Межпланарные Странники. Эквестрия

Пятерка классических приключенцев решили сбежать из тюрьмы путем путешествия по планам... Кто же знал, что ключ ведет в Эквестрию?

Мой питомец - Твайлайт Спаркл

Разве нормально гулять с мистическим пони-единорожкой по реальному миру? Да, всё верно!

Твайлайт Спаркл Человеки

У Принцессы возраст не спрашивают

Твайлайт узнает тайну Принцессы. Но сможет ли она её сохранить?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Сказ о рождении аликорнов

Я осмелился написать свою версию происхождения аликорнов. Принять её или нет, судить вам. За основу взята некая… удивительная вещь, что была в мультсериале, а именно — герб. Помните серию про то, как три народа враждовали? Помните в конце флаги, на которых были изображены Селестия и Луна? Вы не задумывались каким образом они на них попали?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Записки орка-лазутчика

Из-за неправильно сработавшего заклинания орк-лазутчик из Ангмара по имени Трат попадает в Эквестрию. И не просто попадает, а лишается заодно своего любимого тела, приобретя взамен тело пони. Сумеет ли он вернуться обратно или его ждет вечное пребывание в этом ужасном (для него) месте?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

"На луне у Луны"

"Вы расстроены, обижены, испуганы? Вам грустно, одиноко, скучно? Не беда! Мы поддержим, развеселим, выслушаем" — так говорит серебристая табличка, прикреплённая на дверь самого дружелюбного и спокойного заведения в Эквестрии — бара "На луне у Луны". После истории с Тантабусом принцесса Луна решает создать коллективный сон для всех желающих: прекрасное место без огорчений, несправедливости и обид. Не откажите себе в удовольствии полакомиться любимыми кексиками, повеселиться на Большой Еженедельной Лунной Вечеринке, поболтать с первыми лицами королевства как с давними друзьями... и, возможно, вы даже встретите тех странных пони, о которых я поведу свой рассказ. Удивительный бар принцессы Луны работает еженочно, без перерывов и выходных — так не стесняйтесь, входите и будьте как дома!

Флаттершай Твайлайт Спаркл Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун

Пути домой

Кроссовер вселенных MLP и S.T.A.L.K.E.R. Фанфик нацелен на тех, кто знаком со вселенной S.T.A.L.K.E.R.'а. Так что для адекватного восприятия повествования стоит хотя бы немножко поиграть в эту игру. До второй главы в рассказе пони не будет, увы и ах. Но дальше они гарантированно появятся.

ОС - пони Человеки

Поступь Порчи

Это - второй из цикла рассказов о фестралах (и не только), посвященный истории Эквестрии. Основное действие происходит за несколько лет до Войны Сестер и событий рассказа "Звездная пыль". Принцессы-аликорны решаются впервые за долгое время посвятить учеников во что-то большее, чем обычно. Селестия - серебристого единорога, принца далекой северной страны, Луна - юную Поющую-в-Ночи из народа фестралов. Но что из этого получится?..

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун Король Сомбра

Стальные крылья: рождение Легиона

События, произошедшие во время прадзника Теплого Очага счастливо разрешены. Большинство невиновных наказано, большинство непричастных награждено, и выжившие в замке Ириса отправились по домам. Но что же делать мелкой сталлионградской пегаске, поклявшейся себе не допустить повторения произошедшего и уберечь так понравившийся ей новый мир от древнего и мрачного наследия ушедшей эпохи войн и раздоров?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Стража Дворца

Stuck/Застрявшая

Эпплджек и Рэйнбоу Дэш совершают пробежку по Белохвостому Лесу, однако случайное падение ставит ЭйДжей в весьма неловкое положение...

Рэйнбоу Дэш Эплджек

Автор рисунка: Noben
Эпизод второй: Увеселительные заведения Балтимэйра

Эпизод первый: Восьмичасовой рабочий сон

А теперь представь, что не нашлось волшебного нелетального орудия добра, и все конфликты пришлось решать силой... как бы выглядела такая Эквестрия?

Комментарий культуролога

Под ярким филлидельфийским солнцем по живописной городской улице катит кортеж из четырех замыкающих открытых телег охраны и крытой кареты по центру. Любопытные прохожие могли бы через щелочку приоткрытых в жару штор заметить сидящих внутри – ярких жеребца и кобылу и каких-то важных пони в смокингах напротив.

 — Три года, — говорит один из них, крупный белый единорог в монокле, хотя этого наблюдатели извне слышать уже не могли. Без специальной аппаратуры, конечно. – Мы достигли столь многого за три коротких года.

 — Плоды труда сильного лидера, сэр, — говорит сидящий рядом гнедой единорог в очках, габаритами поменьше.

 — Нет, — возражает тот, и заискивающий жеребчик смущенно отводит взгляд, — труда сильного народа, – но, видя, как тушкуется тот, добавляет с покровительственным взглядом: — и одного очень способного советника.

 — Спасибо, сэр, — единорог возвращает себе деловой вид и поправляет и без того ровно сидящие очки – жест всех очкариков, заменяющий им почесывание макушки.

 — Ваша команда показала себя с наилучшей стороны, — обращается белый к сидящим напротив, — мисс Эпплджек.

 — Прост делаем свою работу, — добродушным глубоким голосом ответила рыжая кобыла, приподнимая шляпу. В плечах ее и на бедрах, прямо на кьютимарках в виде трех красных яблок, можно было заметить выглядыващие из-под шкуры черные стальные цилиндрики с замысловатой резьбой, а ноги были затянуты в облегающие черные носки, — мистер пресс-секретарь.

