дальше, когда услышала кое-что необычное. Голос, и при этом не принадлежащий Зекоре. Я использовала простую иллюзию, чтобы скрыться в тенях, и направилась к источнику звука, двигаясь как можно тише. Зекора умела передвигаться бесшумно, не потревожив даже листика на кустах. Она была словно бесплотный дух, и я понятия не имею, как ей это удавалось. Не похоже, что это была магия. (Или это была тайная зебринская магия, и я никогда не смогла бы ей овладеть.)

В любом случае пони не услышала моего приближения. Я решила постоять в стороне и понаблюдать. Зекора всегда поощряла подобное, когда мы отправлялись в лес, хотя мне больше нравилось устраивать много шума и добиваться своего силой. Так намного веселее.

Кобылка, не старше семи-восьми лет, топала по лесу производя в процессе крайне много шума. Наверное, хорошо, что я сразу не стала пулять магией. В том смысле, что я могла быть могущественной колдуньей, живущей в зачарованном лесу в доме внутри дерева с котлом, зельями и... Ладно, слушайте, я признаю, что по сути являюсь ведьмой, но я была не из тех ведьм, которые едят жеребят. Я предпочитаю морковь. (И бекон, но это постыдное удовольствие.)

− Выходи и сразись со мной! – закричала кобылка. По ее лицу текли слезы. Пони была оранжевой, с длинной соломенного цвета гривой, заплетенной в растрепанную косу. На ней была шляпа, слишком большая для кобылки, и либо я была ближе к опушке, чем думала, либо ей удалось забраться достаточно далеко в Вечнодикий, и при этом никто кобылку не проглотил.

И если ничего не предпринять, долго несъеденной она не останется. Я вздохнула и вышла из кустов позади нее. Не привыкла иметь дело с жеребятами. Последний раз это было еще в сиротском приюте, и не думаю, что методы, которые я использовала там, будут подходящими. В приюте было тяжело. Либо ты идешь по головам, либо пойдут по твоей. Мне не хотелось пугать кобылку, поэтому я собиралась вытащить ее отсюда, стараясь быть милой.

Хотя шансы были не сильно велики. Быть милой у меня получалось ужасно.

− Привет, − я постаралась, чтобы мой голос звучал ровно. Кобылка чуть не выпрыгнула из шерстки, развернувшись так быстро, что шляпа слетела с ее головы. Пони бросилась за ней, в панике забыв обо мне. Я подхватила и ее и шляпу магией, водрузив шляпу кобылке на голову, прежде чем отпустить.

− К-кто ты? − спросила она, вытирая нос. − Никогда не видела тебя в городе.

− Я не хожу в город. Тебе не следует здесь быть. В лесу опасно.

− Я знаю, что опасно! − закричала кобылка. − Я могу за себя постоять!

− Возможно, − я пожала плечами. Может, и могла. И уверена, что не хотела бы, чтобы взрослые пони говорили мне, что я слишком слаба для чего-то, когда была в ее возрасте. Мне никогда не нравились пони, пытающиеся указывать мне, что делать. − Но твои родители, вероятно, беспокоятся о...

Я замолчала. При упоминании о родителях кобылка начала рыдать, срываясь на приглушенные всхлипывания.

Похоже, я сказала что-то не то. Я же упоминала, что не умею обращаться с жеребятами?

− У меня больше нет родителей! − закричала пони.

Я начала беспокоиться, что мы привлечем кого-нибудь, кто ищет легкую добычу. Даже будучи самым сильным единорогом в Эквестрии, мне все равно не хотелось попасть в засаду. Были монстры, которые могли убить тебя прежде, чем успеешь среагировать, если будешь достаточно беспечен, чтобы позволить им это.

− Ладно, дитя. Прости, − я потрусила к ней и подняла с помощью магии. − Не хотела тебя расстраивать. Если тебе от этого станет легче, у меня тоже нет родителей, и я...

Тут я замолчала.

− Знаешь, не бери в голову. Я плохой пример.

Я вздохнула, сажая кобылку на спину, чтобы было удобнее нести.

− На Ма и Па напали древоволки и... − всхлипнула она. − Я не позволю им просто так скрыться! Я заставлю их заплатить за то, что они сделали!

Ну, здорово. История ее непростой жизни. Мне вообще-то было все равно, и я не хотела выслушивать подобное. Просто хотела, чтобы кобылка ушла из леса, чтобы мне не приходилось так сильно переживать о том, что ее съедят. Я направилась тем же путем, каким она пришла, но прежде чем я успела отойти далеко, кобылка спрыгнула с моей спины и отбежала.

Я закатила глаза и поймала ее магией.

− Что ты делаешь? – тяжелый вздох.

− Моя Бабуля говорила: “Никогда никуда не ходи с незнакомцами, потому что ты не знаешь, хорошие ли они пони”, − кобылка нахмурилась, глядя на меня. − А ты определенно незнакомая пони.

− Что ж, она не ошибается, − я поморщилась. − Но этот лес куда опаснее, чем обычный незнакомец. Твои родители точно не хотели бы, чтобы тебя съели, и даже такая жуткая лесная ведьма, как я, не позволит тебе пострадать, если может помочь.

Я немного посмеялась, пытаясь поднять настроение. Или, по крайней мере, пытаясь заставить ее перестать плакать. Плач был верным способом заставить кого-нибудь вроде василиска сходить посмотреть, кто там ранен и просто напрашивается, чтобы его съели.

− Я не могу, − пробормотала кобылка. − Я должна что-то сделать. Эти древоволки продолжают вредить моей семье. Сначала Дедуля, потом Ма и Па...

− Как тебя зовут?

Я держала ухо востро. Возможно, хищники были достаточно умны, чтобы держаться от меня подальше. Возможно, нет. Было бы глупо не пытаться обнаружить их раньше чем они меня.

− Эпплджек, − ответила кобылка. − И я никуда не уйду. Не уйду, пока не найду этого древоволка.

Она бросила на меня решительный взгляд, какой может быть только у жеребенка без чувства самосохранения. Я была почти уверена, что несколько раз точно так же смотрела на пони.

− В лесу десятки волков. Ты собираешься попытаться убить их всех? Они довольно крепкие.

− Только того, который напал на Ма и Па, − она шмыгнула носом. − Биг Мак сказал, что он был больше остальных и весь белый, как береза.

Я поморщилась. О ком она говорит, я знала, хотя провела в Вечнодиком всего пару месяцев. У древоволков была одна основная стая, и Большой Белый волк, как назвала его Зекора, был там альфой. Он был крупнее, злее и умнее остальных волков. Даже я не хотела охотиться на него. Мы держались друг от друга на расстоянии, ведь мы оба были страшными лесными монстрами.

− Вы знаете, где он! – ахнула Эпплджек. − Скажите!

− Дитя, это небезопасно.

Я попыталась сурово посмотреть на нее. Селестия часто так делала, так что уверена, что смогу хорошо повторить. Это не сработало. Эпплджек еще сильнее уперлась копытами и просто посмотрела на меня в ответ.

− Если вы мне не скажете, я... я... − она топнула ногой.

− Что? Побежишь в лес, полный чудовищ и ведьм? − я фыркнула.

− Я просто... − кобылка вздрогнула и снова заплакала. − Мне... мне нужно это сделать. Я не могу просто отпустить монстра! Бабуля слишком стара, а Биг Мак боится ходить в лес! Я единственная пони, которая может отомстить за Ма и Па!

Я вздохнула.

− Не могу отпустить тебя одну. Тебе нужен взрослый. По крайней мере, чтобы уберечь тебя от худших неприятностей.

− Вы взрослая! И вы даже знаете, где этот монстр! Вы можете отвести меня!

− Погоди-погоди, − я замахала копытом, отступая от столь внезапного энтузиазма. − Я незнакомка, помнишь? И жуткая лесная ведьма!

− Я сказала вам свое имя. Как вас зовут?

− Сансет Шиммер. Но это не значит…

Эпплджек подбежала и схватила меня за копыто, встряхивая его.

− Вот так! Теперь мы знаем друг друга и не незнакомцы! Ты можешь отвести меня к этому монстру, чтобы я разлягала его на части за Ма и Па!

− Ни за что, − ответила я, качая головой. − Я не...

И кобылка уставилась на меня самыми печальными глазами, которые я когда-либо видела. Почти уверена, что такой взгляд растопил бы Вендиго за тридцать шагов.

− Не работаю бесплатно, − неуверенно закончила я. − На самом деле...

Я отвернулась, задрав нос:

− Я самый сильный единорог в мире. Мои услуги стоят очень дорого.

− У меня есть десять бит, − пробормотала Эпплджек. − Это всё, что я скопила.

− Мне предлагали и больше, но еще не разу не предлагали  всё, − Я положила копыто кобылке на голову и пригладила гриву. − Хорошо. Я тебе помогу.

* * *

− ...и помни, если я скажу тебе бежать, ты побежишь.

Я продолжала идти. Думала, что мне нужно будет замедлить темп, но Эпплджек легко следовала за мной. Мне начинало казаться, что я единственная пони, у которой были проблемы с продиранием сквозь густой кустарник.

− Хорошо, мисс ведьма, − кивнула Эпплджек, ее шляпа чуть не свалилась, зацепившись за ветку.

Я чуть было не поправила ее, но, вероятно, для нее будет безопаснее просто думать обо мне как о ведьме. Чем реже кобылка произносит мое имя, тем меньше вероятность, что оно разойдется по городу.

− О волке я позабочусь. Даже если ты сильная, я не позволю монстру покалечить тебя, − магией я приподняла плащ. − Это вообще отстой, поверь мне.

Глаза кобылки распахнулись, когда она увидела шрамы.

− Откуда они у вас?

Эпплджек выглядела удивленной. Не могу винить ее. Сама никогда не видела пони, настолько покалеченного, как я, хотя, возможно, это больше связано с тем, что я жила в Кантерлоте.

− Мантикора. Поэтому верь мне, когда я говорю, что этот лес опасен.

− Вы же сказали, что вы самая сильная! – кобылка нахмурилась. − Если вы даже не смогли...

− Даже не думай заканчивать эту фразу, − прорычала я. − Это было после того, как я упала в ущелье, чуть не утонула, сломала ногу и заблудилась в лесу. И на случай, если тебе интересно, мантикора стала моим ужином, после того, как я ее взорвала.

Эта часть была ложью. Мантикора конечно запеклась после огненного шара, но на самом деле я ее не ела. Хотя не мешало бы напомнить кобылке, что я вообще-то жуткая лесная ведьма.

− Ох, − Эпплджек остановилась и копнула землю копытом. − Простите, что намекнула, что вы были...

Она замолчала.

− Все в порядке. Я докажу свою силу старым добрым способом.

Я ухмыльнулась, чувствуя уверенность. В том смысле, что они были всего лишь древесными волками, а я была пиромантом. Если уж я в чем-то и была уверена, так это что монстры, сделанные из дерева, были буквально обречены, если решат связаться со мной. Я обратила нескольких из них в бегство, подпалив им хвосты, но для пони без таланта поджигать все вокруг себя они могут быть опасны.

− Это правда, что вы, ведьмы, едите жеребят и применяете темную магию? − спросила Эпплджек, все еще следуя за мной по пятам. По крайней мере, ее постоянные вопросы означали, что не придется все время проверять, не отстала ли она.

− Нет. От жеребят меня пучит, и нет смысла в темной магии, когда у тебя есть огонь.

Я внимательно глядела по сторонам, высматривая отметины на деревьях. Зекора рассказала мне, что древоволки сдирают кору с деревьев, чтобы залатать свои шкуры, и это оставляет очень характерные следы. Я остановилась и внимательно осмотрела одно дерево. Кора была содрана широкой полосой, без признаков гниения или повреждения самого дерева. Мы шли верным путем, хотя как правило пони направление «прямо в логово древесных волков» верным путем не называют.

− Бабуля говорила, что не следует бороться с огнем огнем, потому что в итоге получится еще больше огня, а хотелось вообще не этого.

− Бабуля ошибается, − фыркнула я. − Конечно, с огнем можно бороться огнем. Со всем можно бороться огнем.

Я вышла на поляну и почувствовала, как у меня волосы начинают вставать дыбом. Что-то было не так. Стояла почти полная тишина. Птицы перестали петь, и даже вездесущие насекомые и лягушки притихли. Я подняла копыто и остановила Эпплджек, оглядываясь по сторонам.

Я не сразу заметила, как что-то движется. Ни движущихся кустов, ни даже листьев, колышущихся на ветру. Были только деревья, упавшие ветки у их основания, и…

И я поняла, где мы оказались. «Упавшие ветки» начали двигаться сами по себе, потому что они были не просто мертвой древесиной. Это была живая, злая, голодная древесина в форме больших клыков, и мы были окружены, как идиотки.

Ну, Эпплджек была окружена, как идиотка. Я не была идиоткой. Я была пиромантом, и для меня это были мишени, а не засада.

Волки начали кружить вокруг нас, отрезая путь к отступлению, намереваясь превратить нас в ужин. Я не была точно уверена, зачем им нужно было есть, поскольку они были просто пустыми внутри монстрами, сделанными из дерева. Может быть, они просто делали то, что делал бы обычный волк, повторяя инстинктивно, хотя мне было плевать. Древесным волкам, подозреваю, тоже.

Эпплджек схватила меня за заднюю ногу, повисла на ней и заскулила.

− Они вокруг нас! – захныкала кобылка.

Я закатила глаза.

− Ты же сама хотела прийти прямо в их логово. Напомни, каков был твой план? Разлягать их?

− Таков был мой план до того, как я наняла тебя! – ответила кобылка, глядя на меня снизу вверх. – Давай, делай волшебные штуки!

− Как пожелаешь, − фыркнула я.

Мой рог засветился голубой аурой, когда я сосредоточилась. Это было сложнее, чем обычно, потому что мне нужно было избежать случайного превращения кобылки, цепляющейся за мою ногу, в пепел. То, что я давно была огнеупорной, уже закрепилось на уровне рефлексов. Я не особо задумываясь швыряла огненные шары себе под ноги, ходила по горячим углям или поджигала все вокруг себя.

В воздухе возникла печать, и искры разлетелись по спирали, разыскивая свои цели, впиваясь раскаленными пылинками в тела кружащих древесных волков, поджигая их и отказываясь гаснуть. Это было редко используемое мною заклинание, так как дождь из горящего фосфора обычно был перебором, когда имеешь дело практически с любым врагом, которого только можно вспомнить.

Древоволки взвыли от боли, катаясь по грязи, пытаясь затушить пламя. На несколько мгновений оно действительно потухло, прежде чем фосфор снова вспыхнул.

− Это ужасно... − прошептала Эпплджек.

− Они даже не совсем живые. Это просто духи, которые ведут себя как волки. Не думаю, что они вообще могут чувствовать страх или боль. Они просто притворяются, потому что так поступили бы волки.

− Это все равно неправильно, − произнесла кобылка. − Я просто хотела отомстить за Ма и Па, а не заставлять их всех страдать. Некоторые из них, вероятно, никогда никому не причиняли вреда...

− Ладно, − вздохнула я. Рог снова вспыхнул, и заклинание завершилось, горящие пылинки переместились обратно в небытие, из которого я их призвала. Формально это было заклинание призыва духов, вместо более распространенных чар сотворения, которые… подробности не важны. Если бы Эпплджек была единорогом, она, возможно, оценила бы мой гений и мастерство.

Древесные волки разбежались, воя от страха, их шкуры почернели и обгорели. Некоторые все еще тлели.

Все, кроме одного. Напротив нас стоял огромный белый волк, глядя на меня с нескрываемой ненавистью. Очевидно, это и была цель охоты Эпплджек, и он был явно недоволен тем, как мы отделали его стаю. Однако должна признать, что даже я была немного напугана. Он был таким высоким, что мог бы дотянуться до верхушки дерева, если бы встал на задние лапы, а белые ветви и бревна тела образовывали каркас вокруг светящегося ядра зеленой магии.

Может быть, это просто кошмары об огромной, ослепительно-белой принцессе, которые мне несколько раз снились, заставили почувствовать укол страха. Или, может быть, я наконец обрела здравый смысл.

Времени все тщательно обдумать не было, прежде чем огромный зверь бросился вперед. Моим первым побуждением было телепортироваться, но жеребенок, сжимающий мою ногу, напоминал о том, что в данный момент это не вариант. Я не могла телепортироваться и оставить кобылку на съедение волку. Ну, теоретически могла. Просто для этого нужно было быть настоящей ведьмой.

Я сотворила щит, стену жара и огня, которая заставила огромного волка отступить. Это дало мне несколько секунд, чтобы закончить более сложное заклинание.

− Поймай-ка это, сучок! – крикнула я, и серия оранжевых сфер по высокой дуге сорвалась с моего рога, пронеслась над поляной и подпрыгнула, приближаясь к волку. Огненный шар был моим самым любимым заклинанием, и я выучила все разновидности, которые когда-либо сумели изобрести пони. Этот вариант, по моему скромному и абсолютно правильному мнению, был самым лучшим.

Я с улыбкой наблюдала, как «Прыгающие огненные шары Бетти» нацелились на волка. В первый раз, когда я применила это заклинание, то допустила небольшую ошибку в части определения цели и в итоге вынуждена была бегать от своих собственных огненных шаров, пытаясь вспомнить контрзаклинание. Не самое лучшее воспоминание. Долгие часы практики (и время, которое у меня было, чтобы обдумать свои ошибки и изучить основы каменной кладки, помогая ремонтировать вход в бальный зал, который я взорвала, пытаясь избежать заклинания) окупились.

Волк не знал, что с ними делать, пока первый не взорвался у него перед носом, выбив из пасти шипы, похожие на клыки, и отбросив монстра назад.

Я не собиралась притворяться, что это был честный бой. Возможно, он был большим, выносливым альфой, но он всего лишь лесной монстр, а я была одним из самых могущественных существ во всей Эквестрии, идущим сразу после принцессы и нескольких наиболее крупных драконов. Я с ликованием наблюдала, как со зверя сдирает деревянную плоть, волк становится все меньше и меньше по мере того, как он восстанавливался из того, что осталось.

− П-прекрати! − закричала Эпплджек, дергая меня за щетку над копытом. Да, надо будет их все же подстричь покороче. Не похоже, что в лесу получится тщательно ухаживать за шерсткой.

− Мне казалось, ты хотела отомстить, − произнесла я, сотворив тепловой луч, который полоснул по ногам волка, сбив его с ног, когда он попытался убежать.

− Я... – кобылка прикусила губу. Я посмотрела на нее сверху вниз. − Это неправильно. Только то, что он монстр, не значит, что я тоже должна вести себя как монстр.

Эпплджек посмотрела сквозь стену огня на добычу, за которой мы охотились.

− Он просто животное, и даже если это не так, Ма с Па не хотели бы, чтобы я причиняла ему боль без причины.

Я проследила за взглядом кобылки туда, где древесный волк лежал на боку, поскуливая от боли. Теперь и меня начала грызть совесть.

− Да, − вздохнула я. − Ты права.

Стена огня развеялась, чтобы мы могли подойти ближе. Заклинания огня не очень хороши для убийства из милосердия. Огонь могуч и опасен, но также и чрезвычайно болезненный.

− Плохих животных усыпляют, − произнесла Эпплджек. − Например, когда моя собака Рокси заразилась бешенством, Бабуля усыпила ее, и она сделала это быстро и безболезненно.

− Быстро и безболезненно... − пробормотала я. Не совсем то, что у меня хорошо получалось. − Отойди. Я не хочу, чтобы ты обожглась.

Эпплджек попятилась, наконец отпустив мою ногу. Я подошла поближе к раненому монстру. Если бы это был настоящий волк, а не дух, ожививший кучу дров, я бы знала, что делать.

Я дотянулась до волка магией, пытаясь понять, что делать. Древесный волк не сильно отличался от обычного магического конструкта. Конечно, это был дух, но он был привязан к физическому телу, и то, как он себя формировал, исцелялся и рос, не сильно отличалось от оживляющего заклинания, вышедшего из-под контроля.

Особенность заклинаний в том, что даже если ты не знаешь специального контрзаклинания, все равно есть несколько вариантов, как с ними бороться. Если бы я продолжала бить его огненными шарами, в конечном итоге от волка осталось бы слишком мало дерева, чтобы ожить, но это было бы жестоко. Или, по крайней мере, настолько жестоко, насколько это возможно по отношению к чему-то, что по сути было просто самоподдерживающимся заклинанием.

Я проследила за линиями заклинания и обнаружила магический узел, слишком сложный, чтобы его распутать, такой же запутанный, как сам лес. Возможно, древесный волк был ближе к живому, чем я думала. Я чувствовала, как узел пульсирует, черпая магию из окружающей хаотической энергии самого Вечнодикого.

Распутать его я не могла, поэтому сделала лучшее из возможного. Просто разорвала его на части, разрушив магическое плетение. Древоволк был слишком слаб из-за предыдущих атак, чтобы по-настоящему сопротивляться. Магия вырвалась из его тела зеленой вспышкой, сам волк разлетелся на осколки. Я прикрыла лицо копытом и сказала несколько очень нехороших слов, когда меня хлестнуло щепками.

− Тьфу. Когда же я смогу передохнуть, − вздохнула я, вытаскивая щепки из кожи. Эпплджек подбежала ко мне. К счастью для нее, ей удалось избежать каких-либо травм. Свезло. Мне, похоже, придется занозы из копыт неделю выковыривать.

− Все кончено, − вздохнула кобылка. − Не думала, что это будет так просто...

− Я же говорила тебе, что самый сильный единорог в Эквестрии. Конечно, все было так просто. Для меня. А тебя он бы сожрал заживо.

Когда Эпплджек не отреагировала на мои поддразнивания, я посмотрела на нее сверху вниз. О, точно. Он убил ее родителей. Наверное, так говорить было неправильно.

− Ты в порядке?

− Думала, мне станет легче, − прошептала кобылка. Она потерла глаза и шмыгнула носом. − Но это не вернет моих родителей, верно?

− Прости, дитя, − ответила я, положив копыто ей на плечо. Эпплджек прижалась ко мне. На больную ногу пришелся слишком большой вес, и я чуть не опрокинулась.

− Я хочу домой, − прошептала кобылка.

* * *

Я решила просто вынести ее из леса. Все-таки она была всего лишь кобылкой, и после того, как с древесным волком было покончено, решимость, которая толкала ее, угасла. К тому времени, как я добралась до опушки Вечнодикого, где деревья начали редеть, она спала у меня на спине, вцепившись в свою шляпу.

Никогда не ладила с жеребятами, как я уже упоминала. Но в Эпплджек было что-то, заставляющее меня, даже не знаю, беспокоиться о ней немного больше. Может быть, из-за того, что у нас с ней было что-то общее. Я вообще никогда не знала своих родителей, а она потеряла родных около года назад, по-видимому, всего за несколько месяцев до моего дерзкого побега из Кантерлота.

Отсюда уже были видны огни городка. Была почти ночь, и это заставило меня чувствовать себя немного лучше по поводу всего происходящего. Как только солнце село, лес стал намного опаснее, но в то же время пропало ощущение словно Селестия наблюдает за мной сверху. Я знала, что это глупое суеверие, и принцесса сама говорила мне, что ничего такого не умеет, но мне просто казалось, что когда солнце опускалось за горизонт и появлялась луна, я была в безопасности.

− Эй, − я похлопала кобылку по спине. − Мы выбрались из леса. Если хочешь, чтобы я донесла тебя до дома, тебе придется сказать мне, где ты живешь.

Эпплджек застонала и открыла глаза, несколько секунд растерянно моргала, глядя на меня, прежде чем вспомнила, где находится. Она потерла копытом заспанные глаза и указала.

− Ферма в той стороне. Она не слишком далеко отсюда. Если мы пройдем еще немного, то попадем прямо в западный сад.

Значит, не в городе. Хорошая новость. Возможно, сейчас я чувствовала себя в безопасности, но мне все равно не нравилась мысль отправиться в город. Я буду выделяться, куда бы ни отправилась, а в таком крошечном местечке, как это, новости разлетятся просто мгновенно, и очень скоро стражники уже будут прочесывать лес.

Я пустилась рысью в том направлении, куда указала кобылка, используя рог, чтобы подсветить дорогу. Прошло меньше минуты, прежде чем мы обнаружили сломанный забор, а за ним аккуратные ряды деревьев, хотя по тому, насколько все заросло, было ясно, что за этим садом давно не ухаживали.

Это напомнило мне Кантерлот. Селестия позаботилась, чтобы я каждый день бывала на улице, так что я начала заниматься в садах. Там всегда было приятно и тихо, все на своих местах. Этот был очень похож, только с грунтовыми дорожками вместо аккуратно выложенных камнями.

− А ну стоять! – раздался голос в темноте. – Что за дурной похититель яблок, заявившийся с таким светом, что я его увидела прямо из дома!

Я повернулась на скрипучий старческий голос и увидела зеленую пони, которая была настолько стара, что невозможно было сказать, сколько ей лет на самом деле. Ну, знаете, из тех кобыл, что, когда они достигают определенного уровня морщинистости, просто перестают заметно стареть. Ее взгляд однако хранил такую решимость, что у меня возникло чувство, что она могла бы загнать меня обратно в лес, если бы захотела.

− Я не воровка, − ответила я, снимая Эпплджек со спины и держа ее перед собой магией. − Вообще-то, я пришла вернуть яблочко, а не воровать.

− Эпплджек! − ахнула кобыла. − Мы думали, ты снова сбежала! Где ты была весь день?! Мы с твоим братом ужасно волновались!

− Прости, Бабуля... − пробормотала кобылка, опустив глаза. − Но я должна была кое-что сделать. Я убедилась, что древоволк больше никогда никого не обидит.

Вероятно, это была та самая Бабуля, о которой она упоминала раньше. Кобыла выглядела шокированной, затем на мгновение на ее лице промелькнуло облегчение, прежде чем его смыла волна неодобрения.

− Это лягать какой глупый поступок, Эпплджек. Тебя могли убить! После потери Джонатана и твоей мамы я просто не могла... − пони судорожно вздохнула. − Я не смогла бы пережить еще и твою потерю. Мое сердце и без того видело слишком много боли.

− Мне жаль, Бабуля.

Я опустила кобылку на землю, и она пошла к своей бабушке, обняв ее. Я восприняла это как сигнал уходить и развернулась, чтобы захромать прочь. Но уйти получилось недалеко.

− И куда, по-твоему, ты направляешься? − спросила престарелая пони. Я вздохнула и повернулась к ней лицом. – Что-то я не видела тебя в наших краях.

На это я лишь пожала плечами.

− Я живу в лесу. Если только у вас нет привычки забираться в опасные уголки Вечнодикого, как у нее… − кивок в сторону Эпплджек. − У вас нет особых причин меня видеть.

− Вечнодикий опасен весь, − заметила Бабуля. − Безопасных мест нет.

− Верно, − согласилась я. − В любом случае теперь, когда она в тут...

− Ты должна дойти до нашего дома! − вставила Эпплджек. − Я тебе еще не заплатила за то, что ты помогла мне с древоволками!

− Ты ей помогала? – пони нахмурилась.

− Или так, или позволь ей сделать это одной, − фыркнула я. − Она упрямая пони. Я могу уважать упрямство. Пони должны быть готовы стоять на своем и бороться за то, чего они хотят.

Не стоило упоминать, что часто из этого ничего не получалось. Например, когда я пыталась быть настойчивой с Селестией.

− Она такая, − согласилась кобыла. − Ну, хорошо. Не могу сказать, что я одобряю трату карманных денег на наемников, но она дала обещание и должна его сдержать.

− Я не наемница. Ну в том смысле, что формально я действительно согласилась взять деньги в обмен на свои услуги по борьбе со стаей древесных волков. Но это ничего не значит!

− Не будем препираться по мелочам, − ответила пони, пока мы шли к фермерскому дому. Не уверена, чего ожидала, но он оказался намного больше, чем я себе представляла. Думала, там будет какая-нибудь однокомнатная бревенчатая хижина, но там оказался дом размером с несколько кантерлотских. Я последовала за ними к двери и остановилась, когда они вошли.

Единственным домом, в котором я побывала почти за год, был дом Зекоры, и даже если она была моей подругой, я чувствовала себя неловко из-за того, что я все время где-то рядом. Я знала, каково это − пытаться провести исследование с какой-нибудь надоедливой пони, постоянно задающей вопросы, или просто сидящей рядом, когда тебе хочется тишины и уединения. Ненавижу быть этой надоедливой пони.

Однако дом Зекоры, по крайней мере, казался лабораторией. (Или хижиной ведьмы, но в тот момент я все равно была ведьмой. Все, что мне было нужно, − это метла, чтобы летать, и остроконечная шляпа.) Я чувствовала себя там комфортно. Это был своего рода дом, которого у меня никогда раньше не было. Сиротский приют был похож скорее на тюрьму, с тем же разделением на хищников и жертв, что и в лесу, даже если пищевая цепочка была социальной и полностью состояла из пони. Дворец был местом, где пони работали, без каких-либо надежд на уединение, а не настоящим домом для кого-либо из них. Не думаю, что даже принцесса чувствовала себя там как дома.

Но тут. Тут было по-другому. Это был настоящий семейный дом. И я была изгоем. Мне здесь было не место. Я всерьез подумывала просто телепортироваться прочь, прежде чем маленькое оранжевое копытце схватило меня и затащило внутрь.

− Давайте, мисс Ведьма! Хватит валять дурака!

Я немного посмеялась про себя, позволяя ей перетащить меня через порог. Внутри было тепло, деревянные полы отполированы до блеска десятками копыт, стерших неровности, и любовно обработаны воском и маслом, чтобы уберечь от гниения.

Все пахло яблоками. Я не ела их уже несколько месяцев, с тех пор как нашла в Вечнодиком яблоки странного цвета и получила неприятный опыт. Яблоки не должны быть такими острыми и точно не должны менять цвет твоей гривы и хвоста. По крайней мере, Зекоре, похоже, понравились образцы, которые я принесла, даже если нам не удалось вырастить их самим.

Эпплджек отпустила меня после того, как проводила в столовую, вместо этого подбежав к жеребчику ненамного старше ее и обняв обеспокоенного пони. Думаю, это был брат, о котором она упоминала.

− Бабуля, можно мисс Ведьма останется на ужин? − крикнула Эпплджек в сторону кухни.

− Подожди, подожди, − прервала я ее, взмахнув копытом. − Я не хочу навязываться. Мне нужно вернуться к лесным... штукам.

Я мысленно ударила копытом в лицо. Отличная работа, Сансет. Лесные штуки. Это точно звучало как настоящие вещи, а вовсе не как оправдание.

− Я никогда не отпущу кого-нибудь домой голодным, − заявила престарелая пони. − Вы все просто садитесь за стол, и я принесу вам чего-нибудь горячего, чтобы набить животы. Точно знаю, что малышка Эпплджек, должно быть, умирает с голоду после того, как вела себя как полная дура от рассвета до заката.

Я фыркнула и села. И так уже слишком глубоко увязла. Придется страдать ради горячей еды. Ужасная судьба, если призадуматься.

− А вся твоя семья живет в лесу? − спросила Эпплджек, садясь рядом со мной.

− У меня нет семьи, − я пожала плечами. − Знаешь, тебе повезло. Даже если твоих мамы и папы больше нет, у тебя есть пони, которые заботятся о тебе.

У меня никогда не было подобного. Раньше я притворялась, что было, но это прекратилось, когда я узнала, что Селестия была совершенно не против удочерять пони. Они просто должны были быть аликорнами.

− Знаю, − тихо произнесла Эпплджек, глядя в стол. − После смерти Ма и Па я сбежала от всего и уехала в город на некоторое время. Однако мне это не подошло, как будто я была не той, кем должна была быть. Затем я увидела тот большой свет в небе, и это напомнило мне, что моя семья важнее всего, как будто тут было то место, где мне надо быть. Так я получила свою метку!

− Большой свет в небе? − я приподняла бровь. − Что-то вроде огромной радужной вспышки?

− Ты тоже это видела? − Эпплджек удивленно моргнула, глядя на меня.

− Ага, − фыркнула я. − Это было как раз перед тем, как я бросилась с моста в пропасть и закончила тем, что у меня нога вот такая.

Я подняла свое искривленное копыто.

− Однако это сработало. Теперь я свободна. Больше никаких манипуляций или правил. Я все делаю по-своему, так, как я этого хочу.

Эпплджек некоторое время наблюдала за мной, а затем внезапно обняла.

− Мне жаль, что у тебя нет семьи, мисс Ведьма.

− Всё в порядке. Я в порядке. Все в порядке.

Я погладила кобылку по голове, и она восприняла это как сигнал отпустить меня. Спасибо. Я боялась, что мне придется воспользоваться ломом. Для такой маленькой кобылки у нее была невероятно крепкая хватка.

В комнату вошла Бабуля, брат Эпплджек помогал ей с тарелками с едой.

− Ужин готов! У нас есть яблочно-коричный хлеб, печеные яблоки, яблочные сэндвичи на гриле и морковный рулет, − небольшая пауза. − С яблочным пюре.

− Улавливаю общую тематику, − пошутила я.

− Когда живешь на яблочной ферме, тебе лучше научиться любить яблоки, − заметила Бабуля.

* * *

Ужин прошел в тишине, но Бабуля Смит, вероятно, была лучшим поваром, которого я когда-либо встречала. Я понятия не имела, как у нее это получалось, но ей удавалось не мешать вкус блюд друг с другом. Там были терпкие яблоки, сладкие яблоки, мучнистые яблоки, и ее твердое копыто использовало их именно там, где они лучше всего подойдут. Это было впечатляюще − я ела блюда от лучших шеф-поваров Кантерлота, но тут было намного вкуснее.

− Ты возвращаешься в лес? − спросила Эпплджек. Я помогала убирать после еды. Не стоит заставлять пожилую пони делать всю работу.

