Увидеть Солнце

Прошло уже двести лет с тех пор, как на Эквестрию обрушился огонь сотен мегазаклинаний, разрушивших десятки город и уничтоживших миллионы пони... Но много воды и много времени утекло с тех далёких пор, а выжившие пони, а потом и их потомки, так ничего и не поняли, даже не попытавшись изменить свою жизнь, до сих пор мечтая лишь о материальных ценностях. Но даже здесь, в выжженной пустоши, должен быть хоть кто-то, кто мечтает о чём-то возвышенном... И в тоже время простом.

Другие пони

Смерть это магия

Флаттершай видит странный сон, и просыпаясь она начинает подозревать что с миром вокруг происходит что-то не то. Скоро она уже не сможет различить, где кончается сон, а где начинается реальность.

Флаттершай Эплджек

18 часов на сказку

гимн хюманизации

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Мистер Кейк Миссис Кейк Человеки

Взгляд изнутри

Так ли легко быть богом? Так ли легко знать все и обо всех.Возможно великая сила, о которой все так мечтают, не так уж и хороша?

Шипучие Обнимашки

Грозная Буревестница присоединится к вам для дрёмы в объятьях в парке... после некоторых уговоров.

Человеки Темпест Шэдоу

Межпланарные Странники. Эквестрия

Пятерка классических приключенцев решили сбежать из тюрьмы путем путешествия по планам... Кто же знал, что ключ ведет в Эквестрию?

The Forgotten Phoenix

Что если бы события "Та о которой все забудут" получили несколько иной характер и Сансет не объединилась с Трикси, найдя злодея?|AU, где друзья потеряли память навсегда, а Сансет вынуждена вновь вернуть их доверие, в то время как сирены продолжают из тьмы строить свои козни.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Другие пони Сансет Шиммер

Разные дорожки

Что-то я не увидел ни одного произведения с участием мира сталкера и пони. Наверное плохо ищу)Но все-же я решился сделать свой первый фанфик по сталкеру. Вдохновлён фанфиком GALL "Два дня".

Другие пони

Один среди них

Родители. Они наши покровители. Те, кто родил нас. Те, кто воспитал нас. И те, которые нас любят. И мы их любим. Несмотря ни на что. Даже если этот родитель - пони. Какова будет судьба у нашего главного героя, если его воспитали пони?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Гильда Диамонд Тиара Сильвер Спун Черили Хойти Тойти Фото Финиш Энджел Совелий Лира Бон-Бон DJ PON-3 Человеки

Я начал всё с начала

В этом мире полно счастья и радости, а войны ведутся с помощью пирогов и кексов, но ведь так было не всегда. Еще до правления Принцесс весь мир строился на лжи, злобе и ненависти, единороги, пегасы и земнопони вели кровавые войны, да бы признали их превосходство над другими. Но что же удерживало их пыл? Что сохраняло между ними, пусть и шаткое, равновесие? Может за ними кто-то приглядывал... Хранил мир... Но кто же? Все забыли об этом. Но сегодня, возможно, вы узнаете ответ...

Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 2. Методы торговли Глава 4: Технические трудности

Глава 3: Рабочая обстановка

~~~|*/\*|~~~

В Понивилле я потерял всё, но утверждать, что я начал всё с нуля будет не совсем правильно. Когда я покидал Новую Эппалузу во второй раз, в моём сердце не было страха или чувства неуверенности в завтрашнем дне. Я точно знал, что мне делать, и где начать.

Не поймите меня превратно, вас никогда не сбивали с ног, как меня, и вы, зарывшись носом в грязь, не поднимались снова. Несколько моих первых вылазок были непросты. Прямо-таки зверски непросты, чес-слово. На хорошо бронированных подонков я шёл с одним лишь кухонным ножом в копытах или телекинезе. Честно говоря, было трудновато, будто бы бандиты, которых я вырезáл, были лучше подготовлены. Мне казалось, что я просто слегка отстранялся от всего, что творилось у меня под носом, но кто может сказать наверняка?

Спустя месяц я обрёл второе дыхание. Добыл пистолеты поновее и получше, и куда более приличную одежду, чем мои старые обноски. А вот карманах по-прежнему недоставало тяжести крышечек, и это было не по мне. Банды рейдеров, что мне попадались, были лучше вооружены, но их стало намного меньше. Полагаю, это не было лишено смысла: чем больше на животных охотишься, тем меньше их становится. Но соваться в Понивилль снова я не отваживался. Думайте что хотите, но у меня мурашки по коже бегут даже когда я наблюдаю за ним с безопасного расстояния. И возникает чувство, будто за мной наблюдают.

Это, мягко говоря, приводило в уныние. За несколько ночей рыскания по Пустоши я так ничего и не добился и вновь занялся сопровождением караванов, а со временем перешел к охране курсирующего между Новой и Старой Эппалузой поезда. Работа была тоскливой и порядком меня раздражала, но крышечки есть крышечки. Без охоты на рейдеров появилось слишком много свободного времени, и я ночи напролёт пропивал свою зарплату в барах. В общем-то, жить так было можно, и у меня появилось несколько хороших друзей, но жизнь наёмника или доблестного телохранителя – это просто не моё. Не хватало острых ощущений. И приключений.

И в одну прекрасную ночь навроде этой приключения нашли меня сами.

Я сидел в баре Новой Эппалузы и пытался забыть своё падение после многих триумфов, как позади меня раздался шум. Ну, раз уж я был не где-нибудь, а в баре, то и подумал, что это просто пьяная потасовка. Но не услышав ни звуков разбивающихся бутылок, ни выстрелов, я врубился, что это не так.

Обернувшись, я увидел у входной двери невероятно милую маленькую грифину. Маленькую в том смысле, что сперва подумал, что она только птенец: слишком мелкая для грифона. Примерно с кобылу размером.

Вторым, что я заметил, был рабский ошейник на ней. Тогда я подумал: возможно, она – беглая рабыня; но эппалузцы занимаются торговлей, так что беглой нет смысла приходить прямо в расположенный в центре города бар. И непохоже было, что кто-нибудь спешил присвоить её себе. К тому времени я перезнакомился с жителями Новой Эппалузы и знал, что рабов ни у одного из них нет, поэтому следующей догадкой была ей принадлежность кому-то, кто проходит через город. Её задняя левая нога чуть выше ступни была обмотана повязкой, заляпанной буровато-розовыми пятнами.

А ещё я заметил на её лапе ПипБак, и это запутало меня ещё больше.

Казалось, она не заметила меня: я сидел достаточно близко к двери, так что когда она, прихрамывая, сделала несколько сделала несколько шагов внутрь бара, я фактически оказался за её спиной. К тому времени я был уже просто никакой, но суть её предложения всем собравшимся в баре была такова: ей нужна помощь в выслеживании и убийстве кого-то, и она предлагает за это оплату. Реакция была ошеломляющей. Я вернулся к своей выпивке, но продолжал прислушиваться к её речи. Она добавила что пони, за которыми она охотится, вообще-то рейдеры и что их много.

Вот это уже это привлекло моё внимание. Но, ух...

Как я уже сказал, я был очень, очень пьян, и это случилось почти четыре года назад, так что я не помню точно, как именно всё происходило дальше.

Как бы то ни было.

Я попытался повернуться, но меня в тот момент слегка вырубило. Когда я отошёл от оцепенения, вместо целой комнаты гуляк на неё продолжали глядеть лишь двое: молодая кобыла и старый жеребец. Пара оставшихся добровольцев посмотрела друг на друга, затем вновь на грифину, а потом вернулась к своим делам. Та надулась и нахмурила брови, и постучала по боку своего клюва; казалось, она была почти обижена.

Она уже было развернулась чтобы уйти, когда я окликнул её. Моё внезапное появление у неё из-за спины слегка удивило грифину. Когда же удивление прошло, она начала рассматривать меня, склоняя голову то туда, то сюда. На вид он не была ни крепкой, ни сильной, как большинство грифонов, которых я встречал в своих путешествиях. Она казалась откровенно женственной, что было очень странно в Пустоши даже для девушки.

«Ты сказала что-то об убийстве за деньги?» — спросил я, добавив, что вообще-то не помню остального из-за того, что вырубался.

С улыбкой покачав головой, она сказала мне, что я не пропустил ничего важного, и предложила купить мне выпить. Я последовал за ней к барной стойке, наблюдая за покачиваниями её бёдер, когда она пыталась не нагружать свою раненую заднюю ногу. У барной стойки она поднялась на здоровую ногу, повернулась и откинулась назад, облокотившись на неё. Грифина следила за входом, будто бы ожидая, что кто-то войдёт в бар вслед за ней, что забавляло, если учесть, как легко я её напугал.

«Ты рабыня?» — спросил я её через минуту или две.

Она окинула меня взглядом и ухмыльнулась, сказав что-то типа: «Неужели я похожа на рабыню?»

Я промолчал, и она заказала выпивку. А я ведь даже и не знал, что в баре Новой Эппалузы имеются крошечные зонтики.

«Итак, мы убиваем рейдеров?» — спросил я.

«А это проблема?» — отозвалась она и отпила из своего стакана, поморщившись.

Мне кажется, я ухмыльнулся, когда она задала этот вопрос.

«Скорее плюс, если тебе интересно моё личное мнение, — сказал я. — Терпеть не могу этих выблядков».

Она в ответ ухмыльнулась и спросила как меня зовут. Я назвал своё имя и спросил, как зовут её.

«Пахарита, — провозгласила она так, будто это было название страны, и слегка поклонилась. Её немного шатало, когда она вновь попыталась стоять прямо на задних ногах. — Итак, давай перейдём к делу.»

Пока мы обсуждали планы, я один или два раза терял сознание, но она либо вкратце пересказывала то, что я пропустил, либо говорила, что это было не так уж и важно. Таким образом, мы потратили не слишком много времени, просиживая свои задницы в баре. И как только в моей голове отложилось всё, что мне нужно было знать, мы отправились в ночь.

Предполагалось, что действовать я буду в одиночку. Я всегда понимал, что если рядом со мной будет кто-то ещё, то для меня он или она будет камнем на шее, и нянчиться с ней в то время, когда можно было сосредоточиться на планировании и убийствах, у меня не было ровным счётом никакого желания. Но, по правде говоря, когда Рита находилась поблизости, особенно в тот первый раз... Чувство было приятным. Даже естественным. Она подстраивалась по меня и летела достаточно низко, чтобы не привлекать к себе внимания, проверяла свой ПипБак и сообщала мне, если обнаруживались какие-либо агрессивные дикие животные, которых стоило обойти, или как близко мы уже подошли к тому точке назначения.

— Это было как-то так... Да ёбаный в рот, прекрати сюда ни с того, ни с сего врываться! Минуточку, прости... что ты задумала?

— «Ну... Я же только что закончила готовить обед! И надеюсь, ты к нам присоединишься. Ты ведь любишь карри, не так ли?»

— Ты ещё спрашиваешь? Сейчас приду, минутку... От дерьмо, и на какую кнопку мне там нужно было…

