# Неделя больших принцесс на National Geographic

Randy1974

Что, если принцессы пони на самом деле высшие стайные хищники? И что будет, если команда “National Geographic” решит снять о них документальный фильм? И что, если никто из пони не увидит в этом совершенно ничего необычного?

Этот рассказ – метафора на тему взросления. Или на тему жизни в обществе, где каждый находится под круглосуточным наблюдением. Или просто очень, очень странная идея, которой просто необходимо было стать историей.

Редактор: ColdSky

## Неделя больших принцесс на National Geographic

— Как видишь, Твайлайт, не надо пугаться изменений, происходящих с твоим телом. Они естественный процесс твоего превращения из единорога в аликорна. Не стоит их стесняться.

Принцесса Твайлайт Спаркл больше не боялась неловких разговоров. До переселения в Понивилль почти каждая её беседа с пони неизбежно попадала в эту категорию, если, конечно, они не были достаточно близко знакомы. Ей с трудом удавалось установить визуальный контакт, или она теряла нить разговора, или, когда собеседник замолкал, забывала ответить.

Всё это давно осталось в прошлом. Благодаря своим друзьям и жизнерадостным, гостеприимным жителям Понивилля теперь Твайлайт могла болтать, петь, смеяться – даже смеяться! – с другими пони, не опасаясь в глубине души, что они смеются над ней. Она чувствовала, что перед ней широко распахнулся новый мир, наполненный невидимыми, но прочными, как сталь, связующими нитями. Она открыла для себя дружбу.

Но время от времени неловкие ситуации всё же случались.

— О нет, я не стесняюсь, принцесса Селестия, — сказала Твайлайт. Она опустила голову, пытаясь скрыть проступивший на щеках румянец. — Я лишь… в общем, у меня появились эти странные желания, я не знала, что и подумать. Рэрити посоветовала мне поговорить с вами и…

— Тише, тише, — Селестия обняла её крылом, притянув поближе к себе. Как только Твайлайт прибыла во дворец, наставница увела её в свои личные покои, и сейчас они были совершенно одни. — Молодец, что прислушалась к Рэрити, Твайлайт. То, что сейчас происходит с тобой, было и со мной, и с принцессами Луной и Кейденс. И мы сделаем всё возможное, чтобы помочь тебе и ответить на все твои вопросы.

— Ладно, хорошо, — Твайлайт сделала глубокий вдох, задержала воздух, а затем медленно выдохнула, сделав плавный жест копытцем в сторону наставницы. — Полагаю, несколько вопросов у меня найдётся.

— Пожалуйста, спрашивай о чём угодно.

— Так. Вопрос первый, — Твайлайт откашлялась. — Что в вашей комнате делает мёртвая зебра?

Селестия взглянула в сторону маленькой гостиной, где на изысканном пранцузском шёлковом ковре, растопырив копыта, гордо возлежала полусъеденная туша:

— А, вот ты о чём. Это всего лишь закуска.

— Закуска?

— Да. Наши повара, без сомнения, изумительны, и они могут приготовить любой деликатес, но иногда всё, что тебе нужно – это чуть-чуть зебрятинки. Оказалось, проще всего держать её прямо в комнате, на случай если мне вдруг захочется перекусить.

— Ладно, думаю, это… логично. И вы говорите, у всех принцесс такие… вкусы?

— Да, Твайлайт. Откровенно говоря, я удивлена, что ты только сейчас спросила меня об этом. Когда Кейденс стала аликорном, прошло лишь несколько минут, прежде чем она впервые поймала козу и слопала её без остатка.

— О, — Твайлайт снова потупилась. — Я ведь не… не разочаровала вас, правда? Я могу попробовать поохотиться прямо сейчас, если вы думаете…

— Твайлайт, моя дорогая Твайлайт, я никогда не разочаруюсь в тебе,  — Селестия наклонилась вперёд и легонько поцеловала её в лоб. — У каждой принцессы свои темпы развития. И пока ты не будешь к этому готова, никто не заставит тебя преследовать, убивать и пожирать свою добычу.

У Твайлайт потеплело в груди: её наставница гордится ею!

— Правда?

— Да, Твайлайт. А когда придёт твоё время, мы поможем тебе.

— Вот это да. Это просто… ух ты! О, Селестия, я так вас люблю!

— Я тоже люблю тебя, Твайлайт, — Селестия крепко обняла её крыльями и передними ногами. — Что ещё ты хотела бы узнать?