После такого и спасения кобылки мне предстояло затмить солнце или проклясть несколько колодцев, чтобы восстановить свою ведьминскую репутацию. Я была опасно близка к тому, чтобы стать милой, скромной пони. С невероятной космической мощью. Ладно, тогда, может, и не скромной.

− Я там живу, − ответила я пожав плечами. − Кроме того, там я в большей безопасности. За мной охотятся, и они никогда меня там не найдут.

− Почему ты убегаешь? − спросила кобылка. − Ты здоровски разнесла этих волков. Ты, кажется, ничего не боишься.

− Есть вещи страшнее монстров, − пробормотала я.

− Ты имеешь в виду, что признать свои ошибки труднее, чем колдунствовать своим рогом, − как ни в чем не бывало произнесла Бабуля, вытирая кастрюлю. − У тебя вид пони, стоящей не по ту сторону закона. Я не буду притворяться, что мне это нравится, но ты спасла жизнь моей внучке и сделала для нее то, чего я не смогла бы сделать сама.

− Я не совершала никаких настоящих преступлений, − заявила я, застыв на месте. – Просто…

Стоило обдумать, что сказать.

− Я совершала ошибки. В этом вы правы. Даже не знаю, что произойдет, если меня поймают. Может быть, ничего. Может быть, никто меня уже даже не ищет. Знаю, что все уже никогда не вернется на круги своя, а с учетом того, как все было в конце… Я этого не заслуживаю, и не хочу, даже если бы мне предложили снова.

− Я не понимаю, − нахмурилась Эпплджек.

− Помнишь, как ты сказала, что не была честна с самой собой, когда была в городе?

Эпплджек кивнула.

− Я знаю, каково это. Я годами пыталась быть хорошей, счастливой маленькой пони для кого-то, кто значил для меня больше всего на свете, − я вытерла глаза. Их почему-то жгло. Наверное, просто лук. − Я думала, что счастлива, или что я особенная, или что я что-то значу для кого-то. Однако я ошибалась. Я была просто ошибкой.

Даже Бабуля прекратила прибираться. Отлично. Собрала благодарных слушателей.

− В этом разница между семьей и... тем, что было у меня. Твоя бабушка знает, что ты совершила ошибку, но она волновалась, потому что любит тебя и не хотела, чтобы ты пострадала. Она никогда не вышвырнет тебя на улицу и не будет размахивать у тебя перед носом какой-нибудь наградой, а потом откажется отдавать ее тебе.

Я снова вернулась к посуде. И ничего не сломала. Определенно, это прогресс. В прошлый раз, когда я разглагольствовала о Селестии (про себя), я забросила дерево магией достаточно далеко, чтобы не увидеть, куда оно упало. Почти уверена, что мне удалось запустить его прямо в солнце.

− Ну... даже если ты ведьма и живешь в лесу, ты все равно можешь приходить сюда в любое время, когда захочешь, − твердо заявила Эпплджек.

Я приподняла бровь.

− Но если ты хочешь что-нибудь из бабулиной стряпни, тебе придется потрудиться, − продолжила она. − У нас много дел по дому, которые нужно сделать.

− Ты ожидаешь, что ведьма из Вечнодикого будет заниматься домашними делами?!

Я встала на дыбы, используя немного магии иллюзии, чтобы вокруг меня вспыхнули молнии, а из-под плаща повалил мистический дым.

− Если хочешь бабулин яблочный пирог, то да, − Эпплджек кивнула, совершенно не впечатленная.

− Веский аргумент, − признала я, успокаиваясь и позволяя дыму и молниям рассеяться. Нам обеим удалось сохранить серьезное выражение лица на несколько мгновений, прежде чем мы разразились хихиканьем.

По здравому размышлению, часть меня чувствовала себя более удовлетворенной, чем когда я была ученицей Селестии. Тогда все важное для жизни у меня было. Мне давали еду, кров, книги, все, чего я действительно хотела, появлялось в моем распоряжении, и это не оставило мне ничего, кроме ужасной жажды силы, силы, которой, как я думала, будет достаточно, чтобы произвести впечатление на принцессу. Я хотела, чтобы она была семьей, по которой я скучала, но она никогда ею не была. Она всегда была отстраненной, даже для меня.

Однако здесь, с Эпплами, я увидела, какой должна быть семья. Не нужно производить впечатление друг на друга. Не нужно постоянно бороться, чтобы заслужить любовь, которую Селестия никогда бы не дала.

Останься я ее ученицей, где бы я была сейчас? Заперта в башне, полной книг, вынужденная превзойти саму себя в серии бесконечных и бессмысленных тестов? Я была счастлива быть рядом с принцессой, но я никогда не была довольна, и я никогда не была частью семьи. Просто надеюсь, что никто не совершит ту же ошибку, что и я, став ее ученицей.

## Глава 4: Ученик становится учителем

Я дотронулась до двух золотых колец у себя на шее – подарок от Зекоры в знак признания, что я продолжаю у нее учиться. Кольца всегда заставляли меня чувствовать себя лучше. В некотором смысле зебра оказалась лучшим учителем, чем Селестия. Она никогда не лгала мне, ничего не таила и даже объясняла то, о чем я не спрашивала, просто полагая, что мне будет любопытно. Были вещи, которым научиться так и не удалось. Например, как проходить сквозь густые заросли, не потревожив их, или освоить поразительное чувство Зекоры о расположении растений и животных вокруг.

Я обходилась магией, и зебра меня в этом поощряла. Ей нравилось, когда я придумывала собственное решение. Вот почему я уважала ее и почему она была моей подругой. Она никогда меня не осуждала.

Пони на другой стороне улицы уставилась на меня. Я вдруг почувствовала себя неловко, отвернулась и пошла быстрее. Ненавижу ходить в город.

Я поплотнее закуталась в плащ. После долгих лет жизни в лесу он изодрался, и, даже несмотря на пару уроков шитья от Бабули Смит, толстый материал местами протерся почти насквозь, напоминая скорее марлю. Тщеславной пони я не была, и со временем походы в город стали волновать меня меньше, но я не желала, чтобы другие пони на меня пялились.

Сегодняшний день был особенным, и мне придется с этим смириться. Я постучала в дверь и взглянула на здание, к которому подошла. Возможно, это было самое странное строение в городе, похожее на гигантскую версию пряничных замков, которые пони мастерили в канун празднования Дня Согревающего Очага. Дверь широко распахнулась, так быстро, что я даже удивилась.

– Добро пожаловать в «Сахарный уголок»!

Я обнаружила, что смотрю сверху вниз на подпрыгивающую розовую пони, чье веселье быстро улетучилось, когда она взглянула на меня. Кобылка взвизгнула и бросилась бежать. Сложно ее винить. В конце концов, я была жуткой лесной ведьмой.

Я вошла и огляделась. Вечеринка была в самом разгаре, и в воздухе пахло сахаром. Надолго задерживаться в планах не было, но я обещала, что приду. Эпплджек сильно вымахала за последнюю пару лет. Она была только подростком, но уже почти догнала меня по росту. Я потрусила к тому месту, где она смеялась с несколькими другими жеребятами, вероятно, одноклассниками.

Пони начали меня замечать. Болтовня стихала, пока я шествовала через ярко освещенную комнату, словно ожившая тень.

– Эпплджек, – произнесла я, используя небольшое заклинание, чтобы придать голосу эхо и глубину. Пони вокруг съежились. – Я пришла за тобой.

– Это Пони Теней! – закричала розовая, уносясь вверх по лестнице.

– О, привет, Сансет, – ответила Эпплджек совершенно невозмутимо. Она протянула мне чашку. – Пунш будешь?

Я фыркнула от смеха и развеяла заклинание, опустив капюшон, чтобы не быть настолько похожей на Бледную Кобылицу.

– Тебя вообще не напугать, верно? – я взяла чашку и вложила в копыто земнопони завернутую коробку. – Держи. С днем рождения, Эпплджек.

– Тебе не нужно было ничего мне дарить, Сансет, – улыбнулась та. – Я просто рада, что мы уговорили тебя выбраться из Вечнодикого хоть на минутку.

– Минутку? – парировала я. – А ты знаешь, сколько стоит одна минута ведьмы? Но мне плевать, ведь сегодня твой день рождения. Не хочу быть пони, которая приходит с пустыми копытами ради бесплатной еды и пунша.

Земнопони начала разворачивать подарок. Мне потребовалось некоторое время, чтобы собрать все воедино – в последнее время я нечасто хожу по магазинам. Внутри была запечатанная деревянная коробка, края которой были залиты воском.

– Это зебриканский амулет урожая, – объяснила я. – Знаю, тебе не нравится смешивать яблоки и магию, но тут, скорее, больше традиционного амулета на удачу. Если ты закопаешь его в поле, он поможет защитить деревья от гнили и насекомых.

– Очень продуманный подарок, – улыбнулась Эпплджек. – И, конечно, не имеет никакого отношения к тому, как ты схватила яблоко не из той корзины и оно оказалось червивым?

– Все еще помню ту трепещущую половинку червяка, – содрогнулась я.

Тот случай почти отвратил меня от яблок, пока Бабуля Смит не приготовила на обед свои знаменитые сэндвичи с яблочным джемом и арахисовой крошкой, после чего я обнаружила, что яблоки мне снова нравятся.

– Спасибо, Сансет, – поблагодарила Эпплджек, на мгновение обнимая меня. – Мы как раз собираемся разрезать торт. Ты хочешь остаться и оказать мне честь?

Я покачала головой, бросив взгляд на торт со свечками. Ни малейшего желания быть хоть где-то рядом с тортом. Слишком много плохих воспоминаний.

– Прости. Мне пора идти, пока я не распугала остальных твоих гостей. Наслаждайся, Эпплджек.

Я быстро обняла ее в ответ, прежде чем повернуться, накинуть капюшон и отправиться к двери.

Когда я вышла на улицу, разговоры снова возобновились. Не стоит переживать. Это были незнакомые мне пони. Просто напоминание о том, что я не такая, как они. Я была почти на десять лет старше присутствующих и посторонней для них.

Я вздохнула и постаралась не думать о розовой кобылке, которая от меня сбежала. Наоборот, подобное должно было мне понравиться. В конце концов, я пыталась создать образ взрослой, жуткой ведьмы. Покачав головой, я пошла быстрее, собирая вокруг себя тени, чтобы быть незаметнее, пока выбираюсь из города и возвращаюсь к безопасности Вечнодикого.

Страх розовой кобылки меня вовсе не задел.

* * *

Четыре года. Я навязывала свое общество Зекоре уже почти четыре года. Мне нужно было найти собственное жилье. Шаманка исследовала лес глубже, чем я. У Вечнодикого было плотное ядро, центр, где сосредоточились все искривленные лейлинии и хаотическая магия. Я несколько раз подходила близко и видела руины замка, но держалась от них подальше.

Сегодня я собиралась преодолеть этот страх. Я не собираюсь строить лачугу посреди леса, если можно найти подходящее укрытие, и старый замок мог стать как раз тем, что мне нужно. Однако, учитывая странную магию, царящую вокруг него, следовало проявить осторожность.

Быть осторожной сегодня означало пробираться сквозь заросли, не спалив их дотла. Пара заклинаний огненного шторма определенно облегчили бы задачу, но в данном случае, возможно, простота отходила на второй план, уступив место осмотрительности.

Однако, если огненный шторм и мог с чем-то помочь, так это в том, что дальше чем на пару копыт ничего не было видно. Я зарычала и попыталась продраться сквозь густые заросли папоротника впереди. Травмированное копыто больно запуталось в лианах, я начала ругаться, попыталась высвободиться и потеряла равновесие.

Как оказалось, на шаг дальше был обрыв, я покатилась по склону, кувыркаясь и пытаясь замедлиться, поскольку удары о камни и ветки причиняли мне боль. Затем я внезапно освободилась. В смысле, в свободном падении. Я взвизгнула, осознав, что падаю в глубокое ущелье, начала паниковать и решила, что лучше выбираться из этой ситуации с грохотом, чем со шлепком.

Я сотворила заклинание телепортации, перемещаясь к хлипкому на вид мосту, перекинутому через ущелье.

Не уверена, что меня сильнее удивило – когда заклинание сработало или когда мост выдержал мой вес. Заклинания телепорта в Вечнодиком слишком часто давали сбой, чтобы чувствовать себя с ними комфортно. Я появилась парой копыт выше моста и с такой силой рухнула спиной на доски, что была уверена, что вот-вот снова полечу в ущелье из которого только выбралась. Каким-то образом дерево и веревки выдержали, и мне пришлось цепляться за них изо всех сил, пока шаткий мост раскачивался туда-сюда от силы моего падения.

– Когда уже жизнь наиграется со мной и просто всучит мне в копыта то, что я хочу? – прошептала я себе под нос, ожидая, пока колебания прекратятся. Похожее на маятник движение замедлилось, и я почти почувствовала себя в безопасности, хотя мост все еще слегка поскрипывал и покачивался на ветру над глубоким ущельем.

– Ладно, Сансет. Это всего лишь мост, – пробормотала я, делая глубокий вдох и вставая. Все закачалось, я взвизгнула и снова припала к доскам. Продвигаться вперед приходилось почти ползком, и тут я совершила огромную ошибку. Посмотрела вниз.

Забавно – не помню, чтобы я боялась высоты до того, как покинула Кантерлот. Возможно, долгое падение из поезда и близость смерти так влияют на пони. У меня мгновенно закружилась голова, когда я посмотрела в темноту, дно было слишком далеко, чтобы разглядеть его в полумраке.

Я крепко зажмурилась и схватилась за веревку моста.

– Просто не останавливайся. Ты преодолела больше половины пути, единственный выход – добраться до конца. Ты самый могучий единорог. Даже если ты упадешь – существует множество способов спастись. Можно использовать заклинание перышка. Или призвать кучу подушек! Или даже использовать точно рассчитанный по силе огненный шар, чтобы смягчить падение.

Копыто соскользнуло, когда я попыталась наступить на доску, которой на месте не оказалось.

Я завопила.

– Зачем я вообще хотела эти дурацкие ляганные крылья?! – прокричала я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Пора с этим заканчивать. Я исчезла во вспышке света, возникнув на другой стороне ущелья. К сожалению, я была не в себе и не слишком ясно соображала, когда творила заклинание. Так что появилась я вверх ногами и вся в саже.

Приземлилась я мордочкой в землю.

– Ой.

Все внутренние органы, вроде как, были на месте, и я перебралась на другую сторону ущелья. Целых две хороших новости.

– Заметка на будущее: заменить старый мост чем-нибудь более прочным. Желательно каменным.

Я встряхнулась и оглянулась на мост. Теперь, не пребывая в ужасе, можно было заметить, что он невероятно стар. Если бы не чары, которые можно было легко разглядеть, мост давно рассыпался бы в пыль.

Можно считать знаком, что я, вероятно, на правильном пути. Такой мост не стали бы строить, если бы он никуда не вел.

– Кстати, о путях… – пробормотала я, ковырнув копытом землю.

Подлесок здесь был другой, один мох вместо трав и папоротников. Очень быстро выяснилось почему. Мох тонким слоем покрывал булыжник. Я улыбнулась и пошла по тропинке, мох четко ее обозначал. Прогулка оказалась на удивление приятной. Не было никаких признаков присутствия огромных хищников, и возникало ощущение безмолвного умиротворения.

Однако, когда замок возник в поле зрения, я вздрогнула. Я его не боялась. Я ничего не боялась (кроме принцессы и различных способов, которыми она могла бы найти меня). Но то, как он был разрушен, это чувство вечного покоя… внезапно мне показалось, что я иду по кладбищу. Возможно, я выучилась у Зекоры большему, чем думала. Она часто говорила о мире духов, снов или смерти, и если подобные места и существуют, то, казалось, отсюда до них один шаг.

Пока я шла, то видела ответвления от моей тропинки, тянущиеся к камням и кучам щебня вокруг, скрытых среди маленьких деревьев. Было ли все это когда-то городом? Не припоминаю, что слышала что-нибудь о крупном городе в этих местах.

Направляясь к замку, я осматривалась в поисках магии. Там были следы древней магии, больше похожие на призраки невероятных заклинаний, чем на что-то действующее, растворившиеся следы того, что, должно быть, было апокалиптическим колдовством.

Попасть в замок было достаточно легко. Охраны не было, двери стояли открыты, а даже будь они заперты, крыша давным-давно обвалилась. На дворец была наложена сложная сеть чар и оберегов, в основном для защиты от старения, наиболее мощные чары со временем развеивались, так что на настоящий момент наиболее сильным оставшимся эффектом осталось отпугивание опасных животных.

А дела налаживаются. Если обереги уберегут меня от ночных монстров, которые могут сожрать во сне, то тут определенно подходящее место для жилья.

Я толкнула дверь, и петли не выдержали. Дверь рухнула на землю со звуком, похожим на раскат грома, подняв огромное облако пыли.

– Дом, милый дом, – пробормотала я себе под нос.

Это было что-то вроде фойе, в котором доминировала штука похожая на модель расположения планет или что-то в этом духе. Удивительно хорошо сохранившаяся, но сложно сказать, что оно должно было изображать. Возможно, это имело бы смысл для знатока классического искусства. Я прошла мимо и через коридор, почти полностью открытый всем ветрам, так как стены рассыпались в прах.

Толкнув следующую дверь, я засмеялась. Ничего не могла с собой поделать.

– Из всех мест, куда стоит отправиться… – фыркнула я, заходя внутрь. Это был тронный зал. А на стенах висели изображения яркого солнца и белого аликорна. Естественно. Кому еще могло так повезти? Попытаться сбежать от Селестии и забрести в ее старый дом.

– Вероятно, это последнее место, где она станет меня искать, – буркнула я, глядя на древний гобелен. Даже чары не позволили сохранить его идеально, цвета начали тускнеть, а края обтрепались. Меланхолические мысли так меня поглотили, что я не замечала ничего странного, пока не обернулась.

Тут было два трона. И на каждое изображение Селестии нашлось другое, такое же, но и противоположное. Изображения луны вместо солнечных символов. Я подбежала к тронам и присмотрелась получше. Они были почти одинаковыми.

– Два трона… две принцессы? – пробормотала я. – Что это значит?

* * *

Но гадать об этом, пялясь на камни, я не собиралась. Я исследовала остальную часть замка и быстро нашла то, от чего чуть не упала в обморок. Библиотека. Тысячи книг, невероятно хорошо сохранившихся. И они были заброшены целую вечность. Они были моими. Все эти книги были моими.

– Кажется, я самая счастливая пони на свете.

Я начала просматривать книги, но пока не стала открывать их. Для этого у меня будет все время мира.

– Вот «Писания пони»! И «Книга Меган»! У них даже есть «Манускрипты Кловер»!

Я широко улыбнулась, пританцовывая по проходу.

Не было ничего, что могло бы испортить этот день.

Или, по крайней мере, я так считала, пока моя седельная сумка не начала звенеть. Я отреагировала с грацией, подбающей могущественной колдунье, ученице шамана и жуткой ведьме. То есть, сдавленно пискнула, швырнув седельные сумки через всю комнату, и нырнула в укрытие, как будто они вот-вот взорвутся.

Сами посудите, на тот момент реакция казалась здравой. В последнее время я готовила множество зелий, и когда твое зелье начинает дрожать и светиться, а по изначальной задумке не должно, то либо надо реагировать быстро, либо станешь зеленой на неделю. Или превратишься в жеребца. Даже вспоминать об этом инциденте не хочу.

Когда я поняла, что это за шум на самом деле, то забеспокоилась еще сильнее. Раньше я вела дневник, потому что, ну, это была одна из немногих вещей, которые действительно принадлежали мне. Глупо, конечно, и сентиментально, и не находись я в Вечнодиком, Селестия, вероятно, могла бы найти меня через него за считанные секунды. После того как я ушла, она мне тоже не писала.

Она меня обнаружила при посещении города? Допустила ли я большую оплошность? Зачем ей пытаться связаться со мной сейчас?

Долгие минуты я не двигалась, наблюдая за небом и дверями. Если это было предвестником какой-то засады, то я буду готова.

Пот стекал по лицу и шее. Седельная сумка все еще вибрировала и тихо жужжала. Никаких признаков телепортации. Из полуразвеявшихся чар древнего замка не поступало никаких предупреждений. Ничего не оставалось, кроме как посмотреть, что там написала принцесса.

Я была настороже и вытащила книгу из седельной сумки с максимального расстояния, на какое только была способна. Я открыла дневник на последней странице и... там ничего не было.

Он поломался? Странная магия Вечнодикого леса каким-то образом испортила чары? Я пролистала дневник, сбитая с толку. Именно тогда я их и заметила. Заметки на полях, написанные почерком, который я не узнала.

«Похоже, это дневник предыдущей ученицы. Возможно учебное пособие?»

«Пирокинез? Принцесса еще не давала мне ни одного огненного заклинания. Эти заметки об его использовании должны пригодиться для самостоятельного изучения».

«Это произошло всего несколько лет назад! Где сейчас эта Сансет Шиммер? Почему принцесса никогда не рассказывала мне о ней?»

Было еще несколько мелких замечаний, в основном там, где я скопировала полезную информацию, почерпнутую из разных книг, в таблицы, на которые легко ссылаться. Произошедшее было очевидно. Меня заменили. Снова. И на этот раз Селестия даже не притворялась, что это было что-то другое, как тогда, когда она пыталась наладить отношения между мной и Кейденс.

Думаю, это должно было случиться рано или поздно. Я просто считала, что на это потребуется больше времени. Я потерла глаза. Да, я расплакалась. В том смысле, что знаю о том, что облажалась, но все равно думала, что на замену потребуется больше времени. Как обычно, вранье, когда Селестия говорила мне, что сила, подобная моей, появляется только раз в поколение.

Признаюсь, часть меня все еще беспокоилась. Я к тому, что принцесса была самой близкой пони, которая у меня была вместо семьи, и теперь, когда у нее появилась новая ученица, это было похоже… как будто я потеряла даже это. Возможно, у меня просто разыгралась паранойя, потому что мне все еще хотелось думать, что все еще что-то значу для Селестии. Очевидно, подобное было не так близко к истине, как мне хотелось.

Я отложила дневник, наблюдая, как появляются новые заметки. Что делать? Выбросить его? Самое разумное решение. Если у принцессы появился новый ученик, это должно означать, что меня больше не ищут. Можно покончить с этим окончательно.

Я попыталась вернуться к каталогизации книг, но не помогало. Чувство потери и обиды продолжало терзать изнутри. Я вернулась к дневнику. Часть меня хотела возненавидеть эту безымянную пони. Это было бы легко. Она забрала то, что должно было принадлежать мне, и... и…

Я застонала и рухнула на пол.

– Какой в этом смысл? – пробормотала я. – Она даже не знает, кто я. Это вина Селестии, а не этой ее новой ученицы. Она, вероятно, выгнала меня, потому что у нее уже была на примете замена.

Я перевернулась на спину и посмотрела на небо.

Игнорировать все не получится. Нужно что-то делать.

Я перевернула дневник и вернулась к чистой странице, которую проверяла раньше.

– Сколько же времени прошло с тех пор, как я это делала в последний раз...

«Не стоит использовать дневник в качестве учебного пособия. Ты просто совершишь те же ошибки, что и я. И не говори ей об этом. Сансет Шиммер».

Я вздохнула и закрыла книгу, тут же пожалев об этом. Глупо было думать, что принцесса об этом не узнает. Для начала она, вероятно, сама отдала дневник своей новой ученице. И уверена, что Селестия рассказала бы ей все о том, как я увлеклась темной магией и что настолько разочаровала ее, да так, что она приказала всем пони забыть обо мне.

Я удивилась, когда через несколько минут пришел ответ.

«Я не знала, что это средство связи! Прости, что писала в твоем дневнике. Я взяла его из комнаты принцессы без спроса. Думала, что это книга заклинаний, но потом я начала читать, и оказалось, что это дневник, и я решила, что с его помощью смогу забежать в уроках вперед, и мне жаль!»

Я фыркнула. По крайней мере, она взяла его без разрешения. Следовательно, какое-то время принцесса может и не узнать об этом. Я уже начала успокаиваться, когда появилось еще одно сообщение.

«Ты еще одна ученица? Я не знала, что у принцессы были другие ученики. Меня зовут Твайлайт Спаркл».

Я могла бы просто ее проигнорировать. Сказать по правде, даже должна была. Хотя это было немного забавно.

«Была. Она выгнала меня после того, как я провалила тест. Если ты не хочешь, чтобы и тебя выпнули, то, вероятно, не стоит говорить принцессе, что ты связывалась со мной».

Как по мне, это был действительно хороший совет. Селестии, похоже, нравилось, когда ее ученики пребывали в неведении. Чем меньше Твайлайт Спаркл будет писать мне, тем больше вероятность, что ее не вышвырнут на улицу.

«Только потому, что ты провалила тест? Зачем ей это делать? Что случилось? Обещаю что не скажу ей я просто должна знать!»

Почерк становился все более и более корявым. Ближе к концу сообщения его едва можно было разобрать. Теперь я по уши вляпалась. Пока я думала, что делать, пришло второе сообщение, еще одна едва разборчивая просьба рассказать как все было. Похоже, надо было ответить хоть что-то, на что можно было бы опереться.

«Я плохая пони, которая совершала плохие поступки. Мы поссорились. Если ты хочешь оставаться на стороне Селестии, просто бери все, что она тебе дает, и никогда не проси большего. Я желала того, чего мне не разрешалось иметь, и она просто выгнала меня, и настолько меня ненавидит, что не рассказала обо мне ни единой душе. Не повторяй моих ошибок».

После этого последовала долгая пауза. Я отложила дневник. Может быть, эта Твайлайт наконец образумилась. Хотя сегодня мне что-то перехотелось читать. Я попыталась подумать о других вещах, которые можно было бы сделать. Нужно сделать. Необходимо было сообщить Зекоре, что я нашла место где жить, нужно было начать разбирать книги, и нужно было соорудить лежанку.

Все, что я могла сейчас сделать, это просто сидеть. Не хотелось ничего, кроме как свернуться калачиком и просто лежать. Через дневник пришло сообщение. Я взглянула на него, и губы изогнулись в ухмылке.

«Если ты уже плохая пони, то, значит, сможешь подсказывать мне правильные ответы на будущие тесты?»

## Глава 5: Ведьма и алмаз

Удивительно, чего можно добиться при помощи пары простых зачарований. Все, что нужно – одно заклинание для автоматической записи всего, что ты говоришь, и другое для чтения нового текста по мере его появления, а также мощная магическая книга-артефакт, которая мгновенно доставляет сообщения на другой конец мира.

Ну, не на другой конец мира. Кантерлот не так уж далеко – если бы не деревья и горы… ну, на самом деле деревья и горы были довольно таки крупными. Короче, в теории можно было бы рассмотреть самые высокие шпили дворца, если бы я поднялась выше крон деревьев. В ясный день.

– Я попробовала ту технику, о которой ты мне рассказывала, – произнесла Твайлайт. Или, правильнее сказать, написала. Но ощущалось все как разговор. Уверена, что мы могли бы наладить голосовую связь, если бы захотели, но для этого требовалась более продвинутые знания магии иллюзий, чем я располагала. Прямо сейчас, поскольку я понятия не имела, как на самом деле звучит голос Твайлайт, дневник говорил моим голосом.

– Оно взорвалось тебе в лицо?

Я показала ей, как вложить немного дополнительной маны в базовые заклинания. Мне удалось разработать этот способ, основываясь на некоторых гипотезах и заметках из «Манускриптов Кловера». Знаменитый единорог был хорошо известен исключительным мастерством во владении базовыми заклинаниями и филигранным их применением вместо того, чтобы полагаться на более сложные заклинания. Проблема состояла в том, что чем больше маны ты в них вкладываешь, тем больше вероятность, что заклинание превратится в самопальный огненный шар.

– Нет. По моим оценкам, я добилась примерно на пять процентов большего эффекта и сохранила стабильность заклинания.

Я нахмурилась и бросила на дневник взгляд через всю комнату.

– Пять процентов?

Я прокрутила в голове пару цифр. Признаю, в теории магии я далеко не лучшая. За те два года, что мы переписываемся, Твайлайт показала, что у нее с математикой лучше, чем у меня. Меня больше интересовала практика. Применение заклинаний было самым быстрым способом обучения, насколько я могла судить.

– Это означает, что ты вообще почти не добавила маны! Я же говорила тебе, что силу можно увеличить до пятидесяти, а то и шестидесяти процентов!

– Я опасаюсь заходить так далеко. Это небезопасно.

Безопасность. Я закатила глаза и закрыла книгу, которую читала. Кого волнует безопасность?

– Твайлайт, я не устану говорить тебе, если не дойдешь до предела, то никогда не узнаешь, где находится граница, – я вздохнула. – Когда я была в твоем возрасте, принцесса взяла меня с собой в горы и заставила научиться безопасно использовать силу.

«Когда я была в твоем возрасте». Начинаю говорить как старая кобыла. Я подхватила магией стопку книг, которые давно стоило убрать. Периодически мне становилось лень расставлять их по местам. Когда живешь одна – появляются странные привычки.

– Кстати о ней. Принцесса собирается посетить Седельную Аравию для еще одной встречи с их лидерами, – нейтральный тон заклинания конечно ожидался, но полное отсутствие интонаций начинало меня раздражать. Нужно внести немного разнообразия в голос заклинания. – Она предлагает мне устроить каникулы, пока её не будет. Я хочу навестить тебя.

Я уронила стопку книг, которые удерживала, и закричала, оказавшись погребенной под лавиной ветхой бумаги и переплетов.

– Что?!

* * *

– И ты сказала «да»? – Эпплджек фыркнула. Я застонала и прислонилась к яблоне. Вероятно, дерево звали Руперт, или Джексон, или что-то в этом роде. Я не давала деревьям имен. Не хочу слишком привязываться к чему-то столь не огнестойкому, как дерево.

– Я не могла сказать «нет»! – запротестовала я, складывая корзины с яблоками в тележку земнопони. Ей не нравилось, когда я собирала яблоки с деревьев телекинезом, но, казалось, у Эпплджек никогда не возникало проблем, когда дело доходило до того, чтобы избежать самой тяжелой работы. – У нее уже все было спланировано. Она даже прислала мне копию своего контрольного списка.

– Для жуткой лесной ведьмы ты ведешь себя как тряпка, когда дело касается жеребят, – это была лишь полуправда. Обычно мне удавалось сказать «нет», когда Эппл Блум просила, чтобы я использовала телекинез, чтобы она летала по комнате, или чтобы яблоко было на вкус как шоколадный торт. – Полагаю, ты не планируешь закинуть ее в печь, когда она появится?

Настала моя очередь закатывать глаза.

– Зачем? Если бы я захотела съесть кобылку, то Эппл Блум как раз подходящего размера для моего котла.

– Есть ее будет слишком много мороки. И, скорее всего, от нее живот разболится.

Я рассмеялась.

– Да уж. Слушай, Эпплджек, ты хороша во всем этом… гостеприимстве, – я неопределенно махнула копытом. – Мне нужна пара советов о том, как быть вежливой с гостем. Например... полезные советы по организации вечеринки в развалинах древнего замка.

– Если ты так беспокоишься о первом впечатлении, то стоит начать с того, чтобы не выглядеть так, будто ты постоянно валяешься в грязи, – заметила Эпплджек. – Я слыхала, какая-то кобыла только-только открыла в городе чудной магазин одежды. Ты могла бы купить новый плащ, а не сшитый из старья со дна Бабулиного сундука.

Я взглянула на себя. Плащ был в плохом состоянии, до такой степени, что выцвел из чёрного до грязно-коричневого с серым и пестрел щедрыми заплатками в горошек и с полосками – случайными лоскутками, которые попались Бабуле под копыто. Он был удобен, как и вся поношенная одежда, и в любом случае большого выбора нарядов у меня нет.

– Думаю, пара бит у меня найдется… – не бывая в городе и живя охотой и собирательством, было довольно легко не тратить деньги. У меня все еще оставались почти все биты, которые я получила в качестве прощального подарка от Селестии, хотя от всех следящих заклинаний на них я тщательно избавилась. – Хорошо, где это?

* * *

Я бы никогда не нашла магазин сама. Здание выглядело не как магазин, а скорее как карнавальный аттракцион. Оно было высоким и украшено почти с избытком, хотя все изображения на нем заставили задуматься, на чем же они специализируются. Мне хотелось произвести впечатление на Твайлайт или, по крайней мере, не выглядеть как бродяжка. Да и я же не собираюсь ее соблазнять.

Я глубоко вздохнула и постучала в дверь. Та, объятая сиянием магии, распахнулась, и я обнаружила, что та же магия втягивает меня внутрь.

Молодая белая единорожка прогарцевала с того места, где сидела в засаде. Меня это позабавило. Она явно тренировала это торжественное появление не первый раз.

– Добро пожаловать в «Карусель» бутик, где все шарм, блеск и шик! – у пони был сильный кантерлотский акцент. Оставалось лишь надеяться, что она не узнает меня, если действительно из Кантерлота. С другой стороны, в акценте было что-то наигранное и фальшивое.

– Ага… – пробормотала я. – Послушай, мне нужен...

Единорожка ахнула, когда наконец по-настоящему посмотрела на меня.

– Дорогуша! Твой плащ! – она схватила его прежде, чем я успела что-либо сказать, застежка сломалась, когда пони грубо сдернула плащ магией. – Что с ним случилось?

Пони подняла его, свет из окон просвечивал сквозь поношенную ткань.

– Шесть лет жизни в лесу, – ответила я, начиная раздражаться. – Послушай, эта глупая вещь, может, и уродлива, но она вроде как много значит для меня и...

Глаза единорожки распахнулись.

– Я не… Мне так жаль, дорогая, – она опустила плащ. – Я мало что могу с ним сделать. Полагаю, я могла бы подправить подол и перекрасить его, но плащ – это всего лишь кусок ткани, и столь сильный износ…

Она посмотрела на меня.