 — Должен отметить, что я считал группы, подобные вашей, оппозиционерами принцесс. Разжигателями конфликтов. Но вы хорошо подготовили наших сотрудников. Затраты на организацию окупились чрезвычайно быстро. Думаю, — он переглянулся со своим советником, и тот пожал плечами, — я ошибался насчет этих «частных сельскохозяйственных компаний».

 — Нам больше по нутру «частные службы землеустройства», мистер, — заметила кобылка в шляпе, улыбнувшись краями губ и прянув ушами. – Почти все контракты нашей фирмы связаны с раскруткой новых агрообъединений – такая уж мода в стране нынче. После того, как обанкротилась наша собственная, хехех.

 — Да, но «землеустройство» может иметь разные… подоплеки.

 — У нас, Эпплов, любят говорить: «Выросли б яблочки, а копыта, чтоб сбить, найдутся». С каждой трудной ситуацией в жисти я открывала все новые смыслы энтой фразочки, но в нашем случае суть в том, что спрос порождает предложение. Поням над построить дом – они ищут подрядчика, подрядчик ищет строительную фирму. Пони не кумекают в аренде и бирже – они обращаются к нам.

 — Гм... биржевой специалист и философ. Вы полны сюрпризов, мисс Эпплджек.

 — О, благодарчик, но я прост охранница, — ухмыльнулась кобылка, — хоть сама с фермы.

На секунды повисла неловкая пауза, но ее прервала точно такая же, но более резкая, остановка кортежа.

 — Что происходит? – недовольно спросил советник у кучера, плюхнувшись спиной обратно на спинку после рывка.

 — Кто-то заблокировал дорогу. Парни щас разберутся, — бросила через плечо светло-коричневая симпатичная пони кремовой гривы, что держала в копытах поводья, идущие к хомутам на шеях пары тягловых жеребцов. Правда, в глазах ее можно было уловить тень беспокойства.

Двумя телегами впереди, посреди дороги, спиной к процессии стоял на дыбах, будто всю жизнь так ходил, мускулистый жеребец с гривой всех цветов радуги, в бежевом стальном костюме. Минутку, он может быть и дрыщом внутри? Но всем ребятам-охранникам в авангарде кортежа пришел в голову этот эпитет. И все бы ничего, но из длинных ножен на спине незваный гость достал копытом столь же длинный, чуть изогнутый меч с красным лезвием.

 — Пшел с дороги, это дело госважности! – крикнул не менее массивный конь с телеги, не выпуская из зубов гвоздя, что жевал вместо соломинки. Не выпускал он и ручек энергомагического пулемета, закрепленного на транспорте, а тянувшие его жеребцы разошлись в стороны, косясь на электрокортики в ножнах на боках, однако слабо веря, что глупцу взбредет в голову атаковать.

Жеребец в броне обернулся, являя голубой цвет своей шерсти. Он оказался кобылой. На мордахе играла насмешливая улыбка белоснежных зубов.

 — Мы уполномочены применить силу, если вы не...

Не дожидаясь окончания его лепета, нарушительница сорвалась с места и стала стремительно приближаться к телеге.

Охранник немедленно открыл огонь из пулемета, но та лавировала из стороны в сторону быстрее, чем он мог водить стволом, отбивая клинком особо назойливые заряды. Не успели неосмотрительные тягловые жеребцы ощетиниться кортиками, как она, подбежав вплотную к телеге, сделала, будто выписывая страстные танцевальные па, несколько оборотов с длинным мечом, рубя на куски всех троих несчастных наемников. Не остался целым и стальной пулемет, замолкнувший навсегда из-за рассеченной надвое ствольной коробки. От последних слов охранника не прошло и двух секунд — дольше рассказывать.

Бронированная кобыла вспрыгнула на телегу и окинула спокойным взглядом кортеж, не обращая внимания на разбегающихся в панике прохожих. Вторая телега сдвинулась в сторону, а карету обогнала шедшая сзади, и они перекрыли ей ход к главному объекту, приведя в готовность все вооружение.

 — «Параспрайт-1», сценарий D! Разворачиваемся! – взвизгнула кобылка-кучер, и карета, сделав крюк, помчалась в обратном направлении в сопровождении последней охранной телеги.

 — Кто это был? – тревожно спросил сидевший рядом с Эпплджек молодой жеребчик.

 — Мустанг, – прошипела ковпони, глаза который были скрыты шляпой.

 — Наши конкуренты? – вопрос остался без ответа.

 — Кобблер, что стряслось? – ожил ПипБак на ноге кучера.

 — Мы под атакой! – она выглянула за борт кареты, все еще способная видеть, как вдалеке пони в бежевом шинкует охрану кортежа, — Похоже, киберпони!

 — Чей?

Немного поводив копытом по сенсорному экрану ПипБака, кучер ответила:

 — Сервис говорит, «незарегистрированный».

 — Я чекну все узлы. Увозите Пэнтса оттуда!

 — Есть, сэр!

Впереди предстоял крутой поворот, но ракета, пущенная с крыши одним из участников заговора против пресс-секретаря, поставила крест на планах легкого побега ребят из службы землеустройства. К счастью для них, она, по плану противника или же нет, попала в телегу с охраной, отчего та, лишенная колес с одного борта, проехала по инерции и, разворачиваясь вокруг второго бока, преградила дорогу карете.

 — Мы все умрем! – запаниковал очкастый единорог-советник.

 — Успокойся, — бросил ему невозмутимый пресс-секретарь, чей хвост, тем не менее, судорожно подергивался из стороны в сторону.

