# Несущий Свет

misterio

Небольшая зарисовка о том, кто всегда готов поддержать других.

Даже тех, кто уже на грани.

Рассказ несёт собою некоторое противопоставление моим предыдущим работам, где подобные таинственные персонажи имели прямо противоположные качества.

## Несущий Свет

Среди асфальтовых морей, Люминесценции огней Я сам не свой, вообще ничей. И я плыву куда-то вдаль, Меня ведёт моя печаль: Мне ничего уже не жаль! Ведь мне Всего лишь больше нечего терять: Моя мечта, ушла Куда-то за гремящие моря, И не достать... (с) Lumen – Мечта

Маленькая кобылка стояла на платформе вокзала, ожидая поезда. Поезда до Мэйнхэттана. Она знала, чем всё это обернётся для неё. Но это был её выбор. Выбор маленькой пони по имени Эппл Джек. Она не желала провести всю свою жизнь на этой старой яблочной ферме, работая от зари до зари в поте лица. Нет, это определённо было не для неё.

Неделю назад она повздорила с братом и своей бабушкой. Они, конечно, не могли её понять… Они были трудоголиками до мозга костей, типичные представители семьи Эппл. Все они были такими. Эй Джей не видела в этом ничего плохого. Но она не хотела жить так. Макинтош, любимый братец, сказал ей, что если она хочет чего-то добиться в этой жизни, то ей следует работать и ещё раз работать. Дельный совет, ничего не скажешь. Биг Мак и говорит то довольно редко, а тут такие серьёзные вещи… Он беспокоился за свою сестрёнку. Как и Бабуля Смит. Вот только…

Вставать каждый день ни свет, ни заря. Бесконечные ряды яблонь, с которых надо стрясти урожай… Огромные сады, расположенные и дающие всходы так, что каждый день в году приходилось хоть где-то да как-то работать. Всё это никак не прельщало юную кобылку. А со смертью родителей её короткое детство подошло к концу: Эппл Джек стала заниматься фермой наравне с Биг Макинтошем и Бабулей Смит. И в один прекрасный день она не выдержала.

Уже тогда было отправлено письмо дяде и тёте Оранж, согласившихся приютить юную особу в Мэйнхэттане. Они, мягко говоря, не разделяли интересов яблочной семьи, и посему жили в городе, столь далёком в духовном плане от Понивилля, сколь луна далека от земли в пространственном.

И вот поезд прибыл. Мэйнхэттан был не столь далёк от Понивилля, и в принципе можно было и пешком дойти, но маленькая пони оранжеватого цвета боялась потеряться по пути. Малютка Эй Джей последний раз оглянулась на городок, на окраине которого были видны очертания её родной фермы. Пути назад больше нет. Бабушка так плакала, когда Эппл Джек заявила, что больше не хочет с ними жить. Она не хотела ранить её своими словами, ведь всё-таки они были её семьёй, но что-то нужно было менять. Кто, как не она имеет право решать, что делать в этой жизни?

Тяжело вздохнув, она зашла в поезд и уселась в одном из купе. Её соседом оказался некий пони, свернувшийся клубком и мирно посапывающий на своём ложе, скрыв мордочку копытами. Он укрылся плотным одеялом, хотя сейчас было лето. Эй Джей достала и схрумкала яблочко. Сочный вкус фрукта вновь напомнил ей о ферме, что расстроило её. Правильно ли она поступила? Нельзя больше допускать таких мыслей.

Поезд тронулся.

Прежняя жизнь осталась за бортом.

* * *

Бэбс Сид стояла на краю крыши и с отсутствующим взглядом смотрела вниз. На дворе был поздний вечер. Пасмурное небо наградило Мэйнтхэттан долгожданным дождём после недельной жары. Огромные нечастые капли с громким звуком барабанили по крышам и серому асфальту. В окнах домов зажглись первые огни. Немногочисленные прохожие спешили по своим делам, прикрывшись зонтами, газетами, или кто чем сможет. Никто не смотрел наверх. На маленькую кобылку, что стояла, и смотрела на них.

Что было у неё на душе? О чём говорил её отсутствующий взгляд?

Пустота. Апатия. Всё это пришло на смену лишь недавно бушевавшим в ней ненависти и отчаянию. Как же жестоки иногда бывают другие дети…

Они оскорбляли её. Называли самыми неприятными словами. Бэбс боролась. Она была сильной. Была… Но всему есть предел. Сегодня настал тот роковой день, когда она не выдержала и сорвалась. Применила грубую силу. И тогда они ополчились на неё. Словно стая диких зверей. Они загнали её сюда, на эту крышу, неподалёку от их школы. Они не смогли открыть люк, ведущий наверх, но закрыли его изнутри, оставив несчастную юную кобылку в ловушке. Одну. Под дождём. Так жестоко.

Теперь лишь одна мысль владела Бэбс. Один лишь только шаг. Стоит только решиться, и всё это прекратится… Она была сильной. Нужно лишь собраться. Она посмотрела наверх. Большие капли медленно падали с серых небес. В своём падении они были прекрасны. Каждая капля была непохожей на другую, особенной. В этом была своя интрига и особое таинство. Они рождались лишь на несколько мгновений, будучи уникальными и неповторимыми, но всё равно столь похожими друг на друга. Всего лишь несколько мгновений, ради которых они появились. Роковой полёт к вечности. Весь мир отражался в них в эти моменты. Мгновения славы. А затем…

Асфальт. Водосток... Но для них это не был конец. Рано или поздно они вернутся и новыми каплями снова совершат свой полёт в пустоту.

