# Будни самого бесполезного героя

Evil_Jack

Довакин, великий герой, спасший однажды свой мир, но отнюдь не лишённый тёмных черт характера, и самый обычный человек из мира Земли, не имеющий никаких особых способностей и талантов. Казалось бы, меж ними нет ничего общего. Но именно их связала судьба, забросив в похожий на сказку мир, в котором дружба — это магия, а добро всегда побеждает зло. И теперь судьба этого мира зависит от них. Удастся ли добру победить и на сей раз?

Так, надо бы уточнить парочку моментов:

1. Душа Драконорождённого в Апокрифе.

2. Да, он мёртв. Если интересно, то умер он из-за того, что старый мост не выдержал его веса.

3. Довакин был боевым магом.

4. Ладно, кажется, я достиг уровня "Ученик"

У меня появился бета. Его имя Фил. Теперь он не только бета, но и соавтор.

Скажите ему спасибо за то, что вы прекратите терять кровь через глазные отверстия.

Мы с Филом, или Филлом, нашли новый, улучшенный способ писать рассказ. Нинаю зачем я вам об этом говорю, просто хотел поделиться.

Особая Благодарность господину Филу.

За то, что он является: бетой, соавтором и просто Хорошим Человеком.

***

Благодарность господину Dt-y17.

За конструктивную критику.

## Пролог

Мрачная тень смотрела в мутный омут на вершине Апокрифа. Сейчас она видела в нём семью за праздничным столом.

— Мы собрались, чтобы почтить память героя нордов, Довакина, — молвил старик, отец семейства.

— Отец, не начинай, а? — сказал мужчина-норд.

— Сын! — зло сказал старик. — Ты прекрасно знаешь, что если бы не твой прадед, то мы бы сейчас не разговаривали!

— Просто ты каждый год говоришь одно и то же, — пристыжено ответил норд.

— Кхм, но в этом году всё будет по-другому, ведь сегодня особая дата — годовщина его смерти!

— Правда, а сколько? — заинтересованно спросил мальчик лет десяти.

— Ровно триста лет, внучек, — гордо ответил старик.

"Какие же они жалкие, — сказала тень и отошла от омута. — Радуются чужим успехам, а сами палец о палец не ударят"

Тень продвигалась между бесконечными книжными полками, идя на встречу с очередным фолиантом, но тут к ней обратился голос из тьмы:

— Ты здесь, великолепно, — из темноты появились сотни глаз, внимательно смотрящих на нашего героя.

— Лорд Хермеус, рад вас видеть, — безразлично ответила теневая сущность.

— Вижу, тебе понравилось заклинание "Развоплощения", не так ли? — сухо осведомился здешний лорд.

— Стараюсь стать похожим на вас, — сказала тень с едва скрываемой фальшью. Однако Мора сделал вид, что ничего не заметил.

— Отлично. Тебе наверняка интересно, почему твой предшественник Мираак не воспользовался им? — всё так же безынтересно спросил Хермеус. — Ведь это могло принести ему победу.

— Хм, правда, почему? — явно заинтересовано спросила тень.

— Потому что, глупец, — спокойно начал лорд, — это заклинание истощает твою связь с планами! А я не хочу лишиться очередного Драконорожденного! — прокричал остаток фразы Хермеус Мора.

Как ни странно, на тень это произвело огромное впечатление. Его лорд даже не повысил голос, когда Мираак предал его, а прямо сейчас был жутко зол.

— Простите, господин! — испуганно пискнула тень. — Я сейчас же исправлюсь!

Она начала судорожно отменять заклинание, что сопровождалось злобными криками лорда, но тень не стала вслушиваться в них, решив, что для начала будет полезнее снять заклинание, а уж потом выслушивать возмущения своего господина.

Но едва последние строчки заклинания соскользнули с уст, как её втянуло в непонятный портал, который взялся из ниоткуда.

— Идиот, — спокойно сказал лорд Мора. — Теперь придётся обходиться без помощника...

* * *

Довакин летел по радужному коридору, подобного которому он никогда не видел.

"Надеюсь, лорд не сильно расстроится, в любом случае, когда вернусь, точно придётся выслушивать его нравоучения".

Тут стены коридора побелели, из них появились сотни белых щупалец, что охватили меня.

"Наконец-то господин меня нашёл!" — радостно подумал Драконорожденный.

Но не тут-то было, он услышал голос, который явно не принадлежал его лорду.

— Приветствую тебя, Конарик! — радостно вещал голос. — Я ждал тебя!

— Кто ты, и откуда знаешь моё имя?! — не стал церемониться герой.

— Я тот, кого смертные зовут Акатошем, — гордо начал Аэдра. — И я хочу тебя поблагодарить!

— За что сам Акатош может быть мне благодарен? — с ядом в голосе сказал Довакин. — Разве не я убил твоего первенца, или не я стал носителем всех артефактов Даэдра?

— Ты свершил много зла, — спокойно сказал тот, кто представился Акатошем. — Но ты не убивал моего первенца, ты очистил его душу от зла, более того, ты принёс достаточно добра в мир, чтобы окупить все свои злодеяния: спас смертных от угрозы вампиров, убил того, кто мог поработить весь мир.

— Но при этом вампиров я истребил, чтобы самому завладеть луком, а Мираака я убил только для того, чтобы стать новым избранником моего лорда, — Довакин выждал паузу. — Никаких благородных помыслов у меня не было.

— Ты смел, другие не рискнули бы сказать правду, — голос Аэдра выражал уважение. — Но всё же, я у тебя в долгу и потому не позволю твоей душе исчезнуть.

— Исчезнуть?! — испуганно выкрикнул Драконорожденный. — Но разве моя душа не связана с Обливионом?

— Да, некоторое время ты был младшим Даэдра, но то заклинание, что ты проносил последние три года, имело один пренеприятный побочный эффект. Скажи, что ты знаешь об этом заклинании?

— Заклинание "Развоплощения" позволяет ходить сквозь препятствия, и пока оно действует, тебя невозможно убить, — уверенно сказал Довакин.

— Да, но, как и сказал твой "лорд", — последнее слово Аэдра произнёс с особым презрением, — ты теряешь связь с планами.

— Ты хоть понимаешь, как это глупо звучит? — спросил Довакин. — Как можно потерять связь со всеми планами?

— Понимаю, ты не знал, что есть и другие вселенные, за исключением той, которая тебе известна, но, увы, я не могу сказать тебе большего. Наш разговор должен прекратиться, мои силы на исходе, — голос выражал сожаление. — Но я окажу тебе последнюю услугу, я отправлю тебя в другую вселенную, это единственный способ спастись для тебя, — смиренно вещал Аэдра. — К сожалению, я не могу выбрать, куда именно ты попадёшь, а посему ты отправишься в новый мир под личиной дракона, а точнее, чёрного дракона, каковым был Алдуин!

Слова Аэдра эхом отдались в голове Довакина.

— Ч-что? — большего он не сумел сказать.

— Но быть может, мир окажется дружелюбным к тебе, а посему ты всегда сможешь скинуть мантию моего сына и стать простым человеком, или, например, разумным крабом, если местные будут таковыми, — явно пошутил Бог-Дракон. — Что ж, не в силах тебя более задерживать. Прощай.

Щупальца отпустили Драконорожденного, и он понёсся с огромной скоростью дальше по туннелю. Тело его сразу начало ужасно болеть, будто все кости в нём разом решили восстать против старой доброй формы и начать деформироваться. Конечно, ему это не впервой, поскольку он был вервольфом, но столь сильной боли он никогда прежде не испытывал...

К счастью, сознание Довакина решило, что терпеть весь процесс совершенно необязательно, а посему он его потерял.

* * *

Очнулся я от свежего воздуха и того, что кто-то упорно пытался под меня протиснуться.

Открыть глаза, кажется, чего тут особенного? Но в тот момент для меня это казалось невозможным.

Однако, пересилив себя, я всё же открыл один глаз и сразу наткнулся взглядом на свою продолговатую морду.

"Так значит, тот голос не шутил? Я взаправду дракон?" — спросил я, не веря и ни к кому конкретно не обращаясь.

Тут кто-то особенно упорный сумел наконец пролезть под моё крыло. Крыло? Как необычно...

Впрочем, я быстро справился с удивлением и решил посмотреть, кто же настолько смел, что решился лезть к дракону?

Поднять свою огромную голову оказалось проще простого, будто она ничего не весила. А вот повернуть её оказалось довольно трудно, однако я сумел выкрутиться так, чтобы посмотреть на крыло.

Чёрное, большое, всё в чешуе... Да, я точно чёрный дракон. Но неважно. Я не без труда поднял крыло и увидел под ним медведя. Сказать, что я был удивлён, значит, ничего не сказать, ещё бы, агрессивный хищник с довольным видом трётся о моё брюхо. Интересно... Что не так с этим медведем? Он осознал, что не сможет защитить свою территорию от меня, и потому решил показать себя дружелюбным, дабы спасти свою жизнь? Нет, в таком случае он бы просто убежал. Но тогда почему же он не агрессивен?

Тут с севера, насколько можно было судить по солнцу, послышался женский голос: "Мистер Мишка! Ну где же ты?"

Мистер Мишка? Этот медведь подо мной, он что, разумен? Или одомашнен? Глупость несусветная! Кто в своём уме станет приручать медведя?

Я бы ещё долго был занят своими размышлениями, если бы не шевеление кустов метрах в двадцати от меня. Я тут же повернул голову в сторону звука и уже вспоминал необходимые слова силы, чтобы испепелить неизвестного врага, но, к счастью, это была очередная зверушка, жёлтая лошадь... А у лошадей грива всегда была розовой? Или конкретно у этой лошадки такая грива? Очередной вопрос покинул мой разум, когда лошадка, ибо лошадью её язык назвать не поворачивается, слишком маленькая, так вот... Лошадка закричала, притом вполне себе громко. Или просто у драконов слух острее?

Когда воздух в лёгких закончился, лошадка быстро скрылась в кустах. Ладно, хватит играть с местной живностью, пора найти людей, ну, или говорящих грязевых крабов. Однажды видел метрового краба, правда, мёртвого... Неважно, пора вставать.

* * *

Встать оказалось довольно просто, но медведь, про которого я уже успел забыть, был явно возмущён этим фактом.

"И как заставить эту тушу лететь?" — задал я себе вполне логичный вопрос. В ту же секунду в мою голову ударил поток информации о полётах. Ну да, ведь вместе с душами я поглощал знания и силу сражённых драконов. Странно, не помню, кто мне это сказал... Неужто я забыл имена старых друзей?! Поразительно, могу пересказать всю теорию магии в восьми томах, а имён тех, кто мне помогал когда-то, вспомнить не могу! Впрочем, неважно. На взлёт!

Я расправил крылья и, подпрыгнув, начал набирать высоту.

Скажем так, когда ты летишь верхом на драконе, и когда ты сам дракон, это две разные вещи.

Но сейчас это незначительно, я, кажется, вижу деревню на севере... Надеюсь, местные не испугаются огромного дракона, который может тремя словами вызвать армагеддон... Да, я лгу, но будет крайне весело напугать местных! Стоп, а это ещё что?! В воздухе над деревней летит радуга?! Что?! Это невозможно, чтобы радуга так выкручивалась! Она просто появляется из ниоткуда! Ладно, слетаю в деревню и выясню, что это за аномалия!

Я начал стремительно набирать скорость, и радуга... остановилась в воздухе?! Что?! Мой мозг официально сломан! Секунд через десять радуга начала стремительно ко мне приближаться. Это неестественно, странно! Но я даже не притормозил, упорно летя навстречу природному феномену.

Правда, что мне сделает какая-то радуга? Моя чешуя прочнее стали, я чуть эбонитовый топорик о чешую Алдуина не сломал...

Ладно, признаю, я ошибся, когда не остановился, радуга врезалась мне в нос, хотя... Это синяя лошадь врезалась мне в нос. Куда делась радуга? На её гриву? Бред... В любом случае, лошадь стала падать на землю, интересно, это будет смертельно для неё? Стоп, откуда у синей лошади крылья?!

Мой шок быстро прошёл, и я, ведомый чувством вины за то, что сбил лошадку, решил спасти её.

Я пикирую вниз, хватаю ту лошадь задними лапами и аккуратно приземляюсь. Хм, а эта лошадь такая же, как та, жёлтая. Они тут что, самый распространённый вид? Я огляделся по сторонам. Приземлился я на поляне рядом с озером. Хм, почему бы не посмотреть, как я выгляжу?

Ходить в этом теле оказалось не так уж и трудно, прямо как на четвереньках... В озере я увидел точную копию Алдуина.

"Да, Акатош точно не обладает фантазией", — подумал я.

Тут та лошадка издала стон. Значит, живая.

Вдруг она резко подскочила, и её злобный взгляд впился в меня.

"Она хочет сена?" — единственное объяснение, которое смог выдать мой мозг в ответ на её взгляд.

В этот момент лошадка взмыла в воздух и попыталась спикировать на меня. А уже в следующую секунду со спины я услышал весьма виртуозную брань. Когда я обернулся, чтобы посмотреть, кому следует вымыть рот с мылом, я увидел только ту лошадку, правда, раньше у неё из копыта не торчал чёрный шип. Она налетела на мой спинной отросток. И выругалась. Должен заметить, что залип я знатно, секунд на двадцать, в себя меня привело то, что говорящая лошадь пыталась сломать мою природную защиту в виде шипа.

Конечно, она была обречена на провал, а я ей помочь не мог чисто физически.

И тут, как в тех книгах, из кустов выпрыгнула ещё дюжина похожих лошадок, и все разноцветные!

Мой мозг не успел сломаться, так как в меня устремилось штук пять магических лучей. Любопытно, я даже не чувствую их влияния, хотя тот фиолетовый, который выпускала, как ни странно, фиолетовая лошадка, едва заметно меня покалывал. Я уже собирался крикнуть "Kest Doh Kirl", дабы показать им, что со мной шутки плохи, как та самая фиолетовая лошадка сказала вполне понятным и злым женским голосом:

— Отпусти её, чудовище!

— Это я-то чудовище?! — прорычал я так, что земля в прямом смысле содрогнулась. — Не я напал на вас!

Кажется на фиолетовую... Стоп. Единорогиню? Что?! Я читал про единорогов, но увидеть вживую...

Так вот, на единорогиню мои слова произвели огромное впечатление, на её мордочке читалось... Что-то вроде смеси сожаления, удивления, страха... Трудно сказать, что она сейчас испытывала. Но почему бы не подлить масла в огонь?

— Ваша синяя лошадь пострадала от своих же попыток напасть на меня, — сказал я, поддав возмущения в голос. — Но я был благороден и не стал отвечать на её нападки, она сама всё сделала.

— Это всё хорошо, но я тут, вообще-то, кровь теряю! — послышался крик с моей спины.

— Эмм, вы позволите снять её с вашей спины, мистер... — видимо, она надеялась, что я скажу ей своё имя, но нет, обойдётся, сделаю вид, что не понял её.

— Да, конечно, мне самому не очень нравится, что на моих наспинных шипах весит какая-то кобыла.

Синяя лошадка тут же пролетела над моей головой, охваченная фиолетовым сиянием. Её положили на носилки, и две другие лошадки унесли её в неизвестном направлении.

— Извините, мистер... — опять протянула та фиолетовая. Что ж, думаю, стоит сжалиться и сказать своё имя. Хотя кому я вру, имя я не скажу, представлюсь просто "Дова".

— Можешь звать меня Дова, — сказал я таким тоном, будто общаюсь со слугой.

— А я Твайлайт Спаркл, очень приятно! — радостно сказала та самая фиолетовая. — Прошу простить мою подругу, Рейнбоу Дэш порой бывает импульсивной... — Кобылка поковыряла землю копытом. — Могу я узнать, что вы делаете в Эквестрии?

— Где? — как-то не задумавшись, спросил я, о чём сразу же пожалел.

— В Эквестрии, — сказала лошадка так, будто я просто не расслышал.

— Я... пробудился ото сна... — честно соврал я, ведь, в определённом смысле, те триста лет в Апокрифе можно сравнить со сном.

— Что значит "ото сна"? — спросила фиолетовая. Нет, вроде знакомы лишь пять минут, а уже начинаю её ненавидеть.

— Я спал пят... десять тысяч лет! В пещере... А сегодня я проснулся... — да я просто мастер импровизации! Но, как ни странно, кобылка легко повелась на мою ложь. Она начинает мне нравиться!

— Правда?! — её лицо, это просто надо видеть, словами не передать всех эмоций, которые в тот момент оно выражало. — Это же ценнейшая находка: столь древнее существо, что старше обеих принцесс!

— Да, но он спал десять тысяч лет, а принцессы бодрствовали, — сказал кто-то из толпы.

Тут же с той стороны послышались одобрительные звуки.

— Тихо! — прикрикнула... как её там, Твайлайт? Да, вроде так. — Сейчас он наверняка не понимает, что тут творится, не забывайте, пони появились всего восемь тысяч лет назад. Он наверняка не знает о нас ровным счётом ничего, а мы ведь не хотим произвести на него плохое впечатление, не правда ли?

От толпы послышались положительные ответы.

— Мистер Дова, для меня будет честью показать вам, как тут всё устроено! — обратилась ко мне Твайлайт.

— Премного обязан, — не стал я распинаться с ответом.

— А вы не такой страшный, каким казались поначалу, — с улыбкой заметила Твайлайт.

Что ж, занятно, вот я и познакомился с местными.

## Местные драконы

Дорогие читатели, надеюсь что вы зацените новую главу. Писал её в соавторстве с Филом, классный парень скажу вам. Кстати о нём, это он сделал новую главу такой... читабельной... что ли... Так что, скажите ему спасибо! Что до следующих глав... Они будут. Всё что я могу сказать.

— А вы не такой страшный, каким казались поначалу, — с улыбкой заметила Твайлайт.

— Верно, — легко согласился Довакин.

— Что ж, теперь я хотела бы устроить вам экскурсию по на... — договорить ей не дал некто, кого Довакин с натяжкой мог назвать ящерицей.

— Твайлайт! Твайлайт! — эта игуана-переросток запыхалась. — Письмо от принцессы Селестии!

Рептилия передала письмо Твайлайт.

— Спасибо, Спайк, — пока единорожка читала свиток, ящер наконец-то заметил черного дракона и, испугавшись, попятился. — Т-т-т-твайлайт! — прокричал малыш. — Тут дракон!

— Я знаю, Спайк, его зовут Дова, — не отрываясь от письма, сказала Твайлайт.

— Очень приятно, — сказал Драконорожденный, смотря прямо в глаза Спайку.

— З-здравствуйте, — промямлил тот, заикаясь.

— Что ты такое?

— Д-дракон, сэр, — нервно ответил Спайк.

— Дракон?! — возмущение в крике Довакина, казалось, можно черпать лопатой. — У тебя даже крыльев нет!

Дракончик сжался от такого натиска.

— Не смей его обижать! — прикрикнула на Довакина Твайлайт. — Он еще очень молодой! И к тому же, сейчас у нас есть дела поважнее!

— Например? — быстро успокоившись, спросил тот.

— Например, другой взрослый дракон! — воскликнула Твайлайт и убежала.

— Мы с тобой ещё поговорим, — обратился наш герой к дракончику и полетел вслед за Твайлайт.

Когда черный дракон отлетел на достаточное расстояние, чтобы не услышать Спайка, малыш с пафосом сказал: "Я еще покажу, кто здесь настоящий дракон!"

* * *

Я летел за единорожкой, и вынужден признать — бегает она на удивление быстро. Наконец она остановилась на мосту и начала что-то кричать. Увы, я не обратил на ее крик внимания, так как в этот момент оказался в полосе дыма. Воздух мне, конечно, не особо нужен, но вот без зрения я оказался неожиданно беспомощен и потерял ориентацию. Логично предположив, что ниже воздух будет чище, я сложил крылья и камнем рухнул вниз.

