# It's about memory

MrKartofelnayaOchistka

Принцесса Твайлайт Спаркл помогает кантерлотскому детективу вспомнить нечто, сокрытое глубоко в его подсознании. Говорят, это нечто способно многое перевернуть с ног на голову

Очередная детективная история в моём исполнении. Надеюсь, вам понравится.

Основным источником вдохновения для сюжета послужила игрушка "SOMA", а именно, по большей части одна единственная её сценка...

И да, да, название гораздо благозвучнее смотрится на английском. Это не перевод.

Во-первых, сие есть маленькая аллюзия на устойчивое выражение "It's about time".

Во-вторых, я просто не смог придумать, как подобным образом обыграть слово "память". Воображалка кончилась...

За сим откланяюсь и милости прошу...

## It's about memory

...

— Мистер Мирроу? Крей? С вами всё в порядке?

Единорог, как ему показалось тогда, с величайшим трудом открыл сначала один глаз, а потом и другой. В ушах звенело, между зубами словно скрипел песок. Его знобило.

— Ох, хорошо что вы очнулись... — над Креем склонилась смутно знакомая кобылка со светло-фиолетовой шёрсткой, — я уже начала волноваться.

Жеребец попробовал пошевелить копытом и обнаружил, что на чём-то лежит. Кажется, на некоем подобие кушетки. Что ж, для начала уже неплохо.

— К-кто... Вы?.. — с трудом ворочая языком, пробормотал Крей.

— Как это — кто? — удивилась кобылка, — вы меня не помните?

Жеребец сощурил глаза и попытался разглядеть говорящую сквозь мельтешащие перед глазами разноцветные точки. Не вышло...

— Нет... — ответил пони. — Не помню...

Единорожка... Крей вновь напряг рассеявшееся зрение... Нет, это совсем не единорожка... Это...

— Принцесса? — удивлённо воскликнул жеребец. "Вот только какая?" — пронеслось у него в голове.

— А, что?.. — переспросила на мгновение задумавшаяся аликорнша. — Да, вы угадали! Принцесса Твайлайт Спаркл...Так значит вы совсем ничего не помните?

Крей задумался. Не сказать, что он не помнил совсем ничего, но вот последние события совершенно не отложились у него в памяти. В голове то и дело всплывали вполне логичные вопросы, из ряда: как я попал сюда? что это за место? что вообще происходит?..

— Видимо, это побочный эффект неправильной терапии, — сама себе ответила Спаркл. — Нужно срочно попробовать методику Берсвегда! Закройте глаза.

Единорог послушно сомкнул веки.

Прошло несколько секунд.

— Открывайте, — проговорила принцесса и дружелюбно улыбнулась, — теперь надо подождать... Знаете, можете пока идти... Всё равно результат мы получим не сразу. Вы до гостиницы-то дойдёте?

— Постойте, погодите... — прервал кобылку Крей, — прошу вас, объясните, что происходит? Я ровным счётом ничего не понимаю...

— Ах, точно, простите меня за забывчивость, — Твайлайт подошла к письменному столу и магией вытянула из его недр какую-то бумагу. — Вы — Крей Мирроу, действующий лейтенант полиции Кантерлота. Находитесь в двухнедельном отпуске. Вас направил ко мне известный психотерапевт доктор Рид, дабы я "помогла вам освежить память о недавних событиях". По его словам, в вашем подсознании скрыто нечто настолько важное, что способно "многое перевернуть с ног на голову." Это была цитата. Больше мне пока ничего неизвестно, только результаты некоторых тестов Рида, у которого вы наблюдались...

Принцесса вновь положила бумагу на стол.

— Сегодня я решила испробовать на вас новоизобретённое заклинание доктора Джея Максвелла, но видимо оно возымело совершенно обратный эффект. Надо, кстати, законспектировать... — Спаркл магией подхватила перо и бумагу, одновременно и разговаривая, и что-то записывая. — Но вы не волнуйтесь, всё нормализуется. Приходите завтра, в это же время...

Крей неуверенно встал с кушетки, кивнул принцессе и направился к выходу. В голове у него расположилась сущая каша — новая информация смешивалась с немногочисленной старой. Надо всё это обдумать...

Единорог, чуть не заблудившийся в трёх с половиной комнатах, наконец нашёл выход из кристального замка. Он магией подтолкнул тяжёлую дубовую дверь и тут же был ослеплён ярчайшим солнечным светом. Прикрывая глаза копытом, жеребец стал медленно спускаться по блестящим ступенькам...

Провинция словно выплывала из мягкого и тёплого потока солнечных лучей, постепенно открывая свои красоты вынужденному гостю городка. Домишки нехотя вырисовывались на фоне цветущих лугов, плавными линиями обрамляя силуэт, пожалуй, самого спокойного и благополучного места в Эквестрии — "деревеньки" Понивилль.

Именно здесь, совершенно не вписываясь в архитектурный ансамбль своими величественными и бравурными контурами, расположилась резиденция Принцессы Дружбы, со стороны похожая на этакое "кристальное дерево". Крей затянулся свежим, какого не бывает в большом городе, воздухом и на несколько мгновений вылетел из реальности.

И вот он уже стоит не в паре шагов от дворца мисс Спаркл, а на высокой трибуне посреди самого большого в Кантерлоте зале Здания Эквестрийского Совета. Множество пони уставились на него своими жаждущими информации глазами, а Крей всё молчал. Он не знал что им сказать...

Вновь Понивилль. Видение исчезло также внезапно, как и появилось. Единорог почесал копытом макушку. Что же это было? Очередной "побочный эффект", или же именно так проявляются потерянные воспоминания?

Он не знал. Не знал он также и куда идти. Где же находится эта самая гостиница?

"Ладно, будем действовать по обстоятельствам..." — решил для себя жеребец и двинулся в сторону ратуши — она была хорошим ориентиром, так как шпиль её возвышался над всеми остальными постройками, находившимися в провинции.

Пони на улицах встречались до неприличия редко. Привыкшему к бурной городской жизни Крею сперва было даже немного неуютно бродить по полупустынным переулкам, но вскоре он перестал обращать на это внимание.

Единорог вновь обратил взгляд на шпиль ратуши и тут же пожалел об этом — нечто резко выскочило из-за угла и преградило ему путь. Лоб Крея с треском врезался во что-то твёрдое, и из глаз его полетели искры. Темнота заполнила очи...

— Мистер Эмеральд, вы уверены, что эта штука работает? — послышалось откуда-то сверху.

— Конечно же, Френк, как иначе... Я бы не стал пользоваться ею без полной уверенности в результате...

Единорог с усилием приподнялся и увидел прямо перед своим носом подпрыгивающую на ровном месте розовогривую земнопони. Она прямо-таки излучала счастье и жизнерадостность.

— Бупс! — воскликнула она, — прости, что так внезапно... Я тебя раньше здесь не видела! Ты новенький? Меня зовут Пинки Пай! А тебя?

— Эм... — неуверенно начал ошеломлённый напором незнакомой кобылки жеребец, — Крей... Крей Мирроу.

— Это тебя хорошо назвали! — подметила Пинки, — прямо "как кьютимарка говорит"! Хи-хи...

Единорог обернулся и посмотрел на свой бок. Там было изображено небольшое карманное зеркальце в резной оправе.

— Как у тебя дела, Крей? Не грустишь? — поинтересовалась земнопони.

— А?.. Ну... Неплохо, — ответил жеребец и наконец вспомнил, что гуляет он тут не просто так, — эм... Не подскажете, где тут гостиница?

— Во-он там! — абстрактно взмахнула копытом Пинки, — тебя проводить?

— Н-нет, пожалуй не стоит, — поразмыслив, ответил ей Крей. Он уже немного устал от подобной компании, а за собой таскать этот генератор счастья... Нет уж, спасибо.

— Как хочешь, — без тени неприязни или тем более обиды проворковала земнопони, — удачи, Крей! Ещё увидимся!

Сказала она и ускакала вдаль.

"Надо же..." — подумал единорог, — "Что ни день, то новые открытия"...

Он двинулся в сторону, которую ему указала весёлая поняшка и вскоре на самом деле обнаружил себя неподалёку от здания, как выяснилось, оказавшемся Понивилльской гостиницей. Нерешительно потоптавшись на пороге, он таки вошёл внутрь.

А там его ожидала совершенно странная картина. Прямо в холле гостиницы расположилось гигантское устройство со множеством трубок, проводов и разными светящимися лампочками. Оно мощными волнами сотрясало стены гостиницы, которые были даже и не стенами, а сводчатым потолком некоей пещеры. У Крея закружилась голова.

Единорог, похлопав недоумевающими глазами, упал в обморок...

* * *

...

— Так и знала, что не доберётесь... Не стоило вас отпускать...

Крей проснулся. И вновь над ним склонилась принцесса, и снова он лежит на жёсткой кушетке. Что за дискордятина?

— Как?.. Что произошло?.. — воскликнул единорог.

— Не волнуйтесь... Вам стало плохо в гостинице и вы вернулись сюда. Я, правда, не ожидала что вы так скоро начнёте наблюдать "видения"... С вами почему-то всё не так, как в теории...

