# Антрополог

trandossian

Вы — пони, у которой проблемы с людьми? Или, возможно, человек, у которого проблемы из-за пони? Или, возможно, ваша проблема из-за пони, который знает человека, у которого есть кузен, у которого проблема с продавцом пончиков, и это косвенно касается вас? Есть у вас подобные проблемы или нет, пока в них вовлечён человек, Министерство антропологии готово помочь вам!

Присоединитесь к ведущему антропологу, Лире Хартстрингс, пока она помогает людям и пони устаканить свои различия, и вбивает пользу в каждого, кто противится. Она знает о людях даже больше, чем люди знают о себе, и она не боится похвастаться этим, ибо её долг — помочь бедным людям, которые на регулярной основе падают через порталы, и построить мосты меж двух культур!

Да пощадит нас Селестия.

## Понедельник, часть 1.

— Нет, Арианна, положи на место, плохая девочка! – доктор Хартстрингс приказала своему новому подопечному.

Белая, довольно мрачно одетая кобылка со светлой гривой, что была объектом её гнева, покачала головой, крепче прижимая печально известную книгу к груди.

— Найн, она моя!

— Твои родители не зря тебя сюда прислали, юная леди, и эта книга есть корень всех твоих проблем! – сказала Лира, размахивая карнизом в тщетных попытках ослабить мёртвую хватку земнопони, которой она держалась за потолочный вентилятор. – Теперь отдай её мне, пока я не включила этот вентилятор на полную.

— Найн!

— Даже несмотря на твои потрясающие навыки в человеческой лингвистике, ты не покинешь офис с этой книгой.

Арианна высунула язык и прошепелявила: «Тфайлайт фпаркл дать мне профитать её».

— Восемь недель тому назад. – подчеркнула Лира, тыкая сопротивляющуюся кобылку в рёбра, добиваясь визгов смеха. Она уже пыталась защекотать её, но у глупой кобылки была железная воля. – Она устарела, словно этика работы Селестии.

Внезапно всё вокруг затихло, и обе кобылы уставились друг на друга, мордочка аквамариновой покраснела.

— Вау. – решительно сказала Арианна, вскинув брови. – Вот это было не к месту.

И хотя будучи благодарной за то, что кобылка избавилась от фальшивого, если не искусно подделанного, акцента, у Лиры закончилось терпение. Она бросила карниз в сторону и рысцой пробежала к другому концу комнаты, где находилась панель управления вентилятором. Конечно, там был переключатель скоростей.

— Рекорд удержания – 46 секунд! – воскликнула она, вспоминая другие подобные случаи, когда ей приходилось это использовать. – Я дам тебе около семи.

С пронзительным криком Арианне удалось превзойти ожидания Лиры на добрых пять секунд. Она приземлилась на кучу подушек на диване, голова кружилась, а желудок опасно забурлил. Но она смогла сжать книгу так же крепко. Она обессиленно наблюдала, как добрый доктор подходит к ней и говорит, понизив голос.

— Юная кобыла, отдай мне книгу.

— Н-нет... Найн. – ответила она, приложив копыто ко рту, сдерживая рвотные позывы.

Лира подняла копыто и положила на плечо кобылки.

— Пожалуйста. Она разрушает тебя, Арианна.

— Нт. – она смогла выговорить из-под своего копыта. Но она знала, что это неизбежно, и, прикрыв рот другой ногой, выпуская книгу, устремилась к мусорной корзине, чтобы пополнить её.

Лира вздохнула, беря магией книгу.

— Ты хоть знаешь о чём она, Арианна?

— Орхх влком члвке. – ответила бедная кобылка. Кашлянув и пару раз глубоко вдохнув, она снова смогла говорить отчётливо. – О великом человеке.

Лира потрясла «Немецко-английским путеводителем в Mein Kampf” перед мордочкой бедняжки, и с тревогой в голосе простонала.

— Гитлер был худшим человеком из всех, что когда-либо жили.

— Н-найн, он сделал Германию великой.

— В то же время пытаясь уничтожить остальной мир.

— Им всего лишь надо было слушать его.

— Он убивал всех «нечистых расой».

— Всего лишь пропагандированное наёмничество. – выпалила Арианна в защиту человека. Но природа с ней ещё не закончила, и она снова нагнулась над мусорной корзиной.

— Ты книгу-то читала? – заявила Лира.

— Я... Её... Выучила. – смогла произнести Арианна перед очередным приступом.

Лира на секунду остановилась.

— Ладно, это впечатляет... В ужасном смысле. Возвращаясь к теме, как ты можешь защищать этого монстра?

— Он не был.. уугх... монстром. – слабо запротестовала Арианна. – Люди, которые  воспринимали его метафоры и... ххьоггх... аргументы слишком серьёзно... блеегхх... Вот они монстры.

Рот Лиры захлопнулся с характерным щелчком.

— Метафоры? – она с недоверием посмотрела на страдающую кобылу. – Ты думаешь, там всё метафоры?

— Конечно. Никто в здравом уме не сделал бы такого. Посмотри на это с... ээгхх... логической точки зрения.

— Гитлер был психом, глупая ты кобылка! – крикнула Лира, не так уж и мягко ударив большой книгой по светлой гриве пони. – У него в кабинете были некроманты и предсказатели, сам он верил, что древнее копьё сделает его бессмертным! И чтоб ты знала, он на самом деле сотворил большую часть из этого.

— Ты не имеешь права обвинять его во всём. – Арианна всё ещё не верила ей.

Глаз Лиры дёрнулся, сама она начинала злиться.

— Он убил шесть миллионов людей в концентрационных лагерях за крики. После того, как заморил их голодом и использовал как рабов.

Арианна казалась на грани раскола, её глаза расширились, а зрачки превратились в малюсенькие точки.

— Нет... Не может быть...

Лира швырнула книгу на пол и подняла кобылку магией, поднося её ближе и ближе, пока они не коснулись носами.

— Послушай, маленький ты трилобит. Ты избалованная, испорченная кобылочка, которая привыкла, что всё идёт так, как она захочет, и  то, что ты живёшь в кампусе престижного колледжа, за который платят твои родители, тебе не поможет. А теперь слушай меня, и слушай внимательно.

Арианна сглотнула, и крупные капли пота скатились по её мордочке.

— Ты... Не знаешь... Всего! – крикнула Лира ей в лицо, не слишком-то волнуясь о том, что кто-то снаружи может услышать.

Глубоко вздохнув, она заключила испуганную кобылу в объятия.

— Я пытаюсь помочь тебе, Арианна, поверь. Ты ступила на очень тёмную дорожку, и ты должна понять это.

Она разжала объятия и взяла листок бумаги.

— Чтобы помочь тебе понять, я посоветую эти источники. – её перо быстро бегало по пергаменту. – «Победа на море», «Маус», «Аушвиц» и «Дневник Анны Франк»

Она передала листок Арианне, которая взяла его и быстро покинула офис. Позже на этой же неделе Арианна сожжёт всю нацистскую символику и, к огорчению родителей, бросит колледж. Но ей будет хорошо. Разочаровавшись в некоторых предубеждений книги, она откроет ресторан техасского барбекю в Мэйнхеттене, кормя травоядных, хищников и всеядных как равных. Это останется в её семье на многие поколения, обслуживая всех, как бедняков, так и глав других стран. Под её просвещённым управлением, «Не гарцуй на меня» станет крупнейшим брендом на восточном побережье, и поэтому после смерти она оставит огромное состояние своим двенадцати детям и тридцати восьми внукам и внучкам.

Лира, однако, расстроилась, узнав, что ей придётся платить штраф за просроченную книгу в библиотеке.

## Понедельник, часть 2

— Понедельник – день тяжёлый. – пробубнила Лира, потирая нос. По понедельникам обычно приходили новые пациенты или пациенты на один сеанс, у которых были проблемы, связанные с людьми. Или проблемы, связанные с пони, вытекающие из проблем, связанных с людьми, и различные сочетания этого. В любом случае, понедельники были отстойными, и этот не был исключением.

Такова жизнь антрополога.

Сегодняшней задачей был молодой парень, возрастом примерно двадцать один год, которого к Лире мэр Мэйр направила в судебном порядке после крупной жалобы на него.

— Рики, это должно прекратиться. – категорически заявила Лира, смотря на причину жалобы, что была в папке человека. – В смысле...  реально... завязывай и не делай так больше.

— Это была всего лишь шутка. – обидившись, произнёс Рики.

Лира нахмурилась и подняла один из предметов, промаркированных датами, чтобы было удобнее их различать.

— Вот этот, первый, что ты сделал, можно было понять как шутку. Но сделав ещё 87, ты перешёл границу, как нелегальный иммигрант под стероидами и крэком.

— Хэй, этот дурацкий портал кинул меня сюда, у меня выбора не было. – сказал Рики.

— Не переиначивай мои метафоры, малой. – простонала Лира. – У меня у же был сегодня тяжёлый случай, так что не усугубляй.

Рики посмотрел на ей стол.

— Это Mein Kampf?

— Не трогай! – крикнула кобылка, хватая карниз и оборонительно размахивая им. – Его вернут... Я верну... Конечно. Оплата штрафа – лучшее начало недели. – она подхватила книгу магией и уложила её в седельную сумку, что висела у двери. – Глупая Лира.

— Океееей... – парень медленно кивнул, вставая. – Так мы закончили? Я больше так не делаю, и всё возвращается на круги своя.

— Не-а. – единорожка усадила его телекинезом обратно. – Если бы всё было так, тебя бы тут не было.

Рики что-то пробормотал себе под нос и сложил руки на груди.

— Так уж получилось, что Милки Уэй – моя хорошая подруга. – сказала Лира, раскладывая множество несколько не совсем приличных рисунков перед собой. – И я беру на себя ответственность за разрешение конфликта между вами. И начнём с того, почему ты подумал, что рисовать такое – «весело».

— Ладно, может я немного увлёкся. – Рики посмотрел на рисунки и нервно прочистил горло.

Брови пони поднялись.

— Это ни разу не «немного». Как кобыла, я могу сказать, что от одного лишь взгляда на это у меня спина болит. И заявляю, что тебе повезло, что ты ей небезразличен. Это могло быть запросто использовано как доказательство твоей клеветы на её дело, если бы она довела это до суда.

— Я ей небезразличен? – парень был ошеломлён.

Удивительно, но Лира смогла поднять брови ещё выше.

— Это всё, что ты понял из того, что я говорила? Ох, да, небезразличен. Это не нормальное поведение, и принять его невозможно.

— Кто же знал, что Рэйнбоу Дэш украдёт мою папку и начнёт в прятки играть.

— Она бы не упала на голову Милки, если бы ты не пытался сбить Дэш снежком.

— Милки бы не открыла её, если бы Рэйнбоу Дэш не устроила в ответ снежную бурю.

— И ничего бы этого не произошло, если бы ты вообще не рисовал это. – заявила Лира, кладя рисунки на колени человека. – Мы пытаемся скрывать это, Рики, ради твоего же блага. Если бы она рассказала это мужу, мы бы по кусочкам тебя в больнице собирали... или, что вероятнее, в морге.

— Она замужем?! – крикнул шокированный Рики.

Мордочка Лиры искривилась в странном выражении.

— Дааааааа. – кивнула она.

— Сколько?

— Да вот восемь лет как. – сказала Лира медленно и осторожно.

— Кажется, я на это внимания не обращал.

— У неё трое жеребят. – указала единорожка копытом. – Не может быть, чтобы ты ни разу не видел, как она с ними играет.

— Ооооу. – голова его, кажется, просветлела. – Так вот кем они были. Я думал, они просто друзья.

Сопротивляясь желанию приложить копыто к мордочке, Лира взяла свой планшет и почеркнула небольшой отрывок.

— Так ты не преследовал её?

— Что? – Рики чуть не вскочил. – С чего вы вообще это взяли?!

Лира обратила внимание на рисунки, которые упали на пол. Рики застенчиво усмехнулся и покраснел.

— Хорошо, кажется, я понял откуда. – он попытался засмеяться, но прозвучало как пришибленный козёл. – Нет, я не делал ничего такого. Я узнал, что она – молочная кобыла, узнал что это значит и... ну...

— И та неокрепшая часть твоего пост-подросткового мозга просто взвинтилась? – предложила кобылка. Рики  съёжился и кивнул. – Окей. Я скажу Милки, что ей больше не надо носить с собой в городе дробовик. А после этого ты перед ней лично извинишься как устно, так и письменно.

— А вы уверенны, что она захочет меня видеть? – обеспокоенно спросил парень.

— Мы все через это прошли, Рики. – Лира кивнула. – Все мы падшие существа, и если мы не сможем простить недостатки друг друга, что в нас есть хорошего?

Рики принялся собирать рисунки. Лира помогла ему, поднимая их магией и кладя в его руки. Он остановился на мгновение и посмотрел на неё, она же посмотрела в ответ в ожидании его действий. Человек бросил рисунки в мусор.

— Я горжусь тобой, Рики. – Лира одарила его улыбкой. – Подумать только, около года назад из портала вывалилось твоё испуганное тело, и жители Понивилля привели тебя ко мне.

Рики слегка покраснел и провёл рукой по волосам.

— Так... Мы закончили?

— У нас ещё сорок пять минут. – единорожка посмотрела на часы.

— И что мы будем делать всё это время?

Лира левитировала к нему перо и листок бумаги и прочистила горло.

— Помогать тебе писать извинение, конечно же.

— Хорошо. – Рики пожал плечами. – С чего начать?

— «Дорогая миссис Уэй...»

— Хорошо, начало как обычно... – Рики записал под диктовку.

— «Прошу прощения за то, что сравнивал ваши прелести с выменем вздувшейся коровы».

Перо переломалось пополам, а парень посмотрел на ухмыляющуюся кобылку.

— Что?

Глаза Лиры над злобной ухмылкой сузились.

— Ты хочешь, чтобы это закончилось? – Рики кивнул. – Тогда пиши как говорят. – свежее перо быстро появилось в трясущейся руке человека. – Так будет лучше, Рики. Поверь.

Лира было начала следующее предложение, как её вдруг посетила мысль.

— Погоди... нет, не пиши это... Мне просто любопытно. Ты сказал, что не знал, что у Милки есть дети, так? – Рики кивнул. – Тогда... Как, по-твоему, она давала молоко?

Иногда люди просто странные. А ещё, Лира больше не сможет смотреть на тубу как прежде

## Понедельник, часть 3

У работы антропологом были и плюсы.

— Ну-ну, дорогая, — сказала Лира, обнимая маленькую человеческую девочку и левитируя тарелку тающих во рту печенек из Сахарного уголка и стакан молока на стол. – Слезами горю не поможешь. Мы сделаем всё возможное, чтобы вернуть тебя маме и папе как можно скорее.

Девочка всхлипнула, когда Лира хлопковой тряпочкой вытирала её глаза, а затем высморкала ей носик.

— Лучше? – спросила Лира, выбрасывая платок. Девочка кивнула. Пони села рядом с ней, держа свой планшет. – Окей, давай посмотрим. Сёстры Флауэр нашли тебя на опушке леса Уайттейл в восемь-сорок утра. Тогда ты думала, что это сон, и позволила им привести тебя к ним домой, где они тебя искупали в тёплой ванне, накормили и уложили спать. Верно?

Девочка кивнула и нерешительно потянулась к печенью и молоку. Лира же продолжила.

— Когда ты проснулась в странном окружении, ты криком позвала на помощь. – кобылка понимающе кивнула. То, что юнцы испытывают короткий период ужаса, когда просыпаются в Эквестрии первые разы, было обычным явлением. – Сёстры прибежали на помощь, услышав крики... Ты ударила Роузлак энциклопедией по голове.

— Простите. – произнесла девочка с набитым печеньем ртом.

— Не волнуйся, милая. – успокоила её Лира. – Здесь сказано, что когда она пришла в себя, она тебя простила, и всё ещё хочет приютить тебя у себя, пока ты тут. Похоже, неспокойное утро у тебя было, Джессика.

Девочка виновато посмотрела на неё, грызя другое печенье.

Лира мягко хихикнула, откладывая планшет в сторону.

— Ну, Джессика, около недели уйдёт на то, чтобы маги вернули других попавших сюда людей, и только потом они смогут создать портал для тебя. По крайней мере, если не получится поднять кантерлотских.

— В хотите, чтобы я ушла? – спросила Джессика с видом нашкодившего ребёнка.

— Ох, нет-нет-нееет. – отчаянно замотала головой Лира. – Мы не то чтобы хотим, чтобы ты ушла. Мы просто хотим, чтобы ты была со своей семьёй. Ведь они наверняка ужасно скучают по тебе, не так ли?

— Да, мэм. – Джессика кивнула и всхлипнула.

— Для тебя – доктор Мэм. – добродушно сказала Лира. это немного рассмешило девочку. Оу, хорошо. Она взяла свежую пачку бумаги и перо. – А теперь, перед тем, как я отправлю тебя в Понивилльскую больницу с одним из моих ассистентов...что-то вышло не так...для быстрой проверки здоровья, я бы хотела составить небольшой список вещей.

— Каких вещей?

— Ох, ну, ты знаешь, — сказала пони, сделав отвлечённый жест копытом,. – типа, что ты любишь есть? Во что любишь играть? Есть ли у тебя на что аллергия? Ты любишь сказки на ночь? И если да, то какие? Сколько печенек ты сможешь взять из банки, пока никто не увидит? Ну, знаешь... Важные вещи.

Джессика хихикнула. Лира хорошо ладила с детьми.

Вопросы пролетели быстро, и Лира отпустила её пораньше, чтобы маленькая девочка смогла закончить остальные стандартные для человека процедуры и успеть насладиться снежным деньком с другими детьми. Это также дало ей время подумать, перед тем, как принять следующего пациента, как маленькой девочке возраста Джессики вообще могут нравиться сверхъестественные ужасы Лавкрафта.

## Понедельник, часть 4

— Итак, после того, как я поборол адскую гончую, я проложил путь к башне Плачевного Опустошения, и сжёг её дотла. Жители страны восхваляли имя моё, и их вождь даровал мне боевой топор Праведности. Однако,  правители народа не были так рады, что я заполучил всю славу без упоминания их имён. Из-за этого, они захотели изгнать меня из этого мира, превратив меня в камень, но тысячелетие спустя я вырвался из этого несправедливого заточения и убежал на волю, чтобы собрать силы и показать миру, насколько трусливы и мерзки два правителя сей земли.

— И всё это за два часа, ха? – Лира закончила писать под диктовку наряженного подростка, что сидел перед ней. С алюминиевой бейсбольной битой, что лежала рядом в полной готовности, она рассматривала своего нового пациента.

Он был долговязый, прыщавый, весь покрыт в грязи и пыли и был одет в пенопластовую броню, которая ранее напоминала космических десантников Хаоса. Однако самой запоминающейся деталью был огромный синяк на левой стороне его лица.

— Давай проясним. – сказала Лира, лизнула кончик копыта и перевернула страницу. Привычка земных пони, которую она переняла. – Загадочный старик продал тебе один предмет...

— Мой ботинок Святых Землетрясений. – ответил он, гордо указывая на резной металлический ботинок.

— А другой куда делся? – спросила пони, концом биты возвращая парня, который нагнулся посмотреть, что она там пишет, на место.

— Не было другого.

— То есть, был только один ботинок? – Лира прищурилась.

— Именно.

— А зачем ты купил только один ботинок? –спросила она, не уверенная в том, что хочет слышать ответ.

Подросток воздел свои руки, одна из которых была сжата в кулак, а на другую был надета перчатка. Ими он держал снеговую лопату.

— Потому что слугам Хаоса не пристало иметь совпадения.

— Эта штука, должно быть, весит фунтов эдак пятьдесят. – произнесла Лира с нотками недоверия в голосе. – Неудивительно, что ты споткнулся и упал.

— Ах, да. – продолжил он. – Купец захотел испытать меня, и испытание я прошёл.

Кобылка подняла кусок пенопласта, что когда-то был приличным шлемом.

— Тебе повезло, что эта штука оказалась достаточно прочной, чтобы защитить твою черепушку от падения на камень.

— Купец предвидел это, и превратил мою детскую поделку в истинную её форму, подходящую такому, как я. С этим, я начну свой поход по очищению этого мира от зла.

Лира выбросила предмет и вздохнула.

— Тебе также повезло, что это всего лишь пенопласт. Ты мог ранить Вайнону, когда бросался этой штукой в неё.

— Адской гончей просто повезло, что я даровал ей жизнь.

— Ты гонялся за ней добрых десять футов, пока этот дурацкий ботинок тебя не вымотал.

— Да, — согласился он. – Мне лишь предстоит полностью овладеть его могучей силой землетрясений. Она выжимает все энергоячейки моей брони подчистую.

Пони закатила глаза и продолжила.

— Метконосцам не сильно понравилось то, что ты сделал с их домиком на дереве.

— Сокровища ужасающей башни должны быть огромны. – посетовал юноша. – Но то был единственный способ освободить их от её  ужасного угнетения.

— Они просто пытались тебя утихомирить, после того, как ты чуть не угробил питомца семьи Эппл.

— Хозяин башни подослал мне их, не рискуя собственной головой. В надежде, что они сойдут в качестве жертвоприношения. Но я выказал величайшую добродетель, и попросил их отвести меня в его логово.

— Они думали, что ты был напуган, и захотели дать тебе чего-нибудь попить, чтоб ты успокоился.

— Воистину, крики их радости были мёдом для ушей моих.

— Вообще-то они плакали. – процедила Лира меж зубов.

Внезапно, подросток начал размахивать лопатой, словно пьяный бобёр. Лира инстинктивно приняла защитную стойку с битой.

— Они наградили меня этой...

— Этой снеговой лопатой, которую, так уж вышло, использовала Эпплджек, когда услышала плач сестры и её подруг. Она пыталась потушить огонь снегом, но ты вдруг решил, что она твоя.

— Я был героем!

— Ты был придурочным пироманьяком, который не переставал орать “Больше крови Богу Крови!”, мешая спасению домика.

— Но те, кто стоял выше них, не узрели во мне этого. Они попытались сразить меня великой бурей.

— Погодный патруль увидел дым и попытался помочь.

— Когда им это не удалось, они обездвижили меня, обратив в камень.

— Тебя невозможно было успокоить, поэтому на тебя накинули брезент и связали, чтоб увести в город и там осмотреть твои раны.

— Затем я сбежал и отправился на волю!

— Брезент нарвался на острый камень на дороге, порвался, и ты выпал прямо в розовую клумбу старой леди Даффодил.

— Тогда я начал было...

БАМ!

Лира ударила его битой в грудь. Пенопласт принял на себя весь удар, так что это было больше для привлечения его внимания.

— Окей, я уже слышала эту историю достаточное количество раз, молодой человек. Мы здесь сидим уже битый час, а ты повторяешься, снова и снова. С меня хватит. – когда, казалось, парень замолчал, она опустила биту и продолжила. – Ты – тот, кого мы в антропологическом обществе зовём попаданцем. Человека, обычно довольно молодого, как тебя, например, и одетого в нелепый наряд,  засасывает в портал, и он настолько путается в этом наряде, что спотыкается и зарабатывает сотрясение, и это, будучи отягощённой внезапным влиянием магии, заставляет их думать, что они в каком-то высшем фентезийном мирке. Единственный известный способ излечить тебя – отправить обратно в твой мир, где магии нет, и она не будет шалить с твоим умом. А пока нет окна в списке отправляемых на Землю, ты проведёшь оставшееся время в психиатрической лечебнице Понивилля... Это бы тебя потрясло сильнее, если бы ты понимал, что происходит.

Два существа смотрели друг на друга продолжительное время. Затем юноша склонился перед Лирой.

— Обучи меня, о великая. Ты смогла сразить меня, а мудрость твоя безгранична. Укажи мне способ победить врагов моих.

Кобылка грустно вздохнула и меланхолично опустила ушки. Подняв копыто, она мягко погладила его по голове.

— Тебе помогут, малой, не переживай. Мы не выпустим тебя, полностью не залечив весь урон, что был нанесён твоему мозгу.

Подросток поднялся и торжествующе улыбнулся.

— Если я когда-либо вернусь домой, я смогу поведать остальным славную историю.

— Остальные думали так же. – Лира кивнула, подходя к двери. Снаружи её ждали несколько санитаров в белых халатах. Единорожка кивком указала им на цель.

Человек наблюдал, как пони наполняли комнату. Лира подошла к нему и выдала непростую улыбку.

— Хорошо, малой...

— Я выбрал имя Трандор.

Лира заставила свои губы расплыться в ещё большей улыбке.

— Трандор... Это, эмм, хорошее имя. Да. Ну, слушай, Трандор. Эти пони – мои... эмм... слуги. – он понимающе кивнул в ответ. С ним проще было справляться, если подыгрывать его фантазиям. – Они отведут тебя в место, где ты посредством медитации обучишься путям...эээ... Силы, да, точно, Силы.

— Как в “Звёздных войнах”, круто! – ответил он, встав в героическую позу. Остальные пони засмеялись, пока Лира не заткнула их испепеляющим взглядом.

— Да, именно так, Трандор. – кобылка неискренне хихикнула. – Но дабы обучиться Силе, тебе нужно сложить оружие.

— Разумеется. – лопата со звоном ударилась о пол. – Мне и от брони избавиться?

