# О важности полового воспитания

Veon

В наши дни пони начинают тыкаться мордочками уже в самом юном возрасте. Найдите время, чтобы поговорить с вашими жеребятами об опасности незащищённого щекотания пузика.

Автор: GaPJaxie

Перевод: Веон

Вычитка: Айвендил, GaPAoT, Applepear

Оригинал: http://www.fimfiction.net/story/96436/regarding-the-need-for-sex-education

## Глава первая и единственная, в которой Твайлайт совершает удивительное открытие

[Изображение: https://darkpony.space/img/stories/twilights-pregnant.png]

Автор картинки — zutheskunk

"Динь-дилинь-дилинь," — зазвенел колокольчик над дверью Бутика "Карусель". Это был очень хороший звон, чистый и энергичный, делавший весь бутик чуточку приветливей. Разумеется, Бутик "Карусель" всегда выглядел по утрам приветливо: чистый и светлый, изысканный, но не церемонный, прекрасный и радушный, озарённый первыми лучами солнца.

— Привет! — донёсся из глубины бутика чёткий голос Рарити и затерялся эхом среди богатых пурпурных драпировок и блестящих зеркал.

— Простите, но мы ещё не открыты, — продолжила она дружелюбным, но настойчивым тоном.

Стук копыт по деревянному полу послышался затем из холла — сначала далёкий, но потом всё ближе и ближе. Вскоре Рарити возникла из коридора, ведущего в дальние комнаты бутика, в сопровождении недоеденного тоста, плывущего с одной стороны, и чашки чая — с другой.

— Если вас не затруднит прийти минут на двадцать позже, то я... о! Твайлайт! — воскликнула она, склоняя голову набок. — Что привело тебя сюда в такую рань?

— Эм... привет, Рарити, — пробормотала Твайлайт, столь тихо, что Рарити пришлось напрячь уши. За последние несколько недель недавно коронованная Принцесса Понивильская научилась быть сильной перед лицом толпы, научилась, как быть знаменитой, как быть смелой и дерзкой, но сейчас все следы этих уроков бесследно исчезли. Глаза её были прикованы к полу, одна передняя нога нервно тёрлась о другую. Ушки аликорницы были прижаты к голове, а крылья безвольно висели, не прилегая к бокам.

— У тебя будет минутка? Мне нужно с кем-нибудь поговорить.

— Конечно, Твайлайт! Ты же знаешь, у меня всегда найдётся для тебя время, — немедля заверила её Рарити, преодолев разделявшее их расстояние в три лёгких скачка. — Ах, бедняжка, на тебе лица нет. Ты вообще спала ли сегодня ночью?

Твайлайт кивнула, хотя и довольно вяло.

— Это касается твоей вчерашней поездки в Кантерлот? Что-то случилось?

И снова Твайлайт кивнула.

— Ах, Твайлайт, — протянула Рарити, вздыхая и качая головой, но затем вновь нашла в себе для подруги улыбку, когда со вздохом было покончено. — Всё будет хорошо. Мы все знаем, что твоё вступление в титул потребует от всех нас определённых аккомодаций. Идём же! Я налью тебе чаю, и ты расскажешь мне всё, что тебя гложет. Как тебе такой вариант?

— Мне кажется, я беременна.

Несколько секунд никто из них не издавал ни звука. Твайлайт медленно подняла взгляд от пола и поглядела на Рарити. Другая пони смотрела на неё с широко раскрытым ртом, её лицо стало похоже на бледную маску.

Затем чашка ударилась об пол и громко разбилась, заставив Твайлайт вновь опустить взгляд к собственным копытам.

— Твайлайт, я... — начала Рарити, но замялась, подбирая слова. — Я и не знала, что ты с кем-то встречаешься.

— Мы хотели сохранить это в тайне, понимаешь? Только между нами. Мы не хотели, чтобы кто-то судачил о нас, — произнесла Твайлайт. С каждым словом горло лиловой пони всё больше сжималось, и её голос начал дрожать. — Я думала, что всё будет в порядке! Мы ничего такого не делали. То есть, мы целовались, лежали вместе в обнимку, но я сказала, что не хочу торопиться, и это нас устраивало. Мы не делали ничего, к чему бы я не была готова. Но после коронации мне было так радостно, и мы встретились наедине, и всё казалось таким правильным, и мы начали целоваться, и я не хотела останавливаться, и осталась потом на всю ночь, и наши встречи после этого повторялись... — Твайлайт сделала глубокий, трепетный вздох. Всё её тело напряглось, как будто она силилась сжаться в тугой маленький шарик. — А сегодня утром меня вырвало!

— Окей, — сказала Рарити. Потом, немного подумав, добавила ещё один "окей" для верности, прежде чем сделать глубокий вдох.

Это, однако, была вся передышка, которую белая пони решилась себе позволить, и когда она сделала выдох, её лицо уже выражало только сочувствие, решительность и поддержку. Она подошла к Твайлайт сбоку и положила копыто ей на холку.

— Ничего страшного, Твайлайт. Всё будет хорошо, — сказала она, наблюдая, как глаза Твайлйт начинают влажно блестеть. — Не ты первая кобылка в истории, которая устроила себе сюрприз, не ты и последняя, но у тебя есть друзья и семья, которые помогут тебе преодолеть все невзгоды. А иногда... иногда это даже оборачивается к лучшему, — произнесла Рарити и улыбнулась, хотя улыбка и вышла несколько натянутой. — Я стала сюрпризом для своих родителей, и они говорят, что не знали большего счастья.

— Я-я знаю, Рарити, — прошептала Твайлайт. — Но, я... я не готова. — Она всхлипнула, пытаясь удержать слёзы. — Как я теперь ей скажу?

— Ей? — переспросила Рарити, наклоняя шею в сторону, чтобы поймать отведённый взгляд подруги.

— Принцессе Селестии, — пискнула Твайлайт скрипом заржавевшей дверной петли, а затем зажмурила глаза, из которых тут же потекли слёзы.