Опытные тягловые быстро затормозили перед горящей преградой и, дрифтуя, вписались-таки в поворот, однако там их встретила длинная фура, вставшая поперек неширокой улочки. Опешившие жеребцы вновь быстро, как могли, развернули карету, намереваясь пойти в объезд под прикрытием оставшихся охранников, но еще одна фура, копия предыдущей, с замазанными краской рекламными плакатами на бортах, влетела в разрушенную телегу, заблокировав дорогу и с другой стороны. Тягачи лихо свернули, направляясь в оставшийся узкий проулок меж двух высоток, но и тут лажа: на асфальт перед ним, будто посланные с небес, приземлились трое мощных жеребцов в спецовке с электрокортиками. Карета тормознула.

 — У них тут гости, – отрапортовала по связи Кобблер, — поней под дюжину!

 — Джекки! – крикнул голос из устройства, — Разберись! От жеж дебош устроили, негодники!

 — Они мои. Вытащите отсюда пресс-секретаря, — бросила Эпплджек, уже вылезая из кареты. Грузно приземлившись на все четыре, обутые в черные обтягивающие носки на целую ногу, она достала зубами закрепленную на боку небольшую конструкцию, которая, повинуясь взмаху головы бывшей фермерши, развернулась в стальную табуретку со спинкой. Телескопические тонкие ножки удлинились и опасно загудели, демонстрируя короткие пробегающие по ним энергетические разряды.

 — Давайте уж кончать с этим, — буркнула сквозь зубы кобылка, принимая боевую стойку номер 2. Откуда-то из-под шляпы выщелкнулся черный оптический визор с огоньками, закрывший ее правый глаз. Ощерившиеся кортиками нарушители напряглись и, как один, ринулись на противницу.


Удалые жеребчики из охраны Пэнтса как раз заканчивали превращать в мясную нарезку незваных гостей в липовой униформе грузчиков, когда по заливу неподалеку посреди привычного Филлидельфии штиля зашумели волны. Не успели ребята сказать «ноуп», как из-под воды взметнулась огромная чешуйчатая башка желтобрюхого дракона цвета фуксии с рядом здоровенных зеленых шипов вдоль хребта. С громоподобным ревом он, поднимая целый взрыв воды, выпрыгнул на набережную и, не дожидаясь, пока букашки с железяками, открывшие огонь, придумают тактику, открыл свой. Охранник, по которому он метил смертоносной вертикальной струей, кошачьим прыжком увернулся от атаки, которая окрасила черным стену дома напротив и, расплавив стекла в окнах, ушла в небо. Один из жеребцов, коих осталось всего двое (один их напарник погиб при попадании в телегу ракеты), уже махнул коллеге по-умному сматываться, как вдруг свалившийся из ниоткуда бронированный амбал вмиг порубил его на салат спаренными абордажными мачете.

Второй, не мешкая и делая крюк, чтобы гость оказался между ним самим и драконом, с грозным спокойствием взирающим на их мельтешение, ринулся к врагу, но тот, крутанувшись пару раз так, что охранник и не мог отследить движений его орудия, отбил неловкие атаки кортика и отсек ему копыто, после чего, все так же стоя за двух задних, сжал его шею между двумя клинками. Неглубоко вспоротая металлом-проводником высоких частот плоть задымилась, и охранник, мыча, завозился меж лезвий в тщетных попытках освободиться, что вызвало лишь злобный хохот у здоровяка, державшего одним копытом оба мачете. В последние секунды жизни наемник увидел, что на лбу врага выбит штрих-код, а гарды обоих орудий были устроены, чтоб быстро крепиться друг к другу и разъединяться, причем соединение было подвижным, позволяя регулировать угол между лезвиями, который в следующий миг уменьшился до отрицательного градуса, отделив голову жеребца от тела. Голографический глазной интерфейс сообщил, что система отказала и оператор, вероятно, мертв.

Пресс-секретарь Фэнси Пэнтс, придя в себя и тряхнув головой, попытался вылезти из давно перевернувшейся в не увенчавшихся успехом попытках бегства кареты, как вдруг почувствовал – что-то схватило его за хвост, после чего был грубо выдернут за него через окно. Вися вниз головой, он мутным зрением увидел стоящего на дыбах на дне кареты, ставшем крышей, дородного белого жеребца, точно как он сам, с синей гривой, в черной сегментированной броне с лиловыми узлами соединений. Хмыкнув, тот перекинул его через плечо и сделал пару шагов, но был остановлен криком.

 — Стоять!

Единорог-бугай заинтересованно обернулся и увидел рыжую кобылку в шляпе и черных носках, что остановила галоп в десяти метрах от кареты.

 — Хах... так ты и есть Джекки.

 — Шайнинг?! Че те надо от пресс-секретаря? – грозно крикнула ковпони.

 — Вернее, Шайндаунер. Хочу его... убить? – иронично ответил жеребец и окинул взглядом тело на плече. – Ничего личного, конеш. Эквестрия прост становится слишком гармоничной.

 — Чо? – равнодушно бросила Эпплджек, махнув хвостом.

 — Бизнес не оставался неизменным со времен краха каменной промышленности, — рассуждал синегривый здоровяк, прохаживаясь на задних по дну жалобно поскрипывающей перевернутой кареты. – «Решительный отказ от конфликтной политики»... Ха. Ну, некоторым из нас нравилась та политика. Как честному разжигателю конфликтов жить в этом засилье дружбомагии?

 — Это ответ? – вопросом на вопрос ответила ЭйДжей, глядя из-под шляпы. Бугай захохотал, обнажая из ножен тесак. – Попридержи коней!