— Почему бы не потерпеть до того, как ты доберёшься туда? – Лира замотала головой. – Так мы поместим всё это в укромное безопасное место, где оно будет ждать, пока ты не закончишь обучение.

Юноша улыбнулся и кивнул.

— Отлично, вперёд! – сказал он, жестом приглашая пони вести его.

Лира наблюдала, как они удалялись: одетые в униформу пони держались с боков,Э чтобы не давать ему блуждать. Затем она заметила Эпплджек и метконосцев, вместе с членами погодного патруля, которые прижимались к стенам, пропуская подростка.

Она вышла из своего офиса, взяв лопату, и вручив её слегка подпалённой фермерше, от которой ещё пахло дымом.

— Вот, Эпллджек, держи обратно.

ЭйДжей взяла её, застенчиво улыбнувшись.

— А, да, звиняй что гнались за ним до сюда, Лира. Он постоянно нас отшивал.

— О, не волнуйся об этом. – единорожка хихикнула и закатила глаза. – Без такого вот день становится скучным. Я просто надеюсь, что мой следующий пациент не будет так уж сильно из ряда вон выходящим.

— Вообще-то, я действительно “из ряда вон”.

Лира скривилась и посмотрела на источник голоса. Им оказалась ярко-красная кобылка с лавандового цвета гривой и кьютимаркой в виде часов, сделанных в форме репы.

— Извините. Не сдержалась.

Кобылка посмотрела на след равномерно распределённых вмятин на полу.

— Понимаю. Так, у нас будет встреча, да?

— Конечно. – кивнула Лира, и добавила в полголоса. – Кажись, на обед я не иду. – она повернулась к двери кабинета. – Просто дайте мне пару минут, чтоб убраться немного.

— Как пожелаете. – согласилась кобылица и села листать журналы.

В офисе лира села за свой стол, поднесла к мордочке магией шлем и грустно посмотрела на него. После этого она разломала его и выбросила в корзину, прежде чем позвать следующего пациента.

Порой люди её огорчали.

## Понедельник, часть 5

— Вы влюбились в человека? – спросила Лира, вопрошающе приподняв бровь.

Красная коблка, Тюрнип Тайм, кивнула и густо покраснела.

— Да, всё верно. Это неправильно? Я ужасная извращенка?

— Неееет, — Лира мотнула головой. – это просто... ну... не в моей компетенции. Я – кобыла, к которой обращаются по проблемным вопросам относительно людей.

— Но это и есть проблема. – Тюрнип вскочила, подняв копыта, словно пёс, просящий объедки со стола. – Я не могу выкинуть его из головы, и я должна знать... как мне его завоевать?

Лиру бы это раздражало, будь это первый такой случай в её практике.

— Полагаю, я могла бы рассказать вам о людских обычаях в отношениях. – мордочка кобылки зажглась, будто фейрверк. – Но сперва хотелось бы задать несколько вопросов, если позволите.

— Конечно, конечно.

— Вы ксенофилка? – серьёзным голосом спросила Лира. Видя, что кобылка её не понимает, она вздохнула. – Ваше влечение к нему чисто гормональное и основано на эмоциях? Вы просто увидели его, лысую обезьяну, прогуливающегося по улице и внезапно почувствовали жажду отодрать его или быть отодранной им?

— Ох, разумеется нет. – пони выглядела потрясённой. – Я не какая-то недалёкая едва созревшая кобылочка, что ищет наслаждения.

— Тогда что является основой ваших чувств?

— Он добрый, заботливый, — кобыла посмотрела куда-то вдаль. – сильный, и, прежде всего, смелый. Жеребец, о котором мечтает любая кобылочка.

— Ну, — Лира улыбнулась. – это всё, конечно, очень хорошо, но..

— Я так и знала, что где-нибудь будет “но”...

— Он проявляет всё это лично к вам или к любой девушке, которую встретит?

— Он добр ко всем, но... – кобылка задумалась. – Мне нравится думать, что ко мне – больше, чем к остальным.

Лира кивнула и придумала следующий вопрос.

— У него есть вид на жительство?

— Он эквестрианец вот уже три года. – гордо заявила пони.

— Возраст?

— Немного за тридцать.

— Национальность?

— Он называет себя итальянцем. – кажется, Тюрнип весьма гордилась способностью произнести это слово правильно.

— Ну, — Лира подвигала бровями. – кажется, вы собираетесь захомутать настоящего семьянина.

— П-правда? – было трудно поверить, как красная кобылица смогла покраснеть ещё сильнее.

— Семья весьма важна для итальянцев. – кивнула Лира. – Чем больше она, тем лучше. – она не смогла подавить смешок, который вырвался при виде краснеющей всё сильнее с каждой секундой кобылки. – Возможно, это будет вам не по зубам.

Тюрнип Тайм потрясла головой, прогоняя некоторые изображения, и прочистила горло.

— Н-ну, п-полагаю, тогда, если позволите спросить...

— Да? – произнесла Лира, склоняя голову.

— Пони и люди..ээ... – она почесала затылок в смущении. – совместимы?

Улыбка Лиры расширилась, и аквамариновая закивала головой.

— Семь или около того лет назад я бы ответила “нет”. Но, благодаря магии тайных наук, появилось решение. Заряженное магией приспособление зебр, которое, будучи введённым в самку, то есть в вас, временно позволит яйцеклеткам быть оплодотворённым ранее несовместимым разумным существом. Когда яйцеклетка, или яйцеклетки, оплодотворены, заклятие спадёт, оставляя здорового эмбриона.

— Правда? – Тюрнип была заинтригована. – Кажется, вы многое знаете об этом.

Лира присвистнула и вскинула голову.

— Вы не поверите, сколько раз поднимался этот вопрос. – они с кобылкой засмеялись. – Правда, есть небольшой побочный эффект.

Пони сглотнула и принялась грызть кончики копыт.

— Ох, ничего такого, глупенькая вы моя. Просто из-за природы магии, дети всегда будут вида самки, в то же время перенимая некоторые инстинкты самца. Так что, извините если расстрою, но не видать вам детей-гибридов человека и пони.

— Это если я смогу привлечь его внимание. – заявила Тюрнип. – А теперь можем обсудить человеческие обычаи, пожалуйста?

Лира воодушевлённо закивала, не обращая внимания на урчащий желудок.

— Разумеется. Сперва, вам нужно понять несколько вещей. Во-первых, в мире, откуда пришли люди, они – единственные разумные создания, так что отношения с кем-либо ещё могут показаться... скотоложеством.

Язык кобылки свесился в отвращении.

— Надеюсь, он не воспринимает меня как какое-то фермерское зверьё.

— Вам также следует понять, что в их мире тоже есть пони. – продолжила Лира. Это удивило кобылку.

— Но вы сказали, что только люди там разумны.

— Ну, они называют их пони. – произнесла Лира, пожав плечи. – Лично я не вижу сходства. Они вонючие, противные существа, которые ваяются в собственных экскрементах и съедают свой послед. – их обеих пробрала дрожь. – Но, это вроде как назвать свою собаку Рубашкой, а затем пойти в магазин одежды. Что придёт вам на ум?

— Теперь понятно, как это может всё усложнить.

— Не волнуйтесь – подбодрила её Лира. – Просто не торопитесь и удостоверьтесь, что он понял, что он вам нравится. У людей нет такого гибкого языка тела, как у нас, поэтому придётся проявить фантазию.

— Например?

— Если он подарит вам цветы, не ешьте их прямо на месте. Оденьтесь покрасивее, просто ваша шёрстка с гривой и хвостом не подойдут. Нужно, чтобы он понял, сколько усилий вы вкладываете во внешность ради него. Но прошу, ради меня, не следуйте советам этих журналов, написанных трижды разведёнными. Я заметила, как вы читали такие.

— Что? –удивилась кобылка. – Но мои друзья постоянно читают...

— Вы не слышали, как я сказала “трижды разведёнными”? – перебила её Лира. – Вот кто пишет эти журнальчики. Кобылы и жеребцы, которые не могут удержать собственные отношения, а раздают советы направо и налево.

— Тогда почему они лежат у вас?

— Потому что мои ассистенты их постоянно приносят. Мне надоело их выбрасывать год тому назад.

— Ну не могут же они быть настолько плохи?

— Скажите мне как кобыла, – Лира посмотрела на неё с недоверием. – вам те идеи и предложения кажутся правильными?

— Весьма. – кивнула Тюрнип.

— В этом-то и проблема. – указала Лира. – Они подходят только одному полу. Совершенно забывая тот факт, что отношения двухсторонние. Не преследуйте исключительно свои интересы, не забывайте о других. Запомните это, мисс Тюрпентайн.

— Э, Тюрнип Тайм. – поправила кобылка.

— Оу. – сказала Лира, отвернувшись. – Кажется, послышалось.

— Ох, такое постоянно происходит.

— Должно быть. – произнесла Лира вполголоса. – Итак, ещё что-нибудь хотите узнать? У нас ещё осталось время.

— Вы говорили о том, во что мне стоит одеться. А что обычно носят самки человека?

Используя знания Лиры о людях, Тюрнип Тайм в итоге заполучила своего мужчину и поселилась в Сталлионграде, чтобы вырастить здоровую семью. В свободное время, она пишет статьи для её собственного журнала об отношениях, который уменьшил чуть ли не до нуля и без того низкий процент разводов в Эквестрии.

Лира была в восторге, когда спустя примерно год после той встречи получила письмо о том, что Тюрнип родила здоровую кобылочку и назвала её Лирой.

## Понедельник, часть 6

— Хорошо, сэр, я понимаю, что это может шокировать... – сказала Лира, пытаясь успокоить своего следующего пациента.

— Шокировать? – заявил он. – Я только что упал в волшебную сказочную страну, за мной гналось четырёхголовое чудовище, кучка маленьких лошадок спасли меня от волков, сделанных из дерева, и я ощущаю вкус пола ступнями!

— Иногда возникают осложнения, когда люди падают через портал. – торопливо объяснила Лира в попытках собрать магией многочисленные лепестки и сжигать их заклинанием. – Иногда люди настолько несовместимы с магией, что она изменяет их тела в весьма извращённой форме, чаще всего копируя наиболее склонные к магии виды, что находятся поблизости.

— Я чувствую вкус солнечного света, чёрт побери!

— Это называется фотосинтез. Он достаточно... естественен?

— Это всё, что вы скажете? Не собираетесь решать эту проблему?

— Мы не сможем излечить это состояние, сэр. – объяснила Лира, пятясь от нескольких чёрных щупалец, что тянулись к ней. – Н-но мы можем попробовать и обратить некоторые слишком жёсткие параметры трансформации!

— Типа жабр?

Лира кивнула и съёжилась в углу, защищаясь битой и планшетом.

— Также панцирь и кроличьи уши, сэр!

— А что насчёт этих дурацких цветов?

— Ядовитая шутка будет удалена первым делом, сэр! – выкрикнула Лира.

— Меня зовут Филлип.

— Я лично прослежу, чтобы вам вернули рот, Филлип.

— Что?!

— О боже.

— У меня нету рта?!

— Эээ...нет, Филлип... Ааааау! – Лиру внезапно подняло в воздух чёрное копыто, что было на одном из щупалец. Она закричала в ужасе, когда оно мотало её по комнате, словно тряпичную куклу.

— Где зеркало? Мне нужно зеркало!

— Отпустите меня, и я найду вам зеркало! – взмолилась кобылка. Когда она вновь оказалась на земле, Лира помчалась к ближайшей уборной и умыкнула зеркало оттуда, не обращая внимание на протестующие крики того, кто им пользовался до этого.

— Простите, сэр, оно мне надо.

— Может хотя бы дверь закроете? Мисс? Алло?

Лира с зеркалом практически влетела обратно в кабинет и поставила его перед тем, что должно быть лицом. Вопль ужаса и отвращения был оглушающим.

— Чёрт, нет! Что это вообще такое?!

— Это слизни, им нравится жить в гниющей растительности.

— А это? Пожалуйста, не говорите мне что это..

— Извините, сээээээр, ой, то есть, Филлип.

— А это?

— Я даже представить боюсь, что вы взяли со дна болота Фрогги Боттом...

После этой последней встречи за день, Лира побежала в спа и приняла ванну из настойки против ядовитой шутки, впрочем, как и половина клиники. Разумный бизнесс-ход Зекоры.

Лиру успокаивал тот факт, что Филлип и рядом не стоял со самым ужасающим её пациентом.

## Вторник, часть 1

После бодрящего разогрева, что был в понедельник, куда более подготовленная Лира положила ланчбокс под маленький столик в кабинете и принялась проверять записи перед тем, как начать первую встречу за сегодня.

— Итак, Марк, — начала она, улыбаясь пожилому джентльмену с эпичными бакенбардами. – как я вижу, ваше ходатайство о виде на жительство было одобрено. Поздравляю. Полагаю, это значит, что вы теперь направитесь на Западные острова, да?

— Да, — он кивнул седеющей головой. – было весьма мило с вашей стороны замолвить за меня словечко, мисс Хартстрингс.

Лира хихикнула и добродушно закатила глаза.

— Да не за что, сэр. Вы хороший человек с хорошей репутацией, работящий, да и вообще компанейский. Немного грустно, что это наш последний сеанс. Теперь, когда вы уезжаете...

Марк расхохотался, комично потрясая округлым животом.

— Оооо, бросьте, Хартстрингс. Я не уезжаю навсегда. Я просто хотел отправиться в приключение в неизведанное, если вы понимаете, о чём я.

— Я тоже как-то думала о приключениях. – она кивнула. – А затем я прочитала «Проводник Даркест Даркнесса по самым ужасным вещам на свете»... остальное – лишь история.

— Ох, да. – Марк потянулся к рюкзаку, без которого Лира его ни разу не видела, и достал толстую книгу. Её обложка была угольно-чёрной, а по центру красовалось изображение размозженного драконьего черепа цвета слоновой кости, а под всем этим была кроваво-красная надпись: «Проводник Даркест Даркнесса по самым ужасным вещам на свете 7: Незавершённый компендиум Западных островов». – В последнее время я зачитываюсь этим трудом.

Лиру затрясло от одного лишь взгляда на обложку.

— Должно быть...

— Мистер Рич согласился проспонсировать путешествие, — продолжил человек. – после того, как я описал ему несколько своих удачных работ в Южной Африке... и после того, как я представил ему список изготовителей артиллерии, составленный моей дорогой подругой Пинки.

— А я всё хотела спросить, где она купила эту праздничную пушку. – сказала Лира самой себе.

— О, у Корпорации Комичного Сгорания. – пояснил мужчина. – Мистер Рич отказался от идеи оружейного развлечения. К счастью, принцессы – ещё одни наши спонсоры – смогли убедить его построить игровой зал на каждом воздушном корабле, чтобы поддерживать моральный дух команды.

— Вау. – Лира присвистнула от удивления. – Даже с такой знатью за спиной, это должно стоить кучу битсов.

— Вообще-то мы прекрасно уложились в бюджет. – Марк задумался.

— Что?! – спросила кобылка, не до конца понимая этого.

— Нам финансово помогла прекрасная бизнесскобыла Рэрити, — сказал он, посмеиваясь над глуповатой реакцией пони. – Мы смогли использовать больше места с помощью различных матриц заклинаний пространственного расширения, уменьшая количество необходимых кораблей до трёх, в то же время позволяя принять на борт платёжеспособных пассажиров, в том числе некоторых прочих наших спонсоров.

— Минуточку. – прервала его Лира. – Пассажиры? Они не знают, куда вы направляетесь?

Он с сомнением посмотрел на неё.

— Лира, когда кучка невероятно богатых жмотов и чрезмерно привилегированных особ слышат о месте с неслыханными богатствами, они забывают о здравомыслии ради шанса первыми их застолбить. К тому же, если некоторые из них не вернутся, потеря будет небольшой.

Лира сморщила нос, будто съела что-то кислое.

— Мистер Смит, это ужасно.

— Так я Селестии и сказал. – он пожал плечами, будто ничего и не было.

— Ну, если это так, тогда вы оба ужасны. – произнесла Лира, вздохнув. – Только не говорите ей, что я так сказала.

— Сомневаюсь, что тебя накажут, скорее, она просто сделает замечание.

— Вот поэтому и не говорите. – сказала кобылка, хмыкнув. – Так, есть ещё планы перед отправкой?

— А, да. – кивнул Марк. – Пинки собирается устроить мне В-Добрый-Путь вечеринку в среду вечером. Затем, в четверг днём,  я уеду в Кантерлот. В субботу на флагмане «Захватывающая экскурсия» я начну свой путь на запад.

— Я буду на вечеринке. – всхлипнув, сказала Лира. Она будет по нему скучать. – И сделаю всё возможное, чтобы повидаться с вами на вокзале в четверг.

— Ты и ещё полгорода. – сказал Марк с приглушённым смешком.

— Такова цена популярности, что поделать?

— Ох, а я говорил тебе, что с нами ещё едет Дэйринг Ду?

— Правда?

По-видимому, Даркест Даркнесс был дедушкой Дэйринг Ду. Едва услышав о путешествии, она буквально взмолила принцесс присоединиться к нему. В этом не было необходимости, учитывая то, что они сами хотели попросить её о помощи. Однако, вместе с её помощью пришло и её стандартное археологическое оборудование. И его было навалом.

Тысяча молотков, шесть тонн пластида, пятьсот гвоздодёров и двадцать пробковых шляп.

Когда её спросили, почему она раньше сама не отправилась на Западные острова с целью выяснить причины смерти её деда, она ответила:

— Потому что я не идиотка идти туда без армии за спиной.

Фанаты серии с трепетом ожидают её следующую книгу.

## Вторник, часть 2

— А как моя любимая хищница поживает сегодня? – Лира радостно засмеялась, бросая лакомство своему следующему подопечному.

Маленькое существо хихикнуло, прыгнуло и поймала печенье на лету. Как вчерашний Филлип, правда, не настолько страшный, этот маленький человек оказался несовместим с природной магией Эквуса, и оказался превращённым в гибрид земнопони и росомахи.

Эта часть заинтриговала Флаттершай, учитывая то, что росомахи обычно водятся в северных регионах. А ещё это вызвало истерику у слишком заботливых родителей.

Улыбаясь, Лира прилегла и магией усадила кобылочку меж своих передних ног. Этот пациент любил обнимашки.

— Итак, Джесси, — спросила она, пока дитё устраивалось поудобнее. – О чём сегодня поговорим? Хочешь во что-нибудь поиграть?

Не дожидаясь ответа, да и не нуждаясь в нём, Лира телекинезом достала ящик с игрушками из угла комнаты и перевернула его. Лира была просвещённой кобылкой, и её познания в области различных культур, возрастов и жанров, помогли узнать что на самом деле нравится людям. Именно поэтому она выкинула все дешёвые, безвкусные и легко ломающиеся игрушки, которые спонсоры жертвовали в мусорную кучу, и за свои деньги купила настоящие.

Не самыми её любимыми воспоминаниями были походы в больницу с родителями, где ей приходилось сидеть в маленькой детской зоне и играть с теми игрушками, которые нравились им только по мнению взрослых. Иногда она спрашивала себя, а разве сами они не были детьми?

В любом случае, она наблюдала, как загоревшиеся глаза Джесси бегали по этим несметным богатствам, как всегда происходило каждую неделю во время её визита. Не было игрушечных поездов с запутанными рельсами, деревянных кубиков или тех раскрасок, которые были лишь сборником каракуль. Нет, это были качественные вещи: плюшевые игрушки, сделанные из минки с родины минотавров Миноса(1), металлический набор поездов из Детрота, фигурки, сделанные из укреплённого силикона, окрашенные нестираемой краской, и самоочищающиеся раскраски, которых невозможно было закончить.

Джесси схватила свою любимую плюшку, маленькую Вуну(2), и выбрала случайную раскраску. Сложно не умилиться, словно старая нянечка, глядя, как маленькая девочка грызёт ушко игрушки раскрашивая картинку кричащей королевы Кризалис, прибиваемой мухобойкой(3).

— Или же я просто могу смотреть на то, какая ты милая. – усмехнулась Лира, потираясь носиком о макушку девочки.

— Мой брат говорит, что мы скоро уйдём. – произнесла она, не желая оставаться в тишине. Тишина была ужасной. Она обычно означало то, что кто-то смотрит, как ты воруешь вкусняшки. Шум был безопасным.

— Ну, — сказала Лира, сдувая пряди гривы, что опустились на лицо. – Вы бы ушли раньше, если бы он не пытался поджечь морковные поля Харвест. А затем он вырвал все доски из её забора. А после этого, сопротивляясь аресту, напал на стражу и держал мэра Мэйр в заложниках.

— Ага. – Джесси драматично вздохнула. – Все расстроились в тот день.

— Он просто выполняет обязанности старшего брата, Джесси. – Лира пожала плечами. – Вы с ним попали сюда совершенно одни и... ну... превратились во что-то шокирующее, и он до смерти испугался за твою безопасность. Когда ты решила улизнуть из вашего укрытия в Вечнодиком и поиграть с метконосцами, он подумал, что тебя похитили местные.

— Я собиралась вернуться. – заявила Джесси таким тоном, будто она не раз уже это повторяла. – И хотела принести с собой конфеты, которые дала мне Твист.

— Какими бы хорошими не были твои намерения, — начала Лира, взяв раскраску себе и выбрав рисунок Дискорда, творящего хаос(4). – это всё же заставило твоего брата совершить несколько преступлений. К счастью, мы, пони, народ понимающий, и просто заставили его починить всё, что он наломал. Хотя я думаю, перерегистрация картотечного блока мэра Мэйр заняло больше всего времени.

— Никаких «извините» не хватит, чтобы уйти от этого. – хихикнула Джесси.

— Иногда я волнуюсь о твоём взгляде на жизнь – сухо заметила Лира мимоходом. Она была немного занята, разрисовывая на лице Дискорда страшные гримасы. Она помнила тот раз, когда он вырвался. Биг Мак, у которого тогда мозги перемешались, вылизал её сверху донизу и подарил мёртвого опоссума. Этот опоссум стал причиной ненависти к этому хаотическому придурку.

— Тебе не следует смеяться над неудачами брата. – упрекнула она ребёнка. – Он очень сильно тебя любит, и ему приходится за это платить.

Ушки Джесси немного опустились, но она молчала, снова принимаясь за ухо плюшки и раскрашиванию. Лира больше не поднимала эту тему, она была просто пищей для размышлений. Джесси не была плохой девочкой, она просто не знала, что некоторые ответы были не к месту.

— Мне нужно прийти в следующий понедельник, Джесси. – сказала она, выждав подходящее количество времени. Которое, кстати, совпало с количеством времени, потраченным на пририсовку Дискорду лифчика и высоченных каблуков. – Это будет наш последний сеанс перед тем, как маги синхронизируют портал и не вернут вас домой.

Джесси бросила то, чем занималась и обняла Лиру, и та вскоре обняла в ответ.

— Я буду скучать по вам, мисс Харти.

Лира поцеловала её в макушку и засмеялась.

— Я тоже буду скучать по тебе, Джесси. Но подумай о семье. Вы пропали на шесть месяцев. Просто представь, как обрадуются ваши родители, когда снова увидят вас. Разве это не замечательно?

Джесси кивнула, всхлипывая; она готова была расплакаться.

— Я когда-нибудь снова увижу вас?

— Надеюсь. – ответила Лира. – Не теряй надежду, малая. Никогда.

(1) Там всё должно быть жёстким

(2) Ходит слух, что за этим стоит Селестия. Единственный комментарий Луны, что она имеет половину с прибыли.

(3) Подозревают определённую принцессу любви и её супруга, но они не могут дать прямого ответа из-за смеха.

(4) По какой-то причине, он никогда не бывает одинаковым

## Вторник, часть 3

— Двое пьяниц сидели в баре на крыше небоскрёба с видом на озеро Мичиган. Один наклонился к другому и говорит: «А ты знал, что ветра на озере Мичиган настолько сильны, что если ты упадёшь, они тебя подхватят и унесут обратно?» На что другой ответил: «Не. Не может быть. Брехня всё это». «Правда, тебе говорят», — сказал первый. – «Смотри, докажу!» Он перешагнул перила и спрыгнул. Пролетел немного, а затем подлетел и приземлился снова на крыше. Другой пьяница был поражён. «Невероятно!» — сказал он, протирая глаза и смотря на собутыльника с восхищением. – «Дай я попробую». Он в возбуждении побежал к перилам и спрыгнул. Понадобился пожарный расчёт, чтобы счистить его с тротуара. А первый пьяница сел к барной стойке и заказал ещё пойла, на что бармен ответил: «Знаешь, Кларк Кент, а ты подлый».

Лира расхохоталась, перевернув стул, на котором сидела, и каталась по полу, визжа как мышь, накачанная гелием.

— Ох-хо-хо-хо! Кэмерон, это самая крутая вещь, которую я слышала за сегодня! А ведь тут до этого был Марк Смит, а это что-то да значит.

Молодой человек, сидящий напротив неё, усмехнулся над её конвульсиями, в то же время играя с йо-йо.

— Мне показалось, что тебе это должно понравится, Лира.

Когда хохот наконец перешёл в простые смешки и икоту, антрополог поставила стул на место, села, выпрямив спину, и взяла планшет.

— Я даже запишу это.

— Удивлён, что вы знаете, кто такой Кларк Кент. – сухо заметил Кэмерон, выполняя «выстрел на луну»

Лира приложила копыто к груди в наигранной обиде.

