# Жатва - История искупления

BananaDreams

Что если всё имеет срок своего существования? В независимости от того, что это живое существо или обыкновенная вещь. Ведь даже у целого мира есть свой срок и он уже был кем-то определён. Как избежать всемирного уничтожения и поглощения иными тем самым искупить свои давно забытые грехи?

*Это мой первый рассказ, поэтому принимаю любую критику, просто она обязательна для дальнейших творений.

*Фанфик может показаться или даже является банальным и предсказуемым, но опять же это мой первый опыт и я стараюсь как-то все разнообразить.

* Большое спасибо Тарносу за вычитку!

(Извиняюсь за такое долгое отсутствие, но отдых нужен всем, работа над историей возобновляется)

## Глава I — «По прибытии»

Две недели. Две недели я блуждаю по этому треклятому лесу, не зная куда иду. Сам удивляюсь, как я, вообще, сейчас живу, и, на удивление, хорошо себя чувствую. Не знаю откуда, но я знаю, что можно, а что нельзя есть. Часто встречаю растения, которые впервые в жизни встретил. Знаю как разводить костер, как и где готовить место для ночлега, последнее время особенно сильно хочется спать, но, как я считаю, я могу и не спать три — пять дней вовсе.

Я не помню кто я, откуда я и каких-либо других воспоминаний до того, как очнулся в лесу. Но откуда-то из подсознания всплывают скорее не воспоминания, а навыки и опыт из жизни, иначе не сказать.

Блуждая все это время, я всматривался в каждый водоем, речку, лужицу и тому подобное. И каждый раз, смотря, в воду я задаю себе вопрос:

— «Кто я?» — И каждый раз в ответ на меня смотрит кто-то, и как нетрудно было догадаться, это был Я! Золотая, слегка светящаяся, радужка глаз с черным зрачком и белком, темно-серебряная шкура, грива двух цветов: темно-коричневая грива с бордовыми локонами, по всей голове, и такой же расцветки хвост. Пара копыт, как и подобает пони. Но что стало самым примечательным для меня, так это два рога, немного расходящиеся в стороны и извитые сначала немного наверх, затем назад за голову и смотрит концом рогов наверх. Они были коричнево цвета. От рогов по всему расходились еле заметные линии и завитки, образующие разные знаки и иероглифы. Я непохож на обычного пони, единорога или пегаса и это пугало, хоть и есть возможность, что я представитель либо древней, либо новой расы пони, что маловероятно, как я думаю.

— Кто я? Что я? – вновь задал я очередной вопрос сам себе, на который вновь не могу дать ответа, даже примерного, кроме того, что я пони, но мне кажется, что немного иной.

Продолжая свой путь, я всматриваюсь в дивные красоты местных лесов. Высоченные дубы и сосны, ели и пихты, заросли можжевельника и шиповника, цветочные поляны, заросшие разнообразными дивными цветами и травами, журчащие ручейки и речки, озера, и даже болота здесь были великолепны. Запахи этих лесов пленили меня и я просто продолжаю идти, не обращая внимания ни на что, ни на голод, ни на усталость. Со временем я понял, что мне это нравится, вот так просто ходить по лесу хоть днем, хоть ночью, внюхиваться в дивные запахи леса и костра, и всматриваться в эти красоты. Я позже начал рассуждать, что с такими предпочтениями я либо путешественник без дома, кроме только что леса. Либо обыкновенный любитель походов и вылазок в недоступные для обычного пони, пегаса или единорога места. Но если я кто-либо из этих двух вариантов, то в любом случае у меня должны были быть с собой какие-либо вещи, или я от кого-то убегал и сбросил вещи где-то далеко и давно, до того как очнулся.

Ночь. Холодная летняя и непроглядная ночь. В воздухе витает запах озона и жженой травы. И действительно, открыв глаза, я увидел, что лежу посередине поляны, на которой была сожжена вся трава. Было заметно, что это молния ударила в землю и от этого по земле расползлись следы в виде черной паучьей сети, но неясно, если в землю била молния, то тогда я должен был погибнуть, и, скорее всего, из-за этого и потерял сознание. Небо было заполнено тучами, а точнее, одной большой тучей, которое тянется во все стороны на триста-пятьсот метров, и эта туча сворачивалась и образовывала воронку, как раз над поляной и моей головой. Нарастающий рев разрезаемого воздуха в центре воронки, гром и молнии этих туч, и рев лесных жителей, разбуженных этим шумом, явно не означало ничего хорошего. Я решил что начинается ураган со смерчем и поэтому быстро оглядевшись и не найдя ничего нужного или интересного, я бросился в ближайший уголок леса где и продолжил бежать сломя голову. До леса было метров двести и добежал я быстро, но как только на моем пути в лесу показались корни деревьев, овраги и вырытые ямы я начал ловко их перепрыгивать и преодолевать, хотел я этого или нет. Отбежав уже на достаточное расстояние, я обернулся и сквозь просветы между деревьями увидел удивительную природную аномалию, из центра воронки три молнии одновременно бьют в одну точку на поляне, на которой я очнулся. Это получается если бы я там остался, то точно бы умер от попадания молний. В последующее время я просто шел прямо и искал себе пропитание в виде ягод, трав и иногда грибов. Приходилось менять и курс движения, то речка поперек моего пути протекает, то обвалы и даже бывали каньоны, но чаще оттого, что впереди было слышно вой и рычание явно недружелюбных лесных жителей.

* * *

Спустя три дня продолжительного пути, я начал замечать, что ягод и других более или менее съедобных растений, всё меньше и меньше. Хоть раньше и были дикие хищные звери, но здесь их стало на порядок больше, а простых травоядных и безобидных лесных жителей меньше или они просто прячутся от хищников. Один раз мне встретились странные для меня существа. Какая-то темного цвета, нет даже черного цвета чешуя по всему телу, два клыка торчащие изо рта, изогнутого типа рог, жучьи крылья, как у мухи или комара, и что самое удивительное так это дырки в копытах и крыльях, мутные глаза однообразного цветового оттенка. Я думал, что это такие местные жители, больно мы с ними похожи по телосложению, но я передумал, как только эта пара существ начала рычать на друг друга, а потом и вовсе начали драться, видимо, что-то не поделили. Я решил не испытывать судьбы и просто обошел их боком и продолжил путь, мало ли это дикие лесные пони.

Идя еще полдня на восток, как я сориентировался по заходящему и восходящему солнцу уже давным-давно, я изголодался и изрядно измотался от этих похождений по лесу. Поэтому я стал искать более подходящее дерево для ночлега, так тебя во сне не задерут хищники и не замерзнуть на холодной земле. Спустя пятнадцать минут поиска в ближайшей округе более подходящее дерево было найдено. Высокий, столетний дуб, достаточно широкий и высокий для того, чтобы построить на нем целый домик на дереве. Его раскидистые ветви тянутся на три-четыре метра от него, на высоте два с половиной метров от земли. Его высота равна пятиэтажному дому. Дерево найдено, осталось только собрать материал для спального места: просты ветки, еловые ветки и желательно лианы или лозы. Ветки я нашел почти сразу, а вот ни лиан, ни лоз я не нашел, так что придется связывать их жгутиками. Забравшись на дерево и захватив с собой свои «материалы», я начал искать более сближенные ветки. Внутри оказалось очень просторно, как будто кто-то вырезал внутри все ветки чтобы получить кучу свободного пространства внутри прием внутри пусто и все это пространство закрывают свисающие ветки от ветра и дождя. Собрав себе что-то наподобие лежака, я улегся на него стал раздумывать.

— Может, мне здесь остаться? А что, просторно и если все обустроить будет и уютно, идти-то мне все равно некуда. – начал было я рассуждать, как не заметил что провалился в мир сладких снов.

* * *

— Еще раз, Шай, что мы здесь делаем ни свет, не заря? — спросил чей-то явно женский с деревенским акцентом голос.

— Действительно, дорогуша, зачем ты нас разбудила в такое ранее время? — спросила уже другая пони, с нотками недовольства и каприза.

— Эпплджек, Рарити, прекрати наседать над Флаттершай! Я тоже мало что понимаю, но, может, дадим ей все объяснить, – сказала фиолетовая единорожка.

Я уже десять минут слежу за этой пятеркой пони и пытаюсь вникнуть в суть разговора. Как я понял, Эпплджек – это та оранжевая пони с ковбойской шляпой и деревенским акцентом. Рарити – белая единорожка явно следящая за своей внешностью. Флаттершай – желтенькая пегаска с розовой гривой и явно та, кто сюда всех притащила, застенчивая и боязливая. Пинки Пай – это розовая земнопони с розовой гривой, которая не может устоять долго на одном месте. Твайлайт – фиолетовая единорожка с фиолетовой гривой и розовым локоном волос, считает себя самой умной и проницательной.

— П-простите, я не хотела вас будить просто мне…нужна…ваша помощь, — все тише и тише говорила Флаттершай, а последнюю фразу, вовсе, прошептала.

— Хорошо, давай объясняй в чем мы должны тебе помочь, — сказала пони хрипловатым и слегка надломленным голосом. Позже это оказалась радужногривая пегаска, только что спустившись с неба.

Значит, их шестеро и еще одна, только она пегаска с радужной гривой и синей шкуркой. Из них нет ни одной, которая была бы похожа на меня или тех черных в лесу. Не знаю мне не очень было охотно выдавать себя, а было интересно просто наблюдать с дерева, на котором ночевал.

— Хорошо. Ко мне сегодня рано утром прибежали зверюшки, и они были все напуганы. Я их спросила, что случилось, но как я поняла они испугались кого-то здесь в лесу. Они сказали, что не знают кто это такой, но он очень похож на пони и очень страшный. Я уточнила и это не чейнджлинг и не древесный волк. Они сказали что у него было два рога и страшные светящиеся глаза, — рассказала обо мне Флаттершай своим друзьям, взятой информацией из уст зверей.

СТОП! Уст зверей? Она что умеет разговаривать с животными. Она сказала чейнджлинг. Может, это те которых видел я? Все возможно. Я ничего не знаю о них, только самую малость и я вроде бы ничего не натворил, а они уже ищут меня и знают как примерно я выгляжу.

— А-а-а…но тогда ясно, но давайте найдем этого лесного страшилу! – как-то очень бодро и энергично выступила вперед радужная голова, это я ее так прозвал.

— Рейнбоу, прекрати! Мы не знаем кого ищем или даже что ищем! Это очень странно вы что не замечаете? Среди ночи кто-то очень похожий на пони, с двумя рогами пугает зверей. Вдруг это замаскированный шпион из другой страны, посланный чтобы разузнать все тайны Эквестрии. Флаттершай, ты уверена, что им не показалось? – спросила Твайлайт.

Ого, меня уже к шпионам приравняли, здорово. А это государство, значит, Эквестрия, будем знать, а та радужная голова ,значит, Рейнбоу, ясно.

— Да, я верю своим маленьким зверюшкам, – тихо сказала так называемая Шай.

— Ладно давайте тогда пока что сходим в Понивиль и соберем нужные вещи. А потом, придем сюда и устроим исследовательский поход, на ночь, — прокомандовала фиолетовая единорожка.

— ХОРОШО! – гордо сказали пони в унисон и направились в лес, видимо, в сторону города.

— УРА! ВЕЧЕРИНКА НА ПРИРОДЕ! – завопила розовая неугомонная машина счастья. И она выстрелила из пушки, неизвестно откуда взявшейся.

— Нет, Пинки, это не вечеринка и не простой поход. Мы идем на ночь, чтобы выяснить о том, что здесь происходит и это очень серьезно! – укоризненно сказала Твайлайт.

— Но это невесело, — обиженно произнесла Пинки Пай.

— Ладно…пойдемте, скоро восход, поэтому пойдем в полдень, – повелительным тоном сказала фиолетовая единорог.

«Ну давайте покажите мне где у вас здесь ваш Понивиль», — мысленно рассуждал я, дожидаясь, пока не смогу слезть с дерева и пойти следом за шестеркой пони.

* * *

Следуя за пони, я больше не вслушивался в их разговор, а точнее, в капризы Рарити, довольный смех и гогот Пинки и здравомыслящие рассуждения Эпплдеж и Твайлайт, Флаттершай с Рейнбоу шли впереди всех остальных и о чем-то перешёптывались. Я шел поодаль от них, но не слишком далеко чтобы не потерять из виду. Я шел сзади и старался издавать как можно меньше шума. Слыша, как те шестеро пони общаются друг с другом, я сам не по своей воле начал тихо перешептываться сам с собой.

— Ну и почему я не вышел к ним? Они же простые жители того Понивиля, они могут мне помочь. Но нет, мне надо в шпионов поиграть, идиот ты беспамятный, — начал я ругать сам себя за свои нелепые действия.

— Да? Так выйди сейчас, что тебе мешает? Ты же прекрасно понимаешь, чем это чревато. Они думают, что ты шпион или вовсе какой-то там чейнджлинг, они не знают кто ты такой, а это всех всегда пугает. Они тебя же искать собрались, а не зайчика который потерялся ночью в лесу. Всех зверей перепугал, – в ответ начал я приводить доводы себе.

— Нет уж, извольте. Я хочу сначала сам разобраться кто такие чейнджлинги, почему я такой и непохож на остальных, где я блуждал на протяжении двух с половиной недели, какие еще есть здесь твари и растения и что это тогда была за аномалия на той поляне. У меня множество вопросов и не единого ответа. Надо найти ответы! – немного понурено сказал я.

Идти долго не пришлось, примерно сорок минут спокойным шагом и вот он Понивиль. Это, оказывается, скорее деревня чем город либо простой маленький городок. Точно, это деревня и в лучах утреннего солнца это точно понятно. Собственные домики каждого жителя, с небольшой территорией в придачу для беседки или небольшого палисадника. Даже отсюда, с краю леса заметно, что почти в центре этого городка протекает речка и она идет из леса, значит, на ближайший километр в лес вдоль реки абсолютно безопасно, да вот это вывод у меня. Видно площадь уже заполненную пони, на которой стоит…часовня, какое-то здание совета? Непонятно. Но отсюда бросается в глаза другое, единственный коттедж, стоящий практически на краю леса поодаль от городка. И, кстати, туда идет та желтая пегаска, видимо, она там и живет. Получается, это туда все звери сбежались при виде меня?

— Все девочки, собираемся здесь через час и отправляемся к Зекоре, — в своей манере скомандовала фиолетовая единоржка.

— Эм… к Зекоре? Я чет не понимаю зачем нам к ней, сахарок, – спросила Эпплджек.

Сахарок? Ого, мне нравится, как она ее назвала, интересно она всех так называет или только ее? Кстати, та белая как ее…эм…Рарити, точно, она Флаттершай назвала дорогушей. Она тоже, что ли, всех так называет или только эту пегаску? Хотя дружеские клички еще никто не отменял.

— Надо бы и ее спросить про того неизвестного, может, она знает что-нибудь. К тому же у нее надо будет что-нибудь попросить на ночь, а то мне кажется что один кофе не поможет, и еще ее можно позвать с нами, – ответила Твайлайт.

— Ладно, спорить не буду, – ответила оранжевая ковбойщица.

Распрощавшись, они все разошлись и одна особа даже улетела, ее дом, оказывается, на облаке, но меня не перестает удивлять такие вещи, хотя вроде бы не должно, скорее всего, это из-за потери памяти. Осталось дождаться ночи и проникнуть в город, чтобы…позаимствовать у их жителей немного вещей, а именно: книги про растения и животных, чтобы освежить память, плащ или другую темную ткань. До ночи остался весь день, ведь на дворе утро, щас найду дерево, залезу на него и буду ждать.

* * *

Весь день я провел на этом дереве, отлеживая свой круп и ничего не делая. Хотя нет, делал. Мне в голову пришла идея замаскировать себя, чтобы не выдавать себя на лесном фоне, хоть и идея пришла еще утром в лесу. Мне пришлось измазаться в грязи и траве, а в волосы и между рогов вставить несколько веток от кустов и пару листьев. Даже почти не двигаясь весь день, эта маскировка крайне неудобна, но зато очень практична.

Та шестерка, как они и договаривались, собрались в том же самом месте через час. Последней пришла та Рарити с десятком, а то и больше чемоданов, а нес эти чемоданы маленький зеленый дракон. Дракон! Мне срочно нужно освежить память и вспомнить все разумные расы, а то и дел я так много могу наделать. Ее друзья потом отчитывали за такое количество чемоданов и неспособность ответственно подойти к делу, и что она перегибает палку со своей практичностью. Затем было еще интереснее. К ним прибежали три маленькие кобылки и попросились вместе с «отрядом искателей шпионов» в поход в лес. Они уверяли, что они же идут не одни и что они уже собрали вещи и очень их просят взять с собой. Это были желтая земнопони с красными волосами, видимо, дочь или сестра ковбойши Эпплджек. Вторая была белая единорожка, как нетрудно определить это уже родственница Рарити. Третья была пегасочкой, вот с ней я не смог определиться, бегает и прыгает рядом с Рейнбоу, а по расцветке больше подобает Флаттершай с ее желтой шкуркой. Может быть, родственники могут быть разных оттенков и цветов? Больно много я забыл аж страшно. И вот после долгих споров они всё-таки взяли их с собой. И все уже уходили в лес, а эта малышня, прыгая и догоняя, вслед кричала, что-то типо: «Ура. Мы получим свои кьютимарки за исследования леса, вперед Меткоискатели». Все они ушли, а мне оставалось дожидаться ночи.

