# Осколки зеркал

Никита Шеповалов

Порой, нам всем кажется, что жизнь как каменная плита. Нерушима и крепка. Все невзгоды и неурядицы, подобно шторму, мимолётны и, стоит немного подождать, как они рассеются, словно дымка после дождя. К сожалению, жизнь и мы сами очень хрупки. Хрупки как зеркало. Разбив такое, помимо несчастий, мы навлекаем на себя необходимость собирать осколки голыми руками, разрезая в кровь не только руки, но и наши души.

Изначально, мне не хотелось писать нечто особенное. Всё началось с того, что на моём компьютере обнаружилось какое-то невменяемое количество зарисовок, которые я зачем-то писал почти два года, и с которыми нужно было что-то делать. А друзья, узнав об этом, уговорили меня попробовать из этого написать что-то своё. Вот это вот "что-то" предаставляется на ваш суд. Очень надеюсь порадовать вас, дорогие читатели, кем бы вы ни были, своими каракулями. Приятного чтения.

Временная линия сериала сохранена вплоть до первых двух серий шестого сезона включительно. После этого идёт исключительно альтернативный сюжет. Мне очень сильно не нравится шестой сезон и его логические дыры, так что, ради сохранения нервных клеток, пришлось пойти на эти жертвы.

## Глава 1. "День из жизни принцессы"

Солнце мягко поднималось из предрассветной пелены. Ранняя весна — довольно необычное время. Дни становятся длиннее, но не длиннее ночи. Солнце уже начинает греть землю, но ещё очень слабо. Природа просыпается от зимнего сна, но до невероятных пейзажей ещё довольно далеко. Время, когда что-то закончилось, но на его место нечто новое ещё не пришло. Время перемен. Такое тревожное, но такое чарующее.

Принцесса, почувствовав тепло солнечного света, пробившегося сквозь шторы, открыла глаза. Она не любила вставать с первыми лучами солнца, ибо часто засиживалась допоздна. Но дела государственной важности не могли ждать. Точнее, могли бы, но тогда секретарь Раунд Скролл точно начала бы искать другую работу. Хозяйка большого дворца с внушительным штатом прислуги всегда старалась всё делать сама, просто потому что считала это своеобразной традицией, помогающей задать ритм для всего дня. Заправить постель, почистить зубы, расчесать гриву, немного макияжа, золотые накопытники и величественная тиара на её голове. Теперь она была готова ко всему, что бы не приготовил для неё предстоящий день.

Выйдя из своих покоев, она встретила дворецкого и по совместительству главного помощника:

— Доброе утро, Ваше Высочество, завтрак ждёт Вас в столовой — мягко обратился к ней пожилой грифон в строгом фраке.

— Спасибо, Сиджус. Какие мероприятия ждут нас сегодня? — спросила принцесса, направляясь в обеденный зал.

— Сегодня у нас запланировано совещание с кабинетом министров, дневной суд, слушания общества об охране заповедных территорий, а также заседание законодательной комиссии — старательно зачитал дворецкий список дел.

— А как же банкет, посвящённый дню жеребёнка? — с большим недоумением спросила принцесса.

— К большому сожалению, миссис Динки Ду на сможет явиться на торжество, а миссис Пинки Пай просила передать Вам, что она плохо себя чувствует. Потому банкет было решено отменить.

— А нельзя ли провести банкет без них?

— Речь и сам график мероприятия миссис Пинки Пай так и не предоставила, ссылаясь на правило номер шестьдесят восемь — ответил Сиджус.

— Ах да, правило шестьдесят восемь: "Вечеринка-сюрприз не может быть вечеринкой-сюрпризом, если о сюрпризе известно всем" — пытаясь изобразить любительницу вечеринок, протараторила она, — Что же, придётся всё отменить — с грустью констатировала она.

— Не расстраивайтесь принцесса, если мне не изменяет память, через неделю у понивильских Эплов состоится ежегодный праздник "Начало трудового года". Думаю, Мисс Эппл Джус будет Вам очень рада.

— Я не расстроена, мне жалко жеребят. Динки Ду и Пинки Пай обещали сделать грандиозную вечеринку, которая затмила бы собой прошлогоднюю и они очень её ждали.

— Уверен, Вы найдёте способ исправить это, к счастью, не первый подобный случай на моей памяти.

— Верно Сиджус.

Этот грифон был очень близок к принцессе. Сиджус Крамер. В юности служил в императорской армии Грифонии, но после начала в его стране Гражданской войны, решил оставить службу и переехал в Эквестрию. Вскоре, он получил образование и довольно быстро дослужился до заведующего вновь открывшейся Понивильской библиотеки, где и познакомился с принцессой на её очередной встрече с другими власть предержащими. Они подружились и как только ему выпал шанс поступить к ней на службу, он не преминул им воспользовался. Вот так грифон стал сначала просто дворецким, а затем ещё и негласным советником принцессы пони. За все эти годы он ни разу не пожалел о своём решении, верой и правдой работая на благо теперь уже его страны. Если кто и мог сказать, что знал принцессу, так это он.

— Кстати, а кто обозвал эту вечеринку банкетом? — спросила принцесса.

— Раунд Скролл, Ваше Высочество. Она, как Вы знаете, не очень любить фривольности в отношении бухгалтерии.

— Я разделяю её убеждения, однако же стоит называть вещи своими именами. Надо бы обсудить это с ней. Хотя, я и могу предсказать результат заранее — улыбаясь, сказала принцесса.

— Пусть она и строга, но только ей под силу предотвратить стремительно нарастающий хаос в секретариате. Иначе бумажная лавина затопила бы этот прекрасный дворец — подметил Сиджус.

Хихикая в совершенно неподобающем её статусу манере, принцесса двинулась к столовой. Скайсонг обещала сегодня нечто необычное на завтрак. Во всяком случае, когда она говорила "такого ты ещё точно не пробовала", её лицо выражало крайнюю степень уверенности в том, что так оно и будет.

За те годы, что пролетели как один день, замок не раз ремонтировался, оставаясь, однако, уютным домом не только для принцессы, но и для всех его обитателей. Она шла по коридорам, каждый из которых имел для неё особое значение. За каждой дверью был чей-то кабинет или комната, владельцы которых были частью её семьи. Мягкие ковры нежно-бордового цвета делали шаги тише, создавая уютную и домашнюю атмосферу. На стенах весели картины и фотографии. А мимо неё проходили пони, которых она знала и которым была рада. Это не был замок, это был большой и уютный дом.

Выйдя к замковой столовой, принцесса заметила нечто необычное. За массивными нежно-голубыми дверями было очень шумно. Она распахнула их своей магией, чтобы увидеть это. Десятки суетящихся пони лихорадочно бегали от кухни к столу, что удивительно, но многих из них она не узнала, ибо те не работали в замке. Посторонние? Да ещё и допущенные до плиты?

— Что же ты задумала, Скайсонг? — улыбнувшись, сказала принцесса.

Пони настолько увлеклись своей работой, что даже не заметили свою принцессу. Казалось, их всех захватила в свои цепкие лапы одна единственная цель, которую нужно выполнить любой ценой. А именно какая-то странная конструкция, возвышающаяся на столе. У её основания была гранитная плита, на которой горел самый настоящий костёр, дым от которого поглощал магический кристалл, закреплённый сверху. Между костром и кристаллом располагался набор причудливых мисок разных форм и размеров. Их содержимое и было причиной всей этой суматохи. Запах был, конечно, не самым многообещающим, но принцесса на собственном опыте убедилась, что книгу по обложке судить не стоит.

Не желая отвлекать их от работы, принцесса направилась к кухне. Чтобы добраться до неё незамеченной, принцесса, использовав заклинание, проскользнула мимо жеребца, несущегося на всех копытах с чайником в зубах, и сумела попасть в самое секретное место в Эквестрии. По крайней мере, ей нравилось так думать. В её размеренной жизни после коронации рутинной работы стало намного больше, чем беззаботных посиделок с подругами. И потому принцесса использовала любую возможность, чтобы отвлечься. Даже если при этом она вела себя как маленький жеребёнок.

Главная пони на кухне, повинная в разжигании всей этой бурной деятельности, стояла у дальней стены и листала какой-то фолиант. Скайсонг. Главный повар замка. Пегаска, нежно-голубого цвета, с пшеничного цвета гривой, запрятанной в сеточку, и кьютимаркой в виде щебечущей синицы. Странно, что она не сделала карьеру певицы, не правда ли? О, так может сказать только тот, кто её совсем не знает. Скайсонг была из тех немногих пони, что обладала сразу двумя разными талантами. Она прекрасно готовила и имела чудесный голос, что поставило её перед выбором, чем же ей хочется заниматься больше всего. Выбор привёл её к плите в королевской кухне. Но вскоре о её втором призвании узнала принцесса и, недолго думая, пригласила в городской ансамбль на главную роль. Вот так Скайсонг стала и королевским поваром, и главной звездой столицы. Билеты на её выступления раскупали за минуты. Единственная пони в городе, которая могла не бояться упустить возможность её послушать, сейчас активно кралась меж шкафов с посудой и поваров, увлечённо готовящих нечто вкусное. ГКП (главного королевского повара) ждал сюрприз.

