# Дорога на Мэйнхэттен

Tielestr

Фантастика знает множество непохожих историй о Контакте. В "Пикнике на обочине" Стругацких Контакт заканчивается, толком не начавшись. В "Фиаско" Лема принуждение к Контакту оборачивается трагедией. Наконец, в "Контакте" Сагана все завершается действительно неплохо.

В свою очередь, «Дорога на Мэйнхэттен» пытается обрисовать один из возможных сценариев того, как бы мог происходить Контакт в канонической Эквестрии. Как бы ни была сильна магия дружбы, такие события не проходят тихо. И разобраться в них всегда чертовски тяжело.

У данной повести два автора: GreenWater и Tielestr

Первоначально это произведение создавалось в рамках конкурса рассказов для сборника "Эквестрийские Истории 2015" (Итог конкурса — 3-е место). При этом публикуется рассказ сейчас впервые, спустя более полугода после окончания конкурса. За это время он прошел через ряд правок и корректур и в целом должен стать куда лучше по сравнению с первой (конкурсной) редакцией.

Хотим выразить нашу благодарность за помощь в редактуре пользователям Табуна: Kelimbern и ArFey

## Глава 1

Был ли это зов кьютимарки, или просто ещё одно проявление неиссякаемого любопытства – но Твайлайт Спаркл всегда увлекалась астрономией. Переехав в Понивилль, она первым делом установила на балконе своего нового дома телескоп. Увы, он пал жертвой необузданной ярости Тирека вместе с библиотекой, однако никто не смог бы уничтожить страсть к познанию звёздного неба. Сейчас у Твайлайт был новый титул, новый дом-замок — и новый телескоп, подарок верного Спайка на день рождения.

Впрочем, этой летней ночью ни титул, ни замок особой роли не играли. На окраине Понивилля, на верхушке холма, уже заслужившего прозвище Звездочётного, были просто Твайлайт и пять её подруг. Ну и телескоп, само собой.

— …И вот я сказала ему «О, она знает всё о звёздах!», а он в ответ так глупо улыбается и отвечает «Так ваша подруга работает в светской хронике?», — Рэрити артистично вздохнула. – В общем, я поняла, что мне разговаривать с ним не о чем.

— Интересно, кого в Эквестрии больше – астрономов или репортёров?.. – рассеянно проговорила Твайлайт, подкручивая фокусировочный винт.

— Фермеров больше всех, — Эплджек, которая весь день работала в саду и только сейчас нашла время для отдыха, с хрустом откусила пол-яблока.

— О, замечательная загадка: «что общего между астрономом и фермером?»! – оживилась Пинки. – Ещё бы придумать отгадку…

Рэйнбоу Дэш, лениво слушала беседу, растянувшись на одеяле для пикника. Ей тоже сегодня пришлось немало поработать, отводя облака с градом от полей. А теперь вместо того, чтобы отдыхать в тишине, приходилось смотреть на суетящуюся Твайлайт, которая отчаянно пыталась исправить дружеский вечер, с каждой минутой скатывавшийся в скуку. Она созвала подруг, чтоб показать всем “просто потрясающую вещь”, но прошло уже больше часа, а эта самая вещь и не думала появляться в окуляре телескопа. Там были только звезды, те же, что и всегда.

— Слушайте, наблюдать за “радужными скоплениями комет” это страшно интересно, но, похоже, сегодня нам это не светит, — наконец не выдержала Рэйнбоу. — Давайте соберёмся в другой раз, когда пропажа найдётся.

По настоянию нетерпеливой радужной пегаски астрономический пикник закончился гораздо раньше, чем предполагалось, все быстро разошлись по домам. Теперь Рэйнбоу Дэш ворочалась в постели своего облачного дома, пытаясь заснуть, но в мыслях постоянно возвращалась к неудаче Твайлайт. Сейчас она думала, что, возможно, не стоило им сворачиваться так рано… Внезапно её раздумья прервала несвоевременная заря — стены облачного дома мягко засветились, как бывало только при восходе Солнца.

Удивленная Дэш вышла на балкон и обнаружила, что все небо заполняли стремительно летящие огоньки, оставляя в небе яркие линии. Но самым удивительным было призрачное движение света в темных небесах. Синих и зеленых цветов полупрозрачные полосы охватили половину неба, и на их фоне падали звезды. Рэйнбоу видела звездопады и раньше, но вот свечение для неё было чем-то особенным. “Полярное сияние! Точно!“ — воскликнула она, вспомнив отрывок из книги Дэринг Ду, которая рассказывала об экспедиции в далёкий северный край. В тех местах такие чудеса видели часто.

Световое представление длилось недолго. Самое захватывающее осталось позади: падающие звезды погасли, сияние в небе потускнело, а Рэйнбоу снова вернулась к безрадостным мыслям. “Нет, не стоило мне торопиться... Каких-то пара часиков ожидания, и могли бы увидеть все это вместе! Конечно, звездопад и сияние это не совсем то же, что скопление комет. Может быть, профессиональные астрономы вообще не считают эти явления чем-то особенным. Все же это было просто потрясающе! Определённо, не стоило расходиться так рано”.

Бросив последний взгляд в окно, Рэйнбоу Дэш поплелась обратно в постель.

## Глава 2

Твайлайт со вздохом отложила перо и потёрла глаза, борясь с сонливостью. Она уже в третий раз проверила расчёты, так и не сумев обнаружить там ошибки. Всю ночь она провела на нижнем этаже, штудируя астрономические руководства. Не было никаких сомнений, комета должна была оказаться именно в той области неба, куда вчера был направлен телескоп. Она просто не могла уйти далеко с того дня, как была впервые замечена.

— Но её там не было, — сказала Твайлайт своему отражению в объективе телескопа. – Какие из этого следуют выводы? Возможно, в первые наблюдения вкралась ошибка. Но я сообщала о комете в Кантерлотскую обсерваторию, и наши данные совпали. Возможно, сбита настройка искателя. Нет, слишком большое расхождение, и я проверяла ещё раз, уже в замке. Комета не могла отклониться от курса так сильно или ускориться, чтобы совсем скрыться из виду. Выходит, что законы небесной механики нарушены по неизвестной причине. А о таком открытии надо написать в обсерваторию! Но прежде… — отражение встряхнуло растрёпанной гривой, — проверить расчёты ещё раз! Потому что если я всего лишь ошиблась в одном из уравнений, значит, я не справилась, и тогда…

— Твайлайт, беда! – запыхавшийся Спайк вбежал в комнату и тут же отпрыгнул в сторону, чтобы случайно не наступить на разложенные повсюду листки с вычислениями. — На город летят параспрайты!

— Осторожно с бумагами! – невольно вздрогнула принцесса, прежде чем осознала его слова. – Что, снова?! Так, принеси мне блокнот с красной обложкой!

Помощник метнулся прочь, Твайлайт с радостной улыбкой собрала записи в аккуратную стопочку и спрятала в стол. Конечно, новая встреча с всепожирающими насекомыми — далеко не праздник. Но почему бы не воспользоваться возможностью отвлечься, отстраниться от задачи, а потом вернуться к ней со свежим взглядом?

— Держи! — дракончик вернулся с блокнотом, куда Твайлайт записывала инструкции на случай разнообразных чрезвычайных происшествий. «Надо бы обновить — писалось ведь ещё с расчётом на дерево-библиотеку, а не на замок», — подумала аликорн, вчитываясь в список. Хотя конкретно в этом случае особой разницы нет…

— Спайк, тщательно запри все двери и окна. Следи, чтоб ни один внутрь не пролез! – принцесса вытащила из шкафа свиток, перевязанный чёрно-жёлтой ленточкой. – У меня есть специальное заклинание, я попробую их даже не подпустить к городу, но на всякий случай будь начеку!

— Уже бегу!

— Я надеюсь на тебя! – Твайлайт выпорхнула в окно и понеслась к ратуше. Туда, на площадь, уже сбегались встревоженные жители. При виде принцессы все устремились к ней:

— Они нас сожрут! Стая уже летит к Понивиллю! Спасайся кто может! Через десять минут уже будут здесь!

— Уважаемые жители! – принцесса магией добавила громкости своему голосу, чтобы перекричать гвалт. – Не паникуйте! После прошлого нашествия я составила специальное заклинание, которое поможет избавиться от этих вредителей! Но для этого лучше, чтоб они находились на открытом месте. Поэтому возвращайтесь по домам, запирайте все окна, все двери. Этим вы очень сильно мне поможете. Все поняли?

Под нестройные одобрительные возгласы толпа рассосалась так же быстро, как и собралась. На площади остались лишь несколько пони – и Эплджек с Пинки в их числе. Твайлайт приземлилась рядом с ними.

— Слушай, Пинки, — уже шёпотом начала она, — заклинание у меня вправду есть, но я его ещё никогда не пробовала на практике. Поэтому собирай инструменты для оркестра, вдруг без него не обойтись.

Розовая пони обошлась и вовсе без голоса – она жестами и мимикой изобразила «Конечно! Теперь я знаю, что где искать! Положись на меня» и умчалась прочь. Твайлайт проводила взглядом розовый след и повернулась к Эплджек:

— Пошли, встретим их на окраине. Откуда они летят?

— С юга, — фермерша уже пустилась в галоп. – И только яблочки поспели, словно чуют, стервецы…

Они заняли позицию на холме, Твайлайт, Эплджек, Аметист Стар, Рейндропс, Голден Харвест и Тайм Тернер. Они вглядывались в подёрнутый дымкой горизонт. Они нервно расхаживали взад-вперёд, ожидая появления крылатого противника. Они ещё раз обсудили всё, что знали о повадках параспрайтов. Они даже сыграли несколько партий в крестики-нолики.

— Ну и кто вообще первым панику поднял?! – наконец выразила общее недовольство Эплджек.

Быстро выяснилось, что весть о нашествии принесла Рейндропс. Нет, она не видела параспрайтов вблизи. Нет, ей не показалось – рои мелких существ летел в лесу по направлению к городу, и она решила, что лучше поскорее предупредить народ, а не разглядывать букашек. В конце концов, только параспрайты летают такими большими стаями, ведь правда?

— Ладно, допустим, они там были, — вздохнула Эплджек. – Но куда они делись тогда?

— Помнят, что тут уже пролетали, и решили не возвращаться в место, где всё съедено? – предположил Тайм Тернер.

— Или просто на полпути свернули? – Аметист Стар дёрнула ушком, отгоняя назойливую мушку. – Они же не обязаны по прямой лететь. А в лесу поживы больше, и нервных фермеров нету.

— А может, это были дикие пчёлы или осы, просто кое у кого проблемы со зрением? – Голден Харвест была крайне раздражена тем, что её оторвали от ухода за грядками.

— Хорошо, будем считать, что угроза миновала, — поспешила вмешаться Твайлайт, пока не разгорелся спор. – На всякий случай осмотрите город, не прячутся ли они где-то. Рейндропс, а ты лично облети все дома и скажи, что можно уже выходить. Ну а если обжоры всё-таки появятся – зовите меня. Мне нужно закончить моё исследование. Комета не параспрайт, она просто так не пропадёт…

## Глава 3

У Рэйнбоу Дэш день не задался с самого утра. На Погодной фабрике Клаудсдейла никак не могли определиться, когда сформируется партия облаков, и слали курьера за курьером. Потом какой-то балбес пустил слух, будто параспрайты приближаются. Работа встала: те пегасы, у которых были дома на земле, умчались спасать имущество, а остальные занялись разговорами. Одни обсуждали крылатых обжор, другие, вспомнив вчерашнюю цветовую бурю в небесах, рассказывали страшные истории об упавших звездах, что разрушали целые страны… Тут выяснилось, что никаких параспрайтов нет, а Клаудсдейл, оказывается, ничего не шлёт, поскольку ему нужный ветер якобы не обеспечили. Рэйнбоу терпеть не могла, когда чужие косяки перекладывают на неё, и уже настроилась на отменный скандал – но тут появилась Твайлайт Спаркл:

— Мне очень-очень нужна твоя помощь!

— И тебе доброго утра, — Рэйнбоу настороженно оглядела подругу. Грива всклокочена, дурной знак. Глаза красные – похоже, всю ночь за книжками просидела.

— Да, извини, что я так невежливо, — спохватилась Твайлайт, — у меня всё из головы вчерашнее не идёт…

— Пустяки, ничего особенного, — это на горизонте караван облаков или показалось?

— Нет, не пустяки это! Ты сможешь на сегодняшнюю ночь обеспечить безоблачное небо?

— Что-что?! – удивилась Рэйнбоу. – Нет, извини, но именно сегодня никак. По графику дождь, и так отстаём уже.

— Но мне нужно провести наблюдения за небом! Комета пропала, мне нужно найти объяснение!

— Ты, кстати, вчера на небо смотрела? – пегаска вспомнила, что хотела обсудить. — Звездопад там был просто обалденный. Я в астрономии не сильна, но случайно не твоя ли это пропажа к нам прилетела?

— Звездопад… Какой еще звездопад? – Твайлайт удивлённо моргнула. — Нет, в любом случае кометы никак не могли оказаться здесь. Так быстро они не движутся.

Рэйнбоу тяжко вздохнула:

— Ну пускай там, в небе, какое-то нарушение – нас-то оно как касается? У меня вон фермеры требуют обеспечить полив, пока урожай не высох на корню. Вот проблема действительно серьезная.

— Всё это может быть взаимосвязано, разве ты не понимаешь? – Твайлайт озабоченно посмотрела на небо. — Если помнишь, перед побегом Найтмэр Мун тоже отмечалось активность небесных тел…

— Нас ждёт новая серия Лунных Кошмаров?! — такое предупреждение нельзя было просто так пропустить мимо ушей.

— Нет, это я так, как пример! О необходимости всесторонних наблюдений! — аликорн вдруг замолчала, но спустя секунду уже широко улыбалась:

— А знаешь, ты права. Мне сперва нужно хорошенько все обдумать, а уже потом наблюдать. Извини, что отвлекла от работы!

Рэйнбоу проводила взглядом уносящуюся к замку принцессу, покачала головой и повернулась к своим работничкам. Хватит языками чесать, пора за дело.

## Глава 4

Главное в науке – систематический подход, уже давно уяснила для себя Твайлайт. Если хочешь чего-то добиться, нужно планомерно перебирать варианты, не надеясь на счастливую случайность. Под таким девизом исследовательница принялась составлять список всех комет, которые можно увидеть на небе в это время года. Затем нужно будет рассчитать их точные положения и проверить, нет ли отклонений и у них. Специально для этого приготовлен арифмометр, новейшее механическое счётное устройство. Да, она может в уме извлекать квадратные корни, но подстраховка не помешает...

