# Превратности Службы

LegendsOfTheFrost

Эта история о тех, для кого ночь давно стала старой подругой, о тех, чье призвание сохранять покой славной эквестрийской столицы и о тех, кто всегда оставляет на чай официантам в открытых поздней ночью трактирах.

Короче говоря, о Ночной Страже. И о не самом обычном для Кентерлота дне, который выдался не таким уж и спокойным...

Ночная Стража! Они вернулись! Старые знакомые сдувают пыль со шлемов и с высоты десятков дежурств, проведенных под козырьком крыши, взирают на новичков. И пусть эта история не так уж и длина, но она означает, что рассказ о Ночной Страже пока не собирается завершаться...

## Превратности Службы

Рассвет, словно ленивый кот, забирающийся в соседский сад, медленно переливался через белоснежные стены столицы, покрывая своим светом разветвленные переулки и заглядывая в окна домов в поисках чего-нибудь интересного. Наконец один из его лучей пробился в затянутое паутиной окно, окрасив золотом замысловатый танец пылинок — верный признак того, что этот дом необитаем или что персонал работает на полставки. Пыль окутывала окружающий ее воздух таким толстым слоем, что без лопаты с киркой туда и нечего было соваться, а возможность обитания там существ любого вида исключалась элементарной логикой и нежеланием запасаться ящиком носовых платков.

Но в эту самую секунду на чердаке чихнула жизнь, оказавшаяся молодой и весьма симпатичной пегаской с шерсткой такого оттенка синевы, что если бы вы встретили ее в тёмном переулке, то увидели бы лишь ее честные глаза и висящие в воздухе гриву и хвост – обладателей яркого красновато-оранжевого цвета. А если после этого вы решите проверить свой кошелёк, то, скорее всего на привычном месте он всё-таки обнаружится, но вряд ли там будет позвякивать хоть пара битов.

Взломщица сдула упавший на глаза непослушный локон и сосредоточилась на тяжелом замке и небольшой отмычке. Сундук же стоял на полу и всем своим видом старался дать понять, что он тяжелый, полный до краев и что так просто его не открыть, с чем пегаска никак не могла согласиться. Содержимое сундука ей, разумеется, пока не принадлежало, но она всегда считала, что "пока" — это не слишком устойчивое слово. Оно так и норовит исчезнуть.

Но вот замок грустно щелкнул, и крышка сундука откинулась, являя взломщице свои богатства: легче перечислить, сколько там было драгоценностей, чем то, что на них можно было приобрести. Глаза пегаски заблестели гораздо ярче, чем пыльные горы монет, которые она тут же начала ссыпать в приготовленный заранее мешок — судя по его размерам в столице скоро станет на одну богатую кобылку больше, если ей конечно удастся дотащить его до дома…

— Именем Принцессы Луны, вы арестованы! — в грустно скрипнувшую дверь за спиной преступницы ворвались единорог и пегаска. Оба носили темно-фиолетовые доспехи со значками Ночной Стражи и следами недавней полировки.

Взгляд преступницы отчаянно заметался по комнате, пока не остановился на огромном окне, словно созданном для того, чтобы разлететься на сотню стеклянных осколков. Она глубоко вздохнула, оглянулась на стражников, а затем резко рванула с места, все больше и больше набирая скорость и приближаясь к заветной стеклянной и очень хрупко выглядящей цели, которая просто не могла не открыть путь к свободе, разлетевшись на кучу сверкающих обломков…

И оно это сделало, заставив стражников отступить на шаг назад, чтобы случайный осколок не поцарапал поверхность доспехов – к полировке в Страже относились очень серьезно. Вот только разлетелось окно еще до того, как оно встретилось с разогнавшейся взломщицей, зато роль невезучего стекла взял на себя влетевший в него грифон, который тут же среагировал и заключил попытавшуюся выскользнуть пегаску в крепкие, но весьма недружелюбные объятья.

— Сеньорита Койн, буэнос диас! – улыбнулся грифон, одной лапой придерживая вырывающуюся преступницу, а другой поправляя съехавший шлем. – Давно мечтал встретиться с вами. Лично.

— Не ты один, — кивнул подошедший к нему единорог, носящий значок офицера. Он прокашлялся. – Позвольте мне разъяснить ваши права: у вас есть право не быть выброшенной из окна, право не грубить стражникам ради собственного благополучия, право не становиться загадочно пропавшей без вести и право хранить молчание – все, что вы скажете, мы все равно не запомним, потому что я потерял свой блокнот…

— И это все? – разочарованно протянула задержанная. – Какой у вас небогатый ассортимент.

— Обычно хватает, — рассеянно произнес офицер и обернулся к своей спутнице. – Сержант Свифтвинд?

— Да, капитан?

— Отконвоируйте задержанную в штаб-квартиру. Ей еще предстоит беседа с командором, — единорог с интересом взглянул на преступницу. – Похоже, в Страже полным-полно пони, которые только и ждут встречи с вами, мисс Койн.

— Вряд ли это чувство взаимно, офицер, — пробормотала она, наблюдая, как на ее копыте защелкивается странное железное приспособление. – У меня были другие планы на вечер.