— О, Твайлайт, — вздохнула Рарити, левитируя с другого конца комнаты отрезок ткани, чтобы вытереть подруге слёзы. — Неужели ты правда считаешь, что кто-то из нас станет осуждать тебя, а тем более она? Принцесса Селестия всё поймёт. Она знает тебя, и ты едва ли первый член королевской семьи, которому посчастливилось забеременеть вне брака.

— Н-нет, Рарити. Ты не поняла, — сказала Твайлайт, издав лёгкий всхлип, прежде чем продолжить. — Мы с Принцессой Селестией... встречаемся уже много лет. А теперь я понесла от неё жеребёнка!

Рарити пришлось поразмыслить секунду над услышанным.

— Чего?

— Я даже не знаю, что это значит! — сказала Твайлайт, оперевшись на подругу. — Будет ли он единорогом? Или аликорном? Станет ли он бессмертным? Суждено ли мне пережить собственных детей? — вопрошала она, глядя на Рарити в ожидании какой-нибудь поддержки, и выглядела она столь ослабевшей, что казалось, будто малейший ветерок может унести её прочь. — Будет ли Принцесса Селестия ожидать, что я женюсь на ней? На веки вечные? Я люблю её, да, но выбирать пони, чтобы провести рядом с ней всю свою жизнь, чтобы завести семью... Я не знаю, что мне делать, Рарити!

Она замолчала, крепко прижавшись к подруге, опираясь на неё, словно без этого она не смогла бы даже стоять.

— Давай вернёмся к той части, где ты решила, что беременна от Принцессы Селестии.

— А мои родители! Я должна была им сказать. Я могла им всё рассказать! — голос Твайлайт сорвался, и она зарылась лицом Рарити в плечо. — Я могла им сказать. Я могла сказать им, что мы встречаемся, показать им, как она мила, как сильно мы друг друга любим. — На секунду её голос опустился до шёпота, но затем снова буквально взвыл: — Но теперь первое, что они об этом услышат, это что их дочь залетела, и подумают, что Принцесса пользуется мной, и будут стыдиться говорить о своём внуке!

— Твайлайт, меня не покидает ощущение, что мы с тобой пропустили какой-то важный этап.

— Я ещё только начала привыкать к жизни принцессы, а теперь вся моя старая жизнь кончена, и я... — Твайлайт хотела продолжить, но Рарити твёрдо подняла копыто и приложила его к её губам, заставляя аликорницу замолчать.

— Твайлайт, я такая же любительница хорошей драмы, как и любая другая пони, — сказала она строгим тоном, — но раз это твоя жизнь, а не мыльная опера, можно мы остановимся на минутку и проясним, нет ли здесь какого-то комического недопонимания?

— П-п... — Твайлайт снова всхлипнула, но кивнула. — Пожалуй.

— Ты говоришь мне, что вы с Принцессой Селестией тайно встречались долгие годы, что вы скрепили вашу любовь делом, и что теперь ты обеспокоена, что можешь быть беременна от неё жеребёнком. Ты именно это пытаешься мне сказать? — спросила Рарити резкими, отрывистыми фразами. В ответ Твайлайт кивнула. — Хорошо. Твайлайт, мне неприятно спрашивать об этом. И я не приукрашиваю. Мне правда очень не хочется это говорить. Но просто чтобы убедиться, чтобы всё было предельно ясно: Эквестрией управляет Принцесса Селестия, а не какой-нибудь, скажем, гендерно-неопределившийся Принц?

— Фу-у! Рарити, нет! Как ты могла подумать такое!? — вскричала Твайлайт, резко отпрянув. — Меня вообще не привлекают жеребцы! А две кобылки могут любить друг друга не меньше, чем любая другая пара!

— Твайлайт, я... я вовсе не сомневаюсь в твоей романтической самоотверженности. — Рарити попыталась успокоить подругу, примирительно подняв копыто. — Проcто дело в том, что... механика, которая тут задействована... В общем, я просто не вижу, как подобного рода отношения могли привести...

— Механика? Подобного рода? — Твайлайт отшатнулась ещё больше, расправив крылья. — Только потому, что мы обе девочки, это не значит, что мы не можем... быть близки в этом смысле. И это делает нашу любовь ничуть не менее значимой и... я была о тебе лучшего мнения, Рарити!

Твайлайт развернулась и твёрдо поцокала к двери, на ходу тряхнув головой, чтобы отогнать слёзы.

— Я иду к Флаттершай.

— Твайлайт, стой! — крикнула белая пони, но Принцесса Понивильская уже расправила крылья и была такова.

* * *

— Я знаю, что ещё ничего наверняка неизвестно, но все признаки налицо! Боль в спине, усталость, странные аппетиты, рвота с утра, наконец, — бормотала Твайлайт, сидя на диване рядом с Флаттершай. — Мне кажется, я... я как бы начинаю примиряться с этим. Этим утром я была в таком шоке. Я просто не знала, что мне делать. Но теперь... надо сказать родителям. Принцессе. Решить, что делать дальше.

— Ну, эм, да, — тихо согласилась Флаттершай. Крылья пегасочки невольно встрепенулись, а хвост метался из стороны в сторону. Она сидела опустив голову, но её глаза всё время смотрели прямо на Твайлайт. — Но, эм... просто чтобы убедиться... когда ты говоришь про усталость...

— Всё время. Не знаю, как я раньше этого не замечала! Утром, вечером, после лётных тренировок с Рэйнбоу Дэш...

— Ну да, ну да, а аппетиты? Ты уверена, что это не что-то другое? — спросила Флаттершай, выглядывая одним глазом из-за гривы.

— Ни в коем случае. Они слишком странные, — ответила Твайлайт, уверенно покачав головой. — Вот, например, вчера я проснулась среди ночи, пошла вниз и съела один из Спайковых сендвичей с сеном, маргаритками, арахисом, самоцветами и тунцом!

— Ну вот, видишь, — сказала жёлтая пони, положив копыто подруге на плечо. — Ты травоядная, а в том сендвиче было и мясо, и эм... камни. Так что в расстройстве желудка на следующее утро нет ничего удивительного.

