# Грустная вечеринка Луны

Tails_Doll

Луна устроила вечеринку, но никто на неё не пришёл. С горя она устроила погром, от чего ей стало лишь хуже. Но вскоре появляется запоздалый гость. Лишь он сможет утешить Луну.

Оригинальное название: Luna’s Sad Party

Автор: RagingSemi

Переводчик: Tails_Doll

Вычитка: Многорукий Удав, Веон, Gapaot, Snakeonmoon, Mirthblaze

Разрешение на перевод: Нет

Вдохновением автору послужил комикс: http://i.imgur.com/EqmTO53.png

Альтернативная ссылка: GoogleDocs

Клопфик довольно старый, времён самого первого межсезонья сериала (июля одиннадцатого года) минимум, если верить архивам, и был нехило так популярен, пока не “исчез” из сети. Лишь недавно удалось найти эту историю вновь, и после прочтения я решил поделиться ею с остальными, слегка подправив в паре мест.

И да, из-за давности фика здесь участвует Луна из первого сезона (светлогривая и миниатюрная), что стоит учитывать при прочтении. Наслаждайтесь раритетом.

## Грустная вечеринка Луны

Она назвала это “Запоздалой меткосеаньерой Луны”. Эта традиция возникла во время её тысячелетнего пребывания на луне, так что принцессе не довелось принять в ней участие. Луна с трудом приспосабливалась к новой жизни и потому решила устроить небольшую вечеринку. Лишь она, старшая сестра и те милые пони, что спасли её от Найтмэр Мун. И их гости. Всех её друзей со старых времён… больше не было.

Вечеринка началась в четыре часа дня. Луна расслабленно сидела за столом. Принцесса не хотела, чтобы кто-либо из прислуги работал за неё, и поэтому всё сделала сама: и еду, и выпечку, и украшения. Она стала готовиться к празднику ещё со вчерашнего дня, волнуясь, что не уложится в срок. Луна была счастлива, что смогла всё вовремя приготовить.

Полпятого, и никто пока не явился. Должно быть, они все пытались по-светски запоздать. Луна радовалась, что у неё такие классные друзья.

К шести принцесса неслабо занервничала и принялась мерить комнату шагами.

К семи часам Луна пришла к выводу, что никто не придёт. Всё равно к этому времени вечеринка должна была уже кончиться. Луна не выдержала и расплакалась.

К восьми Луна обнаружила себя сидящей в тёмном углу тёмной комнаты. У неё снова случился… приступ. Тысяча с лишним лет одиночества и разочарования дала о себе знать. Еда валялась на полу, украшения были сорваны, а довольно тяжёлый стол опрокинут. Она даже не помнила, как сделала всё это. Она заверила себя, что вообще не заслуживала друзей. Луна была рада, что никто не пришёл.

-==~==-

— Стой, кто идёт? — задал вопрос стражник.

— Э, извиняюсь. Я Биг Макинтош. Пришёл на праздник. У меня вот, приглашение. — Пони полез в седельную сумку и вытащил на свет лист бумаги.

Стражник недоверчиво оглядел приглашение.

— Здесь написано, что оно на имя Эплджек, плюс один, — прочёл он вслух.

— Я и есть "плюс один", — произнёс Биг Мак, не выпуская бумагу изо рта. Стражник забрал её, чтобы прочесть самому. — Эплджек моя сестра. Она выехала раньше меня.

— Верно, — сказал стражник, — в этом-то и проблема. Согласно этой бумаге, вечеринка началась в четыре. А сейчас пятнадцать минут девятого. Я не могу вас так поздно впустить, и вынужден попросить удалиться.

— Но... мне пришлось задержаться, — попытался оправдаться гость. — Как раз овцы ягнятся, и попалась одна проблемная. Разобрались мы с ней, но нынче все боятся бруцеллёза, пришлось звать врача и проверять скот. Слава Селестии, все чистые были, а то видал я давеча, что на ферме у Кэррот Топ стряслось. Неважно. Я, как смог, поспешил сюда. Рейс пропустил, почти весь путь пришлось галопом скакать.

— Сэр, вы ведь не собираетесь устраивать сцену? — спросил стражник.