— Поменьше надо верить этим вашим учёным книгам... — буркнул жеребец. Нет, ну правда, думать надо прежде чем отшибать память простым добропорядочным гражданам!

— Это вы зря так, — в голосе принцессы прозвучала лёгкая неприязнь, — книги плохого не скажут...

— Уж каких я только книг не повидал, поверьте... — саркастично парировал Крей, — эта макулатура ещё не так массы будоражит...

Твайлайт встрепенулась.

— Так, вы начинаете что-то вспоминать... — принцесса приготовилась вести записи. — Видимо, заклинание всё же подействовало. К сведению, я "загрузила" в ваш мозг несколько самых ярких сцен из вашей жизни, о которых вы очень смутно поведали доктору Риду. Они должны были привидеться вам во сне, но почему-то всё пошло немного не по плану... Ладно, я отклонилась от темы... Вы говорили про "макулатуру"... Что вы имели в виду?

— Я?.. Да ничего особенного, просто с языка сорвалось, — Крей и сам в свою очередь был удивлён данной репликой.

— Эн нет, просто так ничего не случается, — усомнилась Спаркл, — подумайте, может ещё чего вспомните?

Единорог изо всех сил напряг мозг, но вылилось это лишь в ноющую головную боль. Он беспомощно развёл копытами.

— Та-ак, надо что-то придумать, — протянула Спаркл, — когда я в прошлый раз пыталась на прямую подключиться к вашему подсознанию, я делала это без вашего участия. Может, именно это сыграло со мной злую шутку? Кстати, интересное наблюдение. В любом случае, сейчас я попробую ввести вас в некоторой степени "трансовое" состояние и вновь подключусь к вашему "внутреннему я". Вы всё ещё будете в сознании, а я смогу наблюдать за вашими мыслями и видениями. Как вам идея?

— Главное, чтобы я потом жив остался, — угрюмо пошутил Крей и закрыл глаза. — Начинайте, ваше высочество.

— Ну, раз вы готовы... — со стороны, в которой находилась принцесса, донеслось лёгкое потрескивание, а затем нахлынула тёплая убаюкивающая волна магической энергии. — И не обращайтесь ко мне так, слышите?

Единорог уснул.

* * *

— Мирроу? К Дискорду, ты что, опять ночью не спал?

Крей с трудом приподнял тяжёлую, словно с похмелья, голову со стола и открыл глаза. Прямо перед ним, облокотившись двумя передними копытами на стол, расположился грозный пегас с огненно-красной шерстью, одетый в неопрятный полицейский жилет.

— Эй? Ты слышишь о чём я тебе толкую? Тебе же завтра перед Советом выступать, помнишь? — незнакомый пегас всё настойчивее вторгался в личное пространство Крея.

— Что, правда?.. — недоумевающе вытаращил глаза подверженный амнезии единорог.

Незнакомец принюхался и подозрительно сощурил глаза:

— Так-так-так... Отвечай, принимал вчера алкоголь?!

Тут терпение Крея наконец-то лопнуло и он решил дать отпор наглецу.

— Да как вы смеете?! — воскликнул он и вскочил из-за стола. Правда, не очень удачно, так как сей пируэт закончился “грациозным” падением на деревянный паркет.

Внезапно, вспыльчивый пегас без тени сомнения бросился ему на помощь:

— Эх ты, голова бедовая. Думал, раскрыл заговор и давай сразу праздновать? Нет, друг мой, так дела не делаются. Партия ещё не закончена, гамбит ещё не разыгран! Посмотрим, как этот Эмеральд запляшет после твоей завтрашней речи в Совете!..

Незнакомец заботливо усадил Крея в мягкое рабочее кресло и направился к соседнему столу, на котором расположилась табличка, гласившая: "Марк Форест, старший помощник инспектора Кёльна"

"Видимо, его зовут Марк", — произвёл нехитрое умозаключение единорог.

— Ты сиди тут, а я принесу холодной воды. Помогает с похмелья... — проговорил пегас и направился было к выходу из кабинета, но потом обернулся и сказал, — ты это, повторил бы текст выступления. А то не дай Селестия забудешь...

Проследив за захлопнувшейся дверью, Крей отыскал взглядом стопку скреплённых вместе бумаг, лежавшую тут же на письменном столе и притянул её к себе. Но попытка прочесть хоть что-то оттуда обернулась неудачей — буквы, вместо того чтобы собираться в слова, волнообразными змейками разбегались перед глазами лейтенанта кантерлотской полиции, а тот в свою очередь судорожно покачнулся и вновь с грохотом взгромоздил свою голову на трещащий от такого отношения к себе стол.

* * *

— Невероятно! — воскликнула Твайлайт, — вы тоже это видели?

Крей, тяжело дыша и ежесекундно откашливаясь, не мог выговорить ни слова.

— Ох, простите, что я так резко вас разбудила, без предупреждения... — с искренним сожалением в голосе проговорила принцесса. — В следующий раз буду осмотрительней...

Хозяйка кристального замка встала и прошлась по комнате.

— Итак, мы сумели восстановить одно из недавно произошедших событий в вашей памяти... — проговорила она, — может, вы что-нибудь вспомнили? Иногда даже одного упоминания о чём-то памятном или важном достаточно, чтобы понять всю цепь происшествий...

Единорог, кое-как отошедший от резкого пробуждения, попробовал распознать свои ощущения, но выходило у него это с большим трудом. Он удручённо покачал головой.

— Что ж, печально, — констатировала Спаркл, — видимо, придётся продолжить исследование... Я попробую воссоздать следующее за последним вашим видением яркое событие. Расслабьтесь, я подключаюсь...

Рог принцессы-аликорна вновь засиял своей многоступенчатой сферической оболочкой, знаменуя, что сейчас в комнате творится высшая магия. Крей прикрыл глаза, дабы не портить себе зрение и не заметил, как вновь выпал из реальности...

* * *

Голова раскалывалась, копыта отказывались подчиняться, а в ушах застыло эхо невероятно высокого призвука...

Глаза Крею застилало что-то красное. Оно струилось по его лицу, многочисленными ручейками обрамляя нос, губы, и скатывалось вниз по шее... Единорог прищурился...

Он лежал среди мусорных баков, в некоей смутно знакомой подворотне. Рядом с ним валялся окровавленный кусок арматуры... Отовсюду доносился совершенно отвратительный запах, похожий на смрад мертвечины...

Сие обстоятельство таки придало раненому жеребцу необходимую толику физических сил, и он, превозмогая самого себя, поднялся на ноги. Те предательски зашатались, но под чутким контролем хозяина всё же удержали оного в вертикальном положении.

Крей неуверенно зашагал к мерцающему вдалеке свету ночного фонаря...

* * *

...А разбудил полиспони звук проворачивающегося в замочной скважине ключа...

Спустя несколько секунд, в спальню ворвался запыхавшийся Марк с перекошенным от волнения лицом. Хотя, стоило ему увидеть Крея, как "мордашка" его тут же перекосилась ещё больше, на этот раз уже от ужаса.

— Святые принцессы! Да как же тебя так угораздило!.. — воскликнул он и бросился в ванную, за аптечкой.

Мистер Форест был частым гостем в доме мистера Мирроу. У него даже собственный ключ имелся, на случай чего, но воспользовался он им впервые. Не прошло и минуты, как Марк уже вернулся в комнату, леветируя за собой небольшой коробок с красным крестом, купленный в магазине по акции во время недавней распродажи.

Крей не особо понимал, что с ним такое происходит, почему кто-то ворочает его с боку на бок, постоянно что-то бормочет, откуда так явно несёт лекарствами... Он, по сути, всё ещё спал, но никак не мог себе в этом признаться.

Вдруг, прямо в нос ему ударил резкий и неприятный аромат нашатырного спирта. Единорог закашлялся и распахнул глаза...

— Слава принцессам, ты очнулся... — с облегчением проговорил Марк, — я уж подумал... Ладно, не важно...

Приступив к основательному самоизучению, Крей обнаружил, что на его "бедовую" голову наложена плотная перевязь. Почти вся грива оказалась скрыта под толстым слоем бинтов и ваты, а подбородок опоясала тугая сложенная в несколько оборотов марля.

Единорог вопросительного взглянул на своего друга.

— Тебе бы в больницу показаться... — обеспокоенно проговорил Форест. — Кто это тебя так?

— Н... Не... Помню... — с трудом ворочая челюстью, прошептал Крей.

— Оно и не удивительно... После такого-то удара...

Марк встал с предусмотрительно придвинутого им кресла и осмотрел комнату. После чего, неодобрительно покачав головой, начал один за другим срывать многочисленные плакаты с изображённой на них принцессой Твайлайт Спаркл, начав с самого последнего — с "платьем принцессы".

— Эй!.. Куда?! — только и смог выговорить Крей.

— Понаразвешал тут, понимаете ли, развёл беспорядок... — заворчал Марк, но от плакатов отстал.

Мирроу воспроизвёл отчаянную попытку встать с кровати, но привело это лишь к неуклюжему падению на ковёр.

— Может всё же в больницу? — вновь спросил Форест.

— Ник... какой больницы! — неожиданно для себя встрепенулся Крей, и, всё-таки встав с необыкновенно твёрдого пола, отправился к вешалке за широкополой шляпой. Он знал, что ему срочно нужно куда-то идти, причём неотлагательно.