~~~|*/\*|~~~

Дабл Тэп задрал свой бинокль чуть выше, чем следовало, и ему в глаза вонзились слепящие солнечные лучи, изливающиеся сквозь редкие прорехи в облаках. Он ругнулся и попытался проморгаться от повисших перед глазами цветных пятен. Рита фыркнула и перевернула страницу своего комикса. Из динамика её ПипБака тихо струилось что-то фанковое.

— Если она летает по округе в пассажирской повозке, — пробормотал Тэп, взглянув на грифину, — то как, чёрт подери, мы должны догнать её?

Рита, изогнув бровь, посмотрела на него поверх комикса.

— Мы должны вычислить, куда она направляется ещё до того, как она туда прибудет! Это типа как сыскная деятельность! И при этом нужно очень долго и упорно думать, так что, ты просто оставь это на меня, ладненько?

Тэп прищурился и вернулся к изучению горизонта.

— Итак... — начал он спустя пару минут наблюдения за кучкой гулей, разрывавших на куски рейдера.

— Ну? — его ушей достиг шорох бумаги, когда она перевернула очередную страницу.

— Ну... Насчет ЛитлПип.

Интонация Пахариты тут же изменилась.

— А что с ней? — он мог прямо-таки представить себе, как она вскинулась.

Тэп закрыл глаза, приготовившись к бурному восхвалению, которое непременно должно было последовать.

— Папка от Стальных Рейнджеров шикарно описала её способности и особые черты, но помимо её рейнджероубивательной вечеринки в Стойле Два там не было почти ничего. Что... Ух... — он скрипнул зубами, ведь Рита уже визжала. — Что ты можешь мне рассказать о...

— Да я могу рассказать тебе почти всё, что известно о ЛитлПип! Она же моя самая любимая тема для разговора вместе с Министерскими Кобылами и ДиДжеем Понтри! — она уже успела приютиться подле него, а её глаза сияли, когда он встретился с ней взглядом. — Что ты хочешь знать?!

Несмотря на то, что он уже пожалел, что спросил, Тэп проглотил свою гордость и начал задавать уточняющие вопросы:

— С чем именно мы столкнёмся? Что ещё она натворила, о чём мне следует знать?

— Ох ты ж, с чего же мне всё-таки начать? — Рита перекатилась на спину, вытянув перед собой все свои четыре лапы.

— Что ты услышала о ней раньше всего?

— О! Я слышала, будто бы едва она вышла из Стойла, когда в одиночку перебила всех рейдеров из Понивилля, вот!

Глаза усеянного шрамами единорога округлились, а сам он напрягся, услышав упоминание о Понивиле. Секунду спустя он расслабился.

— Да ничего такого в этом нет. Я это уже делал.

— Это ты так говоришь, но мне-то откуда знать... Такие шрамы от чего угодно могли остаться, и в твоей истории полным-полно пробелов! — Тэп фыркнул, и она ухмыльнулась, поглядывая в сторону. — И кстати – ЛитлПип победила! Я слышала, что она зачистила всю библиотеку! Библиотеку самой Твайлайт Спаркл! Она даже попутно освободила кучку пленников! И вышла оттуда как ни в чём не бывало.

— Брехня, — пробормотал он.

— Не-а! Чистая правда! ДиДжей Понтри всё об этом мне рассказал! — она выразительно помахала передней лапой с ПипБаком, а тот вращался на запястье при каждом взмахе.

— Ну ладно. Значит, она, по всей видимости, перебила кучку рейдеров. Я бы тоже смог это сделать, вернись я в Понивиль. Чего ещё она совершила?

— Убила дракона!

— Рита, это совсем не смешно. Мне на полном серьёзе нужно знать, что... — он взглянул на лежащую грифину, и она, с самой самодовольной своей ухмылкой, постучала по динамику ПипБака. — Да ты, блядь, надо мной издеваешься.

— Убила его из магического драконобойного дробовика! У него не было ни единого шанса. Мне его даже чуточку жаль!

— Ну, если уж это был какой-то там магический дробовик, тогда конечно, у него не было ни единого шанса, — он немного опустил бинокль, пихая её передним копытом. — Дробовик был создан именно для этого. Если ты создаёшь оружие для убийства кого-нибудь, и оно убивает этого кого-то, то пушка делает как раз то, что нужно.

Пахарита перекатилась обратно на лапы, искоса посматривая на него.

— Да ты просто тоже хочешь убить дракона.

Тэп фыркнул и вновь сосредоточил внимание на бинокле.

— Что ещё?

Раздавшийся в отдалении взрыв тут же прервал беседу. Тэп навёл бинокль на дым, который уже развеивался на ветру в нескольких кварталах впереди, и заметил несколько пони в тяжёлой броне. Из-за тёмных провалов глаз их шлемы напоминали металлические черепа, в то время как воздушные фильтры вокруг придавали им сходство с противогазами. Это был обычный вид Стальных Рейнджеров, но казалось, что броня была выкрашена в красную полоску. Когда они нырнули в укрытие, чтобы перезарядиться, дым немного рассеялся, явив на обозрение трёх высоких, величественно выглядящих кобыл – двух зелёных и голубую. У каждой из них были как рог, так и пара крыльев.

«О-о-ох, аликорны», — задумался он, пытаясь выловить лучший вид на круп льдисто-голубой кобылы. — «С какой стати эти Стальные Дебилы стреляют по ним? Наверное, дерутся за тостер, или лампочку, или ещё что-нибудь такое».

Пони в броне вышли из укрытия, и один из них тут же рухнул, когда зелёная аликорн поразила его молнией. Остаточные разряды прыгали по металлической оболочке, а из сгоревших электрических схем поднимались закручивающиеся струйки дыма.

«Силовая броня, — с издёвкой подумал Тэп. — Всецело перехваленный маго-технический мусор. Может попробуешь в следующий раз не попадать под удар вместо того, чтобы зависеть от своего офигительного робокостюма, а, мудила?»

Другой Стальной Рейнджер обошёл упавшего товарища чтобы прикрыть его огнём и осыпал их аликорнов шквалом гранат. Их щиты рябили, но они уверенно удерживали занятую позицию, противостоя атаке.

— Оу, а ещё она убила целую кучу пони в Старой Эппалузе! — выпалила Рита, у которой, похоже, пропал интерес к битве. — Она просто ворвалась туда и перестреляла всех до единого! Ей даже удалось убить аликорна, сбросив на неё дом!

— Дом, — тупо повторил Тэп, не отрывая глаз от перестрелки.

— Агась, целый дом! А затем ещё больше работорговцев, которые пытались вернуть себе освобождённых ею пони и попытались захватить поезд, на котором они ехали, и она их тоже всех поубивала! Она даже пустила поезд под откос, с обрыва, и при этом ушла оттуда без единой царапины!

Оба зелёных аликорна были разорваны непрекращающейся чередой взрывов и, подобно ярко-красному конфетти, украсили собой ближайшие окрестности. Оставшаяся льдисто-голубая аликорн развернулась и взмыла в воздух, пытаясь отступить. Со свистом, несколько ракет устремились за ней и разнесли в клочья свою цель, взорвавшись практически одновременно. С улицы донёсся отдалённый восторженный крик, когда её останки усеяли бетон.

Тэп лишь тихо вздохнул.

— Такой знатный круп просрали.

— Если хочешь, то можешь пойти и подобрать кусочек, — хихикнула грифина, заработав при этом сердитый взгляд.

— То есть, получается, ветки Эппалузы больше нет именно из-за неё? Снимаю шляпу. Ёбаный поезд, всегда ненавидел его, — облизав свои губы, он левитировал бутылку виски, украденную из Разбитого Копыта. После хорошего глотка он пришёл к выводу, что у Гаудины был отличный вкус. — А что, собственно, там забыли аликорны?

Когда он взглянул на Пахариту, та лишь пожала плечами, нахмурившись и подперев голову когтистой лапой.

— Наверное, делишки Красного Глаза. Аликорны и Красный глаз – это как сардины и ореховое масло, — Тэпа чуть не вырвало, когда он попытался представить себе такое сочетание. — Что же до Пип и Красного Глаза… Они не совсем сходятся во взглядах.

