S03E05
Викинг Посетитель

Тем временем... (Часть 3)

Тем временем…

За последние два месяца жизнь Понивилля особо не изменилась. Продавцы продолжали нахваливать свой товар на городской площади днем и крепко спать в своих кроватях по ночам. Фермеры работали на полях и изредка посещали город, если им требовалось купить что-то для своих посевов. В целом, лишь две вещи выбивались из привычного уклада.

Во-первых, исчезновение городского библиотекаря, Твайлайт Спаркл. Первое время вопросы "как" и "почему" не утихали целыми днями, но когда Луна сделала публичное заявление, что драгоценная ученица Селестии отправилась за границу для того, чтобы разобраться с некоей новой угрозой, все стало постепенно утихать. Потребовалось меньше недели, чтобы горожане перестали спрашивать Спайка и Элементов о том, как дела у Твайлайт, после того как они осознали, что у тех также нет ответов.

Вторым изменением была постройка того, что Луна нарекла "Цитаделью Гармонии" на холме, прилегающем к городской черте. Учитывая пропажу Твайлайт, столь внезапное нововведение в Понивилле было встречено с опаской. Однако Луна развеяла все тревоги, отметив, что множество угроз впервые проявлялись именно в Понивилле, прежде чем распространиться дальше и что постоянное присутствие гвардейцев должно устранить проблемы еще в зародыше. Поначалу горожане воспринимали подобную необходимость со скепсисом, однако затем они осознали, сколь плодотворно это скажется на бизнесе.

Большинство размещенных в гарнизоне солдат также воспринимали это почти как оплачиваемый отпуск. Смены были коротки и легки, а Понивилль был буквально полон народом, более чем готовым показать свое уважение к пони в униформе. Однако для немногих остальных это назначение было далеко не столь легкомысленным.

Цитадель состояла из четырех каменных стен с мостками и сторожевыми башнями по углам и небольшими вратами, контролирующими вход и выход. Большой внутренний двор занимал изрядную долю пространства крепости, и с него постоянно раздавались окрики тренирующихся и занимающихся муштрой гвардейцев. Рядом с двором располагались казармы, столовая, арсенал, а также склад припасов и снаряжения. В целом, это была как раз та крепость, которую и можно ожидать для небольшого гарнизона.

При всем шуме и гаме, творившимся внутри Цитадели, было легко не заметить небольшое каменное сооружение у северной стены и четверку стражей, которые, казалось, никогда не отлучались со своего поста кроме как во время смены караула. В тайне для всех кроме самих себя, они были из Солнечной Гвардии Селестии, и перед ними стояла задача, являвшаяся истинной причиной возведения этой крепости.

Внутри каменного сооружения находилось еще четыре стража, каждый из которых являлся опытным боевым магом, стоявшие по периметру того, что выглядело как массивный куб абсолютно черного камня. В отличие от гвардейцев снаружи, обозревавших окрестности и отлавливавших нарушителей, эти не отрывали взгляда от черного куба, выискивая любые признаки движения или изменений.

И за последние два месяца никаких изменений не было. По крайней мере, таких, какие им бы удалось засечь. Куб не был монолитным: внутри располагалась небольшая комната, а в этой комнате находился Дискорд. И когда Дискорд абсолютно удостоверился, что никто за ним не наблюдал напрямую, он улыбнулся.

Ах, люди, столь быстры в своих суждениях. Столь быстры в своих действиях.

Разум Дискорда вернулся к первым часам пребывания Твайлайт на Земле, к тому критическому моменту, когда люди могли как дать ей шанс, так и нет. Суровый человек хотел получить решение возникшей проблемы. Злобный человек хотел каталогизировать проблему, словно вскрытую лягушку. Пожилой же человек… пожилой человек был тем, кто дал Дискорду то, что тому требовалось. Он едва успел прикоснуться к его разуму, заменив уверенность на любопытство, а подозрение – доверием, когда произошло событие, ставшее сюрпризом для него: старик был готов дать Твайлайт шанс.

Подобное развитие событий приятно удивило Дискорда, что нечасто случалось за последнее тысячелетие. И потому он попросту дистанцировался от этой маленькой сцены, удовлетворившись простым наблюдением за тем, как маленький табун Твайлайт постепенно становился все больше и больше благодаря ее усилиям. Затем неунывающий человек умудрился погибнуть и едва не сорвать весь план, и Дискорду пришлось вмешаться вновь.