— Ничего. Хотя, эм, раз уж вы спросили…

— Пожалуйста, не стесняйся, моя верная ученица.

— Хорошо. Зачем здесь съёмочная группа минотавров?

— Ах, да, — Селестия показала копытом на трёх минотавров с видеокамерой, направленной на них, и микрофоном на длинном штативе. — Они из “National Geographic”. Приезжают сюда каждый год.

— Правда? Не припомню, чтобы видела их раньше.

— Ну, чтобы я ела зебр, ты тоже не припомнишь, верно?

— Полагаю, и это… логично. Но для чего они здесь?

— Это часть культурного обмена, основы которого я заложила несколько десятилетий назад. Мне было одиноко и… ладно, дело в том, что ты теперь принцесса, и это одно из тех новшеств, к которым тебе придётся привыкнуть. Они вернутся в Минос через несколько недель. А пока просто сделай вид, что этих камер не существует.

— Хорошо. Хотя свет слишком уж яркий, — пытаясь защититься от слепящего сияния софитов, установленных минотаврами всего в полуметре от них, Твайлайт подняла копытце.

— Я знаю. Кстати, держи свои крылья подальше от них. Они ужасно горячие.

* * *

С тех пор, как мы последний раз навещали величественных принцесс-аликорнов Кантерлота, прошёл уже целый год. Селестия, альфа-самка стаи, всё ещё правит в ней нежным, но твёрдым копытом. Похоже, после того, как несколько лет назад она победила свою сестру в схватке за первенство, ей удалось восстановить иерархию. Сейчас её власть сильнее, чем когда-либо.

Сегодня нам удалось разместить наши камеры глубоко внутри их логова, что даст нам невиданный шанс познакомиться с повседневной жизнью этих удивительных созданий. И сейчас, впервые в истории телевидения, в этой огромной каменной пещере, называемой принцессами “Тронным залом”, мы увидим, как проходят их ежедневные ритуалы доминирования и подчинения.

Луна восседает на своём троне на возвышении в центре зала. В его стенах устроены высокие окна, сквозь которые льётся свет полной луны, клонящейся к западу. По мере того, как она опускается всё ниже, пони, слоняющиеся по залу, потихоньку перемещаются к выходу. Завершается работа Ночного Суда. Вот-вот начнётся новый день.

Пытаясь подавить зевок, Луна подносит копыто к мордочке. Принцесса выглядит усталой, и поскольку луна уже зашла, она явно не прочь улечься спать. Но ей предстоит ещё одна задача.

Огромные двери зала распахиваются, и входит Солнце. В предрассветном мраке сияние Селестии ослепительно, в ней словно воплотились все надежды наступающего дня. Отвыкшие от света за всю эту долгую тёмную ночь, пони прикрывают глаза, защищаясь от её нестерпимого блеска.

Все, кроме Луны. Она встаёт и сходит с возвышения, приближаясь к сестре. Они почти одного роста. Аликорны замирают друг напротив друга, крепко уперевшись ногами в пол. Губы Луны кривятся в глумливой усмешке. Толпу охватывает безмолвие.

О нет, похоже, этой ночью младшая сестра решила вновь проявить непокорность. Не ждёт ли нас ещё одна схватка за первенство? Неужели правление Селестии подходит к концу?

Селестия рычит, её губы приподнимаются, обнажая клыки, длинные и острые. Словно два огромных веера, крылья аликорна распахиваются и тянутся к сводчатому потолку, создавая впечателние, что принцесса вдвое, втрое больше своего обычного размера.

Несколько долгих секунд они неотрывно глядят друг на друга, а затем Луна отводит глаза. Она опускается на пол, негромко скулит и перекатывается на спину, подставляя сестре беззащитные живот и горло.

Но, кажется, не сегодня. Селестия всё ещё самая сильная самка, и Луне остаётся только подчиниться. Посмотрите, как Селестия наклоняет голову и тычется носом в подбородок сестры, показывая, что если захочет, сможет мгновенно перегрызть ей горло. В ответ Луна касается языком губ Селестии, такое поведение характерно для юных принцесс, демонстрирующих покорность по отношению ко взрослым. Между сёстрами снова мир – до поры.

Порядок в стае восстановлен, и принцессы меняются местами на троне. Луна скрывается за горизонтом, на востоке поднимается солнце. Пони, потирая ещё сонные глаза, начинают прибывать во дворец по своим утренним делам.