* * *

Командор Хейдэн Корэдж заканчивал свое предрассветное патрулирование улиц. Он всегда считал, что прогулка перед сном — отличная штука для любого стражника и крайняя неудача для любого нарушителя порядка, который встретится у него на пути. Но сегодня город словно сошел с ума: повсюду вырастали столы с разноцветными скатертями, между домами протягивались цветные гирлянды из бумажных сердечек, а воздухе витал легкий аромат роз. Хейдэн впервые жизни пожалел о том, что не ощущает привычного амбре городских закоулков — пусть о розах там не шло и речи, а отдельное дуновение мог запросто свалить с копыт, зато он был привычным и знакомым в отличие от этого сладковатого запаха, постоянно напоминающего командору о том, какой сегодня день.

День Свадьбы.

Когда командор узнал о свадьбе, он совсем даже не расстроился, совсем наоборот — огромные длинные столы, ломящиеся от кулинарных изысков, которое точно не дадут вам добраться домой кроме как ползком, значительно подняли его настроение. Ровно до того самого момента, пока он не узнал, что женится капитан Шайнинг Армор. Хотя поначалу это и развеселило Хейдэна: помнится, он даже улыбнулся и спросил: “И кто же это согласился выйти за него? Неужто какая-нибудь важная особа все-таки клюнула на золотые доспехи старины Шайнинга?” Ох, лучше бы он этого не делал...

Потому что ему ответили.

Командор попытался пнуть камешек, лежащий у него на пути. К несчастью для Хейдэна, этот камень лежал в этой кладке с с самого основания города и вовсе не собирался покидать ее из-за какого-то там стражника. Скорее всего, если бы вокруг начал рушиться весь город, именно этот камень выпал бы последним. Стоит ли говорить, что подобный необдуманный поступок заставил командора несколько секунд прыгать на трех копытах вокруг злополучного булыжника, посылая проклятия в его адрес, строителям города, а также всей каменной породе в Эквестрии. Что ни говори, а на душе хоть немного полегчало.

Хотя кому какая разница? Шайнинг может и дальше сверкать своей белоснежной улыбкой и помахивать копытом прохожим — к командору все это совершенно не относится. И что, что он теперь женат на Принцессе? Хейдэн тоже каждый месяц видит Принцессу, когда отчитывается ей о текущем положении дел и о том, почему копилка с финансами каждый месяц пустеет. Да мало ли вообще в мире Принцесс? Командор задумался и после небольших подсчетов решил, что да, все-таки не очень много. Но это все его не касается. Кто сейчас не знает капитана Шайнинга? Весь Кентрлот знает капитана Шайнинга — не зря же объявления развешены по всему городу, часто поверх плакатов “Ты нужен Ночной Страже”. С другой стороны, кто не знает командора Хейдэна? Да никто не знает командора Хейдэна. Но ему ведь и не нужна известность, правда?

Корэдж просто делал свою работу. И больше ничего.

Да пропади все пропадом! Сейчас он сделает еще кружок, потом отправится в штаб-квартиру, выслушает отчет о том, что Стража сегодня только и успела составить отчет, а потом отправится в свою квартирку и провалится в глубокий сон до сегодняшнего вечера. Как, впрочем, и в любой другой день. И пусть капитан Дворцовой Стражи круглеет от свадебных тортов и тает от сладких поцелуев, а командор пока займется настоящими делами, чтобы потом не растаять от взгляда Принцессы Луны. В буквальном смысле этого слова. Хейдэн вздохнул. У жизни определенно своеобразный взгляд на Справедливость.

За спиной командора раздался шелест складываемых крыльев. Корэдж обернулся — прямо перед ним стоял пегас в темно-синих доспехах — один из новеньких констеблей, которые пришли в Стражу совсем недавно и были полны энтузиазма бороться с преступностью совершенно добровольно. Командор всегда удивлялся, сколько на свете существует причуд.

— Констебль Флэш Лайт прибыл для срочного отчета, сэр! — пегас тут же вытянулся по стойке “смирно”, но честь отдал очень медленно и осторожно. Командор всегда говорил: “Лучше немного потренироваться перед зеркалом, чем вышибить себе мозги”.

— Слушаю, констебль, — кивнул Хейдэн, мысленно пообещав себе, что если у них опять закончилось кофе, то в следующий раз вместо доски для дартса он с довольствием выберет одного из констеблей.

— Капитан Нерд задержал преступницу с Сенной улицы, командор. Сейчас она в штаб-квартире и...

— Отличная новость! — улыбнулся Корэдж. — Так чего же мы ждем?

Пусть этот день и начался как один из худших в его жизни, Хейдэн был готов дать ему последний шанс...

* * *

Свифтвинд осторожно поднесла горячую чашку с кофе к свои губам. Не то что бы она сильно любила этот напиток, просто когда не спишь целую ночь, а предстоит не спать ещё и целый день, выбор между тёплым мятным чаем с медом и огромным кувшином горького кофе вообще не возникает. Сержант с интересом посмотрела на задержанную — в последнее время Стража участвовала только в трёх крупных делах: случай с загадочной шляпой, история о пропавшем ковре и крайне неприятный эпизод с кобылкой и морской капустой. Ах, да, в каждом из них командор чуть не лишился жизни, но кто вспоминает о таких мелочах? Именно поэтому любое дело, отличающееся от спасения чьего-то котёнка с ближайшей ветки, быстро становилось темой разговоров за чашечкой кофе или любого другого горького черного напитка на несколько ночей вперёд.