— Вы что, молодой человек. Чтобы я, доктор Лира Хартстрингс, самый известный антрополог в мире, и не знала о Супермэне и его альтер-эго? Стыдно вам должно быть. – она хихикнула и прочистила горло. – Больше, чем о людях, которые падают через порталы, малой. Чёрт, да в кантерлотском музее естественной истории есть целое крыло, которое они постоянно пополняют. Тебе стоит пойти и посмотреть.

— Может когда-нибудь и загляну. – он ответил, пожав плечами.

— Почему ты не можешь вести себя так за пределами моего офиса? – спросила Лира. – С тобой весело. Пони бы подружились с тобой, если бы ты дал им шанс.

Кэмерон отвернулся и сделал «лифт». На что Лира вздохнула.

— Маги будут готовы отправить тебя домой в пятницу, Кэмерон. – сказала она, потряся головой. – Хотя, должна напомнить, что ещё не поздно подать заявление на гражданство. Эквестрия не такое уж и плохое место. Тут не так тяжело, как на Земле. Тебе бы понравилось, если бы ты дал этому шанс.

— Нет. – человек покачал головой. – Земля мне знакома больше, я справлюсь и там.

— Хоть я и уважаю твой выбор, стоит указать, что там с тобой не так обращались. – произнесла Лира, вспоминая их первую встречу. – Ты пришёл сюда пинаясь и крича, утверждая, что сошёл с ума, умолял о помощи против раскрашенных демонов. Весь сеанс практически состоял в том, что я успокаивала тебя обнимашками. – Лира тяжко вздохнула. – Не то, чтобы я была против обнимашек. Обнимашки круты.

— Я окружён маленькими дружелюбными лошадьми. – медленно ответил Кэмерон. – Это точно навредит моей психике.

— Понимаю. – произнесла кобылка, изо всех сил сопротивляясь желанию скривиться от сравнения с одним из этих противных животных. – Давай тогда поговорим о чём-нибудь ещё.

Как и пони, людей тоже бывает сложно понять. Даже величайшему антропологу в мире.

## Вторник, часть 4

— Итак, Пипсквик, как там твоя антропофобия?(1) – спросила Лира у жеребёнка.

Жеребчик нервно повертел копытцами и опустил взгляд на подушку, на которой сидел.

— Кажется, проходит, мисс Хартстрингс. Мистер Смит больше не пугает меня так сильно.

— Понимаю. – сказала кобылка, вспоминая первый раз, когда она встретила мужчину. – То, что он прошагал в центр города играя на волынке, с дробовиком за спиной и мачете на боку, не было особенно хорошим первым впечатлением первого знакомства с человеком. – если, конечно, не было оно весьма смешным, но Лира предпочла об этом умолчать.

— В Троттингеме людей не было. – продолжил говорить Пип, поглядывая в окно – а вдруг какой-то страшный человек за ними подглядывает? – Мои мама и папа решили переехать сюда, когда их бизнес пошёл ко дну. Сперва мне казалось забавным увидеть одного из тех людей, о которых так много говорили пони. Но... когда я увидел... его... Он был весь в грязи, с ужасными шрамами на лице, и издавал эти неприятные звуки.

Неприятные звуки? Лира с трудом подавила обиду. Волынки же потрясны!

— Мы обсудили корень этой проблемы на прошлой неделе, мистер Разъяснение. А сегодня я бы хотела проделать одно упражнение, если ты не против.

Пипсквик кивнул и обратил всё своё внимание на неё.

— Не против. Что мне нужно делать?

— Начнём с простого. – сказала Лира, зажигая свой рог. – Пожми мою руку.

Несчастный Пипсквик в ужасе перед летящей к нему золотистой конечности забрался на спинку дивана.

— А-а-а! Она вся извивается, и она бесплотная! Убейте её! Убейте её огнём!

Кобылка закатила глаза.

— Да брось. Это сего лишь магическая конструкция. И кроме того, у минотавров он тоже есть.

— Они тоже страшные! – громко запротестовал Пип.

С этим Лира поспорить не могла. Но тем не менее.

— Просто пожми руку, она тебя не съест.

— Нет!

— Пожми руку.

— Нет!

— Пожми её.

— Нет!

— Я сказала пожми!

— Ни за что.

— Люди могут принять тебя за расиста, если ты этого не сделаешь.

— Да плевать мне!

— Ну всё, сам напросился.

С грозным рыком Лира призвала вторую руку, и запустила их в жеребёнка. Его отчаянные крики вскоре превратились в грозный смех от того, что эфирные кисти щекотали его копытца и животик. Лира наклонила голову и положила её на копыто, наблюдая, как он брыкается, неспособный избежать парализующего воздействия ловких пальчиков.

Она прекратила наступление, когда казалось, что он вот-вот испустит дух от нехватки кислорода.

— Итак, чему мы научились? – спросила она, дав жеребчику перевести дыхание.

— Руки – достаточно... ух... коварные штуки. – выдохнул Пипсквик. Цвет начал возвращаться на его улыбающуюся мордашку.

— Несомненно. – Лира хихикнула, почёсывая магическими конструкциями себе за ушком. – Так что? Всё ещё думаешь, что они опасны?

— Ну, они всё же обездвижили меня... – отметил он. Пронзительный взгляд Лиры заставил его вздрогнуть. – Но они не такие острые и жёсткие, как я думал. Всё же я ещё цел.

— Ты забыл о том, что Найтмэр Мун собиралась откусить тебе зад, меньше чем за вечер. – заявила Лира. – Как же так получилось, что чтобы продвинуться настолько, тебе пришлось прожить с людьми целых два месяца?

— Мистер Смит страшный. – резко ответил Пип.

— Он не сделал ничего плохого! – в отчаянии крикнула единорожка. – И кроме того, к концу недели он уедет в экспедицию во имя короны. – она подчеркнула последние слова в надежде, что доверие принцесс поможет ему что-то понять.

— Ну, может, другие люди не будут казаться столь страшными, когда его не будет. – пробормотал Пипсквик, сложив копытца на груди.

Лира разочарованно вздохнула. Но, возможно, отъезд мистера Смита пойдёт жеребёнку на пользу.

— Посмотрим, Пипсквик. Посмотрим.

(1) Ага, у людей такое есть на самом деле.

## Вторник, часть 5

Закончив с обедом, Лира убрала контейнер обратно под стол и выбросила засаленную обёртку в мусорку. Шаг вперёд, если сравнивать со вчерашним днём. Три хлопка победителю.

— Как прошёл ваш визит в Филлидельфию? – спросила она своего послеобеденного пациента.

— Так, как и планировался. – ответила женщина средних лет, широко улыбаясь. – Врачи были правы, смена обстановки действительно пошла на пользу моему здоровью.

Лира что-то записала и кивнула.

— А как там Департамент антропологии?

— Полагаю, неплохо. – она слегка пожала плечами. – Но они постоянно сверялись с книгами, и сеансы тянулись целую вечность.

— Ох. – Лира закатила глаза в отвращении. – Мне стоило просто выдать вам разрешение, чтобы вы не мучали себя ими. Скорее всего, они откатили вашу культурную адаптацию на месяцы работы назад.

— Не так уж это было и плохо.

— Не смейте их защищать, Элис. – Лира обвиняюще тыкнула в неё копытом. – Они относятся к работе слишком серьёзно, и тем самым останавливают наш прогресс.

— Я уже почти преодолела культурный шок. – запротестовала Элис.

— Тогда почему ваша грудь куда меньше, чем раньше? – фыркнув, спросила Лира.

Краснея, Элис сложила руки перед собой и надулась.

— Окей, хорошо. Я обернула их повязками, чтобы на них не пялились словно на корову, вставшую на задние ноги.

— Это вредно для вашей груди, Элис. – Лира вздохнула и покачала головой. – Вот так сжимать их на столь долгое время. Так вот и зарабатывают раннее обвисание.

— По крайней мере на них не пялятся.

— Тот факт, что вы – пришелец из другого измерения, является достаточной причиной для того, чтобы на вас пялились! – отчаянно воскликнула Лира. – И ваши молочные железы тут не при чём. Чёрт, да они все должно быть задаются вопросом, с чего это вдруг они уменьшились.

Голова Элис просветлела, а лицо покраснело, словно свекла.

— Ооу. Так вот что тот жеребец имел в виду, когда спросил, не появился ли у Милки Уэй новый бизнес-партнёр. Кажется, картина складывается

Мордочка Лиры вдруг тоже покраснела.

— Это не совсем то, о чём я говорила. Я полагала, что они могли подумать про какое-нибудь несчастье. – она почесала затылок, нервно улыбнувшись. – Даваааайте сменим тему, а? Элис?

Она кивнула.

— Чудно. Просто снимите эти повязки и помните, спортивные лифчики нужно носить только во время занятий спортом. – она вежливо кашлянула и перевернула страницу на планшете. Не найдя и там подходящей темы, она перевернула ещё. – А. Почему бы не поговорить о вашей работе в детском саду?

— Ох, да. – Элис вздохнула с облегчением, распутывая повязки под рубашкой. – Великолепно. Дети...эээ...жеребята всегда рады меня видеть.

— И «дети», и «жеребята» сойдут. – сказала Лира. – Так, никакого опасения со стороны детей, или же со стороны работников?

— Не сказала бы. – Элис выбросила повязки и откинулась на диване. – На самом деле, иногда кажется, что другие воспитатели подбивают детей к игре со мной или к тому, чтоб обнять меня. Видимо, мне удаётся занять их на некоторое время.

— А что в этом такого? – вслух сказала кобылка, посмеявшись. – Я не знаю, что насчёт одного...ээ....двух детишек, но остальные хотели бы зависнуть с добрым пришельцем. Более того, когда они устают, им нравится обниматься тем, чья шёрстка не попадает им в рот.

Элис хихикнула и оглядела свою гладкую кожу.

— Вообще-то, там хорошая атмосфера. Я помню, как на Земле приходилось обращаться с детьми клещами и в защитных костюмах.

— Простите? – Лира склонила голову набок.

— Одним из законов там, — Элис простонала от воспоминаний. – заключался в том, что нельзя было обнимать или проявлять какие-либо другие знаки привязанности детям в детских садах и школах.

— Что? – Лира была озадачена. – Извиняюсь за выражение, но это бесчеловечно! Дети нуждаются в любви. Они должны знать, что взрослые всегда рядом, чтобы помочь.

— Может и так. – произнесла Элис, нахмурившись. – Но если вы так сделаете, то у вас отзовут лицензию, а на вас заведут расследование. Вдруг вы развращаете детей.

Лира рассердилась и топнула копытом по подушке.

— Но это неправильно, во всех смыслах! Обнимашки не являются намёком на секс.

— Правительству и мамашам, жаждущим судиться, всё равно.

— Но..но... – голова единорожки закружилась от такой идеи. – Объятия – один из самых священных знаков дружбы и доброты! Так ты говоришь тем, кого любишь, что всегда будешь готов помочь в трудную минуту. Кто бы захотел избавиться от них?

— Правительство не хочет от них избавляться. – сказала Элис. – Они просто хотят оштрафовать тебя за это и купить себе новый «мерседес»

— Кажется, я хочу вернуться к разговору о груди. – пробормотала Лира, опустив взгляд на подушку. – Не удивительно, что Кэмерон в таком состоянии. – она вспомнила его визит. Он так сильно хотел вернуться на трудную Землю, вместо того, чтобы принять место, где любовь и забота буквально сочилась из земли. По крайней мере, она поняла, что это было честное сравнение.

— Ну, думаю, Пинки Пай всё ещё уверена, что девушки просто любят засовывать шарики под рубашку. – произнесла Элис, услышав единорожку.

Лира знала, когда стоит сменить тему, когда она не приведёт к добру. Этот раз был другим.

— А я рассказывала вам о том, как Пинки в первые увидела женщину?

Так и появилась история о том, почему Пинки необходимо было ежедневно перечитывать список из пятидесяти вещей, которых ей нельзя было делать при встрече с человеком.

## Вторник, часть 6

— Да ладно, вторники не такие плохие. – запротестовала Лира.

— Да? Назовите хоть что-то хорошее в них.

— В этот день зародилось время. – серьёзно заявила кобылка. – Немногие об этом знают.

— И вы хотите, чтоб я в это поверил?

— Ну, тебе всего лишь нужно доказать обратное. – ответила Лира с озорной ухмылкой на мордочке.

— Все ваши предсказания точны вплоть до трёх дней?

— Все, кроме того летнего, пять или около того лет тому назад. – сказала Лира, драматически изобразив процесс вспоминания. Послышался смешок.

— Н-ну, а когда вы снова сможете предсказывать будущее?

— В следующий понедельник. – наградой был более громкий смех. – А вот теперь, Тимми, только попробуй сказать мне, что вторники плохи.

Подросток усмехнулся и покачал головой.

— Вы выиграли, док.

— Как обычно. – сказала Лира без каких-либо признаков скромности. – Итак, сегодня будет просто. Я задам тебе несколько вопросов о твоей новой семье и как ты уживаешься. Это простая формальность.

— Кейки классные. – ответил Тимми, ухмыльнувшись. – Мистер Кейк даже взял меня вчера на рыбалку.

— Ну, им нужно следить за тем, чтобы пополнение их растущей семьи получало достаточно протеина. – кобылка это записала. – Рыбалка – прекрасное упражнение для сближения отца и ребёнка. Я помню, как мой папа брал меня в походы. – она наклонилась вперёд и приложила копыто ко рту, будто шептала великую тайну. – Конечно, мы готовили и ели, пока мамы не было дома.

— Миссис Кейк ничего не говорила, но иногда она немножечко зеленеет. – задумчиво произнёс мальчик.

— У большинства кобыл неприязнь к рыбе, если они не беременны. – усмехнувшись, сказала Лира, вспоминая что-то. Она приложила копыто к груди и гордо вскинула подбородок. – Разумеется, я – одно из немногих исключений. – она хихикнула, хотя Тимми казался растерянным. – Я смотрю, ты всё ещё зовёшь их мистером и миссис Кейк. Не скажешь, почему?

Подросток посмотрел куда-то вдаль.

— Ну. Я пока привыкаю к мысли, что у меня появился дом, и мне не надо больше мыкаться от приюта к приюту.

— Они выражали своё неудовольствие этому?

— Ну, они ничего не говорят, но миссис Кейк часто вздыхает. – ответил он, почёсывая затылок.

— Хорошо. – сказала Лира, что-то записывая. – Значит, они не давят на тебя.

— Хотя кажется, что я их расстраиваю. – виновато произнёс Тимми.

— Что тогда тебя сдерживает? – спросила мятная, отклоняясь и терпеливо положив копыта перед собой.

— Вы... – Тимми призадумался перед тем, как ответить. – У вас когда-нибудь был кто-то, кто говорил, что он ваш лучший друг, ставил вас на ноги, наполнял надеждой, а затем приглашал на вечеринку или что-то вроде...

— ...а там они выдернули ковёр из-под тебя, чтобы они смогли посмеяться над твоим несчастьем. – закончила за него Лира. Угрюмый взгляд появился на её мордочке. Она сжала челюсти, будто ей опротивели собственные зубы. – Это одна из самых гнусных вещей на свете.

— Мисс Хартстрингс? – спросил Тимми, нервничая от вида трясущейся кобылки.

— Думаю, на сегодня достаточно. – она ответила, понизив голос. – Я зайду в Сахарный уголок в субботу. Я проведу несколько связывающих занятий, чтобы помочь тебе преодолеть твой страх. Не волнуйся, Тимми, Кейки не сделают такого с теми, кого любят так сильно.

— Вы в порядке?

— В порядке. – резко ответила она. – Беги домой, Тимми. Обними и поцелуй свою семью. Увидимся в субботу.

Тимми нерешительно поднялся, а затем быстро ушёл, оставляя доброго доктора одну в тишине.

Спустя несколько минут, Лира магией убедилась, что дверь заперта, громко всхлипнула, свернулась калачиком и зарыдала. Ей хотелось кричать, но это бы в смеси со всхлипами заставило бы её стошнить. Вырывались лишь две простые фразы.

— Мне жаль, братец... Пожалуйста, п-прости меня...

## Среда, часть 1

Среды были другими.

— Я бы сказал тебе «доброе утро», Лира, но, сдаётся мне, спала ты не очень хорошо. – задумчиво произнёс пегас в коричневом котелке.

Растрёпанный антрополог высморкала свой заложенный нос в платок и несколькими волнами магии попыталась привести гриву в вид, более присущий профессионалу. Не вышло. Она высунула язык и махнула хвостом в раздражении.

— Я не пошла вечером домой. Уснула в офисе.

Пегас изучающе оглядел её.

— Что-то напомнило тебе о...

— Да. – отрезала Лира, отведя взгляд.

Жеребец вздохнул.

— Мне назначить сеанс после того, как ты закончишь визиты к пациентам моей лечебницы?

— Было бы здорово, да. – кивнув, ответила Лира. – А теперь позволите посмотреть, какие дела требуют помощи Министерства, доктор Фритц?

— Конечно. – сказал он, передавая папки. – Сегодня только трое. С ними наши штатные антропологи не справляются.

— Фух, а я уж боялась увидеть в списках Трандора. – вздохнула Лира, просматривая бумаги, висящие в магической ауре перед ней.

— О, нет-нет, он спокойный, и прекрасно с нами сотрудничает. – объяснил Фритц с улыбкой на мордочке. – На самом деле, он проводит большую часть времени, кажется... медитируя. А ещё постоянно бормочет о Силе.

— Он попаданец, чего вы ещё ожидали? – она закатила глаза. – Он свято верит в то, что он – лишь шахматная фигура в партии богов. По крайней мере он не пытается соблазнить всё живое.

— Ты о Бобе?

— К сожалению. Итак, к кому мне зайти сначала?

* * *

— Это была ошибка. – пробормотала Лира, зевнув.

— Эт сё правительство, я те грю! – сказал бородатый старик с пиратской шляпой из фольги на голове. – Они об этом годами знали! Маленькие копытные пришельцы, цветные, что твой трип с ЛСД. Вот с чего они хотят прикрыть всю торговлю наркотой. Они не хотят, чтобы кто-то невзначай наткнулся на это измерение чистейшей радости.

Лира ненавидела, когда такое случалось. Будучи антропологом, она имела познания в психологии, но не на профессиональном уровне. Однако это не останавливало доктора Фритца и его персонал от того, чтобы иногда скидывать чокнутых людей на её копыта. Всё, чтобы не приходилось жонглировать культурными нормами людей и пони в сложных случаях. Это в её работу не входило.

Единственным плюсом была компенсация за эти сверхурочные сеансы. Даже если она не до конца покрывала всё то, через что она проходила.

— Ну, вообще-то правительство это финансирует. – вскользь упомянула Лира. Ей уже было всё равно. Пока пациент не пытался её укусить. То, что у него связаны руки, успокаивало достаточно.

— Чёё? Я знал. Они все грили, шо я псих. Но я не слушал. Я им грил, что за этими таинственными исчезновениями стоят лошадки.

Лира и глазом не моргнула. То, что несчастные люди, которые проваливались через порталы, рассказывали всякие истории по возвращению, было естественным. Заклинания стирания памяти были и незаконными, и негуманными, а если выдавать им легенды, то это могло всё усложнить. Было лучше просто дать им вернуться и самим всё понять после того, как им помогли с их физическими и психическими травмами от прибытия в Эквестрию.

Скорее всего, никто их не воспринимал всерьёз. Кроме фанатиков теории заговора.

— Они эт финансируют, сё от это, используя наши налоги против нас. – продолжал человек. – Я знал, что было классной идеей уйти из-под радаров.

— Я уверена, что чтобы уйти из-под действия радара, нужно хотя бы под ним быть. – пробормотала кобылка, хотя и знала, что до него всё равно не дойдёт. – И поверь мне, деньги налогоплательщиков тебя не касаются.

— Ты меня не наебманёшь, чёртова лошадь. Даж пришельцам нужна наличность. Вот куда деньги из Форта Нокс идут, так?

Лира множество раз за свою карьеру хотела выпрыгнуть из окна и закричать. И в этот раз тоже. Только мысль о боли и швах останавливала её от этого.

— Признаю, я – пришелец, но я не позволю сравнивать себя с этими противными существами, слышишь?

— Эт то, что ты есть, и не отрицай. – сказал мужик, яростно тряся руками. – Ааааайй!

Лира свернула его дело в трубку и принялась бить его.

— Я буду отрицать это, пока ад не замёрзнет, а небеса не обратятся в прах!

— Лошадь, лошадь, лошадь, лошадь!

— Аааргх! – процедила единорожка сквозь сжатые зубы. – Дай проясню тебе кое-что, — она посмотрела на имя. – Билли.

Она кашлем прочистила горло перед тем, как начать лекцию.

— Ни одно правительство не несёт ответственности за это межпространственное недоразумение, и налоги в заботе о людях не при чём. – Лира прорычала, видя безразличие в его глазах. Никто бы и слова не сказал, если бы она просто покинула комнату и отправилась к следующему пациенту. Но попытаться стоило.

— Оно называется «Человеческий фонд». – мягко начала она. – Люди – не единственное, что попадает сюда, поэтому, если мы находим что-то, что можно выставить на продажу, десять процентов с этого идёт на реабилитацию вас, людей, от первоначального шока и/или другую помощь. Она также включает в себя жильё, медицину, и плата магам за создание энергозатратных порталов.

Лира видела достаточно случаев чтобы понять – маги зарабатывают свой хлеб не зря. Довольно часто нужно было пятеро, чтобы удержать портал открытым на несколько секунд.

— Одни книги и спектакли приносят колоссальные деньги ежегодно. – задумалась кобылка, вспомнив что-то с лёгкой улыбкой на мордочке. – Помню, когда я была ещё кобылочкой, из-за моих превосходных навыков игры на арфе, я занимала место в оркестре Кантерлотского симфонического зала во время «Призрака оперы». Родители мною гордились.

Ответ Билли был довольно ожидаем.

— Ты ж щас сама сказала, шо превосходная врунья, и думаешь, шо я поверю вам, адским существам? Когда я откинусь, я семууу миру скажу, и они восстанут, и они скинут вас с золотого пьедестала!

Лира никак не отреагировала. Она сохранила спокойный вид мордочки, собирая бумаги обратно в папку, и спокойно покинула комнату. Это уже не было её работой, но она могла объяснить те грани человеческой культуры, о которых не переставая твердит пациент.

Иногда людей невозможно было утихомирить, и им приходилось оставаться здесь, а иначе они могли бы навредить себе или окружающим. Плачевное состояние дел, и пони были его частью. По крайней мере, о них хорошо заботились.

## Среда, часть 2

— Прошу, не дайте им съесть меня… Я сделаю всё, что пожелаете, только не дайте им поймать меня…

Лира была по обе стороны обнимашек. Но этот раз был каким-то неловким. И не из-за того, что её обнимала девушка, и не из-за того, что она, очевидно была психически нездорова (хотя и это вносило свою лепту). Нет. Скорее из-за того, что, похоже, эта женщина думала, что одежда необязательна.

А так и было.

Возникло противоречивое чувство. Не учитывая официальные наряды, что висели дома в шкафу, она тоже всегда ходила голой. Но впервые увидев нагого человека не на картинке в учебнике…

Не то чтобы было неприятно. Другой стороной противоречия было восхищение. Но она была профессионалом, по большей части, и не срэйнбоудэшит(1). Кроме того, ей было удобно, так зачем нарушать обстановку наукой?

— Ну, ну, Джулия. – сказала Лира, поглаживая девушку по плечу. – Никто тебя не обидит. Тут ты в безопасности.

— Нет! – крикнула она, зарываясь лицом в растрёпанную гриву. – Я слышу их. Они ползут по стенам. Неужели вы не слышите, как они грызут провода?

Внезапно Лира почувствовала себя некомфортно в этих объятиях.

— Эх-хе… О чём ты? Я думала, ты злишься на персонал. Они бывают злыми иногда.

— Они и бывают, но они куда безобиднее этих существ. Они постоянно преследуют меня.  Даже в этом мире они за мной охотятся…

Выдуманные монстры волновали кобылку куда меньше давления на спине.

— Может, они уйдут, если ты не будешь обращать на них внимание? А теперь давай мы обе глубоко вдохнём, и ты ослабишь хватку, чтобы не раздавить мои лёгкие.

Её тут же отпустили.

— Прости, прости, — запричитала девушка, закрыв лицо руками.  – я постоянно косячу. Я не хотела сделать тебе больно…

Лира издала внутренний стон. Теперь она чувствовала себя виноватой.

— Всё в порядке, Джулия. Правда. Посмотри на меня. Ну же, посмотри. Вот так. – она подняла магией платок и вытерла её слёзы. – Всё хорошо, Джулия. Всё хорошо. Я не злюсь на тебя.

— Н-не злитесь? – всхлипывая спросила женщина.

— Конечно нет. – Лира тепло улыбнулась и покачала головой. – Здесь, в лечебнице Плам Хай, с тобой хорошо обращаются?

— Д-да. – произнесла она.

Лиру это не убедило.

— Послушай, сестрёнка. Я вижу, что тебе здесь не нравится. И, если забыть о твоей одержимости существами, что живут в стенах, у тебя не безнадёжный случай. – она рысцой подбежала к ней, села рядом и положила копыто её на плечо. – А теперь скажи, что тебя беспокоит.

