# Путеводное пламя

lezvion

Пегасы-погодники устроили в Понивиле настоящую вьюгу. В буйстве стихии бывает так тяжело ориентироваться! Эту истину в полной мере познала на себе пегаска Стар, заблудившаяся в буране и оказавшаяся в шаге от большой беды. Надежду внушал лишь появившийся вдалеке свет.

История любви двух одиноких сердец.

## Глава 1 — Чудо в зимнюю ночь

Хорошо коротать зимний вечер, сидя перед камином с чашкой горячего напитка, и слушать завывания ветра за окном. Можно даже немножко почитать перед тем, как отправиться в уютную постельку. Правда неожиданно могут появиться гости и он приобретет совершенно новые краски!

Следуя своему загадочному расписанию, пегасы устроили над Понивилем настоящую снежную бурю. Ресницы примерзали к глазам от лютого холода, а крылья покрылись тонкой корочкой льда. Хотя, возможно, виноваты были не пегасы погодной службы, а одна единственная сорвиголова, решившая отправиться в путешествие, не позаботившись даже о шарфе. Ровные белые зубки выбивали друг о друга настоящую чечетку, а ноги ощущались не иначе, как палки.

— С-с-с эт-т-т-тим н-н-н-надо к-к-к-к-кончать!

Во мраке наступающей ночи появился свет. Это было хорошо. Свет означал огонь, а значит тепло. Стиснув зубки покрепче, пегаска из последних сил бросилась к двери, едва заметной в разбушевавшейся вьюге, и забарабанила по ней копытцами.

Удары копытами по дереву гулко раздались по дому, встревожив хозяйку, уютно сидевшую в большом кресле у камина, закутавшуюся в плед и успевшую даже слегка задремать. Но стук в дверь быстро заставил ее соскочить на деревянный пол.

Ведь нежданная гостья постучалась в один из самых крайних домиков Понивиля, причем дальний в том числе и от дорог, поэтому здесь редко бывали даже случайные гости, тем более в такую вьюгу! Естественно хозяйка переполошилась.

— Наверное, это Дерпи... Бедненькая, неужели какое-то срочное письмо? Ведь она вполне могла посчитать себя обязанной его тут же доставить... Хотя нет, я ничего такого и не жду. Так кто же это может быть?!

Бормоча себе под нос, розовошерстная пегаска с синей гривой закуталась поплотнее в плед и копытом распахнула дверь, тут же громко спрашивая:

— Кто здесь?

Почувствовав дыхание тепла из приоткрытой двери, Стар, ни слова не говоря, бросилась вперед, сбив хозяйку с ног. Камин манил к себе замерзшую пони сильнее, чем пламя призывает мотыльков. Остановившись у самого огня, она блаженно протянула к нему копытца и облегченно выдохнула. С белоснежной шерстки и алой гривы потекла вода.

Поднимаясь с пола, растерянная хозяйка зябко поежилась под ледяным ветром, который ворвался в теплый дом, и тут же захлопнула дверь. После этого она уже подошла к своей гостье и робко ткнула ее в плечо копытцем:

— Эм...

При этом она еще раз поежилась, когда при прикосновении собрала на край подковы снега со шкурки гостьи.

Почувствовав робкое прикосновение, алогривая пегаса моментально обернулась, подставив камину свой круп с хвостом-сосулькой. Увидев хозяйку, закутанную в халат, она внезапно осознала, что находится где-то в гостях.

— Ой, прости-прости-прости, на улице было так холодно, погодники совсем уже одискордели, а здесь так тепло и хорошо, и если бы не ты то было бы совсем плохо, ой, где мои манеры. Привет-привет-привет, меня зовут Стар. Можно я останусь здесь, а то там так хо-о-о-о-о-о-олодно!

Глаза розовой от такого потока слов как то сразу полезли на лоб, а самой ей потребовалось несколько секунд, на осмысление всего сказанного. Но затем на ее мордочке появилась смущенная улыбка.

— О, конечно, Стар. М... Будь моей гостьей, — глаза хозяйки дома при этом задержались на хвосте беленькой, ее гриве и шерсти, которая постепенно становилась мокрой от тающего на ней слоя снега.

— Ты же совсем замерзла! Дай я тебе помогу!

Переполошившаяся кобылка тут же убежала в соседнее помещение и вернулась уже летя с большим махровым полотенцем в передних копытах, с которым она и налетела на гостью, начиная ее растирать.

— А меня зовут Морнинг... Клауд... Или Клауди...

— О... спасибо.

Когда Клауди начала растирать её полотенцем Стар запнулась и смущенно покраснела. Рассмотрев свою спасительницу, она отметила ухоженное тело и упругий круп. Внезапно стало очень жарко и приятно заныло между задними копытами. "только бы крылья не встали" пронеслось в голове.

В свою очередь розовая, обнимающая свою гостью через полотенце, с удовольствием продолжала растирать ее и мысли пони невольно уходили к анализу чувств, возникающих при прикосновении к изящному телу Стар. Она даже заглянула слегка с боку, видя румянец на щеках беленькой, вместе с каким-то напряжением в глазах.

Пегаска явно струхнула, умерив свою активность по растиранию, пока и вовсе не остановилась. Впрочем, она не перестала обнимать замерзшую кобылку.

— Так лучше ?

Притихшая Стар кивнула, не спеша покидать объятий. Ей уже давно не было так хорошо и тепло, как сейчас. Сухость шерстки и теплые объятия разморили поняшку.

Морнинг удовлетворенно кивнула, стараясь за энергичным движением скрыть свое смущение:

— Тогда будет в самый раз предложить тебе горячий чай! Ты все еще кажешься.. Замерзшей!

Щечки кобылки приняли более насыщенный розовый окрас и она поспешила ретироваться в сторону чайника стоящего на столике, поворачиваясь к гостье хвостом, который нервно подергивался из стороны в сторону.

Проводив круп хозяйки долгим взглядом, Стар искреннее улыбнулась ее хвосту и подошла поближе к камину, подставляя ему свои крылья. Сейчас, когда к ней потихоньку возвращалась чувствительность, кобылка начала осознавать, какой наглой она была. Сглотнув и покраснев еще больше, Стар принялась осматривать дом, давший ей временное пристанище. В принципе оно ничем не отличалось от ее собственного жилья — крупный камин с декоративной решеткой, пара уютных матерчатых кресел, изящный деревянный столик и несколько подушек перед ним. Пегаска подметила плед и бокал с вином у одного из кресел. "Наверняка за второй дверью находится спальня. Похоже она уже собиралась уходить в объятия Принцессы Луны. Все же я такая грубая пони!"

Закончив возиться с чаем и выпустив из зубов ручку чайничка, хозяйка дома взялась губами за край блюдца и плавно ступая, поднесла чашку на ней к своей гостье. Там она поставила его на широкий подлокотник кресла:

— Вот, горячий, сладкий травяной чай с подсушенными бутонами цветов! — кобылка улыбнулась. — Мне такой нравится.

— Звучит просто прекрасно! — улыбнулась Стар, принимая чашку. — Кстати, еще раз прошу прощения за такое резкое вторжение. Я не хотела причинять слишком уж большие неудобства.

Отпив немного, Стар даже прикрыла глаза от удовольствия. У Морнинг, определенно, был талант к приготовлению напитков.

— Ох, дорогая, это просто чуде-е-е-есно! — протянула кобылка. Моментально опустошив свою, пегаска широко распахнула крылья, наслаждаясь ощущением тепла, распространяющегося по всему телу. Треск поленьев в камине и жар пламени действовали умиротворяюще. Не выдержав, поняша сладко зевнула, отчего перья на ее крыльях легонько задрожали.

Розовая пегаска не сдержала польщенной улыбки и смущенно наклонила мордочку:

— О, на самом деле я даже рада гостям в канун Дня Согревающего Очага! — она вздохнула. — Это так грустно сидеть одной дома в такой праздник... — но тут пегаска встрепенулась. — Ох, чего это я! Ты наверняка устала. Давай я покажу тебе кровать!