— Знаешь, я даже немного удивлена, — произнесла офицер.

— Да? — округлила глаза ее невольная собеседница. — Интересно чем же?

— Нужно быть очень хорошей болтуньей, чтобы убедить старика Сильвертэйла рассказать о своём тайнике, — Свифтвинд нахмурилась. — Только не думай, что со мной пройдёт тот же фокус.

— О, конечно! И в мыслях не было, — кивнула задержанная. — Я ведь абсолютно невиновна.

— Ты смеешься? — сержант поперхнулась напитком, пролив немного кофе на лежащий на столе шлем. — А кто же тогда собирался обчистить тот чердак?

— Я думала... — пегаска всхлипнула и уронила голову на копыта. — Я думала, что это — моё наследство, оставшееся мне от тетушки. У меня даже есть карта, и... Я не знаю, — пролепетала она с мокрыми от слез глазами, округленными от ужаса словно блюдца в хорошем ресторане. — Меня подставили? Что со мной теперь будет?

— Не плачь, не плачь, — утешила ее сержант. — Мы во всем разберёмся, и если ты права, то...

Дверь распахнулась и в караулку вошли командор и тот самый единорог, который участвовал в задержании, сопровождаемые двумя стражниками, старающимися напустить на себя как можно более суровый вид. Где в этот момент находился грифон, задержанная не знала, но чувствовала, что если она попытается сбежать, то его когти определённо будут быстрее ее копыт.

— Мисс Койн, как я рад вас видеть! — жизнерадостно произнёс командор. — Отличная погода, не правда ли?

— Командор, скажите, что бедной молодой кобылке ничего не угрожает, — со слезами взмолилась пегаска. — Прошу вас.

— Учись, капитан, — произнёс Хейдэн, обернувшись к единорогу. — Старая школа. В прошлый раз ей это удалось... Напомни мне, что она тогда сказала?

— Вы ещё запомните тот день, когда вами чуть не была поймана Лаки Койн, командор, — пробормотал капитан. — Вроде бы так.

— Слышите, мисс Койн? — Корэдж снова повернулся к пегаске. На этот раз уже безо всякой улыбки. — И я запомнил тот день. А вам советую запомнить этот, потому что ваши слёзы, может быть, и подействовали бы на сержанта Свифтвинд — она видит вас в первый раз, но меня не проведешь! А это значит лишь одно: вряд ли вам удастся погулять на сегодняшней свадьбе.

— Знаете, командор, — удивлённо вздохнула Лаки, глядя в окно за спинами стражников. — Я бы сказала о вас то же самое...

— Все беретесь за старые штучки, мисс Койн? — нахмурился командор. — Вряд ли ваши уловки помогут вам здесь и сейчас. И если вы рассчитываете на то, что я сейчас оглянусь, то вы совсем не на того напали. Никогда в жизни командор Стражи не попадется на этот дурацкий трюк!

Тут надо отдать Хейдэну должное — он действительно не попался на эту уловку. Но вся соль в том, что именно в этот миг удивление пегаски было совершенно искренним, что даже заставило Лаки на секунду отвлечься от взлома замка приковавших ее к столу накопытников. Правда, понимание этой искренности пришло к Хейдэну лишь тогда, когда тот распластался на полу самым неподобающим для командора образом, причём явилось не одно, а захватило с собой ещё и приятельниц — чувство разрушенной гордости, а также желание провалиться под землю очень и очень глубоко. Конечно, у него был и второй выход — сгореть со стыда, но в этом случае он испортил бы новый письменный стол и деревянный пол штаб-квартиры, чего он себе никогда не простил бы. Поэтому бедняге Корэджу только и оставалось собрать остатки гордости и нетвердо подняться на все четыре копыта, стряхивая с себя причину своего падения и объяснение лежащих на полу осколков стёкла — странное чёрное существо, обладающее крыльями как у насекомого, рогом, клыками и неограниченным запасом угрожающего оскала, адресованного стражникам. Командору с первого взгляда не понравился этот странный тип, а когда он сообразил, что осколки на полу недвусмысленно намекают на разбитое окно, его внутренний датчик настроения судорожно перескочил с отметки "неприязнь" на отметку "ярость". Хейдэн уставился на названного гостя, и, если бы взгляд командора мог испепелять, то стена за кучкой пепла, оставшейся от пришельца, определённо обзавелась бы интересным узорчиком.

— Ты разбил моё стекло, — произнёс Хейдэн тем ледяным, спокойным тоном, который обычно свидетельствует о полностью вышедшем из себя пони. — В моей штаб-квартире.

Существо оскалилось и зашипело на командора. Вряд ли оно желало пробормотать пару слов извинения и сбегать в магазинчик за новым окном — главным образом потому, что ему неоткуда было достать кошелёк.

— Стража, взять его... ее... это! — скомандовал командор, переводя взгляд с осколков на зажатого в углу пришельца...