— Оно и не удивительно. Похоже, Красный Глаз слишком хитёр для неё. Большинство пони думает, что всё вокруг станет лучше, стоит лишь щёлкнуть выключателем. Но нельзя же исправить всё с помощью какой-то там особо хитрой магии. Для этого нужно шаг за шагом что-то делать.

Рита продолжала тараторить, словно игнорируя его.

— Я слышала, что когда она оказалась в Филлидельфии, то добровольно вышла на арену и там убила там всех оппонентов до единого. Она выиграла встречу с Красным Глазом... — она хихикнула и сжала в кулак свободную лапу. — И плюнула прямо ему в лицо!

Тэп почувствовал, как его челюсть устремилась к земле.

— Вот же сучка! Да кем она себя возомнила?!

И вновь Рита пожала плечами, попытавшись вырвать бинокль из магической хватки Дабл Тэпа.

— Всего лишь Дарительница Света и спасительница Пустоши. И ты, кстати, тоже убивал солдат Красного Глаза.

Пожевав нижнюю губу, Тэп освободил из магической хватки бинокль как раз в тот момент, когда Пахарита со всей мочи дёрнула тот на себя. От такой неожиданности она повалилась на спину, испуганно пискнув.

— Ну убивал, но нам же за это платят. А она просто носится по округе, разрушая его планы, ради... веселья. Вроде как. Не знаю я, — сердито взглянув на него, Рита вновь встала на свои лапы. — Убивать его бойцов и плевать ему в лицо – две очень разные вещи.

— Знаешь, тут ты не прав, ну да ладно!

— Да как угодно. Что ещё ты можешь мне рассказать?

Пахарита постучала себя несколько раз по клюву.

— Эм... Она убивает аликорнов одной левой!

Единорог нахмурился.

— Ну разумеется...

— Она даже сумела расправится с очень-очень большим аликорном в Филлидельфии!

— Круто, — монотонно ответил он, окидывая взглядом горизонт.

Его мысли метнулись к огромному, угольно-чёрному крупу этого когда-то великолепного существа и вкусу очищающего от радиации месива, которое он сварганил. И хотя он едва не помер от лучевой болезни, это был весьма захватывающий опыт. Приятные воспоминания поблекли, когда Тэп начал раздумывать над словами Риты.

«И всё же, была ли это та самая супер-аликорн, с которой я встречался во время своего последнего визита в Филлидельфию? Или... они по очереди становятся супер-аликорнами? — нахмурившись, он выглянул из окна здания, в котором они расположились. — И если даже эта малявка убила другого аликорна, то помнит ли та меня до сих пор? Или у них всех общие воспоминания? Или... а, в пизду...»

Несколько пониобразных фигур топтались на уровне улицы. Все они были измождёнными и выглядели так, словно в любой момент были готовы развалиться на части, но понять, были ли они безмозглыми животными, или всё ещё сохраняли рассудок, Тэп не мог. Спустя мгновение все они обернулись и открыли огонь по стае облезлых собак, которые неслись в их сторону.

Удовлетворив своё любопытство, он сел обратно и принялся всматриваться в дали у линии горизонта. На востоке, в гавани Мэйнхеттена, гордо возвышалась Статуя Дружбы – реликт старого мира и пристанище для сотен пони. Порой Пахарита захаживала в злачные закоулки Города Дружбы в поисках новых контрактов, но сам Тэп крайне редко ступал на его территорию. Не считая Башни Тенпони, единственным поселением, в которое они частенько наведывались ради еды, торговли и приятной компании было Арбу, не считая редких вылазок в Эппалузу и Филлидельфию.

Его взгляд задержался на Арбу. Тэп мог разглядеть лишь силуэты посёлка, но его воображение с легкостью дорисовало пони, занятых своими обычными делами. Внезапно как гром среди ясного неба мелькнула мысль: день рождения, а он чуть не забыл! Тэп мысленно обругал самого семы на чём свет стоит за то, что не выдрал у мантикоры зуб, или шерсть из гривы, или хотя бы кусок мяса, чтобы потом подарить.

«Проклятье... ей бы это понравилось. Может ещё не поздно вернуться назад и...»

Резкий тычок вернул его в реальность. Рита ухмылялась и качала головой.

— Думаешь о своей подру-у-ужке?

Тэп отпихнул её в строну.

— Отъебись, Рита. Она не моя подружка.

Вокруг крыши Тенпони двигался мерцающий огонёк, который привлек его внимание. Он поднял переднюю ногу и указал ею на огонек, пихая грифину другой.

— Ага, вижу! — она запрыгала на месте, глядя в бинокль и махая при этом крыльями. — Это они!

— Есть предположения, куда они направляются?

— Неа! — Рита медленно повернула голову вслед крошечному пятнышку пассажирской повозки, когда та пронеслась над руинами Мэйнхеттена. — Но я бы сказала, что они направляются куда-то на запад, в сторону Вечноди... Эмм... не совсем... возможно, Понивиль?

— Ах ты ж ёбаный ты…


— Пойти по дороге было бы безопасней... — тихо прохныкала Пахарита. Тэп не вёл счёт этим жалобам, но был уверен, что вот именно эта пересекла черту, отделяющую «немного» от «много». — Одно дело, если ты готов подвергнуть опасности свою собственную жизнь, но...

Тэп ухмыльнулся в ответ, встретившись с её испуганным взглядом.

— Неужели ты боишься парочки мутировавших алмазных псов?

— Да! — сощурившись, ответила она, визгливым шепотом. — Они меня до смерти пугают!

— Фигово тебе, — пожал он плечами, продолжая идти средним шагом. — Да, пойти по дороге было бы безопасней, но они уже нас опережают, и если мы сейчас их не догоним, то отправим кучу времени алмазному псу под хвост. Как только минуем Старый Олней, будем почти в безопасности вплоть до Понивиля. Если, конечно, именно туда они и отправились...

Он торопливо осмотрел темнеющий горизонт, за которым быстро исчезали последние отблески солнца.

— Мы только что миновали Марипони, и, помнится мне, Богиня выступает в одной упряжке с Красным Глазом. В худшем случае смотаемся к ней, и, может, ещё и парочку аликорнов выпросим в подмогу.

— Богиня или нет, но мы не можем здесь остановиться! Это страна адских гончих! — нахмурившись, продолжила грифина. — И, кроме того, неужели ты думаешь, что аликорны помнят то наше задание?

— Если помнят задание, то не могут они не помнить, как я… Это что, был звук выстрела?

Рита изогнула бровь.

— Я ни...

— Шшшш...

Дабл Тэп, задержал дыхание и навострил уши. Тишину наполнил шорох перьев Пахариты на ветру, а пони выжидал, когда вновь послышится этот звук. Тот так и не повторился, но до ушей Тэпа донеслись еле слышные крики. Неподалёку смутно вырисовывался силуэт города. Внезапно, у него появилась неплохая догадка насчёт конечной точки пути их цели. Тэп прикинул, что сможет добраться до Олнея галопом минут за десять-пятнадцать. Рита тяжело сглотнула, когда он встретился с ней взглядом и кивнул.

Не произнеся больше ни слова, они во весь дух рванули к городу; Пахарита изо всех сил хлопала крыльями чтобы набрать высоту. А единорог тяжело дышал, мысленно пробегая по своему репертуару заклинаний. И первым в этом списке было подавление света, которое искривляло тьму вокруг его рога и чуть ли не полностью сводило на нет свечение. Дальше шло заклинание для копыт, которое к каждому его шагу добавляло противодействующую вибрацию, чтобы полностью глушить шум перемещений Тэпа. Правда, он не был уверен, насколько хорошо это будет работать против существ, которые по своей природе чувствуют любые виды вибрации в земле, но сейчас ЛитлПип была важнее.

Он быстро приближался к краю города. Вновь раздался и стих звук выстрела, но Пахарита не подала знака, что Небесный Бандит отправился в путь. Воспользовавшись левитацией, он быстро перебрал имеющееся с собой снаряжения.

Две дюжины гранат, собранных в связки в кармашках его патронташа, примерно вдвое меньше мин, к которым прилагалась катушка металлической проволоки. У Риты при себе имелось немало дополнительного снаряжения на случай, если своих запасов Тэпу не хватит. Комедия и Комедия – его девятимиллиметровые пистолеты-близнецы – плотно сидели в своих кобурах, и оба были заряжены бронебойными патронами. На себе он нёс десяток дополнительных магазинов к ним, но, как и со взрывчаткой, знал, что у Пахариты найдётся ещё как минимум двадцать магазинов сверху. Проникновенный находился в притороченной к спине кобуре, и его тяжесть казалась чуждой. Для него имелось в наличии лишь десять громадных патронов, не считая ещё скольки-то запасных в сумках Риты, но Тэп не планировал использовать его против чего-либо отличного от Стилхувса. А в жилетке, свитере, словом, везде, куда их можно было только запихнуть так, чтобы не порезаться самому, были спрятаны метательные ножи. Сколько их там точно, Тэп не знал, но их определённо было предостаточно.

Единорог промчался мимо нескольких домов и, развернувшись прямо перед кирпичной стеной огромного здания, поднялся на дыбы и прижался к ней спиной. Он хрустнул сначала суставами на ногах, затем шеей, стряхнул с себя пыль и ненадолго замер, переводя дух. После такой короткой подготовки Тэп вдохнул немного дэша, подготавливая себя к намного большей дозе, которую он примет чуть погодя. Он ощущал движение; много движения, искаженного и затянутого из-за наркотиков в его кровеносной системе. И ни одно из них не напоминало движение пони.

