# Призраки иного мира

Т-90А

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/06/60/20/2023/01/04/19b74596e3.png]

Попаданец (вселенец) в мире Fallout Equestria. Действие происходит сразу после окончания оригинального фанфика — десять лет спустя после "Дня солнца и радуг".

Вселенцу, который никак незнаком с MLP тематикой, предстоит: сражаться против персонажей оригинального «Fallout: Equestria», изучить историю предшествующих событий, и всячески выживать в этом мире победившей гармонии и добродетели, ища путь назад — на Землю.

"Война никогда не меняется" — не верьте тем, кто так говорит. Война — крайне переменчивое и непредсказуемое явление. Мир «Fallout Equestria» повидал многие "прелести" войны, но благодаря самопожертвованию «выходца из стойла» получил безоблачное небо и шанс на благополучное развитие. Что может этому помешать? Не тот человек, оказавшийся в не то время, не в том месте, может изменить многое — не в лучшую сторону.

Знакомство с оригинальным «Fallout: Equestria» не обязательно, но желательно.

На фикбуке — https://ficbook.net/readfic/5468725

Ссылка на фанф-продолжение.

## Пролог

Приветствую вас, дети мои, с вами любящий вас ведущий ДиджейПон3. Давным-давно в волшебной стране Эквестрии наступила эра, когда идеалы дружбы уступили место зависти, эгоизму, паранойе и жадному разделу территории и природных ресурсов. Страны подняли оружие против своих соседей.

Конец света настал примерно так, каким мы его себе и представляли — мир был сброшен в бездну магического пламени и тёмного волшебства.

Подробности обыденны и бессмысленны. Причины, как всегда, в нас самих. Мир был едва не очищен от жизни.

Великая чистка — искра магии, выбитая копытом пони, вышла из-под контроля.

Мегазаклинания упали с небес. Целые земли были очищены огнём и проглочены вскипевшим океаном.

Пони были почти стёрты с лица земли как вид. Их души стали частью радиации, окутавшей землю своим покрывалом.

Тихая тьма воцарилась на земле.

Но это был еще не конец света, как многие предсказывали.

Этот апокалипсис был лишь началом. Прологом для новой, кровавой главы в истории пони.

Но времена меняются, дети мои. Десять лет назад "Дарительница света" расчистила небо, подарив нам свет Солнца и Луны, а три года назад окончательно развеяла облачную завесу. Благодаря её самопожертвованию, мы увидели прекрасную радугу объединения и голубое небо мира.

Гражданская война, разрывавшая на части небо, закончена, а остатки армий Красного глаза перешли на светлую сторону. Теперь, земли Эквестрии объединены под знаменем Новой Кантерлотской Республики.

На заводах Филлидельфии работают только вольнонаёмные рабочие. Последователи Апокалипсиса заканчивают восстановление Кантерлота, а Рейнджеры Эплджек в своей крепости, работают с технологиями во благо жителей НКР. В школах жеребята учат идеалы добродетели и "Книгу Литлпип". Эквестрия очищена от порчи и радиации «Садами Эквестрии» и наша земля вновь стала плодородной — еды на Эквестрийской Пустоши теперь хватает всем. Новая Кантерлотская Республика гарантирует, что их щедрость коснется каждого. Когти всегда выполнят контракт и защитят фермы и караваны от банд рейдеров и мародёров, а Последователи Апокалипсиса всегда помогут больным и раненым. И хотя до окончательного воцарения гармонии ещё далеко, но можно с уверенностью сказать, что Эквестрийская пустошь на пороге новой эры — эры гармонии и процветания.

И на этом всё, мои верные слушатели, оставляю вас с давно полюбившейся вами песней, гимном Эквестрии за авторством Вельвет Ремеди.

## Смерть на взлёте

— Уважаемые пассажиры! Прослушайте пожалуйста информацию о правилах, которые Вам необходимо соблюдать в полете, — у стюардессы был приятный голос, да и внешние данные приятны на вид.

Я сидел в левом ряду, чуть позади крыла. Соседа по месту не было — отлично, в полёте будет спокойней. Я слушал брифинг стюардессы, выключил смартфон, прослушал рекламу Аэрофлота.

В правом ряду, чуть впереди, разместилась мать с дочкой. У девочки была плюшевая игрушка какой-то радужной лошадки. Из обрывка их разговора мне запомнилась лишь фраза:

— Мы полетим быстро, как Рейнбоу Дэш, — я не понимал, что за Дэш она имела ввиду, но было очевидно, что малышка была в радостном предвкушении от полёта.

Лайнер оторвался от земли, набор высоты сопровождался небольшой тряской — турбулентность это нормально. Вскоре тряска прекратилась, и казалось, что взлёт прошел благополучно.

Внезапно весь самолёт задрожал, высыпались кислородные маски. В иллюминаторе заметил вспышку в левом двигателе. В панике вспоминая инструкции стюардессы, пристегнулся и надел маску, вжавшись в кресло. Тряска усилилась, сзади меня отвалился кусок обшивки, я слышал крики через шум ветра от разгерметизации. В воздухе стали летать различные предметы, ко мне в руки прилетела игрушка девочки пассажирки. Через секунду увидел вспышку взрыва в носу самолёта. Время в данный момент как будто замедлилось, я чувствовал пламя на себе, но собственного крика не слышал.

* * *

Очнулся лежащим на спине, на какой-то жёсткой койке, ощущения как после долгого сна, только это был не сон — всё было слишком реально, но и мёртвым себя не чувствую.

Открыл глаза — темнота, на глазах повязка. Во рту ощутил матерчатый кляп, даже мычать не могу. Пытаюсь пошевелится, не получается — конечности и тело стянуты ремнями, даже голова зафиксирована, абсолютная неподвижность.