— Тести Блю, как там можжевеловое варенье? — крикнула пегаска.

— Уже готово, Скай — отозвался повар из дальнего угла комнаты.

— Отлично, неси его к столу. Принцесса скоро будет тут и меня не устроит ничего, кроме её счастливой мордочки.

— Можешь взглянуть на неё прямо сейчас — шепнула прямо ей в ухо принцесса.

От такой неожиданности, Скай подпрыгнула так высоко, что чуть не задела шкафчик над собой.

— Ох, Ваше Высочество, доброе утро.

— С каких это пор ты обращаешься ко мне "Ваше Высочество"?

— Я знаю, что это странно, но... ну... эх... я проиграла в споре с Сиджусом и пообещала общаться со всеми целую неделю будто я какая-нибудь напыщенная аристократка. Посему, прошу меня извинить.

— Хаха, а я все думала, чего это он сегодня в таком приподнятом настроении!

— Ну старая птица, я с тобой ещё поквитаюсь — проворчала Скайсонг. Она просто терпеть не могла подобное общение. Даже с принцессой она уже давно перешла на «ты», без всякого официоза, который был для неё хуже горькой редьки в сладком супе. Истинный кошмар для повара.

— В любом случае, откуда здесь столько пони? Я не припомню, чтобы принимала их на работу — улыбнувшись, спросила принцесса.

— Это временные помощники из местных ресторанов — поморщившись, она добавила — Эх..., Ваше Высочество. Я же обещала удивить тебя... в смысле Вас.

— Хорошо, я буду в соседней комнате. Позовите, как закончите, хорошо?

— Как пожелаете, Ваше Высочество — отвесив глубокий поклон, сказала Скай.

— Хихи, надо будет сказать спасибо Сиджусу... это просто бесценно!

Продолжая делать вид, что её обидели, Скайсонг, тем не менее, улыбнулась, прекрасно понимая всю комичность ситуации. Заподозрить пегаску в недостатке чувства юмора было довольно трудно.

Спустя пятнадцать минут, Скайсонг снова прокричала — Ваше Высочество, всё готово!

Принцесса вышла из небольшой комнатки и увидела ЭТО. Миски, которые она наблюдала ранее, исчезли, а на их месте был один средник размеров глиняный котелок, который подогревали угли.

— Как называется это блюдо?

— Этот суп называется Шаиидават, его готовят в Зебрике, исключительно для персон высокого ранга и знатного происхождения. Мало кто в своей жизни может сказать, что попробовал нечто такое — Скай аж трясло от нетерпения! Ей очень хотелось узнать мнение принцессы, учитывая то, что на приготовление этого блюда у неё и ещё почти трёх десятков бедных пони ушла вся ночь.

Принцесса слышала об этом, но никогда не пробовала. Одна знакомая зебра рассказывала ей о Зебрике, в том числе и о гастрономических предпочтениях полосатых шаманов, но и она слышала о нём лишь вскользь.

— Подожди, если это блюде доступно только аристократам, то из чего же его готовят?

— Ох... ты...блин... Ваше Высочество! Мы возились с этим всю ночь и всё это утро, и я не то что вспомнить, я прочесть половину названий не смогу. Все ингредиенты доставили из Зебрики, так что лучше спросите об этом свою зебру. Пожалуйста, скажите, как оно на вкус!

Принцесса, за которой пристально наблюдали три десятка ее подданных в ожидании оценки их без сомнения тяжёлого труда, решила не затягивать с этим и, опустив ложку в котелок, аккуратно попробовала тёплое пюре тёмно-зелёного цвета, в котором были какие-то фиолетовые цветы...

Описать вкус было очень трудно. Только одна трава начала угадываться, как ей на смену приходила неизвестная специя совершенно неестественного вкуса. Из всего калейдоскопа трав, принцесса узнала люцерну, колючку, крыжовник и крапиву. Всё остальное или осталось за пределами её внимания или же исчезало слишком быстро, чтобы быть опознанным.

Спустя почти три минуты напряжённой тишины, принцесса ответила — Этот суп нельзя есть.

После этих слов все вокруг приуныли. Они же не знали, что принцесса сегодня в прекрасном расположении духа!

— Им нужно наслаждаться! Это очень необычное блюдо, десятки вкусов нежно сменяющих друг друга. Мне нравится, особенно мягкое послевкусие и та перчинка в конце.

Все пони разом выдохнули, отчего принцесса сама чуть не подавилась.

— Идите все сюда. Я же вижу, что всем хочется его попробовать.

— Ваше Высочество, Вы не обязаны... — сказал кто-то из толпы.

— Нет, не обязана — ответила она — но я очень сильно этого хочу.

В результате этот суп попробовали все, а принцесса осталась без завтрака, так как порции на одного пони, внезапно, оказалось недостаточно для тридцати персон. Но принцессу это не расстроило, она была рада, что смогла подарить своим пони улыбки на лицах.

— Спасибо за этот чудесный сюрприз Скай. Я буду только к ужину, так что встретимся вечером. До свидания.

— До свидания, Ваше Высочество.

Теперь, когда казалось, ничто не способно испортить настроение аликорночке, она направилась в зал для заседаний, ещё не зная, что её там ждёт...

* * *

— Как же эти заседания выматывают! — обречённо вздохнула принцесса — Мы же работали с этими законами в том году, как мы могли упустить такие несостыковки в межведомственных указах?

— Ваше Высочество, не вините их, я более чем уверен, что это небольшое недоразумение. Кроме того, позволю себе заметить, что ошибки при законотворчестве довольно частое явление.

— Я знаю об этом, Сиджус, просто на моей памяти уборка в библиотеке была немного увлекательнее, чем вся эта возня с законами — улыбнувшись, ответила принцесса.

Несмотря на то, что она была принцессой, а он всего лишь дворецким, они имели дружеские отношения. Потому такие разговоры были обычным делом. И так со всей прислугой. Все, от горничной и до повара, от стражника и до секретаря. Все, кто жил вместе с ней во дворце, были её близкими друзьями. Многие новички очень долго привыкали к тому, что вся разница, между их другом и принцессой заключалось лишь в том, что обращаться нужно было на Вы. И то, так говорили только те, кто хотел этого. Раунд Скролл и Скайсонг позволяли себе опускать формальности. Всё королевство потихоньку привыкало к такому ходу вещей.

— Кстати, хотела поблагодарить тебя.

— Эм... — Сиджус немного растерялся — Прошу прощения, но разрешите узнать, за что?

— Скайсонг в образе светской дамы я не забуду ещё долго!

— Хах! Рад, что не только я оценил эту шутку.

— Интересно, а в чём заключался спор?

— Она сказала, что я не смогу рассмешить Мисс...

— Ваше Высочество! — перебил того стражник, подбежав к принцессе.

— Что-то случилось? — спросила она, видя взволнованность своего гвардейца.

— Принц Сэнгвин просил передать Вам письмо — протянув свиток с королевской печатью, ответил он.

— Большое спасибо, но от чего такая спешка? — недоумевала принцесса.

— Послание было срочным, Ваше Высочество — ответил стражник.

— Хорошо, ещё раз спасибо, можете быть свободны — сказала принцесса.

— Так точно! — отсалютовав, сказал стражник, удаляясь прочь.

Принцесса понимала, что Сэнгвин никогда не гонял стражников по пустякам. Если он попросил доставить письмо срочно, значит на то были веские причины. Невольно, но чувство тревоги передалось и ей.

— Я буду в своём кабинет Сиджус. Если буду нужна, ищи меня там — сказала принцесса и отправилась к заветной комнате.

— Как Вам будет угодно, Ваше Высочество.

Она спешила. От Сэнгвина на было вестей уже три дня, хотя тот обещал писать каждые два. Добравшись до кабинета, она села за свой большой рабочий стол. Кабинет был просторен. Шкафы с книгами, свитками и различными фотографиями, небольшой чайный столик, несколько кресел, лампа и ковры. Она любила такое оформление личного пространства. Много места и книг. Сломав печать, она развернула свиток и принялась читать.

"Дорогая Мама,

Пишу тебе из Ванхувера, где довольно холодно и почти круглый год лежит снег. Здешние жители встретили меня радушно, хотя мне и пришлось отговаривать Мэра города от идеи устроить праздник в мою честь. Но сейчас не об этом. Спешу сообщить, что запланированная проверка боеготовности флота прошла *несколько капель чернил* не совсем так, как планировалось. Ты только не сердись, но я немного напортачил с порохом и магией, пытаясь устроить морякам небольшую имитацию вражеского вторжения. Но должен отметить в своё оправдание, что никто не пострадал, а благодаря небольшой удаче, удалось убедить местных жителей, что это были праздничные фейерверки для того самого праздника, который всё же пришлось устроить. Потому, если услышишь сообщения о начале войны с Катархейской империей, то не волнуйся на этот счёт, я уже все уладил. Буду дома завтра вечером, благо поезд будет идти прямой дорогой и без остановок.