Небо освещает половина луны, находящаяся в зените, и небо, полностью усеянное звездами. Понивиль уже давно спит вместе с его жителями и только в некоторых окнах еще горит свет, но на улице не одного пони в этом я уверен. Я решил пойти прямой дорогой хоть это и очень заметно, но точно не так привлекает внимание, как пони, крадущийся, в тени домов. И вот я уже на краю Понивиля. Вот теперь я уже бегаю короткими, но длинными перебежками из-за угла за угол и, видимо, я сразу же вышел к площади с этой часовней, хотя нет, на ней нет часов, значит, здание совета. Вот и первая вещь которая мне нужна, конечно, не плащ или накидка, но тоже сойдет. Этот тканьевой черный брезент укрывал повозку от дождя и этот самая повозка стояла на другом конце площади.

— Нет, ну конечно, а как иначе, хотя бы нашел и на том спасибо, осталось только…позаимствовать ее у хозяев. А вот с книгами, вообще, ничего подобного не выйдет, если кто-то не выложил на улицу нужные мне книги, или дверь в библиотеку открыта среди ночи, — саркастично пробубнил я, подходя к цели.

Сорвав брезент и накинув себя, я собрался уже идти искать следующие нужные мне предметы, но как только я отошел брезент просто сполз с меня.

— В смысле? Ты что, еще и привязан, да? Просто шикарно, – ругался я, развязывая веревки, держащие брезент. – Теперь даже лучше, хоть на себе как-то закрепить можно, – завязывая веревки на шее, все так же бубнил я себе.

Теперь уже в накидке из брезента и свисающему не закрепленному подобию капюшона я искал библиотеку, чтобы пробраться в нее и опять же позаимствовать книги, но как в нее пробираться я реши придумать потом, когда найду ее. Удивительно, со стороны этот городок казался маленьким, а теперь попробуй найди что-нибудь, тем более ночью. Я себя уже третий раз ругаю за свою тупую идею, разобраться самому, найти ответы на свои вопросы. Я, похоже, заблудился в этом городке. Я уже видел и дуб посреди города, как тот на котором я ночевал, дом из пряников печенья и конфет, фонтана, странного рода здание похожего на карусель, здание развлечений наверно и даже видел ферму за городом, но так и не разглядел, что там выращивают.

Я уже и не знаю что делать, нету не единого здания которое могло бы быть библиотекой. В этом городе здание отображает его значение, и нету ничего, что напоминало бы мне о библиотеке или что-то этого рода. Придется вернуться к тому дубу и залезть на него, может, что и найду, вот только где это дерево. Я уже столько набегался что перестал ориентироваться по городу. Интересно сколько уже времени я в городе, час, два или больше. Мда, я и счет времени потерял, вообще, зашибись. А вот и это дуб, так, СТОП!

— ЭТО И ЕСТЬ БИБЛИОТЕКА? Так какого сена я мотаюсь по этому треклятому городу и ищу библиотеку если она была у меня под носом ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ? Вот я молодец, однако, не заметил вывески в виде книги, – из-за своего раздражения я чуть не заорал и сдержался и лишь тихо огрызался сам на себя, – Осталось найти вход и все будет просто замечательно.

До меня только сейчас дошло, что библиотека была вырезана внутри столетнего дуба и только когда я обошел этот дуб со всех сторон и заглянул во все окна на первом этаже, до меня это дошло. Окна оказались запертыми изнутри, естественно, не снаружи их закрывать же. Иного выхода, как вскарабкаться на его балкон и попробовать там, я не нашел. Я выбрал более удобную часть дуба и начал свой наклонный путь, а без веток это крайне неудобно. В итоге что я получил, я, конечно же, сорвался и отбил себе круп. Я, конечно, возможно, идиот, но я попробую открыть входную дверь, больше у меня идей не осталось.

— ЧТО? Ну как так можно? Что за хозяева, – я просто обалдел от такого исхода событий, — Дверь не закрыта, это прямо таки предел моих мечтаний.

Внутри, конечно, видно хуже чем на улице, но это же помещение и свет я включать не собираюсь, внимание только привлеку. У меня только один вопрос, как я буду искать нужные книги в кромешной темноте? Может здесь есть что-то типо разделов, или отдельных полок? Ага, отдельные ряды полок с общей тематикой, мне нужны растения и животные лесов. После сорока, СОРОКА МИНУТ поиска я нашел нужные, я даже прихватил с собой медицинскую книжку — «ОСНОВЫ ВРАЧЕВАНИЯ» — гласит обложка и книгу про Эквестрию — «Краткая история Эквестрии» — может пригодиться. Это, конечно, просто идиотизм, но я решил оставить записку. Когда я нашел письменный стол, бумагу и чернила я написал незамысловатую фразу, – «Простите, но мне позарез нужны были книги, как смогу, верну. P.S. Ваш читатель». Я оставил эту записку там же на столе, а сам вышел так же, как и зашел.

Я хотел было, еще когда выходил с библиотеки, по пути захватить еды где-нибудь с огорода, но решил что это уже конкретно переходит границы, я и так много что себе позволил, а тут еще и это. Если в лесу две с половиной недели чем-то питался, значит, и сейчас не помру с голода.

Заходя в лес, я обернулся и посмотрел на небо, луна уже начинает заходить, оказывается, я провел в городе всю ночь. Щас в лесу спрятаться, а лучше вернуться на то дерево и начать, как говорится – «Грызть гранит науки!» — дорогу, главное, я запомнил и самое важно это не попасться на глаза этим пони.

## Глава II — «Главное, не попасться!»

Из всего, что я читал на протяжении, аж трех дней, я ничего знакомого не вычитал, только голова разболелась. У меня в голове даже ничего не «щелкнуло», все что я знал раньше будто бы просто исчезло или кто-то вытащил мои воспоминания, другого варианта у меня нету. Кокатрисы, древесные волки, мантикоры, гидры, цветок «шутка», лунный опал и т. д. Что это все, вообще? Ничего подобного я не слышал, и тем более не видел раньше. Такое ощущение, что я попал в неизвестный мне ранее мир, хоть и кажется все знакомым.

Теперь я знаю, какие растения ядовиты какие нет, вот этот цветок «шутка» и вовсе, издевается над жертвой, которая по неосторожности попадает в зону распыления пыльцы этого цветка. В первое время ничего не происходит, но после двенадцати — двадцати четырех часов происходят физические изменения, а какие именно не написано, потому что у каждого они уникальны, как я понял. В общем, я получил много полезной информации.

Эти пони, и дракон, конечно же, вели себя очень-таки шумно. Я не знаю, как они собрались кого-то, то есть меня, в таком шуму. У них вышел скорее дружеский пикник, чем исследование или поиски. Но они принесли мне хоть какую-то помощь. Рарити, как я понял, потеряла свою коробку с иголками и нитками, вот только зачем она ей понадобилась здесь, я не понял. Но она так ее искала и искала, но не нашла, она там такой шум подняла, хоть убей. Малышня пыталась бодрствовать, но, в конце концов, все-таки устали и уснули. Остальные дежурили по двое всю ночь. Рэйнбоу летала в округе, но зачем летать и смотреть с воздуха в кромешной темноте? С утра они все собрались, поискать коробочку Рарити, по ее просьбе, конечно, но опять не нашли.

После того как они ушли, я пришел на место их «посиделок» и почти что сразу же нашел этот набор для шитья. Он оказался под деревом, под притоптанной травой. Теперь ясно, почему она так ее искала. Это реально набор для шитья, нет, для вязания из ниток. Желтые, красные, зеленые, белые, розовые, то есть всех цветов и даже всех размеров, нитки и это еще без иголки, ихнее разнообразие меня поразило.

По завершении своего научно — изыскательного чтения, я решил что мне стоит немного подшить брезент, а то он как… как брезент. И теперь я сделал новое открытие, я умею шить, зашивать, перешивать. Мне было не особо трудно пришить получившиеся изгибы, для образования подобия капюшона, ну или, вообще, придание формы накидки, плаща. Для отвода глаз я решил сделать что-то вроде инициалов и орнамента. Орнамент простой, волнообразные изгибы, завитки и крестовый шов на краях получившегося плаща, просто у меня много свободного времени. А вот инициалы, вот это проблема.

— Да как же тебя зовут? – спрашивал я себя и от своей беспомощности бил себя по лбу.

— Если я не вспомню, как меня зовут, то мне придется придумать новое имя… Ладно, новое имя или просто временное… эм, Пом? Нет…Форэст? Тоже нет…Нидл? Как вариант…Грас? А что если Хар? Вот, точно, мне нравится. – перебирал я варианты смотря по сторонам, но последнее само как-то в голову пришло.

В итоге имя выбрано, осталось только сделать инициал. Но что теперь мне делать? По-моему, нескромно, гениальному плану, я должен выйти в пони и начать серьезные действия с помощью простых Понивильских жителей. Может, даже вот так лично верну вещи, которые брал, кроме брезента, он мне нужнее.

Оставив все на, уже «моей» дереве, я в очередной раз отправился на поиски пропитания. Я уже более-менее знаю где находится ягоды, где грибы, даже речушку нашел, которая протекает в том городке. И в очередной раз я иду за ягодами, они боле мне по вкусу. Я продолжаю идти уже десять минут и начал уходить в свои бессмысленные мысли, как бы глупо это ни звучало.

— Это очень-очень обидно, знаете ли, – взъерошился я, увидя пустой ягодный куст, — были ягодки и теперь их нету, ну как так?

Это было мое уже излюбленное место, я сюда ходил, чтобы поесть ягод, но теперь и этого даже у меня нету. Это ведь непросто кустик, а какое-то сплетение кустов хоть и не ягодная поляна, но была очень даже большой по размерам и питательной по содержанию. Теперь придется искать другое место, и вопрос, найду ли я его?

Теперь снова блуждаем по лесу в поисках пропитания, но вот только нашел целый куст, в лесу, ел с него три дня и на тебе, пусто наутро четвертого дня, вот кто столько ест? Ведь даже одному медведю этого не сесть хотя даже бывало подъедали потихоньку мелкие зверьки, но вот в таких количествах еще не было.

* * *

Уже наступил вечер, а чего-нибудь съестного я так и не нашел. В итоге получается, я голодный, похоже, что заблудился, и здесь водятся агрессивные звери. Круто! По-другому не скажешь.

— «Не всегда жизнь – малина!», — как-то неожиданно вспомнил я для себя поговорку, — так, а это еще откуда? Очень странно ничего подобного раньше не слышал, — остановившись, начал я рыться в голове.

Продолжая ходить сквозь кусты разных растений и получать от них порезы, я приметил странное и, как-то смутно знакомое дерево. Отсюда я не смогу разглядеть что там такое. Это точно не та библиотека, она не стояла посреди леса, а была в городе. Окна, есть, уличные светильники, есть, свет из окон, а вот этого нету, похоже, хозяев дома нету. Пришлось потрудиться, чтобы выбраться из этих кустарников, и, естественно, я не остался без царапин. Этот дом – дерево, оказывается, густо окружен кустарниками, мне даже кажется, что вплотную.

На ветвях, тянувшихся от самого дерева, весят какие-то «банки – стеклянки». Вдоль периметра дома, то есть, по его “стенам” висят какие-то странные маски. На дворе практически наступила ночь, а свет в доме горит, я все-таки был неправ на счет света, он горел, но очень слабо и тускло. Тихо и аккуратно подкравшись к ближайшему окну, я со всей своей возможной осторожностью, что бы меня ни заметил, заглянул в окно. Большого обзора в таком окошке мне не ждать, но на вид, дома никого нет. Пройдясь и заглянув в еще несколько окон и удостоверившись, что хозяев дома нет, я решил всё-таки пройти внутрь.

— Кто же хозяин этого «миленького» жилища, не фанатик случаем, или просто верующий пони в «высшие силы» и подобный бред? Нет, откуда столько масок? Хозяин, что мастер по их вытачиванию? – с сарказмом и толикой удивления произнес я. – Он что, еще и химик, что ли, или целитель какой-нибудь? Второй вариант больше мне нравится, — все говорил я, увидя баночки и сосуды с жидкостями и порошками.

Сколько здесь всего интересного, разные порошки – из разных растений, жидкости в бутылках, колбах, ну или их подобиях, стоящие на полках и весящие под потоком, корешки, веточки, листики, лежащие в горшочках на полках, разноцветные и разноформеные цветы, растущие прямо из потолка. Здесь, наверное, все растения из этого леса. Точно, надо поискать «шутку» на всякий случай и чтобы не использовать особо опасные растения.

— Так… где же ты… это что у нас? – я достал какой-то порошок. Повертев немного, я нашел его название «пыльца Забудки».

Я про этот цветок читал, я помню, что он… что он… что его пыльца, правильно обработанная, действует, как сильное снотворное. И если эта пыльца обработана, как надо, то ее можно будет использовать в своих целях. Рассыпать ее по самодельным мешочкам, из листьев сшитых, теми нитками Рарити, и можно даже будет в крайнем случае бросаться, но, главное, не перебрать с дозировкой.

— Думаю «шутка» уже не нужна, мне и этой пыльцы хватит, ее хватит на пять мешочков, — сказал я, захватив с собой горшок с пыльцой, но остановился, — я ведь так то еду ходил искать, а не это. Надеюсь, меня простят уже третий раз за такое вторжение в личную собственность и кражу в мелких количествах, — объяснял я сам себе, от одиночества и возможности с кем-либо пообщаться, загружая в найденный мною мешок, найденную мною не мою еду.

Выходя из дома – дерева, я проверил, чтобы осталось как можно меньше следов проникновения, хотя, наверное, и так заметят пропажу пыльцы и еды сразу, если она не понадобится хозяевам. Закрыв дверь, до меня дошло, что это уже второй дом, в котором нет хозяев и в который я проникаю через дверь, которая была не заперта, даже находясь в лесу, но тут наверно некого бояться.

И теперь, чтобы вернуться куда же мне идти? Я всё-таки окончательно заблудился и не знаю куда идти. Единственный вариант, это найти дорогу отсюда до Понивиля, и уже там найти протоптанную дорогу и вернуться «домой».

Идти долго не пришлось, да и недалеко совсем. Уже на первом повороте, я заметил сквозь кусты тропу, по которой я уже ходил, а, точнее, рядом с ней, когда шел за шестеркой пони в Понивиль. Пробравшись через лесные заросли, я уже полностью развеял свои сомнения и пошел по этой тропе к моему дереву.

Добравшись до места назначения и уютно устроившись на моем самодельном лежаке, я начал свой завтрак, обед и ужин в комплексе, я, естественно, оставил еще на два дня мелких перекусов, в надежде найти лесного пропитания, а не воровства. В мой комплексный перекус состоит из: каких-то ягод, я их даже в книге не видел, листьев капусты, репчатого лука и, на удивление, вкусного, хлеба.

Наевшись в пределах нормы, чтобы жить, я решился завтра ближе к полудню выйти в город и попробовать наладить прямой контакт с его жителями.

* * *

Утро ясное, на небе ни тучки, день прям так мне и говорит, — «У тебя сегодня будет самый лучший день в жизни». И как бы мне хотелось верить в эти слова. В готовые, для бросания и усыпления мешающих, подозревающих или просто надоедливых пони, я засыпал ту самую пыльцу, а вот горшочек стоит промыть и использовать потом как графин или лучше отдать его владельцу. Закреплять свои бомбочки со снотворным я решил на какое-то подобие лямки, так скажем «связанную» из нескольких слоев ниток, из набора белой единорожки.

И вот я уже иду собранный, через плечо натянута лямка с бомбочками, но так, чтобы не было видно, на спине мешок с запасами еды, и, конечно, перешитый и слегка украшенный брезент, который теперь стал плащом и, наверно, только искусный модельер сможет заметить мою доработку и что самое обидное, это мои рога, вытесняющие заднюю часть капюшона. Я уже знаю эту дорогу как свои копыта, я уже не раз по не ходил и рядом с ней, думаю, стоит пройти в город немного иным путем, чтобы не вызывать подозрения.

— Ты прямо таки сам уже веришь, что ты шпион, — сказал неизвестный, но знакомый мне голос, — и пытаешься вести, как шпион и действуешь почти точно так же, — договорил голос и замолк.

— Ты кто? – спросил я, остановившись, и оглядываясь, но ответа не последовало.

Удостоверившись что никакой слежки нет, я двинулся дальше. Во время пути на меня нахлынули воспоминания, тех двух с половиной недель в одиночестве, как я шел и молча вглядывался в небо, лес, в общем, в природу. Что я все то время питался, как только мог: ягоды, грибы, цветы и растения. И вот я уже выхожу в общество, которое так долго искал, но выхожу я так, как будто я враг народа или особо опасный преступник. А что если так? Такая теория мне в голову не приходила. Но если я потерял память, это не причина оправдываться или защищаться этим. Преступник – значит, надо меня наказать, нет, значит, отпустить на волю. Логика проста.

Вот и окраина Понивиля. Пони уже вовсю работают и трудятся, бегают и отдыхают. В небе, отсюда, словно маленькие мухи летают пегасы, по своим пегасьим делам. В общем, город живет и расцветает в лучах летнего, утреннего солнца. Что же может испортить такой прекрасный день? Конечно же, ничего.