Но начал паниковать по другой причине. Я чувствовал себя "не в себе" в слишком буквальном смысле. Я не чувствовал как шевелю пальцами, глаза под повязкой были как будто не мои, дыхание другое, даже сердце билось не в такт.

Примерно через десять минут начал успокаиваться. Вспомнил последние минуты своей жизни. На мыслях о стюардессе понял, что я всё ещё мужик, и что точно не мёртв, да и белого коридора не видел. "Узбагоившись", попытался объяснить ситуацию логически: самолёт сделал бум, я как-то выжил и нахожусь в больнице, меня приковали к койке для моей же безопасности, странные ощущения — это последствия ранений (я остался без пальцев), кляп — это какой-то медицинский прибор, нет боли, потому что под наркозом.

Прошло много времени, по ощущениям примерно четыре часа. Мыслил я слишком ясно для находящегося под наркозом, но у меня были странные ощущения, что я могу шевелить ушами. Данные ощущения объяснить можно было лишь наркотическим опьянением, но когда от шевеления в ушах появилась усталость, тревога начала возвращаться — ощущение было слишком необычным.

Так и продолжал тревожится в собственных мыслях, пока, шевеля ушами, не услышал двойное цоканье (шаги), скрип железной каталки, потом скрип открывающейся двери. Вскоре с моих глаз сняли повязку. Свет казался ярким, а увиденное — размытым. Через несколько секунд зрение стабилизировалось, лучше бы оставалось размытым — увиденное вызвало у меня сильный шок. Передо мной стояло какое-то конеподобное существо, но оно выглядело разумным. Как разумные люди отличаются от неразумных обезьян, так и оно отличалось от лошадей. Оно было белого цвета с жёлтой гривой, более крупная голова, глаза большие — как у совы, морда не такая вытянутая как у лошадей, да и пасть не такая, на голове у него был длинный нарост со спиральной канавкой («это чо, б...дь единорог») и на него был надет белый медицинский халат («спокойно, я в дурдоме и у меня галлюцинации»).

Я вспомнил как в детстве боялся лошадей: они большие, вонючие и постоянно норовят укусить или лягнуть.

Закончив с детскими воспоминаниями, осмотрел себя, насколько позволяло положение (боковое зрение стало шире): на мне были надеты белая рубашка и штаны со множеством ремней, даже на рукавах и штанинах, ими я и был привязан к койке, но главное — что я принадлежал к тому же биологическому виду что и доктор (буду его так называть), но рога во лбу не увидел.

Быстро оглядев себя, решил осмотреть помещение. Первым, за что зацепился мой взгляд, был сосед, находящийся в палате, вместе со мной. Он не был прикован и сидел как кот, на своей койке. Выглядел он как такое же существо что я и доктор: ржаво-коричневый цвет шкуры, грива выбрита, но хвост светло-рыжий, там где у доктора рог, у него круглый шрам, на боках что-то похожее на бритые крылья, как у куриц в магазине («это б...дь пегас»), глаза у него смотрели в разные стороны (коматозник?), одет он был в зелёную больничную одежду, но без ремней.

От созерцания соседа меня отвлекло то, что у доктора рог засветился зеленоватым оттенком (телекинез?). В зелёном облачке он пролевитировал из каталки какое-то приспособление из проволоки и надел его мне на правый глаз, глаз я закрыть больше не мог. Потом рог у него начал светиться как фонарик (проверяет как зрачки реагируют на свет?). Закончив светить, доктор достал планшет с карандашом и начал делать какие-то записи. Я ещё раз взглянул на соседа по палате, он моргнул вначале левым потом правым глазом — ситуация становилась всё тревожней.

Закончив писать, доктор, насвистывая какую-то мелодию, достал молоточек и нож для колки льда. Я понял, что он собирается сделать, но быть жертвой трансорбитальной лоботомии не хотел. В панике пытаюсь шевелиться, чтобы ослабить ремни — ничего не получается.

Доктор левитирует нож-ледокол к моему глазу, я чувствую как он двигает его по моему глазному яблоку и упирает в стенку черепа. Сделав короткую паузу, доктор нанёс молоточком несильные удары, но в моей голове они отдались как пушечные выстрелы. На четвёртый удар, я увидел какое-то прозрачное облачко исходящее от ножа, у доктора оно вызвало удивление.

Я обратил внимание что у соседа глаза больше не косые, но через несколько секунд доктор продолжил процедуру и моим вниманием завладела более очевидная цель. Внезапно нож резко вынули, всё заволокла красная пелена, а когда она прошла, увидел, что пегас дерётся с доктором — драка в стиле собачья свалка. Я, видя возможность, с новой силой пытаюсь освободиться, и вскоре ремни на правой передней ноге поддались. В момент когда мне удалось освободить переднюю конечность, пегас отбросил доктора к моей койке. Доктор, светя отростком на башке, левитирует ледокол, надеясь использовать тот как оружие, но я освободившейся передней ногой хватаю его за шею. Пегас, пользуясь моей помощью, выхватывает зубами ледокол и всаживает доктору в глаз. Единорог, с ножом в глазнице, недолго рыпался и, упав, начал дёргаться в судорогах, через несколько секунд он затих окончательно.

Видя что "мозголом" успокоился, я переключил внимание на своего "сокамерника" — тот поступил аналогично. Пегас смотрел на меня с презрением, потом заглянул в планшет и вынул мой кляп.

— Грей Стоун, как я полагаю. Ты из армии Красного Глаза? Наёмник когтей? Рейдер? Отвечай! — он сказал это на чистом английском языке (если бы у меня были завязаны глаза, то подумал бы что говорит человек), я не знал английского, но понял его так, как будто хорошо знал данный язык. Грей Стоун: как я понял это "моё" имя, написанное на планшете.

— Не понимаю о чём ты, я не состою ни в какой армии и не наёмник, не участвовал в рейдерских захватах, — я ответил на английском, язык болел после кляпа, а мысли путались.

