DOOM - Эквестрия. Том 1: Железный коготь

Фанфик основывается на совмещении сюжетов Doom 2:hell on earth и Doom 3. Основное действие разворачивается через 11 лет после событий первой серии мультфильма. Сержант химической разведки Айрон "Коготь" Лоуген служит под командованием Генерал-Нагибатора Рейнбоу Деш. Все начинается в не самый лучший из дней его жизни. Неизвестная цивилизация чудовищ врывается в измерение Эквестрии. Отчасти вторжение вызвано экспериментами корпорации ОАК, но не все так просто, как кажется...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл ОС - пони

18 часов на сказку

гимн хюманизации

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Мистер Кейк Миссис Кейк Человеки

Повесть о совершенно обычном вторжении ("Магическая фотография для чайников")

Ничто так не бодрит с утра как чашечка горячего кофе, это подтвердит примерно 15% населения Кантерлота. 78% яростно им возразят, утверждая, что кофе напиток заспанных простолюдинов, а вот чай удел настоящих аристократов. 7% горделиво задрав нос заявят, что настоящему аристократу ради борьбы со сном должно хватать пары физических упражнений, но только один рассмеется им всем в лицо и скажет: «Что-что, а метровый, стреляющий молниями, паукообразный голем из всей вашей одежды уж точно подарит вам заряд бодрости на целый день! Это вообще довольно забавная история…» Если бы только этот голем был самым опасным созданием, что этот беспокойный пони притащил в Эквестию... Спасибо за вычитку Диме Леминчуку, Кириллу Пирожкову, Ефрему Пожарскому и Артуру Даркову

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Дискорд

Маяк и море

Короткая притча о любви, маяках, океане и морских пони.

ОС - пони

Выступление

Он - всего лишь танцор-земнопони, отлично выполняющий своё предназначение. Ты - всего-лишь искательница кьютимарок, благодаря которой он смог раскрыть себя. И которая с того самого дня следит за каждым его выступлением...

Эплблум Другие пони

День для Семьи

И вновь пришло это время! День Друзей и Семьи. День, чтобы отпраздновать узы, что связывают всех существ и их возлюбленных. Подготовка закончена, семьи прибыли, и каждый готов к фестивалю, что вот-вот случиться. Для всех, предпраздничная неделя была ничем иным, как нескончаемым аттракционом предвкушений и веселья. Почти для всех. Для Галлуса, это была неделя нескончаемой тоски и воспоминаний. И пока он избегал этого дня всеми возможными способами, он добрался до него. Возможно, некий гиппогриф поможет ему разобраться с этим.

Другие пони

Мечты в небесах

Жизнь кантерлотского инженера одним прекрасным днем негаданно преображает та, что в какой-то момент становится важнее всего на свете. С этого момента увлеченный мечтами о небе, Рэй Трейбс еще сильнее стремится ввысь, но сможет ли он превозмочь те препятствия, что приготовила для него реальность?

Другие пони ОС - пони

Грёзы

После отречения от престола сёстры-аликорны перебрались в маленький курортный городок на окраине Эквестрии. Селестия воплотила в жизнь свою давнюю мечту - открыть кондитерскую, а Луна просто наслаждалась заслуженным отдыхом. Однако со временем Селестия начала донимать сестру нравоучениями о "правильной жизни". Луна долго терпела её выходки, пока однажды та не перешла черту, и беззаботная жизнь перевернулась с ног на голову.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Час визита

Бон-Бон навещает Лиру в психлечебнице.

Лира Бон-Бон

Кудряшка и Корона

Как иногда хочется сбросить надоевшую маску!.. Особенно когда она уже полностью приросла к твоему лицу, скрывая твой истинный, единственно верный облик. Но всегда ли стоит это делать?

Пинки Пай Принцесса Селестия

Автор рисунка: Stinkehund
Глава восемнадцатая. Откровение

Глава девятнадцатая. Дорога домой облита кровью (глава-игра)

Десантный фрегат-глайдер.

— Значит, сейчас мы прилетим вот на эту точулечку, — Пинки Пай ткнула копытом в электронную карту, — соберём там волшебство и тыдыщ: мы победили?

— Если ты веришь в какое-нибудь божество, моли его, чтобы это было так, лошадь. — Проскрипел Эффусум.

— Не будь так мрачна, Твайлайт! — С туго натянутой улыбкой произнесла Рерити, положив копыто на металлический наплечник аликорна в броне. — Ещё не было напасти, с которой мы бы рано или поздно не смогли бы справиться! — Взгляд принцессы явно говорил: "Не дай Селестия, эта будет первой". — И с Шейди непременно будет всё в порядке!

— И всё же я не уверена, — нахмурилась Твайлайт. — если они смогли переместить целый город и несколько тысяч пони в иное измерение, что помешает им сделать это снова?

— Разве я не объяснял? — с раздражением проскрипел Эффусум. — Вас перенесли сюда благодаря тому, что три мира — часть ада, это измерение и ваш дом — были, скажем, сплетены воедино. Границы между ними всё ещё есть, но они гораздо тоньше. И повторяю: это сделали не демоны. У них не было и нет такой мощи. Это что-то иное. Может, Храддо, может... — он помолчал. — Как бы то ни было, этот некто на нашей стороне. Когда мы вырвемся отсюда, он, возможно, отделит ваш родной мир от остальных, вернув тем самым безопасность. Да и демоны после ваших элементов гармонии вряд ли осмелятся использовать тёмную энергию в столь огромных количествах. Они не знают, что могут сломать нас в любую минуту, и это даёт нам шанс. Однако они вполне могут создать армию, не зависящую от тёмной энергии. Эволюция, развитие — они непременно подстроятся под каждое ваше оружие. Давайте посмотрим, что они смогут противопоставить элементам гармонии. Примените их снова — ещё раз докажете свою мощь врагу. Снова напугаете его. Снова получите шанс на выживание...

— Госпожа генерал, — заговорил нервный голос в рации, — на связи третье развед-крыло. Датчики регистрируют снижение концентрации магии на указанных координатах. Это не может быть... я хотел сказать, каковы будут приказания?

Рейнбоу Деш, в потёртом чёрном шлеме и такой же мало презентабельной тяжёлой броне, взглянула на меня, потом на Эффусума, после чего скомандовала:

— Третье, четвёртое и шестое, отдалитесь от целевых координат на предельную дальность ваших сенсоров. Докладывать обо всём — я должна знать о состоянии каждого драного атома в этом секторе!

— Но Деш, что мешает демонам ловить нас на тёмную энергию, как на удочку? — нахмурилась Твайлайт Спаркл.

— Их слишком много, — ответил за пегаску Эффусум. — им не нужна ни стратегия, ни тактика, чтобы убить нас. Думаю, они вообще не причастны к этим магическим всплескам. Вполне возможно, тёмная энергия постепенно просачивается сюда из ада и вашего мира, как жидкость сквозь тонкую мембрану. Уверен, скоро выброс повторится.

— Но почему же тогда демоны бездействуют? — Вмешалась Рерити. — Без магии мы не можем применить элементы гармонии! Мы беззащитны!

— Как будто они об этом знают! — Эффусум кровожадно оскалился. — И к тому же... вам хотелось бы снова подвергнуться атаке с их стороны? Погодите... — он замолчал, приложив костлявую руку ко лбу, а затем улыбнулся ещё шире и прохрипел. — Начинается.

— Генерал? Госпожа Рейнбоу Деш! — крикнул один из разведчиков. — Тут открылся чёртов портал! Постойте, это похоже на одно из летающих пегасьих зданий!

— Видео! Быстро! — Рявкнула пегаска, вдавив копыта в стол перед экраном с картой. Тут же абстрактный набор едко-зелёных геометрических фигур на синем фоне сменило изображение, походившее на улей, полный мечущихся пчёл — таким плотным был поток помех. Постепенно картинка разгладилась, представив взору бесформенный, охваченный когтями алых молний, застывший горный оползень ржавых стен, поддерживаемый грозно сверкающими тучами. Из середины этой металлической груды выпирала башня, увенчанная кручёными рогами и пылающим ореолом.

— Сенсоры указывают на то, что концентрация магии внутри этого объекта достигает высот, не подлежащих счёту. — Сообщил разведчик.

Рейнбоу Деш хмуро посмотрела на своих друзей, дольше всех задержав взгляд на Эпплджек. Оранжевая земная пони вздохнула и положительно покачала головой.

— Генерал! Большая часть здания непроницаема для сканера, однако данные, собранные с нескольких нижних этажей указывают на то, что они заполнены известными формами жизни. Это обитатели нашего мира.

— Ваши датчики могут отличить лошадь от демона? — поинтересовался Эффусум.

— Они отметят чужеродных существ иначе, нежели знакомых, — сказала Твайлайт, с оттенком гордости. — Я лично участвовала в их разработке.

— Что, генерал, план собирается развалиться? — Фыркнул Эффусум, не обращая внимания на принцессу. Он повернулся ко мне и процедил со злорадством. — Целесообразнее было бы отправить за тёмной энергией одного Палача Рока, и высадиться самим только после того, как он зарядит донкельхейтум.

— Одного?! — хором воскликнули Флаттершай и Рерити, в ответ на что сын Титана указал сухим пальцем на Твайлайт.

— Вы слабы. Вы подвержены страху и эгоизму. Чувствам, губившим цивилизации много древнее и умнее вас. Но у него есть шанс побороть и полностью избавиться от них. Палачом нужно стать в первую очередь в душе. — Его палец и взгляд переместились на меня. — Ты вполне способен выстоять, не подвергая друзей опасности. Без права умереть, ты будешь сильнее. Долг! Пускай он движет тобой! Ведь, — в его пустых, призрачных глазницах блеснул свет, — если ты погибнешь, этот мир потеряет всякую ценность для меня. Не пройдёт и мига, как я оставлю вас умирать.

— Мог бы и не говорить этого! Так, для приличия. — Озлобленно прошипела Рейнбоу, затем подошла вплотную ко мне, тихо сказав. — Теперь каждый наш ход имеет право на существование. Айрон, решать тебе.

<Обучение>>

Добро пожаловать на финальную миссию первого эпизода "DOOM — Эквестрии"! Она является интерактивной и предоставляет Вам несколько вариантов прохождения. Позвольте объяснить правила:

Каждый абзац (кроме "Кат-сцен" вроде той, что только что завершилась) будет пронумерован. И в конце каждого абзаца будут приводиться возможные пути дальнейшего развития событий, рядом с которыми будет указан номер абзаца, в котором они описываются. Таким образом, вы будете "перемещаться" по главе, делая выбор за выбором и читая, к чему это привело. Одни выборы приведут вас к смерти, другие подскажут путь, а третьи спасут чью-то жизнь.

Концовка, в целом, одна, но пути её достижения разительно отличаются друг от друга. Рекомендуется запастись листком бумаги, дабы вести учёт боеприпасов, но не пугайтесь такого резкого поворота, вскоре всё станет понятно само собой.

1

Итак, игрок, приветствую тебя в образе сержанта Айрона Лоугена, тебя ждёт твой первый выбор.

Ты можешь отправиться в ужасную летучую демоническую постройку за тёмной энергией в одиночку, уменьшая риск смерти своих друзей. Если да — то отправляйся на абзац №2. (Только потом не кричать «СЛОЖНА»!)

А можешь поступить логичней и взять с собой хорошо вооружённый отряд. Этот выбор приведёт тебя на абзац №3.

2

Твои глаза и глаза Рейнбоу встречаются сквозь шлемы. Вы долго молчите, пока ты, наконец, не произносишь со вздохом:

— Я не могу позволить миру потерять вас. Лучше мне и вправду пойти одному.

Во взгляде пегаски читается сочувствие и понимание. Она медленно кивает, шагает к круглой двери и говорит голосом сурового командира:

— Проверь своё снаряжение. — Она жмёт на шлемофон. — Вызывайте сюда развед-дронов с седьмой и пятой позиции. Пусть как можно быстрее изучат эту громадину.

Ты послушно проводишь быструю инвентаризацию на 8.

3

— При всём желании, я не идиот. — Сухо процеживаешь ты, краем уха улавливая смешок Эффусума.

Очи Рейнбоу наполняются чуть заметной радостью. Она жестом велит тебе следовать. Вы пересекаете узкий и тесный, словно кишка, коридор с тусклыми лампочками на потолке и полу. Дверь в конце приводит вас в помещение попросторнее. На кожаных креслах, вделанных в стены, сидят, облачённые в боевую броню, четверо грифонов и два земнопони. Головы всех, кроме одного жеребца, скрыты шлемами. В этом пони ты с удивлением и некой насторожённостью признаёшь Дэкэя. Солдаты встают и отдают честь, но он, кажется, всецело поглощён твоим взглядом и не обращает внимания на генерала.

— Вольно! — Деш наклоняется к тебе. — Эти ребята будут сопровождать тебя лично. Плюс по два отряда будет отправлено с двух десантных глайдеров, что летят с нами. Бойцы! Проверить снаряжение! Вы помните, на этот раз без аптечек — для них требуется магия единорога.

Ты послушно проводишь инвентаризацию.

Имеется:

1) Лазерный пистолет с подствольным модулем усиленного луча.

2) Стандартный двенадцатизарядный боевой пистолет "Тиран".

3) АУМ-12 с обыкновенными патронными дисками.

4) Статик-пушка.

5) Стрелковая модель БФГ-9000.

— Высаживаемся через капсулы, — говорит Деш. — До начала погрузки — минута. Всё время будьте на связи и... постарайтесь уцелеть, хорошо? — С этими словами она, кинув на тебя последний взгляд, выходит.

Солдаты медленно кивают, перекидываясь угрюмыми взглядами сквозь шлемы. Каждый понимает, что впереди поджидает лишь боль и смерть, что ему не посчастливится оказаться в числе выживших, если они вообще будут. Тебя окутывает давно знакомое с учений ощущение недобрых дум о себе. Эти воины завидуют тебе, боятся тебя. Интересно, что же ты испытываешь по отношению к ним? Презрение? Жалость?

— Ну что ж, по крайней мере у меня будет хороший ответ, если кто-нибудь пошлёт меня к дьяволу, — прерывает тишину один из грифонов. По голосу сразу ясно, кто это: Винд Чилл. — Коготь, мы снова вместе, и снова в полной заднице, а?

— Ты как всегда оптимист, Винд! — Бурчит другой грифон.

— Такая работа, — с ноткой горечи произносит Винд Чилл нараспев, — иначе нельзя, Шторм.

— Мне кажется, или каждый раз, когда мы действуем вместе, случается какой-то трындец? — говорит третий. — Нас почти сожрали у Серебряного Волка, а при Кантерлоте мы сразу отошли, даже не вступив толком в бой. И тут бах — выполняем важнейшую операцию в истории Эквестрии!

Подаётся звуковой сигнал. Свет в кабине выключается, чтобы через секунду вновь загореться, но уже в красных тонах. Ты слышишь Огнехвоста, сухо говорящего, что пора идти к капсулам. Дэкэй, проходя мимо тебя, приглушённо бормочет:

— Сегодня я буду сильным. — И надевает шлем.


Даже Тартар, несусветная огненная пустыня, может восхитить, когда глядишь на неё с высоты полёта глайдера, мчась навстречу гибели. Не возникает ли у тебя вопроса: как же могут простые смертные, не обладающие суперспособностями, улыбаться и верить в жизнь, даже когда несутся туда, откуда наверняка не вернуться? И что можешь сделать ты, дабы их спасти? Может, стоило отправиться одному? Но пути назад нет. Мы потеряли слишком многих друзей, пролили слишком много крови, чтобы отступать теперь.

Далеко позади виден десантный глайдер Рейнбоу Деш. По левую и правую сторону от него висят ещё два таких корабля. Капсулы мчатся, как разъярённый рой ос, норовя впиться в кривую тушу монстра — здания, чья рогатая голова будто ехидно следит за каждым из вас. Рейнбоу Деш и Огнехвост о чём-то переговариваются через рацию, пока ты рассматриваешь эту дьявольскую морду сквозь стекло капсулы. Чем дольше ты одариваешь её взглядом, тем загадочнее и безумнее кажется она. Зловещий оскал движется: то медленно и неявно, то с пугающей быстротой. Как бы то ни было, хорошо, что ты не будешь один там. Хотя бы какое-то время...

— Генерал, — голос пилота-разведчика выводит тебя из транса, — полученные с развед-дронов данные свидетельствуют о том, что изучаемый объект когда-то был погодной фабрикой. Если нам удастся узнать, какой именно, это значительно облегчит ориентирование внутри.

— Продолжайте осмотр. Признаков противника не обнаружено?

— Нет. Один из дронов направляется туда, где были замечены Эквестрийские формы жизни. О результатах будет незамедлительно доложено.

— Значит, фабрика радуги, да? — отвлечённо шепчет Деш, вероятно, не обращаясь ни к кому.

— Десант! — рявкает Огнехвост. — Приготовится к высадке!

Твоя капсула влетает в стену. От удара тебя встряхивает так, будто рядом разорвался фугас. Тем не менее, изнутри почти не видно вмятин в корпусе.

Ты улавливаешь неприятный треск. Что-то красное мерцает у тебя на боку. Это статик-пушка. Её ствол погнут, а элемент питания искрится.

Что делать?

Осторожно вынуть батарею — 7.

Отшвырнуть от себя подальше — 5.

Спросить у товарищей — 10.

4

Твайлайт, Рерити и Эпплджек смотрят на тебя с сочувствием. В глазах Флаттершай виднеется страх, а Пинки Пай сосредоточено чешет затылок, то и дело вздрагивая. Ей, похоже, не до других. А от жутковатой, самоуверенной и довольной улыбки Эффусума по шерсти пробегает холодок. Она заставляет тебя ёжиться и мысленно бороться с нахлынувшим недоумением по поводу происходящего даже после того, как ты поспешно сбегаешь по грязной стальной лестнице за Рейнбоу Деш.

Она ждёт тебя у небольшой ракеты на абзаце 6.

5

Труба отлетает в дальний угол капсулы — на полметра от тебя. Треск становится интенсивнее и громче. В следующий миг она взрывается, разбрасывая частицы нейтрино вокруг себя. Благо, они детонируют до того, как достигают твоего тела. А вот корпусу капсулы везёт меньше: носовая её половина просто испаряется, вслед за чем на уцелевшую часть падает толстая балка, переворачивает её и отправляет с грохотом катиться куда-то вниз. Тебя пытаются вызвонить по рации, но из-за лязга разобрать хоть одно слово невозможно. В конце концов, капсула останавливается.

— Коготь? Коготь! Что там такое?! — кричит Рейнбоу. Чёрт, а она серьёзно о тебе волнуется!

— Я в порядке, в порядке! Посадка не из мягких, но я цел.

Отцепив ремни безопасности, ты не без труда вылезаешь наружу. Капсула попала в нечто напоминающее ангар, о чём говорят размеры помещения и широкие, как большущие сигары, цистерны, давно опустевшие и изъеденные коррозией. Слышится механическое шипение с пронзительным лязгом, леденящего оттенка которым добавляет непроглядная тьма там, куда не удалось пробиться лучам адского света из дыры на месте столкновения капсулы.

— Отряд, перекличка! — объявляет Огнехвост по рации. — Коготь — раз.

— Шторм здесь! Пока не рискую выйти из дроппода.

— Блитц здесь. Вижу тебя, Огнехвост.

— Дэкэй высадился.

— Дабл Даймонд высадился, — говорит незнакомый мужской голос. Это, должно быть, второй земнопони.

— Это Винд Чилл. Я тут капельку застрямши. Ребят? Не пособите?

— На сканере видно, что вы все высадились в намеченную зону, — произнесла Рейнбоу. — Посадка остальных двух отрядов так же прошла успешно. Всем: соберитесь и будьте готовы к любым действиям. Скоро дроны покажут путь до основной цели, но на то, чтобы досконально исследовать это место уйдут часы, которых у нас, боюсь, нет.

— Значит, покидаю капсулу? — спрашивает Шторм.

— Да, — говорит пегаска. — Коготь за стеной справа от тебя. Встреться сначала с ним. Я не хочу, чтоб вы тут по одному ходили!

Достав компьютер из рюкзака и быстро найдя охранную программу слежения, ты видишь маленькие светящиеся точки на чёрном экране с надписью: "Карта недоступна. Местоположение не установлено". Ты смотришь налево, где показана ближайшая точка и, приметив в темноте что-то, что может быть проходом, делаешь шаг к нему, но вдруг замираешь, услышав хруст. Что-то падает позади тебя. Подняв это и приглядевшись, ты признаешь в маленьком осколке фрагмент БФГ9000. Взглянув на пушку, ты обнаруживаешь, что она выведена из строя: выломано несколько кусков ствола и выбиты батареи. Теперь это не больше, чем хлам. То же и с АУМ-12. Похоже, ты неслабо приложился на них во время посадки. Единственным уцелевшим оружием являются обычный и лазерный пистолеты.

Тебя окликают по имени. Из прохода выходит грифон, дружески размахивая лапой.

— Это Шторм. Я нашёл Когтя. — Транслирует он в рацию и кивает тебе. — Идём, достанем Винд Чилла! — Он замечает, как ты выбрасываешь два испорченных оружия, подходит ближе и озадачено произносит. — Воу, как ты умудрился сломать их? Блин, возьми, что ли, мой гвоздемёт, — Шторм протягивает тебе пушку, — я всё равно предпочитаю плазмаган.

Взять оружие или нет? Выбор запомнить или записать, так как в ряде ситуаций он будет иметь значение.

Пока вы идёте за Винд Чиллом в соседний ангар, Шторм ворчит, глядя на КПК и боязливо оглядываясь:

— Шибко неудобная система. Почему нельзя просто встроить эту прогу в бронекостюм? Доставать эту штуковину и отвлекаться очень неудобно.

— Все эти суперкостюмы очень разочаровывают. — Добавляешь ты. — В моём даже прибора ночного виденья нет!

— Да хоть с ним, хоть без — ни черта не видно! Вот и остаётся во всём полагаться на хрупкую ерунду, молясь, чтобы тебе не отгрызли кочан, пока ты смотришь на неё! — Он прикладывает лапу к шлемофону. — Генерал, вы же сможете обнаружить врага, если он появится?

— Если это будет демон из тёмной энергии — да. Возможно, удастся обнаружить роботов. Но зомби, боюсь, нет. Имейте это в виду.

Шорох. Шторм вздрагивает, молниеносно убирает КПК и сжимает плазмомёт. Ты тоже поднимаешь оружие, но это вряд ли поможет тебе среагировать, так как не видишь ничего, кроме тускло светящегося ствола плазмомёта в когтях грифона.

Достать КПК?

Да — 11

Нет, не выдавать себя — 12

Может, зарычать и бросится в темноту? Это может спугнуть монстра. — 14

6

— Развед-дроны уже были запущены, — негромко произносит она, — здание поверхностно изучено, однако пока информации всё еще мало, но времени на доскональный осмотр у нас нет. Демоны больше не дадут нам времени. — Рейнбоу делает шаг к тебе и тихо проговаривает. — Что бы ни случилось, знай: кроме тебя у нас нет никого.

В боку ракеты открывается люк. Ты пролезаешь внутрь (и не спрашивай, как тебе это удаётся с таким обозом пушек за спиной!). Пегаска снова кивает. Люк закрывается за тобой, а Рейнбоу прикладывает копыто к шлемофону.

— До старта десять секунд, — слышится её голос в рации, — мы забросим тебя в, предположительно, наиболее безопасный сектор из просканированных, который, в то же время, расположен ближе всех к скоплению тёмной энергии. — И не забудь пристегнуть ремни безопасности! Шмякнешься ты не слабо!


Даже Тартар, несусветная огненная пустыня, может восхитить, когда глядишь на неё с высоты полёта глайдера, мчась навстречу гибели. Не возникает ли у тебя вопроса: как же могут простые смертные, не обладающие суперспособностями, улыбаться и верить в жизнь, даже когда несутся туда, откуда наверняка не вернуться? И что можешь сделать ты, дабы их спасти? Может, стоило отправиться одному? Но пути назад нет. Мы потеряли слишком многих друзей, пролили слишком много крови, чтобы отступать теперь.

Далеко позади виден десантный глайдер Рейнбоу Деш. По левую и правую сторону от него висят еще два таких корабля. Капсула мчится, как разъярённая оса, норовя впиться в кривую тушу монстра — здания, чья рогатая голова будто ехидно следит за каждым из вас. Ты рассматриваешь эту дьявольскую морду сквозь стекло капсулы. Чем дольше ты одариваешь её взглядом, тем загадочнее и безумнее кажется она. Зловещий оскал движется: то медленно и неявно, то с пугающей быстротой. Страшно, ведь ты будешь там в полном одиночестве...

— Генерал, — голос пилота-разведчика выводит тебя из транса, — полученные с развед-дронов данные свидетельствуют о том, что изучаемый объект когда-то был погодной фабрикой. Если нам удастся узнать, какой именно, это значительно облегчит ориентирование внутри.

— Продолжайте осмотр. Признаков противника не обнаружено?

— Нет. Один из дронов направляется туда, где были замечены Эквестрийские формы жизни. О результатах будет незамедлительно доложено.

— Значит, фабрика радуги, да? — отвлечённо шепчет Деш, вероятно, не обращаясь ни к кому.

Твоя капсула влетает в стену. От удара тебя встряхивает так, будто рядом разорвался фугас. Тем не менее, изнутри почти не видно вмятин в корпусе.

Ты улавливаешь неприятный треск. Что-то красное мерцает у тебя на боку. Это статик-пушка. Её ствол погнут, а элемент питания искрится.

Что делать?

Осторожно вынуть батарею — 7.

Отшвырнуть от себя подальше — аж 101.

Спросить по рации — 10.

7

Ты берёшь пушку и аккуратно подсовываешь когти под батарею. От этого она начинает искриться ещё сильнее, раздаётся гудение, пушка вибрирует, словно блендер и оглушительно взрывается. Бесконтрольный выброс частиц нейтрино вызывает их детонацию внутри твоего тела. Окровавленные куски бронированного мяса разлетаются в разные стороны: тебя разрывает так быстро, что ты не успеваешь умереть и секунд десять наблюдаешь, как твои кровоточащие конечности скачут по подпрыгнувшей от взрыва, капсуле.

Поздравляю! Ты мёртв. Возвращайся к выбору, откуда пришёл.

8

Имеется:

1) Лазерный пистолет с подствольным модулем усиленного луча.

2) Стандартный двенадцатизарядный боевой пистолет "Тиран".

3) АУМ-12 с обыкновенными патронными дисками.

4) Статик-пушка.

5) Стрелковая модель БФГ-9000.

Восхищён? Теперь — на 9.

9

— За мной! — говорит Рейнбоу с напускной твёрдостью, скрываясь в проходе.

Ты подходишь к двери и останавливаешься, объятый сомнением.

Обернуться?

Да — 4

Нет — иди за Деш на 6.

10

— Эм, ребят? У меня тут статик-пушка повредилась. Что дела... — ты не договариваешь, так как она взрывается тебе в лицо. Непроизвольно высвобожденные частицы нейтрино проникают в твоё тело и детонируют, разрывая тебя на куски бронированной понины. Благо, несколько взрываются прямо в твоём мозгу и не даёт тебе взглянуть на свои разорванные останки.

Поздравляю! Ты мёртв. Возвращайся к выбору, откуда пришёл.

11

Экран твоего КПК загорается, разгоняя тьму в пределах полутра метров и делая окружение ещё жутче.

— Ут Клэм... — шипит нечто резким звуком, являющимся чем-то средним между низким голосом и рычанием механизма. Ты светишь туда, откуда это слышалось, но едва первый лучик света достигает того места, существо ныряет в дыру в полу, не дав разглядеть и сантиметра своего тела.

— Контакт! Контакт! — Рычишь ты через до боли стиснутые зубы. — Враг ныкается по вентиляционным и подпольным ходам!

— Чё-ё-ёрт, ну зачем же сразу с головой в дерьмо окунать? — нервно процеживает Винд Чилл. А вы, получив приказ вытащить его и соединиться с остальным отрядом, медленно движетесь дальше. Прямо на 13

12

— Ти-и-и-хо, — одним вдохом шепчет Шторм так, что его можно расслышать только в такую минуту напряжения.

Вы стоите в абсолютном безмолвии несколько минут, после чего, переглянувшись, осторожно идёте на 13

13

Вы выходите в очередной ангар. Здесь уже не так темно: свет прибывает через дыру, пробитую капсулой Винд Чилла. Шторм жестом указывает тебе на неё, а сам, держа плазмаган наготове, вглядывается в темень позади.

— Как открыть это? — спрашиваешь ты, нагнувшись над корпусом капсулы.

— Осторожно отцепи гидравлические крепления по углам люка, — говорит Винд Чилл. — это что-то вроде шпингалетов... ну, видишь?

— Возможно. — Бурчишь ты и безрезультатно ковыряешь когтем одно из креплений. — Как именно я должен это сделать?

— Ну, придерживая за верхнюю часть и очень, очень осторожно оттаскивая нижнюю, медленно поворачивать всю конструктуёвину.

Нахмурившись, ты пытаешься воспроизвести эти действия, но крепление, будто бы поддавшись, с неприятным треском захлопывается и заедает.

— Что? Ты сломал? Я же сказал: осторожней!

— Замолчи, я вообще-то могу тебя и тут сидеть оставить!

— Коготь, — бормочет Шторм позади тебя, — давай быстрее, что-то всё еще рядом.