В тот самый миг, когда Тэп уже собрался было выглянуть из-за угла, его уши уловили тихий шорох перьев. Он обернулся, обнаружив, что стоит очень близко к размытому, едва видимому силуэту.

— Ты помнишь, что я боюсь Адских Гончих? — прошептала Рита, и, прежде чем Тэп сумел ответить, продолжила: — Так вот, по округе их слоняется просто тьма, ровненько дальше по улице.

— А что насчёт...

— Я покружила над городом. Небесного Бандита нигде нет, но я заметила Каламити и Вельвет на крыше госпиталя. И мне кажется, что их феникс тоже там.

— Это...

— Да, медик-единорожка и снайпер-пегас. Пип, Стилхувс, и та зебра, наверное, внутри.

Тэп вновь попытался двинуться, но лишь для того, чтобы почувствовать, как его воротник стискивают когти.

— Они буквально окружены адскими гончими! — грифина отпустила его воротник, и он мог прямо-таки представить, как она зажимает свой клюв когтями.

— Я просто взгляну, — прошептал он. — И если ты ещё раз меня остановишь, то я тебе врежу. Сильно.

В переулке было чисто. Выйдя из-за угла и указав ей жестом следовать за ним, он медленно продвигался вперёд, пока проулок не вышел на улицу. Фраза «довольно-таки много» не слишком точно описывала количество тех огромных двуногих собакоподобных существ, которые заполонили улицы Старого Олнея и не спускали глаз с крыши госпиталя. Их передние лапы были были бы забавными, вот только громадные, способные кромсать плоть и сталь, когти, которыми они оканчивались, не давали повода для веселья. У некоторых в массивных лапах он заметил энергомагическое оружие, переделанное под использование пальцами. Их глаза светились в темноте, ловили и отражали свет собственных факелов. Это была толпа, какой он не видывал прежде, а Тэп повидал далеко не одну.

Гигантского роста адская гончая вылезла из толпы и взобралась на что-то типа фургона с рупором в лапах. Ещё прежде, чем раздался её хриплый грубый голос, Тэп понял, что это как раз-таки «она»: его взгляд задержался на параллельных рядах сосков, которые тянулись от её груди и вплоть до самого сокровенного места. Изорванный жилет гончей едва их прикрывал. У неё было что-то наподобие гривы, но волосы выглядели жесткими и засаленными.

— Пони, мы знаем, что вы там! — гаркнула она в рупор, указывая в сторону крыши. — Спускайтесь! Даже после того, как вы убили моих щенков, я прошу вежливо!

«Ого», — проговорил он беззвучно.

Тэп попятился, махая во все стороны передней ногой, пока не почувствовал перья и шерсть.

— И каким, блядь, образом, я должен пробраться мимо всех этих тварей?

— Откуда мне знать?! — послышался визгливый шёпот в ответ. — Может, у нас получится провернуть какой-то отвлекающий манёвр, и ты сможешь туда прокрасться?

Единорог кивнул, вновь выглядывая из-за угла. Только в этот раз рядом с собой он чувствовал присутствие чего-то тёплого и пернатого, которое держалось за него изо всех сил. Он прошелся по толпе взглядом, на мгновение задержавшись на многогрудой адской гончей с рупором, прежде чем сосредоточиться на своей задаче. На первый взгляд не обнаружилось ничего особенного, но вот во второй раз в мерцающем свете факелов он заметил кое-что необычное.

В нескольких домах от толпы Из-под земли что-то выступало, и сверху торчал длинный ствол. Прищурившись, Тэп попытался разглядеть его получше, но в темноте чёткая картинка не складывалась. Он развернулся и снова отошел назад, обошёл здание и двинулся по окраине Олнея в сторону таинственного объекта. Осторожно пройдя вниз по переулку ещё раз, они вновь вышли на главную улицу, но уже по другую сторону от адских гончих. И теперь, несмотря даже на неважное освещение, он всё же начал понимать на что же именно он смотрит.

— Неужели это... — запнулся он, мельком взглянув на адских гончих дальше по улице. — Что-то типа танка?

Рита ответила шёпотом, но была заметно воодушевлена:

— По правде говоря, это и есть танк. Танк земных пони, если точнее. Нарезное, стадвадцатимиллиметровое орудие с автоматом заряжания, смонтированный на крыше крупнокалиберный пулемёт... Такие очень редко встретишь. Нет, управляемых пегасами летающих танков хоть отбавляй, но вот на наземную бронированную технику финансов выделялось куда меньше. Большинство военных технологий ушло на воздушные силы или Стальным Рейнджерам. Однажды Эпплджек сказала, что...

Даже не видя её, Тэп точно знал, куда стоит направить свои копыта, чтобы захлопнуть грифине клюв.

— Рита, заткнись же наконец и скажи, сможешь ли ты заставить эту штуку работать?

— Так, поскольку здесь довольно-таки сухо, и не похоже, чтобы за последние две сотни лет к нему кто-либо прикасался... Да, думаю у меня он заработает без особой возни. Возможно, понадобится многое подрегулировать, плюс ещё в двигателе могла скопится пыль, но я определённо заставлю его работать, — она задумалась. — Но они же сбегутся на него, как только я заведу мотор...

— Ну, тогда уйди оттуда, прежде чем это случится.

— Шутишь? Это же довоенный артефакт! Да у Стальных Рейнджеров все стволы расчехлятся при виде этой штуковины

Каждый раз, когда она повышала свой голос, Тэп кривился, окидывая взглядом уже встревоженную и раздражённую свору мутировавших псов.

— Ладно? Так значит, ты намерена уехать отсюда на этой штуковине? — он протянул копыто, и его рог тускло засиял. — Давай сюда всю взрывчатку, которая у тебя есть.

За этими словами, последовал короткий односторонний обмен. Дополнительные гранаты и мины были тяжеловаты, но он знал, что надолго взрывчатка у него не задержится. Мёртвая грифина была бы для него бесполезна. Поэтому, пока Рита занимается отвлечением гончих, первым делом нужно будет расставить ловушки, которые могут купить её несколько драгоценных секунд.

Череда мягких щелчков достигла его ушей.

— Когда закончишь здесь, — прошептала она, а её голос всё больше и больше отдалялся, — направляйся в Марипони.

Наставления Пахариты прервались шелестом перьев и пугающе громким скрипом, когда люк рядом с орудийной башней открылся и вновь закрылся. Он с облегчением выдохнул, когда толпа продолжила всецело уделять своё внимание крыше.

— Повторяю ещё раз! — прорычала та из тварей, которая смахивала на мать выводка адских гончих. — Пони, не испытывайте моё терпение! Спускайтесь вниз, иначе мы заставим вас спуститься!

Тусклый свет магии окутал несколько мин, поднял и равномерно разложил их поперёк улицы. Тени танцевали вокруг фигуры Тэпа, когда он прошмыгнул во входную дверь бывшего круглосуточного магазина, достал три гранаты, и бережно пристроил их за куском бетона. Левитируя катушку перед собой, он протянул конец проволоки от чек трёх гранат до дальней стены, продев при этом свободный конец во все кольца и крепко его завязав. Затем вогнал метательный нож в трещину в стене настолько глубоко, насколько это было возможно, перерезал проволоку и привязал другой конец к рукоятке. Придерживая одним из копыт чеку, он дёрнул натянувшуюся проволоку и расплылся в довольной ухмылке.

Отвернувшись от своей образцовой ловушки, Дабл Тэп наложил заклинание-приманку на ближайшую мину. Ничего мудрёного, всего лишь неясное движение и звук его голоса, направленный в сторону магазина, но он подумал, что взбешённая адская гончая проглотит наживку без каких либо раздумий. Переступив через проволоку, он сам вошёл в магазин и, пробираясь сквозь тьму к чёрному ходу, уложил по пути ещё парочку мин. Последняя из установленных мягко замерцала, когда он вновь применил заклинание-приманку, нацелив его в сторону необитаемого простора Прекрасной Долины. Затем Тэп сделал круг через проулок, заложив ещё тройку гранат под большим мусорным баком и привязав их чеки к близлежащей прогнившей кирпичной стене. Единорог продолжал красться в тенях, оставляя за собой след из взрывчатки.

У входа во что-то похожее на детский сад не было ничего, за что можно было упрятать гранаты. Вместо этого, он сперва продел проволоку через рукоятки вбитых в трещины кладки ножей, затем вогнал нож ещё и в потолок и просунул всю ту же проволоку уже через его рукоятку. Проверив точки опоры ножей, он левитировал к свисающему концу ещё три гранаты и, привязав их чеки, осторожно дал им повиснуть под собственным весом, прежде чем отпустить. Они тяжело провисли и просто-таки молили, что бы их кто-то задел и выпустил на свободу.

— Вы сейчас же спуститесь! — донёсся до него лай. — Последнее предупреждение!

«Да почему они просто не возьмут это чёртово место штурмом? — установив ещё одно заклинание-приманку, Тэп окинул взглядом огромную матку адских гончих и её неугомонную родню. — Чего они дожидаются? Не могут же они взаправду хотеть разрешить дело миром».

Его глаза быстро адаптировались к царившей внутри детского сада темноте. Он осторожно пробирался сквозь здание, время от времени закладывая очередную мину и прикрывая её останками изъеденной молью плюшевой игрушки.