Биг Макинтош так и замер с открытым ртом. Такого он точно не ожидал.

— Эм, нет, сэр, — ответил он, после чего отступил, развернулся и пошёл восвояси. Но, не проделав и десяти шагов, он остановился, вновь развернулся и возвратился к стражникам.

— Слушай, — сказал жеребец прямо в лицо тому стражнику, с которым только что общался. — Вот приглашенье. Видишь? “С четырёх часов” написано, так? А до скольки, не указано. Значит, щас не поздно. Так что тебе придётся пропустить меня к принцессе. — Стражник лишь нахмурил брови. Макинтош вдохнул поглубже и продолжил: — Ты должен дать мне пройти. Хотя бы чтобы извиниться за опоздание на её вечеринку. И подарок вручить. Я-то проблем не хочу, но что, по-твоему, случится, если ты меня не пропустишь?

Стража дворца в основном выполняла церемониальные задачи. Обе принцессы по силе в разы превосходили всю свою стражу, вместе взятую. Не было ничего, с чем принцессы не могли бы справиться самостоятельно. И всё же, без дела стража не оставалась. Следила за толпой, к примеру. Для обычных пони стражники были громадными и пугающими, особенно в своей броне. Две шеренги стражи могли расчистить улицу, просто промаршировав по ней.

Сейчас стражей здесь было двое. Но Макинтош возвышался над ними обоими. И если он и боялся, то никак этого не показывал.

Стражник сглотнул.

— Я отнесу ваше приглашение старшему офицеру, сэр. Ждите здесь.

Пони ушёл, оставив Биг Мака наедине с напарником. Второй стражник молчал; вообще-то Макинтош лишь сейчас осознал, что этот стражник не проронил ни слова во время перебранки. Даже не шелохнулся. От этого Биг Макинтошу стало неуютно. Он слегка поёрзал на месте.

— Галстук ровно сидит? — спросил он у стражника. Биг Мак заменил свой рабочий хомут воротником с галстуком. Обычно он ничего такого не носил, и ни одна из близких ему кобылок понятия не имела, как его правильно завязывать.

Страж не ответил. Ни мускулом не двинул, лишь продолжал смотреть вперёд. Биг Мак не видел, чтобы он даже моргал. “Должно быть, один из особых стражников, — решил Макинтош, — тех, что никак не реагируют, даже если строить им смешные мордочки”.

Мак вздохнул. Неловкая пауза слишком затянулась. Земнопони вновь поёрзал на месте. Страж перевёл взгляд на него, лишь на мгновение, тут же приняв свою предыдущую позу.

— Он... — пробормотал стражник, — кривоват.

— Ась? — Биг Мак посмотрел на него сверху вниз.

— Сейчас... — Страж дотянулся, поправил Маку галстук и снова встал в прежнюю позу.

— Теперь вылитый щёголь.

— Эм… спасибо, — ответил Биг Мак.

Дверь отворилась, и первый стражник вернулся.

— Следуйте за мной, сэр, — произнёс он.

Макинтош отправился следом за ним. Он оглянулся в сторону доброго стражника, но тот не шевельнулся. Мака провели через множество коридоров и вывели в дворцовый сад.

— Вечеринка проходит в павильоне в центре сада. Вернётесь так же, как и пришли. Я провожу вас на обратном пути, — сказал стражник и встал в стойку.

“Стоит дать пареньку чаевые, наверно”, — подумал Макинтош, после чего полез в сумку и вытащил монетку. Страж принимать её не собирался. Потому Биг Мак засунул монету ему под нагрудник и отправился на поиски павильона.

Сердце земного пони сжалось, когда он приметил здание, в котором не горел свет. Должно быть, всё-таки опоздал. Но Мак всё равно постучался в дверь. Никто не подошёл, и Макинтош уже собрался уходить, но дверь отворилась до того, как он успел развернуться. Луна стояла в дверном проёме в полутени, уставившись взглядом в его ноги, но медленно вытянула шею, чтобы посмотреть гостю в глаза.

— Ох… — начал Биг Мак. — Блин, я так волновался, что пропущу веселье. А может, и пропустил. Ну, эм, я лишь хотел сказать, что не забыл. И отказываться не хотел, ничего такого. Просто на ферме проблема на проблеме была… и...

