Автор рисунка: Stinkehund

Начинался самый глухой час ночи, когда даже сверчки прекращают петь свои песенки, а летучие мыши не летают между деревьев. На улице погасили фонари уличного освещения и лишь бледный свет луны пробивался сквозь окошко. Комната Октавии, как и весь дом, оказалась погружена во тьму. Но кобылка всё равно продолжала лежать без движения, вслушиваясь в тихий ход часов — тик-так, тик-так, тик-так...

Признаться, Октавия и сама не знала, чего она ждёт. Винил Скрэтч укатила в Мэйнхеттен и не должна была вернуться до полудня минимум. Сначала она получит гонорар, затем пойдёт по магазинам и накупит всяких вкусняшек, платьев и накопытников, батареек, плееров и дисков, и только после этого поедет домой... У Октавии было ещё много времени, но она всё равно почему-то предпочла его растянуть. Наконец, она слезла с кровати и решила, что пора заняться делом.

Соскользнув на пол, кобылка потянулась, взмахнула хвостиком и подошла к окошку. Посмотрев на улицу, она задёрнула занавески и перешла к своей тумбочке. Включив свет, она откатила её от стенки и открыла потайную дверцу. Вытащив диски грифонского рэпа и рок-н-ролла группы "PONYTRON", кобылка сдвинула дверцу ещё дальше и принялась за дело... На тумбочку она выложила нужные ей предметы. Первым на тумбочку лёг чёрный кожаный ошейничек с ромбовидной бляшкой, на которой была изображена голова единорога и цепочка. Затем она вытащила два длинных мотка шёлковой верёвки, кожаный ремешок с красным пластмассовым шариком, и грушевидную серебристую штучку. Анальная пробка, баттплаг. Потом тумбочке появилась баночка смазки "Весёлый жеребец", и завершила свои приготовления Октавия, вытащив короткую цепь с крупными звеньями и маленький замок.

— Иди сюда, дорогуша, — улыбнулась земная пони.

Собрав свою длинную гриву в пучок, пони резинкой для волос подвязала её и взяла верёвку. Поднявшись на задние ноги, Октавия стала не спеша разматывать моток, после чего закинула её за шею и стала выравнивать концы. Когда верёвка с обеих сторон оказалась одинаковой длины, Октавия перехлестнула один конец через другой, сделав у себя на горле широкую петлю. Снова выровняв концы, Октавия сделала ещё одну петлю на животе, а затем спустилась к своим соскам. Закусив губу от нетерпения, пони стала колдовать над верёвкой, делая из неё этакий знак бесконечности — опрокинутую на бок восьмёрку. Прикосновение шёлка к соскам было более чем приятно, и очень возбуждало; Октавии пришлось остановиться и перевести дух, прежде чем провести верёвку у себя между ног и поднять её до петли на шее.

Теперь настал самый ответственный момент. Октавия не пожалела беловатой смазки, обмазывая баттплаг. Затем она наклонилась, подняла хвост и стала медленно и не спеша вставлять пробку себе в попку. Холодный баттплаг растянул её изнутри, пони застонала, но продолжала давить на него до тех пор, пока "груша" не вошла в её хорошо разработанную попку до максимума. Теперь Октавия взялась за концы верёвок и потянула их в бок — шёлк впился ей в щёлку, нажал на баттплаг и Октавия уже не смогла сдержать стона.

— Я закончу... — прошептала она.

На подрагивающих копытах подойдя к тумбочке, пони вязла шарик-кляп, поправила его так, чтобы он находился на середине ремешка. Раскрыв рот, кобылка всунула в него кляп и застегнула его на затылке. Шарик плотно прижимал язык, заполнял весь рот — по шерстке пони тут же потекла слюна.

— М-м-м! — промычала Октавия, силясь вытолкнуть кляп. Застёгнут он был хорошо, так просто не снять. В сочетании с верёвкой и баттплагом кляп едва не заставил Октавию преждевременно потянуться копытом к низу живота, но она одёрнула себя. И так забыла!

— М-м-м... М-м-м....

Размахивая хвостиком, она склонилась над тумбочкой и стала рыться в потайном отсеке. Фаллоимитатор она нашла быстро — он был последней вещью, оставшейся в тумбочке. Среднего размера и длины, зато нежный, как настоящий член жеребца. И вибрирует неплохо... Прерывисто дыша, Октавия аккуратно ослабила верёвку и осторожно ввела фаллоимитатор себе в вагину. Вцепившись зубами в кляп, кобылка снова затянула верёвку. Теперь же она завела её за спину, провела под передние ногами и завела за шейную петлю. С силой потянула левый конец верёвки вправо, а правый — влево, и замычала, когда верёвка с силой впилась в её грудку, одновременно нажимая на фаллоимитатор и баттплаг. Октавия ещё раз провела верёвку на грудь, захватив узелок на груди. Переведя верёвку назад, пони сделала тем самым ромбик на своём теле. В третий раз переведя верёвку на живот, Октавия завязала её в крепкий узел, просунув под восьмёрку между сосков. В довершение Октавия связала себе ноги выше копыт, затем подняла верёвку и связала ноги уже у бедёр, ловко сделав два узелка.