— Мне не нравится быть голой. – выпалила Джулия.

— Обычное явление среди людей. – Лира кивнула. – Мы, пони, это уважаем. Но…тогда почему ты сидишь тут в чём мать родила?

— Я просто пытаюсь влиться. – прозвучал тихий ответ. – Никто из вас ничего не носит, поэтому… я подумала, что это поможет мне с вами поладить. Но, кажется, меня за это ещё больше ненавидят.

— Кто тебя ненавидит? – почти что требовательным тоном сказала Лира, перелистывая страницу на планшете.

— Не знаю. – Джулия вздохнула. – Я просто слышу, как за моей спиной перешёптываются. – она посмотрела на кобылку. – Мы, люди, действительно вам противны?

Лира ощетинилась.

— Нет. – решительно заявила она, наполняя голос честностью. – Не скажу, что не встречала уродов, но нет, в целом люди – прекрасные существа. И ты – не исключение, Джулия.

Девушка улыбнулась и отвела взгляд, краснея. Спустя мгновение она почувствовала, что Лира оборачивает вокруг неё простыню.

— Вот так. – усмехнулась пони. – Сойдёт, пока ты не оденешься в своё.

— С-спасибо… — сказала Джулия, обнимая Лиру.

— Да без проблем. Ты человек, так веди себя как человек. Да и вообще, уверена, что эти неприятные слова говорили в основном кобылы, я права?

— Голоса мужскими не казались.

— Ага. – Лира понимающе кивнула. – Лучше оставайся одетой. Не стоит дразнить местных и персонал. А иначе нам придётся включить систему пожаротушения, чтоб охладить их пыл.

Они тихо засмеялись.

— Итак. – начала единорожка. – Как ты думаешь, ты уже можешь вернуться к адаптации? Вести себя, как подобает человеку?

— Думаю, да.

— Хорошо. – Лира вычеркнула что-то на планшете. – Помни – будь собой, и не волнуйся насчёт нескольких мизантропов. Пока он там сплетничают между собой, ты сможешь подсыпать им соль в сахарницу и посмеяться над их несчастьем, пока им это не надоест.

Лира улыбнулась лукаво и широко, словно Чеширский кот. Джулия пододвинулась ближе.

— А это разве будет мудро? – спросила она мятную пони.

— Ты в психушке. – она закатила глаза. – О какой мудрости идёт речь? Просто веселись.

— Но…что насчёт белок? – спросила Джулия, испуганно огляываясь.

— Каких белок? – Лира в непонимании склонила голову набок.

— Тех, что хотят меня съесть – ответила девушка, будто это и так было понятно. – Тех, что грызут проводку.

— Белки? – тихо произнесла Лира. – Это их ты боишься?

— Конечно! – так же тихо сказала Джулия, прижав свои колени к себе. – Я вижу, как они носятся по краю моего поля зрения. И я слышу их. Они следят за мной, ждут, пока я усыплю бдительность, чтобы сожрать меня живьём…

Лампочка возникла над головой пони. Она заглянула в досье.

— Ооооу. Так вот что такое тяжёлая сциурофобия. Век живи – век учись.

Иметь такое в Эквестрии действительно было плохо. Эти маленькие грызуны тут повсюду.

— Ну, я доктор не этого профиля. Меня вызвали, чтобы помочь тебе подстроиться в культуру пони. Извини.

— Всё в порядке. – Джулия вздохнула. – Врачи говорят, что это всё лишь у меня в голове, но…

— Но это что-то вроде боязни высоты, — перебила её Лира. – даже будучи привязанной, держась за поручни, и натянутой внизу сеткой. И при всём при этом ты ни на шаг не подойдёшь к обрыву. Ведь так?

Девушка кивнула. Они обнялись напоследок, перед тем как она ушла, а Лира ожидала своего следующего пациента.

Джулию выпишут через год благодаря тому, что можно описать как «терапия белочным супом»(2). А благодаря совету Лиры насчёт розыгрышей, она проявила творческий подход, и в итоге её пригласили в Эквестрианское тайное общество шутников(3). И, возможно чисто случайно, это подружило её с Рэйнбоу Дэш и Пинки Пай. А по другому стечению обстоятельств, кажется, только Лиру обошли их выходки.

(1)      Все слышали о том, как она встретила А.К Йирлинг.

(2)      Они же не будут подавать говядину, да? И нет, Флаттершай не расстроилась. А чем по-вашему она кормит своих хищников?

(3)      Его основатель, наречённый Повелителем Постучи-и-Убеги, известен только лишь под своим супер секретным прозвищем – Солнечные Булочки.

## Среда, часть 3

— Гав-гав, тяф!

Лира лишь вздохнула и подарила своему последнему подопечному на эту среду улыбку.

— Как дела, Скрюи? Ты была хорошей девочкой? Ведь так?

Бедная кобылка, которая была известна всему городу под именем Скрюлуз, радостно залаяла и прижалась к боку Лиры, облизывая её ухо и виляя хвостом как собака. Лира положила копыто около её шеи и уткнулась подбородком на макушку синей кобылки, нежно покачиваясь из стороны в сторону.

Скрюлуз в знакомых объятиях расслабилась на мгновение. Но долго это не продлилось – она вырвалась и принялась обнюхивать тело и копыта доктора.

— Извини, девочка. – сказала Лира, покачивая головой. – На этот раз без вкусняшек.

Кобылка заскулила и опустила ушки. Её хвост с надеждой бил по полу. Лира перкрасно понимала, чего она хочет.

— Нет, Скрюи, это мой обед. И я его даже не дома приготовила, потому что дома я вчера не была. – она вскинула голову и издала протяжный стон. – А что ещё хуже, когда я вернусь, хозяйка закатит истерику. Я уже чувствую эту лекцию насчёт того, что «сон в нормальной постели полезен для тебя» и почему нормальный обед не может состоять из жареных твинки и хо-хос. Но у меня ещё картошка фри есть, овощи же должны всё уравновесить, да? Клянусь, иногда она считает себя моей бабушкой.

Лира повернула голову обратно на Скрюлуз и обнаружила, что та находится в нескольких дюймах от её мордочки. Вместо того, чтобы от испуга отскочить, она съёжилась и сглотнула.

— Фу, девочка, что ты ела?  — ей пришлось использовать магию, чтобы раскрыть её рот и посмотреть туда.

Там всё было в золотых зубах и пломбах. Необходимая мера. Зубы пони были одни из самых крепких, а особенно у земных, позволяя им нести предметы, которые могли быть опасны для других. Но в списке то, что ими можно делать, не было «грызть камни, палки, кости и мебель «Quills and Sofas(1)»»

Лира сузила глаза и наклонилась чуть ближе.

— Ааа, Скрюи, ну зачем?  — она закрыла рот кобылки и помахала копытом перед носом в отвращении. – Мне плевать, что говорят другие. Это вонючее тофу – не еда. Где ты вообще это достала? Из помойки, где ей и место?

Скрюлуз начало не нравится то, как идут дела, и поэтому она решила применить тяжёлую артиллерию. Она резко прыгнула вперёд, прижимая мятную кобылку к земле, и принялась облизывать её мордочку.

Несмотря на вонь, Лира засмеялась.

— Аааагх... Так не честно, Скрюи! Прекрати! Пожалуйста... Ха-ха-хии-ха-хаа.. Пожаааалуйста, неет, только не уши... Эхх. Я же их теперь не отмою... Ладно, ладно, я дам тебе твинки.

Выполнив свою работу, кобылка соскочила с Лиры и уселась, самодовольно ухмыляясь.

Лира отдала одно сахарное угощение радостной кобыле. А затем что-то произошло. Беспорядочное жевание начало замедляться, до того момента, как она качнулась туда-сюда пару раз.

Лира вздохнула и наклонилась поближе.

-Скрюи? Ты тут? Выходи. Это я, Лира, твой друг. Ты ведь помнишь меня, да?

— Ли-ра... – медленно произнесла кобылка, раскрывая глаза и посмотрев на мятную фигуру перед собой. – Что ты тут делаешь? – она растерянно осмотрела комнату. – Где я?

Лира не ответила, ожидая, когда всё само встанет на свои места.

— Оооооу. – голубая кобылка осела и испустила печальный стон. – Это снова произошло, не так ли?

Единорожка сочувственно кивнула и положило копыто Скрюи на плечо.

— Да. Ты как, в порядке?

— Конечно нет. – Скрюлуз покачала головой. – Мои мозги постоянно переклинивает, и я становлюсь собакой. Что я такого натворила, что оказалась здесь? Обычно они просто дают мне побегать, пока само не пройдёт. – она наклонила голову вбок и пристально посмотрела на Лиру. – Что-то связанное с людьми, иначе тебя бы тут не было.

Её это искренне задело.

— Ох, Скрюи, ты же знаешь, что я бы навестила тебя даже если бы там не было человеческого следа.

— Прости. – она протяжно вздохнула и кивнула. – Я просто расстроена. Сколько я уже здесь?

— Судя по документам, со вчера. – ушки Лиры опустились.

Скрюлуз шмыгнула носом и зажмурилась.

— Значит, моей малышке пришлось заснуть без сказки на ночь и колыбельной...

Лира нежно обняла подругу.

— Всё будет хорошо, Скрюи. Тебя выпишут, и ты сможешь задушить её всей той материнской любовью, что скопилась в тебе.

— И пусть хоть кто-то попробует меня остановить. – Скрюлуз смогла усмехнуться, отвечая на объятия. Пони – существа весьма социальные, эти проявления нежности практически вросли корнями в их культуру(2)

— Итак. – спросила она. – Что же я такого плохого сделала, что очутилась тут?

Лира съёжилась перед тем, как ответить.

— Ты укусила парня.

— Но... – она напряглась. – Они говорили, что я и раньше людей кусала(3), и ни разу тут не была. Ч-что произошло на этот раз?

— Ты помнишь, где ты была вчера? – мягко спросила Лира.

— Посмотрим. – Скрюлуз сконцентрировалась. – Альмонд Крэкер захотел устроить пикник, и я согласилась. Я сделала нам ланч... ээ... шарлотку, немного апельсинового сока, сэндвичи с сыром на грилле и банку молока к печенью. Я несла корзину, в то время как Альмонд нёс Арчер и покрывало. В парке было полно и пони, и людей... Я услышала чей-то крик, а затем... думаю... я не поню.

Лира кивнула и мягко её погладила.

— Скорее всего тогда-то тебя и перемкнуло. То, что случилось, скорее всего – недопонимание. Жеребёнок, бегавший за фрисби, натолкнулся на человека, который подумал, что был атакован, цитата: «Каким-то вечнодиким уродом». Он повернулся, готовый к бою. А когда ты обернулась посмотреть, что происходит, ты приняла позу человека за боевую стойку, и твои материнские инстинкты взвинтились. Скорее всего, все подумали, что засунуть тебя сюда, где тихо, и дать тебе успокоиться и вернуться – хорошая идея.

— Но почему сюда? – заявила Скрюлуз. – Мне здесь не нравится. Они могли просто отвести меня домой, к тем, кто меня любит.

— Хэй, — упрекнула её Лира – все в Понивилле тебя любят. Это было сделано также для наблюдения, ведь ты раньше никогда кровь не проливала.

Скрюи вскрикнула и отскочила, всё ещё смотря подруге в глаза.

— Я так сильно ранила его? Он обвиняет меня? Мне придётся носить намордник?

— Ничего такого не случится. – Лира покачала головой и слегка усмехнулась над её воображаемой участью.

— Они заберут мою дочь? – паниковала Скрюлуз, не слушая кобылку. – Они... Они не могут забрать её у меня... Без неё... я... я...

БАМ!

Пони громко взвизгнула, потирая щёку.

— За что?

— За то, что я – твой друг. – Лира отбросила старый журнал в сторону. – И я отказываюсь позволять тебе нырять в пучину столь угрюмых мыслей. Никто не собирается забирать у тебя Арчер, и никто тебя не обвиняет. Все согласились с тем, что это – недопонимание.

— П-правда?

— Ага. После того, как ты его укусила, ты встала над жеребёнком, словно волчица, рыча и лая, пока человек не отошёл достаточно далеко. А затем ты начала вылизывать его мелкие царапины. И... фу. Но, кроме этого, ты зарекомендовала себя как защитницу детей Понивилля.

Мордочка Скрюи приняла смешанное выражение облегчения, задумчивости и отвращения.

— Я вылизала его раны?

Лира кивнула.

— Как животное?

Ещё один кивок.

— Пожалуйста, скажи мне, что его потом отвели к врачу. – произнесла кобылка, зарывая мордочку в копыта от стыда. – Это не может быть полезным.

Лира задумчиво почесала подбородок.

— Нууу... В слюне полно белых кровяных телец, а поэтому, с медицинской точки зрения...

— Мне всё равно! – крикнула пони. – Это отвратительно! И я ещё перед этим кого-то укусила. Фу.

— Ну, — Лира пожала плечами. – свою работу я выполнила. Готова выписываться и идти домой?

— Да. – Скрюи вздохнула. – Меня точно ни в чём не обвиняют?

— Не волнуйся, твои друзья будут следить за тобой, чтобы убедиться, что такого больше не произойдёт.

— Спасибо – Скрюлуз склонила голову в благодарности. Лира снова её обняла.

— Не за что, Скрюи.

(1) Девиз: «Раз сломал, значит плати». Поэтому, мистеру Бризи запрещено приглашать её в магазин под угрозой расщепления её семьёй. Его кошелёк ноет от скуки.

(2) Даже было проведено исследование, которое показало, что отказ обниматься расценивается как оскорбление.

(3) Это больше было похоже на игривое покусывание.

## Среда, часть 4

— Это произошло тёмной ночью во время грозы…

Доктор Фритц тихо вздохнул и протёр очки.

— Мисс Хартстрингс…

— Ох, переход на фамилии, время стать серьёзной. – Лира простонала и провела копытом по гриве в очередной жалкой попытке привести её в порядок. Неудачно.

— Тебе нужно выговориться об этом, Лира. – отругал её доктор Фритц, словно маленькую кобылочку.

— Знаю, док. – единорожка тяжко вздохнула. – Знаю. Но не впадать же в депрессию. Не могу ли я подойти к этому с юмором?

— …Ты закончила?

— Ладно, ладно. – сказала она, откидываясь на спинку дивана. Немного поёрзав в поисках удобной позиции, она глубоко вдохнула. Об этом всегда было сложно говорить. Но в этот раз рядом был друг.

— Мне тогда было около одиннадцати. Мой старший брат недавно закончил академию стражей…

* * *

Маленькая Лира скакала своими крохотными пухлыми ножками по улицам Кантерлота. На спине у неё держался её лучший друг Бруно, а в волшебной ауре – подарок. Это был особый подарок для её брата. Она собиралась устроить ему сюрприз, когда он с родителями вернётся домой.

День обещал стать лучшим на свете.

В возбуждении она не заметила фигуру, которая вышла из-за угла.

— Уф, ау! – воскликнула Лира, тряся головой в попытках согнать звёзды с глаз. Она подняла взгляд на препятствие, что возникло на её пути. Им оказалась кобыла-единорог, с персиковой шёрсткой, клубничной гривой и улыбкой на морде. Будет вежливо улыбнуться в ответ, да?

— Здравствуйте, леди! – Лира поприветствовала кобылку, помахав ей.

— А что у нас тут? – спросила она, не смотря на Лиру, но вместо этого подняв подарок, который только что приобрела малышка.

— О, это подарок моему брату! – гордо заявила кобылка. – Это часы, компас, армейский швейцарский нож(1), точильный камень, зажигалка, телескоп, лупа, зеркальце, заполняемая ручка и раздатчик конфет!

— И всё это не больше десятника(2)… — пробормотала она, удивлённо осматривая диск из стали и латуни.

— Я хотела взять побольше, — Лира вздохнула и опустила ушки. – но я на мели. Хотя, думаю, набор кухонных ножей и гранитная разделочная доска стражу не нужны.

— Стражу? О, ты же Лира, верно? – сказала кобылка, отдавая волшебную вещицу девочке. – Я должна была догадаться по твоему, — она озадаченно посмотрела на Бруно. – другу.

— Вы знаете моего брата?!

Кобылица задумалась, перед тем как ответить.

— Ох, да, конечно. Мы дружили, когда учились в академии. Видишь ли, я слышала, что он приезжает сегодня, а я закончила академию раньше.  Вот и хотела устроить ему сюрприз. Только вот не могу найти, где он живёт.

— То есть он не дал вам адрес наших родителей? – невинно спросила малышка, сев и потирая подбородок. – Но почему?

— Ох, ну ты же знаешь жеребцов. – быстро ответила она. – Постоянно в облаках витают.

Лира хихикнула.

— Так мама говорит. О, а я могу вас домой привести. Тут недалеко!

— Ох, нет-нет-нет, — кобыла быстро затрясла головой. – Я просто хотела оставить сообщение его родителям… но думаю, будет лучше, если я оставлю его тебе. Родители даже и не узнают.

Лира начала что-то подозревать. Мама всегда твердила ей говорить, когда она говорит с незнакомцами.

— А почему вы хотите, чтобы родители не узнали?

— Потому что это приглашение на вечеринку-сюрприз. – сказала кобылица, улыбнувшись во все зубы. – А ты же знаешь, как предки относятся к вечеринкам, ведь так?

А, теперь это имело смысл. Лира кивнула с видом знатока.

— Конечно. Нужно было убедиться, что вы соответствуете уровню.

Кобылка передала ей письмо и было начала уходить, но тут в голову пришла мысль.

— Ох, а ты тоже приходи. Пораньше. Так мы все сможем его удивить.

Лира удивлённо вздохнула. Вечеринка с большими ребятами? Да как от такого отказаться?

— Да! – крикнула она громче, чем хотелось бы, но вскоре кашлянула. – В смысле, да. Я с удовольствием пойду на вечеринку для моего брата. Только, эмм, где она пройдёт?

— Ты помнишь его старого друга, Роллера Ди?

— Это тот скучный жеребец, который постоянно играет в D’n’D?

— Тот самый. – кобылица усмехнулась. – Но не волнуйся, вечеринка будет какой угодно, но не скучной.

Лира пожала плечами и побежала домой.

* * *

— И так ты доставила письмо брату и ускользнула из дома, чтобы прийти на “вечеринку” раньше, верно? – произнёс доктор Фритц, когда Лира сделала пазу в истории.

Кобылка кивнула, собираясь с мыслями и неосознанно потёрла копыта друг о друга.

— Не торопись, Лира. – терпеливо произнёс Фритц. – Продолжи как только сможешь.

Лира глубоко вдохнула, и так же протяжно выдохнула.

— Да. Я пришла на вечеринку, а там…

* * *

— Что мне сделать? – спросила лира, глядя на персиковую кобылу.

Она простонала, выглядя нетерпеливо.

— Иди в шкаф и жди сигнала. А затем выпрыгни с закрытыми глазами и засмейся.

— Зачем? – спросила малышка, склонив голову набок. Это всё ещё не имело никакого смысла.

— Потому что… Потому что это часть вечеринки взрослых. А ты же хочешь быть взрослой, так?

Взрослые? Голова Лиры закружилась. Это не было просто вечеринкой для подростков, это была вечеринка для взрослых. Ох, как давно она хотела на такую попасть. Им не рассказывали сказки на ночь, не было дурацкого правила «только одного кусочка торта», да и не было ещё кучи вещей, которых хотели дети, но им не разрешали. По крайней мере, так она себе это представляла.

А тут она косячила, не слушая, что эта кобыла ей говорит. Скорее всего, она всё портила. Это пристыдило её.

— Простите… — пискнула она. – Я не хотела всё испортить…

Кобылица, которая так и не назвалась, улыбнулась и погладила её по голове.

— Ох, не волнуйся, маленькая кобылочка. Ты будешь как раз к месту.

— А какой будет сигнал? – спросила Лира в надежде ускорить это всё, чтобы уже наконец насладиться своей первой взрослой вечеринкой. – Как я узнаю, когда мне выпрыгнуть?

— Ты услышишь крик.

Лира с любопытством посмотрела на пони, которые расставляли всё по местам.

— А кто закричит? Что если кто-то закричит до нужного крика, и я накосячу?

— Закричит твой брат. – сказала кобылица, её улыбка приняла злобный оттенок. Девочка начала беспокоиться.

— А почему он закричит? – спросила она, желая узнать ответ.

Персиковая и несколько других удивлённо вскрикнули и приложили копыто к груди.

— То есть ты не знаешь. Получается, ты не была до этого на взрослой вечеринке-сюрпризе, так?

Ох. Опять она всё испортила. Ну же, Лира, хватит задавать глупые вопросы.

— Э, конечно была! – плоховато соврала она. – Я-я просто… эм, проверяла вас. Да, я вас проверяла.

Пони захихикали, но кобылица взглядом заставила их затихнуть. Она повернулась к Лире и невинно улыбнулась.

— Я знала, что ты достаточно взрослая, чтобы понять. Так, твой брат будет с минуты на минуту. Быстро в шкаф и жди крика.

Лира сделала как сказали, хихикая словно школьница, коей она и была. Как только дверца шкафа закрылась, она села и достала подарок, предназначавшийся брату. Она дождаться не могла, как увидит выражение его мордочки, когда он его откроет. Это было гораздо круче, нежели просто вручить его дома.

Она так была увлечена радостными размышлениями, что чуть не пропустила свой выход. Крик. Она хорошо знала этот крик, ведь любая уважающая сестрёнка знает, как напугать старшего брата.

Не задаваясь лишними вопросами, она ворвалась в действо.

Она выпрыгнула с закрытыми глазами, открыла рот и расхохоталась.

Только вот смеха не было.

— Ты уродливый придурок, так тебе и надо. Такой бесполезный жеребец должен вонять как свалка, которая его породила. Ха-ха-ха!

Это был её голос, её губы двигались, но говорила это не она. Её глаза раскрылись от непонимания. И первое, что они увидели, был брат. Он был весь покрыт тем, что можно было добыть только зачерпнув ведро в канализацию.

Что происходит? Что это за вечеринка вообще?

Затем всё стало только хуже. Другие пони, которые должны были быть его друзьями, начали выкрикивать оскорбления. Говорить то, отчего Лира сгорела от стыда. После этого они начали бросаться в него украшениями и закусками.

Всё, что могла делать Лира – в ужасе наблюдать.

* * *

— Заклинание «Чревовещательный вандал»? – спросил доктор Фритц, уже слыша о таком.

Лира кивнула.

— Они взяли под контроль мой голос и рот, чтобы вырвать сердце моего брата и показать его ему ещё бьющимся.

— А что произошло потом, мисс Хартстрингс?

— Мой брат сделал то, что сделал бы любой, имеющий сердце. – произнесла Лира, посмотрев в окно. – Со слезами убежал.

* * *

— Почему вы это сделали?! – злобно кричала Лира, когда её насильно выпроваживали из дома. Некоторые обрабатывали раны, нанесённые Бруно. Сама она почти что рыдала. – За что вы с ним так?!

Ответом была хлопнувшая перед ней дверь. С той стороны был слышен смех, что сильнее разозлило Лиру и Бруно. Он даже несколько раз ударил по двери, оставляя глубокие царапины. Но их игнорировали.

Лира повернулась и устремилась туда, куда, по её мнению, мог отправится брат. Как можно дальше от дома.

Она выкрикивала его прозвище, которым звала его, когда ему было грустно.

— Б’ро! Прости! Пожалуйста, вернись! Б’ро! Пожалуйста! Братик! Ты мне нужен!

Она неслась по улицам, вверх и вниз по аллеям и дворам, зовя своего любимого братца.

— Пожалуйста, это была не я! Я не знаю… Я этого не говорила! Вернись! Пожалуйста, прости меня!

В темнеющем небе начала зарождаться гроза, и крики несчастной Лиры становились всё отчаяннее. Ей пухленькое маленькое тельце почти истощило все свои ресурсы, когда она прибежала к окраине города, а когда обнаружила, что стоит на дороге, ведущей к городским воротам, она упала, словно всхлипывающий комок боли и печали.

— Нет, нет… — воскликнула она, закрывая слезящиеся глаза копытами. Подарок брату с металлическим лязгом упал на землю, а за ним полетел Бруно. Она с досадой посмотрела на карманный набор выживальщика и на своего лучшего друга. Гладкий кусок гранита с двумя глазами, которых она приклеила на него, смотрел на неё, никак не утешая.

Она снова прикрыла глаза, продолжая печально сопеть носиком.

Так продолжалось некоторое время, пока вспышка молнии не заставила её с ужасом посмотреть на гору. Молния ударила в дерево, чьи корни простирались достаточно далеко и глубоко, чтобы сдерживать обвалы. Что ж, больше нет.

Это было словно океанская волна, только комковатая и коричневая. Она взопила в страхе, пытаясь подняться на копытца, но даже когда ужас наполнял её вены, сил встать не было. Затем она замолкла, и единственный вопрос возник у неё на уме.

Почему?

Она закрыла глаза, принимая свою судьбу, но вдруг кто-то схватил её и прижал к себе.

— Я всегда буду любить тебя, сестричка.

Её глаза распахнулись, она обнаружила, что смотрит прямо в глаза брата. Он окружил её, словно барьер, от ужасной волны, которая за доли секунды обратила мир во тьму.