— У тебя странный акцент. Ты откуда, на кого работаешь? — пегас был удивлён моей речью, произношение у меня было не как у Мутко, но резало слух.

— Я ничего не помню, может поможешь расстегнуть ремни? — я решил сыграть амнезию и попросить помощи.

— С чего мне верить земным пони? — он произнёс название моего вида, но я не знал как ответить.

— Земной пони? Я на Земле?

— Похоже, тебе слишком глубоко влезли в мозг. Ты псих и сейчас на койке. Отвечай на вопрос!

Земные пони — вряд ли это название относится к планете Земля. Хотя я видел немного, но и этого было достаточно, чтобы понять, что я не на Земле.

— Ты наверняка собираешься сбежать из этого места, вдвоём будет проще выбраться, — я решил прибегнуть к здравому смыслу, надеясь, что пегас его разделял.

— Хорошо, но если ты на меня нападёшь, то я тя закопаю, — пегас сказал это сквозь зубы и с явным презрением, после принялся расстегивать пряжки ремней.

Я встал по привычке на задние ноги. Центр тяжести был другой, хотя я мог удерживать равновесие и так ходить, но тело кренило вперёд. Пегас смотрел на меня как на сумасшедшего. Видя его хмурую морду, я опустился на четыре ноги. Сразу после этого почувствовал пол мягкими частями копыт. Когда попытался сделать шаг, сработали моторные функции ходьбы, хотя меня шатало как кота после наркоза. Пегас тоже стоял на ногах не очень ровно, так что, в каком-то смысле, мы понимали друг друга.

Роста я был небольшого: по ощущениям чуть выше метра в высоту, сзади чёрный хвост-метёлка, головой я крутил как "подъёмный кран" — не лучшая ассоциация. Умереть и очнуться в теле карликовой лошади, большего бреда про загробную жизнь нельзя представить.

Решил вынуть ледокол — нужно какое-то оружие. По привычке потянулся «рукой» (лошади не могут так шевелить конечностями), вокруг копыта задрожал воздух, как асфальт на солнце. Когда представлял как шевелю пальцами эта дрожь вновь появлялась. Данной "аурой" вынул нож из глаза доктора, тот завис над копытом.

— Как ты это делаешь — это копытокинез? — пегас спросил меня, указывая на ледокол.

— Представил что беру предмет пальцами, — я решил ответить честно, не думая.

— Какими пальцами, ты что, впрямь псих? — я не стал отвечать на данный саркастичный вопрос.

Я заткнул нож между ремней, а пегас обшманал труп доктора и нашёл магнитную карточку. Я увидел в каталке «велосипедные» сумки с эмблемой креста и бабочек и заглянул в них: фонендоскоп, скальпель, медицинские ножницы, прочие медицинские приборы, разные бутыли и шприцы. Хоть я и не врач, но сумки решил забрать (накинуть на спину) вместе со всем содержимым.

Мы выбрались из палаты, в коридорах было тихо и пахло формальдегидом, прям морг, а не больница, под потолком висели охранные камеры, но ловить нас никто не спешил. Многочисленные решетчатые двери открывались карточкой с трупа доктора, так что пока у нас не было проблем.

Когда я пытался ходить с аурой вокруг копыт, звуки моих шагов стихали. Пегас обратил на это внимание и сказал, что я хожу "как привидение" — он не подозревал как был прав. Вскоре я обратил внимание, что на дверях палат был глазок — решил заглянуть в одну из них. В палате была клетка с каким-то пони, он выглядел как оживший труп. Пегас после того как тоже взглянул, сказал что таких называют гулями. Гули — странное название, есть в нём что-то голубиное.

В большинстве других комнат, в которые мы заглянули, были мягкие стены, а большая часть пациентов были так называемые земные пони. Мы продолжили искать выход. Одна из дверей была без глазка. Когда мы туда зашли, то поняли, что это ванная комната, и там было зеркало. Я посмотрел в него и увидел "свою" серую морду. Волосы короткие, чёрные, как и радужка глаз, белок правого глаза красноватый — последствие операции, потом пройдёт. Ничего другого об этой физиономии сказать не мог, так как тогда не понимал, по каким признакам отличать одну от другой.

Мы продолжили выбираться, спустились на нижний этаж, у лестницы пегас разлягал странного робота — круглого, шестирукого, с тремя камерами и соплом снизу. Меня впечатлило данное чудо техники, но заняться его подробным осмотром было не суждено. На шум сбежался, как я понял, дежурный персонал больницы — коричневая земная пони и крупный зелёный единорог с крыльями — обе определённо самки.

Рог зелёной засветился зелёным светом, такое же свечение появилось у моей шеи и шеи пегаса. Пегаса пришпилили к стенке, он, хрипя, дёргал ногами, но это не помогало. Свечение у моей шеи быстро пропало, а на морде зелёной появилась гримаса удивления. Её рог вспыхнул и между нами появилась прозрачная зеленоватая стенка. Земная пони взяла в пасть что-то похожее на маленький арбалет и выстрелила в меня дротиком (жала на курок языком?). Место укола прожгла боль, как при укусе осы, но я решил не дожидаться начала действия яда. Быстро прошел сквозь прозрачную стенку, взял, зелёную за рог копытокинезом и всадил ледокол ей в глаз. Она упала крича, но вскоре затихла. Земная пони попыталась сбежать, но я быстро догнал её и раскроил череп четырьмя ударами.

Меня дёргало от произошедшего. Самое большое зверство, что я делал в своей жизни, — это зарезал десяток куриц и одну свинью, а сейчас я убил двух разумных существ, да ещё и медперсонал. «Меньше эмоций, на войне как на войне» — промелькнуло в мыслях.

— Ты прошёл через щит аликорна, никогда не видел такого, — сказал пегас, подбирая дротикомёт. «Значит данный подвид называют аликорн (созвучно с комбикорм)» — буду иметь ввиду.