— Да, это плохо, когда тебе не с кем встретить праздник. Но теперь с тобой я! — просияла Стар, впрочем, не удержавшись от еще одного зевка. — Да, кровать мне сейчас совсем не помешает!

Радостно улыбнувшись, Морнинг кивнула и легкой гарцующей походкой сразу же пробежала к двери в соседнюю комнату:

— Пошли!

Когда обе пегасочки прошли в соседнюю комнатку, где стояла большая кровать с картиной в изголовье, возле стены пристроилось еще одно кресло, соседствующее с широким книжным шкафом. На небольшом столике перед окном уютно стояла маленькая елочка, уже украшенная к празднику.

Розовое копытце протянулось вперед и указало на кроватку:

— Вот, устраивайся как дома! — на мордочке Морнинг появилось сожаление. — На самом деле я никогда не принимала у себя гостей и запасных кроватей у меня нет, поэтому тебе придется спать на моей.

Помедлив немного, синехвостая, проследовала к ложу, отдернула зубами одеяло и неловко шагнула в сторону, приглашая гостью.

Благодарно кивнув, Стар одним прыжком оказалась в постели, блаженно вытянув копытца.

— Ох, хорошо то как! Вот оно — настоящее блаженство! А ты чего ждешь, присоединяйся! Не бойся, я не лягаюсь! — весело улыбнувшись, алогривая приглашающе похлопала по краю постели.

В ответ она получила неотрывный взгляд Клауди, которая так и замерла на месте, неловко поджимая крылья к бокам. На розовых щеках появился отчетливый румянец.

До Стар наконец дошла пикантность ситуации. Улыбка медленно исчезла с её лица.

— Оу, ты не хочешь со мной спать, извини. Иногда я слишком наглая. Ничего, посплю на полу.

С этими словами пегаска начала выбираться из кровати.

Опомнившись, розовая тут же вспорхнула, за секунду преодолевая расстояние между ними, и встала на пути Стар у края кровати, отчаянно замотав головой.

— Нет-нет, все хорошо! Просто... Я... Задумалась. Да, задумалась!

На мордочке пегаски появилась натянутая улыбка, а сама она отошла.

— Я сейчас тоже лягу.

А глаза-то опустила.

— Ну... — задумчиво протянула Стар. — Хорошо.

С сомнением глядя на Клауди, она все же отодвинулась назад, освобождая ей место.

Смущенная кобылка не заставила себя долго ждать и тут же забралась на кровать, устраиваясь на боку и уже в упор глядя на свою гостью.

— Никогда не спала вместе с кем-либо....

Еще раз зевнув, Стар закрыла глаза, ответив уже полушепотом:

— Ну, все бывает впервые, сладких снов.

В ответ розовая робко кивнула, но глаза не закрыла.

— Сладких снов!

Она посмотрела в сторону двери, из которой лился слабый свет, исходящий от горящего камина и вновь на белую. Клауди смотрела внимательно, затаив дыхание и прислушиваясь, сама не шевелясь.

Вскоре алогривая пегаска тихонько засопела, уйдя в царство прекрасных снов, под покровительство принцессы Луны. Похоже ей снились приятные вещи, поскольку на её лицо вернулась улыбка. Внезапно она подвинулась ближе к Клауди и крепко обняла её всеми четырьмя копытцами.

Это действие оказалось неожиданным. И без того напряженная пони вздрогнула всем телом. Пусть постепенно, но она все же расслабилась, так же в упор разглядывая свою гостью, притаив дыхание. Она была так близко. Клауди робко прижалась к ней в ответ, глядя широко распахнутыми глазами в ее закрытые веки, а копытца неловко провели по перьям на крыле беленькой. Она двигалась осторожно, нервно. Постоянно останавливалась. Ей было страшно.

Стар смешно нахмурилась, причмокнув во сне губками и прошептав несколько неразборчивых слов. Объятия пегаски стали чуть слабее, а дыхание чуть чаще.

Розовая помедлила еще мгновение, но поняв, что гостья не стремится вот так просто просыпаться, уже сама поплотнее прижалась к ней, вытягивая задние ножки вдоль хвоста и прижимаясь брюшком. Это было так волнительно для Клауди!

Алогривая пегаска причмокнула еще раз и сместилась немного ниже, уткнувшись носом в грудь розовой пони и задышав ей в шерстку.

В этот момент не спящая пегаска шумно вдохнула, стараясь свести вместе задние ноги посильнее, пусть даже они и оказались вытянуты вдоль хвоста. Она уже не могла остановится. Просто не хотела. Не сейчас, когда она так близко. "Главное, чтобы не проснулась..."

Она уже увереннее гладила беленькую по крылу и бочку, в то время как нижнее копытце неловко поместилось между животиками пегасок.

От поглаживаний розовой пони крылья Стар внезапно напряглись и встали торчком, а сама она тихонько застонала.

Розовая вновь вздрогнула, закусив губу, чтобы не вскрикнуть, но когда она посмотрела за спину гостьи, глаза ее отчетливо заблестели, а дыхание участилось. Уже не отдавая себе отчета в действиях, кобылка осторожно пробралась нижней ножкой между задних спящей, пройдясь по нежному брюшку к заветному месту.

Стар застонала её громче, невольно отодвинувшись от своей соседки. В воздухе отчетливо запахло возбужденной кобылкой.

Клауди издала еще один сдавленный вздох, но тут же слегка придвинулась к беленькой, вновь прижимаясь копытцем к ней там, в то время как свое верхнее она поджала под свое брюшко. "Не могу поверить, я правда это делаю!"

Маленькая пегаска могла почувствовать влагу, сочащуюся из лона спящей пони. Её дыхание стало еще чаще, а на шерстке проступили капельки пота.

Облизнув пересыхающие губы, Клауди, не открывая взгляд от лица уже беспокойно спящей гостьи, начала работать копытцами все активнее, начиная дышать все чаще, слегка пошевеливая вытянутыми задними и помахивая крыльями. Вместе с тем она со все нарастающим интересом ждала момента, когда ее игра приведет к своему результату. И еще ей было страшно — вдруг белая проснется? Но, вместе с тем, ей было как-то все равно. Возбуждение и некий азарт притупили стеснительность. Клауди уже просто стремилась почувствовать каким будет конец у нежданной визитерши...

Внезапно алогривая пегаска резко распахнула глаза. Копыта двух пони встретились между переплетенными телами. Голос у Стар был очень удивленным и немного охрипшим.

— Эй! Ты что делаешь?!

Такого она не ожидала. Точнее ожидала, но все-равно оказалась не готова. Дыхание кобылки перехватило и она резко дернулась назад, заливаясь краской. Даже крылья взмахнули, ударив по краю кровати.

— Я... Это.. Не знаю... Это не то, что ты думаешь!

При этом передняя ножка розовой уже оказалась над одеялом, прижимая его и, вместе с тем, демонстрируя копытце, которое предательски блестело влагой в слабом свете луны.

Перехватив копытце в воздухе, Стар несколько секунд удивленно рассматривала блестящую на нем влагу, после чего широко улыбнулась:

— Я так и знала! Твой милый румянец выдавал тебя с головой. Это очень мило, правда-правда, но сейчас я страшно устала. Давай займемся этим завтра?

К сожалению, отдергивать ножку было уже поздно, поэтому Морнинг смогла только покраснеть.

Но это оказалось лишь полдела. Слова Стар окончательно выбили кобылку хозяйку дома из колеи. Она растерянно воззрилась на собеседницу, приоткрыв рот.

— Но... М... Завтра...

Ушки опустились. “Что я несу!”

Алогривая пегаска сладко зевнула и сонно посмотрела на свою соседку по ложу.

— Да, и впрямь, ты же здорово возбуждена. Ничего, сейчас я тебе помогу.

С этими словами Стар мягко развела в стороны ножки Клауди и стала нежно тереть копытцем края половых губок, размазывая по их краешку выступившие любовные соки.