Пройдя в город, на меня обернулись взгляды десятков пони. Не каждый день к тебе в город приходят незнакомцы в плащах. Я этого и ожидал, сначала взгляды пони с искоркой интереса в глазах, затем перешептывания и обсуждения. Но на это я внимания обращать не буду, ведь днем, когда город не спит, точно так же красив, как и ночью. Немного пройдя вглубь города, большинство пони потеряли ко мне интерес и пошли по своим делам. А вон там в небе, видно, ту радужноголовую пегаску – Рейнбоу. Она то и дело, что вытворяет всякие воздушные элементы, то отдыхает на облаке. Интересно, какого это, быть пегасом? Летать в небе, чувствовать порывы ветра на лице и ощущать сво…

— Ой, извините. Я сегодня какая-то рассеянная, — прервал мои размышления женский голос, хозяйка которого, явно уже не молодых лет, — я вас не знаю. Вы новенький в Понивиле?

— Эм… да, — не зная, как еще ответить сказал я.

— Ох, как хорошо, что я вас встретила. Я мэр этого славного городка, может обращаться ко мне, Мисис Мэр, — с улыбкой на лице сказала она. Это, оказывается, пони, кофейно – молочного цвета шкурки с пепельной гривой и очками на мордочке.

— Да, конечно. Меня зовут, Хар или Харвестер, — улыбнулся я в ответ, но моей улыбки не было видно из-за тени отбрасываемой капюшоном.

— Вы надолго к нам, мистер Харвестер, или проездом, — спрашивала меня деловитая пони.

— Я… я еще не решил, я просто гуляю по городу и изучаю его, совместно я ищу где бы заработать немного денег, если вы знаете, то подскажите мне, пожалуйста, — решил я быстро уйти от разговора.

— Работа найдется на всех, можно пойти в «Сахарный Уголок» и спросить там, можно в «Погодный патруль» также к Эпплам на ферму «Сладкое яблочко», а, кстати, кто вы просто из-за вашей мантии я не могу понять, кто вы: пегас, единорог или земнопони, — начала вглядываться она в тени моего капюшона, что не обещало ничего хорошего, — от этого зависит, какую лучше работу вам предоставить.

Вот этот вопрос поставил меня в затруднение. Я и не подумал даже к какой расе отношусь я. Пегасы сразу отпадают, из-за отсутствия крыльев. Вроде бы единорог, но рога два, магией пользоваться не умею либо забыл как. Или земнопони с аномалией при рождении. Лучше уж быть земнопони, чем единорогом без магии.

— Я земнопони, такой же, как и вы, — ответил я после небольшой задержки для раздумий.

— Хорошо, значит, вам можно… О, точно, я попробую договориться с Эпплами, насчет вашей работы, вот как раз идет Эпплджек со своими друзьями, — довольная своей работой, Мэр позвала Эпплджек сюда и вместе с ней ее друзей.

Честно, у меня почему-то мурашки по телу пошли при ее имени и тем более узнав, что она с друзьями направляется в нашу сторону. Она с подругами искала меня в лесу, но вроде бы я у нее ничего не брал. Но вот ее подруга Рарити, это уже серьезно, она может меня раскрыть.

— Да, здрасьте. Чет хотели? – подойдя, спросила Мэра Эпплджек.

— Да. Вот познакомьтесь, это мистер Харвестер и он ищет работу, не найдется ли у вас, какая-нибудь работа для него? – спросила Мэр у Эпллджек.

Пятерка оставшихся пони с интересом разглядывала меня, и тихо перешептывалась, только Пинки Пай не могла устоять на месте и в итоге с нетерпения, буквально, взорвалась и в мгновенье ока оказалась рядом со мной.

— Привет я Пинки Пай, а ты кто, ты любишь сладости, вот я люблю кексы, они очень вкусные, а ты что любишь, я вот люблю играть в «приколи пони хвост», это очень интересная игра, ты любишь улыбаться, я вот люблю улыбаться и все из-за меня все улыбаются, а у тебя есть друзья, давай дружить? – Быстро, на одном дыхании протараторила Пинки, и видя удивленный и одновременно раздраженный взгляд пони вокруг, я понял, что я один разобрал, что она сейчас сказала.

Только я хотел ответить, как меня перебила Эпплджек.

— Пинки, перестань, он все рано тебя не поймет, ты слишком быстро разговариваешь, тебя даже Дискорд иногда не понимает и не успевает за тобой, — сказала Эпплджек, на что Пинки надулась и отошла в сторону, — а тебе, видимо, работа нужна, да? Ну что же, давай знакомиться, я Эпплджек, а ты как я поняла Хар?

— Я все разобрал, что она сказала, между прочим, — пояснил я ее, — и да, мне нужна работа.

— Ого, ничего себе, вы, видимо, чем-то похожи раз ты ее понял, — скорее себе, чем мне сказала Эпплджек.

— Если я принят, то куда и когда мне приходить на работу? – пробуждая ее от раздумий, спросил я.

— Тебе есть где ночевать, в гостях или у родственников? – вопросом на вопрос ответила она.

Я даже не знаю, что и ответить. Я могу каждый день ходить из лесу в город и обратно, но это будет очень сильно выматываться. Лучше ответить как есть, а потом будь что будет.

— Нет, негде. Я просто путешественник и сейчас мне надо немного заработать, — ответил я, ожидая ответа.

— Хорошо, путешественник, я могу тебя поселить у себя на время работы. Как раз на ферме и живешь и работаешь, — протянула она мне копыто для копытопожатия, — эй ты чего, копыто жать будешь и зачем тебе этот плащ?

— Нет, прости, я был в передряге в лесу, вот и был инцидент. Внешности своей я стесняюсь, в общем, — как можно более отталкивающе от моей внешности ответил я.

И тут повисло молчание. Никто даже наверно ни разу так и не моргнул. Первой кто заговорила, была Рарити.

— Бедняжка, но ты не бойся, сейчас можно все загримировать. *Кхм* Кстати, меня зовут Рарити, рада знакомству, — в своей манере похвастаться собой, сказала она и встала в позу.

— Мне тоже приятно, — в ответ поклонился я ей.

— Хорошо, смотри видишь там сад яблонь, там наша ферма, приходи вечером, мы тебя устроим, напоим и накормим. Ладно нам с девчатами пора, до встречи, — пони помахали мне копытом, а я так и остался стоять, как истукан.

Мэра уже давно не было среди нас и я просто остался один без путеводителя. Ну что же у меня есть время прогуляться по городу до вечера, и мне стоит изучить его получше.

* * *

Вечером, этого же дня, я стоял у дверей дома. Ища путь к их дому, я чуть не заблудился в их яблочном саду. Выйдя к «жилой местности», не знаю как еще это назвать, я увидел: большой, нет, даже огромный красный амбар, которых полно в разных деревнях. Некоторая территория от дома-амбара ограждена забором по шею, который по-видимому выполняет чисто декоративную функцию, так как его перепрыгнуть не составит особого труда. Идя по протоптанной тропинке к дому в котором горит свет, что говорит: хозяева дома и они не спят; я заметил как за амбаром расстилается еще один яблочный сад.

*Тук-тук*

Я постучался в дверь и стал ожидать, пока мне не откроют. За дверью были слышны разговоры, которые не разобрать и стук копыт, приближающихся к двери.

— Эм… привет? Меня Эпплджек позвала, она дома? – Спросил я открывшего мне дверь большого красного жеребца.

— Агась… — Это единственное что он ответил.

— Хар, это ты? – Послышался голос Эпплджек.

— Да, – по громче сказал я, чтобы меня было слышно.

— Ты проходи, не стесняйся и давай уже раздевайся, а то — это неприлично, вот так вот напроситься в гости и у них дома не раздеваться, не на улице же, – тыкнув меня в круп ходулями, сказала зеленая пожилая пони.

— Привет, — сказала Эпплджек, выйдя из какой-то комнаты, — ты проходи. Ты как раз пришел к ужину, щас и на тебя накроем, — любезно предложила она мне.

— Нет, спасибо. Может, ты покажешь где мне ночевать и я лягу спать, я находился по Понивилю за день и устал и, знаешь, не очень люблю такое узкое общество пони, тем более это твоя семья, а я рабочая сила, — отказался я.

— Я не считаю тебя рабочей силой, с чего это ты взял? – Слегка взъерошилась Эпплджек.

— Вообще то, я и не думал, что ты так считаешь, я так считаю сам, — пояснил я ей.

— Оу… но почему? Ты же ведь прост стараешься заработать битов, — пристала она ко мне с вопросами, но меня спасла ее, видимо, мелкая сестра или дочь, я толком так и не разобрался.

— Эпплджек, ты идешь или я ем твою порцию? – спросила мелкая.

— Да, щас иду Эпплблум. Покажу нашему гостю комнату и приду, — ответила Эпплджек. Значит мелкая Эпплблум.

— Хорошо… гостю? Какому такому гостю?

— Идем быстрее, а то она не отстанет от тебя с вопросами, а в особенности про твою кьютимарку. – полушепотом сказала мне Эпплджек. Кьютимарка? И здесь я не выдержал:

— Кьютимарка? А что это?

— Это отличительный знак каждого пони, который обозначает их судьбу и особенный талант, пони получают их еще в жеребячестве, она находится на крупе каждого взрослого пони… Стоп ты, что не знаешь, что такое кьютимарка? – Мы даже остановились, вот насколько она удивилась. Раньше я этого не замечал, не вглядывался в разные крупы, даже в глаза не лезло и даже в книге «Краткая история Эквестрии», но теперь я это приметил, у Эпплджек это три красных яблочка.

— Что ты, конечно, знал… просто устал за день, вот теперь и плохо соображаю, — начал я быстро отговариваться.

Дальнейшая дорога, которая не заняла больше пяти минут, прошла тихо и без лишних разговоров, под скептическим взглядом ковбойши. Показав мне комнату, она ушла на кухню ужинать вместе со своей семьей: Эпплблум – ее сестра, Биг Макинтош – ее старший брат, тот красный жеребец и по рассказу Эпплджек, не особо разговорчивый и Бабуля Смит или как правильно ее звать Гранд Смит – самая старшая и старая в семье, бабушка у предыдущих вместе с Эпплджек.

Комната оказалась просторнее, чем ожидалось, как и сам дом, а амбар, просто, пристроен к дому, но кровать просто огромна, даже для такого дома. Эпплджек сказала, что поднимет меня с утра, как только взойдет солнце.

* * *

Эпплджек, как и обещала, подняла меня с утра пораньше с первыми лучами солнца. Быстро позавтракав своими оставшимися запасами, не хочется быть нахлебником и просить еды у тех кто меня и так приютили, я вышел следом за Эпплджек в яблочные сады, они оказались, ну просто огромными. Она объяснила, как нужно работать:

— Ну щас посмотрим на что ты годишься, — довольно сказала она и повернулась задом к дереву, — делаешь вот так, — она лягнула дерево, что есть силы и с него посыпались яблоки, — и готово, сможешь?

— Постараюсь, хотя бы, попытка не пытка, — и я проделал те же самые действия, что и Эпплджек.

— Ого, да ты не промах, с первого раза, ну еще непонятно надолго ли тебя хватит, — довольная своей проверкой, сказала она, — ладно ты работай, а меня пора в город. Ты, кстати, можешь прийти сегодня в город позже полудня, ближе так к часам двум, — она так и ушла не сказав, что такого будет в городе, а я так и остался работать.

Работа сама по себе несложная, но вот из-за того, что на мне плащ работа только усложняется, он совсем немного стесняет движения и в нем работать это то же самое, что и парится в бане, на дворе жара, а я в черном плаще в яблочном саду работаю.

— Шик и блеск, однако, — из-за постепенного поднятия температуры, я, видимо, начинаю нести полную чушь.

Итак проработав: сбил яблоки с пары деревьев, отнес их в амбар, вернулся и по новому кругу; часов до двух после полудня, я, как советовала Эпплджек, решил направиться в город и узнать, что такого там будет городе.

Придя в город, я заметил, что все пони направлялись на площадь, я и решил идти следом за всеми. На площади уже собрался, наверное, весь Понивиль. Единственное, что меня насторожило, так это странные пони в золотых доспехах, что выдавала их на солнце где бы они ни находились: идеально отполированные золотые доспехи крайне непрактичны, как и любые другие золотые доспехи, она здесь скорее служит, как украшение. Этих солдат, стражи, охраны, гвардейцев, или кем бы они ни были, ну их слишком много, даже для охраны Понивиля, что-то здесь не так.

Продажа сладкой ваты и других сладостей, различных напитков и других вещей. Мэр вышла из ратуши на трибуну, и все пони начали рассаживаться перед ним. Видимо, обещанное Эпплджек началось, хотя ее самой нигде не видно, как и ее подруг.

— Дорогие жители Понивиля, к нам сегодня с визитом из Кантерлота, прилетели наши, всеми любимые и прекрасные правительницы нашей прекрасной страны Эквестрии, Принцессы Селестия и Принцесса Луна, — после этих слов на трибуну вышли эти самые две принцессы. Первая, большая белоснежная кобыла с развевающимися волосами всех цветов радуги, вторая, поменьше темно-синего цвета шкурки и такие же развивающиеся волосы цвета ночного неба со звездами, рог и крылья, что не давало мне понятия кто они: пегасы или единороги. После выхода этих особ, их охрана гордо выпятила грудь, один, самый выделяющийся, видимо их командующий, просто следил за ними из-за их спин. Толпа сначала заликовала и загудела, но потом начала им кланяться и чтобы не выделяться я сделал то же самое.

Правительницы Эквестрии, получается, прилетели из столицы, так называемой Кантеролтом, а в золотой броне, это стража и, причем ее здесь немало, значит, что эти две особы очень важны, ну конечно, они же правительницы. После таких раздумий у меня было только одно на языке…

— Вот я попал…

## Глава III — «Неожиданная беда»

Принцессы-сестры и правительницы государства Эквестрия. Из книги «Краткая история: Эквестрия» я помню, что этим правительницам больше тысячи лет и что они всесильны, раз одна управляет солнцем, а другая луной и звездами. Многие пытались их свергнуть разными способами: революции и восстания, простые забастовки, политическое вмешательство, война с царством грифонов, даже принцесса Луна пыталась свергнуть свою старшую сестру Селестию, чтобы править одной и вогнать Эквестрию в вечную ночь, воспользовавшись Темными силами, но Селестия, чтобы сберечь свой народ от вечной ночи, сослала собственную сестру на луну, где та, провела тысячу лет и по возвращении была побеждена Хранительницами Элементов Гармонии, имена которых не записаны.

Я не помню их, хотя при наличии амнезии это нормально, сколько бы раз это я ни повторял. Я не помню даже собственных воспоминаний о себе, родственниках и друзьях, если таковые, вовсе, были. Принцессы никогда не будут заинтересованы в простом, неизвестном никому пони, если пони вообще. Наличие такого количества стражи говорит либо о том, что они берегут себя от покушений, хотя кто осмелиться, они друг друга на луну пытались сослать и это одной даже удалось, либо о том, что, что-то происходит с их политическими делами.

А вот и Эпплджек со своими друзьями идут, только направляются они в сторону принцесс. Они, видимо, решили сообщить им о том «Лесном жителе», который распугал животных, то есть, обо мне. Интересно, что примут принцессы для помощи в их вопросе.

— Что? – Неожиданно и тихо удивился я, видя, как Твайлайт обнимается с принцессой Селестией, а она в ответ также, я бы даже сказал, любя и ласково, приобняла Твайлайт.

— Что вас так удивило? – Мило вито спросила не знакомая пони.

— Твайлайт обнимается с принцессой, это удивительно! Никому недозволенно, но она так спокойно это делает, — недоуменно повернул я голову к источнику голоса моей собеседницы. Это оказалась милая пони: шкурка цвета топленого молока или шампань, кудрявая грива морковного цвета и после вчерашнего разговора с Эпплджек про кьютимарки, я быстро обратил внимание на кьютимарку своей собеседницы – это три морковки, и, видимо, ее талант с ней и связан.

— Хи-хи, ты ведь тот новенький, да? Раз вы знаете Твайлайт, то должны знать, что она лучшая ученица принцессы Селестии, а еще и Хранительница Элемента Гармонии, она с подругами уже не раз спасали Эквестрию от катастроф, к примеру, история с возвращением Найтмер Мун или Дискорд, если вы издалека и не знаете этих историй я могу их вам рассказать. Я, кстати, Кэррот Топ или просто Кэррот, — пояснила она мне она этот нюанс. Элемент Гармонии, значит, Твайлайт и ее подруги те самые Хранительницы и еще Твайлайт имеет прямую связь с принцессами, эта информация может пригодиться в будущем.

— А я Харвестер или, просто, Хар, — ответил я взаимностью и улыбнулся. Видимо, она увидела мою улыбку и тоже улыбнулась, — приятно познакомиться, — надо бы потянуть капюшон, а то видно мою улыбку.

— Взаимно… я вот слышала, про вас, ну что вы издалека и что вы так и пришли в Понивиль, в плаще, и, видимо, до сих пор не сняли почему? На улице жаркий летний день, а вы в одежде ходите, — спросила меня Кэррот.

— В лесу был один несчастный случай, вот я и пострадал? и до сих пор не реабилитировался. Если объяснять вкратце, то выгляжу не очень важно, — пояснил я ей.

— Оу… прости, я не знала. Это личное и я не должна была лезть со своими расспросами, — она склонила голову, стыдясь за свои вопросы, — так друзья не поступают, я плохой друг, — вот что на нее нашло? Вопрос как вопрос, обычное любопытство и не более. Она считает меня другом, поразительно, какие все здесь дружелюбные и отзывчивые, чуть-чуть пообщались и уже друзья. Я ничего против не имею, но у меня такое ощущение, что такого раньше не было, такой дружелюбности.

