Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 1 — Первое пришествие Глава 3 — Нетипично

Глава 2 — Графиня

— Но в то время у нас вечеринка! Мы обязаны там выступить! — Винил пыталась вбить подруге всю важность предстоящей тусовки.

— Винил, меня попросила Селестия. Я не могу отказать принцессе, просто не могу! — Октавия продолжала стоять на своём, ведь сама правительница Эквестрии попросила её о чём-то. Тем более, выступать на таких мероприятиях и было её работой, хорошо оплачиваемой работой. — К нам в город приезжает Графиня, Винил. Прости, но я должна.

— Отлично! То есть, мне теперь самой справляться? — кобылка была возмущена таким ответом подруги.

Октавия не хотела обидеть любимую, потому пошла на отчаянный шаг. Винил уже давно просила об этом, но виолончелистка, пытаясь сохранить остатки гордости, всегда отказывала.

— Винил, — перейдя на шепот, Октавия чуть подвинулась к любимой. — Я помню, как ты часто просила меня об… — замешкавшись, виолончелистка перевела взгляд на собеседницу. «Ты должна догадаться. Я даже не хочу произносить это».

По лицу Винил расползлась ухмылка. Обида моментально испарилась, осталось лишь предвкушение дальнейших слов, которых в итоге и не последовало.

— Я просила тебя о чём? — зная, что Октавия никогда не скажет подобное, Винил поддразнивала её.

— Сама знаешь! И нечего язвить! — наигранно впав в ярость, вскрикнула виолончелистка.

Винил в ответ лишь довольно рассмеялась.

— Тебе ведь тогда понравилось, не так ли?

— Ничего подобного! — Октавия врала, при этом актёрская игра была никакая.

— Ну да, и те стоны мне всего лишь послышались, — растянувшись на стуле и чувствуя победу, Винил отпила коктейля.

— Говори тише, прошу. Мы здесь не одни, — смущённо буркнула Октавия.

— Ну не расстраивайся. Ты будешь вспоминать ту ночь всю жизнь, даю слово! — Винил была готова устроить «ту ночь» прямо сейчас, лишь бы затащить Октавию на второй этаж кафе, где Лира разрешила им вести себя как дома.

«Это будет унизительно, но, с другой стороны, я смогу без зазрения совести выступить на концерте».

Послышались шаги. Несмотря на то, что в кафе не было пусто, никто не шумел, и практически всё время в заведении была тишина.

— Хей, девочки! Не хотите познакомиться с нашей гостьей? — к столику подошла Лира, подведя незнакомую пони.

— Не припомню, чтобы ты всегда заводила знакомство с каждой зашедшей в кафе кобылкой, — Винил, как всегда, думала о пошлом, не оставляя места нормальному общению.

Октавия уже забыла, когда её любимая хоть день обходилась в разговорах без намёков на секс. Любая неосторожная фраза может стать причиной для долговременного дружеского стёба, какой Винил обожала. Но, если так подумать, в остальном диджей осталась такой же, какой виолончелистка встретила её несколько лет назад. Хотя, с того времени жизни кобылок невероятно изменились. Подумать только, ещё год назад они жили в Мэйнхеттене и были самыми обычными пони, если можно так сказать. Сейчас же они прославились на всю Эквестрию, свершив долгожданную «благозвучную революцию», и каждая из подруг занималась своим любимым делом — музыкой.

— А эта кобылка совершенно не так проста, как может показаться! Она человек! — выдав эту фразу, Лира победно поглядела на подруг.

Всерьёз увлекшись антропологией после переезда в Понивилль, пони в свободное от работы время всерьёз зачитывалась книгами о мифических существах — людях. Ох, как же подолгу она могла засиживаться у Твайлайт в библиотеке, съедая глазами увлекательные исследования, сделанные такими же как она, выписывая что-то для себя. К сожалению или к счастью, никто не воспринимал исследования и заинтересованности Лиры всерьёз, считая её фанатичкой, что было вроде и верно, а вроде бы и грубовато.