К сожалению, высота была не такой уж и большой, и вновь раскрыть их я уже не успевал, а потому пережил весьма жесткую посадку. При падении я услышал крик, а открыв глаза, заметил уже знакомых мне фиолетовую единорожку и желтую пегаску, стоящих поблизости.

— Что это за дым? — задал я вопрос, резко поднимаясь.

Пегаска вдруг тоненько вскрикнула и потеряла сознание.

— Опять… — удрученно промолвила единорожка.

— Ты не ответила на мой вопрос, — вновь обратился к ней я.

— На горе близ Понивиля поселился дракон, и теперь его дыхание задымляет воздух, — сказала Твайлайт, неся в поле магии пегаску. — Лети за мной, твоя помощь будет весьма кстати.

Взмахнув крыльями, я взлетел и, найдя единорожку, устремился следом. Сначала она оставила пегаску в странном домике-дереве, затем, встретившись с мелким ящером, навестила ещё три здания: ферму, пряничный домик и... трудно сказать, что это...

В любом случае, с каждым разом в компании становилось на одну пони больше.

Конечно, тех, кто еще не знал меня, напрягал вид огромного дракона, летящего над ними, но, видя пример своей фиолетовой подруги, они попросту перестали обращать на меня внимание.

Наконец собравшись, они всей компанией устроились в доме-дереве. Пока они занимались там своими делами, я успел пролететь над городом и найти здание, которое идеально подходило на роль моей лежанки.

Спустя какое-то время к моей новой кровати подошла та жёлтая пегаска, задумавшаяся о чем-то, но подняв глаза и заметив меня, она развернулась и, пискнув, мгновенно улетучилась. Какая-то она странная...

* * *

Стоило Довакину начать засыпать, как подошла знакомая ему фиолетовая единорожка.

— О, Твайлайт, чем обязан? — голос черного дракона звучал весьма довольным.

— Что ты делаешь на коттедже Флаттершай? — прямо спросила его Твайлайт.

— Флаттершай? Это та жёлтая пегаска, верно? — высказал тот свою догадку.

— Да, и ты лежишь на её доме, — слегка грубовато ответила фиолетовая.

— И что? У твоей Флаттершай и так полно зверья, а значит, такой маленький дракончик, как я, ничего не испортит.

— Но...

— К тому же это значит, у неё имеется достаточно корма для меня, — посмотрев Твайлайт в глаза, отметил дракон.

— Ты ешь мясо?! — с ужасом вскрикнула та, разгадав смысл его слов.

— А что ещё есть дракону? — прозвучал встречный вопрос.

— Камни, — уверенно сказала единорожка.

— Камни? Шутишь? Ты это сама придумала?

— Нет, я абсолютно серьезна. Спайк, между прочим, очень любит есть драгоценные камушки.

— Странно... — протянул Довакин. — Так зачем ты меня искала?

— Флаттершай не может подготовиться к походу, потому что ты залез на её дом.

— Значит, мне улететь отсюда?

— Да, — подумав немного, единорожка добавила, — пожалуйста.

— Ладно. А куда вы идёте? — спросил Драконорожденный, спрыгивая с домика пегаски.

— Как я уже говорила, тот дракон своим дыханием загрязняет воздух, и если мы не упросим его уйти, то может пострадать вся Эквестрия!

— Ясно.

— Ясно? Ясно?! — Твайлайт начала злиться. — Тебе что, плевать на наш дом?!

— Нет, мне просто не терпится повидаться с дальним родственником, — голос Довакина отдавал безразличием.

— Тогда почему бы тебе не поговорить со Спайком? — спросила Твайлайт, постепенно успокаиваясь.

— Так он действительно дракон?! — с наигранным удивлением воскликнул Довакин.

— Да, я ведь уже говорила! Ох… Слушай, давай поговорим об этом позднее, сейчас нужно спешить.

— Хорошо, я буду ждать вас на вершине той горы, — сказал черный дракон, взлетая.

— Стой! — прокричала единорожка, но дракон её уже не услышал. — Вот же... — запнулась она на полуслове, вспомнив, что ругаться некрасиво.

"Ладно, нужно сказать Флаттершай, что он улетел", — подумала Твайлайт и пошла в сторону библиотеки.

* * *

Пришлось просидеть перед входом в пещеру, из которой валит дым, несколько часов. Я уже начал ненавидеть того дракона! Но когда я уже сам собирался пойти в пещеру, чтобы начистить ему морду, Твайлайт с подругами наконец-то пришли.

— Почему вы так долго?! — возмущенно спросил я.

— А почему ты улетел?! — контратаковала Твайлайт.

— Ты сама попросила меня улететь, — прозвучал мой спокойный ответ.

Твайлайт раскраснелась и приобрела озлобленный вид, словно собиралась накинуться на меня. Я не стал дожидаться, пока она дойдёт до точки невозврата.

— Kaan Drem Ov! — использовал я крик "Гармония Кин" — Успокоилась?

— Да, прости, не знаю, что на меня нашло... — резко сжалась кобылка. — Кстати, что это было?

— Неважно.

— Он прав, дорогуша, нам сейчас важнее попросить того дракона уйти, — отозвалась белая единорожка.

— Верно! — быстро пришла в себя Твайлайт. — Итак, друзья, какие будут предложения?

На этот момент мне окончательно надоело сидеть и ждать, и потому я встал и направился к пещере.

— Стой! — крикнула Твайлайт. — Куда ты идёшь?!

— Хочу разобраться с драконом по-своему, — безмятежно ответил я.

— Собираешься устроить драку? – спросила меня оранжевая пони.

— Что-то вроде того.

— Постой! — воскликнула фиолетовая. — Не нужно драться! Прошу, дай нам поговорить с ним, возможно, он согласится уйти.

— Ладно, валяйте, — махнул я лапой, предвкушая зрелище.

Далее все они, за исключением этой Флаттершай, попытались договориться с драконом в пещере. Стоит ли говорить, что у них не получилось?

В конце концов, они решили все вместе завалиться в пещеру и, не откладывая, забежали внутрь. А спустя секунд сорок они с криком из неё выбежали.

Кажется, дракон решил в отместку завалиться к нам.

Когда он вышел из пещеры, я смог разглядеть "родственника": огромный, красный... Жуткое зрелище... Притом неясно, жутко страшное или жутко жалкое. Впрочем, тот дракон, видимо, был обо мне схожего мнения.

— С дороги, виверна-переросток! — прорычал он, отойдя от шока.

— Кого ты назвал виверной?! — пусть я и не знал кто такие виверны, но по тону его голоса распознал оскорбление.

— Тебя, червь! — громыхнул дракон, видя свое преимущество в размере. — С дороги, насекомое, мне нужны эти пони.

— Мы с тобой ещё не разобрались! — откликнулся я. — Wuld!

* * *

Темный дракон с невероятной скоростью врезался в грудь красному, и тот отлетел обратно к входу в пещеру.

— Хех, неплохо, малыш, а как тебе понравится мой удар? — поднимаясь, прокряхтел он.

— Не знаю, и знать не хочу, — сказал Довакин. — Gol Hah Dov!

В этот момент глаза дракона-оппонента потеряли все признаки разумности.

— А теперь убирайся отсюда, — отдал приказ черный дракон.

— Да, повелитель, — безжизненным тоном сказал красный и улетел на восток.

— Это было просто, — сказал наш герой, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Это было ПОТРЯСНО!!! — крикнула розовая пони, внезапно оказавшись у него на носу.

— Как ты туда залезла?! — испугался тот такого появления.

— Какая разница? — отозвалась пони, вальяжно махнув копытом в сторону.

— Друзья, давайте лучше решим, что мы будем делать с сокровищами дракона, — чересчур радостно отозвалась белая пони.

— Вообще-то, сейчас важно понять, что за магию использовал Дова, — заявила Твайлайт. — И да, насколько я знаю драконьи традиции, то сокровища теперь принадлежат именно ему.

— Мне они не очень-то нужны, — дракон немного подумал. — А вот пещера, напротив, мне пригодится.

— Тогда решено, разделим сокровища поровну на пятерых! — довольно произнесла Рэрити.

— Шестерых, еще есть Рейнбоу, — напомнила Эпплджек.

— Ах да, верно, шестерых... — погрустнела единорожка.

— Ещё нужно отдать часть в казну, — заметила Твайлайт.

— Ууу, и по законам Эквестрии сорок процентов надо отдать в бюджет Понивиля, — сказала кудряшка, которая, неожиданно, знала законы.

— Но... — у Рэрити был такой вид, будто она сейчас заплачет.

— Да, и ещё надо заплатить за лечение Рейнбоу Дэш, — добила её Твайлайт.

— И сколько же остается бит на пони? — задала вопрос Эпплджек.

— Ну... — Твайлайт пыталась подсчитать, исходя из размеров горы золота. — Думаю, не больше двух сотен бит каждой из нас, не считая остатка драгоценных камней.

— Хорошо! — Рэрити выглядела очень нервной. — Но все камни я забираю себе.

* * *

День подходил к концу, все были заняты чем-то своим:

Твайлайт попыталась узнать тайну магии Довакина, но безуспешно, дракон своими знаниями делиться не захотел. Тогда Твайлайт предположила, что, в отличие от своих собратьев, жадных к золоту, Дова жаден к знаниям.

Пинки Пай в это время играла с драконом, хотя игрой это называла только она, для дракона же это была пытка. Бедная рептилия даже не решилась спросить, где она достала "Твистер" и "Приколи пони хвост". Разумеется, в обеих играх Пинки победила с огромным отрывом.

Рарити просто копалась в сокровищах, ну что с неё взять?

Эпплджек "отдыхала" за пределами пещеры, а если точнее, то она побежала в Понивиль, ведь у нее все еще оставалась работа на ферме.

Флаттершай неожиданно вызвалась добровольцем слетать в Понивиль за грузчиками-пегасами.

Наконец, настала ночь, которую подруги провели в пещере, а на следующее утро они удалились.

Но для дракона не было отдыха, на смену нормальным, более-менее тихим пони (исключая Пинки), пришли другие.

Эти пегасы поначалу боялись дракона, поэтому ему пришлось почти четверть часа убеждать их в своей безопасности, а потом до самого вечера терпеть обнаглевших пони, занимавшихся погрузкой ценностей. И даже улететь куда-нибудь он не мог, поскольку должен был присматривать за ними.

Пик ярости дракона был достигнут тогда, когда один особо смелый пегас решил покрасоваться перед кобылками и попытался засунуть свою голову в пасть, как он считал, спящего дракона.

Конарик уж было подумал позволить ему засунуть свою злополучную тыкву себе в пасть и оставить её там навсегда, как прилетел пегас-начальник. В тот же миг пыл абсолютно всех работников сошёл на нет, и погрузку они закончили быстро.

Когда они рассортировали и загрузили все ценности, дракон приметил пару интересных книг, их он потребовал оставить себе.

И вот пегасы улетели. Теперь дракон может с гордостью заснуть. Почему с гордостью? Разве он съел хоть одного пегаса? Нет?! Ну вот и всё, хватит глупых вопросов.

* * *

Твайлайт шла обратно в городок, её голова была полна мыслей по поводу нового друга. Уже подходя к Понивилю, она вспомнила о том, что необходимо отправить отчет принцессе Селестии.

Войдя в библиотеку, единорожка крикнула:

— Спайк! Мне нужно отправить письмо принцессе!

— Твайлайт! — с беспокойством в голосе отозвался тот, встречая свою подругу. — Где ты была?!

— Я ночевала в пещере Довы, — пристыженно сказала та. — Прости, что не сообщила об этом.

— Тот дракон тебя не обижал? — продолжил Спайк расспросы.

— Что? Нет, что за глупости, — Твайлайт польстила забота друга. — Ладно, Спайк, давай обсудим это попозже, сначала нужно написать письмо.

— Хорошо, — Спайк взял со столика перо и свиток.

"Дорогая Принцесса Селестия,

вчера я познакомилась со страшным чёрным драконом, которому очень много лет. Но оказалось, что он хороший, он даже помог нам выгнать другого дракона, который был в пещере.

Более того, он не захотел оставить его богатство себе, потому мы с подругами решили разделить сокровища меж собой. Разумеется, мы сделаем необходимые отчисления в пользу Эквестрии и Понивиля.

Также хочу сообщить, что моя подруга Рейнбоу Дэш ранила копыто, но, к счастью, она довольно скоро поправится.

Из всего произошедшего я извлекла важный урок:

"Не стоит судить о книге по обложке, иногда старая книга может быть куда интереснее, чем новая".

Ваша преданная ученица,

Твайлайт Спаркл".

— Записал? — спросила единорожка.

— Записал, вроде, — ответил дракончик, вглядываясь в письмо.

— Отлично, отправляй.

— Сейчас, — вдохнув побольше воздуха, дракон выдохнул волшебное пламя, унесшее свиток.

## Недопонимание

Давайте просто представим, что тут есть ещё 77 слов.

Наутро Твайлайт получила ответ от принцессы. Селестия писала, что хотела бы лично познакомиться с драконом, но, к её сожалению, у неё масса государственных дел, а потому она сможет прибыть в Понивиль лишь через три дня. Впрочем, принцесса не собиралась пускать дела на самотёк, поскольку в письме сообщалось также, что в городок послан отряд стражи во главе с братом единорожки.

Прочитав письмо, Твайлайт была вне себя от радости, однако радость быстро сменилась паникой, стоило ей подумать о подготовке к приезду брата. Но что-либо сделать она не успела.

— Твайлайт, ты дома? – прозвучал знакомый ей голос.

— Эээ... — глаза Твайлайт забегали по разбросанным ею вчера книгам. — Да, сейчас открою!

Подойдя к двери, волшебница вышла наружу.

— Твайли! — радостно воскликнул единорог в латах и обнял сестру.

— Шайни, хе-хе... Какая встреча... — растерянно протянула единорожка.

— Ты не рада? – удивился Шайнинг.

— Конечно, рада! — натянуто улыбнувшись, сказала Твайлайт, после чего повисла неловкая пауза. — Знаешь, ты просто обязан познакомиться с моими подругами!

— Но... — Шайнинг замялся, — как же задание принцессы...

— Не глупи, братец, ты же знаешь, сколько драконы спят? — задала вопрос Твайлайт.

Шайнинг легонько ударил себя копытом по голове, словно говоря «вспомнил!».

— Подожди здесь, вернусь через пять секунд, только скажу пару слов Спайку, — сказала волшебница, забегая внутрь библиотеки и захлопывая дверь перед носом брата.

Через полминуты из дома послышался очень недовольный вскрик дракона, на что Шайнинг только улыбнулся.

— Ну всё, я готова. Пойдём? – вышла единорожка.

* * *

Проспав часа три, я проснулся полный энергии. Наверное, многие бы удивились, услышав эти слова. Дело в том, что драконы моего мира никогда не спали, они скорее отдыхали. На полный отдых уходило часов восемь. Но при этом сохранялась бдительность, а посему, поспав три часа, я уже перекрыл суточную норму сна.

С кем я всё время разговариваю? Я невероятно одинок! Ладно, просто... постараюсь прекратить...

Итак, что бы теперь поделать? Полагаю, можно пожаловаться на судьбу… Точно! Отличная идея!

* * *

Дракон раскрыл пасть, на которой слабо угадывалась улыбка, и просто просидел с таким выражением морды минуты полторы.

— Что-то больно быстро я смирился, — наконец сказал он самому себе. — Пойду поем, что ли... Ах, ну да, у меня же нет еды. Что ж, значит, пойду охотиться.

Дракон уже собрался выползать из своей пещеры, но заметив, что на улице ночь, и вспомнив, каким беспомощным он оказался без зрения, дракон передумал улетать.

«Что же делать? – подумал он — Просто сидеть? Скучно... Хотя секунду, те левые пегасы оставили мне немного местной литературы, можно почитать».

Драконорожденный подошёл к месту, где он спал, и поднял две книги, отобранные ранее со словами: «Я могу разорвать ваши души тремя словами». К счастью для него, Твайлайт перед уходом наколдовала заклинание света, и сейчас небольшой шарик, светящийся белым, висел под потолком, освещая пещеру.

Странно, Довакин готов был поспорить, что в первый раз он смог прочесть названия книг: «История драконов» и «Как усилить пламя». Но, взглянув на обложки вновь, он увидел лишь надписи на непонятном языке. Открыв книгу, он также узрел непонятный для него текст.

— Либо это лошадиный, либо я во сне выпил свой тайный запас скумы... — пробубнил упавшим голосом дракон.

Теперь он был окончательно разбит и даже подумал о том, чтобы действительно пойти поохотиться. Впрочем, подумав ещё, Довакин решил, что лучше уж поскучать до утра, чем врезаться в гору.

Занятие по душе Конарик нашёл быстро: он начал создавать собственную стену слов. Конечно, задумываться о тексте на ней он сейчас не собирался. Но всё же он давно планировал этим заняться.

Почти вырезав в стене пещеры ровный полукруг, герой запнулся. Он почувствовал чужой взгляд.

Оглядевшись вокруг, Конарик понял: враг не в пещере, а это значит, что... он в той тьме...

Решив узнать точное его местоположение, дракон прошептал «Laas Yah Nir».

Теперь, когда Довакин увидел ауру всех живых существ на весьма приличном расстоянии от себя, он смог заметить противника.

«Шпион? А может, охотник на драконов? Кто же он?»

Существо явно было пони, а судя по отсутствию реакции на «крик», не слышало Довакина. Дракон решил, что стоит изобразить занятость, дабы позволить врагу "скрытно" к нему подобраться.

Конарик прилёг и стал чертить на земле драконьи руны.

Вскоре он перестал видеть ауру, но спустя ещё пару минут активного черчения послышался шорох.

«Так, теперь только бы не спугнуть», — подумал он.

Послышался хлопок крыльев на грани слуха.

«Ага, значит, цель крылатая. Интересно...»

Когда шпион-ассасин-драконоборец подлетел на пять-десять метров, дракон совершил удар. Точнее, резко повернувшись, крикнул «Liz Slen Nus» прямо в район предполагаемого противника.

Рядом с драконом упала ледяная глыба. В этой глыбе был пони, с рогом и крыльями... Впрочем, удивило дракона не это. Грива непарнокопытного была будто из звёзд, да и по размеру пони был скорее похож на лошадь.

Пока Довакин разглядывал вторженца, тот растопил магией лёд и вылетел из пещеры. Преследовать его дракон не стал, понимая бессмысленность этой затеи.

«Ночью мне всё равно не разглядеть его, так что пусть улепётывает. Думаю, теперь он, или она, нескоро сюда вновь сунется, так что, пожалуй, можно заняться стеной слов».

* * *

Шайнинг Армор с огромным трудом сумел спастись из лап кровожадного, жестокого и розового монстра по имени Пинки Пай.

Эта пони хотела, чтобы капитан стражи поел тортик и поиграл в игры для маленьких жеребят. Хорошо хоть подчинённые попались сообразительные и поклялись никому не рассказывать.

В любом случае, кое-как отвертевшись от знакомства с остальными подругами сестры, капитан повёл свой отряд на гору.

«И что вообще эти дурацкие драконы находят в этих идиотских горах», — та самая фраза, которая крутилась на языках всех гвардейцев, включая самого Шайнинга.

За три с половиной часа, пройдя лес, горы, завалы, скалы, обрывы и одного крайне дружелюбного медведя, стражники, вымотанные, но не сломленные, добрались до пещеры дракона.

Судя по тому, что самого дракона в ней не оказалось, а стражники могут кричать очень громко, жеребята в Понивиле наверняка выучили пару новых, весьма интересных слов, а то и предложений…

* * *

Когда дизайн стены был продуман, Довакину срочно понадобился кто-то, кто сможет этот самый дизайн изобразить, поскольку драконьи когти не очень хорошо подходят для скульптур. Впрочем, писать драконьи руны ими удобно.

«Ладно, вроде светает... Пора на охоту!»