Твой любящий сын,

Сэнгвин Спаркл."

Твайлайт чуть ли не плакала от смеха. Её сын всегда отличался хорошим воображением, но такого она от него не ожидала! Теперь было понятно, почему потребовалась срочная доставка. В противном случае могла получиться курьёзная ситуация.

— Мда сынок, умеешь же ты удивлять. Прямо как твой отец... — немного грустно сказала Твайлайт, подходя к балкону.

Её накрыли воспоминания. Воспоминания о тех счастливых годах, когда её любимый Тандер Страйк был с ней. Прошло чуть больше восьми лет с того страшного дня, когда её муж отдал свою жизнь. Первые два года ей дались очень тяжело. Фактически, всё управление страной в тот период взял на себя её сын. Но она смогла это преодолеть, ведь у неё всё ещё была семья и друзья, которые помогли ей пережить это страшное горе. И теперь она жила в двух мирах. В настоящем, где были её семья и королевство, и в прошлом, где был её возлюбленный.

* * *

Понивиль, 25 лет назад.

Конец сентября, невероятное время. Солнце мягко греет этот мир, листва уже опала, укрыв его волшебным покрывалом, птицы ещё щебечут, только готовясь улетать на Юг. Дивные дни.

Молодожёны отметили свой медовый месяц. Прошло всего полгода, как Тандер Страйк стал аликорном, принцем из сказки. Её сказки. Твайлайт влюбилась в него задолго до этого, но теперь, когда они оба были бессмертны, время потеряло над ними свою власть и молодым супругам казалось, что их счастье будет длиться вечно.

Однако, Твайлайт пугали перемены. Ей предстояло взойти на трон королевства. Её собственного королевства. Кантерлотский совет, созванный принцессой Селестией год назад, разделил Эквестрию на три части. Это было необходимостью в нынешних условиях, когда центральная власть в Кантерлоте более не справлялась с растущей страной, границы которой простирались на многие тысячи километров. Однако, королевства не были независимы полностью. Был образован Эквестрийский триумвират, который призван объединять усилия трёх королевств во внешней политике. Но внутринее дела королевств оставались на усмотрение их правителей. Потому отныне, во власти Твайлайт было Понивильское королевство, раскинувшееся от Сан-францискольта на Юге и до Ванхувера на севере. Такая ответственность заставляла робеть даже самых смелых и решительных. Но Тандер был рядом с ней. Всегда. Несмотря ни на что, где бы они ни были. И это придавало ей сил.

— Дорогая?

— Да, любовь моя?

— Можешь закрыть глаза?

Принцесса и Принц понивилльские сидели в тихом уголочке маленького парка на окраине Понивилля. Им всегда казалось, что они оставались никем не замеченными. И хотя за ними иногда наблюдали любопытные взгляды, они могли тихо сидеть в обнимку часами. Большего им было не нужно. Но этот вечер молодой принц решил сделать особенным.

— Хорошо — Твайли закрыла глаза, терпеливо ожидая того, что приготовил ей её любимый муж.

Спустя две минуты раздался голос:

— Можешь открыть глаза.

Твайли оказалась одна, вокруг не было ни души. И этот странный голос, не похожий на голос Тандера, казалось, исходил отовсюду. Это стало для неё сюрпризом. Но ещё больший сюрприз ждал её впереди.

— Твоя цель в конце этой дорожки.

— Какой дорож... — Твайли осеклась, увидев под ногами живой ковёр из астр нежнейшего фиолетового цвета. "Это... это невозможно!", — подумала Твайлайт. Всего минуту назад здесь был обычный газон, но теперь у её ног выросли сотни прекраснейших цветов! Прямо как в сказке...

Твайли, ведомая в равной степени любопытством и желанием увидеть свою любовь, шла по дорожке из астр. Это её любимые цветы. И Тандер прекрасно об этом знал. Дорожка петляла, уводя аликорночку всё глубже и глубже в парк. На деревьях, кустах и просто в тени стали мерцать огоньки. Защебетали птицы, заиграла...

— Музыка?

Завернув за угол, Твайли остановилась, не в силах сделать ещё хотя бы шаг. Сердце пропустило удар, дыхание остановилось, а глаза стали похожи на яркое ночное небо во время полнолуния.

Аликорн цвета корицы, расправив свои крылья, стоял на самой настоящей сцене, одетый в элегантный смокинг. Его длинные тёмно-каштановые волосы мягко развевались на ветру, а красивая кьютимарка в виде голубого щита с двумя голубыми рукоятками скрещенных позади него мечей дополняла картину. Встав в самом центре сцены, он сказал.

— Я посвящаю эту песню самой прекрасной кобылке на свете...

* * *

Тот вечер был волшебным. Она не помнила слов песни. Да и слова были не столь важны. Важен был сам момент, который ей не забыть никогда. Конечно, потом была ещё и бессонная ночь... Твайлайт окончательно потерялась в закоулках своей памяти, когда в дверь её кабинета робко постучали. Она не сразу это услышала, и только с третьей попытки неожиданный гость смог достучаться до сознания принцессы, которое находилось где-то очень далеко.

— Проходите — опомнившись, сказала Твайлайт.

Открывшаяся дверь явила самое дорогое, что было у Твайлайт. Маленькая аликорночка бежевого цвета. Её любимая дочка...

— Галакси? — обеспокоенно спросила её мама, видя грустное лицо кобылки.

— Мама, это правда, что тётя Пинки заболела и у нас не будет вечеринки? — грустно спросила она.

— Да, дорогая, к сожалению, это правда. Но не стоит расстраиваться, как только тётя Пинки поправится, она устроит новую вечеринку, гораздо более грандиозную, чем эта — сказала Твайлайт, пытаясь поднять настроение своей маленькой дочки.

— А там будут яблочные пироги? — Галакси обожала фирменные пироги Эпплов.

— Конечно будет. Ты же знаешь тётю Эпплджек, она с радостью испечёт твои любимые — заботливо сказала Твайлайт, обнимая свою дочку — ну что, может пойдём поиграем?

— Конечно! Идём!

Твайлайт души не чаяла в своей маленькой дочери. Она родилась всего за месяц до того, как не стало её отца. Она и её брат Сэнгвин были для Твайлайт самыми дорогими пони в этом мире. Без них и своих друзей, знаменитых хранителей элементов гармонии, она наверняка бы замкнулась в себе и своём горе. Или того хуже. Первые несколько дней она была на грани того, чтобы начать искать утешение на дне бутылки. К счастью, до этого не дошло.

В королевском саду с появлением Галакси и её мамы стало шумно. Салочки и прятки были излюбленными играми маленькой принцессы. Помимо бежевой шерстки, её отличала тёмно-фиолетовая грива с нежным пурпурным локоном ближе к рогу, а также глаза фиалкового цвета. Очень необычное сочетание. Несмотря на то, что аликорночке было всего семь лет, она обладала очень гибким умом, чем очень походила на маму, хотя характером напоминала Флаттершай, та же скромность и робость. Но кто знает, может в будущем она станет другой?

* * *

Принц Сэнгвин Спаркл выходил из вагона. Молодой аликорн решил поехать армейским составом, вместе с солдатами, а потому поездка прошла незаметно. Карты, солдатские байки и, конечно, немного крепкого сидра прекрасно тому способствовали. Принц был близок к военным, как и его отец. Он его прекрасно помнил, в особенности слова, которые Тандер однажды сказал своему сыну: "Люби своих солдат как своих сыновей, и они будут с тобой до конца". Эти слова стали для него своеобразным девизом, потому армия любила и уважала его.

— И когда же? — спросил единорог в броне с довольной ухмылкой.

— Может в баре на Сенной через неделю? — спросил Сэнгвин.

— Хорошо, сэр, будем ждать Вас — ответил уже земной пони.

— Хах, обязательно. Я проставляю.

— А как иначе? До свидания, Ваше Высочество.

— Проклятье, не стоило мне играть в карты на биты — с досадой констатировал принц.

Принц был добрым и весёлым жеребцом с очень мягким характером. Ладил со всеми, и все ладили с ним. Но, не смотря на юный возраст, его можно считать зрелым жеребцом, прошедшим через многое. Ему было всего 16, когда он видел отца в последний раз, уходящего с отрядом гвардии. Он не отправился с ним, оставшись с мамой и маленькой Галакси, которой был всего месяц. Из того сражения вернулись не многие. И Тандера среди них не было. Тогда Сэнгвину и пришлось повзрослеть. Мама целыми днями сидела в своей комнате и тихо плакала, ни на кого не реагируя, увядая с каждым днём. Спустя месяц, когда к её покоям уже выстроилась очередь из пони, которым нужны были указания, Сэнгвин вышел к ним и объявил, что теперь он правит королевством. Кто-то пытался возражать, кто-то спорил, ссылаясь на юный возраст принца. Но ему было всё равно.