— Ага, очень похожа на человека. Как же я сразу не заметила? — диджей залилась смехом, что немного смутило незнакомку.

— Хватит тебе, Винил. Быть может, Лира и правда как-то продвинулась в своих исследованиях, — Октавия не могла дать подруге дать испортить знакомство с пони. — Здравствуй, — обратилась она к незнакомке.

— Привет! Я кстати, правда человек, — пересиливая скованность, кобылка заговорила.

— На счёт человека не знаю, — Винил внимательно рассматривала гостью. — А то, что ты являешься аликорном — это факт, — протянув фразу, пони продолжила разглядывать крылья и рог пони.

«Боже, Винил, где твои манеры? Я же учила тебя, что не надо излишне рассматривать незнакомцев — это не культурно!» — залившись краской за поведение своей подруги, Октавия пыталась держать диалог. — Если ты человек, что ты делаешь здесь? — наконец придумала хороший вопрос виолончелистка.

— Это долгая история. Но если в паре слов, то… — кобылка не успела договорить.

— Она заснула в мире людей и проснулась здесь аликорном. Я ведь права? — Лира грубо перебила рассказ аликорна, но, видимо, изложила всю суть истории.

— В общем-то, всё было именно так. Слушайте, никто из вас не знает, как мне вернуться в свой мир?

Переглянувшись, все трое лишь закачали головами. Никто из них не знал, как отправить эту пони к себе домой.

«Думаю, Твайлайт сможет ей помочь. А почему нет?» — подумав об ученице Селестии, как о шансе для Зенет, Октавия заговорила. — Хоть к нам раньше никогда не заглядывали гости из другого мира, я определённо знаю, кто тебе может помочь, — высказавшись, кобылка уловила движение в окне. Переведя взгляд на происходящее по ту сторону стекла, пони изрядно удивилась. К кафе бежала Твайлайт с подругами, рядом с ними была принцесса. — Эй, поглядите-ка сюда, — Октавия только хотела подозвать всех к окну, но сейчас это было уже ни к чему. К тому моменту бегущие пони уже достигли входа и отварили дверь.

Войдя в кафе, Селестия заставила вздрогнуть многих посетителей, которые мгновенно приклонились перед своей принцессой. По виду аликорна не было понятно, спокойна она или негодует, но ведь не просто так она сюда пришла. На несколько мгновений в воздухе повисла тишина, которую нарушила Флаттершай.

— Эта она, принцесса! — указав на незнакомку пони, стоящую рядом с Лирой, пегас растворилась в толпе. Та кобылка, на которую указала Флаттершай, имела светло-серую шерстку, грива и хвост были уложены и имели зелёно-желтый окрас, на спине в сложенном виде виднелись большие крылья, из головы рос рог.

Наконец, все присутствующие пони вернулись на свои места, Октавия же не могла не поздороваться с Твайлайт, с которой уже не виделась около месяца. Тем более, следовало узнать, по какому случаю за гостьей из другого мира началась такая охота. Конечно, рано было что-то утверждать, но, кажется, пришли именно за Зенет.

— Привет, Твайлайт! Давно не виделись, как поживаешь? И что здесь делает принцесса? — как всегда, спокойно и изысканно протянула виолончелистка, глазея на происходящее.

— Здравствуй, Тави. Вроде нормально всё, если не учитывать, что в Эквестрии из неоткуда появился новый аликорн. Как только я узнала о ней, я сразу же доложила принцессе Селестии, и она захотела пойти с нами, — единорог была напряжена, ведь случилось что-то посерьёзней нападения монтикора, и она была явно не готова к этому.

Октавия уже привыкла, что многие её хорошие знакомые называют её Тави, как когда-то делала только Винил. С Твайлайт и её друзьями, приезжие из Мэйнхеттена кобылки очень сблизились. Лира частенько засиживалась дома у Твайлайт за книгами, Пинки Пай всегда была готова помочь Винил с проведением вечеринок, когда Октавия была занята, как и в это раз.

