Кто убил кролика Энджела?

Во время чаепития со своими друзьями Флаттершай вернулась с кухни и обнаружила своего любимого кролика Энджела мёртвым. «Кто убил кролика Энджела?»

Флаттершай Энджел

Накладочка

Встреча с принцессой - радостное и вместе с тем волнительное событие для каждого жителя Эквестрии. К нему готовятся задолго до аудиенции, чтобы в решающий момент не попасть в просак. Однако порой жизнь преподносит неприятные сюрпризы...

Другие пони ОС - пони

RPWP 5: Находка Зефирки.

Рэрити нашла на чердаке кучу старинных вещей. Что она найдёт там и что будет с этим делать?

Рэрити

Неприкаянный

История о пони, который пытается делать что‐то хорошее. Оценят ли окружающие его талант и старание?

ОС - пони

То еще времечко ("Hell of a time")

Чем занимались принцессы, когда их отправил в Тартар Тирек? Оригинал: http://www.fimfiction.net/story/197006/a-hell-of-a-time

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца

Что?

Итак, Твайлайт Спаркл превратились в маленькую кучку пепла. Ваши действия?

Рэйнбоу Дэш Рэрити Эплджек Спайк

Безвестные Жертвы

Продолжение книги "Повелители Жизни" в котором главные герои ищут способ вернуть всё на круги своя, в то время как остальной мир борется с куда более насущными проблемами, в коих погрязла Эквестрия за последние пять лет.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Fallout Equestria: Масштабы привлекательности

Аликорны хотят жить. Одиночество, для существ, познавших близость как часть коллективного разума, подобно гибели. Богиня и Красный Глаз мертвы — магическое размножение больше не вариант. Вельвет Ремеди и зебры-алхимики — отнюдь не гарантированная возможность. Одинокая Лиловая Сестра, очнувшись в некоем уголке Пустоши, решила провести собственный эксперимент. Но такой, для которого нужны двое. Короткая романтическая ( в Пустошном понимании этого слова) зарисовка.

Другие пони ОС - пони

Прощай, Сталлионград!

История жизни маленького гражданина Сталлионграда, на долю которого выпал шанс помирить двух непримиримых соперников и спасти родной город от неминуемой гибели, а также история самого города, по злой прихоти судьбы превратившегося из города механических диковин в город тысячи пушек.

Другие пони

Хорошая кобылка

Не стоит засыпать на работе, иначе принцесса Селестия...

Принцесса Селестия ОС - пони

Автор рисунка: Stinkehund
03: Когтистая лапа в бархатной перчатке 05: Можно отнять всё, что делает хищника грифоном...

04: Довольствуясь малым


Барьером, удерживающим хаос, можно манипулировать, но это было бы слишком много. Вместо этого Шаблон создал изъян — точку разрыва с значительно большей энергией, чем остальная часть пузыря. Невозможно массивные частицы возникали в мимолётное существование, прежде чем достигали тщательно продуманной границы и распадались на несколько протонов, больше электронов и много, много фотонов. Окончательный эффект был в точности тем, что он ожидал. Всенаправленный источник энергии с температурой чёрного тела в пятьдесят пять сотен Кельвина. С беззвучным взрывом света, заря впервые озарила поверхность планеты.

Неизбежные протоны и электроны были осложнением — в конце концов они бы лишили молодой мир атмосферы. Больше энергии, и вмешательство в пространство-время заставили ядро планеты вращаться для создания магнитного поля. В результате ударная волна выбросила облака пыли и газа через всю планетарную поверхность. Ещё одно непредвиденное последствие — закрученные узоры огней в верхних слоях атмосферы, где электроны благополучно направлялись к полюсам. Шаблон изучил это явление и решил оставить его как есть. Извивающиеся ленты создавали сложные и увлекательные завесы цвета.


Пакет замолк, казалось, что рассказывая свою историю, он вновь вернулся в ту комнату, наполненную дымом и болью. Он рассеянно теребил гравий копытом, вглядываясь в даль. «Я рухнул сразу же, как приземлился на дорожке и потерял сознание. Потом мне рассказали, что Купер передал сообщение команде спасения, и они прислали другую группу для эвакуации Мастера. Меня вытащили около десяти килосекунд спустя, после того как отключили реактор.» Жеребец повернул голову и задумчиво посмотрел на левое бедро на котором исчезла шёрстка, а кожа была хоть и цела, но мертвенно бледна. «Это всё, что я помню.»