Однако дальнейшие попытки помочь Твайлайт пришлось свернуть, когда злобный человек изобрел свою маленькую машину, способную обнаруживать магию. Видеть происходящие на Земле события, оставаясь при этом скрытым для всех, было детской игрой для Дискорда, но прямое вмешательство мгновенно выявило бы его присутствие, или, по меньшей мере, вызвало бы подозрения.

К слову о подозрениях… – улыбка Дискорда увяла, когда он почувствовал приближение Селестии. Она так ни разу и не заходила с самого начала. Несложно догадаться, почему сейчас она решила все-таки прийти. Неужели мое маленькое вмешательство сделало тебя настолько сентиментальной, Селестия?

Каменная стена перед его троном отворилась, явив взору белого аликорна во всей ее ужасающей славе. Сделав несколько шагов внутрь темницы, она остановилась и посмотрела на Дискорда самым холодным взглядом из всех, что тому когда-либо доводилось испытывать.

– Ваше Высочество, я вынужден протестовать! Вам не стоит столь сильно приближаться к нему! Вам вообще не стоит здесь на… – прокричал один из единорогов-гвардейцев столь громко, как только смел, однако его обеспокоенность резко оборвалась, когда каменная стена позади Селестии вновь затворилась.

– Приветствую в моем скромном жилище, Селестия, – учтиво поприветствовал ее Дискорд с зубастой улыбкой. – Увы, у меня нет возможности проявить настоящее гостеприимство, но я сделаю, что смогу, – в тот же миг перед ним из воздуха появилась чашка с чайником, и небольшой поток дымящейся паром жидкости наполнил первую, хотя сам чайник при этом не сдвинулся ни на миллиметр. – Никогда не доводилось пить чай с бергамотом? Одна моя подруга очень рекомендовала его, хотя она никогда не признает, что мы были близки, – на его лице опять появилась все та же зубастая улыбка, и чашка полетела к аликорну.

– Верни ее обратно, – приказала Селестия, и чашка с чаем метнулась обратно в Дискорда, словно стрела.

Дискорд же и глазом не моргнул, когда обжигающе-горячий чай полетел в его направлении. В дюйме от его лица открылся портал, который рассеялся, как только чашка исчезла в нем.

– Боюсь, я не могу этого сделать, моя дорогая. Ее миссия все еще не завершена, – нараспев ответил он, исключительно с целью завести собеседницу. Ему это удалось.

– Верни. Ее. Обратно.

– Ну и ну, кто-то начинает сердиться! – вновь оскалился Дискорд. – И вообще, не то чтобы ты не делала ровно то же самое со своей драгоценной Твайлайт, когда это служило твоим целям.

– Ты отослал ее прочь, чтобы предотвратить использование Элементов! – заявила Селестия с абсолютной уверенностью. – И без нее ты не можешь быть вновь заключен в…

– Если бы моей целью была нейтрализация Элементов, я бы попросту убил ее или превратил в камень, как кое-кто присутствующий, – перебил ее Дискорд, прежде чем перевести взгляд на что-то другое и задумчиво почесать подбородок. – К слову, помню я одну поняшку, которая занималась этим постоянно. Как же ее звали?

ДИСКОРД, – сорвалась Селестия и стукнула копытом о пол, подчеркивая свои слова. Черный камень пошел трещинами в том месте, куда пришелся удар. – Я никогда не делала ничего столь жестокого, как тот вред, что ты причинил Твайлайт. И я никогда бы не стала!

– Я вижу, как твой рот раскрывается и закрывается, но все, что я слышу – это "Я лицемер!" – ядовито заметил дух хаоса голосом самой Селестии, но затем вздохнул и махнул рукой. – Ты действительно собираешься отрицать, что изгнала Твайлайт из той обстановки, в которой она чувствовала себя в безопасности, для того, чтобы та нашла себе союзников против врага, слишком могущественного для тебя? – выждав пару мгновений, чтобы смысл его слов дошел до собеседницы, он продолжил: – Я дам подсказку: Празднование Дня Солнца.

Едва сдерживаемая ярость Селестии заметно угасла, когда она поняла, к чему он клонит.