«Как же я не додумалась предложить ей помощь Пинки? Теперь я… Ох, это будет самой позорной ночью в моей жизни».

— Винил, Октавия, вы знаете, что здесь происходит, и кто этот аликорн? — Cелестия прервала размышления виолончелистки. — Как тебя зовут? — обратилась она к незнакомке.

— Я — Зенет Сурров. А вы что, здешняя принцесса? Прикольно. Кстати, вы тоже аликорн, — кобылка говорила с некой натянутостью, но всё же пыталась скрыть её.

— Хватит разговоров! Почему ты аликорн? И как ты смеешь так разговаривать так с принцессой? — Твайлайт взорвалась от напряжения, выплеснув всё на Зенет.

— Твайлайт! Ни к чему так грубо, — Селестия резко оборвала порыв ученицы. «Зенет необычная кобылка. Быть может, в ней скрыта какая-то тайная сила. Нельзя допустить, чтобы она плохо располагала к нам: это может обернуться бедой».

В кафе было тихо, до ужаса тихо. Все пони о чём-то думали и ждали, когда или Зенет или Селестия выронят слово. Юный аликорн стояла в раздумьях, время от времени поглядывая на принцессу, и всё же решилась продолжить разговор. Несмотря на происходящее, она пыталась выйти из ситуации и повернуть разговор в нормальное русло.

— Кхм… принцесса? Знаете ли вы, как уйти из вашего мира? — кобылка, кажется хотела вернуться в мир людей, несмотря даже на свою огромную силу здесь.

И вновь тишина. Теперь Селестия думала и рассуждала.

— Уйти из нашего мира? Я не совсем понимаю. «То зеркало хранится в замке, она бы ни за что не смогла бы пройти через него и обойти всю стражу. Тем более, Флаттершай заметила её неподалёку от своего дома ещё утром. Как же эта пони попала в Эквестрию?» — принцесса просто не могла понять причину возникновения Зенет, если это было не зеркало, стоящее в замке. — Возможно, я знаю способ. Но для начала объясни, как ты сюда попала? И откуда ты пришла к нам?

Слегка задумавшись, в очередной раз посеяв тишину, Зенет всё же продолжила разговор.

— Я попала сюда, заснув. А вообще живу я в мире людей. Думаю, у вас мы являемся мифом или чем-то подобным, но клянусь, я самая настоящая девушка… в своём измерении. И кстати, если вам это как-то поможет, то мне уже не в первой оказываться где-либо в своих грёзах. Просто до сегодняшнего дня я считала всё это снами, теперь же, кажется, осознаю, насколько ошибалась.

— Человек? Что ж, если ты не проходила через какой-либо портал перед тем, как оказалась здесь, то я понятия не имею, как помочь тебе, — задумавшись, Селестия представляла, насколько нереально происходящее. Множество мыслей путалось в голове принцессы, и не одна из них не могла помочь Зенет вернутся домой. Селестия уже была полностью погружена в свои мысли, как внезапно услышала возню и крики.

Зенет лежала на полу, вокруг неё столпились все посетители кафе, и все хотели было помочь, но никто не имел понятия, что случилось с кобылкой. Селестия, невольно пропустив это мимо себя, снова погрузилась в раздумья.

— Что… со мной? Силы… уходят, — вздохи Зенет были еле слышны во всей этой суматохе.

— Принцесса! Спасите её! — Флаттершай пыталась достучаться до принцессы, но усилия её были тщетны.

Дыхание Зенет становилось всё медленнее, пока после очередного выдоха пони не утихла. Кажется, она была мертва. Все вокруг замерли.

— Вызовите скорую, — донесся мужской крик из задней части толпы, разбудив всех наблюдающих за бездыханным телом.