– Я так и поняла. В целом я не возражаю против ремонта плаща, но на данный момент мне нужно что-то новое.

Кобыла изучала мою гриву, и я перехватила ее взгляд на мои шрамы.

– Тебе действительно следует лучше заботиться о себе, дорогуша. Ты еще грязнее, чем фермерская пони, с которой я ходила в школу.

– Эпплджек? – догадалась я. – Ты выглядишь примерно ее ровесницей.

– Ты ее знаешь? – кобыла выглядела удивленной. – Без сомнения, она очень подробно рассказывала обо мне. В конце концов, все помнят Рэрити, самую прекрасную и стильную пони в школе!

– Типа того. Она предложила мне зайти сюда.

Казалось, это обрадовало Рэрити. Она сильно напоминала мне пони из школы Селестии, со своим фальшивым акцентом и тем, как она жаждала похвалы, внимания и восхищения… Меня от этого даже замутило. Может быть, потому, что я была такой же в ее возрасте.

– Тогда она дала тебе отличный совет! – Рэрити загарцевала вокруг меня. – Итак, ищешь что-то конкретное? Что-нибудь практичное, я полагаю?

– Ну... – я прикусила губу. Подобное было неловко, но Эпплджек внушила мне важность того, что надо просто говорить, чего хочешь, вместо того, чтобы ходить вокруг да около. Если ты не будешь честна в том, чего хочешь, ты этого не получишь. – Я впервые лично встречаюсь с другом по переписке. Хочу произвести хорошее впечатление.

Глаза единорожки заблестели. Мне вдруг стало страшно. У нее был взгляд хищника, заметившего легкую добычу.

– Похоже, тебе нужно преобразиться…

* * *

Я жила в замке Кантерлот. И общалась со знатью почти каждый день. Они изобрели десятки средств для ухода за гривой и шерстью. Полироль для копыт и рогов. Косметика для любой возможной ситуации. Я жила под личной опекой той, кого многие считали самой красивой пони в мире.

И все же даже у Селестии не было такого разнообразия косметики и средств ухода за собой, которыми располагала Рэрити.

– Вот это поможет вернуть пышность твоей гриве! – взволнованно бормотала она. Единорожка затащила меня в ванную и втирала что-то в гриву. В основном без моего разрешения. Я уже перестала сопротивляться. Она явно знала, что делает, и, надо заметить, было действительно приятно снова побаловать себя.

– Это первая ванна, для которой мне не пришлось самой греть воду, за многие годы, – произнесла я, пока Рэрити работала. Пришлось крепко зажмуриться, пока пена стекала по лицу. На самом деле, было очень, очень приятно, даже если нам уже один раз пришлось сливать воду из ванны после того, как она превратилась в жидкую грязь. Возможно, за прошедшие годы я постепенно позволила уходу за собой уйти сначала на второй план, потом и на третий….

– Оно и видно, – отметила Рэрити. – Я бы хотела, чтобы ты позволила мне поработать над твоей гривой или, по меньшей мере, сделать что-нибудь с щетками над копытами. Ты обросла уже как жеребец.

– С ними я выгляжу дикой и необузданной. Кроме того, они вряд ли первое, на что кто-то обратит внимание.

– Верно. У тебя поразительные глаза, и грива просто невероятна! Или, по крайней мере, могла бы быть, не представляй она собой птичье гнездо.

Единорожка зарылась копытцами в кожу моей головы, массируя ее.

– Мы с тобой обе знаем, что я имела в виду шрамы.

За шесть лет после травмы они так и не исчезли. Ковырять их тогда было довольно глупо с моей стороны.

– Дорогая, есть два вида проблем. Те, с которыми ты можешь что-то сделать, например, с гривой, и те, с которыми ты ничего не можешь поделать, например, с твоими шрамами. Ключевой момент быть счастливой – уметь их различать, чтобы изменить первые и смириться со вторыми.

– Я смирилась с ними, – ответила я, стараясь не двигаться, пока Рэрити использовала магию, чтобы промыть мою гриву.

– Ты прячешь их под этим плащом. Поверь мне, когда я говорю, что ты красивая кобыла. На какого бы жеребца ты ни пыталась произвести впечатление, ему понравится, как ты выглядишь, и скрывать такую красоту под плащом это просто преступление.

– Это кобыла, – поправила я. – И мы просто подруги.

– Конечно-конечно. Просто подруги. И именно поэтому ты впервые за много лет решила привести себя в порядок, – Рэрити хихикнула. – Все хорошо, дорогуша. Ты не обязана мне ничего рассказывать, если не хочешь.

Я почувствовала, как щеки заливает румянец.

– Я серьезно. Просто подруги. Мы даже никогда не встречались лично. Она просто... – пришлось поискать подходящее слово. – Моя ученица. Я ее обучаю.

– Ах! – восхитилась Рэрити. – Запретная любовь! Запретный плод так сладок!

Она упала в обморок. Было слышно, как она упала в обморок. Даже Блюблад был менее драматичен, и ведь я однажды видела, как он потерял сознание, когда пчела залетела в его карету.

– Ты, похоже, не собираешься все это просто так оставить... – я вздохнула. – Сколько времени потребуется, чтобы закончить?

– Всего несколько минут, дорогуша. Укладка займет немного больше времени.

– Я не про гриву. Я про плащ, – пришлось напрячься, пытаясь вспомнить, какой сегодня день недели, и в этом я потерпела полную неудачу. – Она сказала, что приедет в город в… пятницу. Значит, всего через два дня? Мне так кажется.

Возможно.

Рэрити замерла.

– Сегодня четверг, дорогуша. Если твоя подруга приедет в пятницу, значит, тебе все нужно закончить сегодня вечером!

– Ох, – я немного побледнела. Рэрити помогла мне выбраться из ванны и начала вытирать шерстку и гриву. – Я доплачу за срочность или, по крайней мере, сколько смогу. Оказалось, ведьминский труд оплачивается не лучшим образом.

Я уже начала беспокоиться, что мне придется искать настоящую работу. К сожалению, широким перечнем навыков я похвастаться не могла. Вместо обслуживания столиков в кафе, я предпочту сражение с древесными волками. Время от времени я получала сколько-то бит от Эпплов, но мне не нравилось брать у них деньги. Им нужна была помощь, поскольку Бабуля уже слишком слаба, а Биг Мак был единственным достаточно взрослым, чтобы работать на ферме целый день. Эпплджек из всех сил помогала, но она продолжала доводить себя до изнеможения, и я волновалась, что она травмируется.

Хотя кто бы конечно говорил.

– Хм... – казалось, Рэрити задумалась. – Я тут подумала, не та ли ты Пони Теней, о которой твердит Пинки Пай. Мне казалось, она просто выдумывает всякое, как, например, о своей каменной ферме.

Единорожка фыркнула.

– Может, я и не очень хорошо разбираюсь в сельском хозяйстве, но уверена, что камни на фермах не выращивают!

– Да, это я, – ответила я ей, высоко подняв голову. – Опаснее меня в Вечнодиком никого нет.

– Отлично. Тогда я знаю, как ты сможешь заплатить мне за работу!

* * *

– Рада, что мы решили заняться этим после того, как ты потратила час на приведение в порядок моей гривы, – пожаловалась я, пока Рэрити вела меня через кустарник. Вокруг были овраги и провалы. Мои копыта снова испачкались от ходьбы по пыли и грязи.

– Дорогуша, в противном случае я бы не смогла показаться с тобой на публике, – ответила Рэрити со всей надменностью кантерлотской аристократки.

Я огляделась вокруг.

– Рэрити, мы буквально единственные пони в радиусе нескольких километров. Так далеко за город никто не ходит, если им не нужны камни, и... – тут я заколебалась. – И я понятия не имею, зачем ты меня сюда привела.

– Как раз за камнями. Ой, не смотри на меня так. Не за простыми камнями, за драгоценными, дорогуша. Мой особый талант позволяет находить их, хотя, признаться честно, копаться в грязи – большая морока. Ты кажешься достаточно сильной, так что должна быть в состоянии справиться с физическим трудом, верно?

– Если ты не возражаешь, что я буду копать с помощью магии, – пожала я плечами.

– Отлично. Из нас получится великолепная команда.

Рог единорожки засветился, и она изменила направление. Я последовала за ней. Часть меня чувствовала себя довольно глупо. Меня вела пони, которая была вдвое младше меня. С другой стороны, я жила в лесу, и, очевидно, моя грива была набита веточками, которых я даже не замечала, так что, возможно, я была не такой независимой и потрясающей, как мне казалось.

– Конечно, – вздохнула я. – Прямо исключительная.

Мы шли еще некоторое время, пока Рэрити не остановилась, и направила рог вниз.

– Прямо тут, – сказала она, рисуя копытом крест на земле.

Я жестом велела ей отойти. Затем махнула копытом еще раз, показывая отойти еще дальше, когда мне показалось, что она все еще может находиться в радиусе поражения. Сорок шагов по идее хватит. Мой рог засиял, и я увидела, как глаза Рэрити расширились от тревоги, как раз перед тем, как с рога сорвался огненный шар для уничтожения подземных укреплений. Яркая пылинка зарылась в землю и взорвалась, подняв столб грязи и огня выше бутика единорожки.

– Готово, – гордо сказала я, махнув в сторону кратера своей хромой ногой. – Глубина воронки должна быть не менее двадцати шагов. Теперь достать драгоценные камни будет легче легкого.

Рэрити сердито посмотрела на меня. Она была покрыта тонким слоем грязи.

– Нет там никаких драгоценных камней.

– Ты же сказала... – начала я, но она не дала мне закончить.

– Там нет никаких драгоценных камней, потому что ты их взорвала! – если присмотреться, в слое грязи на единорожке было несколько ярких блесток. – Леди должна проявлять сдержанность и изящество, а не грубую силу!

– Эй, ты хотела яму, я ее сделала! – нахмурилась я в ответ.

– Я имела в виду аккуратно разрыть и извлечь драгоценные камни! – Рэрити в отчаянии топнула ногой и ахнула, поцарапав копыто.

Я вздохнула и потерла виски, когда она выудила что-то из седельной сумки и начала полировать пострадавшее место.

– Рэрити, я не какая-то утонченная леди. Я такой не была, даже когда жила в Кантерлоте. Я ведьма, и я все взрываю, – жест в сторону кратера. – Я взорвала древесных волков для Эпплджек. Я взорвала старую бобровую плотину в качестве одолжения одной из подруг Эпплджек. Я даже взорвала сама себя, эксперимента ради.

– А как насчет сухопутных акул? – спросила Рэрити.

– Никогда не взрывала сухопутную акулу, – ответила я в легком замешательстве. Единорожка выронила свою баночку с кремом для копыт и смотрела мне за спину. – Там сухопутная акула, прямо за моей спиной, верно?

Рэрити кивнула. Я медленно повернулась и увидела пасть, достаточно большую, чтобы проглотить меня целиком, с зубами, похожими на сталагмиты. Или сталактиты. Полагаю, это зависит от того, в какой челюсти они располагались.

Мои праздные размышления о спелеологии закончились, когда монстр взревел, обдав меня волной прогорклого воздуха, словно из дешевого грифонского бара.

Я отреагировала со своей обычной уверенностью и запустила огненный шар ему в глотку. Но все же внезапное появление монстра меня удивило, поэтому сосредоточиться не получилось и вместо полноценного шара вышла слабая вспышка жидковатого пламени. Сухопутная акула попятилась, и я увидела тело, похожее на наконечник стрелы, поддерживаемое шестью короткими ногами и защищенное броней, о которой королевская гвардия могла только мечтать. Монстр был силен, как сотня пони, и мог так быстро копать почву и мягкий камень, что почти плавал в земле, как акула.

И я только что очень-очень его разозлила.

Научившись выживанию у зебринской шаманки, я уже знала идеальную стратегию – древнее искусство ставить одно копыто впереди другого и как можно быстрее удаляться от опасности, издавая при этом громкий шум, чтобы предупредить диких животных и пони неподалеку о том, что вы в опасности. Возможно, для кого-то это выглядело так, будто я начала убегать с криком, но это лишь оттого, что им было не понять тонких различий. (И если даже я и убегала с криком, то это было от разъяренной сухопутной акулы, и подобное было полностью оправдано.)

– Взорви ее! – взвыла Рэрити, убегая вместе со мной и, как я заметила, легко меня опережая. Будь проклята моя хромая нога! Я даже не могла обогнать ее, чтобы отвлечь внимание монстра!

– Что случилось с требованием быть деликатной, как и подобает леди? – я задыхалась, изо всех сил стараясь не отставать.

– Становиться закуской леди не подобает! – огрызнулась единорожка. – Используй свои ведьмовские силы!

Тут было сложно спорить, тем более что меня собирались съесть первой. Сухопутная акула гналась за нами, нырнув в землю и плывя за нами. Я попыталась вспомнить, что про них говорили в школе, но либо забыла, либо, что более вероятно, вообще не слушала, предположив, что никогда с ними не столкнусь.

Я прокрутила в голове варианты. Еще один огненный шар для уничтожения укреплений? Вероятно, это сработало бы, но модифицированное заклинание предназначалось скорее для раскалывания камней, чем для уничтожения монстров, и к тому времени, как я его заряжу и сотворю, мы будем в радиусе поражения.

Что ж, все равно это был вариант лучше, чем телепортироваться и наблюдать как монстр пожирает другую пони. Рог засветился, когда я собирала магию, изо всех сил пытаясь сосредоточиться, пока сердце бешено колотилось в груди и каждый шаг отдавался болью в травмированной ноге. Я повернула голову и выстрелила назад, огненный шар вонзился в песчаную почву на полпути между мной и сухопутной акулой.

Я попыталась схватить Рэрити магией и швырнуть ее до того, как заклинание сработало, но она все еще была в воздухе, когда позади раздался взрыв, и я почувствовала, как ударная волна подбросила меня в небо. Камешки отскакивали от моей шерстки, а камень побольше болезненно ударил по ноге прямо возле моей метки. Я тяжело упала на землю, перекатилась и остановилась, застонав от боли.

– Да уж, хороша заноза в крупе, – проворчала я, пытаясь вытереть грязь с глаз. В почве было достаточно соли, чтобы она щипала сильнее, чем следовало. Я мельком глянула туда, где была сухопутная акула. На том месте остался кратер, на дне которого образовалась тревожно-красная лужица. Больше за пони монстр точно гоняться не станет.

– Дорогуша, с тобой все в порядке? – я чувствовала, как Рэрити осматривает меня, трогая гриву. – У тебя кровь!

Я проверила больное место копытом. За левым ухом было влажно. Замечательно.

– Я в порядке. Бывало и похуже.

– То, что ты была ранена раньше, не значит, что сейчас с тобой все в порядке, – возразила Рэрити. – Пойдем, мы должны привести тебя в порядок. Травмы головы это не шутки. Больница не очень далеко, и они будут...

– Никаких больниц, – рявкнула я, вложив в возражение больше силы, чем намеревалась. Глубокий вздох. – Прости. Я не на тебя сержусь. Я злюсь на себя за то, что мне причинили боль. Просто не могу пойти в больницу. Если обо мне появятся следы в бумагах, то меня наверняка найдут.

Рэрити вздохнула.

– Дорогуша, от чего бы ты ни убегала, я обещаю, что врачи будут осторожны. Ты слышала о врачебной тайне, верно?

– Просто… Я не могу. Прости.

– Но ты, по крайней мере, позволишь мне самой сделать то, что я могу, верно?

Рэрити смахнула немного грязи с моей шерстки.

– Там всего лишь несколько синяков и порезов, – я пожала плечами. – Кроме того, нам нужно найти несколько драгоценных камней, разве не так?

– Разберусь с драгоценными камнями как-нибудь в другой раз.

Единорожка помогла мне встать. Я чувствовала себя немного неуверенно. Возможно, удар по голове был сильнее, чем казалось. Сначала я его даже не заметила, но усиливающаяся головная боль быстро перетянула внимание на себя.

– Рэрити, на случай, если ты забыла, они нужны мне, чтобы заплатить тебе.

– Тише. Я не собираюсь позволять пони сидеть и истекать кровью только потому, что я хотела бы заполучить несколько лишних сапфиров и рубинов. Ты пострадала, спасая меня от монстра, и это более чем достаточная плата.

Я вздохнула.

– Спасибо.

Однако в словах не чувствовалось особой благодарности. Больше казалось, что единорожка сжалилась надо мной. Но я также чувствовала, что кто-то пытается проломить мне череп молотком, так что была не в том положении, чтобы спорить.

– Если ты так сильно переживаешь по этому поводу, мне все равно понадобится помощь в будущем. Возможно, за часть драгоценных камней, которые мы обнаружим? – Рэрити улыбнулась. – Они практически так же хороши для оплаты, как биты, и это избавит тебя от необходимости искать более… заметную работу? Думаю, против работы официантки ты будешь возражать, если даже не пойдешь в больницу.

– Это… было бы неплохо, – признала я. – Есть несколько вещей, которые неплохо было бы заиметь…

– Конечно. Такая кобыла, как ты, не заслуживает прозябать в нищете, – Рэрити вздернула нос. – Знаешь, тебе не обязательно жить в лесу. У меня есть свободная комната, и уверена, Эпплджек не против была бы тебя приютить, если хочешь жить подальше от города.

– Все в порядке. Мне нравится, когда замок в моем полном распоряжении.

Это заставило единорожку замереть.

– Замок? – Рэрити посмотрела на меня широко раскрытыми удивленными глазами.

– О да, – зевнула я. – Ну знаешь, как это бывает. Древний замок, магически сохраненный от разрушительного воздействия времени. Полный древних фолиантов и артефактов, над которыми какой-нибудь археолог мог бы трудиться всю жизнь, и все это посреди заколдованного леса.

Единорожка, нахмурившись, наблюдала за мной, прежде чем отвернуться и вздохнуть.

– Ну, очевидно, там у тебя нет никакого древнего мыла или шампуня, дорогуша. Но если тебе когда-нибудь понадобится, предположим, дизайнер интерьеров...

– Ты будешь первой в моем списке, если мне понадобится, чтобы кто-нибудь пришел и смахнул пыль с моих древних руин. А теперь давай продолжим путь. Сухопутные акулы почти никогда не путешествуют в одиночку. Здесь могут быть еще, и они прекрасно чуют кровь.

Глаза Рэрити распахнулись, и она почти побежала.

Но не настолько быстро, чтобы я не смогла за ней угнаться.

* * *

– Черный, – повторила я. – Мне все равно, насколько синий подходит к цвету моей шерстки.

– Дорогуша, в черном ты будешь выглядеть так, будто идешь на похороны! – ахнула Рэрити. – Десять лет назад, да, черный сочетался со всем и был уместен на все случаи жизни. Но нынешняя мода – это яркие цвета, броские акценты и плавные линии!

– Я живу в лесу, – простонала я. – Яркие цвета выцветут, и их будет невозможно держать в чистоте. На черном грязь незаметна.

Особенно подпалины. Сама я, может, и огнеупорна по большей части, но моей одежде повезло в этом меньше.

– Разумно, – вздохнула Рэрити. – Просто оно кажется таким... скучным. Плащ без ярких цветов, без узоров, просто однотонно-черный? Ты могла бы с таким же успехом купить его в магазине Филси Рича.

Единорожка вздрогнула.

– Ограничения порождают креативность, – возразила я. – Как ты можешь считать себя... как там оно было...  fascista, если не умеешь сшить плащ?

– Fashionista, дорогуша. Не модистка. Есть большая разница, – Рэрити сделала паузу. – Ну... возможно, если только в Пранции.

Единорожка постучала себя по подбородку, размышляя.

– Хотя, полагаю, ты права. Даже черный плащ можно сделать красивым при умелом использовании материалов.

– Вот это настрой!

Рэрити, подталкивая рулонами ткани, загнала меня на подиум, окруженный зеркалами. Мне не понравилось то, что я в них увидела. Конечно, моя грива выглядела лучше, чем когда-либо за последние годы, но мое тело все еще было искалечено. Шрамы от нападения мантикоры так и не исчезли, и сломанная нога была заметно искривлена. По крайней мере, я не была такой тощей, как раньше. Пробежки по лесу помогли мне прийти в форму.

– Может быть, что-нибудь прозрачное... Нет, подобное не выдержит грубого использования. Полагаю, шерсть – лучший материал, хотя она плохо переносит влагу.

Единорожка жонглировала рулонами ткани, оттягивая от них образцы и прикладывая к моей шерстке. Я ждала, избегая смотреть на себя в зеркала.

Рэрити наклонила голову и посмотрела на меня.

– Что случилось, дорогуша?

– Ничего, – солгала я. Меня начинало раздражать, что кобылка разговаривает со мной так, словно она меня старше. Я оказалась совершенно не готова, когда свернутый рулон шлепнул меня по боку.

– Не ври, дорогуша, – вздохнула Рэрити. – Я уже говорила тебе, что ты красивая кобыла. Я бы с удовольствием сшила для тебя несколько платьев. Редко увидишь единорожку, которая не тощая как сухая ветка или не настолько пухлая, что Эпплджек приняла бы ее за свой урожай, покрась ее кто в красный цвет.

Я только фыркнула в ответ. Точно знаю, кого она имела в виду.

– Так что же это делает меня мускулистой и похожей на жеребца?

– Я бы предпочла сказать хорошо сложенной, – поправила Рэрити. Она просмотрела еще несколько образцов. Один коснулся шерстки, и я моргнула от странного ощущения.

– Это была кожа? – спросила я, оглядываясь назад.

– Да. У меня есть небольшой запас довольно экзотических материалов, таких как кожа и синтетика. С кожей сложно работать, и большинству пони она не нравится по той же причине, по которой они не любят есть мясо. Если тебе неприятно, могу заверить, что для плаща она не пойдет. Я просто перебирала все свои варианты.

– Все в порядке, – ответила я. – Просто это было…

Я с трудом подобрала слово.

– Ностальгическим. Посол грифонов однажды подарил мне кожаную жилетку, когда я была кобылкой. Носила ее почти каждый день, пока из нее не выросла.

Я грустно улыбнулась.

–  Посол грифонов? – Рэрити казалась заинтригованной, точно так же, как была заинтригована упоминанием замка.

Я бросила на единорожку оценивающий взгляд. Она не походила на пони, способную хранить секреты, а это был маленький городок. Тем не менее, местные жители все равно узнавали меня все лучше, даже если большинство из них не знали моего имени. Глаза Рэрити стали еще больше, когда она поняла, что я раздумываю отвечать ли на ее вопрос, и уставилась на меня тем же грустным, просящим взглядом, каким иногда смотрел щенок Эпплджек.

– Ладно, – вздохнула я. – Не говори никому, но раньше я была личной ученицей принцессы Селестии.

– Ты знаешь принцессу?! – Рэрити ахнула. – Дорогуша, у тебя, должно быть, невероятно хорошие связи! Неудивительно, что ты живешь в замке! Если бы ты могла просто упомянуть меня и, возможно, надеть несколько моих платьев...

– Притормози, – вздохнула я. – Я сказала «раньше». Мы... поссорились, – я посмотрела на свое искривленное копыто. Да уж это было очень долгое, болезненное падение от подножия трона. И в основном по моей собственной вине. – Я живу в Вечнодиком, потому что больше никогда не хочу ее видеть.

– Мне ужасно жаль, – ответила Рэрити. – Наверное, я слишком поторопилась. Должно быть, это было нечто особенное, жить с принцессой.

– В целом… да, – я пожала плечами. – Было неплохо. Лучше, чем в приюте, но у меня всегда было такое чувство, что если я не буду продолжать совершенствоваться, меня сразу отправят обратно. У принцессы никогда не было для меня времени, а когда оно появлялось, она относилась ко мне скорее как к проекту, чем к живой пони.

Заметив выражение лица Рэрити, я попыталась поправится.

– Я не хочу сказать, что она была злой или что-то такое, просто отстраненной, и у нее всегда все было тщательно спланировано. Иногда мне казалось, что у меня нет выбора.

– Ну, учитель обычно не дает своим ученикам выбора, что изучать, – отметила Рэрити.

– Возможно. Но принцесса всегда поддерживала впечатление, что я сама решила что-то сделать, даже когда она манипулировала всем, чтобы держать меня в узде. Например, однажды она спросила меня, хочу ли я провести урок во дворце или на улице. Когда я сказала, что предпочла бы ночью находиться внутри, она устроила урок астрономии, потому что мне нужно было научиться больше ценить ночное небо. Но, как я узнала от слуг, урок был тем же, даже если бы мы пошли в сад. Все это было дымом, зеркалами и вынужденным выбором.

Рэрити молчала. Возможно, мне удалось убедить ее, что принцесса не так совершенна, как считали все пони.

– Я хотела, чтобы она относилась ко мне как к личности, но я была для нее всего лишь питомцем. Принцесса ругала меня, когда я делала что-то, что ей не нравилось, хвалила, когда прыгала через ее обручи, и я никогда не была с ней на равных, – я потерла глаза. – А потом она выкинула меня на улицу, когда я отказалась выполнять очередные трюки.

Я даже удивилась, когда Рэрити обняла меня. Это было немного неловко. Было очевидно, что единорожка не привыкла к такому. Я все равно оценила ее жест, прижавшись к ней и пытаясь не хлюпать носом.

– Я клянусь, что никому не скажу. И не скажу, что даже самой Пони Теней иногда нужно плечо, чтобы выплакаться. Я знаю, каково это – держать маску перед пони, дорогуша, и что высшее общество может быть... жестоким, – единорожка вздохнула. – Слишком хорошо знаю.

* * *

Я вышла из бутика с новым плащом. Рэрити сшила его практически на месте, накинув на меня ткань и обрезав по форме. Должна признать, что ее магия была более впечатляющей, чем мне казалось. Конечно, ей не хватало силы, как моим заклинаниям – ни один пони не мог со мной в этом сравниться – но у нее был поразительный уровень контроля над телекинезом. Я пробовала шить сама, но у меня не получалось делать аккуратные, повторяющиеся движения, не порвав что-нибудь. Это была одна из причин, по которой я просила Бабулю Смит штопать мой плащ.

Рэрити положила мой старый плащ в коробку после небольшого ремонта, и странно тяжелый сверток оттягивал седельную сумку, когда я наконец вернулась в замок. Я была достаточно умна, чтобы поставить магическую метку для телепорта, но из-за защитных чар мне пришлось поставить ее почти у моста, так что все равно идти было прилично, учитывая, что мои ноги устали после того, как я присоединилась к Рэрити в ее сегодняшнем маленьком приключении.

Я сняла плащ и аккуратно сложила его. Не хотелось, чтобы он помялся перед завтрашним важным днем. После движения рогом старый камин осветился, поленья вспыхнули пламенем. Мне нужно было много где навести порядок, прежде чем Твайлайт прибудет в город. Никогда не была хороша в этом, так как раньше у меня была можно сказать невидимая команда слуг, которые убирали любой беспорядок, который я устраивала. Однако с чего-то надо начинать, и если бы я начала с книг, то точно бы отвлеклась и забыла остальное.

Я схватила седельные сумки и потащила в комнату со спасенной мебелью, которую я считала своей. Комната напротив была в достаточно хорошем состоянии для Твайлайт, хотя крыша немного протекала там, где заклинание защиты от непогоды дало слабину.

Коробка, которую вручила мне Рэрити, все еще была странно тяжелой. Я вытащила ее и открыла. Мой старый плащ выглядел… ну, не совсем новым, но в куда лучшем состоянии, чем раньше. Обтрепанные края были подшиты, а окраска сгладила выношенные цвета до теплого темно-серого.

Сломанная застежка была починена, а на плечах появилась новая подкладка, чтобы было теплее. Я улыбнулась. Рэрити не просто сделала все, что могла, чтобы починить плащ, но и убедилась, что он еще хорошо послужит.

Я вытащила плащ из коробки и поняла, почему она была такой тяжелой. Рэрити положила в нее кое-что еще, не сказав мне. На дне коробки лежала жилетка. Кожаная жилетка. Я отложила плащ в сторону и подхватила жилетку. На пол упал лист бумаги, со вкусом помеченной водяными знаками и изящным рогописным почерком.

“Подарок для новой подруги. Кожа изнашивается не так легко, как ткань, ты оценишь жилетку куда больше, чем любая другая пони в городе, и заслуживаешь ее. Не забудь зайти, чтобы я могла оценить, как она на тебе смотрится. Рэрити”.

Я почувствовала, как слезы катятся из глаз, и прижала жилетку к груди, уткнувшись в нее лицом. Она пахла точно так же, как та, что была у меня в жеребячестве. Как в те хорошие времена, когда я считала себя особенной. Я рухнула на свою лежанку, все еще сжимая жилетку в копытах, и задалась вопросом, с какого момента на самом деле все пошло наперекосяк.

## Глава 6: Ведьмовство

Я скрылась в тенях, наблюдая за приближающимся поездом. Это был экспресс из Кантерлота, и наверняка, именно на нем должна прибыть Твайлайт. Новый плащ был приятным на ощупь, темная ткань скрывала, насколько я нервничала. Очень, очень надеюсь, что все это не какая-то ловушка. В противном случае, я попалась в нее как последняя идиотка.

Поезд замедлил ход и со свистком остановился на станции. Небольшая толпа пони погрузилась, и лишь несколько сошли на платформу. Экспресс делал не так много остановок, отсюда и название, поэтому его основной задачей была перевозка пони в столицу. Понивилль, по сравнению с Кантерлотом, был практически неизвестен. Даже я не слышала о нем до того, как тут очутилась, а я жила достаточно близко, чтобы рассмотреть городок из окна своих покоев во дворце. Но с другой стороны, я никогда не обращала внимания ни на что, кроме учебы.

Среди тех, кто вышел из поезда, были необычная лавандовая единорожка с фиолетовым дракончиком, который был совсем малышом. Я уже хотела выйти и поприветствовать их, когда заметила нечто, от чего у меня кровь застыла в жилах. Кобыла со светло-синей шерстью и желтой гривой. Та самая кобыла, что гналась за мной, когда я пыталась сбежать из Кантерлота.

Меня охватил гнев. В ту секунду ее жизнь была в моих копытах. Я могла бы сразить ее своим праведным гневом и превратить в пепел за секунду. Это была ее вина, что я покалечилась.

Где-то внутри тоненький голосок пытался убедить меня, что это не ее вина. Я сама предпочла выпрыгнуть из поезда вместо того, чтобы выслушать их. Я приняла решение, а следовательно, должна принять последствия.

И убей я ее, это, вероятно, возобновит поиски в этом районе. Так что пусть живет (пока).

Однако кобыла следила не за мной, с моего места было видно, что она держит Твайлайт в поле зрения. Вероятно, Селестия решила внимательно следить за моей заменой. Я вытащила перо и клочок пергамента из седельной сумки, быстро написала записку и отправила ее в сторону Твайлайт. Я старалась использовать как можно меньше энергии, чтобы магическую ауру было сложнее разглядеть.

Клочек пергамента попал молодой кобылке прямо в нос. Твайлайт споткнулась и подхватила его. Я видела, как зашевелились ее губы, и единорожка удивленно огляделась.

Оставалось надеяться, что Твайлайт последует инструкциям.

Ее рог засветился, и она исчезла во вспышке телепортации. Я увидела, как синяя кобыла запаниковала и побежала туда, где только что была Твайлайт со своим дракончиком. Фыркнув от смеха, я сама сотворила заклинание и исчезла во вспышке телепорта.

* * *

Я появилась в “Сахарном уголке”. У Твайлайт были указания, как сюда добраться, но она не знакома с городом, так что, вероятно, у меня есть несколько…

Дверь распахнулась. Единорожка вбежала внутрь, тяжело дыша и захлопнув дверь за собой. Она выглядела так, словно пробежала марафон. Или, скорее всего, пронеслась галопом метров сто, учитывая, как быстро она должна была бежать, чтобы добраться сюда так скоро.

– Твайлайт Спаркл, – начала я, используя заклинание, чтобы приглушить окружающий свет и заставить голос отдаваться эхом. – Вот значит и ты!

– Сансет, пожалуйста, мне плевать, что ты подруга Эпплджек, пони тут есть пытаются, – вмешался мистер Кейк из-за прилавка. – Перестань пугать покупателей.

–  ПОНИ ТЕНЕЙ! – закричала Пинки Пай, убегая от столика, который обслуживала. Не уверена, куда она делась. Казалось, у этой земнопони была способность появляться и исчезать по желанию, превосходящая даже телепортацию единорогов. Возможно, кто-нибудь когда-нибудь изучит ее.

– И мою официантку, – вздохнул мистер Кейк. – Вам двоим нужно прекратить играть в эту игру.

– Что происходит? – Твайлайт нахмурилась, глядя на меня.

– Ну, я пыталась устроить крутое, драматичное появление, – вздохнула я. – По крайней мере, такой был план.

– А убегающая пони? – единорожка наклонила голову.

– Она постоянно так делает, – оставалось только пожать плечами. – Она думает, что я сумасшедшая ведьма, которая живет в руинах замке в лесу. Глупо, правда?

– Но ты же и есть ведьма, которая живет в лесу, – не смогла не заметить Твайлайт.

– Я не говорила, что она ошибается. Просто слишком резко реагирует.

Я сняла капюшон, встряхнув гриву. Рэрити была права насчет своих средств для волос. Моя грива была более пышной, чем за последние пять лет. Нужно не забыть уточнить, откуда она так много знает об удалении смолы с шерсти.

– Итак, эм… – Твайлайт сглотнула, постукивая копытцем по полу. – Полагаю, ты Сансет Шиммер. П-приятно познакомиться с тобой лично. Меня зовут Твайлайт Спаркл, и я...

– Мы переписываемся друг с другом уже не один год. Думаю, можно уверенно утверждать, что я знаю, как тебя зовут.