 — Не беспокойся за своего клиента пока, я не буду. Не когда он все еще нужен, — с этими словами он подмигнул зарычавшей кобылке и могучим прыжком оказался на крыше соседней пятиэтажки. Ковпони рванулась было следом, но жеребец дал отмашку выжидающему дракону, и тот скачком оказался между ЭйДжей и ее целью. Визор вновь защелкнулся на глазу кобылки, откинувшей челку и приготовившейся к бою.

 — Чаавооо? – раздалось из ее ПипБака, пока ковпони улепетывала по асфальтированной площади от изрыгаемой драконом огненной струи, — У них гребаный ДРАКОН? Здесь?!

 — Я припоминаю этого. Это ж чертов Спайк, помощник моей старой знакомой Твай, только на стероидах, — отвечала Эпплджек, приближаясь к ступням гиганта.

 — Поторопись с ним, ЭйДжей. Ты последняя из отряда осталась! Опять.

 — Помолчи с поторапливаниями, умник. Мочить дракона – эт те не порнуху в кресле операторском смотреть, — рявкнула в ответ ковпони. Достав зубами и развернув табуретку, она прочертила четыре глубокие борозды в чешуе рептилии, от чего та взвыла и, поджав раненную конечность и выискивая наглую мелочь ненавидящим взглядом, намеревалась было оставить от нее мокрое место, но и пони была не лыком шита и грациозно выскользнула из-под пятки, врезавшейся в поверхность. Боль от столь неосмотрительного действия поврежденной лапой пронзила монстра до самого бедра, чем и воспользовалась кобыла, ловко взбежав по ноге и, помогая себе табуреткой, чьи заостренные ножки вонзались в драконью плоть, минуя чешуйчатую броню под аккомпанемент дикого воя, добралась финальным прыжком до самого его плеча.

Забираться на драконью голову, которая и так уже развернулась пастью в сторону маленькой воительницы, она не рискнула, вместо этого вонзив орудие под его ключицу.

 — Чот слишком много Твайкиных друзей бьются не на той стороне. Не нраиса мне энто, — бормотала ЭйДжей, прыгая за Спайкову спину и прочерчивая глубокую рану вокруг почти всей передней конечности дракона.

Дезориентированный болью и скоростью мельтешащей по его телу букашки, гигант стал, как мог, махать лапами и лупить по спине (раненому плечу тоже доставалось – накачанные стимуляторами драконы не слишком умны в бою) в надежде расплющить врага, но ловкая донельзя кобылка, уже появившаяся на втором его плече, проделала с тем аналогичную процедуру, отчего дракон по ее приземлении на родной асфальт развернулся в сторону киберпони уже куда менее опасным, с безвольно повисшими передними лапами, но с полным бешенства взглядом. Он нависал над рыжей пони скалой, однако и она стояла перед ним, как скала.

В ответ монстр рванул на нее и погнал по площади. Визор кобылки сместился на затылок, и благодаря голоинтерфейсу она, скача спиной к нему, могла видеть, как он плевался вдогонку сгустками пламени, напоминавшего теперь плазму, и уворачиваться от смертоносных атак. Погоня не могла длиться вечно, и перед пони вырос десятиэтажный дом, но и он уже был частью плана. Дав больше энергии на аугментику конечностей и вспрыгнув до второго этажа, она помчалась вверх по стене. Облицовочная плитка крошилась, разлетались и оконные стекла от близких ударов мощных ног, которые потрескивали пробегающими по ним разрядами. В считанные секунды она добралась до ограждения крыши и, оттолкнувшись от него, запустила себя в обратном направлении к дракону, который уже врезался своей громадой в дом, обрекая тот на разрушение, и влетела рыжим метеоритом гиганту в лоб, нанося удар спинкой стула. На лбу Спайка был выбит штрих-код со сторонами порядка метра. Великан, потеряв ориентацию, начал крениться, и пони не преминула этим воспользоваться для занятия более безопасной позиции, съехав, как на горке, по его хребту и, преодолев трамплин из кончика хвоста, приземлилась на раздолбанную площадь.

Дракон все же устоял и, помотав головой, обернулся к ненавистному врагу.

 — Ты не устал? – выдохнула ЭйДжей.

В ответ создание взвыло и, отчаявшись достать мелочь лапами, просто рухнуло плашмя туда, где кобылка стояла секунду назад, пробуя уже наиболее прозаичный способ превратить ее в лепешку. Теперь же она, рассчитав место приземления его башки и метнувшись туда, запрыгнула на шею и собралась было повторить трюк со скользящей по окружности табуреткой, но вдруг наткнулась на умоляющий взгляд повернувшего голову дракона. Так, лежа мешком на пузе и оглядываясь на победительницу, он, несмотря на вопиющую разницу в размерах, казался ей несчастным щенком, которого она намеревалась придушить. Невольно Эпплджек вспомнила его еще ребятенком, когда хозяйка впервые приехала с ним в Понивилль.

Замешкавшаяся кобыла и не заметила, как глаза гиганта вновь подернулись пеленой ярости, и чуть было не улетела, как снаряд катапульты, когда тот с воем дернулся, но, ухватившись за шип, запустила себя в направлении виска и вмазала по нему спинкой табуретки. Вой начавшего было вставать дракона резко оборвался, и он вновь рухнул наземь, уже с закатившимися зрачками. Только теперь киберпони обратила внимание, что они сжаты до крошечных (для его габаритов) размеров, что недвусмысленно намекало, под какими веществами и в каких дозах его отправили в бой.

 — Молодцом, ЭйДжей! Копыта в ноги и вытаскивай Пэнтса!