Он не был гением, довольно слабо разбирался в тонкостях дипломатии и лишь армия была для него той стихией, в которой ему не нужна была помощь. Он не мог не делать ошибок. Просто не мог. Но в той ситуации он сделал почти невозможное. Удержал страну от распада, сумел сохранить стабильность в обществе, а также уберёг королевскую казну от разорения. Всё это требовало от него невероятных усилий. Что его и закалило. Сделало сильнее. Спустя два года, когда Твайлайт опомнилась и взяла все обязательства на себя, жизнь Спарклов стала возвращаться в нормальное русло.

— Добрый день, Сиджус — сказал Сэнгвин.

— Добрый день, Ваше Высочество. Как прошли смотры в Ванхувере?

— Скажем так, всё закончилось благополучно — улыбнувшись, сказал он.

— Рад это слышать. Вы кого-то ищите?

— У мамы сегодня ещё есть дела?

— Насколько мне известно, нет. Она должна быть в своём кабинете — сказал грифон.

— Хорошо, спасибо Сиджус. Приятного тебе дня.

— Спасибо, мой принц, Вам того же.

"Надеюсь, у мамы всё хорошо. Когда я уезжал, она была какой-то грустной. Надо бы это исправить", — думал принц, идя по коридорам родного замка. Он любил свой дом, любил свою семью и был готов на всё, чтобы привнести немного счастья в сердца обитателей этого замка. Дверь кабинета его мамы показалась из-за угла.

*тук тук тук*

— Мама? Ты тут?

Никто ему не ответил, и он решил войти, но кабинет был пуст.

— Где же ты, мама? — спросил он сам себя.

Ему на глаза попалась фотография на столике. Последняя фотография полной семьи. Он и его отец сидят у больничной кровати, обнимают маму, держащую розовый свёрток, из которого торчала мордочка его маленькой сестрёнки. Через месяц эта семейная идиллия рухнет...

— Прости пап... Прости, что не был с тобой в тот день...

Он простоял так ещё с минуту, пока не услышал звуки, доносящиеся из сада. Выйдя на балкон, который был прямо над садами, он увидел картину, которая заставила его улыбнуться, прогнав грусть прошлого.

"Может, стоит присоединиться?", — подумал он, поднимаясь в воздух.

* * *

Галакси вела со счётом 8:6. Ещё немного и она сможет увеличить разрыв! Нужно только догнать маму и тогда...

Кто-то закрыл её глаза и спросил — угадай, кто?

— Братик! — прокричала Галакси, повиснув у того на шее.

— Кто это тут гоняет маму, а? Маленькая непоседа! — шутливо спросил он, растрепав её гриву.

— Привет сынок или мне лучше называть тебя грозой королевского флота? — с улыбкой сказала Твайлайт, увидев его.

— Я сам кракен, поднимающийся из черных пучин морских, дабы забрать с собой трусливого капитана, посмевшего бороздить голубые просторы морские! — Сэнгвин довольно точно спародировал театральный тон, заставив Твайлайт отчаянно давиться смехом.

— Братик, а ты поиграешь с нами в салочки? — спросила Галакси своего брата.

— Конечно поиграю Галакси, только дай мне поговорить с мамой, и мы сразу же приступим, — сказал он ей. После чего обратился к Твайлайт — Как прошёл твой день?

— Честно, могло бы быть и лучше, — начала было Твайлайт.

— Дай угадаю, скучные собрания, совещания или нет, бумажная волокита? — На что получил ответ в виде пару кивков – Понятно. А ведь как-то ты управлялась с этим раньше — сказал он.

— Раньше мне помогал папа, но теперь... — с грустью в голосе произнесла Твайлайт.

— Мам, послушай, если тебе тяжело, поручи часть работы мне. Я же вроде как тоже принц — заботливо предложил Сэнгвин, обнимая Твайлайт.

— Спасибо, но я пока справляюсь — уклончиво ответила Твайлайт. Ей очень не хотелось нагружать Сэнгвина работой. Ей не хотелось даже вспоминать о том, что случилось восемь лет назад. Она очень сильно корила себя за это.

— Мам, я же понимаю, что ты до сих пор не можешь отойти от этого, может всё-таки тебе нужна помощь? Иначе может случиться сама знаешь что — настаивал Страйк, гляда матери прямо в глаза. Он прекрасно знал о её боли и хотел облегчить её всеми силами.

— Я подумаю — сказала она. На самом же деле, она не раздумывала ни секунды. Пока она может стоять на копытах, она будет исполнять свой долг.

В этот момент случилось то, что напугало всех и стало полнейшей неожиданностью. Голубая волна чистейшей магии пролетела по воздуху, издавая протяжный грохот, испугавший всех. Твайлайт и Сэнгвин переглянулись, после чего повернулись в ту сторону, откуда она пришла. Но там был только Вечнодикий лес.

— Мам? — спросил Сэнгвин.

— Очень мощный выброс магической энергии положительной полярности, породивший гиперзвуковую волну — на одном дыхании выдала Твайлайт.

— Интересно, откуда она появилась и, что важнее, с какой целью? — обеспокоенно спросил он.

— Судя по направлению ударной волны, источник следует искать где-то на севере. Но о причинах я пока сказать не могу, нужно больше информации — ответила Твайлайт.

— Что-то мне подсказывает, что это не природное явление.

— Я пошлю письма принцессе Селестии, Луне и Кэйденс. Они тоже должны были это почувствовать — сказала Твайлайт, после чего обратилась к сыну — Сэнгвин, можно тебя попросить об одолжении?

— Если ты хочешь, чтобы я поехал на север и выяснил, где произошёл этот выброс, то считай я уже в пути, — сказал он.

— Возьми с собой гвардейцев, и прочеши область к востоку от Ванхувера. Я полагаю эпицентр стоит искать там.

— Ты хочешь послать на это задание "Сумеречных искр"? — удивлённо спросил Страйк. Сумеречные искры — это личная гвардия Твайлайт, она была самым элитным подразделением Понивильского королевства. Туда набирали только лучших из лучших, посылая на задания только в исключительных случаях, когда речь шла об угрозе государственного масштаба.

— Конечно. Учитывая мощность волны, магия, породившая её, должна быть столь же сильна, а магия, как мы оба знаем, не твоя сильная сторона — сказала Твайлайт не терпящим возражений голосом.

— Вас, понял! Разрешите выдвигаться? — спросил он очень пафосным и напыщенным голосом, как будто он был на параде.

— Иди уже, генералиссимус! — улыбаясь во всю, сказала Твайлайт.

— Мамочка, а куда уходит братик? — спросила Галакси, которая всё это время сидела и слушала разговор старших.

— Прости, дорогая, но ему нужно отправляться на задание — ответила Твайлайт.

— Это как-то связано с этой магической волной? — спросила Галакси. Будучи дочкой одной из самых умных и начитанных пони в Эквестрии, недостатка в знаниях она не испытывала.

— Да, дорогая, он идёт искать место, откуда эта волна пришла — пояснила Твайлайт своей дочке.

— А это не опасно?

— Нет, не опасно. Он обязательно вернётся — сказала Твайлайт, посадив Галакси на спину, — но ведь я-то никуда не ухожу, верно? Кто первый до фонтана, тому порция мороженного на ужин!

— Я первая! — крикнула аликорночка, несясь к намеченной цели.

— Как только что-нибудь найду, я отправлю письмо. Пока мам — сказал Сэнгвин.

— Удачи тебе, сынок. Прошу, будь осторожен. Не рискуй понапрасну.

— Обещаю, всё будет хорошо — сказал Сэнгвин, направляясь к казармам. Задание особой важности ожидало его.

После того, как Твайлайт и Галакси вдоволь наигрались, она отвела её к няне, а сама первым делом выступила на центральной площади Понивиля с речью, в которой успокоила поданных и заверила, что никакой опасности нету, а её сын уже начинает поиски причин этого магического явления. Лишь поздним вечером, сделав всё необходимое, она смогла вернуться в кабинет. Два свитка вылетели из комода, кончик пера, смазанный чернилами, начал аккуратно танцевать на бумаге, повинуясь магии Твайлайт.

— Дорогая принцесса Селестия...

## Глава 2. "Кусочки головоломки"

— Святая мать аликорнов...

Это всё, что я смог сказать. Никогда такого не видел, и не думаю, что ещё кто-нибудь увидит что-то подобное. Всё казалось настолько нереальным, что я решил, будто это какой-то страшный кошмар. Внутри меня ещё теплилась надежда, что эта догадка верна, и что Пайн всего лишь уронил молоток мне на голову и через пару минут я приду в себя с шишкой. Но время шло, а кошмар не хотел отступать. Видимо заждавшись меня, Пайн Гамм вышел на свежий воздух, чтобы узнать, что же происходит.