Я поборола нервозность и улыбнулась ей. Единорожка не была похожа на секретного агента короны, прибывшего сюда, чтобы провести расследование и арестовать меня. Хорошее начало.

– Верно! Эм, да! – Твайлайт достала свиток из седельной сумки. Я смотрела, как он разворачивается до самого пола и продолжает катиться дальше. – Я... я уточнила в ряде книг и проконсультировалась со специалистами, чтобы составить соответствующий список вопросов и тем для обсуждения.

Единорожка подхватила магией перо.

– Можно отметить прибытие в город и знакомство...

Я смотрела, как она что-то бормочет себе под нос. Дракончик незаметно спрыгнул с ее спины и направился к витрине.

– Похоже, кто-то хочет вкусняшку! – произнес мистер Кейк, улыбаясь дракону сверху вниз. У меня появилось предчувствие, что придется немного подождать, поскольку Спаркл начала перепроверять свой контрольный список, поэтому я бросила дракончику бит. Он тут взял его в зубы. Мне следовало помнить, что малыши тянут в рот все, до чего могут дотянуться копытцами – или, в данном случае, лапками. Я попыталась забрать у него монету и обнаружила, что отобрать золото у дракона не так просто, как кажется, – хотя задача с самого начала звучала непросто.

– Оставь его себе, – вздохнула я после того, как третий рывок не помог вернуть монетку. Я левитировала еще одну мистеру Кейку. – Можете дать ему что-нибудь получше, чтобы пожевать?

Не думаю, что монета повредит зубам, но не уверена, что драконы могут переваривать металлы. Мистер Кейк протянул дракончику кексик, и малыш вгрызся в него, выронив монету. Я положила ее на прилавок, подальше от досягаемости когтей.

– Хорошо! – наконец-то заговорила единорожка. – И-итак, следующий вопрос...

– Твайлайт, успокойся, – вздохнула я. – Ты прекрасно знаешь, что я не Селестия. Меня не волнуют формальности. Ты хотела научиться нескольким моим трюкам, верно?

Единорожка кивнула.

– Отлично. Мы отправимся ко мне. Прогулка будет долгой, и нам требуется выбраться из города незамеченными. Неизвестно, когда твой хвост приведет подкрепление.

Твайлайт моргнула и оглянулась на свой круп.

– Мой хвост?

Я приложила копыто ко лбу.

– За тобой следовала пони. Одна из шпионов Селестии. Вот почему я попросила тебя телепортироваться, прежде чем ты отправилась сюда, чтобы сбить ее со следа.

– Шпион Селестии? – единорожка нахмурилась. – Н-но… зачем ей следить за мной?

– Ты имеешь в виду, помимо того факта, что ты ее ученица? – я фыркнула. – Да ладно, Твайлайт. Я знаю, что ты достаточно умна. Она, скорее всего, читала дневник. Вот почему я не говорила тебе, где живу.

Я выглянула через окно на улицу.

– Мне повезло, что она не явилась лично.

– Так вот почему ты не встретила меня на вокзале, – ответила единорожка, подумав. – Ты хотела убедиться, что это не ловушка.

– Да, – призналась я. – Насколько я знаю, ты ей врала, иначе она послала бы стражей вместо тебя, чтобы арестовать меня. У тебя все есть, что понадобится на пару дней?

– Я взяла несколько книг, которые ты просила, и ряд других, которые могут тебе понадобиться, – Твайлайт распахнула седельную сумку. – Я также захватила дополнительные чернила, перья и достаточно пергамента, чтобы написать диссертацию в трех экземплярах!

– Я скорее имела в виду еду, воду и спальный мешок… – я вздохнула, увидев, как единорожка начала краснеть от смущения. – Надо понимать, ты не привыкла бывать на природе.

– Я... взяла биты! Просто на случай, если мне понадобится, то, чего у меня нет! Видишь? Это последний пункт в моем списке сборов перед поездкой!

Твайлайт вытащила очередной свиток. Я просто отодвинула его копытом.

– Расслабься. Все в порядке. Это не значит, что я не буду тебя кормить. Я просто... не очень хорошо готовлю, о чем честно предупреждаю, – я немного хихикнула. – Ладно. Нам нужно идти, пока Селестия сама не явилась, интересуясь, куда ты делась.

– Думаешь, она может это сделать? – глаза Твайлайт распахнулись от страха. Похоже, опасение разочаровать Селестию действовало на нас обеих одинаково.

– Маловероятно. Но если вдруг, я кину тебя в нее и сбегу.

* * *

– Он дальше от города... чем я думала, – задыхалась единорожка, изо всех сил старалась не отставать от меня. Тут была крошечная толика радости. Давным-давно я так же сильно потела, пытаясь не отставать от Зекоры.

– Мы почти на месте. Могу взять часть твоих книг, если тебе тяжело.

– Н-нет, все в порядке! Я наложила чары на свои седельные сумки, чтобы сделать их легче и увеличить место внутри! На самом деле, если ты заберешь часть книг, то вес на нас двоих вкупе только вырастет.

– Хорошее зачарование для изучения, – пробормотала я.

– Я могу тебя ему научить! – взволнованно ответила Твайлайт. – А ты сможешь научить меня, как извлечь больше энергии из заклинаний! Это будут лучшие учебникулы в истории!

– Учебникулы? – я вздернула бровь.

– Это сочетание слов учеба и каникулы, – объяснила Твайлайт. – Вполне точный термин, потому что, хотя я на каникулах и не нахожусь во дворце, в соответствии с желанием принцессы, я так же продолжаю учиться, чтобы успеть выполнить свой план обучения!

Я покачала головой.

– Даже вспомнить не могу, когда меня подобное так сильно волновало.

Некоторое время Твайлайт молчала. Я решила, что она просто бережет дыхание, но когда мы добрались до ущелья, на другой стороне которого виднелся разрушенный замок, единорожка удивила меня, снова заговорив:

– Почему ты ушла? Я не могла спросить принцессу об этом напрямую, но кое-кто из слуг упоминал о тебе, но… не о том, почему тебе пришлось уйти. Ты говорила, что из-за проваленного теста, но принцесса никогда не выгнала бы тебя только за это.

–  Серьезно? –  я фыркнула. –  Думала, она тебе эту историю специально расскажет.

Я вздохнула.

– Послушай, я расскажу, и если ты после этого захочешь вернуться в Кантерлот, то не буду тебя винить. Я же говорила тебе, что я плохая пони, которая делала плохие вещи, помнишь?

Твайлайт кивнула.

– Именно из-за этого я и ушла.

– И что это было? – спросила Твайлайт почти шепотом. – Некромантия? Магия крови? Магия Хаоса? Двойная Магия Хаоса? Некро-романтические заклинания?

Последнее прозвучало почти с ужасом. Сложно ее в этом винить.

– Ого. Твое воображение зашло слишком далеко. Да я говорила, что плохая пони, но я не монстр, Твайлайт. Просто вела себя как сволочь. Я хотела, чтобы Селестия превратила меня в аликорна, и мы поссорились из-за этого, потому что она сдерживала меня и не давала раскрыть мой реальный потенциал.

– Сдерживала тебя? – Твайлайт наклонила голову. – Но меня она всегда подталкивает быть лучше.

– Ну, из того, что я знаю, мисс “пятипроцентный прирост эффективности”, ты прекрасно себя сдерживаешь сама, – я фыркнула, когда уши Твайлайт прижались к голове и она опустила взгляд. – Прости. Я не это имела в виду… Просто поверь, когда я говорю, что тебе будет весело.

– Дело не в этом, – возразила Твайлайт. – Просто все разы, когда принцесса пыталась заставить меня притормозить или остановиться, когда опасалась, что я могу навредить себе.

– Знаешь, какая у нее была любимая фраза в отношении меня? “Ты не готова”, – я рассмеялась. – Я слышала это каждый день. “Ты не готова узнать о зеркале". "Ты не готова стать принцессой". Но знаешь, что она на самом деле имела в виду? ”Я тебе не доверяю". Она не хотела доверить мне ничего, включая правду.

– ...правду?

– Правду о том, чего она хотела от меня! – вспылила я. – Селестия взяла меня ученицей не просто забавы ради, Твайлайт! Она никогда ничего не делает без причины. И какой бы ни была эта причина, по которой она пользовалось мной, она точно не включала в себя фактическое выполнение намеков, что я превращусь в аликорна. Принцесса просто хотела помахать этим у меня перед носом, как приманкой, чтобы на долгие годы заставить меня прыгать через ее дурацкие обручи! Кейденс ничего не надо было делать! Но я?! Я никогда не была достаточно хороша для нее!

– Кейденс милая, – пробормотала Твайлайт.

– Неважно, – я вздохнула. – Если хочешь, я могу разразиться хохотом и рассказать тебе, как собираюсь доказать, что они все неправы? Могу еще про то, как Селестия пожалеет о том дне, когда недооценила меня.

Единорожка хихикнула.

– Если ты это сделаешь, есть вероятность, что Дэринг Ду спустится с неба, чтобы остановить тебя. Ну мы же идем к руинам замка посреди опасной дикой местности?

– Дэринг Ду? – я нахмурилась.

– Ну та, которая из книжной серии! Вторая книга только что вышла!

– Твайлайт, я живу в замке посреди леса. Всем моим книгам тысяча лет, – тут я сделала паузу. –  И я нечасто выхожу из дома.

– Ну, я могу рассказать тебе о ней по дороге! Видишь ли, Дэринг Ду – пегаска-археолог...

* * *

– ...а затем она вернула камни жителям деревни, чтобы восстановить гармонию, которая их хранила, и это все закончилось тем, что начался ливень и закончилась засуха! – закончила Твайлайт.

Мы прибыли в замок больше часа назад, более чем достаточно, чтобы я успела снять все отслеживающие заклинания с ее вещей. Единорожка не замолкала все это время, и не думаю, что она перевела дыхание с тех пор, как начала излагать сюжет книги. Не уверена, стоит ли мне теперь ее вообще читать, когда мне ее настолько подробно рассказали.

– Мхм... – я издала неопределенный звук, помешивая варево в котле. – Ты пьешь чай с молоком или сахаром?

Я проверила холодильник. Упс.

– Неважно. У меня нет ни того, ни другого.

– Все хорошо! Принцесса Селестия никогда не кладет сахар в чай...

– И ты хочешь быть такой же, как она, – я закатила глаза.

Твайлайт прикусила губу, подтверждая высказанное предположение.

– В этом нет ничего плохого. Я тоже пыталась подражать ей. Решила, что если я буду такой же, как она, Селестия будет относиться ко мне как... – я замолчала, прикусив губу. – В любом случае, быть собой тоже важно, но у тебя впереди вся жизнь, чтобы разобраться, как это сделать.

– Ты намного милее, чем говорили слуги, – Твайлайт покраснела и прикрыла рот копытом.

Я рассмеялась.

– Да. Раньше я была полной сволочью. Потом чуть не умерла и выжила только благодаря доброте других. Звучит неубедительно, особенно учитывая, что я пытаюсь быть ведьмой. Все, что произошло, как бы... сгладило мои острые углы.

Половником я налила чай в чашку и протянула ее Твайлайт. Та взяла чашку и с любопытством уставилась на нее.

– Что это? – единорожка осматривала чашку со всех сторон.

– Сама их сделала. Знаю, что вышло не сильно красиво, – я налила чай и себе, в такую же стеклянную чашку. Она была грубой, стекло даже близко не было прозрачным. – Изготовила, когда практиковалась с магией огня.

– Это невозможно. Заклинания не могут нагреть песок так сильно, – Твайлайт нахмурилась, разглядывая чашку. – Скорее похоже на фульгурит.

– Моя магия огня может, – похвасталась я, отпивая еще кипящий чай. Твайлайт отхлебнула и взвизгнула от боли. – Как погляжу, ты еще не сделала себя огнеупорной. Серьезная слабость.

– Это не слабость, – пробормотала единорожка, нахмурившись и прикоснувшись к обожженной губе.

– Возможно, вскоре ты передумаешь. Готова к первому уроку использования своей полной силы?

– Конечно! – Твайлайт улыбнулась. – Итак, чем мы займемся первую очередь? Медитацией?

– Медитацией? – я фыркнула. – Нет. В первую очередь, мы отправимся туда, где ничего не сможем сломать.

– Что? Но мы только что пришли! – простонала в ответ единорожка.

– Думаю, если ты слишком устала, чтобы учиться... – начала я, не закончив фразу.

– Я никогда не устаю учиться. Иногда я не сплю целыми днями!

– Я тоже предпочитаю спать ночами. А теперь пошли. Хочу посмотреть, что нашла в тебе Селестия, раз выбрала в качестве замены.

* * *

Два часа спустя я остановилась. И Твайлайт рухнула рядом, вся в поту. Я ухмыльнулась, глядя на нее сверху вниз, и ткнула копытом.

– Эй, ты же там не померла?

Ее дракончик решил помочь, тоже потыкав единорожку, подражая мне, как, ну, жеребенок.

– Хотела бы, – сумела выдавить Твайлайт между вдохами.

– Сколько можно жаловаться, – я села рядом и подождала, пока единорожка придет в себя. – В любом случае мы вроде как достаточно далеко от замка, чтобы ничего не разрушить, с чем время и погода не справились сами.

– Мы в нескольких километрах от него! – проныла Твайлайт. – Мы могли бы просто немного отойти по тропинке.

– Да, – призналась я. – Но тебе нужно больше заставлять себя. Когда в последний раз ты по-настоящему достигала своего предела?

– Я... – Твайлайт замолчала. – Думаю, это был мой последний промежуточный экзамен. Я не спала почти неделю. И практически упала в обморок от усталости прямо перед всеми собравшимися пони!

– Ладно. Это только начало. Мы вымотали тебя физически, так что теперь надо поработать над тем, чтобы вымотать тебя магически.

– Согласно всем книгам, которые я читала, магическое истощение не...

– Твои книги ошибаются. Ты собираешься сказать, что это не тренировка мышц, верно? Ты не становишься сильнее, просто используя магию, пока не потеряешь сознание, – Твайлайт кивнула и открыла рот, чтобы продолжить. Я приложила копыто к ее губам. – Это правда, для большинства единорогов. Но большинству единорогов даже сильно стараться не нужно чтобы упереться в свои пределы.

– А чем мы отличаемся??

– А мы действительно могущественны, – ответила я, пожимая плечами. – Твайлайт, Селестия не взяла бы тебя к себе, если бы у тебя не было большого потенциала. Ты знаешь, как я получила свою метку?

– Ты сказала, что в приюте произошел какой-то... несчастный случай.

– Сиротские приюты точно такие же, как этот лес, Твайлайт, – я встала на задние ноги и развернулась, расставив передние копыта, чтобы указать на чащу вокруг нас. – Солнце светит, дождь идет и сильные охотятся на слабых. Жеребята, у которых нет метки? Они самые слабые. У меня было много проблем с использованием магии, когда я была маленькой. Я перепробовала все те мелочи, которым учат молодых единорогов. Подними перо, зажги свечу, помоги цветку вырасти.

Я рассмеялась.

– У меня все это выходило ужасно. Все, что я делала, взрывалось у меня перед носом. Буквально. Итак, Твайлайт, какова наиболее распространенная причина, по которой матрица заклинаний внезапно решает взрывным образом высвободить свою энергию в виде света и тепла?

– Обычно… это означает, что пони вкладывает слишком много маны в заклинание.

– Неправильно! Самая распространенная причина в том, что матрица заклинаний деформирована. Но у тебя никогда не было с этим проблем, Твайлайт. У меня тоже. Вот почему мы похожи. У нас обоих есть запас мощи. Когда мы взрываем заклинание, это происходит потому, что обычные заклинания слишком деликатны для нас. К обычным единорогам такое не относится. Им приходится напрягаться изо всех сил, чтобы вообще заставить матрицу заклинания работать с чем-то большим, чем базовая левитация или заклинаний, где помогает талант от метки.

Твайлайт покраснела, но не стала меня прерывать. Она сидела и держала Спайка, не давая дракончику убежать. Надо отучить ее от привычки слушать монологи. В какой-то момент это могло бы спасти единорожке жизнь или, по крайней мере, удивить Селестию, что было почти так же хорошо. Хотелось бы увидеть выражение принцессы, если бы Спаркл прервала ее посреди урока и сказала что-нибудь о ее лицемерии.

– Итак, я не знала, что моя проблема в том, что я вкладывала в заклинание слишком много сил. У жеребят почти никогда не бывает таких проблем! И надо мной из-за этого издевались. Я была... не уверена в себе. Они загнали меня в угол и насмехались надо мной, толкали, подбивали меня сотворить заклинание. В общем, я попыталась сотворить заклинание света. И вложила в него каждую крупицу маны, которая у меня была.

Твайлайт побледнела. Она, казалось, уже поняла, к чему все идет.

– Заклинания света – довольно сложная штука, знаешь ли. Они могут работать почти вообще без маны, и могут удерживать просто чудовищное количество энергии, прежде чем станут нестабильны. Но когда это происходит, все становится только хуже. Они не превращаются в небольшую безобидную вспышку коптящего пламени, – я вздрогнула. – И я себя не контролировала. Не знала, сколько будет слишком много. Там… от приюта мало что осталось. Никто не погиб, но несколько жеребят получили довольно серьезные травмы. Селестия узнала, что произошло, и взяла меня к себе. Возможно, она думала, что больше никто на это не пойдет или что, если она ничего не предпримет, я буду представлять еще большую опасность.

– Значит, она научила тебя сдерживать свою силу, – предположила Твайлайт.

– Да, но она сделала и кое-что еще, – мой рог засветился. – Она научила меня, как безопасно использовать всю мою силу. Принцесса сказала, что мне, вероятно, никогда это не понадобится, но что я должна научиться. В противном случае, если бы я не знала своих пределов, если бы не раздвигала их, то была бы словно в смирительной рубашке – ограничивала себя, вместо того чтобы контролировать свою магию.

Я повернулась и приподняла плащ, чтобы показать Твайлайт метку.

– Я получила ее, когда взорвала приют. Это заклинание, как раз перед тем, как сдетонировать. Было похоже на миниатюрное солнце. Говорили, что его было видно во всем Кантерлоте.

Твайлайт кивнула, вытирая пот со лба. Могу поклясться, что она не так сильно потела до того, как я показала ей свой бок.

– И Селестия сделала что-то вроде этого. Отвела тебя туда, где никто не пострадал бы, и заставила тебя просто... использовать все.

– Точно. В моем случае это был северный склон горы Кантерлот. Из города его не видно, но там есть несколько здоровенных кратеров. Лес пойдет не хуже.

– Мы не причиним вреда животным и растениям?

Я закатила глаза.

– Твайлайт, если здесь в округе и есть какие-нибудь животные, они попытаются нас сожрать. Предлагаю тебе устроить хорошее шоу, чтобы они все пришли в ужас.

Я сотворила заклинание, которое держала наготове, метнув огненный шар, который в полете превратился в бурю сверкающих голубых комет, врезавшихся в дерево и превративших его в груду раскаленных углей.

Глаза Твайлайт расширились, она сосредоточилась, выпустив заряд магии в воздух, где тот взорвался вспышкой холодного света. Вокруг нас посыпался снег и погасил пламя.

– Ты могла убить нас! – закричала Твайлайт. – Использование огня в лесу ведет к... сама знаешь! Пожар. Лесной пожар. В лесу.

– А ты просто мастер слова, – фыркнула я.

– Ну, ты не дала мне время придумать что-нибудь умное, – пробормотала единорожка, краснея.

– Тебе придется научиться придумывать колкости буквально на кончиках копыт. Это неотъемлемая часть образа могущественной колдуньи. Вряд ли ты сможешь угрожать отравить колодец или уничтожить урожай, если пони не будут воспринимать тебя всерьез, а это значит, что у тебя всегда должна быть умная фраза наготове.

– Я не собираюсь травить...

– Это был пример! – простонала я.

– Просто, если ты действительно таким занимаешься, может быть, причина, по которой вы с принцессой поссорились...

– Покиньте сие место, нечестивые осквернители земли!

Я посмотрела на Твайлайт. Она этого не говорила. Я этого не говорила. Мы обе обернулись, и тут я не смогла удержаться от стона. Это был один из оленей, которые одновременно считали себя истинными правителями и хранителями Вечнодикого – несмотря на то, что пони были тут первыми – а также не очень любили магию. Излишне говорить, что со мной они не ладили. Хотя я никого из них серьезно не травмировала, но и симпатии к ним не испытывала.

Откуда мне было знать, что они затаят такую большую обиду только потому, что я сожгла несколько акров их “священной рощи”? Там даже таблички не было!

– Я не “нечестивый осквернитель земли”, – я постаралась произнести это с правильным нажимом, чтобы цитата была очевидна. Не уверена, понял ли олень сарказм. – Как насчет того, чтобы ты вместе со своими глупыми маленькими бесполезными рожками убрался обратно в свою древесную крепость?

– Ты... – прорычал он и копнул землю раздвоенным копытом, опустив голову, словно готовясь к атаке.

– Да, я! – закричала я в ответ, топнув ногой и вскинув голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз. Плащ взметнулся, когда пламя окружило меня короной ослепительного света и жара. Это было больше, чем просто иллюзия, хотя мне приходилось быть осторожной, чтобы не подпалить плащ. Рэрити меня бы за это убила. – Ведьма Вечнодикого, Пони Теней, сильнейший маг во всей Эквестрии! Горе тем, кто встанет против моей мощи! Отступи немедля или пади на колени в мольбе, ибо любое другое деяние ведет только к твоей собственной гибели!

У меня уже давно была подготовлена эта речь. Я не собиралась выигрывать конкурсы красоты, с учетом моих шрамов, так что решила довольствоваться тем, что заставляла пони ссаться от ужаса по команде. Возможно, тут было немного злобы и фантазий о том, что когда-нибудь я тоже столкнусь со стражами Селестии.

Уши оленя при виде такой картины прижались к голове, он поджал хвост и бросился бежать. Я бросила слабый огненный шар в качестве предупредительного выстрела вслед оленю, чтобы убедиться, что он не остановится.

– Э-это было необходимо? – спросила Твайлайт. Я обернулась, и выражение моего триумфа исчезло. Единорожка была в ужасе. Мне хотелось напугать оленя, а не ее. Она была моей подругой, или моей ученицей, или приятелем по переписке, или кем бы мы ни были сейчас. Твайлайт отшатнулась, когда я шагнула к ней. Спайк казался смущенным, но счастливым. Вероятно, потому, что громкие звуки и огонь успокаивали дракона любого возраста.

– Я не... – я опустила взгляд, рассеивая пламя вокруг себя. – Прости...

– Ты действительно могла навредить ему. Ты обращаешься так со всеми пони?

– Нет! Он был просто придурком, и… я хотела его отпугнуть.

Я тяжело села, глядя на свои копыта. Я чувствовала себя лгуньей. Вот я сижу тут, вся прихорошившаяся и симпатичная, с отполированными копытами, в новом плаще и с вымытой гривой, притворяюсь, что всегда была такой, а не неряшливой бестией, какой я была на самом деле.

– Я же предупреждала тебя, что я плохая пони, – пробормотала я. – Тебе следовало прислушаться.

Я не заметила, как Твайлайт двинулась, пока она не заключила меня в объятия. Она все еще была меньше меня, не совсем взрослая. Ее тело было теплым и мягким, и я старалась не издать ни звука, когда по моему лицу потекли слезы. Я даже не знала, почему начала плакать.

* * *

Прошло много времени, прежде чем я снова почувствовала себя нормально. Думаю, если и было что-то, чему Селестия так и не смогла меня научить, так это как надевать маску. Принцесса была в этом мастером. Иногда даже я не могла понять ее, а ведь провела рядом с ней почти всю свою жизнь.

Но я? Я несла свои эмоции на плечах и ничего не могла с этим поделать. Мой талант к силе на самом деле точнее было бы описать как страсть. Страсть к учебе, к использованию своей силы, ко всему, на самом деле. И иногда мне из-за этого прилетало.

Я наблюдала, как Твайлайт творит заклинания одно за другим. Она предложила телепортацию, но мы обе согласились, что это небезопасно. Мы хотели, чтобы она устала, а телепортация в изнеможении – верный способ покончить с собой.

Итак, она поднимала тяжести. Валуны размером с пони, почти десяток за раз, и удерживала их, пока аура не рассеивалась и камни не падали. Это было медленно и грубо, но, по крайней мере, единорожка что-то делала. Спайк уже заснул, свернувшись калачиком вокруг мешочка с битами на подстилке из мха.

– Я больше не могу их держать! – пожаловалась Твайлайт. – Чему это меня учит?

Она выронила все камни, кроме одного, пот стекал по ее телу.

– Лови! – крикнула я, бросая в нее камень. Она подхватила его магией. Я вздернула бровь. – Больше не можешь?

– Это... – Твайлайт покраснела.

– Ты сильнее, чем сама думаешь, – произнесла я, слабо улыбнувшись. Я все еще не могла стряхнуть с себя ощущение что подвела ее как учитель. – Какому самому сложному заклинанию тебя учили?

– Самому сложному? – Твайлайт задумалась, глядя на камни, вращающиеся вокруг нее. Она, вероятно, даже не осознавала, что большинство единорогов вообще не смогли бы справиться с валунами такого размера, не говоря уже о том, чтобы напрягаться столько времени. – Вероятно, это заклинание Сотворения. Оно создает материю из ничего. Большинство пони ошибочно принимают его за заклинание аппарации, но оно, на самом деле, просто призывает материю откуда-то еще...

– Твайлайт, – улыбнулась я, на этот раз более искренне. Эта небольшая лекция меня успокоила. Это означало, что она не так сильно меня боялась. – Я знаю, что делают эти заклинания. Селестия им меня тоже научила, хотя… Единственный вариант заклинания, который я знаю, создает...

– Торт, – вздохнула Твайлайт. Мы переглянулись и рассмеялись.

– Хорошо, тогда ты отвечаешь за десерт, – ухмыльнулась я. – Сотвори мне свой самый большой и лучший торт. Из чего угодно, хоть из меня.

– Тогда это будет заклинание Превращения, а не Сотворения, – единорожка хихикнула. – Но если бы я превращала пони в торты, то тоже бы прослыла  ведьмой!

– Ты могла бы присоединиться ко мне и Зекоре, – предложила я. – Мы могли бы все вместе ходить вокруг котла и изрекать пророчества. Было бы здорово! Мы могли бы рассказывать пони, как они станут королями и все такое.

– Надо будет не забыть захватить свой плащ. Ладно. Отойди. Я так устала, что повезет, если вообще хоть что-то получится.

Я отошла на некоторое расстояние и позволила Твайлайт опустить камни. У нее все еще хватило концентрации, чтобы мягко опустить их на покрытую мхом землю. На самом деле она не слишком далеко зашла за свои пределы. Ее рог засветился, и я увидела, как с кончика полетели искры сырой маны, верный признак того, что она черпала из глубин своего резерва. Хорошо. Это означало, что она воспринимала мои слова всерьез.

Я почувствовала, как магия в воздухе начала собираться воедино. Аура на роге замерцала.

– Твайлайт! Дави сильнее! – рявкнула я. –  Ты можешь дать больше, чем сейчас!

Аура кристаллизовалась, засияв ярко-белым.

– Вот и готово!

Заклинание замерцало, магия изливалась из тела единорожки. Это было прекрасно, идеальное проявление силы.

Торт принял форму в мгновение ока, появившись весь сразу и источая жар, как будто его только что вынули из духовки. Я ухмыльнулась и стукнула копытами.

– Видишь? Вот это и есть выход за пределы.

– Не могу поверить, что сделала это... – Твайлайт улыбнулась, а затем ее глаза закатились, и она упала на землю без сознания.

Я, прихрамывая, подошла к ней и подняла магией. И торт. Отломила от него кусочек и попробовала.

– Желтый торт с глазурью из сливочной помадки. Как раз такой, какой нравится Селестии, – я вздохнула. – Стоило догадаться.

Он был вкусным, но вызвал приступ ностальгии. Это был не просто тот торт, который ей нравился, это был тот самый торт, который она учила меня творить. И теперь она учила Твайлайт, как делать его вместо меня. Принцесса заменила меня, но я тоже могла бы заменить ее. Я хотела, чтобы отныне этот торт ассоциировался с воспоминанием “учу Твайлайт”, и никак иначе.

## Глава 7: Пони в перьях

− Очисти разум, не спеши, − произнесла Зекора, сидя со скрещенными ногами. − Чтоб духа в помощь отыскать, должна тревогу ты прогнать.

Я пыталась игнорировать боль в задних ногах из-за неудобной позы, в которой сидела, пытаясь подражать шаманке. Это было не так уж сложно, ведь мне и так приходилось постоянно терпеть пульсирующую боль в покалеченном переднем копыте. Странные запахи и предметы в хижине Зекоры стали уже для меня родными и совсем не отвлекали, хотя привести мысли в порядок было непросто.

Когда Твайлайт вернулась в Кантерлот, какая-то часть меня все еще переживала, что страх, который я видела в ней, изменит наши отношения. В общем я пошла к Зекоре узнать, не может ли она чем-нибудь помочь. Она предложила мне попытаться найти своего духовного проводника. Очевидно, это помогло бы мне увидеть себя глазами других пони, и, если я действительно хочу стать лучше, то это должно помочь.

− Очистить свой разум... − пробормотала я. Отвар, который дала Зекора, помог расслабиться. Вокруг все плыло, я чувствовала тепло и отстраненность. Приятное ощущение. Лишь надеюсь, что от него не будет жуткого похмелья, как после яблочного виски Бабули Смит.

Зекора начала петь. Я сделала глубокий вдох и поплыла в место между сном и явью. Все вокруг превратилось в расплывчатое пятно.

* * *

Нельзя было сказать сколько времени прошло. Это могли быть секунды, минуты или часы, я бы все равно не смогла отличить.

Предметы вокруг начали обретать четкость. Белый мрамор и золото. Замысловатые витражи.

Я поняла, где нахожусь. Знала это инстинктивно, так же, как знаешь все во сне. Я оказалась в Кантерлоте. Страх сжал сердце, и небо за окнами затянуло тучами, закрывшими солнце. Я чувствовала себя незваной гостьей. Мне здесь не место. Я была изгоем. Селестия изгнала меня, и это место более не мой дом и никогда им больше не будет.

Позади меня внезапно пахнуло жаром, словно из открытой духовки. Я обернулась, и мои глаза распахнулись.

− Сансет, ты, похоже, не рада меня видеть…

Это была я. Просто знала, что это я, даже настолько искаженная, как существо передо мной. Почти такая же крупная, как Селестия, с красной шерстью, черными глазами, огненной гривой и хвостом, с огромными крыльями, как у летучей мыши. Это было то, чем я хотела стать, но ужасно извращенное, вывернутое наизнанку.

− Зекора не предупреждала меня о таком!

Я запнулась, застигнутая врасплох. Предполагалось увидеть птицу, черепаху или что-то в этом роде и услышать от нее что-то неопределенное и пророческое. Может быть, что дружба − это магия, или что только я могу предотвратить лесные пожары, или что-то такое. К такому я готова не была… к демонической копии себя, чем бы она ни была. Оно шагнуло ближе, и я застыла на месте.

Мне и раньше снились кошмары, в которых я была бессильна, не могла даже убежать или спрятаться. Сейчас то же самое. Я не могла сдвинуться, копыта словно приросли к полу, мои конечности отказывались повиноваться.

− Она сказала, что ты войдешь в контакт со своей сокровенной сутью, − демонический двойник ухмыльнулся, демонстрируя длинные клыки. − Это я. Такая, какая ты есть на самом деле, Сансет. Или мне следует говорить ужасающая Пони Теней? Ты хочешь, чтобы пони уважали тебя. Ну, на самом деле, ты хочешь, чтобы они тебя боялись. Уважение нужно заслужить, но всегда можно заставить их бояться! Это намного проще!

− Нет! Это неправда!

− Разве?

Демон нависла надо мной. Я чувствовала жар, исходящий от ее тела. Не может этого быть. Мои зачарования защищают от жара и пламени, даже магического. Самой Селестии пришлось бы постараться, чтобы хоть коснуться меня огненным заклинанием.

− Я не монстр. Я не такая! − я сверкнула глазами, стараясь не показать страха.

− Ты продолжаешь говорить пони, какая ты плохая, − можно было почти ощутить запах серы в ее дыхании. − Ты хочешь этого. Ты хочешь быть мной. Ты хочешь использовать ту силу, которой так гордишься! И лучший способ использовать ее − уничтожить всех, кто противостоит тебе! Заставь пони склоняться перед тобой в ужасе!

− Нет!

Я закричала, когда ее копыта схватили мою шею, а острые клыки впились в кожу и…

* * *

− Проснуться ты скорей должна! – копыта Зекоры, лежали у меня на плечах, когда я начала приходить в себя, демон растворился в небытии, из которого появился. − Случилось что во время сна? Дрожала, будто ты больна!

− Там... – сглотнуть комок в горле. − Там я видела себя. Мне надо идти.

Встать с первого раза не получилось, но зебра меня поддержала.

− И в чем здесь страх? − Зекора нахмурилась. − Почто в слезах? Поведай, не таи в словах…

− Нет, − я резко оборвала ее. − Мне просто нужно… побыть одной какое-то время.

Я всхлипнула.

− Зекора, мне правда… − она ждала продолжения, но я лишь покачала головой. − Неважно. Я просто собираюсь вернуться в замок.

− Ты осторожность прояви. Себя зазря не надорви.

− Хорошо, − прошептала я. – Постараюсь последовать совету.

Я вышла из хижины. Просто не могла сейчас смотреть на Зекору. Попросила о помощи и обнаружила, что мне уже ничем нельзя помочь? То чудовищное существо, которое я видела, − это действительно была я? Так ли видели меня другие пони? Такой ли на самом деле видела меня Твайлайт?

Часть меня хотела, чтобы она боялась меня. Заставить единорожку признать, что я более достойна, чем она, убедить что она лишь моя замена, самозванка. Точно так же, как это сделала Кейденс.