В тот миг, когда он достиг чёрного хода, гул и грохот сотряс здание. Это было лишь начало: дверной проём обвалился, захватив с собой часть потолка. Он, сощурился, чтобы уберечь глаза от падающей пыли и крошащейся штукатурки, развернулся и пошел назад, к центральному входу. Ещё одна, более сильная волна тряхнула здание и едва не сбила его с ног; вдоль стен и на потолке зазмеились вереницы глубоких трещин. Тэп потянулся магией как раз вовремя, чтобы поймать свой букет из гранат, и неподвижно удерживал три ребристых металлических яблочка, пока всё вокруг продолжало дико трястись. Часть дверного каркаса тоже повалилась и увлекла за собой проволоку и все три привязанные к ней чеки. Тэп ругнулся, а его рог вспыхнул, левитируя все три гранаты в окно, парой секунд спустя последовал взрыв.

Тэп выхватил пистолеты и сжал гранату, инстинктивно задержав дыхание. Это было весьма кстати: мгновение спустя в помещение ворвалось облако пыли, вынуждая его закрыть глаза. Отдалённый кашель стал отчётливо слышен, когда грохот стих и лишь редкий цокот, похожий на бьющиеся друг о друга камни, нарушал неожиданно наступившую тишину. Чтобы ни произошло на улице, оно явно заглушило непредвиденный взрыв его гранат. Хоть он и был этому рад, но обстановка явно изменилась, и от неопределенности его начало мутить. Тем временем кашель становился всё более слабым, пока не исчез окончательно.

Единорог раскрыл глаза, и его поприветствовала мимолётная улыбка, которая уже через мгновение растаяла как ни в чём не бывало.

«Отъебись», — мрачно подумал про себя он.

Прищурив глаза и вглядываясь в пыль, он встал с пола и покрутил ушами, стараясь услышать хоть что-нибудь, что сможет помочь ему оценить ситуацию. Тишину нарушил снова донёсшийся с улицы кашель. Его взгляд задержался на лестнице, которую он пропустил, входя внутрь. Тэп, не прекращая вслушиваться, тихо взобрался на второй этаж.

— Следы пони есть?! — он тут же узнал грубый голос их предводительницы.

— Может мы раздавить их! — отозвался незнакомый голос самца. — Ты говорить крыша оставайся целой, когда она падать, но мне она казаться разбитой!

— Не моя вина, что пони такие мелкие!

Чуть менее сиплый женский голос спросил:

— Мы всё ещё откапывать их и съедать?

Из окна второго этажа единорог наблюдал за адскими гончими, которые одна за другой выкапывались на поверхность вокруг дымящихся руин, которые всего пару минут назад были больницей. Повозка, на которой ранее стояла та огромная сука, была погребена под завалом, и мать стаи теперь забралась на её вершину, а толпа постепенно собиралась вокруг неё. Рядом с ней стояла не столь массивная адская гончая с чуть более стройными лапами. Она развернулась в его сторону, и Тэпу пришлось нырнуть вниз, скрипнув зубами.

— Конечно, — проворчала мать выводка. — Не так весело, если мы не сможем за ними погоняться... Ну да ладно.

Тэп вновь медленно выглянул из-за подоконника. Большая адская гончая уже уходила, но та, что поменьше, осталась на месте и всё ещё стояла, повернувшись в направлении его укрытия. После более детального рассмотрения он понял, что мелкая тоже была самкой, и, должно быть, именно она спрашивала по поводу откапывания ЛитлПип. Её шерсть, была по большей части красно-коричневого, почти шоколадного цвета, а от лица и до промежности спускались грязно-белые участки. В отличие от другой суки, облачённой в застёгнутый на молнию кевларовый жилет с порядком истёршейся надписью «В. П. Мэрипони», она была не столь хорошо экипирована. Если ей чего-то и не хватало в районе груди, то это компенсировалось тем, что находилось у неё ниже талии. Она была куда более широкой в бёдрах, а задние лапы на вид были чертовски мощными. Лучше присмотревшись к лицу адской гончей, он увидел, ярко-голубой оттенок её глаз, сверкающих в свете факелов.

Последним, что он успел подметить, было то, что она смотрит прямо на него. Её морда расплылась в широкой, зубастой ухмылке. Шерсть Тэпа встала дыбом.

«Вот дерьмо».

Ставки были явно не в его пользу. Помощь Риты не нужна была, чтобы просчитать это. Он прямо нутром чуял, что хуже уже и быть не может. Инстинктивно он вытащил ингалятор с дэшем и прикусил загубник. Короткий пшик растянулся на несколько секунд, по мере того как он опустошал ёмкость с препаратом, а амфетамины неслись в крови прямиком в мозг, возбуждая каждую клеточку его нервов. Подобно занавесу, его веки тяжело опустились.

Голубоглазая адская гончая находилась на проходящей внизу улице. И пока что была единственной, кто его заметил. Она рванулась сквозь первый этаж и активировала мины. Помимо того, что мины взорвались прямо под ней, сработало заклинание-приманка, и о его присутствии узнали и понеслись к зданию уже все гончие в округе.

Первая псина высунулась из лестничного проёма, и он открыл огонь ей по глазам, где шкура была не такой толстой. Тело безвольно упало вниз. Тэп развернулся и кинул несколько гранат вниз по лестнице, в лучшем случае замедляя бросившихся за ним гончих. Он продолжал стрелять, пока магазины Комедий не опустели, вытащил Проникновенного и выстрелил в толпу, пока менял магазины. Тэп отступил к окну, продолжая пронзать воздух следами от пулями и летящими гранатами. Адские гончие продолжали наступать быстрее, чем он успевал их убивать.

Тэп потянул за чеки всех оставшихся гранат и бросил их вместе со всеми минами в комнату. В тот же миг он выпрыгнул из окна, и взрывной волной его швырнуло немного дальше.

Мать выводка адских гончих ждала его на земле, обнажив клыки и приготовив когти. Под Тэпом вскипела его магия, ещё несколько мгновений подбрасывая его обратно в воздух, но сука уже прыгнула за ним. Её когти прошли сквозь Тэпа как нож через масло.

Его внутренности вывалились наружу, когда он ударился об землю. Адские гончие налетели на него и сразу же начали разрывать в клочья.

-^v-^v------

Голубоглазая адская гончая находилась на проходящей внизу улице. И пока что была единственной, кто его заметил. Она рванулась сквозь первый этаж и активировала мины. Помимо того, что мины взорвались прямо под ней, сработало заклинание-приманка, и о его присутствии узнали и понеслись к зданию уже все гончие в округе.

Но он уже был у окна в задней стене и бросился на преграждающие ему путь дощечки, швырнув себе за спину ещё больше мин. Щепки впились в тело, когда он проломился наружу. Тэп сильно ударился о землю, но дэш позволил ему устоять на ногах. Из здания донеслось ещё несколько взрывов.

Пусть ему и не удалось убить ЛитлПип, но оставаться здесь было слишком опасно.

Пока галопом нёсся во тьму, перед ним на земле кружилась красная точка, которая затем метнулась вдаль. Пахарита также прервала выполнение задания, и направляла его к месту встречи при помощи лазерной указки, в то время как сама добиралась туда по воздуху.

Они перегруппировались в Марипони и решили, что уже пора спать.

-0-

Взор Дабл Тэпа на миг затуманился, когда он вновь открыл глаза. Даже моргание, казалось, тянулось вечность. Его глаза сфокусировались на адской гончей, которая осталась на том же месте, но уже пришла в движение. Кренясь, даже перемещая вперёд свой вес, она медленно падала на четвереньки. Её осанка почему-то выглядела не совсем правильной, как будто бы она не была предназначена для бега на четырёх конечностях. Тэп вспомнил её мощные задние ноги.

«БЛЯДЬ!»

Без малейшего промедления он развернулся всем телом и устремился к лестнице, по-прежнему смотря в окно. Тэп потерял её из виду, а затем, когда он уже проскакивал в лестничный проём, во второй раз встретился взглядом с этими синими хищными глазами. Адская гончая прыгнула в окно второго этажа прямо с улицы, разломав при этом раму в щепки, когда безжалостно прокладывала когтями свой путь внутрь. Несясь к входной двери, Тэп быстро проанализировал изменения в сценарии. Пока что никто кроме неё не знал о его присутствии. К тому же, в округе по-прежнему оставались другие ловушки, установленные чтобы отвлечь других адских гончих. А в том случае, если он сможет от неё оторваться, вероятность сбежать серьёзно вырастает.

Несколько кусков штукатурки и бетона свободно выпали из отверстия образовавшегося прямо над входной дверью. За ними последовали длинные острые когти. Гончая прокапывалась сквозь пол. Её стройная лапа со свистом рассекла воздух, пытаясь достать его сквозь проделанную дыру, как раз в тот самый момент, когда он уже собрался пройти под ней. Тэп рухнул на колени и проскользил под дырой, наклонив голову настолько далеко назад, насколько только это было возможно. Когти оцарапали его горло и подбородок, начисто сбрив всю шерсть на своём пути. Когда его взгляд вернулся к входной двери, он увидел, что остальные адские гончие уже начинают обращать на него внимание. Тэп всем телом дёрнулся назад, встав на дыбы, вытянул передние ноги и опустился на все четыре копыта, глухо бухнув ими об пол.

Сейчас пол был покрыт толстым слоем пыли и обломков, образовавшихся в результате неожиданного сноса здания. В то время как мины внутри детского сада были по-прежнему прикрыты обветшалыми плюшевыми зверушками, то ловушки, расставленные им поперёк улицы, были теперь практически невидимы благодаря случившемуся обвалу. Оглянувшись назад, он скользнул взглядом по потолку и в третий раз встретился взглядом с голубоглазой гончей. От кровожадной ярости её морда скорчилась в жуткую рычащую гримасу, а когти продолжали прокапываться через пол, чтобы добраться до него. Мгновеньем спустя он вновь обратил свой взгляд на улицу.