Дракон неспешно вышел из пещеры и, взлетев, направился в лес у подножия горы.

«А ведь мне даже не нужна еда», — радостно прокряхтел дракон. Но воздержаться от приёма пищи после трехсот лет совсем без еды было совершенно невозможно.

Утро в лесу было чудесным: птички пели, распускались цветы, животные играли...

Довольно быстро всё это прекратилось. Как только на поляну приземлился дракон, птицы поспешили улететь, животные попрятались, кажется, даже цветы свернулись обратно.

Страшный хищник вышел на охоту... и увидел перед собой пустой лес.

Даже «Шёпот ауры» не помог найти никаких живых существ в радиусе километра...

«Куда они делись?!» — раздался уже иной громкий крик.

В конечном счёте, Конарик решил просто прогуляться, а заодно проверить несколько вещей, которых не знал о драконах...

Спустя пару часов чёрный дракон, осчастливленный тем, что смог крыльями закопать себя в песок, валялся на речном пляже близ городка пони. Смотрелось это... жутко... Чёрное брюхо дракона, покрытое огромными шипами, выглядывало из-под песка.

Единственным свидетелем того, как дракон себя закапывал, стал Биг Мак, который, естественно, решил никому об этом не рассказывать.

Через несколько минут лёжки дракон услышал крики со стороны своей горы. Кричал явно не один голос, и фантазии крикунам было не занимать. Довакин даже взял на заметку пару весьма виртуозных словесных конструкций.

Но, помимо новых ругательств, Конарик узнал, что враги, возможно, охотники на драконов, уже здесь.

«Нужно разобраться с ними, заодно и преподам урок всем остальным».

* * *

Капитан Шайнинг Армор просто не мог поверить, что дракон ушёл у него из-под носа.

Его гвардейцы неплохо устроились в логове твари. Именно ТВАРИ. Только совершенно бессердечная, бездушная, хладнокровная тварь может не оказаться дома в такой момент.

Ходя из стороны в сторону, Шайнинг заметил странные символы на полу, но попытавшись их прочесть, он почувствовал, будто кто-то запустил ему аллигатора бод броню.

— Ребят, — позвал командир своих сослуживцев, — вы тоже это видите?

Гвардейцы повернулись к капитану.

— Сэр, у вас аллигатор на голове, — заметил один из них.

Шайнинг не успел испугаться, как из-за камня выпрыгнула его сегодняшняя мучительница.

— Ааа, вот ты где, Гамми! — кобылка схватила маленького аллигатора. — Я тебя повсюду искала!

— Ч-ч-что ты здесь делаешь?! — Шайнинг выглядел нервным. — Как ты сюда попала?!

— Оооо, Шайни, и ты здесь! – обрадовалась кудряшка. — Почему ты убежал? — с грустными нотками в голосе спросила розовая пони.

— Эмм, просто... — глаза капитана нервно забегали по сторонам. – Понимаешь, мне нужно было найти вашего дракона, — Шайнинг просто был рад, что нашёл оправдание.

— Так Спайк в библиотеке вроде... — непонимающе сказала Пинки Пай.

Лицо капитана выразило легендарный уровень безнадёжности.

— Слушай...

— Пинки Пай!

— Да, Пинки Пай. Тебе не надо, я не знаю... работать? – стараясь держать себя в копытах, спросил Армор.

— Ой, точно! — пони уже собралась бежать обратно в Сахарный Уголок, как вспомнила важную деталь. — Кстати, Твайлайт просила передать, чтобы ты и твои друзья, — Пинки указала копытом на гвардейцев, — пришли сегодня в библиотеку, и Дову тоже позвали!

Сказав это, розовая пони вприпрыжку выбежала из пещеры, и уже полминуты спустя обслуживала клиентов в Сахарном Уголке.

— Пронесло, — облегчённо выдохнул Шайнинг. – Ладно, народ, пять минут отдыхаем и идём искать дракона.

Послышались тяжёлые вздохи.

— Ну, наверное, можно и полчасика...

Тональность вздохов сместилась в сторону облегчения.

* * *

Быстро разметав песок крыльями, я встал.

Итак, дело за малым: уничтожить охотников, захватить их души, показать новому миру — кто тут хозяин... Легко!

Полёт не занял много времени, и вскоре я был у входа в свою пещеру.

Из неё доносятся голоса: мужчина... тьфу ты, жеребец, и кобылка. Этот писклявый голос… Что тут делает розовый кошмар?

Секунду спустя этот кошмар вылетел из пещеры и, даже не заметив меня, на невероятной скорости унёсся вниз по тропинке.

Голоса затихли, а затем из пещеры раздался боевой клич сразу нескольких воинов. Правда, им надо бы поработать над ним, такое впечатление, что они там все при смерти.

Неважно, на моей стороне фактор внезапности, нужно нападать!

* * *

Только-только Шайнинг отдал приказ об отдыхе, как в пещеру влетел дракон.

«Огромный, как скала, чёрный, словно ночь, красные глазища будто впиваются в душу и рвут её на части», — именно такое описание дал бы он в тот момент Довакину.

Капитан стражи был в ужасе, а его подчинённые, лёжа на полу, даже не заметили монстра.

— Подъем! — прокричал Шайнинг. Гвардейцы вяло зашевелились, но, увидев чудовище, мгновенно вскочили и сбежали из пещеры со скоростью Пинки Пай.

— Дерьмо... — тихо выругался капитан.

— DRaal JooR, — прорычал дракон и выпустил огненный шар в его сторону.

Шайнинг поставил магический щит, а затем бросился наутёк из пещеры.

— DUKaaN NIVahRiiN, — выплюнул слова дракон.

* * *

— Бесчестный трус, — с презрением выплюнул слова дракон, когда лидер охотников бросился наутёк.

Конарик прошёлся по своей пещере и обнаружил ужасную вещь: глупые лошади стёрли половину слов силы.

Впрочем, дракон и так хотел их стереть, но такое кощунство, как наступить на слово силы...В древние времена запитанные слова силы берегли похлеще зеницы ока. А тут такое неуважение.

Довакин собирался отомстить. Он даже пожалел, что его атака обошлась без жертв, всё же дракон горел желанием изучить души местных, но, видимо, повезёт в другой раз.

Остаток дня дракон провёл в попытках отыскать хоть какое-то животное в лесу. Безуспешно.

* * *

Флаттершай шла домой, напевая незамысловатою мелодию. День прошёл превосходно: она смогла навестить Рейнбоу Дэш, провести утят в новый прудики и купить морковки для Энджела.

Увы, крылья немного болели, ведь не каждый день приходится лететь с огромной горы, впрочем, пегаска была только рада этому, поскольку она смогла уйти от компании большого, страшного, и почти наверняка злого дракона.

В общем, день был чудесным!

Но тут Флаттершай почувствовала чужой взгляд. Оглянувшись, она обнаружила его источник. Всё верно, это был тот дракон. Пегасочка сжалась под пристальным взглядом кроваво-красных глаз.

— Где все звери, друид? — с ноткой угрозы спросил дракон.

— Я-я-я не з-знаю... — промямлила пони.

К превеликому счастью, дракон её расслышал и улетел. Флаттершай встала, и до неё дошло: Дова назвал её «друидом». Юная пегаска не знала, что означает это слово, но подозревала, что это оскорбление, а потому затаила обиду на дракона. Она хотела было пойти к Твайлайт и узнать, что именно оно значит, но передумала.

От настроения пони не осталось и следа. Она просто шла к своему домику на отшибе.

Мимо неё пробежал гвардеец в фиолетовой броне.

Когда пегаска подошла к своему коттеджу, она почувствовала некоторую тревогу, хотя и не заметила ничего необычного. Но едва Флаттершай открыла дверь, как на неё вывалилась куча разных зверушек.

— Что вы все тут делаете? — удивилась пони.

Звери все как один показали на силуэт летящего вдалеке дракона.

— Оу... Ладно, можете переночевать у меня... – тихо, но уверенно сказала Флаттершай.

* * *

Капитан Армор сломя голову бежал к своей сестре. По дороге он, правда, чуть не сбил какую-то жёлтую пегаску, но безопасность Эквестрии куда важнее этикета. Видимо, именно этим правилом руководствовался капитан гвардии, когда влетел, выбив при этом дверь, в дом-дерево-библиотеку своей сестры.

Осмотревшись, Армор увидел только маленького дракончика.

— Привет, Спайк, — дракону брат его подруги показался взволнованным. — Где Твайлайт?

— Привет. Твайлайт ушла ещё час назад, если хочешь, можешь подождать здесь, — дракончик вернулся к уборке. Не то чтобы он не любил Армора, но у них были весьма холодные отношения, сказывалось то, что жеребец редко заходил к ним с Твайлайт.

— Нет! — выкрикнул жеребец. — То есть, куда она пошла?

— Вроде как навестить Рейнбоу Дэш.

— Так, — жеребец кивнул, что-то отмечая в уме. — Где живёт эта Рейнбоу Дэш?

— Так она сейчас в больнице, — дракончик закончил убирать и посмотрел на Армора. – Не волнуйся, Твайлайт скоро должна прийти. Оставайся тут, в конечном счёте, на ночь запланирован ливень.

— Нет, я должен найти её! — Шайнинг было направился к двери, как она открылась.

— Спайк, я дома! — по привычке крикнула Твайлайт, но сразу заметила своего брата. — Шайни? Почему ты один? Где остальные гвардейцы и Дова?

— В том-то и дело, этот Дова оказался, — жеребец выждал драматичную паузу, — ЗЛЫМ!!! Он напал на нас, прогнал из пещеры!

Крик брата на секунду оглушил Твайлайт, но та быстро пришла в себя.

— Не надо кричать! — воскликнула единорожка. – И должна заметить, я не удивлена, что он так на вас отреагировал. Весь Понивиль слышал ваши крики с горы! — грозно прошипела волшебница. — Хорошо хоть Спайк в это время отлынивал от работы и спал. Если бы он начал выражаться в подобной манере, я бы тебя... – Твайлайт не договорила, но её взгляд явно не сулил брату ничего хорошего.

— Ладно, но дракон всё равно слишком опасен! – в ответ прошипел Шайнинг.

— Уверена, что если ты узнаешь его поближе, то вы подружитесь, — сказала волшебница обманчиво весёлым голосом. — А пока расскажи, куда подевались твои гвардейцы?

Лицо капитана выразило весь спектр эмоций, о которых в приличном обществе говорить не принято.

— Эти оболтусы — взрослые жеребцы, не пропадут, — ответил их заботливый капитан. — Твайлайт, я могу переночевать у тебя? — спросил он, потирая копытом лоб.

— Конечно, я застелю тебе кровать.

* * *

Спустя час на улице началась буря. Твайлайт, услышав голоса подруг, пригласила их переночевать у себя дома.

Познакомившись с Рэрити и Эпплджек, жеребец убежал в ночь, забыв всё свое снаряжение.

Девишник у кобылок прошёл нормально.

Гвардейцы, сломленные и уставшие, на следующее утро нашлись в амбаре Эпплджек.

Флаттершай так и не смогла заснуть. Она боялась разыгравшейся бури, и звери не помогали, они сами боялись.

Конарик потерял возможность говорить с пони, но пока он об этом не знал. Дождь и ветер загнали его в свою пещеру, и остаток дня дракон провёл в попытках прочесть местные книги.

* * *

Следующим утром Твайлайт опять получила письмо от принцессы. В нём говорилось, что принцесса прибудет сегодня же, ведь её сестра самолично встретилась с драконом и сочла его очень опасным, а Шайнинг Армор, который пробежал весь путь от Понивиля до Кантерлота, выглядел очень напуганным и не смог рассказать, что случилось.

Волшебница была ошарашена письмом Селестии, и хотя её подруги верили, что Дова не может быть злым, но решили самостоятельно убедиться в этом перед визитом принцессы.

Было решено отправить к дракону Флаттершай, единственного из них здорового пегаса. Саму Флаттершай эта новость не обрадовала, но отказать друзьям она не могла. К счастью, подруги заметили её состояние, а потому решили отправить к дракону простого пегаса-гонца.

Несколько часов пролетели быстро в попытках украсить город. И вот прилетел гонец.

— ОН ЗЛОЙ!!! — прокричал на всю площадь пегас.

— Что?! – такого Твайлайт точно не ожидала.

— Когда я прилетел, он начал говорить на незнакомом мне языке, потом он начал что-то кричать, а затем меня отбросило аж в Вечнодикий лес!

Собственно, дракон тоже был в шоке: в его пещеру прилетел пегас и просто застыл у входа, смотря на него, как врач на душевнобольного. Неудивительно, что дракон захотел как можно скорее избавиться от столь жуткого гостя.

— Но… но это невозможно... — волшебница выглядела растерянной. — Я более чем уверена, что он добрый!

И в этот момент колесница с белым аликорном приземлилась.

— Принцесса Селестия, — Твайлайт, как и все пони на площади, поклонилась правительнице.

— Приветствую, моя ученица, — произнесла принцесса. – Скажи, о чём кричал тот пегас?

— Он утверждал, что Дова злой, — ответила Твайлайт, — но я не верю в это.

— Но факты говорят об обратном, Твайлайт. Моя сестра, зайдя к нему позапрошлой ночью, подверглась нападению, а капитан стражи, твой брат, пережил нервный срыв.

— Да, принцесса, но всё же… А вдруг всё не так, как кажется? Ведь Шайнинг убежал не из-за дракона, а из-за того, что испугался поведения моих подруг Рэрити и Эпплджек. А происшествие с принцессой Луной могло быть случайностью.

— Ты права, моя ученица, — задумалась принцесса. – Прежде, чем сделать окончательный вывод, мне нужно узнать больше. Необходимо как можно скорее поговорить с самим драконом.

## Перевоплощение

Приветствую, уважаемые читатели. Мне бы хотелось услышать ваше мнение о рассказе, а ещё — что бы вы хотели в нём видеть. Прошу, отпишитесь об этом в комментариях.

Селестия летела в своей воздушной колеснице, и голова её была полна раздумий. Что, если дракон и в самом деле злой? Сумеет ли она победить его в таком случае? Судя по описанию, он был очень сильным... Впрочем, последний вопрос она отбросила, веря в силу своей магии и магии Элементов Гармонии.

Но тут её ученица подлила масла в огонь.

— Принцесса, — обратилась Твайлайт. — Я вижу, вы волнуетесь...

— Ничего особенного, Твайлайт, — голос принцессы звучал величественно, но в то же время по-матерински заботливо. — Я просто задумалась об этом драконе, Дове. Скажи, он может напасть на нас?

— Нет, принцесса, думаю, он не нападёт, — уверенно заявила Твайлайт. – В конце концов, ему, по его же словам, больше десяти тысяч лет, и он наверняка достаточно мудр, чтобы выслушать нас и понять.

При словах о возрасте дракона по спине Селестии пробежал холодок. Остаток пути прошёл в молчании, хотя единорожка пару раз порывалась начать разговор. Вскоре показалась гора, и пегасы, следуя приказу, с максимально возможной осторожностью и тишиной посадили колесницу.

Принцесса сошла на землю, следом за ней из колесницы вылез плотно упакованный десант в виде пяти пони, представлявших Элементы Гармонии, и одного маленького дракона. В этот же момент приземлился отряд гвардейцев-пегасов.

— Принцесса, если позволите, я пойду первой, — попросила Твайлайт.

— Нет, — ответила её наставница. – Это может быть опасно. Первыми стоит пойти гвардейцам.

— Извините, но это не самая лучшая идея... — ковыряя копытом землю, сказала единорожка. – Дова уже встречался с другим отрядом, и теперь может неверно всё понять.

— Ты права, моя ученица, — согласилась Селестия. – Хорошо, ты можешь пойти, но прошу, будь осторожна!

— Благодарю, принцесса!

Твайлайт вошла в пещеру и уже через минуту вышла обратно.

— Его там нет, — сообщила она. – Наверное, улетел куда-нибудь.

— В таком случае нам нужно подождать его, я полагаю, — произнесла Селестия. – Давайте пройдём в пещеру.

* * *

После того, как тот пегас был вышвырнут из пещеры, я решил вновь попытать счастья на охотничьем поприще. Но на сей раз, я разработал стратегию охоты!

Мда, до чего же странно звучит: «Я разработал стратегию охоты». Помню, при жизни меня на неё никто никогда не хотел брать, говорили:

— Твои огненные шары разносят добычу по всему лесу!

А я им такой:

— Зато сразу прожаренную!

Эх, весёлое было время…

Хм, что-то я отклонился от темы. Так вот, моя стратегия состоит в словах одного конкретного Аэдра. Верно, Акатоша, он ведь говорил, что я смогу стать как местный. Если это так, то животные перестанут меня бояться, действительно, с чего им бояться травоядного...

Неплохой план, как по мне. Нужно как можно быстрее его опробовать. Только превращаться лучше не здесь, а то окажусь ещё без крыльев и замучаюсь с горы спускаться.

Выйдя из пещеры, я заметил точки на горизонте. Приглядевшись, я увидел пони, а ещё какую-то летающую повозку. На пони были надеты сверкающие доспехи, потому неудивительно, что их было заметно издалека. Похоже, о маскировке они никогда не слышали.

Летят, судя по всему, сюда. Помнится, в прошлый раз у них была забавная реакция на моё отсутствие... Не буду спешить на охоте, главное помнить: идти медленно, ловить любоваться на бабочек, и ещё не помешает осмотреть местные виды растений, для алхимии пригодится.

Не желая, чтобы кто-либо заметил мой отлёт, я попытался намагичить себе невидимость. В конце концов, даже в теле дракона я обладал магией, пусть само тело и затрудняло пользование ей. Но, тем не менее, заклинание мне удалось, пусть и только с третьей попытки.

Летя над лесочком, я заметил какой-то замок и решил приземлиться там. Совершив мягкую посадку посредством пролома крыши одной из башен, я огляделся вокруг и понял: чтобы осмотреть замок, придётся сменить форму.

Надеюсь, я смогу вернуться в тело дракона обратно, оно мне ещё пригодится.

Итак, сконцентрировать энергию в голове, начать усиленно думать над трансформацией, немного выпустить свою душу, начать разгонять по телу заражённую мыслью энергию, терпеть боль, втянуть душу обратно…

— Получилось! – разнесся по замку мой радостный возглас. Но не успел я даже шагу сделать, как почувствовал сильнейшую боль в голове, а затем моё сознание отключилось.

* * *

На входе в пещеру были оставлены два гвардейца, чтобы загодя предупредить о возвращении дракона, а остальные шестеро устроились внутри.

Принцессу Селестию крайне удивил тот факт, что в пещере не осталось ни грамма золота. Ей было трудно поверить, что создание, в самой природе которого была заключена жадность, с такой лёгкостью могло отказаться от столь большого богатства. Впрочем, пополнившаяся на значительную сумму казна говорила сама за себя.

Твайлайт мгновенно заинтересовалась рунами, нацарапанными на полу. Едва светящиеся символы словно кричали: «В нас таятся древнейшие знания мира и ответ на главный вопрос всей жизни!». Единорожка сидела над ними, как загипнотизированная, пытаясь разгадать их значение.

Рэрити же быстро устала стоять, а поскольку лежать на холодном и грязном полу пещеры для неё было некомфортно, она захотела, чтобы кто-нибудь сбегал или слетал в Понивиль и принёс что-нибудь наподобие матраса. Вызвался, естественно, Спайк.

Флаттершай нашла нового друга в лице летучей мыши по имени Пипс и теперь вполголоса о чем-то

с ним говорила.

Эпплджек и Пинки Пай размышляли: как можно сделать в пещере домашний уют, и вообще, что такого драконы находят в этих пещерах?

Селестия в это время обдумывала будущий диалог с Довой. Перспектива встречи с существом старше даже Дискорда немного пугала её.

Вскоре вернулся уставший Спайк, принеся огромное одеяло. Рэрити расстелила его и пригласила остальных отдохнуть. Согласились все, кроме Твайлайт, но и та присоединилась, когда принцесса посоветовала ей передохнуть.