Скоро и она присоединиться к ним. Ради своих мгновений славы. Конец ли это для неё? Неважно. Скоро она всё сама узнает.

* * *

Эй Джей проснулась из-за мощной встряски. Поезд резко затормозил.

— Приехали – послышался голос. Это был её сосед. Кобылка протёрла глаза и увидела белокрылого пегаса перед собою. Он был словно с картины – благородные, но добрые черты лица, белоснежная шерсть, светлая грива, статный вид, большие красивые крылья… И метка в виде солнечного лучика. А самое главное, выразительные, голубые глаза. Словно в них отражались небеса.

Всё это было сокрыто под одеялом, когда она вошла в купе.

— Дитя, послушай. Я понимаю, ты считаешь, что такая жизнь не для тебя. Но прислушайся к своему сердцу. Только оно скажет, чего ты действительно хочешь. Ничего не бойся. Следуй за радугой. – сказал он загадочным, но будто бы отцовским тоном и затем вышел из купе.

Эй Джей не нашлось что ответить. Она понимала, что незнакомец говорил правду. Стоп. Как он узнал обо всём этом?

Тогда юная кобылка не придала этому большого значения. Может, это ей привиделось в полудрёме перед приездом… Однако плед незнакомца всё также лежал на койке.

Поняша вышла из поезда. Никто её там не ждал, хотя дядя и тётя Оранж клялись в ответном письме, что встретят любимую племянницу. Эппл Джек, неся свёрток с вещами, поплелась куда-то в центр большого и незнакомого города… В её голове всё крутились слова неизвестного ей пегаса.

Вскоре она поймёт, что он оказался прав. Что ей не по душе большой город и родимый дом с криками петухов по утрам гораздо роднее и милее. Что её место там, на грязной, старой, и вонючей, но такой любимой и единственной в своём роде для неё ферме.

Но могла ли она знать, что в тот день был продан лишь один билет до Мэйнхэттана…

* * *

Бэбс Сид летела головой вниз. В ушах свистел ветер. В её душе не было ни страха, ни сомнений. Лишь сожаление. Капли дождя летели рядом, отражая в себе потускневший серый мир. Бэбс закрыла глаза. Ещё лишь мгновение, и…

Но вот в одной из капель отразился луч света, на мгновение прорвавшийся сквозь небеса, хотя солнце уже давно сокрылось за холмами и тучами на горизонте.

Ещё мгновение, и всё бы закончилось. Но вдруг Бэбс услышала взмахи крыльев, и кто-то сильный подхватил её в последний момент над самой землёй. А капли дождя, столь прекрасные, и всё же, столь одинаковые, с громким звуком врезались в асфальт, не оставив после себя ничего, кроме луж и ручейков, стекающих в канаву…

Бэбс открыла глаза, не понимая, что произошло. Её держал пегас с выразительными глазами цвета голубых небес, резко контрастировавших с серым унынием вокруг.

— Почему ты спас меня? – спросила слабым голосом Бэбс Сид.

— Потому что ты потерялась. – отвечал тот.

— Я знаю, где я нахожусь… — молвила кобылка.

— Не в пространстве. А в себе. Ты отчаялась. Так нельзя. Не надо так. – мягко улыбнувшись, сказал незнакомец.

— И всё же, почему… Мне незачем было жить. Раз уж я решилась, то значит, так оно и нужно было. Мне больше не о чем мечтать. – печально заявила тёмно-оранжевая пони.

— Не говори так. Всегда есть о чём мечтать. Мир лучше, чем он кажется. – всё также тепло улыбаясь, говорил белый пегас. Дождь лил всё сильнее, но казалось, ему он был не страшен. Он укрыл их обоих своими крыльями.

— И о чём же ты мечтаешь? – отрешённо молвила Бэбс Сид.

— Я мечтаю лишь нести всем свет. И надежду. Не дарить, а именно нести. Ибо он принадлежать должен не только мне. И я это делаю. – ответил её спаситель.-

— Что же мне тогда делать? Я всё равно не вижу смысла в своей жизни… – спросила более оживлённо юная кобылка.

— Не отчаиваться. Есть множество причин для того, чтобы жить. Кто-то называет их смыслом. Но я скажу больше – жизнь не имеет смысла. И это ее высший смысл и высшая ценность. В жизни нет финала, к которому обязательно нужно прийти — и это важнее тысячи придуманных смыслов. – ответил ей белокрылый пегас с почти отцовской теплотой в голосе. Бэбс Сид затихла и пыталась обдумать услышанное.

Он вернул малышку домой, через открытое окно. Она уже почти спала. Пережитое отняло много сил у юной кобылки. Но прежде чем белый пегас улетел, она открыла глаза и ещё раз спросила:

— Что же мне всё-таки тогда делать? –

— Я думаю, небольшой отдых тебе не повредит. Понивилль – думаю он идеально подойдёт для этого. Слушай своё сердце. Это не раз помогало и другим. – всё также улыбаясь, сказал жеребец.

А после, вылетел в открытое окно, куда-то в ночь, за горизонт. И хотя на часах была полночь, Бэбс Сид на миг показалось, что там, далеко за холмами, забрезжил рассвет.