За окном промелькнула запряжённая пегасами карета, послышалось предупредительное ржание и звук посадки. Очередная партия книг из Кантерлота? Не похоже, слишком рано. К сожалению, принцессе по статусу не положено выбегать гостям навстречу, так что придётся подождать.

Спайк вошёл спустя минуту, удивлённый:

— Твайлайт, тебя хочет видеть Королевский Астроном Стар Гейзер.

— Не может быть! Зови его скорее! – у Твайлайт от волнения перехватило дыхание. Только вчера она отослала письмо в обсерваторию – его прочитали и нашли столь важным, что решили лично сообщить об этом? Или же наоборот – хотят указать на те вопиющие ошибки, что она допустила, в приватной беседе, чтоб не позорить её перед всем научным миром?

— Добрый день! – светло-серый земной пони с коричневой гривой уже входил в кабинет.

— Здравствуйте! – живо откликнулась Твайлайт. – Для меня большая честь ваш визит, господин Стар Гейзер!

— Называйте меня просто по имени. А я тогда, так и быть, опущу ваш титул и буду вас называть просто «Твайлайт». Что-то мне подсказывает, что вы именно об этом хотели меня попросить? – лукаво улыбнулся гость.

— Вы угадали. Видимо, у вас богатый опыт общения с принцессами! – перед обаянием Королевского Астронома просто невозможно было устоять. Он вовсе не был похож на стереотипного отшельника-звездочёта. Стар Гейзера можно было встретить на показах мод, вернисажах модных художников и других светских мероприятиях. А в библиотеках можно было встретить его книги – увлекательно и живо написанные, они превращали сложность Вселенной в интригующую загадку, приманку для пытливых умов. Вполне возможно, что, если бы его работы попались маленькой Твайлайт, сейчас её кьютимарка была бы совсем другой. Строго говоря, им уже доводилось встречаться лично, но всё свелось к молчаливому стуканью копытами – на Гала по душам не пообщаешься…

— Я бы хотел сказать, что решил вас навестить просто поболтать о звёздном небе, однако всё обстоит гораздо серьёзнее, — начал астроном, устроившись в кресле. – Мы получили ваше письмо и сразу же провели контрольные наблюдения кометы. В крупные стационарные телескопы её можно было рассмотреть и раньше. По сути, это скопление каменных обломков, которые движутся в пространстве совместно. Скорее всего, они образовались при разрушении более крупного небесного тела – впрочем, происхождение сейчас несущественно. Важно то, что это скопление исчезло без следа, в ваших наблюдениях и расчетах не было ошибки.

— Но этого просто не может быть!

— В это трудно поверить, но это так. И это ещё не единственная странность, — продолжал Стар Гейзер. – Той же ночью, когда вы проводили свои наблюдения, в небе наблюдались сразу несколько очень ярких метеоров, и все это сопровождалось полярными сияниями. У нас нет точных объяснений этим феноменам и, к сожалению, мест падения ещё никто не нашёл, но следы в небе видели по всей стране. Жеребячьи горы, окрестности Ванхувера, пустыня Сан-Паломино, прерии к северу от Эппллузы, сегодня пришло сообщение из Кристальной империи. Уверен, что это не все.

— Напрашивается одна гипотеза, — поколебавшись, Твайлайт решила всё же озвучить идею Рэйнбоу Дэш. — Не могло ли скопление каким-то образом ускориться и прибыть к нашей планете в течение суток? Да-да, я знаю, звучит дико, ведь для этого ему пришлось бы двигаться на несколько порядков быстрее. Быть может, какое-то массивное, но невидимое тело сработало как катапульта, подхватив кометы своим притяжением и значительно их ускорив? И то, что падало с неба, и было частями скопления?

— Как же мы могли проморгать громадину, которая способна устроить такое, — возразил Стар Гейзер. – И тем не менее, прямо сейчас половина астрономов Кантерлота исследует орбиты остальных планет и комет, пытаясь понять, не появилось ли возмущений в их движении.

“Как раз то, что я хотела сделать”, сообразила Твайлайт, но сейчас её больше заинтересовало другое:

— А чем занята вторая половина?

— Они проверяют другую гипотезу, — астроном вздохнул. – Вы же не забыли, что орбиты в нашей системе подчиняются не только математическим законам, но и магии Правительниц?

— Разумеется, я помню, что Селестия и Луна способны влиять на движение нашей планеты и её спутника. Но я знаю, что они прибегают к такому воздействию только когда это жизненно необходимо. И уж вряд ли они будут расходовать свои силы на управление одной кометой, песчинкой в астрономическом масштабе!

— Всё верно, всё верно. Мы даже напрямую спросили Принцесс, не вмешивались ли они в небесную механику сверх обычного — ответ отрицательный. Но вдруг, вдруг кто-то ещё обладает магией, достаточно сильной, чтобы двигать небесные тела?..

— Вы хотите сказать, не появился ли новый аликорн?!

— Не обязательно. Может быть, это вообще не пони. Недавнее появление Тирека лишний раз напомнило, сколько разных могущественных существ обитает под одним небом с нами… Главное – вот есть кто-то, получивший могущество астрономических масштабов. Что, если он решил попрактиковаться на кометах, прежде чем перейти к бильярду планетами?

— Может, он просто не сознаёт, что творит, — подхватила Твайлайт. – Хотя это ещё хуже – он может такого наделать, прежде чем поймёт, что происходит!

— Да, это очень серьёзно. Селестия уверена, что среди заключённых в Тартаре нет никого, кто был бы на это способен, но на всякий случай стража проверяет возможность побега. Идёт работа в архивах дворца – ищем любые упоминания об особо мощных заклинаниях прошлого. Одновременно астрономы пытаются найти способ определять присутствие магии на расстоянии, чтоб отследить её источник.

— Чем могу помочь вам я?

— Я не знаю, — откровенно признался Стар Гейзер. – Возможно, вы что-то вспомните об астрономической магии…

— Вы сказали, метеорит упал недалеко от Эппллузы? – Твайлайт развернула карту. – Это не так уж и далеко. Я могла бы поискать место его падения и попробовать определить, есть ли на нём следы заклинаний.

— Это просто замечательно! – оживился астроном. – Знаете, специалистов по метеоритам у нас раз, два, и обчёлся, и они уже не в том возрасте, чтоб путешествовать по горам и болотам. Ваша помощь будет просто неоценима!

## Глава 5

Фраза Твайлайт о том, что астрономические загадки могут предвещать очередное нашествие злодеев, не давала Рэйнбоу покоя. Поэтому она охотно согласилась слетать на поиски места, где что-то (а может, кто-то?) упало с неба. Лучше развеять слабый ветер, чем ждать, пока он наберёт силу урагана.

Они вылетели на восток, а потом на юг, обходя Вечнодикий лес. Твайлайт, погружённая в раздумья, на все расспросы отвечала односложно, так что пегаска вскоре замолчала и принялась с удвоенной внимательностью наблюдать за обстановкой. Не хватало ещё, чтобы аликорн, слишком увлечённая своей наукой, в кого-нибудь врезалась.

— Примерно здесь, — сказала Твайлайт, когда под исследовательницами лес сменился холмистой степью. – Ищем воронку, может, выжженное место. Начинаем отсюда и во-о-он до тех деревьев, а потом назад.

Долго искать не пришлось. Десятиметровая грубая борозда на склоне холма так и бросалась в глаза. Рэйнбоу проследила её направление в ложбинку и хмыкнула:

— Кажется, пока мы сюда летели, оно уже выросло.

— Что выросло? – Твайлайт подлетела поближе.

— Не знаю… морковка?

Нет, больше похоже на репу. Просто гигантскую репу. Судя по округлости, которая выступала из земли, вся целиком она должна была быть размером с “Сахарный уголок”. Только, конечно, реп серо-стального цвета в природе не бывает. И листва совсем не как у репы, и не как у моркови, больше на мимозу похоже. На стебле розетка из нескольких листков, каждый из которых разрезан на множество маленьких кусочков. И все они неестественного золотистого оттенка. И вся эта ботва повыше кукурузы будет. На верхушке “репы” нашлась еще одна примечательная деталь — окружность из нескольких десятков пятиугольных пластин, слегка выступающих из корпуса. Может, это такая большая шишка?

Раздалось характерное щёлканье, Рэйнбоу обернулась – Твайлайт с горящими от счастья глазами снимала чудное растение и всё вокруг него фотоаппаратом (судя по цвету – одолженному у Пинки Пай).

— Ты когда-нибудь такое видела?!

— Нет, — честно призналась Дэш. – Даже и представить такого не могла.

Пегаска подлетела поближе. Оказалось, «листва» устроена ещё сложнее. На каждом из листов растут вроде как бляшки шестиугольной формы, размером с подкову для жеребёнка. Рэйнбоу протянула копыто, чтобы оторвать с краю…

— А-а-а!

— Дэш, что с тобой? – испуганная Твайлайт магией отдёрнула подругу в сторону.

— Молнией бьётся! – Рэйнбоу было не привыкать получать разряды: когда работаешь с погодой, это неизбежно. Но растение, заряженное так же, как грозовое облако?!

— Я читала про животных, которые могут вырабатывать электричество, а вот про растения… — Твайлайт облетала загадочную штуку, на всякий случай поставив перед собой занавес магического барьера. – Жаль, не догадалась захватить справочник по ботанике. Хотя и там не видела ничего похожего.

И тут зоркий пегасий взгляд Рэйнбоу заметил ещё кое-что:

— Оно двигается!

— Куда двигается? – Твайлайт поспешила подняться повыше.

— Поворачиваются листья. Только очень медленно.

— В самом деле, — спустя минуту подтвердила принцесса. – Будто подсолнух… Очень интересно. Рэйнбоу, пожалуйста, облети вокруг, вдруг ещё что-то выросло необычное. Только осторожней, на всякий случай не приближайся ни к чему странному.

— Будет сделано! – пегаска полетела по спирали от ложбинки, заглядывая во все овраги, за все камни, проверяя любые подозрительные места. Ничего даже близко похожего на чудо-куст в округе не нашлось. Обычная полевая трава, над которой плясали какие-то мушки, редкие деревья и кустики, никаких следов падения чего-нибудь.

— Это хорошо, — задумчиво проговорила Твайлайт, выслушав доклад. – А я тем временем прикинула – листья поворачиваются так, чтобы сохранять направление на одну и ту же точку в небе. Помнишь, как я поворачивала телескоп, когда хотела показать вам ту медленно мигающую звезду? Пускай сейчас звёзд не видно, всё равно сходство слишком бросается в глаза.

— Ты думаешь, оно вправду прилетело… оттуда?

— Да. И я не знаю, радоваться этому или бояться, — Твайлайт встревоженно встряхнула гривой. – Рэйнбоу, сегодня ночью мне обязательно нужно безоблачное небо.

## Глава 6

Твайлайт бросила ещё один взгляд на свиток с тезисами своего отчёта. Да, ничего не забыла.

— Таким образом, я пришла к выводу, что ответы на наши вопросы могут скрываться в небе. И как только стемнело, я приступила к телескопическим наблюдениям. Даже не успела приступить, — она сглотнула, вспоминая тот ужас, что на секунду охватил её. – Это было и невооружённым взглядом видно. Эти… объекты, они невероятно огромны. Блестящие тела округлых форм, похожие на семена фасоли, но испещрённые дырами и гигантскими шипами. Эту фасоль окружают загадочные вспышки и хаотичные движения тел столь маленьких, что их едва видно в мой телескоп. У нашей планеты словно появились сотни маленьких Лун, но это не мертвые камни, это нечто живое, нечто растущее и изменяющееся на глазах! Разумеется, я быстро поняла, что это такое, а вот некоторые жители – чуть до паники не дошло. Хотя то, что я увидела в телескоп, их вряд ли бы успокоило.

— Коллега, позвольте, я продолжу, — мягко вмешался Стар Гейзер. – Не сомневаюсь в добросовестности ваших наблюдений, просто это тот случай, когда лучше показать, чем рассказать.

Он принялся выкладывать на стол фотографии. “Да, — вздохнула про себя Твайлайт, — зря я не собралась присоединить к своему телескопу фотоаппарат, думала, что такая техника ни к чему для любительских прогулок по звёздному небу”.

— Мы проанализировали их количество, размер и массу, — продолжил астроном, – и обнаружили целый ряд совпадений с характеристиками скопления комет, наблюдавшегося ранее. Похоже, это одни и те же… объекты, как вы и предположили. Однако гипотезу с ускорившимися кометами придется отбросить, потому что так аккуратно погасить скорость и случайно выйти на орбиту планеты они не могли. Да, несколько обломков вошли в атмосферу, но по такой траектории, что, скорее всего, не сгорели, а достигли поверхности сравнительно целыми. Остальные же распределились на разных высотах. Некоторые просто обращаются вокруг планеты, а некоторые неподвижно висят над определёнными точками поверхности. То есть, разумеется, они тоже движутся по орбите, но с такой же скоростью, с какой вращается планета. И как раз эти, зависшие, ведут себя очень странно. Вот, здесь наглядно видно. Эти снимки делались через одинаковые промежутки времени.

— Выпускают ростки… — Твайлайт вглядывалась в фотографии. Вот просто что-то угловатое, тускло блестящее на фоне чёрного неба; потом – то ли игра света, то ли дефект плёнки; наконец становится ясно, что из вершины тянется словно бы ниточка с утолщением на конце.

— Наши наблюдатели назвали это «корнями». Один корень, натянутый силой притяжения, стремится вниз, то есть к поверхности планеты. При той скорости роста, которая достигнута сейчас, уже к концу дня пегасы смогут в прямом смысле слова пощупать этот объект. Правда, я бы не рекомендовал никому приближаться к нему. Пока лучше обойтись изучением на расстоянии.

— Я согласна с вами, — это были первые слова, которые произнесла принцесса Селестия с начала аудиенции. Всё это время выражение её лица не менялось, оставалось нейтрально благожелательным – и это пугало Твайлайт. Нет, она вовсе не ожидала паники, но одна ободряющая улыбка помогла бы поверить ей, что с этой проблемой можно справиться…

— Что ж, мы изложили все факты, — слегка развёл копытами Стар Гейзер. – Полагаю, теперь настало время гипотез.

— Хорошо, — Селестия, похоже, мыслями была где-то далеко.- С чем же мы столкнулись? Как ты думаешь, Твайлайт?

— Растения, всего лишь растения, — Твайлайт всё утро обдумывала свою теорию. – Распространение семян и плодов. Собственно, мы уже видели, как первое семечко упало на поверхность и что из него выросло. А там, сверху – целый стручок таких семян, которые прилетели к нам с какой-то другой планеты. Или клубень. Всё то же самое, что можно увидеть на огороде, только увеличенное в несколько раз.