Чтобы скоротать время, они беседовали. Флаттершай пересказала то, что узнала о драконе от Пипса. Например, что тот очень долго писал все эти руны, и что улетел он буквально за десять минут до прибытия гостей.

Шесть долгих часов спустя Селестия решила, что дальнейшее ожидание бессмысленно, а потому все выдвинулись в Понивиль, где и остановились на ночь. Лишь двое гвардейцев остались в пещере, дабы вести наблюдение и сообщить, когда вернётся дракон.

* * *

Валяющийся без сознания Довакин увидел много всякого бреда: огромные серые города со зданиями, тянущимися ввысь, маленький розовый логотип с надписью на традиционном Атморском: «Мой маленький пони Дружба это магия», постоянно где-то рядом было число сорок два, и какой-то парень в форме, представившийся словарной полицией, сказал, что Конарика простили. Внезапно, героя будто что-то выдернуло из небытия.

Очнувшись, Довакин ценой огромных усилий поднялся на свои четыре ноги. Подивившись странному, но сейчас уже быстро забывающемуся сну, он принялся разминать затёкшие конечности, заодно осматривая своё тело. К его сожалению, крыльев на спине не оказалось.

— Дерьмо, — тихо выругался герой. Затем его копыто прошлось полбу, но ничего не нашло. — Итак, что мы имеем? Ну, во-первых, на улице ночь, во-вторых, полезные конечности у меня отсутствуют, в-третьих, я нахожусь в неизвестном замке.

Впрочем, герой не отчаялся и, подумав немного, отправился исследовать.

* * *

Глаза Довакина привычно скользили по книжным коркам, но, к несчастью, он не мог найти ни единой знакомой буквы.

Ходить на четырёх конечностях всё ещё было непривычно, но он постепенно осваивался с этим делом. А вот магия в этом теле была ещё сложнее, чем в драконьем. Создать ту же сферу света было так же трудно, как новичку – использовать огненный шторм.

Наконец, когда книги ему надоели, Конарик отправился дальше. Проходя по одной из комнат, он заметил зеркало, покрытое пылью. Протерев его ногой, он принялся с интересом разглядывать своё отражение.

В зеркале был виден земнопони с тёмно-серой, почти чёрной, шёрсткой и тёмно-фиолетовыми гривой и хвостом, которые были длинными и почти доставали до пола.

«Волосы слишком длинные, как у девчонки», — подумал Довакин.

Лицо чем-то напомнило ему о том времени, когда он был человеком. Больше всего на этом лице выделялись глаза благодаря своей алой радужке.

«А вообще, вполне неплохо», — решил герой.

До самого утра он продолжал бродить по замку. К утру он понял, что с чего-то стал бояться темноты. А ещё, что в форме пони у него имеется такое давно забытое чувство, как голод. Поэтому, едва солнце поднялось из-за горизонта, Довакин направился к выходу из замка.

— Хермеус, за что мне это? – рассуждал герой. — Разве у меня были мысли о предательстве? Разве я хоть раз ослушался приказа?

Голод был невыносимым. В конце концов, Конарик решил, что поесть травки лучше не на много ниже его достоинства. Выйдя из замка, он, не теряя времени, принялся за дело.

Поначалу наклоняться вниз было трудно, но вскоре он пообвыкся.

— Не так уж это и плохо, — размышлял Довакин вслух, жуя одуванчик. — Хотя, если после стольких лет это тянет только на «неплохо», то что же будет, когда я поем как следует!

Немного притупив голод, Драконорожденный решил пойти и поохотиться, дабы утолить его окончательно.

Идя по лесной тропинке и напевая незамысловатый мотивчик, Конарик почувствовал чужой взгляд. На секунду он застыл на месте, а затем медленно обернулся. Там был медведь... Тот же, который пытался подлизаться к Довакину в первые минуты его пребывания в этом мире, тот узнал его по глупо-довольному выражению лица.

— Привет! — чрезмерно веселым тоном сказал герой, рывком развернувшись всем телом. — Ты же не собираешься меня есть?

Медведь отрицательно помотал головой.

— Стоп, — внезапно лицо пони приобрело озадаченный вид. — Ты меня понимаешь?

Медведь положительно покачал головой.

— Мило, а говорить можешь?

Ответ отрицательный.

— Тебе от меня что-то нужно?

Вновь отрицательный ответ.

— Тогда я пойду?

Медведь изобразил что-то, напоминающее пожатие плечами и, скорее всего, означавшее: «Как хочешь».

— Ладно, тогда до встречи, — Конарик помахал мишке копытом и поспешил удалиться. Впрочем, краем глаза он заметил, что медведь тоже помахал ему.

— Значит, теперь животные не будут меня бояться, — размышлял пони, углубляясь в лес. – Что ж, дело за малым.

Пройдя еще немного, Довакин заметил интересные цветы: синие лепестки слабо светились, а вокруг поляны, где они росли, собрался небольшой туман. Взгляд одного из лучших алхимиков всего Тамриэля впился в новый, наверняка занимательный алхимический ингредиент.

Его копыто само потянулось к цветку, как...

— Ай! — одёрнул копыто от неожиданного удара герой. — Что это было?!

Оглядевшись по сторонам, он заметил зебру, которая вдруг заговорила:

— Не трогай ты синих цветов, мой дружок, иначе жестокий получишь урок, и хоть, несомненно, пойдёт тот на пользу, но лучше бы нам избежать беспокойства.

— Что? – удивлённо переспросил Довакин.

Зебра не ответила и, развернувшись и призывно помахав копытом, зашагала куда-то.

Драконорожденный, не обратив на то ни малейшего внимания, вновь заинтересовался цветком, и после двухсекундного размышления сорвал его зубами. Зебра, тут же развернувшись, удивлённо уставилась на него.

* * *

Такого Зекора точно не ожидала. Этот взрослый жеребец не только не понял предупреждения зебры, но умудрился укусить цветок ядовитой шутки.

К счастью, он почти сразу выплюнул его и стал отплёвываться, видимо, вкус был крайне неприятным. Но это не спасло его от последствий.

Внезапно его грива преобразилась в подобие спинного плавника, а хвост – в подобие хвоста рыбьего. Обернувшись и оглядев изменения, жеребец был шокирован.

Понаблюдав за этим, безусловно, занимательным зрелищем, Зекора подошла поближе.

— А я ведь предупреждала, что опасность есть немала.

— Ты знаешь, как это исправить? – тут же спросил пони.

— Само собой, друг дорогой, иди скорее ты за мной.

Вместе они направились через лес, и вскоре пришли к домику зебры. Зайдя внутрь, хозяйка скинула со спины сумки и, не теряя времени, направилась к котлу.

— Зелье приготовить мне не сложно, но будь, пожалуйста, в дальнейшем осторожней.

— Обязательно буду, — заверил Зекору жеребец.

В течение всего процесса готовки зелья он внимательно наблюдал за действиями зебры, порой спрашивая названия некоторых ингредиентов. Наконец, зелье было готово, и пони, избавившись от схожести с рыбой, стал прежним.

— Благодарю. Как тебя зовут? – поинтересовался он.

— Моё имя Зекора, и надеюсь я тоже узнать твоё скоро.

— Конарик, — ответил жеребец. – Что ж, мне нужно идти. До встречи, Зекора.

И, не дожидаясь ответа, он вышел из домика.

* * *

Ну и странная же эта пони. Мало того, что полосатая и с ирокезом на голове, так ещё и говорит стихами. Да и домик у неё соответствующий. Она, правда, помогла мне с проблемой и многое рассказала, но лучше быть осторожным.

Поскорее уйдя оттуда, я вспомнил о голоде и решил было продолжить охоту.

Но, увы, моим мечтам о мяске не суждено было сбыться, поскольку на ум мне пришёл крайне важный и своевременный факт: копыта не подходят для того, чтобы с их помощью охотиться. Да и магией я не смогу ничего сделать.

Так что, решив оставить бесполезную затею, я направился на поиски чего-нибудь растительного и съедобного.

Во время своих поисков я неожиданно встретился со стаей волков, сделанных из дерева. От такой неожиданности я на чистом рефлексе попытался применить заклинание испепеления, проведя при этом магию через правое копыто, и, как ни странно, у меня получилось. Волки, попав под огненную атаку, вмиг загорелись и убежали от меня подальше.

— Ты намекаешь, — сказал я, глядя на копыто, — что тебя можно использовать как магический… катализатор? – вспомнил я подходящее слово.

Конечность ожидаемо промолчала.

— Ну хорошо... – внутри меня начало зарождаться знакомое чувство азарта. — Значит, можно проверить ещё парочку заклинаний.

К сожалению, попытка вызвать самого обычного огненного атронаха провалилась. А вот простейшее заклятие школы восстановления получилось превосходно.

Так, а теперь...

* * *

Ладно, признаю, использовать цепную молнию на стайке птиц было ужасной идеей. Меня самого чуть не спалило, хотя... учитывая, что теперь у меня есть еда... полагаю, что это была справедливая плата. Теперь можно отправляться в свою пещеру.

В полёте я разве что след в воздухе из слюней не оставлял, так хотелось поскорее заняться теми птичками, которых я сейчас держал в лапах.

— Эх, дом милый д... – расслабленно начал я, но прервался, почувствовав запах, исходящий из пещеры. — Эти придурки всё ещё не ушли?

"Ну всё, время эпичной битвы!" – возникла было мысль в моей голове, но воспоминание о мясе мигом отрезвило меня.

— Ладно, пусть живут, — пробурчал я себе под нос.

Чтобы избавиться от непрошенных гостей, особого труда не потребовалось, достаточно было влететь в пещеру и крикнуть:Faas Ru Maar!, как двух пони словно в ней и не было, о них теперь напоминали только копья на полу. Что ж, полагаю, пора и попировать.

На этот раз превращение в пони прошло без потери сознания, но голова всё же ощутимо заболела. К счастью, ощущение длилось недолго, и минут через пять я приступил к пище.

Но вкус мне почему-то не понравился. Более того, я испытал отвращение, содрогнувшись всем телом. Наверное, это потому, что я сейчас пони, походу, травоядное тело не способно наслаждаться мясом.

Так что, перевоплотившись обратно, я, теперь уже с удовольствием, вкусил птичьей плоти. Жаль, что для дракона этого мяса маловато.

* * *

— Принцесса, дракон вернулся! – выпалил один из пегасов, влетая в библиотеку Понивиля.

— Прекрасно, — кивнула Селестия. – Было что-либо необычное в его поведении?

— Было, — ответил другой пегас и рассказал о возращении дракона.

— Интересно… — задумалась принцесса. – Собирайте остальных.

— Слушаюсь, ваше высочество! – хором отчеканили гвардейцы и вышли.

— Мы отправляемся к Дове, принцесса Селестия? – спросила Твайлайт, стоявшая во время доклада в стороне.

— Да, моя ученица. Тебе нужно как можно скорее собрать своих подруг.

* * *

— Принцесса Селестия, — хором произнесли пять кобылок, кланяясь.

— Встаньте, мои маленькие пони. Рэйнбоу Дэш, я полагаю? Рада, что ты выздоровела.

— Благодарю, принцесса, — слегка нервно ответила радужногривая пегаска.

— Вот, наденьте, — сказала Селестия, телекинезом доставая из шкатулки Элементы Гармонии. – Они могут вам понадобиться.

* * *

Поев, я решил просто поваляться в своё удовольствие. К сожалению, долго отдыхать мне не дали.

Снаружи послышался шум приземления большого количества пони. Ладно, сейчас меня ничто не отвлекает, так что можно и развлечься немного.

Подобравшись и приготовившись к бою, я замер. Долго ждать не пришлось, и минуту спустя в пещеру вошла знакомая мне фиолетовая единорожка.

## Долгожданный разговор

Был уже почти полдень, когда принцесса, шестёрка носителей Элементов и отряд гвардейцев прибыли на гору.

— Принцесса, вы позволите? – спросила Твайлайт, указывая копытом на вход в пещеру.

— Конечно же, моя ученица, — кивнула Селестия. – Но, как и в прошлый раз, напоминаю тебе об осторожности.

— Я буду осторожна, принцесса, — сказала единорожка и вошла.

* * *

Когда я увидел перед собой знакомую, в мою голову вкралась одна маленькая идея: что, если это она сдала меня тем охотникам? Нужно ли сжечь её за это? Вот уж не знаю, не буду делать поспешных выводов, в конечном счете, я могу оперировать только на проверенных фактах. К тому же, мне что-то не хочется жечь местных, всё равно они едва ли способны причинить мне вред.

— Привет, — сказал я, попытавшись добавить максимум доброты в голос.

На лице единорожки отразилось, как я понимаю, удивление. Вот уж не думал, что для неё будет таким шоком услышать от меня что-либо доброе.

Ответ пришлось подождать, но, к счастью, недолго.

Что-то просто непроизносимое прозвучало из уст пони. А затем она внезапно выбежала из пещеры.

— Сама дура, — обиделся я.

Через пару минут, в мою уютную, нет, она правда довольно милая, пещеру, пришло ещё больше пони. Некоторых я узнал, это те подруги фиолетовой. Были ещё те сверкающие бронированные идиоты.

А вот белую крылато-рогатую кобылу, размером с полноценную лошадь, я видел впервые. Однако золотой слюнявчик на шее, золотые накопытники и корона на голове подсказывали, что это какая-то местная начальница, может даже ярл.

Судя по всему, сейчас будет беседа.

* * *

Как только Твайлайт Спаркл вышла из пещеры, все взгляды мгновенно обратились на неё. Первой интересующий всех вопрос задала Пинки Пай.

— Твайли, а где Довушка? Неужели он и вправду оказался злючкой, и тебе пришлось уйти? — протараторила розовая пони.

— Нет, Пинки, — ответила Твайлайт. — Я не поняла, что он сказал, но он точно не злой...

— Тогда чего грустим, сахарок? — поинтересовалась Эпплджек.

— Верно, если он хороший, тогда почему ты не радуешься? — спросила Рэрити.

— Да потому что, по моему, он сказал убираться вон, — опустив ушки, протянула пони.

— И ты начала убираться? — спросила Пинки и тут же оказалась под прицелом осуждающих взглядов подруг.

— Так и сказал? — включилась в беседу принцесса.

— Ну, — неуверенно начала Твайлайт. — это скорее звучало как «друмюлук».

— «Друмюлук»? — переспросила Селестия.

— Да, точно так и сказал, — ответила единорожка.

Принцесса перевела взгляд на пещеру, и произнесла:

— Думаю, надо узнать, что это за «друмюлук». Идёмте, мои маленькие пони, нужно поговорить с этим драконом.

* * *

Поначалу глаза принцессы, не привыкшие к полумраку пещеры, не разглядели дракона, и она даже подумала, что тот каким-либо образом сбежал. Но затем она заметила сгусток тьмы, выделявшийся на общем фоне.

В ту же секунду тьма начала меняться, двигаться, и в конце концов перед пони во всей красе предстал чёрный дракон с глазами, красными, как горячие угли.

«Почему он не нападает?» — билась мысль в голове солнечного диарха.

— DREM YOL LOK, — прозвучал басистый, можно даже сказать утробный голос дракона.

— И тебе того же, — прозвучал тихий ответ.

Взгляд принцессы устремился на обладателя голоса, и им оказалась Флаттершай.

— Ты его понимаешь? — удивилась Селестия.

— Конечно, Ваше высочество, — сказала слегка покрасневшая пегаска, она и предположить не могла, что принцесса обратится лично к ней.

— И что он сказал?

— Ну... Он сказал: мир, огонь, небо.

— Мир, огонь, небо? — не поверила правительница. — И что это значит?

— Я не знаю, но, кажется, это такое приветствие.

— Но как ты можешь его понимать, Флаттершай? Он ведь говорит на другом языке, — сказала Твайлайт.

— А я знаю! — прокричала Пинки. — Флатти же говорит со зверушками, так? В общем, она может говорить с дракончиком, а мы не можем, потому что у нас не такой талант!

— Пинки, это просто... — Твайлайт запнулась. — А в этом есть смысл.

— Флаттершай, ты можешь переводить нам речь дракона? — попросила принцесса

— Конечно, Ваше высочество! – откликнулась пегаска.

* * *

Ладно, эти пони пришли в мою пещеру, ладно, я смог худо-бедно понять, только желтую. Но этот их бесконечный трёп вывел меня из себя, точнее из пещеры.

Пока они там разглядывали жёлтомямлю и о чём-то щебетали, я спокойно выскользнул наружу. Даже бронированные меня не заметили, ибо так и заглядывали в рот начальства. Скажем так, воины из них никудышные.

Снаружи был полдень, ярко светило солнце, небо было буквально насыщенно голубым, и ни единого облачка на нём. Красота!

Но, как и всё хорошее, этот момент должен был закончиться. Конец его настал, когда та белая лошадь вышла из пещеры и что-то воскликнула с очень недовольным видом, явно обращаясь ко мне.

* * *

— Заткнись, — посоветовал ей дракон, говоря на своём языке.

— Эм, Ваше высочество, он просит вас помолчать, — аккуратно сказала пегаска.

— Скажи ему, что было в высшей степени невежливо уходить в такой момент.

Флаттершай послушно перевела.

— Лучше следить надо было, — ответил Довакин, демонстративно отворачиваясь.

— Он очень извиняется.

«Переводчик из этой пони так себе», — подумал дракон.

— Я принимаю его извинения, — степенно кивнула принцесса.

— Кстати, Флаттершай, — обратился к пегаске дракон. — С какого... Почему я могу говорить только с тобой?

— Амм, это мой особый талант, — ответила пони.

— Судьба — странная штука, — протянул дракон. — Очень странно, — взгляд дракона впился в глаза Флаттершай, от этого пони слегка пригнулась, — что судьба выбрала именно тебя, чтобы твоим смыслом жизни стало переводить мою, несомненно, великую речь. Считай, что говоришь с очень могущественным божеством.

— Как Селестия? — скромно задала вопрос пони.

— Кто?

— Принцесса Селестия, — Флаттершай указала на ту взглядом.

— Хах, передай ей моё почтение, — с долей сарказма сказал дракон. Впрочем, Флаттершай сарказма не поняла.

— Принцесса, Дова передаёт вам свое глубочайшее почтение, — передала пони. Дракон даже поймал себя на мысли, что пони могла бы стать хорошим политиком, уж точно лучше, чем он сам.

— Скажи ему, что почтение взаимно, — сказала Селестия.

— Она сказала, что это взаимно, — сказала теперь уже совсем успокоившаяся Флаттершай.

— Отлично, а теперь, поясни мне, пожалуйста, что здесь делают те пони, — дракон кивнул на «охотников», сейчас бездействующих.

— Ты про гвардейцев принцессы? — дракон кивнул. — Ну... Они везли повозку.

— Флаттершай, прошу, спроси у него, почему он напал на Шайнинг Армора, – попросила Твайлайт.

— Твайлайт спрашивает, почему ты напал на её брата? — передала Флаттершай.

— А кто был её брат? — ответил вопросом на вопрос Конарик.

— Шайнинг Армор, — ответила пегаска.

— Будто мне это о чём-то говорит.

— Гвардеец в фиолетовом.

— Аааа, это ты про моего старого знакомого? — Флаттершай кивнула. — Можешь кое-что передать Тавалайт? Хотя, лучше сразу принцессе!

— Конечно, что именно? — учтиво поинтересовалась пони. — Девочки, и принцесса, Дова хочет кое-что передать, — привлекла она внимание.

Дракон начал свой рассказ. Он говорил долго... С каждым его словом Флаттершай всё больше сжималась и краснела, её крылья почему-то начали дёргаться. Потом, высказавшись, дракон встал на задние лапы, поддерживая себя хвостом, и начал жестикулировать. Покраснели все, даже стражники, уж слишком был понятен смысл его движений: туда-обратно, туда-обратно...