Клауди банально не успевала за своей гостьей. Слишком уж она оказалась непосредственной и... Уверенной? Так или иначе, розовая кобылка обнаружила у себя между задних ножек копытце Стар. Вздох пони оборвался на середине, а сама Морнинг выгнула спинку, испытав в первое мгновение желание отстраниться, которое она не смогла реализовать, а там уже оно сменилось на совершенно иное — насадиться как можно глубже.

— Как ты... Можешь так.. Такой быть!

При этом розовая поджала передние ножки к груди, часто дыша.

Продолжая водить копытцем между ножек поняши, Скай недоуменно подняла брови, отвечая на вопрос:

— Какой такой? Ты ведь самого этого хочешь. — пегаска хитро улыбнулась. — Уж я то чувствую!

Начиная уже потихоньку задыхаться, тогда как грудка быстро-быстро вздымается, Морнинг прошептала.

— Хочу... Просто ты... Смела-а-ах!!!

Пегаска вздрогнула всем телом, задрожав, выгибая спинку и хлопая крыльями прямо в кровати, в то время как на копытце Стар полились теплые соки.

Почувствовав дрожание тельца своей партнерши, Стар сделала завершающее движение и отодвинулась на краешек кровати. Следя за муками оргазма Клауди, кобылка медленно посасывала свое копытце, измазанное любовными соками. Дождавшись, пока Морнинг затихнет, она пододвинулась к ней вплотную, прижимаясь к такому горячему телу и зашептав на ушко.

— Ты такая милая, когда кончаешь.

Заметно уставшая розовая закусила нижнюю губу, отводя глаза.

— А я хотела увидеть, как это происходит у тебя...

Белая пони тепло улыбнулась ей и ответила, переворачиваясь на спину.

— О, я тебя уверяю, еще увидишь!

Морнинг завозилась лежа на бочку, чувствуя, какое все мокрое внизу живота, но все же прижалась носиком с боку шеи Стар.

— Оказывается вот какая у меня гостья...

Сладко зевнув и положив копытце на брюшко поняши, гостья сонно поинтересовалась.

— Разве ты против?

Все такая же неестественно розовая кобылка смогла лишь мотнуть головой, не отрывая носика от шеи Стар.

— Нет, нет! Конечно не против!

Она плотнее прижалась к беленькой, слегка нервничая от ощущения копытца на своем животике. Недавно пережитое очень отчетливо проигрывалось в воображении снова и снова.

Стар негромко хихикнула и в очередной раз зевнула. Повернувшись на бок и сложив крылья, она прижалась к Клауди и обняла ее покрепче. Тела двух пони переплелись в не такой уж вместительной кровати, согревая друг друга. Витавший в воздухе запах любовных соков будоражил разум и, будь Стар менее сонной, она бы уже заставила хозяйку дома извиваться от ее язычка. Но усталость и завывание вьюги за окном взяли свое. Крепко обнявшись, поняши погрузились в сладкие сны...

## Глава 2 — Теплое зимнее утро

Буря улеглась и настало яркое солнечное утро. Двум поняшам предстоит разобраться в своих чувствах друг к другу, а так же сделать множество увлекательных вещей!

Морнинг проснулась первой. Сначала пегаска долго не могла ничего сообразить. Она просто лежала на боку, прижимаясь к чему-то теплому и такому уютному… И сонный разум даже не старался предположить об источнике их происхождения!

Но чем дольше она так лежала, тем больше понимала всю их неестественность.

Наконец, разлепив глаза, пегаска задержала дыхание. Она лежала прижавшись к спинке своей гостьи, нос все еще был в гриве Стар, чей запах сейчас проснувшаяся понька и вдыхала…

«Ой… Ой! Что же вчера было...»

Разум невольно начал подкидывать самые последние, яркие моменты, заставляя сердце биться быстрее.

«Что же я вчера наделала! Нужно… Нужно выбраться из кровати и… Не знаю… Выбраться… И, может, бежать на улицу? Ха! Из своего дома! Но я не хочу ее выгонять. Она мне нравится… Но… Ар-рх!»

Встрепенувшись, кобылка таки смогла на боку отползти назад и чуть было не свалилась на пол. Точнее свалилась, но успела ухватиться ртом за край подушки.

Шевеления поняши на кровати достигли своего эффекта. Сладко зевнув и как следует потянувшись, Стар открыла глаза и повернулась на другой бок. Зрелище Морнинг, уцепившейся в подушку, позабавило пегаску. Изящно прикрыв ротик копытом, она несколько раз хихикнула, после чего одним быстрым движением втянула розовую кобылку назад в постель, на секунду прижавшись к ее шее.

— Доброе утро! — поприветствовала хозяйку гостья, прильнув к ее ушку.

Морнинг отчаянно покраснела, оказавшись в таком приятном положении! В таком приятном и неловком одновременно. Кобылка буквально готова была сгореть от стыда. И удовольствия. Оказавшись так близко к Стар. Чувствуя ее дыхание…

Встрепенувшись, пегаска все же постаралась податься назад, рискуя вновь свалится на пол.

— Доброе утро, Стар! К-к… Как ты спала?

На мордочке розовой появилась глупая улыбка.

— Очень хорошо, у тебя очень удобная постель, Морнинг! — ответила алогривая поняша. — Представляю, какие здесь можно устраивать игры!

Не успела розовая пегаска покраснеть, как белошерстная кобылка впилась в ее губы страстным поцелуем, запечатав уста на несколько долгих секунд. Оторвавшись, она еще раз тепло улыбнулась ей и медленно слезла с кровати, вставая на копыта.

Пока белая слезала, розовая осталась на кроватке, не сдвигаясь со своего места с широко раскрытыми глазами.

— Стар… Ты… Ты и вправду… Ну…

Наконец хозяйка домика зашевелилась, садясь на кровати и обвив ножки хвостом.

— Я не могла и подумать…

Ни слова ни говоря, алогривая пегаска присела рядом с хозяйкой и прижалась к ее боку, положив голову на плечо поняши.

— Я понимаю, все произошло слишком быстро. Если тебе будет легче, я могу уйти.

Мелко дрожащая пегаска, тут же замотала головой:

— Нет! Я не хочу чтобы ты уходила! Просто… — Морнинг неловко потерла одной передней ножкой о другую. — Я не знаю…

Впрочем Стар отчетливо ощутила напряженное крылышко слегка упирающееся в ее бок.

Белая пегаска немного помолчала, обдумывая сбивчивые объяснения хозяйки, после чего обняла кобылку еще крепче и ответила дружелюбным тоном:

— Думаю, мы просто взяли слишком резкий старт. Не будем гнать повозку. Как смотришь на идею завтрака?

Обрадовавшись возможности сейчас же сменить тему, розовая явно оживилась, подняв ушки:

— Да, почему бы и нет! У меня как раз хороший запас фруктов на праздник!

Морнинг тут же соскочила с кровати и побежала в большую комнату.

— Спасибо за твою доброту. — прошептала вслед пегаска, медленно слезая с кровати.

* * *

Когда Стар зашла в следом то обнаружила уже круп пегаски задранный вверх, в то время как вся передняя часть пони была скрыта под полом, заслоненная массивной крышкой люка…

— Тебе помочь? — поинтересовалась Стар у вихляющего крупа. К слову, весьма аппетитного крупа, который так и хотелось взять в копыта и как следует облизать.

Круп на мгновение замер, крылья на боках раскрылись и взмахнули вытягивая переднюю часть поньки из дыры в полу. Во рту хозяйка держала ручку корзинки, которую она поставила на краю дыры:

— Да, пожалуйста! Это наш завтрак! Поставь его на стол! И… Приступай!

Сама же кобылка вновь нырнула подпол, пытаясь выудить что-то еще.

Едва удержавшись от желания шлепнуть по вновь выставленному крупу, пегаска взяла в зубы корзинку и быстро поставила ее на небольшой столик. Достав из нее яблоко, кобылка вытерла извлеченный фрукт о чистую салфетку и аппетитно захрустела сочной мякотью, с интересом поглядывая на копающуюся Морнинг.

