# Между сном и реальностью

rakhen

Жизнь – это лишь череда событий, происходящих с нами. События, которые происходят в следствии нашего выбора. Но что делать если ты лишен этого выбора? Какова будет твоя жизнь, сможешь ли ты обрести счастье? Что делать, если ты находишься на перепутье, между сном и реальность, жизнью и смертью?

Ссылка на фикбук https://ficbook.net/readfic/3485065

Прошу оставляйте и там ваши лайки и комментарии.

Всем приятного прочтения и надеюсь на положительные отзывы и так далее.

## Глава 1

Про тех, кто лежит в коме, сложено столько легенд и мифов, что им уже нет числа. Одни думают, что мы слышим все, что нам говорят. Другие считают, что наша душа покидает тело и нам просто нужно ждать, пока она не найдет то, что ищет. Или пока наши тела не будут готовы вновь принять назад наши души. Может это и так. Может я действительно должен что-то найти, что-то понять. Но что? Что это может быть? Я лежу в этой палате уже семь лет, семь долгих, мучительных лет. Что я мог искать все это время?

Мои раздумья прервал скрежет, открывшийся двери, и я услышал уже довольно знакомый стук копыт, вошедших в мою палату. В конце концов в мою палату всегда первым приходит доктор Копперхув.

— Ну, как у тебя сегодня дела? – спросил он таким голосом, как будто он всерьёз думал, что я сейчас смогу ему ответить. – Похоже, у тебя сегодня все в порядке.

— Конечно, все как обычно док, — подумал я.

Но в конце концов он был одним из немногих врачей кого я действительно был рад слышать. И тем более он был чуть ли не единственный кто в самом деле переживал за меня и действительно верил, что однажды я очнусь от этого сна, и как он говорил, мы вместе сможем сыграть партейку в шахматы.

— Ты уж извини, сегодня такой день, уже как семь лет с тех пор как ты здесь, а я даже без подарка. В такие дни приятно вспомнить свои самые теплые воспоминания. Как ты считаешь?

— Вряд ли он сможет поделиться с вами своими воспоминаниями доктор. Мне даже кажется, что с каждым днем он все больше угасает.

— Мэри, как ты можешь так говорить? Тем более при нем. Он ведь все слышит.

— Как вы можете быть в этом уверены?

— Я просто верю в это Мэри, и верю в него. Тебе бы тоже не помешало немного веры в него. Уверен, он когда-нибудь очнётся.

— Вы каждый день так говорите.

— Знаю, и в любом случае, сегодня никакой грусти и негативных мыслей, — сказал он и я услышал звук, закрывающийся двери в моей палате.

В конце концов доктор был в чем-то прав. Какой смысл тратить на это мысли, когда не знаешь, а проснешься ли ты вообще. В любом случае в моей палате теперь остались только я и Мэри.

— Ну здравствуй, Стар Дрим. Как ты сегодня? Прости за то, что я сказала, надеюсь ты не обиделся. В конце концов ты единственный, кого я всегда рада видеть. Даже если ты не можешь увидеть меня. Мне всегда было интересно узнать, что с тобой происходит, там в том мире где ты сейчас. Но больше всего хочется услышать это от тебя самого. Услышать наконец звук твоего голоса, и я много раз пыталась представить себе его, — и услышал ее глубокий вдох. — Знаешь, я много раз представляла себе, как мы с тобой вдвоем прогуливаемся по парку, едим сладкое мороженное, а ты в это время рассказываешь мне одно из воспоминаний своей жизни, — мечтательно произнесла она.

— Эх Мэри, если бы они у меня были, — ведь ни док, ни Мэри не знали, что не только кома, но и потеря памяти были моей проблемой.

Хотя, только около года назад мое сознание вернулось ко мне. Это все равно что проснуться запертым в темной коробке. Она отлично вам подходит, к каждому вашему копыту. Но это довольна странная коробка, поскольку вы можете слышать абсолютно все, что происходит вокруг вас, но никто не слышит вас. Эта коробка настолько идеально обволакивает ваши губы и лицо, что вы не просто не можете разговаривать, но не в состоянии издать даже звука. Поначалу, все это кажется игрой, но затем приходит осознание. Вы слышите, как кто-то обсуждает вас, вашу жизнь, вашу судьбу. Иногда вам может быть слишком холодно, затем вам резко может стать слишком жарко. И вы ничего не можете с этим поделать. Вы не контролируете себя, да вы и не можете.

По сути, как сказал доктор Копперхув, он представлял себе кому, как очередным видом сна. Но если сон – это естественная потребность нашего организма, как он сказал, то для меня, кома – это пропасть между жизнью и смертью.

С тех пор, как мое сознание вернулась, я не знал, никто я такой, никак я выгляжу, даже своих родителей я не помнил. Хоть они и приходили ко мне, я все равно не мог вспомнить ни их лиц, ни их внешности. Вся моя жизнь теперь была покрыта темным увесистым туманом, который я никак не мог разогнать. В голове крутились тысячи вопросов. Ведь я толком и не знал, что со мной происходит.

— Где это я? Почему здесь так темно? Почему я не могу пошевелиться? Что со мной произошло и что со мной происходит? — все эти вопросы ни один раз проносились в моей голове.

Но все было хорошо, пока я ничего не понимал, но с течением времени мое сознание все больше восстанавливалось. И вот в один день пришло отчаяние, осознание того, что я попросту заперт в собственном теле. Если бы не Мэри. Ее голос был для меня самым теплым, нежным и успокаивающим во всем мире. Даже голос родной матери так не поддерживал меня, как она. Может только благодаря ей я все еще жив, и держусь в этом мире. Не знаю, где бы я был, и чтобы со мной было если бы не она. Когда я сходил с ума, от пустоты, тьмы и одиночества, ее голос был единственным лучиком света во всей этой тьме. Только он успокаивал меня, позволял сохранять рассудок и дарил мне надежду на то, что однажды, я действительно очнусь. Но больше всего я хотел увидеть ее, также как она хотела услышать меня.

— Знаешь Стар Дрим, а ведь сегодня праздник летнего солнцестояния. Многие пони хотели бы увидеть, как принцесса Селестия поднимает солнце. Я надеюсь, что однажды мы сходим на этот праздник вместе, — произнесла она и я услышал, как она уселась за свой стол и принялась за работу.

Сегодня для Мэри был обычный рабочий день. Вот уже в течение года, она приходила в мою палату разговаривала со мной и садилась за стол рядом и занималась делами. Иногда она отрывалась от своих дел, чтобы немного передохнуть, и поговорить со мной. Она любила рассказывать мне истории из своего детства, школьной жизни, про ее первую любовь. Я был самым преданным ее слушателем. Впрочем, у меня и не было выбора. Но я не был против, а скорее наоборот, я был жутко рад этому. Ведь ее истории, ее рассказы, даже само ее присутствие скрашивало мою и без того монотонную жизнь. Если конечно кому можно было назвать жизнью. По сути я просто существую в своем теле. И хоть оно мое по сути я попросту заперт в нем.

Так прошли несколько долгих и томительных часов, во всяком случае для Мэри. Конечно мне не куда было торопиться. Время уже давно потеряло для меня значения. Мне лишь просто нравилось отсчитывать его. Во всяком случае это помогало мне разминать мой разум. Тем более так для меня время проходило довольно незаметно. И так и проходил весь мой и ее день, и так уже в течении года.

Вскоре я понял, что на улице уже наступила ночь, так как с открытого в моей палате окна уже дул более холодный ветерок, а многочисленный цокот копыт в коридоре, говорил о том, что настал конец рабочего дня. А значить и рабочее время Мэри закончено, а значить и для нее настала пора покинуть меня. Во всяком случае до завтрашнего утра. Но услышав легкое сопение, я сразу понял, что Мэри попросту заснула. Порой случалось так, что за весь день она сильно уставала и порой попросту засыпала прямо за своим столом. И в такие дни, мне было особенно приятно осознавать, что даже ночью со мной кто-то рядом, и такими ночами я не чувствовал себя одиноким.

И с этой приятной мыслью на душе я и сам стал проваливаться в глубины сна. Туда, где я действительно становился свободным, туда где я вновь мог представить себе все, что только душе угодно. Но в большинстве случаев, я представлял себе Мэри. Как мы гуляем по тому самому парку, про который она мне рассказывала, и как мы наконец проводим свое время вместе. Я уже почти погрузился в небытие, как неожиданно, я увидел то, чего не видел с тех пор, как в пал в кому. Свет!

## Глава 2

Свет! Лишь в одном этом слове столько силы, энергии и жизни. Будучи в коме столько лет я уже и забыл, что это такое. Все время находясь во тьме своего тела и разума, первое, о чем я мечтал, так это наконец увидеть именно свет. Свет, который бы разогнал всю эту тьму. Но сейчас, когда мое желание сбылось, я был не только удивлен, я был ужасно напуган.

— Неужели это все! Неужели настал мой час покинуть этот мир, – это были первые мысли, которые пронеслись в моей голове.

Первое время я даже и мечтал о том, чтобы покинуть этот мир. Я просто хотел умереть, и не желал больше мучиться, будучи запертым в своем собственном теле. Получить то, о чем я мечтал, свободу. Но сейчас, все было наоборот. Мне не хотелось уходить, вернее я попросту боялся этого, я боялся смерти. В такой миг ты резко начинаешь осознавать, что твоя жизнь, пускай даже такая, имеет значения. И ты понимаешь, что хочешь бороться за нее, ты понимаешь, что хочешь жить.

Но тут произошло нечто довольно необычное. Никогда прежде я не ощущал ничего подобного. В следующее мгновение, какая эта энергия или даже сказать магия, пронзила меня. Мне даже стало слегка больно, хотя и боли я уже давно не ощущал. Меня как будто вытащили из моего собственного тела, как будто нечто ухватилось за мою душу и заволокло в неизвестность. Я чувствовал, как мое сознание, моя душа неслась куда-то, пока наконец не случилось нечто, выходящее за рамки моего воображения.

Я находился в абсолютном неизвестном и неведомом мне ранее месте. Да и я не был уверен, что это место вообще существовало. Будучи в коме, я хорошенько смог развить свое воображение. Конечно я хоть и потерял большую часть своих воспоминаний, но в моей памяти все еще мелькали образы природы, некоторых пони, местности. Но место в котором я находился, я бы никогда не смог вообразить. Словно я находился в небе прямо среди звезд. Лишь однажды я смог вспомнить, как выглядит звездное небо, но это воспоминание так поразило меня, так затронуло мой разум, что я уже не смог забыть его. И теперь я сам находился среди звезд.

Но что больше всего удивило меня, так это то, что здесь, в этом месте, в этом мире, я ярко ощущал магию. Нечто подобное я ощущал, когда доктор Копперхув исследовал меня с помощью своей магии, но здесь магия была иной. Я ощущал ее каждой частичкой своей души, она словно переполняла меня изнутри, наполняла мою душу своей энергией. В какой-то миг мне даже показалось, что моя душа слилась с этим миром, этой магией. И когда я увидел перед собой небольшую розовую звездочку, я не удержавшись, дотронулся до нее, и в тот же миг, меня вновь что-то схватило и уже через мгновение я находился там, где и вовсе не ожидал оказаться.

— Не может быть, неужели я в парке, — подумал я внимательно оглядевшись вокруг.

Все вокруг меня казалось таким правдивым, реальным, живым в конце концов. Пони, ходившие вокруг, деревья и цветы, качающиеся на ветру.

— Я, наверное, сплю, — произнес я вслух и это простое действие вновь погрузило меня в состояние легкого шока. – Неужели это мой голос. Я слышу свой голос!

Не знаю, когда в последний раз я так радовался. Я впервые за долгое время был по-настоящему счастлив. Ведь будучи в коме, ты не можешь говорить, а значить знаешь и не помнишь, как звучит твой голос. Поэтому было не удивительно, что я был так этому рад.

— Но если я слышу свой голос, то значить ли это, что здесь, — и не договорив я подбежал к небольшому ручейку, где наконец увидел самого себя.

Из воды на меня смотрел темно-серый пегас, с серебряной гривой и яркими темно-голубыми глазами. Я не знал, действительно ли это я, или всего лишь мое разгулявшееся воображение. По-другому я никак не мог подумать, ведь до этого дня, я никогда не мог представить себе такого. Даже то, как я выглядел, все от самых копыт до кончиков перьев, было настолько детальным, что казалось это действительно правда, а не плод моего воображения. Но это было легко проверить.

— Так как по сути если это сон, то мне лишь достаточно представить себе то что я хочу и тогда, — и прямо передо мной возник небольшой хуфбольный мяч, точно так, как я его помнил. – Значить все-таки это лишь сон, — и печально подметив этот факт, я попросту растворил мяч прямо в воздухе.

— Стар Дрим, это ты? – этот голос, неужели и это было возможно.

И обернувшись я увидел перед собой молодую, невероятно красивую единорожку с нежно-розовым оттенком шерсти, прекрасной желтой гривой, милым светло-голубым хвостом и выразительными аметистовыми глазами. Я смотрел на нее и просто не мог отвести взгляд. Ведь если это действительно была она, то она была еще красивее, чем я только мог представить себе. В этот момент мне даже казалось, что передо мной стоит не обычная единорожка, а самая настоящая богиня.