 — Прости, Спайк, — бросила кобыла, уносясь в направлении, подсказанном ПипБаком, — но и ты пойми меня. Чертовы времена...

Эпплджек мчалась по дворам, стремительно нагоняя грузного Шайнинга с пресс-секретарем на плече и превращая в металлолом встречающиеся на пути преграды вроде решетчатых заборов, мусорных баков, фонарных столбов, крытых повозок и прочего. Убегающий одним толчком ног забросил себя и ношу на трехэтажный дом и снова пропал из поля зрения кобылки, которая, ловко цепляясь за балконы и кондиционеры, почти столь же стремительно взобралась на крышу, и тут, не успела она найти глазами цель, как из-за ограды крыши с воем показалась… голова Спайка.

 — Во имя вольтъяблок!! – застигнутая врасплох, она вложила всю силу в прыжок вверх, когда монстр, изрыгнув новый поток низкотемпературной плазмы, закоптил крышу трехэтажки, — Ужель ты так ненавидишь меня за те невинные обнимашки с Зефиркой?

Решив не затягивать (к тому же, возможности поговорить с драконом все равно не представлялось), она сделала еще один прыжок, на этот раз в направлении стены более высокого дома через проулок, и, оттолкнувшись от нее, метила было в лоб дракона, но тот дернулся, и кобылка зацепилась за массивный подбородок. Втянув воздух сквозь зубы от понимания опасности положения, она рывком качнулась и перелетела на грудь противника за миг до того, как тот хлопнул себя по нижней челюсти. Все это сопровождалось периодическими невыносимыми завываниями монстра, поэтому ковпони, уши которой уже давно были заложены, наконец вышла из себя.

 — Не ори ты на меня, мелкий кусок навоза-а-а-а! – с невероятной скоростью, вонзая табуретку в плоть врага и подтягиваясь, она достигла его лба и до того, как тот успел понять, где она, принялась колотить спинкой орудия ему по лбу, сопровождая каждый удар слогом гневной тирады.

 — От-ва-ли у-жо, мла-де-нец-пе-ре-рос-ток! – она воздела табуретку к небу и, пользуясь легкой контузией дракона, затратила несколько секунд на перенаправление энергии в инструмент, после чего сделала сальто вперед и с воплем нанесла максимально мощный удар.

Послышался глухой треск, и дракон, покачнувшись медленно с закатившимися глазами, рухнул наземь, ободрав стену дома и уничтожив питейное заведение под навесом, но киберпони к тому моменту уже была в двадцати метрах от туши, восстанавливая дыхание.

 — Вот жеж, фух, сено. Алекс, фух, не вздумай, уф, напоминать, что мне ща надо делать.

Сделав еще пару глубоких вдохов для проформы, кобылка сорвалась с места в указываемом верным ПипБаком направлении.

Амбал-единорог, изрядно подустав от аэробной нагрузки, остановился под железнодорожным мостом и обернулся, не пряча обнаженного мачете. Догонявшие его агенты филлидельфийского корпуса госбезопасности так же остановились, кто на крышах, кто на дороге. Цель теперь стояла неподвижно, криво ухмыляясь, и вполне можно было сделать пару контрольных выстрелов, не рискуя задеть пленника, к тому же из-под моста выехала боевая колесница, ощерившаяся стационарным лазером и пушками попроще, отрезая террористу путь к отступлению. Да не успел командир дать отмашку, как здоровяк, предварительно полуприсев, буквально взлетел куда-то вверх. Едва они нашарили его взглядом далеко вверху, щурясь от щедрого южного солнца, как окрестности огласил лязг проезжающего по мосту скоростного товарного состава, на который и приземлился прыгун, моментально скрывшись из виду спецназовцев.

 — Mierda! – выплюнул усатый пегас с винтовкой какое-то нездешнее ругательство, но каждый из его коллег и так по-своему озвучил грустные мысли.

 — Во-о-о-он! – раздался вдруг из-за спин жеребцов крик, превзошедший грохот состава. Привыкшие к выполнению команд бойцы мигом откатились в стороны от середины дороги ПЕРЕД тем, как ловить тупым взглядом несущуюся, кроша асфальт, кобылку в шляпе. Промчавшись мимо обалделых парней, она присела на пару ног с одной стороны и вытянула пару с другой, с дрифтом преодолевая поворот в сторону уходящего поезда и оставляя на дороге слегка дымящиеся черные полосы.

 — Вау, — нарушил установившуюся тишину один из вояк, — кто-нибудь знает ее телефончик?

Как бы ни неслась Эпплджек, железнодорожный транспорт нынче был уже не тот, что старые добрые розовые паровозики с сердечками, и конкретно этот сейчас медленно, но верно уходил вперед.

 — Сено! – подумала ковпони, но приученный думать быстро мозг уже подобрал идею. Очередной дюжий прыжок – и она на стене длинного дома, идущего параллельно рельсам. Затянутые в черное ноги кобылки вновь засверкали разрядами и она, пробежавшись немного по стене в горизонтальном направлении и попортив окна, завопила «Ййи-и-и-ха-а-а!» и запустила себя в сторону товарного состава. Последний вагон без крыши приютил выбившуюся из сил кобылку в свое забитое неочищенной пшеницей внутреннее пространство.


Рэйнбоу Дэш как раз заканчивала девятый за это солнечное утро зевок, когда топот копыт по металлу привлек ее внимание. Сидя на крупе и привалившись спиной к ящику, она подняла взгляд вишневых глаз и с праздным интересом хмыкнула, видя приближающуюся старую знакомую.