Ты принимаешься за второе крепление, но оно играет с тобой такую же шутку.

— Ты в курсе, что ты меня отсюда не вытащишь, если сломаешь хотя бы два... только не говори мне, что уже так сделал!

— Ну к чёрту! — фырчишь ты, достаёшь лазерный пистолет и с неожиданной лёгкостью проплавляешь толстый слой металла под возглас Винд Чилла:

— Аккуратней, металл капает!

Вырезав угол, ты подцепляешь его когтями и с огромным усилием выламываешь крышку капсулы, затем разрываешь ремни безопасности, крепко, словно удавы, опутавшие грифона в броне.

— Чего уставился? — Лапа Винд Чилла стучит тебе по шлему. — Спасибо.

— Винд Чилл с нами, — транслирует Шторм в рацию. — Огнехвост, идём к вам.

— Вовремя, — отвечает он. — Блитц как раз нашёл кое-что интересное.

Вы втроём отправляетесь дальше; по пути Винд Чилл тихо говорит:

— Руби-то сейчас на "Даркстаре". В тепле и в безопасности...

— Понятия "безопасность" несовместимы с этой выгребной ямой, приятель, — мрачно бурчит Шторм.

— А Труддусу с Тигги вообще уже ничто никогда не будет угрожать...

— Говорить такое — все равно что заявлять: давайте просто умрём и не будем заморачиваться! — восклицает Шторм, и, заметив, как Винд Чилл качает головой и смотрит в пол, говорит первое слово очень мягко, а далее язвит. — Винд, если я стану подкатывать к Тигги на том свете, ты всё равно дашь мне по клюву?

— Только из принципа, мудила. — Всё так же тихо, но с ощутимой ноткой усмешки бросает Винд Чилл в ответ.

Вы выходите в ангар, где вас встречают Блитц, Огнехвост, Дабл Даймонд и Дэкэй. Последний, взглянув на тебя, склоняет голову и отворачивается.

— Ну что, установили видео соединение с генералом? — спрашивает Блиц, и, получив от Огнехвоста кивок, бормочет. — Готовимся к хорошим новостям, народ.

Он тыкает когтем на что-то светящееся на стене, и у небольшой двери на противоположном конце ангара появляется мутная голограмма высокого пони, стоящего спиной к вам. Слышно отрицательное жужжание двери и нервный голос жеребца:

— Открывайся же! Ну в самом деле!

Снова жужжание.

— Да чего тебе надо от меня? Вот же проклятый пропуск!

Тот же звук.

Внезапно раздаётся частое механическое шипение, идущее в такт с металлическим лязгом. Пони испуганно оборачивается, однако черты его лица на голограмме настолько расплывчаты, что разглядеть его невозможно. Его копыто судорожно тычется в панель рядом с дверью, но она неумолима. Звуки, тем временем, становятся всё ближе. Краем глаза ты видишь, что твои товарищи тоже нервно поглядывают по сторонам, потрясывая оружием.

— А-а-а! — вскрикивает пони и вдруг ойкает, кладя копыто на грудь. — Госпожа Аврора? Это вы?

— Испугались, Зефир? — произносит приятный, вопиюще мягкий кобылий голос позади тебя. Ты оборачиваешься, чтобы увидеть голографическое изображение высокого существа, тело которого напоминает твой костюм, стоящий на задних лапах. Верхние конечности, утолщённые посередине, увенчаны когтями, как у тебя. И отчего-то тебе это сходство совсем не нравится.

— Вы выглядите жутко, — произносит пони и, снова ойкнув, поправляется. — Я хотел сказать... необычно... ну, вы понимаете, я...

— Сочту это за комплимент, господин Зефир Бриз.

— Мне не понятно, что происходит. — Намного спокойнее говорит Зефир. — Все двери, кроме ангарных, позакрывались, связь и свет вырубились! Что происходит? О! У вас же высший ранг здесь! Может, вы сумеете открыть эту дверь? Мне же, понимаете, доверили такое дело... я не могу никого подвести!

— С добычей спектры можно повременить, — потирание когтей киберкобылы друг о друга кажется нервным жестом. Она начинает идти к Зефиру, но останавливается как будто в нерешительности.

— Э-э-э, хорошо... тогда как же нам выбраться? Всё закрыто.

— Хотите уйти? — спрашивает киберкобыла, повернувшись боком к жеребцу.

— Да... нет! Не в смысле с работы, хе-хе, нет! Раз не нужно, тогда я бы хотел вернуться в номер... Надо позвонить сестрёнке, хе-хе...

— Простите меня, господин Зефир, — выдаёт кобыла, глядя в пол.

— Да, конечно... постойте, простить? Ради Селестии, за что, госпожа Аврора?

— Я слабая, я не могу вам помочь так, как вы того заслуживаете. Я даже не могу сделать этого самостоятельно...

— О чём вы?

— Ut Clem! Homicida! — выкрикивает кобыла и, резко развернувшись, начинает удаляться.

— Госпожа Аврора? Госпожа Аврора!

Дикий вопль разрывает воздух, и на пони с потолка обрушивается голограмма сгорбленного существа с потерянными пропорциями. Большего сказать о нём нельзя: изображение показывает лишь его контур. Зефир Бриз вскрикивает и падает, а над его телом поднимается то самое существо.

— Это так... неправильно, — вздыхает Аврора, остановившись у коридора, откуда только что пришли вы, — ещё один хороший жеребец умер... скоро их может не остаться вовсе... Как ты думаешь, может, стоит убивать или изменять только кобыл?

Монстр не двигается и не издаёт звуков.

— Ты права, подруга, мы все вынуждены делать то, что должны, а не то, чего желаем. Не бойся, скоро всё закончится.

Изображение тухнет. Твои товарищи нервно переглядываются. Затянувшееся молчание прерывает Огнехвост, подняв лапу к шлемофону и транслировав:

— Генерал, вы получили это?

— Да, — отвечает Деш после недолгого молчания. — Твайлайт, скажешь что-нибудь?

— Пожалуй, — вступает в разговор принцесса, — если память меня не подводит, эта киберпони — Аврора Дон, первая пони с аугментированным телом. На неё упала повозка с гвардейцами. Никто не думал, что с такими травмами она сможет выжить. Но Объединённая Аэромагическая вмешалась в дело и, прибегнув к вживлению механизмов и электроники, спасла её не только от смерти, но и от инвалидной коляски.

— Не ещё знамо, что лучше, — бурчит Дабл Даймонд, искоса посматривая на тебя.

— Бедная пони была совсем девочкой, едва достигла двадцатилетия. Помню, она месяц ходила ко мне как к психологу. Мне лишь каким-то чудом удалось помочь ей. Потом она оправилась окончательно и устроилась на работу сюда, на фабрику радуги. После этого я мало о ней слышала, да и ОАК не очень-то стремились разглашать такие вещи. — Слышен вздох. — Бедняжка. Ей тоже не удалось уйти от всего этого...

— Мне тяжело задавать такой вопрос, госпожа Спаркл, — говорит Огнехвост. — но какие у неё... что мы можем ожидать, если предположить, что в конструкцию её тела не было внесено изменений?

— Я понимаю. Характеристики примерно помню: во-первых, она хрупкая. Нет, не фарфоровая, но значительно уступает в прочности броне сержанта Лоугена. Во-вторых, достаточно шумная, как вы могли заметить по записи. Изначальная конструкция, естественно, не предусматривала оружия. Но, вы понимаете, всё могло измениться.

— А что за дрянь набросилась на того пони? — спрашивает Винд Чилл в рацию.

— Я не могу знать. Пока всё говорит об одном: Аврора, как бы абсурдно это ни звучало, так или иначе контролирует по крайней мере одно существо.

— Киберпони, вставшая на сторону демонов и командующая ими?! — восклицает Блитц в эфир. — Если так, то почему она сама не пришила этого безоружного?

— Кхм, не знаю. Мне показалось, что она хотела этого, но не могла. Какой-то психоз... подробный анализ из таких обрывков не составишь...

— Отряд, выдвигайтесь, — влезает Рейнбоу Деш. — второй и третий отряды уже идут к целям.


У очередной открытой двери Огнехвост резко замирает и жестом приказывает остановиться всем остальным. Беззвучно прильнув к стене возле неё, он вслушивается с таким напряжением, что, кажется, готов уловить звук мыслей в ваших головах. Затем он указывает на Винд Чилла, скручивает когти в причудливом жесте, и тот, кивнув, так же беззвучно ложится у порога, нацелив ствол вортекс-пушки во тьму. Ты, держа оружие наготове, вновь ловишь на себе безмолвный взгляд Дэкэя. Сквозь забрала шлемов ваши глаза встречаются и долго глядят друг на друга, пока ты, наконец, не киваешь, на что жеребец отвечает тем же.

"На счёт три" — жестом говорит Огнехвост. — "Один" — его лапа ложится на пояс, Винд Чилл приближает голову к прицелу. — "Два" — чёрный овал отделяется от ремня и уносится лапой Огнехвоста, Винд Чилл перехватывает когтями ручку оружия. — "Три" — овал улетает во тьму, со звоном врезается во что-то, и свет от брони внезапно появившегося там солдата-грифона озаряет просторное помещение: мост над сетью труб. Солдат сидит у самого края моста и немного неестественно мерцает. В следующий миг с потолка, рыча, сваливается чудовище, отдалённо напоминающее пони, но с обвисшей, лысой, больной бледно-розовой кожей и торчащими из кровяных корок проводами. Оно кидается на голограмму бойца и тут же получает заряд в лоб из пушки Винд Чилла. Пошатнувшись, оно недоумённо глядит на вас, получает второй выстрел в то место, где должно быть сердце, и падает замертво.

— Сколько же дерьма я сожру за этот день... — бормочет Винд Чилл, потом переводит взгляд на Огнехвоста. — Как ты узнал?

— Оно шипело не в такт трубам, — мрачно бросает он, затем, не оборачиваясь, приказывает. — Коготь, за мной. Ждать нападения. Остальные — сидеть здесь.

Идя за Огнехвостом, ты попадаешь ажо на 144.

14

Страх и напряжение сменяется ураганом злобы. Твоё горло рвёт воздух чудовищным рёвом, пока тяжелобронированное тело, нещадно дробя ржавые половые плиты, несётся вперёд, в темноту. Шторм зовёт тебя по имени, но его голос тонет в оглушительном рёве. Кстати, не только в твоём: что-то грузно лязгает по полу рядом с тобой. Шторм вовремя включает КПК, позволяя тебе во всей красе узреть творение уродливой фантазии. То, что раньше было пони, теперь грубо напичкано электроникой и наспех аугментировано. Провода беспорядочно свисают, отвратительными червями, вылезая из болезненно-розового тела, одно переднее копыто заменено на ружьё, а второе — на искрящуюся циркулярную пилу. В правый глаз вмонтирована громадная видеокамера, в то время как левый, живой, скрыт бельмом.

— УТ КЛЕМ!!! — ревёт киборг и бросается на тебя. Ты инстинктивно отскакиваешь назад, получая шанс контратаковать. Доставать другое оружие некогда, так что ты стреляешь из пистолета.

Смертоносный поток зарядов устремляется во врага. Монстр вопит, и ныряет в темноту.

— Твою мать! Не вижу его! — орёт Шторм.

Вдруг темнота слева от вас вспыхивает ярким пламенем! Взрывная волна отбрасывает вас к стене, а грохот рушащихся переборок окончательно дезориентирует. Но уже через секунду ты приходишь в себя. Ослепительный для привыкших к тьме глаз, огонь наполняет ангар светом. Киберпони, стоявший около каких-то бочек, одним прыжком добирается до Шторма и запрыгивает на него, занося пилу.

Вспомнить про гравихват и отдёрнуть оружие врага — 19.

Ускорить себя джетпаком и протаранить монстра — 20.

Стрелять из обоих пистолетов, держа нейлган с помощью гравихвата — 21.

19

Жужжащая пила дёргается в сторону и впивается в стену, осыпая монстра и грифона снопом искр. Тем не менее, киберпони не теряется и всаживает в грудь Шторма тучу картечи. В этот момент ты, рыча, кидаешься на противника, хватаешь за обе конечности и отшвыриваешь в сторону. Джетпаком рванувшись к оглушённому, лежащему на животе, монстру, ты тяжёлым копытом переламываешь ему механический хребет, затем отгибаешь его голову на себя и вонзаешь когти ему в глаз и видеокамеру. Тот отчаянно орёт, но ты безжалостно долбишь череп врага об пол, пока он не превращается в искрящуюся лужу крови и мозга, исколотого мелкими чипами.

Проверь состояние Шторма на 22.

20

Оружие киберпони опаздывает с убийством Шторма всего на долю секунды. Сбитый твоей могучей тушей, монстр оказывается прижатым к стене в гибельных объятиях с тобой. Твои грозные железные когти сминают циркулярную пилу и дробовик, обезоруживая врага. Ударив его апперкотом, от которого из шеи монстра высовываются трубы, ты разрезаешь по дуге его живот, и, нащупав что-то крупное внутри, вырываешь шипящее металлическое сердце. Поднеся его к затухающей видеокамере отродья, ты сжимаешь механизм до превращения в металлолом, а потом швыряешь его в сторону вместе с уже мёртвым противником.

Далее — 22

21

Пока ты целишься, киберпони уже разрубает глотку орущему грифону. Ты стреляешь, но враг с прыткостью кузнечика отпрыгивает вбок, откуда обрушивается уже на тебя. Ты получаешь удар по шлему такой силы, что твоя шея, отогнувшись, мучительно хрустит, а поток воздуха прерывается. Твоё сознание плавно затухает, пока ревущее отродье вспарывает твою броню и живот, вырывая внутренности и смачно пожирая их.

Ты умер. Вернись к выбору на 14.

22

— Эй, ты живой там? — Ты склоняешься над грифоном.

— Д-да, — слабо отвечает он и, тронув броню на груди, со смехом восклицает, — выдержала, не подвела родимая!

— Коготь? Коготь, Шторм, что за чёрт у вас там творится?! — кричат Рейнбоу и Огнехвост.

— Всё в порядке, — говорит грифон в рацию, садясь, — похоже, мы наткнулись на представителя местной фауны. Сенсоры, по-ходу, вообще его не видели?

— Нет... — фыркает Деш, чертыхаясь. — Всем отрядам, враг невидим для наших датчиков. Соблюдать крайнюю осторожность!

— Генерал, — сообщает разведчик, — мы только что получили видеоданные с дрона, отправленного на место сигнала выживших. Изображение передалось не полностью, но в доступном фрагменте можно разглядеть пони. Карта пути так же передана. Можете отправлять отряд на выручку.

— Не хочу вас огорчать, но нападавшим был аугментированный пони, — произносит Шторм. — Фу, богини дорогие, как такую херобору вообще можно было сотворить?

— Ага... — бормочет Рейнбоу после паузы. — Так, лейтенант Сэнди Сити, высадка и сбор успешны?

— Так точно, госпожа генерал! — Отвечает задорный кобылий голос. — Второй отряд готов порвать кого угодно и в любых количествах!

— Отлично. Отправляйтесь к источнику сигнала жизни. Не спешите, а то вдруг дроны покажут, что там просто сборище киберпони. Но если это не так, и мы действительно можем кого-то спасти, вы не потеряете времени зря.

— Генерал, говорит майор Мидоу Сонг, третий отряд. Разрешите вопрос? — Говорит незнакомый мужской голос. — Вы ведь знаете, что это ловушка!

На минуту повисает пауза. Неловкое молчание наполняет каждого каким-то необъяснимым стыдом. Наконец, пегаска со вздохом произносит:

— Да, знаю. Но мы не можем игнорировать даже ничтожного шанса. В конце концов, мы же с вами живы?

"Пока что" — проносится у каждого в голове.

— Народ, вы обо мне не забыли? — вставляет Винд Чилл с нескрываемым волнением в голосе.

— Да, кстати, — бормочет Шторм, глядя на неспешно угасающее пламя у обрушенной стены. — Нам надо б расчистить путь. Плазмаганом, конечно, можно расплавить завал...

Из рации донеслось шуршание с последовавшим возмущённым вздохом. Внезапно послышался голос Эффусума:

— Палач, не медли! Сейчас же отправляйся за тёмной энергией! Вся ваша суета окажется бесполезна, если основная задача не будет исполнена!

Вы переглядываетесь со Штормом, как вдруг эфир разрывает крик пилота-разведчика.

— Огромный скачок энергетических сигнатур во всём секторе! Повторяю... во имя Селестии...

— В чём дело?! — рычит Деш. — Немедленно передать! Так, Твайлайт, это по твоей части!

— Хм? Очень, очень странно: сплошная волна магии мгновенно разделяется... один поток идёт в уже известную точку на фабрике, а второй — прямо к Кантерлоту и Даркстару! Святая Селестия, это не может быть случайным выбросом! Они атакуют, Рейнбоу!

— Как я и предполагала! — выкрикнула Рейнбоу. — Ничего, не зря наши были заранее мобилизованы! Тем не менее, срочно передать им предупреждение! Огнехвост, живо собирай отряд и двигай!

— К дьяволу сбор! — Сипло рявкает Эффусум. — Никто и ничто здесь не имеет значения, кроме Палача и его миссии! Вперёд, не задерживайся, Коготь!

— Послушай ты, неведомая грёбанная херня, я здесь командир, и я дорожу каждой жизнью! И ты...

— Дорожишь — будешь делать то, что скажет воин с опытом сотен тысяч лет! Пока Палач будет заряжать донкельхейтум, ты введёшь это судно в поток тёмной энергии. Без модулей в костюме Палача мы не сможем собрать должное количество её, но это восстановит меня и всех единорогов здесь.

— А почему бы нам не забрать Айрона и не окунуть его в эту энергию прямо сейчас? — Подаёт голос Рерити.

— Потому что этот шаг очевиден! Они знают, что вы хотите лёгкой победы и дразнят ею вас.

— Как ты можешь так уверенно говорить о том, что они думают? — Спрашивает Твайлайт.

— Рейнбоу Деш, полководец, разве я не прав? — С презрительным пафосом выговаривает Эффусум.

— Прав, — недобро процеживает пегаска, затем едва слышно добавляет. — И за это я тебя ненавижу. Коготь! Время для сольного выступления. Огнехвост, вы отрезаны от Шторма и Айрона? — Получив подтверждение, Рейнбоу продолжает. — Пускай Коготь прямо сейчас выдвигается за этой сраной энергией. Вы пока ликвидируйте обвал. Как закончите, постарайтесь догнать и оказать максимальную поддержку Когтю. Всё ясно? Отлично.

— Госпожа генерал, неопознанные летающие объекты размером с пони в поле зрения! Радар пуст! Они атакуют! — орёт разведчик. — Самонаводящаяся ракета по правому борту! ДЬЯВОЛ! ПОПАДАНИЕ, ПОПАДАНИЕ! КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕ...

Эфир заливает рычащая буря хрипов. Больше не слышно ни одного голоса: связь нарушена. Ты хмуро смотришь на Шторма, в ответ на что он отводит взгляд и мрачно произносит:

— А Винд Чилл прав. Мы в полной жопе. Ладно, я останусь здесь и соединюсь с отрядом, а ты двигай. На, возьми, далеко ты без нормального оружия не уйдёшь!

Он отдаёт тебе дробовик (и гвоздемёт, если ты ранее его не взял).

— Знаешь, очень неприятно чувствовать себя ничтожным фоновым персонажем в истории о героизме другого! — С грустной и натянутой усмешкой говорит грифон и добавляет, видя, как ты вопросительно смотришь по сторонам. — Извини, я не могу точно подсказать тебе, куда именно нужно идти. Энергия сигналила из глубины этой постройки, значит, это примерно туда. — Он указал когтем на дверь с надписью "Выход".

Возле двери виднеется странная панель с кнопкой-капсулой. Нажать — 23. Игнорировать и идти дальше — 24.

23

Крошечный светодиод моргает тебе. Иди на 24.

Подсказка: в лучших традициях DOOM, неизвестно что открылось неизвестно где.

24

Пока ты неспешно пересекаешь пустой коридор, стены и пол которого покрыты следами фаерболов и пуль, тишина изнуряет твои уши. Затишье обманчиво, и ты знаешь это. Образ жуткого киберпони то и дело всплывает в памяти, несколько раз заставляя тебя вздрагивать и удерживаться от того, чтобы выпустить очередь в пасть ненавистной, давящей темноте. Нервирующее чувство дежа-вю заполняет тебя, перенося в глубины комплекса ОАК-сити.

"Они забрали моё дитя..." — ты резко останавливаешься, вскидываешь дробовик и начинаешь судорожно оглядываться, пытаясь понять, откуда шёл этот проклятый звук. — "Святая Селестия, огради нас ото зла..."

Сердце кувалдой стучит в висках, в животе тоже что-то колотится. Стиснув зубы, ты хмуришься и скалишь зубы в пустоту. Внезапно ты осознаешь, сколько причитающих голосов слилось в единый хор. Молитвы, плач, крики агонии — всё это давит на тебя. Мир начинает ощущаться как сон, как ужасный, кровавый сон, не знающий конца.

"Богини... величавые принцессы... Богинь не существует. Мы создали их иллюзию, начав боготворить мутацию"

"Только признав, что богинь не существует, мы получим будущее, ибо научимся отвечать за свои поступки и за то, какие мы есть!"

"В сердце Палача не должно быть места душевной муке!"

Из твоей груди вырывается вопль:

— Хватит! Хва-а-атит!

Тяжело опустившись на пол, ты откидываешь голову к стене и переводишь дыхание. Похоже, все это тебе только мерещится. Неужели ты сходишь с ума? Не соединись ты с силами Эквестрии, как долго ты бы прожил? Сохранил бы себя, как личность? А личность ли ты вообще, или очередной, бессмысленный, жалкий, тупой безликий солдат? Палач Рока... каково это, быть им? Быть бездушным куском дерьма, существующим только для того, чтобы убивать? Да как вообще можно быть тем, смысл жизни которого — в зверстве и убийствах? Можно ли требовать от другого стать пустой, идиотской машиной смерти ради победы?

Что же ты думаешь?

Быть Палачом — великая радость! — 25

Нет, судьба и жизнь Палача ужасны! — 26

25

Мне очень жаль, что ты так думаешь. Но, возможно в скором времени твой цинизм и объективизм пошатнуться. Но для этого нужно делать верные шаги...

А теперь подымайся и топай на 27!

26

Гораздо ужаснее, чем ты можешь себе представить. Когда-нибудь ты узнаешь истину. И, уверен, ты возжелаешь её забыть!

Но пока тебя ждёт 27.

27

Развилка. Свет твоего КПК открывает вид на разрубленный пластиковый стол, залитый засохшей кровью, на панель в стене за ним, и на следы волочения трупа в коридор справа, который такой же тёмно-неприветливый, как его собрат слева. Стараясь оттянуть момент погружения в один из них, ты подходишь к панели и кликаешь на кнопку. Что-то внутри неё щелкает, и комнату наполняет нечёткая бесцветная голограмма. Пони-пегас в трубчатой броне неизвестной модели, без шлема, с взъерошенной гривой и штурмовой винтовкой на копыте, ежесекундно оглядываясь, бормочет, нажав свободным от пушки копытом на грудь:

— Скуталу, Скуталу, ответь! Аврора? Это Орион! Кто-нибудь? — От непонятного постороннего звука он подскакивает на задние ноги, хватает оружие в оба верхних копыта и дважды стреляет куда-то, после чего снова нажимает на грудь и зовёт, уже перейдя на крик. — Да вы что, сдохли там?! Аврора, в какой круп ты забралась?! Скуталу, чёрт побери, куда ты пропала? Скуталу?! Да ответь же! — Из коридора позади него доносится шипение. Пегас оборачивается и застывает, как вкопанный. Лицо его разглядеть невозможно — голограмма слишком расплывчата, но его чувства прекрасно описывает последовавший крик. — О, мать твою!!! — его винтовка взлетает к плечу, заливаясь длинной очередью. Затем, пегас вдруг опускает оружие и бросается туда, куда стрелял, пропадая из поля съемки. Слышен лишь его дрожащий голос. — Ав... Аврора? Какого хера с тобой... нет, нет! НЕТ! — внезапно начинает визжать циркулярная пила, а вместе с ней — и Орион. Не прорисованные части тела сыплются в зону записи, сопровождаясь душераздирающими воплями. Голограмма становиться нестабильной и, расплывшись до предела, гаснет. Хотя не полностью: у того самого коридора показывается голографическая голова пони. Верней, не совсем пони и не совсем голова, а напичканный металлом и электроникой, череп. Странно, что прорисован он намного лучше солдата.

— Скажи, какие у тебя глаза? — говорит морда, глядя прямо на тебя. Ты, холодея, делаешь шаг в сторону, но её взгляд следует за тобой. Постойте, это вовсе не охранная голограмма...

— Ут Клем! Клем! — рычат синтезированные голоса приближающихся кибертварей. Бесцветные глаза голограммы дёргаются вбок, затем она со вздохом растворяется во тьме...

...Но на смену ей на тебя с потолка кидается существо размером с жеребёнка. Рефлекторно закрывшись плечом, ты оказываешься нос к носу с крошечным единорогом, мордочка которого буквально разваливается от имплантов. Его ледяные глаза, преисполненные пустого ужаса, устремлены на тебя, в то время как твоя свободная конечность готова к действию.

Твоя контратака?

Удар в рог — 28.

Перехват дробовика в свободную лапу и выстрел монстру в живот — 29.

Сокрушительный рывок, впечатывающий тварь в стену — 30.

28

Хрупкая жеребячья кость трескается, как карамель, улетая в сторону под пронзительный визг, заставляющий тебя ещё сильнее сжать челюсти. Кто же ты сейчас? Борец за выживание или кровожадный Палач?

Из дальнего коридора тебе в броню прилетает автоматная очередь. Ощутимого урона нет.

Закрыться от стрельбы кибержеребёнком, мёртвой хваткой вцепившимся в твой наплечник — 31.

Сначала прикончить жеребёнка, а уж потом разбираться с остальными напастями — 32.

29

Жестокая туча дроби буквально взрывает слабое тельце, покрывая стены свежими кусками плоти и металла. Но не успеваешь ты выдохнуть, как в тебя прилетает очередь из дальнего коридора. Выбор кары стрелку на 33.

30

Вся твоя масса, ускоренная реактивным ранцем, обрушивается на кибержеребёнка, не оставляя его слабому тельцу даже сотой доли шанса на жизнь: внутренности, перемешанные с проводами и электродами, выплёскиваются тебе на шлем в тот же миг, когда тварь встречается со стеной. Отшвырнув бездыханную тушу, ты получаешь очередь в бронированный бок прямиком из дальнего коридора. Покарай его на 33.

31

Визжащее чудовище стихает, пробитое шквалом пуль в затылок. Одна из пуль пробивает его череп насквозь и выходит через глазницу в забрало твоего шлема. На какую-то долю секунды ты останавливаешься, с недобрым чувством отмечая, что убиенное чадо имеет такой же цвет шерсти и гривы, как и ты. Злые, злые суеверия... Но скажи мне, задыхаешься ли ты, бросая уродливую тушку на пол? С отвращением или безразличием делаешь это? И чувствуешь ли, что любой из ответов ужасен?

Убей стрелка на 33.

32

Дважды ударив кибержеребёнка в челюсть, ты запускаешь когти ему в хрустящее брюшко, поднимаешь его над собой и мгновенно рвёшь пополам, не замечая крови и слизи, дьявольским дождём льющихся на твои плечи. Но едва ты переключаешь внимание на стрелка, как сзади кто-то присоединяется к расстрелу твоего бронированного тела. И пушка этого "кого-то" ни что иное, как плазмомёт. Твой реактивный ранец выходит из строя прежде, чем тебе удаётся уйти с линии огня.

Что делать?

Отступить в единственный коридор, откуда ещё не приходили враги — 34.

Напасть на менее приоритетную цель — автоматчика, надеясь устранить его и занять выгодную позицию для контратаки — 35.

Игнорировать автоматчика и атаковать плазмомётчика:

— В ближнем бою — 36.

— Лазерным и обыкновенным пистолетом — 37.

— Гвоздемётом и дробовиком — 38.

33

Гвоздемёт гудит в твоих лапах, а дробовик парит в гравитационном поле. Этот шквал не оставил шансов как этому монстру, так и тому, которому не повезло издать слишком громкое шипение, готовясь атаковать тебя сзади.

Ты движешься аж на 152.

34

Ты кидаешься в предположительно безопасное место, но вслед за тобой туда ныряет и заряженный шар плазмы. Последствия ясны. Возвращайся на 32.

35

Сорвавшись с места, ты, как танк, несёшься на киберпони, в блестящем поте изуродованного тела которого отражаются вспышки зубастого огня. Но в тот самый миг, когда твоё сокрушительное плечо должно бы смять врага, он с проворностью мухи ускользает, продолжая палить. Одна из пуль пронзает подплавленную броню в районе спины, вторгаясь в лёгкое и отправляя кровь бесконтрольно блуждать по нему. В глазах мутит, голова кружится, но ты умудряешься заметить кнопку на стене, которую тут же нажимаешь при помощи гравихвата.

Дверь, через порог которой ты перескочил в погоне за стрелком, опускается с потолка, перекрывая проход. Слабый отсвет энергии твоего гравитационного левитатора касается двери. Она выглядит мощной, достаточно мощной, чтобы какое-то время выдерживать огонь из плазамагана. Ты спасён, если, конечно, никто не нападёт с этой стороны...