— С тобой все в порядке? – спросила она наконец вырвав меня из забытья и позволив мне взять себя в копыта.

— Да, я в порядке, вроде бы, — ответил я. – Мэри, это и вправду ты? Или ты мне лишь снишься? – но мой вопрос лишь почему-то развеселил ее.

— Глупенький, это ведь ты мне сейчас снишься. Ведь это мой сон!

— Твой? – удивленно спросил я. И оглядевшись вокруг, я по-настоящему понял, что происходящее – вовсе не моя, а ее фантазия, а точнее ее сон. Я попал в сон Мэри.

— Ну, конечно же глупенький. Ведь кому еще может присниться мой любимый городской парк.

— Так вот как он выглядит, — восхищенно сказал я, наконец полностью обведя своим взором окружающий меня мир. – Ты столько раз рассказывала мне про него. Мечтала, что когда я очнусь, мы вместе сходим сюда и отведаем твоего любимого ванильного мороженного.

— Да, я бы так этого хотела. Жалко, что ты не настоящий, опечаленно произнесла она.

— Мэри, но я настоящий. Ну, насколько это может быть внутри сна. Но это правду я, Стар Дрим.

— Не смеши меня, этого просто не может быть.

— Я сам это понимаю, но со мной что-то произошло. Какая-та магия как будто ухватила мой разум, мою душу и я ненадолго оказался в каком-то странном, но удивительном месте. Вокруг меня кружились и сверкали миллионы звезд, а когда я дотронулся до одной из них, то меня словно засосало в твой сон.

— Не знаю, это звучит как-то странно. Хоть ты мне и раньше снился, но никогда так со мной не разговаривал. Вот если бы ты мог это доказать.

Да уж, эта задачка была сложной. Как пони находящемуся в коме, доказать свою правоту. Если я скажу, то что знает Мэри, она просто не поверит мне, так как подумает, что я лишь часть ее сознания и воображения, а значить знаю тоже самое, что и она сама. Но ответ тут же был дан сам собой. Если не можешь рассказать ей то, что знает она, расскажи ей то, что знает кто-то другой.

— Мэри, скажи, а ты, например, знаешь, что доктор Копперхув боится кексов в виде пони?

— Да? – удивилась Мэри. – А с чего ты взял?

— Ну, ты ведь хотела, чтобы я доказал тебе, что я не плод твоего воображения. Так вот, когда ты проснёшься за своим столом, то обязательно спроси доктора Копперхува об этом. Уверен, он очень удивиться этому.

— Но ты как об этом знаешь?

— Док считает меня своим другом, и рассказал мне много своих секретов. Тем более кто лучше всего хранить чужие секреты, чем пони находящийся в коме.

— И почему он их боится?

— Он не сказал мне, но могу предположить, что док обладает слишком бурной фантазией и, когда ест кексы в виде пони, то представляет себе, что они живые и настоящие.

— Никогда бы не подумала! А что еще ты знаешь такого, чего не знаю я?

— Ну, я помню, как ты рассказывала мне, что панически боишься змей и различных грызунов, — и при одном их упоминании я заметил, как Мэри внезапно напряглась, а ее лицо стало более обеспокоенным. – Ах да, еще док говорил, что он боится переходить железнодорожные пути.

— Почему? – удивилась Мэри.

— Опасается, что его поезд задавит! – улыбаясь произнес я, как неожиданно я почувствовал, что со мной вновь начало что-то происходить.

Опять это чувство, словно меня вновь куда-то тянет. Я чувствовал, что попросту теряю связь со сном Мэри и как будто вновь впадаю в нескончаемую темную бездну.

## Глава 3

— Мэри! Мэри! – громко произнес доктор Копперхув, тем самым наконец разбудив кобылку.

— Доктор Копперхув, что-то случилось? – спросила она с ноткой сонливости.

— Это я хотел спросить у тебя, что здесь случилось? – спросил он протягивая ей стакан холодной воды.

— Простите доктор, видимо я случайно задремала.

— Это я вижу, с проспала здесь всю ночь, но вот мне больше хотелось бы узнать, что произошло с приборами и с самим Стар Дримом.

— Что-то не так? С ним что-то случилось? – обеспокоенно спросила Мэри.

— Случилось, когда я вошел в палату, то увидел, что показатели Стар Дрима резко изменились.

— С ним все в порядке?

— Не волнуйся, с ним все нормально и судя по показаниям приборов даже лучше. Когда я зашел то увидел, что активность его мозга резко возросла.

— Как это произошло? Тем более так внезапно?

— Не могу точно сказать, но похоже с ним что-то произошло, что-то необычное, что-то важное.

— Это не опасно?

— Думаю, он в полном порядке. Очевидно внезапное воздействие каких-то сильных положительных эмоций положительно повлияло на его состояние. Можно даже сказать, он таким образом хочет дать нам знать, что он все еще жив. Хотя и эта ночь была довольно необычной.

— Что вы хотите этим сказать? – не понимая спросила Мэри.

— Принцесса Селестия уже давным-давно должна была поднять солнце, но по непонятным причинам оно взошло лишь совсем недавно. Да и в воздухе витала необычная магическая энергия. Я такого еще раньше не встречал, так что эта ночь действительно была необычной. А тебе Мэри я бы посоветовал, как следует отдохнуть, а то ты сама не своя. Может тебе взять выходной на пару дней?

— Нет доктор не надо, со мной все в порядке, честно.

— Все же сегодня тебе лучше отдохнуть. И не спорь, я настаиваю на этом, — сказал он и перевел свой взгляд на койку. — А ты Стар Дрим не разочаруй меня. Я очень надеюсь, что сегодняшний случай, это шаг к твоему выздоровлению, я даже подготовил торжественную речь на тот день, когда ты наконец откроешь свои глаза. А пока не волнуйся, и набирайся сил, мы о тебе позаботимся. Мэри, ты что-то хотела? – спросил он увидев ее задумчивый взгляд.

Как для Стар Дрима, так и для самой Мэри эта ночь выдалась совершенно необычной. Она наконец смогла вспомнить свой сон, который только что увидела. Обычно сны плохо ей запоминались, но этот был особенным. Она смогла запомнить каждый момент, каждое слово, сказанное Стар Дримом. И теперь ей оставалось только одно.

— Доктор Копперхув, можно вас спросить, кое-о-чем?

— Конечно Мэри, все что угодно.

— Скажите, а вы и правду боитесь переходить железнодорожные пути? — и если бы доктор в этот момент пил бы чай, то он наверняка бы моментально оказался на ближайшей стене, так как от такого неожиданного вопроса, доктор не просто закашлялся, он чуть ли не задохнулся.

— Мэри, откуда ты узнала это?

— Так это правда! – пораженно произнесла Мэри, и теперь с улыбкой уставилась на дока. Ведь теперь она понимала, что в ее сне действительно был Стар Дрим. Не сном, не плодом ее воображения, а тем самым пегасом, что лежал на больничной койке рядом с ней, и единственной вещью, говорившей о том, что он все еще жив, был небольшой аппарат показывающий активность его головного мозга.

— Мэри, не знаю, как ты узнала об этом, но надеюсь, что ты никому об этом не расскажешь.

— Конечно я никому не скажу. Но страхи – это вполне адекватная реакция организма, никто не лишен страхов, даже самый смелый воин боится чего-то. И не нужно стыдиться их, это может обернуться трагедией. А если соберетесь переходить пути, по которым следуют поезда, посмотрите сначала налево, потом направо, удостоверьтесь, что приближающегося состава нет, и спокойно перешагните сначала одну колею, потом другую и вы уже на другой стороне. Конечно на словах это звучит легко, куда хуже будет в реальном случае, но вы же взрослый пони, ученый в конце концов.

— Ладно, Мэри, убедила немного. Но все-таки откуда ты это узнала?

— Я не могу сказать, потому что это секрет.

Секрет, который полностью поразил ее. Но пока она решила сохранить это тайну только между ними. И быстро покинув палату, она направилась домой, надеясь сегодня ночью вновь увидеть Стар Дрима.

— Странно, я никому не рассказывал об этом, — размышлял доктор после ухода Мэри. – Разве что тебе Стар Дрим, но ты же надеюсь не выдал мою тайну, — произнеся это доктор улыбнулся, но все же ему казалось, что в его словах была доля правды.

* * *

После того, как меня выбросило из сна Мэри, я некоторое время провел в забытье, что даже не понимал на сколько. Но проснувшись, я понял, что не могу думать ни о чем другом, кроме как об этом таинственном проникновении в чужой сон.

— Что это было? Неужели это правда? Неужели я действительно смог проникнуть в чужой сон? – я детально размышлял над каждым вопросом, пытаясь хоть как-то понять произошедшее. Возможно это было лишь плодом моего воображение, но возможно и нет. Это не было похоже на обычный сон, и возможно здесь была замешана чья та магия. И если это так, то было ли это магией этого мира, или же магия того таинственного места куда я попал. Ведь его магия была поистине удивительна и уникальна. Никогда еще я не чувствовал ничего подобного.

Но чем больше, я об этом думал тем больше новых вопросов возникало в моем сознании. Но больше всего я хотел узнать: смогу ли я вновь попасть в то место и вновь внедриться в сон Мэри или же я смогу внедриться в чей-нибудь другой сон? Мне необходимо было найти ответы на эти вопросы. А для этого мне было необходимо вновь попасть в то таинственную место. И попал я в него после того, как уснул. Поэтому мне ничего оставалось, кроме как дождаться ночи, и только тогда я смогу проверить свою теорию.

И спустя несколько долгих часов, которые показались мне целой вечностью, я понял, что в Эквестрии наступила ночь, а значить настало время, чтобы вновь погрузится в мир снов. Теперь осталось только надеться, что мои ожидания все-таки оправдаются. И расслабившись я ощутил, как мое сознание постепенно начало проваливаться в сон, но вместе с этим я вновь ощутил ту самую магию.

## Глава 4

Вообще я даже не предполагал, что все это будет настолько просто, и для этого было просто необходимо заснуть. Казалось банально, но кто сказал, что такая удивительная магия должна быть сложной. Магия вообще удивительная вещь, но магия этого места не имело аналогов. Казалось, что она просто проходит и насыщает меня своей энергией. Не знаю влияло ли это как-то на мое тело или разум, но мне было приятно. Я впервые смог ощутить себя свободным. Ведь казалось, что в этом месте не существуют никакие законы, делай что душе угодно. Но сейчас меня интересовало совсем другое, а именно проникновение в чужие сны. В прошлый раз это произошло совершенно случайно, но я должен понять, как и почему это произошло? Что именно я тогда сделал?

— Так я стоял на месте и все здесь рассматривал, а потом увидел рядом с собой небольшую розовую звездочку и дотронулся до нее, и вот тогда я и проник в сон Мэри. Может стоит попробовать еще раз? – и оглядевшись вокруг увидел просто немыслимое количество звезд, кружащих вокруг меня. И дотронувшись до ближайшей синей звезды, я вновь ощутил, как меня вновь что-то затягивает.

Через мгновение, открыв глаза, я увидел, что нахожусь в каком-то небольшом, но довольно уютном доме, в котором по всей видимости был какой-то праздник. Так как по всему дому были развешаны праздничные ленточки, и по всюду летали разноцветные шарики. В общем в доме царила атмосфера праздника и веселья. И как в подтверждение моим мыслям в комнату одним мощным потоком вбежала целая куча маленьких жеребят, которые весело гудели и похоже даже не замечали меня.

— Этот сон явно одного из этих непосед. Что ж не буду им мешать, — вот только была одна небольшая проблемка. Я совершенно не знал, как выбраться из этого сна. Но тут тоже все оказалось довольно просто, ведь стоило мне этого захотеть, как я вновь оказался окруженным многочисленными звездами.

Что ж теперь во всяком случае мне было ясно, что этот мир является особенным магическим пространством. Этаким пограничным миром, между сном и реальностью, и я каким-то мистическим образом смог попасть в его перепутье. Что ж теперь я знал, что каждая звездочка — это портал, дверь в сон любого пони в Эквестрии. Но как найти нужную тебе дверь. Как найти звезду того пони, в сон которого ты хочешь попасть.

— А может и здесь все не так сложно? Надо просто подумать о пони, которую хочу увидеть, — и я оказался прав. Через пару секунд передо мной вновь сияла милая розовая звездочка, которая явно принадлежала Мэри.

В этот раз дотронувшись до нее, я оказался не в парке, как в прошлый раз, а в очередном доме. Наверно это был дом Мэри, хотя может быть и нет. Но самой Мэри я почему-то не вижу?

— Стар Дрим, ты все-таки пришел! — услышал я счастливый голос позади себя и не успел даже обернуться, как она сжала меня в своих крепких объятиях.

— Привет Мэри, рад снова тебя увидеть, — улыбнувшись произнес я, после того, как единорожка высвободила меня из своих крепких объятий.

— Мне даже не верится, что это правду ты?

— Я думал я смог убедить тебя, что я настоящий.

— Убедил, убедил, но я так боялась, что это был просто сон, — сказала она прижавшись ко мне.

— Ну, в принципе это и был сон, твой сон, а я просто смог попасть в него, — сказал я улыбнувшись.

— Святая Селестия, неужели это правда? Я столько раз хотела поговорить с тобой, в живую.