— Оу, — Твайлайт повесила голову. — Ты уверена?

— Я видела много беременных животных, Твайлайт. Я вполне уверена, — заверила подругу пегасочка и ободряюще улыбнулась. — Ну, серьёзно... боль в спине? — она опять немного улыбнулась, легонько пихнув Твайлайт в бок.

— Значит, всё, — прошептала Твайлайт и тихо всхлипнула. — У меня будет жеребёнок.

Флаттершай задумалась на короткое время.

— Твайлайт, эм... ты самая образованная пони, что я знаю, — сказала она наконец и тут же добавила: — То есть, умная. Ты очень умная. Так что мне немного неловко задавать тебе этот вопрос, но, эм... — Она с секунду поводила копытцем по обивке дивана, набираясь смелости, чтобы заговорить. — Ты ведь знаешь, как именно кобылки становятся беременными, так?

— Ну, да, — ответила Твайлайт, поднимая взгляд. — Когда две пони очень сильно любят друг друга в романтическом смысле, они уединяются и... ну, знаешь. — Твайлайт тихонько цокнула передними копытами одно об другое.

— А. Ну да... — произнесла Флаттершай, заливаясь краской. Глаза пегасочки заметались, перескакивая с копыт Твайлайт на пол и обратно. — И... вы с Принцессой?

Твайлайт поцокала копытами быстро и громко, устроив маленькие овации.

— Хорошо, я поняла! — выпалила Флаттершай, уткнувшись глазами в пол. Неяркий румянец на её щеках стал пылающе красным, а крылья плотно прижались к бокам. Даже когда Твайлайт перестала цокать, взгляд пегасочки оставался прикован к полу. — То есть, я не спрашивала, занимались ли вы вдвоём... эм. — Её голос упал до шёпота. — То есть, я, конечно, это и спрашивала. Но... то есть, я не спрашивала, насколько рьяно вы вдвоём... — на этом Флаттершай совсем умолкла.

Спустя секунду из её горла вырвался невнятный писк.

— П... прости меня, — пробормотала Твайлайт, соскальзывая с дивана и направляясь к двери. — Я вовсе не хотела тебя смущать. Я уже узнала, что Рарити... не очень терпима к такого рода вещам. Пожалуй, мне будет лучше...

— Нет, Твайлайт, стой, — всполошилась пегасочка, хватаясь за подругу и увлекая её обратно к дивану. — Я вовсе не пыталась... То есть, это немного неловко, но дело в том, что то, как вы двое... испытывали близость... не могло привести к зачатию жеребёнка.

— Нет, Флаттершай. Я тоже так думала, но потом решила перепроверить. — Твайлайт устало вздохнула. — Оказывается, пудинг вообще не обладает противозачаточными свойствами.

* * *

— ...А потом она посмотрела на меня так, будто я какая-то извращенка! — всхлипывала Твайлайт, сидя рядом с Рэйнбоу Дэш на одном из множества облачков, плавающих над Понивилем. — Я просто хочу, чтобы кто-нибудь мне помог, но все мои друзья постоянно отворачиваются от меня. — Твайлайт остановилась на секунду и тряхнула головой, пытаясь прийти в чувство. — Нет, ну это же ведь абсолютно нормально, правда?

— А, да, — быстро согласилась Рэйнбоу. — Моим кобылкам всегда нравился пудинг. И у меня их было много, и все красивые и сексапильные, и офигенские в постели. Так что я, пожалуй, довольно репрезентативный пример. Единственная проблема — как потом всё это убирать. Вот почему я сейчас одна — меньше возни.

— О, Рэйнбоу Дэш. — Твайлайт вздохнула, качая головой. — Я не знаю, что делать. Ты... ты раньше была с другими пони. Ты ведь, наверное, задумывалась о риске, что может получиться жеребёнок, верно?

— О да! У меня были тонны пони! Ну, эти, кобылки, жеребцы. Я, в сущности, разноцветная любовная машина, — гордо заявила Рэйнбоу. — Только, эм... это. Я не была ни в кого из них прямо уж влюблена.

— Пожалуй, так всё было бы проще, — прошептала Твайлайт и приглушённо хныкнула, уткнувшись мордочкой в копыта. — Я чувствую себя такой дурой. Я же ведь знала, что жеребята появляются у пони, которые очень любят друг друга. Я же знала, что люблю Принцессу. Всё просто так быстро закрутилось. Когда мы ещё только начали, я понимала, что это плохая идея, но всё казалось таким чудесным, и все последующие недели... это было просто волшебно, я и подумать не могла, что всё так обернётся.

— Ну... да, такое случается, — согласилась Дэш. — Ну, в смысле, когда ты в настроении, да? С инстинктами ведь не поспоришь.

— Ну да, — пробормотала Твайлайт, прислонившись к подруге. — Прости, Дэш. После того, как Рарити и Флаттершай так отреагировали, приятно найти подругу, с которой можно об этом поговорить.

— Ну да, я же не буду смущаться или типа того, — согласилась Рэйнбоу Дэш, хлопнув крыльями. — Это для меня уже старая шляпа, так что... ты это, не стесняйся, сбрось камень с души.

— Я просто не могу поверить, что всего одна минутная слабость так радикально перевернёт мою жизнь, — продолжила Твайлайт и на секунду умолкла, озирая лежащий под ними ландшафт. — Это случилось сразу же после торжеств. Я оставила вас всех на вечеринке. Принцесса Селестия закончила с приёмом наверху, но я нигде не могла её найти и решила, что она вернулась в свой кабинет. Такие события бывают немного утомительны для неё. Она любит иногда уединиться ненадолго, чтобы перевести дух. — Твайлайт вела свой рассказ тихим задумчивым тоном, время от времени рассеянно играя с клочком облака.

— Она была там, когда я пришла, в точности такая, как я себе представляла. Она ничего не сказала. Ей было не нужно... она уже сказала мне, как гордится мной, тысячу раз за тот день, и каждый раз на публике. — Глаза Твайлайт посмотрели вдаль, сквозь проплывающую внизу Эквестрию. — Мы в первый раз были наедине с тех пор, как я стала аликорном, и я... мы... она улыбнулась мне. А потом мы начали целоваться.