— Пресвятая Селестия! Что это такое?! — в полном недоумении произнёс Пайн. Он был ошарашен не меньше меня.

— Древесные волки, мантикоры, кокатриксы и, по-моему, ещё и василиски. — подытожил я.

Из глубин Малинового леса шли толпы самых разнообразных монстров. Все, даже те, кто на дух друг друга не переносили, единым фронтом неслись прямо на нас. Это было не просто странно, этого, при обычных обстоятельствах, просто не могло быть.

— Но откуда они взялись, и почему они так себя ведут? Или я чего-то не знаю? — лихорадочно стал спрашивать Пайн.

— Ничего не понимаю. — ответил я — они пусть и монстры, но никогда так себя не вели. Если только... — оборвался я на полуслове. Ещё с минуту я молчал, пока Пайн вновь не вырвал меня из раздумий.

— Если только что?

— Сердце леса.

— Чего? — недоумевая, спросил он.

— Сердце леса — это особое место в самом центре Малинового леса. Там находится концентрированная дикая природная магия, которая и делает этот лес таким опасным. По всей видимости, рядом с ним произошёл выброс отрицательной энергии, что и заставило всех монстров из внутренней части леса выйти во внешний мир.

— Так, про магию и сердце я понял, но почему этот выброс произошёл именно сейчас? — уже более спокойно спросил Пайн.

— Честно, понятия не имею — ответил я — но, судя по всему, эти монстры идут прямо на нас. А за нами Солтмайн.

Прокрутив в голове все возможные варианты, я сказал:

— Пайн, ты должен уходить.

— А как же ты? Я не оставлю тебя тут на растерзание этим тварям, слышишь? — возмущённо возразил он.

— Я очень тронут твоей решимостью, но тебе надо думать не обо мне, эти монстры идут на Солтмайн. Если они прорвутся, то устроят в городе резню. Ты слышишь меня? — крикнул я, взяв его за плечи — там твои жена и дети! И десятки других пони! Ты обязан предупредить их, чтобы убирались из города!

— А как же ты?

— А я постараюсь задержать их. Настолько, насколько это вообще возможно...

— Блейз, ты не должен... — начал он.

— Нет, не должен — перебив его, сказал я — но я хочу это сделать. У меня должок перед этим городом. Мы вернулись в дом, где я продолжил — вот тебе компас, иди на Юг, прямо, не сворачивая с пути. Если поторопишься, то доберёшься до города минут за двадцать. Скажи мэру, чтобы пони брали только самое необходимое и уходили, я не знаю сколько смогу выиграть времени, потому поторопись.

— Спасибо тебе Блейз... я.. я обязательно расскажу всем, что ты для нас сделал, — сказал он.

— Не волнуйся за меня, я справлюсь. Это не первая моя встреча с этими милыми зверюшками — заверил я своего друга.

— Тогда удачи тебе мой друг — сказал он, понурив голову. Было понятно, что мысленно он уже попрощался со мной.

— И тебе тоже Пайн.

После небольшой паузы он, обняв меня на прощание, сорвался с места и побежал в гущу леса. Как только его силуэт скрылся за стволами деревьев, я стал готовиться к предстоящей схватке. Скинув накидку, я открыл свой тайник. Там лежала единственная вещь, оставшаяся у меня от прошлой жизни. Доспехи королевского стражника. За эти годы они уже успели потерять свой золотой блеск. Но внешний вид не главное. Главное, что они могли спасти мне жизнь, если древесный волк или какая-нибудь гидра решит отведать понятины на обед. После того, как доспехи заняли своё место, настал черёд меча. Простой, без излишков, но такой же острый и смертоносный. Он не раз выручал меня и сегодня ему предстоит сделать это снова. В телекинетическом захвате поплыли седельные сумки. В них были заготовлены особые сюрпризы для моих гостей. И, наконец, финальный штрих. Я достал зелья, которые изготовил из трав, найденных в лесу. Их рецепты я узнал из алхимических книг. Там были самые разнообразные варианты, от острого зрения или слуха, до увеличенной выносливости и силы. Так же была парочка экзотических смесей. Одна из них — повышенная свёртываемость крови. Очень полезно при сражениях с древесными волками, острые когти которых наносили длинные и глубокие раны. Однако выпить всё и сразу было подобно самоубийству. Интоксикация прикончит меня всего за пару минут. Благодаря тестам и многолетнему опыту их использования, мой организм успел адаптироваться, и я мог себе позволить выпить сразу три из них, но пока не стоило торопиться с этим.

* * *

Мой дом располагался во внешнем кругу Малинового леса, одного из трёх, так называемых, "Тёмных лесов" Эквестрии. Помимо него, был ещё Вечнодикий и Белохвостый. Эти места пони всегда стараются обходить стороной, ибо никто в здравом уме не полезет туда, где обитают самые опасные существа дикой природы. Собственно, как и я. Во внешнем кругу бояться особо нечего, иногда, конечно, ко мне приходили в гости парочка древесных волков или что-то в этом роде, но ничего особо страшного и злого. Иначе обстоит дело с эпицентром. Это место способно буквально сводить с ума. И я даже знать хочу, что там твориться, если даже у кокатриксов поехала крыша. Что же, не знаю, чьих это копыт дело, но разбираться с этим бардаком придется именно мне.

Судьба в который раз смачно улыбнулась всем нам. Оказалось, монстры шли не единым фронтом, как я подумал ранее, а в несколько волн. Судя по звукам, первыми ударят древесные волки, и лишь потом более опасные твари, которых я пока что не слышал. Осознав это, я решил выпить зелье для повышения свёртываемости крови, чтобы не потерять заветные силы после первой же атаки. Часть волков и других "пушистиков" возьмут на себя, хах, какая ирония, волчьи ямы. Осторожность в таком месте никогда не бывает лишней, верно? Встав в оборонительную стойку, я приготовился встречать первую стаю.

— Ну что ж, хоть умру ради достойной цели.

В этот момент я почувствовал, как внутри меня, видя происходящие, боролись два чувства. Чувство страха и чувство долга. Страх говорил мне бежать, прятаться, спасать свою жизнь. И никто бы меня не осудил бы за такое. Однако другая часть твёрдо стояла на своём, напоминая, что теперь именно в моих копытах жизни сотен жителей Солтмайна. Даже пара минут могут стать спасительными. Потому я остался стоять там. Чувствуя такое сладкое чувство радости. Радость за то, что я, несмотря ни на что, предпочёл достойную смерть жалкому существованию. Может это опять небольшое самодовольство, свойственное мне, но знаете что? Думаю, я заслужил это. Просто потому что уже стою на этом проклятом холмике, посреди самого опасного леса в Эквестрии, и с каменным лицом жду приближающуюся смерть в виде сотен тварей из Тартара, которые готовы растерзать меня в клочья.

Первая стая, по сравнению с другими, была чем-то на подобии разогрева. Половина из них успела благополучно исчезнуть в тех самых ямах, но три десятка оставшихся волков набросились на меня в один момент. Удар, голова вожака отлетела в сторону, перекат, когти его дружка просвистели в каких-то сантиметрах от моей шеи, удар, ещё двое упали замертво, перекат, удар и так повторить до полной готовности. В процессе боя я получил неожиданное доказательство моей теории. У волков были тёмно-фиолетовые глаза, вместо обычных ярко-медовых. Да и сражались они слишком уж яростно. Как только с первой стаей было покончено, у меня появилось где-то две-три минуты, чтобы передохнуть и собраться с мыслями.

— Значит тут и вправду замешана негативная энергия — начал рассуждать я, видя цвет их глаз — получается ими двигают не инстинкты, а слепая ярость. Иначе бы они были более осторожными. С одной стороны, это упрощает дело, ведь будь ты хоть трижды мантикорой, а ослеплённый яростью воин — мёртвый воин. Но с другой, они не остановятся, пока не умрут или не прекратится воздействие этой силы — задумчиво размышляя вслух пробормотал я. В этот момент меня осенило — Значит, если мне удастся избавится от этой отрицательной энергии, то тогда исчезнет и ярость, а значит и их мотивация! Вот только как это осуществить?