— Если б разница была только в размерах, — покачал головой астроном. – Я ещё не видел картошки, которая самостоятельно выкапывается из почвы и отправляется на поиски огорода получше, причём безошибочно отличает его от болота или крыши дома.

Твайлайт почему-то живо представилась Голден Харвест, оторопело глядящая на морковки, которые выскакивают из грядки и устремляются куда-то за горизонт. Подавив смешок, аликорн возразила:

— Посмотрите на семена клёна! У них есть специальные крылышки, ветер подхватывает их и несёт, довольно далеко уносит. Сложная конструкция, если показать её тому, кто никогда не видел клёна – он может и не поверить, что это само выросло на дереве, подумает, будто кто-то специально клеем или магией соединял.

— Хорошо, допустим, это растения. Что нам делать дальше? Тот, с позволения сказать, электрический корнеплод, который вы нашли, с ним хоть что-то ясно. А тянущийся с орбиты корень? Если он вправду достигнет поверхности, его длина будет почти в пять раз больше радиуса планеты!

— Вы считаете, это может быть опасно? – Твайлайт вздрогнула, вспомнив захваченный чёрными побегами Понивилль. А если такое случится по всему миру?..

— Не пугайте принцессу, — шутливый тон Селестии плохо скрывал её обеспокоенность. – Давайте лучше я поделюсь с вами своими наблюдениями.

— С почтением выслушаю вас, — склонил голову астроном.

— Я и Луна, конечно же, ощущаем новые небесные тела, нависшие над нашими головами. И мы потратили немало времени, исследуя их с помощью магии. Самое главное – я не ощущаю в них чего-то живого. С другой стороны, я никогда не встречала электрических растений со стальными листьями, может, потому и не могу «узнать» их.

— Я бы предложил провести несколько опытов, — учтиво сказал Стар Гейзер, — если бы не знал, насколько перегружен заботами день вашего высочества.

— Благодарю за понимание, — у Селестии почти получилось улыбнуться. – И ещё одно наблюдение. Нам с Луной так и не удалось обнаружить следов чужого воздействия на тяготение в окружающем пространстве, и вообще следов чьей-либо магии. То есть полёт объектов направлялся не с планеты.

— Если уж зашла речь о магии… — астроном слегка поморщился. – Странно, что никто не вспомнил о Дискорде. В прошлый раз, когда он показывал своё могущество, двое моих коллег до нервного расстройства дошли, пытаясь объяснить те безобразия, что увидели в телескопы. Так, может, и в этот раз всё объясняется просто? Найти его, и проблема решена?

— Магию Дискорда я узнаю с любого расстояния, — твёрдо сказала Селестия. – Можете быть уверены: его рядом нет. А найти – я могу его, скажем так, позвать. Он не обязательно откликнется, но услышит точно. Но, если говорить честно, — Селестия со значением оглядела гостей, — я бы предпочла пока обойтись без его вмешательства. Пока мы можем быть уверены, что всё идёт естественным путём, а Дискорд немедленно взбаламутит обстановку своим хаосом.

— Думаю, так действительно будет лучше для всех, — кивнула Твайлайт. — Ладно, с Дискордом разобрались, что ещё мы можем сейчас предпринять?

— Я могу многое сделать, Твайлайт, но пока не получается определить, как мои поступки повлияют на обстановку, — вздохнула Селестия. – Пока что я прикажу обеспечить охрану тех мест, где ожидается контакт корней с поверхностью. Гвардия подготовится эвакуировать граждан, если станет понятно, что им угрожает опасность. Письма главам других государств я уже разослала, может быть, они что-то подскажут. А пока что вся надежда на вас, на учёных. Узнайте как можно больше, и тогда мы вместе отыщем ключ к решению.

## Глава 7

А ведь такой хороший сон снился! Так нет же, угрюмый стражник (даже не понивилльский почтальон!) разбудил на самом интересном месте. На расспросы не отвечал, только требовал расписаться в получении пакета, а потом умчался в направлении Кантерлота. И то, что на конверте оттиск печати Вандерболтов, почему-то не радует в такую рань.

Сердито фыркнув, Рэйнбоу открыла конверт. Так и есть, официальный приказ, с печатями. Ей, Тандерлейну, Рейндропс и ещё нескольким резервистам отряда Вандерболтов предписывалось немедленно выдвинуться в указанный на прилагаемой карте район, сформировать облачный блиндаж и до особого распоряжения осуществлять наблюдение за воздушным пространством, проявляя при этом разумную инициативу. Конечно же, на карте было отмечено то место, куда они с Твайлайт летали позавчера. Выходит, электрическая редиска настолько взволновала командование, что ей сочли нужным приставить охрану? Рэйнбоу решила пока не думать над этим, а… попроявлять инициативу. После обучения в лагере она знала, что эта фраза означает «выкручивайся как можешь».

— Я так и не поняла, что ж там такого особенного, в той долинке? – спросила Рейндропс, когда они уже подлетали к знакомым холмам. Время близилось к полудню.

— Там из космоса свалилось какое-то странное растение, — Рэйнбоу уже несколько раз объясняла своим спутникам обстановку, но они принимали её слова за розыгрыш. – Какая-то брюква, у которой листья поворачиваются, как у подсолнуха.

— Я смотрю, вымахала твоя брюква-то, — буркнул Тандерлейн. – Будем урожай собирать?

— Это ты о чём… — Рэйнбоу осеклась. На фоне серых облаков заметить такое было трудно, ещё труднее воспринять непривычным глазом, но сейчас, вблизи – тускло-свинцовый стебель натянутой струной уходил в зенит.

— Как в сказках земных пони! – восхитился кто-то из молодёжи. – «И посадил он волшебное семечко, и выросло дерево до самого неба!»

— А потом из Клаудсдейла прилетели пегасы и надрали уши за баловство с магией, — проворчала Рэйнбоу. – Займитесь блиндажом, сказочники. Тандерлейн, полетели на разведку.

Прикрываясь болтавшейся неподалёку тучкой, двое пегасов направились к гигантскому растению. Но не успели они проделать и половину пути, как впереди послышался какой-то жужжащий гул и грохот. Рэйнбоу жестом велела Тандерлейну остановиться, прикрыла свою яркую гриву клоком облака и осторожно выглянула.

На гребне холма появился… появилось… появилась… Больше всего это напоминало повозку, из тех, что каждый год снаряжают на Праздник летнего урожая – примерно такого же размера и на колёсах. Но никакого сходства с овощами-фруктами.

— У твоей брюквы уже долгоносики завелись? – прошептал Тандерлейн, и попал как раз в точку. Именно, повозка-жук. Со всех сторон покрыта гладким тёмно-коричневым материалом, вместо шести ног – шесть колёс, спереди торчат два длинных усика, а между ними блестящий металлом хобот, который при движении всё время шевелится, будто обнюхивает дорогу. Только разве на Праздник урожая делают макеты вредителей?

Не обращая никакого внимания на наблюдателей, «долгоносик» целеустремлённо промчался вниз по склону, свернул на запад и исчез в овраге. Пегаска полетела следом, потом решила не загружать себе голову. В конце концов, ей приказывали наблюдать за воздухом, а что там на земле происходит, её уже касаться не должно. Вот если этот жук вдруг развернёт крылышки…

Но когда разведчики достигли долинки, стало ясно, что спрятаться за буквой приказа не получится. Слишком сильно изменилась обстановка.

Там, где еще недавно росло одинокое металлическое растение, теперь находилась исполинская конструкция, похожая на инсталляцию какого-то безумного художника, который в погоне за оригинальностью забыл вложить в свое творение хоть каплю смысла. Беспорядочное нагромождение блестящих решеток, шаровидных куполов и гигантских шпилей. Замком это можно было назвать с большой натяжкой, растением — тоже. О теории космических семян напоминал лишь тонкий стебель, который выходил из асимметричной металлической башни и уходил в небо, проткнув облака.

Вокруг сооружения кипела непонятная работа, похоже, оно еще не выросло полностью. Возле дыры в самом большом куполе зависла пара крылатых объектов, похожих на пузатых драконов, изредка покачиваясь и брызгая искрами. Выглядели они крайне неуклюже и едва ли представляли опасность, но они были здесь не одни. Множество иных причудливых созданий — некоторые ростом с жеребёнка, а некоторые побольше речного змея. Существа носились в воздухе, катились по земле, перешагивали через ямы, волокли ящики, мерцали загадочными огнями и творили еще Дискорд знает что.

Вся эта суета вокруг стального растения казалась полным хаосом, но внимательный взгляд различал в движениях этих металлических существ некий глубокий порядок. Что бы ни дирижировало этим механическим оркестром, сбоев в исполнении оно не допускало. Все действия совершались слаженно и очень быстро. Ощущалось, что происходило что-то важное.

— Я смотрю, ты не стала нам всё рассказывать, боялась, что не поверим? – деревянным голосом проговорил Тандерлейн.

— Представь себе, для меня это всё тоже сюрприз, — ещё кое-что странное: розовые шары, утыканные шипами – вылитые бутоны чертополоха, только размером с голову пони. Висят в воздухе без всякой видимой поддержки, кольцом окружая долинку.

— Думаешь, это всё нуждается в охране? Тут скорее нас нужно охра… — сильнейший грохот заглушил слова пегаса. Из-за холмов на юго-востоке поднялся клуб пыли.

— Пока никто нас не трогает, — Рэйнбоу попробовала представить, что было бы, если б такая штука возникла не где-то в глуши, а посредине Понивилля. Конечно, они нашли бы какой-то выход, но прежде…

— И ты всё ещё хочешь сказать, что это растение? – не унимался Тандерлейн. – Разве может растение быть таким прочным, чтоб дотянуться до неба?

— Сейчас подлечу поближе и проверю, — Рэйнбоу поднялась над тучкой.

— Стой, стой, что ты делаешь?!

— Проявляю разумную инициативу, — пегаска устремилась прямо на колонну. Нет, дотрагиваться до неё не стоит, но вот рассмотреть вблизи – почему бы и нет?

К сожалению, розовые шарики думали иначе. Без всякого предупреждения они взмыли вверх, наперерез Рэйнбоу. Она попыталась уклониться, но «чертополохи» оказались проворнее. Будто рой пчёл, они облепили нарушительницу невидимой границы – вблизи оказалось, что, подобно пчёлам, они ещё и жужжат сердито. А вот шипы оказались не твёрдыми, а пружинистыми, и сколько пегаска ни лягалась, удары копыт вязли, не принося результата. Проявив недюжинную силу, шарики соединёнными усилиями оттащили Рэйнбоу к соседнему холму, а там бросились врассыпную – так неожиданно, что она шлёпнулась на траву – и организованно полетели обратно.

— Что они с тобой вытворяли?! – взволнованный Тандерлейн, наплевав на маскировку, бросился к напарнице.

— Сделали меня как жеребёнка… — пегаска ошарашенно ощупывала крылья. – Да какого сена! Они будут указывать мне, где летать?!

— Кто «они»? – тихо спросил Тандерлейн. – С чем мы вообще связались?..

— Разрази меня Дерпи, если я знаю, — фыркнула Рэйнбоу. – Но я просто так отсюда не улечу! Так, а это что?

Исходящий от стебля-каната свист, сперва чуть слышный, потихоньку нарастал, пока не перешёл в гул. Тандерлейн только открыл рот, собираясь что-то сказать, когда вниз по стеблю-колонне соскользнула… гусеница? Несколько выстроенных в ряд здоровенных серых шаров, из которых в разные стороны торчали какие-то штыри, а на самом верхнем крепились отполированные до зеркального блеска тарелки, развернутые в разные стороны. Это если судить по форме, потому что по размеру такие тарелки подошли бы разве что драконам, если бы те пользовались посудой.

Вернувшись к тучке, пегасы успели заметить, как на верху купола закрывается отверстие – видимо, туда и проскочила штуковина. Спустя минуту на одном из крупных куполов бесшумно раскрылся треугольный проход, из которого выкатились новые гости. Они были похожи на «долгоносиков», только на «спинах» у них крепились какие-то не то столбы, не то трубы. Эти повозки не стали задерживаться и сразу устремились в том направлении, откуда недавно доносился грохот. Не снижая скорости, они ловко разминулись с вереницей шагающих платформ, которые тащили на себе кузова, нагруженные коричневой рудой. В это же время к одной из башенок сооружения причалило несколько пузатых металлических “ящеров”, пару минут назад прилетевших с запада. Вскоре башня снова открылась, выпустив “гусеницу”, которая стала подниматься, потихоньку набирая скорость.

— Подъёмник, — вдруг сказал Тандерлейн. – Лифт. Я такую штуку видел на стройке в Кантерлоте. Для всякого тяжёлого, что пегасам таскать трудно, и хрупкого, что побьётся в транспортном смерче.

— Но высота… — Рэйнбоу задрала голову, пытаясь увидеть конец стебля. – Получается, поднимают выше неба?

— Я уже ничему не удивлюсь, — кисло вздохнул Тандерлейн.

## Глава 8

Титул принцессы принёс Твайлайт ещё и набор привилегий – в том числе и право на личную карету, запряжённую стражниками-пегасами. И сегодня транспорт оказался как нельзя кстати. Да, тренировать крылья нужно, но когда обходишься без сна полторы… полтора… мысли путаются, и грамматика ускользает, пусть будет целые сутки и ещё половину. В общем, летать в таком состоянии было бы большой ошибкой.

Карета приземлилась на балкон замка очень мягко, Твайлайт даже не уловила момент посадки. Она вышла, поблагодарила возчиков и зашагала – правильней будет сказать «потащилась» – в кабинет, удерживаемые магией папки с отчётами летели следом. Да, Селестия велела немедленно отправляться спать, но она же успеет прочитать ещё один…

Они все были в тронном зале, и все выскочили одновременно, и обрушили на её мутную от усталости голову поток слов, смысл ускользал от неё, но, к счастью, Спайк первым понял, что с ней творится, и перекричал общий хор:

— Не шумите! Посмотрите, она же еле на ногах стоит!

— Я в полном порядке, — она улыбнулась, но, видимо, вышло как-то криво, потому что все замолчали и попятились. – Я безумно… то есть очень рада вас всех видеть, но что у вас стряслось?

— Да у нас-то пока ничего, — фыркнула Эплджек, — а вот в Эпплузе прямо-таки разбой творится. Прекрасный сад яблочный заложили, лучшие саженцы, на следующий год впервые зацвесть должен был – а теперь там только ямы-канавы, и щепочки не осталось! Сперва возле города упал железный булыжник, потом с неба какие-то не то птицы, не то драконы спускаться стали. И дня не прошло, как почти все посадки выкорчевали, и край города зацепили. Хорошо, никого не зашибло, но что делать теперь? А что будет, когда бизоны увидят, что с их тропами сотворили?!

