# На Краю

Индре Раум

За каждую свою исполненную мечту мы платим. Не важно чем: деньгами, усилиями, работой. Судьба с нас всё-равно что-нибудь сдерёт. И иногда лучше дать ей аванс, вкусив лишь малую долю желаемого, чем полной ценой забивать себе гвозди в гроб...

Попытка написать что-либо после предыдущего рассказа "Сквозь Время"

## На Краю

Однажды мой хороший друг сказал мне: для того, чтобы достичь своей мечты, тебе сначала нужно помочь сделать то же самое другим. И он был чертовски прав.

Изумрудная трава под ночным небом была лучшим подарком для того, чьи глаза устали от грязных улиц и яркого, голубого неба. Знал ли об этом тот, кто создал эту красоту или нет — мне было всё равно. Единственное, о чём я думал, так это о том, что было бы прекрасно остаться жить прямо здесь. Построить домик на одном из этих холмов и посадить рядом небольшой сад из яблонь или груш.

Белоснежная луна уже достигла середины своего обычного пути и освещала землю своим таинственным, серебристым светом. Далеко впереди едва виднелся маленький городок на фоне тёмной полосы огромного леса, а рядом с ним, у подножья холма выжидающе сверкала зеркальная поверхность небольшого озера. Слабый ветерок приятно веял летней прохладой.

— Мы рады видеть тебя снова, человек.

Я обернулся и на краткую долю секунды задался вопросом о том, как бы выглядела обладательница этого глубокого, женского голоса будь она людской девушкой.

— И я рад видеть вас, Луна.

Было ли это правдой или был ответ лишь частью этикета — так и осталось тайной. Я не был против того, чтобы увидеть кого-нибудь из жителей этого дивного мира, но и не искал сейчас общения с кем-либо. Хотелось просто побыть в тишине и прилечь где-нибудь у подножья холма, чтобы смотреть на звёзды или наблюдать за тем, как прекрасный пейзаж постепенно меняет краски, становясь под крыло прекрасного рассвета, которые я иногда застигал во время своих прошлых визитов сюда.

— О чём печаль свою завёл, наш частый гость?

Я был бы рад, оставь она меня сейчас в заветном одиночестве. В последнее время спокойная жизнь постепенно наполняется стрессом и проблемами. И я не хотел бы нести их длинный хвост ещё и сюда. Здесь я хотел отдыхать, а не думать над тем, чего мне не удастся избежать.

— О том, хорошо ли жить так, как живём мы.

Она посмотрела на меня, словно бы поймала в бессмысленной нити разговора нечто интересное. Нечто, что ей одной было бы понятно.

— Продолжай.

Сказать сейчас неправду и прервать зарождающуюся беседу было бы тем самым поступком, о котором я потом бы сожалел. Когда живёшь, избегая ошибок, учишься невольно думать на несколько шагов вперёд. Впрочем, будут ли правильны рассчитанные шаги можно узнать лишь одним способом. И этот способ — идти дальше.

— Мне всё никак покоя не даёт одна простая мысль… Её сказал когда-то мой хороший друг.

Я присел на траву и расстегнул гавайскую рубаху. Сразу же стало холодно, но я жаждал этого. Холод был сейчас тем, что мне было необходимо.

— Она звучит так: для того, чтобы достичь своей мечты, тебе сначала нужно помочь сделать то же самое другим. И вот я задумался: а помог ли я хоть раз кому-то за всю свою жизнь обрести своё заветное желание?

Луна осталась стоять рядом и, кажется, тоже о чём-то задумалась. Это было мне только на руку. Тишина была сейчас лучшим сопровождающим оркестром для моих мыслей.

— И к какому результату привели тебя твои думы?

Прежде чем ответить, я ещё раз задался вопросом над тем, стоит ли такое говорить. Но в конце-концов есть тот самый способ, который выявляет ложные шаги. И я надеюсь на то, что произнося следующее ожидать нечто негативное со стороны Принцессы в недалёком будущем я не буду.

— Только одному, Луна. Я помог обрести заветное желание только одному человеку из всех, которых знаю. И именно моя помощь сейчас ведёт его в могилу.

Мне не зачем было ожидать ответа, не зачем было продолжать диалог. Я сказал это так, словно бы забил последний гвоздь в гроб того, чью мечту я смог осуществить. И в некотором смысле оно было именно так.

— И кто же этот человек? Счастлив ли он не смотря на то, что желаемое ведёт его на встречу со смертью?