* * *

— Нас нашли на следующий день. – Лира всхлипнула, сжимая копыто доктора Фритца. – Мой брат… погиб. А я лишь сломала две ноги и несколько рёбер. Он убедился, что я в безопасности, даже думая, что я предала его доверие.

— Всё хорошо, Лира. – успокоил её Фритц. – Это было давно.

— Время лечит далеко не всё – произнесла Лира, вытирая глаза. – Я прошла через три года терапии, и ещё четыре месяца не могла заставить себя выйти из дома. Мама с папой никогда меня не винили, зная, что меня использовали, и их ранило то, что моё доверие ко «взрослым» было саботировано на многие годы вперёд.

Она отодвинулась от доктора и попыталась собраться. Она ещё раз пробежалась магическим гребнем по гриве в ещё одной попытке уложить её. Успешно. Маленькими победами…

— При каждой возможности я шла туда в поисках того подарка. Я читала книгу за книгой, в поисках заклинания, которое помогло бы мне найти его. Это и стало причиной того, что я попала в школу Селестии для одарённых единорогов, где у меня был доступ к ещё большему количеству книг. – она повернулась и посмотрела на свою кьютимарку. – Так я её и получила. Я занялась музыкой и поняла, что у всего есть различная частота. В итоге я смогла обнаружить его спустя шесть лет. – она достала маленький предмет из закромов своего контейнера с обедом, держа его треснувший корпус на свету. – Он работает не так хорошо, как раньше, но я и не планировала использовать его.

Доктор Фритц глубокомысленно кивнул.

— А что до других пони на той «вечеринке»?

— Исчезли. – Лира пожала плечами. – Да мне всё равно. Позже я узнала, что та кобыла, которая так и не назвалась, выведала, что наша семья была довольно состоятельной, и попыталась захомутать моего брата. К счастью, мама предвидела это и научила его избегать таких кобыл. Отказ так разозлил её, что она уговорила своих подруг соблазнить друзей брата, и напичкать их ложью и всем подобным. Они им поверили.

Она положила подарок обратно в контейнер.

— У брата всегда были проблемы с коллективом. Думаю, поэтому я и стала антропологом, чтобы помогать тем, кому трудно адаптироваться. Ну, вот я и тут. Величайший антрополог в мире. Не хвастаюсь, ну, может самую малость, но просто констатирую факт.

— Твой брат гордился бы тобой.

Лира закатила глаза и смогла усмехнуться.

— Вам не нужно мне этого говорить. Он любил меня до конца. Я забыла худшее давным-давно, док. Это… просто здорово иметь жилетку, в которую иногда можно выплакаться, когда проблемы прижимают.

(1) Человек однажды появился с ним и заполонил рынок. А зачем название менять?

(2) Большая монета стоимостью десять битов, ага.

## Среда, часть 5

Ах, вот он, способ развеяться после напряжённого дня. – заметила Лира, сделав глоток пунша.

Прощальная вечеринка Марка Смита в мэрии была в самом разгаре. Одна из мисок для пунша предназначалась только для взрослых по ясным причинам. Единственные юнцы, которым сюда было можно – те, которые получили свою кьютимарки минимум год назад, да и половина из них всё ещё нуждалась в сказке на ночь. Но всё же они пришли.

Пони и некоторые местные люди заполонили танцпол, в то время как Винил Скрэтч работала на своей установке, а Неон Лайтс пел у микрофона. Пинки уже выбрала ряд человеческих песен, подходящих, по её мнению, подходили к этой тусовке. А её чувствам стоит доверять.

Неон зажигал песней, к радости определённой кобылки.

Jet Black Dress

Лира слизала последние капли пунша, в кантерлотской манере вытерла уголки рта и сама прогарцевала на танцпол. У вечеринок был один плюс – неважно, как близко ты подойдёшь к другому пони, они не заметят, что ты не принимал душ этим утром. Это было бонусом для неё.

В отличие от Твайлайт Спаркл, Лира могла выдать несколько движений. А именно три. Что на три больше, чем могла выполнить Твайлайт. Хотя её бедная мама не понимала, где она научилась брейкдансу. Но она успокоилась, когда Лира сказала, что это – один из стилей танца у людей. Ах, те времена, когда можно было убедить родителей, что ты делаешь что-то в образовательных целях и отмазаться от дел по дому.

В любом случае, всё, что она умела – «джекхаммер», «мельница» и «пауэр степ», но и этого хватало, чтобы достаточно долгое время развлекать толпу. Она даже как-то попыталась сделать стойку на голове. Не вышло.

Можно лишь сказать, она рада, что рога единорогов постоянно отрастали.

Все отступили, когда Лира начала буквально перемалывать пол, чтобы восхищённо наблюдать за её навыками и избежать удара от её мощных движений. Забавно, но танцевать рядом с ней стало опаснее, чем рядом с Твайлайт. Живя в маленьком городе продолжительное время, все поняли, что лучше дать их любимому антропологу место, когда ей хочется подрыгаться.

Стоит отметить, не всем это нравилось. Кто-то что-то точно пробубнил, отходя к столу с закусками. Но Лира ведь не прекратит из-за этого веселиться, верно?

Естественно, выносливости ей хватило только до конца песни.

Все зааплодировали, когда музыка стихла, и два музыканта помахали толпе. Явно беременная Винил вышла из-за стойки и встала рядом с Неоном, плутовато улыбаясь. А Неон лишь соблазнительно двинул бровями.

Будучи немой, Винил резво написала на своей ноге: «А теперь я жалею, что не одела то чёрное платье». Она наклонилась вперёд, быстренько поцеловала его, и проследовала обратно выбрать следующую песню.

— Милая парочка. – усмехнулась Лира, заметив столь тёплый момент.

— Есть такое.

Если бы у неё была другая кружка пунша, она бы плюнула от неожиданности.

— О, привет, Ноутворти. – она поприветствовала жеребца широкой улыбкой. – Полагаю, ты не оставил жену дома, так?

Он хихикнул и покачал головой.

— Нет, Бон-Бон знала, что ты будешь тут.

— Чудно. – Лира поникла. – Она скоро вынюхает меня и начнёт читать лекции о пользе здорового сна и рациона. – она вздохнула. – Эхх, иногда она кажется не подругой, а смесью матери-еврейки и отца-китайца.

— Прости? – мордочка Ноутворти комично искривилась в непонимании.

— Шутка антропологов. Да и вообще, пока я плачу ренту, я имею право делать что хочу. Я прекрасно могу позаботиться о себе сама.

— Ааах. – жеребец мягко упрекнул её. – Мы же считаем тебя членом семьи, Лира. Она просто бывает немного...

— Слишком заботливой?

Ноутворти оглядел окрестности чтобы убедиться, что «берег чист».

— Ты это сказала, не я.

Лира тихо засмеялась.

— Я понимаю, что она желает мне добра. — она по-дружески прислонилась к плечу жеребца. – Она вправду хочет, чтобы я присоединилась к вам и образовала что-то вроде табуна. И должна сказать, искушение с каждым днём становится сильнее.

Он густо покраснел и начал заикаться. Лира потёрлась носом о его щёку и усмехнулась.

— Но мне ещё нужно кое о чём позаботиться перед тем, как подумать об обосновании. – она отступила, дав возможность жеребцу оглядеться. – Но не волнуйся, когда этот день настанет, я вас найду. Надеюсь, вы не будете против старой сморщенной хромой кобылы к тому моменту.

Ноутворти закатил глаза.

— Как будто Бонни даст мне выбор.

— Чертовски верно.

Оба пони повернули головы чтобы увидеть, как кобылка в цветах сладостей шагала сквозь толпу, приближаясь к внезапно занервничавшей мятной единорожке.

— Наконец-то я тебя нашла, Лира. Где ты была прошлой ночью? Твист расстроилась.

— Ох, точно. Я же по вторникам ей человеческие истории рассказываю. Чёрт. Прости, Бон-Бон.

Однако она не закончила.

— Ты и ванну не принимала. У меня есть жеребёнок, я знаю этот запах. И скорее всего фаст-фудом питалась.

— В балансе с овощами! – произнесла Лира, сделав неуверенный шаг назад.

— Какими? – Бон уставилась на неё.

— Эм, картошкой.

— Ты слопала кучу чипсов, не так ли? – казалось, Бон-Бон смотрит её прямо в душу. Лира опустила ушки и поникла головой.

— Да.

— Ох. – пробормотала Бон-Бон. – А на чём ты спала? На камне? У тебя полоски по всему телу.

Лира мысленно проклинала себя за то, что не смогла привести себя в полный порядок перед выходом на публику.

— Я спала в офисном кресле. – Бон-Бон было открыла рот, чтобы снова отчитать её, но единорожка быстро отрезала. – Вчерашний день закончился не совсем хорошо, окей, Бонни? Он выжал меня как психически, так и духовно. И извини уж, что не могу соответствовать сегодня твоим требованиям.

Земнопони была ошеломлена возмущением в голосе Лиры.

— П-прости… Я не хотела…

Лира вздохнула.

— Ты меня прости, Бон-Бон. Я сорвалась на тебя, мне жаль.

— Ох. – Бон приобняла подругу и прижала её голову к своей груди. – Всё в порядке, Лира. Я сама знаю, что иногда бываю немного слишком заботливой.

Кобылка вполне очевидно выделила последние слова. Она их слышала. И Лира, и Ноутворти издали нервный смешок.

— Послушай, — Бон слегка сжала Лиру. – Ты же мне как сестра. Я хочу, чтобы ты смогла позаботится о себе. Не стоит чувствовать вину. Это я не подумала.

— Всё окей. Просто… эмм, постарайся в будущем как-то смягчить своё материнство. Пожалуйста.

— Ничего не обещаю. – усмехнулась она, последний раз прижав единорожку перед тем, как отпустить. – По крайней мере, если это не войдёт в привычку. Хорошо?

— Конечно, конечно. Хотя, ты же знаешь, что я на год тебя старше, да? Я вряд ли смогу стать твоей младшей сестрой.

— Сможешь, если не учитывать возраст. – Лира закатила глаза и фыркнула. Бон-Бон посмотрела на подругу с сочувствием. – Не хочешь об этом поговорить?

— Только без обид, Бонни. Ты правда хороший друг. Но это не твоё дело.

— Само собой, Лира. – Бон кивнула. – Но помни, что мы с Ноутсом всегда будем готовы тебе помочь.

— А, Лира, вот ты где.

Все глаза обратились на полного мужчину, который проделывал путь через толпу. Марк Смит, человек, в честь которого всё это затевалось, стоял, улыбаясь, одетый в изысканный костюм и опершись на бамбуковую трость.

— Я повсюду тебя искал. Пинки Пай хочет, чтобы мы с тобой присоединились к Неону и Винил для следующей песни.

Лира воспряла духом.

— Конечно, мистер Смит. Я сейчас подойду. Только вот придётся позаимствовать гитару, свою я не взяла.

— Зато я твою принесла. – заявила Бон-Бон.

— Ну вообще-то я. – пробормотал Ноутворти. Однако его жена этого будто не заметила.

— Я подумала, что она тебе пригодится. Она там, на сцене.

Лира поблагодарила друзей и рысцой побежала вслед за Марком.

Да, она играла на арфе. Была мастером этого дела, если быть точным. Но музыкант, который владеет лишь одним инструментом – или любитель, или дилетант.

Она перебрала струны на своей электрогитаре и посмотрела на ноты, которые ей передали. Рядом Марк настраивал волынку, а Неон распевался. Когда с подготовкой было окончено, они кивнули друг другу.

— У нас есть сюрприз для вас! – провозгласил Неон собирающейся толпе. – Сейчас на сцену к нам с моей любимой жёнушкой, — Винил энергично помахала публике. – выйдет никто иной, как один из местных людей, Марк Смит…

Толпа обрадовалась, пони топали копытами, а люди хлопали.

— …вместе с любимым антропологом Понивилля, Лирой Хартстрингс!

Лира переняла энтузиазм Винил. Площадка взорвалась овациями.

— И этим вечером мы исполним ещё одну песню людей. Ту, которую лично я давным-давно ждал. Ну что, готовы зажигать?!

Крики были почти что оглушающими. Не нуждаясь в другом намёке, они всецело погрузились в музыку.

Holy Thunderforce

Не самая танцевальная мелодия. Все просто прыгали на месте, топая копытами и запуская кулаки в воздух. Все, кроме двух пони у миски с пуншем.

— Эта кобылка постоянно куда-то торопится, будто её вот-вот кто-то укусит. – сказала Бон-Бон, усмехнувшись, и глядя, как Лира со страстью исполняет музыку. Перед тем как продолжить, она отглотнула немного пунша. – Другой бы подумал, что она пытается отвлечься от самой жизни.

Ноутворти выдул всё содержимое своего стакана за один глоток.

— Она молода, Бонни, и хочет сделать как можно больше, пока есть силы. И я уверен, ты можешь её понять, ведь так, агент Свити Дропс?

Бон слегка надулась от обиды.

— Да мы и сами не старики, Ноутс. И кроме того, я ушла из СМАЙЛ несколько лет назад.

— А что насчёт жукомедведя?

— Хмф. От него было не уйти. У тех шести кобылок, может, и есть особые силы, но опыта у них нет. Я им всего лишь немного помогла.

Жеребец положил стакан на место и приблизился к Бон-Бон.

— Как скажешь, дорогая. А теперь вернёмся к Лире. Я знаю, ты хочешь принять её в табун как сестру, и не то чтобы я против…

Бонни прикрыла его рот копытом и фыркнула.

— Прежде чем ты начнёшь клишированную речь о том, какой, возможно, будет её будущая семья, или о том, что она не откажется от своей независимости, позволь сказать, что это всё полная ерунда. Она взрослая кобыла, которая хоть и впадает иногда в детство, но не ведёт себя как эмо-подросток. – она смогла сохранить свой голос тихим под безумным гвалтом. – Она нам так близка, что Твист зовёт её «тётушкой Лирой», она помогает по дому когда может и, чёрт побери, скрипучие петли больше не тревожат нас с тех пор, как она переехала в наш подвал.

— О WD-40, будет ли предел человеческим чудесам?.. – сказал Ноутворти, улыбаясь словно жеребёнок, говорящий о своей игрушке.

— О чём и речь, дорогой. – произнесла она, хихикая над реакцией жеребца. – Она фактически член семьи, и то, как она пялится на твой круп, когда думает, что никто не видит, говорит, что она хочет стать чуточку ближе.

Синий жеребец начал покрываться красным.

— Э-э-э-э…

Бон-Бон подалась вперёд и чмокнула его в губы.

— Не смущайся ты так. Тебе не нужно будет так краснеть, когда она наконец примет наше приглашение.

— А ты довольно самоуверенна – сказал он. Цвет его мордочки начал возвращаться в норму. – Я только надеюсь, что она не примет нас за пару скряг.

— Если бы. – кобылка закатила глаза. – За ту ренту, на оплате которой она настаивает, мы записали нашу Твистер в балетную школу, и у нас осталось ещё достаточно для её поступления в Академию шоколатье, да и на второго жеребёнка там хватит. Вот ты можешь вспомнить последний раз, когда нам приходилось наскребать, чтобы оплатить счета?

— Ну вообще-то был один раз…

— Это был риторический вопрос, Ноутс. – сказала Бон-Бон, вздохнув. – Смысл в другом. По какой-то причине она сдерживается. Мы не будем давить на неё, или что-то в этом роде. Её нужно лишь слегка подтолкнуть. – она взяла свой стакан и допила остатки пунша. – Кстати о втором жеребёнке… почему бы нам не пойти домой и проверить, заснула ли Твист? Что скажешь?

Мгновение спустя самодовольная Бонни повисла на плече Ноутворти, пока он мчался домой с огромной ухмылкой на мордочке.

## Четверг, часть 1

Всё-таки в постели спать приятно. Лира хорошо отдохнула и подготовилась ко дню, и даже нашла время на то, чтобы попрощаться с мистером Смитом на вокзале. Более того, Бон-Бон завернула ей обед побольше, чтобы скомпенсировать её вчерашнюю голодовку. Этот день начинался очень хорошо.

— Почему вы не делаете свою работу? Эти люди всё ещё едят мясо.

Ломай и жги, детка. Ломай и жги.

Лира быстренько убедилась в том, что бейсбольная бита лежит на своём месте.

— Во-первых, я делаю свою работу. Во-вторых, а вам-то что?

Кобыла, сидящая напротив, была новым пациентом, которому было назначено на следующий понедельник, но что-то там отменилось, и её перенесли на сегодняшнее утро. Лира уже решила отменить все следующие встречи с этой кобылой.

— Делаете свою работу? Вы же обязаны обучать этих примитивных дикарей просвещённым добродетелям эквестрианской жизни. Так какого сена вы нянчитесь с этими вторженцами?

— Моя работа, — Лира уставилась на неё, — заключается в том, чтобы помочь им приспособиться, или же помочь пони их понять. Я их никаким образом не просвещаю. И мы с ними не нянчимся. Мы убеждаемся в том, что они находят себе работу и приносят пользу нашему обществу, пока они здесь.

— Работу? – заявила кобылица с выражением сомнения на мордочке. – Я только что видела в одном захолустном городке человека-лентяя, который просто стоял с копьём в своих когтях. А вы знаете, что могут эти существа сотворить с таким оружием?

— Это, наверно, был Алекс, один из стражей Понивилля. – ответила Лира. «Должно быть, ружьё в магазине оставил» — подумала она. – А что он может сделать с копьём… Убить трёх древесных волков, удержать мантикору и утихомирить буяна, если такой вдруг появится.

— Тот дикарь, скорее всего, сам нарвался на драку. Все они лишь бездумные чудовища. – она скрестила ноги и нахмурилась, словно избалованная кобылка.

— Раз уж вы такая просвещённая, — процедила сквозь зубы Лира, — может расскажете мне, как мне делать мою работу?

Она ответила не сомневаясь.

— Ну, сперва я бы отучила их от этой ужасной привычки питаться мёртвыми животными. Во-вторых, все они должны быть обезоружены. В-третьих, я бы надела на них всех ошейники и заставила бы работать там, где господствует такая же примитивная натура. Что-то вроде добычи камней или таскание брёвен. И, наконец, я бы отдалила их от нас, пони, как можно дальше. Не стоит им отравлять нашу превосходную культуру.

Челюсть Лиры отпала от предложений кобылы.

— Какого чёрта? К-к-к… что? Почему все… э-э-э… Что, простите?

— Они же захватчики. – сказала кобылица, фыркнув. – Они проскальзывают в наш мир, внедряются в нашу жизнь и разрывают на куски нашу культуру изнутри.

Лира втайне взялась за рукоять биты, на всякий случай.

— Окееей. Ага. Нет. Если вбить число пунктов, по которым вы неправы, в калькулятор, то он просто-напросто сгорит. – она сжала магией биту чуть сильнее, глядя на отвращённую мордочку кобылы. – Люди не пересекали нашу границу, как нелегалы, и они не беженцы с выдуманными плаксивыми историями. Этих людей в прямом смысле слова выдёргивает из родного мира и затаскивает в наш. Я видела, какой это эффект оказывает на их психику. Удивительно, что не все из них сходят с ума.

— Как вы можете их защищать? – злобно заявила она. – Они убивают и едят невинных зверьков и разносят огромное количество болезней.

— У нескольких сотен пони всего лишь насморк. – быстро ответила Лира. – Никто из них ни дня не пропустил на работе. А что до мяса… они же всеядны. На самом деле могу вас заверить, что ваша мама ела мясо каждый раз, как оно попадалось ей на глаза, пока она была беременна вами. Грифоны почти что исключительные хищники, морские пони не откажутся от стейка из дельфина. А про драконов я вообще молчу. И вы говорите, что их всех нужно отдать в рабство, и вдобавок до скончания веков кормить неполной диетой?

— Именно так. Звери, не уважающие жизнь, не заслуживают свободы. И моя мать всегда была убеждённой вегетарианкой. Впрочем, как и я сама.

— Ну, это кое-что объясняет.

Лира отпустила биту из своей хватки, и обернула саму кобылицу в ауру своей магии, а затем резко швырнула её через дверь. – Милли! – позвала она секретаршу, которая скучающе глядела на удивлённую кобылу.

— Мне выставить её взашей, мисс Хартстрингс? – спросила она таким тоном, будто делает это не в первый раз. – Тюкнуть книжкой(1) и посадить на следующий поезд до Мэйнхеттена?

Лира покачала головой.

— Нет, давай в этот раз в Винниаполис. – она поставила заслонку, чтобы привести дверь в порядок.

— Хорошо, мэм. – сказала Милли, взяла достаточно объёмную книжку со стола и пошла выполнять приказ начальника.

Кобыла вскоре очнётся на вокзале Винниаполиса с больной головой, и не сможет вспомнить ни одного события сегодняшнего дня. Затем она напьётся в баре, заключит пари, подерётся с вором, спасёт ребёнка из пожара, присоединится к группе линчевателей(2) и откроет для себя все прелести сэндвича с беконом. Впоследствии её альтер-эго борца с преступностью будут звать Беконной Сучкой.

Двумя пони подозревается, что она пережила небольшое сотрясение от удара.

(1) Книга Придурков. Увесистый такой томик.

(2) В этой версии Эквестрии это вполне законно.

## Четверг, часть 2

— Боже, что случилось с твоей дверью, Лира?

— Поиграла немного в боулинг в помещении. – ответила Лира с безразличием. Она посмотрела на залатанную дверь и вздохнула. Ей придётся теперь просить Биг Мака или другого красивого… эм, работящего жеребца её починить. – Да будет тебе это уроком. Никогда не играй в боулинг в помещении.

— Эм, Лира, в боулинг всегда играют в помещении.

— И неправильно делают, как видишь. – стойко защищалась кобылка. – Так, мы собираемся тут сидеть и обсуждать непрактичные дизайнерские решения или же делом займёмся, а, Рэрити?

— Ладно, ладно. – ответила белая единорожка. – Как ты уже поняла, я здесь чтобы обсудить человеческую моду. Впрочем, как и всегда.

Лира кивнула. Рэрити была хорошей подругой. Но им около года тому назад пришлось принять соглашение о том, чтобы она спрашивала о моде людей только по четвергам и по записи. Это приносило лишнюю прибыль, и это был неплохой способ провести примерно час. Да и ей не надоедали регулярные вопросы о моде.

Рэрити обижалась всего три дня.

Лира подошла к книжной полке.

— Полагаю, хочешь переиздать что-то из весеннего сезона, так?

— Эм, из летнего, вообще-то. – сказала Рэрити, широко улыбнувшись. – Мне прозрачно намекнули(1), что этот сезон будет особенно жарким. Вот я и хочу начать работу над коллекцией купальников пораньше.

Лира задвинула книжку, которую взяла сначала, обратно, и достала другую.

— Тоже неплохо. Хотя я не уверена, как бикини будут сидеть на пони.

Неудивительно, что Рэрити поняла, о чём говорит Лира.

— Ох, это нонсенс, дорогуша. Они достаточно популярны. Хотя, благодаря разнице в анатомии, не нужно делать его из двух частей. По крайней мере, если заказчик не попросит.

— Э, окей. – Лира пожала плечами. – Хотя мне самой купальник и не нужен.

— Ну, не всем пони нравится, когда морская вода и ил попадают в их укромные места. – хихикнула кобылка. А затем рассмеялась сильнее, когда ей показалось, что лампочка находится прямо над головой Лиры. Будучи деловой кобылкой, она не могла упустить такой шанс. – В смысле, может проплывать какая-то любопытная рыбёшка… или же ты будешь проплывать по особо насыщенному минералами участку воды, где у тебя всё огрубеет. Помню, как моя тётушка…

— Окей, я куплю парочку. – сдалась Лира, передавая ей книгу. – У тебя каталог с собой?

А у неё он с собой был.

Мятная пони открыла его, в то время как Рэрити изучала книгу. Скорее всего, её копия была у неё дома, но тут он могла спросить Лиру в случае чего. Рэрити прекратила читать, когда поняла, что Лира и понятия не имела, что искать.

— А есть что-нибудь красное?

— Красное? – ужаснулась кобылка. – Дорогуша… Это же не твой цвет.

— Но это мой любимый цвет. – она склонила голову набок.

— Может, тут. – Рэрити постучала по голове единорожки. – Но твоё тело не согласно. Нет. Так не пойдёт. Тебе нужно что-то менее яркое.

— Белое? – предложила Лира.

Рэрити приложила копыто к мордочке и простонала.

— У меня тут много работы.

Она тут же принялась мерить(2) зад Лиры, от чего та буквально оцепенела.

— Ох, перестань волноваться, дорогуша. Я же профессионал. И поэтому советую тебе сменить кондиционер, дорогая, у тебя не хвост, а наждачка.

— Не смогла найти тот, которым обычно пользуюсь, и взяла другой. Мне сказали, он так же хорош. – объяснила Лира, а затем съёжилась, когда Рэрити проревела.

— «Так же хорош», клетчатая моя пижама. – прошипела она. – Если твой хвост был таким же до того, как ты поменяла средство, то, должна сказать, Лира, я в тебе разочарована.

— А что предложишь тогда?

— Для начала поход в спа. – произнесла Рэрити, проведя копытом по жёстким волосам. – А там спроси, что они используют. Они тебе скажут где такое взять или сами продадут. Многое импортируется, так что последние экземпляры могут быть твоей последней надеждой.