Пони, не теряя времени, послушались и уже через минуту телефон Понивилльской больницы разрывался от звонков. Скорая прибыла почти мгновенно и, погрузив туда не то больную, не то уже мёртвую Зенет, поднимая пыль, скрылась. Твайлайт с подругами направилась вслед, Селестия тоже пошла, хоть и всё ещё утопала в своих мыслях.

«Эта Зенет Сурров… кто она?» — поддавшись воспоминаниям о прошлом, принцесса медленно плелась за идущей перед ней Эпплджек. «О, Луна, как же я скучаю», — чувствуя связь Зенет с Сансет и сестрой, Селестия была готова на всё, лишь бы вернуть эту пони к жизни, но вида не показывала и с каменным лицом шла вперёд.

Больница была уже у самых копыт. Подойдя к регистратуре, Рэйнбоу хотела узнать палату, где лежит Зенет.

— Простите, но к мисс Сурров у вас сейчас доступа нет, — решительно отказав в приёме, старая кобыла удобно расположилась в кресле. Флаттершай неодобрительно посмотрела на неё, но ничего не сказала.

— А если я попрошу? — к окошку подошла Селестия. На лице аликорна появилась ехидная улыбка.

— П-принцесса? Ну, что ж, раз так… конечно, вы можете пройти, — пони опешила и, заикаясь, назвала палату, где сейчас находится кобылка.

— Успокойтесь. Если сейчас мы не можем к ней прийти, тогда придётся подождать. Когда можно будет увидеть Зенет?

— Кхм… не раньше завтрашнего полудня, принцесса, — кобыла нервничала — не каждый день к ним в больницу приходит Селестия.

— Ну, в таком случае нам стоит идти, не так ли? — Винил торопилась, всё время куда-то поглядывая. «Как бы не была плоха ситуация у Зенет, не провести завтра вечеринку я просто не могу. Раз уж Октавию я разжалобила на одну из самых весёлых ночей в моей жизни, теперь можно спокойно попросить помощи у Пинки. О, Селестия, хоть бы она не отказала», — переминаясь с копыта на копыта, диджей то и дело смотрела на время. Если Пинки согласится помочь, нужно будет ещё познакомить её со своим новым оборудованием, привезённым одним знакомым Октавии из Троттингема.

— Думаю, да, — Лира была расстроена, что не сможет сейчас увидеть Зенет, ведь у неё осталось столько вопросов к таинственному аликорну, столько всего ещё было неизвестно о мире людей. Хотя, сейчас кобылка наверняка находится в коме, и допросы спящей ни к чему не приведут, разве что к потере рассудка.

— Встречаемся завтра после полудня на этом месте. Идёт? — поинтересовалась Твайлайт, глядя не то на принцессу, не то на своих близких подруг.

— Конечно, — Лира явно была не той, к кому обращались, потому словила опешивший взгляд Твайлайт, но сделала вид, что не заметила.

Пони разошлись по домам. Все были не то чтобы расстроенными, но некое напряжение билось в груди каждой из кобылок. Каждая думала о своём и ни одна не подозревала, как изменится их жизнь в скором будущем.

***Дом Винил и Октавии. Утро***

— Ни разу больше! — протянула Октавия, ощущая жуткую боль в крупе. — Слышишь, Винил? Больше я так унижаться не собираюсь.

Диджей лежала с довольной ухмылкой, ведь та ночь была самой жаркой во всей её жизни. Всё получилось даже лучше, чем она представляла. Утехи продолжались несколько часов и, о боже, это было шикарно. Столько новых поз Винил открыла для себя за это время, столько получила удовольствия, что была заряжена хорошим настроением на день вперёд.

— Неужели тебе не понравилось? — повернув голову к подруге, пропела Винил.

Октавия покраснела от гнева, но, как бы она не старалась, такой вид лишь забавлял. Розовые худые щеки, которые так и хотелось поцеловать, не могли внушить что-либо, кроме умиления.