В общем и целом, стражникам удалось сделать это быстро и эффективно, если не принимать во внимание того, что пока странный гость метался по комнате, он успел перевернуть стол, разбить фарфоровую вазу, подаренную лично Принцессой и залить чернилами вчерашние отчёты, которые, по правде говоря, все равно никто не читал и читать не собирался, но зато у всех теперь появилось отличное оправдание. И вот, после всего этого, странное существо в более помятом и связанном виде сидело посередине перевернутого стола и грозно скалило острые белые зубки, переводя взгляд с ежащегося капитана, на сурово выглядящего командора.

— Ч-что это, командор, — спросил капитан Нерд, явно надеясь получить ответ в духе "О, это лишь наша галлюцинация, но стоит тебе моргнуть и окажется, что твоя смена давно закончена и ты очутишься рядом со своим одеялом и чашкой теплого чая"

— Я не знаю, — Хейдэн покачал головой. — Но мы доставим... это во дворец, а там Принцессы разберутся что к чему. Но вряд ли он легко отделается, капитан, — командор бросил взгляд на осколки вазы и стекла. — Запиши ему порчу городского имущества и нападение на офицера Стражи. При исполнении. И только не говори мне, что ты опять потерял свой блокнот.

— Я только хотел сказать, что... — протянул Нерд.

— Знаешь, наверное, не стоит зачитывать ему права. Лично я вообще сомневаюсь, что они у него есть, — предложил командор. — Но всё-таки, кем бы это ни было, мы справились с ним довольно легко, что несомненно говорит о...

— Командор, разрешите обратиться, — обратился к Хейдэну один из констеблей. — А может это существо оказаться дружественно настроенным представителем иной цивилизации?

— О, я так не думаю. Это совсем не про него... неё... это, — ответил Хейдэн глядя на недружелюбный оскал клыков пленника. — А что?

— В таком случае, — отчеканил констебль, — Докладываю, что множество совсем-не-дружественно-настроенных-представителей-иной-цивилизации только что атаковало город...

— Какого сена? — только и смог вымолвить командор, глядя в окно. — Они посмели напасть на город в моё дежурство? Капитан Нерд, Сержант Свифтвинд, соберите всех. Пора показать этим тварям почём фунт лиха. К оружию, Ночная Стража! Сделаем так, чтоб этот день вновь стал спокойным! И по чашке горячего кофе всем!

* * *

Лаки Койн наконец удалось стряхнуть с себя мешавшие скакать накопытники вместе с фальшивыми слезами и прислониться к углу небольшого, но весьма твердо прижавшегося к земле домика, чтобы хоть немного отдышаться. Пусть никто вроде бы и не заметил, что она выбралась из здания штаб-квартиры, пока все стражники были заняты подготовкой к защите столицы и экстренной варкой кофе, но даже в этом случае не следовало терять осторожность. Что Лаки отлично усвоила за сегодня, так это то, что потеря осторожности в ее деле приравнивается к потере свободы, чего она очень не любила и всеми силами старалась избежать. И до сегодняшнего дня она считала себя относительно преуспевающей в этом, правда пока что ей помогало ее фантастическое везение на пони, которые только и желали рассказать ей о своих не очень хорошо охраняемых запасах на черный день, который становился совсем черным, когда Лаки все-таки добиралась до этих запасов.

Кто бы ни устроил это внезапное вторжение, мисс Койн готова была сказать ему большое спасибо. Ну а после благодарностей, она попросила бы его продолжать весь этот бедлам не слишком долго, ведь ей еще нужно было купить билеты на поезд, который доставит ее в какую-нибудь глушь, полную красот природы, свежего воздуха и доверчивых фермеров, а значит и практически бесплатной еды, сдобренной витаминами и минералами. Сказка, а не жизнь…

Из мечтаний о теплом и спокойном деревенском уголке ее вывел пролетевший совсем рядом с ее укрытием черный вторженец, врезавшийся в стену соседнего дома. Следом за ним, пробежала пара пони, которой пришельцы придавали дополнительное ускорение в виде зеленых лучей, оставлявших на улицах города глубокие ямы, которые обычно приходят в кошмарах к сотрудникам мэрии вместе с гигантскими счетами по их заделыванию. Лаки вздохнула – похоже, этот хаос только начался и прекращаться не собирается, а железнодорожная касса наверняка закрыта. Хотя, теперь можно было попробовать пролететь сквозь рухнувший защитный купол капитана Шайнинг, чей профиль красовался на висевшем рядом плакате «Приглашаем вас на св», который тоже успел познакомиться с незваными гостями и их весьма острыми зубами.

Пегаска вздохнула вновь, на этот раз, набирая в грудь побольше воздуха и подготавливаясь к прыжку, который в теории должен был помочь ей пересечь улицу, взлететь в воздух и убраться подальше от столицы, вторжения и командора Ночной Стражи, но на практике он закончился ровно посредине мостовой из-за того, что очередной захватчик решил избрать местом посадки не гостеприимную кирпичную кладку, а мягкую и ударонеустойчивую Лаки Койн. Пегаска застонала – синяки на ее синей шерстке хоть и не будут заметны, но болеть и мешать спать по ночам от этого меньше не будут. Единственным утешением для нее стало то, что прилетевший сзади луч сбил неудачливого пришельца с ее спины отправив того в занимательное путешествие до ближайшей стены, и Лаки уже собиралась поблагодарить своего благодетеля ничего не стоившим ей «спасибо», но, обернувшись, она впервые в жизни потеряла дар речи. И очень наделась, что не навсегда.