При этих словах крылья Рэйнбоу Дэш задрожали, передние копыта напряжённо впились в облако.

— Но знаешь, это было совсем не как в любой другой раз. До этого мы всегда целовались тепло и нежно... и я была этим довольна. Словно ничего другого было и не нужно, понимаешь?

— А? — Рэйнбоу слегка подпрыгнула, приоткрыв крылья. — То есть, да! Поцелуи. Я всё знаю о поцелуях. И это... это похоже на нормальные такие поцелуи, как по мне. — Немного помолчав, она добавила: — А дальше что?

— В этот раз всё было по-другому, — ответила Твайлайт. — Обычно мы лежим вместе, целуемся. Беседуем, или читаем, или лежим, прижавшись друг к другу. Но на этот раз, после этого поцелуя, я не чувствовала себя удовлетворённой. Счастливой, да, но... незавершённой. Я не имела всего, что хотела, мне хотелось большего. Мне нужно было больше, быть ближе к ней. Она... Она всегда относилась с пониманием к тому, что мне нужно время. Мы никогда не делали чего-то, к чему я не была готова. Но тут, когда она увидела, что я начала проявлять интерес, она, эм... — Твайлайт залилась краской и смущённо хихикнула. — Она сделала эту штуку с моими перьями. Ну, ты знаешь.

— Да. Ну, то есть, ясное дело. Все пегасы знают про штуку с перьями, — поспешила сказать Дэш. — Вообще-то, эм... Я даже удивлена, что кто-то из единорогов знает. Ведь это такая пегасья штука. Ну, из-за крыльев.

— Я и не знала до того момента, — сказала Твайлайт с мечтательной улыбкой. — Я, конечно, просто растаяла, а потом она подхватила меня и... вот. — Она снова хихикнула, ещё короче, чем в прошлый раз, и покачала головой. — Уверена, ты не захочешь слушать подробности.

Рэйнбоу Дэш перестала кусать губу и отвлеклась на секунду, чтобы размять крылья.

— Эм, да. В смысле, нет. В смысле, это ведь довольно личное. И я обычно не хочу слушать про то, как другие пони делают свои дела! Но тебе же ведь надо выговориться, да, эм... ты уж не стесняйся, Твай!

— Не думаю, что тут есть, о чём рассказывать, или чего ты не слышала уже сотню раз, — пробормотала Твайлайт. — Всё так закружилось. Я была будто пьяна. Чудесно, счастливо пьяна. Я даже не помню, что в этот день было за ужином. Всё словно в тумане.

— Было немного забавно, когда ты подняла тост аперитивом, — призналась Рэйнбоу. — Но мы это списали на то, что ты ещё не освоилась со всеми этими королевскими штуками. Но, эм, давай вернёмся к делу. Как ты впервые заметила, что она проявляет к тебе интерес? Там что, есть, типа, какой-нибудь секретный знак, когда кто-то хочет с тобой замутить? У вас с Принцессой, в смысле. Не вообще. Хотя вообще тоже не помешает, пожалуй.

— Ничего страшного, Рэйнбоу Дэш. Я понимаю, тебе немного странно думать о том, что у нас с Принцессой могут быть отношения, — сказала Твайлайт и похлопала пегаску по плечу с полуулыбкой. — И я могу понять, почему. Не забывай, что для неё отношения с пони даже втрое старше меня... в общем, она всё ещё будет считаться слишком юной для неё. Я знаю, всё это странно, но... она всегда так поддерживала меня... и я не хочу, чтобы другие пони из-за этого думали о ней хуже. — Улыбка Твайлайт на мгновение стала игривой, и она протянула копыто, чтобы легонько толкнуть Дэш в плечо. — И ты не думай, я знаю, как ты иногда рвёшься защищать друзей, но не все пони такие же сердцеедки, как ты.

— О, я знаю! Я всё про это... знаю! — напряжённо проговорила Дэш. — Но, ты это... Просто чтобы я была супер-уверена, что Принцесса тобой не пользуется, было бы очень неплохо, если бы ты описала, каково это. И как это, ну, когда пони проявляет к тебе интерес. Чтобы я знала, что мы с тобой на одной волне.

— Позже, Рэйнбоу Дэш, — сказала Твайлайт твёрдым, но понимающим тоном. — Я знаю, это кажется странным, что мы с Принцессой хотим ваших благословений, но для меня очень важно, чтобы мои друзья одобрили мои отношения. Обещаю, когда будет время, я отвечу на все ваши вопросы. Просто сейчас мне нужно решить, как относиться... к этому. — Она провела копытом по животу. — Надо поговорить с Эплджек. Ей пришлось растить Эпл Блум, это стало для неё неожиданностью. Она должна знать, что делать.

— Ага! А... ага, да. Она знает, что делать. Ты, это... не хочешь, чтобы я слетала вместе с тобой? — спросила Рэйнбоу, но Твайлайт покачала головой.

— Нет, спасибо. Я знаю, ты пытаешься помочь, Рэйнбоу, и мне это правда помогает, но ты всё-таки не из тех, кто хорошо знает семейную жизнь. — Твайлайт встала, расправила крылья и направилась к краю облака. — Увидимся позже. Окей?

— Ну хорошо, ладно, — крикнула Рэйнбоу вслед аликорнице, когда та махнула с края облака и полетела в сторону фермы "Сладкое Яблоко". — Я к тебе потом зайду. Проверю, всё ли в порядке.

Вскоре Твайлайт почти скрылась из виду, превратившись в крохотную лиловую точку, исчезающую вдали.

Рэйнбоу Дэш потянулась назад копытом, потрепала им перья и нахмурилась:

— Я не поняла.

* * *

— Эй, Эплджек! — крикнула Твайлайт, пролетая над фермой "Сладкое Яблоко" на бреющем полёте.