– Но Твайлайт нуждалась в друзьях! Ей не стоило проводить столько времени в библиотеке!

– М-м-м-да, она действительно нуждалась в друзьях, спору нет, – сузил глаза Дискорд. – А что насчет всех остальных одиноких пони в этом мире? Лично я не вижу, чтобы ты из кожи вон лезла, пытаясь поместить их всех в дружескую обстановку. О, ты можешь сказать, что это было для ее же собственного блага, но как ни крути, ты отправила Твайлайт спасти Эквестрию от своей дражайшей сестры.

– И… ты отослал ее по той же причине? Невозможно! Элементы способны одолеть любую угрозу Эквестрии!

Ответом Дискорда был фыркающий смех.

– Неужели мне надо напомнить тебе об их слабости? Они привязаны к шести кобылам, обладающими ими. Мне казалось, я весьма доходчиво указал на опасность утери Носителей Элементов, когда впервые вырвался на свободу. Впрочем, тогда я не ожидал, что вы с Твайлайт окажетесь настолько находчивыми. В конце концов, у тебя было более тысячи лет с тех пор, как я впервые применил свои силы, и особого прогресса не наблюдается до сих пор!

Он хотел было издевательски захохотать, но увидев выражение лица Селестии, передумал.

– На случай если ты забыла, я также был достаточно добр, чтобы не убить их.

– Носители гораздо более сильны и находчивы, чем тебе кажется, – прорычала сквозь крепко стиснутые зубы его собеседница.

– Соглашусь, – пожал плечами Дискорд. – Но даже несмотря на все это, в механике работы Элементов также присутствует еще одна слабость, которую ты, по вполне понятным причинам, игнорируешь, – гнев аликорна немного угас; она вопросительно приподняла бровь, и потому дух хаоса продолжил: – Элементы работают по принципу упорядоченных систем. Они вернули здравомыслие твоей сестре после тысячелетия арканитовой зависимости, потому что это естественное положение вещей. И они дважды обращали меня в камень, поскольку, согласись, мы с Порядком не очень-то хорошо сочетаемся.

– Я все еще не вижу, почему это является слабостью. Ты играешь в серьезный разговор, но при этом не говоришь ничего толкового.

– Хочешь серьезности? Хорошо. Неужели ты считаешь, что твоя система является единственной упорядоченной структурой во вселенной? – голос Дискорда растерял всю веселость, и он сложил руки "домиком" перед своим лицом. Прежде чем Селестия успела бы ответить, камень позади духа хаоса начал покрываться трещинами и осыпаться, явив взору Эквестрию в огне. – Во тьме скрывается многое, Селестия. Существа, которые с легкостью поглотят крохотную систему Порядка, созданную тобой на этом мире. И хаоса в них не больше, чем когда-то было и в тебе. Элементы не смогут противостоять им, поскольку они превосходно вписываются в свою систему Порядка.

Пылающая земля сменилась монстрами, которые никогда не встречались в Эквестрии. Потоки зеленого огня низвергались с гигантских металлических кораблей в небесах, и города по всему миру были объяты пламенем. Эквестрийцы, грифоны, зебры… целые народы сгонялись в огромные заводы и перерабатывались. Любое сопротивление подавлялось быстро и жестоко. И в конце концов, металлические корабли покинули Эквус, оставив позади себя лишь выжженную пустыню, лишенную малейших признаков жизни.

– У этих существ нет свободной воли. Нет творчества. Нет мыслей. Нет шанса. Нет жизни. Нет надежды. Нет души. В моих глазах, они омерзительные отродья, но я не могу помешать им поглотить этот мир. Не в одиночку, – закончил Дискорд, ни на миг не прекращая сверлить Селестию взглядом, пока ужасающие сцены разворачивались вокруг них.

– Тогда освободи меня, и я сама разберусь с ними! – приказала его собеседница, и Дискорд не мог не заметить крохотную искру беспокойства в ее глазах.

– И что тогда? О да, мы предотвратим один апокалипсис в этом мире, но кто тогда сможет остановить второй? – спросил он, и, по щелчку его пальцев, изображения огня и смерти сменились нелепой пародией на Солнечный Двор. Десятки простых пони и гвардейцев выстроились вдоль стен, но ни один из них не двигался, не говорил и даже не дышал в своем вечном окаменении. Во главе зала находился сделанный из обращенных в камень пони пьедестал с мраморным троном, на котором сидел бледно-голубой аликорн, грива и хвост которой очень сильно напоминали снежную метель. Аликорн обозрел свое молчаливое королевство, и тишину разорвал резкий смех.