— Может поэтому Лотус предложила мне заняться гривой и хвостом в понедельник вечером…

— И ты ей отказала, да? – Рэрити нахмурилась, Лира кивнула. – Лира, ты же одна из богатейших жителей нашего города. И вполне можешь позволить себе некоторую роскошь.

— Не хочу платить за то, что могу сделать сама. – фыркнула мятная пони, в то время как Рэрити закончила с мерками и вздохнула.

— Мне нравится, что ты не позволяешь деньгам тобой управлять. Но бояться этого не лучше.

Лира опустила взгляд.

— Я этого и не боюсь.

Рэрити погладила её по макушке и мягко улыбнулась.

— Хорошо, Лира, хорошо. Может, в субботу сходишь? После встречи с Кейками, разумеется.

— А ты откуда об этом знаешь? – она подняла на неё взгляд.

— Я тебя умоляю, Лира, дорогуша. Половина города знает. Очевидно, что это связано как-то с усыновлением Тимми. Хотя детали довольно расплывчаты.

— Врачебная тайна. – предупредила подругу Лира до того, как она попыталась выудить больше информации. Рэрити намёк поняла.

– Я и не думала, что это станет так известно. – сказала Лира, подбирая каталог купальников. Рэрити утащила его подальше от очередного издевательства над модой в свою седельную сумку.

— Так ведь, Лира, как говорят люди, есть три способа быстро распространить информацию – передать по телеграмму, рассказать по телефону или же сказать женщине. – она вежливо хихикнула. – Ведь мы, девочки, весьма охочи до сплетен. Тебе стоит посещать клуб бриджа, Лира. Ты многое там узнаешь.

— Я над этим подумаю – ответила Лира, пожав плечами. – И да, я зайду примерить купальники в выходные.

— Да! – воскликнула Рэрити, хлопая копытцами. – А я смогу опробовать кое-что из своих недавних идей на живой модели!

— Всегда рада помочь. – сказала Лира, думая при этом о морских свинках.

(1) Скажем так, у неё есть связи в высоких и благородных замках.

(2) Да, она повсюду носит с собой измерительную ленту.

## Четверг, часть 3

— Я думала, что сегодня очередь мистера Кейка.

— Ох, он и пришёл бы, если бы Тимми не уговорил его помочь починить домик Метконосцев, после того, как тот свихнувшийся человек его поджёг. — ответила миссис Кейк, войдя в офис. Её взгляд упал на дверь. — Эмм… Что-то случилось?

— А, это? Просто захотелось узнать, есть ли металл у меня в двери. — сказала Лира, укрепляя её магией и скотчем.

— И как?

— Есть, алюминий. — Лира кивнула. — Я удивлена. Теперь думаю новую сделать из спрессованной древесины и дубового шпона.

— Звучит… здорово, Лира. — тихо произнесла миссис Кейк, глядя, как она открывала и закрывала дверь. — Э, если хотите, я могу попросить Кэррота вам помочь.

Лира удивлённо на неё посмотрела.

— Я с вас слишком много беру? Если вы на мели, я могу сделать вам скидку или вовсе завести счёт, пока у вас всё не наладится.

Миссис Кейк почти что обиделась.

— Что? Нет, ничего подобного, дорогая. Я просто подумала, что ты так много для нас сделала, что мы могли бы сделать что-то для тебя взамен.

— Ох, хорошо. — Лира облегчённо вздохнула. — Я бы не вынесла, если бы моя любимая лавка сладостей закрылась. — она прыгнула в своё кресло и прочистила горло. — Спасибо за предложение, но я лучше найму профессионала. Нужно убедиться что она закрывается как следует, чтобы никто не подслушивал.

— О, конечно. — миссис Кейк кивнула. — А теперь может поговорим о Тимоти?

Лира кивнула и взяла свой планшет.

— Окей. Думаю, он показал себя на удивление хорошо во вторник. Правда, ещё тихий немного. Но у него определённо проблемы с доверием. Полагаю, вы это уже знаете.

— Ну, да. Он очень хороший жеребё… мальчик. Но, вы знаете, ему очень трудно приспособиться. Я понимаю, что там, откуда он родом, его не каждый день усыновляют представители совершенно другого вида. Но мы с Кэрротом делаем всё, что в наших силах, чтобы показать ему, как мы его любим и что всегда будем рядом. Но, кажется, он всё ещё от нас отдаляется. — на глазах миссис Кейк начали наворачиваться слёзы. — Так прошу вас, скажите мне, есть ли что-нибудь у человеческих родителей, чего не можем дать мы?

— Нет, нет, миссис Кейк. — Лира жалостливо на неё посмотрела. — Ничего такого. Он просто маленький мальчик, которому нужно указать путь в этом чужом для него мире. Я знаю, что и вы с мистером Кейком его любите, и близнецы…

— И Пинки. — произнесла миссис Кейк, протирая глаза. Эта розовая кобылка всегда была чем-то вроде приёмной дочери для семейства Кейков.

— И Пинки. — кивнула Лира. — Это он и говорит мне на наших встречах. Говорил даже до того, как вы его официально усыновили.

Миссис Кейк всхлипнула и улыбнулась.

— Он всегда был милым ребёнком. Но когда мы его усыновили, он будто начал отдаляться от нас. Сперва я подумала, что это из-за нервов. Но в последнее время он кажется весьма напуган.

— Это потому что он боится, что вы всё это у него заберёте, если он сделает что-нибудь не так. — сказала Лира спокойным голосом, чтобы не беспокоить лишний раз собеседницу.

— Ч-что? — с ужасом в голосе произнесла синяя кобыла. — Мы с Кэрротом никогда бы так не поступили. С чего он это взял? Мы что…

— Нет. — перебила её Лира до того, как она впадёт в истерику. — Вы с вашим мужем ничего такого не сделали. Просто в его родном мире он пережил нечто плохое. Достаточно плохое, чтобы это оставило не самое хорошее впечатление. Ему просто нужны моря любви и поддержки, чтобы преодолеть эти барьеры.

— В-вы же нам поможете, верно?

— Конечно. — Лира кивнула и отложила планшет в сторону. — Вы же знаете, что я приду в субботу, чтобы посмотреть, что я могу придумать что-нибудь, чтобы вам помочь. Хотя вам вскоре придётся перейти к психотерапевту. Не то чтобы мне не нравились наши сеансы, но они всё меньше входят в мою компетенцию, так как вы начинаете привыкать к своему человеческому сыну.

— Ох, понимаю. Полагаю, вы правы. Но если что, вы же нам поможете, верно? С тем человеческим, чего мы не поймём?

Лира усмехнулась и кивнула.

— И не пытайтесь остановить меня.

— Так что нам делать до субботы?

— Любите его, обнимайте, давайте печеньки. Вы его мама, так делайте то, что считаете лучшим. Всё же я ведь не мать. Я просто кобылка, к которой вы приходите, когда происходят проблемы, связанные с людьми.

— Вы не просто кобылка. — Кап Кейк мягко улыбнулась. — Вы наш хороший друг, Лира. И помяните мои слова, из вас когда-нибудь выйдет замечательная мама. Уж поверьте.

— Да… — Лира отвела взгляд и вздохнула. — Когда-нибудь.

Бедный невероятно удачливый Тимми. Когда миссис Кейк вернулась домой, она тут же окутала его материнской заботой и испекла ему печенье с шоколадной крошкой, так и не объяснив почему. Затем, устроившись у камина, она прижмёт его и жеребят к себе, где они так и уснут.

Пинки и мистер Кейк найдут их там к обеду. Они достаточно сильно проголодались в тот день.

## Четверг, часть 4

— Эмм, Лира, твоя дверь кажется… сломана.

— Ага, знаю. К счастью, я знаю несколько заклинаний звуконепроницаемости.

— А почему она сломана?

— Потому что старая. А когда вещи становятся старыми, они ломаются.

— Из-за этого могут быть неприятности?

— Только если ты продолжишь спрашивать о старых сломанных вещах.

— Ладно. — молодая девушка в синем платье вздохнула.

Лира попыталась поддержать дверь магией, но долго она не продерживалась.

— Завтра новую поставлю. — она откинулась в своём кресле и поёрзала ногами в поисках удобной позы. — Итак. Маргарет, как твои поиски работы?

— Ну, по пути сюда я встретила Рэрити, и она спросила, не могла бы я побыть немного у неё моделью. Думаю, соглашусь.

— Проследи, чтобы она температуру прибавила.

— Зачем? — удивлённо спросила Маргарет.

— Потому что зима на дворе, а я имею представление, во что она хочет тебя одеть. А вообще, это хорошо. Твой переход в эквестрианское гражданство пройдёт легче, если у тебя будет источник дохода.

— Но это лишь временно. — девушка вздохнула. — Возможно, мне придётся переехать в другой город… снова, если ничего так и не появится.

— Оу, не будь такой пессимисткой. — сказала Лира и улыбнулась. — Ты скоро найдёшь работу. Наверное.

— Спасибо. — Маргарет тяжко вздохнула.

— Ой, да брось. — подбодрила её Лира. — у тебя ещё есть восемь месяцев для того, чтобы найти постоянную работу. Этого времени более чем достаточно.

— Я просто не хочу, чтобы меня отправляли на Фронтир. — пробормотала Маргарет.

Лира посмотрела на неё с состраданием.

— Прости, но мы здесь, в Эквестрии, пытаемся найти место для каждого. Если ты не родился гражданином, и будучи уже взрослым не можешь найти работу, то тебе стоит присмотреться к Фронтиру. Если ты туда попадёшь, то это всего на пару лет. Если будешь работать усердно, то вообще на два-три месяца. А возможно, тебе там и понравится.

— А каково это, быть отдалённой от цивилизации?

Лира вздохнула и покачала головой.

— Тебя не отдаляют от цивилизации, там её расширяют. Многие едут туда добровольно, в погоне за мечтами о богатствах и приключениях, и некоторые даже их находят. А ещё это отличное место для тех, кто прибыл в Эквестрию, чтобы показать себя. И там не будет слишком уж тяжёлой работы. Да и мест там хватает. Повара, уборщики, работники складов, а также множество работодателей, которым нужна помощь.

— Ты так много об этом знаешь.

— Я несколько лет переписывалась с мэром Новой Эпплузы. Однажды даже поехала повидаться с ним, благодаря железной дороге, что туда проложили. У него огромная семья, вот прям огромная, я даже со счёту сбилась. Владел самым популярным там рестораном. Он здорово накормил меня, и я провела ночь в шикарной мягкой постели, а ещё завела много новых друзей.

— Если судить по этому, там так очаровательно… — сказала Маргарет с сомнением в голосе.

Лира закатила глаза.

— Это не Дикий Запад, Маргарет. Просто территории, которые нам нужно заполнить, чтобы наши не такие уж дружелюбные соседи не оккупировали её.

— А если они будут там до нас?

— Тогда мы покажем им документы, которые подтверждают, что эта земля принадлежит эквестрианцам, и вежливо вышвырнем их за границу.

— А она принадлежит Эквестрии?

— Ага. — сказала Лира с нетерпением. — Её давным-давно приобрели у банкротящихся империй и королевств, которые и понятия не имели, что там.

— Звучит разумно. — сказала Маргарет, немного подумав. — Но я всё же не хочу туда.

Лира на мгновение задумалась.

— Ну, я думаю, у меня есть кое-что, что ускорит твои поиски работы. — она пробежалась магией по полкам и вытянула один томик. — Скажи, ты когда-нибудь читала «Проводник Даркест Даркнесса по самым ужасным вещам на свете»?

Подработав моделью у Рэрити, Маргарет вскоре устроилась первым управляющим в «Не гарцуй на меня».

Арианна потом скажет:

— Я сама в это слабо верю. Первую минуту я проводила собеседование, а в следующую уже давала ей повышение. Она так усердно работает, будто физически боится остановиться. Понять не могу почему.

## Четверг, часть 5

— Ну?

— Что «ну»?

— Даже о двери не спросишь?

— А зачем?

— Эхх. — раздражённо вздохнула Лира. — А я уж думала, это весь день будет повторяться.

— Э-э-э… не понял?

— Ничего-ничего. Я и так выжала из неё уже достаточно.

Она схватила карниз и ещё больше скотча, чтобы укрепить её понадёжнее.

— Так мне начинать или подождать, пока ты закончишь? — спросил бурый жеребец.

— Я слушаю, Тайм Тёрнер. — сказала Лира, накладывая полоски липкой ленты.

— О, ну, да, хорошо. — ответил он отвлечённо. Он, конечно, предпочитал спокойные разговоры с глазу на глаз, но как и многие пони в этом безумном городке, Лира могла быть непредсказуемой. Во всяком случае, сильнее обычной кобылки. — Как ты знаешь, Джесси и Джеймс, которые несколько месяцев после «инцидента» жили со мной и моим табуном, скоро уйдут. И моя семья немного нервничает по этому поводу.

— Ну, Голден Харвест не хотела упускать Джеймса из виду после того, что он сделал с её морковными грядками. Не удивительно, что она затаила на него обиду, ведь это было её гордостью и поводом для радости. И возможно она думает, что он и свой родной мир подожжёт.

— Да, мы с Дёрпи поражаемся, что она не похоронила бедняжку в остатках своего огорода. Хотя это скорее из-за чувств, которые она испытывает к Джесси.

— Эта хищница растопит сердце у кого угодно. — Лира хихикнула. — Кстати о ней, вы же поддерживаете протеиновую диету?

— Да. — жеребец гордо кивнул. — Мы даём ей то количество мяса, которое прописал ей доктор. Хотя то, как она уплетает его… Я удивлён, что она не похожа мячик. — на его мордочке вдруг появилось виноватое выражение. — Хотя, строго между нами, недавно мне пришлось перейти на корм для животных из-за того, кажется, что все охотничьи животные разбежались, а свиньи Эпплов ещё не готовы для… ну, эм, скотобойни.

— В том, что животные разбегаются, скорее всего виноват Филлип. А что до корма, то и он сойдёт, если там, конечно, достаточно мяса. — сказала Лира, придирчиво посмотрев на него.

— Конечно, конечно. — ответил Тёрнер, нервно усмехнувшись. — Иначе две мои прекрасные кобылы заметили бы.

Выражение мордочки Лиры поменялось на удивлённое.

— Ты им не сказал? Ты хоть понимаешь, как это глупо? Как они сами-то не заметили?

— Ну, — сказал он, поглаживая свою гриву и опустив взгляд. — Я вроде как объяснил им, что нашёл нового поставщика и нам больше не надо резать мясо. А они лишь улыбнулись и поцеловали меня.

Лира неожиданно усмехнулась и приложила копытце к губам.

— Эм, Тёрнер, думаю, они уже знают. И просто разыгрывают тебя.

Бедный жеребец простонал, и его плечи опустились.

— Я подозревал это. Они пока подыгрывают мне, а потом обрушат всё это на меня, поймав будто жеребёнка, крадущего печенье. Хотя иногда они правы, я считаю.

Хоть Лира всё ещё и улыбалась, ей стало жалко жеребца. Его гордость кормильца семьи таяла на глазах, и всё потому, что он покупал корм для животных для своих гостей. Харвест и Дёрпи любили розыгрыши, но играть с гордостью жеребца, словно с медленно варящимся яйцом — это уже слишком. Не говоря уже о том, что это походило на одно из клише, что можно встретить в дешёвых романах.

А Лира яро ненавидела такие клише.

— Ну, ну, Тёрнер. — она подошла к нему и погладила по плечу. — Ничего такого. Твои кобылки просто не подумали. Они не хотели тебя расстраивать. Чёрт, если бы они знали, как это тебя заденет, то как следует извинились бы.

Тёрнер вздохнул и слегка покраснел.

— Знаю, но было бы лучше, если бы моя гордость не была растоптана. Словно картофелина, которую сварили только для того, чтобы сделать пюре.

— Я-я-я бы не использовала такую метафору, но смысл верен. — сказала Лира с злобной ухмылкой на мордочке. — А теперь, что насчёт того, чтобы вместо помощи тебе быть посредником между разъярённой кобылкой и озлобленным подростком, я помогу нанести такой ответный удар, от которого эти кобылки упадут на свои крупы, а тебя за это отменно наградят?

Жеребец широко раскрытыми глазами долго смотрел на мятную пони перед тем, как вновь заговорить.

— Т-ты серьёзно?

— Что? — Лира слегка обиделась. — То, что я сама кобылка, ещё не значит, что я буду всегда на их стороне. И ещё, у меня должок перед этой почтальоншей за тот трюк с гремучей змеёй в конверте.

На мордочке Тёрнера появилась улыбка, может даже шире, чем у Лиры.

— Что я должен делать?

И так, за заплатанной дверью, двое начали строить планы.

## Четверг, часть 6

— Так ты помогала на человеческих родах?

— Да, это было довольно интересно. Вот ты знала, что женщины рожают лёжа на спине, а не на животе?

— Ага. — кивнула Лира.

Белая пони фыркнула от того, что она была единственной в этой комнате, которая этого не знала.

— А я вот нет. Чуть делов не натворила из-за этого. Я кричала на неё, что это навредит и ей, и ребёнку. Она рыдала и паниковала, когда пришёл акушер.

— Зато теперь, Редхарт, ты знаешь, и в следующий раз такой ошибки не совершишь. — мягко успокоила её Лира, пытаясь не засмеяться от злобного выражения на мордочке доброй медсестры.

— Я и в первый раз не совершила бы. — рассерженно произнесла Редхарт. — В той медицинской школе, куда я ходила, об этом не говорили. Они верили в обучение при наблюдении и на практике. Не на ошибках. Но если твоя школа в городе, полном земных пони и единорогов, тебе не хватит очень многих навыков.

— Например, что гениталии человеческих самцов не прячутся? — спросила Лира, насмешливо пошевелив бровями.

— З-заткнись. — процедила кобылка, пытаясь спрятать мордочку за гривой. — Это был мой первый день. Я была так восхищена встречей с первым пациентом-человеком, и… ну, он тоже, кажется, был «восхищён». Ничего такого.

— Да перестань краснеть. — Лира нагловато ухмыльнулась. — Я просто же просто шучу. Давай лучше о родах поговорим. Насколько я помню, ребёнок Джина и Сьюзан?

— Да. — Редхарт кивнула, а румянец покидал её мордочку. — Здоровый жеребёнок…

— Мальчик. — поправила Лира.

— Э, да, мальчик. К счастью, я смогла побороть панику, следуя указам акушера. Для матери роды прошли легко, да и отец больше не хотел мне голову откусить. Хотя если бы он так сделал, я бы его не винила.

— Ой, да брось ты. Госпиталь Понивилля не был бы таким же без тебя, ты же знаешь.

— Полагаю, что так. — Редхарт вздохнула, а затем улыбнулась. — Ну, другие доктора и медсёстры заставили меня остаться за это с новоиспечённой мамой и ребёнком. Я помогла ей заполнить бумаги, вручила ей детскую переноску и научила, как кормить правильно кормить грудью.

— Так ты всё-таки прочитала те книги, что я рекомендовала.

— Ну, просто пробежалась взглядом по разделу о человеческих родах, ибо я не акушерка. О кормлении нужно всем медсёстрам знать. Неправильная позиция ребёнка может привести к весьма удручающим последствиям. Особенно у двуногих, так как им легче получить травму позвоночника, если их держат неправильно.

— Понимаю. — Лира кивнула.

— Хотя, есть одна странная вещь. — продолжала свою мысль Редхарт. — Молочные железы женщины имеют размеры куда больше, чем даже у молочных кобыл. А они не производят и десятой части объёма молока. Почему?

— Просто думай о них, как о подушках. — предложила Лира, так как эта тема ей не сильно нравилась. — Ну, знаешь, чтобы смягчать объятия, успокаивать малышей, да и чтобы было с чем играть, пока никто не видит.

— Лира! — румянец вернулся на мордочку белой. — Я говорила с профессиональной, медицинской точки зрения! Если хочешь сменить тему, то так и скажи.

— Прости. — Лира вздохнула. — Мне нелегко говорить о человеческой груди.

— Всё в порядке. Мне вот о пальцах на ногах тоже нелегко. — произнесла Редхарт, понимающе кивнув.

— Серьёзно? Тебе не нравятся пальчики на ногах?

— Не то чтобы они мне не нравятся, — ответила медсестра, — они просто выглядят странно.

— А я вот считаю, что они милые. — сказала Лира, показав собеседнице язык. — А особенно у малышей. И не пытайся переспорить.

Тут Редхарт сдалась. Ей приходилось раньше присматривать за младенцами, и они казались ей очень милыми. Она даже выучила стишок про пятерых розовых поросят, хотя и понятия не имела, что такое ростбиф. Но они от этого заливались смехом, и это заставляло её улыбаться.

Пальчики на ногах детей в самом деле были исключением.

— Так как они его назвали?

— Прости? — она встряхнула головой, прогоняя мысли о пальчиках, и посмотрела на Лиру. — Можешь повторить?

— Ребёнок Джина и Сьюзан. Как они его назвали?

— Ох, извини. Айзек. Они назвали его Айзек. — Редхарт пожала плечами. — Почему у людей такие странные имена?

— Потому что для них имена, связанные с чем-то, что они любят или с тем, чем они занимаются, не так практичны. — объяснила Лира. — В отличие от пони, у них нет единственного таланта. И они не отмечены на их задницах. Их главная сила в способности адаптироваться, так что имена им нужны для идентификации.

— Интересная задумка. — произнесла Редхарт, обдумывая её слова. — Хотя нам она явно не подходит.

— Ещё о чём-нибудь хочешь поговорить? — спросила Лира, бросив взгляд на часы. — Ты у меня последняя на сегодня, так что можем посидеть дольше обычного. Может, ты мне поможешь придумать, что бы такого подарить новой семье?

Редхарт на мгновение задумалась, а затем хитро ухмыльнулась.

— Кстати о новых семьях. Как насчёт того, чтобы обсудить, когда ты наконец сойдёшься с Ноутворти, заведёшь жеребёнка, и я смогла бы научить тебя, как правильно его кормить?

Лира злобно уставилась на неё прищуренными глазами.

— С другой стороны, мы закончили пораньше.

## Пятница, часть 1

Пятницы были чем-то средним. Так как это конец рабочей недели, ей приходилось встречаться лишь с немногими пациентами, заплатить подчинённым и заменить или починить всё что она наломала на этой неделе(1). Она уже позавтракала на ходу, поставила новую дверь и пускала слюни в ожидании выходных, когда ей не надо будет разбираться в проблемах других.

— Может кофе? — предложила Лира.

— Да, если можно. — утомлённая мэр зевнула и передала ей кружку.

Лира налила напиток и пробежалась взглядом по списку тем, которые она принесла на обсуждение. Если дело доходило до списков, то она была ничуть не хуже Твайлайт, и это можно понять — будучи политиком, хороший мэр должен постоянно искать способы улучшить жизнь горожан, и еженедельные встречи с местным антропологом этому помогали.

— Вы выглядите уставшей. — сказала Лира, посмотрев на поникшую фигуру кобылы. Мэр лишь усмехнулась и отпила из кружки.

— Ну, этого стоит ожидать, если в вашем браке с жеребцом ещё есть запал. Вдаваться в детали я, разумеется, не буду, но посоветовать одну вещь могу. — она наклонилась вперёд, будто собираясь открыть большой секрет. Лира навострила ушки. — Сначала подразни, а потом заверши. Думаю, ты меня понимаешь, мм?

— Я это учту. — пробормотала Лира и слегка покраснела от того, какие картины предстали её воображению. — Ну, хватит об этом. Как насчёт перейти к предложениям избирателей?

Мэр Мейр кивнула и устроилась поудобнее на диване, потягивая кофе.

— Помни, что большая часть списка там просто для того, чтобы я их официально провела через Министерство антропологии перед тем, как выбросить их куда подальше.

Лира радостно улыбнулась. Такие предложения были забавными.

— Номер один: запретить прожарку мяса до степеней ниже среднего. Мы полагаем, что это принесёт пользу человеку как виду, так как известно, что потребление крови может привести к вампиризму и излишней агрессии. Ещё одним достоинством является то, что люди начнут вести себя более цивилизовано в общественных местах, таких как рестораны и парки.

Обе кобылы засмеялись.

— Надеюсь, это не самое интересное здесь. — сказала Лира после того, как смех затих.

— О, я выучила урок с прошлого раза, Лира. А теперь, будь добра, разнеси это в пух и прах.

— С превеликим. — она прочистила горло. — Во-первых, запрет какого-либо продукта противоречит Сытому Закону, по которому любой еды должно быть в достатке. Да, можно интерпретировать это как процесс готовки, и некоторые способы и правда под запретом, но готовка мёртвого неразумного животного на нетоксичном источнике тепла в этот список не входит. Предположение о вампиризме является расистским по отношению к фестралам. И, в конце концов, если ты говоришь пони что им есть, а что нет, то это может вылиться в бунт.

— Браво. Ты можешь себе представить следующие выборы, если бы я воспринимала подобное всерьёз? Те благотворительные вечера, что я провожу, были бы полным провалом.

Лира кивнула в согласии. Как сторонник кобылы, она всегда была в списках гостей.