Этого Флаттершай уже не выдержала и потеряла сознание.

Селестия очень недобро посмотрела на дракона. Он её взгляд понял и попытался пожать плечами в ответ.

— Приведите её в чувство, пожалуйста, — попросила принцесса.

Твайлайт мгновенно исполнила просьбу, и одно заклинание спустя Флаттершай уже была в сознании.

— Что он тебе наговорил? — спросила солнечный диарх.

— Нуу... — несмело протянула Флаттершай. — Он предлагал новый метод тренировки для гвардейцев.

После этих слов все гвардейцы уставились на дракона. И увидели на его лице отнюдь не оскал, но ухмылку.

— Тренировка, да? — заинтересованно спросила принцесса. — Могу я узнать её принцип?

Гвардецы мгновенно напряглись, готовясь к худшему.

— Не беспокойтесь, я всего лишь немного пошутила, — улыбнувшись, обратилась к ним Селестия, после чего те сразу успокоились.

— А что до вас, мистер, — обратилась пегасочка к дракону. — Попрошу вас впредь не выражаться.

— Хрен тебе в рот, — отмахнулся Довакин.

Пегаска была шокирована такой наглостью, но быстро пришла в себя и взглянула на дракона взглядом, в котором так и читалось осуждение, взглядом, который заставлял стыдиться. То был Взгляд.

Конарик, не ожидавший подобного от этой робкой пони, замер, не в силах отвести глаз. Под этим Взглядом он чувствовал себя маленьким ребёнком, которого отчитывает мать. Впервые Довакин почувствовал себя настолько беспомощным.

— Л-ладно, извини, обещаю, я постараюсь быть вежливее, — сдался дракон.

— Вот и чудненько, — ласково сказала Флаттершай.

«Нет, она определённо была бы хорошим политиком», — решил Довакин.

Остальные пони, не ожидавшие такого поведения от обычно робкой пегаски, постепенно превозмогали удивление. Селестия же если и удивилась, то ничем не выказала этого.

— Что ты собираешься делать в Эквестрии? — обратилась к дракону принцесса, и Флаттершай передала её слова.

— Для начала освоюсь, а потом узурпирую трон, — на полном серьезе сказал Довакин.

— Что?! — Флаттершай явно не ждала такого ответа.

— Да просто передай ей, — дракон кивнул на принцессу, — что я хочу помочь с управлением государством.

-Х-хорошо, — пегаска прочистила горло, и начала. — Принцесса Селестия, Дова хочет помочь вам с управлением землями Эквестрии.

Лицо Селестии приобрело сконфуженный вид.

— Он вновь шутит? Скажи ему, что для этого требуются немалые знания, и прежде всего – знание языка.

— Ну, она считает, что ты не сможешь помочь ей без знания языка... — протянула Флаттершай.

— А ты передай ей, что я его знаю, — совершенно серьёзно сказал дракон.

— А ты знаешь? — недоверчиво спросила пегаска.

— Ну... да, — ответил Довакин.

— Ладно. Принцесса, он уверяет, что знает эквестрийский.

— Почему же тогда он не может ничего на нём сказать? – слегка иронично поинтересовалась Селестия.

— Кажется, принцесса тебе не особо верит...

— Ладно, плевать, следующий вопрос.

* * *

Спустя три долгих часа расспросов пони ушли. К счастью для Конарика, он умудрился ничем не выдать своё иномирное происхождение, и даже о своём, выдуманном на ходу, прошлом ему почти ничего не пришлось рассказывать. По сути, он отправил пони восвояси, не выдав им ни капли важной информации.

Как только его оставили наедине с собой, он радостно разлёгся на площадке перед входом в пещеру. Разговор утомил его, и теперь ему хотелось лишь закрыть глаза и некоторое время понежиться на солнышке.

«Интересно, если я, будучи слугой Хермеуса, смог узнать столь много тайных знаний, недоступных простым смертным, — лениво текли мысли в голове Довакина, — то что я мог бы получить, став вместо этого слугой, скажем, Джилагала? Да, это было бы просто замечательно: он ведь Даэдра логики и порядка, и гораздо сильнее любого из Даэдра и даже Аэдра… был. Увы, всё, что осталось от его былого могущества – тот псих, Шеогорат».

Наконец Довакин бросил эти размышления и задумался о вещах более близких, в частности, о следующем дне. Тот наверняка будет интересным и весёлым, ведь Довакин на прощание пообещал Твайлайт, что научит её мелкого помощника, как стать настоящим драконом.

Внезапно случилось то, чего дракон подсознательно боялся.

— Приветики, приветики! — прокричала ему прямо в ухо розовая пони.

— Виделись, — небрежно бросил дракон, лишь с трудом удержавшись, чтобы не вскочить. Кроме того, его весьма удивило, что сейчас он понимает эту пони.

— И я рада тебя видеть! — жизнерадостно ответила Пинки Пай.

— Почему я могу понимать твою речь? — вопросил Довакин.

— Нет, Флаттершай сейчас занята, она должна заботиться о своих маленьких зверушках, — лицо Пинки выразило умиление.

— Уйди, я хочу отдохнуть, — попросил дракон.

— Я тоже отлично поживаю! — улыбаясь, ответила пони.

— Отстой, ну почему я тебя понимаю, а ты меня нет? — возведя очи к небу, прошептал Довакин.

— Да вот, тебя навестить решила, — сказала пони.

— Ты когда-нибудь уйдёшь? — сказал дракон, посмотрев на поняшу.

— Правда? — на мордочке той появился шок. — Ты меня любишь?

Для дракона это стало последней каплей. Он решил, что лучше уж потерять преимущество маскировки, чем доказывать потом куче пони, что ничего подобного он даже в мыслях не имел.

Процесс превращения Пинки наблюдала с огромным интересом, и вот перед ней предстал высокий, ростом с саму Селестию, земнопони, сверлящий её взглядом своих алых глаз.

— ОХТЫЖ СВЯТАЯ СЕЛЕСТИЯ, Я ДОЛЖНА СРОЧНО ПОКАЗАТЬ ТЕБЯ ПОДРУГАМ!!! — прокричала удивленная пони.

— Вообще-то, я хотел бы… — Конарик не смог закончить свою злобную речь, ибо Пинки, которая вроде как была ниже его раза в три, смогла взять его в охапку и на огромной скорости потащить в город.

* * *

На улицах Кантерлота, освещаемых сейчас светом Луны, не было ни души. Ни в одном окне не горел свет, все жители спали. И потому дальнейшие события не были никем замечены.

В одном из переулков внезапно засиял свет. Заглянувший туда увидел бы радужный шар трёх метров в диаметре, который и был источником света.

Внезапно шар исчез, словно лопнувший мыльный пузырь. На том месте, где он был, остался стоять пони. Но стоял он лишь секунду, а потом глаза его закатились, и он рухнул на землю.

* * *

По улице Кантерлота, озираясь, медленно брёл жеребец, пегас. Пони удивлённо разглядывали его, и причиной тому была необычная внешность: ростом с саму солнечную принцессу, белая шёрстка и чёрные как уголь крылья. Также у него были синие грива и хвост и тёмно-карие глаза, а кьютимарка представляла собой восемь стрелок, расходящихся из одной точки, которые пересекал круг.

«Проклятье, я слишком заметен, — думал этот пегас, — так и пялятся все кому не лень. Ещё и полиция эта местная, в сияющих доспехах, расхаживает по городу. Надо будет при удобном случае найти где-нибудь местное подобие плаща. А лучше так вообще на глаза не попадаться. Хотя, с моей внешностью это будет крайне затруднительно, а учитывая, что я в крупном городе – почти невозможно. Рано или поздно, но меня заметит кто-нибудь не тот, изучит моё поведение, и тогда здравствуй, камера дознания. Нужно найти другое место, какую-нибудь деревню, где не нужно будет беспокоиться об излишнем внимании к своей персоне, а там уж можно постепенно изучить местное общество».

Придя к такому решению, пегас остановил одного из многочисленных прохожих.

— Доброго дня. Не соизволите ли вы подсказать мне кое-что? Я ищу какой-нибудь небольшой населённый пункт, желательно недалеко от этого города, где можно было бы отдохнуть от суеты и побыть наедине с собой. Можете что-нибудь посоветовать?

— Думаю, вам подойдёт Понивиль, — ответил прохожий. – Маленький городок на юг от Кантерлота, тихое местечко.

— А как до него добраться?

— Можете долететь, но если не хотите, то можно также поехать на поезде. Цена билета, если не ошибаюсь, пять битов.

— Благодарю. Не подскажете заодно, где здесь вокзал?

— Идите в том направлении, не пропустите, — указал пони копытом.

— Ещё раз благодарю.

«Ну вот, с местечком определились, — подумал пегас, идя в указанном направлении. – Осталось достать немного местных денег, битов вроде бы. Странное название. Так, а где же их достать? Заработать – не вариант, ибо не знаю, как тут с работой. Остаётся кража. Надеюсь, эти копыта умеют и деньги магнитить».

* * *

Сидя в купе поезда, пегас заскучал и, дабы скоротать время, погрузился в воспоминания.

Первым, что он вспомнил, была его смерть. Пока один из гопников отвлекал внимание, его приятель неслышно подошёл со спины и всадил нож. Резкая сильная боль, чувство падения, а потом… потом был радужный тоннель со светом в конце. Он помнил, как приближался тот свет. Но затем что-то случилось. Он ещё успел заметить какую-то странную черную ящерообразную тварь, тут же исчезнувшую, а потом вокруг словно образовалась сфера радужных цветов. Но через пару секунд она исчезла, оставив после себя тёмный переулок, едва освещённый краешком Луны, выглядывающим из-за угла ближайшего дома. На этот моменте сознание не выдержало и упало в спасительные для психики объятья обморока.

Очнулся он только под утро, с затёкшими конечностями и замёрзшим телом. С трудом разлепив глаза, он наткнулся взглядом на копыта. Свои копыта.

Приблизительно полчаса он пытался прийти в себя и свыкнуться с мыслью, что теперь он — пегас. И ещё столько же учился ходить на четырёх ногах, заодно открыв способность к копытокинезу. А затем занялся самым важным – сбором информации. Найденная неподалёку газета открыла удивительный факт: пегас понимал текст, хотя тот был написан на другом языке. Казалось, незнакомые символы сами собой складываются в слова, которые мозг тут же переводит на русский.

Подивившись, пегас продолжил чтение, и вскоре выяснил, что находится он в городе Кантерлоте, в стране Эквестрии, население которой составляют пони. Было немало и другой информации, в основном о недавних событиях, в частности — о возвращении какой-то принцессы Луны.

Дочитав, пегас решил прогуляться по городу и тем самым разведать обстановку. Почти сразу он заметил взгляды, которыми провожали его местные. Ещё раз оглядев себя, он заметил отличительные черты. Но пытаться играть в шпиона было бессмысленно, а потому он просто продолжил путь, примечая всё, что ему встречалось, и думая, что делать дальше. Собственно, именно эти раздумья и привели его к текущему положению.

«Уж не знаю, по каким причинам мне дарована новая жизнь, — подумал он, выныривая из воспоминаний, — но прожить её я постараюсь как можно лучше».

Оглянувшись вокруг, он заметил изучающий взгляд своей соседки по купе, единорожки мятного цвета с изображением лиры на крупе.

— Привет, меня зовут Лира. Лира Хартстрингс, — сказала она, заметив, что её раскрыли.

— Я, эм… Фил, — с небольшой заминкой ответил пегас.

— Рада знакомству, — протянула единорожка копыто.

— Аналогично, — сообразил стукнуть в него Фил.

— Едешь в Понивиль?

— Да.

— Я тоже. Живу там, вместе с подругой.

Услышав это, пегас встрепенулся.

— Скажи, а можно на некоторое время поселиться у тебя? – спросил он.

— Даже не знаю, подруга почти наверняка будет против… — в голосе Лиры чувствовалось сомнение.

— Мы как-нибудь убедим её. Насчёт меня не волнуйся, я буду помогать вам по хозяйству, чем смогу, а места я мало занимаю.

Единорожка недоверчиво оглядела его, явно не разделяя мнения по поводу занимаемого места, но всё же ответила:

— Хорошо, я согласна.

## Новые пони в городе

Альтернативное название главы: "Повесть о том, как два автора писали две тысячи слов две недели" P.S Совсем забыл сказать, что глава писалась в новом... По новому способу, в котором у Фила была точно такая власть над текстом как и у меня. Это хорошо конечно, но мне до сих пор немного обидно за то, что он смягчил последнюю часть главы... P.P.S Хотя это наверное хорошо... Тут не очень много дарков, а если бы он меня не остановил, то дальше пошло бы по наклонной...

Быстро справившись с головной болью, не позволившей ему воспротивиться Пинки сразу, Довакин воскликнул:

— Да остановись ты, сумасшедшая! — после чего вырвался, благо размеры и сила позволяли.

— Итак, слушай сюда, — заговорил он, стараясь придать голосу как можно более грозный тон. — Я не собираюсь показываться твоим подругам в этом облике, так что можешь забыть о том, чтобы показать меня им. И вообще, не советую тебе кому-либо рассказывать, что я могу менять обличье.

— Я клянусь, а если вру — кексик в глаз себе воткну!

Довакин, услышав ответ, замер на секунду, а затем рассмеялся.

— Самая нелепая клятва из всех, что я слышал, — сказал он, закончив смеяться. — Ну да ладно. Скажи лучше, у вас там в городе как к гостям относятся?

— Прекрасно! Любой будет рад гостю, а особенно я!

— Тогда я, пожалуй, загляну в этот ваш Понивиль ненадолго, осмотрюсь.

— Ура! Я познакомлю тебя с подругами и устрою тебе вечеринку!

— Ну, если ты будешь устраивать вечеринку, повесь плакатик: "Пинки Пай, помним, любим..."

— Ладно, ладно, я поняла, тебе не нравятся вечеринки... — обиженно пробурчала пони.

— Точно, — Довакин улыбнулся. — А ты не настолько безнадёжна.

— Спасибо, — все ещё обиженно пробубнила пони.

— Что ж, если у тебя такое мрачное настроение, то я, пожалуй, не стану рассказывать тебе мою маленькую тайну... — Конарик был очень хитер.

Пинки услышав о тайне, сразу повеселела.

— Расскажи, расскажи! — запрыгала она на месте.

— Вот и отлично, — на лице Довакина появилась та самая "волчья ухмылка". — Моё имя — Конарик.

* * *

— Твайлайт, ты взаправду попросила того дракона со мной позаниматься? — спросил Спайк, прерывая размышления Твайлайт, которая как раз обмозговывала информацию, полученную от Довы утром.

— Ну конечно, Спайк, тебе нужно общаться с сородичами, — ответствовала единорожка. — Уверена, Дова может многому тебя научить.

— Ага, как же, — пробурчал дракон, отнюдь не уверенный в намерениях чёрного дракона.

Внезапно раздался стук в дверь.

— Ну кто ещё? — пробубнил Спайк. — Открыто!

После этих слов в библиотеке закружился розовый с примесью тёмного вихрь. То, что это Пинки Пай, стало понятно сразу, однако второго пони, удерживаемого ей и изрыгавшего сейчас, пусть и весьма неразборчиво, изощрённые ругательства, никто не опознал.

— Пинки Пай! — закричала Твайлайт. — Что здесь происходит?

— О, Твайли, я хочу тебя кое с кем познакомить, — сказала в ответ розовогривая, останавливаясь и одновременно указывая копытом на своего спутника, который приходил в себя после небольшого путешествия в качестве груза. — Это Конарик.

Услышав речь Пинки, огромный жеребец с по-кобыльему длинной гривой отскочил от неё. Это было ошибкой, поскольку на пути его прыжка оказалась книжная полка, которая пошатнулась от удара и опасно наклонилась.

— Этот кошмар никогда не закончится, — успел сказать жеребец перед тем, как оказаться погребённым под тяжестью фолиантов.

Твайлайт посмотрела на заваленного книгами жеребца, затем перевела взгляд на Пинки, снова на жеребца...

— Пинки, — стараясь держать себя в копытах, заговорила она, — кто это такой?

— Я же сказала, это мой новый друг, Конарик! — с довольным выражением лица ответила Пинки, словно не обратив внимания на произошедшее с её спутником.

— Зачем ты несла его на себе? — поинтересовалась Твайлайт. — Ему это явно не понравилось.

— Ты ошибаешься, Твайли, уверена, он был просто счастлив!

— Сейчас он счастливым явно не выглядит, — хмыкнул Спайк, оглядывая засыпанного книгами пони.

— Ох, нужно поскорее помочь ему! — воскликнула Твайлайт и спешно принялась убирать книги в сторону телекинезом.

Пони выглядел нормально, за исключением неплохой шишки на лбу.

— Необходимо приложить лёд. Спайк, у нас есть лёд?

— Нет, Твайлайт.

— Я сейчас принесу! — крикнула Пинки и убежала.

Секунд через пять земнопони застонал и пошевелился.

— Где я? — спросил он, пытаясь сфокусировать зрение и встать на ноги.

— Вы в библиотеке Понивиля. Меня зовут Твайлайт Спаркл, а вас — Конарик, верно?

— Верно, — ответил пони, всё же вставая.

— Не беспокойтесь, мистер Конарик, с вами всё будет хорошо. Я прошу прощения за поведение Пинки Пай, она порой бывает слегка эксцентричной.

— Я вернулась! — прокричала Пинки, вбегая в библиотеку с чудом держащимся на спине стаканом, в котором позвякивали кубики льда.

— Отлично, — забрала Твайлайт лёд. — Мистер Конарик, не могли бы вы немного наклониться?

Земнопони молча наклонил голову, и единорожка приложила лёд к шишке.

— Давайте скорее, мне ещё столько нужно ему показать! — нетерпеливо воскликнула Пинки.

— Потерпи немного, — остудила её пыл Твайлайт.

* * *

Высокий пегас непроизвольно притягивал взгляды жителей Понивиля. Для провинциального городка он был очень необычным гостем. Однако основная масса взглядов, как ни странно, была прикована к мятного цвета единорожке, которая сопровождала его, и зачастую это были кобыльи взгляды, полные зависти. Впрочем, странного в этом как раз и не было, всё же по меркам пони жеребец был довольно красив.

И сейчас этот экземпляр шагал по улице, рассматривая дома и местных жителей. Но долго шагать не потребовалось.

— Ну вот мы и пришли, — объявила Лира. — Надеюсь, разговор пройдёт хорошо.

Отворив дверь, она вошла в дом, следом, слегка пригнувшись, вошёл пегас.

— Бон Бон, я дома! — известила подругу единорожка. — И я не одна.

Вышедшая к ним бежевой окраски земнопони молча уставилась на пегаса.

— Кто это такой? — спросила она.

— Меня зовут Фил, — ответил пегас прежде, чем Лира успела раскрыть рот.

— Я Бон Бон. Позволь полюбопытствовать, зачем ты пришёл?

— Я хотел бы на некоторое время поселиться у вас с Лирой, если ты не возражаешь.

— А если я буду возражать, что тогда?

— Тогда я уйду и постараюсь договориться с кем-нибудь ещё. И всё же я прошу подумать над моим предложением. Также добавлю, что в случае согласия я постараюсь не мешать вам, не вторгаться в личную жизнь, и буду помогать всем, чем смогу.

— Да ты взгляни на него, Бон. Он же издалека и почти ничего о местных нравах не знает, — добавила Лира. — Ему нужна наша помощь, хотя бы в плане жилья.

Земнопони на минуту задумалась.

— Хорошо, я согласна, — решила она наконец. — Но если что-нибудь натворишь, я могу и передумать.

— Благодарю, я постараюсь быть осторожным, — ответил пегас, в то время как Лира облегчённо улыбнулась.

* * *

Приятный холодок на лбу успокаивал. Мне уже даже не хотелось бить розовую сумасшедшую за её поведение. Кстати, она повела себя именно так, как я и ожидал, то есть разболтала всем окружающим, что меня зовут Конариком, поскольку я не заставлял её клясться по этому поводу.