Фьюжен смотрела на Пакета не зная, что сказать перед лицом такой храбрости. «Ты молодец, Пакет, действительно молодец.»

Крылья Пакета трепетали от смущения, морщась, он пожал плечами. «А что приключилось с тобой?»

Фьюжен слегка отвернулась, не в силах встретиться с ним взглядом. «Тут почти нечего рассказывать. Ты же знаешь теории, да? Что магия является результатом локального изменения фундаментальных констант?»

Пакет неуверенно переступил с ноги на ногу. «У меня от этого голова идёт кругом, но да, я слышал о них. У тебя нет проблемы с тем, что они противоречат всему, чему нас учили в Храме?»

«Не совсем,» — покачав головой, сказала Фьюжен. «Всё ещё остаётся вопрос, каким образом изменение констант подчиняются воле применившего магию — если Создатель не управляет всем этим, то как? Хотя это интересный вопрос, но ещё более любопытно, почему бы Богу реагировать на специально подготовленные драгоценные камни и кристаллы.» Она выглядела немного виноватой, и её голос упал до шёпота. «Было много времени между тренировками, чтобы бродить вокруг, я слышала некоторые из вещей, о которых мой Мастер говорила своему студенту. Она думает, что Создатель действует как машина и не имеет своей собственной воли, а просто следует приказам… если ты дашь ему правильные приказы, то он сделает что угодно.»

Пакет несколько раз открывал рот, чтобы ответить, но закрывал его прежде, чем произнести хоть слово. «Я… Я вижу. Меня радует, что я не Мастер. Только представь себе — не знать, кто и почему тебя создал!»

«Страшно даже подумать об этом,» — содрогнувшись, ответила Фьюжен. «Послушай, ты не видел где-нибудь Рандом? Она уже должна была вернуться с подготовки.»

«Если особый талант этой кобылки не обучение, то я буду очень удивлён. Нет, я думаю у неё сегодня одна из дополнительных учебных сессий, так что она будет позже.» Пакет сузил глаза и с притворным подозрением посмотрел на белую кобылу. «Ты что, пытаешься сменить тему? Давай, рассказывай!»

Фьюжен беспокойно переминалась с ноги на ногу, понимая, что не может больше откладывать рассказ. «Мой Мастер поместила меня в лучевую камеру одного из больших ускорителей. Всё, что мне нужно было делать, это отклонять луч, чтобы впоследствии она могла изучить эффекты, как магия изменяет свойства локального пространства-времени и так далее.»

Пакет кивнул. «Так что же пошло не так?»

«Я была недостаточно сильной, мне удалось завершить свои приказы, но это было слишком большим напряжением и перегрузило мою магию, повреждая рог,» — мрачно сказала она.

«Ох,» — вздрогнул Пакет, сочувствуя своей подруге. «Так значит, ты на ограниченной активности пока не поправишься. А это откуда?» — спросил он, прослеживая взглядом изогнутые шрамы начинавшиеся на её боку и пропадающие где-то на животе.

«Моя собственная глупость. Я так устала, что позабыла где была. Я просто хотела прилечь на секунду, отдышаться. К сожалению, я выбрала кольцо эмиттера щита.» Фьюжен прижала уши к голове, смущённая воспоминанием.

Пакет поморщился. «Понятно. Итак, как долго ты вне службы?»

«Ещё пару дней до моей оценки. Ты?»

«Большую часть этого вечера под чутким надзором Спайрал Фракче и аппаратуры лазарета, а завтра уже вернусь к работе. Теперь я могу добавить конструирование систем электропитания к моим навыкам,» — гордо сказал он. Затем слегка закашлялся и смущённо отвернулся, не желая смотреть Фьюжен в глаза. «Они также хотят добавить мой опыт к архиву учебного центра.»

Фьюжен широко улыбнулась. «Ты собирался опустить эту маленькую деталь, не так ли? Один из моих друзей увековечен в кристалле.» Память Фьюжен вернулась к тем учебным сессиям за несколько лет до её Благословения. Каждый день класс переживал опыт лучших примеров истинных героев рода пони: некоторый пугал, другой был немного болезненным, но каждый оставлял след в памяти и желание соответствовать.

Пока Фьюжен болтала с Пакетом, она уловила краем взгляда, что Гравити говорит с травмированной зелёной кобылой на другой стороне площадки. Две кобылы разделились, и травмированная пони направилась к Фьюжен. В отдалении Гравити повернула голову и встретилась взглядом с Фьюжен. Она не отводила взор, пока зелёная кобыла шла к белой.