— И до Вечнодикого леса добрались! – сердитая, чуть не кричащая Флаттершай, очень редкое зрелище. Оно и к лучшему, потому что сердитая Доброта – это что-то из ряда вон. – Пока дальше опушки не забирались, но звери начинают уходить от этого бесконечного грохота! Даже медведи бегут из тех мест, куда с неба начали падать предметы.

— Да что там лес, уже и по железной дороге нормально проехаться нельзя, — волнение Рэрити было не наигранным, по крайней мере, не чрезмерно наигранным. – Только представь, дорогая, остановка на пути в Мэйнхэттен затянулась на три часа! Поезд отправился по запасному пути, потому что основной испортили гости с небес

— А ещё мухи! – Пинки, кажется, решила побыть сердитой за компанию. – Или мошки! Никакого спасения от них нет! А я, может, хочу наедине побыть хотя бы немного, но от них нигде не скроешься. И откуда только берутся такие?

— Тааак, понятно, — ничего на самом деле не было понятно, но Твайлайт твёрдо решила докопаться до сути. – У вас у всех неприятности. И вы считаете, что именно я могу вам всем помочь.

Подала голос Рэйнбоу – непривычно серьёзная, она висела под потолком, скрестив передние ноги на груди:

— Ты, наверное, не знаешь, да? Там, куда мы летали искать метеорит – там теперь нет того электрического растения. Зато есть здоровенная штуковина из металла, подъёмник, доходящий до облаков, а также тьма-тьмущая самодвижущихся повозок и летающих металлических ящеров. Они роют, копают, строят, чего только не делают. Подозреваю, что в Эпплузе творится то же самое. И вообще везде. И даже мулам понятно: это как-то связано с той чехардой, что творится на небе. А по небу у нас ты главный спец.

— Вот как, — сказала Твайлайт и замолчала. Она ожидала какого-то подвоха, но такого… Они, учёные глупцы, сидели в обсерватории, глядели в небо, классифицировали всё, что крутилось сейчас вокруг планеты. А самое-то важное, получается, на земле творилось. Земляные работы, подъемники и повозки?! Именно повозки, созданные копытами пони?

— Послушайте, девчата, понимаю, что всё это срочно, но Твайлайт точно отдых нужен, — вышел вперёд Спайк. – Пусть она выспится, я тем временем поищу чего полезного в библиотеке, а потом она проснётся, и всё будет хорошо!

— Можешь не тратить время, в книгах ты ничего не найдёшь, — аликорн потёрла глаза. – Извините, друзья, мне не хочется вас подводить, но сейчас действительно сил уже не осталось.

Ночью Твайлайт приснился живой океан. На его поверхности сами собой вздымались сложные симметричные фигуры, сложенные из дрожащего розового желе. Он будто что-то пытался сказать ей, а она мучилась и ворочалась во сне, чувствуя себя бессильной понять сообщение.

## Глава 9

Дул слабый южный ветерок. Облака испуганными овечками теснились у горизонта, не загораживая солнца. Рэйнбоу Дэш с вершины холма окинула взглядом лагерь неприятеля и скомандовала:

— Приготовиться к началу операции «Проникновение – двадцать три»!

Вообще-то загадочные механизмы, спустившиеся из космоса на сверхвысотном лифте, официально неприятелем не считались. В приказе, ещё вчера полученном из Кантерлота, говорилось недвусмысленно: «Соблюдать нейтралитет, враждебных действий не предпринимать, в случае проявления агрессии со стороны пришельцев – организованно отступить и ждать приказов командования». Хотя и тут был простор для толкования: попытка подлететь к центральному куполу – это проявление враждебности или нет? Судя по тому, как терпеливо розовые стражи выдворяли нарушителей границы, не переходя в нападение, их всё устраивало. Рэйнбоу даже сперва подозревала, что угодила в какую-то большую постановку, организованную Вандерболтами для тренировки новичков. Вдали от городов, без лишних глаз – широкий простор для упражнений в тактике и стратегии. Конечно, сейчас, когда пейзаж неузнаваемо менялся с каждым часом, а от поднятой механизмами пыли порой трудно было дышать, стало ясно, что это всё взаправду. Но тем более удобно использовать такую прекрасную возможность для тренировок!

— Итак, план все помнят? – пегаска махнула копытом в сторону схемы, начерченной прямо на земле. – По местам! Приступаем!

Рэйнбоу демонстративно полетела прочь, потом снизилась и помчалась, набирая скорость, к лагерю, на бреющем полёте, чтоб её не засекли раньше времени. Рейндропс вместе с парой помощников тем временем уже заходили с юга, толкая перед собой маскировочные тучки. Это был лишь отвлекающий манёвр – «чертополохи» уже давно поняли, что если облако движется невысоко и в отсутствие ветра, значит, кто-то за ним прячется, и заранее выдвигались на перехват.

Вот только на этот раз их ждал сюрприз: когда половина дозорных встала на пути нарушителей, с запада в долинку ворвался Тандерлейн. Он тут же принялся крутить «бочки», ломать траекторию полёта, оставляя за собой чёрные зигзаги в попытках увернуться от второй половины сторожевого отряда. В тщетных попытках – ни одному пони не удавалось пока увернуться от розовой стаи.

И как раз в этот момент с северо-востока выскочила Дэш. Она успела разогнаться так, что до центрального купола оставалось несколько секунд лёта. Шарики метнулись от Рейндропс и Тандерлейна к ней – слишком поздно, даже они не успеют так быстро сменить направление полёта! Только увернуться от парочки, кружащей над скоплением повозок, и путь открыт!

Коварный «чертополох» не стал даже пытаться перехватить радужногривую пони. Он внезапно вспыхнул светом – ярче десятка солнц! Рэйнбоу вскрикнула, невольно попыталась закрыть глаза крылом – совсем забыв о скорости. Взбунтовавшийся поток воздуха скомкал пегаску, смял перья, швырнул в сторону, и только мягкие объятья подоспевших охранников спасли её от удара о землю.

— Почти получилось, — невозмутимо сказал Тандерлейн, когда шарики сгрузили тяжело дышащую Рэйнбоу на «штабном» холме. Конечно, было обидно из-за этого «почти»; но неудача, повторившаяся двадцать три раза подряд, уже не ощущалась так горько.

— По-моему, они показали что-то новенькое! – восхищалась Рейндропс. – Интересно, что ещё у них припасено для таких настырных типов, как мы?

— Где твоё самоуважение? не «настырных типов», а «будущих Вандерболтов»! – для порядка поправила Рэйнбоу. Перед глазами всё ещё плавали тёмные пятна, о полётах нечего было и думать. – Теперь нужно брать с собой солнцезащитные очки. Ха, они ещё не подозревают, как потрясно я выгляжу в тёмных очках!

— Очки, — записал в блокнотик Тандерлейн. – Что ж, приступаем к разработке плана операции «Проникновение – двадцать четыре»?

## Глава 10

Отчёт Рэйнбоу Дэш. Отчёт экспедиции из района Жеребячьих гор. Письмо из Кристальной империи. Показания очевидцев из поезда Кантерлот-Мэйнхэттен (с приложением сделанных Рэрити набросков). Собственные наблюдения в телескоп. Фактов было более чем достаточно, чтобы Твайлайт поняла: её гипотезу о космических растениях придётся отвергнуть. Растения совершенно точно не строят повозки, не сносят горы, не растапливают какими-то химическими зарядами льды – и всё это без применения магии.

Оставался один вариант. Вообще, мысли о том, что где-то во вселенной, на других планетах существуют цивилизации космических пони, высказывались ещё в Эпоху разъединённых племён. Но все предпочитали думать, что это мы найдём их, а не они нас.

— Судя по их образу действия, это скорее космические драконы, а не пони, — вслух сказала Твайлайт, рассеяно наблюдая за кружащими под потолком мушками. – Хотя даже с драконами можно находить общий язык. Неужели они не понимают, что разрушают наш мир?!

Прекрасно понимают, гласил самый популярный ответ, им нравится разрушать, только и всего. Но такой примитивный вариант Твайлайт не принимала. Она верила, что злонамеренным существам в космосе места не найдётся. Естественно, не потому, что космическим пространством будто бы управляют законы морали – просто выход из планетной колыбели в межзвёздный океан требует объединения усилий многих и многих существ, то есть дружбы.

Но если пришельцы владеют основами дружбы, основами взаимопонимания – значит, должны были, фигурально выражаясь, постучаться и спросить разрешения войти, прежде чем хозяйничать в чужом доме. Но где попытки общения? Пускай драконы не всегда снисходят до разговора – но они могут дыхнуть огнём или щёлкнуть зубами, и это будет выразительней тысячи слов. А здесь пришельцы только защищаются от постороннего вмешательства, как узнала на своей шкуре Рэйнбоу. Они настолько горды, упиваются своим превосходством над технически отсталыми эквестрийцами? Или же мы имеем дело с неразумными существами, неспособными общаться в принципе? Но разве можно совершать межзвёздные перелёты, не обладая разумом?

— Замкнутый круг получается, — Твайлайт отогнала особо назойливую мушку, которая посчитала ее гриву отличным посадочным местом. – Я не могу найти выход… Значит, нужно заняться чем-то другим, чтоб отвлечься!

Исследовательница проворно уложила разбросанные на столе бумаги в аккуратные стопочки, отнесла в библиотеку уже ненужные справочники по ботанике, пополнила запас чернил – и снова отвлеклась на докучливое насекомое.

— Всё, сами напросились!

Свиток с чёрно-жёлтой ленточкой был на месте. Модифицировать заклинание так, чтобы оно действовало не на параспрайтов, а на существ помельче… при той же затраченной магической энергии радиус действия уменьшится… оно и к лучшему, нет нужды выгонять мух из всего города, сейчас нужно позаботиться лишь о паре комнат. Твайлайт сосредоточилась, и волна бледно-малинового света разошлась вокруг. Одну муху вынесло в окно; две другие будто ничего и не заметили.

Аликорн поспешно проверила свои выкладки. Может, в пропорцию нужно подставить не квадрат, а куб расстояния? Она выдала ещё одну вспышку – с тем же результатом. Третий разряд получился настолько мощным, что на потолке осталась подпалина, а мухи, опалённые жаром, замертво свалились на пол.

— Наконец-то! – рассмеялась Твайлайт и сама устыдилась: воевать с домашними вредителями магией – это уже чересчур. Она подошла к павшим насекомым с метлой наперевес, машинально «ощупала» их – для недавно обретённого аликорнового чувства прямого восприятия магии не существовало общепринятого названия – и застыла на грани понимания.

— Что за шум с утра пораньше? – в кабинет заглянул встревоженный Спайк. – На кухне чуть посуда не попадала от твоего колдовства!

— Спайк, — тихо, боясь спугнуть мысль, сказала Твайлайт. – Неси сюда микроскоп. Тот, что Шайнинг на день рождения прислал, самый большой. И справочник по энтомологии.

Твайлайт прильнула к окуляру, жадно всматриваясь в картинку, которая становилась чётче с каждым оборотом фокусировочного винта. Поверхностных знаний в биологии вполне хватило Твайлайт, чтобы понять: эквестрийских насекомых этот комочек из крошечных стеклянных бусинок, тонких пластинок, покрытых узором из правильных треугольников, и блестящих ниточек напоминал весьма условно. Твайлайт теперь вспомнила, что впервые о надоедливой мошкаре заговорили как раз после падения метеоритов, что могло значить… но закончить мысль она не успела — внезапное движение в окуляре заставило ее вздрогнуть. Существо шевелилось! Несколько блестящих “ножек” “насекомого” едва заметно дёргались, словно пружинки часового механизма, у которого вот-вот закончится завод. Она смотрела на это зрелище как завороженная, пока движение не прекратилось. Крошечный металлический комочек замер – и, похоже, навсегда.

Твайлайт оторвалась от микроскопа, медленно обдумывая случившееся, и наконец прошептала срывающимся голосом:

— Я убила пришельцев. Они были здесь с самого начала, а мы даже не поняли этого!

— Что заставило вас так думать? – раздался сзади дружелюбный голос Стар Гейзера. Принцесса резко обернулась – да, это был Королевский астроном собственной персоной, в элегантной дорожной шляпе, видимо, только что прибывший с новыми отчётами из обсерватории.

— Как же мы раньше не догадались посмотреть на мух, которые появились одновременно с первыми же метеоритами! – Твайлайт, захлёбываясь, принялась объяснять, сперва путано и обрывочно, но постепенно привычка излагать всё по порядку взяла верх. Стар Гейзер слушал внимательно, кивал, задавал уточняющие вопросы, сам смотрел в микроскоп. И когда боль и волнение перегорели, уступив место разумной сосредоточенности на проблеме – он мягко сказал:

— Блестящий анализ, коллега. Вы замечательно умеете соединять разрозненные факты в стройную теорию. Но я считаю – это вовсе не пришельцы, по крайней мере, не те пришельцы, которые могли пересечь космические пространства на огромных звёздных кораблях. Как, по-вашему, они могли построить те же механические повозки, которые и для нас-то немаленькие, а уж для мух? Где нужные для этого мускулы? Где, самое главное, мозг, способный их придумать, спроектировать? Конечно, размер головы не показатель ума, но как вместить в такое тельце что-то сложнее… сложнее, собственно, разума мухи?

— Но как объяснить их чужеродность? – пробормотала Твайлайт.

— А тут я не буду спорить. Эти мухи вправду пришельцы, но они мухи-пришельцы. То есть наши гости принесли с собой не только растения – тот исполинский корнеплод, который вы исследовали, но и мелких созданий, заменяющих им насекомых. Возможно, это вышло случайно. Помню, я как-то поехал в Филлидельфию, в гостинице открываю чемодан – а оттуда выпорхнула божья коровка. Случайно попала внутрь вместе с одеждой. Если б не я, она никогда бы не совершила такого путешествия – по её меркам вполне космического!

— Да, эта аналогия куда больше похоже на правду. Извините, пожалуйста, — Твайлайт готова была сквозь землю провалиться от стыда. – Я, должно быть, смешно выгляжу? Поспешно построить ошибочную теорию на основе случайных фактов, а потом устраивать по её поводу истерики…

— Твайлайт, помни, что для науки нет нерушимых истин или авторитетов, — очень серьёзно сказал Стар Гейзер. — Все заблуждения и ошибки не смешны, потому что они возникают в результате осознанного риска. Сознание этого дает право высказывать гипотезы, так как даже если они вскоре рухнут, это будет поражением на правильном пути.

— Замечательно сказано, — принцесса часто заморгала, стараясь избавиться от малейших слезинок, ещё скрывавшихся в уголках глаз. – Стар, вы настоящий мастер слова!