Не успел я подумать об этом, как на меня кинулась чуть ли не половина всех древесных волков Малинового леса. Сосчитать их времени не было, я сразу вступил в неравный бой, который давался мне очень тяжело. Пространства для манёвров не было, со всех сторон наседал противник. Безумный танец клыков, зубов и стали. В таких условиях, я начал сдавать позиции. И в какой-то момент одному из волков удалось пробить мой щит с тыла и ударить когтями по моей спине. Броня отбила основной удар, однако один из когтей волка попал в сочленение доспехов, от чего я почувствовал сильную боль, растекающуюся по спине. Но времени отвлекаться не было, быстрым и хлёстким ударом я оторвал голову обидчику, продолжив отбиваться от его друзей. В этот момент мне пришла в голову интересная идея. Я открыл свои сумки, из которых на землю упали дымовые бомбы, начинённые сонными травам. Во время своих экспериментов с травами, я случайно вдохнул их порошок, но никакого эффекта на меня они не оказали. Может потому что у меня был иммунитет, может ещё что-то, я не знаю. Но сейчас меня это спасло. Волки были сбиты с толку таким трюком, что дало мне шанс. Бой продолжался всего десять минут, которые показались вечностью, но всё же мне удалось расправиться с ними, хоть и не без труда. Рана на спине продолжала жутко болеть, да и десятки других тоже не добавляли оптимизма. Однако, вместо заслуженной передышки, я получил неожиданный удар слева. Покатившись кубарем с холма, на котором располагался мой дом, и, собирая по пути все камни и шипы, я проклинал себя за свою невнимательность, чуть не стоившей мне жизни. А там, где ещё недавно был я, возвышалась массивна фигура. Помяни Дискорда, и он появится... Это была мантикора.

— Ну здравствуй киса, ты пришла поиграть? — плоско пошутил я, вставая с земли.

Эта тварь мне никогда не нравилась. Толстая шкура, мощное телосложение, острые когти, хвост скорпиона с ядовитым жалом на конце. Одно неверное движение и считай, что ты покойник. Но именно в этот момент у меня появился шанс. Реальный шанс закончить эту схватку, спасти город, а за одно и себя. Вокруг меня не было других тварей, кроме этой мантикоры. Если удастся быстро с ней разобраться, то мне как раз должно хватить времени на заклинание, которое позволит освободить монстров от негативной энергии. Энергии, которая сейчас ослепляла мою большую кошечку, чем я и решил воспользовался. Создав магического двойника, который бросился прямо на неё, я отошел в сторону, зайти к ней сбоку. Как я и рассчитывал, кошечка отвлеклась на мою копию, что позволило мне подобраться к ней по ближе. Когда двойник исчез, мантикора развернулась на меня, но я был к этому готов. Несколько усыпляющих бомб полетели прямо ей в рот. Но перед тем, как они детонировали, лапа мантикоры встретилась с моей головой. От такого удара моё тело отлетело на несколько метров в сторону, кувыркаясь в воздухе словно тряпичная кукла. Но оно того стоило. Через долю секунды, раздался приглушённый хлопок. Из пасти мантикоры клубами повалил фиолетовый дым, и она свалился на землю.

— Ох! Как же больно! Надо будет сделать заметку насчёт увеличения оплаты моих услуг — проворчал я — ладно, нет времени, надо заканчивать с этим.

По моей белой гриве, потерявшей свой серебристый оттенок из-за грязи и пыли, шла кровь. Многочисленные раны, несмотря на выпитое зелье, всё равно продолжали кровоточить. А из-за удара мантикоры, у меня явно было сотрясение и вывих переднего копыта. Но сейчас это не имело значения. Нужно было торопиться, монстры ждать не собирались. То, что я подготовил, было не заклинанием в привычном его понимании. Нужно было всего лишь выпустить достаточное количество энергии, чтобы рассеять чёрный туман, застилающий разум диких зверей. Много ума для такого не требовалось. Но в этот момент...

* * *

Солтмайн, утро того же дня.

Солтмайн. Как не трудно догадаться, этот провинциальный городок на севере Понивильского королевства живёт в основном за счёт соляной шакты, к востоку от него. Это, конечно, не всё, чем он может похвастаться, но именно благодаря этой шахте город получил своё название. От Алмазных гор на севере, что обозначали границу Понивильского королевства с Кристальной империей, город отделял Малиновый лес. Не самое лучшее соседство, но Понивиль же как-то с этим справляется?

Утро в городе прошло обыденно. После последней бури, принёсшей много неприятностей, пони восстанавливали свои дома, стараясь успеть до наступления следующей. Пегасы, конечно, старались как могли, но близость Малинового леса всегда вносила свои коррективы. К сожалению, среди местных не нашлось кого-нибудь столь же легендарного, как Рейнбоу Дэш, потому погодная команда справлялась со всем по мере своих сил, коих всегда не доставало.

Уже немолодой Пайн Грамм шёл по заснеженной улице города. Его семья вот уже четыре поколения подряд зарабатывала на жизнь изготовлением строительных материалов. В основном, конечно, из дерева, но в арсенале этого бурого жеребца всегда можно было найти чуточку больше того, что ожидаешь. Потому, несмотря на кажущуюся деревенскую простоту, Пайну всегда было что сказать, пусть просто, но зато эффективно.

— Добрый день, Пайн — обратилась к нему лиловая пегаска с голубой гривой средних лет.

— А? О! Добрый Мисс Бёрн, какими судьбами? — спросил он.

— Я как раз шла к вам. Мне нужна помощь с починкой крыши. Я с молотком управляюсь плохо, а жеребца в доме пока нет. — улыбаясь, сказала пегаска.

— Нет проблем Мисс Бёрн. Вот только сегодня мне нужно закончить с крышей больницы, да и магазин пока не на кого оставить. Сможете подождать до завтра? — спросил Пайн, продолжая идти вниз по улице.

— Конечно. Спасибо большое. — Мисс Бёрн отправилась к своему дому. Она хоть и была родом из Клаудсдейла, но заносчивой её назвать сложно. Милая и тихая, как и сам город.

Пайн отправился к больнице Солтмайна, единственной на всю округу. Она располагалась в восточном районе, на другом конце города, так что путь пролегал через центр. Городская застройка не поражала особым богатством. Мэрия, здание погодного патруля, несколько магазинов и статуя в самом центре площади. Всё, что нужно для провинциального городка. Сами же здания были помесью дерева и каменных кирпичей. Конечно, это были не самые выдающиеся шедевры понячей архитектуры, но в условиях, когда из двенадцати месяцев восемь идёт снег, а ещё два — дождь с ураганами, приоритет отдаётся качеству, а не внешнему виду.

Оказавшись на пороге здания с красным крестом на крыше, Пайн увидел того, с кем хотел поговорить. Доктор Кьюрхуф. Этот пожилой единорог бледно-жёлтого цвета был знаком абсолютно всем жеребятам города. Эпидемии в этом районе случались довольно часто, и подобные специалисты всегда ценились местными довольно высоко. К тому же, на этого дедушку совершенно невозможно злиться. Что-что, а его хорошее чувство юмора известно даже за пределами городка. Пайн подошёл к стойке регистрации и решил не тянуть кота за хвост.

— Доброго дня, док — обратился Пайн к Кьюрхуфу.

— И вам не хворать, мистер Пайн — улыбнувшись, сказал доктор — Вы по поводу ремонта крыши в хирургическом отделении?

— Точно. Во всяком случае, вчера я не закончил с этим и хотел бы наверстать — виновато опустив нос, сказал Пайн.

— Надеюсь, сегодня всё будет готово. Не скажу, что у нас переизбыток пациентов, но всё же.

— Конечно док, как только закончу с этим, можете принимать работу.

В этот момент в больницу вошёл единорог в серой накидке. Белая шёрстка, голубая грива и такие же глаза. Он был бы отличным кандидатом в рекруты хотя бы из-за идеального набора цветов. Никакое заклинание на броне ему было бы не нужно. Весь город его прекрасно знал. Фортун Блейз.

— Добрый день, доктор Кьюрхуф, Пайн — сказал он, подходя к двум жеребцам.

— Опа, Блейз, рад тебя видеть дружище! — радостно воскликнул Пайн, пожимая тому копыто. Он и Блейз неплохо сдружились. Уже четыре года тот помогает ему находить редкие сорта древесины в Малиновом лесу, чем значительно увеличил благосостояние семьи строителей.

— Доктор, у меня для вас травы, как и обещал. — сказал Блейз, показывая содержимое своих седельных сумок.

— Неужели ты нашёл Polemonium caeruleum? Это же просто великолепно! — радости доктора не было предела.

— Чего-чего? — недоумевал Пайн.

— Синюха голубая. — ответил Блейз. Этот единорог появился в городе шесть лет назад. Поначалу, был скрытным и не шёл на контакт, но вскоре буквально оттаял и стал известен всем как травник, спасший город от очередной эпидемии. Многие недоумевали, зачем нужно жить в лесу, когда рядом был город, но Блейз всегда отмахивался, говоря, что ему так комфортнее.

— Верно! Корни этого растения — прекрасное лекарство против болезней дыхательных путей, очень редкое в наших краях. Удивительно, что тебе удалось его отыскать. — Кьюрхуф явно был рад этой находке.