— А что, не должен был? — я сказал первое что пришло в голову.

— Щит аликорнов довольно серьёзная защита, наши яйцеголовые тобой бы заинтересовались, — сказал пегас, забирая сумку с дротиками у трупа земной пони. Я решил, что не хочу быть подопытным.

Двигаясь дальше, мы увидели коридор, ведущий к выходу, и "стеклянную" комнату охраны с приоткрытой дверью. За пультом охраны спала белая единорожка с красно-чёрной гривой, в синей форме с надписью Security. Пегас всадил ей в шею дротик. Единорожка немного подёргалась и упала, пуская слюни.

— Взламывать замки умеешь? — пегас спросил меня, вынимая заколку из красно-чёрной гривы охранницы и указывая на оружейный шкаф.

— Могу попробовать, — на шкафу стоял «английский замок», данные замки невысокой секретности.

Я достал из докторской «велосипедной» сумки фонендоскоп. Без пальцев я не ощущал шпильку, звуки в фонендоскопе не помогали, предсказуемо шпилька сломалась. Пегас сел за терминал охраны, немного постучал по клавишам и дверь шкафа открылась. Там был странный, похожий на ППШ, дробовик и два диска патронов — негусто, но и не пусто.

Пегас забрал у охранницы кобуру с пистолетом, я — дробовик.

— Без "боевого седла" нужно быть единорогом, чтобы им пользоваться, — пегас указал на дробовик. Я примерно понял, что он имел ввиду, и произвел хват оружия по-человечески, насколько позволяло моё положение. Пегасу это показалось смешным, и он с сарказмом сказал, что «даже зебры так оружие не держали». В этом мире есть разумные зебры — почему-то я не удивлен. Пегас предложил расстрелять из дробовика терминал охраны, чтобы уничтожить записи с камер, я выполнил просьбу.

Мы вышли на улицу: стоял вечер, красный закат — мрачно, но красиво. Пегас уставился на безоблачное небо с редкими звёздами.

— "Проект одного пегаса" захвачен — мы проиграли, — тихо произнёс пегас с сожалением. Я не понимал, о чём он говорит.

— Ты о чём? — я решил поинтересоваться.

— Твои друзья уничтожили мой народ, мой дом! — в глазах пегаса читалась ярость.

— Ты пока мой единственный друг, — я выдержал паузу, — друг по несчастью.

— Я не верю в дружбу, мы пока лишь деловые партнёры, — сказал пегас, тыча в меня копытом. Я подумал «Деловые так деловые, хорошо хоть не половые», но вслух неудачную шутку не озвучил.

Осмотрели местность: психушка располагалась на невысоком холме, рядом со входом стоял знак с надписью «Хуффинтонская психиатрическая клиника Последователей Апокалипсиса» и большой крест как на моих сумках. Я подумал, что для психушки название очень подходящее. Поблизости виднелись полуразрушенные многоэтажки и высокая бетонная башня, с другой стороны зелёная зона — лес. Пегас помахал своими бритыми крыльями, я понял, что он пытается, но не может взлететь. Зрелище меня улыбнуло — пегас выглядел как ощипанная курица.

— С башен контролируется вся Эквестрия, Вечносвободный лес — единственное место, где можно укрыться, — идея пегаса укрыться в зелёнке мне показалась логичной.

На пути к лесополосе нам встретился странный летающий робот. Он выглядел как нечто среднее между летающим глазом, первым искусственным спутником Земли и мухой: круглый с антеннами и крылышками по бокам. Пегас сбил его несколькими выстрелами из пистолета.

— Робот шпион "спрайт-бот" — пегасы раньше тоже ими пользовались, — «пегасы» — моё предположение оказалось верным.

Лес мне показался странным: деревья и кустарники, лианы и папоротники — выглядели незнакомо. Вдыхая вечерний воздух, я решил обдумать своё положение: я не сумасшедший, и либо нахожусь в коме, и всё это мне кажется, либо, что более вероятно, я погиб в той авиакатастрофе. В последнем случае можно прийти к простому выводу — загробный мир существует и этот мир пытается меня убить. Ад (пегас назвал его Эквестрия) я представлял по-другому и не мог предположить, что это будет мир разумных копытных (Пегасы, Единороги — греки были правы), а их технологии робототехники вызывают уважение.

Но всё не так плохо: меня спасли от медицинского опыта, есть кой-какое оружие, я знаю английский язык, подвижные уши мне понравились, рук у меня теперь нет (только ноги), но есть чем заменить пальцы, да и чувствую я себя сильнее, чем раньше. И главное — в этом мире у меня есть проводник, кстати, забыл одну вещь.

— Может, скажешь своё имя? — пегас немного замялся от моей просьбы, но дал ответ:

— Отем Лиф, рад знакомству, — в «рад знакомству» слышался сарказм.

Он протянул мне свою правую переднюю ногу. Он мне предлагает рукопожатие? Я стукнул его копыто своим – звук был приглушённым.

## Дружба и Бедствие

Ночной лес производил жуткое впечатление, а волчий вой оптимизма не добавлял. Полная Луна давала достаточно света, чтобы не спотыкаться о каждую кочку. Спать ни мне, ни Отему совершенно не хотелось.

На расспросы пегаса: из каких я мест, как попал в клинику, что за Последователи Апокалипсиса, где все пегасы и остальные — отвечал, что ничего не помню. Я решил поддерживать свою легенду об амнезии, но всё же решился спросить — что он знает о людях. Он ответил, что не понимает о чём я говорю. Когда я описал их внешность (двуногие, проходящие, разумные) Отем сказал «Тебе впрямь нужно было вырезать ту часть мозга, в которой такое может привидеться». На вопросы о том, кем он был до клиники и как туда попал, Отем отказался отвечать, сославшись на "военную тайну" — не я один тут псих.