— Мда... — протянул Марк, — здесь я с тобой согласен. Выступление откладывать нельзя. Сегодня наш шанс!

— Какое такое выступление? — изумлённо переспросил полиспони.

* * *

- Крей? Слышите меня?

— А... Что? Кто это говорит?!

— Успокойтесь, это я, Спаркл. Я нашла способ общаться с вами прямо в вашем подсознании... Интересное у вас жилище, однако...

— Если вы о постерах, то можете быть покойны — сейчас я к вам не испытываю ни малейшей симпатии...

— Что ж, это... Определённо сделает наши с вами нынешние отношения более... Объективными...

— Ладно, проехали... Почему мы остановились?

— Не знаю... В любом случае, продолжим...

* * *

... — То есть как это, ничего не помнишь? — изумлённо, но полушёпотом возмущался Марк, — в смысле, ни капельки?

Тем временем, друзья во весь опор мчались по улицам Кантелота на втридорога нанятой ими крытой повозке — Форест специально доплатил за скорость, по собственным соображениям. Курс они держали прямиком на Центральное отделение полиции.

— Нет, ты меня неправильно понял... — оправдывался уже пришедший в осознанное состояние Крей. — Я помню всё, кроме того, о чём ты говоришь... То есть, помню, как буквально вчера мы с тобой пили сидр в баре, разошлись по домам поздно ночью... А потом я уже очнулся в подворотне...

— Дело в том, что мы уже неделю как не ходим с тобой ни в какие развлекательные заведения... — стараясь, чтобы их не услышали возничие, пояснял Форест, — всё это время ты вёл одно крайне важное политическое дело...

— Слушай, я, конечно, тебе доверяю, но в такое поверить не могу... Прости... — удручённо констатировал Мирроу, — чтобы обычный удар арматурой по голове так выборочно очищал память...

— Тут всё не так просто, Крей, я тебе больше скажу — я уверен, это проделки Эмеральда! — шёпотом воскликнул Марк, — уж кому-кому, а именно ему будет выгодна теперь твоя амнезия... Ладно, это ничего, вот приедем в отделение, там лежит в сейфе твоя папка с делом, ты её почитаешь, вспомнишь всё и сегодня вечером Эмеральд получит по заслугам!

Стоило только ему это сказать, как со стороны носа повозки донеслось:

— Приехали, сэр...

Форест рассчитался с возничими и как можно скорее повёл Крея на третий этаж, где и находился их общий кабинет.

* * *

Папки в сейфе не было...

Два единорога стояли напротив открытого металлического ящика. Один был крайне ошарашен увиденным, а другой недоверчиво смотрел на первого.

— А ты уверен, что она вообще была здесь? — в который раз переспросил Крей.

— Да, — ответил ему Марк, — а также я теперь точно уверен в том, что к этому приложил своё копыто Вернон Эмеральд. Как же теперь быть... Получается, твоё выступление срывается?

— О каком Эмеральде ты постоянно твердишь? — поинтересовался Мирроу.

— Этот скользкий тип бросил политический вызов принцессам Селестии и Луне, обвинив их в пропаганде и массовой промывке мозгов. Они, хоть и крайне удивились такому нахальству, но приняли вызов достойно и решили устроить нечто вроде "выборов", а также дали Вернону две недели на предвыборную кампанию. Сегодня он как раз должен выступить с речью в Совете. Но суть в другом. Тебе, светлая голова, его действия показались весьма подозрительными и ты начал собственное расследование, впрочем, негласно поддерживаемое нашим начальством. Ты никому ничего не рассказывал, обещая, что все свои доказательства изложишь в сегодняшнем выступлении, да и мы, остальные полиспони, особо не лезли с расспросами — в данном вопросе никому доверять нельзя. Что уж врать, я и в себе сомневался, в своей надёжности... А видишь как вышло... В итоге, единственный, кто всё знал, оказался без знаний. Надо было предвидеть это, дубовая я башка!

Форест угрюмо вздохнул.

— Так ты думаешь... Вчера на меня напал этот самый Эмеральд? — спросил Крей.

— Если не он, то его подчинённые... Это же очевидно!.. — Марк нахмурился, — к Дискорду, что же нам теперь делать?!

Единорог со злостью бросился в кресло. В глазах его сверкали "молнии"...

— Ну... Можно, наверное... Ну не знаю, провести повторное расследование? — неуверенно проговорил Мирроу.

— Но с чего начать? Мы даже не знаем, куда ты так часто ездил на этой неделе! — воскликнул Марк.

— Ну-с, тут ты не прав... — Крей улыбнулся и поднялся с кресла.

* * *

— Извините, мистер Мирроу, но мой сменщик сейчас на больничном, — послышалось из будки смотрителя за полицейскими каретами.

— Но... Может тогда, остались какие-то записи? — с надеждой в голосе переспросил Крей.

— Вот, возьмите журнал... — толстая тетрадь в клетку подлетела к носу детектива, — может, там чего и есть...

Мирроу сосредоточенно листал страницы, стараясь выискать нужную информацию, а Марк нетерпеливо крутился неподалёку. Но продолжалось это не долго, так как вскоре Крей нашёл то что искал.

— Марк? Пойди-ка сюда... — позвал друга единорог, — смотри, тут страницы вырваны...

Из будки высунулась голова дежурного. Это был молодой пегас со свисающей кудрявой гривой и шерстью ярко-жёлтого окраса.

— Как это вырваны?! Не может быть! — воскликнул он и выхватил журнал из копыт полицейских.

Смотритель за каретами самостоятельно изучил журнал и лишь после этого вернул его обратно, удручённо покачав головой:

— Беспрецедентный случай, господа... Сколько здесь работаю, ни разу такого не было...

— И как же долго вы тут работаете? — с некоторым подозрением в голосе спросил Марк, — я вас раньше не замечал...

— Это вы загнули... — дежурный расхохотался, — уже восемь лет служу. Просто выгляжу моложе, так все говорят.

Повисла неловкая пауза. Крей вновь рассмотрел место, откуда были вырваны листы. Казалось, их даже и не вырвали, а очень аккуратно вырезали, чем-то чрезвычайно острым. Странно всё это...

— А ваш коллега... Сменщик, что работал тут... Сильно болеет? — несколько отрешённо от происходящего спросил Мирроу.

— Фин-то? Ну, ежели вы его посетить задумали, то многого он не расскажет... Он с балкона навернулся, позвоночник сломал... Бедняга... Всего парализовало...

Полиспони многозначительно переглянулись.

— Что ж... — Крей попытался выдавить из себя улыбку, но получилось лишь нечто измученно-болезненное, — благодарю за помощь. До скорой встречи...

Как только друзья наконец отошли от дежурной будки, Марк наклонился к уху задумавшегося коллеги и прошептал:

— Видишь, чего творится? А ты не верил... Сущий криминал...

— Теперь верю, — в голос ответил Мирроу. В глазах его загорелся необычный азартный огонёк. Он прямо-таки нутром чуял, что ввязывается во что-то смертельно-опасное, но отступать не собирался.

— О, мне нравится этот взгляд! — в свою очередь приободрился Форест. — И всё же... Что мы планируем делать?

— Для начала надо вернуться в кабинет и всё как следует обдумать, — сказал Крей и двинулся к центральному входу.

* * *

— Эй, больно же! Ты чего творишь?!

— Я просто поправляю повязку... Сам же в больницу не захотел...

Наконец, покончив с условностями "проломленного черепа", а также смирившись с головной болью, Крей приступил к мыслительной работе.

— Так ты... Предлагаешь всё же явиться сегодня в Совет? — в который раз спросил его Марк.

— Да... Я хочу взглянуть на этого Эмеральда поближе... — сосредоточенно ответил единорог.

— Ну-с, я думаю, ты прав... Авось вспомнишь чего... — внезапно, Форест вскочил с кресла и начал рыться в ящиках стола. Найдя искомое, он протянул Крею небольшой прямоугольник из картона. Как оказалось, это была визитка.

— Вот, возьми, — попросил он, — здесь адрес доктора Рида, это друг моего знакомого. Я слышал, он буквально творит чудеса в области амнезии. Я понимаю, ты не любишь врачей, но дело не терпит отлагательства...

Мирроу состроил брезгливую гримасу, но всё же забрал визитку себе.

— Так значит... Во сколько там это собрание? — поинтересовался жеребец.

— В четыре часа дня...

* * *

... — А теперь задумайтесь, пони... — восклицал оратор, — почему в нашей истории так мало чёрных пятен? Почитайте наши учебники — ни одного правителя тирана, ни одного голодного бунта, ни одного народного восстания... Вы скажете — но ведь это замечательно! И здесь я с вами не буду спорить. Но давайте погрузим наш разум в глубины истории... Туда, где всё началось... Тогда были войны, тогда были правительственные перепитии... Не спорю, всё вышеперечисленное — события удручающие, но без них не обходится ни одна история нормального государства! Что же такого случилось, что всё вдруг стало так приторно, так радужно? Кто-нибудь из вас помнит? Сомневаюсь... Случилось нечто эпохальное — Эквестрию захватили две вероломные преступницы! Да-да, именно захватили и именно преступницы... Я не постесняюсь этих слов!...