Несколько адских гончих неуклюже подходили поближе, а за их спинами ещё больше псин начало обращать внимание на происходящее. Заклинание-приманка на мине у входа по-прежнему было на своём месте.

Когда его рог вспыхнул, ему на ум пришло то, что огромное количество его планов теперь зависит от осознания Пахаритой того факта, что восстановить танк уже не выйдет, ведь теперь у адских гончих нет госпиталя на который они могли бы пялиться. Едва видимым шариком света Тэп выстрелил в точку на земле между приближающимися адскими гончими и собой. Заклинание взорвалось, не причинив никакого вреда, но из вспышки вырвалось облако дыма, которое заполнило всю переднюю часть детского сада. Он подобрал под себя ноги и пригнул голову, пока катился прямо ко входу, распрямляя передние ноги, чтобы сразу же повернуть.

Вход оказался чуть ближе, к центру здания, чем он помнил. Но это была несущественная деталь; он скользнул вдоль стены и завернул за угол, когда его собственный голос прорезал шум позади него.

— НУ ИДИТЕ СЮДА, СУЧЬИ ДЕТИ!

Когда гончие активировали мину, к которой было привязано заклинание, последовал затяжной раскат взрыва. Прокладывая свой путь к более крупным зданиям, он галопом проскакал по переулку, промелькнувшему мимо него размытым пятном, и ненадолго задержался на том, что некогда было чьей-то лужайкой перед домом. Его ушей достигли ещё нескольких растянутых во времени взрывов, но они были дальше от него, чем первый. Адские гончие начали свою экскурсию по заминированной улице. Затем последовало их испуганное, искаженное растянутым временем тявканье, а потом послышались крики. Ворчащий голос матери адских гончих был для ушей Тэпа как наждачная бумага, от каждого замедленного слога хотелось скрипеть зубами. Он изо всех сил старался не обращать на неё внимания, осматриваясь вокруг в поисках сигнала Риты.

Красная точка так и не появилась.

Вместо этого уши уловили новый звук. И ожидая, что на него выпрыгнет адская гончая, Первым порывом единорога было прицелиться в землю и ждать, когда выпрыгнет адская гончая, но этот шум был совсем иным – механическим и не шуршащим. У него отвисла челюсть, и он, повернув обратно, понёсся обратно в тот хаос, из которого только что выбрался.

«Ах ты тупая пернатая пиздень, — мысленно клокотал он, — Да что с тобой, блядь, такое?!»

И как раз в тот момент, когда прикидывал что сделать с Ритой за всё хорошее по пути домой, в его ушах зазвучал голос, от которого в жилах стыла кровь.

— Это весьма рисково, — Тэп быстро глянул влево, где во тьме исчезала чуть заметная улыбка, — тебе так не кажется?

«У меня нет времени на это дерьмо,» — он тряхнул головой, пытаясь очистить свои мысли от её голоса.

Несущийся на всех парах единорог почувствовал, что теряет темп, а окружающий мир значительно ускорился, когда он перепрыгнул забор. Закусив загубник, он втянул ещё немного дэша, чтобы поддержать себя в тонусе. Несясь мимо переулка, он прекрасно видел, что вся улица была вновь заполнена адскими гончими, которые все как одна глядели на танк, а некоторые стреляли из своих винтовок потрескивающими энергетическими зарядами. Он не мог сказать, что именно удерживало их на расстоянии – непривычный урчащий звук двигателя или осознание того, что улица превратилась в минное поле. Зная, что долго колебаться гончие не станут, он плюнул на размышления, ведь причины не имели значения. А может и потому, что раз они уже взялись за энергомагическое оружие, то они могут и вовсе не колебаться.

Пятеро адских гончих внезапно выскочили из под земли прямо перед ним и пристально уставились вглубь того же проулка, которым он намеревался пробежать. На другой стороне их, вне всяких сомнений, было больше, а ещё столько же, скорее всего, прокапывали себе дорогу под танк. Про себя он отметил, что раз они не атаковали его моментально, то глушащее звуки заклинание работало и против адских гончих. Тем не менее, он не намеревался тормозить из-за кучки дворняг.

Он попытался галопом обежать их и оторваться. Гончие увернулись от его мин и гранат, нагнали, и выпотрошили как рыбу.

-^v-^v------

Он попытался обежать их по широкой дуге, стреляя из пистолетов в тех, кто стоял по центру. Одна из гончих согнулась пополам и схватилась за колени, другая упала замертво, получив несколько пуль в мозг. Но остальные, не обращая внимания на полученные раны, погнались за ним. Гончие увернулись от его мин и гранат, нагнали, и выпотрошили как рыбу.

-^v-^v------

Помогая себе магией, он подпрыгнул так высоко, как только смог, и, стреляя в гончих на протяжении всего полёта, перелетел их, описав в воздухе полную дугу. Трое из них упали на землю или мёртвыми, или серьёзно ранеными. Двое оставшихся погнались за ним. Но их слишком сильно задело и дезориентировало, чтобы спастись от разрывов мин и гранат, которыми он щедро разбрасывался. Взрывы не смогли их убить, но покалечили гончих достаточно, чтобы Тэп мог сбежать.

-0-

Когда его глаза открылись, они только-только повернулись в его сторону. Он напрягся, и, оттолкнувшись от земли всеми четырьмя копытами, прыгнул вперёд. Рог Тэпа полыхнул, и резко вспыхнувшая ударная волна швырнула его выше. Он летел высоко над сворой гончих, перевернувшись крупом кверху, и ухмылялся им. Выражения их морд были бесценны. Одних лишь пистолетов было бы недостаточно, поэтому он решил дать волю взрывчатке; три гранаты упали в между гончими, пока он опустошал два магазина с бронебойными патронами. Когда пули пробивали плотные шкуры, из-под них в прохладный ночной воздух вырывались багровые брызги, всё сильнее мешая их суматошным попыткам перегруппироваться. Он сомневался, что его атака убьёт их всех, и знал, что взрывы приведут сюда ещё больше гончих, но за маскировку теперь волноваться не приходилось. Но по крайней мере, теперь эта группа замедлится настолько, чтобы он смог добежать до главной дороги.

Когда Тэп пролетал наивысшую точку своего прыжка, на краю поля зрения что-то промелькнуло; красное пятно столкнулось с пытавшимися удрать адскими гончими. Его ухмылка исчезла, а её, более широкая и жестокая, чем на то имеет право быть ухмылка пони, расползлась.

Она начала действовать раньше, чем взорвались гранаты, за одно-единственное ужасающее мгновение пронзив всех гончих, кроме ближайшей к нему, длинными, чёрными шипами из плоти. Они даже вскрикнуть не успели, когда она потащила их в эпицентр, разрывая на части будто плохо сделанные игрушки. Последняя из гончих, которую она пропустила вначале, страдала дольше и сильнее всех: из-под неё вырвали ноги, превратив их в искромсаные неровные куски. Её тело так и не упало на землю. Несколько поблёскивающих крюков набросились на гончую с разных сторон и, погрузившись в её тело, туго натянулись. Тэп встретился с умоляющим взглядом несчастного существа, тщетно пытающимся проложить когтями путь к своей безопасности. Воздух прорезал ряд отвратительно хлюпающих звуков, когда адская гончая была разорвана на части и утянута к ней по кусочкам. И после этого она исчезла так же внезапно, как и появилась.

Объединённая сила взорвавшихся гранат раскидала неузнаваемые останки своры. Из земли выступала пара мутировавших лап, чьи длинные следы от когтей протянулись в сторону Тэпа. Он почувствовал приступ тошноты.

Госпожа Удача улыбнулась.

Вопреки тому, что он только что лицезрел, Тэп сдвинул себя с места и сосредоточился на текущей задаче. Свежая пара магазинов встала на место двух пустых, а среди остатков адских гончих заняли свои места четыре мины. Тэп был уверен, что в скором времени сюда заявятся другие гончие, желающие разузнать о взрыве, и он хотел занять их чем-нибудь. Риту могло спасти только это. Впереди виднелся силуэт танка окружённый стенами проулка. Пока Дабл Тэп тяжело скакал по бетону, траки махины сделали пару пробных рывков, ствол медленно выровнялся. Несколько энергетических залпов ударили в корпус, но танк по-прежнему выглядел целым и невредимым.

Ночной воздух сотрясла очередная серия взрывов. Единорог понял, что у него практически не осталось взрывчатки для ловушек. За его спиной послышались звуки крошащейся земли и отдающийся в ушах протяжный вой. Видавший виды бетон просто крошился вокруг вздымающихся столбов рыхлого грунта. Тэп отскочил в сторону, едва уклонившись от стегнувшей воздух когтистой лапы. Даже под наркотиком, изменяющим его восприятие времени, улочка довольно быстро заполнялась мохнатыми телами и разинутыми пастями гончих. Он кувыркнулся в попытке увернуться от очередного мощного удара, и резкая боль пронзила его правый бок, когда адская гончая впилась когтями в его плоть. По улице пронёсся ещё один отзвук взрыва. Тэп вынул из кобур свои пистолеты. Времени разобраться с гончими, занявшими проулок, было в обрез.