— Эй ты чего это? Вопрос как вопрос, все любознательны, абсолютно все и в этом нет ничего страшного, я же не ругаю, и не говорю, что ты мне не друг, а даже наоборот. Видишь ли, у меня в этом городе нет знакомых, кроме Эпплджек и то, она мой работодатель, а не друг, — видимо, из-за интереса, она подняла голову и стала внимательно слушать, ожидая главного, — будем друзьями, Кэррот?

— Да… у меня тоже друзей немного, — уже более оживленно сказала она.

— Вот и отлично, я не люблю, когда кто-нибудь грустит, и значит, ты тоже не должна грустить, что бы не грустил я, договорились?

— Хи-хи, конечно. Ты голоден? Давай я тебя угощу морковным супом, а то я готовлю много, а ем мало, — предложила она. Я голоден, весьма таки, я не могу отказать своему новому другу.

— Не откажусь…

Видимо, я — очень общительный пони, раз из первого разговора завел себе нового друга. Мне очень не хватало общения на протяжении этих трех недель, после пробуждения на поляне и сейчас на Кэррот обрушилась малая часть того, сколько мне еще нужно выговориться, но на душе стало заметно легче, хоть и разговор был случайным.

Перед уходом, я обернулся, чтобы посмотреть, что сейчас делают Хранительницы, теперь я так буду их называть, так скажем, по их должности. Но их уже не было, а принцессы принимали своих подданных с их проблемами, вопросами и пожеланиями.

К Принцессе Селестии было обращено большое внимание со стороны государственных и простых, городских проблем, а к ее сестре, Принцессе Луне, было обращено внимание жеребят, которые так и норовились поиграть с принцессой, хоть она делала важный и статный вид, но все равно подыгрывала детям. Пока я искал Хранительниц, я пересекся взглядами с младшей принцессой, во взгляде читалось удивление, недоумение и интерес, которое есть у всех. К нашим гляделкам присоединился главный гвардеец.

— Ты идешь? – Послышался голос Кэррот.

-Да, — перед тем как уйти, я заметил, что этот гвардеец, что-то спросил у ночной принцессы и затем удалился.

* * *

Меня куда-то вела Кэррот, сквозь толпы пони идущих навстречу и поперек, кто просто гуляет, а кто идет по делам. Оказывается, ларек, с которого я снял тот тент, это торговый ларек Кэррот, неловко выходит. Странно это, ларек на краю площади, а ее дом где ближе к окраине Понивиля, она, что не боится, что ее ларек обворуют, как это и было. Но признаться, — «Мне немного стыдно».

Отдаляясь от площади, кучность и количество пони уменьшалось, остались только те, кто работает или те, кто уже был на площади.

Мы подходили к одноэтажному, видимо, ее дому. Дом хоть был и одноэтажный, но все равно казался большим. Он не нуждался в ремонте и выглядел, как новый, только что построенный. Подойдя ближе, я заметил, что за домом находятся грядки для рассады, как я думаю, моркови.

— Проходи, не стесняйся, — пригласила меня в дом Кэррот.

Внутри дом казался очень уютным и даже родным, что ли? Никаких лишних деталей нет: однотонные обои приятного красноватого оттенка, диван и кресло, все как по-домашнему.

— Пойдем на кухню, у меня уже все готово.

Я не люблю узкое общество пони и я это уже говорил, но с тем кого считаешь другом, все наоборот. Раньше я это не любил из-за… из-за… я уже не помню из-за чего, можно сказать, что это врожденная черта моего характера, которая скрыта от меня за толстой стеной беспамятства.

Пообедать без разговоров не удалось. Кэррот старалась, как можно больше узнать обо мне и мне приходилось придумывать и запоминать свою выдуманную историю, чтобы не было потом проколов с ней. В итоге я — Харвестер, из Лас-Пегасуса, который пошел в путешествие по Эквестрии и в этом походе случился несчастный случай, я пролежал в больнице две недели и потом я сам попросился выйти, и меня отпустили, я купил себе плащ и пошел дальше, теперь я в Понивиле и работаю на ферме Эпплов. Так прошел час.

— Спасибо, было вкусно, — не зная, как еще отблагодарить Кэррот, сказал я первое, что пришло в голову.

— Не за что, главное, что тебе понравилось, — я уже развернулся к двери, чтобы уйти, как меня позвали, — Хар, стой, подожди… Вот тебе морковки на какое-то время.

— Спасибо, но мне нечем тебе заплатить, я еще не заработал, — я не мог принять это, я и так тент у нее забрал, только она об этом не знает.

— Ой, да что ты. Забирай так, считай это как подарок друга. У меня все равно этой моркови очень много, — отмахнулась она, — мне все равно интересно, кто прячется под капюшоном.

— Придет время, узнаешь, все узнаешь. Спасибо, Кэррот, я твой должник. Ладно, я пошел, мне еще работать и работать, — я открыл дверь и вышел на улицу. Некоторые пони с удивлением посмотрели, как я выхожу из дома Кэррот и начали перешептываться.

— До встречи, Хар, — помахала она мне копытом.

* * *

Придя на ферму, я первым делом пошел в выделенную мне комнату, чтобы положить морковку, которую по дружбе мне дала Кэррот. В доме была одна бабуля Смит, она то ли спала, то ли просто качалась в своей кресле-качалке. Биг Макинтош был в саду весь день и работал. Эпплблум, про нее я не знаю, в школе, наверное, а Эпплджек, последний раз я ее видел в городе на площади.

На площади я провел час и в гостях у Кэррот тоже час, так что сейчас на дворе примерно два или три часа дня. Я отправился работать в свою часть сада, которую мне выделила Эпплджек и которую я должен собрать. За сегодняшний день, мой первый день работы в саду, я собрал яблоки только с тридцати деревьев, а на моем участке их, наверное, тысяча.

Сбивая яблоки с деревьев, на меня нахлынуло странное чувство, которое можно описать только, как прилив сил энергии, но вместе с этим и легкое чувство эйфории, что ли? Раньше, чтобы сбить все яблоки с одного дерева, мне нужно было ударить по нему три — пять раз, а теперь они все осыпаются то с двух, то с одного удара. Я на это не обратил особого внимания, я думал, что это из-за того, что я поел и пища уже частично переварилась, и по моему организму стали распространяться полезные вещества, которые и придали мне силы.

Уже настал вечер и яблоки были собраны, как минимум, со ста деревьев, что дало хороший плюс. Я решил дособирать последние яблоки и закончить на сегодня, но удар по последнему дереву отвергнул задуманное мною, сильным хрустом древесины.

— Что? – Не понял я, как умудрился ударить с такой силой, что дерево треснуло внутри.

Я решил проверить это на еще трех яблонях и эффект такой же. Я сразу понял, что это ненормально и физически так точно не могу, значит, этот эффект лежит где-то в магии, в которой я не разбираюсь.

Закончив с яблоками, я пошел прогуляться по окраине Понивиля, чтобы скоротать время до ночи и лечь спать, а то сейчас не очень хочется. Я думаю, стоит проверить то, что было на ферме, только на простых деревьях. В первые удары я много силы не вкладывал и вызывал пошатывания у деревьев, в последующие, примерно, чуть меньше половины и сейчас деревья уже начали трещать и даже, иногда, крениться, а в последний, я вкладывал почти всю силу и то опробовал на одном дереве, оно просто треснуло и дало сильную трещину и вдобавок накренилось, и это все было с вековыми деревьями.

По наступлению вечера я вернулся в свою комнату. Эпплджек, как и Эпплблум, была уже дома и снова звала на обед, но я снова вежливо отказался, сзываясь на головные боли. В комнате не душно, не жарко, но и не холодно, такой своеобразный климат комнаты. Думаю, стоит открыть окно, ведь ночью все так же сплю в плаще, но на дворе лето и даже ночью было довольно тепло, если не жарко.

Открыть то окно я открыл, но вот засунуть голову назад в комнату было трудной для меня задачей. Ярко-желтый, затем блестящий, золотой закат заворожил меня, такое ощущение, как будто меня не было несколько столетий, а то и тысячи лет. Я не могу оторваться от такого зрелища, я, просто, радуюсь, как маленький жеребенок при виде своей мамы или от получения долгожданной игрушки. А ведь действительно, закат очень красивый и завораживающий иначе бы, он не нравился практически всем… почему практически, так и есть, всем.

Когда солнце полностью зашло за горизонт и я, наконец-то, налюбовался закатом, а на улице стало, заметно, прохладнее, я всё-таки засунул свою часть тела, которая была в окне, в комнату и поплелся к кровати, спать захотелось сильно. Уже лежа в кровати и пытаясь уснуть, я призадумался над сегодняшним открытием своих новых способностей.

«Сначала я плотно поел у Кэррот и… и все, больше я ничего не делал, кроме того, что я вкладывал силу в удары, для сбивания яблок.» — Такие мысли ходили ходуном у меня в голове до того, как я резко и неожиданно провалился в кровать и уснул.

* * *

Утром меня разбудил шум разговоров за дверью в мою комнату. Не знаю когда я стал считать эту комнату своей, но если ты в ней спишь разве она не твоя, хотя бы на время сна? По голосам можно было различить, что там две пони, они сестры и живут в этом доме. О чем идет разговор, различить было трудно, да и лень тоже, если честно. Вставать с кровати тоже очень лень и я решил прибегнуть к старому способу взбодриться – упасть на пол. Падение оказалось действительно стоющим, шумы за дверью резко прекратились, а я резко приобрел заряд бодрости, из-за того, что пол оказался значительно холоднее, чем ожидалось и падение тоже оказалось больнее, чем ожидалось.

— Ты там в порядке? – Послышался вопрос из-за двери, но непонятно чей, голоса у Эпплджек и Эпплблум похожие, а вдобавок еще дверь искажает звук.

— Да… и хватит там стоять, пройдите, что ли?

Дверь медленно открылась и за ней стояла Эпплджек, а в зубах она держала поднос, но ее сестры не было. На ней было слегка виноватое выражение мордочки, но оно быстро сменилось на ее обыденное. Она прошла на середину комнаты и остановилась. Я подошел к ней взял в копыто поднос.

— Это твой завтрак, а то тебе ведь нужны силы, чтобы работать в акрах, — объяснила она мне о том, что было на подносе.

— Эм… спасибо, но я ведь не просил, зачем вы тратите на меня свои запасы еды? – Я ведь действительно не просил и даже наоборот, пытался держаться на расстоянии, а если вот так вот завтракать, обедать и ужинать вместе с ними, то появиться привязанность.

— Теперь уже не спорь, раз взял так ешь, тебе ведь нужны силы для работы вот и ешь, — настойчиво объяснила она мне.

— Но это же лишние затраты, для вас и... – Не успел я договорить, как меня перебила Эпплджек.

— Да, что ты заладил? У нас полно этих запасов, если бы это были затраты, разве мы их тратили на тебя? Может ты из большого города, но не надо считать, что везде такие пони, как в Мэйнхетэне или Кантерлоте, у нас в Понивиле все знают друг друга и всегда готовы помочь, — уже более доходчиво объяснила она мне.

— Эх… твоя правда.

— Конечно, моя, не зря же я Хранительница Элемента Честности, — гордо сказала Эпплдлжек. Хранительница Элемента Честности, значит моя догадка насчет друзей Твайлайт — это правда и остальные ее друзья тоже Хранительницы оставшихся пяти Элементов Гармонии: щедрости, верности, доброты, смеха и ранее неизвестного шестого, главного элемента, элемента магии.

В дверной проем показалась голова той самой Эпплблум, аккуратно подглядывая, чтобы ее не заметили, но, видимо, у нее такого опыта скрытности, как у меня, просто-напросто нету. В ее глазах, как и во всех тех кто видит меня впервой, есть искорка интереса ко мне.

— Привет, ты ведь Эпплблум, верно? Мне о тебе рассказывала твоя сестра, проходи не бойся, я не кусаюсь, — вежливо и, как-то по-детски позвал я Эпплблум.

— Здрасьте… Да я Эпплблум.

— И как давно ты там стоишь? – Хотел я еще подловить на подслушивании.

— Я… я… я здесь, как Эпплджек зашла к вам. Это я хотела вам оставить завтрак, но меня заметила Эпплджек и… — но ей не дал договорить уже я.

— А, что было дальше, я знаю. И пожалуйста, давай на ты. Я неофициальная персона и я даже, скажем так, твой работник, ведь если я работаю на ферме Эпплов, то значит и на тебя от части, — я заметил, что уже долго стою с подносом в копыте и поставил его на тумбочку, — и, да, спасибо за завтрак.

— Да не за что. И ты работаешь на меня тоже? И тоже могу давать тебе поручения? ЗДОРОВО! – Воскликнула она.

— Да, но никаких поручений ты давать не будешь, я уже дала ему работу, а свои домашние задания будешь делать сама, — строго сказала Эпплджек.

— Ну… а я хотела получить кьютимарку по командованию и управлению другими пони, — обиделась Эпплблум.

— Эпплджек, кстати, где у вас здесь ванная комната? – Спросил я.

— Как выйдешь, направо до конца, дверь справа, — объяснила она мне дорогу. Ого! Меня поселили рядом с ванной комнатой, очень здорово, хотя, наверное, здесь все живут: в соседних комнатах.

Закончив разговор, сестры вышли и закрыли за собой дверь, а я остался позавтракать тем, что мне принесла Эпплблум, а передала в копыта Эпплджек – кусок яблочного пирога, чашка с еще неостывшим чаем, бутерброды из хлеба и с, как я понял, гвоздикой, а напоследок овощной салат. Спасибо большое за такой завтрак им, этот городок не перестает меня удивлять: дружба с одного разговора, дружеский подарок, в первый день дружбы; бесплатный завтрак своему работнику, как и бесплатное место жительства.

Позавтракав и отнеся поднос с посудой на кухню, я отправился в ванную комнату, чтобы нормально освежиться за последние три недели. Я решил много времени этому не уделять, поэтому зайдя в ванную, я закрыл за собой дверь, чтобы никто случайно не зашел. Снял свой плащ-накидку, снял свой самодельный «ремешок» с бомбочками из листьев и крепко связанных нитками, которые, на удивление, даже не рассыпались и уже после своего раздевания я занялся своими водными процедурами.

Закончив с процедурами, я вновь отправился работать в свою часть яблочных акр, прихватив часть моркови, что дала Кэррот. Сегодня судьба преподнесла мне маленький подарок – это чуть-чуть пониженную температуру, прохладнее, чем вчера, и легкий, гуляющий ветерок в акрах. Сегодня работать не так жарко, как вчера, даже, можно сказать, что приятно и одно удовольствие.

Я работал около четырех часов и немного подустал и проголодался. Но, что-то говорило мне, что мне просто так поесть не удастся. И как я предчувствовал, нормально пообедать мне помешала Пинки Пай, она прискакала из ниоткуда, причем выскочила так, что я чуть на яблоню не запрыгнул, со страха.

— Привет, что делаешь? Кушаешь, приятного аппетита, какой твой любимый цвет? – Опять она начала тараторить.

— Эм… синий, — ответил я после недолгих раздумий.

— А какие твои любимые сладости? – Видимо, она не отстанет просто так.

— Я не люблю сладости. Я фрукты больше люблю, в особенности бананы, — а ведь действительно сладости я не очень люблю, а вот бананы наоборот. Интересно, зачем ей все это знать или она уже все прознала и хочет вывести меня на чистую воду?

— КАК? – Завопила она.

— Ты чего кричишь?

— А вот ты где, — прибежала Эпплджек, — я так и думала, что это ты Пинки. Ты чего кричишь во все горло?

— Хар сладости не любит! — Объяснила она Эпплджек и задала мне следующий вопрос. — Но вечеринки же ты любишь? – Даже Эпплджек не спасет меня от ее вопросов Пинки.

— Насчет вечеринок, то, наверное, да, — я не могу быстро отвечать на вопросы хоть я и ничего не помню, но предпочтения можно вспомнить, это уже уровень подсознания.

— Ладно, Хар, не будем тебе мешать, — сказала Эпплджек, толкая куда-то Пинки Пай.

Куда она ее увела, я не знаю, но какие-то голоса я слышал, но опять же разобрать было трудной задачей, и здесь уже мешала не дверь, а расстояние. Все равно непонятно, зачем она задавала такие глупые вопросы. Но зато, теперь отобедав, можно снова приступать к работе.

* * *

И снова этот захватывающий дух закат. На этот раз я уже смотрю на него не высунувшись в окно, а на найденной мною небольшой полянке, где-то в яблочных акрах, совсем недалеко от дома. На улице сейчас дует прохладный летний, вечерний ветерок, слегка покачивая листву на деревьях, а я сижу на прогретой солнцем траве и смотрю на завораживающий и дивный вид летнего заката.

— Ничто не может испортить сегодняшний вечер, — сказал я сам себе.

Хоть это и происходит второй раз, но я уже понял и осознал, что в такие моменты я не думаю ни о чем, в моей голове пустота и слышен только тихий гул вечернего ветра и шелест листвы.

Вдыхая воздух, я четко стараюсь разобрать запахи, которые наполняют воздух. Чувствую: свежую, слегка мокрую, траву с листьями, свежие, только созревшие яблоки, запах яблочного пирога, доносящегося из дома.