— Ну, я хоть и в коме, но все-таки живой, в каком-то смысле. И я тоже много раз, хотел поговорить с тобой, я много раз мечтал об этом, но также я хотел увидеть тебя, пускай даже и во сне. И теперь у нас есть целая ночь, чтобы как-следует пообщаться.

Время летело незаметно, особенно рядом с Мэри. Мы разговаривали обо всем, что только можно. В основном конечно рассказывала она, поскольку мне нечего было рассказывать. Мои воспоминания пропали, так что мне не было чем с ней поделиться. Зато Мэри с удовольствием делилась своими. Конечно я многие из них уже слышал, но теперь, благодаря тому, что мы были во сне, я мог увидеть их. Ее детство, школа, семья все это предстала нашему взору. Я смотрел на это и думал, что скорее всего и моя жизнь была такой до того момента, как я попал в кому. Если бы я только мог хоть что-то вспомнить.

— Это так удивительно, я до сих пор не могу поверить, что это ты Стар Дрим.

— Если честно, то я тоже. Но согласись, довольно неплохо как для пони находящегося в коме.

— Я так часто представляла, как мы с тобой гуляем, болтаем, проводим время вместе, а теперь это стала явью.

— К сожалению, это возможно лишь в твоем сне.

— Но может быть это только начало. Может быть эта способность поможет тебе выйти из комы, и тогда все это станет реальностью. Тебе стоит проникнуть в сон доктора Копперхува.

— Ты думаешь он сможет мне помочь?

— Не знаю, но попробовать стоит.

— Уверена?

— Абсолютно! В конце концов он даже в коме считает тебя своим другом, а это многое значить. И уже только по этой причине, ты обязан с ним встретиться.

— Думаю ты права. Спасибо Мэри.

— А что это происходит? – с ноткой ужаса спросила она, когда увидела, как все вокруг начинает постепенно растворятся в том числе и я.

— Думаю настало утра, и ты просыпаешься. Я чувствую, как начинаю терять связь с твоим сном. Но все же я послушаюсь твоего совета и завтра ночью встречусь с доком. Но я обещаю, что и к тебе загляну, — сказал я и полностью растворился в ее сне. А это означало лишь то, что уже настал новый день.

* * *

А сегодняшняя ночь предвещает мне новые знакомства. Хотя док столько рассказывал мне о себе, что, пожалуй, я знаю о нем больше, чем он сам. Порой я даже чувствовал себя его личным психологом. Я мог выслушать все его проблемы, переживания, волнения. Он рассказывал мне все, хотя он знал, что я ничего не смогу ему ответить. Но мне было приятно знать, что я хоть чем-то мог ему помочь. В эти моменты я вновь ощущал себя полезным, нужным, живым в конце концов.

Правда мне пришлось изрядно напрячься, чтобы проникнуть в его сон. Поскольку первая попытка, закинула меня в сон какого-то жеребца где ему снилось, как он покоряет какую-то гору, а вторая попытка закинула меня в сон кобылки, которой снилось, что она получает какую-то награду. И уже после этого, хорошенько сосредоточившись, я все-таки смог проникнуть в сон доктора Копперхува.

Оказавшись внутри сна, я увидел, что попал в какой-то дом, причем довольно таки большой. Довольно милый дизайн, отличная мебель, но при этом было ощущение домашнего уюта. Во всем доме была чистота, а на стенах висели семейные фотографии.

— Стар Дрим!? А как ты здесь оказался? – услышал я знакомый голос и обернувшись увидел довольно крепкого жеребца со светло-синей гривой и коричневой шерстью.

— Здравствуйте док! – улыбнувшись сказал я подойдя к нему. – Во всяком случае судя по голосу это должны быть вы. Рад наконец вас увидеть, да и собственно познакомится.

— Это ведь сон? – даже не знаю это прозвучало, как вопрос или утверждение.

— И да, и нет. Дело в том, что вы действительно спите, но я настоящий, во всяком случае сейчас в вашем сне присутствует мое сознание. Но это если я правильно понимаю.

— Как же это возможно?

— Если честно, то я и сам не знаю.

— Подожди минутку, а как мне убедится в том, что ты не часть моего сна? – и тут та же история.

— А вас не удивил тот факт, что Мэри знает о том чего вы боитесь.

— Это ты ей рассказал!? – похоже я не только смог его убедить, но и немного разозлить.

— Простите док, но я ведь должен был как-то убедить ее. Мне тогда показалось, что это будет довольно убедительно.

— Убедительно, не то слово, — усмехнувшись сказал он, сменив гнев на милость и жестом пригласил меня пройти в соседнюю комнату.

— Милый у вас домик, очень уютный. Это ведь ваш дом?

— Да Стар Дрим, мой. Рад наконец с тобой познакомится, пускай даже таким необычным способом.

— А я та как рад, вы даже не представляете. У меня к вам столько вопросов.

— Ну, скажем так, у меня к тебе тоже.

— Тогда давайте начнем, поскольку в нашем запасе есть только ночь. И закончится она гораздо быстрее чем вы думаете.

## Глава 5

Время действительно летело незаметно. Мы о многом думали, много чего обсуждали, многое выясняли, и к многому пришли. Док многое хотел узнать, как, впрочем, и я. Но мы оба понимали, что одной ночи нам не хватит. А потому, мы приняли решение.

— Что ж, Стар Дрим, твоя ситуация довольна необычна.

— Вы хотите сказать, что вы еще не встречали подобных случаев, когда пони мог проникать в чужой сон.

— Не просто не встречал, а и никогда не слышал об этом, — сказал он слегка почесав затылок. — Впрочем, магия нашего мира довольна уникальна, и она на многое способна. Но я никогда не мог бы подумать, что на такого рода магию будет способен обычный пегас, к тому же находящийся в коме.

— Док, пока у нас есть ещё немного времени, я хотел бы у вас кое-что спросить.

— Конечно, спрашивай.

— Вы можете рассказать, что со мной случилось?

— Ты не помнишь? — удивлённо спросил он посмотрев на меня, на что я отрицательно показал головой. — Да, ну и дела.

— В этом есть какая-то проблема?

— В том то и дело что есть. Проблема заключается в том, что мы и сами толком не знаем. Не мы не твои родители не знаем, что с тобой произошло.

— Но хоть что-нибудь вы должны знать?

— Мы знаем только то, что это произошло с тобой в детском летном в лагере, недалеко от Клаудсдейла, во время урока по полетам. Как рассказывал ваш учитель все было в полном порядке. Занятия проходили вполне спокойно, и учитель говорил, что видел тебя доброго и здорового. Но ему пришлось отлучится на несколько минут, и видимо тогда с тобой что-то произошло. Ученики говорили, что ты неожиданно и резко полетел вниз.

— Значить никто не видел и не знает, что со мной произошло?

— Боюсь, что так, Стар Дрим. Тебя нашли внизу, недалеко от города. Ты лежал без сознания и на вид все было хорошо, но когда тебя принесли в больницу оказалось, что с тобой все было гораздо серьёзнее.

— Я впал в кому, — тихо и мрачно произнёс я, словно судья выносивший приговор преступнику. — Значить, вероятно причина того что со мной произошло, это то, что я по всей видимости неудачно приземлился или очень неудачно упал.

— Да, именно такую версию мы и предполагали, — сказал он глубоко вздохнув. — Но знаешь, есть одна вещь которая не давала мне покоя.

— Какая же?

— Когда тебя нашли, то все без исключения говорили, что видели, как по твоему телу словно струится магия, причём она полностью охватывала тебя. Но больше всего их удивило то, что эта магия имела цвет радуги.

— Радуги? — это явно было необычно. Ведь много раз в своих снах я увидел, как лечу вниз, и вижу, как меня резко настигает волна, радужная волна. Это явно не могло быть совпадением. — И что? У вас были какие-то предположения что это могло быть?

— Честно сказать мы не знаем. Но может быть это связанно с тем что с тобой произошло, но мы не можем быть в этом уверены. Твой случай действительно уникальный. Честно сказать я надеялся, что именно ты скажешь мне что же такого с тобой произошло.

— Да уж, очень интересная история у меня получается. Идёт обычный урок в школе, мы учимся как правильно летать и тут я резко ни с того ни с сего бросаюсь вниз. Потом меня находят без сознания недалеко от города, полностью охваченного таинственной радужной энергией.

— Понимаю, Стар Дрим ты хотел бы знать, что с тобой случилось, но это все что я знаю.

— Что ж, это гораздо лучше, чем ничего, — сказал я и открыл проход в другой сон.

— Ты уже уходишь? — слегка опечаленно произнёс он.

— Простите док, скоро должно уже наступить утро, а я ещё обещал Мэри, что сегодня заглянуть к ней. Но не волнуйтесь, я обязательно навещу вас завтра ночью. Теперь доктор Копперхув, можно без преувеличения сказать, что вы моя единственная надежда.

— Я понимаю Стар Дрим, и я обещаю, что сделаю все возможное, что пробудить тебя.

Я видел серьёзный взгляд дока, и понимал, он не тот пони, который бросает свои слова на ветер. Он тот, кто будет идти ради своего друга до самого конца, и это не могло не греть мою душу.

— Спасибо, — произнёс я и исчез из его сна.

* * *

— Мэри!? Мэри ты здесь? — странно, но никто не отзывался. Может быть я случайно попал в чей-то чужой сон. Хотя вроде тот же парк что снился Мэри и в прошлый раз, но здесь никого не было, действительно никого. Обычно во сне присутствуют какие-нибудь фоновые пони, которые создают иллюзию насыщенности. И в прошлый раз здесь гуляло около десятка пони, но сейчас здесь была абсолютная пустота, что превращала этот красивый парк, в какое-то довольно мрачное и страшное место.

— Попался! — неожиданный и радостный крик нарушил эту гробовую тишину, и я тут же почувствовал, как что запрыгнуть прямо мне на спину и мягко охватило меня за шею.

Сказать, что я испугался это ничего ни сказать. Я был в таком ужасе, что от страха просто потерял способность соображать и двигаться, и потому, когда нечто развалилось просто на мою спину я по инерции упал на землю, чувствуя, как моё сердце отбивает не хилую чечетку.

— Стар Дрим!? Стар Дрим, ты что испугался? Это же я, Мэри, — испуганно произнесла она увидев к чему привёл её небольшой розыгрыш. — Святая Селестия, что же я наделала? Прости меня, Стар Дрим, прошу прости, прости!

— Мэри, — тихо произнёс я наконец отойдя от такого, довольно таки обычного, но неожиданного потрясения.

— Ты в порядке?

— Да, — хотя по моему голосу легко можно было сказать, что ещё нет.

— Пожалуйста, прости, я не знала, что ты такой впечатлительный.

— Я и сам не знал, — сказал я слегка улыбнувшись. — Это было даже немного весело, — конечно я привирал, но мне ни в коем случае не хотелось расстраивать Мэри.

— Так ты не сердишься? — спросила она и слегка подняв голову я увидел, что на её личике текли маленькие ручейки слёз.

— Ну, ну, чего ты плачешь? Лучше давай я расскажу тебе, как прошла моя встреча с доком, — что ж смена темы действительно была лучшим решением. Мэри быстро взбодрилась и увлечённо слушала меня, иногда останавливая чтобы уточнить кое-какие детали. Было сразу видно, что она также, как и док сильно переживала за меня.

— И что теперь? — спросила она после того, как я закончил свой рассказ.

— Ну, мы точно не знаем. Док говорит, что ему надо ещё много чего уточнить насчёт моего состояния. Также мне придётся наведаться к нему ещё несколько раз.

— Доктор Копперхув хороший врач, он слов на ветер не бросает. Если уж пообещал, что поможет и вылечить тебя, то так и будет. Я уверена, что ради этого он к самой принцессе придёт.

— К принцессе? Ну мне кажется это слишком.

— Что ты, ведь доктор выпускник королевской медицинской школы единорогов. Он один из лучших врачей в Эквестрии. Я даже знаю, что сама принцесса Селестия не раз была востребована в его услугах.

— Что-то такое припоминаю. По-моему, док рассказывал об этом. Он говорил, что принцесса даже предлагала ему должность её личного королевского лекаря.

— Интересно почему он не принял такое заманчивое предложение? Любой бы другой пони не задумываясь согласился бы на это, — удивлённо спросила Мэри.

— Не знаю, но надо будет не забыть спросить об этом у дока в следующий раз. К тому же он попросил меня выяснить на что ещё я могу быть способен.

— Он считает, что ты можешь быть способен на большее?

— Наверно, но мне кажется, что умение проникать в чужие сны уже поразительно. Вряд ли существует пони с подобной магической силой.

— Может и существует, — задумчиво произнесла Мэри.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не уверена, но в тот день, когда ты смог проникнуть в мой сон кое-что произошло в Эквестрии. И может, лишь может, это связанно с твоей появившейся способностью.

— А что произошло в тот день?

— Это трудно объяснить, многие пони до сих пор не могу поверить в это. Так что прошу, дай мне время, что бы я могла все выяснить и уточнить и тогда я все тебе расскажу.

— Хорошо Мэри, тогда до встречи.

— Ты уже уходишь, так быстро? — в её голосе прозвучало сожаление и печаль. Но я ничего не мог поделать.

— Прости Мэри, но мне пора. Я ощущаю, что моя связь с твоим сном пропадает, а значить уже совсем скоро должно наступить утро, и ты проснёшься.