– Одна тирания ведет к порабощению и смерти. Вторая же – холодный, бесчувственный камень, – подытожил Дискорд, вновь щелкнув пальцами и изгнав ужасающие предсказания. – И именно поэтому я ищу альтернативные варианты. Твайли поможет нам избежать обоих этих неприятных финалов. Честно говоря, ты должна быть благодарна!

– Если столь серьезная угроза действительно существует, то почему ты просто не сказал о ней? Не сказал о ней мне? – медленно спросила Селестия.

– Что это? Неужели я слышу честный вопрос, лишенный обвинений и угроз? О, мое старое сердце рыдает от ностальгии, – Дискорд театрально прижал руки к груди и склонился над землей, словно престарелое существо, прежде чем вновь посмотреть на аликорна. – Я окажу тебе услугу, ответив на твой вопрос своим собственным: а ты бы мне поверила? – Селестия поморщилась, однако аватар хаоса решил не давить на этот миг слабости.

– Но я слушаю тебя сейчас, Дискорд, – его собеседница быстро восстановила самоконтроль и протянула оливковую ветвь. – Если эта угроза действительно столь велика, то я окажу тебе поддержку в борьбе с ней, однако ты должен вернуть Твайлайт.

Дискорд приподнял бровь, а затем откинул голову и захохотал.

– Ты считаешь, что я сделал это только для того, чтобы убедить тебя помочь мне? Ох, это просто бесценно, – продолжал он хихикать, прежде чем вздохнуть и махнуть рукой. – Ну-ну, не дуйся. Я прекрасно понимаю, что в случае нужды мне не потребуется убеждать тебя защитить этот мир и его обитателей. И я рад признать, что за последнее тысячелетие ты научилась ценить жизни своих подданных, пусть и не без моего вмешательства.

Дискорд щелкнул пальцами, и каменная темница исчезла, сменившись пустынным лунным ландшафтом, а над их головами посреди пустоты завис зелено-голубой шар. Он подождал, пока глаза Селестии широко распахнулись, когда она осознала, что эта планета не была Эквусом, и затем продолжил:

– Как я уже говорил, во тьме скрывается многое. Пугающие, успокаивающие, отвратительные, ободряющие, ужасные и отважные существа. И в одном крохотном уголке обширной вселенной есть мир, населенный народом, не похожим ни на меня, ни на тебя, ни на твоих маленьких пони. Их отличительная особенность – это не магия, не честность и не доброта. Это чистая, упрямая целеустремленность! При взгляде на невозможное они не начинают стонать о своей судьбе, они чешут затылки и начинают биться головами об это невозможное до тех пор, пока оно не становится возможным!

– Боюсь, я не понимаю, как это может быть добродетелью... – усмехнулась Селестия.

Дискорд же вместо ответа вытащил небольшую коробочку с решеткой и двумя кнопками в передней части. Посмотрев на аликорна и приподняв бровь, он нажал на одну из этих кнопок.

– Вперёд на четыре, вперёд на четыре. Чуть-чуть правее, – донеслось из коробочки, хотя голос частично заглушался шумом на заднем фоне. Дальнейшая речь услышана не была, поскольку Селестия инстинктивно едва не нырнула вниз, когда ее внезапно накрыла тень.

Подняв взор к небесам, она увидела весьма любопытное зрелище. Какое-то металлическое устройство безмятежно парило среди звёзд, медленно опускаясь и, наконец, коснувшись лунной поверхности своими коренастыми ногами.

Коробочка пикнула, и из неё зазвучал новый голос.

– Орёл, подтверждаем успешную посадку.

Второй голос ответил первому:

– Хьюстон, на связи Спокойствие-База. Орёл приземлился.

– Принято, Спокойствие, мы тоже зафиксировали это. Парни уже начинали синеть, но теперь мы все вновь можем дышать. Большое спасибо.