ЭйДжей преодолела легким скачком очередную щель между вагонами и, высекая искры из настила, притормозила на почти пустой платформе.

 — Дэш, — с мрачной решимостью выдавила ковпони с болтающимся меж зубов колоском, — и здесь ты играешь не за ту команду.

 — Ну не наглость ли это, Джекки? – пропела радужногривая, вставая и облокачиваясь о ящик, другой ногой поигрывая мечом, — Сначала предать друзей... хотя на звание самой верной пони ты и не претендовала, но вполне выполняла его нормативы. А теперь еще делаешь вид, что тебе не по нраву мои предпочтения. Разве ты не скучаешь по нашим поваляшкам в сене?

 — Не теперь, сучка, — раздраженно фыркнув, ЭйДжей выпрямилась, вставая на дыбы, и развернула табуретку, держа ее копытом, — на кой вам пресс-секретарь?

Она сказала «вам», потому что за спиной Дэш, на площадке под стенкой цистерны следующего вагона, стоял здоровяк Шайнинг и примотанный к стенке цепями секретарь Фэнси Пэнтс. Первый обернулся со своей неизменной кривой ухмылочкой.

 — Ха. Что упало, то пропало, «героиня», — он поднес лезвие тесака к горлу побитого заложника, — мой маленький щит мне более не нужен.

Единорог в помятом костюме поднял на экстремиста полный презрения взгляд. На этот последний хмыкнул и слегка провел по его шее кромкой жуткого мачете, заставляя взрезанную шкуру исходить паром. Пленник захрипел.

 — Не надо! – впервые в голосе ЭйДжей прозвучало какое-то отчаяние, до тех пор подавляемое уверенностью в победе добра. Она дернулась в порыве снести башку мучителю, но дернувшаяся синхронно с ней Дэш красноречиво дала понять, что ей лучше успокоиться. Многочисленные сегменты ее бежевого бронекостюма то шли внахлест, то сползали друг с друга, таким образом совершенно не стесняя движений носительницы и повторяя формы ее тела.

Амбал прекратил пытку и, развернув стальные пальцы на свободном копыте, схватил секретаря за шею и приподнял.

 — Как насчет всех тех ништяков, что дала нам война? – спросил он, глядя Пэнтсу в глаза, — Почему никто не произносит ей хвалебных речей? Эквестрия пережила ряд таких и стала акулой мировой арены. Занятость, технологии, общая цель…

Монолог Шайнинга прервал смачный зевок Рэйнбоу Дэш.

 — Эпплджек... забудьте обо мне... остановите их! – взмолился пресс-секретарь. Единорог отпустил его шею, от чего тот вновь безвольно повис, и схватил за гриву, поднимая морду секретаря.

 — Ты не слушаешь... — он взмахнул мачете, перерубая державшие пленника цепи, и тот повалился на холодную платформу, держась за прижженную рану на шее и протягивая копыто в сторону ковпони в инстинктивной жажде жить, несмотря на собственную просьбу.

У кобылки в шляпе сдали нервы и она, взмахнув затрещавшей табуреткой, рванулась к ним, но Дэш среагировала куда быстрее, и киберпони едва успела блокировать выпад ее катаны, пусть та и била плашмя. Блокировала она и второй удар крутанувшейся знакомой, который заставил ее под скрежет металла отъехать назад.

 — Не против, если я и мой ножик вмешаемся? – игриво поинтересовалась Дэш, выпрямляясь из боевой стойки. ЭйДжей лишь зарычала в бессилии.

 — Все, о чем мы просим... — триумфально пробасил Шайнинг, поднимая заложника за гриву, — ...дайте войне шанс!

И абордажное мачете вынырнуло из груди важного клиента частной службы землеустройства, приветствуя мир брызгами запекшейся крови. Капли оросили бежевую броню Дэш и попали на мордаху Эпплджек, которая открыла рот, силясь что-то выговорить, но в слегка расширившихся глазах уже отразилось смирение.

На морде бронированного единорога заплясал наигранный взрослый восторг, словно он услышал заправскую пошлую шутку или взорвал арбуз выстрелом из крупнокалиберной винтовки в тире. После чего бугай просто занес орудие с нанизанным на него телом Пэнтса над проносящейся за бортом поезда поверхностью и слегка наклонил, позволив тому с влажным звуком съехать с тесака и покатиться по каменистой филлидельфийской земле.

Кобыла обернулась с немой мольбой принцессам, будто что-то еще могло изменить проваленное задание, а здоровяк тем временем вспрыгнул на цистерну, стенку которой украшала борозда от перерубившего цепи клинка. Внимание ковпони привлек новый шум, и она задрала голову, видя грузовой двухроторный коптер, летящий ровно нам Шайнингом. Рэйнбоу с ворчанием пыталась смахнуть с костюма липкую, подсохшую на солнце кровь. И откуда в ней взялась эта брезгливость? «Дэш уже не та», мимоходом подумала ЭйДжей, пока из воздушного транспорта к единорогу спускался эвакуационный трос с копытоятью. Ухватившись за надежду если не сходу отомстить за клиента, то выйти на след начальства террористов, она предприняла очередную попытку пройти через скалу в виде бывшей подруги.

 — Пшла с дороги! – воинственно крикнула ковпони, нанося табуреткой диагональный снизу, но голубая пони отбила атаку, отчего невезучая телохранительница, чуть не выпустив из копыта оружие, вынуждена была перехватить его зубами, чтобы затем самой отразить два молниеносных выпада радужногривой засранки, и вновь со скрежетом отъехала по платформе назад. Сверху донесся осточертевший хохот Шайнинга.