Вытащив КПК, ты освещаешь нечто настолько ужасное, что, наверно, вскрикиваешь. Впрочем, если ты всемогущий Палач...

Железные стены, пол и потолок чередуются в ровном, аккуратном порядке с телами. Пони, чьи конечности отрублены и вместо них в суставы впились пиявки труб, таращат на тебя глаза, безмолвно вопиющие в мольбах о погибели. Куда бы не кинулся твой взгляд, везде — тела, тела и тела! У одного разрезан живот и органы заменены на механизмы, у другого вовсе нет головы — вместо неё труба, исчезающая в безумной паутине сотен подобных. И всё это движется, гудит, чавкает так, что нет мочи провести и секунду в этом кошмаре!

"Воистину интересно, Палач — грохочет окрепший голос Эффусума в твоей голове. — Я ворвался в поток тёмной энергии и вернул часть сил. Нет, полученное мною не составляет и сотой части того, что нам нужно... О, я вижу, ты в замешательстве? Неужели то, из чего состоит каждый из вас, пугает тебя? Палач не должен бояться. Смотри, что там светит зелёным? Не оружие ли?"

Да, в одну из стен воткнуто БФГ9000. Точнее, не в саму стену, а в тело на ней. Ты делаешь шаг к нему, чтобы увидеть, как пушка буквально вросла в живот желтой белой безногой кобылки-единорожки. Она видит тебя. В её отчаянном взоре пылает и мука, и страх, и надежда.

"Что же ты медлишь, Палач Рока? Забери оружие! Забери, дверь долго не выстоит!"

Дрожишь ли ты под тяжёлым взглядом десятков измученных очей? Или же ты хочешь рвать и метать? Хочешь крови и боли?

А очи всё смотрят...

Не хочешь делать выбор? Застрелись и вернись на 32, забудь об этом кошмаре.

А если ты Палач Рока? Сталь снаружи и внутри? Попробуй пристрелить пони — пусть не страдает. Сделай это на 39.

36

Исход тот же, что и на 38.

37

Исход тот же, что и на 38.

38

Ты разворачиваешься к плазмомётчику, но он оказывается вовсе не киберпони, а охранным роботом, наподобие того, в котором пряталась Рерити на заводе в Мэйнхеттене. Ввиду твоей медлительности, шары плазмы без проблем расплавляют твою броню и сжигают бренное тело.

Ты мёртв, вернись к выбору на 32

39

Дуло "Тирана" замирает на лбу у несчастной. Думаю, твоя лапа не дрожит — железные когти хладнокровно держат незначительную массу. Кобыла, вздохнув, если бы могла, закрывает глаза. Курок плавно спускается и пуля пробивает беззащитную головку. Вот только ничего, кроме искажения и без того страдальческого лица гримасой адской боли, это не даёт: рана тут же затягивается.

"А они предусмотрительны... — фыркает Эффусум, после чего резко переходит на крик. — Давай! Давай же, достань пушку и беги за спасением своего рода, или скоро все твои сородичи будут развешаны по стенам!"

Ты всё ещё можешь застрелиться и возвратиться на 32. А можешь замучить женщину ради пушки. Не ты ли хотел рвать и метать? Не ты ли яростно требовал галлонов крови? Война не бывает позитивной. В убийстве нет счастья. Даже здесь, даже в аду! Ну, ну, вперёд! Вырви БФГ9000 из тела незнакомой и ни на чёрт не сдавшейся тебе пони — 40!

40

Железные когти механических лап обхватывают толстый ствол оружия. Ты тянешь его на себя, но он не поддаётся. Глаза кобылы, в диком ужасе сузившись до диаметра иголки, резали бы твою душу, не будь ты и правда Палачом.

Нужно приложить больше усилий, чтобы вырвать эту чёртову хреновину!

Упрись ногой в стену и дёрни...

... вверх — 41

... на себя — 42

41

Кобылка извивается змеёй. Лучше не думать, какая боль давит на её сознание в эту секунду! Но пушка всё ещё крепко сидит!

Теперь тяни вниз на 43!

42

Обрубленное тело несчастной метается из стороны в сторону, насколько это позволяют трубы. Как же хорошо, что она не кричит!

Рвани пушку по диагонали на 44!

43

Слышен тошнотворный хруст. Между БФГ и животом кобылы появляется кровоточащий зазор.

Начни крутить пушку, должен же ты добыть её — 45!!!

44

Что-то блестящее капает на ствол оружия. Слеза. Пони беззвучно плачет, не в силах выдерживать эти муки. Она ждала спасения — любого, хоть смерти — а ты лишь усугубил муку.

Вырви же БФГ на 45.

45

"Прекрасно, а то меня стали одолевать сомнения: вдруг ты отступил от цинизма?"

Пушка у тебя в лапах. Твоя награда за старания. Ты же счастлив теперь, да?

На крохотном, в сравнении с габаритами пушки, таблом, светится цифра "2". Очевидно, что это показатель боеприпасов. Ты должен запомнить или записать это число: с этого момента вплоть до самого финала потребуется вести счёт патронам для этого оружия. Ты можешь воспользоваться им, когда пожелаешь, но я рекомендую беречь заряды. Не факт, что где-то ещё они попадутся тебе.

Дверь, которую ты закрыл, проплавляет поток плазмы, кипящий металл оранжевым ручьём стекает на пол, на тело пони, которого ты ранее не приметил. Хорошо, что он не может кричать. Хорошо, что тебе наплевать.

Выстрелить из БФГ в коридор, испепеляя монстров — 46 (- 1 патрон).

Открыть огонь из гвоздемёта наудачу, ибо врагов не видно — 47.

Отступить и ожидать — 48.

46

Гигантское дуло озаряется ядовитым изумрудным сиянием. Вспышка! Затем тишина, такая же холодная, бесчувственная, как и ты сам. Вон отсюда на 49.

47

Звенящий рой металла протыкает темноту, вырывает из неё крик киберпони и звук падения аугментированного тела на пол. А затем тебе в лоб врезается шар плазмомёта, разжижает забрало шлема и топит твоё лицо и шею в расплавленном металле. Будто тысячи зубов одновременно вгрызлись в твою морду! Да, Палач Рока, почувствуй то, что ощущает тот пони на полу! И знаешь, что? Он тебе завидует. Сейчас ты умрёшь, а его муки продляться ещё очень долго!

Вернись на 45 и выбирай.

48

Повисает тишь, нарушаемая только неслышным, точно призрачным шипением труб, да глухими толчками мученических тел.

Ждать? Тогда на 50.

Осторожно выйти — 49.

49

Коридор пуст. Ты осторожно крадёшься на 152.

50

Снова ничего. Но за время ожидания ты замечаешь ещё одну панель охранной голограммы в паре метров от себя.

Активировать запись — 51.

Выйти — 49.

51

Посреди комнаты вырисовывается бесцветная фигура кобылы-единорожки, опустившаяся на колени и соединившая передние копыта в молитвенном жесте. Дрожащим голосом она бормочет:

— Святая Селестия, святая Луна, защитите меня и дорогих моих, отгоните зло и тьму, отпустите грехи наши, избавьте нас от страданий! — Кобыла левитирует перед собой КПК, не менее молитвенным тоном зовя. — Скуталу, милая моя, ответь! Скуталу? Это Свити Белль! — Но в ответ слышны только хрипы. Единорожка рассеивает магию, позволяя компьютеру звякнуть об пол, и снова принимается молиться. — Святая Селестия, святая Луна...

Экран КПК озаряется бледным сиянием и единорожка судорожно хватает его, прикладывая к уху:

— Скутс? Слава богиням! Где ты? А? — Кобыла светит КПК на стену и вытягивает шею. – Утилизационная шахта семь... Ша-а-ахта се-е-емь... Это под северным крылом ангара… Вот! Вижу! Это близко! Я иду, я сейчас буду, дорогая!

Запись расплывается в помехах, чтобы на несколько секунд сформироваться в ту же кобылку, но уже лишённую конечностей и поднятую в воздух, а затем окончательно вырубиться.

— Я видела многих, кто отчаивался, — произносит мягкий синтезированный голос со стороны расплавленной двери. Резко обернувшись, ты берёшь высокую фигуру, освещённую голограммой вокруг головы, на прицел БФГ.

Стрелять — 52(- 1 патрон).

Выхватить другое оружие — 53.

Ждать — 54.

52

Электронный вопль вонзается в уши, погружая их в бездну болезненного звона. Когда же к тебе возвращается слух, от врага не остаётся ни следа. Лишь только изуродованные пони, тела которых пожёг выстрел, рвутся из стороны в сторону, восстанавливаясь. Ты, перед тем, как уйти, освещаешь КПК то место, куда смотрела Свити Белль, и где, следовательно, была карта, но там виден лишь след от попадания фаербола. Выходи на 49.

53

— А ты не склонен к разговору? — вдруг выкрикивает Аврора. Над её плечом выдвигается что-то светящееся, а мигом позднее ты падаешь на спину с фонтаном крови, бьющим прямо из горла.

Возвращайся к выбору на 51.

54

Голова продвигается вперёд, открывая взору контуры всего тела. Лапы с железными когтями и толстыми браслетовидными кольцами на местах локтей, механические ноги, походящие на грифоньи, — всё это крепится к могучему бронированному торсу. Аврора подносит лапу к голографическому лицу, вращает её и, взглянув на тебя, мягко говорит:

— Мы одинаковы, не так ли?

Внезапно она бросает взгляд на потолок и её голографические глаза расширяются. А затем яркий свет, сопровождающийся чудовищным грохотом, ослепляет тебя. Тяжёлый удар сотрясает стены. Когда глаза адаптируются, в потолке уже зияет широченная дыра, через которую виден дымящийся десантный фрегат, несущийся прямо на вас с Авророй! Ты едва успеваешь отскочить в дальний угол, как грузная махина глайдера плугом проходится по крыше комплекса, вспахивает носом ваше помещение, по пути сминая Аврору, а затем взрывается, разнося остатки ровных коридоров на кусочки. Две стены и пол с потолком были полностью выдраны, открыв тебе прекрасный вид на пылающую пустыню с головокружительной высоты.

— Маршал, это сраный портал! — оживает связь. — И через него проходит что-то большое!

— Госпожа маршал, лейтенант Сэнди Сити мертва! Некуда отступать — нас зажали в угол! Это бойня! Третий отряд не отвечает!

— Это маршал Эвент Хоризон! Двадцать пятая дивизия, какого чёрта вы ещё не укрепили тыл?! Ничего знать не хочу! ВЫПОЛНЯТЬ ЗАДАНИЕ! О, у нас появилась связь с генералом Рейнбоу Деш! И Когтем! Эй, вы! Что бы вы там ни планировали, не тяните, чёрт вас задери!

— Наконец-то, связь! Говорит Винд Чилл! Отряд разбит! Трое бойцов мертвы, командир без сознания, и ещё один солдат пропал! Я ничего не вижу! Каковы приказания?

— На связи генерал Рейнбоу Деш! Держись, сынок. Постарайся спрятаться и не выдавать себя — они отвлечены на нас и на наш упавший фрегат! Коготь, сукин ты сын, ты здесь?!

— Слушаю, генерал! — процеживаешь ты, завидев гаусс-пушку, застрявшую промеж стальных листов у самого края пропасти.

— Источник тёмной энергии переместился к подножию рогатой башни! — сообщает разведчик, прежде чем кровавое небо разрывает зигзагообразная молния и криков в рации становится больше.

— Ё! Коготь, тащи свою жопу туда, пока раса пони ещё жива! — Рычит Деш. — Эта херовина нас сейчас собъёт! Садимся!

— Прекрасный план — прекрасное исполнение! — бросаешь ты и, отойдя в противоположный край того, что только что было помещением, забираешься, вонзая когти в зацепки в стене и тела прикованных пони, на крышу. Отсюда видно ещё больше: например, единственный фрегат-глайдер, стремительно приближающийся к тебе, попутно пуская снаряды в рогатую башню, вокруг которой клубятся облака багрового тумана. Щит Йорр.

"Нет, не собъёт! — телепатически хрипит Эффусум. — Палач, сосредоточься на миссии и не думай ни о ком другом! Никто не заслуживает твоего внимания в эту минуту!"

Действительно, можно игнорировать радио — там слишком много мусорных криков.

Прямо над тобой пролетает горгулья. Действия:

Атаковать — 56.

Найти укрытие и атаковать оттуда. Например, вон под тем сбитым развед-глайдером — 55.

55

Гаусс-пушка вздрагивает в лапах, выпускает заряд, перебивающий хребет твари, после чего начинает приятно вибрировать. Рогатая башня поворачивает свои горящие очи к тебе, одаривая дьявольской улыбкой. Промеж кручёных рогов концентрируется энергия: сейчас будет стрелять.

Спрятаться под глайдер — 57.

Спрыгнуть с крыши в комнату, откуда вылез — 58.

Бежать зигзагами на башню, изо всех сил уворачиваясь — 59.

Показать этой грёбанной башне средний коготь — 60.

56

Ты ныряешь под помятое крыло. Затем, встряхнув гаусску в лапах, прицеливаешься и стреляешь ей в брюхо. Тварь поворачивает морду к тебе, получает добивающий заряд в лоб и отправляется в последний полёт, завершающийся кровавым столкновением с крышей и размазыванием кишок и прочих внутренностей по стальным листам. Тебя охватывает знакомое чувство силы и тепла в передних ногах. Донкельхейтум заряжается...

...А потом молния, выпущенная из башни, разрывает тебя на мелкие кусочки. Это случается так быстро, что ты во всех подробностях видишь, как холодный металл обагряется алым дождём ошмётков твоего тела.

Вернись на 54.

57

Ты с прытью зайца и тяжестью мамонта прыгаешь под крыло глайдера в ту секунду, когда башня выстреливает. Молния подрывает то место, где ты только что был. Тут же линии на глади стальных листов пучатся, будто вспахиваемые невидимым плугом, образуя крест. По ходу, прямо под крышей залегают трубы с взрывоопасным газом! И полоса взрывов несётся прямо на тебя!

Уйти с линии, покидая укрытие — 61.

Оставаться на месте. Такой взрыв броня, скорей всего, выдержит, в отличие от попадания башни — 62.

58

В тот же миг, когда ты прыгаешь, башня стреляет. Молния взрывает крышу, пока ты ещё в воздухе, взрывной волной вышвыривая тебя на десяток метров за пределы летучей фабрики. Над тобой — багровое небо, под тобой — пустыня, черты которой едва различимы на такой высоте. В рации стоит крик, возможно, относящийся к тебе и твоей судьбе. Что ж, я рад, что не всем наплевать на твою смерть...

Вот и земля! Удар! Ты приземляешься на три конечности, брутально подняв третью в воздух.

"Поглощение энергии столкновения..." — заявляет костюм. — "Провалено"

Нет, не надейся. Ты всё равно сдох. Иди назад, на 55.

59

Нет, не прокатит. У башни всё в порядке с точностью. Стоит ли описывать, насколько красиво твои ошмётки разлетаются в разные стороны?

Вернись на 55.

60

— Поди трахни себя!

От такой наглости даже демон охренел. Это даёт тебе время на ещё один выбор на том же 55.

61

Ты спасаешься от взрывов, но не от демонической башни, чья молния разрывает тебя на кусочки.

Возвращайся на 57.

62

Разрыв подбрасывает тебя в воздух, чтобы ты сразу же рухнул в образовавшуюся дыру. Метров десять ты летишь в практически свободном падении, задевая металл и переворачиваясь в воздухе, затем плашмя впечатываешься в пол, оставляя в нём вмятины, будто он не стальной, а пластилиновый. Тут же поднявшись, ты обнаруживаешь себя у широкой двери в знакомом по стилю коридоре. Но помимо этого поменялось что-то ещё, как будто чего-то не хватает... что же это? Точно! Радио снова замолкло. Ну, не проблема. Ты и так самодостаточен, Палач. Оружие в порядке, броня тоже — вперёд, открой дверь на 63!

63

Ты кликаешь на кнопку и дверь начинает медленно открываться. Слишком медленно.

Спокойно подождать, пока она откроется — 64.

Да что она себе позволяет? Подтолкнуть — 65.

64

Дюйм за дюймом, дверь неторопливо скользит вверх с таким видом, будто её совершенно не волнует спасение мира, пинание монстров и тому подобное. Примерно через минуту промежуток между полом и дверью всё ещё не выше твоего колена. Интересно, чем вызвана такая терпеливость с твоей стороны? Погодите, что это за шипение?

— Попался! — выкрикивает голос Авроры когда твою переднюю ногу хватает железная лапа и, втащив твоё тело под дверь, швыряет головой вперёд. Впечатавшись бронированным затылком в металл, ты секунды четыре летишь, смутно различая очертания объектов, пока не замечаешь ракету, несущуюся прямо на тебя.

Джетпаком столкнуть себя с траектории (если не сломан) — 66.

Гравихватом сбить ракету в сторону — 67.

65

Сжимая оружие в одной лапе, ты просовываешь когти в дюймовый зазор между дверью и полом, пригибаешься, затем резко, ломая механизмы, выталкиваешь её вверх.

— Ах! — восклицает голос Авроры, стоящей прямо перед тобой, только уже без голографической мордочки.

Ты машинально обрушиваешь на неё мощь апперкота, посылая в полёт, продлившийся, по звуку, как-то слишком долго. Ты шагаешь вперёд, только чтобы оказаться на краю настоящего оврага: огромный лестничный пролёт, являвший собой это помещение, провалился в какой-то тускло освещённый производственный зал внизу, о чём говорят беспорядочно разбросанные механизмы. Дверь позади тебя, не пережив столь грубого обращения, с лязгом ухает вниз, перекрывая проход. Но тебе же назад не надо, так?

— Ут Клем! — доносится снизу, вместе с ракетой для придачи словам веса. Платформа под тобой срывается с шатких креплений и отправляет тебя навалять обидчику.

"Поглощение энергии столкновения" — сообщает костюм, когда ты врезавшись, как метеорит, опрокидываешь стоящих вокруг киберпони и грозно встаёшь.

Выстрелить из гаусски (требует найденное оружие) в Аврору, лежащую на полу с искрящейся спиной — 68.

Запустить заряд БФГ в Аврору. Это не заденет киберпони, которые вот-вот поднимутся и атакуют тебя — 69. (-1 патрон)

Броситься на Аврору, чтобы вступить в ближний бой — 70.

Отступить в угол, чтобы видеть всех противников и выбирать действия оттуда — 72.

66

Снаряд взрывается где-то наверху, выдавливая из Авроры крик. Ты, сгруппировавшись перед столкновением, тяжело приземляешься на все копыта, ударной волной опрокидывая киберпони вокруг. На изуродованного киборга с ракетницей в спине, распластавшегося перед тобой, падает Аврора, что сопровождается смачным хрустом костей и синтетическим воплем. При относительно ярком свете её механическое тело предстаёт во всех деталях. Лапы с когтями, которые можно было бы назвать точной копией твоих, не будь на месте суставов широких искрящихся браслетов, от которых провода змеятся до самых плеч. Голова — единственное, что отдалённо связывает это существо с пони — покрыта лысой и больной кожей.

Выстрелить из гаусс-пушки в Аврору (при наличии) — 68.

Запустить заряд БФГ в Аврору. Это не заденет киберпони, которые вот-вот поднимутся и атакуют тебя — 69. (-1 патрон) (при наличии пушки)

Напасть на Аврору в ближнем бою — 70.

Расстрелять из пулемёта и гвоздемёта (при наличии этих оружий) — 74

Отступить в угол, чтобы видеть всех противников и выбирать действия оттуда — 72.

67

Исход тот же, что и на 66.

68

Пробитое тело Авроры скрючивается, а синтетическое горло разрывается криком, но ликовать рано — враг позади выпустил очередь плазменных шаров тебе в затылок, испарив голову и всё её содержимое. Вернись к выбору.

69

Изумрудный шар устремляется к Авроре, а ты разворачиваешься к шестерым киберпони, уже пришедшим в себя и нацелившим на тебя всевозможные пушки.

Один заряд БФГ решит проблему. Готов ли ты его потратить? Если нет, то другого выхода нет, придётся вернуться на 66. Но если да, то узнай, что дальше на 75.

70

Твоя многокиллограмовая туша молниеносно обрушивается на Аврору, чтобы столь же молниеносно улететь к стене, отброшенной ударом, ни в чём не уступающим твоему. Это, кстати, спасает тебя от очереди плазменных шаров, что плавит какой-то металлолом над тобой: шестеро киберпони уже пришли в себя.

Выбирай действия на 72.

71

Зарычав, ты скачешь на врага, подлетаешь, толкаешь себя реактивным ранцем, становясь настоящим снарядом. Однако как бы ты ни был быстр, киберпони ещё быстрее — он мгновенно откатывается вбок, спасаясь от участи лишиться головы из-за твоей ноги. Его сородичи срабатывают с чёткостью спецназа: тот, что на трубе, взрывает твой джетпак из вортекс-пушки, а плазмомётчик превращает твой шлем в огненную речку, со страшной болью выжигающую твоё лицо. И напоследок, пока ты ещё не умер, механическая лапа Авроры поднимает тебя в воздух и нашпиговывает твоё многострадальное брюхо дробью.

Вернись на 72.

72

Ты резко ныряешь в угол, избегая очередной атаки плазмомётчика, одновременно с тобой спрятавшегося за вертикально стоящей, измазанной в крови, конвейерной дорожкой. Остальные киберпони рассредотачиваются: двое рвутся к тебе, пронзительно жужжа циркулярными пилами и посылая безвредные очереди пуль, один запрыгивает на какую-то толстенную трубу на стене, целясь оттуда из, предположительно, вортекс-пушки, и еще двое, вырвав из пола грязные листы металла, скрываются под ним.

Киборги с пилами слишком близко для использования БФГ, а если у тебя оно есть, то джетпак сломан и тебе не обойти врагов для выстрела.

Но если у тебя есть джетпак, можешь перескочить через киберпони на 71.

Можно выстрелить в первого бегущего из гаусски, а второго встретить дробовиком — 73.

Если гаусс-пушки нет, то у тебя явно есть пулемёт. Расстреливай на 77!

Или гравихватом кидаться разным хламом, не позволяя им подойти достаточно близко, одновременно расстреливая из гвоздемёта — 76.

73

Голова и плечи первого киберпони взрываются кровавым фонтаном, а второй, кинувшись на тебя и отбив гаусс-пушку в сторону, сталкивается нос-к-носу с дробовиком, левитируемым твоим гравихватом. Выстрел! И без того уродливая морда принимает еще более отталкивающий вид, а её обладатель шатается, оглушённый. Ты охаживаешь его свободной лапой по спине, ломая позвоночник, и бьёшь гаусской по шее с противоположной стороны, буквально переламывая врага пополам. Перебитые трубы и артерии изливаются кровью и дёгтем.

Выстрел вортекс-пушки прошибает наушник твоего шлема, заставляя мышцы отбросить твоё тело за кучу хлама. Нужно убить того урода на трубе, да и плазмомётчик не дремлет — укрытие быстро плавится под напором его шаров. Одна Аврора выжидающе лежит на полу в позе плотоядной кошки, готовой к прыжку.

Подстрелить снайпера и плазмомётчика из гаусс-пушки, сидя в укрытии — 78.

Выстрелить в трубу под снайпером — она, может быть, красиво взорвётся — 79.

Выстрелить в морду Авроре — 96.

74

Исход тот же, что и на 68.

75

Заряд БФГ, не выпуская лучей при полёте, сталкивается с полом между киберпони. Ядовито-зелёное пламя за считанные секунды съедает врагов, вновь оставляя тебя в гордом одиночестве. Ты ведь один, да?

Ты рефлекторно оборачиваешься, чтобы встретиться с обугленной, лишённой нижней четверти тела, Авророй.

— МЕНЯ ТАК ПРОСТО НЕ УБИТЬ! — визжит она, и её браслеты, щёлкнув, выплёскивают тебе в грудь картечную бурю. От тяжёлого удара броня вминается тебе в грудь, а сам ты отлетаешь к стене. Аврора тут же кидается вслед за тобой, выбивает из лап БФГ, и вцепляется когтями тебе в шею.

Отдаться инстинктам, тело вполне способно спасти себя само — 80.

Разум сильнее, срочно придумать что-то — 81.

76

Гвоздёмёт гудит в твоей железной хватке. Вместе с потоком зарядов на рычащих киберпони обрушиваются ржавая труба и какие-то коробки, попавшиеся под грави-луч. Череп киборга, потерпевшего удар трубой, хрустит, как пустой орех, в то время как его живот наполняется гвоздями, грубо рвущими провода и клапаны внутри. Второй враг тоже не обделён: стальные штыри вонзаются в него, как в подушечку для иголок. Чёрт, гравихват крут! Прекрасная штука для трепания вражеских нервов...

...Но не для защиты от снайпера, вортекс-пушка которого аккуратно простреливает твой череп. Сейчас бы попасть в мир звёзд, поговорить с духами, после чего воскреснуть как какая-нибудь Блекджек... но нет, у нас всё проще: ты просто сдох. Без пафоса, фанфар и излишней трагедии. Катись назад, на 72.

77

Яростно орущие киберпони напарываются на кол пуль твоего пулемёта. Куски плоти и металла отваливаются от их тел, а то, что остаётся, превращается в кровавое решето. Снайпер напоминает о себе, но заряд его пушки сталкивается с вовремя подлетевшим куском мяса. Ты, рванувшись в сторону, накрываешь шквальным огнём трубу, отчего газ внутри неё вырывается наружу, быстро заполняя этот "овраг". Плазмомётчик выпускает шар и всё взлетает на воздух! Тебя швыряет в стену с такой силой, что все кости жалобно хрустят, моля о пощаде.

Но не успевает в ушах улечься звон от взрыва, как плиты на полу вспучиваются, и на тебя набрасываются двое киберпони.

Подтолкнуть себя джетпаком, тараня врага левее, попутно левитируя гравихватом дробовик и стреляя во второго — 99.

Левитировать гвоздемёт, расстреливая из пулемёта сразу обоих — 100.

78

Заряд пробивает врага навылет и повреждает трубу позади него, газ в которой тут же взрывается. Тело снайпера красиво разлетается на мелкие кусочки. Следующий залп отрывает голову плазмомётчику, не вовремя высунувшемся из-за своего укрытия.

Аврора издаёт рык и, выломав из-под себя стальную плиту, словно это не металл, а бумага, ныряет в подпол.

Выжидать, прислушиваться — 94

Максимально дистанцироваться от пола. Забраться на хлам, например — 95.

79

Действительно, красивый взрыв. Но по мне, картина плазменных шаров, один за другим врезающихся в твой шлем красивее. Вернись на 73.

80

Твои лапы до хруста и искр сжимают конечности Авроры в отчаянных попытках сохранить жизнь, ещё теплящуюся в твоём бренном теле. В самом деле, какова ценность вещи, если она бесполезна без чего-то извне? Сознание неспешно затухает, ты почти не чувствуешь боли — мозг уже не воспринимает её. Что значишь ты без костюма, без оружия, без донкельхейтума? Не будь ты Палачом, стоил бы ты хоть что-то?

Убил ли ты до этого горгулью? Да — 106.

Нет — 107.

81

Аврора рычит, её когти всё глубже впиваются в тебя, пока ты судорожно пытаешься найти выход. Непрестанно брыкаясь и вырываясь из её захвата, ты лишь усугубляешь своё положение. Придумать, придумать... в эту минуту можно понять, насколько слаб может быть разум в минуту опасности. Адреналин и желание жить пьянят его не меньше возбуждения... но неужели ситуация безвыходна?

Ты фокусируешь энергию гравихвата на настоящих глазах Авроры, что позади голографической морды, и, сдавив, вырываешь. Невозможно описать тот вой, что она издаёт при этом! И это не бессмысленный звук, это слово, слыша которое из уст монстра, каждый содрогнётся. Мама. Она кричит "Мама".

Что ты думаешь в эту минуту? Наводит ли на какие выводы, мысли? Или тебе совершенно наплевать, ибо из твоей распоротой глотки горным водопадом хлещет кровь?

Так или иначе, нет нужды возвращаться, так как было лишь два варианта. Иди сразу на 80.

82

Туча картечи превращает в кровавое месиво то, что ещё не было разорвано побегами. Аврора издаёт протяжный вздох и, перед тем, как упасть, шепчет:

— Победа этой минуты за тобой, но какова будет следующая?

Пусти в неё контрольный выстрел и отправляйся разгребать хлам у выхода двери на 85.

83

Побег выталкивает бронепластину из груди Авроры, обнажая нечто бледно-розовое, не обладающее формой, утыканное прорезиненными трубочками, поршнями и проводами. Киберкобыла, взглянув туда, бормочет:

— Ты правда вырвешь сердце женщины ради победы?

— Ты не женщина, — процеживаешь ты, вцепившись когтями в розовую массу и, сдавив так, что Аврора, наконец, заорала. Крик достигает невообразимых высот, пока ты, стиснув зубы, тянешь сердце на себя. Единственный глаз изуродованной киберкобылы закатился, а тело, невзирая на механизированность, мечется в судороге.

Вдруг, она замирает, оборвав крик. Её морда нежно прижимается к забралу твоего шлема и единственный глаз одаряет тебя последним взглядом, преисполненным благодарности и... тепла.