Возможно, некоторым зрителям интересно, где ещё одна наша героиня – Кейденс, молодая самка. С ней всё в порядке, но на этой неделе мы её не увидим. Прошлой зимой в поисках партнёра она, наконец, покинула стаю и поселилась далеко на севере. Если ей удастся дать потомство, она станет родоначальницей собственной стаи.

Однако поклонникам дерзкой маленькой Кейденс не стоит отчаиваться. У стаи Кантерлота есть для нас замечательный сюрприз! Впервые за десятилетия наши видеокамеры сумели запечатлить появление новой принцессы-аликорна!

Проходит некоторое время, и сцена меняется. Принцесса Селестия в замковом саду зелёных фигур. Видна лишь её яркая переливающаяся грива – всё остальное надёжно скрывает большой куст, подстриженный в форме шахматной пешки. Она плотно припала к земле, её хвост нервно подёргивается из стороны в сторону. Неподалёку виднеется семейство зебр, беззаботно бродящее между цветочными клумбами.

Селестия не сводит с них глаз. Её плечи начинают двигаться из стороны в сторону, она явно готовится к прыжку. Возможно что-то услышав, зебра-самка замирает на месте. Она нервно прядает ушами и нюхает воздух. Жеребёнок у её ног продолжает беспечно ковылять вперёд, навстречу спрятавшейся принцессе и безвременной кончине. Тело Селестии напряжено как пружина, само время словно замедляется.

Но прежде чем она успевает что-то сделать, тишину нарушает чей-то крик. Селестия и зебры оборачиваются и видят маленькую принцессу-аликорна баклажанового окраса, сломя голову несущуюся по клумбам, её крылья торчат в разные стороны, а крошечная корона подпрыгивает где-то на макушке. Выкрикивая её имя, с широченной улыбкой на лице она прыгает на Селестию.

Зебры, обнаружив сидящую в засаде принцессу, со всех ног уносятся прочь. Они бегут слишком быстро для того, чтобы Селестия могла их поймать, и она со вздохом усаживается на круп. Однако когда юная принцесса прижимается к её боку, она находит в себе силы улыбнуться.

Вот и наш сюрприз! Мы решили дать малютке имя Твайлайт Спаркл, следуя традиции называть принцесс-аликорнов словами, указанными в их свидетельствах о рождении. Она молода, ей нет и года, и она ещё не начала охотиться самостоятельно. Вы могли бы подумать, что Селестия будет расстроена тем, что маленькая принцесса испортила ей всю охоту, но глава стаи воспитала не одного аликорна, она понимает, насколько беззаботны они в этом возрасте. Для них существуют лишь игры и исследование окружающего мира. Будут и другие охоты, и со временем эти игры помогут Селестии передать свои навыки юной Твайлайт. И если та выживет, то со временем сможет помогать Селестии охотиться на зебру, а то и более крупную добычу.

Учитывая, что Кейденс покинула их, а непокорная Луна ещё не смирилась со своим поражением, с появлением новой принцессы-аликорна, требующей пропитания, Селестии будет нелегко в этом году сохранять свою стаю в довольстве и безопасности. Смотрите новую захватывающую серию Недели Больших Принцесс на National Geographic.

* * *

Этим утром в Кантерлоте.

Густая пелена тумана скрывает улицы города. Башни и минареты пронзают мглу, возвышаясь над облаками, словно солдаты, ждущие рассвета. На востоке над самым горизонтом висит огромное красное солнце.

В небе проносятся неясные тени – пегасы собирают остатки вчерашней грозы и гонят их на юг. Тёмные улицы блестят после ночного дождя, и вот уже голоса и звуки миллиона пони наполняют просыпающийся город. Яркие силуэты всевозможных пастельных оттенков наводняют аллеи и проспекты, и они начинают походить на реки, текущие светом и красками.

Стадо просыпается.

Распахиваются двери магазинов. Жеребята бегут в школу, с криками гоняясь друг за другом. Жеребцы и кобылки на своих рабочих местах на фабриках, в больницах и во дворце готовятся встретить грядущий день.

Но не Твайлайт Спаркл, самая младшая из аликорнов. По правде говоря, она сейчас даже не в Кантерлоте – накануне вечером она вернулась в Понивилль, небольшое стадо, расположившееся южнее, на краю обширного леса. Там она обустроила собственный замок. Он ещё невелик, не такой большой, как у Селестии, но у Твайлайт ещё есть время сделать его больше.