— Благодарю, хотя именно сейчас это не моя заслуга, я всего лишь процитировал классиков, — мягко улыбнулся астроном. Потом взгляд его посерьёзнел. – Никаких непоправимых ошибок вы не совершили, я уверен. Но вот конфликта нам, похоже, никак не избежать. Ведь пришельцы не пытаются с нами общаться и уже успели причинить немалый ущерб планете.

— Я собиралась подумать на эту тему, но тут вмешались мухи, — Твайлайт смущённо развела копытами.

— Очень вовремя вмешались, — Стар Гейзер принялся листать энтомологический справочник. – Скажите, а если бы эти псевдо-насекомые действительно оказались теми самыми пришельцами – как бы мы с ними смогли начать беседу?

— А разве… — Твайлайт осеклась и задумалась.

— Все привычно считают, что к нам прилетели звёздные пони, ну в крайнем случае звёздные грифоны или драконы – если не по физиологии, так хотя бы по мировоззрению. Но что, если они коренным образом отличаются от всех, кто населяет нашу планету? Что если они просто не знают, что с нами можно общаться, как мы не стали бы заводить разговор, скажем, с облаками в небе?

— Ну как же! – горячо возразила Твайлайт. – Мы же строим дома, и мосты, и плотины, их, я думаю, даже из космоса можно разглядеть, разве это не выделяет нас среди всех прочих?

Стар Гейзер жестом фокусника повернул к ней справочник, открытый на рисунке осиного гнезда в разрезе:

— Вот, пожалуйста. Это даже не дом, это целый городок. Так почему же мы не спешим вести переговоры с осами, не зовём их на совещания к принцессе Селестии?

— Ну, между прочим, Флаттершай с пчёлами общаться может, — беспомощно возразила Твайлайт, сознавая слабость такого довода.

— Это Флаттершай, с её особым талантом – много ли таких среди нас? И можно ли ожидать, что много таких среди пришельцев? А главное, — астроном отложил книгу, — о чём будем вести разговор с ними? Можно договориться, чтоб они собирали мёд с того или другого луга; но вопрос об установлении дипломатических отношений с народом яков им вряд ли будет интересен. Это если они вообще смогут уложить его в рамки своего, сосредоточенного на улье мировоззрения.

— То есть нам нужно показать пришельцам не просто свою разумность, но что-то выходящее за рамки нашего улья, нашего уютного обжитого мира?

— Именно так. И это не такая простая задача, как кажется.

## Глава 11

Рэйнбоу Дэш лежала на облачке, отдыхая перед очередной попыткой прорвать кордон вокруг лифта. Надо отдать должное её розовым противникам, они не уставали совершенствоваться. «Чертополохов» стало больше, они не просто висели по краям ложбинки, а облетали её двумя встречными потоками. Но и к пегасам прислали пополнение, так что они могли проворачивать более сложные операции.

— Командир, у нас гости! – доложила Рейндропс. Рэйнбоу обернулась: со стороны Понивилля приближался небольшой дирижабль, рядом с ним летела Твайлайт Спаркл.

— Привет! Я уж думала, тебе из Кантерлота не выбраться! – прокричала пегаска, устремляясь навстречу гостям.

— Настало время поработать в поле! Поможешь мне с этими плакатами? – Твайлайт указала на корзину дирижабля, в которой, за спиной сосредоточенной Черри Берри, громоздились рулоны бумаги.

— Помогу, конечно, но это вообще зачем? — удивилась Рэйнбоу.

— Будем устанавливать контакт, — подмигнула Твайлайт.

— С кем, с этими? — Рэйнбоу махнула в сторону лагеря пришельцев. — Да они разве чего-то вообще понимают?

Конечно же, Твайлайт не удержалась от подробной лекции. И, надо сказать, её рассказ стал для пегаски откровением. Надо же, оказывается, пони могут просто не посчитать достойными собеседниками! Хотя с другой стороны — разве её всё более сложные воздушные трюки не должны были произвести впечатление?

— Извини, я-то знаю, что ты мастер высшего пилотажа, но как постороннему зрителю отличить твой полёт от полёта бабочки… или мухи, — аликорн поморщилась, будто отгоняя неприятное воспоминание.

— Наверное, ты права, — неохотно признала Рэйнбоу. — Значит, я придумаю такой трюк, что все бабочки от зависти попадают! Ладно, а что приготовила ты?

— Для начала самый простой вариант, — Твайлайт магией развернула транспарант, с изображением, будто позаимствованным со страниц букваря: вот одно яблочко, вот два яблочка, и так далее. Только вместо яблочек или там охапок сена были нарисованы абстрактные кружочки. — Здесь наглядно показаны числа и простейшие арифметические операции. Можно не знать языка, но без математики никак не обойтись!

— И это самое умное, что мы можем предложить? — недоверчиво хмыкнула пегаска. — «Дважды два четыре», как для самых маленьких.

— А вот более сложный вариант, помоги достать, — Твайлайт сражалась с рулоном ткани. — Тут изображена наша планетная система.

— Думаешь, они этого не знают, они же оттуда прилетели! — рассмеялась Рэйнбоу.

— Они-то знают, а вот то, что в этом смогли разобраться мы, уже кое-что говорит о нашем уровне развития… Так, куда бы его приспособить лучше, как думаешь?

В итоге длиннющую ленту с изображением планет прицепили к хвосту дирижабля и велели Черри Берри летать вокруг лифтового «стебля». Решебник по арифметике решили вывесить на склоне холма, обращённом к базе пришельцев. Как и следовало ожидать, на практике это оказалось сделать нелегко — плакат всё время норовил осесть набок, так что пришлось послать Рейндропс за верёвками, чтоб сделать растяжки.

— Интересно, как “чертополохи” отнесутся к дирижаблю. Вряд ли его станут портить, но все же Черри стоит быть поосторожнее. За соблюдением границы они следят не только тут, внизу, но и до самых облаков. Видать, боятся за свой трос ненаглядный!

— На самом деле мы не сможем ему никак навредить, — рассеянно отметила Твайлайт, проглядывая какие-то свитки. — В обсерватории делали расчеты: чтобы выдержать нагрузку, такой лифт с поверхности в космос должен быть сделан из невообразимо прочного материала… Так-так, отлично, попробуем это!

Её рог запульсировал светом, и на вершине холма возникла полупрозрачная фигура единорога высотой с башню Кантерлотского дворца.

— Эт-то ещё что такое? — удивилась Рэйнбоу.

— Наглядно показываю пример разумного существа, — гордо объяснила Твайлайт. — Чтоб знали, на кого обращать внимание.

— А почему только единорог? Пегасы что, не разумные, что ли?! — слегка обиделась Рэйнбоу.

— Тогда уж и земных пони нужно показать, — аликорн поднатужилась, и рядом появились ещё две световые скульптуры.

— А аликорнов не будем помещать, потому что они редкие слишком? А вообще, знаешь… мне это напомнило одну книжку Флаттершай, про птиц Эквестрии. Там на каждой странице два рисунка: петушок и курочка, петушок и курочка. А у пони, если так посмотреть, получается три пола, что ли? Вот умора будет, если они тебя неправильно поймут!

— Ты права, — Твайлайт быстро убрала свои конструкции. — Нужно как следует продумать эту идею, а то выйдет больше вреда, чем пользы.

— Мы у них и так все на виду, в этом нет новизны. Нужно показать то, чего от нас не ждут. Пока они видят лишь разные грани нашей обычной жизни. Ну а если показать им... самих себя?

— А что, отличная идея! Вот, скажем, если бы осы нарисовали мой портрет на стенке своего гнезда, я бы точно обратила внимание! — обрадовано вскричала Твайлайт.

Пару минут Твайлайт обдумывала детали нового заклинания, а затем, взмахнув искрящимся рогом, начала представление, чувствуя себя немножечко Трикси. На холме появилась шестёрка иллюзорных «долгоносиков» пришельцев, которые ездили вокруг шестерки пони. Сделав пару кругов, они остановились, дав пони занять места между собой, и теперь все они, машины и четвероногие создания, закружились в хороводе. Твайлайт пыталась поддерживать заклинание и следить за машинами одновременно, и ей вдруг показалось, что она видит реакцию. Шарики как будто на секунду замедлились... словно заинтересовавшись картиной. Или ей просто причудилось?

Вскоре представление пришлось прервать: вернулась Рейндропс с верёвками, и втроём они начали устанавливать плакат. Некстати налетел ветер, трепавший ткань и ещё больше осложнявший задачу. В это время дирижабль совершал облет территорий, выходя на второй круг.

Черри Берри вовсе не собиралась сближаться с пришельцами, но сильный порыв ветра покачнул дирижабль и повлёк его в сторону воздушной границы. Закрепленное полотнище явно не шло на пользу управляемости аппарата. Шарики, до этого момента ко всему безучастные, стремительно бросились наперерез нарушителю. Пара десятков сходу ударились в гондолу, и еще столько же облепили баллон, начав весьма грубо выталкивать аппарат. Внезапно оболочка лопнула по одному из швов, сдав под нагрузкой. Дирижабль опасно накренился и Черри едва не выпала из гондолы, в последний момент ухватившись за борт. А шарики все продолжали толкать.

— Она не умеет летать! — крикнула Твайлайт, расправляя крылья. Рейндропс метнулась вверх, отпустив верёвки — и плакат повалился, накрывая аликорна, прибивая её к земле.

Нужно было действовать быстро. Сложив крылья, Рэйнбоу устремилась вниз, к лагерю, набирая скорость в пикировании. Шарики тут же выстроились перед ней сплошным ковром. Перекувырнувшись в полёте, пегаска оттолкнулась от них, как от батута, свечой взмыла вверх, к дирижаблю. Частые, мощные взмахи крыльев – и вот она уже поравнялась с гондолой, сгребла в охапку Черри Берри и изо всех сил рванулась в сторону, подальше от вставшего дыбом аппарата.

— Вы целы? – Твайлайт, освободившаяся из плена, уже летела к ним навстречу. – Это я во всём виновата! Нужно было подумать о технике безопасности!

— Ни-ничего, б-бывает, — Черри Берри старалась выглядеть бодрой, но перекошенные глаза скрыть никак не получалось. – З-знала б ты, сколько раз я падала, и н-ничего…

Два шарика, подлетев поближе, будто наблюдали за тем, как пегаска опускает воздухоплавательницу на землю.

— Ну что, довольны? – сказала им Рэйнбоу. – Если б вы не были такими твердолобыми, всё было бы гораздо проще!

Шарики, как всегда, промолчали.

## Глава 12

— То есть никакого отклика вы не дождались? – подвела итог Селестия.

— Или не смогли его распознать, — развела копытами Твайлайт. – Рэйнбоу считает, что поведение пришельцев ни капельки не изменилось. Но они совершают столько действий одновременно! Сейчас Стар Гейзер составляет список всех учёных, которые занимались проблемами общения, возможно, кто-то из них предложит более действенный способ контакта.

— Хорошо… — проговорила солнечная принцесса, не переставая писать в длинном свитке. Она принимала свою бывшую ученицу в зале для совещаний. С начала «космического кризиса» его стены были увешаны схемами звёздного неба и чертежами орбит, сегодня же к ним добавились карты отдельных районов Эквестрии и сопредельных территорий. – Хорошо, но, к сожалению, времени у нас не осталось. Продолжайте научный поиск, я же займусь военной операцией.

— Как это?! – подскочила Твайлайт. – Вы объявляете пришельцам войну?!

— Сложно что-то «объявить» существам, которые даже не обращают на нас внимания. Поэтому войска просто выдворят пришельцев с захваченных территорий.

— «Просто»?! Но это всё равно путь силы! А как же магия дружбы? Разве не вы меня учили всегда искать мирный выход из конфликта?

— Извини, Твайлайт, но ты не осознаёшь всей сложности положения, — покачала головой Селестия. – Мне шлют тревожные письма главы соседних государств – грифоны, зебры, минотавры, обитатели Ниппонии. Ведь пришельцы высадились не только в Эквестрии, и нам ещё повезло, что вся их деятельность происходит в малонаселённых районах – не все страны были так удачливы.

— А может, кто-то из них сумел установить контакт? – в сердце Твайлайт загорелась надежда.

— Увы, они не думают о контакте, они считают, что на них напали или готовятся напасть. Более того, некоторые правители решили, что, раз мы с сестрой управляем небесными светилами – значит, ответственны за всё, что происходит на небе. То есть за поведение пришельцев отвечают пони.

— Но это же абсурд! У нас же есть фотографии, доказательства, мы можем показать и рассказать, как всё было!

— К сожалению, Твайлайт, твои доказательства, твоя наука никого не волнуют. Появился повод предъявить претензии Эквестрии – его использовали. И раз мы ничего не предпринимаем против пришельцев, значит мы с ними заодно, — Селестия огорчённо качнула головой. – Кроме того, многие военачальники справедливо отмечают, что деятельность пришельцев напоминает подготовку плацдарма для всепланетного вторжения. Когда они перебросят все свои силы с небес на землю и хорошенько закрепятся здесь, предпринимать меры будет уже поздно. Они возьмут под контроль всю планету, и неизвестно, не окажемся ли мы на ней лишними.

У принцессы дружбы перехватило дыхание от кошмарных картин безнадежной войны, которые на мгновение встали перед ее глазами.

— И потом, допустим, что они нас не тронут. Но что они делают сейчас? Они разрушают и забирают себе массу природных ресурсов. Пока ущерб по меркам планеты невелик, но сколько это будет продолжаться? Месяц? Год? Десять лет? Капля по капле и камень точит.

— И вы считаете, у нас найдётся, что противопоставить пришельцам?

— Как показал пример Рэйнбоу Дэш, они стремятся причинять как можно меньше вреда живым существам, пусть даже и не считают их разумными. Поэтому для начала я планирую просто организовать блокаду, перекрыть все пути движения. А потом… потом у нас есть магия, и довольно могущественная. Ты ведь помнишь сражение с Тиреком?

— Не напоминайте, — буркнула Твайлайт. – Эта сила, которая всё время норовит вырваться из-под контроля и устроить хаос – я не хочу повторения!

— Хаос? Кто-то сказал «хаос», мне не послышалось? – неожиданно раздавшийся из угла комнаты голос заставил принцесс подскочить. Резко обернувшись, Твайлайт увидела, как на одной из карт появляется цепочка следов.

— Дискорд, — поджала губы Селестия.

— Давненько не виделись! – драконикус высунулся из-за развёрнутой на стене схемы, плоский, словно лист бумаги. – Смотрю, не скучали без меня?

— Что ты знаешь о пришельцах? – тут же начала Твайлайт. – Это ты их привёл?

— Я?! – оскорбился Дискорд и со звучным хлопком приобрёл объём. – Они существа самостоятельные, летят куда хотят.