Я посмотрел на неё. Хотел выловить момент, чтобы заглянуть в её огромные, бирюзовые глаза и сказать всё то, что уже неделями грызёт мой разум, не давая разбираться с проблемами там, где мне это необходимо прежде всего. Но что-то вовремя заставило меня одуматься. Я уже сделал один шаг, теперь наступил черёд второго.

— Да, он счастлив и рад тому, что его мечта отныне у него в руках. Но вот надолго ли? Покойнику желанья не нужны, а именно таковым он вскоре станет. И этот человек, Луна, это я.

Я лёг на траву и закинув руки за голову стал смотреть на ночное небо. Звёзды плавно мерцали и успокаивали вновь взъерошенный улей из тех дум, которых бы мне хотелось избежать. Я здесь для того, чтобы отдыхать, а не для того, чтобы заботиться о том, что ждёт меня дома.

— Поясни.

Она смотрела меня сверху вниз и взором своим словно заставляла говорить. В такие моменты я обычно пытаюсь отвести взгляд несмотря ни на что, но в этот раз что-то вновь удержало меня.

— Я шёл к своим мечтам тропой, пересекающей дороги других. И я прошёл свой путь до цели, ни разу не оборачиваясь для того, чтобы посмотреть смогли ли остальные переступить через мой след на их путях? И сейчас я думаю о том, правду ли мне сказал мой друг про то, что нужно помогать другим пройти заветный путь? Или можно обрести заветное чуть более простым и лёгким способом?

В небе на крошечную долю секунды появилась новая, падающая звезда. Она исчезла почти сразу после своего рождения, но не смотря на это я успел загадать уже ставшее для меня привычным, желание. Пусть проблемы и беды исчезнут, оставив после себя не более чем поучительные воспоминания. Уроки должны прощаться и со временем забываться, откладывая в сознании след из крошечной толики опыта. Но судьба обучает иначе.

— Мы думаем, что друг твой был отчасти прав. Помогая остальным перейти их тропу ты так же и медленно приближаешься к своему счастью. Но обязательно ли так поступать? — ответ на этот вопрос так же прост, как и сама мысль — нет.

Оставшееся время мы провели с ней, разговаривая на великое множество тем. Я рассказывал ей про свою жизнь, свои увлечения, в то время как она, не оставаясь в долгу повествовала о своём любимом деле и о том, чтобы она сделал, появись она однажды в нашем мире. Мне уже не было смысла прятать что-либо или обходить. Луна делала это за меня.

Постепенно небо посветлело, отпустив небольшой, белый спутник идти дальше, за горизонт. Солнце ещё не думало подниматься, но уже дарило этому краю свой свет, позволяя в полной мере рассмотреть представшие передо мной ночью, изумрудные поля. Такие же великолепные, какие они были и под мягким покрывалом ночи. Для прекрасного нет плохих красок.

* * *

Вновь вернувшись в ставший для меня любимым, край, я огляделся. Пейзаж почти никак не изменился, лишь ветер в этот раз весело резвился на полях, притоптывая призрачными ногами свежую траву и ведя свой долгий танец под песни, которые напевал себе сам. В этот раз я ожидал того, что увижу здесь ту, что избавила меня от ложных мыслей. И мои ожидания не оказались напрасными, вскоре с неба ко мне спустилась Принцесса. Этой ночью она была в моих глазах как милый ангел, который дарит каждому свою заботу и опеку.

— И всё же, человек, нам интересно знать, что выбрал ты? К чему склонил своё последнее решение?

Это было так забавно и так просто, что я постарался не медлить со своим ответом. Именно этот вопрос я ожидал услышать от неё, как только окажусь здесь.

— Я решил оставить всё как есть. Нет смысла оглядываться назад. Те, чьи тропы я переступил уже либо перешли мой след, либо пошли другим путём. И, что сказать, я рад этому. Возможно судьба подарила мне быструю дорогу к мечте, только лишь для того, чтобы я стал чьим-то препятствием.

Далеко над горизонтом я смог разглядеть несколько тёмных туч. Они нависли над лесом, но постепенно ветер гнал их на небольшой город. Вскоре в небе промелькнула радужная полоса и воздушные гиганты распались на маленькие облака, а затем и вовсе растворились под бледным освещением луны.

— Мы бы хотели теперь узнать о том, что за желание вело тебя сквозь жизнь. Что послужило путеводным маяком?

В прошлый наш разговор я обещал Принцессе рассказать о том, что является моей заветной мечтой. И мне безумно приятно от того, что я могу сейчас открыть завесу тайны для других.