В комнате Твайлайт Спаркл на самом верхнем этаже Замка Дружбы царит тьма. Жалюзи плотно закрывают окна, не пропуская внутрь ни намёка на утренний свет. Она лежит, укрывшись одеялом с головой. Оставшиеся без присмотра книги покрывают кровать, пол вокруг неё и вообще все горизонтальные поверхности в комнате.

Как должны помнить наши зрители, Селестия ведёт дневной образ жизни. Ночью она спит, а охотится лишь при свете дня. Луна – ночное существо, она спит днём, а по ночам рыщет у водопоев, выслеживая ослабленных или раненых животных.

Мы ещё не знаем, какого образа жизни будет придерживаться Твайлайт. Прошлой ночью мы установили камеры в её логове и в течение нескольких часов безмолвно наблюдали, как она играет со своими книгами, грызёт их корешки и вырывает из них страницы, чтобы обустроить себе уютное гнёздышко. Было далеко за полночь, когда она наконец заснула. Воспользовавшись удобным случаем, наша команда закрепила на её ошейнике небольшой радио-маячок, так что теперь учёные смогут отслеживать все её перемещения.

Незадолго до полудня Твайлайт, наконец, просыпается. Она громко рычит и пинком отбрасывает одеяло, отчего лежащие на нём книги, словно водопад, обрушиваются на пол. Грива у неё набекрень, перья взъерошены, а шёрстка вся спутана. Принцесса выбирается из кровати, спотыкаясь спросонья, проходит мимо камер и направляется в ванную, где останавливается перед зеркалом. Несколько долгих минут она вглядывается в собственное отражение, затем медленно поднимает копытце и тыкает им в широкий укреплённый ошейник, надетый на шею. На нем нанесена трафаретом белая цифра 4, а к его нижней части прикреплена коробочка с радиопередатчиком.

Селестия носит такой ошейник уже несколько лет и, похоже, он ей совсем не мешает. Мы не знаем, как Твайлайт отнесётся к своему. Сейчас она кажется заинтересованной. Посмотрим, что будет дальше.

Твайлайт тянет за ошейник, сначала не сильно, но затем всё настойчивей. Она рычит и кружится на месте, потом останавливается, уставившись прямо в экран.

Упс, кажется, она заметила камеру. Похоже, нам придётся вырезать этот мом…

* * *

Этим утром в Понивилле.

Вместе со своими подругами, жёлтой пегаской и белой единорожкой, Твайлайт Спаркл сидит за столиком на открытой веранде одного из маленьких кафе Понивилля. Они тихо болтают, свободно перескакивая с темы на тему, показывают копытцами на облака или на проходящих мимо пони и сбиваются в кучку, соприкасаясь мордочками, при виде жеребца, остановившегося у прилавка с овощами на другой стороне улицы.

Прошло три дня с тех пор, как Твайлайт Спаркл сломала одну из наших камер и серьёзно потрепала оператора. В какой-то момент ей удалось снять радиоошейник, и теперь мы вынуждены использовать устаревшие методы наблюдения, чтобы не выпускать её из вида.

Вот и заказанный подругами завтрак. У жёлтой пегаски и белой единорожки это тарелки с небольшими бутербродами. Для Твайлайт Спаркл официант приносит бедро антилопы и кладёт на пол рядом с ней. Подождав, пока подруги откусят по кусочку от своих сэндвичей, она с остервенением вгрызается в сочную плоть.

Проходит время, и пони насыщаются. От бутербродов остались лишь крошки, но несмотря на все предпринятые усилия, Твайлайт не в состоянии доесть ногу антилопы. Зажав недоеденную часть в зубах, она медленно затаскивает её на ближайшее дерево, где, спрятанная в ветвях, та будет в безопасности от других хищников.

Когда принцесса возвращается за стол, её подруги спорят из-за счёта. Наконец белой это надоедает, и она с рычанием хватает его со стола. При этом проявлении агрессии жёлтая самка теряет присутствие духа, её уши плотно прижимаются к гриве и она принимает традиционную позу подчинения, пока единорожка оплачивает их завтрак.

Как нам удалось выяснить, белую единорожку зовут Рэрити. Она давняя подруга Твайлайт Спаркл, они подружились ещё до того, как Твайлайт развилась в принцессу-аликорна.

Рэрити пытается сделать то, что мы никогда раньше не видели – она оказывает знаки внимания принцу-единорогу. Нельзя сказать, что в этом ей сопутствует удача. Каждый раз когда она делает попытку сближения, он отворачивается или игнорирует её. Но она упорная кобылка. Бушующие в крови половые гормоны заставляют её снова и снова возвращаться в его логово.