Солнце медленно садится за горизонт, а я все еще сижу ни о чем не думая и никуда не собираясь. Солнце зашло за горизонт только что и я сразу же направился в сторону дома. В доме была тишина, никаких разговоров, ходьбы или подобных звуков, только скрип, равномерно покачивающийся кресла-качалки, на которой спит бабуля Смит. В доме никого и это очевидно, куда все делись, я не знаю.

Решив никого не искать, мне это, просто, незачем. Я отправился в выделенную мне комнату на втором этаже, чтобы лечь спать до завтрашнего дня. Но, естественно, ничто некогда так просто не бывает. Лежа в кровати, пытаясь уснуть и одновременно копаясь в своих малочисленных думах, нарастал какой-то непонятный гул, но я не придал этому особого значения, а зря. Секунд через десять, после того как начал нарастать гул, с громким хлопком распахнулась входная дверь, если не сломалась.

Вскочив с кровати, я выбежал проверить, что случилось. Первое, что пришло мне в голову, так что это в дом ворвались грабители, но правда оказалась куда плачевнее… от смеха. Дверь была выбита с петель, как я и предполагал, на кухне был колоссальный погром: разбито окно, его осколки валялись на полу, дверцы кухонных шкафчиков также слетели с петель, сломанный стол и в центре всего была пегаска, вся измазанная в грязи и траве с листвой, только приглядевшись, я понял, что это Рэйнбоу. Заглянув, в гостиную я увидел, что бабуля Смит все так же мирно спит в кресле-качалке.

— Рэй… ты кто? – Вовремя я остановился, иначе бы назвал ее по имени, а ведь мы не знакомились.

— А? Это ты… как тебя… Харвестер? – Спросила она, протирая ушибленное место, то есть голову.

— Это-то да, я, но мне интересуют кто ты и че ты здесь делаешь, — ведь действительно меня интересовал этот вопрос, не каждый вечер или ночь в дом влетаю пегасы без причин.

— Я Рэйнбоу Дэш, самый быстрый пегас в Эквестрии, после Вандерболтов, конечно, — так, ее Рэйнбоу Дэш полное имя, а я думал Рэйнбоу. Видимо, хвастовство у нее в крови.

— С этим разобрались, а какого ты здесь делаешь? – После вопроса она как будто опомнилась, вскочила и побежала к двери.

— Я за тобой, пошли, помощь нужна, — после этой фразы она выбежала и куда-то побежала.

Без лишних вопросов, хотя их и задавать-то некому больше, я выбежал следом и побежал за Рэйнбоу. Окраину леса, по которой мы бежали, освещал лунный месяц и несмотря на его маленькие размеры, он освещал достаточно хорошо. Я не знаю куда мы бежим, но если кому-то нужна помощь и тем более незнакомца — меня, то значит, случилось что-то нехорошее.

Так и бежав без перерыва пять — десять минут, мы прибежали к поляне Понивиля, откуда ведет тропа в Вечнозеленый лес. Здесь на этой поляне собрался, наверное, весь Понивиль и все были распределены на группы по шесть пони, но ни в одной не было пегасов, они стояли одной большой, отдельной группой.

— Наконец-то, чего вы так долго? – Спросила Твайлайт, как только мы прибежали.

— Да, знаешь, проблема одна произошла, — ответила ей Рэйнбоу Дэш.

— У нас и так уже большая проблема, если ты не заметила, не хватало нам еще и других, — как-то нервно и немного повысив голос, сказал Эпплджек.

— Успокойся Эпплджек, мы их найдем, — попыталась упокоить ее Твайлайт.

— Ладно, хорошо.

— Так, Хар, верно? – Спросила у меня Твайлайт.

— Да.

— Хорошо, Хар, ты пойдешь с нами, — она повернулась к Рэйнбоу, — а ты, Рэйнбоу, помнишь, да? Ты вместе с другими пегасами проверяешь лес сверху.

— Твайлайт, видишь ли… я тут крыло подвернула.

— ЧТО? Ладно, ладно… хорошо тогда мы пойдем все вместе.

Я так и стоял молча, потому что, абсолютно не понимал, что происходит. Закончив с какими-то своими подготовка, все группы отправились в лес, для меня неизвестно зачем. В каждой группе было по три единорога и три земнопони, каждый единорог освещал себе путь магическим свечением, а земнопони были с фонариками или с лампами.

Идя по лесу ночью, мне наверно одному было весело, не знаю почему, просто так. Насколько я понял из криков типа, – «Эпплблум, Свити Бель, Динки, Сильвер Спун и т. п.» — что все прочесывают лес в поисках детей, которые, наверное, по неосторожности забрели в лес и заблудились. Чтобы прояснить ситуацию, я решил спросить, что конкретно происходит.

— А что, собственно, происходит и зачем я здесь? – Спросил я у всех.

— Я тебе сейчас все объясню. Эпплблум, Свити Бель и Скуталу позвали своих одноклассников поиграть на поляне возле Вечнозеленого леса, но почему-то они пошли в лес и заблудились и мы сейчас их ищем, — спокойно рассказала мне историю Пинки Пай, но все равно на одном дыхании. Она выглядит не так, как раньше хоть и видел ее три раза, но уже могу сказать, что она очень ответственно подходит к серьезному делу.

— А, спасибо, теперь все ясно.

— Нам нужна помощь каждого, вот держи, — Твайлайт левитировала ко мне фонарик из своей сумки.

Мы так и продолжили идти, зазывая детей, которые заблудились, но все безуспешно. Со всех сторон слышны крики других групп, зовущих детей, и вой древесных волков. Твайлайт освещала себе путь магическим свечением, как и Рарити, хотя Рарити выглядит очень озабочено и взволновано, как и Эпплджек, видимо, ее сестра тоже заблудилась. Эпплджек несла лампу в зубах и заглядывал в каждый кустик и каждую проталину. Пинки Пай уже не скакала, как мяч, шла и внимательно осматривалась на наличие каких-нибудь зацепок, а держала она фонарь в своей гриве как, я, так и смог понять. Рэйнбоу и Флаттершай шли рядом и только Флаттершай, держала в зубах фонарик. Я же, просто, шел на трех копытах, а в четвертом держал выданный мне фонарик и вглядывался в лесную темноту.

Ходя так еще минут два, я уже начал терять интерес в помощи, видимо, я очень сильно вымотался за день и устал, а у них тут настоящая катастрофа, а я веду себя черствый эгоист. «А-А-А-А-А-А-А» — пронесся у меня в голове детский крик.

— Вы это слышали?

— Слышали, что? – Спросила Рарити.

— Наверное, показалось, идем дальше.

Я уверен, что мне не показалось, ну мне так кажется. Но придется все проверять. Я начал внимательно вслушиваться в окружающие звуки, но не в шепот идущих рядом со мной пони. Слышу: треск ломающихся веток под копытами пони в других группах, шелест листвы, поддающиеся слабому ветру и… крик детей в глуби леса, с правой стороны.

После того как я понял где находятся дети я неожиданно, для самого себя, я рванул сквозь кусты, бросив фонарь на землю и со всей своей скоростью побежал в сторону источника крика.

— Эй ты куда это собрался? – Это последнее, что я, нормально смог разобрать убегая в противоположную сторону от этой шестерки.

Я постоянно вслушивался именно в те звуки, которые были со стороны жеребячьих криков. С той стороны были лишь крики и нагоняи друг друга, чтобы не отставали.

Наверное, три минуты я бежал, что есть мочи без остановок и изрядно выдохся, но основную задачу я выполнил – нашел детей, их было немало, наверное, десять или больше. Но вот их загнали к низу отвесного утеса и окружила стая древесных волков. В такой ситуации мне осталось только одно – использовать пыльцу Забудки. Встав на задние копыта, я сорвал одну порцию из пяти и быстро попытавшись прицелиться метнул в цель. Первая порция попала точно в морду одной из этих псин и мгновенно усыпила и того, в которого попал и трех ближайших к нему. Еще осталось восемь волков, они заметили, что их молодняк резко упал и они стали более свирепее, чем раньше и стали более активно подбираться к жеребятам. Второй, третьей и четвертой, я вырубил пятерых: вторая вырубила одного и к нему подошел его сородич и как раз начал обнюхивать, еще неосевшую пыльцу, третьей вырубил самого первого и четвертой еще двоих, которые шли бок о бок.

Осталось еще 3 волка и последняя «посылка» для них, я решил вырубить ближайшего к жеребятам, а оставшихся увести за собой, но я, видимо, перестарался и попал прямо в жеребят и они сразу все уснули из-за того, что сидели плотной кучей.

Один из оставшихся волков, наверное, решил, что он поймал добычу и начал набирать скорость и приближаться к детям, а вот другие лишь вертели головами в недоумении, что произошло.

— НЕТ! – Заорал я во все горло, видя, как настигающий свою жертву волк делает свой финальный прыжок, чтобы сожрать жеребят.

Я поддался вперед и выпрыгнул из кустов, в которых сидел и метал мешочки с пыльцой. Жжение по всему телу, неболезненное, но очень ощутимое, как будто слегка ошпарился горячей водой, прошло по моему телу, а потом время как будто замедлилось, а вот скорость, с которой я летел нет. Ощущение полета вот, что я испытывал в тот момент, я не чувствовал земли, как и своего тела полностью, как будто оно исчезло или растворилось, я не мог посмотреть направо или налево, то чем я сейчас вижу не подчиняется мне, но зато я могу различить три темных сферы, кружащих по краям моего кругозора, от которых, исходит темная пелена.

Громкий треск, затем я приземляюсь на землю, на свои четыре копыта, а на голову падают ветки, из которых состоял тот волк, который прыгал на детей. Я уже находился не в кустах, а на месте того волка и я не понимаю, что произошло, но мне понравилось. После приземления с несколько секунд от моих копыт исходила какая-то черная аура, а эти, еле заметные линии и иероглифы по телу излучали черных свет, я не знаю как свет может быть черным, но, так и есть.

Оставшиеся два волка быстро собрались с мыслями и озлобили свой оскал, начали обходить меня с двух сторон. Я был их первой и последней преградой перед их ужином – жеребятами. Хоть это и дикие животные, но у них есть капля разума. Первый волк, который обходил меня справа бросился на меня и попытался задеть меня своей лапой с острыми когтями, но я вовремя увернулся и ударил его прямо в нос со всей силы, как тогда в яблочном саду, и волк, просто, разлетелся на ветки и мох, которые отлетели на добрую десятку метров в гущу леса. А второй волк, который обходил меня слева и уже отошел метров на десять, решил со мной не церемониться, а сразу перейти к ранее намеченной жертве и совсем забыл про меня, но вот я про него не забыл и я решил попробовать разнести волка на щепки, так же как и первого. Быстро сосредоточившись и прыгнув, я ощутил то же самое жжение по всему телу, отсутствие самого тела, полета и увидел ту же самую картину: три темных сферы, кружащих по периметру кругозора, а от них исходила темная аура.

Снова треск, приземление и дождь из составляющих древесного волка, то же самое чувство эйфории. Дети мирно посапывают и видят сны, но это даже и к лучшему, иначе они увидели бы мое представление с супербыстрым перемещением хоть я и не знаю, что это такое и, как это вышло, но пользоваться вроде бы научился.

— ЭЙ, Я ЗДЕСЬ! Я НАШЕЛ ДЕТЕЙ! – Заорал я, что есть мочи.

Пришлось поорать еще пять минут, пока сюда не пришли первые пони, они отправили половину группы для того, что они позвали остальных. Естественно, не обошлось без вопросов – «Как ты их нашел? С ними все в порядке? Что с ними?» — и тому подобное.

* * *

Все собравшиеся уже выходили из леса с детьми, кто их нес на себе, а кто левитировал. Посчитавши, что я выполнил свою обязанность, то есть помочь найти детей, я пошел в сторону дома, чтобы наконец-то лечь и уснуть, а не бродить по лесу ночью.

Благодарности в свою сторону я, просто, пропускал мимо ушей и просто шел дальше. Меня перегоняли и жали копыта отцы и матери, тех потерявшихся жеребят. Они будут спать до утра под действием пыльцы, а родителям сказал, что я их нашел уже в таком состоянии.

— Ты герой для всех, Хар, — послышался знакомый голос сзади. Повернувшись, я понял, что это Кэррот.

— Я не герой.

— Но почему? Ты нашел заблудившихся жеребят в одиночку, — продолжала изъяснять мне Кэррот.

Я остановился и повернулся к ней и понял, что говорила только она, а за ней шли предполагаемые мною Хранительницы.

— Я, не герой. Я ничего особого не сделал. Если все их искали, то значит, что героями являются все, — сказал я, на полном серьезе и немного подняв тон.

— Дорогуша, но почему ты отказываешься от этого? – Спросила, до этого молчавшая Рарити. И видимо, все были солидарны с ее вопросом.

— Потому что, мне не нужно вот такое вот внимание к моей персоне, я хочу заработать денег и пойти дальше.

— Но куда ты собираешься идти? Оставайся здесь, — предложила мне Кэррот.

— Может быть, но сначала, мне надо разобраться с одной проблемой. И да, Эпплджек, можно мне на завтра выходной, но как рабочему, потом накинешь еще работы.

— Эм… хорошо, — видимо, ей неловко от такого, — а что за проблема? Мы можем тебе помочь, как ты помог нам.

— Спасибо, но проблема личная. Может завтра еще обсудим, если будет настроение, а сейчас я хочу лечь и поспать.

Согласившись с моим предложением отправиться по домам и лечь спать, все попрощались и разошлись. Я вместе с Эпплджек, Биг Маком, как его все называют и Эпплблум у него на спине, молча шли домой, чтобы наконец-то отдохнуть, но они еще не знают, что случилось дома.

## Глава IV — «Встреча с лесными обитателями»

Выходной я взял не для того, чтобы отдыхать, как я сказал Эпплджек, а для того, чтобы научиться лучше контролировать… свою силу или что тогда было. Эпплджек дала мне отгул, скорее всего, из-за того, что я, как, теперь все говорят, спас жеребят. Хоть я и работал меньше недели, да что там всего-то два дня, но у меня уже отгул. Они пытались понять зачем он мне, спрашивали, намекали, куда-то звали и даже хотели вручить какую-то награду, но я от всего отказался.

Я специально встал с утра пораньше, чтобы никому не попасться на глаза. Быстро собравшись, хоть и собирать-то толком нечего, я вышел из комнаты и тихонько, чтобы никого не разбудить направился вниз по лестнице, к выходу из дома.

Солнце еще не взошло, но на улице уже достаточно светло, что бы можно было выйти на утреннюю пробежку. Это приятное ощущение, когда легкий, летний утренний ветерок бьет тебя в лицо, когда он полон свежести и различный приятных запахов: запах утреней росы, приятный запах свежей выпечки, доносящийся из городка, ну и как же без запахов яблок в яблочном саду.

Я решил, что лучшее место для моих тренировок, это, конечно же, будет лесная поляна. Но это будет не та поляна, на которой якобы искали меня Хранительницы, а в более глубокой чаще леса и если я там найду поляну, на которой я буду уверен, что меня не увидят там, то будет просто шикарно.

И вот я иду к знакомой мне тропе, с которой я однажды вышел из лесу, блуждая в нем две с половиной недели, а теперь снова возвращаюсь в него по собственному желанию, почти что без причины. Ведь действительно, я могу и не ходить в лес, подальше от любопытных глаз и продолжить свою работу, но мне надо, хотя скорее интересно, узнать больше о своих «способностях».

Мне кажется, что я начинаю забывать свою главную цель – узнать кто я, откуда, в общем, вернуть себе память. Но все не так, может, я и потерял часть бдительности и внимания, просто такая спокойная жизнь – это удел мечтаний каждого, даже меня. Это и повлияло так на меня, но я все еще помню, что должен сделать.

Пока я о чем-то думал в своей пустой голове, я уже шел по лесной тропе, отдаляясь от Понивиля. В такое ранее время даже основная часть леса и слышны только: шелест листвы, жужжание и стрекотание разных насекомых и шум течения реки. Какая-то часть меня была очень против этого похождения и самой затеи, а вот вторая, просто, ликовала и торжествовала над возвращением в лес и открытием для себя новых способностей. Видимо вторая часть моего сознания все-таки подавила первую, я это понял из-за того, что на моем лице медленно начинала расползаться улыбка, которую я убрать не мог.

Идя какое-то время, я снова был в раздумьях, и остановившись, я заметил, что стою под деревом, на котором строил лежак для сна, но забросил его на следующее утро после постройки, оставив там книги которые нашел.

— Ну и куда дальше? – Спросил я сам у себя.

Я могу дойти досюда, но дальше я не знаю куда идти, чтобы найти нужное мне место. Я не помню даже, как именно, каким путем, пришел сюда. Не очень-то хочется вновь уйти в лес в непонятную мне сторону, которая неизвестно куда меня приведет.

Потоптавшись на месте, я решил, что было бы неплохо вернуть книги, но для этого надо придумать какое-нибудь оправдание, как их нашел, чтобы не вызывать больше подозрений. Я не то что думаю, что меня как-то или в чем-то подозреваю, а наоборот, знаю. С первого дня в Понивиле за мной идет слежка, испытываю то чувство, когда за тобой кто-то следит, именно это чувство я испытывал с первого дня в городке, не простой взгляд пони, а самую настоящую слежку. Все мои рабочие дни я замечал Рэйнбоу Дэш, которая-то просто лежит на облаке отлынивая от своих дел, если у нее они, вообще, есть, то я замечаю краем глаза и чувствую спиной ее пристальный взгляд.