«Прошло столько лет, а злиться ты так не научилась», — усмехнулась у себя в голове Винил. — Как и тогда, ты мне лжешь! Тебе ведь понравилось — диджей задорно тронула нос виолончелистки.

— Давай не будем об этом, — Октавия покраснела. Было стыдно признавать, что ей достало удовольствие то, что произошло ночью. Это… это было мерзко, но чертовски странно — пробовать что-то новое и ещё неизвестное.

— Думаю, после ещё одного раза ты полюбишь подобное раз и навсегда, — Винил поцеловала любимую в мягкие губы, легко подвинулась ближе и принялась опускаться всё ниже и ниже…

— Винил, мне пора готовиться к выступлению в номере Графини. Прошу тебя, перестань, — время и правда поджимало, но Октавии было тяжело сопротивляться ласкам кобылки. Любимая попросту не слушала просьбы подруги прекратить валять дурака.

Сегодняшний день был довольно важен для Октавии, ведь в Понивилль приезжала сама Графина Колоратура — самая большая поп-певица во всей Эквестрии, и ей для одной из песен нужен был оркестр, в каком и играла Октавия. Конечно, она была не единственной талантливой виолончелисткой в Эквестрии, но почему-то Селестия попросила именно её.

***

— А ты попросила Пинки помочь тебе в сегодняшней вечеринке? — донесся голос из ванной.

— Да, конечно, не беспокойся об этом, — нервно усмехнувшись, Винил принялась копаться в телефоне в поисках номера Пинки. «О, чёрт! Я же совсем забыла про это». Нужно срочно было что-то делать, иначе вечеринка может быть обречена на провал. Винил уважала Пинки и любила миксовать треки вместе с ней. Когда эта розовая кобылка садилась за пульт, она превращалась из непоседы в самую что не наесть спокойную пони и оставалась такой до конца выступления, да и треки у неё получались хорошие. Сейчас, конечно, диджею хотелось всё же выступить вместе с Октавией, ведь всё было рассчитано именно на такой дуэт, но делать было нечего и выбирать не приходилось. — Удачного выступления у Графини! — Винил уже собиралась уходить.

— Спасибо, но удача тут не при чём. Всё дело в мастерстве, — Октавия понимала, что сегодня ей нужно будет хорошо выложиться, но не особо беспокоилась об этом, ведь дала уже не один десяток концертов и не нуждалась ни в везении, ни в чём-либо ещё.

***Позже***

— Что это значит? — Винил негодовала от услышанного.

— Это значит то, что значит. Сегодня вечеринку мы провести не сможем. Прости, Винил, но у нас обстоятельства, — мэр была непреклонна.

— То есть, моя помощь не требуется? — Пинки стояла позади диджея.

— Кажется, нет. Прости, что отвлекла, — Винил была расстроена происходящим, но поделать ничего не могла. «Что ж, зато в следующий раз мы сможем выступить вместе с Октавией».

— Ну, тогда я пойду, — Пинки, с не уходящей с лица улыбкой, только двинулась в сторону дома Твайлайт, как внезапно обернулась. — Чуть не забыла спросить: ты сегодня идешь к Зенет?

— О, да, конечно.

— Тогда увидимся там! Пока!

Винил ничего не оставалось делать, как тоже развернуться и уйти. Теперь она вполне могла попасть на выступление Графини, но от этого легче не было, ведь она надеялась на то, что вечеринка, запланированная ещё давно, не сорвётся из-за каких-то там «обстоятельств».

***

— Но какого сена, Свен? Я не собираюсь оставаться в Понивилле! Это… деревня. После выступления я еду в Мэйнхэттен, и точка! — Колоратура была растеряна и недовольна новостью.

— В таком случае, я больше не твой менеджер, дорогуша. Кажется, ты стала забывать, кто сделал тебя той, кем ты являешься сейчас!

Колоратура думала. Свен была прав: он помог ей, сильно помог. Но, чёрт побери, он всего лишь менеджер, коих во всей Эквестрии ещё не мало!