— У тебя очень красивые глаза, — шепчет Аврора, прежде чем упирается лапами тебе в грудь и отталкивается, оставляя своё сердце у тебя в когтях. Оборванные трубки в теле кобылы истекают кровью и дёгтем.

А затем она падает замертво. Теперь ты точно один. Разве что сердце почему-то бьётся в твоей лапе.

Бросить его на пол и растоптать — 84.

Выбросить — 86.

84

Что-то странно хрустит под твоим тяжёлым сапогом, но это уже не стоит внимания. Дверь выхода найдёшь за кучей хлама на 85.

85

Всевозможные железки отвратительно скрежещут, пока ты вытаскиваешь их из кучи и выбрасываешь за спину. Докопавшись до кнопки, ты нажимаешь её, в ответ на что дверь радушно уплывает в сторону, открывая проход в очень странный коридор. Сначала ты недоумённо разглядываешь плавно покачивающиеся стены, пол и потолок, затем понимаешь: это облака. Верней, раньше на них посредством чар опирался пол, о чём говорят редкие стальные пластины, всё еще лежащие на некоторых облачках.

Так как обхода нет, придётся прыгать по плитам над огромной пропастью. Интересно, тебе нравятся платформеры?

Порог у двери с "облачной стороны" цел, как и охранная голограмма. Касание светящейся кнопки — и над клубящимися тучами вспыхивает фигура кобылы пони-пегаса в тонком халате. Тяжело дыша, она боязливо озирается, постоянно тыча копытным пистолетом в разные стороны. Она медленно ступает по облакам в твою сторону. Несколько раз она останавливается, надолго замирает, напряжённо вслушиваясь, затем продолжает движение. Вот она уже подошла вплотную к тебе, и черты её тела стали ещё более размыты, чем были. Её копыто тянется к кнопке... а из облака на потоке ей на шею беззвучно падает полуметровый червь, тут же впиваясь и сваливая пони наповал.

Голограмма гаснет, а ты понимаешь, что прыгать по чёртовым платформам придётся не в одиночку.

Вздохнув, ты готовишься к первому прыжку. Иди на 87.

86

Сердце как-то странно звякает об пол. Ты хмуришься и, подняв его, разрезаешь когтем. И... в нём спрятан жёлтый череп-ключ! (Запомни, что ты его получил!)

Теперь к выходу на 85.

87

Успешно достигнув первой платформы, ты продолжаешь движение и добираешься до угла коридора, где ситуация становится чуть интересней: коридоры трёх этажей (того, на котором ты сейчас, одного ниже и одного выше) обрушились, образовав перед тремя порогами дверей на их концах широкое пространство с редкими металлическими плитами над рекой неведомой бледно-радужной субстанции. Тут есть, где развернуться. Но стоит для начала взвесить возможные выгоды: на плите далеко внизу, кажется, почти у самой кромки отвратных радужных волн, что-то блестит в свете множества уцелевших ламп; средний этаж манит тебя дверью со светящимися жёлтыми черепами, тонущей в демонической гамме цветов; а для того, чтобы разглядеть верхний, нужно забраться повыше, но уже отсюда видно, что там, как ни странно, уцелело наибольшее количество плит. И, кстати, чтобы добраться до некоторых платформ, понадобится реактивный ранец. Работает ли он у тебя?

Прыгнуть на платформу выше — 88.

На платформу на среднем уровне (она далеко, без джетпака не доберёшься просто так) — 89.

Спрыгнуть на плиту внизу — 90.

88

Твои когти крепко цепляются за металл, подтянувшись, ты, почувствовав, как платформа зашаталась, испуганно замираешь.

Рация внезапно оживает. Хрипов и шипений много, но, при желании, можно разобрать, что говорят. Интересно ли это тебе? Если да, то послушай на 91 (только если ты разделился с отрядом в ангаре!). А если нет, то продолжай движение.

Стены этажа напротив тебя украшены пегасами. Распятыми пегасами. Причём живыми. Их дрожащие тела истекают кровью, однако не похоже, чтобы в них вживляли какую-нибудь электронику.

Если тебя не колеблет факт надругательства над сородичами, то с этой платформы можно прыгнуть на ту, что была недосягаема без джетпака со среднего уровня — 92. Оттуда нормального пути ни вниз, ни вверх уже нет, так что ты покинешь это место через средний этаж.

Или ты можешь попытаться добраться до несчастных. (Ты покидаешь это помещение без возможности вернуться) — 93.

Можешь спрыгнуть обратно, на 87 и выбрать что-то другое.

89

Этот трюк тебе удаётся, но следующая платформа обманчиво близка. Твой прыжок оказывается неудачным и ты срываешься в радужную дрянь.

Вернись на 87.

90

Платформа недружелюбно вздрагивает под твоим весом, отчего ты замираешь на пару секунд. Как бы ни поджимало время, купаться в той радужной гадости внизу не хочется. Собравшись, ты аккуратно спрыгиваешь ниже и ниже. Останавливаешься ты только когда оказываешься напротив нижнего этажа. Он не примечателен ничем, кроме того, что по стальным листам, составляющим обрубок коридора, что виден тебе, непонятным образом перетекают красноватый огонь и тёмно-каменные цвета. Кратчайший путь до него состоит из трёх платформ, преодолеть которые не выглядит проблематичным.

Но далеко внизу всё еще светится неизвестная штуковина, страшно будоражащая твоё любопытство.

Добираться до этажа, этот платформинг уже нервирует! — 102.

Спускаться за той хреновиной, всё равно она вне зоны досягаемости гравихвата — 103.

91

— Генерал Рейнбоу Деш, это Винд Чилл! Хер знает, где Коготь! У нас мало патронов и Огнехвост серьёзно ранен! Мы живы в основном потому, что враги вдруг без видимой причины стали действовать хаотичнее и перестреливаются в основном друг с другом. Мы, судя по карте, рядом с конференц-залом, прямо под башней, очень близко к источнику тёмной энергии! Но без Когтя это ни хрена не значит!

— Винд Чилл, сынок, слушай меня внимательно, — отвечает пегаска. — Мы сели прямо у подножия баш... — её голос тонет в помехах, но слова "Твай" и "жёваный щит" тебе удаётся уловить. Затем уровень хрипов возвращается в прежнее состояние. — Дроны успели составить карту, так что мы скоро до вас доберёмся! Что до Когтя... Коготь, ты слышишь меня? Коготь?! Погодите, это не его ли сигнал? Коготь, Айрон! Если ты меня слышишь, ты почти на месте! Мы скоро прибудем, но не дожидайся нас, иди! — прежде, чем ты успеваешь отозваться, связь глохнет.

Вернись на абзац, откуда пришёл.

92

Твой прыжок оказывается удачным. Как и следующий, который ты тщательно рассчитываешь. Вот и коридор! Здесь два варианта:

В лифт — 160.

В дверь с жёлтыми черепами (требует череп-ключ соответствующего цвета) — 161.

93

Прыгая с платформы на платформу, ты добираешься до уцелевшей части третьего этажа. Стоя промеж тесных стен, по которым медленно стекает свежая кровь пони, ты тяжёлым взглядом проходишься по распятым пегасам. Вряд ли ты можешь им помочь, и еще менее вероятна возможность убить их, если они дожили до этого момента. А! На их шеях видны следы мутагенных червей. Что ж, их путь закончен. А на твоей дороге пока только развилка:

Идти на лифт — 160.

Если ты разделился с отрядом в ангаре (почти сразу после высадки) и нажал на кнопку возле двери выхода оттуда, то одна из стен сейчас отъехала в сторону, открывая проход в потаённую комнату — 163.

94

В следующую же секунду земля пропадает у тебя из под ног, роняя на спину, а её место занимают двое оскаленных киберпони. Один впечатывает ногу тебе в живот, заставляя заблевать экран шлема внутренностями, а другой, вцепившись в твою шею, принимается тебя жрать.

Иногда осторожничать излишне. Вернись, откуда пришёл.

95

Верное решение, что было очевидно. Там, где ты был секунду назад, пол вспучивается.

Есть гаусс-пушка? Нашпигуй этих скрытных уродов — 97!

Нет? Разрежь то место при помощи лазерного пистолета на 98.

96

— Ах! — Аврора издаёт рык и, выломав из-под себя стальную плиту, словно это не металл, а бумага, ныряет в подпол, а ты падаешь с простреленным вортекс-пушкой черепом. Вернись на 73.

97

Гаусска дважды вздрагивает в твоих лапах. Два синтетических вопля достигают твоих ушей прежде, чем обманчивая тишина захватывает это место... чтобы Аврора со скоростью пули вылетела из-под пола и львицей бросилась на тебя.

— МЕНЯ ТАК ПРОСТО НЕ УБИТЬ! — визжит она, и её браслеты, щёлкнув, выплёскивают тебе в грудь картечную бурю. От тяжёлого удара броня вминается тебе в грудь, а сам ты отлетаешь к стене. Аврора тут же кидается вслед за тобой, выбивает из лап оружие, и вцепляется когтями тебе в шею.

Отдаться инстинктам, тело вполне способно спасти себя само — 80.

Разум сильнее, срочно придумать что-то — 81.

98

Плита, будто ткань, быстро расползается под действием рубинового луча, но когда ты гравихватом отрываешь её от пола, там уже никого нет.

А затем позади тебя раздаётся скрежет и визжащая Аврора, схватив тебя за спину, поднимает в воздух и переламывает хребет. Ты, харкая кровью, брыкаешься. Болевой шок трудно назвать спасением в этом случае: он, вроде бы, уберегает тебя от мучительной боли, но в то же время ты прекрасно видишь, как киберкобыла принимается тебя расчленять. Она вырывает твои ноги, распарывает живот и осыпается твоими внутренностями в каком-то экстазе... Вернись на 95.

99

Твоя тяжёлая туша опрокидывает киборга наземь, где лапа в раз раздалбливает его череп. Сородич убитого, получив в живот заряд дроби, отшвыривает дробовик и бросается на тебя, хватает за брюхо и ударяет коленом в живот. Рефлекторно врезав лапой ему по шее, ты захватываешь его в ответ за морду.

Но в тот миг, когда ты готов размозжить его черепушку, что-то ледяное, металлическое впивается тебе в горло. Последнее, что ты слышишь, это негромкий кобылий выдох:

— Спокойной ночи.

Вернись на 77.

100

Шквал зарядов за считанные секунды усмиряет двух киборгов, только для того, чтобы Аврора набросилась на тебя с воплем:

— МЕНЯ ТАК ПРОСТО НЕ УБИТЬ!

Она визжит и её браслеты, щёлкнув, выплёскивают тебе в грудь картечную бурю. От тяжёлого удара броня вминается тебе в грудь, а сам ты отлетаешь к стене. Аврора тут же кидается вслед за тобой, выбивает из лап оружие, и вцепляется когтями тебе в шею.

Отдаться инстинктам, тело вполне способно спасти себя само — 80.

Разум сильнее, срочно придумать что-то — 81.

101

Труба отлетает в дальний угол капсулы — на полметра от тебя. Треск становится интенсивнее и громче. В следующий миг она взрывается, разбрасывая частицы нейтрино вокруг себя. Благо, они детонируют до того, как достигают твоего тела. А вот корпусу капсулы везёт меньше: носовая её половина просто испаряется, вслед за чем на уцелевшую часть падает толстая балка, переворачивает её и отправляет с грохотом катиться куда-то вниз. Тебя пытаются вызвонить по рации, но из-за лязга разобрать хоть одно слово невозможно. В конце концов, капсула останавливается.

— Коготь? Коготь! Что там такое?! — кричит Рейнбоу. Чёрт, а она серьёзно о тебе волнуется!

— Я в порядке, в порядке! Посадка не из мягких, но я цел.

Отцепив ремни безопасности, ты не без труда вылезаешь наружу. Капсула попала в нечто напоминающее ангар, о чём говорят размеры помещения и широкие, как большущие сигары, цистерны, давно опустевшие и изъеденные коррозией. Слышится механическое шипение с пронзительным лязгом, леденящего оттенка которым добавляет непроглядная тьма там, куда не удалось пробиться лучам адского света из дыры на месте столкновения капсулы.

Вдруг ты замираешь, услышав хруст. Что-то падает позади тебя. Подняв это и приглядевшись, ты признаешь в маленьком осколке фрагмент БФГ9000. Взглянув на пушку, ты обнаруживаешь, что она выведена из строя: выломано несколько кусков ствола и выбиты батареи. Теперь это не больше, чем хлам. То же и с АУМ-12. Похоже, ты неслабо приложился на них во время посадки. Единственным уцелевшим оружием являются обычный и лазерный пистолеты.

— Коготь, — обращается к тебе Рейнбоу. — от ребят на "Даркстаре" поступили тревожные сообщения. Мы отсылаем десантные корабли назад. Если всё станет шибко плохо, пойдём ва-банк и тоже высадимся.

— Не нужно, — вставляет Эффусум. — коли он выбрал это испытание сам, то обязан выполнить его в одиночку.

Интересно, что ты думаешь о сыне Титана? Не настораживает ли то, что сказанное им в напыщенно-пафосной манере слишком часто оказывается правдой? Что движело тобой, заставляя пойти одному? Уж не Эффусум ли в самом деле мотивировал тебя?

Ты, держа пистолеты наготове, обследуешь ангар. Он значительно меньше, чем кажется из-за темноты. В основном из-за того, что часть его обрушена.

Здесь есть заклинившая гидравлическая дверь, которую, при твоей силе, будет легко открыть на 105.

В углу виднеется дыра, из которой доносится шипение газовых труб. Можно рискнуть и заглянуть туда — 126.

Ещё на стене висит овальный прибор — лицевой сканер. Непонятно, к чему он тут и что открывает, но совершенно очевидно, что твоя морда ему не подойдёт.

102

Только ты приземляешься на первую плиту, как воздух рычит слова на демоническом языке. Если ты до этого убил горгулью, то заряд донкельхейтума позволит перевести их на 104.

— Aliis inserviendo consumor!

Из облака под плитой высовывается багровое щупальце и крепко обвивается вокруг твоей задней ноги.

Работает джетпак? Вырвись, используя его! — 108.

Или можешь порвать щупальце когтем, только надо сначала дотянуться — 109.

Ну или, на худой конец, прострели из дробовика — 110.

103

Опасный спуск стоит того: платформа радушно дарит тебе патрон БФГ9000. Еще тут лежит съёмный модуль на пулемёт — теперь вместо шести скреплённых вместе стволов у тебя три отдельных вращающихся единицы по три ствола. Стали доступны выборы, требующие это улучшение.

Рад находкам? Теперь у тебя следующие опции:

Прыгать по платформам наверх, на 115.

Или приглядеться к радужной кромке и, заметив там что-то похожее на плиту, спрыгнуть туда — 116.

104

— Служа другим расточаю себя!

Понял? А теперь вернись на 102.

105

Уперев мощные лапы в створки, ты кряхтишь и раздвигаешь их в стороны под страшный металлический скрип. Перед тобой открывается длинный тускло освещённый коридор в классических серебристых тонах. Можно было бы назвать его совсем нетронутым, если бы не эти огромные порезы на стенах и не выбитые из потолка и стен металлические пластины. То же относится и к помещению, в которое попадаешь буквально через полминуты.

Твоё внимание привлекает светящаяся синим кнопка на стене. Нажав на неё, ты становишься свидетелем довольно интересной сцены.

— Сюда! Быстрее, Скути! – у толстой гидравлической двери вспыхивает нечёткая голограмма пегаски. Она падает на ноги и, обернувшись на секунду, кидается к стене рядом с тобой. Сразу за ней вбегает жеребец-пегас в броне и с какой-то винтовкой в копытах. Он ударяет по кнопке возле двери, смотрит в твою сторону и восклицает. – Вот! За этим коридором ангар! Если там не будет корабля, то всяко уж найдутся окна или шлюзы. Мы полетим сами!

— А Аврора? Неужели мы оставим её? – спрашивает пегаска, держась копытом за грудь. – Орион, что ты молчишь?

— Ску, пойми…

— Если мы с тобой до сих пор живы, почему не могла уцелеть она? С её-то телом…

— Ску, — жеребец подходит к пегаске и касается копытом её щеки, – если мы станем её искать, то в жизни не выберемся отсюда! Прошу тебя, давай сбежим, пока не поздно!

— Она мой друг, так же как и ты! Если бы пропала я, ты бы не ушёл, пока не нашёл бы меня! – Говорит пегаска и добавляет чуть тише. — Или моего тела!

— Не ушёл бы…

— Так чего же ты ждёшь! Идём! Она говорила, что идёт через администрацию. – Пегаска направилась было в сторону заклинившей двери на противоположной стороне комнаты, но жеребец удержал её.

— Нет, Скуталу. Она молчит, в то время как радио ещё работает. Прости, но нет. Я не хочу сказать, что это бессмысленно… но вынужден признать это. Пойдём. Пожалуйста.

Позади тебя раздаётся шипение. Ты резко оборачиваешься и отступаешь вглубь помещения, но несколько успокаиваешься, видя, что это делают и голограммы. Жеребец поднимает винтовку, а кобыла прижимается к его спине. Шипение слышится всё ближе. Пегаска дрожит как от жгучего холода. Высокая и громоздкая голографическая фигура предстаёт перед ними… а в следующий миг пегасы облегчённо вздыхают.

— Аврора, как же ты нас напугала! – жеребец опускает винтовку. – Почему ты шла так спокойно? Я же мог застрелить тебя!

— Ты жива! Ради всего хорошего, ты жива! – пегаска бросается к высокой фигуре, чьи черты невозможно разобрать из-за нечёткости изображения, и обнимает её.

— Э-э-э… Ах, да, Скуталу, я жива. И… наверное… в порядке… — негромко говорит Аврора мягким голосом. Её когтистая лапа опускается на голову Скуталу и поглаживает её. – Да, я жива. Пока что.

— Ну и отлично! – восклицает жеребец, обходит Аврору и шагает в коридор. – Теперь идём, пока эти твари притихли!

— Орион, прости… простите меня… — лапы Авроры, которая, кажется, схожа по строению с твоим костюмом, обвиваются вокруг шеи Скуталу, крепче прижимая её к телу. Она проводит носом по гриве пегаски. – Но нет.

— Да в чём дело?! Что вы тормозите так? Потом наобнимаетесь!

— Мы никогда не покинем это отвратительное место, — говорит Аврора и отпускает Скуталу. Та, высвободившись из объятий, беспомощной куклой падает на пол.

— Какого… — вскрикивает жеребец, вскидывая оружие по мере того, как Аврора поворачивается к нему. Когтистая лапа с механическим шипением обхватывает копыто пегаса. Аврора с тяжёлым вздохом поднимает его над собой и швыряет прямо в тебя. Орион врезается в стену за твоей спиной и издаёт стон боли, пока киберпони осторожно, даже нежно берёт обмякшую Скуталу в лапы.

— Вы оба были моими друзьями, — скорбно произносит киберкобыла, — и мне очень тяжело совершать такое. Ты любишь её, Орион, я знаю. И хочется верить, что в лучшем мире ваш союз наконец состоится.

— Дьявол! – жеребец, поднявшись, целится в Аврору. – Опусти её, или я вышибу тебе последние мозги!

— Мне очень больно. Поверь. Отвратно делать всё это. Но я должна. – В голосе Авроры чувствуются слёзы. – А больнее всего – думать о том, что лучшего мира нет вовсе. Получается, что я рушу нечто большее, чем просто жизнь.

— Я выстрелю, Аврора! Я, мать твою, выстрелю!!!

— Ut Clem. Homicida. – Тихо произносит киберкобыла и, повернувшись спиной к жеребцу, удаляется. Тут же с потолка на Ориона обрушивается сгорбленное чудовище. Жеребец, истошно ревя, выпускает очередь ему в живот, затем бьёт копытом по морде и отбрасывает в сторону.

— Скуталу!!! – Орёт он и кидается в коридор, откуда ты пришёл. На этом голографическая запись заканчивается.

Что ж, занимательно, но герои этой интриги скорей всего уже мертвы. Разве что Аврора… кто же она такая? Что это значит? Наблюдения одного эпизода не хватит для составления целостной картины, но... в самом деле, так ли это важно? Для кого-то нет, для кого-то да. Вот, наконец-то мы подошли к вопросу субъективности масс. Я не могу знать, что ты думаешь, но могу предполагать, угадывать. Причём довольно точно. А теперь подумай: свободная ли ты личность, если кто-то знает, что творится у тебя в голове?

Но я отошёл от темы. Тебе надо разобраться с более насущными делами.

С одной стороны проход закрыт толстой гидравлической дверью, но у тебя есть лазерный пистолет – взломать её не составит труда – 165.

А с другой есть двухстворчатая заклинившая дверь сродни той, что закрывала проход сюда — 166

106

Донкельхейтум... тепло... убитая горгулья... У тебя есть тёмная энергия! Не в достаточном количестве, чтобы активировать какую-либо из рун, но вполне подходящая для реализации своих земнопоньских возможностей!

Глаза Авроры горят ненавистью, но ты смотришь на неё с холодом. И так же холодно наблюдаешь, как голова киберкобылы с отвратительным чавканьем рвётся от корней яблони. Сочный корень вырывается, словно глист, из её глазницы. Хватка Авроры слабеет, и она, шатаясь отступает. Подняв лапу к уцелевшему глазу, она вздыхает:

— Мы одинаковы, не так ли? — корни разрывают всю правую часть её черепа и начинают разрушать плечо и грудь. — Я убиваю, чтобы дать новую жизнь, ибо, переродившись, мы не будем убиты демонами. Ты убиваешь зверски лишь, чтобы сохранить себя, обрекая других на ещё большее страдание. Но отчего ты — герой, а я — зло? — корень распарывает её брюхо, выламывая винты и деформируя трубы, но всё же киберкобыла стоит, не сводя с тебя страдальческого взора. — И как только мир может нуждаться в монстрах вроде тебя?

"Перехвачена видеотрансляция" — сообщает костюм, и перед твоими глазами предстаёт картина молодой оранжевой кобылы-пегаски со светло-сиреневой гривой, барахтающейся в бледно-радужного цвета биомассе. Её рот раскрыт в крике, а глаза сужены до размера булавки. Эта сцена длится долгую минуту, пока, наконец, голова пегаски не скрывается в омерзительных разноцветных волнах.

— Итак, Скуталу всё-таки умерла, — шипит Аврора. — Знаешь, если бы ты мог начать всё заново... её бы можно было спасти. Жаль только, она была на другом конце фабрики.

Пора прикончить это чудовище.

Застрелить её из дробовика — 82.

Зверское убийство — 83.

107

Очи Авроры пылают ненавистью, её когти вот-вот порвут твою шею, но от твоего взгляда веет холодным расчётом. Все моральные нормы и принципы не имеют значения, когда ты — машина с животными инстинктами. Твои лапы до хруста и искр сдавливают конечности киберкобылы, разводят их в стороны, а затем безжалостно заламывают, вырывая из суставов. Аврора отчаянно визжит, трепыхаясь, чем лишь усугубляет свои страдания. Её тело почти полностью состоит из металла, да, но боль... ты можешь заставить даже машину ощущать её! Вырвав левую лапу киберкобылы, ты ею же наносишь Авроре пощёчину, от которой она, не прекращая визжать, падает на бок. Ты, пинком перевернув её на живот, запускаешь когти ей в спину и поднимаешь над собой. Киберкобыла, словно заевшая игрушка, дрыгается на твоей лапе, осыпая её дождём искр. Под конец, перед тем как заглохнуть, она шепчет:

— Мы одинаковы, не так ли?

Брось её и отправляйся к выходу на 85, если ты один.

А если наверху тебя ждёт отряд, то на 157.

108

Ты устремляешься в полёт, щупальце натягивается и лопается. Но, на свою беду, ты оказываешься без опоры и падаешь прямо в радужную жижу, которая тут же заливает твою броню, которая слишком повреждена, чтобы загерметизироваться. Ты чувствуешь, как что-то впивается в твою плоть, как что-то впрыскивается... а затем теряешь сознание.

Ты не то чтобы умер, нет, но... я бы на твоём месте не задумывался и вернулся бы на 102.

109

Не дотягиваешься. Щупальце сбрасывает тебя в радужную гадость, где ты благополучно отбрасываешь копыта.

Вернись к выбору на 102.

110

Склизкое щупальце лопается, но радоваться рано: на плиту выползает здоровенный червь сродни тем, что встречались в ОАК-сити.

Лягнуть его, сталкивая с платформы — 111.

Расстрелять из дробовика, ибо именно он сейчас у тебя в лапах — 112.

Перескочить на другую плиту, поближе к уцелевшему краю коридора — 113.

111

Твои копыта упираются в щупальца, тут же вышвыривающие тебя с платформы.

Если джетпак исправен, скорректируй падение и приземлись на самую нижнюю плиту — на ту, на которой лежало что-то светящееся — 114.

Если нет, то, окунувшись в радужную жижу, умри и вернись на 110.

112

Дробь вырывает громадные куски мяса из червя и тот мешком отправляется в радужную жижу. Путь твой лежит на уцелевшую часть нижнего этажа. Ты беспрепятственно добираешься до его двери. Открыв её кликом кнопки неподалёку, ты видишь, что позади неё расположен лифт. Лишённый крыши и "украшенный" раздробленными черепами пони и тех... дай вспомнить... людей. Сияющие полосы на стенах на первый взгляд кажутся беспорядочными, но, присмотревшись, ты замечаешь, что они образуют какое-то слово... "facile". Что бы это значило? И важно ли это? Главное, что у лифта есть кнопка "Вверх".

Ты берёшь оружие наизготовку, шагаешь внутрь, и лифт, хрустя костями, сдвигается с места. Стены шахты покрыты плотью, урчащей и как будто стонущей от соприкосновения с лифтом. Сверху льётся алый свет, приближающийся с каждым мгновением.

Нет времени радоваться: ты приехал на 123.

113

Другое щупальце ловит тебя в воздухе, вертит, словно трапу, а затем сбрасывает в радужную гадость. Возвращайся на 110.

114

Едва коснувшись платформы, ты выхватываешь гвоздемёт и шпигуешь облако с червём до тех пор, пока не опустошаешь весь магазин и дохлый червяк не совершает высотный прыжок в радужную реку. К сожалению, патронов к гвоздемёту больше нет, соответственно выборы, требующие это оружие, теперь недоступны. Ну, не беда — погляди, что ж там сияло-то!

А сияла батарея-патрон для БФГ9000. Еще тут лежит съёмный модуль на пулемёт — теперь вместо одного шести скреплённых вместе стволов у тебя три отдельных вращающихся единицы по три ствола. Стали доступны выборы, требующие это улучшение.

Теперь прыгай по платформам наверх, на 115.

Или можешь приглядеться к радужной кромке и, заметив там что-то похожее на плиту, спрыгнуть туда — 116.

115

Ты подпрыгиваешь к ближайшей, но отнюдь не близкой платформе. Твои когти хватают её край, но она, отлипая от облака, на котором была, будто от липкой ленты, грозит окунуться вместе с тобой в радужную погибель.

Удержать её грави-лучом и подтянуться — 117.

Или этим же инструментом подложить себе под ноги, позволяя ещё раз использовать двойной прыжок — 118.

116

Эм, тебе показалось. Ты тонешь в радуге. Некрасивая смерть, Палач, некрасивая. Вернись назад и не позорься!

117

Гравихват тебя не подводит: тебе удаётся взобраться на плиту, придавив её недюжим весом к облаку. Несколько секунд ты лежишь, переводя дух и прислушиваясь к аритмичной долбёжке в висках. Затем ты, вдруг почувствовав неприятный холод на горле, осторожно садишься и принимаешься разглядывать свой торс. И тебе очень, очень не нравится эта раздавленная багровая пиявка прямо возле шеи. Откуда она там взялась?! Твою шкуру пробирает холодок. Надо проверить шею! Но в шлеме этого сделать нельзя.

Снять его — 119.

Продолжать движение, да молится Селестии и Луне с Кибердемоном вместе взятым, что мутаген не попал на кожу — 120.

118

Платформа, перенесённая под тебя, неудачно вздрагивает от толчка твоих копыт, из-за чего ты неудачно поворачиваешься в воздухе. Джетпак не спасает. Наоборот, он значительно усугубляет ситуацию: его реактивная тяга швыряет тебя в сторону от и без того неблизких платформ, где уже ничто не помешает тебе совершить смертельный заплыв в радужную дрянь.

Возвращайся на 115 и делай правильный выбор.

119

Ты с замиранием сердца выбрасываешь раздавленного червяка, цепляешь оружие на броню и аккуратно поворачиваешь крепления шлема. Затем, обхватив его лапами, осторожно стягиваешь с головы. В своём отражении на забрале ты с облегчением видишь, что всё в порядке...

...А затем мясистый червь кровавой каплей падает тебе на обнажённую шею. Твой разум помутняется, когда он впрыскивает в твою кровь мутаген. Мир начинает кружиться в танце огненных красок, уносясь дальше и дальше...

Считай это за смерть. Тебе назад, на 117.

120

Нервно сглатывая и с трудом подавляя желание прикоснуться к шее когтями, ты возвращаешься на уровень нижнего этажа.

Лезть выше — 121.

Прыгать по платформам до двери нижнего этажа — 122.

121

Ты достигаешь уровня среднего этажа, когда потолок всего этого громадного помещения сотрясает серия взрывов. Какой-то металлолом сыпется сверху, вынуждая тебя поспешить к уцелевшей части коридора среднего этажа. Ты вздыхаешь с облегчением, когда ступаешь на более-менее устойчивую металлическую дорожку. Позади тебя платформы падают, сбитые падающим с потолка мусором. Что ж, ты добрался сюда вовремя. Твои опции:

В лифт — 160.