На глаза Луны стали наворачиваться слёзы.

— И я хотел, как минимум, лично извиниться за то, что опоздал.

Луна не выдержала. Она уткнулась мордочкой в грудь Биг Мака, хныкая.

— Проблемы… ягнение… И бру… — продолжил удивившийся фермер, но вовремя остановился. Может, порой он и был тугодумом, но не идиотом. Он позволил Луне выплакаться. Обнял её передней ногой за шею и прижал поближе к себе. Немало времени ушло у неё на то, чтобы успокоиться, но это его не волновало: ей нужно было снять камень с души.

Много позже она перестала плакать и отступила от Биг Мака.

— Прости меня, — шмыгнула носом Луна.

— Не надо так, — возразил Мак, — вы ничего такого не сделали.

— Ты единственный, кто пришёл.

— Ась? В смысле, на праздник? — спросил он. — Но сестрица давно приехать должна была...

— Нет, лишь ты один явился, — ответила Луна. — Прости меня. Я такая никчёмная. И не должна себя так вести. Должно быть думаешь, что я не в себе.

— Нет, нет, — Биг Маг попытался успокоить принцессу. — Если бы я закатил праздник и никто не пришёл на него, я бы тоже огорчился. Давайте лучше зайдём внутрь.

— Эм… — Луна попыталась что-то сказать.

Биг Макинтош включил свет. Перевёрнутый стол и разбросанная по полу еда предстали его глазам. В этот момент Луне очень захотелось зарыться куда-нибудь поглубже.

— О боги, прости меня, — вновь завелась она, — мне так стыдно. Теперь точно психованной считать будешь.

Биг Мак ещё раз неспешно осмотрел комнату.

— Не-а, вы всё правильно сделали, — сказал он наконец.

— Что, прости? — Луна не поверила своим ушам.

— Когда ты хочешь рыдать – рыдай как можно громче, — пояснил он. — Нет смысла сдерживаться. Рыдай, пока не заболит. Пока щёки не устанут. Пока нос не заложит, а горло не охрипнет. До тех пор, пока всё не выплачешь и не начнёшь улыбаться вновь. А после можешь и посмеяться над этим.

— Будто ты что-то знаешь об этом, — сказала она. Фермер молча взглянул на неё в ответ большими глазами. — Ой, прости. Слишком ехидно прозвучало. Я вовсе не это имела в виду. Просто… ты такой большой, сильный жеребец: трудно представить тебя плачущего хоть над чем-либо.

Макинтош глубоко вдохнул и осмотрел погром ещё раз.

— Есть одно дерево...

— Повтори?

— Дерево есть. За фермой. Большой старый орешник в зарослях за сараем. Думаю, когда моя бабуля была крохой, оно таким же большим было. И всё же, примерно когда я получил Метку… знаешь, как ты просто злишься на весь мир в этом возрасте? Ну, я заместо этого шёл к дереву и лягал его. Просто лягал, от души. Выпускал своё расстройство, тоску, неважно. Потому что временами надо снимать камень с души. Простите меня, мисс.

Биг Макинтош ухватился зубами за край опрокинутого стола и без каких-либо усилий поставил его на место.

— Зови меня просто Луной, — сказала принцесса. — И ты очень милый.

Биг Мак из красного стал багровым от румянца.

— Ну, тогда, Луна, не хотите ли тортика?

— Постой, что? Не-ет. Он ведь испорчен. Ровным слоем по полу размазан.

— Да, но это ж многослойный торт, — сказал Биг Мак и копытами отделил испорченный слой торта от двух целых. — Вот что я люблю в них. Середина не касалась пола. Вот, гляньте. — Макинтош отрезал кусок из середины торта и засунул себе в рот целиком. Луна прикрыла рот копытом, не уверенная, должна ли она прийти от этого в ужас или заливаться смехом. — М-м-м… малиновая глазурь? — спросил Мак.

— Как прослойка, да, — пояснила Луна. — А снаружи – глазурь творожная.

— Объеденье. О, вот ещё. Бутерброды. Тоже многослойные. У вас повара – чисто провидцы. — Биг Мак поднял уцелевшую закуску.