— Я не думала, что оно так быстро наступит.

— Прости, это все из-за того, что я много времени пробыл во сне дока.

— Я понимаю, просто я бы хотела провести с тобой чуть больше времени.

— Как и я, но боюсь это невозможно. Но я обещаю, что завтра я вновь загляну к тебе. Так что мы еще увидимся, — произнёс я растворившись в воздухе.

## Глава 6

— Док, я уже целый месяц проникаю в ваш сон и каждый раз вы засыпаете меня все новыми и новыми вопросами. Я конечно понимаю вы ученый и врач, и возможно это у вас такая врачебная методика, но хотелось бы узнать, что вы предпримите так сказать для дальнейшего излечения своего пациента. В данном случае меня.

— Стар Дрим, пойми, твой случай действительно уникален, и я как учёный обязан подробнее все разузнать. Тем более это такая неописуемо редкая возможность попросить своего пациента, находящегося в коме.

— Нет док, я как бы понимаю ваш научный интерес и всё-таки, но и вы меня поймите. Мне не доставляет абсолютно никакой радости лежать в этой коме и по ночам проникать в чужие сны, — строго сказал я.

— Да ты прав, извини Стар Дрим. Я не могу даже представить, что тебе пришлось пережить. Сначала очнутся запертым в собственном теле, абсолютно ничего не понимая и не помня. Ты потерял свою память, и чуть не потерял рассудок. Такого и самому злейшему врагу никогда не пожелаешь, — и глубоко вздохнув продолжил. — Но и ты попробуй понять, все эти вопросы не бессмысленны, и каждый из них напрямую связан с твоим состоянием. Мне необходимо как можно лучше узнать, что с тобой происходит. Как я говорил тебе ранее вполне возможно, что причиной твоей комы может быть и какая та сильная магия, получившая на тебя, но это не так просто выяснить. Вот поэтому мне приходится задавать тебе так много вопросов.

После всего выше сказанного мне было крайне неудобно перед доком. Все это было необходимо лишь для того, чтобы помочь мне, а я так неблагодарно повёл себя. Мне не было так стыдно даже тогда, когда я впервые раз проник в его сон и рассказал Мэри о всех его потаённых страхах.

Дальнейшая наша беседа прошла вполне тихо и спокойно. Док задал ещё несколько интересующих его вопросов, а потом вдруг остановился.

— Стар Дрим, скажи, а почему ты ещё не навестил свою маму? — этот вопрос моментально поставил меня в тупик. Уже прошел почти месяц, а я даже не задумывался об этом. Хотя могу поспорить любой бы другой пони первым делом навестил бы своих родителей.

— Я не знаю, как-то не думал об этом, — честно ответил я.

— Просто я подумал, что встреча со своими родителями должна будет хоть слегка повлиять на тебя и даже вполне возможно ты постепенно начнешь что-то вспоминать.

— Вы думаете, это поможет мне что-то вспомнить?

— Такое часто бывает с теми, кто потерял свою память. Встреча с родственниками или близкими пони сильно помогает им, и к большинству из них возвращаются некоторые воспоминания. Во всяком случае даже если это не поможет, то родители определенно расскажут тебе о твоем прошлом.

— В ваших словах есть доля правда, но я не уверен, нужно ли это делать.

— А что тебя смущает?

— Я не хочу давать своим родителям пустых надежд, — произнес я ледяным голосом, — ведь нет никаких гарантий того, что вы сможете мне помочь.

— Стар Дрим, я… — начал было док, но мое резко поднятое копыто тут же остановило его.

— Ничего не говорите, я знаю, что вы хотите сказать. Вы не подумайте ничего такого, я вам верю и полностью доверяю, но также я понимаю, что в моем случае может быть и вероятность того, что я никогда и не очнусь.

— Да ты прав, такая вероятность есть, не буду тебе лгать. Но, как врач должен сказать, что позитивные мысли и отличный настрой положительно сказываются на пациентах, а потому, отбрось абсолютно весь негатив и думай только о хорошем.

— Сэр, есть сэр, — произнес я став по стойке смирно и отдав честь. Самое интересное было то, что сделал я это фактически машинально, словно я делал это и раньше.

— Ты так очень сильно похож на своего отца. Тебе бы ещё броню и будешь в точности как он.

— Броню?

— Ну да, он ведь служит во дворце, придворным стражником принцессы Селестии.

— Я не знал, точнее забыл.

— А откуда же ты помнишь, как надо правильно отдавать честь? — с ноткой любопытства спросил док.

— Сам не понимаю, как-то само вышло.

— Хм, — и задумчиво почесав подбородок, док выложил свою гипотезу, — скорее всего, мышечная память, довольно интересно. Многие жеребята в детстве подражают своим родителям, повторяют за ним самые яркие и необычные движения, которые увидят. По всей видимости, когда ты видел, как твой отец отдаёт честь, ты запомнил это движение и стал повторять за ним, вот так это и можно объяснить. А сейчас вернёмся к тому что мы обсуждали, а не то мы сильно отклонились от нашей темы.

— Да вы правы, — слегка взбодрилась сказал я и внимательно посмотрел на дока. — Так на чем мы с вами остановились.

— Ну перед тем, как ты начал жаловаться на мои постоянные вопросы, я говорил тебе, что тебе стоит побольше разузнать о своей способности. В общем так, Стар Дрим, тебе нужно понять на что ещё ты способен. Можешь ли ты влиять на сны других пони, можешь ли ты их изменять, и так далее. Вполне возможно, что твоя способность улучшится.

— Вы так думаете? – спросил я на что док утвердительно кивнул. – Неужели, это все так необходимо?

— Естественно, каждая мелочь имеет значение. Да и к тому же, разве тебе самому это не будет интересно. Познать эту неизведанную магию, раскрыть в себе этот потенциал, и возможно твоя способность является своеобразным ключом, который поможет тебе очнутся.

* * *

Что ж, с того дня, я полностью углубился в познание своей способности. В этот момент я почувствовал себя как жеребёнок делающий первые шаги, и только начинает по-настоящему познавать мир. В принципе вряд ли кто-то помнит, что он чувствует, когда делает свои первые шаги. Я же после стольких лет комы, снова начал переживать похожие чувства, но в отличие от жеребят воспринимал все ярче и острее. Я знал, что это только начало. Ведь никто не знает, на что я еще могу быть способен. И возможно благодаря этому дару, я смогу как-то излечить себя, или хотя бы что-нибудь вспомнить.

Поэтому я решил, что буду развиваться, развивать свою силу, свою способность. И не важно сколько уйдет на это времени, я смогу наконец очнуться, чего бы мне это не стоило.

## Глава 7

Эти несколько месяцев стали для меня особым временем: временем новых открытий, познаний, и новых друзей. Конечно я бы не стал называть знакомства во сне началом дружеских отношений, но моего отношение к этому изменил довольно интересный, необычный и забавный случай.

В попытках изучить свою способность я вселялся в сон чуть ли не в каждого встречного, и постепенно научился делать это с такой легкостью словно это была обычная прогулка. Но бывали случаи, что я наталкивался на те сны в которые никак не мог проникнуть. Я конечно пытался снова и снова. Но никак не мог понять, что же не дает мне проникать в сны одних пони, и почему я с такой легкости проникаю в другие. И как настырному жеребенку, которому однажды дали конфетку, я захотел заполучить все сладости мира сразу. Но все же мне пришлось осознать свое поражение и смирится с суровой реальностью. Хотя в этом есть своя мораль, ведь мы никогда не получаем всего, чего желаем.

Некоторые сны были довольно обычными, другие же наоборот удивляло меня своим воображением, но порой бывало и так что пони которому снятся сны может быть страннее и удивительнее чем сам сон. И один раз меня все-таки закинул в один из таких снов.

Первое чему я поразился так это то, что в этом месте абсолютно все было сделано из сладостей. Дома, растения, даже земля по которой я шел была сделана из сладостей. Конечно первой мыслью стало то что я попал в сон какого-нибудь заядлого сладкоежки. Сам же городок был полностью увешан праздничными ленточками, украшен разноцветными гирляндами и усеян праздничными шариками. Кажется, весь город был местом проведения какой-то мега огромной вечеринки. И я искренни удивлялся кому вообще может присниться такой странный сон. Пока ответ на мой вопрос неожиданно не появился прямо передо мной.

— Привет! – радостно и довольно-таки громко выкрикнула пони возникшая передо мной просто из-под земли.

— Привет, — непроизвольно сказал я, так как ее появление действительно оказало на меня ошеломляющий эффект.

Конечно я знал, что это сон и в его мире пони могут делать все, что захотят, но она появилась передо мной прямо из-под земли. Вот скажите мне, какой пони может понадобится вылезать прямо из-под земли, чтобы просто поздороваться. Хотя с виду выглядела эта пони, как обычная земная кобылка розового окраса с кудрявой темно-розовой гривой и хвостом. Казалось это была вполне обычная пони, но я рано расслабился подумав, что уже ничего больше не будет, поскольку вслед за звуковым ударом последовал информационный.

— Знаешь, а я раньше тебя здесь не видела. Конечно я не видела многих пони, но тебя уж точно, ведь тогда я бы тебя запомнила, а если бы я тебя запомнила, то тогда я бы тебя знала. Но если я тебя не знаю, то давай познакомимся. Ведь у меня так много друзей, и если мы с тобой подружимся у меня будет на одного друга больше, а это так здорово. И тогда у меня появится новый друг с которым я смогу веселится в своем сне. Ведь мы же спим. Кстати, а как ты попал в мой сон? Как тебя зовут? Ты любишь кексики? А вечеринки? Вот я, например, очень люблю вечеринки, и кексики, и тортики и еще…

— Стоп! – выкрикнул я желая поскорее остановить ее и для уверенности прикрыл ее рот своим копытом.

Могу поспорить на что угодно, если бы я знал эту пони еще до того, как попасть в кому, то я бы точно не смог ее забыть. Даже не смотря на потерю памяти, эта пони кого угодно заставит наверняка запомнить ее.

— Для начало давай ка хотя бы познакомимся, — предложил я убрав копыто от ее крайне болтливого рта. – Меня вот зовут Стар Дрим. А тебя как?

— Меня зовут Пинки Пай, и я так рада с тобой познакомится. Я еще никогда ни с кем не знакомилась в своем сне, но теперь познакомилась и это так здорово. Теперь мы с тобой будем друзья, будем вместе веселиться, играть. Я очень люблю играть, в шарады, прятки, в приколи пони хвост. А ты во что любишь играть?

— Я не знаю Пинки.

— Как это не знаешь? Все мои друзья, во что они любят играть.

— Но как ты можешь называть своим другом того, кого совсем не знаешь. Тем более называть другом того пони, который тебе просто снится.

— Я люблю дружить и естественно люблю заводить себе новых друзей. Вот скушай этот кексик и тебе сразу полегчает, — произнесла она протянув мне это небольшое мучное изделие.

— Спасибо, — неуверенно произнес я.

— Ты никогда раньше не видел кексиков? – улыбнувшись спросила она увидев, как я внимательно разглядываю этот сладкий деликатес.

— Не знаю, во всяком случае я не помню этого.

— Как это можно не помнит кексики, они ведь так важны. Они такие вкусные, мягкие, сочные, — произнося это у нее на лице появились слюнки, а ее взгляд стал более глубоким и мечтательным.

— Можно, если ты потерял все свои воспоминания, а когда твое сознание возвращается в норму ты неожиданно понимаешь, что ты заперт в собственном теле, поскольку лежишь в коме. Представь себе, лежать в палате, в абсолютной темноте, не зная и не помня даже как выглядит солнечный свет, и при этом пытаться сохранить свой рассудок, чтобы не сойти с ума от отчаянья. Вот с этим я и живу Пинки, и лишь благодаря этой неведомой мне способности, которая у меня появилась, я наконец смог начать познавать мир. Так что я давным-давно понял, что есть вещи, которые гораздо важнее кексиков, — похоже я слегка перегнул палку, так как теперь вместо радостной и веселой пони на меня смотрела грустная кобылка у которой уже на глазах появились маленькие слезинки.

— Прости, мне не стоило тебе это говорить. Я не хотел обидеть тебя. Просто это все так долго было внутри меня, и я выпустил все это наружу.

— Это очень страшно? – спросила она тихим голосом.

— Быть в коме? – спросил я и она слабо кивнула. – Да, страшно, могу поспорить не каждый пони способен выдержать это. Если бы не пара пони из моей больницы где я лежу, то тогда я бы точно сошел бы с ума от одиночества, отчаяния и безысходности, — и увидев, как мордочка Пинки Пай делается еще печальнее тут же добавил, — но в моей жизни появилась эта неожиданная способность, проникать в чужие сны, и я рад, что встретил тебя, рад что могу наконец узнать мир вокруг меня заглядывая в сны других. Так я заново учусь, и ты тоже можешь меня многому научить.

— Ну конечно, я научу тебя веселиться, а еще научу как играть в игры, и еще кучу других вещей, — произнесла она радостно подпрыгнув в воздух. — А теперь съешь этот кексик,- произнесла она указав на кекс, который я все ещё держал в своих копытах.

— Пинки, ты ведь понимаешь, что это сон, и что откусив его я все равно ничего не почувствую?