Фьюжен мысленно вздохнула и прошептала Пакету. «Извини меня.» Она повернулась и направилась на встречу другой пони.

«Фьюжен,» — хриплым голосом сказала кобыла. «Как дела?»

«Привет, Бэк Драфт.»

Бэк Драфт учила Фьюжен, пока она была совсем жеребёнком. На самом деле, она обучала каждого пони в загоне двадцать семь. Она знала лишь немного об истории Бэк. Кобыла была частью аварийной бригады, пока однажды не оказалась слишком близко к одной из аварий. Вторичный взрыв убил половину её команды, скоростные осколки перерезали правое крыло прямо над плечом, повредили голосовые связки и почти проломили череп. Таумотическая медицина могла бы исправить почти всё из этого, но восстановление ампутированных частей и поврежденных нервов занимало долгое, долгое время.

Такое долгое, что она была исключена из приоритета программы лечения и удалена из активного рабочего резерва.

Фьюжен улыбнулась. «Становится лучше, изо дня в день.»

«Гравити сказала, что возможно, ты хотела бы поговорить.»

Ох, она сделала это, не так ли? — подумала Фьюжен. «Она просто волнуется. Я сказала некоторые… вещи, которые не должна была, прежде чем во всём разобралась.»

Фьюжен сохраняла нейтральное выражение, пока Бэк Драфт изучала её лицо. «Действительно? Послушай, если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом...»

«Нет, серьёзно, я в порядке,» — сказала Фьюжен, копаясь в памяти и ища хоть что-то, чтобы отвлечь внимание другой кобылы. «Скажи мне, как там твоя текущая группа жеребят? Я слышала, что Шок Даймонд попадает в почти столько же неприятностей, как и я в своё время...»


На пятый день Фьюжен начала лезть на стены от скуки, поэтому прибытие Энимала Сканер было великим облегчением. В этот раз багровый пони прилетел в одиночку на заходе солнца, его упряжь с экипировкой громко шумела, пока он рысью бежал к Фьюжен Пульс. Достав тот же инструмент, что он использовал во время своего первого осмотра, жеребец вежливо кивнул, прежде чем внимательно изучить её.

«Как ты себя чувствуешь, Фьюжен Пульс? Ты пыталась летать или использовать магию с момента первого осмотра?»

«Нет, никакого полета или магии. Я чувствую себя отлично уже по крайней мере два дня, и сидеть без дела становится всё сложнее.» Фьюжен переместила вес с ноги на ногу в нетерпении покончить с этим и наконец вернуться к своим обязанностям. «Только ты на этот раз ?»

«Да,» — рассеянно сказал Энимал Сканер, «Гамма специалист полевой хирургии.» Он махнул ей инструментом. «Пожалуйста, стой так смирно как только можешь, мне нужно записать эти сканирования.»

Его рог загорелся, и мерцающее поле красного света появилось прямо перед носом Фьюжен, а затем туда-сюда пробежало по её телу. Энимал пару секунд изучал дисплей устройства, чтобы убедиться, что оно установило связь с удалённой медицинской системой Улья, а затем перевёл внимание на внутренние образы, которые показывала ему магия. Сияние его рога усилилось, и появились несколько меньших дисков света, начавших двигаться вдоль передних кромок крыльев кобылы, а также вверх-вниз по её рогу. Фьюжен стиснула зубы от ощущений. Невыносимый зуд в основании рога всё нарастал, и требовалась вся её сила воли, чтобы не поддаться искушению почесаться.

Глаза Энимала вернулись в фокус и, улыбнувшись, он посмотрел на Фьюжен.

«На основе этой проверки, похоже, что ты готова вернуться к работе.» Он подошёл и встал рядом с ней, его магия создала поразительно точное изображение Фьюжен, явно висящей в воздухе, свесив ноги и опустив голову. «Ты сильно пострадала тогда.» Изображение разделилось и увеличилось, показывая её рог и правое крыло. Фьюжен увлечённо наблюдала, позабыв о зуде, когда перья, кожа и мышцы исчезли, чтобы детально показать повреждённые места. Кости крыла и рог стали прозрачными и изображение ещё сильнее увеличилось.

«Это ты в ночь травмы. Ты можешь увидеть здесь и здесь...» Маленькие участки изображения были выделены на мгновение. «…малого масштаба нарушения в кристаллической структуре. Они не кажутся значительными, но мы сильно зависим от специфического набора квантовых свойств для манипуляции магией и любое нарушение в системе, как правило, приводит к мощному сокращению способностей. К счастью,» — сказал он, указывая на покрытый кристаллами инструмент, по-прежнему плавающий рядом с ним, «в отличии от этих синтетических кристаллов, мы можем исцелиться. Так же, к счастью, я не обнаружил каких-либо повреждений в области роста рога или нервов, прикрепленных к нему. Как я понимаю, у тебя нет головных болей?»