Лиловой пони потребовалось немного времени, чтобы приметить вдали свою подругу, и вот уже она приземлилась на облако, увлекая его по инерции в том же направлении. Отчасти это была привычка, которую она подхватила во время совместных тренировок с Дэш. Но в основном её навыки полёта всё ещё были далеки от идеала, и перспектива садиться между близко посаженными яблонями всё ещё вызывала у Твайлайт некоторые опасения.

— Эплджек! — крикнула она с облака, подплывая ближе.

— Да, я тя и в первый раз слышала, Твай, — устало произнесла Эплджек. Она стояла под одной из яблонь, уже расставив вокруг ствола корзины, и подчёркнуто не смотрела на Принцессу Понивильскую и её облако. Короткий пинок задними ногами тряхнул ствол, и яблоки послушно посыпались с веток. — Рарити сегодня заходила. Рассказывала, что у вас стряслось.

— Так значит, ты уже знаешь? — спросила Твайлайт, положив копыто на живот. — Я не знаю, что мне делать, Эплджек. Сегодня утром я была в такой панике, но теперь...

— Окей, Твай? — Эплджек вздохнула, наконец нехотя поднимая на Твайлайт глаза. — Я, конечно, люблю твои маленькие причуды не меньше остальных, но нам нужно прояснить это раз и навсегда: ты не можешь, просто не можешь быть беременна. Так не бывает. Не работает. Подобное, может, и притягивается к подобному, но оно не родит от подобного жеребят. Шплинт A не входит в гнездо B. Не думаю, что тебе вообще стоит париться с предохранением. Я ясно излагаю?

— О, так вот что тебе сказала Рарити, — ответила Твайлайт оскорблённо. — Я люблю её, Эплджек! Только потому, что она не жеребец, наши отношения не становятся ненастоящими! Две кобылицы могут любить друг друга и испытывать близость не меньше, чем любая другая пара!

— Да я и не говорю, что нет, сахарная! Я... — Эплджек вздохнула, сдвинула шляпу на затылок и растрепала чёлку. Сверху послышался всхлип. — Твай? Твай, пожалуйста, не плачь.

— Мне сейчас так тяжело, Эплджек! — выдавила из себя Твайлайт. — Это непросто — столько всего сразу переварить, и мне сейчас совсем не нужно, чтобы друзья говорили мне, что мои отношения — ненастоящие!

— Да я не в том смысле, Твай... Слушай, спускайся-ка сюда, присядь рядом, поговорим, лады? — Эплджек уселась на траву и похлопала пустое место возле себя. — В том, что вы с Принцессой любите друг друга, ничего плохого нет, тут я не сомневаюсь. Ну же, выше нос и спускайся.

После секундных колебаний Твайлайт шмыгнула носом и кивнула. Несколько лёгких взмахов крыльями перенесли её на траву. Посадка вышла не то чтобы грациозной и не особо точной, промахнувшись мимо Эплджек на добрых несколько ярдов. Но их Твайлайт преодолела на ногах и наконец опустилась на траву рядом с подругой.

— Вот, так-то лучше, — сказала Эплджек, ободряюще улыбаясь. — Итак, Твай, мне очень неловко это спрашивать, но... скажи, твои родители совсем не объясняли тебе про тычинки с пестиками?

— Конечно объясняли, — горячо кивнула Твай. — Они сказали, что когда два пони очень любят друг друга в романтическом смысле, они уединяются... ну, ты знаешь. Испытывают физическую близость. И они рассказали мне про противозачаточные средства, и что надо быть ответственной, а когда я стала постарше, они объяснили, что иногда пони могут быть физически близки даже если не любят друг друга. Вообще, я уже и так это поняла к тому времени, но было забавно, что они считали нужным это объяснить.

— Ну да, ну да, — кивнула Эплджек. — А они что-нибудь говорили про двух кобылок, испытывающих близость?

— В тот раз нет. Они в основном беспокоились, что я уже в том возрасте, когда начинают заглядываться на жеребчиков, но знаешь, им не составило большого труда понять, что я заглядываюсь в основном на кобылок. Они сказали, что это всё равно ничего не отменяет, ну а потом я как-то уже сама во всём разобралась, — проговорила Твайлайт. — О! А ещё журналы Шайнинга очень помогли. В библиотеке, конечно, были справочники по теме, но я слишком стеснялась, чтобы...

— Ну-ка погоди секундочку, — перебила её Эплджек, подняв копыто. — Эти журналы. Он их случайно не прятал в комоде или под матрасом?

— Вообще-то, под половицами! — радостно заявила Твайлайт, как будто это было для неё особенно приятным воспоминанием.

— Лягать-копать, — пробормотала Эплджек, поднимая к лицу копыто. — И, эм... какие же уроки ты вынесла из этих его журналов?

— Ну, когда две кобылки очень любят друг друга, и у одной из них есть хлыст...

— Твай, стой... — Эплджек подняла копыто в знак того, что ей нужно время, чтобы переварить. Другое копыто всё ещё прикрывало её лицо. — Окей... Твай. Вообще-то, это были не справочные руководства.

— Конечно нет! — согласилась та. — Это была явная периодика.

— Нет. Нет. Я не о том. Ты сама подумай... — сказала Эплджек, с трудом заставляя себя продолжить. — В этих вот... книжках могли быть картинки и истории, которые юному жеребчику или кобылке вроде тебя могли показаться возбуждающими, но они ведь не совсем реалистичные, верно?

Твайлайт задумалась на секунду:

— Ну, Селестия действительно на меня как-то странно посмотрела, когда я попросила затянуть верёвки не слишком туго.

— Окей, вот, видишь, — спешно добавила Эплджек, — именно об этом я и говорю. Все эти штуки просто не о том, как отношения на самом деле работают. Держу пари, когда ты сказала это Селестии, ей подумалось, что это что-то странное и нездоровое.

— Ну... да, она и правда тогда сказала, что я говорю глупости, — призналась Твайлайт с робкой улыбкой, и Эплджек немного расслабилась. — В конце концов, она всегда была ко мне так внимательна, а это был мой первый раз. Естественно, верёвки можно затянуть так туго, как мне захочется.