Взобравшись на дерево и забрав книги, я уложил их в полупустую седельную сумку, которую вежливо одолжила мне Эпплджек. Пока я нахожусь в лесу в такое ранее время, я не ощущаю на себе чей-либо взгляд.

Солнце уже показывает себя из-за горизонта, это было понятно по ярко-оранжевым верхушкам деревьев. Солнце в такое время поднимается очень быстро. Времени от выхода из дома Эпплов и до этого момента прошло всего ничего, от силы час, а солнце уже показывает себя во всей своей красе.

— В добрый путь, в добрый час, — подбодрил я себя.

Выбрав более понравившиеся мне направление, я с энтузиазмом отправился в путь. Чуть попозже я понял, почему я выбрал именно это направление, это почти что противоположная сторона от того дома-дерева в чаще леса, где я позаимствовал у хозяев пыльцу Забудки.

Лес начинает постепенно просыпаться с утренними лучами солнца, просачивающиеся сквозь кроны и стволы деревьев. К стрекоту насекомых и шелесту листвы присоединялось разнообразное пение разнообразных птиц.

Иду уже… я не знаю сколько, но вроде много. Для меня, счет малого времени, как часы минуты и секунды, в лесу — это слишком проблематично, так как будешь отвлекаться на него и будешь быстрее уставать, вместо того чтобы насладиться дикой природой. Вот я и иду и вновь любуюсь этим прекрасным местом – лесом. Дорога, по которой я шел не была протоптана или хотя бы не заросшей разными кустиками и цветочками, а то приходится давить такую красоту. Мне никто не обещал спокойный и комфортный поход к реке с ночевкой и пикником на цветочной поляне, поэтому жаловаться на маленькие пореза от колючих кустов, сквозь которые я пробираюсь до сих пор, не буду, да и не собирался. Осталось только найти подходящее мне место и все будет хорошо.

* * *

С каждым новым шагом я ощущал на себе, что ухожу из той более безопасной части леса в ту, в которой каким-то образом заблудились дети, еще вопрос как им смелости хватило сюда дойти, они же еще жеребята. Об этом говорили более темные тона, отсутствие или единичное пение птиц, которые почти сразу же прерывались, или, вообще, каких-либо звуков слышны только хруст веток и шелест листвы, ощущение как будто лес умер, замер в ожидании чего-то или изучении кого-то – меня.

В этой части леса надо вести себя особенно осторожно, поэтому мне уже не полюбоваться красотами леса, ведь они пропали, а придется вслушиваться в окружающий меня мир и смотреть во все стороны: перед собой, сзади, слева, справа, сверху и снизу, мало ли что может случиться. Я хоть и сражался в своей жизни с лесными жителями один раз… ну это после потери памяти, а как до, я не помню. Так вот, я знаю лишь основы поведения этих тварей: мантикоры, кокатриксы, гидры, древесные волки с которыми я уже имел дело и они самые распространенные, по крайней мере, в этих лесах. Для того, чтобы больше понять их надо либо следить за ними, либо читать научные статьи, заметки и их изучения.

Итак, идя какое-то время, следя за обстановкой вокруг себя, я вышел к поляне. На ней не было цветов, высокой травы, кустов и подобного, но главное – рядом не было ни души, никого кто мог бы за мной следить. Выходя на поляну, меня встретил приятный ветерок, но он нес непонятный мне запах, но внимания я этому особого не придал, мало ли что в лесу может так пахнуть.

Еще немного походя по округе и по периметру и удостоверившись в относительной безопасности своей личности, я присел и снял уже надоевший мне «плащ» и сложил в сумку, а взамен достал немного морковки на перекус, завтрака-то не было. Сняв «плащ», я полностью ощутил на себе прохладный, летний ветерок, вдобавок с тем, что я был слегка сырой из-за пота, который набежал пока я ходил в своей накидке. Я вновь осмотрел себя, но ничего не изменилось, все та же темно-серебряная шкурка с черными кривыми линиями и чем-то напоминающее иероглифы, на ощупь нашел свои рога, которые под капюшоном казались лишь моей гривой.

Солнце почти достигло своего апогея, а я только закончил прием пищи и начал свою «тренировку». Моя идея заключалась в том, чтобы подчинить себе способность своего быстрого перемещения без тела. Но это оказалось не так то и просто как бы я ни пытался, но достигнуть хотя бы чего-нибудь не получалось. Вчера в лесу первого волка я «взорвал» случайно, но второго я же хотел также «взорвать» и у меня получилось, но сейчас одного желания не хватает, видимо, тогда была веская причина, стимул – не дать съесть жеребят, но сейчас этого нету.

Еще с час я пытался и пытался, но все тоже результат. Через какое-то время я на себе начал ощущать на себе чей-то пристальный взгляд, звери, видимо, пришли посмотреть на мое представление, а если это те волки оно и к лучшему, будет мотивация – не быть съеденным и я справится с волками, если их будет три или максимум пять, а то больше я не осилю, как мне кажется. Самый лучшее, что у меня получилось – это легкая рябь по телу и то терпимое жжение, но не больше.

Я решил не тратить силы на пустые и не к чему не приводящие дела, а просто сесть и перевести дыхание. «Может, медитация поможет?» — подумал я и стал пытаться расслабиться, и сосредоточиться, как монахи во время своих медитаций. Что-то вроде бы происходило, если раньше рябь со жжением была лишь на пару секунд и потом я терял концентрацию, то сейчас она уже с минуту не спадает и даже не затрачивает особо много сил. Я понял, что надо прочувствовать, то что способствует этому, эту энергию которая находится внутри меня и попытаться направить ее туда куда нужно мне.

Хоть и не был достигнут тот результат, на который я надеялся, но и это уже какой-то прогресс. Во время некоторых таких медитаций, которых у меня было несколько с разной продолжительностью, я открывал глаза и видел эту самую рябь, и что поразило меня больше так это лини и иероглифы, покрывающие мое тело, испускали чернее черного дым или эфир, не знаю как правильно назвать это. Этот «дым» был очень плотный, то что находилось за ним было недоступно для видимости, он тянулся в разные стороны, не подчиняясь законам физики: к земле, небу и просто в стороны, а через какое-то расстояние растворялся в воздухе.

Сейчас отдохнуть немного и можно будет продолжить.

* * *

— Чо смотрите, а? Если понравился, так выйдите и скажи это мне в лицо! – Не выдержал я и сорвался на крик.

Солнце прошло свой зенит, медленно приближаясь к горизонту, чтобы смениться луной. Еще час назад у меня не было такого ощущения, а точнее, такого сильного ощущения слежки за мной. Оно все росло и росло, причем очень стремительно и теперь у меня складывается впечатление, что на меня пришел поглазеть весь лес. Я не могу больше концентрироваться на чем-либо и даже просто закрыть глаза, это слишком сильно давит на меня.

— Ну? Чо не выходите я знаю, что вы здесь! Думаете по кустам спрятались и вас не видно? – Я вскочил на копыта и теперь смотрю перед собой в чащу леса, потому что ощущение, что глаза там. – А вот хер вам! Я вас всех вижу! – Я от злости топнул со всей силы по земле. Эффект не заставил себя долго ждать: громки хлопок, земля и трава, взлетела в воздух оставляя вместо себя небольшой кратер в форме копыта.

На заметку: злость повышает работоспособность моей силы, а возможно, и всех способностей.

Я только сейчас заметил, что я сказал хе… как я мог такое сказать, вроде, слежу за речью, всегда культурен и даже кажется, что я и не знаю таких выражений. Видимо, во время злости я не только могу то, что не могут другие, но могу и выражаться, не особо культурно и не следя за своей речью.

В ответ на сказанное мною, из кустов в чаще леса послышалось рык, причем неодиночный, а как будто целых трех стай волков, но этот рык либо молодняка, причем очень молодого, либо вовсе не волков. Позже что-то в кустах началось двигаться. Не знаю, что я там разозлил, но в меня полетело какое-то заклинание, причем довольно метко, но я вовремя смог среагировать.

Вот я мог ожидать чего угодно: озлобленных пони, испуганных пони, мутировавших древесных волков, использующих магию, но не это. На меня из кустов побежали те самые создания, которых я видел в лесу еще две недели назад. Их было много двадцать штук, но я уверен, что это только часть, а остальные сидят по кустам и жду или обходят, чтобы напасть со спины. Они все выглядят, как один: черная чешуя, искривленный рог, жучьи крылья, мутные глаза без радужки и зрачка, один сплошной белок, только у каждого своего цвета. Чейнджлинги, вроде бы так называются эти создания.

Во время того как одна половина бежала на меня и стреляла своими заклинаниями, вторая летела жужжа крыльями и также стреляла заклинаниями. Как я понял заклинания были своего рода снарядами, это я понял, как только первый попал мне в копыто и оставил на нем синяк. Первая партия была уже на подходе и они перестали стрелять, видимо, расстояние что-то меняет, и бежали на меня с таким оскалом, как будто я им что-то сделал. Я времени не терял, как только они перестали стрелять, я сразу же вскочил на задние копыта и встал в боевую стойку, не знаю, как, что и откуда я это знаю, просто само все получалось. Они решили меня окружить плотным кругом, чтобы мне не было куда бежать, но мне это не надо, мне хватит и их, раз хотят драки-то ее и получат. Они стояли со злобой и удивлением на лице одновременно, значит они меня видят впервые и не знают о моей расе. Первый смельчак бросился вперед, пытаясь сбить меня с копыт, он, наверное, подумал раз я на двух копытах, то опоры у меня нет, вот он и ошибся. Я не понял, как это произошло, но мне понравилось: приблизившись на нужное мне расстояние, я со всей своей силы вмазал ему прямо в нос правым задним копытом, тем самым, отправив его в мир снов если не убил его вообще. Остальные стояли в шоке, как и я, но быстро собравшись с мыслями, мы продолжили. Второй решил достать меня сверху своим прыжком, но не смог: как только он долетел до меня-то я сразу же отправил его в полетел к своим сородичам, тем самым устранив еще троих.

А что произошло дальше, я не помню, только отрывками. Помню: махал копытами в гуще этих пони-жуков попадая по целям, как меня укусили за левое заднее копыто и как я им же и вырубил кусавшего… все.

Я стоял с отдышкой и глупой улыбкой на лице. Моему счастью не было границ, а эйфория от драки до сих пор бьет фонтаном во мне. Но никогда не бывает все так просто, хоть просто и не было. Сзади подбежали еще несколько этих тварей, но это было настолько неожиданно и был уже без сил, что они толпой повалили меня на землю пытались удержать силой, но я сопротивлялся до того, как меня сковали манией, которой я не мог сопротивляться.

Меня без сильного подняли и посадили на круп и встали полукругом вокруг меня. Из леса ко мне выходила какая-то, особенная пони-жук, все я их зову пони-жуки. Она больше всех остальных по росту, у нее самый искривленный рог, у нее на голове корона, понятно она королева роя.

— Удивительно! Как простой пони мог справиться с моими подчиненными в одиночку? Хотя ты не простой пони, ты особенный, кто ты? – Спросила она своим статным голосом у меня.

Я склонил голову и у меня на лице расплылась улыбка:

— Я не знаю, а ты кто? – Я не понял, что сказал. Эта фраза моментально вырвалась у меня изо рта, не успев даже появиться в голове.

-ЧТО? КАК ТЫ СМЕЕШЬ СО МНОЙ ТАК РАЗГОВАРИВАТЬ? Я КОРОЛЕВА КРИЗАЛИС И ТЫ СМЕРТНЫЙ БУДЕШЬ ОТВЕЧАТЬ НА МОИ ВОПРОСЫ ИЛИ СТАНЕШЬ НАШИМ ОБЕДОМ!– Прокричала она, на что я только усмехнулся.

— Ладно — ладно, убедили ваше Высочество, — ответил я соглашаясь, на ее правила. – Я Хар или Харвестер, как вам удобнее. Какая у меня раса, не знаю. У меня амнезия, так что я не смогу отвечать на все ваши вопросы.

— А ты не врешь, — сказала она, смотря мне в глаза. – А ты нас не боишься? Ты знаешь кто мы?

— Чейнджлинги или как там? Угадал? – спросил я, продолжая смотреть ей в глаза. – Боюсь ли я вас? Нет, почему я должен вас бояться?

— Да мы чейнджлинги. А ты не боишься, что мы заберем всю твою любовь? – Спросила она, ехидно улыбаясь и изгибая одну бровь.

— Ха-ха-ха что? Ты серьезно? Ха-ха-ха, ой это смешно! – Я откровенно в открытую засмеялся прямо Кризалис в лицо.

— НЕ СМЕЙ СМЕЯТЬСЯ НАДО МНОЙ, СМЕРТНЫЙ! – Снова закричала она. – Мы – чейнджилинги питаемся любовью пони, мы превращаемся в тех кого они любят и питаемся их любовью, до тех пор, пока она не закончится или мы похищаем пони и уже в нашем улье заставляем их отдавать свою любовь. – Уже не крича, но с какой-то злобой в голосе и интонацией поведала она мне свой рацион питание, как и его способ.

Каждый раз когда она кричит на меня, телекинез сдерживающий меня усиливается и начинает давить уже не на копыта, а на все тело, а вместе с этим рычание этих ее подчиненных.

— Тогда спешу огорчить, во мне любви нет. Как я уже говорил у меня амнезия и я не помню, тех кого любил, если любил вовсе.

— Это не проблема для нас, ты думаешь все пони открыто говорят кого они любят, нет. Мы следим за ними и узнаем того кого они любят, а если мы их ловим, как в твоем случае, то мы с помощью магии проникаем в воспоминая и уже оттуда берем образы любимых. – Она подошла на шаг поближе и ее рог засветился слабым зеленоватым цветом.

— Тогда удачи, мне очень интересно свое прошлой.

На этом наш с ней диалог закончился. Я просто сидел и рассматривал ее, делать мне было особо и нечего, меня все время сдавливал телекинез, что даже голову повернуть было трудно. Дырки в ее копытах были с рождения, иначе бы были видны кости ну или шрамы хотя бы. Ее грива были не из волос, а из длинных, тонких и мягких на вид, шипов. Эти жучьи крылья выглядели очень тонкими и складывается такое ощущение, что они их не поднимут и даже порвутся, но то что было во время драки доказало обратно.

— Как ты это делаешь? – Спросила она меня спустя какое-то время.

— Что делаю?

— Не пускаешь меня в воспоминания. Такого раньше не было, только могущественные единороги могут защитить свой разум и воспоминания, но ты не единорог и я не чувствую в тебе магию. Я смогла только добраться до воспоминаний на поляне в ночную грозу. Ты тоже скрываешь свою настоящую личность от окружающих, что ты хочешь от этих пони, а в особенности от Твайлайт и ее друзей?

— Я ничего не делаю, и да я не единорог, как ты заметила я… я… двурог, — ничего более остроумного мне в голову не пришло, — Этим воспоминаниям три недели максимум.

— Три недели? Может и так, а что ты знаешь об этой грозе в лесах Лас-Пегасуса?

— Ничего, ты сама все видела.

— Почему ты разговариваешь со мной на «ты»? Я не внушаю тебе страх, отчаяние? Ты не чувствуешь себя беспомощным?

— Нет, — трезво оценивая ситуацию, ответил я, — только беспомощным себя чувствую, — врать мне незачем.

— Вот и славно, ты не такой, как все. Если они узнают кто ты, они будут презирать тебя. Ты находишься под моими любовными чарами и поэтому не сможешь мне отказать. Ты меня удивил, раньше я не встречала таких, как ты и это в тебе мне и нравится. Пойдем со мной, ты будешь давать мне любовь пока она в тебе не кончится, — слащаво она звала меня к себе, звучит как-то очень пошло для меня.

Она считает, что я под каким-то любовным заклинанием, вот только я это не ощущаю и должен ли? Ладно, я ей подыграю, чтобы смотаться отсюда, а то скоро уже вечер и мне надо бы возвращаться. Только вот меня до сих пор держат, а что должны отвечать зачарованные пони я не знаю.

— Отпустите его, и заберите этих слабаков, — скомандовала Кризалис и меня тут же отпустили, — пойдем.

Солнце уже почти зашло за горизонт, а меня отпустили только сейчас. За время нашего с ней разговора, я успел отдохнуть и кое-что понять, у них либо какая-то связь, либо они все телепаты. Они без слов понимали друг друга и выполняли какие-то действия. Обыскали мои седельные сумки, все разбросали и оставили ничего не взяв.

— Сумки твои они возьмут, хотя они тебе больше не нужны – добавила она, видя, как я на них смотрю.

— Это все что у меня есть, — я не знал, что еще сказать

— Теперь у тебя есть я!

— Но ты не вещь, ты живой организм, который требует любви, — что я только что сказал? Что за слащавые слова?

Ей понравилось, то что я сказал, поэтому она спокойно подпустила меня к сумкам. Я накинул свой «плащ», положил обратно книги и остатки моркови, накинул на себя седельные сумки и посмотрел на Кризалис, которая стояла на краю поляны и смотрела на меня.

— Спасибо за информацию, ваше Высочество! – Крикнул я ей и поклонился. – Но теперь мне пора, ваша компания была мне приятна, особенно компания тех бедолаг, которые сейчас без сознания, но и ваша была также приятна!

— Что ты говоришь? Ты под моим заклинанием не смей так со мной говорить!