 — Она вся твоя, Крэш! – коптер с болтающимся на тросе единорогом уже улетал прочь.

 — Потанцуем, Джекки? – мило улыбнулась Дэш, принимая какую-то развязную боевую стойку. — Вперед, не будь Шай.

Пони в шляпе поудобнее перехватила табуретку. Поезд въехал в туннель, и на ее глазу защелкнулся визор, переходя в режим ночного видения. Моргалки же ее противницы закрылись полупрозрачными синими очками.


Махач на поезде становился все жарче. Понипропиленовые носки ЭйДжей украсились парой царапин, почти прорезавших их, и ноги неприятно ныли, под мягкой защитой уже наверняка все в синяках. По изящной же Дэш ей удалось нанести всего пару рубящих ударов, с легкостью поглощенных броней, а табуретка лучше всего показывала себя в колющих. «Надо бы модернизировать мою малышку», — подумала ковпони, блокируя удары голубой падлы и зажимая клинок ее катаны между ножками своего оружия, что позволяло дергать его в сторону вместе с обладательницей и наносить ей какие-никакие, а фирменные эппловские пинки задними, выбивая из противницы воздух, — «сделать, шоб ножки складывались и быстро удлинялись до сажени, или вроде, шоб протыкать...»: наконец, когда она проделала было это в очередной раз, Рэйнбоу подалась вперед и так и оставила свой меч в тисках табуретки, уставившись блестящими в экстазе боя глазами в зенки Эйджей.

 — Хмм, самоучка, — прошипела радужногривая, — и не такая уж плохая. Как же я соскучилась по нашим состязаниям. Но все же...

Она разорвала клинч и отпрыгнула назад. Ковпони перехватила оружие и медленно двинулась на к врагу на дыбах.

 — Ты где крылья-то подевала, сахарок? Надеюсь, тебе снес их один из наших бойцов? Жаль, что не вместе с пустой башкой.

 — Я отказалась от них в пользу этой потрясной брони, — та, изгибаясь, будто в танце, провела копытом от плеча до крупа по стальной одежке, заставив рыженькую невольно покраснеть. — Быстро летать в ней было бы нереально, а вот пешочком куда быстрее, да и сила. Впрочем, ты уже убедилась.

Но ЭйДжей остановилась в изумлении еще после первого предложения.

 — Дэши... — она не нашлась сперва, что сказать, — ...что, во имя Тартара, изменило тебя так, что ты отказалась от самого дорогого? От неба?

 — Ску-у-ука, Джек, — бывшая пегаска закатила глаза и пригладила гриву, правда, тут же взъерошив ее, — уж ты-то не читай мне лекций. «Дэш уже не та», «Дэш, не надо», «вот молодежь пошла», буэ-э. Ты все еще молода, сельская кобылка. Не кряхти!

Заворчав, ковпони бросилась в атаку. Рэйнбоу, едва изменив расслабленную позу, взмахивала одной лишь ногой, отбиваясь и скользя бронированными копытами по платформе от ударов табуретки.

 — Твоей технике чего-то не хватает, — заметила недопегаска. Она сделала мощный разворот и издала боевой вопль, нанося экс-подруге размашистый удар снизу, от чего та отправилась в свободный полет и едва успела затормозить его, воткнув табуретку в потолок туннеля и пропахав в нем четыре борозды, как пуля в виде голубой пони врезалась в нее, заставив прокатиться по крыше очередной цистерны. Две кобылки вновь столкнулись в вечном танце боя, и Эйджей вновь заблокировала меч Дэш между ножками табуретки. Они уставились друг на друга.

 — Теперь я вижу, — вынесла вердикт Рэйнбоу, широко улыбаясь, — ты лишаешь свое оружие его назначения.

Рыженькая уловила едва различимое движение глаз противницы, но не успела среагировать.

Отведя клинч из двух орудий в сторону, Дэш вмазала ковпони копытом в челюсть, сделала подсечку нижней ногой, и размашистый апперкот катаной прочертил глубокий шрам на морде Эпплджек, разрезая визор пополам. Со слабым стоном она машинально сделала сальто назад, приземляясь на три ноги. Четвертой же схватилась за пострадавший глаз. Точнее, за место, где он только что был. Кровь продолжала орошать крышу вагона.

 — Оно рвется выкупаться в крови твоих врагов, — с придыханием говорила Дэш, любуясь своим мечом, испившим упомянутой субстанции, — но ты его сдерживаешь!

 — Н-ноуп, — помотала головой ЭйДжей.

Дэш повернулась к кобыле, недовольная произведенным впечатлением. Та вновь поднялась на дыбы, все еще прикрывая копытом окровавленную глазную впадину.

 — Моя табуретка – инструмент справедливости, — прошипела пони в шляпе, прижимая уши.