— Номер два: класть в общественные уборные мыло как для рук, так и для копыт... окей, это просто глупо. — Лира посмотрела на предложение и закатила глаза. — Мыло в уборных используется всеми расами, включая морских пони и драконов, а ещё им можно хорошо рот промыть. Его называют "мылом для копыт" только потому, что население Эквестрии в основном копытное. — Лира покачала головой. — Я бы побеседовала с тем, кто это придумал, мэр Мейр.

— Именно поэтому там имён и нет, доктор Хартстрингс. — усмехнулась она.

— Номер три: обязать людей носить традиционные подковы... уу. Мэр, кто бы это не предложил, знайте, он — больной психопат. Даже я эти штуки не ношу.

— Да. — согласилась мэр, любуясь своими кожаными ботинками на резиновой подошве. — Помню те времена, когда они были в новинку, больше писком моды, нежели предназначенными для работы, потому что постоянно соскальзывали. А всё потому, что сапожники думали, что шнуровка людям для красоты нужна. — она съёжилась. — А ещё я помню, как моя мама впервые купила мне традиционные подковы... Никогда я не была так несчастна.

— Мне повезло, что отец отговорил маму от этого. — добавила Лира. — Предлагать существам с мягкой стопой одевать их... лучше бы этому быть просто неудачной шуткой. В любом случае, номер четыре: поднять зарплату мэру... так как она этого совершенно точно заслуживает... и она, чёрт побери, лучший мэр... всех времён... серьёзно?

— Ох, Лира. — она хихикнула. — Ну разве не может пожилая кобылица иногда веселиться?

— Я поняла, что вы это несерьёзно. — произнесла Лира, которую это не развеселило. — Но это показалось так, будто вас кто-то заставил. Понимаете, о чём я? Ваш муж — писатель, сын владеет деревообрабатывающей компанией, одна из дочерей — инструктор дайвинга на востоке, а другая замужем за Филти Ричем.

Мэр показала ей язык.

— Ладно. Шутить больше не буду. Всё равно не я себе речи пишу.

— Хорошо, забудем об этом. Номер пять: приучать всех человеческих детей ходить на четвереньках.

Это продолжалось достаточно долго, заставляя кобыл смеяться, съёживаться, а самые возмутительные предложения даже вызывали рвотные позывы.

"...подлокотники не нужны..."

"...дверные ручки ущемляют права пони..."

"...пони должны научиться стоять на задних ногах..."

"...запретить двигатель внутреннего сгорания..."

"...люди обязаны быть лысыми..."

"...обязать людей носить рукавицы..."

"...запретить людям возмущаться по поводу бекона..."

"...человеческим детям надо научиться писать, держа ручку ртом вместо рук..."

"...провести расследование относительно кражи людьми сладостей..."

"...пони крадут подлокотники..."

"...люди не должны носить одежду без особой причины..."

— О боже. — Лира смахнула слёзы, когда прекратила смеяться. — Эти были отменными. А как по-вашему, они знают, что мы тут делаем? Может, они специально дают нам такое?

Мэр покачала головой, тоже протерев глаза.

— Ох, если бы всё было именно так. Но, боюсь, у всех — и у людей, и у пони — есть свои рычажки, на которые не стоит нажимать. Мне хочется верить, что они понимают, что такое никогда не пройдёт, но...

— Ага. — Лира вздохнула. — Понимаю. По крайней мере, думаю, что понимаю.

— Тебе хотя бы не приходится жить с этим. Это моя работа, и хвали высшие силы, что она не твоя.

— И не говорите. Я люблю свою работу слишком сильно, чтобы бросить её.

— И правильно. — поддержала её мэр. — Нет ничего хуже, чем застрять на работе, которую ненавидишь.

— Личный опыт? — спросила Лира с интересом.

Мэр Мейр посмотрела на мятную кобылку, а затем опустила голову со странным выражением на мордочке.

— Моей первой работой было изготовление стеклянных шариков со снегом для туристов.

— И?

— И я бы предпочла носить традиционные подковы до конца своих дней.

(1) Да, такое происходит регулярно.

## Пятница, часть 2

— Итак, Джек, ты напуган от того, что твоя лучшая подруга попросила укусить тебя? — спросила Лира, глядя на встревоженного человека напротив.

— Да. — кивнул он. — Это так странно, сначала мы просто по-дружески обедали в кафе, а потом она захотела вонзить свои зубы в меня. Я её всю неделю избегал.

— Не очень-то мило с твоей стороны. — заявила она, записав что-то на планшете.

— Я что, должен был дать ей покусать меня? — спросил Джек, широко раскрыв глаза от удивления.

— Нет, если ты сам того не хочешь. — объяснила Лира, откинувшись на спинку кресла. — Но тебе надо было просто сказать "нет", а не избегать её. Она, скорее всего, сейчас в жуткой депрессии.

— Н-но что я сделал не так?

— Не то чтобы ты что-то сделал не так, а скорее то, о чём ты не знаешь. — ответила Лира, откладывая планшет в сторону. — Видишь ли, фестралам было довольно тяжело влиться в общество. После изгнания Найтмер Мун тысячу лет назад многие пони увидели в них её агентов, и попытались выжить их из Эквестрии.

— Но почему они так подумали? — спросил Джек, оглянувшись через плечо, будто ожидая кого-то там увидеть.

— Потому что принцесса Луна до своего падения наблюдала за рождением этой расы, и с тех пор считалась их матерью. Даже сейчас их инстинктивно тянет к ней, хотя они предпочитают жить в маленьких гордках вроде Понивилля или на Фронтире.

— Из-за дискриминации?

Лира грустно усмехнулась.

— Из-за дискриминации, Джек, тебе могут не разрешить есть в ресторанах или совершать покупки в некоторых магазинах. Их проблемы не так просты. — её мордочка приняла серьёзное выражение. — Их не просто выжили из Эквестрии, их заставляли прятаться.

— А как же Селестия? Разве она не могла что-то с этим сделать?

— Конечно же. Она смогла обратить историю о своей сестре в сказку, чтобы подозрения пропали, а затем столетиями собирать её подданных из изгнания. Но не всё проходило так, как задумывалось.

Некоторые пони у власти увидели в этом возможность показать, кто главнее. Они начали распространять слухи о том, что эти пони с крыльями летучей мыши — варвары, что они напиваются кровью перед тем, как устроить бойню, и что они предпочитают плоть девственниц. Пони паниковали и были взбешены, так что Селестии пришлось подчиниться множеству требований и заключить немыслимое количество сделок со знатью.

— Они заставили принцессу Селестию что-то сделать?

— Она отчаянно не желала видеть, как драгоценные фестралы её сестры будут снова вынужденны скрываться, но разжигать гражданскую войну тоже желания не было. — сказала Лира, тихо вздохнув. — Она создала замену, которую распределяли среди них, чтобы сдерживать их "жажду крови" на низком уровне. Издала законы, наказывающие фестралов, уличённых в поедании мяса. И даже легализовала регулярные рейды стражи по их домам на предмет трупов.

— Как долго это продолжалось? — спросил Джек с выражением ужаса на лице.

— Долго. Это прекратилось около века тому назад, когда первые люди начали падать сюда.

— А что поменялось?

— Селестия не какой-нибудь тупой бессердечный тиран. — ответила Лира, слегка улыбнувшись. — Да, скорбь и беспокойство затмили её разум, но она понимала, что произойдёт, если фестралы не будут получать то количество животного протеина, которое им необходимо. Поэтому она сделала так, что каждая порция бесполезного пайка была с "примесями". Это позволило ночным пони жить полноценной жизнью, пусть и ослабленной. Но затем она заметила, что у многих кобыл-фестралов случались выкидыши, многие жеребята были мертворождёнными, а те немногие, кто выжили, были слабы и болезненны. Даже откормленные матери не могли как следует ухаживать за младенцами. Кто саботировал её работу по сохранению ночной расы.

— Это наверняка её расстроило.

Лира уставилась на него со злобой от того, что он прервал её рассказ.

— Да, Джек, это её расстроило. Она с самого начала готовилась к худшему исходу, и вот момент наступил. С помощью тысяч документов, что она собрала, и даже некоторых законопроектов, продвинутых под прикрытием третьих партий, она смогла пробиться через оппозицию и вернуть фестралам полные гражданские права. А также убедилась в том, что виновных в акте геноцида больше никто никогда не найдёт.

— Значит... — произнёс Джек после небольшой паузы. — Она что-то сделала только после того, как множество жеребят погибло?

— Нет, Джек. — прорычала Лира. — Это её ускорило. Видишь ли, со временем она увеличивала процент "примеси"...

— Да просто уже скажи, что это была кровь.

— Ла-адно. Она постоянно увеличивала количество крови в пайке, и предвидя худшее, приказала покрасить паёк в красный, чтобы он выглядел естественнее, чем та каша. Таким образом, спустя некоторое время она смогла публично объявить, что фестралы питались кровью многие годы с минимальным политическим уроном для себя.

— И всё же, не понимаю, почему после всего этого они до сих пор любят её.

— Пони не злопамятны. — Лира пожала плечами. — Но даже этому понадобилось много времени, чтобы пройти. Думаю, что всё ещё есть те, кто до сих пор недоволен. Так же как есть те, у кого предубеждения по отношению к фестралам.

— Я бы так и делал. Ну, насчёт Селестии. С фестралами у меня всё в порядке... пока они не пытаются меня укусить. Не то чтобы я обижен на Селестию... эм, забудь.

— Ладно. Но мораль истории в том, что твоя подруге скорее всего сейчас очень больно, потому что старые раны могут вновь заныть.

— Потому что я не дал ей себя укусить?

— Нет. Потому что ты её избегаешь. Кобылок-фестралов это задевает.

— Тогда почему она хочет меня укусить? Это превратит меня в вампира?

— Когда фестрал к тебе привыкает, он предложит укусить тебя, потому что так он никогда не забудет запах твоей крови. Так они всегда узнают где тебя искать, если им станет скучно и одиноко, или почувствуют, что ты в опасности. Все Ночные стражники Луны обязаны кусать друг друга и её саму, чтобы не теряться.

— Укусить принцессу, которая двигает луну? — с недоверием спросил Джек.

— Что-то вроде проверки на храбрость. — хихикнула Лира. — Думаю, что и с Селестией делают то же самое, но... спрашивать не хочу.

— Э-это больно?

Лира покачала головой и посмотрела на свою правую ногу.

— Нет. У них в слюне обезболивающие агенты. Ты только давление почувствуешь. Даже шрама не останется.

— Тебя кусали?

— Не в Кантерлоте. — Лира кивнула. — Это случилось, когда я переехала сюда. Знаешь, мне стоит предупредить тебя. Скажи, что ты спишь по ночам. Иначе она может показаться в твоём окне и позвать поиграть.

— Они так делают?

Кобылка кивнула и съёжилась.

— Я никогда больше не буду так сильно выматывать себя по понедельникам.

— Так значит мне стоит дать ей укусить меня?

— Только если сам этого хочешь. А если нет, то она поймёт. Хотя им очень нравится вкус человеческой крови.

— Ч-что?!

— Ох, они пьют только донорскую, или если её предложили добровольно. Говорят, в ней железа много.

## Пятница, часть 3

— Мисс Хартстрингс?

— Что такое, Милли? — спросила Лира свою секретаршу.

— Твистер передала сообщение от мамы.

— Оу, и что она говорит?

— Я как раз собиралась сказать. — упрекающе произнесла Милли. — Она просила передать, что духовка сломалась, и они приглашают вас на ужин в "Нефритовую лавку".

— Ох. — Лира закатила глаза. — Я постоянно предлагала им купить новую духовку, но нееет, она продолжала настаивать на том, что эта ещё пару лет прослужит. И она ещё удивляется, почему я за аренду плачу. Я тоже живу там, так что у меня тоже есть право голоса, верно?

— М-м-м, да, мисс Хартстрингс? — ответила Милли, пожав плечами. — Ну, на этом всё. Оставлю вас наедине с вашим клиентом.

Лира подождала, пока земная пони не закрыла за собой дверь.

— Спасибо, что подождал чуть больше обычного. Надо было убедить парня в том, что его подружка-фестрал не перекусит им, особнно после того, как я ради веселья надавила на все его рычажки. Теперь у меня голова болит. — она вздохнула с отвращением. — Да будет тебе это уроком. Никогда не дразни людей их самыми основными страхами. Они или запаникуют, или изобьют тебя до полусмерти.

— А разве ты не знала об этом? — спросил её жеребец, сидящий напротив с ухмылкой на мордочке.

Лиру это разозлило.

— Не смей сомневаться в моём статусе величайшего антрополога в мире, Карамель. Я это звание заработала тяжёлым трудом и учёбой в школе Селестии для одарённых единорогов. Даже в личной библиотеке принцессы Твайлайт нет столько материалов о людях, как у меня. Поверь, я проверяла.

— И как же тогда ты смогла так накосячить?

— Потому что я не идеальна. — простонала Лира и потёрла виски. — Я молода и импульсивна, и иногда сначала говорю, а потом думаю. Но по крайней мере я смогла уладить конфликт без применения силы. — она поглядела на бейсбольную биту и нетронутый потолочный вентилятор.

— Так может поторопимся, а? — спросил жеребец, посмотрев на часы на своём копыте. — У меня свидание через полчаса.

— Окей-окей, ладно. — ответила Лира. — Аниме не правдиво, ты не можешь дышать огнём силой воли, ползать по потолку или держать животных в шариках.

Бедный земнопони покраснел и закрыл мордочку копытами.

— Ну почему ты это вспомнила? Уже ведь год прошёл.

— Что посеешь, то и пожнёшь. — с ухмылкой ответила Лира.

— Хорошо, хорошо, прости. Довольна? — пробормотал земнопони. Лира поднялась с кресла, подошла к нему и погладила его по голове.

— Извинения приняты, Карамель. Хотя я не уверена, простила ли тебя Флаттершай.

— Ни один зверёк не пострадал.

— Поэтому ты отделался так легко. — она снова забралась в кресло. — Кстати говоря, когда я возвращала книгу принцессе Твайлайт в начале недели, она лестно отозвалась о твоём рассказе о битве гигантских роботов.

Мордочка Карамеля просияла от широкой улыбки.

— Правда? Это... это круто. У меня ещё несколько есть, если ей интересно.

— Ещё бы ей не было интересно. Она ищет авторов, чтобы заполнить детский отдел своей библиотеки.

Улыбка жеребца не пропала, но глаз его задёргался.

— Что?

Лира закатила глаза, а затем серьёзно посмотрела на него.

— Карамель, ты умный жеребец, работящий, с прекрасным воображением. Но тебе не стоит воспринимать всё так всерьёз. Людям нравится истории о лучшей жизни, и быстро в них затягиваются. Тебе стоит помнить, что это — всего лишь для развлечения.

— Про летающие машины тоже так говорили, но люди доказали, что пони вроде нас могут летать так же, как и пегасы. Так почему бы не пойти вперёд?

Кобылка вздохнула. Это напомнило ей о жеребёнке, постоянно носившем шапочку с пропеллером, умолявшем найти в антропологических архивах Half-Life 3 (1)

— Потому что правительству Эквестрии нужны полезные вещи, а не безделушки. На внешний вид уйдёт куда больше средств, чем на технологию работы. Я уж не говорю о том, что эксплуатация станет худшим кошмаром любого военного инженера.

Карамель было хотел опровергнуть, но затем обдумал это, опустил голову и пробормотал:

— Значит, это было пустой тратой времени?

Лира стукнула его планшетом по макушке.

— А ну брось. Ты проделал немыслимую работу. Ты взял человеческую креативность и соединил её с эквестрианским воображением, и получилось нечто уникальное. Самой принцессе Твайлайт понравилось, а это что-то да значит.

— Но... — начал Карамель, но вскрикнул, когда его стукнули снова.

— Никаких "но". — приказала Лира. — Ты хотел закончить побыстрее, значит не перебивай. Понял? — жеребец кивнул. — Ей понравилась твоя работа, а если она понравилась принцессе Книжному червю, все остальные тоже это захотят. — она усмехнулась. — Чёрт, да знать и разного рода подхалимы так сильно тратятся на книги, пытаясь скопировать библиотеку Твайлайт. — она посмотрела на Карамеля, удостоверившись, что тот всё понимает. — Другими словами, Карамель, у тебя в копытах золотая жила. Я бы воспользовалась этим на твоём месте.

Лира посмотрела на часы.

— Тебе уже пора. Но помни, что я сказала. Каждая кобылка ищет жеребца, который сможет обеспечить семью, а работа писателем куда прибыльнее, чем подработки.

— Спасибо, я п-подумаю над этим.

Карамель ушёл после этого, последнего, сеанса с добрым доктором с этими мыслями в голове. Он лелеял их, и вскоре стал одним из основателей эквестрианской манги. Дошло до того, что он создал и возглавил Эквестрианское общество любителей манги. Спустя десятилетие знать, читающая комиксы(2) в общественных местах, была такой же обычной картиной, как и жеребята с мороженым.

(1) Гейб Ньюэлл даже поней разочаровывает.

(2) И не только мангу, но и другие жанры.

## Пятница, часть 4

— Думаю, я с Карамелем хреново обошлась. — пробормотала почти что про себя Лира, вспоминая, как она заставила его покраснеть, лишь бы отвести разговор от себя. — Извиниться надо бы.

— Что такое, Лира?

Она вздрогнула от неожиданности и посмотрела на своего следующего клиента.

— Извини, просто задумалась.

— О чём?

— Ни о чём важном. — поспешила ответить Лира с притянутой улыбкой на мордочке. Ещё раз за сегодня она не накосячит.

— Оу. Ну ладно. — кобылка пожала плечами. — Итак, сегодня... сегодня я бы хотела поговорить о возможности закупки некоторых ингредиентов человеческой кухни для моего ресторана.

— Хорошо. Я знаю несколько складов, где выращивают и хранят специи и растения, не существующие в нашем мире естественно. Учитывая поставки и спрос, сложность выращивания... тебе, Фрайер Крисп, это влетит в копеечку.

— Вообще-то... — начала Крисп, выглядя довольно нервно. — Я думала о чём-то... животного происхождения.

Повисла пауза.

— Будет труднее. Ты думаешь о чём-то конкретном?

Пухленькая кобылка сглотнула от страха, будто стояла лицом к лицу с чудовищем.

— Э, ну, эм... о говядине?

Лира на несколько секунд уставилась на собеседницу, а затем съёжилась.

— Ох. Сложновато будет.

— Я боялась, что ты так скажешь. — Крисп вздохнула, опустив голову. — Я просто слышу, как люди постоянно говорят о сэндвичах с мясом, фрикадельках и о грудинке, а я очень сильно хочу угодить своим клиентам. Почитав немного, я узнала, что это всё делается из коров. И, признаться, поначалу меня это испугало.

— Вполне понятно почему. — сказала Лира. — Но ты же потом узнала, что земные коровы не имеют с эквестрианскими ничего общего до того, как организовать бунт?

— Я всю главу проштудировала. Ты и представить себе не можешь, какое облегчение я испытала.

— Как раз могу. Но, боюсь, закупить говядину всё же не получится. По крайней мере, если ты не планируешь брать целое состояние за каждый бургер. Расходы-то будут огромными.

У Лиры сердце кровью обливалось, когда она увидела выражение отчаяния на мордочке поварихи. У многих пони было однажды такое же чувство, когда цена на твинки вдруг резко выросла из-за того, что группа волшебников решила, что они — ключевой ингредиент к зелью бессмертия(1). К счастью, пони пережили это, и нашли обходной путь.

— Однако. — кобылка подняла копыто. Во взгляде Крисп появилась надежда. — Ещё можно попробовать кое-что перед тем, как сдаться окончательно. — она достала листок бумаги и шариковую ручку и положила их на стол. — Люди, будучи умными и нередко бесхитростными существами, нашли способ симулировать вкус того, что ранее было недоступным или очень дорогим.

— О! Да! Давай-давай-давай! — восхищению полноватой пони не было предела.

Лира хихикнула, глядя на то, как Крисп похлопала копытцами словно жеребёнок, получивший в подарок шоколадку.

— Погоди, глупышка. Я сейчас запишу несколько книг и имена людей-поваров, с которыми тебе стоит поговорить. Они укажут тебе путь, как удовлетворить желудки мясоедов.

Когда она заканчивала писать, кобылка практически прыгала на месте от нетерпения. Весь кабинет дрожал. А когда всё же закончила, то Крисп схватила листок и устремилась прочь, проронив напоследок:

— Спасибо, приятного дня, пока!

— Да пожалуйста. — ответила Лира пустоте.

Она оглядела свой кабинет и кашлянула.

— Ну, это было быстро. Так, эмм... я разговариваю сама с собой. А почему бы, собственно, и нет? Это был последний пациент на сегодня, и я закончила пораньше. Хм. — она немного покрутилась в своём кресле. — Полагаю, пришло время по финансам пробежаться, да?

— Вот именно. — промурлыкала Милли, заходя в комнату. За ней проследовало ещё несколько работников. — Если вы закончили пораньше, то и мы тоже. И были бы не против, чтобы нам заплатили.

— Хочешь провести вечер в городе, ха? — усмехнулась Лира.

На мордочках пони засияли ухмылки. Милли закатила глаза но тоже улыбнулась.

— А чем ещё заняться молодой кобылке в пятничный вечер?

(1) Кстати говоря, процент волшебников-диабетиков тоже вырос.

## Пятница, часть 5

Лира придвинула кресло поближе к столу, достала из ящичка большую зелёную книгу и открыла её на нужной дате.

— Итак, доход на этой неделе. Начиная с понедельника:

"Арианна — встреча назначена и оплачена её родителями. 400 битсов.

Рикки — назначено судом. Назначено мэром Мейр. Оплачено им самим. 500 битсов.

Джессика — новый пациент. Приведена сёстрами Флауэр. Оплачено из Человеческого фонда. 350 битсов.

Ох... Трандор — новый пациент. Попаданец. Сбагрен в клинику. Оплачено из Человеческого фонда. 600 битсов.

Тюрнип Тайм — встреча назначена и оплачена ей самой. 400 битсов.

Филлип — новый пациент. Амальгамация. Категория — ужасающая. Приведён Флаттершай, Рамблом и Поки Пирсом. Оплачено из Человеческого фонда. 550 битсов.

Вторник:

Марк Смит — последний визит. Назначено государством. Оплачено им самим 500 битсов.

Джесси — Амальгамация. Категория — милашная несмертельная[1]. Назначено государством, оплачено из Человеческого фонда. 350 битсов.

Кэмерон. — Лира тяжко вздохнула. — назначено государством. Оплачено из Человеческого фонда. 350 битсов.

Пипсквик — духовное наставление. Назначено и оплачено его родителями. 275 битсов плюс две бутылки молока.

Элис — назначено государством. Оплачено из Человеческого фонда. 350 битсов.

Тимоти — интервью после усыновления. Назначено государством, оплачено его родителями. 300 битсов.

Среда:

Визит в местную психушку. Оплачено из Человеческого фонда. 1500 битсов.

Четверг:

Социальная справедливость — однократный визит. Хе-хеее. Назначено и оплачено ей самой. 400 битсов.

Рэрити — назначено и оплачено ей самой. 400 битсов.

Кап Кейк — интервью после усыновления. Назначено государством. Оплачено ей самой. 300 битсов.

Маргарет — назначено государством, оплачено из Человеческого фонда. 350 битсов.

Тайм Тёрнер — совет о сожительстве с человеком. Назначено и оплачено им самим. 400 битсов.

Сестра Рэдхарт — назначено и оплачено ей самой. 400 битсов."

Она взяла ручку и принялась записывать выручку за пятницу.

— Итак, за сегодня:

"Мэр Мейр — назначено и оплачено ей самой. 400 битсов.

Джек — по записи. Назначено и оплачено им самим. 425 битсов.

Карамель — назначено и оплачено им самим. 400 битсов.

Фрайер Крисп — назначено и оплачено ей самой. 400 битсов."

Лира пробежала глазами по списку в поисках ошибок и, не найдя их, кивнула.

— Окей, дайте-ка я всё это подсчитаю и выпишу вам чеки.

Пожёвывая кончик ручки, она делала записи, решая эту задачу.

— Хмм... окей, получается 10 300 битсов, минус 9 процентов налогов... 9 373. Уборщику 400. — она выписала чек и передала его молодому жеребцу, ответственному за чистоту. Тот тут же побежал его обналичивать, на что Лира с остальными кобылами беззлобно посмеялись.

— Архивариусу 700. — она отдала другой чек зелёной кобылице, что стояла рядом с Милли. Она ушла, сохранив больше достоинства, нежели уборщик.

— Иииии секретарю полагается 1000. — сказала Лира, отдавая последний чек земной пони и заглянув в книгу. — И мне остаются неплохие 7 273. Неплохая неделька вышла. О, Милли, ты ещё тут?

— Да, мисс Хартстрингс. — кивнула розовая пони со светлой гривой. — Просто хотела узнать, надо ли что к понедельнику. Так я себе выходные освобожу.

— Хорошая идея. — Лира задумалась. — Загляни на почту и закажи пару новых плюшек у той милой старушки с Миноса. О, и закажи новое зеркало в уборную. Забыла поменять после понедельника. Вот. — она выписала новый чек и передала его через стол. — Должно хватить. Сдачу оставь себе. А теперь иди, я закрою клинику.

Милли кивнула и ушла. Лира же откинулась в своём кресле и закрыла глаза.