Прямо перед ней стояла Принцесса Луна.

Где-то в глубине души древние инстинкты самосохранения пегаски зазвонили во все колокола, забили на все набаты, зажгли сигнальные костры и с чистой совестью забились в надежный уголок, требуя немедленно поклониться или хотя бы нетвердо свалиться на камни в знак приветствия, но скованные ужасом копыта уже начали превращаться в часть уличной кладки, не давая Лаки провалиться сквозь землю. Хотя такой исход в ту минуту ее вполне устроил бы.

— Еще одним стало меньше, — удовлетворенно кивнула Принцесса, даже не глядя в сторону замершей пегаски. Затем она обвела взглядом улицу, на которой, не считая захватчиков в разной степени оглушенности, находились лишь нескольких дрожащих от страха жителей. – ПОДДАННЫЕ МОИ, СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ, ИБО ЛИШЬ ОБЪЕДИНИВШИСЬ МЫ СМОЖЕМ ДАТЬ ОТПОР ВРАГУ.

Пегаска, на которую обрушилась вся мощь голоса Принцессы наконец сообразила, что объединяться ей пока не с кем, а упасть на землю будет лучшим выходом, если она вообще еще хочет когда-нибудь подняться. Она бросилась на твердые камни улицы и только тогда осмелилась поднять глаза на Принцессу, чтобы заметить, что один из налетчиков подкрадывается к повелительнице ночи со спины, явно не для того, чтобы закрыв ей глаза копытами сыграть в «угадай кто я».

— Принцесса, сзади! – крикнула пегаска.

Луна развернулась и от одного ее взгляда нападавший замер в воздухе. Буквально говоря, потому что он завис в шаге от Принцессы, расправив крылья и оскалив довольно острые клыки, от одного взгляда на которые у Лаки по спине прошел целый парад мурашек.

— Мы благодарим тебя за помощь, — кивнула Принцесса.

— Спасибо, — пегаска притупила взгляд. Лишнее внимание царственных особ к ее персоне ей совершенно ни к чему, если, конечно, она все еще хотела провести остаток дня на пути к природе, а не в караулке Ночной Стражи.

— Ты не желаешь продолжить путь вместе с нами? – спросила властительница Луны, глядя прямо на пегаску, что оставляло той единственно правильный вариант ответа.

— Да, Ваше Величество, — скромно ответила Лаки, в душе жалея, что вообще оказалась на этой улице. – Я готова помочь вам чем смогу.

— Это хорошо, — кивнула Принцесса. – Добровольная помощь подданных заслуживает всяческой похвалы, а пока что мы отправимся к штаб-квартире Ночной Стражи.

Лаки застонала. В душе, разумеется, потому что подобный стон в присутствии Принцессы был равносилен прыжку в водопад, где водились пираньи. С тяжелой гирей в копытах. В ту секунду пегаска уже не жалела, что оказалась на этой улице, нет. Она просто проклинала того, кто ее вообще построил…

* * *

Капитан Нерд осторожно выглянул из-за стола, но тут же нырнул обратно, чтобы пролетевший рядом зеленый луч оставил огромную яму на земле, а не на более редко встречающимся и полезном капитане. Стол же, как и положено любому приличному столу, угрюмо стоял на земле и отличался только чрезмерной перевернутостью, исполняя роль стационарного, а когда у стражников возникали новые всплески храбрости, и передвижного щита. Капитан поежился — треск стола становился все более и более слышимым, а это могло значить, что следующий прилетевший луч мог познакомиться с Нердом гораздо ближе, чем тому хотелось.

За невозмутимым столом прятались еще двое констеблей, споривших о том, чья очередь выбегать под зеленоватые лучи на соседнюю улицу наступает первой, если конечно многократное повторение “нет, ты” с каждой стороны вообще можно было назвать спором. А все это из-за первоначального благородного порыва Ночной Стражи не заколачивать двери в штаб-квартиру, а сначала попытаться спасти жителей близлежащих домов. Лично капитан предполагал, что этот порыв был вызван передозировкой кофе и истощением запасов сливок в шкафчике с припасами на все случаи жизни. Суть же сводилась к тому, что стражники, похватав все предметы, более или менее напоминающие щиты или хотя бы ровные доски, выбежали на улицу с героическими криками “За Кентрлот!”, “Именем Принцессы!” и “Проклятье, я разлил свой кофе!”

Надо ли говорить, что этот план не входил в разряд обреченных на успех, хотя слово “обреченный” вполне можно было использвать для его описания?

Во-первых, близлежащие дома внезапно оказались всеми домами, до которых стражники успели добежать и прокричать пару слов о немедленной эвакуации, прежде чем укрыться за столами, табуретками и даже одним платяным шкафом, образовав на площади перед штаб-квартирой импровизированную и довольно-таки антикварную деревянную ограду, которая радостно принимала в свои пределы всех желающих пони, у которых не было прозрачных крыльев, острых клыков и на вопросы стражи они отвечали не стройным залпом зеленых лучей.