— Ничего удивительного доктор, просто надо знать, где искать. — заверил его Блейз. Он любил... ммм... скажем так, блеснуть своими талантами. До звания хвастунишки ему было далеко, но всё же. — Пайн, друг мой, пока Кьюрхуф занят растениями, я хотел бы попросить тебя об одолжении.

— Дай угадаю, починить твой дом? — улыбнувшись от уха до уха, сказал Пайн.

— Угадал. А теперь моя очередь. Много клиентов? — Блейз вернул другу улыбку.

— И ты тоже угадал. Дома я только ночую, и так уже четыре дня к ряду. Этот пятый.

— Тогда встретимся у тебя в магазине, мне понадобятся парочка балок и листов фанеры. Если уж ты занят, я и сам как-нибудь справлюсь.

— Неа, я помогу, но просто не сегодня. У меня...

— Прошу прощения, что прерываю, но я закончил. Мистер Блейз, вы как всегда нас очень выручили. Вот ваша награда — сказал он, протягивая мешочек, в котором звенели биты.

— Вам спасибо доктор. Ещё увидимся. — сказал Блейз — к часу управишься? — повернувшись к Пайну, спросил он.

— Думаю, да.

— Тогда до встречи. — сказал Блейз, покидая больницу.

— До встречи.

* * *

Солтмайн, через полчаса после нападения монстров.

— Быстрее! Берите только самое необходимое и уходите! — кричал Пайн одной семье, которая слишком долго собирала вещи — или вы хотите тут остаться?

— Сейчас, дайте одну минут — сказала одна из жительниц.

— У нас нет этой минуты! — громко крикнул он.

Весь город стоял на ушах. Пайн выполнил свою задачу. Он успел добежать до городской ратуши и всё рассказал мэру. Тот, поначалу, не поверил ему, но в ту же секунду раздался протяжный вой, который перепугал всех, включая мэра. Лишь после этого было принято решение об экстренной эвакуации. Пони собирали деньги, ценные вещи, всё то немногое, что могли собрать за столь малое время, и уходили. Некоторые отказывались от эвакуации, думая, что всё не так плохо, как описывает Пайн, но после того, как тот лично навестил несколько таких особо упрямых индивидов, желание оставаться исчезло и у них. В результате, всего за полчаса, город опустел. На улицах оставались лишь наблюдатели и небольшие отряды ополчения, среди которых был Пайн Гамм и его сын Баррел Гамм

— Пап, можно задать вопрос? — спросил Баррел.

— Конечно сынок — ответил его отец.

— Почему Блейз решил остаться в лесу? Баррел был знаком с Блейзом, хоть и не так близко, как его отец, но достаточно, чтобы тоже волноваться за него.

— Потому что он герой сынок. Герой, решивший дать нам время на эвакуацию города — с грустью в голосе ответил Пайн.

— Как ты думаешь, он выживет?

— Честно, не знаю. Но я на это очень надеюсь.

Даже сам Пайн не верил в сказанные им слова. Он не был пессимистом, зато реализма в нём было достаточно, чтобы осознавать, что одному пони, каким бы крутым и сильным тот ни был, не удастся справиться с десятками монстров за раз. Даже будь этой пони сама принцесса Твайлайт Спаркл.

В этот момент пони услышали страшный грохот. Все обернулись к нему и увидели столб голубого света, сияющий откуда-то из глубин Малинового леса. Вскоре, по городу ударила волна. Здания зашатались, вылетели стёкла, а пони, что были на улице, попадали как карточные домики, не в силах удержаться на копытах. Затем, наступила тишина. Даже лес затих. И пони, и сама природа пытались понять, что только что произошло. Пайн же, как подобает земному пони, вместо того, чтобы обдумать это, решил действовать.

— Сынок, беги к мэру и скажи, чтобы заменил меня кем-нибудь.

— Хорошо — сказал Беррел, но в ту же секунду осёкся — Стоп, что?! Зачем?! Только не говори мне, что ты пойдёшь туда! — ткнув копытом в сторону леса спросил он. Его глаза выражали всю степень недоумения, будто его отец собрался спрыгнуть в карьер, надеясь научиться летать.

— Кто-то должен выяснить, что произошло. И потом, Блейзу может понадобиться помощь...

— Раз уж вы упомянули помощь, то, думаю, я придусь как нельзя кстати — сказал Кьюрхуф, чьи карие глаза блестели сквозь линзы очков. Ему явно понравилась его фраза.

— Доктор Кьюрхуф? А Вам это зачем? — практически синхронно выпалили отец и сын.

— Я тут для оказания помощи в случае нападения монстров. — уверенно сказал он. Вот про кого можно сказать, что старость — это не приговор. — но теперь, я так понимаю, худшему сценарию не суждено сбыться.

— Мы ещё не знаем док — ответил Пайн — но я хочу отправиться на разведку. Вдруг удастся выяснить, что это было и что стало с Блейзом.

— В таком случае составлю тебе компанию. Тем более, что, если Блейз ещё жив, то я уверен, ему определённо понадобится моя помощь — добавил доктор.

После долгих уговоров, сын таки отпустил отца в этот безумный, по его мнению, поход. Но Пайна волновало не мнение сына. Ему нужно было выяснить, что случилось с Блейзом. Его друг фактически пожертвовал собой ради него и всего города. И теперь он чувствовал, что обязан ему хотя бы достойными похоронами.

* * *

Лес очень сильно изменился. Если раньше в нём была серая и мрачная картина, типичная для ранней весны, то сейчас он расцвёл. Это была какая-то магия. Чем ближе они подходили к дому Блейза, тем больше зелёного цвета было на деревьях. Сначала они заметили почки и низкорослую траву, затем, пройдя чуть в глубь, листья и кусты, на которых уже были видны цветочки. Когда до дома травника оставалось десять минут пути, лес начал играть красками. От многообразия цветов, ягод, плодов на деревья и даже птиц, которые вернулись после той волны, начинала кружиться голова.

— Никогда не видел ничего подобного — сказал Пайн, протирая глаза. Он не верил в то, что видел.

— Глаза вас не обманывают, всё это правда. Иначе у нас обоих одинаковые галлюцинации, во что уже я не готов поверить — уверенно сказал Кьюрхуф. Он тоже был под впечатлением от увиденного.

— Что же тут случилось?

— Я полагаю, виновником данного происшествия является голубая волна — ответил он, но, увидев непонимающие лицо, решил пояснить — это была волна положительной энергии. Очень мощной энергии. Именно эта магия и могла вызвать такие изменения в лесу. А тот факт, что с приближением к эпицентру выброса лес наполняется созревшими ягодами и цветами, лишь подтверждает мою теорию — сказал он. Кьюрхуф был выпускником королевской академии медицины в Кантерлоте, где, помимо знаний об анатомии и химии, студентам преподавали основы высшей магии. Потому, для него не составило особого труда почувствовать и распознать энергетику той волны.

— Интересно, откуда она пришла.

— Этот выброс явно неприродного происхождения — задумчиво ответил доктор — По крайней мере, я не знаю существ или растений, способных на такое. Значит остаётся только один вариант — это дело копыт очень сильного мага. А если учитывать силу этой волны, то заклинатель должен быть очень могущественным. — обеспокоенно рассказал доктор.

— Тогда это точно Блейз — сказал Пайн, после чего уже Кьюрхуф посмотрел на него вопросительным взглядом и тот продолжил — сегодня днём, после того, как я закончил с вашей крышей, он заглянул к нам в мастерскую и...

* * *

Пайн, наконец-то, возвращался в свой магазин. Кьюрхуф, после проверки проделанной работы, остался доволен и теперь Пайн мог заняться другими заказами, коих было ещё много. Как бы горестно ни было это признавать, но на этом шторме его семья неплохо заработала. Теперь у них были деньги, чтобы оплатить учёбу для его дочери. Она хотела стать учителем, и Пайн собирался дать ей только лучшее. Дать ей шанс поступить в Понивильскую Педагогическую академию, лучшую в королевстве. И только это утешало земного пони с кьютимаркой в виде рубанка, старательно обтёсывающего доску.

Он уже подходил к своей мастерской, когда заметил знакомую фигуру высокого единорога. Блейз отличался большим ростом, потому не заметить его, даже в толпе, было трудно. Встретившись и вновь обменявшись приветствиями, друзья вошли в магазин "Всё для ремонта". Внешне магазин напоминал избу очень сильно вытянутую в длину. Внутри всё было немного иначе. Стены с штукатуркой приятного кремового цвета дополнялись разложенными инструментами, материалами для строительства, ремонта и многое другое. За прилавком, полным самых разнообразных инструментов и стройматериалов, располагалась дверь, ведущая к складу, куда наши герои и отправились. Словом, типичный магазинчик, только ассортиментом по шире.

— Так что у тебя стряслось с твоею хатой? — спросил Пайн, пытаясь вспомнить, куда же он запрятал запасные листы фанеры.