— Но ты с ними общался?

— Не общался, а так, изучал. Из чистого любопытства, — на голове у Дискорда появилась профессорская четырёхугольная шапка. – Но даже понять, как они выглядят, не смог. Они очень уж серьёзные, всё время только о цифрах и точных расчётах думают. Я попытался развлечь их, добавил капельку беспорядка – но его прелести не поняли. Потом вообще стали шарахаться от меня, стоит мне появиться, как сразу в спячку впадают. Обидно, право слово

— То есть ты можешь заставить их уйти? – как бы между прочим спросила Селестия.

— Безо всякого труда, — прищёлкнул пальцами Дискорд. – Магии у них нет ни в каком виде, противопоставить мне нечего.

— Можешь показать нам, как это происходит? – напрямик спросила Твайлайт.

— Эхх, а как же дружеское чаепитие? Сразу к делам, никакой радости от встречи! – тут же начал ёрничать гость. – Впрочем, как хотите. Поскорее избавимся от этих докучливых пришельцев, а потом – на пикник к Флаттершай!

По мановению его лапы окружающий мир растаял во вспышке телепортации.

## Глава 13

Стражник-пегас тяжко вздохнул:

— Извините, я только адъютант, моё дело передать приказ! Со всеми вопросами обращайтесь к командованию, а я не уполномочен!

— Ясно с вами всё, — досадливо отмахнулась Рэйнбоу, — ладно, лети…

Вот так и заканчивается веселье. Всему отряду вместе с блиндажом нужно отступить в сторону леса, освободить место для отрядов стражи.

— Это что ж получается? – Рейндропс кругами летала вокруг командира. – Селестия решила устроить военную операцию?

— Выходит, что так. Время дружеских соревнований прошло, начинается по-серьёзному.

— Мне это не нравится, — Тандерлейн махнул копытом в сторону суетящейся техники. – Да они ж нас сомнут как траву!

— А мне, думаешь, нравится? – Рэйнбоу зло махнула хвостом. – Но приказ есть приказ. Давайте, блиндажом займёмся.

Когда они закрепляли облачное укрепление на новом месте, почти на опушке Вечнодикого леса, Рейндропс указала на горизонт:

— Смотрите, летят уже!

— Это дирижабли? – всмотрелась Рэйнбоу. – То есть не только пегасов привлекли, а и нелетающих пони тоже?

— Слухи ходили, грифоны в помощь отдельную бригаду пришлют, — буркнул Тандерлейн.

— Да ладно! – хмыкнула Рейндропс. – Они же вроде с нами рассорились?

— Ради такого дела можно и забыть про обиды. Наверное.

— Ладно, вы тут всё заканчивайте, а я ещё слетаю, напоследок посмотрю, — Рэйнбоу полетела к базе пришельцев.

— Ты там только глупостей не делай! – прокричала вслед Рейндропс.

— Не буду, не волнуйся! – Рэйнбоу отлично понимала, что теперь пробиться сквозь защиту в одиночку не мог бы ни один пегас. С другой стороны, были приёмы, которые она ещё не использовала.

Когда радужногривая пегаска появилась над холмом, у пришельцев как раз наступило затишье. Такое случалось несколько раз в сутки: машины выстраивались в ряд, а более мелкие механизмы начинали ползать по ним, видимо, выискивая неисправности. На «чертополохи», однако, такой перерыв не распространялся. Вот и сейчас они кружились над долинкой – но при появлении Рэйнбоу все они одномоментно сбросили скорость и, бросив привычные круговые маршруты, направились к ней.

— Это как понимать?! – патрульные шарики выстроились в два ряда, образуя коридор, ведущий прямо к центральному куполу. – На что это вы намекаете?

Шарики молчали, неподвижно зависнув в воздухе. Рэйнбоу осторожно взмахнула крыльями и двинулась вперёд, озираясь, ожидая, что в любую секунду её, как обычно, схватят и вышвырнут. Но – ничего подобного, дорога была свободна, более того – в куполе открылось отверстие, явно приглашающее залететь внутрь.

— Что это за дурацкие шутки? – вслух спросила пегаска. – Вы что, думаете, я поведусь на вашу западню?

К такому повороту она была совершенно не готова и теперь замерла в нерешительности, обдумывая. Однако машины не ограничились простым ожиданием. Из их зависших шаров вырвались разноцветные лучи, из которых в воздухе начали сплетаться пёстрые движущиеся картины. Пляшущие цветные пятна стали обретать четкость, и внезапно Рэйнбоу узнала в них себя и своих подруг, еще недавно пытавшихся установить контакт. Возня с плакатами, иллюзорный хоровод пони и машин, катастрофа дирижабля, наконец... Изображение погасло, но спустя мгновение на его месте выросло новое: призывно машущая копытом Твайлайт Спаркл с дружелюбной улыбкой на лице.

В голове Рэйнбоу промелькнули десятки мыслей "за" и "против", она почувствовала небывалый приступ любопытства вперемешку с подступающим страхом. Может быть, здравомыслящая пони подумала бы на ее месте еще немного, и решила бы убраться отсюда восвояси, предчувствуя неладное, но Рэйнбоу понимала, что если не воспользуется этим шансом сейчас, то потом будет винить себя очень долго. Может быть, всю жизнь. Она медленно вошла в воздушный коридор и затем заработала крыльями в полную силу, чтобы успеть проскочить в отверстие сооружения до того, как запас ее безрассудства иссякнет.

Проем в куполе закрылся с тихим щелчком.

## Глава 14

Когда-то это была дикая степь, где разве что раз в год пробегали бизоны. Сейчас – глубокие борозды, вмятины и колеи от колёс, ног, полозьев и ещё непонятно каких приспособлений обезобразили низину, на окружающих холмах темнели уродливые язвы траншей. Селестия, оглядывая пейзаж, шумно выдохнула.

— Вот мы и оказались на охотничьей тропе загадочных пришельцев! – сейчас Дискорд был одет в белый костюм с тропическим шлемом. – Из-за холма уже слышны звуки приближающегося хищника! Что смогут противопоставить ему отважные путешественники?

В самом деле, приближался механический гул, а спустя несколько мгновений перед двумя принцессами и одним Духом Хаоса возникла очередная повозка. Укреплённый спереди зубастый ковш придавал ей сходство с голодным драконом, прицепившим себе колёса. Впрочем, у Дискорда были свои ассоциации:

— О, какая прекрасная задумка для фонтана, не так ли? Только слегка подправить!

Магия превратила повозку в мраморную скульптуру ящера, сидящего в ванне – точнее, судя по мраморным же волнам, мчащегося в ванне по водным просторам с восторженной улыбкой на морде. Абсурдно, но оттого смешно, решила Твайлайт про себя.

— Этот стиль вышел из моды уже пару сотен лет, — нарочито серьёзно сообщила Селестия. – Попробуй что-нибудь более современное.

— Наоборот, это же последние тенденции актуального искусства! Хотя для наших пришельцев всё равно никакой разницы, — повозка вернулась в свой первозданный вид, вот только трансформация её явно повредила. Послышался скрежет, колёса завращались на месте, будто не зная, в какую сторону теперь ехать. Гул мотора взвинтился до воя и резко оборвался. Не оставалось сомнений, что инопланетный механизм вышел из строя.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество! Беда! – послышались крики сверху. Обернувшись, Твайлайт увидела нескольких пегасов из отряда Рэйнбоу, в панике летевших к ней. Они начали заходить на посадку, но, увидев Дискорда, предпочли остаться в воздухе.

— Что произошло? – Селестия сама поднялась к своим подданным, Твайлайт последовала за ней. Драконикус тем временем примерялся к повозке с демонстративно здоровенным гаечным ключом.

— Рэйнбоу Дэш забрали! Её похитили пришельцы!

— Как?! – первым побуждением Твайлайт было кинуться к лагерю и перевернуть там всё вверх дном, но она сдержалась. Сперва нужно выслушать очевидцев и понять, что произошло

Понять, впрочем, как раз было довольно трудно. У каждого из пегасов была своя версия похищения, при том, что, как выяснилось, своими глазами никто этого не наблюдал. Рэйнбоу направилась к лагерю в одиночку, никаких трюков не выделывала – её радужный след был бы заметен издалека.

Селестия тяжело вздохнула:

— Видимо, я всё-таки медлила слишком долго. Теперь дошло до похищения жителей, и я не верю, что это можно списать на неведение! Настало время применить силу!

Она властно оглядела растерянных пегасов и хмурую Твайлайт, взмахнула крыльями и устремилась к приближающимся армейским дирижаблям.

— Держись, Рэйнбоу… — Твайлайт никак не могла отогнать воспоминания об инопланетных насекомых, корчащихся на предметном стекле её микроскопа. Что, если пришельцы тоже решили начать с изучения внутреннего устройства назойливых пёстрых существ, так упорно бьющихся в их окна? От этой мысли бросало в дрожь.

Следующие несколько часов прошли в томительном ожидании. Селестия твёрдо решила провести военную операцию, но это не означало атаки очертя голову. Всё новые и новые отряды войск прибывали к лагерю пришельцев, замыкая кольцо вокруг него. Не меньше трети составляли грифоны – похоже, общая угроза и впрямь заставила их забыть разногласия.

Твайлайт тем временем кружила над базой чужаков, стараясь разглядеть хоть какие-то следы Рэйнбоу. Техника пришельцев на первый взгляд работала, как и прежде, но скоро стало заметно, что горные работы начинают сворачиваться. Часть машин скрылись в куполе, часть просто остановились возле него и не возвращались к карьеру. Шум раскопок, грохот дробящих скалы взрывов, лязг и жужжание механизмов – всё смолкло, и теперь стал слышен многоголосый гомон пони и грифонов, которые только сейчас своими глазами увидели, как глубоко незваные гости вгрызлись в недра планеты.

— Кажется, достаточно было всего лишь обозначить наше присутствие, чтобы пришельцы на это отреагировали, — Селестия присоединилась к Твайлайт в небе. – Грифоний полководец даже разочарован: он уже настроился на яростную схватку.

— Получается, мы всё равно должны будем ударить первыми? – тихо спросила Твайлайт. – Держать здесь армию вечно невозможно, а осаду пришельцы могут просто пересидеть в куполе. Мы даже не знаем, нуждаются ли они в воде и еде! Точнее, что для них заменяет воду и еду…

— Сейчас отряды завершат расстановку, и я лично отправлюсь к главному куполу с ультиматумом. Меня им точно придётся впустить, думаю, ты понимаешь.

— Твайлайт! Твайлайт! – на холм внизу выбежали четверо её подруг. – Что с Дэши? Мы сразу примчались, как только услышали! Вся эта армия тут, чтоб её спасать, правда ж?

— Думаю, что она где-то внутри этих строений, — аликорн поспешила спуститься к прибывшим. – И пока мы не вернём её, отсюда не уйдём!

— Так чего ждать?! – Эплджек воинственно топнула, подняв тучу пыли. – Может, подойдём и постучим? Пока у нас вежливость вся не вышла.

Твайлайт открыла рот, собираясь возразить – но замерла, прислушиваясь к нарастающему свистящему гулу. Что-то спускалось с неба, не лифт, что-то другое.

— Н-надеюсь, это не дракон? – Флаттершай указала вверх, на оставляющую за собой огненный хвост чёрную точку, которая быстро увеличивалась в размерах.

— Нет, это воздушная повозка пришельцев, — Твайлайт читала о таких в отчётах наблюдателей, но вблизи ещё не видела. Она вглядывалась в блестящий силуэт, пытаясь представить, как же удалось воплотить в металле такой крупный летательный аппарат тяжелее воздуха.

— И там, внутри, летит их принцесса? – предположила Пинки.

— Судя по тому, что эта повозка совершенно не облагорожена украшениями, внутри неё перевозят садовые инструменты или строительный мусор, — отмахнулась Рэрити.

Тем временем стальной «дракон», опираясь на струи огня, медленно опускался на площадку перед куполом. Селестия вместе с вожаком грифонов встали рядом с Твайлайт. Они напряжённо следили за посадкой. Люк вот-вот должен открыться, и что они увидят тогда?..

## Глава 15

Для Рэйнбоу Дэш полёт был немыслим без ветра. Свист в ушах, или шёпот, или рёв набегающего воздушного потока – и восприятие этого потока перьями, и шёрсткой, и вообще всем телом – всё это было языком полёта, тем, что позволяло ей постичь ту часть Вселенской Гармонии, которая доступна пегасам.

Поэтому способ перемещения пришельцев был ей не просто непонятным – дико это и ненормально, сидеть запертым в консервной банке, в которой вдобавок всё грохочет и дрожит, но никакого шевеления воздуха не ощущается. Одно слово, чужаки. Но этот инопланетный способ позволял подняться так высоко, как ни одна пони и не мечтала. Кроме, может быть, принцесс…

Тем временем гул двигателей болтанка прекратилась, и мягкий толчок снизу – должно быть, посадка. В задней части отсека с визгливым жужжанием начала опускаться стенка, открыв доступ свежему воздуху.

— Пошли, нас там уже встречать собрались наверняка, — сказала Рэйнбоу своему спутнику и направилась к выходу. Хотелось распахнуть крылья, истосковавшиеся по полёту, но пегаска решила из принципа ступить на землю Эквестрии неторопливой походкой, как подобает первой пони, наладившей контакт между мирами.

Место посадки было хорошо, даже слишком хорошо знакомо Рэйнбоу. Тот самый холм, на вершине которого она провела столько времени. Только сейчас тут не кучка отчаянных пегасов (ой, а вокруг – это что, вся эквестрийская армия? Они что, пришли именно за ней?), а – вот впереди принцесса Селестия и рядом с ней важный грифон в разукрашенных доспехах, оба крайне серьёзные и напряжённые, готовые ко всему, в первую очередь к чему-нибудь плохому.

При виде пегаски по толпе пронёсся вздох облегчения, который сменился ошеломлённой тишиной, её нарушал только стук «копыт» её спутника. Пока всеобщее внимание было приковано к нему, Рэйнбоу проскользнула мимо Селестии и угодила прямо в объятья пятерых подруг.

— Ты жива! Тебя не порезали под микроскопом! – радостно шептала Твайлайт. Рэйнбоу не очень-то поняла, что это должно было значить, а спросить не успела, потому что вмешалась Пинки:

— А это кто? Твой новый друг? – она подскочила к четвероногому созданию, которое только что спустилось с трапа, и начала бесцеремонно его разглядывать. Облик гостя и впрямь был необычен: будто пародия на пони, нечто вроде металлической куклы с конечностями из блестящих шарнирных сочленений, цилиндров и рычагов, покрытых сверху кусками угольно-чёрного материала, который служил аналогом шкуры. На боках у странного пони была пара крыльев, представляющих собой полупрозрачные мембраны, натянутые на металлические распорки – конструкция, скорее заставляющая вспомнить о драконах, а не о пегасах. Гриву и хвост заменяли мотки толстых проводов. Сквозь отверстия в его теле и маленькие щёлочки глаз пробивался ярко-жёлтый свет.