В боку устройства отворился люк, и в нем показалось какое-то существо. Оно было двуногим, но остальные его черты были скрыты громоздким белым костюмом и рюкзаком, а на голове у него располагалось нечто напоминающее аквариум. Неуклюже спустившись по лестнице, оно ступило на поверхность луны.

– Один маленький шаг для человека, но огромный скачок для всего человечества, – в последний раз затрещала коробочка, прежде чем Дискорд нажал на вторую кнопку и заглушил ее.

– Неужели ты не понимаешь всей важности этого события? – всплеснул он руками, увидев безразличие на лице своей собеседницы. – Этот народ, эти люди нашли способ покинуть свой мир и ступить на поверхность луны без какой-либо магии! Они увидели то, что их инстинкты и здравый смысл считали невозможным, после чего выкинули инстинкты и здравый смысл на помойку и отправились на луну! Без магии и без кого-либо направляющего их путь. Никто вроде тебя или меня им не помогал. Они сами добились этого, поскольку они совершенно одни во мраке против всего, что пытается их отыскать. И Твайлайт сейчас с ними.

– Ты отправил Твайлайт к ним? Но зачем? Помочь им подготовиться к грядущей тьме, чем бы та не являлась? – ровным тоном спросила Селестия, и в ее голосе отчетливо слышалось неверие.

– Подготовиться? Для этого уже поздновато, тьма уже обрушилась на них, – мрачно ответил Дискорд и поднял лапу.

ЩЕЛК.

Лунный пейзаж сменился залитым солнцем городским ландшафтом с гладкими дорогами и несколькими стеклянными башнями, окружёнными более скромными постройками. Однако любое чувство восхищения, которое мог побудить этот город, заметно омрачали застилающие горизонт столпы дыма. А крики окончательно сводили его на нет. 

Существа, люди в легких одеждах, бежали толпой в сторону импровизированной баррикады, где их дожидалось несколько других людей. Судя по их униформе и броне, эти могли являться только военными, хотя их оружием являлись какие-то чёрные коробки с трубками. Когда легко одетые люди скрылись за баррикадой, солдаты выдвинулись вперёд, прикрывая их бегство.

Из аллеи за баррикадой появились монстры. Огромные жуки молниеносно метнулись вперёд на своих ногах-клинках, и в приковавшихся к людям оранжевых глазах явно читался неутолимый голод. Жуткий вой сотряс воздух, и они помчались к своей добыче.

– Пошёл, пошёл! Не останавливайтесь ни на миг! – прокричал один из бойцов, вставая в стойку и направляя своё оружие в сторону ближайшего из монстров. Серия громких хлопков и вспышек пламени изверглась из него, и монстр, зашатавшись, рухнул на землю. Человек переключился на новую цель ещё до того, как первая полностью остановилась, и эта также погибла после нескольких очередей из его оружия. Он начал отступать, вытащил искривлённую коробочку из одного из расположенных на поясе карманов, и из его оружия выпал точно такой же предмет.

И ровно в тот момент, когда коробочка упала на землю, окно на втором этаже взорвалось облаком осколков, и на землю спрыгнул третий монстр, тут же помчавшийся на человека. Предупредительные крики и орудийный огонь наполнил улицу, однако монстр все же сумел добраться до своей цели. Одна конечность сбила с его головы шлем, а вторая оставила ужасающую рану на лице. Человек упал, и челюсть монстра метнулась было вперёд, но резко остановилась, когда тот воткнул ему в брюхо нож и резко повернул его.

ЩЕЛК.

Разворачивавшаяся перед ними сцена сменилась строением, в котором почти дюжина человек в чёрной униформе вела огонь из дверей и окон по незримому противнику. В центре помещения располагался массивный пилон, сияющий зеленым светом и медленно пульсировавший, пока двое других людей лихорадочно работали у его основания.

– Никакого давления, миледи. Спешка ни к чему. В конце концов, у нас же на кону не целый Кардифф, – ободряюще заявил один них, пытаясь разобраться в безумном хитросплетении проводов.

– Заткнись, Финч! – огрызнулась его напарница, с паникой во взгляде посмотрев на пилон, пульсирующий все чаще и чаще. – К ЧЕРТУ! – прокричала она, схватившись за один из проводов и выдернув его. Пилон погас, и на пару секунд ни один из бойцов не смел сделать вдох. Когда сияние так и не возобновилось, они обменялись широкими улыбками, однако были прерваны потоком зеленого огня, снесшего стену позади них.