— На крышу упало дерево. Нет, я позаботиться о таких вещах — сказал Блейз, видя скептическое выражение лица Пайна, выглядывающее из-за коробки с каким-то барахлом — Когда пару лет назад мне пришлось валить деревья, которые могли упасть на дом, я как-то запамятовал, что оставшиеся могут вырасти. Ну вот одно и доросло. Прямо до моей крыши...

— И каков результат?

— Центральная балка прогнулась, часть кровли нужно менять, ну и так, по мелочи. — рассказал единорог, тяжело вздохнув в конце. Многовато всего для одного пони...

— Мда..., хорошо тебя приложило — Пайн, прикинув в уме намечающийся фронт работ, сделал неутешительный вывод — Давай сделаем так. Тебе одному явно не сдюжить, а я сегодня и завтра занят капитально. Может, послезавтра я сам к тебе приду с Баррелом и мы втроём всё организуем, а?

— Боюсь, не выйдет, друг мой. Через неделю будет новая волна штормов, а до меня она дойдёт на день-два раньше, чем до Солтмайна. Нужно заняться этим уже сегодня. Я возьму всё необходимое и начну сам, а вы уже потом поможете.

— Погоди. Несущая балка, кровля, пара листов фанеры, инструменты и остальное до кучи. Это всё весит не менее нескольких центнеров, как ты это всё собрался утащить?

— У каждого есть свои секреты. — загадочно сказал Блейз.

В этот момент в магазине прозвенел дверной колокольчик. Очередной посетитель.

— Пап, ты тут? — крик молодого земного пони с чёрной шёрсткой, коричневой гривой и карими глазами разнёсся по всему зданию.

— Сынок? Это ты? — удивленно крикнул Пайн.

— Да Пап. — довольно чётко прозвучал ответ.

— Я-то думал, ты будешь только завтра вечером, разве нет?

— Как видишь, всё вышло иначе. В Ванхувере устроили какой-то праздник из-за приезда принца Сэнгвина. Вот миссис Бисквит меня и отпустила по-раньше. — рассказал Баррел, — О, приветик Блейз, рад тебя видеть. Ты по делу или так? — спросил Баррел.

— Привет Баррел — сказал Блейз, пожав протянутое копыто — По делу. И, боюсь, срочное.

— Тогда не буду вас отвлекать. Пап, есть заказы, с которым я мог бы помочь?

— Ты очень вовремя, сынок. А то твой старик уже не справляется. Присмотришь за магазином, пока я помогаю Блейзу? — спросил Пайн, вытаскивая кровельные детали из-под брезента.

— Не вопрос. К ужину дома будешь?

— Все зависит от того, что там у нашего лесника с крышей. Если повезёт, то успею.

— Тогда будем тебя ждать.

Спустя час, Пайн и Блейз собрали всё необходимое на заднем дворе магазина. Как и предполагал самый незаменимый пони в Солтмейне, всё вместе весило почти четыре сотни килограмм. Земные пони, хоть и не обладали крыльями и рогами, но зато были гораздо сильнее физически, потому, в среднем, могли нести на себе грузы в два, а то и три раза тяжелее того, что могли бы унести другие. Но даже Пайну, чья спина могла, казалось, утащить вообще всё что угодно, такой груз было не потянуть.

— Эх, грузить это всё теперь на телеги. Не люблю я упряжки, честное слово. Ну да ладно, не заржавею. — Пайну явно не нравилась перспектива длительной прогулки по Малиновому лесу с тяжеленой телегой на шее.

— Нет нужды так напрягаться. Сейчас всё сделаю. — сказал Блейз, оборачивая тяжелый груз в свою магию.

— Ага, удачи тебе. — сарказм так и сочился из его слов.

Хотя очень скоро Пайну придется забрать их назад, потому что то, что он увидел, заставило его челюсть не упасть на землю и покатиться дальше. Всего за пару минут то, что даже пара земных пони грузили бы полчаса, обливаясь при этом потом, было уложено в телеги, а сам Блейз даже ухом не повёл. Это было мощно. Казалось бы, простой телекинез. Но обычный единорог никогда не смог бы поднять что-то тяжелее центнера, да и то, только после долгих тренировок. А тут такое...

— Как... ты....

— Я же говорил, у каждого есть свои секреты. — ехидно улыбнувшись, сказал единорог — Я позже всё объясню. А сейчас нам нужно идти, иначе опоздаем...

* * *

— Я такого никогда не видел! — закончил Пайн

— У меня тоже были подозрения насчёт того, что он не совсем обычный единорог — сказал доктор, приняв задумчивое выражение лица.

— А что, он и вас тоже чем-то удивил? — спросил Пайн.

— Не удивил, а скорее насторожил. Дело в том, что за эти четыре года, что я с ним проработал, Блейз ни разу не появился в больнице без плаща, накидки или же пуховика. Конечно, у нас всегда холодно, но всё же... — сказал доктор.

— А ведь верно — согласился Пайн, вспоминая встречи с Блейзом — я всегда вижу его в плаще. Но почему?

— Не знаю мистер Пайн, но я чувствую, что мы скоро об этом узнаем — загадочно ответил доктор.

После этого они продолжили идти вперёд и, дойдя до небольшого холма, где стоял небольшой охотничий домик Блейза, перед ними предстала невероятная картина: вся поляна и холм были укутаны разноцветным покрывалом из цветов. Ещё полчаса назад тут была блёклая трава, а теперь цветущий рай, где весело играли своими красками все виды цветов, известные простым пони. Это зрелище превратило двух жеребцов в статуи с очень большими зрачками. Пайн опомнился первым.

— И где он может быть? Ну, или его тело...

— Не знаю друг мой, но давайте всё же надеяться на лучшее — доктор тут же прервался, не желая делать поспешных выводов — где нам начинать его поиски? — спросил он Пайна.

— Когда я уходил, монстры шли с той стороны холма, может стоит поискать его там? — предложил Пайн.

Решив начать поиски в указанном Пайном месте, они направились к обратной стороне холма. Открывшаяся картина заставила их сердца сжаться, как от удара молнией. Именно так умирает надежда. Склон холма был усеян трупами древесных волков, чуть ниже лежали мантикоры, а совсем вдалеке ещё несколько тел ужасных монстров, вид которых не смог определить даже Кьюрхуф. И, что самое удивительное, вокруг них аккуратно росли цветы. Такая двойственная картина, смерть и жизнь в одном образе. Мечта для поэтов и писателей. Где-то в этой куче лежал их друг. Ну, или то, что от него осталось.

— Док, видите? — спросил Пайн, показывая копытом на нечто блестящее, лежавшее у подножия холма.

— Вижу, что-то отражает свет прямо к нам — ответил он, протирая свои очки.

— Оставайтесь здесь, я проверю — сказал Пайн, спускаясь к подножию холма.

Когда он спустился, то не смог поверить в то, что увидел. Сегодняшний день вообще больше походил на очень странный сон, чем на реальность. В воронке, поросшей цветами, лежал Блейз, вымазанный в грязи и крови. Одет он был в доспехи, рядом с ним лежал меч и какие-то синие шарики, еле заметные на фоне цветов. Но он не двигался. Подойдя к нему и перевернув его на спину, Пайн смог разглядеть ответственного за это красочное представление во всей красе.

— Блейз? — Он не двигался, но, опустив копыто на его шею, он почувствовал пульс. Слабый, но пульс, — Слава Селестии, ты жив. Чудо какое-то. — казалось, что уже ничто не способно удивить строителя из глухой провинции, учитывая увиденное за сегодня. Но судьба активно расширяла границы невозможного для этого несчастного земного пони — Док! Я нашёл его! Он жив! — Крикнул он, выйдя из очередного ступора.

Подбежав к своему пациенту, доктор по привычке начал его осматривать. Спустя пару минут, он заговорил вновь:

— Многочисленные колото-резаные раны, ушибы, сотрясение головного мозга, обширная кровопотеря, а также магическое переутомление — подытожил Кьюрхуф неутешительный диагноз.

— И что теперь? — спросил Пайн.

— До больницы идти долго, мы можем не успеть — обеспокоенно сказал Кьюрхуф — нужно отнести его в дом, там я смогу сделать больше.

— Хорошо, идём — ответил Пайн.

Положив раненого героя на спину Пайна, "разведчики" направились к дому. Оказавшись внутри, гости последовали в спальню. Уложив Блейза на кровать, Кьюрхуф принялся рыться в своих седельных сумках.

— Пайн, друг мой, не могли бы вы снять с него доспехи, пока я подготовлю инструменты? — спросил доктор из своей сумки.

— Не вопрос док — сказал Пайн.

Через несколько минут доспехи были сняты и теперь доктор приступил к ранам Блейза. Всё это продолжалось до тех пор, пока они не отмыли от крови его шёрстку. И Кьюрхуф, и Пайн были шокированы. Теперь у них всё сложилось. Всё. Сильная магия, плащи, загадочное прошлое и многое другое. Всё сложилось в единую мозаику...