Во-вторых, один из констеблей, ползший мимо командора с табуреткой, оказался вовсе не констеблем, а черным захватчиком, тут же получив причитающийся ему удар ножкой от той самой табуретки. которую на всякий случай разобрали на материал для укрепления баррикады. Тем не менее, зерна сомнения были посеяны в ряды стражников, и капитан поймал себя на мысли о том, что всерьез подумывает отойти подальше от трехногого стульчика, который может оказаться не таким уж и безобидным. А еще эта его мягкая обивка...

Однако, несмотря на все эти трудности, оборона стражников все еще держалась. Ну ладно, она просто старалась не упасть, раскачиваясь на шатких опорах трескавшейся мебели и периодических вылетах грифона, значительно увеличивающего кучи бессознательных захватчиков, валяющихся на площади, и дававших стражникам время влить в себя еще одну кружку спасительного горького напитка, запасы которого уже подходили к концу. “Зато, когда кончится кипяток, — подумал Нерд, — В последнюю атаку мы пойдем, разгрызая зерна”

Внезапно из толпы нападавших на баррикаду вырвались двое пегасов в темно-фиолетовой броне, чем-то похожей на броню Ночной Стражи, но выглядевшей более древней, хотя и более ухоженной, а сами пегасы кроме самоуверенного выражения их лиц отличались от обычных пони кожистыми крыльями и странными зрачками. Пегас направился прямо к капитану, который изо всех сил старался не показываться над верхним краем стола.

— Ночная Стража? — осведомился незнакомец, словно шеф-повар столичного ресторана, заглянувший мимоходом в провинциальную забегаловку.

— Да, — кивнул Нерд. — Она самая.

— Тяжелые времена для вас настали, — улыбнулся один из гостей, при виде того, как единорог вздрогнул от очередного пролетевшего луча. — Где ваш командующий, капитан?

— Он там, — ответил капитан и поразился пришедшей в его голову догадке. — Вы ведь личная гвардия Принцессы?

— Она самая, — широко улыбнулся пегас. — Она самая.

* * *

Командор ничуть не удивился прибытию неожиданной помощи. На самом деле, он не удивился бы даже если сюда прилетел розовый дракон и подарил Хейдэну букетик вишневых орехов — после такого неожиданного свадебного сюрприза Судьбе нужно придумать что-нибудь пооригинальнее. Самый главный штаб обороны мебельной стены находился в центре площади, где Корэдж, Свифтвинд и грифон с трудно запоминаемым именем обсуждали, стоит ли им отступить в штаб-квартиру и заколотить, наконец, все окна остатками импровизированных баррикад прямо сейчас или подождать, пока не истощится последний термос.

— Вы мыслите не в том ключе, командор, — произнес один из пегасов, с интересом рассматривая рисунок, судя по которому несколько картошек защищали извилистую черную линию от бесчисленного роя фиолетовых точек. — Принцесса отправила нас сюда, чтобы мы помогли вам одолеть чейнджлингов, а не прятаться в шкафах.

— У меня всего семеро стражников, — ответил Хейдэн. — И если вы думаете, что я смогу сдерживать пару тысяч этих тварей, если они пойдут на полноценный штурм, дольше трех секунд, то спешу вас огорчить — скорее всего вы ошибаетесь.

— Командор. командор, — покачал головой гвардеец. — А что если я скажу вам, что у нас достаточно сил, чтобы выполнить эту миссию? Что если у нас еще осталось хоть немного надежды? Что, в конце концов, столько кофе за раз — вредно для здоровья!

— Я знаю лишь одно, что может нас сейчас спасти, — задумчиво произнес командор. — Но если вы думаете, что Принцесса Луна явится сюда, бросив свои дела во дворце, помогая таким простым стражникам как я, то я опять скажу вам, что вы... — Корэдж запнулся, глядя на довольно ухмыляющегося пегаса. — Она стоит у меня за спиной, верно?

— Верно, командор, — кивнула Принцесса, складывая крылья и глядя на офицера, шерстка которого на мгновение стала гораздо больше походить на белый снег. — И если у вас есть какой-то план, то поведайте мне его прямо сейчас.

Командор задумался. В его голову внезапно пришла одна идея, стремительная как удар молнии и такая же зажигательная. Он посмотрел на ждущую ответа Принцессу. В общем-то, если это не сработает, то он всего лишь станет мишенью для целой тучи окруживших барркаду захватчиков, что наверняка избавит его от прямого объяснения с Принцессой. Удачный же исход этого плана притаился в самом уголке моря вероятности и определенно не собирался показываться раньше времени. Командору оставалось лишь надеяться, что это время вообще наступит.

— Я предлагаю, — начал он. — Прибегнуть к...

— Праву Призыва Добровольных Констеблей, — закончила за него Принцесса, глядя в упор на удивленного Хейдэна. — Я предполагала, что вы именно так и ответите.

— Так чего же мы ждем? — воскликнула Свифтвинд. — Пора набрать пару-другую добровольцев и показать этим... этим что-тотамлингам, где водятся настоящие стражники.

— Запишите меня, — произнес голос из-за спины Луны. — Я буду первым добровольцем!

Первый доброволец в особые констебли шагнула вперед, и Хейдэн мог бы пробить упавшей челюстью камни улицы, если бы не заботливая Вселенная, придумавшая законы физики как раз на такой случай.