В дверь с изображёнными по краям жёлтыми черепами, что ты наверняка видел ещё издали (требует череп-ключ соответствующего цвета) — 161.

122

Ты останавливаешься на первой же платформе. Здесь на тебя напал червь, значит, стоит пострелять из стандартного пистолета в облака, что держат плиты перед и над тобой!

Ты тратишь целую обойму на это, но из облака не доносится ни звука — не похоже, чтобы ты хоть что-то ранил. Так же никто не показывается, когда ты, готовый ко всему, перескакиваешь на предпоследнюю, а затем и последнюю платформу. Словом, ты беспрепятственно добираешься до двери. Открыв её кликом кнопки неподалёку, ты видишь, что позади неё находится лифт. Лишённый крыши и "украшенный" раздробленными черепами пони и тех... дай вспомнить... людей. Сияющие полосы на стенах на первый взгляд кажутся беспорядочными, но, присмотревшись, ты замечаешь, что они образуют какое-то слово... "facile". Что бы это значило? И важно ли это? Главное, что у лифта есть кнопка "Вверх".

Ты берёшь оружие наизготовку, шагаешь внутрь, и лифт, хрустя костями, сдвигается с места. Стены шахты покрыты плотью, урчащей и как будто стонущей от соприкосновения с лифтом. Сверху льётся алый свет, приближающийся с каждым мгновением.

Нет времени радоваться: ты приехал на 123.

123

— Что ж, ты прибыл. — Грохочет демонический глас, когда ты ступаешь в широкое круглое помещение с высоким куполом, разукрашенным абстрактными фресками. Сквозь два колоссальных окна проникает бурый свет, причудливо отражающийся от, будто намазанных маслом, камней, и словно не разгоняющий, а наоборот, сгущающий полумрак, царящий здесь. Это и бессчётные свечи и факела создают какую-то странную церковную атмосферу. А в середине всего этого парит мускулистый демон, которого можно принять за безногого рыцаря ада. Пояс его окутан оранжевым пламенем, а в кистях поигрывают молнии. — Позволю себе спросить: для чего ты пришёл сюда? Спасти сородичей? Тогда ты должен был быть там, у своих жестяных коробок, что вы называете флотом, там, где мы убиваем ваших братьев и матерей. То, как вы доверились пришельцу, даже я назову глупостью, очерняющей гордое звание потомков ингуофов! Однако я многословен, — огонь и искры демона становятся ярче, — мои дела завершены и готов уделить тебе минуту. Не более, ибо именно за такой промежуток времени ты будешь убит!

— Испытание третье: охотник Хеллтайм! — рычит Эффусум в твоей голове.

Да начнётся бой на 124!

124

Издав какой-то утробный грохот, демон исчезает во вспышке и, возникнув перед тобой, заносит могучие лапы для удара.

Выстрелить в упор из дробовика — 127.

Отскочить и, выстрелив из дробовика, достать пулемёт — 128 (если нашёл улучшение — 125) или гаусску — 129.

Нашёл бензопилу? Распили его морду! — 130.

125

Дробь ощутимого урона не наносит, чего не скажешь о усиленном пулемёте! Свинцовая буря выдавливает из Хеллтайма озлобленный рык и заставляет того телепортироваться в середину зала. Взмах мускулистых лап — и некая ударная волна сбивает тебя с ног. А истекающий кровью демон колдует перед собой серую сферу, как две капли воды похожую на ту, что вылечила Кибердемона в битве с Биг Макинтошем!

Ты правда хочешь позволить этому монстру перечеркнуть все твои старания?

Схватить гравихватом сферу и притянуть к себе — 131.

Взять грави-лучом бензопилу и атаковать ею, попутно расстреливая монстра — 133 (естественно, требует наличия этого оружия!).

Просто выстрелить в сферу — 134.

126

Только ты освещаешь дыру экраном КПК, как оттуда на тебя тут же набрасывается нечто сгорбленное, бледно-розовое с торчащими отовсюду проводами. Под рёв циркулярной пилы механические лапы впечатываются в твой шлем, отчего ты, оглушённый, падаешь на спину. Монстр-киборг оказывается поверх тебя, готовый нанести смертельный удар.

Есть ли у тебя дробовик и заряжен ли он?

Да — 139

Нет — 164

127

Дробь врезается в тело монстра, разрывая в кровь его плоть, но он как будто не замечает этих ран. Ударом мускулистых лап он заставляет тебя завертеться на месте, затем хватает твои задние ноги и тянет в разные стороны. Ты орёшь, как поросёнок на скотобойне, а демон, вырвав твои нижние конечности, бросает тебя наземь и переламывает твой позвоночник чем-то вроде ударной волны. Ты бьёшься в агонии, а он, словно позабыв о тебе, снова принимается что-то колдовать и кому-то молиться.

Вернись на 124, если высаживался с отрядом, и на 199, если выбрал соло.

Уже был на 128, а для остальных вариантов нет оружия? Что ж, значит ты плохо проходил и не нашёл жизненно важных секретов. Можешь воспользоваться поблажкой от меня и сразу пройти на абзац с победой — 141. Или, как настоящий думер, попытать счастья либо в другом варианте прохождения, либо перепройти сегмент с платформингом (али найдёшь чего?). И да, попадание в такую тупиковую ситуацию считается за проигрыш.

128

Демону туча дроби не наносит такого уж видимого урона, чего не скажешь о шквале крупных зарядов пулемёта, от которых Хеллтайму приходится закрыться широким плечом. Однако его другая лапа не занята ничем — и из неё вырывается фаербол, который сталкивается с твоим многоствольным оружием. Пулемёт плавится, а Хеллтайм в следующий же миг взмахом лап вызывает ударную волну, сносящую тебя к стене. Вслед за нею прилетает пара огненных шаров, которая плавит твой шлем. Ты не успеваешь понять, как оказываешься в лапищах монстра, мгновенно переместившегося к тебе. Эти лапы сминают твою броню, ломают твои кости и заставляют твои внутренности подкатить к горлу. Накатывает головокружение и тошнота, но ты уже слишком плохо соображаешь, чтобы понять это. Ты не осознаёшь и того, что демон бросает тебя наземь и, будто тут же позабыв о твоём существовании, отлетает в середину храма, где продолжает своё колдовство и молитвы.

Вернись на 124.

Уже был на 127, а для остальных вариантов нет оружия? Что ж, значит ты плохо проходил и не нашёл жизненно важных секретов. Можешь воспользоваться поблажкой от меня и сразу пройти на абзац с победой — 141. Или, как настоящий думер, попытать счастья либо в другом варианте прохождения, либо перепройти сегмент с платформингом (али найдёшь чего?).

129

Ты в последний момент избегаешь атаки смертоносных когтей, отлетев на пару метров и пуская заряд в голову монстру. Тот, рыкнув, снова метается на тебя, напарывается на следующий выстрел и телепортируется в дальний угол зала, где его в очередной раз настигает гаусска. Закрывшись лапой, он выкрикивает что-то неразборчивое и широкая огненная волна, словно коса, сметает тебя к стене. Ты не успеваешь подняться, как демон перемещается к тебе и одним ударом проламывает шлем, а с ним — и всё, что было внутри.

Ты мёртв. Иди назад.

130

Безобразные зубы с воем вгрызаются в плоть демона, тот стонет и, откинув тебя ударом, телепортируется в середину зала. Красный ключ бьёт толстой струёй из его шеи. Хрипя, он взмахивает лапой и из молний перед ним вываливается серая сфера, наподобие той, что вылечила Кибердемона.

Нельзя позволить монстру вылечиться!

Схватить гравихватом сферу и притянуть к себе — 131.

Выстрелить в демона из БФГ (-1 патрон) — 132

Схватить грави-лучом бензопилу и атаковать ею, попутно расстреливая монстра — 133.

Просто выстрелить в сферу — 134.

131

Гравитационный луч окутывает сферу, но Хеллтайм тут же перебивает его лапой, попутно хватая сферу. Вот он снова цел и невредим. Ты вскидываешь оружие, но снова оказываешься сбит ударной волною и падаешь на спину. Демон материализуется прямо над тобой. Вспышка двух огненных шаров, летящих тебе в лицо — вот последнее, что видишь ты в жизни. Не самый худший из вариантов, если честно...

Возвращайся откуда пришёл.

132

Зелёный шар, выжигая демона лучами, устремляется к нему. Следует вспышка. Но огненная, не изумрудная — Хеллтайм телепортировался в противоположный угол зала, где полностью восстановился. Твой же заряд сотряс стену. Загудев, демон сбивает тебя к стене волной огненной энергии. За ней прилетает ещё одна, которая сносит тебя в сторону, чтобы жестоко вбить угол.

— Храддо думает, что, объединив часть Ада, Тартар с вашей планетой и отрезав всё это от Перепутья, он спасёт вас! — грохочет Хеллтайм, формируя перед собой чёрно-фиолетовую сферу, пока ты оправляешься от удара. — На самом деле он лишь запирает жертву в клетке с хищником! Мы могли бы изжарить вас силой титанических звёзд, но теперь... теперь вас ожидает смерть сколь медленная, столь и мучительная! Добро пожаловать в мир, где живые завидуют мёртвым!

Тёмная сфера неспешно летит на тебя, искрится, переливается оттенками фиолетового и сиреневого по краям так, словно засасывает сама себя. Ты прыгаешь вбок, всё ещё находясь вплотную к стене, откуда...

...Стреляешь из пулемёта или гаусски в демона, попутно смещаясь в сторону, чтобы избежать столкновения со сферой — 135.

...Хватаешь сферу грави-лучом — 136.

...Бежишь дальше, так, чтобы между тобой и сферой был Хеллтайм — 137.

133

Ревущий инструмент смерти вгрызается в лапу Хеллтайма, тянущуюся к исцеляющей сфере, а заряды твоего оружия взрывают и её. Демон заливается рёвом, борясь с бензопилой. Наконец, он обрушивает на неё фаербол, отчего топливо внутри детонирует. Взрыв отбрасывает лапу выше локтя в одну сторону, а её бывшего обладателя — в другую. Израненный, преисполненный ярости, монстр с криком боли вызывает одну ударную волну за другой, вбивая тебя в стену.

Внезапно ты чувствуешь, как что-то хрустит в твоём горле. Дыхание перебивается. Твоя грудь судорожно сокращается и требует воздуха. Постепенно мир становится всё тусклее, голова всё тяжелее...

Вернись к выбору, откуда пришёл.

134

От попадания сфера лопается мешком слизи. Хеллтайм хватается за голову, затем сбивает тебя ударной волной к стене и раскидывает лапы в стороны. Свечение его конечностей становится ярче, перед демоном сгущается тёмно-фиолетовое облако, не предвещающее ничего хорошего. И вот уже тёмная сфера неспешно летит на тебя, искрится, переливается оттенками фиолетового и сиреневого по краям так, словно засасывает сама себя. Ты прыгаешь вбок, всё ещё находясь вплотную к стене, откуда...

...Стреляешь из пулемёта или гаусски в демона, попутно смещаясь в сторону, чтобы избежать столкновения со сферой — 135.

...Хватаешь сферу грави-лучом — 136.

...Бежишь дальше, так, чтобы между тобой и сферой был Хеллтайм — 137.

…Атакуешь при помощи нейтринной пушки и плазмомёта (при наличии этих оружий) – 202.

135

Заряды, пролетая рядом со сферой, сбиваются в её сторону и врезаются в стену. Хеллтайм телепортируется в середину зала, где начинает колдовать ещё одну тёмную сферу. Первая, тем временем, сталкивается со стеной и схлопывается со вспышкой яркого света, превращаясь в миниатюрную звезду. Твоё тело начинает легонько покалывать от её излучения. Ты хватаешь её грави-лучом и бросаешь прямо в демона, после чего...

Стреляешь ему в голову из гаусски — 138

Расстреливаешь его из пулемёта (не важно, нашёл ты модуль улучшения или нет) на 140.

136

Вспыхнувший грави-луч искажается возле сферы и сливается с ней, вращаясь и бурля вместе с её контурами. Ты, видя, что гравихват бесполезен, прыгаешь в сторону, но тебя тут же кидает к сфере ударной волной Хеллтайма. Неведомая сила затягивает тебя в водоворот фиолетовых оттенков. Ты чувствуешь, как тебя начинает крутить, как что-то сдавливает тело... а затем все твои кости синхронно лопаются под действием страшной гравитации. Это быстрая смерть. Возвращайся туда, откуда пришёл.

137

Встретившись с тобой взглядом, он скалится и, вынырнув из вспышек позади тебя, толкает волной в спину, отчего ты влетаешь прямо в фиолетовый шар.

Даже не знаю, что сказать. Говорят, чёрные дыры могут вести в иные миры... но, к сожалению, выход из игровой зоны считается за смерть. Иди назад.

138

Демон отмахивается от звезды, что прожигает его лапу насквозь при касании. Заряд гаусс-пушки же царапает его по скуле и не наносит особого вреда.

Далее — 141.

139

Ревущая тварь получает в живот заряд дроби. Следующий выстрел взрывает её голову со всеми вытекающими последствиями. Действительно вытекающими. Фыркнув, ты возвращаешься к дыре и оглядываешь секрет, который этот монстр сторожил. А сторожил он оторванный торс какого-то пони. Ты, кажется, совсем не брезгуя, подтягиваешь его к себе, осматриваешь, и, ничего не найдя, собираешься выкинуть, как вдруг вспоминаешь про лицевой сканер на стене. С трупом в лапах, ты подходишь к нему и впечатываешь морду мертвеца прямо в овальную выемку. Пару секунд компьютер гудит в задумчивости, а потом издаёт положительный звон и стена рядом отъезжает в сторону. Ты швыряешь труп на пол и, наверное, думаешь: «ОАК: самая маразматическая архитектура во вселенной». В открывшейся комнатушке нет ничего, кроме плазмомёта и КПК, да непонятной надписи на стене: Тсуаф Неруол, янем ьтибу нежлод ыт, тьидебоп ыботч с припиской: «На будущее».

Ну что ж, вот и пошли секретики! Посмотрим, насколько ты окажешься везуч дальше! Да, по пути на 165 ты читаешь информацию на КПК – 176.

140

Оказавшись в эпицентре свинцового торнадо, Хеллтайм роняет ещё не сформированную чёрную дыру, отчего та детонирует, оглушая его. Ты продолжаешь стрелять. Кровавые куски отваливаются от мускулистого тела.

Далее — 141.

141

— Memento quia pulvis est(*)! — яростно выкрикивает демон, снося тебя ударной волной. В его лапе материализуется сфера восстановления. В следующий миг он уже цел и невредим.

"Палач, энергия! — рычит Эффусум. — Он бесконтрольно источает её! Вспомни про руны!"

Точно. А ты и не заметил того тепла, что грело ноги всё сильнее. Заряд достаточен для активации одной руны. Выдержит ли твоё сердце это? Посмотрим. Сейчас главное — убить эту тварь!

Активировать руну Титана (квад дэмэдж!) — 142.

Активировать руну Эффусума (iddqd) — 143.

142

Твоё тело пробивает болезненная судорога, сердце начинает глухо и аритмично долбить в висках, а передние ноги жжёт огнём. Но это всё ничто по сравнению со злобой, что разрывает тебя изнутри! Стиснув зубы до хруста, ты, издав истошный рёв, кидаешься на Хеллтайма. Его ударные волны теперь кажутся лёгким дуновением ветерка. Дробовик до скрежета сжат в железных когтях и, сияя багром, выплёвывает облака искрящейся смерти. Демон пытается телепортироваться, но ты оглушаешь его выстрелом в морду. Запрыгнув на него, ты обрушиваешь на челюсть Хеллтайма удар лапы такой мощи, что она сминается внутрь черепа. Приставив дробовик к облитому кровью брюху, ты снова и снова жмёшь на курок, выбивая мясо на пол позади Хеллтайма. Когда обойма пустеет, ты отшвыриваешь пушку, запускаешь когти глубоко в мясо шеи монстра и начинаешь растягивать её в разные стороны. Демон бьётся в конвульсиях, бьёт тебя лапами, но тщетно. Ты непобедим. По мере отделения головы твой крик набирает все большую силу, пока не достигает своего апогея вместе с хрустом и чавканьем, которым прощается с тобой оторванная голова, алым ядром улетающая в сторону от обезглавленного тела.

Прекрасная казнь, Палач...

Ищи концовку в самом низу.

143

Твою шкуру словно обливают кипящим маслом, но это ничто на фоне боли, терзающей твоё сердце. Из горла вырывается хрип. Ты сгибаешься, в страдальческом жесте цепляешься за бронепластину на груди и сжимаешь зубы. Как же... больно. Дикая долбёжка отдаётся громоподобным эхом в голове. Дыхание тяжело и сбивчиво. Каждый вдох даётся со страшным усилием. Ты без сил опускаешься на пол. Аритмичная агония в груди отсчитывает неровные шаги смерти, кажется, идущей неуверенной походкой. Но тебе не страшно. Уже нет. Просто жаль, что ты подвёл мир, подвёл дорогих тебе... но, в конце концов, ты не Палач Рока. Ты не виноват в этом, просто судьба дала тебе непосильную ношу.

Сердце сжимается в последний раз.

Ты мёртв. Защитная руна требует больше энергии, нежели усилитель урона и твой организм не выдержал. Причина смерти: инфаркт.

Вернись к выбору на 141.

(Да, iddqd защищает тебя от любого урона, но от самоубийства — нет, а доведение себя до инфаркта считается именно за суицид)

144

Внезапные вопли взрывают воздух, едва вы достигаете середины моста. Металлическая решётка под вами содрогается, когда на неё, один за другим, спрыгивают киберпони. Один падает на Огнехвоста, но что случается с ним дальше, ты не видишь, так как механическая туша кидается тебе на голову.

Ударить её лапой в живот — 145.

Гравихватом отразить атаку — 146.

Стрелять из гвоздемёта (при наличии) — 147.

145

Одной лапой ты блокируешь удар циркулярной пилы монстра, а другую впечатываешь в его мясистое брюхо, ощущая, как механизмы внутри врага лопаются, словно пластик, под мощью твоего кулака. От второго удара его шея ломается, а тело отправляется в полёт через перила. Огнехвост тоже уже прикончил монстра и теперь пытается сбросить его с себя.

Рёв позади заставляет тебя обернуться и увидеть двух киберпони потолще, зажимающих твоих товарищей.

Есть гвоздемёт? Стреляй на 148.

Нет — 149.

146

Грави-луч сталкивается с животом киборга, отчего тот сгибается и падает на пол. Вот только ты этого уже не замечаешь — при падении его циркулярная пила аккуратно распилила тебе глотку по горизонтали.

Ты мёртв. Вернись на 144.

147

Нашпигованный металлом, монстр заливается предсмертным воплем, твоё внимание переключается сначала на Огнехвоста, но, увидев, что он прикончил монстра и, лёжа на полу, силится скинуть тяжёлую тушу с себя, устремляется на двух киберпони потолще, что теснят твоих товарищей. Тебе на 148.

148

Гвоздемёт изрыгает тучу металла в бледные спины, перебивая трубы и провода, о чём свидетельствуют искры и жидкость цвета мазута, вытекающая из ран. К тебе присоединяется Огнехвост, накрывший врагов винтовочной очередью.

— Идём дальше, быстро! — рявкает он, едва монстры перестают дрыгаться. — Коготь, вперёд!

Да, прямо на 150!

149

Пронзительный крик Блитца едва прорезается через рёв циркулярных пил. В спину монстрам вонзается очередь винтовки Огнехвоста. Ты, выхватив пистолет, гравихватом хватаешь одного монстра за голову и оттягиваешь его назад, безустанно паля. Плазмомёт Шторма выплёвывает заряженный шар, превращающим киберпони и решётку под ними в кипящий металл. Затем грифон кидается к окровавленному товарищу.

— Блитц! — кричит он, хватая стонущего грифона за плечи, отчего тот взвизгивает и отталкивает его.

— Твою мать... — процеживает Винд Чилл. — Без магии — ни одного медикамента...

— Чёрт возьми, старина, как же так? — сипло бормочет Шторм, опускаясь на колени рядом с Блитцем.

— Огнехвост, второй отряд достиг места сигнала выживших и передаёт видео. Сигнал у них слабый, так что придётся подождать пару минут. У вас что? — слышится голос Рейнбоу Деш в рации.

— С-с-с...кор-р-ро вэ... вэ... стретимс-ся, брат-таны... — задыхается Блитц и подталкивает свою штурмовую винтовку к ногам Шторма. — Д-давай...

Шторм качает головой, не сводя глаз с друга. Тогда Блитц шепчет:

— В-Винд? Огн-н-е-х-хвос-ст...?

— Огнехвост, доложи о ситуации! — беснуется Деш. — Огнехвост! Хотя бы камеру включи!

— Н-н-у ч-чт-то... ж-ж...е... вы...? — успевает пробормотать Блитц прежде, чем раздаётся выстрел и он, с пробитой головою, расслабляется навеки. Все молча переводят взгляд на Дэкэя, дымящийся ствол оружия которого направлен на труп. Он съёживается под давлением ваших глаз и смотрит на тебя, будто ища поддержки. Ты лишь качаешь головой и отворачиваешься.

Пока солдаты перебираются через расплавленный участок моста, а Огнехвост объясняется с Деш, ты наблюдаешь, как Винд Чилл сидит подле тела Блитца. От Рейнбоу поступает команда продолжать движение, а он всё сидит. Когда его подавленным голосом окликает Шторм, грифон медленно встаёт и, кажется, кивнув мёртвому другу, перескакивает на уцелевший участок моста, прямо к тебе. Встретившись с тобой взглядом, он кладёт тебе и Шторму лапы на плечи, опускает голову и шепчет:

— Я умру, но не позволю ещё хоть одному моему другу погибнуть.

— Винд, не надо... — сипло возражает Шторм, но тот качает головой и идёт вперёд.

Двигайся на 151.

150

— Огнехвост, второй отряд достиг места сигнала выживших и передаёт видео. Сигнал у них слабый, так что придётся подождать пару минут, — связывается с вами Деш, когда вы — с тобой впереди — добираетесь до развилки. — Хотя смотри, уже всё передалось. Сейчас посмотрим. Да, и, судя по карте и сенсорам, вам надо бы взять левее. — Её уверенный тон обрывается восклицанием. — ЧЁРТ!

— В чём дело, генерал? — взволнованно спрашивает Огнехвост.

— Нападение! "Даркстар" атакован. Бегом, лягать вас, налево!

"Обстоятельства, Палач, обстоятельства, — шепчет Эффусум в твоей голове, — они сильнее".

Вдруг голос сына Титана распространяется в эфир:

— Тёмная энергия возвращается. Чувствую. Но не думайте, что того количества, что вам удастся впитать, хватит на выполнение задуманного. Ты верно выражаешься, лошадь. Им действительно стоит поторопиться. Правда, если вы будете меня слушаться, то сможете положиться не только на отправленных бойцов. — Эффусум усмехается, затем радио заполняется хрипами и помехами.

— Слышали? Двигаем! — рычит Огнехвост, указывая на коридор, но в этот момент раздаётся голос Дабл Даймонда:

— Командир, подождите. Только посмотрите сюда!

Идём на 154.

151

С вами снова связывается Деш, когда вы — с тобой впереди — добираетесь до развилки в виде уже привычно тёмного коридора налево и выхода на лестничную площадку справа:

— Данные от второго отряда переданы. Сейчас посмотрим. Да, и, судя по карте и сенсорам, вам надо бы взять левее. — Её уверенный тон обрывается восклицанием. — ЧЁРТ!

— В чём дело, генерал? — взволнованно спрашивает Огнехвост.

— Нападение! "Даркстар" атакован. Бегом, лягать вас, налево!

"Обстоятельства, Палач, обстоятельства, — шепчет Эффусум в твоей голове, — они сильнее".

Вдруг голос сына Титана распространяется в эфир:

— Тёмная энергия возвращается. Чувствую. Но не думайте, что того количества, что вам удастся впитать, хватит на выполнение задуманного. Ты верно выражаешься, лошадь. Им действительно стоит поторопиться. Правда, если вы будете меня слушаться, то сможете положиться не только на отправленных бойцов. — Эффусум усмехается, затем радио заполняется хрипами и помехами.

— Эм, командир? — протягивает Шторм, но Огнехвост отмахивается от него:

— Двигаем! — рычит он, указывая на коридор, но в этот момент раздаётся голос Дабл Даймонда:

— Командир, подождите. Только посмотрите сюда!

Иди на 154.

152

Перед тем, как твоим глазам предстаёт широкая гидравлическая дверь, ты натыкаешься на дробовик и тяжёлый пулемёт, безмятежно лежащие на полу, словно подарки судьбы. Подарки судьбы... мне почему-то странно приводить подобное сравнение к оружию. Да, оно ценно, не спорю. Но пусть будет так, что оно никогда не станет важнее чего-то живого.

Веришь ли ты в мои слова?

Если ты разделился с отрядом ещё в ангаре, то тебе на 63.

Если нет — 153.

153

— Открывай, мы прикроем, — заверяет тебя Огнехвост.

Разберись с дверью на 63.

154

Вы, переглянувшись, подходите к лестничной площадке, где стоит жеребец. Подходите и замираете в шоке. Всё — стены, пол, потолок — покрыто безумной, уродливой, карикатурной картиной, что может привидится лишь в бреду: плотью и пони, живыми пони, сращёнными с тихо шипящими трубами. Обрубленные тела с лицами, искривлёнными страдальческими гримасами, бьются в безмолвной агонии. Они то и дело дёргаются, отлипают от металла там, где не срослись, но тут же возвращаются в прежнее положение. Ты чувствуешь тугой комок в горле и сжатие в животе. В один миг кажется, что мученические глаза несчастных устремлены на тебя, в следующий — на Дабл Даймонда, дрожащего, как лист на ветру.

— Св... святая Селестия... — выдавливает он, не отрывая взгляда от стен.

— Селестия... — процеживает Дэкэй рядом с тобой, — богиня... Почему ты продолжаешь обращаться к ней даже когда стоишь перед доказательством её ничтожности и бессилия?!

Дабл Даймонд делает шаг назад, подворачивает ногу и падает на круп.

— Почему ты не веришь в себя? Почему ты не чувствуешь собственной силы?! — голос Дэкэя становится всё громче. — Агрх! — он копытом выхватывает плазмомёт у Шторма и, грубо развернув осевшего Даймонда лицом к себе, поднимает пушку на уровень его глаз. — Принцесса не сделала и больше не сделает ничего! А это — сделает. Я сделаю! — Сказав это, он ступает на площадку, поднимается на задние ноги. Он умудряется копытом нажать на спусковой механизм плазмагана конструкции для когтей грифонов. Синие шары врезаются в плоть, заставляя её шипеть и бурлить, словно воду в чайнике. Эта ассоциация наводит тебя на мысль, что могут испытывать те пони, в эту секунду. Но ведь минута адского страдания, за которой последует вечный покой — благо, так?

— Смотри, Даймонд, смотрите все! — Рычит Дэкэй, стоя посреди кровавой сауны. — Единственные, кто может хоть что-то изменить, это мы сами! Мы сильны! Мы будем рвать и метать так же, как это делали с нами! Мы обрушимся грозной и безжалостной силой на головы пришельцев! Они познают боль утрат! Мы научим их любить и ценить, чтобы им было ещё мучительней терять друг друга! — патроны заканчиваются и жеребец, отшвырнув оружие, поворачивается к вам. — Не верите? Не верите?! А ты, Коготь? Ты научил меня этому! Ты должен понимать!

Капля расплавленного металла падает Дэкэю на шлем: подплавленная у основания труба над ним зловеще сползает, готовая вот-вот рухнуть.

Жив ли Блитц?

Да — 155.

Нет — 156.

155

В последний момент Блитц, похоже, отошедший от шока, бросается на Дэкэя и ударом отбрасывает его в сторону. Труба, отвалившись, обливает металлом то место, где он стоял секунду назад, затем переваливается через перила и уносится вниз. Какое-то время Дэкэй и Блитц тяжело дышат, глядя друг на друга, пока жеребец не произносит дрожащим голосом: "Спасибо".

— Ребята, идём, — судорожно и как будто с мольбой выдыхает Огнехвост.

Дэкэй долгую минуту смотрит в пол, после чего коротко кивает:

— Да, идём.

Проходя мимо тебя, он останавливается, чтобы прошептать:

— Это было проявление не силы, а слабости, да? — И отвечает сам себе. — Я всё еще глуп. Сила глубже и умнее гнева... Спасибо, что учишь меня.

Ты внимательно смотришь ему в глаза за забралом шлема. Интересно, что ты думаешь? Недоумеваешь ли? Может, ты равнодушен? Не могу знать, могу предполагать. Но это не беда, ведь, в конце концов, это имеет значение лишь для тебя.

Иди на 152.

156

Ты слишком поздно осознаёшь что труба отрывается, ударяется холодным концом о перила и обрушивает свой кипящий участок на Дэкэя, выдавливая из него душераздирающий вопль. Расплавленный металл затекает в его броню, заставляя метаться и орать. Обезумев от боли, Дэкэй бросается через перила вниз. Ещё долго его крик сотрясает эти бурлящие стены. Воцаряется тяжёлая тишина. Негромкий звон заставляет вас вздрогнуть и посмотреть на осевшего Огнехвоста, сцепившего когти над головой.