— И что, ты ведь все равно можешь его съесть, — и на её лице появилась довольная улыбка.

— Ты удивительная Пинки, — произнёс я и все же откусил кусочек от этого кондитерского изделия. Конечно, как я и предполагал, я ничего не почувствовал, но на мое удивление мне почему-то стало довольно таки легко и даже как-то повеселело на душе. — Жалко, что вкуса не могу почувствовать.

— Главное не вкус, а то что ты попробовал его. Это ведь весело, ты не чувствуешь вкуса, но можешь съесть столько тортиков и кексиков сколько ты захочешь. Ты не можешь узнать, какой этот кекс на вкус, но можешь его съесть. В этом и есть прелесть снов, мы можем делать то что мы захотим.

Пинки во многом оказалось права, я действительно забыл об этом. Забыл, что такое веселится получать удовольствие и просто радоваться тому что есть. Эта необычная земная пони, не просто стала моим новым другом, она научила меня вновь радоваться, радоваться мелочам в своей жизни, и лишь за одну ночь она помогла мне многое осознать.

Осознать то, что жизнь не такая уж и мрачная, какой я её себе представлял. Что всегда есть пони, которым я буду дорог, и что всегда нужно надеется на лучшее.

## Глава 8

И именно этой ночью, случилось ещё одна неожиданность. К концу ночи, когда должно было наступить утро и солнце должно было озарить своими лучами Эквестрии, я вновь почувствовал ту самую загадочную, мистическую магическую энергию. В этом не было сомнений, это была та же энергия, что и в ночь, когда во мне пробудились это способность. Но теперь эта энергия была гораздо сильнее, мощнее и на удивление мягче.

Я ощущал, как она плавно окружает меня, словно эта энергия, эта магия была живой, и похоже она ощущала во мне что-то близкое, я бы даже сказал родственное. Она не пыталась причинить мне вреда, а даже наоборот. Казалось оно само хочет поделиться со мной своей силой. Я ощущал, как эта энергия обволакивает меня, проникает внутрь и насыщает меня своей силой.

Когда же наконец эта энергия просто развеялась, я ощутил себя совсем по-другому, будто во мне что-то изменилось. Я ощущал себя легендарной птицей феникс, который впервые переродилась из своего пепла.

Место откуда я проникал в чужие сны, место которое было наполнено бесчисленными звёздами стало ещё больше. Но теперь эти звезды отличались друг от друга. Каждая из них светилась своеобразным ярким светом. Раньше все звездочки светились только ярким белым светом, но теперь каждая звезда сияла иначе. Большинство звезд так и продолжали сиять своим ярким белым светом, другие же звезды сияли желтым светом, а вот третьи сияли довольно мрачным красным светом.

Вскоре эти звезды начали исчезать, так как в Эквестрии явно настал новый день и новое утро. Но если уже настало утро, тогда почему я все еще здесь. Обычно с наступлением дня я терял свою силу и возвращался в свое тело, в глубины своего сознания. Но сейчас я все еще нахожусь в этом месте. Да я чувствую, что моя связь с этим местом и моей силой слега ослабла, но похоже теперь мне нет нужды покидать его.

Что ж, похоже слова дока оказались правдой, моя способность действительно улучшилась, со временем, но улучшилась. Правда на это потребовалось несколько месяцев, но все же результат стоил того. Ведь теперь для меня перестал существовать барьер между днем и ночью. Теперь мне не нужно было ждать, когда пройдет день и наступит ночь, моя новая сила давала мне возможность постоянно находиться в этом месте. Значило ли это, что я был способен на что-то ещё.

Но сейчас меня привлёк довольно необычный цвет этих звёзд. Почему теперь они стали отличаться друг от друга? Что каждый из этих цветов означал? Именно это я и хотел выяснить, но решил, что будет лучше отложить это дело до наступление ночи, так как на удивление, я впервые за столь долгое время чувствовал себя уставшим.

* * *

— Привет, Стар Дрим! – радостно произнесла Мэри, увидев меня. – Надеюсь ты сегодня хорошо спал и не сильно выматывал себя. Много странных снов повидал?

— О, Мэри, ты даже представить себе не сможешь, какой сон, а главное с какой пони мне пришлось вчера познакомиться, — улыбнувшись произнёс я. – Знаешь вчера ночью со мной кое-что произошло. Я вновь почувствовал ее, магию.

— Магию? Ту самую магию, что наделила тебя этой способностью?

— Да, и я думаю, что-то во мне изменилось, только вот не знаю, что. Надо будет завтра поговорить об этом с доком.

— Знаешь, ты почти целый месяц ко мне не заглядывал. Я конечно понимаю, что док попросил тебя как можно тщательнее изучить свою силу, и я рада, что твои способности неожиданно улучшились, просто я надеялась, что мы больше времени будет проводить вместе, — в этот момент я почувствовал себя особенно ужасно.

Мэри, всегда была для меня другом, который постоянно поддерживал меня. Она была той пони на которую всегда можно было положиться, а я совсем забыл про неё. Так углубился в познание своих способностей, что просто непросто забыл о ней, и из-за этого чувство вины было ещё более гадким.

— Но я рада, вновь тебя увидеть.

— Прости меня, Мэри.

— Тебе не за что извиняться.

— Нет есть, я не должен был забывать о тебе. О той, кто так долго заботиться обо мне, о той, кто как никто другой поддерживает и волнуется за меня. В конце концов о той, кто особенно дорог мне.

— Стар Дрим... – и прежде, чем Мэри успела договорить, я собрал всю свою волю в копыта, и произнес то, что давно хотел ей сказать.

— Мэри, я люблю тебя, — от страха я даже закрыл глаза и боялся открыть их. Я боялся увидеть, как она отреагирует на мое признание, а вдруг она не любит меня, вдруг для нее я всего лишь пациент за которым она должно присматривать.

— Стар Дрим, прости, я случайно прослушала, то что ты сказал, — произнесла Мэри, от чего я моментально открыл в глаза, и в этот же момент мои губы были запечатаны страстным поцелуем.

Это был мой первый поцелуй, пускай всего лишь в ее сне, но тем не менее я знал, что чувства, вложенные в него были настоящими, и если бы я мог закричать, то мой крик уж наверняка был бы слышен во всем городе. Но пока я мог лишь ликовать в глубине своего сознания.

— Мэри, это значить...

— Я тоже люблю тебя, — произнесла она и вновь меня поцеловала.

Теперь ее поцелуй был не таким страстным, как первый, но более нежным, более манящим. В этот момент все тревоги, все мысли, абсолютно все вокруг меня просто перестало существовать. Все что теперь было важно для меня, так это то, что Мэри была рядом.

— Знаешь, это ведь мой первый поцелуй, — произнес я слегка улыбнувшись после того, как мы наконец прервали наш поцелуй.

— Знаешь, что самое интересное, Стар Дрим? Это ведь тоже мой первый поцелуй, — улыбнувшись произнесла она, присев рядом и крепко обняв меня, уткнулась своим носиком в мою шею.

Не знаю сколько мы так просидели, но для нас это было неважно. Нам не нужны были слова, чтобы разговаривать или понимать друг друга, все и так было ясно. Нам было хорошо, и мы лишь хотели быть вместе, пускай даже в мире снов, но оба знали, что наши чувства настоящие.

— Стар Дрим, почему ты смеешься? — спросила Мэри увидев, как я легонько хихикнул.

— Не обращай внимание, просто кое-что вспомнил, а точнее день нашего с тобой знакомства.

— Ты его помнишь?

— Конечно, как я могу забыть тот день, когда ты впервые зашла в мою палату.

## Глава 9

Я хорошо помню тот день, когда Мэри впервые зашла в мою палату. В те дни, мое сознание уже почти полностью восстановилось, и я чуть ли не сходил с ума от безысходности, и отчаянья, когда ты впервые осознаешь, что заперт внутри собственного тела. Но именно тот день, день ее появления, стал спасением для меня.

— Вот Мэри проходи и познакомься с моим другом, — гордо и торжественно произнес доктор Копперхув, и я услышал, как комната наполнилась цоканьем копыт.

— Спасибо доктор Копперхув.

В этот момент я впервые услышал ее голос. Такой нежный, спокойный, умиротворяющий. В тот момент мне даже показалось, что время остановилось. Ее голос был неповторим. За то время, что я здесь, я слышал голоса многих пони, но ни один из них не смог бы сравниться с этим голосом. Лишь услышав его, в моей душе наступил покой, казалось все проблемы просто растворились в воздухе.

— Доктор Копперхув, это ваш друг?

— Ну, сказать, что и так. Вот уже многие годы этот пегас является моим самым лучшим собеседник, и другом.

— Доктор, но судя по показанием приборов к которым он подключен, я с полной уверенностью могу утверждать, что этот пациент находиться в коме.

— Да Мэри, ты абсолютно права, и теперь здесь и будет твое рабочее место.

— Рядом с ним?

— Мэри пойми, мы врачи и должны помогать нашим больным.

— Но как я могу помочь ему, если буду просто сидеть рядом с ним?

— Он будет чувствовать твое присутствие, слышать твой голос, одно только это сильно поможет ему.

— Но ведь вы даже не знаете, слышит ли он нас или нет.

— Это не важно Мэри, мы врачи и мы обязаны заботиться о наших пациентах. Ты моя помощница Мэри, и я лично прошу тебя позаботиться о нем.

Похоже перспектива сидеть рядом со мной не сильно ей понравилась, так как я услышал томительный вздох отчаянья. Но похоже фраза дока о том, что это его личная просьба не оставляла ей никакого выбора.

— А сколько лет он уже в коме?

— Около шести лет, и вот уже четыре года я неотрывно слежу за его состоянием.

— И вы думаете, что он когда-нибудь сможет очнуться?

— Мэри, не мне тебя учить, что надежда всегда умирает последней. Мы должны думать только о хорошем, мы должны надеяться на лучшее, ради здоровья наших пациентов за которых мы несем ответственность.

— Я понимаю доктор Копперхув. Я обещаю, что позабочусь о нем.

— Спасибо Мэри, я рад, что могу на тебя положится, и уверен вы подружитесь. Кстати чуть не забыл, его зовут Стар Дрим.

С того самого дня Мэри стала заботиться обо мне. Конечно первое время, Мэри, вовсе со мной не разговаривала. Наверно не смотря на слова дока, она все-таки думала, что раз уж я в коме то все равно ничего не слышу, и поэтому разговаривать со мной не было никакого смысла. Лишь изредка я слышал, как она произносила некоторые слова, которые явно касались мецины и были связаны с заполняемыми ею бумаги, шелест которых я постоянно слышал.

Но на мое счастье, спустя лишь пару недель тоски и рутинной роботы Мэри наконец-таки соизволила заговорить со мной. Конечно вначале это были лишь обыкновенные приветствия по утрам, прощание по вечерам и небольшой разговор во время ее перерывов и обедов. Но чем больше проходило времени, тем больше внимания Мэри стала уделять мне.

Думаю, она сама даже не заметила, как наши краткие разговоры переросли в целые дискуссии. Естественно участвовать в этих дискуссиях я никак не мог, но Мэри это абсолютно не смущало. Казалось она сама прекрасно знает, как бы я ответил на тот или иной вопрос. В любом случае это стало началом, началом нашей крепкой дружбы. Со временем ее и вовсе перестал смущать, тот факт, что ее собеседник находиться в коме. Ей было важно лишь то, что я всегда мог ее выслушать.

Со временем она так привязалась ко мне что иногда стала оставаться в больнице на ночь. Она изливала мне свою душу, рассказывала о своих детских воспоминаниях, мечтах, обидах. Я стал для нее тем, на кого, как ей казалось она могла положиться.

* * *

— Надо же, а я и не помню уже этого? Неужели действительно так все было? – улыбаясь спросила Мэри.

— Ну, да. Я даже помню, как ты иногда ворчала вслух о том, что тебе приходиться работать в палате рядом со мной.

— Прости, я не хотела, вернее я же не знала, что ты все понимаешь и слышишь. В общем извини меня пожалуйста, — произнесла она опустив свои прелестные ушки и вновь зарывшись носом в мою гриву, от чего я стал нежно и ласково поглаживать ее по голове.

— Ничего Мэри, я не обижаюсь на тебя. Ты ведь не виновата. В конце концов это было даже немного забавно.

— Забавно?

— Просто ты, когда сердилась, то всегда издавала какой-то забавный звук, вот только я до сих пор не могу понять на что же он был похож, — но судя по смущенному взгляду Мэри, она понимала, о чем идет речь поэтому еще сильнее прижалась ко мне, чтобы скрыть румянец на своих щеках.

— Брось, ты меня смущаешь.

— Кстати, я как-то слышал, что док говорил, что вам нельзя проявлять чувств к своим пациентам, — лукаво произнес я покрепче обняв единорожку.

— Ну, я надеюсь, что ты ему ничего не скажешь, не так ли? – лукаво произнесла она, поцеловав меня в щеку. — Знаешь, я никогда не думала, что со мной может такое произойти.

— Что именно? – с интересом спросил я, взглянув в ее прекрасные аметистовые глаза.

— То, что я полюбила пегаса, который находиться в коме, но наделен неизвестной магией, которая дает ему возможность проникать в сны других пони.