— Ты? — возмущенно воскликнул командор.

— Я, — игриво улыбнулась пегаска. — Где поставить подпись?

— О, раз вы уже знаете друг друга, — радостно произнесла Принцесса. — То почему бы нам не начать прямо сейчас?

В штаб-квартире тем временем скопилось уже довольно много пони, а также лишних комплектов доспехов и пара запрятанных на черных день термосов с кофе. Командор не уставал удивляться скорости, с которой добровольцы вступали во временное отделение Стражи и отправлялись защищать баррикады и родную столицу от усиливавшихся с каждой минутой атак чейнджлингов, отважно толкая перед собой огромные доски для укреления стен и отправляя нападавших в продолжительный, но не очень полезный для здоровья нокаут. А ведь командор даже объяснил им, что доброволец — это вовсе не тот, на кого Принцесса не будет пристально смотреть, если он поставит крестик вот на этом белом листочке... Как бы то ни было ряды Ночной стражи пополнялись с ужасающей скоростью, что, было не удивительно, учитывая их начальную численность, однако, все это не сильно помогало — сколько бы подкреплений ни получали обладатели темных доспехов, захватчики могли выставить куда большие силы. А еще им не нужно было постоянно дозаправлять термосы.

— Командор, ответьте мне на один вопрос, — задумчиво произнесла Луна. — У них есть крылья... Почему же они не нападают на нас все разом?

— Принцесса, я... — приготовился было ответить Хейдэн, но любые его слова оказались бы лишними:

Именно в этот момент чейнджлинги бросились в решающую атаку на баррикады Ночной Стражи.

— К оружию! — возвестила Принцесса, и стражники вместе с добровольцами, которых оказалось не так много, как могло показаться на первый взгляд и совсем уж исчезающе мало на фоне черного полотна врагов, ринулись к залежам теперь уже несколько потрепанной мебели.

Хейдэн оказался захвачен потоком, доставившим его прямо в первые линии оборонявшихся, при этом он еще и умудрялся смотреть вверх, где взлетала в в воздух огромная армада чейнджлингов. Сказать, что они закрывали собой небо, конечно было бы неправильным, но назвать оставшиеся за их спинами синие клочки небом будет неправильным вдвойне. По крайней мере, Принцесса Луна находилась рядом с командором, возвышаясь над остальными защитниками и раздавая приказания направо и налево, успевая при этом посылать заклинания в наступавших, что, без сомнения, сильно сокращало не только их ряды но и желание добровольцев побросать шлемы и тихонько стереть свой крестик с того злополучного листочка.

А потом они захлестнули баррикаду.

Мир вокруг Хейдэна тряхнул свою палитру, смешав черный со всеми остальными цветами, оставив перед капитаном единственную четкую картинку — трех наступающих на него чейнджлингов с обнаженными клыками, напомнившими командору, что по окончанию службы ему вообще-то полагается пенсия. Корэдж попытался вдохнуть медленно и ровно — получилось вроде бы неплохо. хотя было больше похоже на бульканье, чем на прилив уверенности. А нападавшие все приближались и приближались, и Хейдэну ничего не оставалось, кроме как броситься в решительную атаку в надежде на то, что от бегущих на них пони эти существа, в лучшем случае, просто испарятся. Что может произойти в худшем, командор, к счастью, не успел представить. К его удивлению, его стремительный порыв был поддержан пегаской, которая еще с утра испарилась из караулки Ночной Стражи, но оказалась настолько безрассудной, чтобы вернуться и помочь силам правопорядка, которые хоть и были благодарны ей, но своих слов о правосудии обратно пока не взяли.

— Что, командор, не ждали? — весело крикнула она на лету, за мгновение до того, как они врезались в наступавших захватчиков.

— Честно сказать, не ждал, — кивнул Хейдэн, стараясь восстановить мировой баланс и встать на копыта. — Интересно, что же заставило тебя вернуться?

— Гм.. Дайте-ка подумать, — произнесла она, сбивая на землю очередного оскалившегося чейнджлинга. — Искреннее патриотическое желание помочь родному городу и Страже абсолютно безвозмездно не подойдет?

— Скорее всего нет, — пробормотал Корэдж в ответ, отправляя перевертыша в кратковременный полет ударом задних копыт и на секунду выпадая из поля зрения неожиданной помощницы.

— Жаль, — протянула она и вдруг замерла — прямо перед ней вновь появился Хейдэн собственной персоной, а его доспехи ничем не отличались от настоящих. Лаки Койн нахмурилась, вспомнив, что по пути к площади ей попадались подобные пришельцы, старавшиеся скопировать ее неповторимые, как она всегда считала, черты, а затем размахнулась и вложила всю свою силу в удар копытом справа...

— Ты с ума сошла? — пробормотал Корэдж, поднимаясь с земли и потирая ушибленную щеку.

— Прости, — виновато улыбнулась пегаска. — Я подумала что ты один из них и...

— Знаешь что? — начал было гневную тираду командор, но пролетевший, и на этот раз не мимо, луч прервал Хейдэна на полуслове. Уже в который раз за день.