Однако, когда я помогала Твайлайт, мне казалось, что я почти вернулась в Кантерлот. Когда меня хвалили за выполненные тесты, я была счастлива. Твайлайт делала те же тесты, изучала почти те же заклинания, ей задавали те же вопросы... это было нечто. Какое-то время я чувствовала себя прекрасно, потому что единорожка была так же увлечена учебой, как и я. Она была взволнована, я была взволнована, а потом все рухнуло, когда Твайлайт сказала мне, как Селестия ею гордилась. Ею. Не мной. Принцесса даже не говорила обо мне, как будто меня никогда не существовало.

Я смахнула слезы с глаз. Даже понадеялась, что мантикора, химера или еще какой монстр на меня выскочит. Прямо сейчас я, вероятно, просто позволила бы им съесть меня.

Чего я не ожидала, так это грома среди ясного неба. Или, точнее, голубую пони, за которой тянулся радужный след, приближающейся на большой скорости. Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть выражение ее мордочки как раз перед тем, как она врезалась в меня, мы обе впечатались в землю, и дальше тьма.

* * *

Вспоминая произошедшее, можно определенно сказать, что мне повезло. У меня не было никаких снов о встрече со своим вторым «я», что однозначно сделало бы все только хуже. И меня не съели, пока я валялась без сознания, что в Вечнодиком, честно говоря, сойдет за чудо. Я видела, как животных поедали только за то, что они замешкались или двигались слишком медленно.

Я села и потерла голову, сразу обнаружив шишку. Она была припухшей, но, к счастью, не кровоточила. Надо осмотреться в поисках поезда, который, должно быть, меня сбил.

− Что-то мне нехорошо… − пожаловался еще один, скрипучий, высокий голос. Я повернулась, чтобы посмотреть кому он принадлежал. Небесно-голубая пегаска встала, пытаясь оправиться от удара, и ей пришлось куда хуже, чем мне. Грива с хвостом были буйством красок, напомнив мне вольт-яблоки, которые Эпплджек время от времени собирала.

− Естественно! − огрызнулась я. − Ты просто врезалась в меня, как идиотка!

Я подняла ее с помощью магии, пегаска продолжала вяло трепыхаться.

− Нет, я имею в виду, что упала, потому что я больна! − она шмыгнула носом и чихнула, хотя не уверена, было ли это на самом деле или она просто демонстрировала свою «болезнь». − Думала, что чувствую себя достаточно хорошо, чтобы тренироваться, но… думаю, что думала неверно.

− Да уж, думательница из тебя знатная, − фыркнула я, слегка встряхнув пони, наблюдая, как она извивается и пытается освободиться.

− Подожди минутку... – кобылка прищурила глаза. − Ты Пони Теней! Пинки Пай мне все про тебя рассказала!

Она широко улыбнулась.

− Это так круто! Сделай какое-нить классное колдунство!

− Разве ты не должна меня бояться? − я перевернула ее вверх тормашками. − Пинки Пай боится.

− А? − пегаска выглядела смущенной. – О чем ты… А! Потому что она всегда убегает от тебя. Нет, она делает это специально, потому что тебе такое нравится.

− Потому что мне... нравится? − я вздрогнула. Действительно ли мне нравились убегающие от меня пони?

− Да. Она думает, что ты потрясная. Она говорила, что это типа игра, в которую вы играете.

− Ну... − я улыбнулась. − Тогда она тоже довольно крутая. В следующий раз, когда увидишь ее, скажи, что не нужно убегать. Может быть, я куплю ей кексик.

− Последнее, что ей нужно, − это еще больше сахара, − рассмеялась пегаска, ее смех перешел в глубокий, влажный кашель. Может быть, она все-таки не притворялась.

− Ладно, малышка. Давай отведем тебя домой.

Я похромала в сторону города.

− Меня зовут не малышка, а Рэйнбоу Дэш, − она выпятила грудь, несмотря на то, что была больна и висела вверх ногами. – И я самая скоростная пони на свете!

− Конечно-конечно, как скажешь, малышка, − фыркнула я. − Достаточно быстрая, чтобы чуть не убить меня. Я не оставлю жеребенка здесь в одиночестве.

− Я не жеребенок. Мне почти пятнадцать, и я живу сама по себе! − пегаска снова закашлялась.

− Отлично. Тогда я принесу тебе апельсиновый сок.

Я пожала плечами. Зекора, вероятно, могла бы что-то сделать для нее, но зебра также не любила вмешиваться, если в этом не было серьезной необходимости. Если у Дэш обычная простуда, ей лучше просто отоспаться.

− Эм… Я вроде как живу в облачном доме, − заметила пегаска. − Так что у тебя могут возникнуть некоторые проблемы, ну, ты знаешь... чтобы попасть туда.

− Отлично, − вздохнула я.

− Моя лучшая подруга что-то типа врача. Ну, ветеринара. По сути, это то же самое, только, знаешь, поменьше пони и побольше собак и прочей живности. Она живет в Белохвостом лесу, так что это даже ближе, чем мой дом.

* * *

Большинство пони могли бы точно определить, где кончается Вечнодикий и начинается Белохвостый лес, но никто из них не смог бы указать четкую линию на карте. Тут не было естественно границы, вроде реки или ущелья. Вместо этого Вечнодикий заканчивался там, где исчезала дикая магия, которая его создала. Земные пони чувствовали это в почве. Пегасы в ветре. Для меня это было все равно, что выйти из удушающей мглы, моя магия внезапно очистилась.

В Белохвостом лесу было тихо, красиво и спокойно, но я чувствовала себя незащищенной. Деревья стояли достаточно далеко друг от друга, чтобы между ними струился солнечный свет. Ни кустов, ни теней, в которых можно было бы спрятаться, ни волшебной дымки, которая могла бы защитить от заклинания обнаружения.

Ну, вообще я больше не беспокоилась о заклинаниях слежения. Прошли годы с тех пор, как я исчезла, и если бы Селестия действительно хотела найти меня, она бы уже нашла.

Дэш чихнула и зашлась в приступе кашля, болтаясь надо мной.

− Дом Флаттершай находится к западу отсюда. Я узнаю эту часть леса. Прежде чем мы доберемся туда, не могла бы ты снять плащ? Она, эм, не очень хорошо реагирует на всякие пугающие вещи, и, без обид, но ты немного жуткая.

− Да, ладно, − магией я сбросила плащ с плеч и аккуратно сложила, прежде чем засунуть в седельную сумку.

− Ого. Что с тобой случилось? − спросила Дэш, распахнув глаза и уставившись на мои шрамы.

− Несчастный случай с мантикорой. Сразу после моей летной практики.

− Единороги не умеют летать.

− Я поняла это по пути вниз, − ухмыльнулась я, помахав перед ней своим искривленным копытом. – Видала? Сделай мне одолжение, тренируйся где-нибудь подальше от Вечнодикого. А то вдруг, тебе повезет меньше, чем мне.

Подруга Дэш жила в маленьком домике, который казался симпатичным, хотя и находился далеко от города. Подняться на холм к входной двери было сложнее, чем мне хотелось бы признавать. Если бы не Рэйнбоу Дэш, которую я все еще несла в магической хватке, я бы просто сдалась и телепортировалась.

Я постучала. И подождала.

− Может быть, ее нет дома, − предположила я через минуту.

− На самом деле она старается лишний раз не пересекаться с пони, − ответила Дэш. Она кашлянула, чтобы прочистить горло. − Эй! Флаттерс! Это я! Открывай!

С другой стороны двери послышались тихие звуки. Она со скрипом приоткрылась, и я на мгновение увидела желтую пони, прежде чем та взвизгнула и убежала обратно внутрь, захлопнув за собой дверь.

− Замечательно, − фыркнула я.

− Просто поставь меня на землю и я все возьму на себя, − произнесла пегаска. Я пожала плечами и усадила ее на крыльцо. Она постучала в дверь. − Флаттершай, все в порядке! Хотя, кажется, я чем-то заболела и...

Прежде чем она закончила, дверь снова распахнулась и желтая кобыла выскочила наружу с широко распахнутыми глазами.

− О нет! Это же не линьковая чесотка? − Флаттершай схватила зубами одно из крыльев Дэш и потянула за перья, проверяя их. − Нет... не линьковая чесотка. Рэйнбоу, ты опять делала те... штуки с грозовыми облаками? Я уже говорила тебе, что не могу помочь с электрогонореей, и тебе нужно лететь в больницу и взять крем от ожогов и антибиотики.

Пегаска покраснела и оглянулась на меня.

− Флаттершай! Нет! – Дэш зашипела сквозь зубы, стараясь, чтобы я не услышала. − Ты же обещала, что не будешь упоминать это!

− Я просто пытаюсь позаботиться о тебе, − ответила желтая пегаска.

− Это всего лишь перьевой грипп, − вздохнула Рэйнбоу Дэш. − Мне нужно место, где я смогу рухнуть, пока не оправлюсь. Ну, ты понимаешь. Место, где я не рухну. Сегодня это уже разок произошло…

− Ты летала с перьевым гриппом? − Флаттершай нахмурилась. − Это очень безответственно. Что, если ты навредишь себе? Или кому-то еще?

− Уже, − вмешалась я. – Она упала на меня.

Флаттершай ахнула, когда я заговорила, и бросилась ко мне, схватив с удивительной силой, и начала разглядывать мои старые раны.

− Это похоже на нападение дикого животного! И твоя бедная нога...

− Да, я довольно серьезно сломала ее несколько лет назад. И все еще не могу переносить на нее весь вес, − я пожала плечами. Теперь это просто часть моей жизни, пусть и дрянная.

− Единственная недавняя травма − шишка на голове… которая, я полагаю, из-за Рэйнбоу.

− Верная догадка, − фыркнула я. − Со мной все будет в порядке. Это просто шишка.

− У тебя нет проблем при ходьбе с такой ногой? − Флаттершай нахмурилась и дотронулась до моего искривленного копыта. Я поморщилась. − Мышцы частично атрофировались, и кость срослась неправильно...

− Ну, такое случается, когда ты не показываешься настоящему врачу, − пожала я плечами.

− Тебе нужна физиотерапия. Иначе она будет болеть всегда.

− Эй, ты могла бы помочь ей с этим! – ухмыльнулась Дэш. – Ведь так? Я в том смысле, Пинки Пай говорила, что Пони Теней не любит появляться в городе… и это самое быстрое исчезновение Флаттершай, которое я когда-либо видела.

− Отлично, − вздохнула я. − Флаттершай! Я не какая-нибудь страшная ведьма!

На меня напал кашель. Грудь как-то странно сдавило.

− Ох, кобылять. Надеюсь, я не заразила тебя гриппом, − Дэш поморщилась.

− Не глупи. Я единорог. Мы не болеем перьевым гриппом.

Скорее всего. Я не врач. В лучшем случае знахарка, и к тому же ученица. Но не стоит говорить об этом Дэш. Мне хотелось, чтобы она считала меня хоть немного компетентной.

− Если такое и случится, то это может быть очень серьезно, однако… − прошептала Флаттершай, ее глаза просто показались из-за косяка, остальная часть пони была скрыта внутри.

− Со мной все будет в порядке, − отмахнулась я от ее опасений. − Если действительно заболею, то я знаю кое-какие травяные сборы, которые смогут мне помочь.

Формально чай ведь трава, верно? И оставаться в тепле и отоспаться было лучшим способом бороться с болезнью.

− Я... если ты хочешь физиотерапию, эм... может быть, будешь приходить по четвергам? В эти дни я помогаю животным, у которых проблемы...

Пегаска сглотнула, глядя на меня так, словно я собиралась закричать на нее и сказать, что этого недостаточно. Я одарила ее кроткой улыбкой.

− Было бы здорово. Обещаю не быть страшной, − это была ложь. Я определенно была страшной. − Денег у меня не много, но…

Эта часть, однако, была правдой.

− Платить не обязательно, − Флаттершай улыбнулась, выглядывая из-за двери еще немного. Она напомнила мне дикое животное, осторожное и боязливое рядом с пони. Потребуется много времени, чтобы завоевать ее доверие. − Я просто не могу видеть, как кому-то больно.

− Я неплохо лажу с животными, − в основном это было правдой, если только достаточно щедро расширить границы «лажу» до «взрываю монстров огненными шарами». − Может быть, я могла бы… помочь тебе позаботиться о них?

Флаттершай кивнула, пряча лицо за длинной гривой. Я пожала плечами.

− Тогда увидимся в четверг. Дэш, было... интересно с тобой познакомиться. Никогда больше не падай в Вечнодикий, если не хочешь быть съеденной. Сегодня тебе повезло.

Я помахала им и ушла, прихрамывая, вниз по склону. Возможно, физиотерапия будет хорошей идеей. В последние дни моя нога болела все сильнее и сильнее, до такой степени, что я начала предсказывать погоду по тому, насколько сильно она болит. Как бы мне ни нравились Эпплы, считающие меня частью семьи, я не хотела иметь так много общего с Бабулей Смит.

* * *

К тому времени, как я вернулась в замок, мне пришлось пересмотреть свое мнение. Я не только могла подхватить перьевой грипп, но и переносила его крайне плохо. Стены начали давить, и у меня начались приступы жара и озноба, а зрение начало затуманиваться. Хуже всего было непреодолимое желание охорашиваться, а у меня ведь даже крыльев не было! Я то и дело ловила себя на том, что грызу писчие перья и пачкаю лицо чернилами.

Постучав пером по дневнику, я активировала заклинание, чтобы отправить сообщения Твайлайт. Не уверена, была ли она где-нибудь поблизости, но мне не хотелось самой заниматься исследованиями, тем более что моя библиотека устарела на тысячу лет. Отлично подходит для изучения древней магии, но не слишком помогает в изучения новейшей истории или тем более медицины. Не хотелось бы потратить кучу времени на проверку своих симптомов и обнаруживать, что рекомендуемое лечение − пиявки и бренди.

− Твайлайт, я чувствую себя немного нехорошо. На самом деле, мне очень плохо. Можешь проверить, могут ли единороги подхватить перьевой грипп? Если тебя там нет, не волнуйся слишком сильно. Я просто попытаюсь отоспаться.

Я развела огонь и поставила кипятиться чайник. Напал озноб. Вероятно, у меня жар. Учитывая огнеупорность, я всегда могла залезть прямо в костер и согреться там, правда в процессе перепачкаюсь в золе.

− Сансет, я сейчас просматриваю книги. Подожди пару минут, пока я найду нужную. Пока не ложись спать.

Я улыбнулась. Можно было почти уверенно предположить, что она все еще бодрствует и учится. Твайлайт выходила на улицу еще реже, чем я, а ведь я жила в разрушенном замке в жутком лесу. Теперь дневник говорил ее голосом, после того как я обновила заклинание. Теперь уже не казалось, что я разговариваю сама с собой. Чай успел завариться, я начала его медленно потягивать, допив чашку до того, как Твайлайт вернулась.

− Сансет, ты уверена, что это перьевой грипп?

− Сегодня я помогала больной пегаске, у которой он был. Вероятно, заразилась им от нее.

− Только самые могучие единороги могут заболеть перьевым гриппом, − написала Твайлайт. Сказала. Сказала, вероятно, более точно. − Возможно, у тебя именно он, но симптомы сильно варьируются. Все может быть очень серьезно.

− Насколько серьезно? − спросила я, наливая себе еще чаю. − Типа, мне стоит начинать составлять завещание, или я пару дней проваляюсь в постели?

− Я не знаю, − интонаций заклинание не передавало, но я легко могла себе представить, что на самом деле она начинает паниковать. − Мне нужно проверить еще несколько книг.

− Твайлайт, не волнуйся. Со мной все будет в порядке. Я просто согреюсь, буду пить много жидкости и, может быть, доем остаток торта, пока он не испортился.

Он не должен был испортиться. Селестия научила меня заклинанию стазиса, используемому в “Национальном тортохранилище Эквестрии”, которое сохраняло торты свежими навечно. Тортик Твайлайт, на самом деле, был восхитителен.

Это не было метафорой ни для чего. Мы не делали ничего странного. Она же вдвое моложе меня!

− Если станет еще хуже, или если твоя грива начнет выпадать, немедленно напиши мне. И пей побольше витамина С. Или D. Рекомендации несколько противоречивы. Пей и то, и другое. Их можно применять вместе.

− Обязательно. Напишу утром. Лягу пораньше.

Очень рано. Солнце еще даже не село. Я зевнула и допила чай, затем подбросила еще дров в очаг, подхватила магией несколько одеял и соорудила перед ним гнездо для сна.

* * *

Я бросила взгляд на часы, современное устройство, анахронизм в древнем замке, но слишком полезное, чтобы без него обойтись. Пыталась заснуть уже несколько часов, но никак не могла устроиться поудобнее. Хуже того, в моем полусонном состоянии ко мне начали возвращаться воспоминания о видении, случившемся в хижине Зекоры. Слова двойника на меня давили.

Закрыв глаза, я снова видела это ужасающее существо, чувствовала начинающийся приступ паники, и глаза снова открывались. Я так устала, и просто не могла успокоиться. Я так устала, что просто начала плакать. Мне просто хотелось отдохнуть, проспать всю ночь, несмотря на этот ужасный холод, и проснуться, чувствуя себя более похожей на себя.

Я увидела вспышку огня и услышала эхо мрачного смеха.

Возможно, менее похожей на себя. Больше похожей на пони, которой я хотела быть, но теперь даже не знаю, какой.

Я уткнулась головой в копыта и заплакала. Все мои суставы болели, кожа головы чесалась, но я пыталась не обращать на это внимания, потому что от почесывания становилось только хуже. Казалось, что ночь будет длиться вечно. До рассвета оставались часы, и каждая минута казалась столетием. По крайней мере, жуткий двойник не появился на самом деле. От одной мысли о ее появлении меня бросило в холодный пот еще сильнее.

Не уверена, когда, но в какой-то момент у меня начались галлюцинации. Может быть, из-за того, что я устала, может быть, из-за жара. Сначала я начала что-то слышать. Шаги копыт, что было невозможно, поскольку я была одна, и никто, кроме Твайлайт, не знал, где я. Затем я увидела вспышки белого и золотого.

Холод исчез, и меня окружило тепло.

− Сансет… − я вздрогнула от слишком знакомого голоса и свернулась калачиком, пытаясь спрятаться. Это был еще худший сон, чем моя искаженная демоническая копия. Прозвучало будто говорила принцесса.

− Уходи... − пробормотала я, мой голос был приглушен копытами. − Тебе на меня наплевать. Просто дай мне спокойно выспаться...

− Твайлайт очень о тебе беспокоится. Так переживает, что чуть не рассказала мне все, − я почувствовала, как чье-то крыло накрыло меня, как одеяло. − Я скучаю по тебе, Сансет.

− Нет, не скучаешь, − ответила я, шмыгая носом. Просто потому, что устала. Приберегу приступ паники на случай, если когда-нибудь столкнусь с настоящей принцессой. − Ты заменила меня на следующий день после того, как я ушла, и даже не рассказала обо мне Твайлайт.

− Сансет Шиммер, ты не можешь заменить пони. Да, я взяла ее в ученицы, но она не заняла твое место. Ты для меня особенная, − Селестия придвинулась ближе ко мне. Галлюцинация, или сон, или что бы это ни было, оно даже пахло как она. Как теплое поле лаванды. Как летний день. Должно быть, я действительно не в себе. − За все свои годы я знала тысячи пони достаточно хорошо, чтобы называть их друзьями, и ни один из них никогда не заменял другого. Любовь − это не что-то настолько ограниченное.

− Любовь? Ты никогда не любила меня, − снова начались всхлипывания. Я едва могла говорить. Хорошо, что я одна, потому что иначе я и правда выглядела бы ужасно: плакала, шмыгала носом и разговаривала сама с собой, как ненормальная. − Я думала, что любила, но ты просто никогда мне не доверяла. Я знала тебя почти всю свою жизнь, и я всегда была для тебя не больше, чем питомцем!

− Это неправда, − в голосе Селестии звучала почти обида.

− Правда! Конечно, ты приютила меня, заботилась обо мне и иногда таскала на те или иные мероприятия, но это то, что делают с питомцем. Так не ведут себя с другими пони. Вспомни из-за чего мы поссорились! Дурацкое магическое зеркало! − я отвернулась, протирая глаза и отказываясь смотреть на иллюзию. − Ты помахала им передо мной, а потом отказалась говорить, сколько бы я ни умоляла!

− Ты не была готова узнать о нем, − вздохнула Селестия.

− Тогда зачем ты мне его показала?! − огрызнулась я. − Ты знала, что я собираюсь задавать вопросы! Ты знала, что отказ рассказать мне только заставит искать ответы самостоятельно! Что, провалиться тебе в Тартар, было такого сложного, чтобы сказать: «Это межпространственные врата в иной, чуждый мир, и в своем неактивном состоянии они создают небольшую иллюзию, которая показывает пони их самое большое желание»?

− Я... − вздохнула Селестия. − Я совершила ошибку, показав тебе его. Думала, ты увидишь семью или друзей, и я смогу использовать это, чтобы направлять тебя. Но ты увидела только результат своих амбиций. Безграничная власть как магическая, так и политическая.

− И ты даже не захотела поговорить со мной об этом, − прошептала я. Мой голос становился хриплым. − Я просто хотела быть похожей на тебя. Свой урок я усвоила. Узнала, что у тебя были от меня секреты, узнала, что ты не уважаешь меня, и что, несмотря ни на что, я никогда не буду достаточно хороша, чтобы быть твоей дочерью, какой стала Кейденс.

− Сансет...

− Ты отдала все какой-то пони, которая появилась из ниоткуда с крыльями и рогом, но один момент неповиновения − и я оказалась на улице и мне сказали никогда не возвращаться! Вот насколько я была важна для тебя. Настолько важна, что от меня можно отказаться в мгновение ока, − я снова свернулась калачиком, пытаясь сжаться в комочек и скрыться от галлюцинации. − Вот почему я хотела стать аликорном. Чтобы ты любила меня так, как любила ее.

− Я не бросала тебя, − прошептала Селестия. − Я думала, тебе нужно понять, насколько я была серьезна. Тебе многое сходило с копыт… ты знаешь, сколько я получала сообщений от учителей из школы для одаренных единорогов о том, как ты обращалась с другими учениками?

На это я промолчала. Понятия не имею. В основном я игнорировала других учеников, когда не была занята хвастовством или не просила их оставить меня в покое.

− Я думала, ты повзрослеешь и начнешь относиться к ним с уважением, которого они заслуживают. Но сколько бы я тебя ни учила, ты отказывалась меняться. А потом ты потеряла даже свое уважение ко мне. Пошла против моих прямых приказов, ты спорила со мной, а потом потребовала то, чего не заслужила.

− Знаю, − прошептала я сквозь слезы.

− Я собиралась дать тебе несколько дней подумать о том, что ты сделала, а затем разрешить вернуться на определенных условиях. Предполагалось, что это будет урок смирения и то, как важно иметь друзей, к которым можно обратиться в случае чего. Но вместо этого...

− Вместо этого появилась Твайлайт, и ты забыла обо мне, − пробормотала я.

− Нет! − ахнула Селестия. − Нет, Сансет. Я не переставала искать тебя почти год. И прекратила только тогда, когда поняла, что ты не хочешь, чтобы тебя нашли. Когда стражи рассказали мне, как ты бросилась в то ущелье...

Принцесса замолчала.

Затем я услышала, как она всхлипнула, и копыта обхватили меня, прижав к груди.

− Никогда не думала, что снова тебя увижу. Ты не можешь себе представить, на что это похоже, − слезы закапали мне на голову. Это, должно быть, был сон. Настоящая Селестия никогда бы настолько не потеряла самообладания, и она определенно не переживала обо мне так сильно. − Ты была как будто моим собственным жеребенком. Я так гордилась тем, как многому ты научилась, и так боялась, какой пони ты становилась. Я никогда не переставала любить тебя, Сансет, и всегда хотела для тебя самого лучшего. Зачем ты это сделала? Зачем тебе нужно было убегать?

− Я просто… У меня ничего не осталось, − прошептала я. − Мне было невыносимо находиться рядом с тобой, было так больно думать о тебе. А потом все эти стражи гнались за мной, я бежала, и… запаниковала. Мне пришлось уйти. Я настолько все испортила, что готова была на все, только бы снова не встретиться с тобой.

− Ты могла бы вернуться со мной, Сансет. Ты могла бы вернуться прямо сейчас и учиться со своей подругой, и все будет так, как было раньше.

Я покачала головой, шмыгая носом и стараясь не слишком сильно ее испачкать, когда уткнулась носом в грудь Селестии.

− Нет. Я не могу вернуться. Даже если бы я вернулась, все уже никогда не будет как раньше. Я ужасная пони. Я злоупотребляю своей силой и пугаю других пони и... и... − я всхлипнула. − Даже Твайлайт боится меня.

− Ты не плохая пони, Сансет. И знаешь почему? Потому что другие пони важны для тебя. Тебе небезразлично, что Твайлайт думает о тебе. Несколько лет назад ты бы даже не поняла, почему злоупотреблять своей силой это плохо. Ты изменилась.

− Нет, не изменилась, − прошептала я. − Я монстр.

− Ты не монстр, Сансет. Просто ты больна, напугана и проходишь через множество перемен. Я не хочу заставлять тебя возвращаться со мной, но двери дворца всегда будут открыты для тебя, − Селестия прижалась лицом к моей голове. Все это казалось таким реальным. − Тебе нужно поспать, чтобы стало лучше, Сансет. Ты помнишь, колыбельную, что я пела тебе?

Ты мой лучик, мой солнечный лучик,

Что расцветит собой пасмурный день,

Ты не знаешь, как тебя люблю я,

Не покидай меня, мой лучик, теперь!…

Я расслабилась, чувствуя, как тревоги уходят. Напряжение исчезло, и я погрузилась в глубокий сон без сновидений.

* * *

Я застонала, когда солнечный свет упал мне на лицо, и открыла глаза, почти ожидая увидеть Селестию. Вместо этого обнаружилось, что я крепко прижимаюсь к свернутому одеялу, а другое покрывает меня так, как я представляла себе крыло принцессы. Все было липким и влажным от пота и слез.

Я протерла глаза, немного шмыгнула носом и просто лежала так некоторое время, охваченная глубокой горько-сладкой меланхолией. Я понимала, что на самом деле это была не она, но часть меня хотела верить, что принцесса все еще любит меня. Или, по крайней мере, что она когда-то любила меня.

Но это была не она. Это был просто болезненный сон, или, может быть, еще один визит духа-проводника, которого пыталась помочь мне найти Зекора. Была ли это та мудрость, которую он пытался мне дать? Появившись в образе демона, чтобы показать мне, как я выгляжу для других пони, а затем в образе Селестии, чтобы напомнить, что я потеряла?

У меня не было ответов. Все, что было, − это мои ошибки, и пора начинать учиться на них.

## Глава 8. Оттенки розового

Я расхаживала по переулку, пытаясь собраться с мыслями. Несмотря на то, как все повернулось в прошлый раз, Твайлайт чуть ли не умоляла позволить навестить меня снова. Она утверждала, что я многому ее научила в плане высокоэнергетических заклинаниях и что, возможно, более важно, я единственная пони, с которой она могла поговорить о более эзотерических и экспериментальных разделах магической теории.

Прошли месяцы, прежде чем единорожке удалось выкроить пару дней, когда она могла бы сбежать от Селестии, не объясняя, куда именно отправилась. И прошло уже достаточно времени, чтобы у меня прекратились приступы паники из-за галлюцинаций с принцессой. Я потратила почти неделю на различные магические сканирования, какие только смогла вспомнить, и, судя по всему, это и правда все мне почудилось.

Хотя следовало учитывать, что всем этим сканирующим заклинаниям меня научила Селестия, и ранее ей уже удавалось их избегать. Даже если она научила меня всему, что я знала, это не причина полагать, что я знаю все, что знает она. В противном случае это всего лишь паранойя.

Я избавилась от плаща, по крайней мере, на сегодня, и оставила его в замке. Мне все еще было неуютно без чего-то, прикрывающего худшие из моих шрамов, поэтому я надела жилетку, которую сшила для меня Рэрити. Она была уютной, как старое одеяло, мягкая кожа и слабый аромат дубления напомнили мне о старых добрых временах.

Поезд подошел к станции. Я обсудила с Твайлайт, как убедиться, что она избавилась от слежки, так что больших неприятностей я не ожидала. Мы встречаемся в переулке, несколько раз телепортируемся, чтобы сбить с толку преследователей, затем перекусываем и идем в замок. Безопасно, как дома. В обычном доме. Не в моем. Старый замок был полон ловушек, что было полной противоположностью безопасности.

Возможно, я уже начинала немного паниковать.

− Сансет! Я знаю, это не совсем то, о чем мы договаривались, но я могу все объяснить!

Я обернулась на голос Твайлайт, улыбаясь и гадая, что именно…

С ней была еще одна пони. Розовая. С длинной двухцветной гривой. И крыльями. И рогом. Она выглядела шокированной. Думаю, у меня было почти такое же выражение, хотя я не разглядывала ее достаточно долго, чтобы удостовериться, поскольку использовала свой удивительный природный талант, чтобы сотворить заклинание телепортации в рекордно короткие сроки.

И оказалась на другом конце города буквально в мгновение ока.

− Кейденс?! − прошипела я из своего нового укрытия на чьем-то заднем дворе. − Она привела сюда Кейденс?! О чем, провалиться мне в Тартар, она думала?!

Необходимо проанализировать все логически и выбрать взвешенное и вдумчивое решение. Я могла бы вернуться в замок, захватить кое-что из вещей и сбежать в Королевства Грифонов. Запрета на пересечение границы больше не было, и у государств не было договора об экстрадиции. Они, вероятно, будут вполне счастливы заполучить меня, хотя мне, скорее всего, придется служить в их армии.

От одной мысли об этом мне стало слегка дурно. Грифоны, как всегда, были вовлечены в локальные конфликты в Зебрике. Не думаю, что у меня хватит духу сжигать посевы и «поддерживать мир» с местными жителями, особенно после учебы у Зекоры.

Итак, грифонов отбрасываем, но Зебрика сама по себе была неплохим выбором. Как шаманка, пусть даже только ученица, я автоматически получу немалое уважение. К сожалению, у зебринских племен не было единого правительства, и агенты Эквестрии могли бы выкрасть меня во сне.

Всегда оставались Бесплодные земли, если я просто хотела спрятаться. Там было больше дикой магии, чем в Вечнодиком, и ходили слухи об ужасных тварях, оборотнях и огромных зверях размером с городской квартал.

Тоже отбросим. Если бы я просто хотела быть несчастной и подвергать свою жизнь опасности, то проще сдаться стражам и получить удобную камеру.

Просто не могу понять, почему Твайлайт предала меня. Если только... если только я очень серьезно недооценила, насколько сильно напугала ее. Если единорожка возненавидела меня и решила, что я представляю угрозу для Эквестрии и принцессы. И в таком случае, зачем брать только Кейденс?

− Это просто не имеет смысла! Почему она взяла с собой только Кейденс, если собиралась поймать меня? − закричала я, теряя самообладание.

− Эм. На самом деле… Я просто не смогла от нее отделаться. Она вроде как решила ехать в последнюю минуту, и у меня не было времени предупредить тебя или придумать оправдания, − я обернулась и увидела Твайлайт, одну и смущенную. Она улыбнулась мне. − Я оставила Спайка в Кантерлоте со своими родителями, но...

− Она все расскажет Селестии! − огрызнулась я. − Она расскажет ей, где я, и повсюду будут стражи, и... и она может даже в конечном итоге втянуть тебя в неприятности.

Зрение начало затуманиваться, а глаза наполнились слезами. Я даже не могла взорвать Кейденс. Почти уверена, что она бессмертна.

− Она не расскажет! Она вроде как... моя нянька. Не то чтобы сейчас я в ней нуждалась! Но она просто все еще иногда приходит проведать меня. Кейденс увидела, что я готовлюсь к поездке, и по какой-то причине решила поехать со мной!

Я потерла виски.

− Спаркл, ты такая умная, и все же у тебя нет ни капли здравого смысла, − простонала я.

− Прошу прощения... − пробормотала единорожка, глядя в землю. Я глубоко вздохнула и, прихрамывая, подошла к ней и быстро обняла.

− Я знаю. Но это все равно катастрофа. Мы с ней никогда не ладили, и я удивлюсь, если она не докладывает все Селестии прямо сейчас. Просто... скажи ей, что не смогла меня найти. Отвлеки ее поисками на несколько часов, а я пока заберу свои вещи из замка.

Я отпустила Твайлайт и начала расхаживать по дворику, размышляя.

− Ты хочешь сбежать? − выражение единорожки стало еще мрачнее.

− А что еще я должна делать?! Ждать, пока меня повяжут стражи? Пока не притащат к Селестии, чтобы можно было выслушать строгое предупреждение о развращении ее ученицы и о том, как я ее разочаровала? Может быть, она просто отчекрыжит мне рог, чтобы я точно никому не доставляла неприятностей!

− Она бы никогда такого не сделала! − ахнула единорожка.

− Не собираюсь рисковать, − я вздрогнула. − Твайлайт, это не твоя вина.

Ну вообще-то ее. Это все ее вина. Получи я хоть небольшое предупреждение, я бы могла сделать хоть что-то умное, например, вообще не показываться или как-то замаскироваться.

− Сансет, Кейденс для меня как сестра. Может быть… ты могла бы дать ей шанс? – единорожка посмотрела на меня большими, полными надежды глазами. − Если ты поговоришь с ней, возможно, тебе удастся убедить ее ничего не рассказывать Селестии!

− Поговорить с ней? − я фыркнула.

− Ты сказала, что хочешь измениться, верно? − Твайлайт слабо улыбнулась. − Разве это не значит попробовать все делать иначе?