Та наконец достала небольшую бутылочку, с трудом скрывая смущенную улыбку на мордочке, пока закрывала люк. С этой находкой она и уселась напротив Стар.

— Немного сладкого сидра! А теперь… Приступим! Я так проголодалась! Особенно после вечера… Гм… В общем… Проголодалась…

— Сидр будет очень кстати. — кивнула пегаска, потянувшись к корзинке за новым фруктом. Ее копытце наткнулось на что-то мягкое и длинное. Вытащив на свет продолговатый банан, кобылка не выдержала и мелко задрожала, не слишком успешно пытаясь сдержать смех.

— Да… Хи-хи. Очень пригодится. Хи-хи-хи. У тебя есть кружки? Хи-хи-хи.

Посмотрев на предмет веселья гостьи, Морнинг, густо покраснела и поспешно сорвалась искать кружки. Но одновременно со все этим, в ее глазах мелькнул и явный интерес.

Пара пиал нашлось быстро, как они и оказались водружены на стол.

— Я его не использовала… Правда…

В ответ на такое заявление поняша хитро улыбнулась и покачала головой, ни говоря ни слова.

Утренний сидр был еще вкуснее вечернего чая и обе пегаски довольно быстро повеселели, а на их щеках вспыхнул румянец. Когда с яблоками и апельсинами было покончено, а бутылка показала свое донышко, Стар выглянула в окно.

— Ого! Сколько снега! Погодники постарались на славу. Пожалуй мне стоит сходить расчистить дорогу к твоему дому!

Повеселевшая розовая, весело фыркнула:

— Это будет очень мило, если ты поможешь! — подмигнула Клауд. — Не могу же я свою гостью выпускать на улицу одну убирать снег. Давай-ка подберем тебе шарфик!

— Эм… Спасибо. — неуверенно поблагодарила поняшу Стар, пытаясь разглядеть во что же ее, собственно, обрядили. Впрочем вязанная шерсть оказалась удивительно мягкой и теплой, придающей ощущение комфорта и уюта, поэтому вскоре алогривая кобылка широко улыбнулась и выбежала на улицу.

— Догоняй!

За прошедшую ночь толщина выпавшего снега достигла едва ли не роста самих пегасок. Почтовый ящик Морнинг укрылся под белым пушистым одеялом и на его местоположение указывал лишь красный флажок, гордо вздымающийся над толщей снежного покрова.

— Да, предстоит немало работы. — вздохнула Стар, бросая тоскливый взгляд на снежные просторы. Хозяйка дома, столь любезно приютившая ее, жила на самой окраине города и соседние дома выглядели заброшенными. По крайней мере дорожки не были расчищены ни у одного из них.

— Ладно, начнем! — с этими словами белая пегаска отважно бросилась вперед, наклонив голову на манер единорогов, идущих в атаку. Преодолевая сопротивление снежных масс, поняша стала прокладывать дорогу к почтовому ящику.

Выглянув на улицу и обмотавшись похожим шарфиком, Морнинг весело фыркнула, наблюдая за методом уборки беленькой. “А что, не так и плохо! Можно присоединится!”

С веселым смехом пегаска разбежалась и ринулась вперед по пробороженной дорожке, следом за Стар. К сожалению, розовая явно не рассчитала силы своего разгона по разрыхленному снегу, поскольку через несколько мгновений она весьма ощутимо боднула головой что-то плотное, мягкое и теплое…

— Ой…

Не ожидавшая ничего подобного пегаска потеряла равновесие и проехалась на животе, зарываясь носом в снег. Поднявшись на копытца она больше напоминала ожившую снежную статую, чем пони.

— Ах так! Ну держись! — рассмеялась Стар.

Скатав снежок несколькими ловкими движениями, пегаска как следует размахнулась хвостом и отправила снежный комочек прямо в грудь розовой кобылки.

Только поднявшаяся Морнинг явно не ожидала такой прыти, так как издав возмущенный вскрик, вспорхнула в воздух, перелетая чуть в сторону и укрываясь за большим сугробом:

— Я случайно! Но ты сама напросилась!

С этими словами кобылка тут же спряталась за сугробом, принимаясь со зловредной ухмылкой сгребать перед собой целую кучу снега.

Стар так же не теряла времени даром. Предпочитая количество качеству, она слепила с десяток небольших снежков, после чего замерла, выискивая цель и угрожающе подбрасывая метательный снаряд хвостом.

Наконец, скатав большой снежок, больше напоминающий голову снеговика, Морнинг ухватила его передними копытцами, заработав крылышками и набирая высоту. Стоило пегаске покинуть укрытие, как ее встретил шквальный огонь. Несколько снарядов попало в брюшко, холодя розовую шерстку. В результате обстрела импровизированная снегометательница явно потеряла управление и начала падать прямо на Стар.

— А-а-ай!

Не ожидавшая такого эффекта Стар успела лишь взвизгнуть. Морнинг рухнула прямо ей на голову, сбивая с копыт. Совершенно дезориентированные поняши покатились по белой земле, не понимая где находятся небо и земля. В конце концов остановившись, они с удивлением осознали, что сжимают друг друга в объятиях и радостно смеются на всю округу.

Оказавшаяся сверху Морнинг «отлепилась» от Стар, весело фыркнув и, не удержавшись, быстро лизнула ее в заснеженный носик:

— Я согласна на ничью!

Заявление розовой пегаски заставило поняшу рассмеяться еще пуще прежнего. Встав на копытца она отряхнула налипший снег.

— Посмотреть вокруг, так тут развернулось настоящее сражение! Ну, по крайней мере, мы расчистили дорожку!

Оглянувшись вокруг, розовая согласно кивнула, мелко вздрогнув.

— И то верно… Только, боюсь одного шарфика мало и я уже промокаю от этого снега… — пегаска демонстративно вздыбила шерстку. — Бр-р! Пойдем греться! Теплая ванна будет в самый раз!

— Идем! — тут же согласилась Стар. — В твоей ванне хватит место на двоих?

Тут же смутившаяся кобылка, медленно кивнула:

— Да, хватит, у меня хорошая новая… Я люблю теплую воду.

Ушки розовой гордо встали торчком и она слегка присев на задние, тут же развернулась и поскакала обратно в дом. Точнее попрыгала по слегка прометенным их пышными хвостиками снежным заносам.

Алогривая пегаска же просто распахнула крылья и влетела следом за хозяйкой, не забыв прикрыть дверь. С поняши опять потекли ручейки талой воды, только на этот раз она не чувствовала себя замерзшей насмерть. Может ее согревало то странное чувство, вспыхивающее в груди при каждом взгляде на приютившую ее кобылку?

* * *

В ванной, когда туда зашла Стар, уже было полно пара. Стоял звонкий плеск воды, а Морнинг как раз заткнула дно большой ванны и принялась наливать в воду шампунь, что-то тихонько напевая и помахивая хвостом из стороны в сторону в явно приподнятом настроении.

Осторожно попробовав воду копытцем, Стар удовлетворенно кивнула:

— Какая теплая!

Вскоре разноцветные пузырьки наполнили ванну, разлетевшись по всему помещению в искрящемся танце. Дождавшись, пока хозяйка закончит все приготовления, алогривая пегаска резко взлетела вверх, на секунду зависла в воздухе, после чего сложила крылья и с громким плюхом опустилась в ванну. Во все стороны полетели брызги пены и воды.

Морнинг плотно зажмурилась, весело рассмеявшись, а затем, встряхнув гривой, с которой полетели хлопья пены, игриво улыбнулась:

— Вот теперь, с тобой, и вправду тепленькая! Я за тобой!

Пегаска тут же забралась на край ванной и так же быстро подскользнулась на скользкой поверхности и с шумным «вшюх!» скользнула под воду с головой, упираясь мордочкой в пушистый бок своей гостьи, к которой она тут же прижалась и выглядывая на поверхность, весело пропела:

— О! Кого я поймала!