Поход по лесу мне показался долгим, по ощущениям прошло примерно четыре часа — Луна успела совершить долгий путь по небу. Мне внезапно прихватило выделительную систему, я сказал, что мне нужно отойти по нужде, Отем согласился что нужно сделать привал. Я запомнил ориентир (крупное дерево с дуплом), чтобы не заплутать в ночном лесу, оставил сумки (дробовик взял с собой) и отошел за куст. В несвоём теле делать привычные, естественные, дела было проблемой. Я нарвал лопух вместо бумаги, но остальное решил делать по-кошачьи, выкопать ямку и так далее. Сделав своё грязное дело, направился к ориентиру. По дороге меня охватила сильная настороженность, у людей это называют «волчье чутьё» или «паучье чутьё» (но паучьей ловкости у меня небыло), в прежней жизни такое однажды было, перед тем как на меня напала городская гопота. Остановившись, краем глаза заметил два "горящих" кошачьих глаза позади себя. Я не успел никак среагировать, как ощутил клыки на своей шее и когтистую лапу на левом боку. Я тщетно дергался, чтобы освободится, и как мог, кричал от боли. Вскоре Отем прибежал на мой крик и начал издали стрелять по зверю, держа пистолет в пасти. Зверь переключил внимание с меня на пегаса, Отем это заметил и в один прыжок, помогая крыльями, запрыгнул в высокое дупло дерева. Я лежал, затыкая рану на шее, зверь (также помогая крыльями) прыгнул к дуплу и, рыча, начал ковырять там лапой. Булькающая кровь свернулась удивительно быстро, заметив это я достал дробовик и сделал несколько выстрелов по зверю. Зверь снова переключил внимание на меня и полетел в мою сторону, вытянув передние лапы. С расстояния пяти метров я выстрелил в морду твари. Зверь потерял концентрацию и упал передо мной, но быстро встал и, рыча с открытой пастью, набросился на меня. На инстинктах сунул дуло в пасть зверю и нажал на курок — зверь упал замертво. Пегас выбрался из дупла, на его правом боку был кровавый след из четырёх царапин.

— Я уже обрадовался, что ты сдох, — сказал копытный. Я не понял, был ли это сарказм. Прихрамывая, он направился к сумке оставленной мной у дерева, достал оттуда бутыль и осушил её одним залпом. Царапины на его боку стали заживать буквально на глазах (некогда удивляться), я тоже решил подлечить свои раны. Вкус содержимого аналогичной бутыли был мерзкий – травяной отвар, что мне в детстве дала бабушка, больше не будет вспоминаться как самое горькое питьё. К моему сожалению такого же эффекта как на пегаса со мной не случилось. Отема это удивило, и он снова залез в сумку.

— Это обезболивающее, — сказал Отем, протягивая мне шприц с надписью Med-X. Я с детства боялся иголок, но после произошедшего маленький укол это ничто. Я вколол шприц себе в плечо, через минуту боль отступила. В сумке видел бинты, на всякий случай я перевязал себе рану на шее.

— Это что за Химера? — я указал на труп зверя. «Химера» выглядела как рогатый лев с кожистыми крыльями и скорпионьим хвостом.

— Не Химера, а Мантикора, у Химеры три головы. Мантикора один из немногих обитателей леса, что не мутировал после войны, и до войны Химеры и Мантикоры считались разумными.

Глядя на труп, я думал что «страшно представить какие тогда тут должны быть мутанты» и «какие тогда здесь химеры». Я никогда не интересовался греческой мифологией, но был уверен, что данная тварь там упоминалась. Что тогда встретится дальше? Циклопы? Минотавры? Грифоны? Лучше об этом не думать.

Луна скрылась с небосвода – ночь темнее всего перед рассветом, потом стало светлеть. Мы продолжили свой путь и вышли к широкой лесной грунтовой дороге. На ней была колея, оставленная очень широкими шинами. Мы решили идти вдоль дороги — выбрали левое направление, я про себя пошутил, что это по политическим мотивам. Через некоторое время мы услышали шум двигателя позади себя и решили скрыться в придорожных кустах. Шум усиливался, и вскоре мы увидели его источник. Это был огромный жёлтый «карьерный» самосвал с прицепом, с большой надписью «CATERPILLAR» на решётке радиатора. "Да ну нахер". Когда самосвал проехал совсем близко я увидел на левом боку кабины странную эмблему: на красном фоне чёрный силуэт емм… часовни с молниевидной трещиной во всю высоту, под эмблемой надпись на английском "Дети Собора". Название и эмблема как у религиозно-экстремистской секты, на технике это выглядело нелепо. Сидя в укрытии, мы проводили взглядом едущий порожняком самосвал.

— Во время войны такую технику использовали для добычи угля на захваченных у зебр территориях, только кузов был другой и прицепов не использовали, — Отем высказался об увиденном.

— Это лесовоз, — я высказал своё мнение.

— Лесовоз говоришь — интересное соображение. И "Дети Собора"?.. Собор?.. Он ведь должен быть уничтожен. Неужели Красный Глаз, как и я, выжил? Быть такого не может.

Я не понимал о каких событиях Отем говорит и кто этот Красный Глаз, но с интересом слушал – мне нужно как можно больше информации об этом мире.

Мы решили продолжить путь вдоль дороги. Этот самосвал наверняка ехал к цивилизации, где можно раздобыть карту местности, патроны и еду. Мне подножная трава не нравилась, а Отем ел дикие ромашки с большим удовольствием (мерзкое травоядное), хоть бы ягоды какие попались.