ЩЕЛК.

– Helfen sei... 

Четверо солдат в бежевой броне взяли под прицел своих орудий пятого, который появился из скрытого мраком складского прохода. Один из бойцов вытащил комплект первой помощи и направился к нему, лишь для того, чтобы быть застреленным, как только он оказался на дистанции вытянутой руки. Стрелявший жалобно завопил и взорвался, а секундой позже весь склад был затоплен хаосом потоков зеленого огня и хлопков человеческого оружия.

Двое людей вскоре погибли, оставив своего товарища в одиночестве. Близкий промах уничтожил его оружие, однако он мгновенно вытащил запасное и разделался с нападавшими, не прекращая вопить ругательства и пытаясь отступить назад. Второй отряд людей проник на склад как раз в тот момент, когда единственный выживший потерял сознание.

ЩЕЛК.

Темный склад сменился пустым складом, в котором Твайлайт Спаркл с явным удовольствием беседовала с несколькими людьми. Одному из них она уделила больше времени чем остальным, и после нескольких воодушевляющих слов лежавшая на его ладони монета начала подниматься в воздух. Твайлайт торжествующе улыбнулась и заклопала копытами от радости.

Лицо Селестии было воплощением шока, и в уголках ее глаз появились слезы, когда она увидела свою драгоценную ученицу.

– Ты... Ты отправил Твайлайт помочь им? Ты говорил, что они одиноки во тьме...

– Помочь им? – фыркнул Дискорд. – Ничего подобного! К чему им помощь? Да, не отправь я к ним Твайлайт, смертей было бы больше, однако человеческая раса победила бы тем же образом что и всегда – сделав невозможное возможным.

Тогда зачем?! – прокричала Селестия, наконец, сорвавшись. – Зачем ты подверг Твайлайт такой опасности?

– Затем, что они одиноки во тьме, и это надо исправить, – Дискорд сложил свои лапы "домиком" перед лицом и многозначительно поглядел на Селестию. – Уж ты-то должна это понимать, в конце концов, Твайлайт тебе уже два года отправляла письма на эту тему. У людей есть поговорка: "Враг моего врага – мой друг", и они должны знать о друзьях в далёком уголке галактики, если мы хотим получить их помощь, – печально произнёс Дискорд, и затем в его глазах зажегся озорной огонь. – Кроме того, у них потрясающие игрушки!

Он вытащил из-за спины любопытное устройство, покрытое кнопками и колесиками. Одно нажатие на кнопку и поворот колесика – и из-за его трона появилась небольшая металлическая тележка. Она была серого цвета и приземисто передвигалась на гусеницах, которые были единственным, что удерживало ее от опрокидывания из-за массивной турели, располагавшейся на ней сверху. Маленькая тележка остановилась, и турель развернулась к Селестии. Разжалось насекомоподобное жужжание, и к аликорну устремился поток снарядов размером с песчинку, который замер на месте в футе от неё. Поскольку первая атака обернулась неудачей, тележка развернулась на своих гусеницах и попыталась переехать одно из ее копыт, лишь для того, чтобы это копыто поднялось и смяло ее в лепешку.

Дискорд отшатнулся в притворном ужасе.

– Видишь? Вот почему мы никогда не ладим, Селестия. Ты всегда ломаешь мои игрушки, – издав издевательский вздох, он швырнул лежавшее у него на коленях устройство через плечо. Открывшийся на миг портал явил взору облитого чаем единорога-гвардейца, и тут же начал испаряться, как только это устройство исчезло в нем. Миг спустя он закрылся полностью, оборвав предупредительный крик и звук взрыва.

Селестия приподняла бровь при виде ужимок Дискорда и затем посмотрела на маленькое устройство, которое она уничтожила.

– Пообещай мне, что она будет в порядке. Пообещай мне, что она вернётся невредимой. Пожалуйста!

– Я не могу.

Селестия метнула острый взгляд в сторону Дискорда и вновь опустила копыто на его игрушку, сминая ее ещё сильнее.

– Тогда верни ее обратно. Сейчас же.