— Босс, — чуть слышно выдыхает Шторм, — мы... дохнем, как мухи...

Винд Чилл подходит к Дабл Даймонду, нагибается и шепчет что-то. Жеребец отвечает ему кивком, поднимается и, бросив короткий взгляд на лестничную площадку, подходит к Шторму и Огнехвосту, который выдавливает сквозь зубы:

— Коготь, иди... мы за тобой...

На 152, солдат.

157

— Коготь?! Коготь, ты в порядке? — доносится сверху голос Винд Чилла, интенсивно машущего крыльями, чтобы замедлить спуск своего тяжёлобронированного тела. — Прости, что не смогли тебе помочь — проклятый взрыв засыпал проход! — Грифон опускается рядом с тобой и хмыкает, глядя на убитых врагов. — Я вижу, им не особо понравилось твоё общество.

— И не говори... — бормочешь ты, глядя, как перед тобой опускаются остальные.

Дэкэй и Блитц живы? Тогда — 158.

Нет — 159.

158

— Нам туда, наверное. Другой путь — только в ту дрянь на лестнице, — говорит Огнехвост, указывая на дверь, заваленную хламом. — Винд Чилл, Шторм, разгребите. Коготь, стой тут, под моим крылышком. — Грифон слабо усмехается. — Не хочу, чтобы тебя снова утащила какая зараза.

— Дэкэй, скажи... — протягивает Дабл Даймонд. — Ты... ты правда веришь в то, что говорил сейчас?

— Боюсь, нет, — тихо произносит Дэкэй после паузы. — Я верю лишь в то, что есть на свете что-то, что будет достойно, мотивирующе и правдиво настолько, что я уверую в это. А смогу ли я дожить до встречи с этим — посмотрим. Пока судьба ведёт себя так, будто хочет увидеть эту сцену. — Он переводит взгляд на Блитца. — Ещё раз спасибо, друг. Я твой должник до скончания веков.

— Обращайся, — с натянутым смешком бросает Блитц.

— Ну вот, всё — объявляет Шторм, уперев лапы в бока перед закрытой дверью, — можно открывать.

Все берут оружие наизготовку, Винд Чилл с силой ударяет по кнопке, на что электроника отвечает свистом, а гидравлика — шипением. Грифоны предусмотрительно отходят, пока дверь скользит в сторону, открывая проход в очень странный коридор. Сначала ты недоумённо разглядываешь плавно покачивающиеся стены, пол и потолок, затем понимаешь: это облака. Верней, раньше на них посредством чар опирался пол, о чём говорят редкие стальные пластины, всё еще лежащие на некоторых облачках.

— Что за... — бормочет Дабл Даймонд, в то время как Огнехвост, доходит до порога с противоположной стороны двери. На уцелевшем куске стены светится синяя кнопка. Огнехвост нажимает её и отступает на пару шагов.

Над клубящимися тучами вспыхивает фигура кобылы-пегаса в тонком халате. Тяжело дыша, она боязливо озирается, постоянно тыча копытным пистолетом в разные стороны. Она медленно ступает по облакам в твою сторону. Несколько раз она останавливается, надолго замирает, напряжённо вслушиваясь, затем продолжает движение. Вот она уже подошла вплотную к тебе, и черты её тела стали ещё более размыты, чем были. Её копыто тянется к кнопке... а из облака на потоке ей на шею беззвучно падает полуметровый червь, тут же впиваясь и сваливая пони наповал.

— Вот дерьмо, — ругается Шторм. — В жизни бы не подумал, что придётся продираться через такое!

Ты ступаешь вперёд. Твой взгляд пробегает по твоим товарищам. Чудо, что хотя бы они дожили до сего момента. И... их судьба, возможно, отчасти в твоих копытах. Кого-то ты знаешь лучше, кого-то только начал узнавать и понимать, но всех их объединяет одно — им не пережить встречу с мутагеном. Они практически беззащитны. Возможно, это своеобразная надменная шутка со стороны высших сил. Коли все обречены — зачем торопиться? Пусть превозмогают, пока могут. Что ж, пусть и так, в твоих силах отучить их смеяться.

— Выбирайтесь, дальше я пойду один. — Говоришь ты тоном, не допускающим возражений. — Ваша броня негерметична, а я у меня есть шанс пробраться. Всё равно осталось немного.

— Ты... — начинает было Винд Чилл, но прерывается на полуслове и опускает голову.

— Если ты хотел пойти один, тебе стоило сказать об этом Деш. Иначе зачем вообще мы высаживались и рисковали? — вставляет Блитц. — Нет, чувак, так не пойдёт.

— Вы выполнили свою роль. Вы помогли мне. Но дальше — нет, это будет глупая смерть для вас.

— Тогда давайте найдём обход! В чём проблема? — восклицает Шторм.

— Огнехвост, сколько до цели? — спрашиваешь ты.

— Без точных цифр, она в десятке-другом метров от нас.

— Посмотри, мы так близки! Поздно отделываться! — заявляет Блитц и оборачивается к Огнехвосту. — Господин командир!

— Предлагаю компромиссный вариант, — говорит он. — Коготь — иди. Мы вернёмся наверх и попытаемся найти обходной путь. Если всё станет совсем плохо — потребуем помощи Деш. Если она не сможет помочь... то будем надеяться, что ты, Айрон, справишься со своей миссией найдёшь минутку, чтоб спасти лишний раз наши жизни. — Голос Огнехвоста вдруг наполняется резко-колющими нотками. — В чём дело, народ? Ежели до сих пор вы не положили хер на смерть, то самое время сделать это сейчас, а то эта сучка обнаглела последнее время!

Все переглядываются, на миг устанавливается тишина, которую прерывает Винд Чилл, таким же тоном восклицающий:

— А ведь и правда! Охренела! Давай, Коготь, двигай. Коли разделимся — ещё лучше будет! Так больше шансов, поймать эту самую смерть и вставить ей по самые гланды! — Взгляды устремляются на него и он разводит лапы. — А что, не так?

— Ведь верно...

— Ага...

— Постойте ребят, я не понял: хер на смерть, или на смерть хер?

Смех. Шутки. Пошлые, грязные. И чем пошлее — тем полезнее. Ирония и натянутое веселье вытесняет страх из головы, позволяя жить и сохранять рассудок. Таковы уж мы.

— Эй, Коготь, постой! Я тебе кой-чего сказать хотел. Душку напоследок излить, как говориться. — Зовёт тебя Винд Чилл, когда остальные начинают взбираться наверх. — Знаешь... я давно хотел сказать... иди в жопу! Ха. Ха. Ха.

— Как вернусь, прищемлю твой зад гидравлической дверью и заставлю спать в таком положении! — Колешь ты в ответ, непроизвольно ухмыляясь. Ты готов к бою. Теперь — на 87!

159

— Похоже, нам туда, — Винд Чилл указывает на дверь, заваленную хламом, — никакого другого выхода я не вижу.

Ты принимаешься разгребать металлолом, а позади опускаются Огнехвост и Шторм, держащие Дабл Даймонда за передние ноги, о чём тебе говорит короткий взгляд через плечо.

— Даже не знаю, — подавлено говорит Дабл Даймонд. — хочу ли я выбраться отсюда живым, или нет.

Ты останавливаешься и присоединяешься к остальным, уже подарившим жеребцу мрачные взгляды. Винд Чилл набирает воздух, чтобы сказать что-то, но потом молча опускает голову.

— Когда я с десантниками проходил учения на одном авианосце, — вдруг начинает Огнехвост. — я в столовой услышал, как официант подходил к местным лётчикам и спрашивал: "Понос?", ему отвечали: "Да, понос". Когда он подошёл к моему столику, я тоже попросил понос. Через минуту мне принесли клубничное мороженое. Я подхожу к одному из местных и спрашиваю, почему, собственно, понос, а он мне и говорит: мороженое вылезает из тюбиков с прикольным звуком и выглядит, как тот самый понос. Отсюда и название. Даже командир не гнушается его так звать! — сказав это, грифон непринуждённо усмехнулся. За ним хохотнул и Винд Чилл. Последовал смешок и от Шторма.

Шутки. Пошлые, грязные. И чем пошлее — тем полезнее. Ирония и натянутое веселье вытесняет страх из головы, позволяя жить и сохранять рассудок. Таковы уж мы.

— Я потом вас накормлю этим! — добавил Огнехвост, толкая Дабл Даймонда в бок. — И ты отведаешь, браток!

Ты возвращаешься к разбору хлама. Через минуту к двери уже можно нормально подойти. Все берут оружие наизготовку, ты с силой ударяешь по кнопке, на что электроника отвечает свистом, а гидравлика — шипением. Грифоны предусмотрительно отходят, пока дверь скользит в сторону, открывая проход в очень странный коридор. Сначала ты недоумённо разглядываешь плавно покачивающиеся стены, пол и потолок, затем понимаешь: это облака. Верней, раньше на них посредством чар опирался пол, о чём говорят редкие стальные пластины, всё еще лежащие на некоторых облачках.

— Что за... — бормочет Дабл Даймонд, в то время как Огнехвост, доходит до порога с противоположной стороны двери. На уцелевшем куске стены светится синяя кнопка. Огнехвост нажимает её и отступает на пару шагов.

Над клубящимися тучами вспыхивает фигура кобылы пони-пегаса в тонком халате. Тяжело дыша, она боязливо озирается, постоянно тыча копытным пистолетом в разные стороны. Она медленно ступает по облакам в твою сторону. Несколько раз она останавливается, надолго замирает, напряжённо вслушиваясь, затем продолжает движение. Вот она уже подошла вплотную к тебе, и черты её тела стали ещё более размыты, чем были. Её копыто тянется к кнопке... а из облака на потоке ей на шею беззвучно падает полуметровый червь, тут же впиваясь и сваливая пони наповал.

— Вот дерьмо, — ругается Шторм. — В жизни бы не подумал, что придётся продираться через такое!

Ты ступаешь вперёд. Твой взгляд пробегает по твоим товарищам. Чудо, что хотя бы они дожили до сего момента. И... их судьба, возможно, отчасти в твоих копытах. Кого-то ты знаешь лучше, кого-то только начал узнавать и понимать, но всех их объединяет одно — им не пережить встречу с мутагеном. Они практически беззащитны — и это чудо, что вы вообще до сих пор живы. Возможно, это своеобразная надменная шутка со стороны высших сил. Коли все обречены — зачем торопиться? Путь превозмогают, пока могут. Что ж, пусть и так, в твоих силах отучить их смеяться.

— Выбирайтесь, дальше я пойду один. — Говоришь ты тоном, не допускающим возражений. — Ваша броня негерметична, а я у меня есть шанс пробраться. Всё равно осталось немного.

— Ты... — начинает было Винд Чилл, но прерывается на полуслове и опускает голову.

— Вы выполнили свою роль. Вы помогли мне. Но дальше — нет, это будет глупая смерть для вас.

— Тогда давайте найдём обход! В чём проблема? — восклицает Шторм.

— Огнехвост, сколько до цели? — спрашиваешь ты.

— Без точных цифр, она в десятке-другом метров от нас.

— Коготь, чёрт побери! — кричит Винд Чилл.

— Предлагаю компромиссный вариант, — говорит Огнехвост. — Коготь — иди. Мы вернёмся наверх и попытаемся найти обходной путь. Если всё станет совсем плохо — потребуем помощи Деш. Если она не сможет помочь... то будем надеяться, что ты, Айрон, справишься со своей миссией найдёшь минутку, чтоб спасти лишний раз наши жизни. — Голос Огнехвоста вдруг наполняется резко-колющими нотками. — В чём дело, народ? Ежели до сих пор вы не положили хер на смерть, то самое время сделать это сейчас, а то эта сучка обнаглела последнее время!

Все переглядываются, на миг устанавливается тишина, которую прерывает Винд Чилл, таким же тоном восклицающий:

— А ведь и правда! Охренела в конец! Давай, Коготь, двигай. Коли разделимся — ещё лучше будет! Так больше шансов, поймать эту самую смерть и вставить ей по самые гланды! — Взгляды устремляются на него и он разводит лапы. — А что, не так?

— Ведь верно... — протягивает Шторм.

— Ага... — бормочет Дабл Даймонд.

— Эй, Коготь! Я тебе кой-чего сказать хотел. Душку напоследок излить, как говориться. — Зовёт тебя Винд Чилл, когда остальные начинают взбираться наверх. — Знаешь... я давно хотел сказать... иди в жопу! Ха. Ха. Ха.

— Как вернусь, прищемлю твой зад гидравлической дверью и заставлю спать в таком положении! — Колешь ты в ответ, непроизвольно ухмыляясь. Ты готов к бою. Теперь — на 87!

160

Ты ступаешь на механическую платформу лифта и смотришь наверх. Металл сохраняет свои позиции в пределах двух метров над тобой, а выше — превращается в грязно-чёрный камень, пронизываемый десятками алых полос. Что ж, неплохой антураж. Но вспышки кровавого света на самом верху обещают нечто большее. Туда и поезжай! Поднимайся на 123!

161

Жёлтая черепушка отправляется в специальный паз на корпусе двери. Когда-то она была простой, гидравлической, как и большинство её сородичей в ОАК, но надменный дьявол надругался над ней, как и над твоею душой, благодаря чему ты и получил шанс войти сюда. Что ж, у всего есть своя цена.

Ты проходишь в тесную каморку, тускло освещённую алыми пентаграммами на стенах и потолке. На полу же сияет металлическим блеском что-то крупное, неправильной формы. Что-то уродливое столь же, сколь красив демон... прошедший пластическую операцию с использованием этого инструмента. Бензопила. Она твоя. Заслужил. Когда она оказывается в твоих когтях, по твоему телу разливается ощущение мощи.

Теперь иди на 160!

162

Всё это барахло, может и интересно, но полезности — ноль, чего не скажешь о великолепном оружии, лежащем на столе рядом с надписью "Звёздный меч Блекджек". Грубые, но в то же время изящные линии, отдающие ледяным блеском. Мощная рукоять, страшное лезвие... воистину, мало что может ввести солдата вроде тебя в экстаз так, как это. Бензопила. Она твоя! Да, кстати, что за игрушка лежит рядом? Тот самый звёздный меч? Не знаю, что думаешь ты, но я на твоём месте бы презрительно поморщился.

Ты пинаешь столик, отчего тот трескается под твоей могучей лапой, улетает в шкаф, а тот обрушивается прямо на тебя. Это не проблема, это даже весело, учитывая, что, проломив его спинку, ты видишь в зеркале своё отражение. Можно залюбоваться: твоя броня внушает такой же благоговейный трепет, как и бензопила в твоей лапе. Только вот на шлеме у тебя красуется парик в виде красной гривы с чёрными полосами. Ты, перешагнув через остатки шкафа, подходишь к зеркалу и мгновение разглядываешь себя с таким украшением.

— Да никогда в жизни! — бросаешь ты, срывая парик и бросая его на грязный пол.

Подойдя к плакату "поступать лучше", ты срываешь его, мысленно повторяя только что произнесённую фразу. Вдруг ты замечаешь какую-то бравурную мелодию, доносящуюся из-под обрушенного шкафа. Подойдя к нему, ты откидываешь его, а перед тобой взлетает небольшой серебристый робот-параспрайт, держащий в гравитационном поле возле себя изрезанную когтями лысую голову угольно-чёрной единорожки и зелёную коробочку — патрон для БФГ9000.

— Доброе утро, выживший! — приветствует тебя робот весёлым синтезированным голосом. — Только сегодня! Только сейчас! *бз-з-з-зт!* — роботизированный голос вдруг становится ниже и грубее. — Перед тем, как весь ваш народ передохнет, я предлагаю особый трофей! Голову пацифистки-певицы! Покупай за четыреста крышек, пока я не отдал её на изнасилование низшим отродьям! *Бз-з-з-зт* — голос робота возвращается к прежнему дружелюбному тону. — А так же заряд для пушки, которую ты скорей всего не нашёл! Выкладывай восемьсот крышек за всё! Оу, вижу, у тебя нет денег? Я могу дать тебе пару квестов...

Ты крепишь бензопилу на спину, поднимаешься на задние ноги и молча смотришь на робота.

— Или можешь улучшить отношения с какой-нибудь фракцией! Допустим, пойти к демонам и предложить им свою помощь! Тогда я отдам тебе всё это бесплатно! Даже голову приберегу в консервирующем контейнере!

Ты неспешно складываешь когти в замок и щёлкаешь ими, словно костяшками.

— Знаешь, я готов сделать скидку... только давай расстанемся друзьями!

Твоя лапа, очертив дугу в воздухе, обрушивает удар чудовищной мощи на робота, отчего тот уходит в пол по самые крылья. Его вещи падают рядом. Бравурная музыка сменяется набором хрипов и шипений, которая, кстати, всё еще сохраняет ритм. Звучит, кстати, в разы лучше. Настоящий индустриальный метал-дабстеп!

Ты поднимаешь патрон для БФГ, пинаешь голову в угол и выходишь.

Теперь на лифт, на 160.

163

Просторная комната с зеркалом и шкафом в дальнем конце заполнена кучей занимательных вещиц и украшена тематическими мотивирующими плакатами. Вот, например, грустная Флаттершай, окружённая оскаленными зебрами с потёртой подписью: мы должны поступать лучше! А вот какой-то небольшой чёрно-зелёный компьютер, похожий на браслет для ноги. Кусок какого-то бронекостюма с эмблемой в виде механического яблока...

Похоже, это тайник фаната-косплеера "Fallout:Equestria". Хочешь оглядеть здесь всё, а затем разнести на кусочки, как я? Тогда — 162 (только потом не вайнить за глумление)!

Нет? Ну и ладно, я тебя не заставляю. Иди, превозмогай на 160.

164

Визжащая циркулярная пила с лёгкостью распарывает твоё горло, монстр ликующе рычит, вцепляется в кровоточащую рану твоей шеи и начинает чавкать столь смачно, что становится ясно: ты очень вкусный.

Ты мёртв, вернись на 101.

165

Дверь хоть и выглядит внушительно, но против боевого лазера ей долго не выстоять. Пока алый луч сантиметр за сантиметром режет толстый металл, с тобой связывается Рейнбоу Деш.

— Айрон, ты как? Тебе стоит поторопиться. Демоны подают голос, правда, полноценная атака ещё не началась. Без магии мы чёрта с два выстоим.

— Не чувствуете? – слышится голос Эффусума. Кажется, немного окрепший. – Нет? Тёмная энергия возвращается. Понемножку, по чуть-чуть. Этого нам не хватит, но… они осторожничают, понимаете? – Он издаёт смешок. – А страх перед бессильным даёт ему шанс на победу…

Вырезанный квадрат выпадает из двери и ты пролезаешь на лестничную площадку. Над тобой – завал, не пройти. Внизу лестница вообще отсутствует: только металлические подпорки, поднимающиеся из какой-то радужной дряни у основания, напоминают о том, что она когда-то здесь была. Нет других вариантов, кроме как спрыгнуть в широкую дыру в стене этажа ниже.

Проделав это, ты оказываешься в огромном, хорошо освещённом многоуровневом зале с множеством коробок и бочек, раскиданных в полном беспорядке. Но твоё внимание привлекают три огромных контейнера, подвешенных на кранах под потолком. Напротив этих грузоподъёмников установлена небольшая кабина, откуда, очевидно, они управляются. Ну и да, на другом конце помещения виднеется заблокированная гидравлическая дверь, нагло сияющая красным светом, словно напрашиваясь на лазерную резку.

«Внимание» — объявляет кобылий голос. – «Обнаружены живые организмы внутри утилизаторных шахт пять, шесть и семь. Во избежание жертв, работа системы приостановлена. Спасатели проинформированы»

Скорей всего, какой-то монстр забрался не в ту щель. Тебя это мало касается. Можешь поступить логично и отправиться резать дверь на 174.

Или запрыгнуть на уровень кабины управления и оглядеть там всё – 175.

166

Ты подходишь к двери и останавливаешься. Странные чавкающие и шипящие звуки недобро тревожат воздух. Сквозь дюймовую щель промеж створок виден проваленный пол, образовывающий овраг, и заполненный вязкой радужной жидкостью. Лезть туда, скорей всего, не стоит.

Резать оставшуюся дверь на 165 или всё равно раскрыть створки этой двери на 167?

167

Дверь поддаётся и со скрежетом уходит в стороны, позволяя увидеть широкое радужное озеро во всём величии: оно кипит; его кромка ежесекундно обрастает волдырями, которые тут же лопаются. Из труб на стенах валит пар, как в бане. А он, в свою очередь, оседает на потолке и разноцветным дождём выливается в озеро. Кое-где над поверхностью этой жижи поднимаются платформы. Словно насмешка, на одной из таких, прям посередине этого импровизированного водоёма, лежит бездыханный грифон с дробовиком в когтях и подсумкой на боку. Оружие и боеприпасы пришлись бы очень кстати. Вот только гравихватом не дотянуться до них отсюда. Придётся малость попрыгать.

Нет, к чёрту такой риск? Можешь-таки пойти своей дорогой на 165.

Игра стоит свеч? Отлично, можешь аккуратно перескочить на ближайшую платформу слева – 168.

Платформа справа дальше, но у тебя есть джетпак. Почему б не рискнуть на 169?

168

Прыжок успешен. Продолжая осторожно перескакивать с платформы на платформу, ты подбираешься достаточно близко к дробовику, чтобы притянуть его гравихватом. Но когда оружие хватает гравитационный луч, из радужной жижи показывается багровое щупальце мутагенного червя, обвивается вокруг мёртвого грифона и утаскивает его на дно вместе с боеприпасами. Тут же другое щупальце хватает тебя за заднюю ногу.

Порвать щупальце когтём – 172.

Пережать его и вытянуть червя на платформу, где застрелить из дробовика – 173.

169

Разбежавшись, ты прыгаешь с порога двери по направлению к платформе.

Подтолкнуть себя реактивным ранцем на пике высоты прыжка – 170. Или у самой радужной кромки – 171.

170

Дуга твоего прыжка не прерывается и ты успешно приземляешься на платформу, откуда гравихватом притягиваешь дробовик с сумкой картечи. При помощи джетпака ты возвращаешься в комнату, откуда пришёл.

Можешь двигаться вперёд, на 165. Или, подумав насчёт той голографической записи, вернуться на 101 (при посещении ранних абзацев сохраняют своё значение только выборы, а не текст)

171

Энергии прыжка хватает, чтобы достигнуть плиты. По крайней мере, это касается твоих лап, ибо остальная часть твоего тела окунается в кипящую радужную гадость у самого края платформы. Что бы это ни было, оно прожигает твою броню и начинает буквально жрать тело. На протяжении долгих десяти секунд ты орёшь, как пони в кипящем чайнике. А затем, когда всё твоё здоровье улетучивается, без сил выдыхаешь и идёшь на дно.

Возвращайся на 169.

172

Оно оказывается прочнее, чем ты ожидаешь. Не успеваешь ты разорвать первое, а твою шею обвило другое, живот – третье. Ты рычишь, вырываешься, но всё это сравнимо с отчаянной и бессмысленной борьбой мухи с паучьей сетью. Тебя окунает в радужный токсин. Десять секунд мук – и ты спасён. Мёртв, то есть.

Можешь не возвращаться на 168, иди сразу на 173.

173

Прочность щупальца играет против червя. Ты одним рывком вытаскиваешь отвратную тварь из «озера». Монстр шипит, дрыгается и беспомощно лупит тебя остальными щупальцами по шлему, до тех пор, пока три заряда картечи не превращают его в кровавое решето на ниточке. Выбросив его, ты поспешно возвращаешься на «берег», где обнаруживаешь, что дробовик пуст. Сейчас он не полезнее дубинки. Патронов нигде не видно, как и альтернатив посещению абзаца 165.

174

Прорезав в двери дыру, ты проходишь в ещё одно широкое помещение. Трудно сказать: кажется ли оно пустым из-за мрака, или пустота вызывает иллюзию темноты. Так или иначе, ты благополучно пересекаешь половину зала до того, как услышать скорбный голос Авроры, спрыгивающей с потолка прямо перед тобой так резко, что ты толком не успеваешь её рассмотреть.

— Я ошиблась. – Глухо говорит она, наводит лапы на тебя и стреляет картечью, добавляя. — Ты ничем не лучше меня. Ты такой же монстр. Ты заслуживаешь смерти столь же, сколь и я!

Ударом тебя сбивает на пол.

Атаковать её из двух пистолетов – 190.

Нашёл дробовик, и он заряжен? – 191.

Нашёл плазмомёт? Ну, давай на 183.

175

Помимо панели управления на этаже нет ничего, кроме тонн коробок, вряд ли содержащих что-то ценное. Даже дверь выхода – и та заросла жуткой багровой плотью, незаметно растущей и тянущейся к тебе. Доступ к панели заблокирован: требуется «общий экстренный код».

Ты нашёл КПК Монин Глори? Читал его? Тогда введи его на 177.

Нет? Ну, извини, ты не годный думер. Иди, давай, на 174.

176

КПК принадлежит некой Монин Глори. И, что странно, не заблокирован. Аудиозаписей нет, а в письмах творится полная ахинея. Большинство сообщений не представляют тактической важности, ибо заголовки входящих «Сестрёнка, мы героини книги!» и исходящих «Какой я там ориентации?!» вряд ли содержат важную информацию. Зато письмо «Оружие в утилизаторе!», датированное вторым числом месяца грифона, стоит почитать.

«Г-жа Гас Флауэр,

Происшествие 25-ого феникса скорей всего уже дошло до вас. Но я, как единственный непосредственный свидетель, имею полное право описать всё так, как видела, не приукрашивая и не преувеличивая. Итак, в тот день, в четыре часа утра, когда до конца моей смены оставалось ещё два часа, на терминал поступила команда об утилизации контейнера SCP. Я хотела начать процедуру, однако система выдала сообщение о наличии неопознанных металлических объектов в утилизационной шахте 7. По всем правилам, шахты должны были проверяться одновременно с окончанием дневной смены. И в отчёте говорилось, что проблем обнаружено не было. Ни одного процесса утилизации, в отличие от проверок, за последние двое суток не проводилось. Следовательно, я резонно предположила, что это могла быть ошибка. Тем не менее, насильственно провести утилизацию я не могла, и на правах техника спустилась к шахте 7. Стандартный код открытия почему-то не сработал, и я использовала общий экстренный 4-5-7. Внутри стоял контейнер без идентификационного номера и с кодовым замком. Я попыталась связаться с Даск, которая должна была дежурить этажом выше, но коммуникационная сеть внезапно оказалась выведенной из строя! Не имея возможности унести контейнер, я, на правах техника, решила открыть его. Взломав его, я обнаружила, что внутри находилось пять экземпляров тех самых статик-пушек, полученных от ОАК-сити под предлогом инструмента для утилизации взрывоопасных бочек(?!). Я, зная о его нестабильности, не прикасалась к оружию. Однако связь всё ещё не работала, так что я решила самостоятельно позвать на помощь. Я собралась выйти из шахты, как вдруг она самостоятельно, совершенно без постороннего вмешательства, закрылась прямо у меня на глазах! Я оказалась запечатана! Вы понимаете? Запечатана внутри механизма, предназначенного для субатомной деконструкции любого материала! Представляете, каково мне было? До того, как моё отсутствие бы заметили, пришлось бы прождать ещё больше полутра часов! Причём с такими сбоями в системе процесс утилизации мог бы начаться в любую секунду! Именно поэтому я взяла одну из статик-пушек (вы сами направляли меня на инструктаж по их применению) и взорвала дверь шахты.

Я не считаю это вандализмом или порчей государственного имущества. Я не считаю себя провинившейся в чём-либо, как не хочу никого обвинять. Но так больше продолжаться не может. У меня развивается клаустрофобия. В конце месяца я хотела бы уволиться вместе с Даск.

С уважением, Монин Глори.»

А теперь — на 165.

177

Панель утвердительно гудит, требование пропадает, а его место занимает сообщение о необходимости утилизировать контейнеры U-1, EP-1101 и T-X. Подняв взгляд, ты видишь, что эти названия написаны на их блестящих боках. Вслед за этим сообщением звучит уже знакомое известие о живых организмах внутри трёх шахт. Для начала, ты выбираешь контейнер U-1 и кликаешь на вкладку «содержимое». Внезапно экран начинает мерцать, а текст выдаёт непонятное “anigavleest”. Как ни странно, стоит тебе закрыть вкладку, как всё приходит в норму. В T-X хранятся «взрывоопасные отходы», а в EP-1101, как сказано, содержится «графомания всея вселенная». Понятия не имею, что это может означать. Так, дальше – ещё глупее. Ты не можешь начать процесс утилизации, пока в шахтах есть кто-то живой, но при этом они не хотят открываться, требуя выбрать предмет для деконструкции. Что-то это не очень вяжется с письмом Глори… Вдруг ты замечаешь опцию «принудительная утилизация». Кликаешь туда – снова требуется «общий экстренный код». Вводишь, и наконец выбираешь судьбу контейнера T-X:

Утилизировать в шахту пять – 178.

Утилизировать в шахту шесть – 179.

Утилизировать в шахту семь – 180.

Не утилизировать – 182.

178

Кран гудит и опускает контейнер в открывшийся в полу люк, отцепляется и возвращается в исходное положение. Люк закрывается. Свет в помещении мерцает, трижды звучит тревожный сигнал, а затем происходит взрыв. Люк взмывает в воздух и с грохотом приземляется рядом с дырой в шахту, откуда выплёскивается быстро тающая радужная жидкость с багровыми червями.