Второй набор увеличенных изображений появился ниже первого. Мелкие, похожие на узор молний трещины всё ещё были отчетливо видны, но тёмные пустоты заполнились яркими замысловатыми кристаллами. В основании рога была толстая пластина кости и плотных тканей — область роста. Нервы шли от неё вниз и пропадали между полушариями мозга.

«Болело очень сильно в первый день, но с тех пор всё нормально.»

«Хорошо. Первоначальная боль была из-за образовавшихся трещин — рог, конечно, не чувствует боли, но есть своего рода обратная таумотическая связь с нервами, поэтому и болело. Отсутствие устойчивой боли означает, что нет постоянного повреждения нервов.»

Она что-то слышала об этом раньше, и знала, что обратная связь действует в обоих направлениях. Постоянное, бессознательное желание мозга воспринимать сведения, всё время текущие от рога, побуждало крошечный ручеёк магии исправлять повреждения. Новые кристаллы смотрелись не к месту на гладких спиралях остальной части её рога. Фьюжен проследила копытом одну из исцелившихся трещин, и с беспокойным выражением на лице повернулась посмотреть на Энимала. «Кажется, что эта часть не вернулась к прежнему состоянию. Буду ли… буду ли я так же сильна, как прежде?»

Энимал кивнул ей в ответ. «Хороший вопрос. Ты же знаешь, что когда делаешь много упражнений, твои мышцы начинают болеть?»

Фьюжен кивнула, нахмурившись из-за этого очевидного отступления.

«Ну, то что ты чувствуешь, это множество крошечных разрывов в мышцах, через день или около того тебе становится лучше, а мышцы восстанавливаются, становясь сильнее, чем были прежде. То же самое относится и к кости или, в твоём случае, к рогу. По сути, ты просто перестаралась.»

«Ох.» Я стала сильнее? «Могу я попробовать некоторые из упражнений?»

«Конечно, на самом деле я собирался предложить тоже самое. Это даст мне шанс проверить наличие скрытых проблем.»

Фьюжен повернулась и пустилась рысью к задней части навеса её семьи, улыбаясь, когда она использовала лёгкое прикосновение магии, впервые почти за полмиллиона секунд, для включения внешнего освещения. Под навесной крышей, за центром обслуживания, была коллекция из десяти хромированных сфер пяти различных размеров. Она посмотрела вдоль ряда и выбрала одну из самых маленьких, поднимая и опуская её в устойчивом темпе при помощи магии.

«Пока всё нормально,» — пробормотала она сама себе, чувствуя мягкое покалывание магии Энимала Сканер, когда он исследовал её рог в активном состоянии. Сохраняя первую сферу в движении, Фьюжен взяла вторую, перемещая её так же, как первую, затем следующую и следующую. Очень скоро все десять плавали величественной волной от самой маленькой пары из алюминия, примерно шириной с рог, до двух вольфрамовых, размером с её голову. Фьюжен держала их более ста секунд, а затем, подняв бровь, взглянула на Энимала. Она могла сделать то же, ещё когда была совсем жеребёнком.

«Нет дискомфорта или боли?» — спросил он.

Фьюжен покачала головой.

«Хорошо. Как ты относишься к прохождению теста на выносливость?»

«Почему бы и нет. Не возражаешь, если Гравити пойдёт с нами?»

«Твоя сестра? Вовсе нет.»

Фьюжен потрусила прочь, вернувшись через несколько мгновений с сумрачно-синей кобылой. Она пару раз экспериментально расправляла и складывала крылья, а затем сделала несколько быстрых шагов и прыгнула в воздух.

После того, как она так надолго застряла на земле, полёт чувствовался удивительно. Прищурившись от холодного воздушного потока, Фьюжен энергично замахала крыльями, набирая высоту, а затем сложила их и отвесно полетела к земле. Расправив крылья всего за десять длин от земли, кобыла проигнорировала внезапный приступ боли в корнях крыльев, взмывая по кривой вверх. Она сосредоточилась на пьянящем ощущении скорости, пока навесы мелькали под ней, летя над центральной дорожкой. Несколько пони помахали ей, когда она пронеслась над ними. Один молодой жеребёнок даже взлетел, чтобы попытаться поймать её, но его маленькие крылья были не чета её скорости. Смеясь с явным удовольствием от этого, Фьюжен наконец обменяла скорость на высоту, присоединяясь к Гравити и Энималу, терпеливо парящих неподалёку.