— ...Пардон?

— О, она никогда не делала ничего, к чему я не была готова, — заверила Твайлайт подругу. — Правда, та первая ночь вышла довольно безумной. Иметь пегасью ловкость и земнопоньскую выносливость было для меня ещё внове. Пожалуй, мне в тот раз захотелось испытать себя на прочность. — Твайлайт хихикнула, немного зардевшись, и погладила себя копытом по крупу. — Вы все, должно быть, заметили, что я потом несколько дней не могла сидеть.

— Что!.. Чего?.. — выпалила Эплджек, разинув рот. — Ты же сказала, что у тебя ногу судорогой сводит!

— Там Спайк был в комнате, не могла же я при нём такое сказать! — парировала Твайалайт. — А тебе разве не показалось странным, что мне понадобилось одолжить пятьдесят кусков масла и твою новую уздечку?

— Я думала, тебе масло нужно для... Стоп, ты что... — Эплжек подпрыгнула, вытаращив глаза. — Я же её на прошлой неделе надевала!

— Ах, расслабься! Я всё потом стерилизовала. К тому же, мы ничего такого не делали, кроме...

* * *

— ...просто в шоке от того, насколько гадкие у моих друзей представления о любви между кобылками! — убивалась Твайлайт, уткнувшись носом в чашку какао и временами тихо всхлипывая. — Слышала бы ты, какие вещи говорила Эплджек. Она так сердилась, всё время морщилась, будто её сейчас стошнит, и постоянно плевалась на землю, и она даже назвала меня извращенкой! Теперь мне придётся растить моего жеребёна в Кантерлоте, и я, может быть, останусь без друзей, и... О, Пинки, я слишком молода для всего этого!

— Мамочки, Твайлайт, я и не знала! — воскликнула Пинки, стиснув лиловую пони в объятиях. — Я даже не представляю, зачем Эплджек говорить такие ужасные вещи, и Рарити, и Флаттершай тоже! Уверена, вы просто не так друг друга поняли. Они, наверное, просто в шоке, что ты скоро станешь мамой!

— Я скоро стану мамой, — глухо повторила Твайлайт, глядя в бурую непрозрачную жидкость.

— Не забивай себе этим голову, Твайлайт! Решай проблемы по одной за раз, — успокоила её Пинки и радостно стиснула подругу за плечи. — Вот, например, подумай о своей свадьбе. Это же будет супер-здоровски!

— Моей свадьбе? — переспросила Твайлайт, подняв голову.

— Ну да, нам ведь надо будет тебя женить, пока не показался животик! А ты как думала! — Пинки сделала круг глазами. — Хорошо, что ты так рано всё узнала. Ещё успеешь влезть обычное свадебное платье, а не в широкое.

— А как же Принцесса?

— Она тоже может быть в платье! То есть, она, конечно, может надеть костюм, если очень хочет, но...

— Нет, я не о том. Я же ещё не спросила, хочет ли она выйти за меня. Да я сама ещё не уверена, хочу ли на ней жениться! — от паники голос Твайлайт поднялся почти до визга. — О нет! Что, если она откажет?

— Твайлайт, Твайлайт, Твайлайт, какая же ты глупенькая! — сказала Пинки Пай и радостно захихикала. — Жеребята появляются только у тех пони, которые очень сильно любят друг друга! А раз ты от неё забеременела, то конечно она тебя любит.

— Пожалуй, если так на это посмотреть... но что, если она...?

— Струсит? О, не волнуйся. Это всё часть свадебных традиций! — стала объяснять Пинки. — Про это есть целая куча правил! Например, предложение обязательно должен делать жеребец, потому что если его делает кобылка, то это дурная примета. Но если ты говоришь ему, что беременна, и это значит, что вы уже должны очень любить друг друга, то это плохая примета в квадрате! Так что обычно отец кобылки и, может быть, пара братьев идут и объясняют жениху, что он абсолютно точно должен быть в тебя влюблён, и тогда он делает тебе предложение! А потом они все вместе идут играть в бейсбол.

— Бейсбол?

— Ну да! Для этого они берут с собой биты. Это мне папа рассказывал. — Пинки кивнула со знанием дела. — Я думаю, это для того, чтобы им расслабиться.

— Мамочки, я и не знала, — сказала Твайлайт, явно не входившая в число тех кобылок, которые излишне много думают о будущей свадьбе. — Но я ведь женюсь не на жеребце, и я вообще не уверена, что мой папа умеет играть в бейсбол.

— Ничего, Твайлайт! В наше время пони свободнее ко всему этому относятся. Селестия в вашей паре явный жеребец, так что предложение будет делать она. Так, дальше. Что твой папа любит делать, чтобы расслабиться?

— Эм, он читает? Собирает книги? — стала перечислять лиловая пони, перебирая в уме воспоминания о доме. На ум приходили не очень хорошие варианты — все они были слишком уединённые. — О! Он иногда ходит в бар вместе с другими жеребцами с работы.

— Отлично! Значит, твой папа скажет Селестии, что ты беременна от неё, а потом пойдёт пить!

— Пожалуй, можно и так, — задумчиво произнесла Твайлайт. — Принцесса Селестия, правда, старше. Ей может не понравиться, что мы меняем оригинальную церемонию. К тому же, пусть даже земной пони во мне теперь столько же, сколько единорога, я не уверена, что родителям понравится, если у меня будет традиционная земнопоньская свадьба.

— Ну, ты могла бы устроить и традиционную пегасью свадьбу, — предложила Пинки. — Вообще-то, если ты хочешь по-настоящему пегасью свадьбу, то ты даже должна быть беременна!

— Что? Правда? — воскликнула Твайлайт, удивлённо навострив уши.

— Ага! — радостно кивнула Пинки. — Сначала ты залетаешь от жениха, потом он сжигает дом твоих родителей, похищает тебя и увозит в Клаудсдейл, пока вы не узнаете, будут ли у жеребёнка крылья.

— Но Пинки, это же ужасно!