«Внимание» — объявляет кобылий голос, – «нарушена герметичность шахт пять и шесть. Сквозное повреждение шахт пять и шесть. Живые организмы покинули шахты пять и шесть. Обнаружены живые организмы в шахте семь. Разблокировка шахты семь»

Ты с трудом удерживаешься от того, чтобы проломить панель. Во имя всех богов, какой маразматик создавал эту систему безопасности?!

Но дальше случается то, что заставляет тебя забыть обо всём идиотизме: из открывшегося люка седьмой шахты пушечным ядром вылетает молоденькая оранжевая пегаска с растрёпанной малиновой гривой. В следующий миг она оказывается подле тебя и ударяет копытом по панели. Дыра в полу закрывается, а пегаска замечает тебя и, выдохнув, машет копытом.

— Вот обязательно тянуть со спасением до последней секунды? – восклицает она и произносит с благодарностью. — Спасибо огромное! Ещё чуть-чуть, и от того радужного дерьма было бы уже не спрятаться! Ты из охраны, да?

Ты молча глядишь на неё, ещё не до конца постигая произошедшее.

— Нет, не из охраны… да ты одет, как кто-то из «Дума»! Или как перекрашенная Аврора… ой, Аврора, Орион! Они… Мы были у самого ангара, нашли Аврору и… и я проснулась вот в той шахте. Пару часов назад! Или пару дней… я не знаю! Нам нужно найти их!

— Деш, я нашёл гражданского, — сообщаешь ты в эфир, – подбери её.


— О, Селестия, Коготь, ты не представляешь, что ты сделал для меня! – Со слезами в голосе бормочет Рейнбоу Деш в эфир, пока ты движешься через уже знакомые коридоры и комнаты, возвращаясь из ангара, где передал Скуталу на фрегат. – Были времена, когда Скуталу была мне как сестра или как дочь! Чёрт побери, когда всё это закончится, я собственнокопытно возведу тебе памятник из, мать её, платины!

А ты? Может быть, ты улыбаешься таким словам. Может, ты равнодушен… на самом деле, в объективном плане это ничего не значит. Ты просто добираешься до абзаца 181, это у двери выхода со склада-утилизатора, что теперь открыта.

179

Кран гудит и опускает контейнер в открывшийся в полу люк, отцепляется и возвращается в исходное положение. Люк закрывается. Свет в помещении мерцает, трижды звучит тревожный сигнал, а затем происходит взрыв. Люк взмывает в воздух и с грохотом приземляется рядом с дырой в шахту, откуда выплёскивается быстро тающая радужная жидкость с багровыми червями.

«Внимание» — объявляет кобылий голос, – «нарушена герметичность шахт пять и шесть. Сквозное повреждение шахт пять и шесть. Живые организмы покинули шахты пять и шесть. Нарушена герметизация шахты семь. Живые организмы покинули шахту семь».

Внезапно с тобой связывается Рейнбоу Деш.

— Коготь, вот оно! Атака началась! Полный трындец! Рогатая башня пришла в движение и пытается сбить нас! Будем садиться на нижние этажи, иначе фрегат разнесут на куски! Давай, двигай!

В самом деле, ты просто теряешь время. Запусти утилизацию EP-1101 и неведомой графомании, а потом бегом на 174, это приказ!

180

Кран гудит и опускает контейнер в открывшийся в полу люк, отцепляется и возвращается в исходное положение. Люк закрывается. Свет в помещении мерцает, трижды звучит тревожный сигнал, а затем раздаётся кобылий голос:

«Внимание, живые организмы покинули шахту семь. Обнаружены живые организмы в шахтах пять и шесть».

Внезапно с тобой связывается Рейнбоу Деш.

— Коготь, вот оно! Атака началась! Полный трындец! Рогатая башня пришла в движение и пытается сбить нас! Будем садиться на нижние этажи, иначе фрегат разнесут на куски! Давай, двигай!

В самом деле, ты просто теряешь время. Запусти утилизацию EP-1101 и неведомой графомании, а потом бегом на 174, это приказ!

181

Дверь скользит вверх, а ты проходишь в ещё одно широкое помещение. Трудно сказать: кажется ли оно пустым из-за мрака, или пустота вызывает иллюзию темноты. Так или иначе, ты благополучно пересекаешь половину зала до того, как услышать мягкий скорбный голос Авроры.

— Я думала, мы одинаковы. – Говорит киберкобыла, с тихим лязгом спрыгивающая с потолка перед тобой. Её голова окружена голографическим изображением худого кобыльего лица. Она облачена в такой же костюм, как и ты, только серебристо-голубого цвета. Помимо этого, она намного выше тебя, да между суставами и кистями её верхних лап установлены широкие толстые браслеты непонятного назначения. — Нет, я ошибалась. Я думала, ты монстр. Может быть, но ты намного лучше меня.

Она спокойно стоит напротив тебя и не выказывает признаков агрессии. Тем не менее, сцена с голограммами заставляет всерьёз призадуматься о возможном нападении. Лучшая оборона – наступление. Можно расстрелять её из плазмагана и дробовика – 183.

Ждать, не атаковать – 184.

182

Внезапно с тобой связывается Рейнбоу Деш.

— Коготь, вот оно! Атака началась! Полный трындец! Рогатая башня пришла в движение и пытается сбить нас! Будем садиться на нижние этажи, иначе фрегат разнесут на куски! Давай, двигай там!

В самом деле, ты просто теряешь время. Бегом на 174, это приказ!

183

Плазмомёт в твоих когтях выплёвывает очередь шаров в бок киберкобылы. Дробовик в левитационном поле гравихвата вспахивает её морду. Затем что-то детонирует в металлическом корпусе и её нога и остальное тело разлетаются в противоположные стороны.

— Мне никогда раньше так не нравилась боль, — судорожно выдыхает Аврора, поднимаясь на передних конечностях и нацеливая на тебя плечевую гаусс-пушку. – Пожалуйста, сделай так снова!

Эта пушка может убить тебя одним выстрелом! Нужно срочно что-то предпринять!

Отскочить в сторону и броситься бежать, обстреливая врага – 185.

Дёрнуть гравихватом ствол оружия – 186.

Дёрнуть гравихватом лицо кобылы – 187.

Просто продолжать палить – 188.

184

— Я убила Ориона, я убила Свити Белль, я убила здесь всех! – Киберкобыла хватается за голову. Голограмма тухнет, и её морду скрывает тьма. – Всё ложь, всё во мне – ложь… Хочешь увидеть, что я? – На лапе Авроры загорается фонарь, который она подносит к нижней челюсти, освещая лысую, бледно-розовую мешанину из мяса и проводов вместо нормального лица. Затем Аврора сокрушённо махает лапой и отворачивается. – Некого винить в этом. Не во мне, а во всём… этом. Некого, кроме самой себя. Я страдала, я просила помощи и получала её. Вот только мне этого было мало, этого не хватало! А потом… потом я услышала их голоса… они обещали мне счастие. Они обещали мне друзей, любовников и избавление от боли. Я, в слепоте своей, приняла их зов. Они не лгали, они одарили меня, но дары их были отравлены. Теперь я вижу: у меня были друзья, меня любили и… и я не знала настоящей боли. Всё это я познала слишком поздно. – Аврора замолкает и долго глядит в никуда, пока, наконец, не поворачивается к тебе. – Ты знаешь, ты хороший пони. Я старалась совладать с собой и отсрочить её убийство, что считала достойным делом. Ты же пришёл и просто спас её. Может быть, ты веришь, что я все ещё могу измениться к лучшему? Нет, не могу. Для меня всё кончено.

Говоря это, она нацеливает браслеты на тебя. Туча картечи сбивает тебя с ног, а в следующую секунду на плече Авроры появляется гаусс-пушка. Яркая вспышка света – последнее, что ты видишь в своей жизни.

Ты мёртв, вернись на 181.

185

Исход тот же, что и на 188.

186

Исход тот же, что и на 187.

187

Грави-луч не опережает выстрел гаусс-пушки, аккуратно прошивающий твой череп. Мгновенная смерть. Ты даже не слышишь сокрушённого вздоха Авроры.

Вернись на 183

188

Дробь ломает что-то внутри гаусс-пушки и та выходит из строя. Плазменный душ кипятит электронику в голове Авроры, металл надувается пузырями и лопается через её плоть. Всё это заставляет киберкобылу биться в истерическом хохоте.

— Да! Да! Да! Сделай мне ещё больнее! Давай же!

Но плазмаган вдруг прекращает стрельбу, отрицательно гудит и выдаёт сообщение на табло боеприпасов: «недостаточно хладоагента».

— Ut Clem! Ferrumvigro! – Ревёт Аврора.

По полу проходит ощутимая вибрация. Не успеваешь ты убрать плазмомёт за спину, как стена позади Авроры взрывается в алых искрах. Под грозное жужжание гусениц в помещение въезжает самый настоящий танк. Его башня увенчана дырчатыми стволами спаренных огнемётов, а по бокам сверкают статик-пушки. Его можно было бы назвать простым танком с нестандартным вооружением, если бы он не состоял на две трети из, кхм, мяса. Безумная каша плоти вживлена в ржавые стальные пластины и источает гной. Пушки установлены не на механические шарниры, а всунуты в разорванные пасти тех, кто раньше был пони.

— Вот, каких «друзей» я обрела! – захлёбывается киберкобыла в предсмертной агонии. – Даруй им ту же благодать, что и мне! Убей их!

Танк нацеливает на тебя все свои орудия.

Рвануться на него и запрыгнуть на фронтальную броню, исключая возможность попадания из статик-пушек (но от огнемётов ты не защитишься) – 189.

Выстрелить из дробовика в статик-пушку на одном боку, а затем кинуться взрывать другую – 193.

189

Ты тяжело приземляешься на корпус и хватаешься когтями за стальные листы. Но вместо огнемётов стреляют именно статик-пушки. Частицы нейтрино беспрепятственно пролетают сквозь танк, твою броню и кожу, чтобы детонировать внутри тебя. Кровавый дождь обливает танк в том месте, где только что был ты, возможный спаситель Эквестрии.

Вернись на 188.

190

Ты принимаешься палить в киберкобылу, попутно отталкивая её гравихватом, но мощь оружия слишком мала, чтобы нанести ей серьёзный урон. Она, отскочив на несколько метров, сгибается, нацеливает на тебя что-то светящееся на плече. Вспышка этого «чего-то» — последнее впечатление твоей жизни.

Если Ваш арсенал ограничивается двумя пистолетами и дробовиком, то я с сожалением (честно) сообщаю, что, глубокоуважаемый (нет) коллега, Вы не сможете пройти этот уровень. Начинайте заново и ищите секреты, или берите с собой хорошо вооружённый отряд. Считайте это за серьёзный проигрыш.

191

Исход тот же, что и на 190.

192

193

Повреждённая установка взрывается, но частицы нейтрино живут достаточно долго, чтобы пройти и сквозь танк, и через тебя, не нанеся вам никакого вреда, а затем взорваться далеко позади. Несмотря на отсутствие повреждений, танк, если можно так выразиться, оглушается, что позволяет тебе подкатиться к его противоположному боку и всадить заряды в оставшуюся пушку. Это попадание оказывается менее удачным: оружие не выходит из строя. Но танк не даёт тебе больше поблажек и, развернувшись так, чтобы ты не мог достать статик-пушку, газует на тебя, попутно выплёскивая огонь.

Отступать и резать огнемёты лазерным пистолетом – 195.

Джетпаком швырнуть себя так, чтобы оказаться напротив статик-пушки – 196.

195

Ты резко подаёшься назад и вбок, избегая пучка частиц нейтрино, пролетевших сквозь танк и взорвавших то место, где ты только что стоял. При этом луч лазера, которым ты надеешься вывести из строя огнемёты противника, рассеивается потоком этого самого огня, что вынуждает тебя пытаться обойти врага. Без плазмомёта — плохо! Может быть, на теле авроры найдётся что-нибудь?

Танк едет на тебя, а Аврора лежит за ним.

Отступать, заманить в угол, а затем обогнуть – 197.

Перескочить через него с помощью джетпака – 198.

196

Тебе это удаётся. Даже сам танк помогает в этом: наводит пушку прямо на тебя. Стоит ли упоминания то, что останется от тебя после попадания?

Вернись на 193.

197

Непрерывно паля из дробовика, ты движешься назад и виляешь, как заяц. Нейтрино то и дело взрывают пол в тех местах, где тебя уже нет. Улучив момент, ты кидаешься вперёд и в сторону, обегая танк с той стороны, где у него находится уцелевшая пушка. Выстрел – и она взрывается, и снова никакого урона ни тебе, ни врагу. Пока (как бы странно это ни звучало) танк приходит в себя, ты добегаешь до тела Авроры и, открыв первую попавшуюся заслонку на её полурасплавленной спине, достаёшь канистру хладоагента. Совпадение? Да. И не ропщи, а заряжай мощный шар и выплёскивай его на противника!

Когда шар плазмы превращается в бассейн смерти для боевой машины из плоти и металла, я позволяю себе задать тебе несколько вопросов. Погляди на Аврору. Ей, при верной точке зрения, можно сочувствовать. Но она не имеет значения. Тогда что же придаёт смысл тебе? Спасение чужих жизней? Навряд ли, ибо они столь же ничтожны. Что же, в объективном плане, делает тебя особенным? Думай… думай…

Размышлять можно и в движении – катись на 199.

198

Ты разбегаешься, а затем прыгаешь. Танк отъезжает назад, поднимая огнемёты и стреляя из статик-пушки, но мажет. Ты приземляешься не позади него, а прямо на его мясистую башню. Ты сразу же отводишь гравихватом статик-пушку, наведённую на тебя, и разрезаешь огнемёты лазером. Поток огня сразу же сменяется ручьём бурой жидкости. Спрыгнув, ты хватаешь уцелевшую статик-пушку и вырываешь её из пасти у основания. Оружие в порядке, если не считать неведомой дряни, бледной сетью покрывающей его рукоять. Танк гудит, шипит, и начинает разворачиваться, пытаясь задавить тебя. Отступив, ты хладнокровно поднимаешь оружие и надавливаешь на курок. Лазерный целеуказатель – чёрная коробочка над стволом – рисует точку на листе брони противника. Ты надавливаешь на курок сильнее, и труба в твоих когтях начинает вибрировать и ярче светиться. Отпускаешь – и, без отдачи, из ствола вырываются зигзаги алых молний. Скользнув в шипящее тело танка, они детонируют. А вместе с ними – и все внутренности боевой машины. Немного странно наблюдать, как из-под вылетевшей башни вытекают кишки, но это не имеет значения.

Ты, переводя дух, кидаешь взгляд на труп Авроры. Надо бы его обыскать! Пока ты исследуешь полурасплавленное тело киберкобылы, можешь прислушаться к моим словам. Она не значила ничего. Тогда что же придаёт тебе значение? Спасение чужих жизней? Навряд ли, ибо они столь же ничтожны. Что же, в объективном плане, делает тебя особенным? Думай… думай…

В спине кобылы ты находишь уцелевшую капсулу хладоагента, которая подходит к плазмомёту. Что ж, это оружие снова в боевой готовности. Иди вон из этого помещения. На 199.

199

— Коготь, ты приближаешься к цели! – провозглашает Рейнбоу Деш в эфир, пока ты галопом несёшься через этаж, то и дело натыкаясь на почти что одинаковые многоуровневые залы с кранами, контейнерами и, вероятно, шахтами под полом. – А нас собираются размазать по обшивке! Мы запрятались под фабрику, тут нас не достанет их пушка, но чёртовы горгульи не дают выдохнуть. У ребят на «Даркстаре» дела плохи, но они держатся. Пока. Эффусум тут…

— Мне не нужен твой голос, лошадь! – Огрызается сын Титана и обращается к тебе. – После того, как мы вернёмся в ваш родной мир, ты окажешься у меня в долгу. Хе, недоволен? – Его самодовольный тон смешан со злобой. — А я тебя и не спрашиваю. Слушай внимательно. Все, слушайте. Очень. Внимательно. В потоке тёмной энергии, неощутимо слабом и в то же время обширном, я уловил телепатические переговоры демонов. В вашем мире отряд преторов только что уничтожил орду низших, отправленных на поиски Кристального Сердца. Первое: если демонов заботит этот артефакт, значит, мы не можем позволить им заполучить его, даже если нам от него не будет проку. Второе: преторы не могут работать автономно длительное время. Эти машины, в которые опущены души, не способны удержать их в себе без чужой помощи. Преторам нужен предводитель. Тех, что были здесь, контролировал я. Я не давал их душам «выветриться». Тот выстрел элементов гармонии оторвал меня от них, и большинство преторов вышло из строя. Если же они работают в вашем мире, значит, у них появился лидер. Возможно, Храддо. И это наилучший вариант, ибо если не так… то, выходит, есть ещё кто-то, кто только ожидает своего выхода на эту кровавую сцену.

— Неужели появится ещё одна жутковатая болтливая хрень вроде тебя? – с напускной злобой фырчит Деш. – Не переживу…

— Верно. – Произносит Эффусум и заливается хохотом в течение долгой минуты. – Ты действительно не переживёшь многого! Вы, лошади, скажите мне одно: вы правда настолько наивны, что верите в свои силы, или вы просто боги среди лицемеров?

— Да, верим! – Слышен непривычно твёрдый голосок Флаттершай. — Пони – это свет. Пони – это добро. А эти вещи никогда не умирают!

— Можешь угарать сколько душе угодно, Эффусум. – Грубо говорит Рейнбоу. – Но я, будучи даже в самой заднице вселенной, готова сказать тебе: иди и отымей себя своей косой! – Доносится хрип и взрыв, а за ним – ругань Рейнбоу. – Да сожри тебя амбарный клоп! Кто-нибудь сегодня падёт этой горгулье в харю, или нет?!

Внезапно, даже слишком внезапно антураж меняется. Уже приевшаяся сталь оборачивается багрово-бурыми камнями с огненными прожилками. А пол обыкновенного лифта, что ждёт тебя впереди, усыпан черепами пони и людей. Ты чувствуешь покалывание и теплоту в ногах – донкельхейтум впитывает энергию. Цель близка как никогда. Ты ступаешь в лифт, и он самостоятельно, не спрашивая тебя, ползёт вверх. Сквозь дыры в кабине видно, что стены шахты покрыты плотью, урчащей и как будто стонущей от соприкосновения с лифтом. Сверху льётся алый свет, приближающийся с каждым мгновением.

— Что ж, ты прибыл. — Грохочет демонический глас, когда ты ступаешь в широкое круглое помещение с высоким куполом, разукрашенном абстрактными фресками. Сквозь два колоссальных окна проникает бурый свет, причудливо отражающийся от, будто намазанных маслом, камней, и словно не разгоняющий, а наоборот, сгущающий полумрак, царящий здесь. Это и бессчётные свечи и факела создают какую-то странную церковную атмосферу. А в середине всего этого парит мускулистый демон, которого можно принять за безногого рыцаря ада. Пояс его окутан оранжевым пламенем, а в кистях поигрывают молнии. — Позволю себе спросить: для чего ты пришёл сюда? Спасти сородичей? Тогда ты должен был быть там, у своих жестяных коробок, что вы называете флотом, там, где мы убиваем ваших братьев и матерей. То, как вы доверились пришельцу, даже я назову глупостью, очерняющей гордое звание потомков ингуофов! Однако я многословен, — огонь и искры демона становятся ярче. — Мои дела завершены и готов уделить тебе минуту. Не более, ибо именно за такой промежуток времени ты будешь убит!

— Испытание третье: охотник Хеллтайм! — рычит Эффусум в твоей голове.

Издав какой-то утробный грохот, демон исчезает во вспышке и, возникнув перед тобой, заносит могучие лапы для удара.

Выстрелить в упор из дробовика — 127.

Стрелять из плазмагана – 200.

Стрелять из нейтринной пушки (если имеется) – 201.

200

Демон телепортируется в сторону, избегая своры шаров, и сам, в свою очередь, колдует тучу фаерболов и швыряет в тебя.

Сбивать фаерболы плазмомётом – 203.

Джетпаком столкнуть себя с траектории – 204.

201

Взрыв алых искр выдавливает из Хеллтайма озлобленный рык и заставляет того телепортироваться в середину зала. Взмах мускулистых лап — и некая ударная волна сбивает тебя с ног. А истекающий кровью демон колдует перед собой серую сферу, как две капли воды похожую на ту, что вылечила Кибердемона в битве с Биг Макинтошем!

Ты правда хочешь позволить этому монстру перечеркнуть все твои старания?

Схватить гравихватом сферу и притянуть к себе — 131.

Просто выстрелить в сферу — 134.

202

Хеллтайм орёт и хватается за оторванный взрывом нейтрино бок, но столкновения с раскалённой сворой плазменный шаров ему удаётся спастись, телепортировавшись в противоположный угол. Там он колдует себе сферу восстановления. Ты разносишь её из статик-пушки, тогда демон материализуется перед тобой и случается абзац 141.

203

Две тучи плазменных шаров сталкиваются, вызывая настоящую грозу искр и шипений. Довольно, кстати сказать, красиво зрелище: жёлто-красные огоньки танцуют в объятьях голубых языков… но тебе некогда любоваться. Хеллтайм сносит тебя ударной волной, плавит оружие парой свежих фаерболов, а затем, телепортировавшись вплотную, запускает когти тебе под шлем. Одна могучая лапа сдавливает твоё горло, а вторая упирается в плечо. Хеллтайм надменно улыбается тебе во всю широкую пасть, а затем начисто отрывает твою голову.

Вернись на 200.

204

Только фаерболы раскаляют камень на полу перед тобой, как тебя сносит к стене ударная волна.

— Храддо думает, что, объединив часть Ада, Тартар с вашей планетой и отрезав всё это от Перепутья, он спасёт вас! — грохочет Хеллтайм, формируя перед собой чёрно-фиолетовую сферу, пока ты оправляешься от удара. — На самом деле он лишь запирает жертву в клетке с хищником! Мы могли бы изжарить вас силой титанических звёзд, но теперь... теперь вас ожидает смерть сколь медленная, столь и мучительная! Добро пожаловать в мир, где живые завидуют мёртвым!

Тёмная сфера неспешно летит на тебя, искрится, переливается оттенками фиолетового и сиреневого по краям так, словно засасывает сама себя. Ты прыгаешь вбок, всё ещё находясь вплотную к стене, откуда...

...Хватаешь сферу грави-лучом — 136.

...Бежишь дальше, так, чтобы между тобой и сферой был Хеллтайм — 137.

Стреляешь из плазмагана и дробовика в демона, попутно смещаясь в сторону, чтобы избежать столкновения со сферой – 205.
205

Заряды, пролетая рядом со сферой, сбиваются в её сторону и врезаются в стену. Хеллтайм телепортируется в середину зала, где начинает колдовать ещё одну тёмную сферу. Первая, тем временем, сталкивается со стеной и схлопывается со вспышкой яркого света, превращаясь в миниатюрную звезду. Твоё тело начинает легонько покалывать от её излучения. Ты хватаешь её грави-лучом и бросаешь прямо в демона, после чего обливаешь его плазменным ливнем.

Далее – 141.

<Завершение (при любом прохождении)>

Сердце бьётся медленно и гулко, как колокол. В этом звоне слышны чуждые, неразборчивые, неправильные звуки. Словно грохот далёких орудий находит там отголосок, словно каждый предсмертный крик иль плач стремится упокоиться в истерзанном умирающем сердце, тонущем в океане крови врагов и друзей. Палач. Эффусум был прав всё это время. Я вынужден быть им. Все мы. В чём же боль? Отчего трудно это признать? Неужели мне жаль врага? Нет, я страстно жажду его погибели. Дело не в убийстве чужака, а в собственной смерти. Моральной, духовной. Все это время я бежал от прошлого, замораживал его в глубине души, и это было мукой. Но теперь можно просто... убить это в себе. Этой боли не будет, эта тяжесть уйдёт. А с ней — и чувства, и принципы, и самосознание! Я умру, как личность, и моё место займёт нечто... безликое, уродливое, чей смысл существования — убийство. Как можно быть тем, для чего смерть — это жизнь?! Как мир может нуждаться в таких монстрах...?

Что-то загрохотало позади меня, по броне на спине застучали камни.

— Быстрее! Пони гибнут каждую секунду! — донёсся до меня голос Рейнбоу. — Вот он! Коготь! — в нервном, на грани паники, тоне Деш я услышал тепло и участие. — Прошу, скажи мне, что ты жив!

От этих слов защемило в груди. Я не один. Мне не дадут умереть! Можешь засунуть своего "Палача Рока", Эффусум, себе в глаз! Я попытался подняться, но, обессилевший, лёг в лужу крови рядом с обезглавленным телом Хеллтайма, глядя, как одна за другой, кобылы гармонии входят в зал через дыру в стене. За ними — Эффусум, пусть снова сильный и бодрый, но при этом кажущийся таким ничтожным и противным слизняком рядом этими пони, рядом с Рейнбоу, чьё лицо уже не скрыто шлемом и которая, кинувшись ко мне и обняв, пробормотала:

— Ох, сынок, как же я рада тебя видеть! — она глянула через плечо на сына Титана, хмыкнувшего и жестом велевшего кобылам встать вокруг меня.

— А вы уверены, что он в состоянии сделать... ну... то, что м-мы задумали? — протянула Флаттершай своим боязливо-нежным голоском, таким неправильным для такого места.

— Верное замечание, — устало, но серьёзно процедила Твайлайт. — зная о состоянии его сердца...

— У вас разве есть выбор? — фыркнул Эффусум.

— Как так "у вас"?! — воскликнула Рерити. — Вы говорите так, словно происходящее вас никак не касается!

Сын Титана, игнорируя её слова, грубо оттолкнул Рейнбоу Деш от меня. — Пора начинать.

Этот жест вызвал во мне укол злобы, но, переглянувшись с Рейнбоу, покорно отошедшей к подругам, я выдохнул. Эффусум поднёс меня к себе за передние ноги. Жжение разливалось по ним, в то время как я смотрел прямо в пылающие глаза, формой напоминающие шрамы от меча. В голове бушевал шторм, чьи волны с каждой секундой размывали моё зрение. Меня как будто потащило вверх, завертело, остановило на миг, потом бросило в бездну...

Звуки, что я улавливал, слышались словно через толщу воды. Они очень походили на голоса, но я не мог быть уверен в этом. В ту минуту я зажмурился, мысленно и почти физически сжался в комок, молясь о том, чтоб всё получилось. Я нашёл эту чёртову энергию, я убил демона — сделал всё, о чём вы просили! Можно теперь всё станет хорошо? Пожалуйста?

Немыслимо слышать такое от Палача? Знаю. Как знаю и то, что не способен представить себе, как кто-то вроде меня превращается во что-то вроде него. Это... это просто-напросто невозможно! После стольких мук я всё еще храню свою личность, своё сознание! Значит, Эффусум ошибался! Всё это время он добивался от меня перемены, которая не могла произойти!

Резкая режущая боль пронзила тело, вышвырнула меня из дум и сдавила глотку в отчаянном крике. Моё тело брякнулось на пол, где я лежал несколько секунд, приходя в себя. Постепенно боль пошла на убыль, оставляя после себя лишь ноющую тень в сердце. Часто дыша, я открыл глаза и с трудом сел. Остальные были в таком же состоянии, даже Эффусум, сохранивший свои мускулы, но сгорбившийся со страдальческим оскалом.

— Почему это не сработало? — воскликнула Рерити, держась за голову.

— Черт тебя подери, Эффусум! — зарычала Деш, поднимаясь. — Какого дьявола?!

— Подождите, — пробормотала Твайлайт Спаркл, но не закончила, так как была перебита хрипловатым голосом, от которого меня словно прошибло разрядом.

— Что ж, ваш план не смог даже прикинуться хорошо выполненным.

Все взгляды, включая мой, устремились на полупрозрачного жеребца, неспешной поступью приближающегося к нам.

— Я, откровенно говоря, рад видеть, что все вы дожили до этой секунды, — продолжал он, — но всё указывает на то, что ближайший час окажется последним в истории пони.

— Ваш голос мне знаком, — протянула принцесса Твайлайт, хмуря брови.

— Доктор Кризис, Твайлайт! — Огрызнулся жеребец. — Послушайте, недавние события в значительной мере повлияли на моё восприятие сторон конфликта. Я. Не. Хочу. Чтобы. Мой. Дом. Превращался. В. Такое. Поэтому слушайте внимательно: демоны, не без труда, конечно, но заблокируют заклинание элементов гармонии в том виде, в каком хотите его использовать вы. Есть иной выход: миры Ада, Тартара и Эквестрии связались настолько близко, что для разрыва измерений, то бишь создания портала, требуется значительно меньше энергии. Я рекомендую вам сформировать его возле вашего крейсера и приказать отступать. Так как это течение тёмной энергии будет ничтожно в сравнении с тем, что вы планировали вначале, для демонов это будет всё равно что мизерное подводное течение в океане. Плюс портал будет полностью в вашем распоряжении, ибо вы вольны закрыть его в любой момент. Однако у этого есть своя оговорка: кто-то должен будет сконцентрироваться на непрерывном питании портала, кто-то, способный хранить в себе колоссальную дозу тёмной энергии, кто-то вроде тебя, пришелец! — полупрозрачное копыто указало на Эффусума, заставив того хмыкнуть и оскалиться ещё шире.