Теперь надо было действовать быстро. Она включила вибратор и, постанывая, взяла с тумбочки цепь. Соединив концы её звеньев, пони обернула цепью одну переднюю ногу, затем другую. Ещё движение — и замок громко щёлкнул. Октавия повалилась на пол и задёргалась, мыча и постанывая. Баттплаг и вибратор делали своё дело, верёвка приятно-болезненно впивалась в шкурку, слюни текли по её подбородку и капали на пол. Октавия выгнулась дугой и застонала вновь, чувствуя, как волна тепла разливается по её телу, скапливаясь в животе. Ещё секунда — и она издала самый громкий стон, какой только могла. Оргазм за оргазмом сотрясали её тело. Пони дёргала копытцами, мотала хвостом и стонала, стонала, стонала... Дыхание её сбилось, и ей пришлось срочно перевернуться на бок, давая вытечь слюне и чуть ослабляя давление верёвок на грудь.

"Пора освобождаться" — подумала Октавия и дёрнула копытами, пытаясь достать ключик... Которого в замке не оказалось.

Октавия прижала уши и изумлённо замычала, пытаясь нащупать ключ. Потеряла? Выронила? Она кое-как, извиваясь, развернулась на месте и вдруг всё вспомнила. Ключик остался в ящике, в тайном отделении... А затем все мысли выбило из её головы новой волной удовольствия.

— М-м-м-ы-ы! — промычала Окти, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Размазывая слюну, Октавия задёргалась, силясь подняться, но от её усилий вибратор лишь глубже проник в неё. Кое-как повалившись на бок, Октавия стала отталкиваться задними ногами, пытаясь добраться до заветной тумбочки. Вот до неё осталось жалких два метра, полтора, метр... Новая волна тепла принесла с собой не только боль от верёвки и цепей, не только новый крик, но и волну страха — Октавия почувствовала, что слюна потекла ей в глотку. Пони пришлось замереть и дать ей вытечь, прежде чем она смогла добраться до тумбочки... И понять, что всё кончено. Никакой возможности встать у неё не было, и даже если бы она поднялась, то у неё никак не получилось бы отыскать ключ со связанными копытами. В отчаянии Октавия уткнулась носом в стенку и тихо замычала — ей оставалось лишь лежать и ждать возвращения Винил... Ждать ещё по меньшей мере двенадцать часов — мокрой, связанной, с кляпом во рту и пробкой в подхвостье. Октавия задрала мордочку к потолку и замычала во всю силу.

* * *

— Окти, я дома... Селестия Лучезарная!

Октавия подняла на Винил умоляющий взгляд. Грязная, мокрая, взмылившаяся, с текущей изо рта слюной, заплаканными глазами... Винил даже подняла очки и посмотрела на униженную кобылку. Октавия продолжала крутиться, из последних сил мыча.

— Чем ты тут занимаешься? — спросила Винил.

— М-м-м! М-м-м!

— А мне ты в таком виде нравишься! — фыркнула единорожка и магией отключила вибратор. Октавия выдохнула и обмякла. — Может, вместе поиграем в эту игру?.. И где ключ?

— М-м-м!

Винил расстегнула ремешок и вытащила кляп.

— В тумб-бо-бо-чке... — простонала Октавия. — О-о-ой, Винил, вытащи, пожалуйста...

— Пожалуйста? — Винил усмехнулась. — Да пожалуйста...

Она не без труда развязала магией узелок и не церемонясь размотала верёвку, вытащив из Октавии баттплаг и фаллоимитатор. Кобылка с блаженным вздохом растянулась на полу.

— Спасибо... А теперь достань, пожалуйста, ключ...

— Снова "пожалуйста". Знаешь, по-моему, это слово устарело...

Октавия изумлённо посмотрела на подругу, а в следующую секунду верёвка вновь врезалась в её многострадальное лоно и попку.

— Что... М-м-м! — кляп опять оказался во рту Октавии.

— Как насчёт того, чтобы заменить "пожалуйста" на "прошу", а? — улыбнулась Винил, поправляя кляп Октавии. Пони фыркнула и забилась, но единорожка лёгким нажатием копыта на спину успокоила её. — А лучше говори теперь "прошу, госпожа". Ага, Окти?

Октавия замычала что-то гневное, но тут Винил подняла с пола фаллоимитатор и кобылка мигом замолкла. А единорожка села рядом с ней и подмигнула.

— Я думаю, что тебе стоит ещё хотя бы полчасика побыть в таком положении, Окти...

— М-м-м!!!

... И пора бы тебе найти жеребца, который бы тебя освобождал, если что... Ну ладно. Пока ты ещё учишься на своих ошибках, я тебе расскажу, как съездила в Мэйнхеттен. Так вот, слушай...

Октавия бессильно опустила голову и закрыла глаза.

Комментарии (1)

+1

Я даже и не подозревала,что Октавия любит такое,а Идея Винил насчет Госпожи ,ох бедная Окти )

Great Trixie 2020 #1
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...