Дорога вывела нас к крупному лагерю лесорубов (мне вспомнился фильм Девчата). Мы незаметно осмотрели находку издали: дощатые домики, бульдозер, брёвна, стоящий чуть в стороне самосвал и многочисленные стационарные турели. Турели выглядели устрашающе: шестиствольные (гатлинг) пушки водили и крутили стволами, параллельно стволам располагался красный лазерный целеуказатель (ЛЦУ). Сами турели располагались в разных местах: какие-то на крышах домиков, другие прямо на земле. От каждой турели исходил ярко-жёлтый провод, и все провода вели в один из домиков.

Боковым зрением я увидел движение вдали от нас, на границе леса и лагеря, и указал на это Отему. Мы увидели, как из леса выползло странное существо. Оно выглядело как крылатая ящерица с куриной головой и непропорционально длинным хвостом, на этом хвосте оно и передвигалось по-змеиному. Как называется эта тварь я не знал и знать не хотел. Тварь встала на хвост перед одной из турелей, расправила крылья, как кобра капюшон, и уставилась в камеру наблюдения. Турель несколько секунд помигала и выпустила в тварь очередь. Тварь упала замертво – премия Дарвина актуальна и в этом мире.

На шум выстрелов сбежались разноцветные пони из лагеря с различным оружием в пастях и магических аурах – турели на них не реагировали. Некоторые пони были без одежды, но большинство с одеждой только на передней половине тела, а на их задней части, там где скаковым лошадям рисуют номер, были какие-то рисунки. Я решил, что это сектанты, и они так себя метят. Пони сектанты осмотрели труп твари и разошлись.

— Турели явно кустарного производства: большие слепые зоны, задержка при прицеливании, проводное управление. Есть шанс пробраться к терминалу и перехватить управление. Проверь оружие и следуй за мной, мы незаметно проникаем, я взламываю терминал, мы затариваемся, ищем карту и сваливаем, пока нас не заметили, — Отем произнёс это как на брифинге.

— *Да сделаю не ссы, — я ответил пегасу. Мне не нравилось, что какое-то копытное мной командует, но я согласился с его аргументами.

— Надеюсь, это согласие, — сказал Отем, проверяя свой пистолет и дротикомёт.

Я попросил у пегаса дротики-транквилизаторы. Когда он спросил, как я собираюсь стрелять, я отломил толстый полый тростник и приставил его ко рту. Так же я сказал, что дротики можно метать и «руками». Пегас посмотрел на меня как на психа — я взял в свой «копытокинез» камешек и изобразил метание. Отем сказал, что понял, что я имел ввиду, и отдал часть своего запаса дротиков.

Отем и я крадущейся походкой направились в лагерь: пегас вёл меня через слепые зоны к месту куда вели провода, я шёл за ним как Слон за Моськой, то есть наоборот. Мы прятались за брёвнами и стенами домиков. Во встречающихся лесорубов Отем стрелял транквилизаторами из дротикомёта, я прикрывал ему спину и успешно парализовал дротиками из трубки нескольких земных пони и единорожку, что могли нас запалить. Если нам встречались одновременно два противника, то мы стреляли синхронно. Крадясь под окном, мы услышали шум работающего радио, остановились и прислушались.

— Приветствую вас дети мои, с вами я любящий вас ведущий ДиджейПон3. В наши постапокалиптичные дни происходит много всего интересного и увы не всегда эти новости хорошие. Мало кто из вас помнит, как Вельвет Ремеди открыла Хуфвинтонскую психиатрическую клинику для помощи теряющим разум гулям, лишавшимся разума рейдерам, и вообще всем, кому нужно душевное лечение — ведь Вельвет Ремеди добра ко всем жителям пустоши. Но не всех душевно больных удалось надёжно сдержать в стенах клиники. Буквально вчера вечером двое пациентов совершили побег из места лечения, попутно убив часть персонала клиники. Беглецы вооружены и очень опасны, и если вы увидите серого земного пони или бритого пегаса, то знайте, что они убили тех, кто посвятил свою жизнь помощи таким как они в возвращении к мирной жизни. Можете на свой страх и риск поговорить с ними или убедить сдастся, но мой вам совет: бегите, прячьтесь или деритесь, если вам хватает духу и патронов, но ради богинь не размахивайте белым флагом – древком от него вас и проткнут. На этом всё дети мои, а сейчас немного музыки.

Дальше заиграла какая-то джазовая музыка. Прошла одна ночь, а о нас уже говорят по радио — оперативно.

Мы зашли в домик, в который вели провода, напротив двери стояла тёмно красная единорожка, Отем выстрелил в неё дротикомётом, но тетива порвалась и ударила его в глаз, у меня дротики закончились. Единорожка в панике выпрыгнула в окно крича – «Беглецы-психи, они здесь». Не прошло и трёх секунд, как в домик вломился крупный земной пони (я сам немного крупнее пегаса, но это прям тяжеловоз) цвета баклажана и сильно лягнул меня. Очнулся спиной у стенки с болью в затылке и месте удара. Размытие в глазах быстро пропало, и я увидел, как тяжеловоз прижимает Отема к полу пытаясь того задушить. Я решил прийти на помощь, но увидел, как в дверь входит серый единорог с левитирующем топором с длинной рукояткой. Мы друг друга заметили: я побежал на единорога, тот замахнулся на меня топором, я увернулся, тот попытался проткнуть меня своим рогом, я прописал ему хук справа и зашел за спину, взял рогатую голову в замок и с хрустом свернул его толстую шею. Я снова переключил внимание на тяжеловоза: подобрал топор, подбежал на задних ногах и рубанул его в плечо. Топорище застряло. Не отпуская застрявший топор я вытянул кричащего тяжеловоза и опрокинул того на спину. Топорище освободилось и я нанёс три решающих удара. Тут в проёме появилась та единорожка что нас запалила, в её ауре висела работающая бензопила. Я взглянул на своё оружие и бросил в неё топор, но та перехватила его на лету телекинезом. Я воспользовался её замешательством и привёл ППШ дробовик в боевое положение – хватило одного выстрела. Единорожка и её бензопила упали и затихли. Звуки выстрела окончательно привели Отема в чувство, на его морде был "фонарь" во всю щёку (виден даже через шерсть), пегас крикнул мне «Сдерживай их!» и бросился к терминалу. Я занял оборону у одного из окон и увидел, как нас окружает этот табун сектантов. Они были вооружены обрезами, некоторые пистолетами, были и те кто держал в пасти ножи и топоры.