— Моя заветная мечта такая же простая, как и мысль о ней. Я хочу жить в раю, которым для меня стал этот мир. И я надеюсь на то, что мой последний поступок станет золотым ключом от его врат.

Редко когда можно было видеть меня на фотографиях, где бы я улыбался. Но в этот раз всё было иначе. Я вытащил из кармана шорт снимок, который сделал мой знакомый фотограф и протянул его Луне. На фотографии я стоял посреди улицы в окружении смуглых и загоревших детей. Они так же улыбались, смотря в объектив камеры и приветственно махали руками.

— Кто это рядом с тобой и почему у тебя забинтованы руки?

Держа снимок при помощи телекинеза, она стояла рядом со мной и внимательно всматривалась в детали, стараясь через этот клочок бумаги увидеть мой мир.

— Это дети из приюта в моём родном городе. Сегодня я устроил им небольшой праздник и провёл несколько лекций про последствия вредных привычек.

Я вновь расстегнул рубаху, надеясь на то, что ветер внемля моим молчаливым просьбам вновь успокоит меня в своих прохладных объятиях.

— А что же с руками? Или мы можем видеть, что это такой стиль одежды?

Луна кивнула на мои руки, открытые для лунного света и её взора. В голове пронеслось несколько мыслей о том, стоит ли говорить правду, но все они померкли как с неба вновь упала одинокая звезда. Я загадал, чтобы то, что я скажу — не разрушило тот мостик доверия, который был построен за долгие беседы на этой поляне.

— Это последствия вредных привычек, Луна. Я не хотел пугать детей и попросил врача забинтовать мне руки перед уходом из больницы.

Я улыбнулся, смотря на то, как она недоверчиво пытается сравнить меня с фотографии и меня настоящего. Где-то в голове снова проснулось то самое чувство, которое заставляет стать тем, кто расскажет обо всём и покажет всё, что так интересует юный чад. Я вытащил из шорт вторую фотографию, которую носил всегда с собой.

— Смотри.

В этот раз я лежал на белой больничной кровати. Я смеялся и смотрел в лицо тому, человеку, что делал снимок. В своих худых, покрасневших и пожелтевших руках я держал дымящую кубинскую сигару, а на моих, прикрытых одеялом, ногах, лежало большое сампоньо, которое я был не в состоянии удержать.

Краем глаза я заметил, как Принцесса сморщилась, увидев фотографию. Затем она непонимающе уставилась на меня, в ответ на что я просто закинул руки за голову и вновь улёгся на изумрудную траву.

— Знаешь, я ведь перешёл дороги многих. Нет смысла возвращаться и просить прощения. Поэтому я решил построить новые тропы для тех, с кем жизненный путь меня больше никогда не столкнёт.

Фотографии, объятые голубым облаком магии подлетели ко мне и легли на грудь. Я вопросительно посмотрел на Луну.

— Ты поступил благородно, человек. Мы одобряем твоё решение. Но что за поступок должен был стать твоим золотым ключом от врат нашего мира?

Я ничего не ответил. Лишь улыбнулся, смотря на далёкие, мерцающие звёзды. Она могла понять то, что я сделал, но она не смогла бы этого принять. Мы слишком разные, мы не похожи друг на друга, но то, что манит нас обоих, что нас объединяет — обязательно найдётся. Я хотел верить в то, что закрыв глаза здесь, я больше никогда не открою их там, откуда принёс эти фотографии. Быть может, она меня когда-нибудь поймёт. Пусть проблемы и беды исчезнут, оставив меня наедине с тем миром, где я бы хотел прожить свою жизнь...

## Эпилог

Тело нашли вечером следующего дня в его собственном, небольшом домике на самом краю Эль-Альто. Он сидел в порванном местами и прогнившем, бежевом кресле; на нём была одета старая, красная гавайская рубаха и бежевые шорты. Врачи констатировали передозировку и последовавшую за ней, смерть. Вот так просто пришло ему решение всех мирских проблем. Он сбежал от них, вбив в свою дорогу камень, отмеряющий пройденный им путь. И ныне, копая небольшой садик у себя во дворе или сидя дома перед камином, он втайне ото всех новых знакомых надеется, что тот камень на его тропе станет напоминанием о том, что сдаваться нельзя, тем, кому он решил подарить свои последние часы на земле.

Сампоньо(более известна так же, как “Флейта Пана”) — класс деревянных духовых инструментов, многоствольная флейта, состоящая из нескольких (2 и больше) пустотелых трубок различной длины. Нижние торцы трубок закрыты, верхние — открыты.