— Ну, а что ещё ему остаётся делать? Жениться на пегаске? — спросила Пинки Пай, затем наклонилась поближе и прошептала ей на ухо: — Она заставит его растить детей, носить передник и будет всегда спать, отвернувшись к стенке!

— Растить детей? — произнесла Твайлайт, хотя звучало это скорее как утверждение, чем как вопрос. Она снова уткнулась в чашку с какао. — Я ведь даже... Я была так поглощена тем, что жду жеребёнка, что даже не осознавала... Мне ведь придётся растить жеребёнка.

— Ну... да, наверное! — согласилась Пинки. — Но я бы пока об этом не очень беспокоилась.

— Потому что Принцесса Селестия поможет? — спросила Твайлайт, робко приподняв голову, при этой мысли в её голос вернулось немного силы.

— Потому что ты теперь на треть земная пони! Ты хоть раз слышала о земнопоньской семье всего с одним жеребёнком? — Внезапно ушки Пинки встали торчком, а глаза стали широкими, как блюдца. — Ух ты, я только сейчас подумала. А твой талант к магии относится и к земнопоньской магии тоже? Потому что если да, то скоро ты будешь просто завалена ж...

* * *

— Эм... здоров, Спайк, — сказала Эплджек, сняв шляпу и прижимая её к груди. Вместе с Пинки Пай, Рарити, Рэйнбоу Дэш и Флаттершай они сейчас стояли перед библиотекой, глядя на маленького лилового дракончика.

Он ничего не ответил. Только стоял и смотрел на них, барабаня когтями по чешуйкам на животе.

— Вот, мы тут пришли узнать, как Твайлайт поживает, — пояснила Эплджек, неуверенным тоном.

Спайк сложил лапы на груди и продолжал смотреть.

— Не очень, значит, — подытожила Дэш, парившая у Эплджек над головой.

— Она сейчас наверху, плачет, что все её друзья считают её извращенкой и что она не хочет быть, я цитирую, "матерью целого роя аликорнчиков, которые испортят ей жизнь, выйдут из-под контроля и поработят Эквестрию". За последнее, кстати, спасибо тебе, Рэйнбоу Дэш, — сказал Спайк, метнув в пегаску грозный взгляд.

— Я просто сказала, что уметь летать и пулять лазерами одновременно может быть очень полезно.

— Ну да. В общем, не хочет она с вами общаться, — проворчал Спайк. — Всё, чего она сейчас хочет, это сидеть в окружении книг по путешествиям во времени и с историческим справочником по принесению обетов верности.

— Ты хотел сказать "обет безбрачия"! — радостно поправила его Пинки. — Обет верности всё равно позволит ей быть со своей супругой и вряд ли помешает Селестии снова её обрюхатить.

Из библиотеки донёсся громкий крик, а вслед за ним звон разбитого стекла. Сверху прилетел увесистый том и шмякнулся на землю. Флаттершай подпрыгнула от испуга, но прежде чем кто-либо смог что-нибудь сказать, Спайк поднял лапу, требуя тишины. Он выставил три когтя, затем два, затем один...

— Спайк? — послышалось сверху из разбитого окна. — Я, кажется, испортила книгу.

— Я знаю, Твайлайт, — крикнул Спайк. — Я её отсюда вижу. С ней всё нормально. Занесу внутрь и почищу.

— Это очень старая книга, и к тому же классическая, — сказала та. Послышались громкие всхлипы. — То, что моя жизнь кончена, и я навлеку позор на свою семью и погублю Эквестрию, ещё не значит, что можно портить книги.

— С ней правда всё в порядке, Твай. Сейчас возьму её и почищу, — ответил Спайк, после чего внимательно прислушался к ответной тишине. — ...а потом принесу тебе ещё какао. С зефирками.

— Спасибо. — Твайлайт снова всхлипнула, осколки поднялись в воздух, окутавшись лиловой аурой, вернулись в оконный проём и сшились вместе в цельный кусок стекла.

— Так что вот, — произнёс Спайк после нескольких секунд тишины. — Не хочет она с вами общаться.

— Спайк, я понимаю, что ей сейчас тяжело, — сказала Рарити и сделала паузу, собираясь с мыслями. — Серьёзно, мы все понимаем! Мы просто думаем, что у Твайлайт может быть пара... заблуждений насчёт того, как происходит беременность.

— Кажется, Рэйнбоу Дэш с Пинки Пай тоже не всё ясно представляют, — добавила Флаттершай, нервно хлопнув крыльями.

— Да знаю я, откуда берутся жеребята! Говорю же, я всё про это знаю! — ощерилась Рэйнбоу.

— Мда. Ну, а я, кажется, уже готова поменять своё мнение насчёт сексобра в школах, скажем про это так, — протянула Эплджек, возвращая шляпу на голову. — Но... ладно уже, Спайк. Можно нам к ней хоть на пару слов?

— Нет значит нет, — заявил дракончик и грозно фыркнул.

— Вообще-то, судя по тому, как Твайлайт описывала, я почти уверена, что "нет" значит "О, да, да, продолжай!" — вставила Пинки, заставив Рарити и Эплджек брезгливо сморщиться и заработав слегка любопытствующий взгляд Рэйнбоу. Флаттершай пискнула и опустила голову, пряча глаза под гривой.

— Пинки Пай хотела сказать, — поспешно вставила Рарити, пока Спайк не задал какой-нибудь вопрос, который разрушит его детскую невинность, а заодно упрячет их всех за решётку, — что хоть Твайлайт сейчас и расстроена, но она всё равно будет рада, что мы пришли ей помочь.

— Ага! Только потому, что сначала больно, это не значит, что потом не может стать хорош... — протараторила Пинки, прежде чем Эплджек опомнилась и заткнула ей рот копытом.

— Спасибо тебе, родная, — сказала Рарити, кивнув рыжей пони. — Итак, Спайк, нельзя ли нам зайти к ней хоть на минутку? Обещаю, мы не будем настаивать и сразу же уйдём, если она попросит.