— Тебя это смущает? – от ее слов я даже слегка заволновался, но то что она произнесла дальше полностью успокоила меня и наполнило мою душу теплом любви и надежды.

— Ничуть, Стар Дрим. Я люблю тебя, и мне не важно, как долго ты еще пробудешь в этой коме. Знай, чтобы не случилось я буду любить тебя и ждать твоего пробуждения.

— Тогда прошу, пообещай мне одну очень важную вещь Мэри.

— Какую же?

— Когда я наконец очнусь, я хочу, чтобы первой пони, кого я увижу, была ты. Ты обещаешь мне?

— Обещаю, — произнесла она и наши губы вновь соприкоснулись в страстном и любящем поцелуе.

## Глава 10

За то время, что я нахожусь в коме я давно смог усвоить, что наша жизнь состоит из полос. А точнее сказать из черной и белой полосы, которые постоянно сменяют друг друга. И если в твоей жизни идет белая полоса, то ты должен быть готов, что рано или поздно белая полоса сменится черной. Но вот вопрос, сможешь ли ты быть к этому готовым?

Пожалуй, моя белая полоса началась с того дня, когда я признался Мэри в любви и открыл ей свои чувства на которые на ответила взаимность. На следующий день состояние моего организма заметно улучшилось и с тех пор медленно, но уверенно, оно продолжало улучшатся. Доктор Копперхув предположил, что сильные позитивные эмоции повлияли на меня, но он также не исключает что к этому также причастна та таинственная магия, которая усилила мою способность проникать в чужие сны. И если раньше некоторые из них были заблокированы от меня, то сейчас я мог проникнуть в сон любого пони довольно легко.

Но это было далеко не единственным на что я теперь был способен. Я наконец понял, что сны, как и пони бывают разные. И в месте откуда я попадал в чужие сны они разделялись на три типа сверкающих звезд. Белые звезды свидетельствовали о том, что пони снятся хорошие сны. Сны, в которых могли сбываться все их желания и мечты. Желтые звезды говорили о том, что в этих снах пони скорее переживают свои воспоминания или обыденные моменты из жизни. Но вот красные звезды, красные звезды были самыми немногочисленными, но при этом самыми зловещими.

Я понимал, что за этими звездами кроются сны пони, которым снятся кошмары. Долгое время я пытался не обращать на них внимание, обходя их или не зацикливая на них своего внимания. Но в один день, проходя мимо одной из этих красных звезд я словно услышал чей-то голос. Раньше я никогда не слышал подобного, но когда я вновь услышал этот жалобный голос, то мне пришлось осознать, что это вовсе не игра моего воображения. Голос не просто звал, он молил о помощи, и что хуже всего это был голос не взрослого пони, а маленького жеребенка. Жеребенка, который нуждался в чей-то защите.

— Что ж, в любом случае рано или поздно это должно было случиться, — подумал я дотронувшись до красной звезды и провалившись в объятия кошмара.

Как бы банально это не звучало, но кошмары были как раз ужасны тем, что это и были кошмары. Доктор Копперхув рассказывал мне, что сон – это всегда работа нашего подсознания, которое через символы и образы пытается открыть нам глаза на что-то значимое. Ведь в жизни пони нередко вытесняет в подсознание многие свои проблемы. При этом он может считать, что в его жизни практически не негатива. Но когда все действительно в порядке, кошмары не сняться.

К здоровым пони кошмарный сон приходит для того, чтобы разобраться с досадными событиями в их жизни. Конечно, кошмар действует угнетающе. Тем не менее он – ключ к той двери, за которой кроется разгадка наших проблем. Страшный сон – это своего рода гид, что ведет нас за собой и говорит нам: Я покажу тебе твои проблемы. Решишь их – исчезну. Нет – приду снова.

Попав внутрь сна я не сразу смог осознать, что нахожусь в обычной комнате, в которой была просто кромешная темнота. Создавалось впечатление, что я попал в комнату где правила только тьма, и любой лучик света не смог пробраться в эти глубины мрака.

— Что ж в сон я попал, но где жеребенок? — спросил я пытаясь найти несчастного малыша, которому сейчас сняться эти глубины мрака.

Казалось в этой комнате никого не было кроме меня, пока я неожиданно не заметил, небольшой чуланчик возле кровати из которого слабо, ели заметно пробивались крохотные лучики света.

Подойдя к нему и попытавшись открыв дверь, которая оказалась заперта, я услышал слабый писк донесшийся с той стороны двери.

— Не бойся я не обижу тебя, — мягко произнес я пытаясь успокоить и еще больше не напугав жеребенка. — Я пришел к тебе, чтобы помочь и защитить тебя.

— Это не правда, ты тоже один из этих монстров, которые хотят забрать меня, — с испугом в голосе произнес жеребенок и судя по голосу это была маленькая кобылка.

— Но я действительно пришел к тебе, чтобы помочь. Открой дверь, и ты сама сможешь увидеть, что я говорю правду.

— Если я ее открою, то тогда ты и другие монстры схватите меня.

Похоже малышка и впрямь была очень сильно напугана. Конечно было бы лучше если бы малышка сама открыла мне двери, но поскольку это был всего лишь сон то мне не составило труда пройти сквозь нее.

Попав внутрь я увидел крохотную единорожку, которая со страхам в глазах смотрела на меня упершись в угол этого маленького чулана. Я же, что бы еще больше не напугать единорожку, медленно присел возле двери и попытался сделать на своём лице, как можно более дружелюбную улыбку на которую я был способен.

Не знаю, то ли я перестарался с улыбкой, то ли я глупо выглядел, но малышка не только слегка успокоилась, но и стала слегка хихикать глядя на меня.

— Что такое? — недоумевая спросил я.

— Ты очень смешно выглядишь, — произнесла она, продолжая слабо хихикать глядя на меня.

— Как видишь, я такой же пони, как и ты, — и в доказательство своих слов широко расправил свои крылья, наглядная показывая, что я обыкновенный пегас. — Ну что теперь веришь, что я не один из твоих монстров? — спросил я и единорожка кивнув уже смело подошла ко мне.

— Кто ты? — с интересом в глазах спросила она.

— Меня зовут Стар Дрим, а тебя как?

— Роузи Блум, — произнесла она, присев рядом со мной, и я наконец смог по лучше рассмотреть ее.

Красивая красная грива, очень гармонично смотрелась с ее маленьким тельцем имевшую светло-зеленый оттенок шерсти. Единорожка скорее походила на очень красивый молодой цветок, который только начал созревать и распускать свои прекрасные лепестки.

— Роузи, а про каких монстров ты говорила? — спросил я и в этот момент мы услышали, как что-то стало скрести по двери чулана, чем вновь напугало единорожку.

— Вот про этих, — с ощутимым страхом в голосе произнесла она. — Это теневые пони, я слышала, что они хватают маленьких жеребят и затаскивают их в свое королевство, где лишь одна темнота, а потом съедают их. И единственное, что может их отпугнуть это яркий свет.

— Именно поэтому ты используешь свою магию, чтобы тебя не схватили, — сказал я глядя на ее маленький рог, который все это время слабо сиял и мог лишь осветить ее владелицу и небольшое пространство вокруг нее.

— Этому заклятию научила меня моя мама. Она сказала, когда мне будет очень страшно и если мне пони тени придут за мной, то это заклинание защитит меня и не позволит им забрать меня в свое королевство.

И вновь мы услышали, как по двери что-то стало скрестись, желая поскорее проникнуть внутрь. От страха единорожка даже затряслась, и чтобы хоть как-то успокоить малышку я присел рядом с ней и крепко обнял ее.

— Не бойся, это всего лишь сон, они не причинят тебе никакого вреда.

— Но здесь все так реально, — испуганно произнесла она еще крепче прижавшись ко мне.

— Поверь все это тебе просто сниться. Они не настоящие и ничего тебе не сделают.

— А если они настоящие? И вдруг они умеет проникать во сны жеребят, чтобы украсть их.

— Давай я пойду и посмотрю, кто там, — предложил я, но единорожка крепко вцепилась в мою гриву не желая меня отпускать.

— Прошу не уходи, мне очень страшно, — произнесла она и на ее крохотном личике появились такие же крохотные слезинки.

Я ощущал ее дрожь, ее переживания, ее страх. Она боялась того, что могло быть за этой дверью. Но рядом со мной она чувствовала себя в безопасности, она видела во мне своего защитника.

— Послушай, Роузи, порой бывает так, что наши страхи — это лишь плод нашего собственного воображения. На самом деле ни каких пони теней не существует, это лишь глупые сказки, которые придумали для того, чтобы пугать маленьких жеребят.

— Но кто же тогда скребется в эту дверь?

— Это твои кошмары, твои страхи Роузи, но они не причинят тебе вреда.

— Но там так темно и страшно, — произнесла она и тут до меня неожиданно дошло.

Она боится не этих пони теней, а темноты. Вот истинная причина ее страхов и кошмаров.

— Роузи, послушай, темноты нечего бояться. Она не так страшна, как кажется.

— Тебе легко говорить, ты взрослый, и сам ничего наверно не боишься.

— Это не так, пусть я и взрослый, но у меня тоже есть свои страхи, как и у всех пони. Ведь не важно, насколько ты взрослый, все пони чего-то бояться. И я тоже, когда-то боялся темноты, как и ты.

— Правда?

— Правда. Честно признаюсь тебе, я семь лет, как не видел настоящего солнечного света.

— А разве такое бывает?

— К сожаление бывает, я уже очень долгое время болен, и поэтому пока не могу проснуться. Очень долгое время меня окружала лишь темнота. По началу мне тоже было жутко страшно, как и тебе. Но со временем я смог понять, что в темноте нет ничего страшного. Ведь днем ты гуляешь, веселишься, играешь. Когда наступает ночь на Эквестрию опускается темнота и все пони ложатся спать, чтобы набраться сил и радоваться следующему дню.

— А еще ночью на небе появляются очень красивые звезды, — радостно произнесла Роузи.

— Вот видишь, а днем ты бы ни за что не смогла разглядеть их. Ну, что теперь ты понимаешь, что темнота — это вовсе не так страшно, как ты себе представляла? — спросил я улыбнувшись, и увидел на лице единорожки милую детскую улыбку. — Тогда давай наконец посмотрим, кто же ломиться в этот чулан.

— Хорошо, — слегка неуверенно произнесла она подойдя к двери и положив копытце на ручку двери.

— Не бойся, Роузи, я рядом с тобой и смогу защитить тебя. Главное не бойся и смело посмотри своим страхам в лицо, — и единорожка открыла дверь.

Наконец выйдя из чулана перед нами предстала абсолютна пустая комната. Аккуратно оглядевшись и никого не найдя мы с Роузи спокойно вздохнули как вдруг услышали небольшой рык позади себя и повернувшись на источник звука мы увидели тех самых пони теней.

На вид это были обыкновенные пони, но их тела были полупрозрачны словно тени, а на их мордочки ярко блестели острые клыки. Во всяком случае именно так Роузи представляла себе этих пони теней.

— Это они, пони теней, — с ужасом в голосе произнесла она, и дрожа всем своим маленьким тельцем прижавшись ко мне.

— Не нужно их бояться, Роузи, это твой ночной кошмар, но ты в состоянии развеять их и превратить этот кошмар в сладкий сон. Подойди к ним, и ты сама увидишь, что они не такие уж и страшные как тебе казалось.

И слегка подтолкнув единорожку, она неуверенно, но все же приблизилась к этим пони. Сначала конечно ей было страшновато смотреть на них, но чем больше она смотрела на них, тем больше уверенности появлялось на ее маленьком личике.

— Похоже ты тоже кое-кому интересна, — произнес я копытом указав на этих пони между которых неожиданно появились парочку теневых жеребят.

Похоже, Роузи, полностью отбросила свои страхи и уже с интересом подошла к теневым жеребятам, которые были такого же, как она ростом.

— Мне кажется ты им нравишься, но давай сделаем их менее мрачными, — предложил я.

— А разве это возможно сделать?

— Ну конечно, все зависит от твоего воображения. Ты ведь сказала, что тебе нравиться смотреть на звезды. Давай сделаем так, чтобы они напоминали тебе звездную ночь и тогда ты точно перестанешь их бояться, — и единорожка тут же закрыла глаза пытаясь представить себе это.

— Ну что? Теперь они не кажутся тебе такими страшными как раньше?

— Они такие красивые! – восторженно произнесла Роузи, любуясь на плоды ее воображения.

Теперь же эти пони были скорее похоже на яркие и довольно красивые кусочки звездного неба, которые ярко сверкали и переливались различными цветами.

— Что ж, думаю теперь ты не будешь бояться темноты также, как раньше. Ведь теперь ты знаешь, что пони теней не существует, но зато ты смогла создать для себя этих звездных пони, которые будут оберегать тебя и твои сны, — произнес я и неожиданно почувствовал легкое жжение в районе крупа, которое сопровождалось легким сиянием.

— Стар Дрим, смотри, у тебя появилась кьютимарка, — радостно произнесла Роузи указав на мой круп на котором теперь действительно была кьютимарка на которой был изображен щит посреди которого висела Луна, вокруг сияли восемь небольших звездочек.

— Надо же, похоже я первый в истории пони, который получил свою кьютимарку во сне, — улыбнувшись произнес я. — Что ж, Роузи, похоже мне пора уходить.