— Вот и всё, почти ничего не заметно, — сказала фиолетовая, обтирая мой мокрый лоб полотенцем, которое она держала магией.

— Наконец-то! — воскликнула эта Пинки Пай. — Конарик, идём быстрее, мне нужно показать тебе весь Понивиль.

— Хорошо, но не смей больше таскать меня, ясно? — заявил я ей.

— Оки-доки-локи, если ты так хочешь, — беззаботно кивнула она. — Поторопись! — и, сказав это, розовая вышла на улицу.

Не тратя времени на прощание, я вышел наружу, где меня уже поджидала розовая бестия.

— Идём-идём! — воскликнула она и двинулась вперёд, разглагольствуя о всём, что попадалось ей на пути.

— ...а это кафе, здесь всегда можно вкусно поесть и... — она вдруг запнулась. — И я вижу новенького! Нам нужно срочно с ним познакомится!

С этими словами она направилась к столику, за которым сидели зелёного цвета единорожка и пегас белого цвета с чёрными крыльями. Я, как настоящий герой с понятиями чести и этикета, решил свалить от психованной куда подальше, мне уже надоело с ней по городу шататься.

* * *

После того как Фил устроился в выделенной ему комнате, Лира решила, что не помешает немного познакомить его с городком, устроив ему что-то вроде экскурсии.

Экскурсия эта была весьма подробной — единорожка ничего не упускала из виду. Пегас слушал её вполуха, прикидывая в уме карту городка и расположение ключевых объектов.

В конце концов, он всё же устал и сумел уломать свою спутницу прерваться на небольшой отдых. Лира, согласившись, повела того в кафе. К счастью пегаса, у него оставалось ещё несколько битов, а единорожка согласилась доплатить, если ему не хватит. И вскоре они уже сидели в уютной открытой чайной.

Пока Лира рассказывала о игре на одноимённом инструменте, пегас пил чай и поглощал салат, ингредиентами которого, к некоторому его удивлению, оказались не только овощи, но и цветы.

— А у тебя есть особенная пони? — вдруг поинтересовалась у него единорожка.

— Прости, кто? — ответил вопросом на вопрос пегас.

— Ну, особая пони, знаешь, любимая... — единорожка изобразила обнимашки.

— Нет, — прозвучал ответ Фила.

— Почему? Ты ведь весьма красивый.

— Просто нет и всё тут, — отрезал он, недовольный таким поворотом разговора.

— Довольно странно, учитывая твою внешность, — задумчиво глядя на него, промолвила Лира.

— Эм, — пегас огляделся по сторонам в поисках повода, чтобы отойти и закончить этот диалог. Он увидел двух пони — розовую и тёмно-серую, причём первая явно им заинтересовалась. — Прости, похоже, со мной хотят познакомиться. Я постараюсь вернуться поскорее, но если что — не жди.

Сказав это, он быстро встал и, оставив на столе монетки, покинул Лиру и поскорее направился навстречу розовой.

* * *

Эх, нет бы улизнуть спокойно, так этот идиотский пегас пошел в нашу сторону, едва розовая успела сделать пару шагов.Теперь незаметно от неё не отойдёшь, иначе обидится, а испытывать на себе её обиду мне почему-то не хочется, так что придётся ждать другого момента. Ну, или создавать такой.

— Привет! Ты новенький в Понивиле? Ах, ну что я, ты наверняка новенький, ведь я знаю каждого жителя каждого городка, а тебя не знаю! Меня зовут Пинкамина Диана Пай, но я не люблю, когда меня так называют, мне больше нравится Пинки Пай. А как тебя зовут? — мгновенно начала свою быструю тираду Пинки Пай, как только пегас оказался рядом. Я ему даже сочувствую немного.

— Привет, я Фил, — неожиданно спокойно ответил пегас, не смутившись быстроты речи розовой. — Рад знакомству. А как зовут твою спутницу... то есть, спутника? — поправился он, взглянув на меня внимательнее.

Так, я не понял, он меня за кобылку принял?! Да он определённо напрашивается на неприятности!

— Ты поплатишься за свои слова! — угрожающе заявил я ему.

— Ну-ну, как же, — хмыкнул тот в ответ. А он не из пугливых. — Ты кто такой вообще?

— Меня зовут Конарик, — отвечаю я. Пусть знает имя того, кого ему следует бояться.

— Конарик? Хех, прямо как маска драконь... — начал он, но закончить я ему не дал, накинувшись и повалив на землю. Пинки, к счастью, не вмешивалась и молча наблюдала.

— Слышь, ты чего делаешь?! — возмутился пегас.

— Кто ты, и откуда знаешь о масках жрецов Культа драконов?! — шёпотом спросил я, не отпуская его.

— А ты откуда знаешь? — задал встречный вопрос он.

Так, надо будет побеседовать с ним пообстоятельней, и желательно в тихом месте, здесь слишком много пони. Я отпустил его, и, подождав, пока он встанет, отправился к окраине городка.

— За мной, и без шуток, — бросил я ему на ходу. — Пинки Пай, поговорим попозже. За нами не ходи.

* * *

Принцесса Луна, как правило, спала днём, и этот день не был исключением. Вот только сегодняшний кошмар трудно было назвать сном.

Была ночь. Она стояла посреди горящего Кантерлота. Отовсюду были слышны крики боли, стоны раненых. Город пал. Некогда белоснежные строения были закопчены и разрушены. Замок принцесс, такой прекрасный, такой... неприступный... Он пылал, и вопли ужаса доносились со всех этажей, заставляя шерстку встать дыбом. Но что за чудовище могло свершить такое?!

Ответ был рядом. Тёмный, жестокий, хладнокровный ответ.

Принцесса посмотрела на небеса в надежде увидеть своё светило, но те были пусты, ни одна звезда не сияла в вышине. Огонь пылающего города был единственным источником света в непроглядной тьме.

И тут один кусочек этой тьмы отделился от общего полотна и опустился на землю. То был чёрный дракон с пылающими глазами цвета крови. Луна уже видела его однажды.

— Приветствую тебя, последняя из принцесс, — внезапно заговорил утробным басом дракон.

— Последняя?.. — только и смогла выдавить из себя принцесса ночи.

— Ты пришёл за моей жизнью? — раздался у неё за спиной знакомый голос. — Ты её не получишь! Я отомщу за смерть сестры, отомщу за все злодеяния, свершённые тобой!

Луна резко обернулась и в ужасе уставилась на Селестию. Выглядящая изнемождённой, она всё же находила в себе силы стоять прямо, бесстрашно взирая на дракона гневным взглядом.

В ответ на слова Селестии дракон рассмеялся недобрым смехом. Луна в подробностях разглядела острые зубы, торчащие в его пасти.

— Ты сама-то веришь своим словам? — спросил он и, не дожидаясь ответа, кинулся на дневного диарха.

Внезапно весь мир замер. Шею принцессы и клыки дракона разделяли лишь несколько сантиметров. По миру прошла рябь. Секунду спустя всё исчезло, утонуло в бескрайней тьме, которую, казалось, не способен одолеть никакой свет. И тьма эта не была неподвижна, напротив, она шевелилась, словно обволакивая Луну со всех сторон.

И вдруг раздались голоса. Множество голосов, сливавшихся в один, который вещал: "Не дайте этому свершиться. Покажите ему иной путь, путь добра. Не дайте этому свершиться..."

Принцесса внезапно проснулась, подскочив на кровати. Простыня под ней была насквозь мокрой от пота.

"Всего лишь очередной кошмар," — попыталась успокоить себя Луна.

Образы сна уже растворялись в её сознании, но последние слова, сказанные теми голосами, всё ещё звучали в глубине её разума.

## Паб, копыта, два героя

Привет, это я — Evil Jack, и я хотел сказать... Эмм... В общем, я конечно же понимаю, что автор должен быть экстрасенсом, гением, и т.д. Но я вовсе не такой, и соавтор тоже не обладает экстрасенсорными способностями (наверное). Что я хочу этим сказать? Ответ таков: если вы хотите видеть в рассказе что-либо конкретное, не бойтесь писать мне об этом. Уверен, это поможет поднять уровень качества, да и вам читать станет интереснее.

Фил

Я брёл за... Как же это сказать?.. Кобылкообразным? Да, пожалуй, за кобылкообразным жеребцом. Странный он какой-то, ведёт меня к окраине городка, там дальше вон лес виднеется. В лес я точно не сунусь, если поведёт, мало ли.

Кстати, пока шли, я себе легенду продумал. Вот только лучше бы она мне не пригодилась. Блин, это надо же — так глупо выдать себя с этой грёбаной маской! А всё мой болтливый язык.

— Итак, тут пони нет, можем поговорить без свидетелей, — заявил мне этот тип, когда мы вышли из города. — Говори, откуда тебе известно о маске Драконьего жреца?

— Да какая разница? — разыграл я возмущение, избегая тем самым ответа. — Знаю и знаю, чего прицепился? Сам-то откуда знаешь?

— Откуда известен данный факт мне — значения не имеет, — процедил этот... Конарик. — Важно то, откуда ты о ней знаешь. Не увиливай, я ожидаю ответа.

Не нравится мне его взгляд. Подобным взглядом оглядывают будущий трупик, а мне таковым во второй раз становиться неохота.

— Короче, там, откуда я, есть легенда о драконьих жрецах и их масках. Вот и вся история.

— Не верю, — ответствовал мне собеседник. — В этом мире не существовало Культа драконов, следовательно, ты лжёшь. Вывод напрашивается сам собой: либо ты происходишь из другого мира, либо же способен читать мои мысли.

Вот и подкрался ко мне толстый северный лис. Раскрыл как нефиг делать. Хотя стоп, секундочку. "В этом мире"? Он что, тоже попаданец? Так, сейчас проверим.

— А тебе откуда о Культе известно? — поинтересовался я. — Неужто ты сам из другого мира?

— Возможно, — уклончиво ответил Конарик. Стоп, Конарик... Если это его настоящее имя и он попаданец, то, возможно, он из мира игр "The Elder Scrolls", там вполне могли такое имя дать. Да, звучит как бред, но после всего произошедшего я уже ни в чём не уверен. Короче, способ узнать только один — буду продолжать провоцировать.

— Ты с Нирна, из Тамриэля, я прав? — начал я свою угадайку. Собеседник слегка дёрнулся, реагируя на знакомые слова. — Ага, значит, оттуда. А конкретнее... из Скайрима? — пони побледнел. — Ясно, Скайрим. А кто же ты такой? Норд? Может, ещё и Довакин? — продолжал я напирать, пробуя всё более невероятные предположения. Однако, судя по реакции собеседника, богиня удачи нынче мне благоволит. На слове "Довакин" Конарик побледнел до просто легендарного уровня. Ох блин, как бы он не замочил меня теперь за лишние знания...

— Откуда тебе всё это известно? — упавшим голосом спросил меня он. Походу, я его неслабо ошарашил.

— Да так. Знаю одну историю о герое по прозванию Довакин.

* * *

Принцесса Селестия, как и в любой другой день, сидела на своём троне, периодически выслушивая доклады и просьбы и отдавая распоряжения. Луна, увы, всё ещё нагоняла прошедшее тысячелетие, вникая в жизненные реалии современной Эквестрии, а посему не могла наравне с сестрой участвовать в решении вопросов государственной важности. Однако Селестия постоянно с ней советовалась, дабы не оскорблять её, тем более что порой Луна могла дать действительно ценный совет.

— Оставьте нас! — внезапно раздался кантерлотский голос принцессы ночи. Стражники на входе тут же исчезли за дверьми тронной залы.

— Ох, Луна, не стоит так кричать, это всех пугает, — слегка пожурила сестру Селестия.

— Прошу нас простить, сестра. Мы до сих пор не обучились этикету, что принят ныне в обществе.

— Не волнуйся, со временем ты всему научишься. Но всё же постарайся больше не говорить со стражей кантерлотским гласом.

— Благодарю, сестра, мы принимаем твой совет.

— Иди сюда, — с этими словами Селестия подошла к Луне и приобняла её. — Наверное, я слишком часто это повторяю, но я невероятно рада твоему возвращению.

— Мы... мы тоже рады, что вновь воссоединились... с тобой.

— Что-то не так, Лулу? — спросила принцесса дня, расслышав странные интонации в голосе сестры.

— Мы в волнении. У нас был кошмарный сон нынешней ночью.

— Что в нём было? Это вновь Найтмер Мун?

— Нет, сестра, то был обычный сон. Но содержание его нас обеспокоило. В нём видели мы падение Кантерлота и смерть твою от клыков дракона, с коим недавно разговор имела ты. И зрелище сие устрашило нас.

— Не бойся, сестрёнка, — с невыразимой теплотой в голосе сказала Селестия. — Ты ведь сама сказала, что это всего лишь обычный сон. Должно быть, ты просто испугалась, когда Дова схватил тебя, и это вылилось в кошмар. Никто не умрёт, Лулу, я обещаю.

— Мы верим тебе... Тия.

* * *

Твайлайт сидела за столом, глядя в никуда и погрузившись в свои мысли, которые в данный момент крутились вокруг дракона. Единорожка систематизировала всю уже полученную от него информацию и стоила предположения насчёт того, о чём он не говорил. Но вскоре её мысли плавно перетекли в другое русло, и теперь она размышляла о принцессе.

Кто она для принцессы Селестии? Просто ученица с выдающимися способностями? Однако принцесса всегда относилась к ней с огромной теплотой, помогала, когда Твайлайт это было нужно, заботилась о ней. Словно кто-то из близких родных...

"Нет, глупости какие, — встряхнулась единорожка. — Видимо, пора бы отвлечься и передохнуть немного".

— Спайк, я пойду прогуляюсь. Пожалуйста, закончи уборку, пока меня не будет, — попросила Твайлайт дракончика, который мгновенно заворчал. — Когда всё сделаешь, можешь тоже сходить куда-нибудь.

Лицо Спайка сразу же просияло, и он усердно принялся за расстановку книг.

"Наверняка опять задумал пойти к Рэрити", — подумала единорожка, выходя наружу, и улыбнулась этой мысли.

Постояв с полминуты, она выбрала направление и пошла вперёд, изредка здороваясь с некоторыми из жителей города.

Мысли её невольно вернулись к недавнему происшествию в библиотеке. Тот высокий земнопони... Он был иным, непохожим на других пони, отличным от них по поведению, даже во внешности его проглядывало что-то чужое, незнакомое. Подумав, Твайлайт решила, что он откуда-то издалека.

— Твайли! Ты гуляешь? Можно с тобой? — неожиданно оказалась рядом с ней Пинки.

— Ой! Пинки Пай, не смей так подкрадываться, ты меня напугала! А где Конарик?

— Он познакомился с пегасом по имени Фил, и они отправились куда-то поговорить, а Конарик запретил мне следовать за ними, — слегка поникла Пинки.

— Фил? Странное имя... Кто он?

— Новый житель Понивиля, прибыл только сегодня, живёт у Лиры и Бон Бон, — отрапортовала пони-праздник. — Я тебя с ним познакомлю, если хочешь!

— Спасибо, Пинки, но нет. Не стоит так утруждаться.

— Что ты, Твайли, мне это совсем не трудно! Просто приходи на вечеринку сегодня!

* * *

Конарик

— Итак, ты знаешь, кто я, — произнёс Довакин. — Но кто же ты сам?

— Я... — Фил на секунду замялся. — Я тоже с Нирна, из Скайрима. Раньше был нордом.

"Явно лжёт, не похож он на жителя Скайрима. Но вытягивать из него сведения сейчас бессмысленно. Нужно дождаться подходящего момента, а до той поры — наблюдать за ним", — подумал Довакин.

— Что ж, больше мне ничего не нужно. Встретимся как нибудь позже, — сказал он и направился к городу.

— Как хочешь, — бросил вслед ему пегас.

По городу Конарик шёл, наслаждаясь царящими вокруг тишиной и спокойствием, и даже пробежавшая поблизости группа жеребят не смогла разубедить его в том, что город тихий.

Краем глаза он заметил одну знакомую пони, которая нагло пялилась на него. Это была Рэрити.

Довакин попытался было проскользнуть мимо, но, когда он уже удалялся от неё, она внезапно окликнула его. Попытка изобразить глухого также не увенчалась успехом, и через пару шагов единорожка догнала его.

— Простите, мистер, — аккуратно начала Рэрити. — Вы, случайно, не Конарик?

"Пинки что, уже успела всем обо мне рассказать?" — подумал Довакин.

— Верно, сударыня, — как член дома Телванни, Конарик был неплохо знаком с аристократическими манерами, пусть и соблюдал их нечасто. — Прошу простить, но ведь мы незнакомы, так откуда же вам имя моё известно?

— Оу, — слегка покраснела Рэрити. — Понимаете, одна моя хорошая подруга рассказала мне о некоем пони с вашей внешностью... Ах да, и моё имя Рэрити. Очень рада познакомиться с вами лично.

— Позвольте узнать, с моей внешностью что-то не так?

— Нет! — единорожка запнулась. — То есть, все в порядке! Я имею в виду, вы отлично выглядите! — пони начала заметно нервничать.

— Так зачем же вы искали меня, сударыня? — спросил Довакин, дабы отвлечь её от неудачной темы.

— Эм, — неуверенно начала Рэрити. — Моя подруга просила передать вам при встрече, чтобы вы заглянули в дом Лиры и Бон Бон чуть позднее. Мы готовим вечеринку...

— Спасибо, но меня это не интересует, — прервал её Конарик. — Всего хорошего.

Сказав это, он развернулся и направился дальше.

* * *

Конарик

Я продолжил осматривать город, и вскоре подметил интересную деталь. Если поначалу мне казалось, что дома понатыканы в произвольном порядке, то теперь я выявил закономерность: дома стоят полукругом вокруг ратуши, и номера присваиваются им по диагонали, причём, насколько я успел заметить, каких-либо улиц у них нет, только номер дома. И порой, особенно на перекрёстках, понять, где же нужный дом, бывает затруднительно.

Но, решив не углубляться в казусы местной планировки, я продолжил свою прогулку.

Буквально через полчаса блужданий мои потуги были вознаграждены. Предо мной во всей своей красе предстало, пожалуй, самое прекрасное здание из всех в этом городе.

Архитектурой оно, конечно, не сильно отличалось от прочих, но вывеска с надписью "Паб Гарцующая Кобыла" добавляла ему невероятную, незатейливую, провинциальную очаровательность.

Так что, отбросив совпадение названия этого заведения с названием таверны из моего мира, мой разум велел ногам нести меня в место, которое, возможно, вскоре станет моим любимым.

* * *

Конарик

Помещение паба из источников света имело только ряд небольших ламп на стенах, поскольку окна были зашторены красной, плотной тканью. Средних размеров, из мебели оно имело столики со стульями, барную стойку вдоль одной из стен, а также прямоугольный стол странного вида, судя по шарикам на нём, явно предназначенный для какой-то игры.

Внутри было пустовато, лишь пара посетителей сидела в углу, что-то тихо обсуждая. За стойкой одиноко стоял барпони-единорог, протирая саму стойку белой тряпкой.

Подойдя к стойке, Довакин присел на стул. Инициатором диалога выступил барпони:

— Недавно в городе? — спросил он прокуренным голосом.

— Только приехал, — ответил Конарик своим басом, который, однако, по сравнению с голосом барпони казался писком маленькой кобылки.

Единорог хмыкнул.

— И сразу попёрся в бар?

— А что не так?

— Как правило, приезжие сначала находят себе жильё. Кстати, ты откуда будешь?

— Из Кантерлота, — буркнул Довакин.

— Тогда тем более странно. Вы, городские, первым делом бежите в гостиницу, и уж потом, возможно, кто-нибудь из вас да и заглянет ко мне на огонёк.

— Как по мне, место более чем приличное, — поделился мыслью Конарик.