— С чего ты вздумал нам помогать? — пробормотал я. — Ты расчленил жеребёнка у меня на глазах! Почему мы должны тебе верить?!

Призрачные губы Кризиса скривились в надменной ухмылке:

— Вы с лёгкостью доверились пришельцу в трудную минуту. Почему нельзя довериться мне в критическую секунду? Учитывая, что мне придёт конец при исполнении? — Прежде, чем кто-то успел задать вопрос, он продолжил тоном, не позволяющим прерывания. — Я — почти чистейшая тёмная энергия. Разумная, равно как и демоны. Но после того, что я видел, — его голос становился всё нервнее, — после того, как осознал, что к этому привели мои шаги... Это не природа, не кровавая гармония, что обитают здесь! Это уродство, безумие! Это — кошмар за гранью понимания! И я заставил наш мир умирать, трансформируясь в такое... — он затрясся, а затем выкрикнул, повернувшись ко мне. — Солдат! Я отдаю себя во имя спасения! Поглоти меня донкельхейтумом, заряда хватит! Я не жду прощения, а склоняюсь и молю: остановите мутацию, остановите кошмар! О, я видел истинный лик дьявола...

Он опустился на колени передо мной, протянув копыта в религиозном жесте. Его пустые прозрачные глаза как будто жгли меня внутри. Я отступил, недоумённо глядя на Рейнбоу. Она смотрела на Кризиса, прижав копыто к уху. Её морда дрогнула, после чего она, поставив ногу на пол, процедила:

— Они захватили небесную крепость "Авангард" и идут на таран "Даркстара". Щит принцесс этого не выдержит. Мы должны что-то сделать. Давай, Айрон.

Я пробежался взглядом по остальным. В чьих-то глазах было больше участия, в чьих-то меньше, но ни в одном не было осуждения. Эффусум, понятно, светился ехидством. Только я не мог понять одного: почему я осуждаю сам себя? Почему мне трудно просто взять и... и казнить? Этот пони не безнадёжен — он поступил лучше!

— Да он убил жеребёнка и целый мир! — завопил мозг. О, как я благодарен ему за это!

Я запустил когти в бесплотное тело Кризиса, что сопровождалось ощущением, будто я сунул их в горячую воду с магнитной крошкой! Жар резко возрос, формы жеребца стали расплывчаты, однако голос его всё еще был силён:

— "Перезагрузка" мира удалась, осталось только подчистить побочный эффект, — впервые я увидел на этой морде не оскал, не презрительную ухмылку, нет! Я увидел улыбку. Тёплую, и немного горькую. — Я верю, что вы построите лучший мир.

Доктора Кризиса не стало.

Не успел я толком отреагировать, как Эффусум рванулся ко мне и схватил за лапы:

— Сконцентрируйтесь, быстро! — рявкнул он. — Иначе я отправлю назад его одного!

Снова боль. Теперь лапы жгло не огнём а напротив — страшным холодом. Мышцы резало спазмом, дыхание сбивалось, заставляя рефлекторно хватать ртом воздух. Экран шлема захватила безумная феерия помех, а зрение снова расплылось. Казалось, что я снова в пасти мёртвой горгульи, пронзён её клыком, истекаю кровью. Сердце... о богини, сердце...


Какие-то голоса, хрипы, удары... но колокольный звон сердца слишком громок. Веки тяжелы — не поднять. Что-то бьёт по голове. Я лечу вниз, как будто в бездонную пропасть, по лбу ударяет молотком, отчего звон становится ещё громче. По телу разлита слабость... Что-то трясёт меня, швыряет, чтобы ненадолго оставить в покое, а затем начать всё сначала.

Почему мне просто нельзя поспать? Я так хочу...

"оть..."

Зачем вам звать меня? Я устал...

"Коготь..."

Пускай всё это закончится. Хочу домой! Нет, мой дом разрушен. Хочу победы! Нет, как можно будет жить в мёртвом мире? Хочу умереть...

"Рейнбоу, где шляется твой суперсолдат?"

"Я же сказала, этот кибермудак раскидал нас как только мы вернулись! Винд Чилл, он всё еще с тобой?"

"Так точно, госпожа генерал!"

"Винд Чилл, тащи его через актовый зал, пока они не прорвались и туда! Быстрее! Огнехвост, ты со своими ребятами сможешь добраться до принцесс?"

"Да... мне уже лучше... я могу..."

"Экскортируй их к шлюпкам, больше никого не жди!"

"Новый приказ! Говорит маршал Эвент Хоризон. Мне нужен телекинез на третьей палубе! Селестия, Луна, Твайлайт? Ваша мощь бы нам пригодилась! Оттолкните ублюдка, пока он нас не протаранил! И верните, мать вашу, щит! А ещё лучше — телепортируйте нас прямо к порталу, меня уже задрал этот ад!"

"Коготь, очнись!"

Давайте просто умрём. Так будет лучше для каждого из нас... Удар. Зачем вы меня бьёте? Чего вы добиваетесь? Может, проще сдаться?

"О чём помышляет твоё жалкое сознание, лошадь?! Я трачу силы и жизнь на тебя и твоих ничтожных сородичей не для нытья! Хочешь сдаться? Умереть? Слабак! Я убью тебя! Внемли словам руки бога! Я УБЬЮ ТЕБЯ, А ЗА МЕСТО ТВОЕЙ СЛАБОЙ ДУШКИ ПОСТАВЛЮ ИСТИННОГО ПАЛАЧА! Хочешь потерять всё то, чем дорожил в себе? Продолжай ныть! Не-на-ви-жу!"

О, дьявол...

Мышцы подобны свинцовым блокам. Ими не пошевелить, их не напрячь. Я не могу... но должен попытаться снова! Ничего, я слишком слаб. Эффусум... неужели я сдамся? Нет, богини, нет! Только не после всего... Но мне не подняться... Свинец начал плавиться. Постепенно, капля за каплей, он покидал моё тело.

"Вот чёрт!"

Я отвоевал тонкую прорезь между веками, в которую бросился мыльно-алый свет, становившийся всё более чётким. Наконец, я смог разглядеть согнутую в три погибели фигуру бронированного грифона без шлема, со струйкой крови, сочащейся изо лба. Винд Чилл, сжимая пистолет-пулемёт, прятался за рядом толстых красных кресел.

— Твою мать! — воскликнул он, когда осторожно выглянул из-за укрытия. Затем он резко упал на спину, выставив перед собой оружие. На кресло вскочил коричнево-багровый двухголовый пони, сородич тех, что встретились мне в ОАК-сити. Рой пуль разорвал обе морды. Следом за этим монстром выпрыгнул второй — такой же. Он прыгнул на грифона, получил очередь в брюхо и тоже рухнул. Зато третьему, выскочившему прямо у него из-за спины, удалось обрушить копыта на пистолет-пулемёт Винд Чилла, отчего оружие разлетелось на кусочки, словно пластмассовая игрушка. — Коготь, помоги мне!

Я попытался. Я заставил тяжелые конечности пододвинуться к телу. Я попробовал подняться... Ну же! Почему я так слаб?!

Винд Чилл пнул монстра в левое лицо, вытащил пистолет и четырежды спустил курок, затем бросился на раненную тварь, уворачиваясь от копыт такого же монстра, подкравшегося сзади. Удар рукояти пистолета разбил оба черепа пони, поверх которого оказался грифон, а остаток обоймы прикончил его собрата. Магазин выскользнул из ручки пистолета, а его место, менее чем за секунду, занял новый.

— Коготь, вставай! — истерично возопил Винд Чилл, взглянув широко раскрытыми глазами куда-то.

Но я не мог. Дьявол, я не мог!

— Мортем!!! — взревел враг где-то на другом конце зала.

— Ну уж нет, сукин сын! — заорал грифон, бросаясь на пол и хватая мои плечи. — Я вытащу нас отсюда!

Если называть пули нитями, то можно сказать, что крупнокалиберные заряды сшивали у нас над головами погребальное полотно, пока грифон тащил меня по полу. Лохмотья разорванных кресел витали в воздухе, взрываемом рёвом коммандоса и его пулемёта.

— Врёшь, мразь, врёшь! — шипел Винд Чилл, дюйм за дюймом приближая спасение. — Не заберёшь!

А я? А я чёртов балласт! Я бы мог сказать "оставь меня", если бы не был уверен, что это бесполезно. И я хотел жить. Богини, как же я жаждал жизни в ту минуту! И будь я проклят за это, ибо не заслуживал такой чести!

— Врёшь, мразь, врёшь!

"Маршал, это Огнехвост! Принцесс нет! Вся палуба кишит этими ублюдками, продвинуться невозможно! Они отрезали путь назад! Запираемся в башне связи — там самая мощная дверь. Вы сможете забрать нас отсюда по воздуху? Маршал, как слышите? О, богини... генерал Рейнбоу Деш? Да кто-нибудь?!"

— Видал, Хвостяра? — прохрипел Винд Чилл в рацию. — А я ещё живой! Живо-о-ой! Каков сученыш, а? Теперь-то я знаю, как выглядит смерть, когда я кладу на неё хер!

Ответ Огнехвоста был заглушен оглушительным рычанием зомби-коммандоса со щупальцем, с тяжестью грузовика спрыгнувшего откуда-то сверху на кресло позади нас. Винд Чилл развернулся, позволив мне разглядеть его яростное лицо. Кожа скул была натянута до того, что, казалось, была готова вот-вот лопнуть, клюв искривлён в гримасе вместе с плотью у его основания. Но страшнее всего были глаза. Только что бывшие размером с тарелку, они сузились до булавочной головки. Я видел много ужасных морд, но это выражение лица моего друга впечатляло куда глубже. Я вспомнил, каким был Винд Чилл, когда умерла Тигги. Святая Селестия, сейчас он был страшнее! Вдруг клюв раскрылся, испуская вой злобы. Щупальце коммандоса опутало ногу грифона и бросило его через кресла, а сам зомби понёсся на меня, грозя сравнять с полом.

Во имя всех божеств, если ты не можешь помочь другу, то помоги хотя бы себе!!!

— Коготь, нет! — выкрикнул Винд Чилл, словно лев, выпрыгивая из-за кресла прямо на коммандоса. Орлиные когти передних лап и львиные – задних впились в серую кожу. Грифон задрал голову и клюнул монстра прямо в шею. Я наблюдал, как окровавленный клюв выходит с другой стороны шеи зомби. Затем этот клюв раскрылся. Связки и жилы монстра разорвались, окатывая грифона кровавым фонтаном. Резкий рывок — и буро-серая голова устремилась в полёт...

А потом нити смертельного полотна пронзили Винд Чилла. Грохот, крики, стрельба — всё это как будто замерло, в оцепенении следя, как падает молодой грифон с зияющими дырами в груди. Его взгляд затуманился, глаза закатились и он, плавно опустившись на пол, как на постель, обмяк. Но в образовавшейся тишине был один звук. Мой крик, казавшийся таким тихим, таким... никчёмным... Почему? Почему мои друзья умирают? Богини, я слаб. Эффусум, ты снова прав. Убей меня. Я не смог сохранить столько жизней... Принести себя в жертву ради силы, что уберегла бы кого-то — достойнейшая из цен! Однако это не вернёт его... Танис умерла. Из-за меня. Дистент умер. Из-за меня. Пинкхарт умерла. Из-за меня... Кэмп Бэлл умер. Из-за меня... Тигги умерла. Из-за меня! Шейди умерла. Из-за меня! Винд Чилл умер. Из-за меня!!! Труддус... я не мог спасти его! Вселенная, сыны Титана, чем я ценен? Почему я должен был дожить до этой секунды?!

"Я скажу тебе правду, — прорычал голос Эффусума. — однажды ты останешься один. На всём. Проклятом. Свете! Как остались мы с Храддо. И ты будешь разрываться между жаждой жизни и смерти! Каждый твой вдох будет одновременно ненавистен и приятен тебе. И выбраться из этого кошмара ты не сможешь ни-ко-гда! Теперь убивай их! Убивай ради жизни! Убивай ради смерти! Убивай, чтобы океан крови задушил агонию вселенной! Да придёт избавление!"

С вернувшимся шумом меня захлестнул туман. В груди болело, а упёртые в пол лапы светились похоронными факелами. Зачем это светопреставленье, если оно не поможет спасти одну жизнь?

Что-то застучало о мою грудь. Я с трудом понял, что стою на задних ногах напротив коммандо с пулемётом, прямо под пулями. Стою и свечусь. Когти моей лапы указали на врага, и в следующую секунду он был разорван на куски волной молний.

"Отец, самое время вернуться! — прошептал глас Эффусума. — Прикончи этот балласт, займи его место!"

Что это значит? Соображается так плохо...

"Почему каждый раз ты медлишь? Мы давно уже сделали всё, что требовалось! Давай же!!!" — возбуждённо шипел сын Титана.

Но его словам не было ответа. В тумане перед глазами сновали глухо рычащие тени, пока мои ноги несли меня куда-то. То и дело вспыхивал свет, тени исчезали, прибывали, снова исчезали. Крики, хрипы, шипения, коим не было счёта, смешались в безумной песне. Каждый мой шаг нёс кому-то смерть... но мой ли? Что общего я имел с тем, кто владел мною в эту минуту? Ему плевать на гибель других! Пускай он поскорее убьёт меня!

Внезапно меня словно облило ледяной водой: боль, сочувствие сползли с души, уступая место пугающей пустоте. Моё зрение разгладилось. Всё стало видно до мелочей — так хорошо я не видел никогда. Ужасающая и в то же время поразительно красивая картина открылась моим глазам: я стоял у края пробоины колоссальных размеров в корпусе "Даркстара". Он походил на мясо в грубом разрезе: жилы-коридоры, провалившиеся и обвисшие, сплетённые в абстрактном узоре; трубы, из которых валит пар, как кипящий сок; кровь, не метафоричная, а настоящая кровь, галлонами льющаяся в жёлто-красную бездну внизу. Громадная табличка "Мед. центр" на единственной уцелевшей стене центрального зала походила на насмешку. А кровь больных и умирающих пони, у которых только-только появилась надежда, водопадами лилась в пропасть.

Вдруг серебристый бок "Даркстара" затмил другой, ещё больший корабль. "Авангард". Он опускался сверху, прямо на спину этому крейсеру, больше походящему на изуродованное животное, захлёбывающееся в собственной крови и жаждущее смерти. Пламенные полосы мерно ползли по брюху "Авангарда", в тон его неумолимому, неотвратимому приближению. Скоро мы столкнёмся.

Вездесущий гром был сброшен с трона звуков воем, тут же перешедшим в пронзительнейший из визгов. Как будто вселенские черти рубили топорами живую свинью размером с галактику. Как будто влекомые лишь этим воплем, тучи демонов посыпались с "Авангарда" на "Даркстар". Сотни, тысячи всевозможных отродий смертельным дождём лились на каждый сантиметр корабля. Многие падали в пропасть прямо передо мной. Смех и улюлюканья. Ненавижу.

Я холодно окинул взглядом почерневшее от монстров небо, медленно перевёл взор на своё тело, окружённое защитным сиянием руны Эффусума, а затем шагнул в пропасть. Я не чувствовал ветра, жара или боли, но зато я мог убивать. Сотнями, тысячами. Ведь это смысл моей жизни, верно? Грави-луч подтащил ко мне монстра, я оттолкнулся от него, подтащил другого — снова оттолкнулся. Враги визжали от касания моего пламенного ореола, но я не считал нужным наблюдать их последующие муки. Благодаря им я опережал падение, с каждой секундой приближаясь к грузовому отсеку корабля — это всё, что имело значение. Мои глаза уловили силуэты трёх спасательных глайдеров-шлюпок, летящих к тонкой и длинной тёмной полосе с размытыми краями. Портал. Да, от яркости не разглядеть в этом "окне" ничего, кроме тьмы, если от нашего мира ещё что-то осталось. Селестия, неужели я так холодно думаю о... чём? Разве я когда-то был частью того мира? Глупое, должно быть, было время...

Каждое моё движение казалось плодом рационального мышления, как будто я прекрасно знал, что делаю. Однако на самом деле я не думал вообще. Всё происходило... само собой, как если бы я был лишь наблюдателем. Вот днище "Даркстара" разорвалось от моего удара, словно фанера. Я попал внутрь гигантского помещения, заполненного дымом. С потолка сыпались искры, из разорванных клапанов бил пар, но я твёрдо шёл вперёд. Вскоре передо мной предстало орудие, ради обладания которым многие сложили головы. Серебряный Волк. Тень улыбки тронула мои сухие губы, когда мой взгляд скользнул по ровным граням колоссального ствола — у нас было много общего. Разве что за меня погибнет еще больше!

Я подошёл к громадному кубу в основании пушки и протянул к нему искрящуюся лапу. Молнии переползли на Серебряный Волк, засуетились, окутали его, порождая огненную прослойку на поверхности.

— Коготь, ты слышишь меня? Коготь! — позвал голос Огнехвоста через рацию. — Наконец-то я достучался до тебя! Вижу тебя через камеру наблюдения. Каким образом ты сюда добрался? — он заикнулся. — И... где Винд Чилл?

От удара этих слов меня защитила волна ещё большего холода и равнодушия. Из уст моих не вылетело ни слова. Я лишь медленно покачал головой.

— Чёрт... — просипел грифон. — Он не должен был... бедный паренёк... да вознесут тебя светлые орлы на небеса... Вот, уже стучаться в мою дверь, — он плавно выговаривал каждое слово, растягивая гласные. — Пора и мне уйти. Послушай, Айрон, я успел увидеть, во что тебя превращает... ты лучше знаешь, что или кто. Не надо, не поддавайся. Ты гораздо лучшая личность, когда не пытаешься быть оружием. Прошу, сохрани себя. И... было приятно знать тебя, — он замолчал на несколько секунд. — Собираешься выстрелить? Давай. Те, кто ещё не умер — бежали. Кобылы гармонии, как сказано, были эвакуированы с немногими счастливчиками. Принцессы... их нет. Скорей всего, тоже ушли... — в рации послышался металлический скрежет, свист взводимых вакуумных гранат и крик Огнехвоста. — Ну привет! Как Труддус пел?

Brothers everywhere!

Raise your hands into the air!

Радио передало два взрыва и вырубилось. Нечто блокировало мои эмоции, но не разум, мгновенно составивший картину грифона, гордо воздавшего руки с гранатами над головой.

Мои мысли прервал алый взрыв у ствола Серебряного Волка. Орудие качнулось, осыпая меня кусками металла.

— Не долго будешь опечален погибелью собратьев, — прогрохотал утробный глас в дыму за пушкой. Два удара невидимых механических ног о пол — и могучий Кибердемон предстал передо мной. — Я отправлю тебя к ним!

Пучок искр из моей лапы превратил его БФГ в сноп изумрудной пыли.

— Титан?! Снова?! — прорычал он, схватившись за раненную конечность.

Прежде, чем он успел что-то предпринять, я шагнул к нему и нацелил лапы ему в лоб. Вовсе не для того, чтобы убить...


— Хеллтайм, я требую ответа! — гремел голос Кибердемона откуда-то снизу... нет, изнутри меня. Сейчас поле зрения было намного шире обычного, но смотреть было не на что, кроме безногого монстра, парившего на небольшом расстоянии от меня.

— И ты его получишь, — с презрением бросил летучий демон, скрестив мускулистые лапы на груди, — но лишь за клятву молчания.

— На что тебе глупые обязательства?

— Для общего блага, — Хеллтайм отлетел подальше. — Твоего брата более нет. Лорд забрал себе его душу и тело. — Он выждал паузу. — Теперь твоя душенька довольна?

Голова моего носителя, Кибердемона, наклонилась, а взгляд скользнул по БФГ9000.

— Лазарус... Маледикт не мог быть настолько глуп!!!

— Он поступил так, как возжелал. Мы обязаны жить с этим. И в особенности ты!

— Ненавижу его! Ненавижу тебя, мерзкий подхалим! — взревел Кибердемон, грозно вскинув голову и БФГ. Если бы можно было убить одним гневом, то, возможно, весь ад бы сейчас затих навеки.

— Ненависть — идеальное чувство для нас. Но лучше бы тебе вспомнить, куда не стоит её направлять! — С этими словами Хеллтайм взмахнул лапами и пушка Кибердемона потухла, зрение потускнело, а сам он, задыхаясь, опустился на колени. — Тебя осквернила рука человека, и ты знаешь, насколько велика была милость Йезу сохранить тебе жизнь. Помни, что оборвать её могут многие.

Сложно сказать, затрясся ли Кибердемон, или у него запрыгали круги в глазах.

— Ты будешь молчать об этом. Главное — Венатрикс не должна узнать ни при каких обстоятельствах.

Кибердемона отпустило, взору вернулась чёткость, дыхание выровнялось, и он поднялся. Хеллтайм, сохраняя дистанцию, самодовольно произнёс:

— Думаю, мы друг друга поняли.

Кибердемон поднёс БФГ к глазам и как будто стал рассматривать его.

— А если я пожертвую собой и расскажу ей? Не боишься, что она поведёт за собой половину высших?

— Ты многое забываешь. Слишком многое. Она — уродец, слабое звено. Я изменил её, даровал возможность жить, как просил Лазарус. Но это не значит, что она способна жить без лечения. Она и ранее зависела от нас, а сейчас — как никогда, ибо её чрево носит в себе нового полководца. Того, кого Маледикт заберёт при рождении и вырастит себе преемника иль полководца, от которого нельзя будет ожидать предательства.

— Трус. Пусть Лазарус и ненавидел его, он во веки веков не пошёл бы супротив закона!

— Скажи это ему перед тем, как он убьёт тебя! — усмехнулся Хеллтайм. — Итак, Венатрикс не сможет родить без нашей помощи. Так что ей не стоит знать правду. По крайней мере, пока.

— Как же я ненавижу вас...

— Ненависть — идеальное чувство для нас...


Кибердемон сидел на коленях, недоумённо уставившись на меня:

— Титан, ответь. Где заканчивается ингуоф-солдат и начинаешься ты?

Что? Святая Селестия, я и в самом деле не понимаю, какие действия, какие мысли принадлежат мне, а какие — этому богу! Или они совпадают?... Я не ответил, взвесив увиденное, снова направил лапы ему в лоб и передал ему сцену признания Карцери. Ту, что видел из глаз Венатрикс, когда только нашёл Шейди Болл в аду. Когда демон осознал полученное, его очи буквально вспыхнули! Он вскочил так, будто вовсе не весил несколько тонн. Судорожно замотав головой, он вдруг развернулся и побежал в дым, крича:

— О, как же я ненавижу этот мир!

Полоса света взрезала его плечо, чёрная фигура Эффусума вырвалась из дыма левее Кибердемона, метнулась к нему за спину, и тремя взмахами косы вскопала на живом участке спины демона кровавые полосы.

— Отец, или ты забылся, или это не ты! — телепатически сказал он мне, прежде чем из труб на лопатках демона вылетели ракеты и взорвали пол под ним.

Эффусум, хрипя, влетел в стену и опустился. Его тело мерцало под рясой, что говорило о том, что он тратит тёмную энергию своего собственного тела. Точно, портал. Что ж, отрадно видеть такую честность и самоотверженность.

Кибердемон повернулся к Эффусуму, вскинул уцелевшую конечность с нейтринной пушкой и выстрелил. Не метнись мой сын прочь от стены — ему бы не поздоровилось. Взмах косы — и узкая волна энергии полоснула демона по ноге, в ответ на что прилетел целый залп ракет.

Вибрация, которой до этого я не придавал значения, усилилась вместе с грохотом. Последовал удар, подбросивший меня в воздух, а Кибердемона заставивший опустить здоровую лапу на пол, чтобы не упасть. Приземлившись, я поглядел наверх, хотя это бы мне ничего не дало: "Авангард" опустился на "Даркстар" и продавливал его.

— Умри, тварь! — выкрикнул Эффусум, взлетев к самой голове Кибердемона и направив на неё двустволку. Прогремел выстрел и глаза монстра лопнули с характерным звуком. Монстр... только ли демон подходил под это определение?

А затем Эффусума схватила уцелевшая лапа. В следующий миг он оказался в зубастой пасти Кибердемона, раздираемый на куски и безумно орущий.

— Отец? Оте-е-ец!!!

Что-то ударило меня. Нет, не физически, хотя ощущалось близко к этому. Словно барьер спал... я почувствовал боль. И, Селестия, я был рад этому чувству! А ещё был рад злобе! Они убивали моих друзей! Убили мою семью! Почему меня должны волновать их проблемы? Жалость к врагу — признак слабости! Прощение — потакание греху! Смерть!

Я метнулся к Кибердемону. Столпы молний прорезали морду твари, словно мечи из пламени праведного гнева, выжигая её. Взмах моих лап отрубил Кибердемону челюсти с Эффусумом, а удар отправил их в сторону. Махина монстра зашаталась, а я взбежал по ней, уцепился за грудь монстра и запустил лапу в сердце. Плоть и металл плавились от соприкосновения со мной, как будут плавиться чертоги адского царства, когда я войду в него! Я нащупал гудящий механизм и вырвал его, как вырву сердце Маледикта, когда сойдусь с ним в реванше!

— Ты... убьёшь её...? — прошептал Кибердемон, опускаясь на колени.

— Я убью ваших лордов и распну их, я убью ваших солдат и посажу их на колья, я убью ваших детей и оскверню в жертвоприношении самому себе, — изрекли мои уста, когда моя нога опёрлась на лоб монстра, а когти вцепились в рог, — так же, как это сделали вы. — С этими словами я вырвал его рог и им же нанёс удар, как саблей, в обнажившийся мозг. Тело колосса задрыгалось в судороге и рухнуло, покинутое жизнью.

Потолок начал трескаться, предупреждая о скором обрушении. Я подошёл к Эффусуму, зажатому в мёртвых зубах. Его сияние слабело с каждой секундой. Тем не менее, у него всё еще оставались силы на то, чтобы прошептать:

— Отец, мне страшно... за тебя...

— Тебе позволено чувствовать такое, — моя лапа взяла его руку. Задетое моим сиянием, его тело начало таять, превращаясь в подобие ручья, перетекающего в мои лапы, — теперь ты будешь со мною.

— Нам нужно найти Храддо, — прошелестел его голос в моей голове, когда он окончательно перетёк в меня.

— Продолжай держать портал, — ответил я и направил лапу на Серебряный Волк, — а ему пора выстрелить в последний раз.

От искры, посланной моей лапой, к алым тонам добавились голубые. Электрические разряды защёлкали на месте попадания из нейтринной пушки...

...А затем последовала вспышка синевы, которая поглотила всё. Земля ушла из-под ног и беззвучной ударной волной меня вышвырнуло, словно ядро из пушки. Какое-то время я летел, падал, но постепенно моё движение стало замедляться до тех пор, пока я вовсе не замер. Зрение вернулось ко мне, позволяя увидеть, как обломки одних произведений инженерного гения поедаются голубым пламенем другого. Сияющий водоворот всё расширялся, всё рос! Он стал похож на звезду посреди мира отравленных красно-жёлтых тонов! Где-то вдалеке били адские молнии, но моё внимание принадлежало не им, и даже не порталу, а дороге в небе, скатертью стелящейся к окну в Эквестрию. Кровь. Кровь была тканью этого пути. Убитые демоны, убитые пони — всё это соединялось воедино под действием энергий портала и стекало, казалось, тонкой струйкой в наш дом. И я собирался стать её частью. Нет, не просто частью, а первопроходцем! Энергия портала притягивала меня к дороге. Вот я ступил на неё. Мясно-костяная жижа хлюпала под ногами. Дорога домой облита кровью... Черепа, грудные клети, сердца, некоторые из которых чудесным образом бились — вот, что провожало меня, и что обещало встретить по ту сторону. Я шёл, ибо ничего другого не оставалось. Теперь я знал цену мысли, цену страданию. Меня не волновало, стану ли я Палачом иль нет. Всё это было ничтожно. Я хотел знать: успею ли я обнять и прижать к груди хотя бы одну дорогую мне пони прежде, чем смерть найдёт её?


Над Эквестрией сгущались тёмные тучи.

Призрачная тишина царила здесь. Война выжгла всё на этой земле. Апокалипсис наступил. Не сразу понятна была его суть. Может, чтобы вернуть былую красоту мира, пони потребуется объединиться? Прекратить раздоры между фракциями и научиться поступать лучше? Может, надо убить всех демонов — тогда наступит свобода и счастье? Но оглядись вокруг: ты не найдёшь ни души. Ни друга, ни врага. Никого. Это настоящий конец света, это тот единственный апокалипсис, который имеет право на существование. Смерть — не изменение принципов жизни, как ошибочно думают многие. Смерть — конец. Холодный, циничный, безжалостный, неизбежный.

Но смерть не всегда забирает сразу всех. Кому-то придётся сразиться за право страдать в пустоте. Добро пожаловать в мир, где самое дорогое — слово. Самое ценное — другой индивид, умирающий вместе с тобою. Через порог небытия ещё не переступили многие, значит, мир в предсмертной агонии. Безумные конвульсии создают иллюзию жизни, а иногда именно галлюцинация и слепая вера — то, что нужно для сохранения рассудка.

Безумие ради разума... дикость... значит, хвала ему! Хвала безумию! Да начнётся новый кошмар!...

Над Эквестрией сгущались тёмные тучи.

(*)Memento quia pulvis est — помни, что ты прах!