* * *

Это был самый глупый поступок, который я когда-либо совершала, а я уже прожила достаточно долгую жизнь, полную глупостей. Мне надо было бежать со всех трех здоровых ног и одной травмированной как можно быстрее. Вместо этого я шла за Твайлайт к кафе, где мы договорились перекусить, что было как раз в противоположном направлении от того, куда мне следовало направляться.

Во всей этой ситуации был только один плюс. Пока Кейденс была в городе, пони почти не обращали на меня внимания. Отсутствие жуткого плаща тоже, вероятно, сыграло свою роль. Несколько пони стояли снаружи, заглядывая в окна и надеясь хоть мельком увидеть Принцессу Любви.

− Все будет хорошо, − прошептала Твайлайт, мягко подталкивая меня, когда я замешкалась у двери. Я ввалилась внутрь. Кафе было пустым, за исключением одного столика в глубине. Кейденс сидела спиной к двери, так что все, что я видела, это ее затылок. Может быть, она так села специально. Если бы я вошла и увидела ее осуждающий взгляд, я бы, возможно, уже сбежала. Нет, скорее я бы запустила в нее огненным шаром. У меня есть склонность взрывать все подряд, когда я напугана.

Твайлайт прошла вперед и села за стол. Я глубоко вздохнула и последовала за ней, сев напротив Кейденс. И уставилась в стол, а не на нее. Это был самый неловкий обед, который у меня был с тех пор, как я, несмотря на предупреждения Селестии, отправилась на встречу с послами грифонов и в итоге получила тарелку со стейком и беконом.

Кстати, бекон потрясающе вкусный, хотя я до сих пор не могу смотреть на свиней Эпплджек как на охотников за трюфелями, а не как на еду.

− Итак... − начала Твайлайт. − Эм...

− Ты все это время жила здесь? − прошептала Кейденс. Было сложно сказать, была ли она рассержена или просто шокирована.

− Не совсем здесь... − пробормотала я. – В лесу. Вечнодиком.

− Я думала, ты погибла. Мы все думали, что ты погибла! Ты знаешь, сколько пони тебя искали?

Кейденс внезапно вскочила с места, и прежде чем я смогла что-либо сделать, заключила меня в крепкие объятия. Не знала, что она настолько сильна. Острая боль пронзила мою травмированную ногу. Принцесса не заметила, как начало формироваться заклинание огненного шара, но Твайлайт заметила. Я почувствовала, как контрзаклинание развеяло ману. Из-за этого и боли я не взорвала здание от удивления.

− П-прекрати! – ахнула я. − Моя нога...

Кейденс отпустила меня, и я застонала, потирая искривленное копыто.

− Я не хотела...

− Все в порядке, − сердито оборвала ее я. − Это старая травма. Просто больно, когда на нее сильно давят.

Я глубоко вздохнула, когда боль снова превратилась в тупую пульсацию.

− Послушай, я просто хочу продолжать жить своей жизнью. Знаю, ты меня ненавидишь...

− Ничего подобного, − в этот раз она оборвала меня. − Я никогда не испытывала к тебе ненависти.

− Тогда ты лучше меня. Я всегда тебе завидовала.

Кейденс села.

− Из всех пони, с которыми Твайлайт могла захотеть повидаться, я бы и за тысячу лет не догадалась, что это будешь ты.

− Пожалуйста, не говори Селестии, − пробормотала я, опуская голову. − Не хочу, чтобы у Твайлайт были из-за меня неприятности.

− С чего бы ей из-за этого попадать в неприятности? − Кейденс улыбнулась. − Сансет, если бы Селестия знала, что ты жива, она бы стала самой счастливой пони в Эквестрии. Когда ты умерла − когда мы все думали, что ты умерла − она отложила все свои королевские обязанности на неделю, потому что не могла держать себя в копытах.

− Думаю, я разочаровала ее больше, чем предполагала.

− Прекрати. Ты не разочаровала ее. Все, о чем Селестия когда-либо говорила, это о том, как она гордилась тобой. Даже если ты вела себя со мной… как сволочь.

− Самая сволочная сволочь, − я фыркнула от смеха. − Я так тебе завидовала. У тебя было все, что я когда-либо хотела, поэтому каждый раз, как тебя видела… ну, вымещала эту злость.

− Вы уже знаете друг друга? − Твайлайт моргнула. − Думаю, мне следовало этого ожидать. Вы обе жили во дворце в одно и то же время...

− Мы... не были друзьями, − вздохнула я.

− Селестия пыталась заставить нас поладить. Но она завидовала тому, что было у меня, а я завидовала тому, насколько она близка с принцессой.

− Насколько я близка? О чем ты говоришь? Она была намного ближе к тебе. Ты была буквально ее семьей! Она удочерила тебя!

− Удочерила, но проводила все свое время она с тобой, − возразила Кейденс. − Она давала тебе персональные уроки каждый день. Мне везло, если за день набиралось хоть пара минут наедине, чтобы обсудить придворные дела.

− Ты же уже аликорн. Не похоже, что тебе нужно было чему-то учиться, − я закатила глаза. − Селестия просто доверяла тебе и знала, что ты не поставишь ее в неловкое положение, если она не будет тебе мешать.

− Хотелось бы, чтобы мне не нужно было учиться, − вздохнула Кейденс. − Она отправила меня в среднюю школу заниматься магией. Ты хоть представляешь, каково это было? Я училась с жеребятами вдвое моложе меня, и мне приходилось мириться с насмешками над принцессой, которая не умеет колдовать!

− Ты аликорн. У тебя гораздо больше магии, чем у меня.

− Я родилась пегасом, Сансет. И я до сих пор едва знаю, как пользоваться этой штукой, − она постучала по своему рогу и рассмеялась. − Возможно, если бы я брала частные уроки у Селестии, то была бы такой же сильной, как ты, но Твайлайт уже много лет лучше меня владеет магией. Ты хоть представляешь, как трудно нянчить пони, которая может проломиться сквозь твою магию, даже не заметив этого?

Я фыркнула, представив Твайлайт в том же возрасте, что и младшая сестра Эпплджек, и устраивающую истерику Кейденс. Представив принцессу беспомощной и охваченной пламенем, я почувствовала себя немного лучше.

− Но вместо этого она давала уроки тебе, − тихо продолжила Кейденс. − Говорила, что у тебя большой потенциал. Надо было понимать, что у меня такого потенциала не было. Думаю, если бы... мы на самом деле попытались стать друзьями, вместо того, чтобы зыркать друг на друга с завистью, все было бы по-другому.

− Возможно, − прошептала я. − Но у меня бы не получилось. Я была сволочью. Я хотела, чтобы она принадлежала только мне. Хотела быть ее дочерью и ученицей одновременно. Чего-то одного было недостаточно.

− Ты сильно изменилась, − Кейденс протянула ногу и коснулась моего копыта.

− Мы разговаривали всего несколько минут, − я покачала головой. − Может, у моего сволочизма сегодня выходной.

− Нет, ты определенно изменилась. Прежняя Сансет Шиммер никогда бы не помогла Твайлайт с учебой. И никогда бы не признала, что была в чем-то неправа.

− Конечно, нет, − рассмеялась я. − Она была слишком гордой и глупой. А теперь я похожа на старую кобылу, рассказывающую о своем детстве.

− Есть что-то такое, хотя... − Кейденс усмехнулась. − Ты бы никогда не завела друзей. Не знаю, что тебя изменило, но кажется, что стало лучше. Несколько лет назад, если бы мы сели вот так, мы бы даже не заговорили друг с другом.

Я провела много лет, почти ненавидя Кейденс. Она, судя по всему, взаимностью мне не ответила, но я напугала ее настолько, что она стала меня избегать.

− Подожди минутку, − произнесла Твайлайт, возвращаясь к разговору после нескольких мгновений глубокой задумчивости. − Разве вы с моим братом не встречаетесь?

− Да? – ответила Кейденс, явно сбитая с толку вопросом.

− И вы познакомились в средней школе. Где… ты сказала, что все были вдвое моложе тебя, − Твайлайт нахмурилась. − Напомни, сколько тебе лет?

− Эй! Ух ты! У них в меню есть лавовый пирог! – принцесса сменила тему так быстро, что весь разговор перешел на галоп. − Давай закажем, и я разрешу тебе выпить кофе, если ты перестанешь задавать вопросы.

− Селестия считает, что мне нельзя пить кофе после инцидента в западном саду.

− Вот почему это подкуп, Твайлайт.

− ...договорились.

* * *

Это был первый раз, когда я видела, как пони почти буквально вибрирует. Сбилась со счета после того, как Твайлайт налила себе третью чашку кофе, и уже начала беспокоиться, что у нее может не выдержать сердце.

− Это потрясающе! Я должна пить кофе постоянно! Ты любишь кофе, Сансет? Он намного лучше, чем чай! − Твайлайт широко улыбнулась мне. − Чувствую себя просто великолепно, и мысли работают намного быстрее, и мне, вероятно, больше никогда не понадобится спать!

− Теперь понимаю, почему тебе не разрешают пить кофе, − фыркнула я. − Успокойся.

− С ней все будет в порядке, − улыбнулась Кейденс. − Знаешь, я поехала с ней, поскольку решила, что у нее есть тайный друг-жеребчик, которого она навещает.

− Не думаю, что ее заинтересует кто-то без содержания и послесловия, а у меня есть только содержание, − рассмеялась я.

− Ой! Я поняла! – Твайлайт запрыгала на своем стуле. − Это книжный каламбур! Содержание − это внутренние органы пони, но также в книгах есть содержание и...

− Это не смешно, если ты разъясняешь каламбур, Твайлайт, − я покачала головой и улыбнулась.

− Все в порядке! Я знаю еще больше книжных каламбуров! Сотни! И все они о книгах! Например, эм, эм, мой психотерапевт сказал, что у меня так много проблем, что я таскаю с собой весь классификатор!

− Она почти так же плоха, как розовая, когда дорвется до кофе… − пробормотала я.

− Розовая? − Кейденс вскинула бровь.

− Не ты. В городе есть одна пони… не бери в голову. В любом случае я никогда не слышала, чтобы Твайлайт говорила о каких-нибудь жеребчиках. Или кобылках. Я даже не знала, что она знакома с тобой.

− Она очень похожа на тебя. Одержима учебой и магией, − принцесса протянула копыто, чтобы взъерошить гриву Твайлайт. − Хотя у нее нет твоей уверенности. Думаю, Селестия взяла ее к себе отчасти потому, что вы двое были так похожи. Она надеялась, что ты вернешься и вы сможете стать друзьями.

Я слегка улыбнулась.

− Ты права насчет того, что мы с ней похожи. За исключением того, что Твайлайт умнее меня.

Кейденс моргнула, услышав подобное.

− Не думала, что ты когда-нибудь...

− Признаюсь, что кто-то другой в чем-то лучше меня? − выражение Кейденс сказало мне все. − Да. Знаю. Мне тоже было нелегко смириться с тем, что меня заменили. И она намного лучше разбирается в теории магии, чем я. Мне никогда не нравилось заниматься математикой.

− Это неправда, − заявила Твайлайт. − Ты великолепна в математике! Ты только на прошлой неделе рассказала мне о высокоэнергетических продуктах тауматургического распада!

− И это, можно сказать, мой потолок в магической теории, − вынуждена была признать я. − Это с учетом, что у меня на десять лет больше опыта, чем у тебя. Ты выучила все это в два раза быстрее меня, и знаешь больше заклинаний, чем я.

− Ну… я... − Твайлайт начала колебаться.

− Не думаю, что найдется многое, чему я тебя могу научить.

− Нет! − крикнула единорожка, вскакивая и ставя передние ноги на стол. Хорошо, что само наше нахождение тут уже было скандальным событием, потому что в противном случае подобное можно было бы считать попыткой устроить сцену. − Ты не можешь просто... Я учусь быстрее с твоей помощью!

− Да, слишком быстро, − хмыкнула я. − Ты уже переросла меня.

− Э-это неправда! Ты единственная, с кем я могу поговорить! И ты... − Твайлайт замолчала, покраснев. Я вскинула бровь. − У меня не так много друзей и...

Что ж, по крайней мере, в этом есть смысл. Если она была хоть в чем-то похожа на меня, то, вероятно, игнорировала остальных учеников в школе. По здравому размышлению, возможно, отчасти в этом была и моя вина. Последние несколько лет единорожка тратила много времени либо на то, чтобы писать мне, либо пытаясь найти способы сохранить нашу переписку в тайне. Возможно, я непреднамеренно превратила ее в еще большую затворницу, чем была сама. Отлично. Еще и это на моей совести.

− Знаешь, − вмешалась Кейденс, прерывая мой внутренний монолог, − то, что тебе больше нечему ее учить, не значит, что вы должны перестать быть подругами.

− Я просто... не хочу, чтобы что-то менялось, − пробормотала Твайлайт.

− Иногда перемены – к лучшему, − отметила принцесса. − Помнишь, когда ты была так напугана своим поступлением в школу Селестии для одаренных единорогов? Ты не хотела выходить из дома, по крайней мере, до тех пор, пока не увидела их библиотеку.

− Но учеба − это то, чем мы занимаемся, когда собираемся вместе! И… мне нравится, когда Сансет помогает мне, − Твайлайт уставилась в свою чашку с кофе, найдя предлог, чтобы не встречаться с кем-то из нас взглядами.

− Сансет, у тебя, вероятно, нет доступа к новым учебникам или публикациям по магии, − произнесла Кейденс, поворачиваясь ко мне.

Я кивнула.

− У меня нет ничего свежее изданного тысячу лет назад. Увлекательное чтение с исторической точки зрения, и там есть ряд настоящих жемчужин, но не сравнится с современными исследованиями, где магию рассматривают как науку, а не искусство.

− Я так и предполагала. Но знаешь ли, у Твайлайт есть доступ ко всем современным изданиям. Если бы ты хотела быть в курсе последних событий...

− Ты хочешь, чтобы Твайлайт начала учить меня, − сказала я, приподняв бровь. − Думаю, в этом есть смысл.

− Если только ты не имеешь ничего против обучения у кого-то моложе себя…

− Нет, дело не в этом, − ответила я, улыбаясь Твайлайт, чтобы успокоить ее. − Я просто не хочу взваливать на нее еще что-то. Ей нужно беспокоиться о своей собственной учебе...

− Все в порядке! – практически закричала единорожка. − Я в том смысле, учить чему-то − лучший способ убедиться, что ты и правда разбираешься в вопросе, верно? Так что все в порядке.

Она переводила взгляд с меня на Кейденс.

− Я, эм-м-м-м... Мне нужно начать работать над планом обучения и списком…

− Просто не забудь сначала сосредоточиться на своей учебе, − прервала ее я. – Мне же не нужно беспокоиться о промежуточных или выпускных экзаменах.

Твайлайт прищурилась, глядя на меня.

− Еще как нужно.

* * *

Нам удалось оторваться от толпы, когда Кейденс отвлекла их раздачей автографов и дала несколько общих романтических советов паре пони. Мы с Твайлайт сидели у озера, ожидая принцессу, хотя единорожка, казалось, из-за чего-то нервничала.

− Уверена, с ней все будет в порядке, − сказала я. − Не похоже, что Кейденс боится внимания.

− Знаю, − простонала Твайлайт, потирая голову. − Я просто… От кофе я нервничаю, и у меня от кофеина уже голова болит. И я никогда никого не учила. Как я могу быть хорошим учителем, если я сама еще ученица?

Я заметила признаки начинающейся паники. Распознать их было легко, поскольку я была, можно сказать, экспертом по паническим атакам.

− С тобой все будет в порядке. Просто будь терпелива со мной. Я не такая умная, как ты.

Улыбка в сторону единорожки. Она покраснела и отвела взгляд.

− Это неправда. Ты была ученицей Селестии, − Твайлайт вздохнула. − Кроме того, я бы уже знала, если бы ты не была умной.

− Да... − я вздохнула. Некоторое время мы молчали. Обычно это было удобно. Ни одна из нас не была по-настоящему общительной пони, и в последний раз, когда она приезжала, мы провели часы в тишине, просто читая книги вместе. Однако сейчас молчание становилось напряженным.

− Ты когда-нибудь жалела, что ушла? Я к тому, что Кейденс не ошибается. Думаю, ты могла бы вернуться. Хотя, конечно, я принцессу не спрашивала, так как не хочу, чтобы она знала, что я знаю о тебе.

− ...Да, − ответила я, пожимая плечами. − Иногда. Но куда больше жалею о том, какой разочаровывающей была. Даже если Селестия простит меня, я просто не могу снова встретиться с ней лицом к лицу.

− Почему?

− К тому времени, как я на самом деле осознала, что натворила, было слишком поздно просить прощения. Я долгое время боялась, что она арестует меня за проникновение в запретную секцию библиотеки и изучение темной магии без разрешения или надзора, − я прикусила губу. − Знаю, что она этого не сделает. Но прошло слишком много времени, и всякий раз, как я думаю, чтобы увидеть ее... Ну, ты знаешь, что такое панические атаки.

Твайлайт кивнула. Я взглянула на небо, вздрогнув, когда увидела солнце.

− Хуже всего то, что из-за прошедшего времени я беспокоюсь о том, чтобы извиниться, потому что прошло так много времени, и... это похоже на какую-то идиотскую обратную связь. Потому что я идиотка. Видишь, почему я не боюсь признать, что ты умнее меня?

− Не чувствую себя умнее. Я чуть все не испортила, потому что не смогла придумать оправдание для Кейденс.

− Ну вообще-то, я рада, что она пришла. Я смогла снять груз с души, поговорив с ней. Есть много пони, которые заслуживают моих извинений.

Твайлайт вздохнула и прижалась ко мне.

− Просто хотела, чтобы у нас было больше времени побыть наедине. Всю дорогу сюда она не давала мне покоя, выясняя, нет ли у меня тут дружка-жеребчика.

− У ЭйДжей довольно симпатичный старший брат, если хочешь, я могу устроить вам свидание… − пошутила я. Единорожка в ответ сердито зыркнула.

− Не надо. Кейденс тоже уговаривала меня сходить на свидание. В прошлый раз оно было с принцем Блюбладом. Он достаточно милый, но у нас нет ничего общего.

− Блюблад? − я рассмеялась. − Помню его. Он был милым. Хотя на самом деле больше раздражал. Говорил только о себе и своей семье. В ту же секунду, как узнал, что я сирота, он не захотел иметь со мной никаких дел. Это был единственный раз, когда я подожгла пони, и Селестия не стала ругаться.

− Ты поджигала пони не один раз?

− Говорила же, что я ведьма, разве нет?

Твайлайт вздохнула и прижалась ко мне сильнее. Надеюсь, что не вгоняю ее в депрессию своими россказнями.

− Раньше ты все время говорила, что винишь в произошедшем Селестию. Ну, что она не было достаточно прямолинейна в своих действиях, − Твайлайт копалась в траве, помахивая хвостом. Я ждала, к чему она ведет. − В последнее время ты просто винишь себя. Что-то случилось?

Не уверена, как на это ответить.

− Не знаю, − пожала я плечами. − Ты же знаешь, что я ученица шаманки?

Твайлайт кивнула.

− Я отправилась в духовное путешествие. Для этого есть зебринское слово, но не помню его. Я видела... – от воспоминания о демонической сущности с моим лицом, я вздрогнула. − Я увидела, какой ужасной была внутри.

− Ты не ужасна! − Твайлайт потерлась носом о мою шею. От такого я покраснела. Надо рассказать ей о личном пространстве. Или пусть этим займется Кейденс.

− Твайлайт, я помню, как сильно напугала тебя, когда ты была здесь в прошлый раз. И не притворяйся, что этого не было. Есть части меня, которые мне самой не нравятся, и я сама должна признать, что они есть, прежде чем смогу с ними хоть что-то сделать. Да, я убедила себя, что Селестия не доверяла мне, но это было не так. Я не заслуживала доверия. Тартар побери, после того, как я уснула с тем гриппом, мне приснился сон, в котором... – я мотнула головой. − Неважно.

− Что за сон? − спросила Твайлайт со странной осторожностью.

− Это не важно. Просто глупый сон. Он просто... заставил меня еще больше осознать, что я была виновата. Или что мы обе были виноваты. И я, и Селестия совершали ошибки, − я улыбнулась единорожке. − Не думаю, что у вас будет так же. У тебя получилось намного лучше, чем у меня.

− Я постоянно нервничаю. Всегда составляю списки, потому что это единственный способ справиться со стрессом. Ты считаешь себя ужасной, но когда я смотрю на тебя, то вижу уверенную в себе и умную кобылу, у которой больше опыта, чем у меня.

Я открыла рот, чтобы ответить, но остановилась, когда Твайлайт придвинулась ближе, уткнувшись лицом мне в шею.

− Вот почему я не хочу, чтобы ты перестала учить меня, или быть моей подругой, или… − единорожка всхлипнула. − Тебе не обязательно возвращаться в Кантерлот. Я не против навещать тебя здесь.

− Я не перестану быть твоим другом, − ответила я, заключая Твайлайт в объятия, прежде чем она упала. Последнее, что нам обоим было нужно, − это приступ паники. − Я обещаю.

Она вцепилась меня, и мы просто обнимали друг друга. Твайлайт медленно начала успокаиваться и вздохнула.

− Это, наверное, единственный раз, когда мы будем наедине. Эм... я хотела тебя кое о чем спросить, но не хотела делать это в присутствии Кейденс. Это слишком... личное.

Единорожка подняла на глаза, ее щеки покраснели.

− Лучше спрашивай сейчас. Никто не знает, через сколько времени она отобьется от толпы.

− Просто, ну... я много думала и проводила исследования по смежным темам и даже спросила Кейденс кое о чем, хотя не думаю, что она поняла о чем я, основываясь на ее ответах...

− Просто, наконец, спроси, Твайлайт, − я хихикнула. − Если дело в странных ощущениях в роге, то это потому, что магическое ядро немного меняется, когда ты привыкаешь использовать больше маны за раз.

− Дело не в роге! Ну в том смысле, что иногда странные ощущения бывают, но я бы обратилась с этим к врачу, хотя даже это излишне, поскольку у меня есть справочники, но, эм-м-м, это больше о других странных ощущениях.

Единорожка глубоко вздохнула, собираясь с духом.

Ветки над нами зашуршали.

Мы оба подняли глаза и увидели Кейденс, сидящую с широкой кошачьей улыбкой.

− Не обращайте на меня внимания! − взволнованно проворковала она. − Продолжайте! Вы практически дошли до интересной части!

Мы с Твайлайт поспешно разорвали объятия, к большому разочарованию принцессы.

− Как долго ты тут сидишь? – спросила я. Твайлайт была слишком занята, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие гордости и самообладания, чтобы что-то говорить.

− Не так давно. Просто не хотела вас беспокоить, − Кейденс спустилась к нам. − Если хотите, я могла бы сходить взять чего-нибудь попить, может быть, вернуться более живописным маршрутом, дать вам примерно час, чтобы поговорить наедине...

Твайлайт помотала головой.

− Н-нет. Это не важно. Эй, как насчет того, чтобы глянуть на замок Сансет?

По шее единорожки стекал пот. Намек понятен. Она просто хотела полностью сменить тему. Мне пришлось бы ждать, пока она успокоится достаточно, чтобы все же выложить, что у нее на уме, и, вероятно, этого не случится, если Кейденс будет шнырять поблизости.

− Ладно. Мы можем отправиться туда. Однако, принцесса, если собираешься остаться на ночь, у меня там есть только две кровати. Нам нужно будет...

− Все в порядке! – воскликнула Твайлайт. − Кейденс может занять комнату для гостей, так как она принцесса! Мы можем, эм, что-нибудь придумать. Наверняка.

− Хорошо, − я пожала плечами.

− Знаешь, мне бы не помешало несколько уроков магии, − вставила Кейденс.

− Я помогала Твайлайт, потому что она в этом нуждалась. У тебя больше магии, чем у нас обеих, вместе взятых, − я фыркнула. − Кроме того, разве не ты, прямо сегодня, рассказывала нам о том прекрасном образовании, которое Селестия заставила тебя получить?

− Ну, я изучала магию не так глубоко, как... другие предметы.

− Типа, анатомии?

− Сансет!

Кейденс даже немного покраснела.

− В этом есть смысл, − кивнула Твайлайт. − Папа всегда говорил, что Кейденс учила моего брата анатомии. Думаю, в Королевской гвардии от них требуется знать правила оказания первой помощи...

Я покатилась со смеху, когда Кейденс густо покраснела и закрыла лицо копытами. Может быть, сегодня был не такой уж и плохой день.

## Глава 9. Легенда о конце тысячелетия

Должна признать, что, учитывая ум Твайлайт и необузданную мощь Кейденс, я начала понимать, насколько раздутым было мое эго. Конечно, я все еще была сильнейшим единорогом в Эквестрии, но если уж на то пошло, мы трое были более или менее равны. Принцесса могла бы в конечном итоге превзойти нас, если бы использовала свой рог для чего-то другого, кроме как заставлять пони целоваться.

Я была удивлена, как мало все это меня волновало. Думаю, раз уж ты выбыла из гонки, не имело значения, кто в итоге победил. Селестия, по крайней мере, выбрала хорошую преемницу вместо меня.

− Сансет! Скоро случится что-то ужасное, и никто, кроме меня, не воспринимает это всерьез!

Беру свои слова назад. У Твайлайт все еще есть некоторые проблемы. Например, ее склонность впадать в параноидальную панику при малейшем поводе.

Я потерла переносицу, и прежде чем ответить, повернулась, чтобы посмотреть на книгу и успокоиться.

− Твайлайт, лучше бы это не было похоже на тот случай, когда ты убедила себя, что одна из статуй в саду − это заточенный бог хаоса, который вот-вот вырвется на свободу и убьет всех нас.

Она пыталась уговорить меня поехать в Кантерлот, чтобы подтвердить ее подозрения. Во дворец. Не уверена, планировала ли Твайлайт что-то или просто слегка рехнулась от волнения.

− Те пророчества были настоящими! Но это важнее, и я не собираюсь спорить с тобой. Селестия выгоняет меня из дворца!

От услышанного у меня грива встала дыбом. Я ринулась к книге, дабы убедиться, что заклинание преобразования текста в речь не сбойнуло. Когда увидела, что там на самом деле так и написано, то дыхание в груди сперло. Это была моя вина?

− Что случилось?! − приближался приступ паники. − Это из-за меня? Она узнала? Просто извинись и... и вали все на меня! Мое ужасное влияние! Я возьму на себя всю ответственность!

− Она хочет, чтобы я гуляла и заводила друзей вместо того, чтобы учиться!

Я с облегчением села на пол. Итак, Твайлайт наконец-то дошла до той точки в обучении, где я начала делать ошибки. К счастью, я точно знала, где ошиблась, и могла убедиться, что единорожка не закончит так же, как и я.

− Делай, что она говорит, − вздохнула я. − Поверь мне. Это намного проще, чем спорить с ней, а иметь друзей очень даже неплохо. Если бы не ты и другие пони, которых я встретила, я уже давно сошла бы с ума.

Конечно, я жила в разрушенном замке и разговаривала с книгой. Может быть, я уже сошла с ума и не заметила этого.

− Ты тоже не понимаешь! Послезавтра будет тысячное празднование Дня летнего солнцестояния!

Я подождала, пока она скажет что-то еще или мне все станет понятно. Этого не произошло.

− И?

− И согласно сборнику предсказаний, Найтмэр Мун, Кобыла на Луне, вернется и погрузит Эквестрию в вечную ночь!

Я встала и отряхнулась. У меня было довольно хорошее представление о том, что происходит. Твайлайт нашла жуткую историю и слишком резко отреагировала. Опять. Как с этим бороться было понятно − просто отвлекать ее, держать подальше от всего взрывоопасного и ждать, пока единорожка поймет, что все это время была неправа. По крайней мере, на этот раз нам не надо искать заклинание, чтобы отрастить гриву, прежде чем кто-нибудь обнаружит, что она сгорела.

− Послушай, Твайлайт, тебе не кажется, что, возможно, если бы это было правдой, то Селестия уже знала бы об этом и у нее был бы план? Она не глупа.

− Я попыталась поговорить с ней, и она отмахнулась от меня! От меня! Вместо того, чтобы отнестись к пророчеству серьезно, она хочет, чтобы я занялась для нее подготовкой праздника.

− Что ж, тогда этим и займись.

Я вздохнула и вернулась к тому, чем занималась. К варке зелья и приготовлению обеда. И я умудрилась забыть, где что. Иногда из меня просто ужасная ведьма. Будем надеяться, что обед в правом котелке, поскольку в противном случае я буду не меньше недели синей.

− У меня не такой уж большой выбор. По крайней мере, ты мне со всем этим сможешь помочь.

Я закатила глаза и покачала головой.

− Твайлайт, ты забыла, что я не люблю путешествовать?

− Нет. Хорошая новость в том, что празднование будет в Понивилле!

− Селестия приедет сюда?! − я уронила ложку.

− Хм, наверное стоило с этого и начать, да?

* * *

Я расхаживала взад-вперед перед библиотекой, плотнее запахнув плащ. Предстояло принять трудное решение − дождаться появления Селестии, прежде чем бежать, или уйти прямо сейчас, чтобы получить фору? Неприятно было признавать, но я в некотором роде привязалась к городу, и будет трудно найти место безопаснее старого замка.

Безопасное в плане избегания заклинаний обнаружения. Было много мест, более безопасных, чем заколдованные руины посреди леса, настолько напичканного дикой магией, что большинство единорогов не могли даже на опушку зайти, не заработав головную боль. И это даже если не упоминать ловушки. Я решила не исследовать большую часть замка после того, как потайной ход с горкой чуть не сбросил меня в ущелье снаружи.

Мне просто нужно было успокоиться. Я посмотрела на небо.

И увидела королевских гвардейцев.

− Нет!

Успокоение на сегодня отменено. Пришло время пережить оставшуюся часть этой панической атаки. Я телепортировалась, прежде чем окончательно потеряла концентрацию. К сожалению, в режиме слепой паники с точностью наведения заклинания телепортации возникли проблемы, и я оказалась в ветвях библиотечного дерева. Можно было бы пошутить, что местному ответвлению их сети филиалов не хватало магических поступлений, но я свернулась калачиком и старалась не шевелиться, чтобы стражи меня не заметили, не арестовали, не утащили в подземелье и не сделали со мной другие ужасные вещи.

− Сансет Шиммер? – словно издалека раздалось мое имя. − Где она? Мы же должны были здесь встретиться…

Мои копыта начали соскальзывать. Пони для жизни на деревьях не слишком приспособлены, как доказала моя быстро слабеющая хватка. Как перезрелый, перепуганный фрукт, я рухнула, устремившись к земле, пока падение не было прервано магическим полем другого единорога.

− Вот ты где! – голос Твайлайт был излишне радостным. − Что ты делала на дереве?

− А что ты делала с королевской гвардией?! − возразила я, вздрогнув. Единорожка поставила меня на копыта и прикусила губу.

− А я говорил тебе, что нам следовало взять воздушный шар, − проворчал Спайк, спрыгивая со спины Твайлайт. − Не волнуйся, Сансет. Они улетели. Твайлайт просто не подумала заранее, как это будет выглядеть.

Я глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Это было нелегко.

− У меня есть подробный план, − произнесла единорожка, и перед ней возник очередной список. − Мы займемся подготовкой к празднованию Дня летнего солнцестояния, а затем, как только все будет готово, мы приступим к сбору информации про Элементы Гармонии, поскольку они − единственное, что может остановить Кобылу на Луне!

Я приподняла бровь.

− Элементы Гармонии… Я уже где-то слышала о них раньше... − мне показалось, что о них я должна знать.

− А как насчет второго задания от принцессы? – спросил дракончик. − Ну, знаешь, завести друзей?

− Спайк, судьба Эквестрии не зависит от того, заведу я друзей или нет! Кроме того, у меня есть друзья. Мой брат, Кейденс и Сансет! – тычок копытом в мою сторону. − Видишь? Куча друзей!

− Я имею в виду друзей, которые не являются твоими родственниками, нянькой или учителем... Забудь, – дракончик вздохнул.

− Вот, − Твайлайт передала ему свиток. − Ты отвечаешь за контрольный список. Что там первое?

− Хм... номер один, подготовка к банкету: ферма «Сладкое яблочко».

* * *

Ферма «Сладкое яблочко». Вероятно, она была тут с основания Понивилля. По крайней мере, большая ее часть. Амбар перестраивали каждые год или два. Дела с ним были настолько плохи, что Эпплджек заставила меня провести исследование и проверить, нет ли под ним древнего захоронения оленей, цыганского проклятия или гремлинов. Проклятий я не нашла, а вот термиты обнаружились. Что привело к тому, что амбар был снесен и перестроен заново. В очередной раз.

− Здаров, сахарок! – крикнула Эпплджек, размахивая копытом, когда мы подошли к ферме. Судя по толпе пони, занятой делами, она, похоже, позвала всю семью, чтобы помочь с подготовкой к фестивалю.

− Привет, Эпплджек! − крикнула я в ответ, улыбаясь.

Мы обнялись при встрече. Твайлайт подошла сзади и кашлянула.

− Добрый день. Меня зовут Твайлайт Спаркл и...

− Ну, привет, мисс Твайлайт! – земнопони схватила копыто единорожки и пожала его. − Приятно с тобой познакомиться! Я Эпплджек. Мы здесь, на ферме  «Сладкое яблочко», любим заводить новых друзей, и друг Сансет − наш друг!

− Так вы двое... знаете друг друга? − Твайлайт нахмурилась.

− Лягать-колотить, Сансет практически член семьи, раз так часто тут бывает, − Эпплджек обхватила меня копытом за плечи. − Итак, чем могу помочь?

− Ты меня сдавила сильнее, чем Кейденс, что и неудивительно, − пробормотала я. На это Спайк хихикнул.