— Прошу останься, — жалобно произнесла единорожка посмотрев на меня такими же жалостливыми глазками.

— Не могу, скоро наступит утро, и тогда ты все равно проснешься. Но я всегда буду готов помочь тебе, если тебя опять будут мучать ночные кошмары, — и поцеловав ее в лобик, я растворился в ярком свете.

## Глава 11

Да уж сегодняшняя ночь была особенно необычной. Сначала помог маленькой единорожке справиться с ее ночными кошмарами, а в конце сам того не ожидая получил свою кьютимарку.

— Очень необычная кьютимарка! — совсем неожиданно произнес чей-то мягкий голос и мгновенно развернувшись я встретился взглядом с ее обладательницей.

Передо мной стояла кобылка, но очень необычная. В отличии от других пони она была чуточку выше, сама же она была темно-синего оттенка шерсти, а ее грива имевшую вид прекрасного звездного неба плавно парила в воздухе. Но что больше всего меня в ней удивляло так это то, что у нее были как крылья, так и рог, и никогда прежде я не встречал таких пони, даже во снах.

— Привет, — неуверенно произнес я, чтобы хоть как-то начать наш с ней диалог.

— Здравствуй, — спокойно и мягко произнесла она. — Наконец я смогла найти и встретиться с тобой. Я была очень сильно удивлена, когда почувствовала силу очень сильно похожу на мою. Долгие недели я не могла понять, какой же пони смог овладеть такого рода магией. И даже не смотря на то, что моя власть в этом месте практически безгранична, мне все же пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти тебя.

Слова этой пони сильно ошарашили меня. Ведь по ее словам магия, позволяющая мне вселяться в сны пони принадлежала именно ей. И вполне возможно, она искала меня, чтобы забрать ее назад, забрать то, что принадлежит ей.

Пускай это было так, но я не мог позволить этому случиться. Эта магия мой единственный шанс на спасение, мой единственный способ вновь не сойти с ума в глубинах своего разума, и единственная возможность видеться с Мэри. И я был готов на что угодно, только не позволить ей забрать ее у меня.

— Скажи, как тебя зовут? — ласково спросила она, но сделав пару шагов в мою сторону, я тот час отступил на несколько шагов назад.

— Стар Дрим, — ответил я внимательно глядя на мою собеседницу.

— Стар Дрим, очень подходящее имя для пегаса способного блуждать по снам также, как и я.

— Кто вы? — на это раз вопрос решил поставить именно я, так как мне нужно было знать, кто же эта пони.

— Ты не знаешь, кто я? — спросил она на что я лишь отрицательно покачал головой. — Меня зовут принцесса Луна, повелительница ночи и хранительница снов. Я одна из правительниц Эквестрии, и младшая сестра принцессы Селестии.

— Так вы принцесса Луна?

— Я конечно понимаю, что многие годы была в заточении, но я была уверена, что все жители Эквестрии узнали о том, что я вновь вернулась.

— Прошу простить меня принцесса, — произнес я и поклонился в знак своего уважения одной из правительниц.

— Прошу поднимись, Стар Дрим, — произнесла принцесса и подняв глаза я увидел, что теперь она стояла совсем рядом со мной.

— Принцесса Луна, прошу, позвольте напоследок я кое с кем попрощаюсь, — умоляюще произнес я, и принцесса окинула меня непонимающим взглядом.

— Что ты имеешь в виду Стар Дрим?

— Ну вы же искали меня, чтобы забрать назад вашу магию, которая и позволяет мне проникать в сны других пони, а без нее я вряд ли увижу ее снова.

— Почему? Разве что-то мешает вам быть вместе?

— Боюсь, что из-за моей комы это невозможно.

— А что такое кома?

— Принцесса вы не никогда не слышали о таком состоянии, как кома?

— Боюсь из-за тысячелетнего изгнания я многое упустила, и не знаю многих вещей. Когда я вернулась, то попала совсем в другую Эквестрию которую помнила. Мне приходится всему учится заново, ведь для меня теперь здесь все абсолютно новое и непознанное, — смущенно улыбнувшись.

Как вскоре оказалось, у нас с принцессой было много чего общего. Мы оба долгое время были отрезаны от реального мира, многое не знали, и у нас у обоих была своя собственная история жизни.

— Так значить, когда вы пытались свергнуть вашу сестру, и захватить власть в Эквестрии?

— Да, но это было тысячу лет назад. Сейчас я понимаю, что Эквестрии нужны обе правительницы, и для пони нужны, как ночь, так и солнце.

— Принцесса, я бы хотел еще раз перед вами извиниться. Я сразу должен был понять кто вы.

— Не извиняйся Стар Дрим, ты ведь никогда прежде не видел аликорнов, а если и видел, то судя по тому, что ты мне поведал, ты наверняка забыл это.

— Если бы не Мэри, то я бы даже не знал кто вы. Это она рассказала мне про то, что в Эквестрию вернулась одна из правительниц, которая к тому же является младшей сестрой принцессы Селестии.

— Мэри эта твоя особенная пони? – спросила принцесса, чем слегка вогнала меня в краску.

— Можно сказать и так, — неловко ответил я.

— В смысле, вы же любите друг друга?

— Любим, при чем очень. Но пока я нахожусь в коме, о настоящих отношениях вряд ли может идти речь.

— Для настоящей и искренней любви нет никаких преград, Стар Дрим. Ну так мне моя племянница сказала.

— Принцесса, Мэри рассказала мне что вы вернулись в тот день, когда я получил эту магию, получается вы искали меня, чтобы забрать ее обратно?

— В тот день я действительно вернулась из своего изгнания, но в облике Найтмэр Мун, и я не знаю почему, но небольшая часть моей магии рассеялась по Эквестрии. И по неизвестным мне причинам большая часть этой магией перешла к тебе, что и наделила тебя способностью проникать в сны других пони. Но не волнуйся я здесь не за тем, чтобы вернуть ее.

— Правда? То есть она может остаться во мне, и я смогу и дальше путешествовать по другим снам.

— Да, Стар Дрим, я позволю тебе оставить частичку моей магии у себя, но в обмен на одно условие.

— Условие?

— Я видела, как ты помог той маленькой единорожке. Ты помог этой маленькой пони взглянуть в глаза своему страху, и избавить ее от ее ночного кошмара. И как бы мне не было неприятно это признавать, но даже я повелительница ночи и хранительница снов не могу помочь всем моим подданным.

— И вы хотите, чтобы я…

— Стал моим помощником, — закончила мою мысль принцесса. — Ты будешь помогать мне оберегать сны других пони и изгонять из их снов ночные кошмары.

— Конечно принцесса, я буду счастлив быть вам полезным, — сказал я слегка поклонившись.

— Встань Стар Дрим, я хоть и принцесса, но слегка отвыкла от того, когда пони мне кланяются.

— Конечно принцесса Луна.

— Луна, Стар Дрим, называй меня просто Луна, — произнесла принцесса мило улыбнувшись.

## Глава 12

— Что это за место?

— Это плоскость существования, грань между миром снов и реальностью. Место откуда мы способны проникать в сны других пони, Стар Дрим. Ты помнишь это?

— Нет, все как в тумане. Я ничего не могу вспомнить, не получается.

— Стар Дрим попытайся сосредоточиться.

— Не могу, мне очень больно, — произнес я и моего плеча мягко коснулось темно-синее копытце.

— Я понимаю Стар Дрим, но это необходимо, раз мы начали то нам нельзя останавливаться. Ты должен вспомнить свое прошлое, если ты хочешь, чтобы у тебя было будущее. Мы начали все это только потому, что наконец вспомнив что с тобой случилось в день, когда ты впал в кому ты наконец сможешь пробудиться от этого сна.

— Я даже не помню кто вы?

— Ты знаешь меня, просто попытайся вспомнить. Сейчас твои воспоминания кусочками разбросаны по уголкам твоей памяти, но ты в состоянии вновь собрать их воедино. Начни с малого, вспомни то, что произошло несколько месяц назад.

Постоянные образы, отрывки, все это хаотично проносилось в моей голове, пока неожиданно я не вспомнил, кое-что довольно четко.

— Несколько месяц назад, док, он сказал, что у меня появились улучшения.

— Молодец, продолжай в том же духе, не останавливайся. Попытайся вспомнить все, что ты можешь.

* * *

— Доктор, вы уверены в этом? — с надеждой в голосе спросила Мэри.

— Абсолютно, даже показания наших приборов свидетельствуют об этом.

— То есть Стар Дриму становиться лучше.

— Я даже больше скажу, его результаты резко повысились. Мозговая активность многократно возросла, улучшилось восприятие. Могу поспорить, что сам Стар Дрим уже ощущает на себе кардинальную разницу.

Я слышал каждое их слово, и в каждом слове дока была истинная правда. Вернувшись утром в глубины своего сознания я неожиданно почувствовал кардинальные изменения. Случилось из ряда вон выходящее событие, я стал ощущать собственное тело. Конечно первые часы это было похоже на то, что ты пытаешься сдвинуться места кирпичную стену. С одной стороны, это кажется совершенно невозможным, но спустя время эта самая стена начала поддаваться.

— Доктор, это же отлично!

— Не могу с этим поспорить. Медсестры, дежурившие вчера ночью, сообщили мне, что вчера у него резко изменилась активность головного мозга и судя по всему это было связано с воздействием сильных положительных эмоций. Скажи Мэри ты случайно не знаешь, что с ним вчера случилось? — тон, которым был поставлен вопрос говорил о том, что док скорее всего догадывался, что могло привести к моему улучшению, но по всей видимости Мэри решила пока промолчать. — Что ж, чтобы это ни было я бы посоветовал тебе Стар Дрим, как можно чаще испытывать такого рода эмоции, — произнес док на что Мэри слегка хихикнула.

* * *

— Я вспомнил это. Это произошло тогда, когда я признался Мэри в своих чувствах к ней, — радостно произнес я.

— Молодец, главное начать. Продолжай вспоминать, что было дальше? Каждое восстановленное воспоминание, поможет тебе в конце концов вспомнить то, что мы ищем.

Действительно, главное было начать. После первого восстановленного воспоминания, остальные хлынули словно неостановим потоком воды, которая прорвалась через дамбу. Одно за другим я вспоминал и восстанавливал их в своей памяти.

— Луна, — произнес я и принцесса улыбнувшись подошла ко мне помогая мне подняться на все мои четыре копыта. — Что вообще происходит? Со мной опять что-то случилось? Почему я вновь потерял часть своих воспоминаний?

— Ты должен вспомнить сам, Стар Дрим. Это произошло около недели назад.

— Неделю назад, что же было неделю назад? — и вновь я попытался напрячь глубины своей памяти, дабы вспомнить события, которые привели к тому что происходит сейчас.

* * *

— Доктор Коперхув, принцесса Луна, вы же сами сказали, что теперь он сможет очнуться. Так почему же он все еще в коме? — отчаянно спросила Мэри.

— Мэри я не знаю, по показаниям наших приборов с ним все в полном порядке, — с недоумением произнес доктор.

За последние несколько месяцев я сделал не просто огромный, а гигантский шаг к своему пробуждению. Как вскоре оказалось магия принцессы Луны действительно положительно сказывалась на мне, а точнее она излечивала меня.

С каждым днем я ощущал, что ко мне все больше возвращается контроль над телом. С каждым днем я ощущал его все лучше и лучше. В общем прогресс был на лицо.

Принцесса Луна активно следила за моим состоянием и поддерживала меня. Ведь за столь короткое время мы с принцессой стали настоящими друзьями. Можно было даже сказать, что мы были родственными душами, которые по себе знали, что значить кануть в небытие на долгое время. Принцесса также была рада познакомиться с Мэри и доком, которые были обрадованы тем фактом, что одна из правительниц Эквестрии поможет им пробудить меня.

Но когда мы уже думали, что теперь настала пора мне проснуться, то нас ждало сильно разочарование, так как теперь выяснилось, что-то было не так.

— Боюсь, проблема его не физическая, а магическая. Моя лунная магия помогла ему проникать сны пони, как это делаю я, и со временем она стала излечивать его.

— Да принцесса, и благодаря ей Стар Дрим значительно пошел на поправку, — произнёс док.

— Но что же тогда мешает ему наконец проснуться? — произнесла Мэри голос которой был полон отчаянья. Она так надеялась, что Стар Дрим наконец очнётся, что он увидит ее первой, как она и обещала, и что они наконец смогут быть вместе.

— Прости меня дитя, но я не знаю. Я чувствую, как что-то внутри него не дает ему проснуться, какая та сила, какая та магия препятствует этому.

— Вероятнее всего, это та самая магия, которая много лет назад повлияла тогда на Стар Дрима, и по всей видимости именно она не дает ему проснуться, — высказала свое предположение Мэри и оказалась права.

— Боюсь, что да. Эта магия связана с его воспоминанием, с тем днем, с теми событиями, что привели к его коме. Вспомнив их он наконец сможет развеять эту энергию.

— Но как это сделать, принцесса? Стар Дрим ничего не помнит до того, как он попал в кому, — произнес док.

— Думаю, с этим я смогу ему помочь. Есть одно особое заклинание, которое поможет Стар Дриму вспомнить тот момент из своей жизни, — произнесла принцесса тяжело вздохнув.

— Принцесса, что-то не так? — спросила Мэри.