Упершись задними копытцами в дно и помогая себе крыльями, Стар перевернулась на спину и приняла более устойчивое положение. Клауди же устроилась сверху на белой поняше, позволяя беспрепятственно гладить свою гриву и шерсть.

— Это кто кого еще поймал! — не согласилась гостья.

Розовая, сейчас похожая на большую пенную снежнопони, весело замотала головой, разбрасывая свою белую «шапку» и, привстав, аккуратно устроилась прямо поверх Стар, прижимаясь к ней брюшком.

— И какова же воля победительницы?

Круп Морнинг весьма удачно оказался прямо на задней ножке Стар. Ей оставалось лишь потянуть ее немного на себя, чтобы щелка пегаски оказалась точно на ней. Слегка потирая внешние границы лона Клауди, тем самым вызвав у нее непроизвольный стон, Стар нежно поцеловала свою пленницу, после чего мило улыбнулась ей.

— Победительница желает ласок!

Немного сбиваясь с дыхания, кобылка прошептала, поднося мордочку вплотную к лицу беленькой:

— И каких же именно ласок она желает?..

В ответ Стар вновь пошевелила задним копытцем, активно лаская половые губки хозяйки. Морнинг невольно откинула голову назад, издав шумный стон, начиная уже сама прижиматься к ножке Стар и слегка ерзать на ней.

— О… Я понимаю, ваше желание, о повелительница!

И не прерывая своих движений крупом, розовая тут же прижалась к губам пегасочки, обнимая передними ножками ее крылья.

Ощутив, как столь деликатная часть ее тела оказалась в чужих копытах Стар невольно замерла, не делая никаких движений и отдаваясь во власть розовой пегаски. Точнее почти никаких. Языки двух пони переплелись между собой в жарком танце, где каждая пыталась взять вверх над другой.

Первой не выдержала все так же Морнинг, которая слегка отвела мордочку назад и, с сожалением привстала с Стар, раскрывая собственные крылья, тут же вставшие торчком, в то время как сама кобылка отступила назад, устраиваясь между задних ножек беленькой, при этом она положила собственные передние копыта ей на живот, не позволяя сводить бедра.

Встретившись взглядами с лежащей на спинке пони, Морнинг игриво улыбнулась и повернув голову в бок, ухватила зубками ручку деревянной щетки, которая лежала в мыльном растворе, после чего она принялась увлеченно тереть брюшко беленькой.

Стар издала вздох облегчения, когда ее крылья оказались на свободе. Расслабив напряженные мышцы, она просто стала наслаждаться движениями Клауд. Появившаяся из ниоткуда щетка очень приятно чесала шерстку. Пегаска прямо таки млела от заботы Морнинг, что сейчас увлеченно терла ее нежное тело. Поняшу окружали тепло, мыльная вода, белоснежная пена и кобылка, при взгляде на которую щемило в груди. Немного потершись лоном о выставленное копытце розовой поняши, она вздохнула и прикрыла глаза. «Когда мне в последний раз было так хорошо и спокойно?»

В свою очередь розовая пегаска не прекращала своих действий, увлеченно втирая ароматную пену в белую шерстку кобылки, проходясь сначала по грудке, с передними ножками, игриво заглядывая в глаза своей гостье, а затем постепенно спускаясь по брюшку, пока в мыльной воде не оказалось все подбрюшье, нежную шерстку на котором она принялась аккуратно разглаживать, в направлении вдоль ее тела сверху вниз к приметному местечку…

Но затем пегаска резко прервалась, отнимая щетку и вновь окуная ее в раствор.

— Тебе нравится, моя милая гостья?

— О-о-о-ох. — в ответ Стар могла лишь тихонько простонать да шлепнуть копытом по воде. К запахам пены и мокрой шерсти добавился новый аромат. Слабый, едва заметный, но такой возбуждающий. Запах кобылки, у которой из лона потекли любовные соки.

— Пожалуйста, не останавливайся.

Морнинг игриво помотала головой, с удовольствием втягивая носом новые ароматы.

— Не-ет… Не сейчас… Ты должна перевернуться на брюшко и встать… Не могу же я обделить вниманием твою беленькую спинку!

При этом розовая слегка подалась назад, садясь крупом в воду. Стар как-то странно всхлипнула и многообещающе посмотрела на розовую поняшу, но все же подчинилась. Помогая себе крыльями, она неловко перевернулась на брюшко, при этом разлив немалое количество воды. Копытца пегаски слегка дрожали, но все же она сумела принять устойчивое положение опоры и встать, опираясь на них. Мокрая грива с хлопьями пены тут же закрыла взгляд, поэтому о происходящем она могла догадываться лишь по звукам. Хвост безжизненно свисал намокшими прядями, надежно скрывая возбужденное лоно.

Удовлетворенно кивнув, Морнинг тоже встала и принялась акуратно разглаживать ею локоны хвоста, вспенивая его и, вместе с тем, слегка придерживая передними ножкам, отводя его к себе. В эти моменты она не упустила возможность заглянуть и под него, на зовущие губки лона, но удержалась от того, чтобы заняться ими сразу же. Вместо этого, она посильнее свела бедра собственных задних ног и потянулась к Гриве Стар, повторяя процесс. А за нею, намыливая уже спинку и круп, а затем все ближе к основанию хвоста, постепенно переходя на внутренние стороны бедер. И опять она остановилась, задержавшись, чтобы смыть пену с щетинок, а затем и вовсе откладывая инструмент в сторону. Принявшись поглаживать передней ножкой круп беленькой, пегаска принялась размышлять вслух:

— Кажется, я что-то забыла…

Эти нарочито медленные движения вызывали в теле белой пегаски все большее и большее удовольствие. Ее крылья давно стояли торчком, выказывая крайнюю степень возбуждения, а ощущение мимолетного дыхания Стар на возбужденном лоне едва не привели ее к оргазму. Копытце розовой поняши ласкало ее круп, то и дело приближаясь к кьютимарке, отчего ножки алогривой пегаски дрожали еще сильнее.

— Ты… Ты забыла вот здесь. — с этими словами Стар с усилием отвела хвост в сторону, открывая маленькую дырочку крупа и возбужденное лоно, из которого тонкой струйкой текли соки.

Пегаска взмахнула крылышками в наигранном изумлении.

— Ах! Как я могла забыть! Я исправлюсь, госпожа!

И, не задерживаясь больше ни мгновения, возбужденная кобылка буквально прильнула к истекающему соками лону беленькой, погружая язычок в нутро беленькой пони, при этом берясь передними ножками за ее бедра.

Прохладный язычок в горячем лоне привел к вполне ожидаемому эффекту — передние ножки Стар подкосились и она с большим плюхом упала в воду, оставив снаружи лишь небольшую часть мордочки. Задняя же часть, крепко удерживаемая Морнинг, осталась на месте, полностью во власти розовой пегаски.

От столь бурной реакции на уголках губ розовой кобылки появилась озорная ухмылка и она, сжимая передние ножки сильнее, подвела круп беленькой еще ближе к себе, буквально стараясь приподнять, тем более вздрагивающие задние ножки Стар и так были не способны удержать столь сочное и притягательное местечко перед мордочкой Морнинг.

Она плавно отвела голову назад, посмотрев на ниточку слюны, протянувшуюся из розовых глубин Стар.

— Какая ты… — Морнинг с удовольствием чмокнула щелку. — М-м… Посмотрим, смогу ли я получить бо-ольше…

С этими словами, кобылка с жадностью прильнула губами к тельцу своей гостьи, скользя язычком по стенкам ее лона.

Влагалище активно отвечало на ласки Морнинг, выделяя все больше и больше соков. Его стенки то и дело сжимались вокруг язычка поняши, сковывая его на какие-то мгновения. Сама же Стар могла лишь громко стонать, время от времени забывая даже дышать. Да и хвост словно жил своей жизнью, время от времени задевая мордочку Клауд.