Как правило, половозрелые самки видят друг в друге конкуренток, но, кажется, крепкая связь между Твайлайт и Рэрити выше мелочного соперничества, которое мы столь часто наблюдаем среди кобылок. Наши эксперты-зоологи полагают, что Рэрити надеется получить у Твайлайт несколько уроков по ритуалам ухаживания. Если она добьётся успеха, это будет беспрецедентным случаем альтруистического поведения в репродуктивных стратегиях.

Со счётом покончено. Рэрити и Твайлайт Спаркл возвращаются к тихой беседе. Твайлайт показывает на останки антилопы, припрятанные на дереве, а затем на жеребца, покупающего капусту на другой стороне улицы. Рэрити прижимает копытце к подбородку и застывает в задумчивой позе. Оставшуюся часть встречи подруги проводят в молчании.

* * *

Пока Твайлайт остаётся в Понивилле, мы решаем попробовать нечто новое – одна из наших съёмочных групп последует за Рэрити в Кантерлот, чтобы увидеть, насколько успешной будет её попытка ухаживания.

Принц Блюблад не похож на пони, способного догнать и убить взрослого бизона. По правде говоря, его холёное тело и изящные отполированные копыта выглядят так, будто никогда не знали ни малейшей физической нагрузки, а в слезящихся глазах, по-видимому, навсегда угас инстинкт убийцы, столь характерный для других пони королевских кровей.

Но всё-таки что-то в нём есть – его внушительный рост, или мышцы, скрытые под белоснежной шёрсткой, а может то, как его роскошная золотая грива постоянно развевается в потоках ласкающего её лёгкого ветерка – что привлекает поклонниц. Почти всегда его окружают заискивающие перед ним самки, жаждущие его внимания, они прихорашиваются и стараются как можно лучше показать себя, чтобы он бросил на них хоть один взгляд.

Сегодня он нежится на дворцовой площадке для игры в поло. Лето, стоит сильная жара, воздух наполнен запахом свежескошенной травы. Закрыв глаза, принц развалился на солнцепёке, а вокруг него собралось целое стадо потенциальных фавориток, которые обмахивают его пальмовыми ветвями, приносят ему чай и восхищаются его гривой.

Принц Блюблад не аликорн, но, несмотря на это, он – желанная добыча для любой перспективной молодой самки. Всё утро мы наблюдали, как Рэрити готовится нанести ему визит. Посмотрим, что у неё получится.

Под ногой пони, наступившей на ветку, раздаётся хруст, и принц Блюблад открывает глаза. Он поворачивает голову и видит стоящую рядом Рэрити. Другие самки, встревоженные этим вторжением, с шипением вскакивают на ноги, но Рэрити сохраняет самообладание. Заинтригованный, принц встаёт.

Удовлетворённая тем, что он соизволил обратить на неё внимание, белая единорожка опускает мордочку к земле и аккуратно кладёт к копытам Блюблада мёртвого кролика. Слизнув оставшиеся на губах капельки крови, она отодвигается назад,  чтобы увидеть, как будет воспринято это подношение.

Блюблад наклоняется вперёд и обнюхивает трупик. Затем слегка надкусывает, фыркает и отпихивает его в сторону. Самодовольно ухмыляясь, другие самки начинают ворковать с принцем, он возвращается на своё место и, уютно свернувшись, вновь укладывается на траву.

Рэрити хмурится, и в её глазах зажигается опасный огонёк. Но он быстро гаснет, и, поджав хвост, она украдкой удаляется.

Похоже, чтобы добиться внимания принца Блюблада, Рэрити понадобится нечто большее, чем кролик. Возможно она и проиграла этот раунд, но ещё рано списывать её со счёта – у этой охотницы осталось немало козырей в рукаве.

* * *

Прошло три недели с тех пор, как мы начали следовать за молодой Твайлайт, наблюдая, как она учится охотиться вместе с Селестией. У маленькой принцессы и её наставницы было достаточно разочаровывающих моментов, но были и победы. Мы видели, как Твайлайт прошла долгий путь от полевых мышей и нелетающих птиц к диким свиньям и, наконец, к сегодняшнему испытанию – взрослой зебре, одному из самых коварных и опасных созданий, что могут стать добычей принцессы-аликорна.