— Мистер Эмеральд, давайте не будем опускаться до оскорблений, — с полным чувством собственного достоинства, парировала Селестия.

— Прошу прощения, принцесса, но я вас не перебивал, когда слово было за вами...

Оратор выглядел... Необычно. Это был пожилой коренастый единорог. Шерсть его словно выцвела, грива покрылась сединой, но что самое странное — рог его был подпилен на верхушке. Буквально затуплён. Что бы это могло означать?

Крею отчаянно не нравился этот тип. Уж кто-кто, а именно он сейчас вероломно отвоёвывал себе доверие горожан. Правда, пока что не очень удачно. Зал роптал.

— Я вижу, вижу вы не верите мне...Что ж... Самое время перейти к фактам, — улыбнулся Вернон, — не так давно, во время своих многочисленных путешествий, я встретился со старцем. Он был совсем немощным, жил в отдалении от посёлков и городов, словно отшельник. Но при том, что передвигаться он мог лишь с величайшим трудом, разум его всё ещё был светел и не поражён загнивающим тлением. Я решил завести с ним разговор. Оказалось, что он, ещё в молодости, давно, лет восемьдесят назад, работал тюремщиком. И не где нибудь, а в нынешнем старом замке Двух Сестёр, что находится в глубине Вечнодикого леса. Никогда не задумывались, почему две почтенные особы провели всё дество в такой глуши, да ещё и окружённые непроходимым бором? Почему этот самый замок так хорошо укреплён? К чему, в конце концов, вокруг него этот огромный ров?

Эмеральд сделал эффектную паузу.

— А потому, что этот совсем не дворец, а крепость! Крепость-тюрьма, где до некоторого момента содержались наши принцессы!

Жеребец взмахнул каким-то листком бумаги.

— Видите это? — воскликнул он, — этот документ дал мне старец-отшельник, перед тем как скончался! Это договор, о принятии его на работу в крепость...

Эмеральд обернулся к Селестии.

— Вы хотели доказательств? Вот они, ваше высочество! Кстати, где же ваша сестра? Небось, опять поссорились и чуть не переубивали друг друга?

— Боюсь, вы погрязли в собственных заблуждениях, Вернон, — всё так же спокойно ответила принцесса, — если вы так убеждены в нашей с сестрой фальши, почему мы должны верить на слово вам? По вашим же словам, подстроить можно всё, что угодно.

— Тут дело не в вере, принцесса, — зловеще ухмыльнулся Эмеральд, — а в правде... [Вновь оборачивается к залу] Я лишь даю вам пищу для размышлений, пони. Как поступать с ней, ваше личное дело...

Оратор было хотел уйти с трибуны, но вдруг снова обернулся к залу:

— Я слышал, мною заинтересовалась полиция? Что ж, это интересный ход, принцесса, но глупый... Ещё увидите...

Крей поёжился. Ему показалось, что Эмеральд смотрит прямо ему в глаза. Но продолжалось это всего долю секунды. Оратор спешно удалился из зала...

* * *

— Мистер Мирроу, что вы видите на этих картинках?

Крей задумался.

— Здесь... Змею. А здесь бабочку... Да, пожалуй именно бабочку... А вот тут параспрайта...

— Очень хорошо, мистер Мирроу. Ложитесь на диван, сейчас мы поработаем с вашим подсознанием...

Крей подчинился.

— Итак, мистер Мирроу... Слушайте мой голос. Ваши веки наполняются тяжестью, по телу разливается приятная слабость... Насчёт три вы погрузитесь осознанный сон... Вы сможете смотреть его как вам угодно. Можете остановиться в любой момент... Итак... Раз... Два... Три...

Послышался звон колокольчика. Казалось бы, пустяк, но в ушах Крея он раздался настоящим набатом. Невыносимый свист буквально заполнял его подсознание...

— Что вы видите, Крей?

— Я вижу... Дом...

— Что в этом доме, Крей? Ты можешь зайти внутрь?

— Там... Он...

— Кто он? Ты знаешь его?

— Он выходит... И говорит...

— Что он говорит, Крей, что?

— Что знает правду... Он говорит, что знает правду...

— Какую правду, Крей? Спроси его!

- Ту, которая убьёт меня...

* * *

Крей с грохотом упал с кушетки.

— Во имя Селестии, вы не ушиблись?!

Твайлайт помогла Мирроу вновь подняться с пола. Глаза его были отрешёнными от действительности, грива всклокочена, а из ушей текла кровь...

Принцесса выпучила глаза и как можно скорее побежала за аптечкой и Спайком.

Спустя полчаса увещеваний и лечебной магии, к Крею всё же вернулся слух.

— Мистер Мирроу? Вы меня слышите?! — из разу в раз повторяла Спаркл.

— Д... Да... — измученно пробормотал единорог, — чт... что это было?

— Я не знаю... — испуганно ответила принцесса, — я сама не знаю... Всё это так... Странно...

— Я вас понимаю... Зачем вы возитесь со мной? Зачем я вам сдался? — спросил Крей у аликорнши.

— Если бы в этом нуждалась только я... — Твайлайт понуро опустила голову. — Вы скорее моё задание, нежели развлечение... Простите меня... Я постараюсь что-нибудь придумать...

Мирроу вновь откинулся на кушетку.

— Продолжим, — решительно проговорил он.

— Вы уверены, что готовы? — переспросила Спаркл.

— Раньше начнём, раньше закончим, — угрюмо ответил Крей, и закрыл глаза.

* * *

— Два дня, Крей... У нас осталось всего два дня, чтобы вернуть тебе память и обличить Эмеральда... — Марк нервно прохаживался по кабинету, периодически оглядываясь на моросящий за окном утренний дождь. — Я договорился с прокурором, твоё выступление перенесли на завтра. Тогда будут последние предвыборные дебаты...

Крей сонно хлопал глазами. Не ведая, зачем его тело проснулось в такую рань, он с наслаждением отхлёбывал из чашки свежесваренный кофе со сливками. В голове его крутились самые разные мысли, от глупейших идей до вполне себе рабочих теорий. Вчера он даже успел составить для себя словесный портрет своего оппонента. Эмеральд был дерзким, уверенным в себе и своём деле, а также весьма опытным, вдумчивым психологом. Отдельно стоит заметить подпиленный рог — намеренно он это сделал, или сие последствие некоего несчастного случая?

— Есть идеи? — спросил Марк у задумавшегося Мирроу.

— Ну-с... Я полагаю, раз у нас уже имеется подозреваемый, следует навестить его в менее... Официальной обстановке...

— Например? — поинтересовался Форест.

— Например, дома... — ответил Крей, — у нас есть его адрес?

— Как же, имеется... Он его даже и не скрывает. Сейчас, секундочку, — Марк начал копаться в собственных бумагах.

— Что ж, если поторопимся, может даже успеем застать его врасплох, — детектив встал с кресла и снял с вешалки шляпу, дабы прикрыть ею перебинтованную макушку.

* * *

Карета высадила коллег на некотором отдалении от нужного адреса — Крей захотел пройтись, подышать свежим воздухом.

— Слушай... — после долгого молчания, заговорил он, — разве я совсем ничего не говорил тебе об этом деле? Прямо-таки ни слова?

— Ну, может ты и собирался, но я не слушал... — весело ответил ему Марк. — Понимаешь ли, тогда такой переполох поднялся, я на самом деле начал сомневаться в своей надёжности. Видимо, зря...

— Понятно... Очень даже... — произнёс Крей, делая между словами невообразимые паузы.

— Как там психолог? Доктор Рид который... — спросил Форест, дабы сменить тему.

— Рид? Я ходил к нему... — угрюмо проговорил Мирроу, — неплохой малый. Да и врач тоже...

— Помогло хоть? — с искренним участием поинтересовался Марк.

— Ну... Это как сказать...

Тем временем, полиспони подошли к крыльцу средненького, ничем не примечательного одногоэтажного домика. Такие часто сдаются в наём. На парадном входе висела торжественная табличка с выгравированной на ней фамилией подозреваемого.

Стремительно поднявшись по немногочисленным ступенькам, Крей постучал. Спустя несколько секунд, дверь гостеприимно отворилась.

На пороге стоял некий жеребец средних лет, одетый в галантный фрак с бабочкой. Грива его была элегантно зачёсана назад, на лице красовались тонкие залихватские усики.

Это был не Вернон.

— Чем могу быть полезен? — спросил некто.

— Здравствуйте, не извольте беспокоиться, мы из полиции... — друзья почти одновременно достали свои жетоны.

— Снова? Что-то случилось? — испуганно спросил жеребец.

— Нет-нет, всё в порядке... Разрешите пройти, а тот тут дождь... — Мирроу поёжился для эффекта.

— Что ж... Ну проходите...

Как только коллеги зашли внутрь, Марк наклонился к уху Крея и шепнул:

— Кажется, мы на верном пути...

— Я помню вас. Мистер Мирроу, если не ошибаюсь, — учтиво заметил пони во фраке, — опережая ваш вопрос, поспешу напомнить — меня зовут Билл Толлер, и я дворецкий при мистере Эмеральде.