Похоже бурная реакция Стар нравилась розовой, но все же ей было мало.

Довольно фыркнув, выдыхая воздух прямо под хвостик кобылки, Морнинг слегка опустила голову и обхватила губами маленький бугорок с края лона «истязаемой» пегаски, который тут же превратился в своеобразную конфетку, которую нужно хорошенько рассосать.

Стоны алогривой пегаски превратились в хрипы, стоящие торчком крылья заныли от напряжения. Эмоции и чувства захлестывали бедную пони. Закусив одно из копыт, другим она то и дело била по воде, вызывая новые брызги и изо всех сил стараясь не кричать.

Прикладывая все больше усилий, чтобы удержать вихляющий круп кобылки на одном месте, розовая пегаска ощутимо боднула носиком по створкам лона и, отпустив свою «конфетку», вновь припала губами к половым губкам Стар, вводя язычок так глубоко, как получилось, одновременно словно стараясь засосать соки, которые сейчас обильно текли из партнерши. А в перерывах на вдохи, страстно шептала, каждое слово сопровождая размашистым проведением языка по щелке.

— Какая… Ты… Терпеливая… Кобылка… М-м…

Активные действия поняши принесли свои плоды. Простонав особенно громко и страстно, Стар резко обмякла, окончательно уходя под воду. Стенки ее лона сжались особенно сильно, после чего выплеснули на Морнинг целый водопад. Пронзительно задрожав всем телом, Стар погрузилась в оргазм.

Розовая явно не ожидала столь бурного конца, но с удовольствием выпила столько, сколько смогла соков кончающей пегасочки, сама при этом невольно ерзая по гладкоой поверхности дна ванны, испытывая такую же потребность.

Морнинг держала свою гостью до тех пор, пока сладостные судороги, проходящие по ее телу не утихнут, а затем, с легкой улыбкой доделала начатое. Просто теперь язычком она старательно вылизала мокренькое подхвостье Стар, на прощание нырнув в ее розовые, горячие глубины еще разок.

— Вот. Теперь ты чистенькая!

## Глава 3 — Ласковый зимний вечер

За плотно занавешенным окном уже поднималось солнце. Оно было не жарким, но по зимнему ярким. И сейчас его лучи потихоньку подбирались к мордочкам двух пегасок, мирно прижавшихся друг к другу. Одна пристроилась сзади, накрывая своим белым крылышком розовую шерстку своей подруги, слегка свернувшейся в ее объятиях. Мирный сон двух притеплившихся под бочками друг у друга кобылок не смогла нарушить даже зимняя прохлада, успевшая за ночь проникнуть в дом.

Но настал момент, когда солнце добралось до одной из спящих. Веки белой пегаски затрепетали.

Почувствовав в своих объятиях пушистое тельце, пахнущее лавандой, Стар невольно обняла поняшу еще крепче, от чего та сонно заворчала и почмокала губками. На душе тут же потеплело, сердце наполнилось нежностью, а между задних ножек затеплилось чувство возбуждения.

Ей хотелось разбудить свою подругу страстным поцелуем или же нежным посасыванием ушка, но она не могла — ведь это означало бы разбить ей сердце долгим прощанием. Лучше уйти сразу, пусть она думает, будто последние два дня были ярким незабываемым сном. Грустно вздохнув, Стар начала выпутываться из-под уютного одеяла и не менее уютных объятий.

Но все же возня Стар не прошла незамеченной. Лишившись теплого крыла на своем боку и горячих обнимашек со спины, Морнинг вздохнула во сне и завозилась, перекатываясь на спинку. Поняша зашевелила передними копытцами в воздухе в поисках одеяла.

Беленькая кобылка, внимательно следившая за движениями своей милой подруги, не смогла сдержать нежной улыбки. Встав передними копытцами на кровать, Стар аккуратно подтянула одеяло к шее кобылки. Морнинг на мгновение успокоилась, но затем в прикрытых глаза появилась едва заметная щелочка. Сладко зевнув, хозяйка дома радостно улыбнулась стоящей над ней пони.

— Доброе утро, Стар! Ты уже встала?

— Эм... Да, конечно. — алогривая пони явно смутилась, отводя глаза. — Еще рано, спи дальше.

Морнинг, еще раз широко-о-о зевнула, вытягивая вверх передние копытца и слегка разводя под одеялом задние. После чего начала перебирать всеми ножками, потихоньку стаскивая с себя одеяло.

— Да нет, все хорошо, солнышко уже осветило мой парус!

Розовое копытце тут же указало на небольшую картину, висевшую в изголовье кровати. Неизвестный художник изобразил на ней небольшой корабль, смело идущий вглубь океана.

— Значит и мне пора вставать! Давай я приготовлю завтрак!

Стар нерешительно посмотрела на поняшу, а потом внезапно лучезарно улыбнулась, сжимая ее в крепких объятиях.

— Спасибо, это очень мило. А я пока схожу в ванну.

Морнинг на мгновение зажмурилась, зарываясь носиком в гриву Стар, но затем с сожалением отпустила, слегка подгибая передние ножки и откидываясь на спинку.

— Хорошо, беги! Но потом я-а!

Стар, взяв это к сведению, уже быстро выскочила за дверь, направившись к ванной. А сама Клауд скатилась с кровати на пол и, хорошенько выгнувшись и взмахнув пару раз крыльями, принялась заправлять кровать.

Закончив уборку спальни, Морнинг уже было направилась на кухню, как она почувствовала дуновение холодного ветра по ногам и какой-то странный шум в ванной.

— Стар, все в порядке?

— Да-да, конечно, иди на кухню! — в голосе алогривой пегаски послышались нотки отчаянья. Здорово встревожившись розовая пони распахнула дверь и с огромным удивлением уставилась на аппетитный круп белой пегаски, застрявший в оконной раме.

Замершая в дверном проеме пони, несколько секунд смотрела пикантную часть тела своей гостьи, попросту не находя слов.

— Стар! Ты хотела вылезти через окно?!

В голосе розовой сквозил целый букет эмоций из удивления, растерянности и смущения.

От голоса Морнинг белоснежный круп заходил ходуном. Алогривая пегаска из-за всех сил пыталась выбраться из ловушки, но ее задние ноги накрепко застряли в оконной раме. Тяжело вздохнув, пегаска подалась назад, и вскоре перед Клауди предстала донельзя виноватая мордочка, облепленная снегом. С повисшей гривы весело побежала струйка ледяной воды.

— Прости...

На мордочке Морнинг читалось все то же удивление. Она просто не могла понять действий гостьи. А точнее их мотивов.

— Стар, зачем ты пыталась вылезти в окно?

Розовая поджала дрожащие губки. Глаза ее блестели.

— Что-то не так? Пожалуйста, скажи...

— Пожалуйста, прости, я не хотела делать тебе больно. — на глазах кобылки появились слезы. — Просто это ведь мой особый талант — появляться из ниоткуда и переворачивать все с ног на голову. Но мне ведь нельзя просто приходить и... — алогривая пегаска всхлипнула и жалобно посмотрела на Морнинг.

Розовая кобылка медленно села на круп с изумлением в глазах.

— Я не понимаю.. То есть.. То есть, ты хотела?

Она затрясла головой.

— Нет! Не говори мне, что ты хотела... Уйти?!

В глазах маленькой пони смешались неверие и надежда.

Стар виновато опустила ушки, смотря на пол, на котором уже собиралась лужа.

— Да... Только пожалуйста, не обижайся! — внезапно вскрикнула пегаска. — Я хотела уйти тихо, чтобы ты подумала, будто все это сон. Просто у тебя ведь есть своя жизнь, надежды, планы, а я ворвалась как какой-то там метеорит и внесла хаос! А я очень не хочу доставлять тебе неудобства, ведь ты мне очень нравишься! — кобылка всхлипнула.

Морнинг даже не предприняла попытки встать с места, слушая объяснение Стар. Хорошо хоть усидела на месте, выслушивая ее формулировку.