— Фууух, божечки. Прошла ещё одна неделя захватывающей жизни антрополога. Именно. Величайшего антрополога в мире. — она открыла глаза и осмотрелась. — Мда. Звучит куда лучше, если есть кому это слышать. — она пожала плечами. — Ну и ладно.

Она положила книгу на место и убрала чековую книжку в тайник перед тем, как обмотать красный шарф вокруг шеи. Она кинула взгляд на часы.

— Хмм. До ужина ещё час. Если ничего не произошло, магазин игрушек должен быть всё ещё открыт. Надо бы прикупить подарок ребёнку Джина и Сьюзан перед тем, как к ним в гости идти.

Произнеся это, она выключила свет, заперла за собой двери, и лёгкой рысцой отправилась в снежную пучину.

## Пятница, часть 6

Услышав название "Нефритовая лавка", в вашем воображении наверняка всплывают азиатские мотивы. Экзотические еда и напитки. Стены, увенчанные свитками, исписанными каллиграфией, или украшенные картинами, написанными индийскими чернилами. Возможно на фоне играет восточная музыка, а если владелец достаточно богат, то где-то неподалёку в пруду плещутся рыбки... Что же, глупые людишки, это вам не Земля[1].

"Нефритовая лавка" скорее сродни среднезападной американской забегаловке. Еда здесь настолько жирная, подслащённая и полна крахмалом, что любой сторонник здорового питания с криками ужаса выбежит оттуда, в то время как его желудок будет выворачиваться наизнанку. Обслуживание быстрое, официанты грубые, еды — сдохнуть можно. Название же произошло от того, что столов там не было, а была лавка у барной стойки, что охватывала кухню. Лавка была выкрашена в зелёный, чтобы замаскировать бесчисленные пятна. Ты или ел там, или заказывал на вынос, всех остальных же выдворяли вон, а детям, оставленным без присмотра, давали бесплатное эспрессо и котёнка[2].

Лира, держа небольшой мешочек на спине, открыла двери и быстро осмотрела помещение в поисках семейства. Много времени это не заняло — Бон-Бон и Твист сидели по разные стороны от Ноутворти, и, кажется, ждали, пока им принесут заказ. Она помахала копытом, дав знать о своём присутствии, и села рядом с кобылкой, добродушно потрепав её по макушке.

— Тётуфка Лива! — пропищала Твистер, обняв мятную пони. — Я так вада, фто ты прифла!

— Неужели ты думала, Твистер, что я могу не придти? — усмехнулась Лира, обняв её в ответ. — Как тебе не стыдно.

— А мы видели репёнка мифтера и миффиф Каминфки! — затараторила Твистер, отстраняясь.

— Оу. Ты же хотела мне всё рассказать, так?

— Она об этом весь день верещит. — сказал Ноутворти, погладив дочь по макушке. — Пора бы уже, чтобы она и тебе все уши прожужжала.

Лира хихиунула.

— Да я и не против. Так что ты думаешь об Айзеке?

Твист приложила копытца к щекам и втянула большую порцию воздуха.

— Заказывайте что-нибудь или выметайтесь.

Лира злобно посмотрела на раздражённо выглядевшего жеребца за стойкой в заляпанном фартуке. Но правила есть правила, и их надо соблюдать.

— Три французских тоста, блины, суп из грибов и томатов и газировку. — заведение, где меню на завтрак подавали весь день, по умолчанию было классным. Она посмотрела на троицу. — Я так понимаю, вы уже свой заказ сделали?

— Как раз перед твоим приходом. — сказала Бон-Бон, отхлебнув воды из стакана.

— Окей. Так что ты там хотела сказать, Твист? — она подбодрила кобылочку, которая расстроилась из-за того, что её так грубо перебили.

— Он быв таким мииииивым! — восхищённо заявила Твист. — Он нищего такого и не девав. Но мне скавави, это потому фто дети вюдей в-в-вазвиваются медвеннее веребят.

— Это правда. — Лира кивнула. — Месяцы пройдут до того, как он самостоятельно передвигаться сможет. Ты же была осторожной, так ведь?

— Она была. — усмехнулась Бон-Бон. — Они даже дали ей его подержать.

— Ава. — Твист энергично закивала головой. — Он больфой. И тявёлый. Но его кова была такой мяяяяфкой.

— Сельдерей с сыром на грилле, рагу из ромашек и репы, зимний салат и тёмный кофе. — внезапно произнёс официант, раскладывая тарелки перед Твист, Ноутворти и Бон-Бон. Затем он обратился к кобылочке: — Твой молочный коктейль скоро будет готов.

Твистер подождала, пока он уйдёт, и продолжила.

— А ефё он быв мяфким. И пуфленький.

— Это всё просто детский жирок. — объяснила Лира улыбнувшись.

— Ваша газировка. — официант подал мятной кобылке кружку с содовой и льдом. Лира отхлебнула и улыбнулась.

— Он будет его использовать, чтобы нарастить мускулы, взрослея и двигаясь всё активнее. — она подняла магией мешочек со спины и положила его на стойку. — Я тут в магазин игрушек заглянула и купила ему парочку подарков. Покрывальца и ползунки. Их много не бывает.

— По крайней мере это не погремушка или мобиль. — кивнула Бон-Бон. — Ты представить себе не можешь, сколько пони и людей считали себя оригинальными.

— Да и за нами тоже такой грешок есть, милая. — усмехнулся Ноутворти, отчего его жена покраснела и надула щёки.

— Ой, замолчи.

Лира усмехнулась, прикрыв рот копытом.

— Серьёзно? Это что, я одна из всего города хоть немного подумала?

Бон-Бон заворчала.

— Я подавива плюфевого мифку. — заявила Твист, широко улыбнувшись.

— Мудрый выбор. — сказала мятная кобылка, погладив кобылочку по голове. — Мягкие игрушки всегда нужны.

— Особенно судя по твоей комнате. — сказала Бон-Бон с ухмылкой.

— Я в душе ещё ребёнок. — невозмутимо произнесла Лира. — И кроме того, единственное плохое, что могут принести куча плюшевых игрушек — то, если ты их не тискаешь.

— Тискаешь? — Бон-Бон изогнула бровь. — Лира, иногда я удивляюсь, зачем тебе вообще нужны одеяло и матрас.

Прежде чем она смогла ответить, Лира быстренько приняла от официанта свою тарелку и коктейль Твист, который тут же отдала конфетного цвета кобылочке.

— Нужны конечно, Бонни. Одеяло их удерживает от падения, а из-за матраса они не такие сплющенные.

Бон-Бон прожевала салат и закатила глаза.

— По крайней мере ты их стираешь.

Это правда. Раз в месяц Лира относила их в прачечную после того инцидента со стиральной машиной Бон-Бон[3]. Если набивка слишком уплотнялась, она её меняла. Было это тем ещё зрелищем, учитывая размер некоторых игрушек.

Перед тем, как окунуть блинчик в суп и дать ему пропитаться, единорожка смазала тост кленовым сиропом. Отхлебнув газировки, она с ухмылкой посмотрела на Твист.

— Может ещё чего про ребёнка хочешь мне рассказать?

Твист кивнула и, прежде чем начать говорить, вытерла уголки рта от сыра.

— У него быво софсем немного ферсти на говове. Даве меньфе, фем у папы.

Трое взрослых искренне посмеялись.

— Да, — сказал Ноутворти, — на людях не так уж и много шерсти. И поэтому, Твист, они и носят одежду. Чтоб не замёрзнуть насмерть.

— Ну и ещё по другим причинам. — добавила Лира, но объяснять не стала. На мордочке Твист выразилось недоумение, а её родители отвели взгляд. — В любом случае, было очень мило с их стороны дать тебе подержать их ребёнка. Буду надеяться, что ты сказала им "спасибо" после этого.

— Конефно. — кобылка кивнула. — А ефё мифтев Каминфки дал мне пефеньку. Не такую фкуфную, как у мамы, но фсё ве фкуфную.

— Вкуснее маминого печенья, Твистер, нет ничего. — сказала лира, откусив от тоста кусочек. Прожевав и проглотив его, она потёрлась липким носиком о лоб кобылочки. — Никогда об этом не забывай.

Твист хихикнула и вытерла сироп салфеткой.

— А ты тове когда-нибудь фтанефь мамой, тётуфка Лива?

Лира на секунду застыла со сладостью во рту. Она медленно повернулась к кобылке, затем к её родителям, на лицах которых было странное выражение. Пролевитировав ещё один кусочек себе в рот, она положила голову на своё копыто.

— Это ввучит фсё чафе и чафе, да? — сказала она с набитым тостом ртом.

## Суббота, часть 1

Лира швырнула своего верного компаньона, Бруно[1], прямо в будильник. Годы тренировок развили в ней этот рефлекс, словно у собаки Павлова, наряду с отменным глазомером. Несчастный латунный будильник издал ужасающий треск и свалился за тумбочку.

Причмокнув губами, пони принюхалась. Если она не почует блинчики, овсянку, яичницу или вафли, она даже не подумает подняться с мягкой постельки.

— Лира, твоя очередь убирать снег с дорожки.

Будь ты проклята, Бон-Бон.

Бедная кобылка сбросила с себя одеяло и громко топая спустилась в подвал, давая знать всему дому о своём присутствии. Прочие его жители едва заметили, как она прошла к парадной двери. Просто очередная суббота.

— Сгиньте в небытье, мерзкие демоны холода! — крикнула Лира, разжигая очень мощное огненное заклинание, которое растопило снег на уложенной камнем дорожке, ведшей к улице. Она всё-таки посещала школу Селестии для одарённых единорогов. О битве, произошедшей только что, напоминало лишь облако пара.

— Утро доброе, Лира. — поприветствовал кобылу мимо проходящий сосед. Лира ответила, помахав копытом, прежде чем вернуться в дом.

Оглушительно громко топая она вернулась в свою комнату, захлопнула за собой дверь и закуталась в одеяло, обложив себя мягкими игрушками, да так, что только её нос торчал наружу.

Осталось только дождаться завтрака. Чтобы скоротать время в в своей тёплой темнице, она принялась размышлять о тайнах вселенной. К примеру о том, что вечером она будет играться в снегу словно маленькая кобылочка, несмотря на её недавнее поведение. Она решила, что некоторые тайны раскрыть невозможно.

— Тётуфка Лира, нацалофь!

Вселенная — штука скучная. Лира выпрыгнула из своего кокона и устремилась вниз так быстро, словно у неё хвост горел. На её мордочке красовалась ухмылка.

В зале она запрыгнула под котатсу рядышком с Твист и забарабанила копытам от нетерпения.

Аниме. Одна из тех странных, но в то же время ужасно забавных вещей, которые пони не могли не позаимствовать из человеческой культуры. Пони — обычно жеребцы или кобылы-пацанки --засматривались им, вне зависимости от того, было ли оно произведено людьми или пони. Это шоу, любимое Лирой и Твист, было нечто средним.

Прототипами были Элементы Гармонии, но владели они были огромными оружиями, соответствующие таланту каждой. Принцесса Твайлайт носила с собой огромный свиток заклинаний, содержащий кучу "роялей в кустах"[2], Рэйнбоу Дэш — гигантский бумеранг, который с радужным взрывом разделялся на тысячи мелких бумерангов, Эпллджек носила металлические ботинки, которыми он громила всё подряд, Флаттершай не расставалась с очками, сдерживающими силу её Взгляда, Пинки ездила верхом на аллигаторе, вооружённым гаубицами[3], а Рэрити владела огромной зачарованной иглой для шитья.

Этот эпизод был исключительно про Рэрити, которую Карта отправила на далёкий остров. На остров, находящийся под атакой гигантских крабов. В эпичной битве она победила их своей не менее гигантской иглой, попутно сравняв с землёй проснувшийся вулкан, а после нашла древнюю реликвию, которую она вернула обратно в Замок Дружбы. Ещё одна часть головоломки происхождения создателей Элементов.

Закончилось всё титрами, на фоне которых "Главная Шестёрка" танцевала в формах японских школьниц.

— Актёров озвучки могли бы и получше найти. — заявила Бон-Бон с другого конца котатсу, на что встретила на себе недовольный взгляд Лиры. — Что? Просто мысли вслух.

— Как всегда. — прошептала Лира Твист, на что та захихикала.

Бон-Бон принесла завтрак — вафли, яичница всмятку, стакан яблочного сока и бутылка молока — когда серия была в самом разгаре. Ноутворти появился под конец, отхлебнул кофе и поцеловал Бон-Бон, которая приготовила ему большую тарелку.

— Ну, — начала Лира, глядя на то, как сонный жеребец уплетает свой завтрак, — и как спалось?

С этими словами она нацепила на мордочку ухмылку и повела бровями. Бон-Бон злобно уставилась на неё, А вот Ноутворти нужно было немного больше времени, чтобы понять это и улыбнуться. Ну, пока жена не толкнула его в бок. После этого он тоже стал серьёзным.

— У тебя вроде дела какие-то были, не так ли, Лира? — процедила она сквозь зубы явно угрожающим тоном.

Всё ещё улыбаясь, Лира поняла намёк, попрощалась со всеми, обмотала шарф вокруг шеи и, прихватив седельную сумку, выбежала в холод.

## Суббота, часть 2.

Лира решила пробежаться по городу, прежде чем наведаться в Сахарный Уголок. И завтрак уляжется, и у Кейков будет больше времени подготовиться к её визиту. Она даже остановилась на мосту чтобы проверить, достаточно ли толстый лёд для катания.

Её чуть не унесло течением. Благо, погодная бригада выловила её и обсушила ветрами. Посетив спа-салон, Лира привела гриву, шёрстку и хвост в порядок. Затем она было направилась к уголку, но как не ввязаться в бои снежками на центральной площади?

Успешно одолев врага вовремя прибывшей катапультой, все устроили победные танцы. После этого детишки утянули Лиру делать ангелов на снегу, а закончилось всё кружкой горячего шоколада. [1]

Кобылка было направилась в Уголок, но мысль, посетившая её голову, заставила её вернуться к мэрии. Нужно было подать заявку на знак о том, что лёд ещё слишком тонкий. Заявку эту быстро одобрили.

А снаружи мэрии была группка колядщиков, которым очень уж нужно было сопрано. Лира походила с ними, пока те не дошли до Сахарного Уголка, после чего она передала шляпу другой кобыле.

— Здорово. Всего-то час заняло. — порадовалась Лира, взглянув на часы. — Даже обед ещё не наступил.

— Эмм... Ты ведь зайдёшь? — спросил мистер Кейк, держащий дверь. Снаружи висел знак "ЗАКРЫТО". Ради этой встречи владельцы закончили пораньше.

— Само собой. — произнесла мятная кобылка, проскользнув мимо жеребца в здание. — Надеюсь, вы меня не сильно долго ждали.

— О, вовсе нет. — долговязый пони покачал головой и проследовал за Лирой внутрь. — Мы успели подготовиться к твоему приходу за это время. Эм, мы с Кап Кейк подумали, что лучше организовать встречу в задней комнате, нежели в самом магазине.

— Мудрый выбор. — ответила кобылка. — Не забудьте шторки задёрнуть. Лишние глаза и уши нам ни к чему.

— Пинки уже об этом позаботилась.

— О, там и Пинки будет?

Мистер Кейк нервно усмехнулся и почесал в затылке.

— Н-ну... м-мы просто подумали... она же нам почти как дочь, и...

— Да в порядке всё. — с усмешкой произнесла Лира. — Вы тут родители, а значит знаете, как будет лучше. Если вы считаете, что она должна там присутствовать, то кто я такая, чтобы спорить?

— Ох, вот и славно — жеребец вздохнул с облегчением.

Они прошли в заднюю комнату, где обычно собиралась вся семья. Все терпеливо ждали. Близнецы играли на коврике под присмотром Пинки, а миссис Кейк сидела подле Тимоти, который нервно перебирал пальцами. Рядом находились угощения. Мистер Кейк пересёк комнату и сел по другую сторону от приёмного сына, приобняв того. Лира же заняла кресло напротив них и положила седельную сумку на пол.

— Итак, вы наверняка задаётесь вопросом, почему я вас всех сегодня здесь собрала...

— Не совсем. — неуверенно произнесла миссис Кейк. — Ты ведь сказала, что хочешь помочь нам. Ведь так?

Лира тяжко вздохнула.

— Ах, мсье Пуаро, как же вас недооценивают.

Пинки хихикнула. Ну хоть кто-то в этой комнате понял отсылку. Наверно. Это же Пинки — с ней можно чего угодно ожидать.

— Ну-с, тогда начнём. — она достала из сумки книжку и открыла её на нужной странице. — Я полагаю, вы уже проводили упражнения для укрепления связи, предложенные в официальном перечне, не так ли?

— Да, — кивнула миссис Кейк, — я каждую ночь укладываю его спать и пою колыбельные.

— А мне он на кухне помогает! — добавил Кэррот, похлопав мальчика по спине.

— А я прогоняю монстров из-под его кровати и шкафа! — воскликнула Пинки, с серьёзным выражением лица замахав медным черпаком словно мечом. — Они думают, что они такие скрытные, просачиваются сквозь щели, когда родители уходят, чтобы напугать малышей... Но дашь им по голове — и они надолго усвоят урок!

Может, звучит и несерьёзно, только вот такие существа действительно существовали в Эквестрии. Размером они чуть меньше копыта жеребца, почти неуязвимы и в то же время трусливы и слабее новорождённого котёнка. Моль и та опаснее. Только вот проблема заключалась в том, что они своей магией воздействовали на воображение детей и пугали их. Лучший способ избавиться от этих вредителей — тюкнуть по голове чем-нибудь тяжёлым и прочитать вдогонку лекцию.

— Молодец, Пинки. — Лира похлопала копытцами. — А теперь давайте послушаем, что сам Тимоти думает по этому поводу. Пожалуйста, расскажи нам, что тебе больше всего нравится из того, что твоя семья делала для тебя?

Все в комнате посмотрели на мальчика, которому стало немного не по себе от такого внимания. Он слегка покраснел и сглотнул, прежде чем начать.

— Н-ну... — заговорил он, перебирая пальцами, — М-мне нравится, что все вы находите время для меня. Это многое для меня значит. Правда. Мне нравится, как меня укладывают спать, люблю помогать на кухне. Пинки для меня стала самой настоящей с-старшей сестрой.

Казалось, что голова самой Пинки вот-вот разделится на две части от широты улыбки. Она сжала близнецов в объятиях и заскакала по комнате. От такого зрелища мальчик набрался смелости и продолжил.

— Да и близнецы, мне нравится с ними играть. — он даже смог немного посмеяться. — Мне нравится, что у меня теперь такая большая семья. Это... Это здорово. Я и не думал никогда, что у меня вот так... может...

Сказав это, он разрыдался. Близнецы и Пинки тут же бросили свои дела.

— Т-ты чего плачешь, Тимми? — спросила Пинки, нежно сжав младенцев в своих объятиях. — Мы ведь не сделали ничего плохого, правда?

Миссис Кейк поспешила приобнять мальчика, поглаживая его по спине.

— Ну-ну, Тимми, не надо плакать. Мама тут, рядом. Что случилось?

Тимми протянул руки и крепко обнял обоих пони. Лира же наблюдала за этим с тёплой улыбкой на лице.

Мальчик потихоньку начал успокаиваться и ослаблять хватку. Так же поступили и миссис и мистер Кейк, однако кобылица всё ещё отказывалась отпускать ребёнка. Лире пришлось вмешаться, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки.

— Всё хорошо, Тимми. — произнесла она. — Тебе наверняка есть ещё что сказать, но пока и этого достаточно.

Настало время следующей фазы её плана.

— А теперь, мистер и миссис Кейк, — она подождала, пока пони обратят на неё внимание, — может, вы тоже хотите рассказать Тимми, что вам в нём нравится? И ты тоже, Пинки. Пожалуйста, будьте как можно более честны и открыты.

Миссис Кейк начала первой, опередив Пинки на доли секунды. Немного поднявшись, она прижала мальчика к себе поближе и заговорила, смотря ему прямо в глаза.

— Тимми... С того самого дня, когда мы открыли двери своего дома для тебя, мы заботились о тебе. В самую первую ночь я не отходила от твоей кровати, пока ты не уснул. Ты можешь быть невероятно благодарным ребёнком, Тимми. Не важно, что мы для тебя делаем, ты всегда говоришь нам "спасибо". Создатель благословил мою маленькую семью тобой, и мои жеребята, и мы с отцом всегда будем любить тебя. И если мне нужно выбрать то, что мне в тебе нравится больше всего... то это будет то, что ты тут, Тимоти. Достаточно близко для того, чтобы можно было тебя обнять.

Лира приподняла книгу в попытках скрыть наворачивающиеся слёзы. Она знала, что эмоции будут сильными, но чтобы настолько... Она прочистила горло кашлем.

— Прекрасно, миссис Кейк. — она попыталась скрыть чувства в голосе сухим профессионализмом. — А теперь, что насчёт...

— О, а теперь я, пжлста-пжлста-пжлста-пжлста! — затараторила Пинки, махая копытом, словно отличница на первой парте.

Все в комнате усмехнулись, кто-то даже сквозь слёзы, а Паунд, визжа от радости, цепко держался за трясущееся розовое копыто.

— Не сейчас, Пинки. — Лира покачала головой. — Почему бы не дать слово отцу?

Пинки опустила Паунда на землю, расстроенно вздохнув.

— Да, так, наверное, будет лучше.

— Мистер Кейк, если позволите.

Кэррот нервно кашлянул и твёрдо положил копыто на плечо мальчика.

— Сын, я тоже помню твой первый день. Сперва мы с мамой волновались, ведь у нас никогда раньше люди не гостили. Но мы приложили все усилия для того, чтобы твоя первая ночь здесь прошла в уюте. Прошло несколько месяцев, ты превратился из напуганного жереб- э-э-э, мальчика, в замечательного сына. С самого начала я был рядом, чтобы выслушать и помочь. И так будет всегда, Тимми. Мне нравится... что ты в хороших руках в моей семье.

Миссис Кейк втянула мужа в объятия. Долговязый жеребец слегка боднул мальчика и прошептал ему на ухо:

— Да и потом, с твоим прибытием мальчиков и девочек тут стало поровну.

Это услышали все, и от души посмеялись.

— О, а можно сейчас? — спросила Пинки, вопрошающе посмотрев на Лиру. Та кивнула. — Да!

Пинки быстренько положила Пампкин и Паунда мальчику на колени и отпрыгнула назад, вбирая побольше воздуха.

— Тимми, я, конечно, не член семьи Кейков. Я Пай. Хотя торты-пироги[2] обалденные. Почему их никто не заказывает? Ну да ладно. Кейки стали для меня второй семьёй, и когда я узнала, что они собираются усыновить тебя, я поняла, что хочу, чтобы ты считал меня старшей сестрёнкой. А больше всего мне понравилось то, что сегодня ты дал понять, что ты так на самом деле думаешь. Это много для меня значит. — она влилась в объятия, прямо под подбородком Тимми. — И я сделаю всё возможное, чтобы удержать этот титул. Навсегда.

Ну вот. Эмоциональные стены, которые мальчик воздвиг вокруг себя, с грохотом упали. Он захныкал и вцепился в семью, что так крепко обнимала его. Даже близнецы примостились у его живота, забавно угукая.

— С-спасибо... — произнёс Тимми сквозь слёзы. — Спасибо, Пинки. Спасибо... м-мама и п-папа.

Миссис Кейк шокировано вздохнула. Он наконец сказал это. Он назвал её мамой. Осыпая его щёчки поцелуями, она зарыдала вместе с ним. Мистер Кейк предпочёл просто тереться мордочкой, хоть и сердце его чуть ли не парило.

— Это надо отпраздновать! — воскликнула Пинки, спрыгнув с дивана и достав огромный торт-пирог из-за спины. Никто и не попытался задаться вопросом. Пинки Пай просто ведёт себя как Пинки Пай. — Будешь кусочек, Лира? Лира?

Все глаза устремились на ныне пустующий стул. Она ушла. Все так увлеклись, что не заметили, как она улизнула.

Пинки пожала плечами, деля выпечку на равные части.

— Ну, ей же хуже.

* * *

Лира стояла снаружи пекарни, утирая глаза шарфом. Всё прошло даже лучше того, что она ожидала. Это здорово. Понимать, что ты помогла семье. Она там больше не нужна. Это их день.

Собравшись с мыслями, она бросила взгляд на часы. "А после обеда к Рэрити заскочу. Хе-хе. Интересно, что произойдёт по пути к кафе".

Она прогарцевала прочь, но вскоре её внимание привлекла стойка с горячим сидром. Шутка ли, целый бочонок за перо голубой сойки-альбиноса. Так, а где такое перо достать? "Перья и диваны", разумеется.

И она снова отправилась в путь.

1

Да, это официальная категория в Эквестрии

1

Это сообщение предоставлено вам Министерством антропологии.

2

Последние напугало родителей и без того гиперактивных детей.

3

Также в нём были замешаны параспрайты, укулеле, шесть унций пищевой соды и уксус.

1

Новый, так как старый пропал во время оползня.

2

Не особо практично, зато выглядит круто.

3

Ну же, разозлите её.

1

Вы тоже будете благодарны тому, кто хоть немного займёт вашего ребёнка.

2

Да, такое есть, хвала всему святому. (прим. пер.: игра слов, Кейк(Cake) — "торт", Пай(Pie) — "пирог")