— Хех, ты это своим кантерлотским друзьям скажи, — улыбнулся барпони. — Ладно, что будешь заказывать?

— А что есть?

— Ну... Это смотря какие у тебя вкусы, — начал единорог. — Есть эппловский сидр, вино...

— А покрепче чего-нибудь нет? — перебил его Довакин.

— Есть, — кивнул жеребец. — Не знаю, правда, как называется, но крепость у этого пойла невероятная. Рецепт только зебры знают, мне его, кстати, как раз одна такая и продала. Если осилишь хоть рюмку — любая выпивка бесплатно.

— А если свалюсь? — Конарик давно научился остерегаться подобных "щедрых предложений".

— Тогда ты сегодня платишь за всех.

Довакин осмотрелся по сторонам.

— В чём подвох? — недоверчиво спросил он.

— Хех, мне нравится, когда клиенты понимают, что их водят за нос, — с улыбкой ответил смутно знакомой фразой пони. — Подвох в том, что клиенты подходят ближе к вечеру, и за них ты тоже будешь платить. Ну так что, согласен?

— По... копытам? — неуверенно сказал Довакин.

— Отлично, — барпони вытянул из-под стойки бутылку с мутноватой жидкостью. — Вижу, что боишься, но поверь, от этого ещё никто не умер, — жеребец налил одну рюмку.

Конарик взял её в обхват копыта, и, к его удивлению, держалась она крепко. На секунду замерев, Довакин выдохнул и залпом проглотил жидкость.

* * *

Фил

После диалога с этим Конариком я отправился обратно к кафешке, надеясь найти там Лиру. Надежда не оправдалась, а потому я стал искать тот дом, в котором поселился.

Поиски поначалу не увенчались успехами. Городок, конечно, не такой уж большой, но заблудиться тут реально можно — названий улиц нигде нет, а номера домам вообще в каком-то хаотичном порядке присвоены. В общем, вышагивая по городу, я успел не раз пожелать отнюдь не самых приятных ощущений планировщику и нескольким поколениям его семьи.

Наконец я всё же нашёл нужный дом по знакомым приметам. То, что это именно нужный, подтвердила Бон Бон, вошедшая внутрь. И секунд через десять я уже открывал дверь, предвкушая отдых.

— СЮРПРИЗ!!! — проорало множество голосов, и в тот же миг прогремел взрыв, после чего меня обдало конфетти. Отойдя от испуга, я огляделся и обнаружил перед собой толпу пони, предводительствовала которой уже знакомая мне Пинки Пай.

— Что тут происходит? — вопросил я, всё ещё пребывая в лёгкой прострации.

— Вечеринка в честь тебя! — ответила Пинки.

Вместо ответа я отвесил себе смачный фейспал... тьфу, скорее, фейсхуф. Очень зря я это сделал, удар копытом по роже вышел весьма болезненный.

## Квест всех пьяниц

Так... В общем, со следующей главой мороки будет больше, она появиться... Потом... Скоро... Но она есть! :D Кстати, если что не так — сообщите.

Осушив одним глотком сосуд подозрительной жидкости, Довакин резко изменился в лице и страдальческим голосом поинтересовался у барпони:

— Где здесь туалет?!

В ответ красношёрстный единорог указал копытом на дверь в дальнем конце зала.

Конарик гепардом метнулся к заветной цели, сбивая по пути немногочисленные препятствия в виде столиков и стульев.

Спустя буквально пару секунд из туалета послышались звуки обильной рвоты, а в приоткрытую дверь был заметен длинный хвост, качающийся вверх-вниз в такт этим звукам. Хозяин заведения невольно подумал о том, что, будь его новый клиент кобылкой, он бы непременно споил его, а затем...

Но вот земнопони вышел из туалета и впился в хозяина злобным, можно сказать, хищным взглядом. Именно так древесный волк смотрел бы на жеребёнка, загнанного в угол. Жеребец невольно сжался под пристальным взором кроваво-красных глаз.

— Ну что же, — начал Довакин, — полагаю, я заслужил свою выпивку.

— Заслужил, — подтвердил барпони. — Что будешь заказывать?

— Пока не знаю. Огласи-ка ещё раз список того, что имеется.

* * *

Находиться на вечеринке мне не особенно хотелось. Во-первых, излишнее внимание к своей персоне мне сейчас ни к чему, а со мной тут знакомятся все кому не лень, уже, наверное, с половиной города перезнакомился. Во-вторых, вечеринка хоть и весёлая, но какая-то детская. Опять же, игры эти дурацкие, Пинки Пай уже достала просьбами в них сыграть.

В общем, я решил свалить с этого мероприятия. И свалил, пока все отвлеклись на что-то.

Теперь путь мой лежал куда подальше отсюда. Пошатаюсь по городку, может, найду чего интересного, а там, глядишь, к ночи все разбредутся по домам, и настанет тишь да благодать.

Вот так, блуждая, я и наткнулся на это здание. Паб "Гарцующая кобыла". Пожалуй, тут можно немного посидеть, может, и выпить чего за чужой счёт удастся.

* * *

Конарик медленно потягивал свою выпивку, наблюдая за пони, рассредоточенными по залу. Он был уже весьма пьян, поскольку после перерыва в несколько столетий увлёкся и не заметил, что нынешнее тело отнюдь не столь выносливо в отношении алкоголя, как тело норда.

Но собственное состояние сейчас мало заботило Конарика. Настроение его с каждым глотком взлетало всё выше, и даже попытка одного пьяного жеребца, перепутавшего его с кобылкой, познакомиться, не смогла понизить эту планку. Тому жеребцу, кстати, хватило одного удара копытом по голове, чтобы отправиться в нокаут, после чего его друзья оттащили тело неудачливого казановы на улицу.

Конарик был уже близок к состоянию, в котором вскочить на стойку и начать отплясывать кажется единственно верным поступком, когда в помещение паба вошёл белый пегас с чёрными крыльями.

* * *

"Да он, однако, пьян, — подумал я, глядя на знакомую рожу рядом с барной стойкой. — Хм, а ведь это неплохой шанс расспросить его. Уверен, пьяные пони не менее разговорчивы, чем пьяные люди. Просто нужно быть осторожнее, и всё будет в ажуре".

Подойдя к стойке, я плюхнулся на соседнее место.

— Чего делаешь? — поинтересовался я, чтобы завязать разговор.

— Разве не видно? — ответил мне Конарик хмельным голосом.

— Слушай, можно тебя немного расспросить?

— Да, конечно, почему нет? — легко согласился этот пьяница.

— Ты правда убил Алдуина? — понизив голос, чтобы не слышали другие, начал я расспросы.

— Да. Кстати, это было не так уж и просто, пришлось погонять тварь по всему Совнгарду. Ещё и придурки эти мёртвые не стали мне помогать, — ответил Конарик в полный голос. Хорошо хоть на фоне общего шума посетителей его не особо слышно.

— Не помогали? Почему это?

— Они на меня обиделись.

— Из-за чего?

— Да так, мелочи. Не важно, — отмахнулся мой собеседник. В принципе, он прав, есть и поважнее вопросы.

— Господа, будете ещё заказывать? — вдруг спросил подошедший пони.

— Нет, спасибо, — отказался я. Не нужно мне сейчас пить.

— А мне повтори, — заявил Конарик, и пони, кивнув, удалился.

— Итак, продолжим. Ты знаешь что-нибудь о вампирах клана Волкихар?

— Какого-какого клана? — переспросил Конарик. Видать, в нынешнем состоянии он сложные слова не воспринимает.

— Те, которые хотели забрать Лук Ауриэля, потушить солнце, — пояснил я.

— Аааа... Эти... Да, знаю таких.

— И что с ними?

— Мертвы, — будничным тоном ответствовал Конарик. — Как, впрочем, и Стража Рассвета.

Блин, хоть бы не услышал кто, иначе огребём мы оба от здешних властей, за массовые убийства... А вообще странно, я конечно, понимаю, реальный мир — не игра, но всё же подобного расхождения с каноничной историей я не ожидал.

В этот миг вернулся барме... тьфу, барпони, и принёс ещё бутылку какого-то пойла, которого Конарик тут же щедро себе плеснул.

— Ладно, а что с Мирааком? Его тоже... того?

— Конечно. Кстати, его было даже жаль слегка, — жеребец посмотрел на дно пустой кружки. — Впрочем, оно того стоило!

— В самом деле?

— Конечно! Вот подумай: титул Чемпиона самого Хермеуса, бессмертие, пусть и второе по счёту...

— Стоп, секунду, — прервал я собеседника. — Что значит "второе"?

— Ну так я же ещё до того лордом-вампиром стал.

— Понятно всё с тобой.

Конарик лишь хмыкнул и допил кружку.

— Не знаю, как тебе, а мне надоело здесь рассиживаться, — заявил он и направился к выходу.

Я, подумав секунду, как следует хлебнул из бутылки и направился за ним.

— Так куда идём? — спросил я, догнав его уже на улице.

— Хм,- жеребец осмотрелся, затем, словно увидев нечто, понятное только ему, указал копытом куда-то в сторону и молча направился в этом направлении.

Я последовал за ним. Идти пришлось недолго, и вскоре мы уже вышли из городка. Впереди замаячил небольшой холм. Мы взошли прямо на его вершину, и там Конарик остановился.

— Дошли? — поинтересовался я, встав рядом. — Что дальше?

Вместо ответа Конарик посмотрел вверх и внезапно выкрикнул: "Lok Vah Koor!"

— Ты перебудить всех решил что ли? — прикрикнул я, потряхивая головой в попытке избавиться от звона в ушах

— Нет, всего лишь рассмотреть.

— Что?

Довакин пропустил вопрос мимо ушей и уставился на небо. Я, за неимением других вариантов, тоже глянул туда. И обомлел.

Мне предстало совершенно безоблачное небо, всё усыпанное яркими огоньками перемигивающихся звёзд. Венчала же это зрелище полная луна, мягкий свет которой, казалось, был разлит в воздухе вокруг меня. Открывшаяся мне картина завораживала, унося разум в такие дали, из которых, казалось, никогда уже не вернуться.

— Красивое зрелище. Но небеса над Тамриэлем всё же красивее, — внезапно раздался голос Конарика, вырывая моё сознание из пучины.

— А мне до этого момента никогда не приходилось любоваться небесами, — признался я.

— Неужели?

— Да, — я невесело усмехнулся. — Мне это занятие виделось бесполезной ерундой. Так что если я и обращал лицо к небу, то только за тем, чтобы глянуть на погоду.

— В таком случае ты многое потерял. Лично я вечно буду помнить Массер и Секунду, не говоря уж о блистающем в небе северном сиянии...

— Возможно ты прав, я действительно потерял многое...

Мы бы так и продолжали стоять, любуясь красотами местного неба, если бы не кое-кто, решивший нас прервать.

— А вот и вы! Наконец-то я вас нашла! — внезапно раздался рядом со мной знакомый голос.

Дёрнувшись от испуга, я повернулся к его источнику и обнаружил Пинки Пай.

— Прошу, не пугай меня так больше! — попросил я. — Так и до инфаркта недалеко!

— Оки-доки-локи! — откликнулась Пинки. По-моему, она меня даже не расслышала. — Почему ты ушёл с вечеринки? Тебе не понравилось?

— Ну, не то что бы... — протянул я, отчаянно пытаясь выдумать отмазку. — Просто... мне не слишком нравится находиться в большой компании пони, с которыми я почти не знаком.

— А ты познакомься с ними поближе, и всё будет распрекрасненько! — предложила Пинки. — Идём, нас ждёт вечеринка!

— Я, пожалуй, не против сходить, — вдруг подал голос Конарик.

— Неужели ты всё-таки решил изменить своё отношение к вечеринкам? — мгновенно переключилась на него розовая бестия, явно страдающая передозировкой кофеина.

— Что-то в этом роде, — ответил ей Конарик.

— Тогда жду вас обоих! Поторопитесь!

Договорив, Пинки Пай чередой прыжков умчалась в городок. Я недоверчиво глянул на Конарика.

— Ты действительно хочешь туда пойти? — вопросил я.

— Да. Полагаю, это будет весело.

— Ну не знаю, как по мне, эта вечеринка выглядит слегка детской.

— В таком случае, пожалуй, самое время внести в неё немного разнообразия, — ухмыльнулся Конарик. — Так что, ты идёшь?

— Да, иду, — после секундного раздумья ответил я.

По крайней мере, понаблюдать за пьяными выходками Конарика будет интересно. К тому же, еда там вполне себе вкусная...

* * *

Следующие часы для жеребца прошли как в тумане, и запомнил он немногое. В отличие от остальных, которым его выходки запомнятся надолго. Впрочем, Конарику для понимания произошедшего хватило бы и нескольких фрагментов из тех, что остались в его памяти:

"- ...Таким образом, компания "Рога и копыта" теряет почти десять процентов годового дохода безо всяких причин! — с энтузиазмом вещал престарелый пони.

— Да, это действительно проблема! — ответил Конарик. — Но если они продадут часть своих акций..."

"- ...И что было потом?! — с интересом спросил нежный голосок маленькой кобылки.

— Потом? — азартно прозвучал голос Довакина. — Потом я попытался надеть ему на голову корзину, и вроде бы план был идеальным..."

" — Слушай, я знаю, что это странно, — начал Конарик, — но ты мне нравишься! И... я бы не против, скажем, сходить с тобой куда-нибудь... — смущаясь и краснея, говорил он.

— Отстать от меня, нетрадиционалист треклятый! Чтоб тебе яой до конца жизни снился!"

* * *

Утро встретило жеребца весьма сильным похмельем. У него даже возникла мысль, что вчера кто-то накостылял ему по голове.

Конечно, Конарику приходилось переживать подобное и ранее, например, когда Лорд Мора в стремлении научить своего Чемпиона импровизации переместил его в тело больной беременной собаки и велел выбраться из пылающего города, который штурмуют дремора, а затем вырастить следующее поколение. Конарику пришлось несладко, но каким-то чудом он всё же выполнил поставленную задачу. А ещё опыт хождения на четырех ногах пригодился ему в этом мире... Да... Действительно, Даэдра мудры в своей жестокости...

Наконец он более-менее пришёл в себя и порадовался хотя бы тому, что лежит на кровати. Впрочем, радость была недолгой.

Попытавшись было встать, Довакин обнаружил другую, не менее неприятную вещь, чем похмелье. Пинки Пай. Точнее, тот факт, что он спал с ней в обнимку. Маленькая пони уместилась под боком жеребца, крепко обнимая его, тем самым не позволяя двигать одним копытом. Ещё страшнее было выражение её лица, не стандартная "буйная и беспричинная радость", а вполне себе довольная улыбка. Крайне довольная.

Жеребец, руководствуясь древними инстинктами, решил свалить от греха подальше, ибо неизвестно, что предпримет Пинки, обнаружив себя в таком положении.

Первая попытка не увенчалась успехом. Едва лишь жеребец двинулся с места, Пинки тихо промычала что-то, заставил Конарика замереть. Но едва он решил попробовать вновь, как один её глаз медленно открылся.

— О, ты проснулся, — тихо прошептала она, при этом крепче сжимая в объятиях Конарика.

— Пинки Пай, может, всё же отпустишь? — настойчиво попросил жеребец.

Кобылка вновь промычала что-то невразумительное и, уткнувшись мордочкой ему в грудь, обняла его ещё крепче. Конарик лишь вздохнул, смиряясь со своим положением. Крепость объятий Пинки он знал не понаслышке.

Так они пролежали ещё какое-то время, пока пони-праздник всея Понивиля не решила проявить активность.

— Понеси меня, — тихо раздалось из её уст.

— Чего? — опешил от неожиданной просьбы Конарик.

— Пожалуйста, донеси меня до кухни, — проговорила Пинки, переваливаясь через жеребца и охватывая его за спину.

Подумав пару секунд и решив, что пить ему хочется всё же больше, чем сбросить пассажирку, Конарик, пользуясь освобождёнными копытами, сумел встать и, пошатываясь и матерясь про себя, побрёл на поиски кухни. Таковая нашлась очень быстро.

Следуя указанию Пинки, он ссадил её на стул и, более ничем не удерживаемый, со всей возможной скоростью принялся на поиски воды. Найденный графин с вышеуказанной жидкостью был опустошён в мгновение ока, после чего состояние жеребца и его настроение резко поползли вверх.

Прикинув, что прокопаться на кухне в поисках съестного можно ещё очень долго, Конарик нашёл целесообразным разбудить Пинки Пай, уже успевшую задремать, положив голову на стол, что немедленно и проделал.

— А, что? — пробормотала пони, с трудом приподнимая веки.

— Где здесь найти съестное? И ещё, найдутся ли ингредиенты, необходимые для приготовления кофе?

— Кофе... — протянула Пинки. — Да, кофе с кексиком будет в самый раз. Наполни чайник и поставь его на плиту, пожалуйста.

— Эм... А что такое "плита"?

* * *

— Так что вчера было-то? — начал расспросы Конарик, потягивая кофе и поедая кексы, которые, на его счастье, оказались крайне вкусными.

— А ты что, не помнишь? — удивилась Пинки Пай, которая уже успела выдуть две кружки бодрящего напитка.

— Не особо...

— У-у-у! Тогда слушай! В начале, когда мы только пришли к Лире, тебе было ну о-о-очень скучно, но потом, проведя какое-то время за столом, ты всё же развеселился!Потом ты обсуждал с Филси Ричем проблемы фондового рынка минотавров, и, насколько мне известно, помог решить какую-то проблему с одной странной компанией. Кстати, откуда ты всё это знаешь? Вот меня он, например, ни разу не подпускал к своим бумажкам, а тебе, напротив, пытался подсунуть! Нечестно! Я тоже хочу посмотреть на них!

— Пинки, вернёмся к пересказу вчерашних событий, — попросил Конарик.

— Ах, точно! Дальше ты танцевал прямо на обеденном столе! Это было та-а-ак круто! Ты буквально крутился на задних копытах! А затем ты слегка устал и, чтобы передохнуть, стал рассказывать жеребятам, как ты пытался... Если честно, я так и не поняла, о чём именно ты рассказывал, но ты очень много говорил им о вёдрах, и о том, что ни в коем случае нельзя обижать куриц! Иначе придут злые дяденьки, "стражники", и напинают тебе круп! А ещё ты что-то говорил о ценностях помидорок. Я, кстати, тоже их очень-очень люблю! Они такие красненькие, и...

— Пинки, ты отвлеклась.

— Ой, прости! Так, потом ты что-то сказал Филу, после чего вы несколько минут играли в догоняшки! Фил ещё так забавно кричал! Я, правда, не совсем поняла, что именно, но наверняка что-то весёлое!

На этот моменте Конарик внутренне содрогнулся, припоминая кадры тех "догоняшек" и ругательства, которыми наградил его пегас.

— Ну, а после этого вечеринка подошла к концу. Вот и всё! — тем временем закончила Пинки свой рассказ.

— Погоди, а как я у тебя в кровати оказался?

— Просто ты вчера сказал, что тебе далеко идти до дома, и я решила приютить тебя на ночь!

Конарик с удивлением взглянул на Пинки, которая с абсолютной непосредственностью взялась за уничтожение очередного кондитерского изделия. Нет, он был рад тому, что всего лишь спал рядом с ней, и тем не менее, мозг его был весьма удивлён тем фактом, что некая пони проспала всю ночь с представителем противоположного пола в одной кровати и теперь столь спокойно к этому относится.

— Знаешь, я, пожалуй, пойду, — Конарик отставил кружку и встал на все копыта. — Благодарю за ночлег и завтрак.

— Всегда пожалуйста! Заглядывай почаще! — раздалось в спину бредущему к выходу жеребцу.

* * *

Отойдя подальше от «Сахарного уголка», Конарик, дабы отвлечься от неправильных мыслей, решил найти себе занятие на день. В итоге его выбор пал на посещение полуразрушенного замка в Вечносвободном лесу, ибо он был уверен, что это строение скрывает ещё не одну тайну.