Над эквестрийской саванной пылает беспощадное солнце. В полдень в самый разгар лета на неё опускается удушающая жара, и жизнь почти замирает. Солнце похоже на раскалённый молот, его смертоносные лучи ослепляют. Все животные, называющие этот суровый край своим домом, стараются укрыться в тени.

Все, кроме одного. Из марева раскалённого воздуха появляется самка зебры. У неё измученный и уставший вид. За долгие дни бегства её шёрстка покрылась пятнами и пылью. Неделю назад она покинула свой дом в Вечнодиком Лесу, пересекла Белохвостый Лес, что за Понивиллем, и, миновав его ручьи, лужайки и лесные тропинки, оказалась здесь, в этих иссохших землях, где её предки впервые начали поклоняться солнцу. И теперь она или спасётся, или погибнет, пытаясь спастись.

На расстоянии нескольких сотен метров позади неё виднеются два зловещих силуэта. Рогатые и крылатые, аликорны, припав к земле, крадутся сквозь высокую траву, их плечи плавно двигаются, пока они легко скользят вслед за своей жертвой, сберегая силы для последнего решительного рывка. Они выглядят не лучше её, но их лиц никогда не коснётся страх преследуемой добычи. Они просто очень голодны.

Селестия, та, что повыше, кажется, наслаждается солнечным светом. Она сияет, как звезда, как отполированный мрамор. Пыль не может коснуться аликорна; она соскальзывает с её шёрстки, как масло, оставляя её такой же чистой и белоснежной, как всегда. Однако её грудь вздымается как мехи, а из приоткрытых челюстей капает на землю слюна. Даже ей не по себе в этом пекле, в которое превратилась эквестрийская саванна.

Рядом с ней шумно пробирается маленькая Твайлайт. По сравнению с Селестией, она выглядит грязной и растрёпанной, с перепутанной гривой и торчащими в разные стороны перьями. Её копытца заплетаются, и чтобы догнать свою длинноногую наставницу, ей приходится каждые несколько шагов переходить на бег. Похоже, она долго не протянет.

Эта охота – первое настоящее испытание для Твайлайт. Если им удастся поймать зебру, стае хватит её на несколько дней. Если же той посчастливится спастись, их ждёт голод, по крайней мере пока они снова не окажутся во дворцовой кухне. Никогда ещё ставки не были так высоки.

Зебра спотыкается. Упав на колени, она несколько секунд пытается отдышаться, а затем медленно поднимается вновь.

Это знак, которого так долго ждали аликорны. Разделившись, они бросаются к своей добыче. Зебра видит позади растущее облако пыли и срывается в галоп.

Обычно принцессе-аликорну непросто догнать зебру на открытой местности. Но эта особь обессилена, а у аликорнов есть преимущество – они действуют сообща. Пока Селестия несётся за ней со всех ног, Твайлайт уходит в сторону, чтобы отрезать той путь к отступлению. Зубы Селестии щёлкают буквально в нескольких сантиметрах от крупа зебры.

Неужели это случится? Удастся ли Твайлайт первый раз убить настоящую добычу?

Подбираясь всё ближе к обезумевшей зебре, Селестия готовится к последнему прыжку. Принцессе удаётся зацепить её ногу копытом, и они, вздымая огромные клубы пыли, падают на землю. Всё скрывается из виду, лишь Твайлайт быстро сокращает дистанцию, готовая помочь своей наставнице прикончить добычу.

У неё получилось?!

Пыль рассеивается и… зебра вновь на ногах. Прихрамывая, она уносится прочь. Твайлайт спотыкается и останавливается, в замешательстве оглядываясь вокруг.  Невдалеке она видит Селестию, произносящую речь перед небольшой толпой взволнованных пони у высокого муниципального здания.

О, нет! Это ужасно! Только Селестия собралась убить зебру, как её тут же отвлекла церемония открытия новой больницы!

Селестия произносит ещё несколько слов, и собравшиеся пони начинают стучать копытами. Мэр выносит пару огромных новеньких ножниц и вместе с Селестией перерезает ярко-красную ленту, повязанную на дверях. Сверкают фотовспышки, пресса старается запечатлеть исторический момент.

С трудом переставляя ноги, Твайлайт подходит к Селестии. Старшая принцесса наклоняет голову и вылизывает её растрёпанную гриву, пытаясь хоть немного привести её в порядок, а затем они вместе трогаются в обратный путь. Их ждёт долгая, одинокая дорога в Кантерлот.

Какая неудача для маленькой Твайлайт, но даже у такого опытного хищника, как Селестия, большинство охот заканчивается впустую. Возможно, в следующий раз им повезёт больше.