«Это было глупо, ты могла что-нибудь повредить, когда вышла из пикирования. Тогда ты действительно хотела бы, чтобы я привёл с собой Гамму Найф,» — раздражённо сказал Энимал.

«Отделалась только приступом боли,» — тихо сказала Фьюжен. «Сожалею, но так хорошо было снова вернуться в воздух.»

Жеребец вздохнул. «Не волнуйся, с тобой очевидно всё в порядке. Хотя пожалуйста, будь осторожна ещё день или два. Судорога полётной мышцы на высоте — довольно неловкий способ умереть.»

Три пони молча продолжили полёт сквозь наступающие сумерки в сторону огней учебного центра.


Корн почесал лапой морду, а затем использовал свои когти, чтобы выдрать раздражающий, спутанный клок меха на затылке. Взглянув на часы, он обнажил зубы от досады — прошло восемь килосекунд от его предполагаемого времени вылета и две килосекунды после того, как он должен был встретиться с Итрой. Корн вздохнул, его ум вернулся к тому, что они планировали на эту ночь… потом он вздрогнул, вспомнив её слова, когда он отменил встречу. Теперь это точно не случится в ближайшее время. Подумать только, что он был когда то рад учиться у Академика… слишком поздно он понял, что её репутация гения шла лапа об лапу с позицией, включающей обращение со своими подчинёнными как со слугами.

Ну, почти как со слугами. По крайней мере, этот пережил суровое расписание, навязанное Академиком исследовательской группе. Казалось, к счастью, в этот раз они нашли слугу с правильным набором навыков, предполагая, что Ванку можно убедить немного сбавить обороты. Корн заставил мысли вернуться к главному экрану и положил лапу в короб манипуляций. На экране взрывом из центра возник сложный и, по-видимому, случайный узор из завитков, спиралей и прямых линий разного цвета. Двигая лапой, Корн поворачивал и перемещал узор, помечая одни и удаляя другие линий, чтобы позволить компьютеру построить модель прогнозирования. Еще несколько узоров, и система достаточно обучилась, чтобы делать работу самостоятельно. Корн прислонился к стенке маленькой, кубической комнаты без окон, с безразличием наблюдая за быстрыми, повторяющимися действиями на мониторе.

«Наконец,» — пробормотал Корн, когда его коммуникатор внезапно пискнул, затем коснулся панели ввода на своём браслете. Образ на главном дисплее замер и, сжавшись, исчез, заменённый медицинскими данным, передающимся от слуги-ветеринара откуда-то из хаоса разбросанных вокруг Улья загонов. Он нажал на кнопку подтверждения и напечатал 'продолжить' в окошке дополнительных приказов. Различные медицинские параметры: частота сердцебиения, кровяное давление, нейронная активность, таумотический поток и так далее стали формировать маленькие графики по всему экрану.

Корн пару раз кивнул — результаты выглядели хорошо, но он уже знал мнение Ванки о своих ветеринарных навыках… поэтому он установил соединение с медицинской экспертной системой. В последнем окне он открыл пару миниатюр видео потоков из системы мониторинга учебного центра. Одна камера была на крыше центра обслуживания, другая находилась на берме ямы тестирования. Вид с первой был не очень хорошим, угол обзора был слишком широк, но он мог видеть покрытого красной шёрсткой ветеринара и синюю слугу, чьё имя он забыл, лежащих на берме. В видео со второй Фьюжен Пульс только подняла пару металлических шаров и начала вращать их над головой.

Он с интересом смотрел, как сферы стали размываться от ускорения, быстро подключившись к системам оценки центра, чтобы получить представление о возможностях слуги в сравнении с предыдущими показателями. Его глаза расширились, и он слегка вздрогнул — он видел цифры, когда слугу выбрали для проекта, и находился в комнате управления во время первого надлежащего эксперимента, но тут было что-то более… реальное в этом подвиге. Он, конечно, и раньше видел световые шоу — каждый из Ульев использовал способности слуг создавать убедительные фейерверки. Световое шоу в лучевой камере не казалось чем-то более сложным. Может потому, что занятия физикой всегда были так абстрактны, так явно отстранены от реального мира.

Но в существе, способном одной лишь мыслью перемещать на высокой скорости несколько тонн металла, не было ничего абстрактного.