— Ну не надо, — попыталась Луна. — Ты не обязан есть…

— Я весь день не ел, — ответил Мак и откусил. — М-м-м... — промычал фермер с набитым ртом. — Бекон на углях из яблони. У вас, должно быть, лучшие повара в Эквестрии.

Луна улыбнулась. А следом расхохоталась.

— Ты прав. Наверное, мне и правда стоило выплакаться.

— Вот это другое дело! — сказал Биг Мак. — О, постойте, я принёс вам кое-что. — Жеребец полез в свою седельную сумку.

— Что?.. Подарок? — удивилась Луна. — Ой, нет, Биг Макинтош. Право, не стоило.

Биг Мак положил на стол аккуратно завёрнутую подарочную коробку с большим бантом.

— Да что ж за вечеринка без подарков? Не стесняйтесь, открывайте.

Она посмотрела на Мака, на подарок, а после снова на него. Мак лишь подбадривающе кивнул. Луна почувствовала, как слёзы вновь наворачиваются на глаза. Принцесса развязала бант, а после аккуратно развернула и открыла коробку.

— Это же… хомут? — удивилась она.

— А-гась. Ну, декоративный, конечно, — сказал он. — Для церемоний или ещё чего. Он слишком хрупкий для работы. Понимаете, я вот думал, что именно скромный земнопони вроде меня может предложить принцессе-аликорну, у которой есть всё? И надумал вот чего: то, что делает земнопони особенными — это земля. Чудесатой магии нам не досталось, да и погоду делать не умеем, но мы пашем в полях, что по-своему уникально. Ну, я и решил, что если у вас будет этот хомут где на стене висеть, на виду, то вы не будете забывать о нас за всякими там королевскими делами.

— Он замечателен, — выдохнула она, — наверное, многого стоил тебе.

— Э-э… неась. Сам вырезал. Ни монетки не потратил.

— Вырезал? Постой, он из цельного дерева?

— Агась. Могу понять, почему вы решили иначе. Я нарочно сделал его похожим на пару переплетающихся виноградных лоз. С усиками было сложнее всего. Если честно, один из них оторвался, но я его залатал и теперь не распознать, где он был.

— Как по мне, это самое прекрасное, что я видела в своей жизни.

— Ну почему же, вы ведь в зеркало ежедневно смотритесь, — сказал жеребец.

Луна потянулась вперёд и чмокнула Макинтоша в щёку, заставив того вновь зардеться.

— А что это за дерево? — спросила она, всё ещё любуясь подарком.

— Это… эм… орешник, — ответил Мак.

Луна подняла взгляд, и в её глазах он прочёл вопрос, который понял без слов.

— А-гась, тот самый орешник, — подтвердил фермер. — Рухнул от ветра прошлой зимой. Я без усилий его после выкорчевал. Ветер даже не был таким уж сильным; дерево скорее само упало. Ну, я чувствовал себя виноватым за то, что забрал чужую жизнь из-за своих личных проблем, пусть и у дерева. И решил обратить свою проблему во что-то хорошее. Ну, вы знаете, конструктивное. Мне показалось, что это правильно. Я много чего из того орешника сделал: табличку для курятника, та… рел… ки...

Луна привстала и поцеловала его. На этот раз не в щёку, в губы. Биг Макинтош был удивлён, но не так, как когда она открыла ему дверь ранее. Оба дышали носом. Все их дневные беды куда-то пропали. Луна разорвала поцелуй.

— Ми… Луна? Вы, конечно, милая до жути, но не хотелось бы пользоваться вашим несчастьем.

— Биг Макинтош, — оборвала его Луна, — я не несчастна. Уже нет. И ты не можешь мной воспользоваться. Я ведь принцесса, и намного старше, чем выгляжу... — Она обвела взглядом комнату. — ...Или веду себя временами. Биг Макинтош? Я бы хотела попытаться... обратить свои личные проблемы во что-то хорошее. Мне кажется это правильным.