* * *

В своих покоях крепко спит принц Блюблад.

Его кровать колоссальна. Любимое место Блюблада – в самом центре; каждое утро ему приходится предпринимать серьёзные усилия, чтобы встать и добраться оттуда до её края. Его покрывала и одеяла сделаны на заказ в Кантерлоте, над ними трудилась одна из парусных мастерских.

Дверь спальни резко распахивается, и Блюблад поднимает голову. На фоне освещённого коридора вырисовывается тёмный силуэт – кобылка-единорог, стоящая в горделивой позе. Изгиб её царственной шеи выражает холодное презрение. На несколько секунд она застывает на месте, наслаждаясь драматическим эффектом своего появления, а затем делает шаг вперёд. Вслед за ней, влекомая её магией, скользит по полу искромсанная туша взрослой газели.

Принц кажется заинтригованным. Он подползает к краю кровати и свешивается вниз.

Рэрити подходит ближе и кладёт перед ним свою добычу. Блюблад наклоняет голову и обнюхивает тушу. Удовлетворённый, он погружает морду в рваную рану, тянущуюся через весь живот газели, и начинает насыщаться.

Единорожка делает аккуратный шажок вперёд, за ним – другой. Она касается носом шеи принца. Видя, что тот не возражает, она поднимает копытце, собираясь влезть на кровать.

Но на этот раз она заходит слишком далеко. Зарычав, Блюблад огрызается на неё. Рэрити отступает с испуганным видом, быстро сменяющимся гримасой уязвлённого самолюбия.

Похоже, Рэрити слишком самоуверенна. Чтобы завоевать сердце принца, одного подарка недостаточно. Однако он не отказался от этого подношения, что служит для неё хорошим предзнаменованием.

Проходит несколько минут, и возникшее между ними напряжение, кажется, рассеивается. Она медленно подходит к принцу и опускается на живот. Убедившись, что тот не против, она присоединяется к трапезе.

Впрочем, Рэрити не слишком усердствует. Она следит за фигурой.

* * *

Принцессы-аликорны Кантерлота находятся на самой вершине пищевой цепи. На этих хищников высшего порядка не охотится никто в Эквестрии, даже драконы.

Но даже у самых могущественных из плотоядных есть свои естественные враги. Конкуренты, конфликтующие с принцессами из-за территорий или добычи. И если Твайлайт Спаркл вырастет в полноценную новую принцессу-аликорна, ей придётся научиться иметь дело с этими врагами – а не то будет худо.

Этой ночью в Понивилле.

Бросающееся в глаза свидетельство положения Твайлайт в иерархии местного стада – её замок – мерцает в лунном свете. Ночной воздух неподвижен; высоко над головой лёгкий бриз гонит по небу несколько заблудившихся облачков.

Уже очень поздно, и на улице нет ни одной пони, но всё же что-то движется во тьме. Беззвучно перемещаясь от одной тени к другой, крадущиеся сгорбленные силуэты подбираются всё ближе и ближе к дому Твайлайт.

Слышится скрежет когтей о каменные стены. Рычание и взвизгивания нарушают ночную тишину. В Понивилль прибыли непрошенные гости.

Гиены и принцессы-аликорны – естественные враги. Они отбирают друг у друга добычу и стараются присвоить богатые охотничьи угодья соперника. На территорию Твайлайт только что вторглась стая гиен. Смогут ли они захватить её и прогнать принцессу прочь?

Первые лучи рассвета озаряют восточный горизонт, и гиены идут на приступ. С безумным хохотом они царапаются в её дверь, подвывая и взвизгивая. Идущие по своим делам пони – ранние пташки – останавливаются, чтобы посмотреть на это странное и необычное зрелище.

Где-то в вышине хлопает дверь замкового балкона. Всклокоченная полусонная Твайлайт, перегнувшись через перила, со злобой смотрит на захватчиков:

— Убирайтесь! — кричит она. — Вон отсюда! Я вас ненавижу!

Хохот становится вдвое громче. Один крупный самец встает к дверям боком и задирает заднюю лапу.

— Нет, нет! Даже не смей!

Он посмел. Вскоре его примеру следуют и остальные. Маленькая толпа пони, наблюдающих за представлением, растёт. Гиены вновь устраивают безумную какофонию.

— Я вам покажу, как надо мной смеяться! — Твайлайт разворачивается и скрывается в замке, но её голос настолько громкий, что его прекрасно слышно и снаружи. — Спайк! Спааайк!!!