Корн начал писать сообщение Ванке, но остановился, внимательнее присматриваясь к видео из ямы. Видео стало туманным, хотя слуга всё ещё оставалась в фокусе. Он оглянулся на медицинский дисплей, дважды прочитав показания таумотического потока, прежде чем рассчитать суммарный выход мощности. Другая камера показывала полусферу из тумана, сосредоточенную вокруг белой слуги, стоящей в центре ямы, завитки тумана стекали по поверхности силового поля.

Корн уставился на оба видеопотока с открытым ртом. Холод, — думал он, внутри этого купола, должно быть, стало очень холодно. «Энергия выкачивается из внутреннего объёма, чтобы… чтобы...» — заплетаясь, произнёс он. Усилить магию слуги.

На видео с широким углом обзора оба слуги поднялись на копыта и, казалось, кричали что-то, одновременно с этим по периметру бермы вокруг ямы начали мигать красные огни. Затем красный слуга достал длинный цилиндр и направил его на пони в яме.

«Нет!»

Корн вскочил, протягивая лапу к экрану, как будто он мог остановить то, что должно было произойти, хотя точка фиолетового света уже скользнула в яму. Глаза метнулись назад к медицинскому дисплею, он ожидал, что графики упадут до нуля… но этого не произошло. На камере широкой съёмки он увидел, как синяя слуга отлетела назад, а ветеринар вновь повернулся к яме. Внезапно понимая, что ему нужно делать, Корн снова вошёл в систему дополнительных приказов и начал отчаянно набирать команду, но прежде, чем он успел отправить сообщение, оба видео вспыхнули белым, и все потоки данных с камер и удаленного медицинского сканирования оборвались. Корн тупо уставился на мигающие иконки 'удалённый сервер не отвечает' со всех открытых им окон.

«Нет,» — прошептал он, вводя номер коммуникатора Ванки на своём браслете. Казалось целую вечность запрос на соединение оставался без ответа. Наконец маленький экран засветился, показывая Академика в формальном жилете, украшенном лентой, на фоне калейдоскопа так же шикарно одетых представителей народа. «Ну и?» Ванка казалась недовольной, впрочем как и всегда.

«Академик Ванка...» — он сделал паузу, на мгновение забыв слова. «Корн считает, что слуга мертва.»

Ропот на фоне, вопросительный тон откуда-то, затем все дернулось и поднялось, когда Ванка быстро встала и отошла от места где сидела. «Что?! Как это случилось?»

«Слуга показала непредвиденно высокий энергетический выход в течении стандартного теста на выносливость. Похоже, ветеринар воспринял это как таумотический выброс и провёл полевую эвтаназию.»

Ванка сузила глаза. «Что Корн не говорит Ванке?»

«Посмотри на это.» Корн вырезал последние несколько секунд видео и отправил Ванке, давая ей быстрые комментарии, пока она смотрела их. Небольшая часть его ума, кусочек, что не был занят паникой, радовался, видя изменение выражения лица Ванки от гнева к удивлению, а затем к ужасу.

«Ванка сделает несколько звонков. Сохрани данные, что у тебя есть, зашифруй их моим открытым ключом и запиши на две ячейки памяти. Затем, это важно, сотри всё с сервера и лог-файлы. Ванка пришлёт коды доступа в ближайшее время.» Ванка указала когтем в камеру и строго посмотрела на него. «Корн не поддастся искушению использовать коды, чтобы сунуть его морду куда не следует. Ванка ожидает, что Служба Безопасности Улья проведёт аудит Института прежде чем пройдёт день.»

Корн сглотнул, его сердце гремело в груди. Служба Безопасности Улья имела внушающую страх репутацию. «Д-Да, Академик, Корн понимает. Что Ванка хочет, чтобы Корн сделал с ячейками памяти?»

Ванка тонко улыбнулась, видя страх в выражении лица Корна. «Держи их в сохранности.» Она разорвала соединение.

Корн откинулся на спинку стула, наполовину уверенный, что всё это лишь какой-то дурной сон, пока звук от его браслета не указал на изменение в уровне доступа. Вернувшись к своему терминалу, он вошёл с новым уровнем и приступил к работе.


Ванка завершила связь со своим студентом, оскалившись в рычании. Величайшим усилием воли она придала лицу спокойное выражение и ввела номер связи с офисом Советника Индуту. Короткая пауза, и на её экране появилось лицо молодого мужчины с безукоризненно ухоженным мехом. «Академик Ванка к Советнику, это срочно.»