— Иди к чёрту! Больше ты со мной не работаешь! — подняв со столика стакан с пуншем, Колоратура разгневанно выплеснула его содержимое жеребцу в лицо, дав понять, что тому пора пойти к чёрту.

«Ну уж нет, Колоратура. Ты нужна мне, так просто ты не уйдешь».

Внезапно в голове певицы начали раздаваться голоса… ангельской красоты голоса, даже лучше, чем её собственный. Они напевали какую-то не то песню, не то мелодию, и были поистине прекрасны. В мотиве было что-то гипнотизирующее, расслабляющее. С каждой секундой разум Колоратуры растворялся в прекрасной песне, которая в итоге резко пропала. Почувствовав некую путаницу в голове, кобылка внезапно поняла, что ей ужасно захотелось остаться в Понивилле, и она никак не могла перебороть это жгучее желание.

— Скоро твой выход. Поторопись, — голос Свена звучал как-то не так, но Колоратура списала это на какое-то нарушение слуха, вызванное тем странным явлением, произошедшем мгновенье назад.

«О, Селестия! Он прав. Нужно идти», — в голове была путаница, Колоратура явно была не в себе.

Выйдя на сцену, певица не была удивлена. Сотни фанатов: всё, как всегда. Все шумят, гудят, всюду горят телефоны и видеокамеры. Ну что же, пора начинать. Сев за фортепиано, Колоратура сразу почувствовала себя в своей тарелке. Копытца будто сами начали играть, певица же, ощутив необычайный прилив энергии и решимости, приступила к песне. Её игру на фортепиано сопровождал оркестр, собранный из лучших музыкантов со всей Эквестрии. Всё проходило идеально — фанаты бурно аплодировали, то и дело в знак уважения зажигались рога единорогов. Музыка была отличным лекарством и могла творить такие чудеса, какие не были доступны самым лучшим лекарствам. После выступления, в трейлер Колоратуры, постучавшись, зашла кобылка, которая была виолончелисткой в оркестре.

Октавия Мелоди, не так ли? — кобылке было приятно познакомится с талантливой личностью. Музыка Октавии всегда вдохновляли её и, возможно, части всех успехов Колоратуры не было бы без этой замечательной земной пони.

— О, вы меня знаете? — Октавия залилась краской. Сама Графиня, популярнейшая поп-певица всего государства, знала о ней.

— Прошу, давай перейдём на «ты», — сев в мягкое кресло, Колоратура выдохнула. Всё же, выступления выматывали её, как не глянь. — Что привело тебя сюда?

«Главное — всё не испортить!» — несмотря на радушный приём, Октавия нервничала. — Я-я… просто хотела поближе познакомиться с тобой, пока ты ещё не уехала из Понивилля, — пони выглядела сдержанной, хотя на самом деле была готова визжать от счастья.

— Кажется, я остаюсь здесь, — Колоратура и сама вроде бы была не уверена в том, что говорит. — Мне вдруг захотелось… кхм… остановиться у вас.

Теперь уж Октавия не смогла сдержать себя и, взвизгнув, подпрыгнула на полу. Звонок прервал её порыв радости.

Входящий вызов: Винил

Приготовившись к диалогу, Октавия ответила.

— Что те…

— Срочно иди к больнице! Не задавай вопросов, потом объясню!

— Но я занята, — Октавия не хотела откладывать знакомство с Графиней на дно кружки, но с другой стороны, сейчас она была нужна, хоть и одной Селестии известно, зачем. — Буду через несколько минут, — пересилив себя, виолончелистка с грустью посмотрела в сторону певицы. «Раз уж ты остаешься здесь, думаю, время познакомиться у нас ещё будет. Жаль, что это время — не сейчас», — как бы не хотелось кобылке проигнорировать звонок Винил, сделать она этого не могла. — Прости, я срочно нужна. Увидимся позже! — Октавия галопом направилась на место назначения.