Проходят минуты. Наконец дверь замка распахивается, и из неё выступает крохотный дракончик. В его когтях метла, он яростно машет ею на гиен:

— Кыш, кыш! — он легонько шлёпает их своим орудием. — Пошли отсюда!

Для гиен это уже слишком. Потерпев поражение, они отступают, и вскоре Спайк остаётся один. Толпа пони медленно расходится.

Беда была совсем близко. Похоже, на этот раз принцесса смогла дать захватчикам отпор, но они ещё вернутся. Дикая природа не знает правил, и гиенам остаётся лишь держаться подальше, пока Твайлайт достаточно сильна, чтобы нанести им поражение.

* * *

В своей гостиной Блюблад уютно устроился в кресле. В его зубах дымится трубка, а в копытах балансирует толстый том древних преданий Эквестрии. Уже поздний вечер, и принц, как всегда, окружён раболепной стаей самок единорогов, старающихся исполнить любую его прихоть в надежде, получить шанс стать брачной партнершей.

Дверь резко распахивается. Это снова Рэрити, её грива растрёпана, а шёрстка от пота и грязи стала полосатой, как у зебры. Её глаза сияют диким торжеством, при виде которого остальные кобылки в испуге отступают. Она альфа-самка, и они даже не надеются бросить ей вызов. С заметным усилием она делает шаг вперёд, что-то таща за собой при помощи магии. Слышится глухой стук, и дверной проём вздрагивает, когда огромная лохматая чудовищная туша врезается в него с другой стороны. С рычанием, Рэрити тянет сильнее, и вот медленно, сантиметр за сантиметром, она втягивает в гостиную оглушённого буйвола. При каждом рывке, его ноги судорожно подёргиваются; на полу за ним остаётся тонкая полоска крови, уходящая в коридор.

Блюблад встаёт, напрочь позабыв о трубке и книге. Не в силах даже взглянуть в глаза жестокой охотнице, пришедшей заявить права на свою награду, остальные кобылки в страхе убегают прочь.

Тяжело дыша, Рэрити выходит на середину комнаты и останавливается. После небольшой передышки она встряхивает головой, чтобы убрать гриву с лица и разместить её беспорядочные завитки по обеим сторонам шеи. Медленно и томно кобылка облизывает губы и улыбается принцу Блюбладу.

Он подходит ближе, чтобы оценить её добычу. Буйвол просто огромен, он как минимум в десять раз тяжелее взрослого жеребца. Его голова повёрнута под неестественным углом, а еле слышный хрип дыхания становится всё слабее и слабее по мере того, как лёгкие наполняются жидкостью. Медленно и осторожно Блюблад протягивает копыто, чтобы коснуться этого подношения.

Рэрити огрызается на него и скалит зубы. Она не прекращает рычать до тех пор, пока принц, прижав уши к голове, не падает на живот. Лишь тогда единорожка сменяет гнев на милость. Он покорно ждет, пока она не откусит первый кусок, и только после этого сам приступает к еде.

Проходит некоторое время, и они насыщаются. Принц Блюблад облизывает щёки Рэрити, чтобы очистить их от крови. Наконец, прихватив с собой бутылку вина и пару бокалов, они скрываются в его логове.

* * *

Какими напряжёнными выдались эти несколько недель для наших принцесс. Маленькая Твайлайт совсем выросла и уже готова к самостоятельной охоте. Селестия и Луна до сих пор борются за лидерство в стае, и мы стали свидетелями удивительного зрелища: Рэрити, кобылка из одного помёта с Твайлайт,  добилась расположения принца-единорога.

— Они что, серьёзно? У пони не бывает помётов, и мы с ней даже не родственники!

Жизнь в Эквестрии сурова, но эти величественные создания показали нам, что даже в самых тяжёлых условиях семья – это то, что действительно имеет значение. Никто из принцесс-аликорнов не знает, что принесёт им новый день, но пока они готовы бороться, в этом изобильном прекрасном мире найдется место и для них.

— Они хотя бы знают, что за всю неделю так и не сказали ни слова правды?

Не пропустите наш следующий показ, когда “National Geographic” вновь вернётся в Кантерлот, чтобы навестить принцесс-аликорнов Эквестрии.

— Вы так и позволите им продолжать в том же духе?

Селестия вздохнула:

— Видишь ли, это хорошо влияет на рейтинги. И кстати, ты будешь доедать эту ляжку зебры или нет?

— …буду.