— Дворецкий? — удивился Форест, — такая профессия ещё существует? То есть, разве это не пережиток прошлого?

— Как видите, не "пережиток", — немного оскорблённым, но всё таким же чрезвычайно вежливым голосом, ответил Толлер.

Дворецкий прошёл на кухню:

— Хотите чаю?

Марк вопросительного посмотрел на Крея.

— Да, мы не против, — за двоих ответил Мирроу и, вытерев копыта о коврик, прошёл в гостиную.

Та была небольшой, но весьма уютной. Без всяких там каминов, свечей — обычный диван со столиком для газет, электрическая лампа. Вроде просто, но для минималиста в самый раз.

Вскоре вернулся и Толлер с чаем. Он уселся в кресле напротив и, подождав пока гости расположатся по удобнее, спросил:

— Так зачем же вы пожаловали, господа полицейские?

— Как сказать... — начал Крей, — у нас возникли некоторые дополнительные вопросы. На самом деле, мы хотели бы поговорить с мистером Эмеральдом...

— Он сейчас очень занят, дома появляется редко... — вставил Билл.

— ...но вы тоже можете оказать нам отличную услугу. Вы не против?

— Пожалуйста-пожалуйста, я отвечу на все ваши вопросы, — торопливо, и даже немного боязливо, как показалось Крею, ответил дворецкий.

Следующие пятнадцать минут, полиспони по всей инструкции, поочерёдно спрашивали у Толлера самую настоящую банальщину. Когда же была опустошена уже вторая кружка с чаем, Мирроу понял, что пора переходить к следующей фазе.

— Извините, мистер Толлер... Вы не подскажете, где тут у вас уборная? — наигранно сиплым голосом спросил единорог.

— О, конечно... — засуетился дворецкий, — по коридору прямо и направо... Вас проводить?

— Нет, не стоит... — отказался детектив и поспешно зашагал в указанном направлении.

"Как-то даже слишком просто..." — подумал про себя жеребец и, стоило ему скрыться из виду Толлера, свернул в совершенно противоположную сторону.

Пока Марк продолжал донимать дворецкого вопросами, Крей без особого труда нашёл комнату хозяина дома, которая, к тому же, была и не заперта. Полиспони, стараясь производить как можно меньше шума, проскользнул в дверную щель.

Комната оказалась также минималистична и скромна, как и остальные помещения. Из мебели — только кровать и тумбочка. Что ж, меньше времени уйдёт на поиски улик...

Ящики тумбочки оказались пусты, под кроватью — тишина. И только приподняв матрац Мирроу наткнулся на кое-что интересное. Это была наполовину использованная упаковка с некими таблетками, к слову, отвратительно благоухающими на всю опочивальню. Детектив незаметно засунул улику в карман жилета — нужно будет исследовать её на момент химической опасности.

Со стороны гостиной послышались шаги. Крей стремительно выскочил из комнаты Эмеральда и бросился к двери уборной.

— Ха, я уж думал, вы заблудились... — засмеялся увидевший единорога дворецкий и вернулся обратно к Марку.

"Не заметил? Или сделал вид?..", — пронеслось в голове у Крея.

Возвратишись в гостиную и посидев там ещё минут десять для приличия, Мирроу дал коллеге знак, и они засобирались к выходу, крайне любезно поблагодарив Толлера за чай. Тот, кажется, был искренне рад.

* * *

— Итак, что же у нас есть на этого самого Эмеральда? — вслух спросил сам у себя Крей.

Пока Марк отправился относить найденные таблетки на экспертизу, детектив решил проверить все факты, которые у него имеются о своём оппоненте. Их, на самом деле, было не так много...

Отец Вернона был шахтёром, исследовал глубины кантерлосткой горы, мать — певицей в кабаре. Сын долгое время жил у бабушки в Филидельфии, где получил воспитание и образование историка. После окончания университета почти десять лет провёл в беспрерывных экспедициях, некоторые из которых даже не подходили ему по специальности. После этого ненадолго вернулся домой, прожил там два года и... Исчез. Двадцать пять лет он ни появлялся на глаза ни родственникам, ни знакомым. Были, правда, слухи, что он всё этот время отшельничал где-то на крайнем севере, но точных данных ни у кого не имеется.

Объявился он недавно, прямо в Кантерлоте. Получил от умерших родителей по завещанию тот самый дом на окраине города, а также пожизненное право на исследование небольшого отрезка шахт в горе (отец его, Джонатан Эмеральд, невесть зачем выкупил несколько тоннелей у правительства, причём потратив на это все свои сбережения, а также разменяв большую и богатую квартиру на ничтожный домишко).

Впервые Вернона видели на обращении принцессы Селестии к школьникам и студентам в честь начала учебного года. Там он вёл себя весьма пристойно...

Из других родственников Эмеральда можно было выделить его сводного брата, Феликса — сына отца от первого брака. Этот товарищ всю жизнь прожил в Кантерлоте и очень даже неплохо тут устроился. Имеет при себе небольшое предприятие, производящее "Лечебный очищенный безалкогольный сидр". Интересно, успел ли с ним встретиться Вернон?

В эту секунду в кабинет вошёл Марк. Вслед за ним в левитационном облачке летели таблетки и бумага о проведённой экспертизе. Мирроу выхватил последнюю и положил перед собой.

— Хоть бы спасибо сказал... — засмеялся Форест и со всего духу бухнулся в кресло.

В бумаге значилось, что таблетки являются сильнейшим успокоительным, которое назначается только по рецепту врача и в малых дозах. Обычно выписывается особо буйным помешанным. Подавляет их волю и повышает степень внушаемости.

Крей мельком взглянул на друга.

— Читал? — почти безэмоцианально спросил он.

— А как же... Интересная штука, не правда ли?

Мирроу хотел почесать копытом макушку, но вспомнил о повязке и решил отложить сие занятие.

— Слушай, Крей... — перебив мысли детектива, сказал Марк, — я отпросился у начальства на сегодняшний вечер, у меня там, что называется, "по семейным обстоятельствам"... Хе-хе... Ты же не против?

— Валяй, — отмахнулся от него Мирроу.

— Я так и знал! Если чего надумаешь — завтра расскажешь...

— Хорошо... Ты или иди уже, или не мешай работать...

...

Прошло полчаса.

Факт о таблетках никак не давал Крею покоя. Он знал, что это важная зацепка, но куда она ведёт?

Лекарство могло быть выписано только в Кантрелотской центральной аптеке. Но пока там разберутся, кто да что, когда и зачем, уйдёт неделя... А её нет...

Внезапно, в перебинтованную голову единорога пришла интересная мысль. Неделю назад журналистами был проведён соцопрос, в котором они стремились узнать позицию горожан по поводу кампании мистера Эмеральда. Как ни странно, почти 30% опрошенных отозвались о нём... Весьма положительно... Также, по результатам опроса выяснилось, что большая часть приверженцев партии Вернона проживает в Н-ском районе Кантерлота...

Детектив встал с кресла и подошёл к подробной карте города, висевшей на стене напротив окна. Он схватил маркер и обвёл этот самый Н-ский район. Что-то знакомое показалось ему в этом месте...

Крей вновь проверил записи об Эмеральде и тут же вернулся к карте.

Улица Старсвирла, дом 57/в. Именно там, именно в Н-ском районе располагалось предприятие Феликса Эмеральда.

— Ха! — только и смог выговорить детектив, — ха...

Мирроу посмотрел на часы — солнце уже начинало свой спуск по западной стороне небосклона. До нового посещения им доктора Рида ещё оставалось порядком времени. Полиспони, поразмыслив ещё пару минут, схватил шляпу, пальто и вышел из кабинета...

* * *

- Твайлайт?.. Ой, ничего что я по имени?

— Называйте меня как вам угодно... Что случилось?

— Кажется, я начинаю кое-что вспоминать...

— Правда?! Что именно?

— Пока не могу понять... Это очень смутное ощущение...

— А на что оно похоже?

— На холод... Я только что заметил, что у вас тут жутко холодно...

— Эм... Ла-адно... Сейчас я принесу вам одеяло...

— Буду очень признателен...

* * *

— Вот как будет у вас ордер, мы и пропустим. А так — не велено!

Два мускулистых охранника напрочь отказывались пускать детектива внутрь предприятия.

— Ах вот как... Значит есть что скрывать! — в свою очередь воскликнул Крей, больше уже для отстрастки. В душе же он отлично понимал всю глупость своего положения. Надо было просчитать это заранее...

— Вы не волнуйтесь, уважаемый. Как только добудете бумагу — так мы вас, что называется, с распростёртыми объятиями... — с ухмылкой на лице произнёс один из мордоворотов в чёрном костюме.

Мирроу хотел было ещё что-то добавить, но потом, бросив на охранников укоризненный взгляд, двинулся к выходу со двора.

"Что ж, натиском взять не получилось... А на ордер времени нет. Совсем нет...", — подумал Крей, поймал такси и назвал адрес дома, где квартировал доктор Рид.

* * *

— Как вы себя чувствуете?

— Уже лучше, спасибо...