– Я не могу. Мы заключили сделку, и для неё существует лишь один способ вернуться в Эквестрию. Вмешиваться я не могу, – отказал дух хаоса, не прекращая сверлить Селестию взглядом из-за своих сложённых "домиком" рук. – Имей хоть немного веры в свою ученицу, Селестия. Она гораздо более сильна и находчива, чем тебе кажется.

Ярость медленно проявилась на лице Селестии, когда ее собственные слова были применены против нее.

– Где бы Твайлайт ни находилась, Принцесса Кейденс чувствует биение ее сердца. И если это биение прекратится, я вернусь и сотру тебя с лица этой вселенной, даже если я сама буду уничтожена при этом. Молись, чтобы она сумела возвратиться, Дискорд, – резко заявила Селестия и развернулась к каменной стене, которая отворилась перед ней.

– Если она не сумеет возвратиться, то мы все скоро прекратим существовать, Селестия, – прошептал дух хаоса, когда двери его темницы вновь захлопнулись.

Несколько долгих секунд спустя он заговорил вновь.

– Проникнуть внутрь в тот момент, когда Селестия выходила… храбрости тебе не занимать. Невидимость также подразумевает под собой мастерство либо в чародействе… либо в инфильтрации. Интересно, каков ответ в нашем случае, хм-м-м?

Прошла еще пара секунд, и в одном из углов тюрьмы Дискорда возникла коричневая единорожка. Ее грива, шкура и глаза – все было коричневого оттенка, кьютимарка изображала маргаритку, а на лице застыла маска безразличия. Она моргнула, и на миг ее глаза засветились ярко-зеленым цветом, вернувшись после второго моргания к норме. Шагнув вперед и склонившись перед Дискордом, она заговорила:

– Я лишь посланница моей госпожи, о великий. Королева Кризалис передает свои поздравления с успешным изгнанием Твайлайт Спаркл. Вы нанесли могучий удар Селестии и ее режиму, и моя королева предлагает свою помощь в любом начинании, задуманным вами против тирании Солнца.

– Ну и ну, какое щедрое предложение! – произнес Дискорд и захлопал лапами от восторга. – Я могу поговорить с Кризалис? С самого момента того происшествия в Кантерлоте я до смерти хотел посвятить ее в один секрет. Скажи, ты можешь… ну знаешь, подключить меня к ней?

Лже-кобыла прикрыла глаза и миг спустя ответила:

– Вы говорите с Кризалис, Лорд Дискорд, – кобыла открыла свои ярко-зеленые глаза и посмотрела на него… лишь для того, чтобы расширить их в нереальном, сводящем с ума ужасе. Ее рот широко раскрылся, и каждый инстинкт вопил ей бежать от находившегося перед ней кошмара.

Сотня, тысяча, миллион глаз смотрели на нее в ответ. Понячьи глаза, грифоньи глаза, глаза чейнджлингов, глаза рыб и насекомых, а также глаза, не поддающиеся описанию – все они смотрели прямо в ее душу. Улыбка, зияющая пасть, наполненная миллиардом различных зубов, улыбнулась ей.

– Моя дорогая Кризи, – прозвучала тысяча голосов, и невероятно зубастая улыбка стала еще шире. – Я не забыл, что ты пыталась сделать с Селестией!

Прежде чем чейнджлинг успел хотя бы вздрогнуть, к нему устремилась тысяча конечностей. Щупальца, когти, лапы, копыта, клешни и бесчисленное множество других, не поддающихся описанию конечностей, полностью поглотили чейнджлинга.

------

Каменная стена отворилась, и маги ворвались внутрь с заклинаниями наготове, стремясь опознать источник криков. Их взорам предстала непримечательная единорожка, вжимающаяся в противоположную стену и вопящая во все легкие, в то время как аватар хаоса всего лишь сидел на своем троне и невинно улыбался.

– Дискорд! Что происходит? Что ты с ней сделал? – насели на него архимаги, в то время как остальные гвардейцы выводили бьющуюся в истерике кобылу наружу.

– А мне откуда знать? В конце концов, это не я пропустил абсолютно нормальную единорожку в свою камеру. Возможно, вас должен заменить кто-нибудь более компетентный, – едко заметил Дискорд, помахав рукой бывшему чейнджлингу, который ни на миг не прекращал вопить, прежде чем каменная стена вновь наглухо захлопнулась.

Читать дальше

...