Биг Мак ничего не сказал. Он ждал. Луна дотянулась и снова поцеловала его. Мак нащупал копытом выключатель за спиной и погрузил комнату во тьму. Едва только погас свет, в них разгорелась страсть. Пара встала на задние ноги, обняв друг друга передними. Вместо того чтобы наклониться к мордочке Луны, Биг Мак просто поднял принцессу до уровня глаз, будто она ничего не весила. Луна скользнула язычком к нему в рот, желая, чтобы он ответил тем же. Слишком много времени прошло с тех пор, как она была любима. Не по-сестрински, а подлинно, искренне, страстно любима, как сейчас. Луна обвила жеребца задними ногами за талию. Он ухватился за её зад и сжал его, держа таким образом кобылку на весу.

В конце концов, он устроил её круп на краю стола; они так и не разрывали свой поцелуй. Биг Мак мял копытами её спину. Луна ощупывала крепкие плечи и бедра Макинтоша. Она достала до галстука с воротником, развязала и отбросила их на другой край стола. Он бережно снял корону с принцессы и положил в коробку рядом с подаренным ей хомутом. И они по-прежнему не разрывали поцелуй.

Член Биг Мака встал, скользнув меж двух тел. Луна не могла не чувствовать его, но не сказала ни слова. Это лишь сильнее заводило её. Широкие крылья аликорна расправились за её спиной, также встав торчком.

Наконец пара прервала поцелуй. Каждый из них нежно покусывал другого за шею. Луна попыталась оттолкнуть Биг Макинтоша от себя, чтобы слезть со стола, желая попробовать его на вкус. Но он не шелохнулся, напоминая ей большую каменную статую, только тёплую и любящую. Вместо этого, жеребец медленно опустил её спиной на стол и двинулся вниз вдоль её тела, оставляя след из поцелуев. Луна держала его голову передними копытами, пока он спускался. Она хотела, чтобы он поспешил, хотела, чтобы он действовал быстрее. Она не представляла, что вообще способна желать кого-то настолько сильно. И всё же позволяла ему дразнить себя.

Биг Макинтош устроился меж её задних ног. Он коснулся кончиком языка её влажного, напряжённого клитора. Луна дёрнулась всем телом, словно от электрического удара, зажав голову жеребца бёдрами, словно в тиски. Если ему и не нравилось, вида он не показывал и ласки не прекратил. Мак щекотал её клитор языком, посасывал ртом и нежно покусывал. Луна дивилась тому, как столь крупный жеребец мог быть столь нежным. Он просунул свой язык в неё; длинный, толстый и мощный, как и остальные мышцы в его теле.

Луна опёрлась передними ногами о стол и задрала таз вверх, к лицу жеребца. Она хотела, чтобы тот просунул свой язык глубже внутрь неё. Луна широко раздвинула бёдра, чтобы дать Маку больше свободного места, и обхватила его голову икрами. Она стала ритмично сжимать ноги, двигая его головой вперёд и назад, и язык Мака то проскальзывал, то выскальзывал из неё.

Макинтош прервался из-за нехватки воздуха. Он стал подниматься вверх по телу Луны с поцелуями.

— Я хочу тебя в себе, — сказала она. Она хотела продолжения ласк языком, но вскоре осознала, что будет дальше. Жеребец был так хорош, что Луна чуть было не забыла о его возбуждении. Копытом она спустилась вниз по крепкому телу, пока не нашла член, и направила его к себе в щёлку.

— Я хочу тебя в себе, — повторила она.

Биг Мак надавил и стал проскальзывать в неё. Оба резко охнули. Может, сексуальное напряжение между ними и было недолгим, но очень мощным. Макинтош продолжал проникать внутрь. Луна чувствовала, как она… растягивается. Больно не было, но Мак был очень большим. Он вошёл в неё на всю длину, и Луна почувствовала себя заполненной. Тысячу лет она не чувствовала себя так. Да и раньше тоже. Макинтош стал двигаться внутри неё. Может, для Луны это было не настолько волнующе, как ласки языком, но в разы упоительнее.

Биг Мак был на пике блаженства. Кобылка была такой мокрой и приятной, обнимала его ногами так, как ему нравилось. Она реагировала на каждый толчок либо ахами, либо тихими вздохами, либо же тем, что сжимала его ногами чуть сильнее.