— Вчера вам стало плохо прямо во время сеанса... Это, по правде говоря, не очень хороший знак. Ваше подсознание сопротивляется моим методам... Но это не повод отчаиваться. Знаете, я заметил одну весьма интересную деталь...

— Какую же?

— Ваш мозг очень странно реагирует на... Высокие звуки. Я ещё понаблюдаю за вами, у меня есть одна интересная теория...

— Как вы собираетесь наблюдать за мной?

— Я введу вас в состояние гипноза. Причём таким образом, чтобы вы не могли со мной взаимодействовать...

— Хорошо. Попробуйте...

...

Вновь гостиная Эмеральда.

Вот только теперь в кресле напротив сидит сам хозяин.

— А вы уверены, что существуете, мистер Мирроу? — обратился к гостю Вернон.

— К чему это вы? — непонимающе переспросил Крей.

— Да так... Уже не важно... — Эмеральд будто бы задумался на долю секунды, — да, насчёт того, зачем вы пришли... Вы что, на самом деле уверены, что я просто возьму и "сознаюсь во всех грехах"?

— Я такого не говорил... — Мирроу сосредоточенно наблюдал за каждым движением оппонента.

— Но зачем же вы тогда пришли ко мне? — Вернон наигранно улыбнулся.

— За ответами... — проговорил детектив и посмотрел прямо в глаза единорога напротив.

В них виднелся странный, мутный отблеск. Казалось, что Эмеральд находится сейчас где-то очень далеко, а разговор с Креем для него — пустая забава...

— Кажется, вы потерялись в собственных заблуждениях, мистер Мирроу, — иронично произнёс Вернон, — вы точно уверены, что этот разговор между нами происходил на самом деле? Я бы не полагался на вашу нынешнюю "память"...

— Речь сейчас не о моей памяти! — почему-то воскликнул Крей. Эмеральд явно пытался уйти от разговора, и он этого не допустит.

— Именно о ней, друг мой, именно о ней...

...

- Ну как, узнали что-нибудь?

— Увы — нет. Без вашего участия контролировать ваш мозг оказалось гораздо сложнее...

— Знаете, мне кажется, я что-то видел...

— Так, так... Что именно?

— Я не могу точно сказать... Всё очень смутно...

— Хорошо... Хорошо... Отправляйтесь домой, постарайтесь уснуть. Часто память возвращается именно во сне...

— Как скажете, доктор...

* * *

— Ну, это ты конечно зря... — покачав головой, резюмировал рассказ Крея о походе на предприятие Марк, — благо, не всё ещё потеряно.

— Вчера вечером, пока ты катался на завод, — продолжал Форест, — со мной связалась одна в высшей степени интересная особа. Она выразила желание встретиться с тобой и, по мере возможностей, оказать посильную помощь расследованию...

Мирроу удивлённо посмотрел на коллегу:

— И кто же это?

— О, тебе будет приятно поработать с ней... — растянулся в улыбке красношёрстный единорог и вышел из кабинета, отправляясь куда-то по своим делам...

* * *

В карете, прямо напротив всё ещё не до конца верящего в происходящее Крея, сидела принцесса Твайлайт Спаркл.

Настоящая. Взаправдашняя. Принцесса. Твайлайт. Спаркл.

Мирроу был на седьмом небе от счастья, если оное вообще существовало. Твайлайт всегда была для него кумиром, примером для подражания, да и что уж говорить, первой безответной любовью... Он почти что боготворил её, вылавливал взглядом на королевских церемониях, аккуратно вырезал плакаты и постеры с нею из модных журналов... О, как же он переживал за неё, когда она боролась с разными злобными злыднями...

И вот теперь, она сидит прямо перед ним. Ничего не подозревающая о его чувствах, но это не важно. Ведь она рядом, прямо вот здесь... До неё можно дотянуться копытом и...

— Вы меня вообще слушаете? — немного раздражённым голосом спросила Спаркл.

— Конечно, конечно! — с рвением в голосе ответил Крей.

— Так вот, я слышала, у вас есть некоторые факты против Вернона Эмеральда. Это замечательно!..

— Ну, как сказать... Сие не совсем факты... — перебил принцессу детектив и тут же залился краской, — ой, прошу прощения, продолжайте.

— Ничего, — будто бы и не заметив, проговорила принцесса, — понимаете ли вы, что обличение Эмеральда в преступных замыслах, почти что дело государственной важности! Представляете, что начнётся, если он вот так вот захватит власть? Это же... Это немыслимо! Ведь есть принцесса Селестия... И другие принцессы... Нельзя просто так взять, и.... Простите за экспрессию, просто я очень волнуюсь за завтрашний день...

— Я понимаю, — сочувственно ответил Крей.

— Так что... Я знаю, он задумал что-то недоброе. Помяните моё слово... — Твайлайт выглянула в окошко, — кстати, мы уже приехали...

* * *

План был простым до безобразия.

По сути своей, они полностью повторял вчерашнюю вылазку Крея, но на этот раз его сопровождала одна из принцесс (да к тому же самая любимая!). Кроме них двоих был незамедлительно вызван отряд криминалистов, на случай, если всё пройдёт гладко.

Пока принцесса о чём-то разговаривала с охранниками, детектив предпочёл остаться в стороне, дабы вновь не встречаться с этим амбалами. Вскоре, как и следовало ожидать, мускулистые жеребцы в чёрных костюмах услужливо потупили взгляды и спешно отворили дверь перед принцессой...

Внутри предприятия вовсю кипела работа. Магия, в искусном симбиозе с техникой, безукоризненно выполняла указания машиниста, следившего за многочисленными агрегатами. В одном помещении сидр и очищался, и обрабатывался, и закупоривался в стеклянные бутылки.

Принцесса окинула взглядом территорию производства и двинулась к притаившейся в углу неприметной дверце с табличкой "Директор". Она действовала решительно, и Крей понимал её спешку — уже сегодня вечером должны были состояться последние дебаты между принцессами и Верноном Эмеральдом.

Мирроу решил не мешать Твайлайт, да та и сама и не просила помощи. Спустя пару минут, Спаркл вышла из кабинета уже вместе с дородным мордастым жеребцом — видимо, это и был Феликс. Тот, даже не глядя на машиниста, сделал пару движений копытом, и всё оборудование на предприятии тут же заглохло. Стало неимоверно тихо...

— Хорошо, хорошо, ваше высочество... Как прикажете! — басом засмеялся директор, — пожалуйста, ищите, берите на экспертизу... Что угодно для глубоко почитаемой нами верховной власти.

Крей кивнул криминалистам и те, в сопровождении Феликса и принцессы, начали осмотр помещения...

* * *

— Мистер Мирроу, ваше высочество... — подбежал к "руководителям операции", вышедшим на улицу дабы подышать свежим воздухом, один из учёных. — Ничего-с! Наши пони обыскали всё, что только было возможно. Ни одного хоть малость подозрительного объекта. Всё по закону, по правилам... Также, для изучения содержимого бутылок требуется детальный анализ в лаборатории, но даже беглое магическое сканирование не выявило наличия описанного вами химиката...

— Это плохо, — понуро констатировал Мирроу, — времени совсем нет. А ведь это была такая удачная версия...

— Нет, постойте!.. — воскликнула Спаркл, — тут явно какой-то подвох! Не может быть всё так просто...

Принцесса задумалась и сказала:

— Зря вы всё-таки приходили сюда вчера. Наверняка они успели спрятать улики...

— Возможно... Если здесь и вправду что-то было...

* * *

... — Знаете, многие спрашивают меня — Вернон, почему у тебя спилен кончик рога? Как многие понимают, именно этот сегмент анатомии единорогов является наиболее чувствительным к разного рода магическим колебаниям. Он связывает рогатых жителей Эквестрии с нитями волшебства, витающими вокруг нас в неограниченном количестве. Эти нити связывают всех нас, всех до единого, и кое-кто пользуется этой их особенностью в далеко не самых благородных целях!

Эмеральд бросил недобрый взгляд в сторону принцесс.

— По данным моих личных исследований, магический потенциал жителей Эквестрии, по сравнению с пони других материков, очень сильно занижен. Причём — искусственно! Вы наверняка видели этих инфантильных единорога, которые ничего кроме телекинеза ни разу в жизни и не использовали. Видели пегасов, которые и летать то в прямом смысле этого слова не способны. Земнопони, что окончательно потеряли свою связь с силами земли! Но почему это происходит? Кому это надо? Я вам отвечу! Кому-то из тех, кто не нуждается в личностях. Им нужны рабы — послушные, скованные консервативной моралью и догмами приличия! Вы ведь знаете — все самые продвинутые маги всегда чрезвычайно приближены к правительству — так за ними легче наблюдать, держать в узде... Думаете, случайно ли вышло, что одна из правящих принцесс обладает магией сновидений? Да это же тотальный контроль общества, да такой, что ни какой полиции не надо!

Вернон прокашлялся:

— Кхм... Кстати, о полиции. Вы заметили, насколько низким стал в последнее время уровень преступности? Эквестрия процветает, но как ценой? Ценой свободы, дорогие друзья! И я покажу вам эту свободу, если вы проголосуете за меня на завтрашних выборах!

Из зала послышался неравномерный шум, состоящий из топота копыт и разноголосых восклицаний...