— Мне тоже хотелось бы услышать ответ на этот вопрос, — громко произнесла Селестия, и грифон пробурчал что-то неодобрительное.

— Ах, да! – Рэйнбоу выскользнула из объятий, поднялась повыше и прокричала: — Слушайте, вот самое важное! Этот пони – да, он не совсем пони, но будет говорить от лица арифмометра, послушайте его, все происходящее – жуткое недоразумение! Уж я-то теперь знаю! Пожалуйста, послушайте этого жеребца!

Откуда-то из глубины металлического пони послышался звонкий голос:

— Говорить за конгломерат арифмометров! Готов принести извинения за ущерб и выразить сожаления. Можно задавать любые вопросы.

Переглянувшись с грифоном, Селестия шагнула вперёд и заговорила, медленно и чётко:

— Я, принцесса Селестия, правитель Эквестрии и повелительница Солнца, уполномочена говорить от имени всех народов этой планеты. И для начала мы хотим знать, кто вы такие, и зачем сюда прибыли. Вы прилетели с другой звезды?

— Конгломерат арифмометров, что проделал долгий путь из иного семейства спиралей и эллипсов. Время можно оценить в тысячи тысяч оборотов планеты пони вокруг звезды. В пути нельзя обойтись без остановок для ремонта и возобновления запасов.

— Конгломерат арифмометров? Признаюсь, не понимаю, что вы имеете в виду. Вы все выглядите как... пони? Или все эти существа, — Селестия обвела копытом ряды замерших машин, — это тоже вы?

— В космосе пребывают части конгломерата, разделённые пространством, но связанные незримыми волнами. Большие машины есть арифмометры, малые машины, включая и ту, что похожа на пони — есть конечности его.

Селестия обернулась и спросила у Твайлайт, таращившейся на незнакомца во все глаза:

— Ты понимаешь, о чем он говорит? Причём здесь арифмометры?

— Не очень... Арифмометры это ведь механические машины для вычислений? У меня есть лишь одна догадка. Может быть, из большой кучи арифмометров можно сделать такую машину, что сможет не только складывать числа, но и совершать операции посложнее, а там и до самостоятельных поступков недалеко. Звучит путано, это лучше у Стар Гейзера уточнить.

— Вообще-то я никаких арифмометров там, наверху, в глаза не видела, — подала голос Рэйнбоу. – Но это вроде как самое близкое, что они смогли придумать, чтоб нам понятней было. Хотя лично до меня так и не дошло толком.

Выслушав сбивчивые объяснения, Селестия задумчиво покачала головой и вновь повернулась к Говорящему, который всё это время неподвижно ждал:

— Расскажите, что вы здесь делаете? Вы понимаете, какой ущерб причинили планете и нам?

— С некоторых пор стало ясно. Однако урон был необходим, невозможно двигаться вечно без ремонта и нужных веществ. Да позволено будет закончить сбор нужного и исправить разрушенное, насколько это возможно. После чего никаких беспокойств никогда больше не будет.

— А почему вы так странно говорите? А главное, почему вы раньше не связались с нами? Вы же могли все рассказать, мы бы договорились!

— Колебательно-воздушный способ связи незнаком и крайне запутан. В нем наблюдается масса пробелов, избыточностей и неточностей, несмотря на весь массив информации, собранных малыми частями, называемыми вами "мушками". Арифмометры посылали незримые волны всех распространенных типов, но пони их не увидели и не ответили. Пони не слышат волн. Только потом стало понятно, что пони могут быть подобны арифмометрам даже без незримых волн и сложных устройств. Сперва пони воспринимались как в основном безвредные природные образования. Был допущен серьезный просчет, поэтому принесены извинения.

— Думаете отделаться одними извинениями?! – грифону, похоже, не терпелось выместить на ком-то свою злость. – За дикарей нас держите?!

— Пони никто не держит, кроме притяжения планеты, — в голосе гостя было маловато эмоций, но всё же чувствовалось, что он сбит с толку. – Вас не устраивает место проведения переговоров?

— Мой излишне несдержанный союзник имел в виду не это, — Селестия выразительно глянула на грифона, не переставая улыбаться парламентёру величественной королевской улыбкой, — но вообще-то идея неплохая. Раз уж мы начали переговоры, почему бы не проводить их в более подходящем месте, например, в моём дворце?

— Возражений нет, — тут же ответил визитёр. — Часть конгломерата арифмометров способна говорить в любое время. Возможно быстрое передвижение к заданным координатам.

Селестия бросила быстрый взгляд на летательный аппарат и слегка вздрогнула (или это только показалось Рэйнбоу?):

— О, нет, это не потребуется. Я распоряжусь, чтобы для вашего прибытия подготовили площадку достаточных размеров.

Тут вперёд вышла Твайлайт Спаркл:

— Один важный вопрос, если позволите. Вы сказали, ваш путь долог – а куда вы летите? И зачем?

Механический парламентёр открыл рот и надолго задумался. Целую минуту он простоял неподвижно с нелепым выражением металлического лица, прежде чем выдал:

— Дорога на Мэйнхэттен.

— Возможно… возможно, вы хотите сказать, что летите на большую процветающую планету?

— Нет.

— Вы летите на встречу со своими родственниками?

— Нет.

— Но это определенное место в космосе?

— Нет. Это не столько место, сколько процесс. Это как будто зов, на который нужно прийти, хотя никто вас не звал… Это театральное представление перед теми, кого пока не существует. Это паломничество, бесконечно ничтожное в своем величии, — механический пони замер на несколько секунд. — В языке отсутствуют нужные конструкции для описания. Для ответа на этот вопрос нужен промежуточный язык иных смыслов. Разработка его возможна, но на это нужно время, а в настоящий момент произошедшее можно описать как остановку, сделанную в пути на Мэйнхэттен.

— Воистину, ради такой цели можно многое простить, — прошептала Рэрити, и Рэйнбоу так и не поняла, была ли в её словах ирония.

## Глава 16

Твайлайт Спаркл очень жалела, что у неё нет возможности создать себе двойника. Строго говоря, был один способ, но опыт Пинки Пай показал, что он не слишком хорош. И ещё можно было прибегнуть к путешествиям во времени, но это чревато осложнениями, перевешивающими всякие удобства. И ещё, теоретически, существовал вариант обратиться за помощью к Дискорду, но Твайлайт не собиралась проверять эту теорию на практике, пока Эквестрии не будет угрожать какая-нибудь страшная опасность.

Таким образом, приходилось разрываться между тронным залом, где шли переговоры с участием Говорящего от имени арифмометров, и Малой королевской гостиной, где Рэйнбоу Дэш взахлёб рассказывала о своих похождениях у этих самых «арифмометров». И там, и там одинаково интересно!

Впрочем, скоро стало ясно, что в обоих местах полезной информации не хватает. Да, у пегаски была замечательная зрительная память, но большую часть времени, проведённого на вершине лифта, на ней проверяли звуковые и письменные способы связи, уточняли значения слов, подбирали параметры механического парламентера, начиная от внешнего вида и заканчивая тембром голоса. (Твайлайт благодарила небо, что Рэйнбоу не догадалась разыграть собеседников, например, убедив их переключиться на Королевский Кантерлотский голос.) Оставшуюся, меньшую часть она провела, разглядывая космические пейзажи и грандиозную работу по обслуживанию звездных кораблей, что непрерывно велась на орбите. К сожалению, ее восторженные и сбивчивые рассказы непросто было разобрать: “...Я видела такие вещи, что вы, дорогие друзья, просто не сможете себе представить… Лабиринты “основных вычислителей”, мерцающие в центральных отсеках, ослепительные сиреневые дуги, сшивающие километровые листы металла, рои сверкающих на Солнце насекомых, занятых разборкой “искривляющих штырей в плохом состоянии”. И все это через несколько месяцев исчезнет, чтобы никогда не повториться…”.

В общении с Говорящим тоже хватало трудностей. Во-первых, представители всех народов, допущенные во дворец, хотели обсуждать прежде всего политические вопросы, а конкретнее – тему компенсаций за причинённый ущерб. Учёным твёрдо пообещали время для общения с инопланетным гостем, пока же они бурно спорили над списком проблем, которые во что бы то ни стало требовалось обсудить. Во-вторых, не обходилось без языкового барьера. Фразы «Невозможно объяснить» и «нехватка нужных языковых конструкций» звучали гораздо чаще, чем хотелось. Если у них и была наука в привычном смысле, выразить ее словами у них не получалось. Многие возлагали надежды на математику — пришельцы её понимали. Однако основу их мышления составляла какая-то глубокая ее разновидность, аксиомы и понятия которой попросту отсутствовали в математике Эквестрии, а используемые операции вызывали изумление и шок. То, что они считали естественным соотношением математических структур, лучшими профессорами Эквестрии признавалось “сложносочиненной бессмыслицей”. Между Эквестрией и жителями космоса пролегала бездна различий, на преодоление которой требовались долгие годы.

— Где сейчас витают ваши мысли, Твайлайт? – голос Стар Гейзера вывел принцессу из задумчивости. Астроном был так же элегантен, как всегда, но на его лице читалась усталость.

— Не перестаю удивляться, какие мы разные. В смысле, мы, пони, и эти пришельцы. И тем не менее мы смогли наладить общий язык.

— И за это нужно благодарить не в последнюю очередь вас, — астроном слегка поклонился. – Если б вы не отстаивали так горячо идеалы дружбы, возможно, военные занялись бы решением проблемы гораздо раньше. И своими средствами.

— Тогда надо сказать спасибо всё-таки вам, потому что именно вы натолкнули меня на мысль вступить в контакт, а не рассчитывать на то, что всем всё и так ясно, — тепло улыбнулась Твайлайт.

Стар Гейзер рассмеялся, смущённо потирая затылок:

— Мне жаль вас разочаровать, но с контактом вышел не то чтобы провал, скорее, недопонимание. Я специально спрашивал у нашего гостя: они вроде бы оценили нашу попытку, но уже задним числом, когда ознакомились с записями – каким-то образом они проводили запись всего, что происходило вокруг лагеря. Но сперва пришельцы полагали, что “в основном безвредные природные образования” не способны на что-то большее, чем просто крутиться под ногами. А потом ваша подруга, Рэйнбоу Дэш, проявила удивительную настойчивость и изобретательность, пытаясь проникнуть в их лагерь. Они и раньше наблюдали наши взаимодействия, но, как я понял, всё равно не находили их достаточно сложными и эффективными. Кажется, последним кусочком, вошедшим в мозаику, для них стал эпизод с дирижаблем — когда Рэйнбоу спасла другую пони, рискнув при этом своей жизнью. Они затруднились объяснить, как маневры Дэш и спасение Черри друг с другом соотносятся, но многие склонны предполагать, что у них есть своеобразные представления о понятиях “дружба”, “взаимопомощь” и “коллектив”. В конце концов, что есть вся их деятельность, как не дружная работа?

— И снова дружба, — восхитилась Твайлайт. – Получается, дружба не только магия, дружба помогает преодолеть даже расстояния между мирами!

— Думать так было просто и даже приятно, но есть одна мысль, которая не даёт мне покоя. Не слишком ли много своих качеств мы пытаемся на них спроецировать? Мы будто бы смотрим в зеркало и видим самих себя. Точнее говоря, не самих себя, а образ нашего биологического вида, заложенный в нашем мышлении и выраженный через наш язык, воспроизведенный с истинно механической точностью. Сколько же в нём от нас, а сколько — от пришельцев? Может быть, именно в тот момент, когда мы задаем по-настоящему дурацкий вопрос, настоящие ОНИ проявляются и начинают давать ответы, которых мы не понимаем...

## Глава 17

Эплджек сказала:

— Я только рада, что вся эта ерунда закончилась. Столько шуму из-за какого-то чучела с огоньками заместо глаз. Осень на носу, урожай собирать пора, к зиме готовиться… Звёзды? Пускай туда грифоны летят, всё им делать нечего.

Флаттершай сказала:

— Как хорошо, что теперь жизнь в лесу пойдёт как прежде! Звёзды? Нет, это не для меня, по крайней мере, не сейчас. Я ещё не видела и малой доли всех чудес, которые нам дарит наш мир. А там, выше неба – красочные рассветы и закаты среди бездушных камней или облаков пыли. Извини, пожалуйста, но мне трудно полюбить места, где так мало жизни.

Рэрити сказала:

— Я ожидаю, что тема космоса станет трендом нового сезона! Что самое интересное – первые инопланетяне, которых мы встретили, модой совершенно не интересуются, для них само это понятие оказалось чуждым. И при этом все их сооружения отличаются своеобразной красотой, которая проистекает из соображений максимальной практичности, ничего лишнего. Тут есть чем вдохновиться, на самом деле… Звёзды? Не знаю, что сказать. Вряд ли мне удастся составить им конкуренцию в небесах, так что лучше я заставлю сиять свой талант здесь, на земле!

Пинки сказала:

— Я всегда помогу своим друзьям, даже если они окажутся в космосе! Только… сейчас в космосе нет никого из моих друзей! Да и вообще, в космосе нет ни одного пони! Это если не считать наших гостей, Говорящих Странным Голосом, но они же не пони! Хотя – отличная идея, Дэши! Как только Селестия закончит свои переговоры, мы сможем подружиться с пришельцами, и у нас появятся друзья в космосе! Я побегу, приготовлю всё, что нужно!

Так вот и получилось, что, когда в Малую Королевскую гостиную вошла угрюмая Твайлайт, Рэйнбоу пребывала там в одиночестве. Принцесса улеглась на подушки и устремила проницательный взгляд на подругу:

— Чего такая грустная?

— Чур, ты первая, — проворчала пегаска. Ей сейчас не хотелось говорить.

— Я пыталась обсудить нашу дальнейшую жизнь, — устало сказала Твайлайт. – Все так увлеклись переговорами, но все они смотрят на пришельцев просто как на послов какой-то далёкой страны. Договориться, выжать максимум прибыли из сиюминутной сделки, тем более, что противоположная сторона так любезна, что готова идти почти на любые уступки из уважения к чужому разуму. Может, действительно, дело в том, что на нашей планете обитает так много разумных видов, и добавление ещё одного не стало для нас потрясением? А ведь это такой переворот в мировоззрении! Я всегда мечтала о звёздах, и тут они сами спустились к нам!

— Ты хочешь пойти к звёздам, да? – ответом был слабый кивок. – А что на это говорит Селестия?