— *Я вам не Гринпис, твари! — после сказанного копытным я открыл огонь из дробовика, попал в троих земных пони, остальные разбежались по укрытиям. Дальше стрелял на подавление и вскоре у меня кончились патроны, лесорубы-сектанты это поняли, повылезали из своих укрытий и открыли шквальный огонь. Я не сразу успел укрыться и ощутил пулю в своём плече.

— *Я маслину поймал! — не знаю, зачем я это сказал. Рана была не смертельна, но болезненна, я на автомате своим «магнитным» копытом вытащил пулю и заткнул рану. Кровь удивительно быстро свернулась.

Тут все турели издали одновременный короткий писк и нацелились на лесорубов. Послышались звуки многочисленных длинных очередей и крики раненных. Когда звуки стрельбы стихли, Отем отключил турели.

Мы вышли из домика. Зрелище напоминало остров Утейа — много трупов, нет криков раненных. У одного трупа пони рядом с мордой лежал обрез двухстволки. Я обшмонал жилетку трупа, нашёл патроны и перезарядил свой дробовик. Отем нашёл пистолет аналогичный тому, что у него был, и вынул оттуда магазин.

Потом я заметил и указал пегасу на движение в окне одного из домиков. Мы ворвались туда и увидели бледно розового пони за стационарной радиостанцией. Тот попытался взять обрез, но Отем его опередил и выстрелил в него. Из рации послышался голос – «Вас поняли: высылаем группу захвата, готовность десять минут».

— Предлагаю организовать засаду – за десять минут далеко не убежать, а при поддержке турелей можно дать достойное сопротивление, — сказал Отем. Я не стал возражать.

Мы снова зашли в домик с терминалом, Отем сел за зелёный терминал (странные здесь компьютеры), вскоре послышался щелчок замка оружейного шкафа. В шкафу были странный пистолет (выглядел как параллелепипед с рукояткой), куча "батареек" и ящик с гранатами. Отем забрал пистолет и сказал «Наконец-то настоящее оружие». Гранаты были жёлто-зелёного цвета и стилизованны под яблоки. На Земле были гранаты лимонки и ананаски, а здесь яблоки – очень иронично. Я приметил несколько гранат серого цвета с красной молнией. На мой вопрос Отему: "Что это такое?" — тот ответил что их называют импульсными, они взрываются яркой вспышкой с электричеством и выводят из строя оптику и электронику. В мире, где есть такие совершенные роботы, наличие электромагнитных (ЭМИ) гранат обоснованно. Я взял две таких и несколько осколочных.

Отем занял оборону в домике с терминалом, я в соседней постройке. Ждать долго не пришлось: я увидел силуэт пегаса, который был запряжён в какой-то летающий фургон. На границе леса пегас приземлился и начал распрягаться, из фургона вышли четверо пони: две единорожки, одна земная и один земной. На не рогатых были надеты какие-то устройства с кронштейнами на которых крепилось оружие, как я понял это и есть «боевое седло».

Десант выстроился цепью, пегас держался на высоте чуть позади десанта. Я держал их на мушке. Отем не активировал турели – хотел подпустить поближе, чтобы завалить наверняка.

Послышался знакомый писк — турели активизировались. Цепь десанта рассыпалась: в земную пони попали несколько очередей, остальные рассредоточились по укрытиям. Вражеский пегас, ловко уворачиваясь от выстрелов, с воздуха стрелял по турелям, выводя их одну за другой, остальные противники перебегали от укрытия к укрытию, подбираясь к нашим позициям. Я выждал момент перебежки и подстрелил земного пони. Отем в перестрелке с единорогами стрелял в них красными лучами, тот пистолет из сейфа был лазерный – я впечатлен. Попадание одного из лучей в рог одной единорожке превратило ту в кучку золы – а теперь я шокирован. Последнюю из десанта я закидал двумя гранатами. Вражеский пегас походу смекнул куда идут провода, или увидел красные лучи, и открыл огонь по укрытию Отема из очень мощного и громкого оружия. Мне вспомнились противотанковые ружья времён Великой Отечественной (ПТРС) и современные антиматериальные винтовки (NTW-20 и КСВК). После первого выстрела в домике образовалась крупная дыра, после второго в помещении произошел мощный взрыв (Взорвался ящик с гранатами?). Потом пегас переключил внимание и выстрелил в меня из своей бронебойки, я побежал менять позицию и слышал, как за мной стелется автоматная очередь. Я занял позицию за бульдозером (у бульдозера прочный отвал), пегас продолжал стрелять, когда я высовывался, но я не мог прицелится – пегас был со стороны солнца или как оно здесь называется. Попытка стрелять вслепую лишь привела к попаданию пули в моё оружие – ППШ дробовик больше не пригоден к стрельбе.

Вспомнив про импульсную гранату, я решил использовать её как светошумовую, а потом бежать к трупам лесорубов в поисках оружия. Следуя плану, я выдернул кольцо зубами (в реальной жизни не стал бы дёргать кольца гранат зубами и другим бы не советовал) — скоба отогнулась, выдержал две секунды чтобы граната сработала в воздухе и бросил в противника.