− Н-ничем, − пролепетала Твайлайт. − На самом деле я здесь, чтобы проконтролировать подготовку к празднованию Дня летнего солнцестояния. Судя по плану, ты отвечаешь за еду?

− Конечно, сахарок! Хочешь попробовать?

Твайлайт замялась, поэтому я кашлянула.

− Поверь мне, лучше ее семьи в городе вряд ли кто готовит.

− Ну, можно наверное… − промямлила Твайлайт. Эпплджек потащила ее в сторону и начала знакомить со всеми. Спайк вздохнул и сел рядом со мной.

− Почему бы тебе тоже не перекусить? Яблочные оладьи очень даже, и я знаю одного дракона, который любит жареное.

Я подхватила тарелку с подноса и левитировала поближе.

− Спасибо, Сансет, − дракончик попробовал и довольно заурчал. – А действительно вкусно!

− Ну а я о чем? – фыркнула я. – Твайлайт что, снова тебя забыла покормить?

− Шутишь? − Спайк закатил глаза. − В последние дни это я должен следить за тем, чтобы она ела. Твайлайт стала настолько одержима исследованиями, что забывает есть по два дня подряд!

− Да уж, похоже на нее, − вздохнула я.

− Эй, хотите остаться на второй завтрак? − спросила Эпплджек, перекрикивая меня.

− Конечно! – ответила я, прежде чем Твайлайт успела сказать «нет». Ни одна здравомыслящая пони не откажется от бесплатной еды.

* * *

− О еде позаботились, − отметил Спайк, ставя галочку в контрольном списке. − Дальше − погода.

− Кажется, я сейчас лопну! − Твайлайт застонала. − Я съела слишком много пирога...

− Большая часть которого осталась у тебя на мордочке, − рассмеялась я. – Мне казалось, ты училась застольным манерам у принцессы.

− У меня безупречные застольные манеры! − запротестовала Твайлайт. − В Грифонии считается верхом хорошего тона есть быстро и неаккуратно, потому что это показывает твою признательность повару.

− К сожалению, мы не в Грифонии. Это Эквестрия, где единороги изобрели столовое серебро только для того, чтобы им не приходилось касаться еды непосредственно с помощью магии.

− Местную погодную пони зовут… Рэйнбоу Дэш, − сообщил Спайк, сверяясь со списком.

− Да, ее повысили пару недель назад. Прошлый начальник совсем расслабился и чуть не покалечил кучу пони. Дэш удалось спасти положение, о чем она, без сомнения, неоднократно упомянет, поскольку вы еще не слышали ее «потрясную историю».

− Ну, работа у нее не очень хорошо получается, − отметила Твайлайт, указывая на небо. Оно все еще было усеяно облаками после вчерашнего ливня.

− Спит, наверное, где-нибудь, − вздохнула я. − У большинства пони из погодной команды выходной из-за праздника.

Я отошла в сторону, чтобы осмотреть близлежащие облака в поисках ярких цветов, и едва избежала радужной полосы. Твайлайт повезло меньше, она кувыркнулась через голову, прямо в грязную лужу.

− Ай! – воскликнула единорожка. Я не смогла удержаться от смеха. Она была покрыта грязью с головы до копыт.

− Извиняюсь, − Рэйнбоу Дэш выбралась из лужи, отряхиваясь как собака. − Я целилась в Сансет. Она мне задолжала за ее шутку со взрывающимися обручами.

− Они не должны были взрываться, Дэш. Я уже говорила тебе, что ты летела к ним слишком близко и заклинание огня получило подпитку от твоей магии полета.

Мне так и не удалось до сих пор понять, как именно. Либо я сделала что-то не так, либо Дэш, пытаясь установить рекорд, использовала слишком много магии.

Обручи, естественно, были прокляты. Предполагалось, что от их воздействия перья пегаски побелеют, а голос станет как у цыпленка. Взрываться они были не должны. В следующий раз я все сделаю правильно.

− Верю-верю, − фыркнула Дэш. − Сейчас вернусь.

Она исчезла в мгновение ока. Твайлайт повернулась ко мне со свирепым взглядом.

− Ты уверена, что она управляет погодной командой, а не просто местная хулиганка?

− Местная хулиганка − это я. Идет в нагрузку к должности ведьмы.

− Стой смирно! − раздался голос сверху.

Рэйнбоу Дэш смотрела на нас вниз с почти израсходованного дождевого облака. Пегаска несколько раз подпрыгнула на нем, и облако разом выдало все остатки, обрушив поток воды на Твайлайт.

− Полагаю, это лучше, чем грязь… − вздохнула единорожка.

− Нет, подожди, сейчас еще и подсушим!

Пегаска снизилась и начала летать вокруг Твайлайт достаточно быстро, чтобы сформировать миниатюрный торнадо, вытянувший воду и оставивший единорожку идеально сухой.

− Эм... − я посмотрела на гриву Твайлайт. − Не, промолчу.

На голове у нее было гигантское подобие вороньего гнезда. Сомневаюсь, что ее это волновало.

− Круто, правда? − Дэш посмотрела на меня в поисках одобрения.

− Дай угадаю, ты Рэйнбоу Дэш, − вздохнула Твайлайт.

− Единственная и неповторимая. Дай угадаю, Сансет тебе все обо мне рассказала.

− Что она мне рассказала, так  то, что именно ты отвечаешь за погоду. Я Твайлайт Спаркл, и принцесса послала меня проверить готовность, − единорожка потерла висок. Даже я могла видеть, что у нее начинается мигрень.

− Да, да, − отмахнулась пегаска. − Я разберусь с погодой.

− На это нет времени! − закричала Твайлайт. – Все нужно сделать сегодня!

− Нет времени? − Дэш ухмыльнулась. − Я покажу тебе «нет времени»!

Она взлетела, ринувшись к редким облачкам. Я наблюдала, как радужный след перескакивает от одного к другому, превращая их в пар (ну, в более рассеянный пар, чем обычное облако) при малейшем прикосновении. Дэш вернулась раньше, чем можно было десять раз быстро произнести «Вандерболты». Что, я была почти уверена, пегаска и делала, пока летела, просто чтобы поддерживать темп.

Последнее облако взорвалось, и она спланировала к нам с ухмылкой.

− Вот! – заявила она, тяжело дыша. − Абсолютно чисто! Время отметила, Сансет?

− Десять с половиной, − мордочка Дэш вытянулась. − Шучу. Девять целых восемь десятых. И ты бы справилась быстрее, если бы не делала мертвые петли.

− Без них нельзя. Все дело в стиле и скорости. Потусим позже!

Дэш махнула копытом и снова взлетела.

− Она потрясающая! − пробормотал Спайк.

− Она ленивая, − вздохнула Твайлайт.

− У нее есть фора, − заметила я. Твайлайт и Спайк повернулись ко мне, поэтому пришлось продолжить объяснения. − Если бы она пошла в гвардию или к летунам, она, вероятно, уже была бы «Вандерболтом». Дэш бросила школу, чтобы переехать сюда.

− Бросила школу?! − выражение лица Твайлайт сменилось маской абсолютного ужаса.

− Она хотела держаться поближе к своей лучшей подруге. Флаттершай чуть не погибла в результате несчастного случая, и… Дэш отчасти винила себя за то, что ее рядом не было. Однажды она сказала мне, что для нее быть по-настоящему хорошей пони и другом означает просто быть рядом каждый день, несмотря ни на что.

− Это все равно не причина бросать учебу, − произнесла Твайлайт. − Я к тому, что как кто-то может уважать кого-то...

− Я тоже бросила учебу, как ты, наверное, помнишь. Буквально. В ущелье. С быстрой горной рекой.

− Но это... другое, − пробормотала единорожка, краснея.

− Мне надо перекинуться парой слов с Дэш. Я вас догоню, − сообщила я им с улыбкой. Твайлайт кивнула и потрусила прочь, глядя в землю и что-то бормоча.

Я догнала пегаску возле городской площади. Она покупала гамбургер с сеном фри, как всегда делала после того, как повыпендривалась.

− Привет, Сансет! – заорала Дэш, маша копытом, как только заметила меня. Я нахмурилась и пошла быстрее.

− Дэш, я пытаюсь не высовываться. Ты это знаешь, − я свирепо посмотрела на нее. − Это значит, что ты не должна орать мое имя на весь город, особенно если у Селестии есть секретные агенты, которые меня ищут!

− Да… хотя я все еще думаю, что ты, типа, развела тут паранойю на этот счет, − пегаска закатила глаза. − Кстати, о странных пони, твоя подружка вроде как заучка.

− Твайлайт не заучка. И она мне не подружка.

− Значит, вот какой порядок твоих приоритетов, да? − Дэш рассмеялась.

− Послушай, Дэш, мне нужно, чтобы ты оказала мне услугу. У вас же есть грозовые тучи, чтобы устроить большую грозу, для рассеивания всей слабенькой погодной магии?

− Она запланирована на следующую неделю, − пожала плечами пегаска. − Но да. Клауд Кикер и Тандерлейн вчера приволокли их на склад. Затем провели остаток дня, препираясь друг с другом…

− Дэш, я абсолютно не желаю слышать об этом, − оборвала ее я. − Ты знаешь, что за ту услугу ты мне должна?

− Какую еще услугу? − пегаска нахмурилась.

− Ту, где я притворилась, что ты помогала мне с исследованиями и тебя ударило током от конденсатора, так что тебе не пришлось объяснять, почему у тебя были электрические ожоги…

− Да тише ты! − прошипела Дэш. − Пони смотрят! Да! Отлично! Услуга!

− Отлично, − улыбнулась я. − Теперь давай поговорим об этих грозовых облаках...

* * *

Я услышала крик, доносившийся из ратуши. Крик, которые хладнокровные ученые могли бы классифицировать как нереально ужасающий и горестный. Я часто слышала его за последние несколько лет и вошла в здание, не особо волнуясь.

Рэрити пребывала в крайнем расстройстве.

− О, звезды, дорогуша! Что случилось с твоей coiffure?! − она указала на гриву Твайлайт. Единорожка взглянула на испорченную прическу и пожала плечами. Она заботилась о своей гриве так же, как и я − в глаза не лезет и ладно.

− С гривой? Это довольно долгая история. Если ты просто подпишешь бумагу с планом оформления к празднику, я не буду тебя отвлекать.

− Отвлекать меня? А как же твоя грива? Нет, я просто должна это исправить. Все даже хуже, чем когда Сансет Шиммер пришла в день открытия моего бутика, а у нее в гриве жило несколько мелких грызунов! − Рэрити сделала паузу. − Это у всех ведьм такая проблема?

− Я не ведьма, − запротестовала Твайлайт. − Принцесса прислала меня из Кантерлота...

− Из Кантерлота?! − Рэрити ахнула. − О, нам будет о чем поговорить!

Рэрити начала выталкивать Твайлайт, уводя её, чтобы, как я поняла, создать ей новую скопытсшибательную стильную укладку.

Твайлайт оглянулась на меня, протягивая копыто в мольбе о помощи. Я лишь помотала головой. Ничего тут не поделать. Когда Рэрити утащила единорожку прочь, я села и оглядела ратушу. Флаги и украшения были повсюду, и Рэрити освободила помещение от других пони, чтобы она могла без лишней суеты поработать.

Я ухмыльнулась. На самом деле в историю про Найтмэр Мун я не верила, но можно было с уверенностью сказать, что Селестия будет тут. Я точно знаю, что не смогу сравниться с ней в силе, но, где она будет стоять, было известно, и у меня было по крайней мере несколько часов, пока Рэрити будет заниматься гривой Твайлайт.

Я потерла копыта и принялась за работу.

* * *

Я украдкой заглянула в список Твайлайт, так что довольно хорошо представляла, где она может быть. Там было имя Флаттершай, и, если повезет, они будут стеснятся и молчать друг на друга достаточно долго, чтобы настроение Твайлайт улучшилось к тому времени, когда она вернется в библиотеку. Это если она вообще сможет найти Флаттершай.

Я была неправа. О, как же я была неправа.

− ...и это история всей моей жизни! Ну, вплоть до сегодняшнего дня. Хочешь, я расскажу о сегодняшнем дне? − Спайк улыбнулся, не переставая говорить. Флаттершай трусила за Твайлайт, очарованная детенышем дракона. Можно было не удивляться. Пегаске нравилось знакомиться с новыми животными, особенно с экзотическими, такими как драконы или химеры.

− О да, пожалуйста! − радостно ответила Флаттершай.

Твайлайт взглянула в сторону библиотеки.

− Сансет! Вот и ты! − она заметила меня и одарила измученной и несколько маниакальной улыбкой. − Ну, вот тут я и остановилась, и моему бедному дракончику нужно поспать.

Единорожка ссадила Спайка со спины и подтолкнула к двери с такой силой, что тот споткнулся.

− Он так устал, что едва держится на ногах. Сансет, как насчет того, чтобы ты помогла мне уложить его в уютную, мягкую кроватку, где мы сможем провести исследование и предотвратить конец света!

− Не знаю, действительно ли кровати помогают предотвратить конец све... − начала Флаттершай, но Твайлайт, прежде чем зайти внутрь, зыркнула на нее так, что пегаска лишь пискнула.

− Извини за это, Флаттершай, − произнесла я. − Она просто немного на взводе. Твайлайт плохо справляется с давлением, и... ну, ты знаешь, каково это.

Пегаска кивнула.

− Надеюсь, что она почувствует себя лучше перед празднованием.

− Уверена, так и будет, − улыбнулась я в ответ. − Только не жди, что я буду там после появления Селестии.

− Понимаю, − улыбнулась Флаттершай. − Уверена, что если ты вежливо попросишь, Пинки Пай оставит для тебя немного торта и пунша.

− Кстати о ней, − я огляделась по сторонам. − Не видела Пинки весь день. И я была с пони, с которой она раньше не встречалась. Похоже, подготовка к празднику солнцестояния заняла все ее внимание.

− СЮРПРИЗ!

− Забудь. Думаю, я догадалась, куда делась Пинки.

− Может, стоит… − начала Флаттершай.

− Да. Вероятно. Может быть, я смогу удержать Твайлайт от использования заклинания сотрясающего взрыва, способного забросить всех пони в Бесплодные земли.

* * *

Оказалось, что на самом деле мне вообще не нужно было беспокоиться об этом. Твайлайт сбежала с вечеринки, закрывшись в одной из комнат. И свое мнение о сюрпризной вечеринке она высказала не очень вежливо. Мы действительно очень похожи.

− Думаешь, ей музыка не понравилась? − обеспокоенно спросила Пинки. − Я могу поставить что-нибудь другое! Может, какую-нибудь польку?

− Она просто неважно себя чувствует, − ответила я, положив копыто на плечо земнопони. Из всех пони, с которыми я познакомилась в Понивилле, ее, в определенных отношениях, я понимала меньше всего. Но я видела, как усердно она трудилась, чтобы все было как надо. – Вечеринка просто отличная, Пинки. Она просто...… ты же знаешь, как Флаттершай относится к новым пони?

Пинки Пай понимающе кивнула.

− Я понимаю. Просто нужно набраться терпения, верно?

− Верно, − улыбнулась я. − Она потрясена и волнуется. Знаю, что вечеринка − это твой любимый способ расслабиться, но ей просто нужно немного побыть одной.

− Но... − Пинки прикусила губу.

− Как насчет того, чтобы я отнесла ей кексик? Никто на свете не устоит перед твоей выпечкой.

Земнопони просияла и протянула мне кекс с фиолетовой глазурью.

− Этот подойдет идеально!

− Он даже в цвет ее шерстки, − улыбнулась я. − Уверена, что она почувствует себя немного лучше, когда перекусит.

Я поднялась наверх и постучала в дверь кабинета. Она открылась почти мгновенно, облитая розовым сиянием Твайлайт, и захлопнулась за мной, как только я вошла.

− Без обид, Сансет, но все твои друзья сумасшедшие.

− Так и должно быть, − фыркнула я. − Ни один нормальный пони не стал бы дружить с ведьмой. Ведь верно, лучшая подруга и, следовательно, самая сумасшедшая пони?

− Ну, это... это другое! – буркнула единорожка. − Ты знаешь, который час?! Всем пора уже заканчивать вечеринки и ложиться спать, чтобы я могла почитать!

− Сегодня канун Дня летнего солнцестояния. Пони не ложатся спать, чтобы посмотреть, как принцесса поднимает солнце. Вот, − я протянула ей кексик. − Съешь. Ты становишься ворчливой.

− Да, мам, − фыркнула Твайлайт, беря кексик и откусывая. Ее ушки встали торчком, как только она почувствовала вкус, и она запихнула остаток в рот так быстро, что я испугалась, как бы единорожка не подавилась. – Ого, и правда вкусный...

− Конечно вкусный. Его же готовила Пинки Пай. В выпечке она даже лучше Кейков, если не устраивает какие-то странные эксперименты со вкусом. А у них, между прочим, метки, посвященные выпечке. Это доказывает, что упорный труд иногда превосходит таланты меток.

− И где ты была весь день? − Твайлайт нахмурилась. − Я думала, ты мне поможешь! Если бы мы разделились и каждый взял половину списка, мы бы были здесь уже несколько часов назад и, может, даже закончили бы исследования!

− У меня был ряд дел, которые нужно было закончить, и это заняло некоторое время.

Будем надеяться, что никто не станет приглядываться к декору в ратуше. Они, вероятно, ничего не обнаружат, но не хотелось бы, чтобы меня застукали за моими делишками.

− Послушай, Твайлайт, давай рассуждать логически, − я пересела к единорожке, рассматривающей луну за окном. – В твоей теории масса предположений.

− Сейчас тысячный год, Сансет! − она достала книгу из седельной сумки. – Слушай: "Легенда гласит, что в самый длинный день тысячного года звезды помогут ей сбежать и она принесет вечную ночь”. Как по мне, тут все довольно точно!

− Во-первых, в книге четко говорится, что это легенда, − заметила я. − Во-вторых, во всех старых пророчествах говорится о тысяче лет. Если бы все они были истинны, знаешь, сколько бедствий на нас бы обрушилось одновременно?

− Около пятидесяти, − пробормотала Твайлайт.

− Именно. Мы обе знаем, что в те дни было модно говорить “тысяча лет”, когда они имели в виду “вечность” или просто “достаточно продолжительное время”, − я пожала плечами. − И даже если пророчество истинно, сам календарь может быть неверным. Грифоны корректируют свой каждые четыре года из-за какого-то безумного календаря ветра, которым они пользуются.

− Тоже может быть правдой, − согласилась Твайлайт.

− И кто та пони, которая лучше всех знает истинно ли пророчество и правда ли прошла уже тысяча лет?

− Принцесса Селестия, − ответила Твайлайт, сдуваясь. − Которая сказала мне перестать волноваться и завести друзей.

− Точно, − я обняла ее копытом. Единорожка прижалась носом к моей груди, начиная успокаиваться. − Ты просто немного увлеклась. Не думаю, что какая-то злая принцесса Тьмы появится и объявит вечную ночь.

− Но что, если это все-таки произойдет? У нас даже не было времени проверить все про Элементы... – Твайлайт застонала и прижалась ко мне боком. Да уж, обнимашки она любит. − Я просто... Она никогда так меня не игнорировала, Сансет.

Так вот в чем была настоящая проблема.

− Хочешь знать, что я думаю?

Единорожка взглянула на меня.

− Думаю, у Селестии есть какой-то план. Сама подумай. Она решила провести праздник здесь, и кого привлекли к организации? Всех моих друзей.

Глаза Твайлайт распахнулись.

− Ты считаешь, что она знает о тебе!

Я кивнула.

− С тех пор, как увидела твой список ответственных, я подозревала именно это. В этом есть смысл, верно? Селестия, вероятно, потратила годы на подготовку. Возможно, она даже подсунула тебе книгу с пророчествами просто для того, чтобы ты была слишком отвлечена и не думала об ее планах.

− Звучит разумно… − признала Твайлайт. − И если она приглашает всех твоих друзей… Принцесса, вероятно, пытается показать мне, что заводить друзей − не так уж плохо.

− Именно! − я улыбнулась. – Мы, правда, смогли разгадать этот план, как только собрались с мыслями. Бьюсь об заклад, она не сказала тебе, потому что хотела сохранить это в тайне от меня.

− Я чувствую себя такой глупой! – простонала единорожка.

− Не стоит. Мы на самом деле смогли все определить до того, как Селестия успела захлопнуть ловушку, − я уткнулась в Твайлайт носом, слегка хихикнув. − Очень, очень немногие пони могут таким похвастаться.

− Да уж, наверняка, − вздохнула единорожка. − Так что же нам делать?

− У нас нет времени на нормальный план, но само знание о ловушке уже означает, что тебя так легко не поймают, − я улыбнулась. − Найду, где спрятаться, пока она не отбудет. Я знаю несколько заклинаний иллюзий и поисковых контрзаклинаний, которые все равно хотела попробовать.

− Подожди! Я не... Если с Кобылой на Луне все же что-то начнется, мне нужно, чтобы ты была там!

− Зачем? − я вздернула бровь.

− Потому что я не собираюсь доверять Черити…

− Рэрити.

− Рэрити помогать мне в изгнании древнего зла! Сильно сомневаюсь, что она вообще знает, как сотворить заклинание огненного шара!

Я вздохнула. Похоже, ни единого шанса соскочить у меня нет.

− Ладно. Побуду здесь, по крайней мере, до тех пор, пока не появится принцесса. Если она действительно хочет меня найти, то точно не будет ожидать, что я окажусь в одном с ней помещении.

Не то, чтобы меня вообще будет видно. Я все еще планировала спрятаться так хорошо, чтобы сам Цербер не смог меня вынюхать. И на случай еще чего тоже были приняты соответствующие приготовления.

Твайлайт улыбнулась и снова обняла меня.

− Спасибо, Сансет. Я просто… Не думаю, что смогла бы справиться с этим в одиночку.

− Твайлайт, давай заключим пари. Когда древнее зло не явится, ты признаешь, что ошибалась, и при следующем визите тебе придется взять с собой новейшее издание «Компендиума магии». Если кто-нибудь все-таки появится, я признаю, что была неправа, и выполню любую твою просьбу.

Не то, чтобы это имело значение, поскольку, если бы Кобыла на Луне действительно явится, это будет, БУКВАЛЬНО, конец света. Вроде как беспроигрышная ситуация, поскольку в любом случае платить не придется. Но лишь отчасти, поскольку наступил бы конец света.

− Договорились, − хихикнула Твайлайт.

− Эй, девочки! − крикнул Спайк, открывая дверь. − Пришло время полюбоваться восходом солнца!

## Глава 10. Провал (силовой)

Я трижды перепроверила заклинания. Решено было использовать комбинацию из нескольких методов, призванных помочь избежать обнаружения. Во-первых, я находилась в области действия заклинания «Фоновая пони», которое отводило внимание от меня самой и всего, что меня окружало. Взгляды просто скользили мимо, как будто я была самой неинтересной вещью в мире. У заклинания оказался неприятный побочный эффект: со стороны казалось, что в толпе полно одинаковых пони, поскольку глаза пропускали детали, а в нескольких задних рядах, ближайших ко мне, эти самые детали отсутствовали полностью.

Во-вторых, я была невидима. Чтобы заклинание хорошо работало, надо было оставаться практически неподвижной, но так как для заклинания «Фоновая пони» и так следовало избегать резких движений, то проблемой это не было.

В-третьих, я спряталась. За штандартом оказался милый затененный угол, которым я и воспользовалась. Кому-то может такое показаться излишним, но на самом деле подобное было чрезвычайно важно. Многие единороги целиком и полностью полагались на иллюзии, и от обнаружения их отделяло всего одно заклинание развеивания или истинного зрения.

Так что пони не должны были меня заметить, не должны были меня увидеть, и я спряталась достаточно хорошо, чтобы случайный наблюдатель меня не обнаружил.

Не стоило удивляться, что Пинки Пай нашла меня за считанные секунды.

− Привет, Сансет, хочешь еще чашечку пунша? – спросила земнопони.

− Конечно, − вздохнула я, забирая чашку. − Спасибо, Пинки.

− Тебе было бы веселее, если бы ты была со всеми нами, − поддразнила меня розовая пони.

− Я останусь здесь только до тех пор, пока не появится принцесса. После этого я исчезну, − глаза Пинки распахнулись, и она печально на меня посмотрела. − Если ты сможешь не выдать мое убежище, я даже скажу тебе, когда у меня день рождения.

− Правда?! − земнопони ахнула. − Тогда мы сможем устроить для тебя настоящую деньрожденческую вечеринку!

В отличие от тех, которые она устраивала примерно раз в месяц, пытаясь угадать, когда может быть мой день рождения. Один раз она даже почти попала. Думаю, ей это понравилось. В конце концов, это был единственный раз, когда вечеринка-сюрприз оказалась сюрпризом для самого организатора.

− Просто убедись, что принцесса меня не заметит, − Пинки быстро кивнула и ускакала. Можно было точно утверждать, что она уже начала планирование празднования, хотя еще и не знала, когда именно оно будет. Вскоре мне придется подготовиться к торту и воздушным шарикам.

Заиграла музыка, и я взглянула в сторону сцены. Мадам Мэр вышла, свет потускнел, на нее направили луч прожектора.

− Кобылки и джентельпони, как мэр Понивилля я с огромным удовольствием объявляю о начале празднования Дня летнего солнцестояния! − толпа зааплодировала. Твайлайт, в свою очередь, смотрела в окно, явно волнуясь. − Всего через несколько мгновений наш город станет свидетелем волшебства восхода солнца и отпразднует этот самый длинный день в году!

Я сделала глубокий вдох, готовя заклинание телепортации. Если действовать аккуратно, то заклинание можно сотворить без громких и ярких спецэффектов, так что его никто и не заметит. И если подождать, пока Селестия начнет поднимать солнце, у меня будет по крайней мере минута или две форы, за которые вполне можно совершить несколько прыжков и замести следы.

− А сейчас для меня большая честь представить вам правительницу нашей страны, ту самую пони, которая дарит нам солнце и луну каждый день, добрую, мудрую, несущую гармонию всей Эквестрии... – я подготовилась, − Принцессу Селестию!

Рэрити раздвинула занавес, открывая…

Пустоту.

Я моргнула. Не уверена, как к этому относиться. С одной стороны, Селестии не было. С другой стороны, я все равно не планировала с ней встречаться.

Мадам Мэр прикусила губу, улыбаясь и смахивая пот со лба. Рэрити побежала за кулисы, очевидно, разыскивая принцессу. Возможно, Селестия просто пропустила свою реплику. Было бы забавно увидеть подобное.

− Сохраняйте спокойствие, пони. Должно быть разумное объяснение!

Пинки Пай подпрыгнула.

− Ой! Обожаю прятки!

Рэрити выбежала обратно на балкон.

− Ее нет!

Пинки Пай кивнула.

− А она хороша.

На балконе вспыхнул торнадо искрящейся магии цвета индиго. Твайлайт оглянулась туда, где я скрывалась в тенях, и встретилась со мной взглядом. Часть меня осознавала, что наше пари определенно проиграно, и теперь я ругала себя за то, что не стала искать информацию про Элементы Гармонии, как того хотела Твайлайт.

Когда магия сконденсировалась, темная фигура обрела форму, эбеновая копия Селестии, с такими же поразительными размерами и сияющей мощью, давящей на магические чувства, словно океанские волны на утес. Там, где Селестия была теплом и светом, эта темная кобылица была холодна и смотрела на нас сверху вниз с едва сдерживаемым гневом.

Возможно, появление Селестии во плоти было не худшим, что могло сегодня случиться.

− О, мои любимые подданные. Прошло так много времени с тех пор, как я видела ваши драгоценные маленькие, солнцелюбивые мордочки, − аликорн улыбнулась, но веселье не коснулось глаз, которые больше походили на глаза дракона, чем пони.

− Что ты сделала с нашей принцессой?! −  потребовала ответа Дэш, взлетая, но Эпплджек схватила пегаску за хвост и потащила вниз.

Темная кобыла рассмеялась.

− Я что, недостаточно величественная для вас? Разве вы не знаете, кто я?

− О! О! Еще и игры в угадайку! − Пинки взволнованно помахала копытом в воздухе. − Хм…Хоки Смоки! Нет? Как насчет… Королева Злюка! Нет, подождите! Черная Задира! Черная Зад…

К счастью, Эпплджек прервала земнопони, сунув ей в рот какой-то фрукт. Позже надо будет поблагодарить ее, что уберегла моих наименее умных друзей от превращения в атомарную пыль разгневанной богиней.

− Разве моя корона больше не вызывает уважения после тысячелетнего изгнания? – аликорн перемещалась по залу, меняя форму и возникая то тут, то там, как призрак. − Разве вы не помните легенд? Разве вы не видели предзнаменований?

− Я видела, − произнесла Твайлайт, делая шаг вперед, по крайней мере, с некоторой долей бравады, которую я пыталась ей привить. − И я знаю, кто ты. Ты Кобыла на Луне − Найтмэр Мун!

Мда… Надо будет извиниться перед Твайлайт после этого. У меня появилась дурная привычка ошибаться в действительно важных вещах.

− С-c-cмотрите-ка... − прошипела Найтмэр Мун, улыбаясь и демонстрируя клыки. – Хоть кто-то, кто помнит меня! Тогда ты также знаешь, зачем я здесь.

− Ты здесь, чтобы... чтобы... − Твайлайт потеряла самообладание, дрожа всем телом.

− Запомните этот день, маленькие пони, потому что он был для вас последним! С этого момента ночь будет...

И именно тогда Твайлайт Спаркл выстрелила Найтмэр Мун в лицо. Темная принцесса что-то крякнула, застигнутая врасплох. Да уж, наши тренировки не прошли даром, и в тот момент, когда аликорн была занята монологом, Твайлайт ударила по ней силовым лучом.

Я отбросила штандарт, за которым пряталась, в сторону и вслед за единорожкой выпустила свой тепловой луч, который прошел сквозь гриву Найтмэр Мун и зашипел на ее шерсти, словно вода на раскаленной сковородке.

− Твайлайт! Скрещиваем потоки!

− Но скрещивать потоки − плохо! − закричала единорожка, тем не менее наклоняя рог. Ее силовой луч коснулся моего огненно-красного, магические ауры искривились и начали сливаться, образуя шар нестабильной маны.

− Плохо − это хорошо! − завопила я, безумно ухмыляясь. Когда два заклинания пересекались подобным образом, результаты, как правило, были довольно непредсказуемыми, за исключением одного − всегда был сопутствующий ущерб. Окна разлетелись вдребезги, когда ударная волна пронеслась по комнате, сбивая пони с ног, а те из них, кто поумнее, бросились к дверям.

Вспышка света, и Найтмэр Мун отшатнулась, ошеломленная. Твайлайт шагнула вперед, я придержала ее копытом.

− Уходите отсюда. У меня кое-что приготовлено на случай, если Солнцезадая появится и попытается меня поймать.

− Ты планировала убить Селестию?! – ахнула Твайлайт.

− Что? – подобное предположение меня ошеломило. − Нет! Нет. Я бы такого не сделала!

Тем более, что, скорее всего, это невозможно. Кроме того, я не испытывала к Селестии ненависти. Просто эмоции в ее отношении у меня были очень сложны, которые я никогда не пыталась разобрать, и, надеюсь, мне и не придется.

− У меня просто есть стратегия отхода, − я оглядела помещение. − Но было бы лучше, если никого постороннего в радиусе поражения не окажется.

− У отходов нет радиуса поражения! − прошипела Твайлайт. Ее выражение мгновенно сменилось сильным беспокойством. − Просто... будь осторожна.

Я кивнула, и единорожка убежала вместе с остальной толпой, несколько пегасов вылетели через разбитые окна, в то время как остальные шли через двери.

− Надеешься встретить свое поражение и унижение в одиночестве? − спросила Найтмэр Мун, спокойно наблюдая, как пони уходят. – Именно так поступила моя сестра. Она не смогла смириться с тем, что моя сила превзошла ее. Она даже отослала стражей и отказалась биться со мной.

− Она, вероятно, полагала, что сможет отговорить тебя, − предположила я, поворачиваясь, чтобы взглянуть на аликорна. − Но я не такая милая, как она.

Я позволила плащу развеваться вокруг меня.

− На случай, если ты не в курсе, я − самый сильный единорог в Эквестрии и местная злодейка − собираюсь отправить тебя обратно на луну по частям.

− И как ты планируешь это сделать? − спросила Найтмэр Мун, приподняв бровь. − Признаю, ты слегка забавна, но вряд ли представляешь угрозу.

− Я не поверила утверждениям Твайлайт о твоем возвращении, но была почти уверена, что тут будет Селестия, − зловещая ухмылка с моей стороны. − И поскольку Рэрити не пускала сюда никого и утащила Твайлайт, у меня было несколько часов, чтобы подготовить пару сюрпризов.

− И каких же? Ведро воды, чтобы вылить мне на голову? Собираешься бросить в меня тортом? Или ты просто будешь тянуть время, пока твои друзья корчатся от страха?

− Нет. Сделаю вот так, − я дважды стукнула копытами.

Среагировав на команду, заклинания, которые я наложила на все украшения, активировались. То, что выглядело как небольшие изменения цвета или странные волны в переплетении ткани, превратилось в буквы и символы.

Взгляд Найтмэр Мун был прикован к ближайшей надписи, и она начала бормотать, читая ее вслух:

− Этим утром я наложила взрывные руны…

Я телепортировалась, когда все вокруг стало белым.

* * *

Ратуша сияла, как костер, огненные шары и потрескивающая магическая энергия летели в небо, когда связанные заклинания приводили в действие друг друга. Я смешала взрывные руны, змеиные глифы, символы огня, еще больше взрывных рун и несколько заклинаний придуманных по ходу, для создания ослепляющего света и звука. Одно из них как раз сработало, когда я появилась рядом с Дэш, свет пробился сквозь дым, как вспышка фотоаппарата.