— Селестия… — Твайлайт опустила взгляд. – Я не могу сказать, будто она не права. Она должна заботиться обо всём государстве, и сейчас складывается обстановка исключительно благоприятная: удалось заключить мир с грифонами, хотя бы временный. А чем скорее пришельцы улетят, тем весомее будет выглядеть Эквестрия перед другими странами: мол, одного имени нашей принцессы хватило, чтоб незваные гости убрались восвояси, так не нужно с нами ссориться! Селестия предлагает подождать немного, пусть сменится поколение, появятся новые пони, для которых мысли о звёздах не будут омрачены слухами о безжалостных пожирателях планет. Но я не хочу ждать! Я не хочу притворяться, будто ничего этого не было!

— Я тоже. Тоже не хочу, как раньше, — Рэйнбоу, не привыкшая говорить о чувствах, с трудом подбирала слова. – Я всё время ставила себе планки, одну выше другой, но сейчас забралась слишком высоко. Даже не забралась – меня подняли высоко, окунули в красоту чёрного неба, усеянного искорками звёзд близких и далёких. И теперь мне хочется снова подняться туда, но уже самой, не безучастным пассажиром.

— Однажды пони смогут сами выйти в космос, я обещаю, — в глазах Твайлайт светилась решимость. – Теперь, когда мы знаем, что это возможно, действовать будет гораздо проще. Но всё равно придётся приложить очень много сил…

Из коридора послышались лязгающие шаги, и в гостиную вошёл металлический парламентёр. Голова его с лёгким жужжанием повернулась по дуге – осматривается, поняла Рэйнбоу.

— Что, переговоры уже закончились? – слегка удивилась Твайлайт.

— Другая сторона предложила сделать перерыв, чтобы удовлетворить потребности своих тел в энергии.

Рэйнбоу при появлении гостя вскочила и сейчас висела в воздухе, не зная толком, что ответить. Казалось бы, столько всего хотелось спросить, а как дошло до дела… Положение спасла Пинки, непонятно откуда возникшая в комнате:

— Привет! Мы, кажется, так и не познакомились, а меня зовут Пинки Пай! Мы очень рады, что ты смог подружиться с Дэши! Вот, держи, это тебе подарок от всех нас!

Она положила перед гостем вырезанную из камня брошь и отступила. Пришелец, помедлив, взял украшение копытом, поднёс к глазам:

— Похоже на геологический образец. Особо ценная руда, обработанная неэффективным способом?

— Да нет же! Посмотри, там вырезаны портреты меня и моих подруг! Моя сестра сама сделала! Будет подарок на память о нашей планете и о нас, о пони, которые там живут!

— Подарок на память, — повторил механический гость. – Концепция понятна и соотносится с понятием “дружба”. Встречный вопрос: в каком подарке нуждаются пони?

— Звёзды, — это было всё, о чём могла думать Рэйнбоу в этот момент.

— За время двух оборотов планеты пони были заданы сотни вопросов о звездах, спиралях и движении между ними, — сообщил гость. – К сожалению, дать ответы в большинстве случаев не представляется возможным. В языке не хватает нужных конструкций, несоответствие научных уровней и используемых моделей крайне осложняет ситуацию. Однако есть основание думать, что прозвучавшее пожелание имеет другой смысл. Подтвердите.

— Да, другой, — сказала Твайлайт. – Сидя здесь, на планете, мы пытаемся познать звёзды только потому, что не можем до них дотянуться…

— Кое-что возможно сделать, — уверенность в голосе металлического пони заставила сердце Рэйнбоу биться чаще.

## Глава 18

«Бриллианты звёзд на чёрном бархате небес» — вот что выдохнула потрясённая Рэрити, когда впервые оказалась на обзорной площадке. Впрочем, восхищение быстро прошло, и дальше единорожка смотрела в космос так же спокойно, как на понивилльскую улочку. Сегодня её вообще тут не было – очередная мэйнхэттенская выставка требовала её присутствия.

Эпплджек и Флаттершай тоже не пришли. Зрелище космических просторов их и вправду не впечатлило, по крайней мере, не смогло перекрыть неудобств от пребывания в невесомости. Твайлайт приспособилась создавать искусственное тяготение с помощью заклинаний, но этот способ работал только совсем рядом с ней, то есть всем недостаточно искушённым в магии гостям приходилось ходить гуськом за аликорном.

Единственной пони, которая не обращала внимания на гравитацию никакого внимания, была Пинки Пай. В невесомости она перемещалась с лёгкостью летящего пегаса, а вблизи аликорнов легко переключалась в режим земных пони. Обычно она сопровождала Говорящего от имени арифмометров, для которого тяготение тоже было непринципиальным (магниты в копытах всё же здорово облегчают жизнь). Но сегодня она была занята – вдвоём с Рэйнбоу Дэш заканчивала подготовку к большой Телескопной Вечеринке на Звездочётном холме.

День сегодня был и вправду историческим. Завершался Исход Арифмометров. С момента первого контакта прошло уже больше трех месяцев. Закончив свою титаническую работу на орбите, пришельцы занялись заметанием следов на земле. Конечно, вернуть всё в точности как было не могли даже настолько технически развитые существа. Но загладить зияющие в оболочке планеты дыры, заровнять раскопы и траншеи – с таким зданием машины справились. Потом они разобрали постройки на детали и загрузили их в космические лифты, а затем и сами поднялись наверх. Мелкие механические мушки, рассеянные по городам и лесам, получив команды, собрались в стаи и возвратились к тем местам, откуда их запустили в полёт. (Попутно выяснилось, что такие стаи издалека впрямь напоминают рой параспрайтов; Рейндропс, увидев такую картину, отправилась отпраздновать избавление от искусственных насекомых, а потом долго ещё носилась по Понивиллю с криками «Моё доброе имя восстановлено!», пока не наткнулась на Спитфайр; впрочем, это уже отдельная история.)

Наконец настал черёд и космических лифтов. От куполов, скрывающих их основания, специальные демонтажные «жучки» за одну ночь оставили лишь трубчатые каркасы, которые местные жители потом разобрали до фундамента, а отдельные детали утопили в ближайшем водоёме либо использовали в хозяйстве (в зависимости от степени суеверности обывателей в каждой конкретной местности). Сами же тросы подъёмников втянулись внутрь космических кораблей, нависших над планетой, а затем и они начали покидать её орбиту. Астрономы всего мира могли наблюдать, как звездные суда пришельцев собираются в один большой флот, попутно вбирая в себя множество кораблей поменьше, по-видимому, не предназначенных для длительных перелетов.

И только один лифт остался вполне рабочим — эпплузский. Правда, теперь на его верхнем конце вместо звёздного корабля красовалась небольшая, по меркам орбитальных инженеров, космическая станция, похожая на громадный цветок с ячеистыми лепестками, обращёнными к Солнцу. Космический “цветок” любил свет так же, как и самое обычное растение.

— И зачем это всё, Твайли? – спросил Шайнинг Армор; сегодня был его первый визит на орбиту. Держался он мужественно; подъём за пределы атмосферы с постепенно уменьшающейся гравитацией перенёс стойко; при виде чёрной бездны за тоненьким хрупким стеклом агорафобии не испытал.

— Самое просто средство освоения космоса, не требующее дополнительных затрат либо новых знаний, — вместо Твайлайт ответил механический посланник. – Управление подъёмным механизмом упрощено до предела: требуется только отдать звуковую команду для подъёма на орбиту либо спуска на поверхность. При этом параметры постройки позволяют использовать её для запуска грузовых или пассажирских капсул за пределы сферы тяготения планеты.

— Да это всё понятно, — отмахнулся Шайнинг. (И ведь не врёт, умилённо подумала Твайлайт, Стар Гейзер рассказывал, что ему из Кристальной империи приходило письмо с просьбой разъяснить некоторые вопросы космической баллистики.) – Но кто, по-твоему, будет эти капсулы запускать и куда? Чуть ли не половина пони теперь и в небо боятся глянуть, а остальным просто не до космоса.

— Но есть те, кто не боятся, есть те, кому мало одной ночи, чтобы любоваться звёздами, — ответила принцесса. – И они придут сюда, а потом приведут своих детей, а уж дети точно не будут разделять страха родителей перед пришельцами. Конечно, то же самое свершится и без лифта, но он позволит сэкономить время. С его помощью на орбиту сможет попасть каждый, не рискуя при этом здоровьем или деньгами. А со временем сможет шагнуть и дальше орбиты.

— Лично мне больше всего нравится вот это, — неслышно подойдя сзади, Селестия нажала копытом на вделанный в пол переключатель. Огромный, во всю стену, экран, замигал, засветился, переключаясь на те наблюдательные устройства, которые смотрели вниз, в надир. Спустя секунду перед пони на борту станции появилась панорама всей Эквестрии. – Отсюда хорошо видно, в каком маленьком мире мы живём…

— Расчет пути завершен: пусковое окно открыто. Проводится предпусковая синхронизация межзвёздных двигателей, — подал голос металлический парламентёр.

— Отлично! Будьте добры, покажите нам, — кивнула Селестия. Механическому пони даже не надо было что-то нажимать, он умудрялся управляться со всеми устройствами на станции на расстоянии. Эквестрия на экране сменилась космической чернотой, потом один участок неба скачком приблизило к зрителям. Стало видно скопление переливающихся всеми цветами радуги огоньков. На этом расстоянии многокилометровые корабли пришельцев были просто точками света, драгоценностями, подвешенными в черноте. Зрелище было совсем не впечатляющим... если не знать, как издалека пришли эти точки света, как далеко им еще идти и какие титанические силы они сейчас пробуждают к жизни, чтобы их межзвездное путешествие стало возможным. Мерцание вокруг кораблей становилось ярче с каждой секундой. Еще немного, и они отправятся дальше сквозь бесконечность к своей неясной и загадочной цели.

— Говоря пунктуально, — произнёс представитель арифмометров, – прощайте.

— Прощайте, мы будем долго вас помнить, — вздохнул Шайнинг Армор. – Кстати, насчёт «долго». А какой у всех этих сооружений срок годности, а? я как-то слабо верю в вечную технику.

— Если ничего катастрофического не произойдёт, то автоматические ремонтные устройства позволят станции продержаться на орбите около ста наших лет, — Твайлайт ни на миг не забывала об этой цифре. – За это время мы овладеем космическими технологиями достаточно, чтобы самим обслуживать лифтовое хозяйство… или окончательно откажемся от освоения космоса. Время покажет.

— Скорее уж ты покажешь времени, — лукаво подмигнул Шайнинг. – По крайней мере, я точно рассчитываю, что ты устроишь тут экскурсию для моих детей.

— Конечно, братик! И не говори потом, будто я тебя за язык тянула, у меня свидетели есть! – она обернулась к механическому пони. – Скажите ему… оххх. Быть не может.

Говорящий от имени арифмометров лежал в углу, положив металлический подбородок на скрещённые передние ноги. Озарявший его изнутри свет погас, и посланник пришельцев теперь выглядел лишь безжизненной стальной скульптурой.

— Всё, теперь они слишком далеко, их «незримые волны» нас уже не достигают, — тихо сказала Селестия.

— Он ушёл, — голос Твайлайт дрогнул. – Его больше нет…

— В некотором смысле его никогда и не было, — осторожно заметила Селестия. – Смотря что понимать под словами «он» и «они». Ты заметила, что арифмометры их не использовали?

Все помолчали.

— Итак, космический поезд отправился в космический Мэйнхеттен, — наконец сказал Шайнинг. – И пассажиры в нем оказались не слишком словоохотливыми. Что же мы имеем? Это забавное сооружение и ни одного внятного ответа.

— Ну, почему же «ни одного»? — внезапно раздавшийся сзади задорный крик Пинки Пай заставил вздрогнуть всех, даже Селестию с Луной. — Нам оставили целых семьсот сорок девять тысяч семьсот двадцать два ответа!

— Пинки?! Откуда ты… — Твайлайт осеклась, глядя на пачку блестящих листов, которую прижимала к себе розовая пони.

— А, на вечеринке и без меня справятся, а я почувствовала, что мне нужно быть тут, — Пинки ловко вплыла в комнату и, зацепившись хвостом за поручень, зависла вниз головой над стальным посланником. – И знаешь что? Моё чувство меня не подвело! Стоило мне из лифта выйти, как тут «щёлк!», а потом «жжжж!», и я сразу «ух ты, это должна увидеть Твайлайт», и я снова не ошиблась, правда?

В самом деле, украшенная звёздным узором панель в стене напротив дверей лифта отъехала в сторону, открыв глубокую нишу. Там в пронумерованных ящиках лежали целые пачки глянцевых листов из странного материала, напоминающего очень-очень плотную бумагу. Каждый из них был заполнен ровными строками неизвестных символов из кривых линий, точек и сложных геометрических фигур. Изредка встречались рисунки или чертежи. Всё вместе это отдалённо напоминало вывод какой-нибудь сверхсложной математической теоремы.

Первой подала голос Селестия:

— Что ж, наши гости мастера делать сюрпризы. Я так понимаю, они решили всё-таки поделиться с нами частицей своих знаний? Интересно, о чем именно они захотели напоследок рассказать?

— А помните, мы их спрашивали про цель путешествия и не получили внятного ответа? – Твайлайт смотрела на полку чужой библиотеки, пытаясь разобраться в своих чувствах. С одной стороны, её восхищение перед печатным словом требовало не откладывая зарыться в свежеоткрытые страницы. Но та загадочность, с которой “арифмометры” передали информацию, настораживал. – Может быть, пришельцы смогли наконец сформулировать ответ вместе с языком, на котором понимание возможно?

— Тогда либо он невообразимо огромен и сложен, либо подводят нас к нему издалека, — Шайнинг телекинезом поднял один из ящиков и посмотрел на его дно. – Но без словаря или хотя бы какого-нибудь комментария будет трудно разобраться, что здесь к чему. Только расшифровка займёт, наверное, лет триста!

— Точно, чуть не забыла! – Пинки взвилась в воздух и выхватила из своей пачки один лист. – Есть тут пластина с подписью на эквестрийском! Сейчас, слушайте.

Она прокашлялась и приняв официальный вид, зачитала:

Проникнув в суть вещей, возможность выбора теряешь.

Ведь правда в том, что в мире все одним путём идут.

Там многие, конечно, исчезают, а кто-то непременно опоздает.

Но, чтоб успеть за странниками вслед,

В запасе двадцать миллиардов местных лет

Ошарашенная Твайлайт слушала неровную машинную рифму, не сводя взгляда с оборота листа. Там крупными ровными буквами было напечатано:

«749 722 листа, только необходимое и достаточное. Разобравшись с этим, пони выйдут на Дорогу. Все остальное просто.»