Когда же командор открыл глаза, он обнаружил себя связанным какой-то липкой зеленой жижей, а к его спине прилепили нечто довольно теплое, мягкое и синее, через некоторое время оказавшееся его знакомой пегаской, которая, судя по всему, тоже оказалась под действием чужой магии. Хейдэн попытался пошевелиться, но вязкость и липкость окутывающего его желе быстро пресекли все его попытки освободиться. Единственным утешением для него могло служить лишь то, что со своей стороны пегаска не достигла большего успеха. К сожалению, это все омрачалось тем, что чейнджлинги никуда не делись. Напротив, вокруг их становилось все больше, а намерения на их лицах все более более не нравились плененному командующему.

— Что будем делать? — обеспокоенно прошептала пегаска, глядя на окруживших их захватчиков.

— Не знаю, — командор еще раз попробовал путы на прочность и поморщился — в голову чейнджлингам определенно не приходили идеи о нормальных накопытниках сделанных из материала, который не трясется как желе, не такой склизкий как желе и вообще представляет из себя не желе, а нормальную холодную сталь... — Идеи у меня кончились.

— Не так уж и много было, — язвительно ответила пегаска, но затем вдруг стихла и немного помолчала. — Неужели это конец?

— Похоже что да, — кивнул Хейдэн. — И встретить его с такой хитрой и изворотливой преступницей будет...

— Командор! — возмутилась пегаска.

— Ну ладно, ладно, — офицер покачал головой. — Не такая уж ты и изворотливая, раз нам все-таки удалось тебя поймать. С другой стороны, ты все-таки вернулась... Спасибо тебе!

— Не за что, — буркнула Лаки. — Как насчет небольшой амнистии?

— Нет, вряд ли. — протянул Хейдэн. Нападавшие тем временем подходили все ближе и ближе. — Прощайте, мисс Койн.

— Прощай, Хейдэн, — грустно промолвила пегаска.

Командор взглянул наступавшему на него чейнджлингу прямо в глаза. Не сказать, чтобы он сильно желал мужественно встретить конец. Например вместо этого он предпочел бы оказаться около камина в каком-нибудь уютном трактирчике или у себя дома в мягкой постели. Но сейчас Судьба предоставило ему не такой уж и большой выбор, поэтому капитану ничего не оставалось, кроме как вскинуть голову и посмотреть подступающей опасности прямо в лицо, чей клыкастый рот расплылся в победной ухмылке...

А потом все кончилось.

В одно мгновение исчезли чейнджлинги, путы, связывающие командора с пегаской, а также мысли о недописанном завещании. Хейдэн хоть и не совсем точно уловил суть и причину произошедшего, но зато вполне остался доволен результатом и даже послал пару мысленных благодарностей тому, кто все это устроил. Просто так, на всякий случай.

А обернувшись назад, он увидел счастливо улыбающуюся пегаску, изумленных стражников, пару-другую добровольцев, из тех, что не валялись на земле и не стирали свои подписи с листа о зачислении, а также гвардейцев Принцессы, с интересом осматривающихся вокруг. И, конечно, саму Принцессу Луну, направляющуюся прямо к нему.

— Мы победили? — неверяще пробормотал Корэдж. — Но как?

— Возможно нашлись более могущественные силы, чем мощь Роя, командор, — загадочно улыбнулась Принцесса, глядя на возвышавшуюся неподалеку громаду дворца, напоминавшего отсюда богато изукрашенный тортик. — Но ваша храбрость и храбрость ваших стражников, а также самых обычных пони помогла спасти многих в этот день.

— Спасибо за столь лестный отзыв, — поклонился Хейдэн, одновременно почувствовав, что не только он, но и синяки на его спине готовы были отпраздновать победу. — Не значит ли это, что нам повысят финансирование?

— Нет, вряд ли, — покачала головой Принцесса.

— Где-то это я уже слышала, — прошептала пегаска, стоявшая рядом с командором, копытом подталкивая его в бок.

— А что насчет тебя... — Корэдж повернулся к недавней задержанной.

— Что? — та невинно затрепетала ресницами.

— Позвольте мне решать ее судьбу, — вмешалась Принцесса и обернулась к пегаске. — Верноподданная Лаки Койн, это правда, что этим утром ты пыталась совершить преступление?

— Технически да, но...

— Это правда, что ты вернулась и раскаялась, предложив свою бескорыстную помощь в общем деле? — продолжила Луна.

— Получается, что так, но...

— И ты внесла свой вклад наравне со всеми, чья судьба решалась в этот день? — в третий раз спросила Принцесса.

— Вроде бы да, но...

— Хорошо, — кивнула правительница. — Так тому и быть. Командор, сопроводите ее в штаб-квартиру.

— Видно от судьбы не уйдешь, — пробормотал Хейдэн и сделал шаг в сторону пегаски.

— И выдайте ей обмундирование поновее.

— Что? — изумился командор.

— Что? — разинула рот пегаска.

Принцесса с улыбкой посмотрела на двух удивленных пони, стоящих перед ней. Она постаралась запомнить эти лица, чтобы потом доставать это воспоминание холодными зимними ночами и любоваться им, сдув пару скопившихся пылинок.

— Добро пожаловать в Стражу, констебль Койн, — наконец произнесла Принцесса. — И пусть ночь будет спокойной...