Когда беленькая замолкла, розовая пегаска молчала почти минуту, лишь беззвучно слегка двигая ртом.

Эта тишина уже по-настоящему начала давить на Стар, которая опустила глаза, с трепетом ожидая реакции подруги. Теперь ей еще сильнее хотелось выбежать из дома, но в дверном проеме оставалась Морнинг, а окно оказалось слишком узким для ее крупа.

Но вот кобылка пришла в себя, поднимаясь с места. Алогривая пегаска замерла, уставившись в пол.

— Стар... — розовая сделала пару шагов по направлению к своей гостье. — С чего ты взяла, что как-то помешала мне?!

Беленькая с изумлением почувствовала, как вокруг ее шеи обвились передние ножки Клауд, притягивая к себе. Она почти кричала.

— С чего ты взяла, что я хочу, чтобы этот "сон" заканчивался?! Неужели ты подумала, что я была бы рада обнаружить твою пропажу?!

Пегаска уткнулась в алую гриву подруги, тихонько всхлипывая.

— Я хочу, чтобы ты осталась....

Морнинг глубоко вздохнула и слегка отступила, замирая перед растерянной беленькой.

— Да, я бы никогда не подумала, что буду настолько рада пони, явившейся ко мне в дом, посреди метели! — она тихонько хихикнула. — Такой живой интересной и... Необычной!

На щеках розовой кобылки таки удалось рассмотреть румянец.

— Наоборот, ты сделала мою жизнь лучше! Я не хочу, чтобы она снова стала серой и... Обычной.

Морнинг глубоко вздохнула и слегка отступила, замирая перед растерянной беленькой.

— Значит, — неверяще проговорила белая пегаска, вытирая слезы. — Ты не хочешь, чтобы я уходила? — неожиданно Стар всхлипнула еще раз и крепко обняла поняшу.

Морнинг сначала удивленно моргнула, слегка выгибая спинку и изгибая шею, но затем на ее мордочке появилась счастливая улыбка и она обняла Стар в ответ.

— А мне еще казалось, что глупая пони из нас двоих это я! Как ты вообще могла подумать такую глупость?

Она даже слегка притопнула копытцем.

— Из-за кьютимарки, — едва слышно прошептала Стар. — Это ведь мой "особый талант". Подобно падающей звезде я появляюсь из ниоткуда и меняю все вокруг. Раньше это никому не приносило счастья...

Морнинг фыркнула, отводя голову назад и встряхивая гривой.

— И много ли ты так "врывалась" в чужие жизни? Впрочем, не важно. Не хочу знать. Наверняка это были странные скучные пони.

Она вытянула шею и робко куснула Стар за ушко.

— По крайней мере теперь я точно не собираюсь от тебя отказываться!

Стар всхлипнула еще несколько раз, после чего все так же прошептала.

— Спасибо.

Они простояли еще несколько минут, сжимая друг друга в крепких объятиях, не говоря ни слова. Первой пошевелилась Стар. Она посмотрела в ласковые голубые глаза, улыбнулась и нежно поцеловала хозяйку дома, проникая язычком вглубь ротика.

Морнинг не смогла сдержать тихого вздоха в этот момент, но она лишь плотнее прильнула к подруге, легко прикрывая веки. Зато зубки она наоборот разжала, слегка приоткрывая губы и робко пробираясь в рот Стар. Но на полпути их языки встретились и Стар тут же завладела ртом розовой пегаски. Она не возражала.

К сожалению сладостные моменты не могут длиться вечно. Морнинг все же слегка отстранилась, облизывая губки и смущенно глядя исподлобья на беленькую пегаску. Стар томно посмотрела на свою подругу, а ее крылья медленно поднимались вверх.

— Думаю нам стоит отложить завтрак, — проворковала Стар. — Я должна перед тобой извиниться.

С этими словами кобылка нежно, но твердо, заставила поняшу лечь на брюшко, выпятив круп. Ткнувшись носом в ухоженное лоно, пегаска с чувством провела языком по половым губкам, оставляя на них блестящий след.

Сначала Морнинг не совсем понимала намерений Стар и просто подчинялась ей. Но когда беленькая мордочка оказалась прямо под хвостом, розовая кобылка быстро повернула голову назад, но так и не успела ничего сказать. С губ сорвался тихий стон.

Белая кобылка легонько дунула на соблазнительный круп и счастливо рассмеялась. Она почувствовала не заданный вопрос и поспешила дать разъяснения.

— Таким образом я прошу у тебя прощения за свою попытку уйти.

Пегаска подогнула передние ножки к груди.

— Но я и не обижалась... Впрочем, — щечки Морнинг окрасились румянцем. — Если ты хочешь...

— Ох, дорогая, тебе так идет быть недотрогой, — проворковала кобылка. — А теперь расслабься и получай удовольствие. — С этими словами она жадно прильнула к поблескивающему лону розовой пони, засасывая половые губки и играясь с ними языком.

Пегаска сдавленно, с радостью вздохнула, приоткрывая рот и выгибая спинку. Ей хотелось уже подняться на ноги и прижаться к мордочке Стар поплотнее. Но лежать вот так перед ласкающей ее любимой кобылкой — это великий соблазн и удовольствие, которое страшно прерывать.

Розовые крылья плавно расправились, слегка вздрагивая.

— Это не так-то просто.. Расслабиться.

— Ничего страшного, я тебе помогу. — хихикнула Стар. Язычок умелой кобылки с каждым разом проникал чуть глубже в нежное лоно пегаски, собирая выступающие капельки любовных соков. Она чувствовала напряжение своей подруги и хотела помочь ей избавиться от него раз и навсегда. А значит нужно было действовать смелее. Положив передние копытца на упругие бедра, поняша зарылась носом глубоко в круп, быстро и страстно вылизывая лоно Морнинг. Воздух прорезал громкий стон. Появился отчетливый запах текущей кобылки, сильно возбуждающий саму Стар.

Морнинг замотала головой, закусив губу, скребя передней ногой по полу и стараясь не дергать хвостом. Вот так оказавшись во власти алогривой поняши, она не знала, как себя вести. Напряжение накапливалось так стремительно!

Шумно застонав, она выдохнула.

— Стар, еще немного!

— Мфпхм, — невнятно ответила белая пегаска, не отвлекаясь от вылизывания подруги.

Клауди пожирало пламя страсти. Каждая частичка ее тела отвечала на ласки Стар новыми волнами удовольствия, от которого просто некуда было деться. От стонов становилось немного легче и Морнинг вволю потешила ими свою любовницу, оглашая стены небольшого дома своим милым голоском. Каждое движение язычка внутри лона пегаски приближало ее к долгожданному облегчению.

— Стар... — она едва могла говорить. — Я больше не могу терпеть!

В ответ на такое заявление белая поняша хитро улыбнулась и лишь еще дальше зарылась в лоно, проникая своим язычком до самой глубины. По телу розовой кобылки словно пробежала тысяча молний. Выгнувшись дугой она достигла пика. Под страстные стоны ее тело затопила волна обжигающего наслаждения, в котором не оставалось места рассудку. Хотелось пребывать в нем вечность, но все имеет свойство подходить к концу. Морнинг совершенно потеряла счет времени, погружаясь в забытье.

Когда она пришла в себя первым ее ощущением стал легкий запах озона, за это короткое время успевший стать таким родным и близким — так пахла Стар. Радостно улыбнувшись, Морнинг попыталась прижаться к возлюбленной кобылке, но ее копытца и мордочка уткнулись в белую подушку, на которой спала ее гостья. До конца придя в себя, поняша осознала себя лежащей в постели, заботливо укутанной в одеяло. Сквозь плотно задернутые шторы едва пробивался алый луч заходящего солнца. Следом за ощущениями вернулась и память. Сердце пегаски словно рухнуло в пропасть от плохого предчувствия.

"Она собиралась уйти! Нет, принцессы, только не это!"