День был хорош для медленных и спокойных прогулок, но та скорость, с которой бежала кобылка, таковой назвать было нельзя. Зачем она срочно понадобилась в больнице? Может, что-то случилось с Зенет?

«Но какого сена это должно затрагивать меня?» — виолончелистка не была напугана, и вообще, самой отрицательной мыслью в её голове на данный момент являлась та, что она упустили такую хорошую возможность познакомиться с Колоратурой. «Пропади всё пропадом, если это не дело смертельной важности!»

Больница была уже не за горами, и Октавия преодолевала последние метры чуть ли не ползя. Всё же, став на пост виолончелистки в королевском оркестре, она совершенно запустила себя. Та ранняя пробежка, какая раньше, ещё год назад, являлась ежедневной, теперь проводилась не больше раза в неделю-две. Серьёзно задумавшись о том, что пора уж быть строже к себе любимой в плане спорта, виолончелистка доковыляла до больницы. Не увидев никого ни на улице, ни в здании, Октавия была готова взорваться. Неужели Винил её разыграла?

Исходящий вызов: Винил

— Октавия? Ты чего звонишь?

— Ты сказала срочно прийти к больнице, и вот я тут. А ты сама, собственно, где? — спросила виолончелистка, разглядывая плакаты на стенах больницы и тяжело дыша.

— Мы идём. Хей, я вижу тебя. Обернись! — после этих слов Винил бросила трубку.

«Мы?»

Оглянувшись, Октавия и правда увидела движущихся к ней навстречу пони. Если быстро окинуть тех, кто там был, то все те же, что и вчера. Группа шла не спеша, что злило кобылку, прилетевшую сюда так быстро, как только можно было. Наконец, пони подошли к виолончелистке.

— Какого сена ты сказала мне мчаться сюда, а сама еле крупом шевелишь?

— Ну… я не думала, что ты придёшь так быстро, — Винил покраснела, не зная, что сказать. — Тем более, пробежка лишней не будет, так ведь?

— О боже, Винил. Ты просто… аргх. Ну и зачем мы сюда пришли? — Октавию ничуть не смущало присутствие Селестии, и в доказательство к этому она перешла на полукрик.

— Зенет очнулась! — кажется, Лира была рада гостье из другого мира больше всех: её глаза светились от счастья, и ей не терпелось провести беседу с аликорном, дабы продвинуться в своих антропологических исследованиях.

— Кхм… может, всё же зайдём в больницу? — принцесса, как и вчера, вела себя странно. Она была не то чем-то напугана, не то просто взволнованна. Верно было бы предположить, что она сейчас размышляла о Зенет.

В помещении было пустынно, народу не было совсем. Не было даже регистратора на своём посту. Где-то без толку шумел кондиционер.

— Кажется, нам придется самим искать Зенет. Никто не запомнил номер её палаты? — поинтересовалась Селестия, на что получила ответ от своей ученицы.

— Знаете, принцесса, вам было совершенно не нужно было идти с нами. Мы бы и сами встретили и позаботились о ней.

— Я заберу её в Кантерлот, Твайлайт, — Селестия двинулась к лестнице, ведущей на второй и третий этажи. Поднимаясь на третий этаж, группа пони услышала громкое для больницы приветствие. Обернувшись, они увидели, что это была та самая, кого они и искали. Пони направились к аликорну.

— О, Зенет, здравствуй, — легко выдохнула принцесса. — Нам позвонили, сказав, что ты очнулась. Что с тобой было?

— Я… я не знаю. Может быть, мне нельзя находиться в этом мире больше ограниченного промежутка времени? Вчера, упав в обморок, я моментально проснулась в своём мире, — по Зенет было видно, что говорила она открыто и, судя по всему, ни капли не лгала. Да и ни к чему ей это.

— Ну, что ж… Ты хорошо себя чувствуешь?

— О, всё хорошо. Не беспокойтесь, принцесса… Правда, я немного проголодалась, — слегка задумавшись, протянула Зенет.