Поначалу Биг Мак был осторожен. Он двигался медленно, стараясь глубоко проникать, каждый раз выходя из неё понемногу. Тело Мака было огромным, он возвышался над Луной несмотря на то, что она сама была выше большинства пони. Она могла видеть лишь его точеную грудь. Принцесса прошлась копытами по его напряжённым мускулам, но не могла сосредоточиться, ощущения внизу были слишком сильными. Через несколько минут Биг Мак чуть ли не полностью выходил на каждом толчке, лишь головка его члена оставалась внутри неё. И так как природа не обделила его размером, толчки были довольно долгими.

Биг Макинтош начал понемногу набирать скорость. Жеребец дразнил Луну своей неторопливостью, но теперь уже не мог более сдерживать себя. И она, судя по всему, тоже. Он ускорился, и принцесса взвизгнула, извиваясь под ним. Круп Луны висел над краем стола. Яйца Мака ритмично хлопали её по ягодицам.

— Отдери меня, Макинтош, — пискнула она.

И Биг Мак стал драть её. Жёстко. Луна завизжала от удовольствия; ей нравилось отдаваться ему. Стол стал трястись, а после и поехал по полу, пока не встал вплотную к стене. Мак полностью отдавался делу. Крылья Луны плашмя лежали на столе, полностью раскрытые. Все перья торчали в разные стороны. Луна вновь завизжала. Мак наклонил голову, прижавшись подбородком к своей груди; теперь они могли смотреть в глаза друг другу. Луна глядела дико, приоткрыв рот и оскалив зубы от безумного возбуждения. Биг Мак ещё раз вонзил в неё член, и Луна, взвизгнув в третий раз, кончила.

Биг Мак снова перешёл на медленные и глубокие толчки. Он продолжал так двигаться, пока Луна отходила от оргазма. Всё её тело подёргивалось. Он чувствовал, как сжимаются её ягодицы, а мелкие мышцы глубоко внутри дрожат вокруг его всё ещё стоящего как камень члена.

В конечном счёте, её тело полностью расслабилось, и он слез с неё. Его член вышел, а сам жеребец отступил на пару шагов. Луна уселась на столе. В лунном свете из окна она всё ещё видела висящий меж ног член Мака. Принцесса соскочила со стола, развернулась на месте и положила передние копыта обратно на стол.

— Ещё, — прошептала она.

— Ещё? — спросил он.

— Ещё… — повторила она, задрав и отклонив в сторону длинный хвост. Он подошёл сзади.

— Постой, — прервала его кобылка, — я хочу быть в этом.

Луна пододвинула подарочную коробку ближе к себе, зарылась в неё мордочкой и, водя носом, нашла и нацепила на себя хомут, идеально скользнувший вниз по её шее. Им она гордилась больше, чем собственной короной.

— Вперёд, — сказала она.

Биг Мак залез на неё и направил член в её щёлку. Луна ахнула от размеров его прибора, несмотря на то, что тот был полностью в ней менее минуты назад. Аликорн повернула голову к Макинтошу.

— Ты можешь кончить… — зашептала она, — в меня...

После этого Мак больше не мог себя контролировать. Он стал вгонять свой член в неё. Из-за того что она не могла принять его полностью, Макинтошу пришлось упереться телом в стол. Ему нравилось ощущение её небольшой округлой попки, трущейся об его бёдра. Твёрдая, но сдававшая ему во время каждого мощного толчка. Мак закрыл глаза, сосредоточившись лишь на ощущениях её влагалища, на том, как её стенки крепко обхватывали его член. Кобылка совсем намокла. Тонкая струйка влаги потекла из неё вниз, собираясь в лужицу на полу. Биг Мак задрал голову и заржал в сексуальном неистовстве, а следом за ним и Луна. Ей было далеко до второго оргазма, но она всё ещё пребывала в экстазе. Когда Мак опустил голову, она извернулась и слегка куснула его за щёку.

Биг Мак с головой ушёл в трахание кобылки под собой. Он почти что не управлял телом, не считая ритмичных толчков. Страсть взяла над ним верх, а яйца его были готовы взорваться. Он ещё раз двинулся внутри неё, полностью выйдя и полностью войдя. Всё тело Луны тряслось от этих движений. Её крылья обхватили его. Двинувшись ещё раз, Макинтош кончил.