«Этому жаль, Академик, Советник Индуту не доступен,» — ответил мужчина ровным голосом.

Ванка стиснула зубы от разочарования. «Индуту немедленно должен получить эту информацию.» Мех на затылке встал дыбом, когда у неё появилось внезапное предчувствие, почему Советник был не доступен. «Ты скажешь Индуту, Ванка знает, что послужило причиной военной тревоги.»

Вспышка шока пересекла лицо секретаря, но была быстро подавлена. Ванка широко улыбнулась. Работники, которых Советник обычно назначал на принятие звонков, выглядели как красивые, пустые вещи, но они не были глупы.

Мужчина стал деловито что-то делать с консолью за пределами видимости камеры. «Пожалуйста, подождите.» Изображение на экране заменила печать Синода.

Ванка ходила туда-сюда по короткому коридору за пределом банкетного зала, смутно радуясь, что оказалась подальше от политики и перетягивания влияния, в котором она была вынуждена принимать участие уже почти гигасекунду, чтобы сохранить свою научно-исследовательскую программу на плаву. Ванка остановилась — почти тридцать лет потрачено. Если она была права, то всё это закончится. То, что ей удалось обнаружить, вознесёт Улей Лакуна к главенству, возможно даже к доминированию над другими Ульями. Она покачала головой от тупости этих древних войн и недальновидных договоров, которые разделили шесть Камней Творения, предотвращая их использование в настоящее время. В глубине её горла раздался рык. Где был этот глупец Индуту?

Внезапно, дисплей её коммуникатора изменился, и она выжидательно поднесла его к лицу. Советник Индуту сидел за письменным столом, его бледный мех выглядел растрёпанно, вложенное окно показывало чью-то голову, она узнала этот образ из сводок новостей. Покрытое серой шерстью лицо испещряли шрамы, а одно ухо было оторвано по основание. Оба представителя народа казались не особенно обрадованными.

«Стратег Фаунго. Это честь,» — сказала Ванка, кивая им обоим.

«Что ты думаешь ты знаешь, Академик?» — ответил он, голос был пустым, а лицо ничего не выражало.

«Чуть менее половины килосекунды назад сенсоры раннего предупреждения Улья обнаружили таумо-магнитный импульс с очень специфической подписью. Той, которая соответствует профилю измеренному от Камня Творения, принадлежащего Улью.»

Стратег приподнял бровь, затем слегка улыбнулся, обнажая аномально большие клыки. «Это решать Индуту, но Фаунго считает Ванке должно быть сказано. Фаунго подозревает, что она так или иначе знает больше, чем мы.»

Индуту устало махнул лапой Фаунго. «Хорошо, мы в любом случае почти ничего не знаем.»

Фаунго кивнул седеющей головой. «Это вид с СТАР пять за несколько секунд до импульса.»

Солнечные Трансмиттеры Активности Рефлексией или гелиостаты, как их обычно называли, были жизненно важными для поддержания производства на огромных фермах и номинально находились под контролем Администрацией Солнечной Трансмиссии, принадлежавшей Мировому Суду. Даже если Суд запрещал размещение военной техники на орбите, большие орбитальные зеркала были столь очевидной угрозой, что каждому Улью позволили отправить военнослужащих на те, что действовали над их территорией, и не было ни одного закона против установки хороших датчиков.

Ванка зачарованно смотрела на видеопоток, заменивший на экране голову Стратега. Облака завивались по кругу, изогнутая граница отделяла освещенные солнцем зелень и синеву от тьмы, наполненной брызгами ночных огней. Статическая вспышка мелькнула по окну, а затем видео быстро расширилось и сфокусировалось на центральной части аркологии Улья Лакуна. Пейзаж был знаком, затемнённая картина холмов и рек с рассеянными по ней точками белого света, окружающих искусственный горный хребет самого Улья. Аккуратный круг абсолютной темноты явно выделялся на поверхности.

«Это подземная сеть туннелей,» — продолжил Фаунго своё повествование. «Контакт был потерян со всей сетевой инфраструктурой внутри круга.»

Сложный клубок туннелей слой за слоем наложился на тёмное изображение. Это была истинная масса Улья, камеры и подземные структуры, распространившиеся как паутинка грибницы вокруг плодового тела гриба. За пределами круга они подсвечивались большим количеством маркеров активных узлов: коммуникаторы, компьютеры, каждое устройство подключенное к сети. Но внутри не было ничего, как будто кто-то попросту вырвал десять килодлин из ландшафта.