Впрочем, трудности пути по лесной чащобе быстро вышибли из головы жеребца лишние мысли, оставив там только словарь нордского, и не только, мата. Поэтому выскочивших ему навстречу древесных волков в количестве трёх штук Довакин воспринял с радостью – для него это было прекрасной возможностью отвести на ком-то душу.

Пока он прикидывал, чем бы убойным в них запустить, двое волков стали обходить его с разных сторон.

— Хм, а вы поумнели с нашей предыдущей встречи, — вслух подметил Конарик.

Не дожидаясь, пока противники закончат манёвр, жеребец испепелил стоящего перед ним струёй пламени. Это послужило сигналом к атаке для двух других. Они бросились вперёд, надеясь ударом с двух противоположных сторон выгрызть себе победу. Но жертва оказалась куда умнее охотника.

— Wuld! — крикнул Довакин, и в следующий миг волки, не успевшие затормозить, столкнулись, буквально переломав друг друга на веточки.

— Это было просто, — объявил Конарик, и тут же, развернувшись к неприметным кустикам неподалёку, прокричал:

— Fus Ro Dah!

Крик выбил затаившегося до поры до времени вожака стаи, подбросив его в воздух и приложив об дерево.

— А этот будет покрупнее сородичей, — отметил Довакин, глядя на распластавшегося на земле противника. – Вожак? Скорее всего. Интересно… А можно ли тебя подчинить? Hah!

Вожак встал с земли, потряс головой и огляделся. Теперь он был полностью подчинён Конарику, не временно, но навсегда. Крик привёл к необратимым изменениям сознания. На что и рассчитывал жеребец.

— Сидеть, — приказал Конарик, и волк выполнил приказ. – Прекрасно. Рядом, — волк вмиг оказался подле хозяина. – А теперь настало время навестить местные руины. Интересно, чем они нас удивят.

## Эва головного мозга

Так, вот и она...

Душа болит и хочется арбуза.

Но виски, впрочем, тоже подойдёт.

Меня сегодня посетила муза,

А может шиза — кто их разберёт...

Мне, давно почивающему в тёплой постельке, снилось многое из того, что я покинул: родной город, университет, комната в общаге, друзья и знакомые. И котёнок, подобранный на улице три недели назад. Нда, жаль кошака, в запертой квартире долго он не протянет. Надеюсь, выберется как-нибудь.

Вскоре знакомые образы сменились чередой совершенно бессмысленных картин. Они пролетали сквозь мой разум на огромной скорости, сменяя друг друга. Но внезапно этот калейдоскоп замер, и в тот же миг я осознал, что сплю. Что вообще происходит?

— Кто ты, и почему столь необычны сны твои? — неожиданно прогремел чей-то голос, заставив меня вздрогнуть.

Оглянувшись, я нашёл его источник. Это оказалась синяя кобыла крылато-рогатого типа с... развевающейся звёздной гривой? Серьёзно? Блин, я тоже такую хочу!

— Ты не расслышал нашего вопроса? — вновь заговорила она своим громоподобным голосом.

— Прошу прощения, я увлёкся созерцанием вашей гривы, — честно ответил я. — Моё имя Фил. А вы кто будете?

— Мы есть принцесса Луна, диарх Эквестрии и повелительница сновидений!

— Не будете ли вы так любезны говорить потише? — поморщился я.

— Ты смеешь указывать нам?! — вот подобной реакции я точно не ожидал. Так, спокойно...

— Нет, ни в коем случае, ваше высочество. Это лишь просьба, не более того.

— Хм... — на секунду задумалась принцесса. — Хорошо, мы исполним твою просьбу.

Нда, и чего она так взбеленилась? Не понимаю, как можно было мои слова принять за указ.

Так, стоять, а ведь я о ней уже слышал. Вернее, читал, в газете. Она же та самая принцесса, что вернулась из тысячелетнего заточения на ночное светило... Да уж, скажи я такое раньше, меня бы сразу в психушку упекли. Ну да ладно, она там упомянула о власти над снами... Возможно, у меня проблемы. Если она разглядела что-нибудь не то, ждёт меня знакомство с пушистым северным зверьком.

— Скажите, а что такого странного вы нашли в моих снах? — осторожно поинтересовался я.

— В той гуще образов, что виделась тебе, мы разглядели удивительные вещи: величественные строения, блестящие на свету, и удивительные природные ландшафты. Знакомо тебе то, что мы описываем?

Отлично, можно выдыхать, ничего такого, от чего я не смог бы отмазаться.

— Не знаю, что это были за строения, а вот природные ландшафты, как я полагаю, из моих воспоминаний. В том, что они вам незнакомы, удивительного нет, я ведь прибыл издалека.

Должно прокатить. Это ведь даже не враньё, я реально не помню, что ещё за строения. Видать, один из тех городов, где я побывал.

— Мы полагаем, ты прав, — кивнула принцесса.

Вот и ладушки, можно расслабиться.

— Теперь мы покинем тебя, Фил. Спи спокойно.

— До встречи, — ответил я, глядя, как растворяется звёдногривая.

Повезло мне, однако, что она больше не увидела. Запросто мог ведь спалиться. Надеюсь, больше это местное ходячее сно-ФСБ меня вниманием не удостоит.

Впрочем, окунуться обратно в объятия беспорядочных сновидений мне, видать, было не суждено.

— Мы приветствуем тебя, дитя иного мира, — прозвучал в пустоте неведомый голос.

Несмотря на его тёплый и заботливый тон, я порядком струхнул. Неужели меня всё-таки раскрыли?

Внезапно неподалёку от меня появилась ещё одна пони. Несомненно, кобылка. Вот только выше меня раза в полтора. А выглядит ничего так – золотистая грива прекрасно сочетается со снежно-белой шёрсткой.

Заметив, что я её разглядываю, она слегка улыбнулась и расправила крылья. Три пары крыльев. Три, Карл! Что она вообще такое?!

— Не пугайся, дитя, я не причиню тебе зла, — по-своему интерпритировала она выражение моего лица. Или мордочки? Нет, пусть лучше будет лицо, так привычнее.

— Кто вы такая, и что вы здесь забыли? – спросил я. Прозвучало слегка невежливо, но мне не нравится, что мне не дают нормально поспать. Да и потом, страха она вообще не вызывает, к тому же обещала меня не трогать.

— Меня зовут Эва, дитя. Я здесь, чтобы попросить тебя об услуге. Да, и прошу, говори со мною на «ты».

— Хватит звать меня дитём, — с некоторым раздражением сказал я. – У меня, между прочим, имя есть – Фил. И, пожалуй, я переиначу прошлый вопрос: что ты такое?

— Всего лишь бесплотная и бессмертная сущность, что оберегает этот мир от зла, — мягко улыбнувшись, ответила Эва.

— Ладно, поверю на слово. Откуда ты знаешь, что я из другого мира?

— Заметить проникновение в этот мир двух новых существ для меня не представляет сложности.

— Понятно... А что за просьба?

— Тебе нужно будет принести мир и покой в душу того, кто прибыл в Эквестрию перед тобою. В ином случае он может стать источником многочисленных бедствий.

— Ты о Конарике?

— Мне неизвестно это имя, но полагаю, что именно его я имею в виду.

— Ты что, даже имени его не знаешь? Ты ж вроде местный бог, нет?

— Я не божество, отнюдь. Я вовсе не столь всесильна, пусть могущество моё и велико.

— Странная ты. Ну да ладно. Что ж, значит, я должен сделать Конарика пацифистом?

— Кем?

— Эм... Если кратко — мирным и добрым созданием.

— Да. Тебе необходимо научить его добру и дружбе.

— Ну и запросы у тебя, однако. Я уже успел кой-чего о нём разузнать, и со всей уверенностью заявляю – научить его, как ты сказала, «добру и дружбе» будет очень нелегко.

— Я понимаю. Но пойми и ты – то, о чём я прошу, очень важно. Нельзя допустить, чтобы зло, что заключено в его душе, навредило этому миру.

— А что, никого другого попросить об этом нельзя?

— Конечно же можно. Но мне хотелось бы, чтоб этим занялся именно ты. Ты знаешь о мире, откуда прибыл Конарик, и о его прошлом больше, чем кто-либо. Это неоценимое подспорье в такой ситуации

— Эх, ну вот почему на меня постоянно сваливаются всякие неприятности?

— Это был риторический вопрос?

— Да. Знаешь... А что насчёт помощи? Мне хоть кто-нибудь поможет?

— Не беспокойся, я лично буду помогать тебе в сём нелёгком деле. И, полагаю, твои слова означали согласие?

— Чувствую, я ещё пожалею об этом... Ну да ладно, я согласен. Довольна?

— Очень. А сейчас, боюсь, тебе пора просыпаться. Необходимо как можно скорее добраться к горе Глум.

— К какой, хрен те в… Короче, к какой ещё горе? Я, блин, не навигатор, чтоб все места знать!

— Не беспокойся, я укажу тебе путь. Проснись. И постарайся не кричать.

* * *

Сон слетел с меня в одно мгновение. Открыв глаза, я приподнял голову и оглядел погружённую в полумрак комнату. Странно... То, что я сейчас видел, сон?

"Верно, то был сон ", — вдруг раздался в моей голове голос. Не мой.

— Твою мать! — вскрикнул я от неожиданности.

"Не кричи, меня слышишь только ты".

— Эва? — уже шёпотом поинтересовался я. — Это ты?

"Да, я сейчас в твоей голове. И тебе не обязательно говорить вслух, думай, и я тебя услышу".

"Эй, я вроде как не давал согласия на то, чтобы у меня мысли читали!"

"Да, прошу меня простить, что не предупредила. Но, боюсь, это единственный способ, которым я могу тебе помочь".

"Эх... И что, теперь ты все мои мысли читаешь?"

"Нет, лишь поверхностный их слой".

"А попроще?"

"Я могу воспринимать информацию от твоих органов чувств, а также слышать то, что ты проговариваешь в своей голове, и видеть то, что ты воображаешь".

"Нда... Даже не знаю, злиться на тебя или же соболезновать..."

"О чём это ты?"

"Видишь ли, у меня весьма буйная фантазия".

"Оу... Что же, в своих мыслях можешь делать со мной всё, что захочешь".

— Чего?! — возопил я уже вслух.

"Что-то не так?" — ласково поинтересовалась Эва.

"Вот только тролля в голове мне и не хватало..."

"Уж не знаю, что такое "тролль", но звучит обидно".

"Ну извини, сама напросилась".

"Передо мной можешь не извиняться. Лучше проси прощения у неё".

"У кого?"

— Фил? Ты чего кричишь? — заглянула в комнату Лира, сонно потирая глаза.

* * *

Извинившись перед Лирой и Бон Бон и позавтракав, я, следуя указаниям одной надоедливой личности, направил свои копыта к горе.

"А почему ты не полетишь?" — прозвучал в голове вопрос.

"Мне моя жизнь дорога, знаешь ли", — слегка иронично сообщил я в ответ.

"Ты не умеешь летать?"

"Верно, кэп. В прошлой жизни, знаешь ли, крыльев у меня не было".

"Так почему же ты сразу не сказал? Я ведь могу вмиг тебя обучить!"

Едва отзвучало последнее слово, как мою голову пронзила вспышка боли, и я лишь чудом удержался на ногах.

"Ты чего делаешь?! Решила мозги мне сломать?!" — крикнул я, едва боль отступила. Хорошо хоть мысленно.

"Извини, я не ожидала, что будет настолько больно. По-видимому, твой разум с трудом воспринимает рефлексы, предназначенные для этого тела".

"В следующий раз, когда соберёшься копаться у меня в голове, изволь предупредить заранее, чтобы я тебя разубедил! И для чего мне нужны рефлексы?"

"Для полёта, разумеется. Теперь для тебя это занятие не составит труда".

"Я лучше пока по земле похожу. Не хочу рисковать".

"Хорошо, я не настаиваю. Сам позднее поймёшь, насколько удобнее летать".

Съязвить в ответ я не успел. Меня внезапно окликнули:

— Фил! Постой!

Остановившись, я повернулся к источнику голоса и увидел знакомую мне по вчерашней вечеринке кобылку, которая быстрым шагом приближалась ко мне.

— Эм... Твайлайт Спаркл, верно? — спросил я, когда она подошла. — Доброе утро.

— Верно, — ответила единорожка. — Доброе утро. Куда-то направляешься?

— Да, хотел на вон ту, — указал я копытом, — гору сходить. А что?

— Тогда нам с тобой по пути, — заявила мне Твайлайт. — Я тоже хотела бы заглянуть к Дове.

— Дове? — удивлённо переспросил я.

— Да. Дова, он дракон, живёт в пещере на вершине той горы. Ты разве не знал?

— Нет...

"Слушай, ты чего мне не сказала про дракона?"

"Разве? Ох, верно. Дракон — это твой знакомый, Конарик. Я не знаю, как, но он умеет изменять своё тело, превращаясь либо в дракона, либо в пони".

"И вот что тебе раньше мешало мне об этом сообщить?! Отправила меня, понимаешь, в логово дракона, и ни слова о том не сказала! Смерти моей хочешь?!"

"Успокойся, и так твоя собеседница на тебя странно поглядывает".

Приведя выражение лица к более-менее нейтральному, я сказал Твайлайт:

— Ладно, я не против компании. Вместе веселей.

— Прекрасно! Тогда поспешим, путь неблизкий.

"Эва, если меня там прикончат, мой призрак будет мучить тебя до скончания мира", — пообещал я.

"Буду только рада постоянному собеседнику. В конце концов, мне нечасто удаётся с кем-либо поговорить".

Хм, тяжело ей, наверное, вечность коротать, защищая мир от зла. Мне даже почти стало её жалко. Почти.

"Ладно, в последний раз прощаю, но в дальнейшем будь добра сообщать всю информацию сразу".

"Обязательно".

"Эх, не было печали, да словил шизофрению..."

* * *

Путь пролетел неожиданно быстро. Сказалось наличие компаньона в лице Твайлайт Спаркл. Она оказалась неплохим собеседником и настоящим кладезем информации, пусть её и заносило периодически в такие дебри, что я переставал понимать её речь.

Но пользу из нашего общения я извлёк немалую. Мне удалось повысить свой уровень знаний в таких областях, как география, история и политическая обстановка.

Какое-то время спустя мы уже стояли напротив входа в пещеру. Войдя внутрь, я поначалу вообще ничего не смог разглядеть, но затем в полумраке проступили очертания стен и потолка пещеры. А вот никого живого тут не оказалось.

— Мрачновато здесь, — оценил я обстановку, убедившись, что жилец, то бишь дракон, отсутствует. — Я бы даже сказал, пугающе.

— Полагаю, всё дело в солнечном свете. Сейчас светило расположено на небе так, что его свет почти не проникает в пещеру.

— Наверное, ты права. И всё же я с трудом представляю, как здесь может кто-то жить, — поёжившись, ответил я. — Может, пойдём отсюда?

— Да, пожалуй, лучше будет прийти сюда вечером.

Выход обратно на свежий воздух я воспринял с радостью. Всё же в пещере мне было неуютно. Немного понежившись под яркими лучами светила, я встряхнулся, выслушал мысленный комментарий от недовольной положением дел Эвы и вместе с Твайлайт отправился в обратный путь.

— Скажи, а зачем тебе вообще понадобилось сюда идти? — полюбопытствовал я, когда мы уже приближались к подножию.

— Просто Дова недавно обещал позаниматься со Спайком, обучить его всему, что необходимо знать и уметь дракону.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея.

— Спайк сказал примерно то же.

Дальше разговор пошёл о драконах. Как я понял, пони мало известно об этих существах, и Твайлайт весьма заинтересована в Дове как в источнике знаний.

— Знаешь, меня не оставляет ощущение, что имя "Дова" имеет какое-то значение, — в один момент заявила Спаркл.

— Ну да, оно означает "дракон", — на автомате сказал я.

— Постой, так ты знаешь их язык?! — воскликнула кобылка. Да, сколько раз я уже говорил себе, язык мой — враг мой. Умудрился же сболтнуть...

— На самом деле нет, Твайлайт, я с ним почти не знаком, — постарался я выправить положение. — Знаю лишь несколько слов, и этим мои знания и ограничиваются.

— Да? Жаль, — погрустнела единорожка. — Но ты расскажешь мне о тех словах, что знаешь?

— Эх... Ладно, расскажу.

Пришлось мне раскрыть перед любопытной исследовательницей значение нескольких слов. Знал я крайне мало, всё же никогда всерьёз этим не увлекался, но и того, что я вспомнил, хватило для приведение Твайлайт в состояние восторга.

Закончив, я уж подумал было, что смогу немного пройтись в тишине... Ага, вот только спутница моя явно не собиралась давать мне такой возможности.

— А что означает твоя кьютимарка? — внезапно спросила она.

— Моя что? — задал я встречный вопрос, уже даже не удивившись тому, что мой мозг перевёл это на английский. Странная у моего подсознания логика.

— Метка у тебя на крупе, которая указывает на твой талант, — пояснила Твайлайт. — Что она означает?

Я призадумался. Значение рисунка я знаю, но вот рассказывать об этом... Стоит ли? Если всё так, как сказала единорожка, и эта... метка действительно связана с талантом, то лучше мне лишний раз не болтать о ней.

— Прости, но я и сам точно не знаю. Она просто есть, и всё тут.

— А как ты её получил? Что ты делал в тот момент?

— Да ничего особенного. Она у меня просто появилась, и всё, — и что важно, ни слова не соврал ведь!

— Тогда я поищу сведения об этом рисунке в книгах. Если что найду, обязательно сообщу тебе.

Мне оставалось лишь кивнуть. А путешествие меж тем подошло к концу.

— А где все? — удивился я, идя по пустынной улице. Меня это слегка пугает. Просто я помню несколько фильмов ужасов, которые начинались примерно так же.

— Не знаю. Может, все сейчас сидят дома? — предположила Твайлайт.

— Может быть, — ответил я, осторожно продвигаясь вперёд по улице, готовый в любой момент сорваться с места в галоп. — На сегодня, случаем, ничего особого не намечалось?

— Эм... — задумалась единорожка. — Нет, не припомню ничего такого.

— Твайлайт! Фил! — внезапно разносится по улице громким шёпотом, оглянувшись на который, я лицезрею Пинки Пай, выглядывающую из дверей местной кондитерской. — Скорее сюда! Быстрей, пока она вас не поймала!

* * *

Я просто в шоке. Нет, я согласен с Твайлайт, что не стоит делать поспешных выводов в отношении некой Зекоры, которая сейчас разгуливает по городку. Да, я поддерживаю предложение о попытке диалога. Но почему я-то сразу крайний?!

"Успокойся, не думаю, что она представляет опасность", — послышался голос Эвы в моей голове.

"Да понимаю я это, — отвечаю ей. — Просто возмущён, что меня так нагло поставили ответственным. Короче, уже неважно".

— Кхм... День добрый! — окликаю я зебру. — Вам что-нибудь нужно?

— О, приветствую, друг мой. Есть здесь ещё ли кто живой?

Опа. Стихами разговаривает. Вот зебру-рэпера я точно не ожидал встретить.

"Что значит «рэпера»?"

"Потом объясню. А сейчас не мешай, мне нужно сосредоточиться".

— Живые все от вас сбежали, вы их серьёзно напугали, — отвечаю в тон Зекоре.

Та, судя по виду, немало удивилась, но всё же продолжила:

— Тогда прошу тебя, друг мой, ты их, пожалуйста, успокой. Не собиралась никогда я пони причинять вреда.

— Конечно, коли дело так. Я верю, что вы нам на не враг. Не отходите никуда, я позову других сюда. И да, простите, я забыл — меня вы можете звать Фил.

После этих слов я развернулся и пошёл по направлению к кондитерской, оставляя зебру раздумывать над моими последними словами.

"И ты ещё меня называл троллем..."