— А сейчас перед вами выступят принцесса Твайлайт Спаркл и детектив Мирроу из полиции Кантрелота! — зазвучал закулисный голос.

Из-за занавеса по очереди вышли вышеупомянутые пони. Крей был весьма сконфужен такой многочисленной публикой, но мысленно сосредоточен и собран, для Твайлайт же подобные речи были не в первой, хотя и она немного волновалась.

Эмеральд с иронической улыбкой взглянул на своих оппонентов.

— Дорогие граждане Эквестрии! — взяла инициативу в свои копыта принцесса. — В виду недавно открывшихся событий, у нас есть основания полагать, что мистер Эмеральд является преступником, а следовательно — не может быть допущен до выборов.

Вернон удивлённо взглянул на Спаркл.

— Я?! Увольте, быть такого не может!

— В результате проведённого мною и мистером Мирроу расследования выяснилось, что вы завоевали своё влияния на пони при помощи химического препарата, подмешанного в "Очищенный безалкогольный сидр", производимый вашим братом, Феликсом Эмеральдом. Сей химикат является опасным наркотическим веществом, пагубно влияющим на психику пони и вызывающий привыкание.

Твайлайт подняла над своей головой пачку с таблетками. В зале послышался ропот.

— Принцесса, да как вы могли подумать такое?! — воскликнул будто бы в высшей степени изумлённый Эмеральд, — это лекарство мне выписали в центральной кантерлотской аптеке, вот у меня даже рецепт есть! [начал размахивать в воздухе какой-то бумажной] Да и боже упаси, разве вы сами ни разу не пробовали этот сидр? Скажите правду, ведь у вас совсем нет фактов...

— Ошибаетесь, мистер Эмерельд! — Спаркл сдёрнула шляпу с головы Крея и указала копытом на перевязанную голову. — А что вы на это скажете?! Разве не ваши пони причастны к этому?

— Нет, я конечно глубоко сочувствую господину детективу, но каким же образом к этому отношусь я? — казалось, Вернон и вправду не имеет ни малейшего понятия о происходящем. — Извольте, но это сущая клевета. Впрочем, чего ещё ждать от ученицы беглой преступницы...

— Не смейте так называть принцессу Селестию! — наступала на него Спаркл.

— Твайлайт, тише, он только этого и... — послышался голос солнцеподобной принцессы.

— А я ожидал от вас большего, мисс Спаркл, — продолжал свои увещевания Эмеральд. — Я думал, вы не станете опускаться до откровенной лжи, как это делают остальные "принцессы". Я хотел оставить вам местечко... Что ж, видимо, становление аликорном — это как РАКовая опухоль, и рано или поздно каждый из крылатых единорогов превращается лишь в алчное, жадное до власти подобие своей прошлой личности... Вы жалки, Спаркл... Вы запудрили мозги господину детективу, а теперь пытайтесь провернуть тот же трюк с простыми горожанами... Стыдно, дорогуша... Как же я презирают вас и ваших учителей...

— Да вы!.. — Да вы!!!... — так ничего и не сказав, Твайлайт убежала со сцены. На её глазах наворачивались слёзы... Сердце Крея забилось чаще чем обычно, и он бросился вслед за ней.

Дебаты были окончены и победитель в них был очевиден.

* * *

— Кажется, я понял причину вашего недуга, мистер Мирроу... И дело тут не в простом ударе куском арматуры по голове... Это так, для прикрытия...

— А в чём же?

— Слыхали о случае в катакомбах под Филидельфией? Какой-то остолоп пришёл туда с друзьями и принёс с собой похожую свиристелку [достал из ящика стола небольшую дудочку с парой колец вокруг её основания]. Представляете, эта штука способна издавать настолько высокий звук, что у услышавших его мгновенно лопались перепонки. Понятия не имею, как она оказалась у этого пони, ибо сразу после выпуска её в продажу она была запрещена Эквестрийским Потребительским Надзором. Но суть не в том... Зашли они, значит, в одну сводчатую пещеру, и идиот с дудкой решил посвистеть. Чего-то там подкрутил в ней, а вот что было дальше — никто не помнит... Четверо из них очнулись в больнице, ещё двое — в морге, у них случилось кровоизлияние в мозг. Оставшиеся же в живых так никогда в жизни и не вспомнили об этом случае и отчаянно утверждали, что не знают друг друга! Вот такой вот случай... Когда-нибудь задумывались о том, как звуковые колебания влияют на мозг?

— Нет, если честно...

— А зря... Ведь уши почти напрямую связаны с мозгом... Звук нужной частоты может как убить, так и исцелить...

— А... Откуда у вас эта свиристель?

— Ну, это уже совсем другая история...

* * *

- А ведь это многое объясняет!

— Вы уже узнали то, что хотели?

— Нет, пока нет... Мы ещё не добрались до самого яркого вашего воспоминания...

* * *

Крей и Твайлайт молча сидели в кабинете детективов, ожидая, пока Марк вернётся с новостями. Всё уже было выговорено, высказано и, по правде говоря, мыслей тоже как таковых не осталось. Такого провала, в том числе и публичного, ни он, ни она ещё не испытывали.

Дверь приоткрылась, и в помещение вошёл Форест. По его лицу нельзя было сказать что-то определённое, но всё же своим видом он внушал некоторую надежду.

— Что ж, коллега, ваше высочество — можете выдохнуть, — весело начал он. — Предварительные результаты голосования показали, что пони в Кантерлоте очень консервативны. 35% голосов у Эмеральда, 65% — у старой власти. Волнения были напрасны господа!..

Гробовая тишина вновь повисла в кабинете. Детектив, хоть и переменился в лице, но всё ещё не испытывал должного облегчения, впрочем, как и принцесса.

— Что-то не так? Я чего-то не знаю? — настороженно спросил Марк.

— Дело в том, что вчера я узнал, как я потерял память... — ответил Мирроу и кратко пересказал другу и принцессе суть разговора с Ридом.

— В любом случае, история уже окончена... — дослушав Крея, сделал вывод Форест. — Прямых доказательств причастности к этому Эмеральда у нас и вправду нет, а этот факт вряд ли повернёт дело в нужное русло...

— Так-то это так, — вступила в разговор принцесса, — но я чувствую — этот пони так просто не отступится. Помните, как он обещал вчера "показать всем свободу"? Очень уж меня это настораживает...

Тем временем, Крей вновь достал из стола бумаги с биографией Вернона.

— Я тут ещё раз проанализировал факты... — пробормотал он, — и знаете, ведь у Эмеральда в собственности тоже есть несколько шахт... Я вчера ещё долго разговаривал с доктором. Он рассказывал мне, что по его мнению, тогда в Филидельфии своды пещер послужили резонаторами для свиристели. Именно по этому она возымела такой мощный эффект...

— Вы считаете, стоит проверить эти самые шахты? — озадаченно спросила Спаркл.

— Да, причём как можно скорее...

— Что ж... — протянул Марк, — увы, меня сегодня перераспределили на новое делопроизводство — это официально закрыто. Думаю, у вас ещё есть время, но вряд ли успокоившееся начальство даст вам подмогу прямо сейчас... Пока объснишь, пока...

— Не нужно подмоги. Я тоже туда иду, — решительно прервала его Твайлайт.

— Ну, тогда желаю вам удачи... Возвращайтесь поскорее... — улыбнулся Форест и сел за свой стол. Почему-то Крею показалось, что он видит Марка в последний раз...

* * *

- Вот оно!.. Приготовьтесь...

* * *

Найти вход в шахты не составило особого труда, да и внутри было полно указателей. Казалось, кто-то специально расчистил дорогу перед детективом и принцессой.

Крей поклялся про себя защищать Спаркл ценой собственной жизни, хотя это и вряд ли потребуется... Что может сделать старый единорог, да и к тому же почти без рога, против такого мощного мага?

Вскоре, они наткнулись на видавшую виды табличку, гласившую:

"Частная собственность Джейсона Эмеральда Вернона Эмеральда". Прямо за ней начиналась длинная цепь связанных друг с другом пещер, ведущая в глубины кантерлотской горы.

Спустя некоторое время, команда из двух пони, двигаясь по указателями, достигла центральной пещеры. Там их ожидало крайне интересное зрелище...

Прямо по центру большого сводчатого зала расположился странный агрегат, вокруг которого на специальных держателях висели разной величины воронки, предназначенные для усиления звука. Внутри агрегата, крайне похожего на паромагический генератор, в специальных мехах разгонялся воздух — сия конструкция присоединялись к длинной трубке, устремившейся в потолок. Сейчас она издавала лишь слабо слышное шипение, которое, в свою очередь, стремительно нарастало...

Рядом с устройством находился никто иной, как Вернон Эмеральд. Он мерно прохаживался вокруг машины и проверял, правильно ли к ней подключены механизмы. Увидев вошедших, он с улыбкой на устах устремился к ним навстречу...

— А я ведь так и знал, так и знал, что вы придёте... Особенно был уверен в вас, Крей, в вас я не сомневался...

— Что вы тут устроили?! — немного резко спросила принцесса.

— Это-с? Ну... — Вернон замялся, — я ответственный пони и склонен выполнять свои обещания. Вчера я обещал показать жителям Эквестрии правду.