«Масштаб впечатляет,» — с лёгким благоговением сказала Ванка.

«Да,» — сухо ответил Фаунго. «Вполне аналогично стратегическому таумо-магнитному импульсному оружию. Это было удачей, что военный аналитик заметил отсутствие теплового импульса, который вызвало бы такое таумически накаченное ядерное устройство, в ином случае этот разговор был бы маловероятным.»

«Мёртвая Лапа была активирована?» — спокойным голосом, противоречащим внезапному чувству холода, поселившегося в её груди, сказала Ванка. Мысленно она пробежала над территориями Улья, вдоль кластеров питаемых силой слуг тяжёлых пусковых платформ, разбросанных по всем их землям: на суше и в океане. На раннем этапе своей академической карьеры она специализировалась на физике оружия и лучше, чем большинство, знала сколько разрушительной силы может быть выпущено за несколько десятых долей килосекунды этими массивными пусковыми установками и примерно представляла число зарядов в их магазинах под землёй. Всё это оружие наряду с другими, более тайными системами было привязано к изолированной командной сети, способной автоматически принять ответные меры в случае нападения. Так называемая 'Мёртвая Лапа'.

«Этот аналитик будет получать благодарность от Синода.» Фаунго усмехнулся со смертельным оскалом, затем продолжил мягким тоном. «Это обобщённая сумма знаний этого. Есть что-нибудь, чем Академик хотела бы поделиться?»

Ванка подавила лёгкую дрожь. Из того, что она слышала, тем же тоном голоса он приказывал всё: от тихого устранения подозреваемых в работе на вражеский Улей до бомбардировки гражданских поселений во время Войны Трёх Дней с Ульем Баур. Стратег Фаунго был условной главой и военных сил Улья и службы внутренней безопасности, он был тем, кого лучше не расстраивать. Она говорила быстро, зная, что каждая секунда может иметь жизненно важное значение. «Стратег понимает, что цель Института — изучение фундаментальных основ магии? В ходе этого исследования Ванка использовала расу слуг в качестве испытуемых, адаптивная способность пони произвела довольно впечатляющие результаты.»

«Это было очень дорого в слугах,» — проворчал Индуту. «Программа евгеники существует для большего, чем просто выгода Ванки.»

Ванка проигнорировала эту реплику. «Посмотрите это,» — сказала она, отправляя несколько последних секунд видео, которые показал ей Корн.

Стратег выглядел задумчиво, один из его когтей постукивал по морде. Советник просто выглядел нетерпеливо.

«Ну и что это значит?» — сказал Индуту.

«Туман — это конденсирующая влага, а значит, что температура воздуха значительно снизилась во время теста. Слуга использовала энергию из её окружения, а не только свою.»

Стратег резко посмотрел на Ванку. «Это должно быть невозможно.»

Ванка почувствовала прилив облегчения. Слава Создателю, Фаунго действительно понимает! «Да… но это не соответствует теоретическому поведению Камней Творения.»

«Есть истории… о том времени, когда были созданы слуги,» — начал Стратег.

«Да, последнее зарегистрированное использование Камней.»

Индуту растерянно переводил взгляд с одного на другую. Стратег сжалился над ним. «Академик считает, что она нашла способ повторить силу Камней.»

Индуту моргнул, ошеломлённый на мгновение. «Это меняет всё,» — прошептал он. Затем он заговорил твёрдым голосом. «В чём Академик нуждается?»

«Немедленное извлечение слуги, или, более вероятно, её тела, и любых свидетелей.»

«Сделай это,» — сказал Советник Стратегу. Затем повернул свой взор к Академику. «Ванка считает, она мертва?»

Ванка помахала лапой. «Кажется вероятным. Ветеринар на месте использовал жезл милосердия. Тем не менее, вскрытие будет иметь большое значение. С живым субъектом было бы легче работать, но тесты, которые Ванка планировала, в конце концов привели бы к эвтаназии. Области, отвечающие за контроль над магией, хорошо изучены, прямая электростимуляция сделает остальную часть мозга ненужной.» Она посмотрела на Стратега, который только закончил говорить с кем-то вне поля зрения камеры. «Как долго это займёт?»

Стратег натянуто улыбнулся. «Маленький испытуемый Ванки засветила каждый таумотический датчик на этой стороне планеты. Все силы, что имеет Лакуна, находятся в движении, как и стратегические активы наших соседей. Если штурмовой носитель не на месте сейчас, Фаунго хотел бы знать почему.»