— В таком случае, давай скорее отправимся в кафе, — немедля, Селестия обернулась к одной из пони. — Лира, можем ли поесть в одном из твоих…

— Оу, да, конечно, — поняв принцессу с полуслова, Лира решительно ответила согласием.

Двинувшись в путь, Зенет слегка обогнала остальных. Оглядывая улицу, молодая кобылка шла впереди.

«Это мой шанс», — с этой мыслью Октавия подалась вперёд, ближе к Селестии. — Принцесса, так зачем вы меня сюда позвали? — виолончелистка говорила шёпотом, дабы не потревожить идущую в пару метрах от неё Зенет.

— Так надо, Октавия. Ты, да и другие тоже, должны хорошо узнать Зенет.

— Узнать? Но для чего? Да и вообще, кажется у Зенет всё в порядке с посещением нашего мира, мы ещё успеем изучить её. И почему бы вам не поручить это Твайлайт с подругами? — кобылка была в недоумении. Зачем ей надо было узнавать эту странную пони?

— Слишком много вопросов, Октавия. Ты, как взрослая кобылка, должна сама уметь находить ответы на них, — Селестия не давала нормальных ответов, лишь всё больше запутывая виолончелистку. — Ты сама всё поймешь, рано или поздно, — добавила принцесса.

«Ну вот какого сена я здесь делаю? Ещё и Селестия несёт чушь», — уйдя глубоко в себя, виолончелистка невольно сбавила шаг и уже через пару секунд снова была в толпе пони.

— Пришли! — звук шёл прямо позади Октавии. Тот час же источник звука невежливо пихнул виолончелистку в сторону и вышел вперёд. — Это самое популярное кафе из всех открытых мной и Бон Бон, — Лира ничуть не нервничала: напротив, она была в самой что не наесть своей тарелке, даже не обращая внимание на общее напряжение, взявшееся из неоткуда.

Перекусив, пони выдвинулись в дальнейший путь — они просто шли, не думая куда и зачем. Большую часть пути впереди находилась Селестия и, можно сказать, направляла остальных за собой, потому никто не удивился, когда они вышли к запряжённой небесной колеснице.

— Как насчёт того, чтобы немного пожить в королевском замке, Зенет? — принцесса улыбнулась. Казалось, что это именно то, чего она ждала весь день.

— Эмм, правда что ли? — после этой фразы, стоящая невдалеке Твайлайт чуть ли не взвыла. Кажется, не только Селестия вела себя не так, как подобает. Зенет заметила это и восприняла как знак, что с этим аликорном стоит разговаривать вежливее. — Конечно, принцесса. Благодарю, — поправив саму себя, кобылка потупила взгляд в землю, не зная, что ещё сказать.

Сев в колесницу, двое аликорнов поднялись в воздух и с каждой секундой удалялись всё дальше.

— Не нравится мне эта Зенет, — заявила Твайлайт, когда принцесса, сидевшая в колеснице, была уже на приличном расстоянии. — Она что-то скрывает. Она не просто так сюда пришла.

— Твайлайт, прошу, уймись! Зенет — самый обычный… аликорн! — притопнув копытом, запротестовала Флаттершай, вызвав одобрение со стороны небольшой толпы.

— Не может быть каждая пришедшая в Эквестрию пони самым обычным аликорном, — единорог продолжала стоять на своём.

— Ни к чему волноваться, Твайли. У принцессы есть вы, ну и, если что, мы с Октавией тоже к вашим услугам. Если эта Зенет хоть краем копыта навредит Селестии, мы все будем тут как тут!

— Спасибо, Винил. Мне уже легче, — звучало неубедительно, но этого хватило. «Я буду следить за тобой, Зенет Сурров. Одно неверное движение, и я уничтожу тебя! Не знаю, что ты хочешь сделать с принцессой, но я в любом случае не дам этому произойти».

...