— Я не знаю никаких заклинаний. Я не прощаюсь, еще свидимся!

— СХВАТИТЬ ЕГО! – Проорала она и все ее подчиненные бросились на меня.

Я нечего не думая, бросился в противоположную сторону им, в сторону Понивиля, как пришел. Бежа в сторону леса, я обернулся и увидел: Кризалис вместе со всеми летела в мою сторону, ее лицо выражала чистую злобу и меня эта картина не очень то и обрадовала.

В лесу они все перешли на бег, но были и ловкие которые и здесь умудрялись лететь на очень хорошей скорости, в том числе и Кризалис. Она со своим отрядом быстро начала нагонять и стреляя своими заклинаниями, в то время как я уже оторвался от пешей части, но не мог оторваться от них.

Один меня нагнал и попытался схватить, но не тут-то было. Снова жжение, снова чувство полета, снова ощущение отсутствие тела и я стремительно отдаляюсь от них, теряя их из виду, иногда становясь на четыре копыта.

* * *

Таким способом передвижения я добрался до Понивиля значительно быстрее, чем обычным шагом или галопом. Солнце уже скрылось за горизонтом, уступая место луне, она также ярко освещает Эквестрию и все прилежащие ей земли. Я понял, как и что стоит делать, чтобы так передвигаться. Это расходует много сил, но если время от времени тренироваться-то это будет значительно легче. Я понял, что также могу переносить что-то вместе с собой, если не кого-то.

Подойдя к дому, я удивился, как быстро они заменили дверь. Зайдя внутрь, я также удивился идеальному порядку, который был на кухне, после вчерашнего погрома Рэйнбоу Дэш. Поднявшись на второй этаж, я понял, что Эпплджек не спит. Но это меня не касается. Чем ближе я подходил к своей комнате, тем сильнее было желание упасть на кровать и уснуть. А когда то я говорил, что могу не спать чуть ли не неделями, но теперь все наоборот. . В комнате стоял какой-то кубок, я особо на нем не зацикливался, а просто подошел к кровати и лег спать. Что за кубок буду разбираться завтра.

## Глава V — «Гости»

Прошло уже две недели с того момента, когда я ходил в лес «потренироваться», но в итоге чуть не попался в лапы пони-жукам, хотя временно и попался. Тот самый кубок был предназначен для меня, как это я узнал на следующее утро. Я обращался к Эпплджек с вопросами, что, как и зачем, но она требовательно настояла, что бы я его принял, как благодарность от всех жителей Понивиля, я спорить не стал, лишь передвинул в угол и все. Конечно же не обошлось без своеобразного допроса, где, с кем, зачем и куда и как долго ходил. Они, что видят во мне то, чего не вижу я – опасность для окружающих? Мне было нелегко отделаться их вопросов, в особенности Пинки Пай и со стороны Твайлайт, Рэйнбоу Дэш, Рэрити – подозрительного взгляда, но Эпплджек было безразлично, насколько я понял, а Флаттершай вовсе не приняла чью-либо сторону.

Как выяснилось, мне решили платить раз в неделю за работу по двадцать бит, я ее получил уже два раза, еще очень скоро получу за третью неделю. По расчетам это очень даже хорошо – в месяц восемьдесят бит, а это средняя зарплата каждого. В общей сумме у меня было сорок битов и я потратил только часть. Пару бит дал Кэррот за морковь, хоть она и была против, но я настоял на этом. Прикупил себе еще пару фруктов и овощей для себя и нормальные сумки, а те, что дала Эпплджек вернул.

Еще трудной для меня задачей стало возвращение «одолженных» мною книг в библиотеку. Я их вернул на следующий день после возвращения, а точнее ночь. Все, как и в первый раз: город спит, ни пони на улицах Понивиля, только, что отличало этот раз от предыдущего, это то, что хозяйка была дома. Это была Твайлайт. Я это узнал из вопросов про кубок и прочее. Эпплджек сказала, что в день, когда я взял «отгул», была целая церемония вручения, но никто ее отменять не собирался, даже после того, что я говорил. В итоге было решено, что Твайлайт заберет кубок в библиотеку и потом его отдаст мне, но Эпплджек настояло на том, что бы поставить его в выделенной мне комнате. Вот тут я и понял, что хозяйка библиотеки живет в ней и это Твайлайт. Поэтому пришлось глубокой ночью через окно, по карнизу вылезать на улицу, как назло еще моросил дождь. На этот раз уже более спокойно дойдя до библиотеки я оставил книги на пороге и постучался в дверь, а затем, как только мог быстро убежал за ближайший угол к яблочным акрам.

От меня никак не хотела отставать Рэйнбоу Дэш, не знаю, она наверное думает, что я ее не замечаю, но в этом она ошибается. Она по пол дня следит за мной, то улетит куда-то, то снова прилетит. Было даже два случая, что она напрямую, без попытки спрятаться или что-то в этом духе, следила: просто стояла между деревьев, как маньяк какой-нибудь, что напрягало каждую мышцу. Вот зачем она делает?

Я не знаю, что произошло, но почему-то к Понивилю начали слетаться грифоны. Опять же, их не помню, только знаю то, что вычитал из книги. Они обосновали, что-то на подобии лагеря, возле городе. Вместе с ними прилетела и темная Принцесса, что бы проследить за должным «заселением». Все, что я знаю об этом так это то, что у них в стране, что-то произошло и они попросили убежище. Война у них, что ли?

В момент, когда Принцесса уже разговаривала с Мэром, я гулял по Понивилю вместе с Кэррот, ничего такого особенного, просто она мне показывала Понивиль и объясняла, как и куда можно пройти. Кэррот куда-то отошла по своим «кобыльим» делам, а я остался сидеть на скамейки возле фонтана и вот я опять встретился взглядом с этой Принцессой. Узнаю тот же детский заинтересованный взгляд, который так и пытается понять, что находится под капюшоном. Ее отвлекла Мэр, а меня продолжила водить Кэррот, все показывая.

Грифоны оказались не самыми приятными личностями. Их поведение вызывало злобу, и желание надавить им по их клювам. Они вообще наверное сочли, что если их поселили в другой стране, то они могут делать, что захотят и частенько, где хотят. Они ведут себя здесь, как будто находятся у себя на землях. Они ставят себя выше пони и каждый, кто приблизится к их лагерю будет забросан презрительными взглядами, а если у грифона плохое настроение, то и выражениями.

Выходило так, что дети обеих рас пытались, как подружиться и поиграть, но не все родители были «за» такие действа. Прошла примерно неделя с того момента, когда грифоны были заселены в Понивиль, а Эпплблум и ее двух подруг уже раз десять, наверное, оттаскивали от лагеря грифонов. Им абсолютно не сиделось на месте и они постоянно пытались поближе подобраться к лагерю грифонов, но каждый раз их находили и пытались прочитать им нотации, которые они пропускали мимо ушей.

Для всех пони оказалось неприятным еще то, что грифонам разрешили поставку мяса. Как всем известно грифоны – это хищники, а значит питаются мясом. Запах жаренного мяса круглые сутки окружает ближайшие местности, что очень сильно не нравится пони и еще лично мое мнение: мне кажется, что дикие животные такими темпами скоро окружат Понивиль, а потом и вовсе нападут.

Пони пытаются понять, что происходит на их территориях, но на все вопросы один ответ – « В их государстве некоторые проблемы и мы им должны помочь, как можем. Поэтому выделили часть полян для прогулок в окраинах Понивиля, как место проживания. Принцессы будут лично проверять каждую неделю, как обстоят дела в лагерях. Это не единственный лагерь, такие же есть и в Кантерлоте, Мэйхэтэне, Лас-Пегасусе и т. д. Это все временно и вскоре грифоны улетят в свое государство.» Никого не устраивает такой ответ, кроме того, что принцессы лично будут проверять грифонов. Но все равно всем интересно почему грифоны – самый воительнный народ бежит из своей страны, даже не пытаясь защититься. Сами грифоны ничего не говорят и даже стараются не затрагивать эту тему, хотя им здесь также не приятно находиться, как стало неприятно находиться здесь пони.

* * *

— Еще новенькие, что ли? – Спросила я сам у себя, видя, как новая свора или стая, не знаю, как будет точнее это назвать, грифонов летит в сторону Понивиля.

Чуть ли не каждый день здесь появляются новые грифоны. Каждый раз они прилетают с особым надзирателем и пару раз были с Принцессами. И в этот раз не обошлось без их присутствия. А точнее присутствия одной, темно-синей принцессы. Видимо она была ведущей, так как она была впереди, а все остальные летели следом за ней. В этот раз было что-то еще новое. Это какое-то подобие повозки в которые были запряжены пара грифонов. Таких повозок было около 7 штук. На боковых стенках повозок были нарисованы красные кресты, как я понял это означало то, что это медицинские повозки, в которых видимо перевозят медикаменты. Возле некоторых повозок туда-сюда кружили грифоны, что-то внося и вынося из этих повозок. Весь этот сер бор, уже приближался к месту своего прибывания. Как хорошо, что «Яблочные акры» находятся на вершине, а лагерь грифов в относительной низине, за счет этого было видно, как прибывали и вообще обитали там грифоны.

Первой естественно приземлилась принцесса, а следом за ней какой-то важный грифон, вылетевший из одной из повозок прямо перед землей. Когда все грифоны приземлись и освободили место для повозок, то к ним сразу же налетели другие медики грифоны. Я ведь думал, что там медикаменты, но нет, там оказались раненые грифоны. Кого выносили в доспехах, которые были разодраны и пробиты, все в грязи и крови, кого выносили уже практически полностью или не полностью забинтованных, а кому-то помогали выходить из повозок и на костылях добираться до их ней медицинской палатки.

Среди всей этой беготни я заметил, что ночная принцесса, когда договорила с тем грифоном, что летел следом за ней, уже собиралась улетать. Развернувшись в сторону леса он пригнулся расправив крылья, но в последний момент обернулась и посмотрела в мою сторону. Ее глаза странно блеснули темным цветом и она выпрямилась и полностью повернулась в мою сторону. Теперь она просто направлялась мою сторону, что мне как-то не очень нравилось, потому что она не только шла в мою сторону, но и еще как будто смотрела на меня или даже сквозь меня в саму душу. Но все обошлось, она потом взмыла в небо и полетела в сторону Понивиля, после чего я ее на горизонте не видел, кроме мельтешащего на ветре хвоста, который спустя пару секунд я тоже потерял из виду.

— Продолжим, — сказал я сам себе какого-либо энтузиазма и продолжил свои работы по сбору яблок.

Сейчас мне необходимо набрать еще одну корзину и отнести ее в амбар, там выложить эти яблоки и снова пойти собирать яблоки уже в 4 раз день, но это не проблема, ведь мне еще надо до вечера здесь работать, а завтра на удивление в честь чего-то мне Эпплджек дала отгул.

* * *

Вот закончился еще один день. Собрав еще 1 сотку в саду, которая состоит наверное из 1 тысячи таких соток. Таки больших садов я не помню, как впрочем ничего и не помнил. С чего бы просто взять воспоминаниям и прийти мне в голову, именно не с чего. «А что если… а что если меня создала та молния? Ха-ха, какая глупая теория Харвестер. Первое – ты от нее убегал, точнее от места гуда она бьет. Второе – это молния, не одушевленный предмет, заряд статического электричества. Да теперь вопрос, а откуда ты это знаешь? Ведь это какие-то банальные фантазийные выдумки твое мозга, который видимо размеров с жеребячий.» — задался я новым вопросом у себя в голове, пока предполагал глупую теорию.

Постепенно ночное светило поднималось и занимало свое законное место. К этому времени бабуля Смит уже приготовила ужин и накрыла на стол. Биг Мак и Эпплджек заканчивали свою работу в саду или просто гуляли по Понивилю. Эпплблум уже должна быть в доме и делать свои уроки, если уже их не сделала. За все время своего проживания в этом доме бабуля Смит, Эпплджек, как и остальные члены семьи уже прекрасно знают, что я никогда не навязываюсь ни на ужин, ни на обед, ни на завтрак и ничего не прошу, а все связано с тем, что я и так живу у них в доме и работаю на них, но они все равно относятся ко мне с добротой и какой-то частичной заботой.

Открывая дверь в дом, мне в нос ударил приятный запах яблочного пирога с яблочным вареньем, настолько приторный запах от варенья, что аж рот вяжет и слюни текут, но у меня теперь есть свои запасы еды, которые я пополняю за заработанные мною биты. В меню моего сегодняшнего ужина входит: морковь, яблоки, салат из огурцов и помидоров.

— Здаров, Хар! – Сказала Эпплджек, выходя с кухни. Я то думал ее нет дома, ведь сейчас она начнет… — Я конечно понимаю, что ты все время отказываешься, не знаю почему ты все еще стесняешься, но возьми этот кусок пирога. Я настаиваю, — вот это. Она снова мне дает пропитание и снова она на этом настаивает.

Я лишь вздохнул и принял тарелку, которую она мне протянула.

— Спасибо, но не стоит, — хоть она и не видит моих глаз, но я их опустил. Я не могу, она дает мне место для сна, она дает мне работу за деньги, она же меня еще и кормит. Никогда я этого не пойму.

— Это тебе не стоит голодать. Своими перекусами, которыми ты питаешься ты много сил не наберешься, а работать надо много. Лучше пошел и поел на кухне со всеми за столом.

— Нет, спасибо и на этом, лучше поем в своей комнате. Доброго вечера, — договорив я поднялся вверх по лестнице и зайдя к себе в комнату, начал уплетать ужин, как свой собственный, так и пирог бабули Смит, данный мне Эпплджек.

Утолив голод, я думал прилечь поспать, но почему-то это я не сделал. Приятный прохладный ночной ветерок входил в открытое окно, одаривая комнату свежестью. Это меня и остановило ото сна, я решил выйти на улицу. К тому времени, когда я уже поел все либо спали, либо уже мирно засыпали в своих постелях. Спускаясь, я услышал скрип кресла-качалки в котором постоянно спит бабуля Смит. Отнеся тарелку, которую я почистил своим плащом, вышел на улицу.

Стоило мне выйти на улицу, как последние капли сна выветрились из меня. Гул ночного ветра, шелест травы и листьев и… отдаленные голоса грифонов, а точно их хриплое чириканье. Мысли пройтись по округе появилась почти, что сразу, поэтому я решил не просто пройтись и проветриться, но еще в добавок поближе посмотреть на этих грифонов. «Прям, как маленький жеребенок» — пронеслось у меня в голове. А ведь действительно, такие желания есть только у маленьких, потому что им все интересно, но и у взрослых есть такие же желания, потому что они тоже очень любопытные. Любопытство присуще каждому.

Уже более или менее зная яблочный сад, я лучше могу в нем ориентироваться зная куда выйду или к чему. Поэтому мне составит труда подобраться на нормальное расстояние для того, что бы их лучше разглядеть. Сад находиться на некотором расстоянии от их временного лагеря, их разделяет простая поляна в 100 метров в длину, оттуда я уже смогу лучше их разглядеть, не мешая им самим и не привлекая к себе внимание. Как я услышал из разговора между Эпплджек, Грани Смит и Биг Мака, что грифоны не подойдут к саду и не подлетят, и не подползут, и что бы они там еще не делали.

Временный лагерь грифонов находиться прямо за «Яблочными акрами». Пони живущие в Понивиле туда больше не лезут, хотя по началу им и было интересно, но как мне рассказала Кэррот, то им хватило одного грифона Гильды, подруги Рэйнбоу Дэш, которая в свое время за один день успела «насолить» всем и показать настоящий грифоний характер. Но все равно были те, кому было интересно посмотреть на них, а в особенности жеребятам, которых прям так и тянуло к лагерю, но их близко не подпускали родители, но те, которые успевали убегать, как можно ближе все равно возвращались, ибо их там не очень тепло приветствуют.

Идя между деревьями, я приближался к лагерю, по сколько я уже начинал разглядывать между стволов деревьев огоньки факелов и костров, которые были единственными источниками света, пока у пони иногда встречались магические светильники. Со стороны грифонов сад Эпплов окружал какой-то кустарник, которого боялись дикие звери, которые так несчастно пытались полакомиться яблоками. Эти животные не были хищниками и редко уже заглядывают сюда, только ближе к зиме, когда еды в лесах меньше, а этот самый кустарник теряет свою функцию «защитной стены», поэтому сквозь ее эти животные просто пробираются в сад и ищут что-нибудь съедобное. В такое время года они не являются вредителями, если конечно не доберутся до амбара, но и там их прогонит Вайнона.

И вот я уже отчетливо вижу весь лагерь грифонов, который стоит прямо на окраине леса. Как по мне это крайне не выгодно находится на такой близости к лесу, в который бояться ходить пони, хотя зная характер грифонов, то они даже не испытывают тревоги за себя. Я вновь взобрался на первое понравившееся мне дерево и начал наблюдать. У них вон патруль ходит по границе лагеря, хоть и сам лагерь не маленький, но патруль у них в количестве видимо ограничен. Хотя зачем им вообще какой-либо патруль, если они находятся на безопасной территории.

Хоть было видно только из далека и не как ближе, не подобраться, но было видно во что одеты эти грифоны. Доспехи из какого-то металла, но точно не из золота, как стражники принцесс, но очень сильно похож на какой-то сплав, даже отсюда видны различные цвета металлов переливающиеся на доспехах из-за разной плотности. Разнообразие их оружия уже более удивляло нежели, королевской гвардии, пока я увидел только пятерых патрульных и у всех их было разное оружие: меч, пика, булава, молот, и что-то похожее на арбалеты, на двух когтистых лапах.