— Это заклинание никто еще не применял, и я не знаю, что от него ждать. Я точно знаю, что как только я его использую все будет зависеть от самого Стар Дрима, его жизнь будет полностью в его копытах.

— А если он не справиться? — спросила Мэри, хотя она не хотел знать ответа на этот вопрос.

— Если он не справиться, то вероятнее всего все его воспоминания навечно исчезнуть из его памяти.

* * *

— Стар Дрим! Стар Дрим, ты меня слышишь? — чуть ли не крича спрашивала меня принцесса тряся меня за плечи. — Ты в порядке?

— Да, я в порядке Луна, — произнес я и принцесса радостно обняла меня. — Принцесса вы чего?

— Просто я волновалась за тебя. Мне казалось, что ты начинаешь терять свои воспоминания, но если ты меня вспомнил значить это не так.

— Да, я вспомнил про то, что вы обсуждали в моей палате вместе с доком и Мэри. Я так понимаю, что я согласился на проведение этого заклинания?

— Даже не раздумывал, — произнесла принцесса слегка улыбнувшись.

— И что дальше принцесса?

— Как я сказала здесь все зависит только от тебя.

— Сколько уже прошло времени с момента, как вы использовали это заклинание на мне?

— Уже прошло три дня, — спокойно произнесла принцесса, и заметив удивление на моем лице тут же добавила. — Если бы не моя магия, которая находиться в тебе, то это было бы гораздо дольше.

— И все эти три дня вы были рядом со мной?

— Да, но не только я, но и Мэри. Она очень сильно переживает за тебя, и даже боится отойти от твоей кровати.

— Принцесса, я чувствую, что сейчас в Эквестрии уже ночь. Скажите я могу навестить Мэри в ее сне, чтобы поговорить с ней?

— Да, Стар Дрим, думаю это не прервет моего заклинания, но только ненадолго.

— Спасибо принцесса, — произнес я и дотронувшись до нужной звездочки попал в уже довольно знакомый мне парк, в котором мы с Мэри так часто любили гулять в ее сне.

## Эпилог

— Спасибо принцесса, — произнес я и дотронувшись до нужной звездочки попал в уже довольно знакомый мне парк, в котором мы с Мэри так часто любили гулять в ее сне.

Но на этот раз парк выглядел слегка мрачнее, чем раньше. Голые деревья с которых опала вся листва, пожелтевшая трава под копытами, и абсолютная тишина этого места создавали атмосферу грусти, печали и тревоги.

Легко можно было понять, что сон пони, это зеркальное отображение его настроения. Сны — это мир где осуществляются наши мечты, и мир в котором мы можем встретиться со своими страхами.

— Стар Дрим! — радостно произнесла Мэри кинувшись мне в объятия и повалив меня на землю одарила меня страстным и нежным поцелуем. — Я так переживала за тебя, я боялась что-то заклинание, про которое говорила принцесса, что ты не смог и тогда...

— Не волнуйся, Мэри, все хорошо, я рядом и как видишь со мной все в порядке, — произнес я покрепче обняв единорожку. — Не переживай Мэри, все это скоро закончиться, и тогда мы наконец сможем быть вместе.

— Обещаешь?

— Обещаю, любимая, — произнес я и на милом личике единорожке проявился сильно заметный румянец. — Вот, а теперь улыбнись, я не хочу видеть, как самая дорогая мне пони пускает слезы из-за меня, — и копытом вытер ей пару слезинок с ее очаровательных глаз.

— Стар Дрим, это заклинание, оно помогло тебе?

— Почти, как оказалось восстановить свою память будет довольно сложно. Когда принцесса Луна использовала на мне это заклинание, небольшая частичка моих воспоминаний ненадолго исчезла. Но все-таки я смог восстановить их, и как только я сделал это, то неожиданно я начал вспоминать некоторые моменты из своей жизни еще до того, как я попал в кому.

— Стар Дрим, это же чудесно!

— Не могу не согласиться с тобой. Я многое вспомнил включая свой дом и своих родителей, — последние слова дались мне слегка тяжело, ведь за столько времени я ни разу не проникал в сны своих родителей.

— Не надо расстраиваться Стар Дрим, как только ты очнешься ты воссоединишься со своей семьей. Я ведь тоже не люблю, когда ты расстраиваешься, — произнесла она и парк фактически стал меняться на наших глазах.

Вместо пожелтевшей травы, под нами вновь была яркая зеленная трава, деревья вновь были покрыты разнообразной листвой, а по парку радостно бегали различные жеребята, которые беззаботно здесь веселились.

— Так ведь лучше, не правда ли? — спросил я.

— Намного лучше, правда знаешь, кое-чего все же не хватает, — произнесла Мэри и на небе появилась яркая радуга. — Знаешь, мне всегда казалось, что не важно в каком мрачном месте ты можешь быть, радуга всегда сможет развеять твою грусть и наполнить твою жизнь новыми красками. Ты согласен, Стар Дрим?

— Радуга, — произнес я завороженно смотря на нее.

— Стар Дрим, что случилось?

— Все это время, каждый раз, подсказка была прямо передо мной, но я просто не обращал на это внимание, — и тут мое тело стало сиять ярким радужным светом, заполняю своими лучами все вокруг.

— Стар Дрим, что происходит? — обеспокоенно спросила Мэри видя всю эту иллюминацию, но я радостно схватил ее и крепко обнял.

— Я вспомнил, Мэри, я все вспомнил! — это были последние слова после которых я почувствовал, как неведомая сила куда-то затягивает меня. Но я не боялся, я чувствовал, что в этот раз все будет хорошо.

* * *

— Вновь эта темнота, — подумал я придя в сознание. — Неужели не получилось, даже вспомнив то что произошло со мной в тот день мне не выбраться из этого вечного мрака.

— Стар Дрим, очнись, прошу тебя, — тихо произнесла Мэри, голос которой был полон отчаянья и печали. — Открой глаза, прошу, ради меня.

Я хотел закричать, я хотел сделать все что угодно лишь бы только наконец очнуться, чтобы увидеть ее и сказать:

— М…Мэ…Мэри, — сорвалось с моих уст.

Неужели это произнес я? Это не было сном, это действительно произнес, я даже почувствовал, как эти слова сорвались с моих губ. Только сейчас я чувствовал, что теперь я ощущаю свое тело, как никогда раньше. Каждая конечность, каждая мышца слегка ныла от боли, но я чувствовал их и даже слегка мог ими пошевелить. Значило ли это, что я наконец очнулся? Это можно было узнать только одним способом.

Не знаю, как можно было бы описать весь тот фонтан эмоция, что творился у меня в душе: счастье, ликование, легкость всех этих слов было бы недостаточно, чтобы описать то чувство, что я испытывал, когда наконец за семь лет беспробудного сна я наконец открыл свои глаза. И первым кого ты видишь, является самая дорогая и любимая кобылка в твоей жизни.

— М…Мэ…Мэри, — произнес я в этот куда более отчетливее и громче. Конечно со стороны это походило на обычный шепот, но этого было достаточно, чтобы глаза единорожки резко расширились и повернулись в мою сторону.

— Стар Дрим?! — озадаченно посмотрела на меня Мэри, но когда увидела мои открытые глаза, она сразу все поняла, и нее выдержав, что есть сил обняла меня.

Конечно тело моментально отреагировала на это сильной болью, но это скорее было боль от радости и счастья. Хотя конечно уже через несколько секунд я молил о пощаде и сдавленно начал откашливаться давая знать, что мои легкие требуют кислорода.

— Мэри…я…тебя…люблю, — выговорил я потратив на эти четыре слова все свои силы. Но этих четырех слов было достаточно, чтобы глаза единорожки наполнились слезами и приблизившись ко мне мы впервые по-настоящему поцеловались.

* * *

— Стар Дрим, рада тебя видеть, — произнесла принцесса войдя в мою палату. — Извини, что не пришла раньше, но из-за трехдневного отсутствия скопилось не мало важных государственных дел, которые мне срочно потребовалось разбирать.

— Извините принцесса, это из-за меня у вас было столько хлопот.

— Не говори глупостей, я рада, что ты наконец очнулся, — улыбаясь произнесла принцесса. — Как ты себя чувствуешь?

— Уже намного лучше! Правда я еще с трудом могу шевелить свои копытами, но док говорит, что я довольно-таки быстро иду на поправку.

— Думаю здесь также имеет место именно ваша магия принцесса. Похоже она по-прежнему исцеляет его и поэтому процесс его реабилитации проходит куда быстрее чем я думал.

— Что ж рада это слышать.

— Стар Дрим, принцесса здесь, и ты обещал, что теперь расскажешь нам, что же с тобой произошло в тот день.

— Да, конечно доктор. Правда должен вам сказать, что рассказывать практически нечего. Я сам толком не понял, что тогда произошло.

— И все же нам будет интересно узнать подробности того дня.

— Как вы и говорили док это все действительно произошло в детском летном лагере, недалеко от Клаудсдейла. Я помню, что играл с другими жеребятами, как вдруг увидел небольшое и оживленное столпотворение учеников. Там была бойкая пегаска, с яркой радужной гривой, которая решила состязаться с двумя другими пегасами, которые насмехались над тихоней пегаской, которая очень плохо летала. И в тот момент, когда они резко взмыли в воздух, эта самая тихоня свалилась с облака и начала падать вниз. Но все были так охвачены гонкой, что попросту не заметили этого и я один понимал, что никто не сможет ей помочь кроме меня. Поэтому я резко рванул вниз дабы спасти ее. Но когда я летел вниз то неожиданно натолкнулся на довольно массивное облако об которое скорее всего и ударился.

Я помню, как я камнем падал вниз, но из-за неожиданного удара, я просто-напросто растерялся и не мог расправить крылья. Казалось, я просто разобьюсь об землю, но уже у самой земли это и произошло. Я услышал некое подобие взрыва и обернувшись последнее что я смог увидеть, это как некая огромная волна магической радужной энергии двинулась прямо на меня и через секунду я уже чувствовал, как эта магия пронзает меня, и мир вокруг меня словно начинает гаснуть.

— Что ж, я надеялся, что именно ты сможешь дать ответ на вопрос, что с тобой произошло. Но твой рассказ поставил для меня еще больше вопросов, чем дал ответов.

— А разве это уже важно, — произнесла Мэри, и без стеснения уткнулась своей мордочкой в мою шею. — Главное, что Стар Дрим, наконец очнулся, а остальное уже неважно.

— Ты права Мэри, главное, что Стар Дрим наконец с нами. Но все же судя по твоему рассказу, я могу предположительно сказать, что же именно произошло, — и мы внимательно стали слушать мнение принцессы.

— Могу сразу сказать, что Стар Дриму очень повезло. Эта самая радужная магическая энергия была вызвана феноменом под названием звуковой радужный удар, в процессе которого высвободилась особая магическая энергия, которая и образовала вокруг Стар Дрима некий щит, что позволил ему благополучно приземлиться и не получить никаких повреждений.

— Но тогда почему я оказался в коме?

— Боюсь я не могу с той же уверенностью ответить на этот вопрос. Вероятнее всего, тот удар об облако и не был уж таким обычным и ударившись об него ты получил серьезную травму, и чтобы спасти тебя, эта магия погрузила в тебя в магическую кому. Таковы мои предположения. И, по-моему, я даже знаю одну бойкую пегаску которая могла совершить подобный трюк, но об этом позже.

— Что ж принцесса, ваши слова имеют смысл. Думаю, логичнее будет предполагать, что так все и случилось. Но как сказала Мэри, это уже неважно, — произнес док улыбнувшись.

* * *

Прошло несколько месяцев с момента этого разговора и многое изменилось с того момента. Доктор Копперхув столько лет изучавший мой случай стал разрабатывать новые методики для вывода пациентов из комы. Он сказал, что благодаря мне теперь знает, что влияние различных эмоций сильное влияет на состояние пациентов. И теперь благодаря мне многое измениться и у других пациентов вроде меня появиться шанс на будущее, которое они заслуживают. Я часто встречаюсь с доком, чтобы поговорить по душам, пройти пару необходимых процедур и сыграть с ним партейку в шахматы. Он все же научил меня играть, как и обещал.

Что до меня то, мы с Мэри стали по-настоящему вместе. Лишь спустя пару месяцев, после моего пробуждения, я не раздумывая сделал тот решительный шаг, о котором мечтал в своих снах. Я сделал Мэри предложение, и она также не раздумывая ни минуты согласилась. Это был особый миг для нас обоих.

Но что особенно было приятно так это то, что нашу свадьбу провела лично принцесса Луна. Она была рада и польщена обвенчать нас священными узами брака и провести свою первую брачную церемонию за столь долгое время.

Кстати мои родители были особенно рады узнать, что я наконец пробудился от столь долгого сна. Их долгие годы горя, печали и одиночества наконец подошли к концу, и наша семья могла наконец воссоединиться.

Конечно же я рад был узнать, что мой дар остался при мне, на что принцесса Луна очень радостно отреагировала. Она провозгласила меня первым в Эквестрии Хранителем Снов, стражем который помогает принцессе оберегать сны ее подданных. Можно было сказать, что я пошел по стопам своего отца став одним из стражников принцессы.

Наконец спустя столько лет я обрел друзей, любовь и семью! И теперь меня впереди ждет жизнь — новая — настоящая — жизнь!