— Ну не знаю, Рарити, — сказал Спайк, почесав в затылке. — Она прям ну очень расстроена.

Флаттершай неуверенно подняла мордочку, робко выглядывая из-под гривы:

— А можно отправить письмо?

* * *

На втором этаже библиотеки, прямо напротив лестницы, открылась дверь в спальню Твайлайт. Лиловая пони вышла из неё первой, ступая нетвёрдым, но размеренным шагом, Принцесса Селестия шла следом. Остальные пони, которые всё это время ожидали в холле, пытаясь скоротать минуты за листанием книг, сразу же подняли на них глаза, но ни одна не решилась произнести ни слова, пока две аликорницы спускались к ним.

Твайлайт негромко откашлялась:

— Дорогие пони. Я чувствую себя немного глупо, — сказала она и тяжело сглотнула, не зная, куда деть глаза. — И я чувствую, что должна перед вами извиниться.

— Ах, дорогая! — сказала Рарити. — Вовсе нет! Мы все всё понимаем...

Эплджек резко откашлялась.

— Не, не, — сказала она. — Пусть договаривает, чего уж там.

— Эм, да... — пробормотала Твайлайт, бросив смущённый взгляд на Эплджек. — Да, то есть, эм... значит, насчёт твоей уздечки и о вещах, взятых взаймы, мне правда не следовало... но это не единственное, что я...

Почувствовав, что Твайлайт начинает запинаться, Принцесса Селестия положила копыто ей на плечо и ласково погладила. Твайлайт тут же смолкла.

— Всё в порядке, Твайлайт. Расскажи им, какой урок ты сегодня усвоила, — сказала ей Принцесса Солнца. Через мгновенье Твайлайт кивнула и сделала глубокий вдох, готовясь заговорить.

— Дорогая, Эплджек, — начала она, — и, эм... остальные тоже. — По её лицу разлился румянец и она неловко улыбнулась, но всё равно заставила себя продолжить. — Сегодня я узнала, что если не проявлять осторожность, эмоции могут взять над тобой верх. Когда тобой овладевает страх или страсть, ты становишься слепой к очевидному и начинаешь говорить и делать вещи, которые после кажутся глупыми и жеребяческими. Эплджек, даже в самом лучшем случае будет невежливым взять у подруги вещь, не подумав о том, как она после к этому отнесётся, а это был не самый лучший случай. Мне очень жаль, что так получилось, и я обязательно найду способ загладить перед тобой вину. И вы все, сегодня... я была напугана. И поскольку я ни разу не остановилась, чтобы перевести дух и как следует обдумать то, что я делаю, я так и не смогла осознать, насколько абсурдным был мой страх. Он настолько овладел мной, что я не слышала ничего, что вы пытались мне сказать. Мне было легче поверить, что мои друзья осуждают меня, чем признать, что я испугалась того, чего нет, и... мне жаль. Я была неправа.

— Ну что ж... — вздохнула Эплджек, сдвигая шляпу на уши. — В конце концов, никто не умер. Я только хочу, чтобы у тебя были здоровые отношения, Твай.

— А, эм, да. Мы об этом говорили, — сказала Твайлайт, смущённо улыбаясь, и придвинулась ближе к Селестии. — Я думаю, с этим у нас больше не будет проблем.

— О, это хорошо, — обрадовалась Флаттершай. — А то кое-что из того, что ты рассказывала, было немного... эм...

— Ну да, — сказала лиловая пони, густо краснея и пряча глаза в пол. — Я, эм... была бы очень благодарна, если бы вы не распространялись об этом.

— Ах, конечно нет, дорогая! — поспешила её заверить Рарити. — Но... я хочу ещё раз удостовериться, если не возражаешь? — сказала она, и Твайлайт кивнула. — Принцесса Селестия полностью объяснила тебе, что вам не нужно беспокоиться о беременности? Ни сейчас, ни в будущем? Я только хочу убедиться, что это недоразумение полностью исчерпано.

— Да, Рарити, — сказала Твайлайт, снова отводя взгляд и краснея. — Эта тема тоже всплывала в нашем разговоре. С трудом верится, что я всё это время не понимала... в общем, теперь я чувствую себя совершенно нелепо.

— Ах, не волнуйся, Твайлайт. Мы все совершаем ошибки, — сказала белая единорожка, облегчённо вздохнув. — Что ж, раз это уже разрешилось, вам двоим не нужно немного времени... чтобы обсудить личные дела?

— Нет, об этом мы тоже поговорили, — сказала Твайлайт, прижимаясь щекой к плечу Селестии. Принцессы обменялись короткими нежными объятиями. — В каком-то смысле я разочарована, но это даже и к лучшему. Я уверена, что когда-нибудь мне захочется завести жеребят, просто сейчас я точно к этому не готова, а когда этот день придёт... мы сможем найти хорошего жеребца, к которому обе будем относиться с уважением.

— Ну что ж, по-моему, это очень здоровый взгляд на вещи, Твай, — заметила Эплджек, добавив и свою порцию облегчения. — Рада, что всё это у нас позади.

— Ага, — согласилась Твайлайт, и вдруг резко навострила уши. — О! Кстати, насколько Биг Мак без комплексов?

* * *

— Штука с перьями... Штука с перьями... — бормотала Рэйнбоу Дэш себе под нос, теребя перья копытом. — Да что же...

После нескольких минут безуспешного теребления, она остановилась, с любопытством повернула голову набок, затем медленно открыла рот и потянулась к крылу.

— А-а-а! — раздался в небе странный крик, а через несколько секунд из дома вылетела голубая пегаска, выписывая в воздухе странные кренделя. — Окей, окей. Штука с перьями. Теперь я поняла, поняла. Окей. Окей, всё нормально. Просто полетаю немного, и всё пройдёт. Просто полетаю и найду пару друзей, поговорю с ними о хуфболе.

— Эй! — крикнула она вниз, устремляясь к домику Флаттершай. — Эй, Флаттершай, ты тут? Мне нужно с тобой поговорить. И, кстати, не спрашивай меня почему, но Твайлайт извращенка.