− Ого! – выдохнула пегаска. – Не перебор, Сансет?

Вся верхняя половина ратуши исчезла, превратившись в пепел.  Никаких признаков Кобылы не было.

− Перебор? − я фыркнула. − Это тебе не игра в «пни параспрайта», Дэш.

Кивок в сторону пожара.

− Слетай за теми грозовыми тучами, что я просила тебя припрятать, и давай потушим огонь, пока он не распространился.

− Как ты там говорила? − спросила Твайлайт, взглянув на меня. − Борись с огнем огнем, потому что со всем нужно бороться огнем?

− В этом случае я бы предпочла использовать дождь, но ведь огонь работает, верно? – пожатие плечами.

− Иногда, − произнес голос позади нас. Шерсть встала дыбом, когда я обернулась, только чтобы увидеть, как водоворот искрящегося тумана собирается в форму Найтмэр Мун. − Но, боюсь, не всегда.

− Лягать, − подвела я краткое резюме всей ситуации.

− Ты застала меня врасплох, − призналась Найтмэр Мун. − Не ожидала, что ты будешь настолько практична, что пожертвуешь зданием, лишь в попытке остановить меня. Ты очень опасная пони, Сансет Шиммер.

И она знала мое имя. Я облягалась. Облягалась сильнее, чем ежедневно лягаемые деревья Эпплджек. Облягалась сильнее, чем Клауд Кикер.

− О да, я знаю все о твоих мечтах, стремлениях и страхах, − последнее слово аликорн прошипела. − Ты совершила две критические ошибки, Сансет Шиммер. Ты выступила против меня, и тебе не удалось сразить меня, когда у тебя был шанс.

Найтмэр Мун сделала паузу, задумавшись.

− Не то чтобы он у тебя вообще был, но ты все равно упустила прекрасную возможность.

Был как раз подходящий момент, чтобы ввернуть колкую шутку, чтобы дать принцессе кошмаров понять, что я все еще веду в споре.

− Что ж… Прости за то, что недооценивала тебя, − я поправила гриву копытом, пытаясь скрыть свой страх. − Похоже, мне придется все же приложить некоторые усилия, чтобы избавиться от тебя.

− Уверена, что именно этого ты хочешь? − спросила Найтмэр Мун. − В конце концов, ты боишься Селестии даже больше, чем меня.

− Возможно, − ответила я, глядя на других пони. Во всяком случае, на тех, кто не сбежал. Вокруг нас все еще стояла приличная толпа. Ничто так не привлекает пони, как наблюдение за пожаром. − Но знаешь что? Почти уверена, что все здесь хотят вернуть Селестию, и срыв твоего плана кажется идеальным способом напомнить им, что я самый сильный единорог во всей Эквестрии!

У меня был только один реальный шанс. Мой первый удар был ошибкой, но я не промахнулась. Просто сильно недооценила ее магическую сущность. Каждому существу было присуще определенное количество магии, просто потому, что оно было живым, и чем мощнее была его магия, тем проще ему было сопротивляться заклинаниям. Магическая аура Найтмэр Мун была настолько плотной, что мои заклинания даже не достигали ее. Это было сродни бросанию факелов в реку.

Против чего-то подобного мне придется совершить глупость и вложить максимум маны в одно заклинание, чтобы пробить защиту. Мои обычные огненные шары никогда ее даже не коснутся, независимо от того, сколько я их сотворю одновременно.

Я собиралась довести «Сжатие Кловер» до теоретического предела и вложить в это заклинание столько маны, что что-нибудь обязательно взорвется. Если мне действительно повезет, это буду не я.

Собрав всю оставшуюся у меня ману, я метнула ее в Найтмэр Мун. Сдерживаться смысла не было − я чувствовала, как мой рог раскалился докрасна, когда отдача заклинания превозмогла даже мои собственные защитные чары. В аликорна полетел сгусток бело-золотой плазмы, и я увидела, как глаза темной принцессы расширились от удивления за мгновение до попадания.

Засиял ослепительный свет, и я услышала крик Найтмэр Мун.

− Вот! Как тебе такое? – я едва могла говорить. − Этого было бы достаточно, чтобы... чтобы...

− Чтобы сжечь мою гриву, − прошипела Найтмэр Мун. Когда зрение после вспышки прояснилось, я увидела, что аликорн кипит от гнева, и что мне удалось значительно укоротить ее прическу. Заклинание причинило гораздо меньше вреда, чем я ожидала. Возникло неприятное чувство, что, возможно, всего лишь возможно, пытаться сражаться с кем-то, кто был способен победить Селестию, было слегка не моим уровнем.

− Как мне кажется, пришло время для другой секретной техники, − я взглянула на окружающих пони, слабо улыбнулась и бросилась бежать.

Мне почти удалось достигнуть другой стороны улицы, прежде чем Найтмэр Мун схватила меня остатками своей эфирной гривы, подняла над землей и потащила обратно к себе. У меня не осталось магии, чтобы хоть притвориться, будто я сопротивляюсь.

− Что ж, думаю, я сделаю из тебя пример, − прорычала аликорн.

Появилось ощущение, как что-то похожее на лед ползет вверх по моему рогу − ужасное холодное онемение. Было похоже на кольцо-блокиратор, но ощущение было грязным и омерзительным. Я попыталась посмотреть вверх.

Аликорн схватила меня за голову и заставила посмотреть ей в глаза.

− Знаю, куда именно тебя отправить, − прошипела Найтмэр Мун. Земля исчезла у меня под ногами. Даже с блокированным рогом можно было определить, что она открыла портал.

Я встретилась взглядом с Твайлайт, погружаясь в черную яму подо мной, словно падая в лужу смолы. Никогда не видела такого страха на лице пони. Думаю, единорожка была напугана даже больше, чем я. Попыталась дотянуться до нее, но тени поглотили меня прежде, чем я успела сделать что-то большее, чем поднять копыто.

* * *

Я застонала, очнувшись с сильнейшей головной болью, которая у меня была за последние годы. Хорошая новость. Значит, я еще не умерла, так что дала обещание самой Гармонии, что никогда больше не буду жаловаться на похмелье, если сумею выбраться из этой передряги живой.

Я открыла глаза и огляделась. Похоже тюремная камера. Замечательно. Света почти не было, и я могла разве что копыта, поднеся их к носу, разглядеть.

Подняв копыто, я коснулась рога. Он все еще был на месте. Из-за холода и ощущения неправильности возникло опасение, что Найтмэр Мун просто сломала его. То, что рог все еще на месте, было хорошо. Кристаллы, растущие из него, хорошими очевидно не являлись.

Был только один способ выяснить, насколько все плохо. Я глубоко вздохнула. Лучше начать с простого заклинания света. Если оно сработает, значит, я все еще могу колдовать и смогу осмотреть свою камеру.

− Использование магии сделает только хуже, − предупредил голос из тени позади меня. Я замерла, услышав знакомый спокойный тон.

− Селестия? − прошептала я, почти парализованная страхом.

Неудивительно, что Найтмэр Мун кинула меня именно сюда. Если она действительно знала о моих страхах, то выбрала самый большой. Тот, который доминировал над всей моей жизнью в течение последних десяти лет.

Возникло пятнышко золотистого света, и из тьмы проступила принцесса, полулежащая с кажущимся спокойствием и непринужденностью, несмотря на черные кристаллы, растущие из рога, и камеру, в которой мы обе были пойманы в ловушку.

− Это не... я не... − я попятилась от нее, когда Селестия встала во весь свой внушительный рост, нависая надо мной, достаточно большая, чтобы рог почти царапал потолок нашей общей камеры. Далеко уйти не удалось, принцесса оказалась рядом, и я в ужасе закрыла глаза, не желая ничего видеть.

− Ох, Сансет, мне так жаль... – принцесса вздохнула, обнимая меня. Теплые крылья обхватили меня, и я почувствовала, как ее подбородок лег мне на макушку, аликорн зарылась носом в мою гриву. − Она не причинила тебе вреда?

Это был момент, которого я боялась годами. Момент, когда все мои грехи догонят меня. Часть меня готовилась к этой встрече столько, сколько я себя помню. Был миллион вещей, которые я хотела сказать. Тысячи разговоров, которые я вела сама с собой по ночам. Сотни оправданий тому, что я сделала.

Все это разлетелось вдребезги вместе с моим самообладанием.

− Прости-и-и меня... – рыдание душили, я спрятала лицо в копытах пока Селестия крепче прижала меня к груди и укачивала, как жеребенка.

− Тебе не за что просить прощения, − произнесла она. − Я горжусь тобой. Ты стала кобылой, какой я всегда хотела тебя видеть.

− Я-я не слушала тебя, и я была ужасной ученицей, и я убежала и спряталась вместо того, чтобы признать свою неправоту!

Я всхлипнула.

− Ты сильно выросла с тех пор, − голос принцессы был не громче шепота. – Труднее всего было быть вдали от тебя и не видеть этого, но тебе нужно было найти свой собственный путь. Я очень, очень горжусь тобой, поскольку у тебя получилось.

Я шмыгнула носом и вытерла его копытом, чтобы не испачкать шерстку моей бывшей наставницы.

− Я… я тоже очень скучала по тебе, − выговорить это признание было трудно. − Не могла смотреть в глаза после того, как подвела тебя...

− Когда пони не учатся, это вина учителя в такой же степени, как и ученика. Я не смогла помочь тебе понять, почему так важно иметь друзей, и то, как ты относилась к другим пони, делало тебя такой же, как...

− Как Луна? − догадалась я. – Или, думаю, сейчас ее стоит называть Найтмэр Мун.

Из книг в библиотеке замка удалось узнать многое, хотя и не настоящую причину их сражения. Полагаю, замок забросили до того, как были написаны книги об этом.

− Нет, − покачала головой Селестия. − Луна ценила дружбу и любовь гораздо больше, чем я. Она была близка со своими подданными. Ты становилась такой, какой раньше была я. Эгоцентричной, высокомерной, параноидальной и больше заботящийся о цифрах и статистике, чем о пони. Мне пришлось потерять самую важную пони в моей жизни, прежде чем я осознала, как низко пала, а затем провести почти тысячу лет в одиночестве, пытаясь исправить свои ошибки.

− Н-но...

Я даже не могла представить Селестию такой.

− Рада, что ты смогла завести друзей, Сансет. Не хотелось, чтобы ты оказалась такой же одинокой, как я.

Голос принцессы дрогнул, совсем чуть-чуть. Другие пони, возможно, этого не заметили бы. Только тот, кто провел с ней достаточно времени, чтобы научиться читать чувства под маской.

− Мы должны сосредоточиться на том, чтобы выбраться отсюда, − решила я, пытаясь отстраниться. Не уверена, что смогу справиться с ее эмоциями. Я вообще не была уверена, что смогу с ней справиться.

− Побег практически невозможен, − произнесла Селестия, делая глубокий вдох и скрываясь за маской спокойствия. − К сожалению, эта тюрьма была создана для удержания аликорна.

Созданное ею пятнышко света стало ярче, и я увидела, что мы находимся в сферической камере, грубо вырубленной в каком-то темном камне.

− Не понимаю, где мы находимся, − пробормотала я. − Никогда не видела такого камня.

− На темной стороне луны, − ответила принцесса. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать это.

− Что?

Это было плохо. Настолько плохо, что трудно даже сформулировать всю сложность ситуации. Даже если бы у меня была вся моя магия, я не была уверена, что смогла бы вернуться самостоятельно.

− Мы обречены!

Селестия слегка улыбнулась.

− Вовсе нет.

− Мы застряли в тюрьме на темной стороне луны, наша магия почти полностью блокирована, а твоя злая, всемогущая сестра пытается уничтожить мир. В каком смысле мы не обречены?!

− Ты не веришь, что твои друзья найдут способ тебя спасти? − Селестия приподняла бровь.

− Каким образом? Элементы Гармонии? Никто даже не знает, где они! Кроме тебя, − я задумалась. − Но это тоже не поможет Твайлайт. Не похоже, что она может телепортироваться сюда и спросить.

− Ну, я оставила их почти на ее пути, − кашлянула принцесса. − Возможно, ты видела их раньше.

− Что?

Теперь я была сбита с толку. Она наклонилась и прошептала мне на ухо, как будто боялась, что кто-то подслушает.

− В моем холле? − переспросила я.

− Формально в моем, хотя законы о праве собственности могут быть на твоей стороне, так как ты уже давно там живешь.

Селестия тихо рассмеялась.

− И ты просто оставила их там?! Что, если Найтмэр Мун пойдет и уничтожит их? − я фыркнула и положила голову на пол. − Тебе нужно прекратить оставлять древние артефакты валяться там, где кто-нибудь может на них наткнуться.

− Это действительно становится дурной привычкой, − признала принцесса. − Но Элементы особенные. Их не так-то легко уничтожить или использовать не по назначению. У меня тысячелетний опыт их использования, которого нет у Найтмэр Мун, и я узнала лишь то, что им можно доверять.

− Наверное, − простонала я. Селестия притянула меня в очередные объятия, сжимая так, словно я была мягкой игрушкой, а не взрослой кобылой.

− Знаешь, я долгое время была убеждена, что ты мертва. А потом увидела, как твой дневник жужжит, и чуть не уронила солнце прямо в океан, что было бы довольно неловко.

− А что, ты… − я замолчала.

− Однажды. Это было после изгнания Луны, и я была немного... навеселе. Пила с императором Зефирантесом, чтобы попытаться забыться, и уронила солнце в долину. Потребовалось два дня, чтобы найти его, и еще два, чтобы выковырять из скалы, в которую оно вплавилось. Это стало последней каплей в отказе от способа измерения дня по солнцу, и механические часы начали становиться более популярными, чем солнечные.

− Ты шутишь, − фыркнула я. − Не могло такого быть.

− Это правда! С тех пор я наняла служанок, которые поклялись будить меня вовремя. Первое столетие было самым трудным. Я поднимала и опускала солнце, когда хотела, и вдруг от меня стали ожидать, что я буду следовать расписанию… Что ж, мне это совсем не понравилось.

− Ты заставляла меня вставать в пять утра каждый день!

− Если мне приходится вставать рано, чтобы поднять солнце, то и все остальные тоже должны, − фыркнула Селестия.

Я не смогла удержаться и снова начала смеяться. На какое-то время мне показалось, что всех этих лет не было.

* * *

Воздух начал становиться спертым. Не уверена, как долго мы тут уже сидим. Может быть, несколько часов? Точно меньше половины дня. У меня раскалывалась голова, и становилось трудно сосредоточиться. Селестия просто обнимала меня, и не уверена, дышала ли она вообще. Нужно ли аликорну дышать? Найтмэр Мун была тут в изгнании тысячу лет и, очевидно, все еще оставалась жива.

С другой стороны, Найтмэр Мун была доступна магия. Будь у меня моя, нехватка воздуха проблемой бы не стала. Я просто могла бы его создать − в конце концов, пиромант должен быть уверен, что его пламя сможет гореть, а я совершила ошибку, использовав магию огня в герметичном помещении всего один раз.

На меня напал кашель от недостатка воздуха. Селестия растирала мне спину, пока приступ не прошел.

− П-принцесса... – с трудом начала я.

− Тс-с-с, − она прикрыла мне рот копытом, заставляя молчать. − Не говори. Береги силы.

− Н-нет, − я попыталась сосредоточиться сквозь боль и туман. − Мне н-нужно сказать это, на случай, если мне отсюда выбраться не удастся.

− У нас все будет хорошо, − Селестия крепче прижала меня к себе.

− Я, наверное, скоро потеряю сознание, и тогда... − я вздрогнула. – Просто… Я люблю тебя и хотела, чтобы ты была моей настоящей мамой.

Я шмыгнула носом и вытерла глаза.

− Мне жаль, что я все испортила и что не послушала тебя! Если бы я попыталась подружиться с Кейденс и другими пони, как ты мне говорила, ничего бы этого не случилось!

− Ты права. Ничего бы этого не случилось, − Селестия провела копытом по моей гриве и пытаясь успокоить. − Но мы не просто результаты своих успехов, Сансет. Ошибки, которые мы совершаем, делают нас лучшими пони, если мы на них учимся. Если бы ты не покинула Кантерлот, ты, возможно, никогда бы не встретила своих друзей.

− Но я испортила отношения с тобой…

− И как только мы вернемся, мы сможем начать их исправлять.

− Еще час и я...

− Не беспокойся об этом, − твердо заявила Селестия. − С тобой все будет в порядке, Сансет. Гармония не свела бы нас вот так, просто чтобы сыграть злую шутку.

Я воздержалась от комментариев и свернулась калачиком, пытаясь расслабиться. Если уснуть, то мне понадобится меньше воздуха и, ну, возможно, я просто исчезну, вместо того чтобы страдать. Нам обоим так было бы легче. Все не так плохо, и, по крайней мере, в конце концов я примирилась с проблемами, которые сама же и создала.

Именно тогда яркий, пронзительный свет почти ослепил меня, и я почувствовала, как ощущение холода, ползущего вдоль рога, исчезло с треском статического электричества.

Им надо для такого фанфары или предупреждение сделать. Внезапно я обнаружила, что падаю лицом вниз на каменный пол. Он выглядел знакомым, хотя мое зрение все еще было размытым, и окружающее было болезненно ярким. Тем более, что пол удалось рассмотреть вблизи. К счастью, падать было невысоко, и моя гордость пострадала сильнее, чем нос.

− Ой, − пробормотала я, потирая его.

− Твайлайт Спаркл, − Селестия вздохнула с явным облегчением. − Я знала, что ты справишься.

Я протерла глаза и огляделась. Мы находились в старом тронном зале, в одной из наиболее разрушенных частей замка.

− По крайней мере, меня бесплатно доставили домой, − пробормотала я.

− Сансет! Принцесса Селестия! − я повернулась, и у меня совсем не было времени подготовиться, прежде чем Твайлайт обхватила меня копытами и заключила в объятия. − Ты в порядке!

Позади нее стояли еще пять пони, преклонив колени перед принцессой. Я была потрясена, обнаружив там всех своих друзей. Даже Флаттершай, которая, как мне казалось, в Вечнодикий никогда не войдет.

− Конечно, в порядке, − ответила я срывающимся голосом. – Одной злой богини против меня недостаточно.

Не стоит упоминать, насколько близка к смерти я была.

− Вы обе утверждали, что это всего лишь старая легенда, − нахмурилась Твайлайт.

− Готова признать, что была неправа, − пожала я плечами. – Много в чем.

− Твайлайт, я не говорила, что ты ошибаешься, − улыбнулась Селестия. − Просто сказала, что тебе нужно завести друзей. Я видела признаки возвращения Найтмэр Мун и знала, что внутри тебя таится магия, способная снова объединить Элементы Гармонии. Однако ты никогда не смогла бы высвободить ее, не впустив магию дружбы в свое сердце.

Единорожка оглянулась на наших друзей. Должно быть, я была не в себе сильнее, чем мне казалось, потому что только сейчас заметила на голове Твайлайт тиару, а у всех остальных довольно замысловатые ожерелья на шеях.

− Не припомню, чтоб у меня в замке валялось подобное, − приподнятая бровь и взгляд в сторону бывшей наставницы.

− Элементы приняли новую форму, когда их магия возродилась, − объяснила Селестия. − Уверена, что Твайлайт захочет провести небольшое исследование о значении произошедших изменений и магии дружбы.

Принцесса посмотрела в сторону трона, где все еще оседала пыль от какого-то мощного магического взрыва.

− И здесь есть еще одна пони, которая нуждается в дружбе больше, чем кто-либо другой.

Удивительно, но она имела в виду не меня.

− Принцесса Луна, − продолжила Селестия, взмахивая крыльями, чтобы развеять сверкающую пыль. − Пришло время положить конец нашим разногласиям.

Среди осколков доспехов и тлеющих углей магического мусора от Селестии пряталась пони. Она не была похожа на сильную равную ей принцессу, которая изображалась на гобеленах и в книгах. Луна казалась не больше чем испуганным жеребенком.

Испуганным, могущественным, бессмертным жеребенком, хочу заметить. Но все еще жеребенком.

− Нам суждено было править вместе, − начала принцесса, подходя к ней.

− Подожди! − крикнула я. − Это одно из мест, где...

Селестия опустила копыто, и вокруг нее вспыхнул рунический круг. Глаза принцессы распахнулись. Жаль, что не получилось заполучить ее изображение в этот момент, ее защита была полностью снята, когда принцесса попала в ловушку, которой не ожидала. Будучи ее ученицей, мне подобное не удавалось.

− ПРЯЧЬТЕСЬ! − закричала я, ныряя за перевернутый стол. Твайлайт поставила магический щит, которые удавались ей лучше чем мне. Хотя по взрывным заклинаниям я была впереди. Мы как раз собирались проверить, чей талант окажется сильнее.

Руны взорвались под Селестией, крыша рухнула вниз. Волна огня и осколков камня ударила в стол, за которым я пряталась, раскалывая его в щепки. Я сделала единственное, что пришло в голову, и запустила огненным шаром себе под копыта, разметав встречной ударной волной обломки. Я не шутила, когда говорила, что иногда с огнем приходится бороться огнем.

− Я хотела сказать, что это одно из мест, где я устроила ловушку на случай, если ты придешь искать меня, − напал кашель от пыли, я потерла копытом мордочку, пытаясь стереть пыль и пепел. Солнечный свет лился в зал сквозь разрушенные стены и крышу, взрыв превратил значительную часть этого крыла в руины. – Да уж, для моего замка это было перебором…

− Я в порядке! – крикнула Твайлайт, расталкивая щитом обломки. Селестия выбралась из кратера, куда она бросилась прикрыть Найтмэр Мун. Или принцессу Луну. Кем бы она сейчас ни была. Солнечная принцесса выглядела запыленной и растрепанной.

− Что ж, − произнесла Селестия, поправляя корону. Мне и правда удалось ее достать. − Думаю, нам стоит продолжить это где-нибудь в другом месте. Возможно, в городе? Если не путаю, до этих довольно интересных событий планировался фестиваль.

− Если, конечно, Сансет не взорвала там все вместе с ратушей, − пробормотала Эпплджек. Дэш хихикнула у нее за спиной, похлопав земнопони по спине.

− Возможно, ты слишком честна, ЭйДжей, − заявила пегаска.

− Бьюсь об заклад, я знаю кое-кого, кто сумеет организовать вечеринку с тем, что пожертвуют пони и удастся спасти, − Рэрити улыбнулась Пинки.

Та ахнула.

− Я?!

Единорожка кивнула. Земнопони запрыгала, ухмыляясь.

− Я закачу лучшую вечеринку в истории!

## Глава 11. Ты можешь снова вернуться домой

Следующие несколько часов прошли как в тумане, в основном потому, что я все еще не восстановилась после кислородного голодания, магического истощения и долгих часов наедине с Селестией в маленькой камере. Тем не менее, я нашла способ насладиться празднованием, несмотря на то, что мой дом был практически полностью превращен в руины. Позже надо будет посмотреть, какой ущерб был нанесен древнему замку. Не хочу идти туда с Селестией. Не хочу, чтобы она видела, как я вытаскиваю свои вещи из-под завалов.

− И тогда я швырнула в нее книгой, и меня из дворца просто выпнули, − я ухмыльнулась. Жеребята, сидевшие передо мной, разинули рты. Из них я знала только двоих: сестер Рэрити и Эпплджек, и могу поклясться, что уже рассказывала Эппл Блум эту историю.

− Ты была принцессой, как Селестия? − спросила розовая кобылка с фиолетово-белой гривой.

− Нет, я была просто ее ученицей, как сейчас Твайлайт... – взгляд над толпой. Селестию можно было видеть прямо отсюда, несмотря на всех пони между нами. Из-за ее размера не заметить принцессу было сложновато.

− А почему ты не с Эпплджек и остальными? − спросила Эппл Блум. Я оглянулась на жеребят и улыбнулась ей.

− Это они всех спасли. Я была лишь наблюдателем. Если бы они не разобрались во всем, для меня это закончилось бы плохо, − я кашлянула и продолжила почти шепотом. – И, возможно, мне стоит чувствовать себя немного виноватой, что чуть не взорвала их всех.

− Нет, Сансет Шиммер. Не должно лишней скромности, − голос был тихим, скрипучим и незнакомым. Жеребята удивленно посмотрели мне за спину, и я обернулась, чтобы обнаружить принцессу Луну. Очевидно, она сбежала от толпы. Сложно ее винить. Тут все праздновали поражение Найтмэр Мун, и находиться рядом с ними ей было не сильно комфортно.

− Принцесса Луна, − я слегка поклонилась.

− Оставь. Мы не заслуживаем от тебя знаков почета. По правде говоря, мы пришли сюда говорить с кобылой, которая, по-видимому, наша племянница.

Луна выглядела... взволнованной. Она избегала встречаться со мной взглядом, когда говорила.

− Я не... – со вздохом начала я. − У вас, должно быть, сложилось неправильное впечатление. Я просто бывшая ученица. И не очень хорошая.

− Сие не то впечатление, что сложилось у нас после общения с сестрой, хотя та отзывалась о тебе с большой теплотой, − принцесса села рядом со мной, и отвернулась. − Мы хотим, чтобы ты знала, что на нас большое впечатление произвело твое чародейское искусство. Мы не ожидали от единорога магии уровня аликорна, и ты была ближе к победе над нами, чем тебе думалось.

− Когда я испортила вашу гриву? − пошутила я.

− Да, − Луна коснулась своей эфирной небесно-голубой гривы, край которой был опален в месте, куда попало заклинание. − Ей потребуется некоторое время на восстановление, больше, чем нам. К сожалению, сопротивление нашей сестры и вполовину не было так сильно. Мы отступили из города, дабы залечить раны, не осмеливаясь показать, какой урон ты нанесла.

Принцесса скромно кашлянула, прикрыв рот копытом, в чем я распознала скрытую тревогу.

− Мы также сожалеем о том, что отправили тебя в ловушку на луне.

− По крайней мере, это было познавательно, − улыбнулась я. − Полагаю, это должно было стать своего рода издевательским наказанием для Селестии?

− Истинно так, − пробормотала принцесса.

− Ах, Луна, я вижу, ты поладила с моей дочерью.

Я слегка вздрогнула, услышав этот голос. Селестия подошла, пока я отвлеклась на разговор. Она все еще пугала меня − от привычки бояться ее избавиться было трудно. По крайней мере, я собиралась притвориться, что не боюсь.

− Принцесса, я не... – пожатие плечами. Селестия поняла, что я имела в виду. − Немного поздновато для этого, нет?

− Когда я сказала, что мы собираемся все исправить, то именно это и имела в виду. Как только празднование закончится, я заберу Луну обратно в Кантерлот. И хочу, чтобы ты поехала со мной. Ты провела много времени в бегах, Сансет. Моя сестра только что вернулась, и я бы хотела, чтобы ты тоже была с нами. Отчасти именно я виновата, в том, что твой дом теперь разрушен, и меньшее, что можно сделать, пригласить тебя туда, где тебя ждут.

Я колебалась.

− Я… причинила боль многим пони в Кантерлоте. В те времена я даже не думала об этом, но никогда не обращалась со слугами во дворце, как с настоящими пони, а с другими учениками в школе...

Продолжить я не смогла.

− Многие из этих учеников все еще живут в Кантерлоте, либо со своими семьями, либо продолжают учебу, − признала Селестия. − Тебе придется принести множество извинений. Но они заслуживают этого вне зависимости от того, где ты решишь жить.

− Сансет! – воскликнула Твайлайт, подбегая к нашей компании. − Принцесса Селестия разрешила чтобы я осталась здесь, в Понивилле! Я знаю, что на самом деле это не намного ближе, чем Кантерлот, и ты живешь не в городе, но, эм-м-м...

Единорожка замолчала, ковырнув землю копытом.

− Я тут подумала о просьбе, которую ты мне задолжала.

− Да, насчет древнего пророчества ты оказалась права… − отрицать это было сложно.

− Я хочу, чтобы ты поехала с Селестией, − заявила Твайлайт. − Часть меня хотела проявить эгоизм и попросить тебя остаться здесь со мной, но потом я кое-что вспомнила.

− Что? Еще какое-нибудь пророчество?

− Нет, − единорожка лукаво прищурилась. − Я вспомнила, что ты бросила школу! Не могу позволить моей лучшей подруге разрушить собственную жизнь из-за того, что она не получила должного образования! И в счет долга, я хочу, чтобы ты вернулась в Кантерлот, осталась с Селестией и закончила у нее обучение.

Единорожка покраснела и перевела взгляд на принцессу.

− Если она, конечно, не против…

− Не против, − рассмеялась принцесса.

− Ты меня подловила. Эпплджек меня отлягает, если я нарушу обещание. Полагаю, что теперь для разнообразия мне придется навещать тебя, − ответила я, вставая. − Думаешь, ты сможешь позаботиться о городе, пока меня не будет? Им понадобится довольно могучий единорог, чтобы со всем управиться.

Я оглядела улицы и пробормотала:

− Похоже, здесь каждую неделю происходит та или иная катастрофа.

Твайлайт улыбнулась.

− Уверена, что справлюсь. И я хочу, чтобы ты позаботилась о принцессе Селестии.

− Истинно так, она едва ли не насмерть «позаботилась» о нашей сестре, − тихо добавила Луна. − Возможно, будет мудрым держать ее поближе, если это позволит избежать превращения Кантерлота в руины.

− Может быть, за эти годы я немного стала параноиком, − пришлось признать мне. − Но тебе нужно учиться у наших друзей, а мне нужно...

Я глубоко вздохнула:

− Мне нужно перестать быть жутким монстром в лесу и действительно начать жить своей жизнью. Я и так это долго откладывала, потому что слишком боялась встретиться с последствиями своих дел, − немного прихрамывая, я направилась к Твайлайт, чтобы обнять ее. − Потребовалось много пони, чтобы вернуть меня в мир. Больше всех помогла ты, Твайлайт.

− Без тебя все будет по-другому, − прошептала единорожка.

− Шутишь? − я фыркнула. − Твайлайт, мы будем в нескольких часах езды на поезде, и нам не придется прятаться от Селестии. Ты хоть знаешь, насколько проще будет затусить друг с другом?

− Твайлайт, − мягко вмешалась Селестия. − Настоящую дружбу не смогут разрушить расстояние, время или даже ошибки, которые мы совершили, до тех пор, пока мы не сдаемся.

Она наклонилась, чтобы ткнуться носом в Луну.

− Ты права, принцесса, − улыбнулась Твайлайт. − Наверное, я просто была взволнована тем, что наконец-то открыто рассказала о Сансет. Я так долго это скрывала и… прости, что никогда тебе не рассказывала.

− Тебе не о чем сожалеть, Твайлайт. Но, как часть официального изучения дружбы, думаю, корона сможет покрыть некоторые незначительные дорожные расходы. Скажем, бесплатные билеты до Кантерлота и обратно?

Единорожка просто просияла.

− Спасибо тебе, принцесса Селестия.

− Я же не хочу лишать свою малышку возможности видеться с друзьями… − поддразнила аликорн, поднимая меня магией и ушипнув за щеку. Я застонала, уши прижались к голове от раздражения.

− Селестия! Предполагается, что я жуткая, таинственная ведьма! − канючила я. Или даже ныла. На меня весь город смотрел. Я покраснела, как Биг Макинтош.

− Думаю, нам пора возвращаться, − произнесла Селестия. − Нам нужно многое подготовить к вашему с Луной возвращению.

Она направилась к колеснице, все еще удерживая меня в магической ауре, как будто я могла попытаться сбежать. Недалеко я заметила своих друзей, которые махали мне.

− Можно я просто... сначала попрощаюсь со всеми?

Принцесса без возражений опустила меня на землю, и мои друзья столпились вокруг.

− Не забывай нас, сахарок, − произнесла Эпплджек, сжимая меня в объятиях с невероятной силой, которую она развила за эти годы.

− Ты просто обязана пригласить нас во дворец, − вставила Рэрити. − Не… в твой замок. Там было... интересно, я полагаю, но скорее степенью его запущенности. В кантерлотский дворец. Пожалуйста, не взрывай его.

− Да ладно тебе, Рэрс, − фыркнула Дэш. − Сейчас не время просить об одолжении!

Пегаска понизила голос и зашептала мне на ухо:

− Но если ты, типа, окажешься поблизости от «Вандерболтов», помяни мое имя пару раз и дай им понять, что я крутая. Тебе даже врать не придется.

− Я рада, что ты, эм, что у тебя все наладилось, − добавила Флаттершай. − Меня беспокоило, какой грустной ты иногда была, и… Рада, что сейчас это не так.

Она улыбнулась.

− Тут нужна прощальная вечеринка! − крикнула Пинки.

− Мы уже на вечеринке, Пинки, − вздохнула Твайлайт.

− Как насчет вечеринки по случаю возвращения, когда я приеду сюда? − предложила я. − Таким образом, у тебя будет время подумать о том, как сделать ее действительно, э-э-э...

Взгляд в сторону Дэш.

− Потрясной?

Пегаска одобрительно кивнула.

− Мы могли бы сделать пиньяту! − Пинки ахнула. − Нет − самую большую пиньяту в мире! Наполненную маленькими пиньятами, как матрешка!

− А такое вообще бывает? − я наклонила голову.

− Мне нужно будет заняться вечериночной наукой, чтобы выяснить это, − очень серьезно заметила Пинки. − Мне понадобится триста кило папье-маше, два пакета блесток и два жреца, молодой и старый.

На это я покачала головой. Другие наши друзья отошли в сторону, когда Твайлайт обняла меня.

− Ты ведь вернешься, правда? − спросила единорожка. − Я бы чувствовала себя очень глупо, если, переехав сюда изучать дружбу, в итоге потеряла свою лучшую подругу.

− Твайлайт, чтобы удержать меня подальше отсюда потребуется сбежавший бог Хаоса.

Потом я чувствовала себя полной дурой из-за этой фразы, но это уже другая история.