— Сделаете с ними то же, что и со мной? — спросил Мирроу.

— Нет-нет, почему сразу то же... Я лишь... Очищу их мозг от сторонних влияний принцесс и иных субъектов... Они прозреют... Разве это не прекрасно?

— Вы безумец! — воскликнула Твайлайт. — Мирроу рассказал мне, что стало с пони из Филидельфии после того, как они услышали этот звук! Вы просто желаете отомстить за то, что они вас не избрали!

— Тише, тише, принцесса... — всё так же спокойно продолжал Эмеральд, — знаете, я даже рад, что вы тоже пришли... Так будет гораздо интереснее...

— Отвечайте, как отключить машину?! — Спаркл была сама на себя не похожа. Было ощущение, что ещё чуть-чуть, и она накинется на Вернона и разорвёт его на части из-за посягательств на честь любимой учительницы.

— Смотрите, Крей, смотрите, кому вы помогаете... — словно не слыша слов Твайлайт, говорил пожилой жеребец. Он достал из кармана куртки ту самую свиристель, которую вчера показывал детективу доктор.

— От... Откуда это у вас? — изумлённо спросил Мирроу, — я только вчера видел это при разговоре с Ридом...

— А вы точно уверены, что этот разговор между нами происходил на самом деле? — Эмеральд крайне странно взглянул на детектива, — за вами было очень интересно наблюдать, Крей. Вы не обычный пони... Вы здесь не просто так...

Перед глазами Мирроу словно пробежали помехи. Он встряхнул головой.

В этот момент Твайлайт не выдержала и сказала:

— Отвечайте, Эмеральд, или я сейчас разнесу ваш агрегат в клочья!

— И этим самым, как и любым нечаянным взаимодействием с ним, только усилите резонанс звуковой волны... — дополнил её предложение жеребец, — и тогда она достигнет не только краёв Эквестрии, но и обогнёт весь мир...

Спаркл, хоть и находилась в полной власти праведного гнева, отошла от аппарата.

Вернон достал из другого кармана куртки револьвер и приставил к собственному виску.

— Знаете что, принцесса — с ухмылкой на лице сказал он, — давайте сыграем в одну игру. Вы расскажете Крею ту жуткую правду, что так долго скрывали от него, а я поведаю вам, как отключить машину. Идёт?

— Какую ещё, к Дискорду, правду? Это вы уже две недели морочите всем мозги! — на мордашке Твайлайт читалось искреннее непонимание, смешанное со странным чувством... Она будто бы разрывалась на части... То, что она так хорошо знала с детства, легко пускал в прах какой-то старикашка.

— Не лукавьте, принцесса... Хотя бы теперь, — ехидничал Эмеральд. Пистолет колыхался в его неровном магическом облачке, а рог искрился от напряжения, но в глазах жеребца читалась решительная готовность к чрезвычайным действиям. — Подумайте, сколько ещё судеб погубит Селестия из-за вашего упрямства. Она — убийца, преступница, не уподобляйтесь ей...

— Замолчите! — рог Твайлайт ярко засветился и она попыталась выхватить оружие из левитационного захвата Вернона. Револьвер выстрелил.

Эмеральд упал замертво.

— Что... Что мы наделали?.. — испуганно проговорил Мирроу.

— Не мы, а я... — пробормотала Спаркл и начала будто в помешательстве срывать со стен звукоусиливающие ракушки. Вскоре, она бросила это занятие, ибо их было уж слишком много.

— Должен... Ведь должен быть способ выключить это! — воскликнула Твайлайт. Тем временем, Звук становился всё громче и громче.

В глубине пещеры виднелась огромная металлическая дверь. Принцесса тут же бросилась к ней.

— Скорее, сюда!

Она повернула какой-то рычаг и дверь медленно начала открываться. Как только щель между створками оказалась настолько большой, чтобы в неё мог пролезть пони, Твайлайт прошмыгнула внутрь. Тоже самое сделал и детектив.

За железными створками расположилась небольшая комната. В ней было двенадцать капсул, в которых в замороженном состоянии находились одиннадцать пони. Одна из них была пуста.

В каждой капсуле возлежал один из городских чиновников, а в самой крайней из них — брат Вернона, Феликс.

Спаркл просканировала помещение:

— Они мертвы... Во всех капсулах вводился яд. Кроме свободной… Она должна быть безопасна...

— Видимо, она предназначалась для самого Эмеральда, — предположил Мирроу.

— Всё верно... — размышляла вслух принцесса, — холод заморозит мозг и не даст перепрограммировать его. Умно...

Твайлайт сделала паузу и ещё раз осмотрела помещение на момент каких-нибудь пультов управления.

— Залезайте, — вдруг сказала она.

— Но... Стойте, но как же вы?! — воскликнул детектив.

— Что вы тут в одиночку сделаете? У меня хоть крылья есть... Телепортируюсь в замок, предупрежу принцесс... Залезайте, говорю вам...

Мирроу, несколько неохотно, но понимая, что он тут уже не помощник, залез в криогенную камеру. Твайлайт грустно посмотрела ему в глаза...

— Я слышала, вы влюблены в меня, — внезапно сказала она, — что ж, не могу сказать, что это взаимно, но вы — хороший пони. Умный, находчивый, а главное — добрый...

Пурпурное магическое облачко окутало толстую стеклянную крышку капсулы.

— Помните — если что, вы последний, кто знает правду, — с самым что ни на есть серьёзным выражением мордочки произнесла принцесса, — не разбрасывайтесь ею...

Крышка захлопнулась. Стало холодно.

Твайлайт Спаркл, ещё раз оглянувшись на замерзающего детектива, поспешно вышла из комнаты.

Как только железная дверь захлопнулась за нею, стены дрогнули...

Крей закричал...

* * *

— Тише, что вы так орёте!..

Мирроу проснулся в холодном поту. Копыта его тряслись, а из носа обильно текла кровь. Его вдруг пробил невероятной силы ледяной озноб. Он взглянул на окно — на долю секунды ему показалось, что небо над Понивиллем выкрасилось в кроваво-алый...

— Но как же... Как же так? — содрогаясь всем телом, словно в предсмертных конвульсиях, спрашивал Крей, — как я здесь оказался? Что это за место? Кто я? Кто... Вы???

Твайлайт улыбнулась.

— Ну-с... По правде говоря, я не совсем принцесса Спаркл... — она оглянулась туда, где находилась стена кристального замка и громко произнесла, — Элвин, глуши машину, а то помрёт ещё!

Всё померкло...

* * *

Стеклянная крышка со скрипом распахнулась и дрожащее тело детектива повалилось на землю.

На месте Твайлайт Спаркл стоял незнакомый жеребец в очках и с блокнотом перед лицом. На груди его Крей разглядел бейджик с надписью "Крис Пейдж. Историк".

— Что всё это значит? — неровным голосом спросил Мирроу.

— Здравствуйте, уважаемый гость из прошлого, — обратился к нему пони, стоявший позади историка, — то, что вы видите, лишь небольшой научный эксперимент. По нашим данным, вы последний, кто достоверно знает, что же на самом деле произошло две тысячи лет назад...

— Именно так, — продолжил Крис Пейдж, — мы покопались в вашей биографии и выяснили, что наибольшее доверие у вас вызывает образ принцессы Твайлайт Спаркл. Это нужно было для того, что бы не сломать окончательно вашу почти погибшую психику. Мы воссоздали логичиные условия, логичную ситуацию... Вы, правда, тоже субъект не из простых, но всё же... В любом случае, эксперимент удался на славу!

— Слушай, Крис, это же сенсация! Надо скорее вытащить его на поверхность! — воскликнул тот, что сзади.

— Ты совсем рехнулся, Элвин? Это же вызовет новую волну революций! Он никогда не выйдет отсюда и точка!

— То есть как это, не... — попытался вставить Крей, но тут же был перебит.

— Стирай всю информацию к чёрту и выключай аккумуляторы! — почти что закричал историк и двинулся на Мирроу.

— Нет, что вы... Не надо... Я никому не скажу... — пытался оправдаться Крей, но никто его не слушал.

Мощная магическая волна подхватила его тело и запихнула обратно в капсулу. Крышка автоматически заблокировалась.

Из генераторов вновь повеяло морозом.

— Нет! Нет!!! Выпустите меня, я ничего никому не скажу!!! Пожалуйста!!! Вы-пу-сти-те!!!

Крей отчаянно стучал копытами по толстому непробиваемому стеклу, и с каждым ударом его тело становилось всё слабее и слабее. Внутрь закрадывалось сладкое чувство умиротворения. Мирроу почувствовал ледяное дыхание смерти...

Историки вышли из комнаты и железная дверь вновь закрылась.

На этот раз навсегда.

Весь свет в помещении разом погас...

* * *

...

...

— Мистер Мирроу? Крей? С вами всё в порядке?

...

— К-кто... Вы?.. — с трудом ворочая языком, пробормотал единорог.

— Как это — кто? — удивилась кобылка, — вы меня не помните?

...

Жеребец сощурил глаза и вновь попытался разглядеть говорящую сквозь мельтешащие перед глазами разноцветные точки. Не вышло...

...

— Нет... — ответил пони. — Не помню...