Дабл Тэп прыгнул прямо на стену, но не для того, чтобы уклониться от очередной атаки. Его передние ноги коснулись стены первыми, утвердились на ней и напряглись, когда за ними последовали задние. Он оттолкнулся изо всех сил, забираясь ещё выше, и крутанулся в полёте, чтобы встретиться с противоположной стеной. Тэп понял, что слишком тяжёл для такого восхождения. Ему нужно было избавиться от большей части имеющейся взрывчатки. На третьем прыжке с него дождем посыпались металлические колечки на тонких стержнях, а адские гончие внизу подпрыгивали вверх, пытаясь достать своими когтями.

Следующий прыжок сопровождался ливнем из гранат и немногих оставшихся у него мин, которые подобно огромным монетам вываливались из его карманов. Единорог вновь оттолкнулся, в этот раз сильнее и выше. Магией отшвырнул перила пожарной лестницы со своего пути. Времени на отдых не было. Поднимаясь по проржавевшим ступенькам, он с каждым шагом отсчитывал в уме секунды, принуждая себя двигаться быстрее.

Как только он перевалился через край крышу, четырьмя этажами ниже, на улице, прогремел, силы которого оказалось достаточно, чтобы встряхнуть здание и вспышкой осветить всю округу.

Действие дэша стало ослабевать: мир завертелся, звук и тряска усиливались. Тэп судорожно вдохнул ещё одну порцию наркотика. Его ноги слегка задрожали, когда он поднялся с пола, но он успокоился и сделал несколько шагов в сторону танка. Осторожно выглянув из-за края крыши, чтобы лучше его разглядеть, Дабл Тэп обнаружил прямо перед собой морду адской гончей. Ещё несколько псин успешно продвигались вверх по стене, чтобы добраться до него. Отпрыгнув назад, он едва избежал размашистого удара, который снёс бы ему голову.

Схватившись за подбородок, он понял, что уклонился от удара не настолько ловко, как показалось. Поперёк нижней стороны его челюсти протянулся неглубокий порез. Проступила кровь и вспыхнула боль. Тэп поднёс к губам исцеляющее зелье, одним глотком выпил его и отбросил бутылочку в сторону.

За краткий миг спокойствия можно было обдумать изменения в обстановке. Свора гончих карабкалась к нему по стене, и он мог только предполагать, что они, помимо этого, пробираются ещё и через внутренние помещения. Царапающий звук из-под крыши подтвердил его подозрения. В здании напротив тоже было заметно движение, а собачьи морды разрывались между рычанием на Тэпа и рычанием на танк посреди улицы. Едва не обезглавившая его адская гончая уже начала забираться на крышу, ни на миг не отрывая от него своего свирепого взгляда. Тэп зажмурился.

Он спрыгнул с крыши на танк. Ноги от удара сломались. Несколько когтей вскрыли корпус танка и отрезали ему задние ноги. За миг до того, как они разорвали Риту в клочья, он заметил на её лице выражение ужаса. Мать адских гончих подняла его, взяв за горло, приставила к груди коготь, и вскрыла.

-^v-^v------

Он попытался обойти ближайшую адскую гончую, но та, взмахнув лапой, снесла ему верхнюю половину черепа.

-^v-^v------

Он навёл Проникновенного на ближайшую адскую гончую и снёс ей голову, затем соскользнул с края крыши, целя в карабкающуюся по стене этажом ниже псину. Адская гончая располовинила его в тот самый момент, когда он собирался на неё приземлиться. Тэп рухнул на мостовую головой вниз.

-^v-^v------

Он навёл Проникновенного на ближайшую адскую гончую и снёс ей голову, затем выглянул из-за края крыши и воплотил заклинание-вспышку. Только после этого Тэп соскользнул с крыши, целя в карабкающуюся по стене этажом ниже псину. Та слепо взмахнула лапой; её морда хрустнула, когда он приземлился на неё сразу всеми четырьмя копытами. Во время следующего прыжка он сотворил ещё одно заклинание-вспышку и увернулся от очередного размашистого удара, приземлившись на следующую гончую. Адские гончие, которые уже давно бросились на танк со окружающих его зданий, приземлились на боевую машину и принялись вскрывать корпус. Ситуация была безвыходной. Рите оставалось только наблюдать, как они подбираются чтобы разорвать её в клочья. А следующим на очереди был он.

-0-

Когда Тэп открыл глаза, окружающий его мир размылся, а по его спине пробежала нервная дрожь. Неважно как он прокручивал сценарий, кто-то один или они оба в конечном итоге оказывались расчленёнными на части. Мельком взглянув на улицу внизу, он увидел, что адские гончие подобрались к танку пугающе близко. Но зато они, по видимому, полагали, что вся улица заминирована, хотя Тэп успел расставить ловушки лишь в направлении больницы.

В ночи прозвучал ещё один взрыв. Гончие, вне всяких сомнений, становились смелее, и если они в скором времени не пойдут в лобовую атаку, то уж точно начнут прыгать на танк из окон. Тэп попытался обернуть гранату в своё поле левитации, но передумал и схватил вместо неё катушку проволоки. Когда он прошелся вдоль края крыши и остановился у нескольких торчащих из неё толстых на вид труб, в голове родилась мысль.

Катушка, с которой разматывались метры проволоки, парила перед ним в воздухе. Когти нескольких гончих пробили бетон в паре шагов позади него. Обмотав свободный конец проволоки вокруг одной из труб, он завязал его и натянул, чтобы убедиться, что та надёжно закреплена. Он обернулся за спину, когда карабкающаяся по стене гончая закончила восхождение и опёрлась лапами на край крыши. Глубоко вдохнув, Тэп во весь опор ринулся в атаку.

Он сощурился, и сияние его рога полыхнуло заклинанием-вспышкой. Ошарашено взвизгнув, гончая схватилась лапой за глаза и, спотыкаясь, поковыляла пошла вперёд. Тэп запрыгнул ей прямо на спину. Катушка последовала за ним, разматываясь до тех пор, пока он не сумел обернуть другой конец металлической проволоки вокруг шеи гончей. Он вознёс молитвы, чтобы её шкура оказалась достаточно крепкой и не поддалась проволоке, и чтобы проволока с трубой были достаточно прочными, чтобы выдержать вес гончей. Тэп дёрнул проволоку и, получив в ответ удовлетворивший его сдавленный кашель гончей, сосредоточил свою магию на крыше под ними и нацелился в направлении улицы. Когда силы накопилось достаточно, он обхватил ногами шею адской гончей и высвободил накопленное. Сотни светящихся глаз сфокусировались на нём, пока они падали со здания.

Тэп только-только начал верить, что его план всё же c треском провалился, как проволока натянулась, вгрызаясь в плоть адской гончей. Уши прорезал неприятный хруст, когда шея гончей согнулась под неестественным углом, но проволока выдержала, и он, оседлав её тело, прокатился на нём, когда оно качнулось назад, в сторону стены здания. За миг до удара о стену его уши заполнил протяжный рёв и лай. Сильный удар выбил из его лёгких воздух и прокатился рябью по телу гончей, когда она врезалась в кирпичный фасад. Очередь светящихся зарядов с шипением пронеслась в считанных миллиметрах от его виска и превратила несколько кирпичей в светящуюся жижу. Другие гончие ползли к нему, будто насекомые, некоторые из них, похоже, были больше заинтересованы в том, чтобы добраться до самой проволоки.

А как только из глубокой борозды, идущей вокруг шеи пойманной им в ловушку гончей, проступила кровь, он отцепился от неё и со всей силы оттолкнулся. Когтистая лапа проломила кирпичную стену и попыталась добраться до него, разорвав при этом проволоку. Тэп глянул вниз; погрузившийся в землю танк по-прежнему казался таким далёким; его траки уже начали скрежетать об уличное покрытие. Без какого-либо предупреждения, он как будто бы подпрыгнул на месте, а в воздухе над ним закружилась пыль. Из его ствола вырвалась струя дыма и пламени, вслед которым вылетел и с визгом пронёсся по воздуху заострённый металлический цилиндр. У адских гончих около развалин госпиталя просто не было времени, чтобы среагировать.

Однако матери адских гончих хватило времени на то, чтобы поднять голову, взглянуть на летящий в её сторону вращающийся артиллерийский снаряд, и одарить Тэпа печальным взглядом побеждённого.

Снаряд пробил её насквозь, разорвав грудь в клочья как пиньяту. Это же случилось ещё с несколькими гончими, лишь немного замедлив снаряд. Через несколько прошедших с момента выстрела кратких мгновений грянул взрыв, прихватив с собой часть улицы и по меньшей мере дюжину адских гончих. Тэп, отбрасывая длинную тень в зареве огненного шара, шлёпнулся о корпус танка чуть сильнее, чем ему бы того хотелось. Его запястья и локти болели из-за чрезмерных нагрузок, но он не мог позволить себе замедлиться. Главнее всего было добраться до Риты и убраться из Старого Олнея. Единорог метнулся к люку и, к его удивлению, тот открылся без всяких проблем. Заурчав двигателем, танк под ним издал низкий стон, задребезжал и сотрясся всем корпусом, принявшись вытягивать себя из воронки.

— Рита! — тяжко шлёпнувшись на броню, Дабл Тэп почувствовал, как у него ёкнуло в животе. Он сглотнул, пытаясь сосредоточиться. — Рита, нам нужно сваливать отсюда к херам!