Дэш, непонятая, искренне вздохнула и, поиграв еще немного катаной, вонзила ее в цистерну, после чего рванулась на противницу, высекая искры и вспарывая емкость с горючим, немедленно воспламенявшимся. Клинок, пылая, с визгом вырвался из металла, и все хуже уворачивающуюся от атак ЭйДжей раз за разом обдавало этим жаром ярости. Очередной удар вновь отправил ее ослабевшее тело в полет. Пони грузно приземлилась на крышу соседнего вагона, и тут цистерна взорвалась. Из облака огня вылетела Дэш, занося меч, блокированный удар которого, будто та орудовала молотком, вбил задние ноги рыжей кобылы в металл — и только то, что хрупкие природные кости кобылы давно были заменены на эндоскелет из углеродистой стали, позволило им выдержать подобное обращение. Выпады радужногривой учащались, ноги Эйджей нестерпимо ныли, вновь и вновь пронзаемые болью от поглощаемой через табуретку энергии атак – и хорошо, что это были не зубы. Нанеся еще пару ни к чему не обязывающих, ведь Эйджей и так едва шевелилась, ударов, Дэш вдруг убрала меч в ножны, сместившиеся по специальной рельсе с ее спины на бок. Затуманенный разум ковпони не придумал ничего лучше, чем воспользоваться странным, однако выгодным ей действием противницы, но та лишь победно хохотнула, нажимая на спусковую скобу, прячущуюся под горловиной ножен. Красная катана сама по себе пулей вылетела из них, и Эпплджек, оружие которой летело к Дэш совсем с другой стороны, ничего не могла поделать, когда острый металл отсек ей обе ноги с одного бока, снимая заодно и шкуру с торса.

Все замедлилось, и пони, падая на спину, подивилась тому, как плавно, словно по течению вечной реки Леты, плывут в воздухе конечности, только что принадлежавшие ей, и даже поняла, в чем смысл жизни — правда, падение слегка отрезвило ее от шока, и она, сколь ни пыталась, не вспомнила его. Впрочем, жить ей, видать, оставалось недолго – на Зеленых Лугах снова расскажут.

Кобыла, однако, довольно резво вскочила на последнюю из задних конечностей, умудряясь балансировать. Дэш лишь медленно подходила, будто прогуливаясь по парку Кольтского, держа катану на плече. Сердце гулко отбивало чечетку, глаз застилала пелена. Вскоре расстояние сократилось до контактного, и недопегаска стала наносить редкие ленивые удары, тесня вяло отбивающуюся и прыгающую на одной ноге ЭйДжей назад. Только сейчас она подумала, что все это время они смещались к хвосту поезда, и это спасло кобылу, когда со следующим шагом назад, сделанным уже в пустоту, она сообразила и успела ухватиться передним копытом за край вагона. Табуретка улетела на оставляемые позади рельсы. Пони невольно захотелось поправить шляпу, но для этого не хватало лишней конечности, да и шляпы, как она только заметила, уже не наблюдалось.

 — Вот что происходит, когда ты приносишь «инструмент» для боя на МЕЧАХ, — провозгласила Дэш, демонстрируя ЭйДжей в десяти сантиметрах от ее носа острие окровавленной катаны. Затем занесла оружие над головой. – Вот и все.

Перед тем, как закрыть глаза, принимая свою участь и прося у богинь прощения за грехи (тем более, что в затуманенном взоре уже разгорался белоснежный свет), ЭйДжей успела подивиться, почему Дэш не сказала ничего такого по поводу того, что они, в конце концов, действительно были подругами. Все эти приключения, что связывали их... многократное спасение Эквестрии... посиделки на Пинкиных вечеринках и пикниках... поваляшки в сене, в конце концов. Но подивилась лишь слегка – это было уже не важно.

Яркий свет резко заполнил все пространство, видимое под тяжелыми веками. Донесся негромкий хохот Дэш.

 — Везет тебе, сучка.

Она все еще тут или кто-то прикончил заодно и голубую сволочь?

Эпплджек нехотя разлепила глаза. Кто-то палил электропулями по ее противнице. Она повернула голову в сторону звука: по грунтовой дороге рядом с поездом, который, как оказалось, только что покинул туннель и несся меж песчаных скал, мчалась тяжелая бронеповозка с пулеметчиком наверху. Приглядевшись, она узнала в нем сталлионградца Леху, оператора, который давал ей указания по ПипБаку.

 — Заждалась небось? – бросил он ей, перекрикивая зычным голосом рокот своей пушки, который внезапно оборвался по иссякании патронной ленты.

ЭйДжей, слабо улыбнувшись, перевела взгляд на все так же невредимую Дэш, щеголяющую катаной, которой отразила все снаряды. Послышался знакомый шум, и над ней завис клятый коптер, вновь спустивший эвакотрос. Бывшая пегаска, пользуясь паузой в пальбе врагов, стояла в ожидании удобного подлета транспорта и смотрела с прищуром на ковпони, закинувшую, наконец, и вторую из оставшихся ног на вагон. Ничего не сказав, она подпрыгнула и ухватилась за копытоять троса, после чего винты коптера с гудением наклонились, и он пошел в облет скалы.

Леха, предпочитавший, правда, чтоб его звали Алексом, с ворчанием наклонился во чрево броневика и извлек на свет умный гранатомет. Система наводки зацепилась за электронное нутро птички, и он надавил на спуск:

 — Счастливого пути!

Однако радость его прервал фонтан «вспышек», которые выпустил коптер. Снаряд такой наглости не потерпел и взорвался в компании ярких фейерверков противоракетной защиты. ЭйДжей, чуть приподнявшись на онемевших конечностях, все еще сохраняла сознание, не в силах пропустить исход операции, пусть и давно проваленной.

Леха оперативно перезарядил базуку и уже вновь поймал вертушку в электронный прицел, как вдруг между ним и целью оказалась скала, за которой скрылись враги.

 — Мазафака, — смачно выплюнул сталлионградец, уже довольно хорошо болтающий на общеэквестрийском, но особенно тащившийся от здешних ругательств.

Эпплджек, поскребя копытами в побагровевших носках по крыше вагона, улеглась наконец всем телом на его теплую и скользкую от крови поверхность, позволяя сознанию медленно уплывать в неведомые дали и предаваясь спасительному забвению.

Увы, всему не суждено было закончиться так просто, как хотелось бы.