Я долго сидел и наблюдал за ними. Патрульные не единственные кто ходил на улице в это время. Так же были грифоны в халатах, что мне намекало на врачей, которые ходили от палатки к палатке, а иногда и засиживались там, оставаясь на ночь. Бегали так же грифоны и меньше по приказам этих самых врачей. Чаще всего они бегали за водой, которую таскали в ведрах держа в лапах и летя то в лес то обратно. Бывали и простые грифоны, которые видимо решили просто прогуляться ночью или полетать, но патруль сразу отправлял таких обратно после короткой перепалки, в которой всегда побеждал патрульный. «Видимо у них комендантский час» — в тот момент пронеслось у меня в голове. Что показалось мне странным это то, что никто выше палаток не летал, даже патрульные, они даже и не пытались взлетать, только крылья пару раз разомнут, разогнут и согнут и продолжали нести службу.

И так длилось бы всю ночь, но солнце уже постепенно одаривало землю лучами солнца из-за горизонта, поэтому мне пришлось возвращаться в дом, можно будет отоспаться если что, ведь день моего отгула уже наступил и по этому я могу делать что захочу.

Быстро вернувшись в дом, и стараясь никого не разбудить, я прошел в свою комнату и закрыл за собой дверь и задвинул шторы. Что бы если лечь спать лучи солнца не били в глаза и не мешали спать.

— А вот зачем мне отгул? Вроде не просил и не намекал на отгул, а получил его. Странно это, надо будет спросить, — рассуждал я, лежа в кровати… в теплой уютной, мягкой кроватке. В которой я начал засыпать и видеть черную пустоту моего отключенного сознания.

* * *

Долго сон меня не продержал, потому что как я понял, я проснулся спустя несколько часов. Может проснулся сам, а может из-за какой-то шумихи внизу. Хоть шторы были задвинуты, но яркое солнце все равно освещало мою комнату и даже от кубка, который был надраен до идеального, зеркального блеска, отсвечивали лучики солнца по комнате. Встав и размявшись, хрустя своими затекшими суставами, я начал выбирать из малочисленного ассортимента продукты себе на завтрак.

Насытившись своими «плотным» завтраком из последних продуктов, я решил пройтись по окраине города, а может даже и навестить Кэррот. Можно будет узнать повод отгула, ибо я мельком слышал о чем-то грандиозном, но о чем именно, когда нет. Видимо это и есть сегодня, и это я сегодня узнаю.

Спускаясь в низ по лестнице я понял, что в доме уже никого не было, что странно для этого дома, потому что обычно дома всегда кто-то есть, он никогда пустым не остается, даже бабуля почти всегда была в доме, как и Вайнона, но не сегодня. Даже и не понял когда они все ушли, я не слышал дверных хлопков или что-то подобное. В доме тишина, даже шорохов нет, аж раздражает, поэтому я поторопился покинуть дом.

На улице уже пекло солнце, что не вызывало особой радости у меня, ведь я в этом плаще уже хожу не знаю сколько, а потею в нем еще больше. Мне вот даже кажется, что-либо я такой тупой, что считаю, что меня не раскрыли уже давным-давно и мне подыгрывают, либо они все настолько культурны, что даже не пытаются разузнать кто я «внешне конечно» и просто уважают мою неизвестную им и мне личность.

Не долго думая, я направился в сторону Понивиля, но пошел я не прямо, а по окраине, что бы сначала просто пройтись и может быть из далека узнать, что происходит в городке.

По пути в Понивиль я заметил, что в нем собираются не только пони, но и грифоны, так как они несколькими группами летели в городок. В каждой такой группе был хотя бы один грифон-стражник, видимо для того что бы грифоны не буянили или что-то подобное.

Идя в тени леса отбрасываемых высокими кронами ветвистых деревьев, являющимися входом в Вечно Зеленый лес, я всматриваюсь в город и то, что в нем происходит. «Мда… отсюда ничего толком и не видно. Только если я не хочу рассматривать фасады зданий, которые находятся на окраине Понивиля.» — пронеслось у меня в голове. Меня распирало любопытство, от чего меня тянуло в город, но я не хотел выходить в массы пони, да еще и вперемешку с грифонами. Но я стал ощущать на себе чей-то очень неприятный взгляд, я бы сказал даже не дружелюбный. Позже я на себе уже чувствовал два взгляда, потом пять и все больше и больше. Мне такое не понравилось и я приняв решение – все таки пойти в Понивиль, направился именно туда.

В городе можно сказать творился, свой маленьких хаос. Все снуют туда-сюда, а грифоны и пони уже стали «однородной массой». Там и тут стоят ларьки и едой и напитками, к ним пытаются протиснуться пони и грифоны. Шум и гул не утихают, как топот копыт и махи крыльев. Но большое скопление, как и большинство пони направлялось на площадь, что и естественно в такие праздники, если сегодня праздник конечно. Я последовал примеру большинства и поплелся с большей массой на площадь, что бы наконец-то понять, что происходит.

Как я считал, что в такой толпе можно потеряться кому угодно, тогда тем более уж и мне, натянул капюшон сильнее и все, но все оказалось не так-то просто. Все ходят, как то задевают и постоянно мельком сбивают плащ, потом смотрят на меня и отдаляются и все время приходится поправляться.

— Ооо! Хар! Как я рада тебя видеть! – Услышал я голос сзади и сразу же меня запустили меня в крепкие объятья. Я уже с испугу хотел переместиться, но во время остановился понимая, что это Кэррот.

— Ха. Я тоже рад тебя видеть, Кэррот, — ответил я, когда она отпустила меня и я повернулся к ней. – Кстати, ты не знаешь, что происходит? Или я просто забыл какой-то праздник?

— Нет, но можно сказать и праздник. Сегодня грифоны и пони подпишут обоюдный договор о соединение государств в союз, но при этом государства остаются верны своим законам, только некоторые из них будут переписаны или появятся поправки, как у нас так и у грифонов. Но это так объяснила Твайлайт, сама я толком ничего и не знала, да и сейчас тоже. Для меня это политика неинтересна и безразлична, но зато сегодня можно повеселиться, — с улыбкой на лице закончила она.

— Ясно тогда, что тут делают грифоны и такое количество пони собралось, много их. А если будет подписываться договор, разве это не должны подписывать принцессы?

— Они скоро прибудут, без них ничего не состоится. А пони много, потому что сюда приехали многие пони, не только из округи, но и из далека, хотя в основном это пресса, но есть и политические деятели, но они где-то прячутся до прибытия принцесс.

— Мда, дела творятся конечно серьезные. Ладно, Пойдем на Площадь? – Предложил я Кэррот. – А то все наверняка состоится именно там.

— Конечно, только я куплю сидра у Эпплов и пойдем, хорошо?

— Договорились.

И вот после того как Кэррот купила себе сидра у Эпплов, которые как оказалось, продавали его во всю и всем и как оказалось с раннего утра, мы с ней пошли на площадь разговаривая на какие-то посторонние темы.

* * *

На площади дела обстояли не лучше чем во всем Понивиле, но хотя бы здесь был относительный порядок. Здесь не было никакого беспорядка, а только две стороны: с лева от меня находились грифоны, а справа естественно пони. Посередине этого сборища было, что-то на подобии территории знакомств. Там были самые смелый пони и журналисты, а грифоны самые доброе, что мало похоже на доброту, скорее интерес; и они все вместе общались и как-то взаимодействовали друг с другом. Дети играли друг с другом и изучали драгу друга, а журналисты что-то спрашивали у грифонов, но они отвечали не на все вопросы.

Устроившись с Кэррот, мы продолжили наш разговор, хотя какой разговор, скорее монолог Кэррот:

— … а вот он потом мне говорит – «Сходи и узнай» — представляешь? Я тебе уже не надоела случаем? Мне кажется, что я просто несу какой-то бред, интересный только мне, — уныло опустило она голову.

— Нет, с чего ты так решила? – Спросил я разглядывая, что происходит вокруг.

— Просто ты ничего не рассказываешь, сейчас ты что-то ищешь, значит я тебе не интересна.

— Нет, что ты! Я тебя внимательно слушаю. Просто из меня плохой собеседник, мне нечего рассказывать, ничего интересного не знаю, зато стараюсь запомнить все, что ты говоришь, — подбодрил ее я, повернув немного голову в ее сторону.

— Правда?

— Конечно правда! Вот например…

И я начал ей стараться пересказать то, что она мне говорила. Благо моя голова не была забита какой-либо информацией, поэтому я запомнил многое из слов Кэррот. Например: какие она хочет себе сорта моркови, которые не достанешь в Понивиле и ее округе, что она хочет попробовать вырастить «снежную морковь» с привкусом мяты; она родом из какой-то лесной деревушки под названием… Вудплэнс, да именно от туда. И много другой разной информации.

Количество того, что я запомнил со слов Кэррот, ее обрадовало и сильно подняло ей настроение. Все начали собираться и рассаживаться, потому что сказали, что принцесса прибыла в Понивиль, вместе с верховным правителем Грифоньего королевства. Все с нетерпением начали ждать, когда правители обоих государств поднимутся на трибуну перед администрацией. Прошло немного времени когда это произошло. Со стороны грифонов начали выстраиваться стража грифонов, а со стороны пони начали построение королевские стражники. Там где должны подниматься принцессы стояла одна принцесса, белая, принцесса Селестия, но не было темной, принцессы Луны. Немного повертев головой я ее обнаружил немного поодаль, рядом с шестеркой Хранительниц Элементов Гармонии. Они все как-то тихонько переговаривались и шептались, но все равно смотрели на трибуну.

-… именно по этому, я, как и все жители Эквестрии, готовы помочь нашим друзьям из Грифоньего царства, — видимо я все прослушал и услышал только этот фрагмент, хотя уверен, что она говорила целую триаду.

— От лица всех грифонов, Грифоньего царства, мы благодарим вас, за помощь и поддержку, — сказал их царь. Он был одет в доспехи, с мантией обделанной каким-то мехом и украшенная золотистыми линиями. Сам он был выше остальных грифонов где-то на пол, а может и целую голову, и ярко выраженного белого цвета, нежели другие грифоны, — подпишем же наш договор, что бы все стало в силе с сегодняшнего дня, — Первым он подписал какие-то две бумаги, а следом и Селестия.

Теперь же все ликовали и радовались новым дипломатическим открытиям. Теперь грифоны стали более открыты для пони, хотя и сами пони стали более смелые и не стеснялись подходить и заводить новых знакомых. Селестия и Грифоний царь, я до сих про не знаю, как его зовут, спустились у подошли к Хранительницам и Луне, видимо знакомиться начали. А пресса, она есть пресса, они уплелись за главными лицами этого события и пытались выведать какие-то интересующие их ответы на вопросы.

Все бы шло гладко пока среди грифоньей стражи не началось какое-то мешканье, хотя большинство этого не заметило, но были и те кто обратил на это внимание. Они стали перешептываться, затем и вовсе забегали. Они подбежали к своему царю что-то ему сказали. Он же в свою очередь сказал, что-то принцессам. А они Хранительницам.

«Ой не нравиться мне это все.» — подумал я и не зря.

В небе виднелось какое-то движение небольшой черной тучи, прямо на Понивиль. И это не просто туча, а что-то живое, как я думал это грифоны или же послы принцесс. Но все оказалось куда хуже. Чем ближе они подлетали тем больше их казалось, а кто это было не понятно. Но они сказали, что явно не грифоны и не пегасы, а сказали они это тем, что начали стрелять чем-то по Понивилю. Этого никто не ожидал и началась паника. Все начали разбегаться и разлетаться и разные стороны и прятаться, лететь и спасаться, главное что бы не попасть под этот обстрел. Королевская стража вместе с грифоньей стражей начали готовиться видимо к нападению.

— Это они, приготовиться! – Проорал царь грифонов.

А тем временем, я уже был под трибуной на которой находились принцессы, Хранительницы и царь. Я хотел знать, что происходит и кто нападет, что будет дальше. Как я считаю, это именно те из-за кого грифоны здесь, в Эквестрии, в Понивиле.

— Ваше Величество, Франтаундер. Кто это или что? Это те из-за кого вы здесь? И они пришли за вами? – Спросила Селестия с непоколебимым видом, но по ней было видно, что она боится. Луна же выглядела более взволнованной и более испуганной в отличии от свой сестры.

— Да, это они… Приношу свои извинения, что привел за собой подобный хвост и обрушил подобную беду на ваше государство. Гридкай, бегом в лагерь и собирай всех и пуст кто-нибудь там еще останется, грифонов десять. ПОНЯЛ?! – Заорал он на своего подданного.

— Так точно!

Этот самых грифон взмыл в воздух и полетел в сторону их лагеря. Как оказалось Царя грифонов зовут – Франтаундр. Он старался отговорить Селестию в помощи и попросил отступить ее вместе с Луной и Хранительницами, так как они являются, самыми главными лицами в Эквестрии, но Селестия не то что уговорила его помочь, но и во все сказала, что все могут сделать Элементы Гармонии.

— Мы пытались их остановить только физическими способами и только редко использовали магию, так как для нас это редкость. Но может быть вы, с вашей магией вы можете это сделать, — сказав это, он приказал своим грифоном отступить ближе к домам и приготовиться и отошел вместе с ними.

— Девочки вся надежда на вас и вся Эквестрия и мы в их числе рассчитываем на вас… — не закончила Селестия и ее перебила Луна.

— Грифоны тоже на вас рассчитывают тоже. Если мы будем вам нужны, то дайте нам знать, — дополнила она к словам своей сестры, явно с небольшим испугом в голосе.

— Хорошо принцесса Луна, но… — Твайлайт слегка запнулась, но ее поддержала Рейнбоу Дэш.

— Но мы справимся и дадим этим вторженцам, то чего они получить не готовы.

— Мы будем рядом, мои маленькие пони, — милостиво сказала Селестия и улетела вместе с Луной куда-то ввысь.

Эти Шестеро Хранительниц о чем-то говорили и поддерживали друг друга. Чуть позднее они спустились на площадь и побежали к домам, но не успели, так как один из снарядов опередил их и попал впереди стоящий дом. Я отчетливо вижу, что на этих Хранительницах есть какие-то ожерелья и только у Твайлайт диадема. Они остановились и повернулись в сторону от куда прилетел снаряд. Там уже стояли какие-то темные существа не имеющие отчетливую форму, она постоянно переливалась и даже не была примерна похоже на что-то единое. У каждого из этих двадцати существ была своя уникальная форма. Кто-то стоял на двух… лапах, кто на двух копытах, кто-то был как пони только имел абсолютно другие пропорции тела, есть и такой что похож на слизня или змею.

— Это вы Хранительницы Элементов Гармонии? Если нет, то бегите и спасайтесь, но знайте, мы вас все равно найдем, — сказал один из них, который вышел немного вперед.

— Не знаю, кто вы или что, но мы никуда бежать не собираемся и мы остановим вас, во что бы то ни стало, да Девочки? – Спросила Твайлайт у своих подруг, на что все хором ответили:

— Да! – И только Флаттрешай потом добавила тихим и писклявым голос, — наверно…

— Значит это вы, ну что же удачи!

Хранительницы встали полукругом и повернулись к существам. Они подлетели в воздух, а их ожерелья и диадема Твайлайт засветились, соединяясь светом между камнями в своих украшениях. Когда они открыли глаза, то они ярко светились и свет вокруг их самих начал нарастать, после чего над Хранительницами образовалось радужное завихрение, и из него выстрелил яркий радужный луч прямо в этих существ. После чего это яркое светошоу закончилось и пони приземлились обратно на землю.

— Вы закончили свое светошоу? – Спросил все тот же… т же существо. Только теперь оно не было темным, а наоборот даже имел яркую окраску шерсти, зеленовато-желтый. Он тоже имел рога, только у него они были завиты к нижней челюсти, а тело больше похоже на смесь грифона с ящерицей. Но изменился он не один, а все и все были похожи на смеси разных животных.

— Что? Но как? – Возмутилась Твайлайт, смотря на них с испугом, видя как они, начали наступать.

— Порка с вами кончать, вы попытались, теперь наша очередь, — он выпустил одну из своих верхних конечностей, а именно щупальцу, на которой были нарисованы какие-то символы и они начинали светиться темно-зеленым цветом и испускать легкую дымку на подобии моего эфира… как у меня… символы. А что если я один из них?

— Нет! – Прокричала Селестия, видя, что в Хранительниц пытаются выстрелить. Она летела в… броне? У нее броня, собственная, этот день не перестает удивлять.

Существо выстрелило магическим сгустком энергии в пони. « Все! Хватит!» — подумал я и начал быстро концентрироваться на себе и желании переместиться перед Хранительницами. В следующее мгновение я уже летел вперед, в не понятной для меня форме и с непривычными ощущениями, но зато я точно знал, что так перемещаться у меня получается хорошо, потому что я могу легко остановиться.

— НЕТ!!! – Еле было слышно крик Селестии в шуме взрыва.

Я думал меня убьет, но не заденет других, но перед моим вытянутыми копытами образовался темный угловой барьер, которой спас меня и пони от взрыва. Я это понял открыв глаза, еще я понял, что на мне больше нет плаща.

— Хех… привет. Как дела? – Обернувшись спросил я у шестерки пони и Селестии стоявшей за ними.

« Вот видимо мне придется и оправдываться» — подумал я.