На корму танка с грохотом рухнула адская гончая, и её когти от одной только силы удара погрузились в корпус. Тэп с гончей едва не потеряли равновесие, когда танк качнулся вверх, с лязгом ударившись о землю. Он медленно поднял Проникновенного, упорно пытаясь удержать его неподвижно; в висках бешено колотило. Даже после того, как Тэп услышал выстрел стадвадцатимиллиметровой пушки, над которой он сейчас стоял, резкий, раскатистый треск его анти-мех пистолета по-прежнему доставлял ему удовлетворение. В мгновение ока приближающаяся адская гончая лишилась головы и левого плеча. Лишь только танк сдвинулся с места, в единорога ударил потрескивающий энергетический луч и опалил немного шерсти на его левом боку. Скрипнув зубами, он вгляделся в боевое отделение, и его челюсть тут же отвисла.

Внутри не было ни души, и его глаза полезли на лоб.

— Что за хуйня, Рита! Ты, блядь, где?!

Изнутри раздался искажённый динамиком голос Риты:

— Я уже давно двигаюсь в сторону Марипони! Ты чем там занимаешься?! Дубина ты стоеросовая, ты ведь должен был рвать когти, а не устраивать попрыгушки, отвлекая их внимание! Я потратила пять минут, наблюдая за тем, как мою лазерную указку преследует гуль, поскольку думала, будто это был ты! — щё одна гончая приземлилась на танк и зарычала, встретившись глазами с Тэпом. — Ух, пригнись!

Единорог неуклюже пытался перезарядить анти-мех пистолет, вставляя огромный патрон в патронник Проникновенного. Адская гончая откинулась назад, готовясь к прыжку. И тут её грудь взорвалась кровавыми брызгами. Воздух прорезала быстрая очередь отдающихся эхом щелчков, пулемёт на корпусе рядом с люком плевался свинцом до той поры, пока гончая не перевалилась через борт. Когда Тэп положил на обод люка переднее копыто, прямо позади него на крышу танка запрыгнула очередная псина. Пулемёт развернулся в его сторону, и он, с широко раскрытыми глазами, поднырнул под град пуль. Танк качнулся назад, хватка Тэпа разжалась, и он скользнул по броне. Копыта скребли по корпусу, изо всех сил стараясь найти точку опоры, и к тому моменту, как он сумел остановиться, его задние ноги уже свешивались с края башни.

Пока танк набирал скорость, башня танка, будто бы мало было урчания и дребезга, стала вращаться, а ствол пушки с грохотом проломил стену офисного здания. Тэп подтянулся обратно и не вставал в полный рост, в то время как установленный на крыше пулемёт самостоятельно повернулся, нацелившись по курсу движения танка, прежде чем за ним поспевала башня. Рита поливала взбешенную толпу горячим свинцом, резкому треску пулемёта вторил неприятный вязкий звук. Гончие, что падали наземь, уже секунду спустя оказывались под гусеницами танка, и до ушей Тэпа долетали скулёж, повизгивания и хруст. Остальные адские гончие уходили под землю, прокапывали себе путь вниз, под улицу. Он оглянулся назад и сквозь густые чёрные клубы дыма, изрыгаемые двигателем, наблюдал за пережившими обстрел гончими, которые глядели вслед.

Из рации сквозь помехи донёсся голос Пахариты:

— Если есть желание помочь, то сейчас это было бы весьма кстати!

Тряхнув головой, единорог всё-таки смог сосредоточиться, и потянулся к гранатам своим телекинезом. Но не успел он их метнуть, как танк качнуло влево.

Тэпа повалило на бок, и он вновь поехал в сторону края. Ухватившись за канавку в корпусе, единорог остановил себя, и осторожно выглянул за борт. Там, где секунду назад был сплошной асфальт, сейчас был глубокий котлован, в который обвалилась часть дороги. Несмотря на попытки адских гончих помешать движению танка, гусеницы продолжали свой бег, направляя машину к окраине города. Рог Тэпа вспыхнул, а в свежевырытую яму полетели три гранаты. Из котлована донеслись испуганные визги, заглушённые последовавшим взрывом. Танк снова дёрнуло, но уже вправо, и Тэп проскользил прямо в открытый люк.

Из боевого отделения он наблюдал за практически непрерывными вспышками установленного на крыше пулемёта, а когда тот наводился на новую цель, в закрытом пространстве отдавался гул его механизмов.

— Эй, видишь вон те большие синие цилиндры? — Тэп обернулся к источнику голоса Риты. Им всё-таки оказалась была рация.

— А ты вообще можешь?..

— Да. Я слышу тебя. А ещё вижу, — внутри танка что-то прожужжало, и к единорогу развернулась крошечная камера, смонтированная на потолке. — Возьми один из этих цилиндров, открой штуку в зарядной камере, и задвинь его внутрь, острым концом вперёд.

— Я знаю, как заряжать артиллерийские орудия, — танк вновь тряхнуло, из-за чего Тэп едва не впечатался во что-то типа перископа. Единорог отодвинул запор камеры, левитировал снаряд внутрь, и закрыл за ним дверцу. — Неужели так сложно было сказать, что тебя не будет внутри этой штуковины?

— А ты спрашивал? К тому же, это не я отклонилась от начального плана.

— Что ж, надеюсь, тебе нравится быть прикованной к постели, — сдержанно прорычал он, похотливо ухмыляясь в камеру, — потому что, если мы выживем, у тебя надолго отпадёт желание использовать свои задние ноги.

— О-о-ох, — проворковала она, когда он вновь высунулся из башни. — Это угроза или обещание?

— И то, и другое!

Когда он вновь вылез наружу, оказалось, что танк уже прилично отъехал от Олнея. Гусеницы вздымали облако пыли, а земля позади них, казалось, вздымалась волнами, на которых качались разбросанные повсюду камни и пучки пожухлой травы – десятки адских гончих в погоне за Тэпом прорывали себе путь под землёй. Они постепенно отставали: танк был более чем подходящим средством передвижения для такой пересечённой местности. Пришлось пригнуться, когда башня снова крутанулась и взяла на прицел небольшой холм вдали. Вглядевшись во мрак ночи, он насчитал с десяток двуногих силуэтов. Ярко-оранжевое зарево озарило ночную тьму и устремилось к нему от холма, оставляя за собой дымный след. Нахмурившись, Тэп нырнул обратно в люк.

Мгновенье спустя танк сотрясло взрывом. Затем последовал куда более громкий звук: Рита дала ответный залп. Когда он выглянул обратно, то на месте холмика обнаружилась лишь дымящаяся воронка.

— Сколько у нас снарядов? — крикнул Тэп, в открытый люк.

— Тьма тьмущая! Заряжай орудие. Встряхнём их хорошенько!

Нырнув обратно в боевое отделение, Тэп вновь отворил зарядную камору.

— Повремени пока со стрельбой, я сам позабочусь об этом!

Прикусив губу, Тэп потратил несколько секунд на осмотр арсенала внутри танка. Его взгляд остановился на нескольких зажигательных снарядах. Напрягшись так сильно, что пришлось сощуриться, Тэп поднял телекинезом три снаряда, один поместил в зарядную камеру и закрыл её, облегченно выдохнув. Два других он вытащил через люк, и уселся на один, чтобы тот не укатился. Твердо удерживая последний снаряд в телекинетической хватке, он медленно поднял его в воздух, смахнул несколько капель пота, и глубоко вздохнул.

Он толкнул снаряд как можно сильнее и продолжал ускорять его, пока в глазах не затуманилось, а сияние рога не угасло. Тяжело дыша, он упал вперед и провожал взглядом летящий снаряд. Несколько секунд спустя то со свистом понесся к земле пока не вонзился прямо в неё. Вспух огненный шар взрыва, грязь взметнулась к небесам, а затем упала в образовавшуюся огромную воронку.

Землеройные работы прекратились, и явно обескураженные адские гончие начали выкапываться из-под земли рыча и воя, пока танк кносился прочь. Тэп насмешливо улыбнулся и изо всех сил напрягся, чтобы поднять второй снаряд на нужную высоту. Шум мгновенно стих, лишь один взвизг донесся до его ушей, в то время как адские гончие рассыпались, поджимая хвосты. И лишь одна не обратилась в бегство. По спине Тэпа пробежали мурашки, когда он узнал эту гончую – это была та самая, что преследовала его в больнице. Она стояла подняв лапу, и направив в его сторону коготь. Вспышка бело-голубого во тьме – и она исчезла.

Единорог осторожно опустил снаряд назад и застонал, перекатываясь на спину. Свинцовые тучи плыли над его головой, иногда в их разрывах мелькали звезды. Он заметил Риту, парящую высоко вверху и светящую ему в лицо из лазерной указки.

— Рита, — проворчал Тэп, и подтащил себя ближе к люку, чтобы защитить глаза. — Я думаю, что наш контракт только что накрылся.

— Дурачок, я же уже говорила тебе, что этот контракт не ограничен по времени!

Дабл Тэп покачал головой, глядя в камеру, смонтированную на башне.

— Нет, я имею в виду... Я не думаю, что Литлпип смогла выбраться оттуда.

Он отскочил когда орудие несколько раз крутанулось.

— Ты должен хоть немного верить в неё! Конечно же она выбралась! На крыше того госпиталя был грифончейзер!

— Чего?

— Она улетела и забрала всех с собой! Ох, это надо было видеть!

Внезапно, он почувствовал что полностью разбит.

— Да пофиг... Куда мы направляемся?

— Мы объезжаем Прекрасную Долину по краю, — пулемёт повернулся и он проследил за его стволом, полагая что он указывает их курс. — Мы же не можем просто взять и прорваться через всех их!

— Ладно, просто чтобы быть уверенным. Эта штука ведь сможет совершить поездку, так?

— Ну, — начала она, задумавшись на несколько секунд, — есть лишь один способ выяснить это!

Тэп зарылся мордой в копыта и вздохнул.