Луна ощутила это. Она почувствовала, как горячее семя наполнило её, а после стало вытекать и скатываться по ногам. Это был мощный залп. И всё же, Мак не стал вынимать член, оставив его внутри. Они так и остались стоять, уперевшись в стол. Оба пытались отдышаться. Оба не хотели, чтобы партнёр двигался.

Долгие минуты они простояли так, соединённые воедино. Но вскоре его член обмяк и уменьшился. Гравитация, в конце концов, заставила его выйти из кобылки. Следом на пол между задними ногами Луны вытек поток семени.

Макинтош слез с аликорна, неловко отойдя назад. Мышцы его были словно студень: фермер перенапрягся, истощив себя. Измождённый, он осел на пол. Луна сняла с себя хрупкий хомут и положила обратно в коробку, после чего слезла со стола и присоединилась к Маку на полу. Много времени они провели, не проронив ни слова.

Позже, ближе к ночи, пара уже устроилась на полу павильона в обнимку. Биг Мак лежал, прижавшись грудью к спине Луны. Просто обнимаясь. И снова Луна почувствовала растущее возбуждение Биг Макинтоша. Головка его члена скользила по её спине и становилась твёрже с каждой секундой. Мак молча просунул копыто меж её задних ног и стал играться с её клитором.

Луна улыбнулась. Её новому любовнику больше хотелось удовлетворить её, чем себя. Но сейчас была не её очередь. Луна отпихнула его копыто и перевернула жеребца на спину. Его большой член стоял почти вертикально. Луна взяла его в рот и принялась ласкать.

Она не могла принять его в рот целиком, но всё равно пыталась. Свободным копытом кобылка принялась ласкать яйца Макинтоша, работая ртом вверх и вниз вдоль ствола жеребца. С влажным чмоком она выпустила его изо рта и стала лизать с разных сторон. Биг Мак застонал от удовольствия. Почти сразу же он кончил вновь. Луна опять присосалась к головке члена, позволяя Маку кончать ей в рот. Этот залп тоже был обильным. Часть семени не удержалась у принцессы во рту и потекла наружу, но Луна постаралась собрать как можно больше, а когда заметила, что Макинтош смотрит на неё, всё проглотила. Большой Мак откинул голову на пол, а Малый Мак положил головку ему на живот. Луна улыбнулась.

Некоторое время спустя пара уже была на ногах. Они знали, что пришла пора прощания, хоть никому из них этого не хотелось.

— Разве ты не можешь остаться? — спросила она. — Всё-таки, я принцесса. Ты мог бы остаться в замке и занять комнату для гостей. Даже если не найдётся свободной – прикажу освободить.

— Хотелось бы, ми… кхм, Луна. Звучит просто потрясающе. Но я не могу. Есть ферма, о которой мне нужно заботиться. И сестрёнка, которую надо будет отчитать. Но главное – ферма. И за зверьми нужно следить. Они не поймут капризов прекрасной принцессы-аликорна и её скромного щёголя-земнопони. Хорошо бы, чтоб понимали. Так бы оно получше было.

— Я… я понимаю.

— Но я ещё вернусь.

— Правда?..

— А-гась. Только про приглашенье не забудьте, стражники у вас довольно серьёзные. О, и вы обязательно должны посетить ферму “Сладкое Яблочко”, ежели время найдётся, ваше высочество. — Макинтош улыбнулся.

— Посещу. Обязательно, — пообещала Луна.

Пара поцеловалась на прощание. Жеребец развернулся на месте.

— О, и улыбайтесь чаще, — сказал он, уходя. — С улыбкой вы ещё милее становитесь.

Они помахали друг другу копытами, и Макинтош ушёл в ночь. Луна закрыла дверь за ним, после чего подошла к столу и снова нацепила на себя новенький хомут. Она и забыла о своей короне. Принцесса вернулась в тёмный угол, где несколько часов назад рыдала навзрыд, и уселась на круп.

Она осмотрела комнату. По сути, почти ничего и не изменилось. Да, стол более не лежал опрокинутый, но украшения были в беспорядке, а вся еда — на полу.

Только теперь Луна улыбалась.