Моментально проснувшись, поняша одним резким движением скинула с себя одеяло и оказалась на копытах. Вся растрепанная, со следами бурной ночи (и не менее бурного утра) на теле, она вылетела из спальни за две секунды и вихрем пронеслась в гостиную, при этом едва не сбив с ног Стар. Увидев белую кобылку, Морнинг застыла посреди комнаты, беззвучно раскрывая рот.

— О, с добрым утром, соня. — улыбнулась алогривая пегаска, сжимающая во рту метелку для пыли. — Как спалось?

— А... Я... Стар! — розовая пони густо покраснела и одним стремительным движением оказалась около подруги, заключая ее в крепкие объятия. — Ты не ушла!

— Конечно нет, — удивленно ответила кобылка, тем не менее с удовольствием тиская хозяйку дома. — Ты ведь попросила меня остаться.

— Это просто здорово! — Морнинг счастливо рассмеялась, после чего вдруг всхлипнула. — На секунду мне показалось, будто ты ушла. Это было очень плохое чувство.

— Тише-тише маленькая, — успокаивающе заворковала Стар. — Все хорошо. Я приготовила нам праздничный ужин и навела порядок в доме. Тебе нужно помыться, а потом мы сходим поедим. Ну же, все хорошо, успокойся.

На мордочке Морнинг появилась смущенная улыбка, которая медленно переросла в настоящий конфуз, когда она увидела свое отражение в зеркале. Свалявшаяся, слипшаяся в некоторых местах (особенно в районе крупа) шерстка, растрепанные грива и хвост, не говоря уже о перьях, торчащих в разные стороны...

— О Принцессы!

Розовая с ужасом посмотрела на Стар.

— Как бы ты не пожелала все-таки убежать от такого чудовища!

И под тихий смех беленькой она тут же юркнула в ванную комнату, на полную включая воду.

Морнинг потребовалось более часа на то, чтобы привести себя в порядок. Из ванной вышла уже все та же симпатичная кобылка. Правда мокренькая, но Стар совсем не возражала. Она лишь демонстративно игриво облизнулась, вызывая на мордочке новопомывшейся смущенную улыбку.

— Вот, теперь я испытываю желание сделать так, чтобы ты снова выглядела как до вечернего туалета. — на растерянно взлетевшие вверх брови подруги она весело топнула копытцем. — Ведь кобылка не может быть такой растрепанной просто это. Это свидетельство хорошо проведенного времени в моей компании.

Беленькая игриво подмигнула, получая в ответ неловкий кивок Морнинг.

Но завершить движение розовая не смогла.

Гостья вспорхнула прямо с места и подлетела вплотную к подруге, прижимаясь к ее губам, в это время передними копытами поддерживая подбородок Морнинг.

— Для начала.

Розовая пегаска медленно расправила крылья, слегка помахивая ими на месте, пока длился поцелуй, но все же через минуту отстранилась.

— Но, Стар... Нам... Ну... Нужно поговорить.

Морнинг посмотрела на подругу исподлобья.

— Это важно.

Стар с неохотой оторвалась от поцелуя и укоризненно посмотрела на поняшу, делая шаг назад.

— Всякий раз, когда я слышу эту фразу, у меня в груди возникает нехорошее предчувствие.

Морнинг покраснела еще гуще, уставившись в пол.

— Думаю тебе лучше присесть.

Бросая встревоженные взгляды на хозяйку дома, гостья все же осторожно устроилась в одном из кресел. Установившуюся тишину нарушало лишь тихое потрескивание поленьев в камине.

Морнинг перебралась поближе, устраиваясь на полу прямо перед подругой. Она долго молчала. Стар начала нервно возится на кресле, поглядывая на розовую.

— Морнинг, пожалуйста. Говори! Ты уже мне... В общем, страшно! Не томи.

Розовая пони сдавленно вздохнула, но затем оперлась передними копытцами на ручки кресла и выпалила.

— Стар! Я хочу, чтобы ты осталась со мной!

С этими словами с души гостьи будто упал гигантский камень. Она даже издала облегченный вздох.

— Я очень рада это слышать, правда. — осторожно начала белая пони. Но ты правда в этом уверена? Если я останусь, жизнь уже не станет прежней.

Морнинг прикрыла глаза, глубоко вздохнула и, вновь их открыв, посмотрела на Стар, как на маленького жеребенка.

— А может я этого и желаю. Чтобы моя жизнь изменилась. Тем более, сейчас я вижу лишь хорошие изменения. — она тихонько хихикнула. —Прия-атные!

Пегаска игриво подмигнула беленькой.

— Столько раз за такое время, да еще и подряд, я никогда еще не испытывала ничего подобного!

Розовая в который раз залилась краской и поспешно отвернулась.

— Но если ты не захочешь оставаться... Я пойму. Правда.

Стар раздумывала буквально секунду. Решив, что так долго быть разумной поняшей не для нее, она одним прыжком оказалась около любимой и прильнула к ней в страстном поцелуе, обхватывая шею. Когда они закончили, Стар посмотрела Морнинг прямо в глаза и хитро улыбнулась.

— Не знаю, что ждет нас впереди, но мне очень хочется попробовать!

Пегаска засмеялась, отведя голову назад и затем потерлась носом о беленькую шею.

— Значит нам осталось только увидеть!

Морнинг прижалась к носику любимой и прошептала.

— Но чтобы оно наступило... — ее теплое дыхание овевало губы Стар. — Мне все же нужно подкрепиться!

Морнинг легонько куснула нос Стар и отступила от нее, игриво взмахивая крыльями. — После всего, что ты со мной вытворяла, кажется я скоро упаду в обморок, если не поем!

В ответ пегаска счастливо засмеялась и повела подругу на кухню.

— Я как раз испекла для тебя замечательный пирог!

* * *

Несколько лет спустя

В прихожей маленького уютного дома пританцовывал красивый жеребенок с белой шерстью, синей гривой и голубыми глазами. Он то и дело оглядывался себе за спину громко кричал.

— Я уже опаздыва-аю! До занятий осталось всего пять минут!

К нему из кухни выскочила розовая кобыла, держащая между поднятыми крыльями мешочек для завтрака, а во рту бутерброд с белыми лепестками ромашки, который она тут же пихнула прямо в рот малышу.

— Давай, ешь-ешь, малыш. — она подняла голову вверх, потягиваясь. — Как же мы могли так проспа-ать.

Жеребенок тем временем вытащил завтрак изо рта.

— Мама, я потом съем!

В ответ Морнинг повернулась к нему и принялась слегка поправлять ему гриву с помощью рта и носа.

— На потом у тебя уже лежит в мешочке. А сейчас ты должен хоть что-то съесть, прежде чем придешь на уроки. Или ты хочешь, чтобы все слышали, как урчит твой животик?

Синегривый смущенно опустил глаза.

— Это нужно чтобы я сильно-сильно проголодался. И утром такого не бывает!

В это время послышался быстрый цокот копыт. В прихожую выскочила запыхавшаяся Стар в форме погодной команды и рюкзаком, полным книг.

— Фафеф-фя, фоф... — Она фыфкнула и тут же принялась пристраивать рюкзак на спину жеребенку.

— Вроде все собрала, сынок. Мы как-то совсем забыли, что у тебя сегодня первый учебный день.

Морнинг покосилась на беленкую пегаску.

— Да нет, просто мы проспали. Поэтому и Ская не разбудили.

Стар хихикнула.

— Ну учитывая во сколько мы заснули.

Морнинг сконфуженно кашлянула.

В этот момент юный пегас уже разобрался в своих вещах и открыл дверь передней ножкой.

— Мама, пойдем!

Стар бросила на любимую многообещающий взгляд.

— Учти, вчера мы еще не закончили! Когда я отведу Ская в школу и разгоню облака, ты уже должна ждать меня в новом белье.

Стар весело засмеялась, увидев милый румянец на щеках своей любимой. Послав на прощание воздушный поцелуй, она повела их сына в школу.