— *Получи, фашист, гранату! — я отвернулся, чтобы самому не ослепнуть и вскоре увидел вспышку и услышал электрический треск. Когда выбежал из укрытия чтобы сменить позицию, то увидел что вражеский пегас упал на землю, но начинает подниматься с колен. Видя неожиданный эффект, я решил воспользоваться замешательством и идти в "рукопашную" — побежал в сторону противника. Пегас это заметил и, шатаясь, стрелял в меня из обоих своих орудий: пуля винтовки прошла мимо, а очередь по касательной. Я зашёл с левого бока пегаса и отправил того в нокдаун. Пегас упал на спину, и, не давая ему возможности контратаковать, я запрыгнул на него. Несколько десятков ударов (ощущение будто бью чугунное ядро) хватило чтобы окончательно его нокаутировать.

Бой окончен. Я чуть отдышался и осмотрел своего противника. Если этот мир Ад, то эту тварь я бы назвал Кибердемон. Вместо одного глаза стоит красный объектив, через крупное отверстие под крылом было видно, что у него буквально «железная шкура», перья на правом крыле были металлические, но из ноздрей текла кровь. На левой передней ноге был закреплён Карманный Переносной Компьютер (КПК): КПК выглядел как широкий золотой браслет с бриллиантовыми молотком и отвёрткой (выглядело нелепо). Одет "кибердемон" в какую-то коричневую накидку на всё тело с кармашками под пластины брони, на голове ковбойская шляпа, а на шее красный платок – ковбойка. На «боевом седле» был закреплён автомат и крупнокалиберная винтовка с гравировкой (этот пегас любит гламур).

От увиденных мной в этом мире технических достижений, а теперь ещё и этого симбиоза кибернетики и бионики, становилось всё обидней за человечество.

Я взял кибердемона за зашкирок и поволочил в направлении уцелевшего домика. При приближении услышал крики боли Отема, он лежал на спине, закрыв глаза и зажимая уши передними ногами, крича первую букву алфавита (контузило?). Я решил помочь товарищу и достал из своих сумок шприц Med-X и бутыль с зельем. Укол шприца притупил боль — Отем прекратил корчится и открыл глаза. Я дал ему бутыль, лекарство подействовало быстро.

Мы притащили языка в уцелевший домик. Отем снял с него всю амуницию кроме КПК (долго возиться с отвёрткой) и зачем-то вышел из помещения. Я нашёл стул и верёвки, посадил языка по-человечески и крепко связал. Связывая, увидел на его задней части, там где у сектантов были рисунки, фигурный ожог в форме облака с молнией.

Кибердемон задёргался — начал приходить в себя. Когда он увидел меня, на его морде появилось выражение замешательства, а после улыбка.

— Грей Стоун, ты снов в сознании, — пегас оценил своё положение, — Есль ты злишься шо я привёз тебя в клинику то прошу прощения, Вельвет сказала шо там могут снять проклятие зебр, — я не реагировал, — Эт я — Дедшот Каламити. Ты меня помнишь?

— *А це я не бачу, — я неудачно решил передразнить его акцент.

— Шо ты говоришь? – пегас меня не понял.

— Я спрашиваю, что за "проклятие зебр", — я решил поинтересоваться, как я попал в этот мир.

— Те шо память отбило? Неподалёку от Надежды мы зачищали лагерь рейдеров, у рейдеров в плену был гуль зебра. После зачистки ты с ним о чём-то говрил, а потом психанул: стал ползать, кусать предметы, говрил что-то невменяемое, радужка глаз почернела эмм… она у тя и щас чёрная. И шо у тя за дурацкий акцент?

— Свой акцент послушай. И где сейчас этот зебра? — я продолжал беседу.

— В тюрьме, где же ещё, но слуш ты ведь знаешь меня и моё положение у Последователей, я могу вступиться и к тебе проявят снисхождение. Нет смысла меня удерживать, – я сложно представлял снисхождение за произошедшее. Я услышал скрип открываемой двери, а на морде кибердемона появилось выражение удивления и страха.

— Отем?! Как?! Эт.. ты жив… эт.. эт… просто невозможно, — дыхание пегаса участилось. Я обернулся и увидел в дверях Отема, на его морде было прозрачное защитное забрало, а на спине выключенная бензопила.

— Брат, не знаю, как ты выжил, но рад, что скорбел по те зря, — на морде Каламити были нечитаемые эмоции, у Отема покерфэйс.

— Как я выжил? Как умер? Ножницы режут бумагу — я думал, что мне выпало восемнадцать карат невезения, нихрена, просто игра была нечестная, — сказанное Отемом звучало как бред сумасшедшего, Каламити тоже оценил бредовость сказанного, но продолжил разговор.

— Я занимаю важное место в новом мире, даже более важное чем ты в Анклаве, всем будет лучше, есль меня освободите, я всегда был справедлив, даже к таким как ты, — пегас говорил, пытаясь освободится, но я крепко его связал.

— Вот как у нас всё будет: я задаю тебе вопрос, ты мне даёшь на него ответ, если он мне не понравится, то я отпилю тебе голову вот этим прибором, — Отем говорил и медленно шёл к Каламити, демонстрируя бензопилу. На пиле я прочитал логотип «Friendship».

— Значит так, — Отем вздохнул, потом продолжил: — Где вы держите бойцов сопротивления? – Отем сказал это очень спокойным, ровным голосом.

— Я не понимайт о чём ты, нет никакого сопротивления, — кибердемон покрылся холодным потом.

Отем опустил на пол бензопилу и начал ртом дёргать тросик газа, но мотор не заводился.

— Ты точно сумасшедший: прошло десять лет, Анклав уничтожен. На пустошах новые силы: НКР, Последователи, Рейнджеры Эплджек, Общество Сумерек, Когти, Дети Собора, зебры Ангелы. Даже Ацкие Гончие и наши родные — все ща на светлой стороне.

— Поверни рычажок подачи топлива, — было интересно слушать (не хочу знать, что за Адские Гончие), но я решил подсказать товарищу его ошибку. Отем последовал совету – двигатель заработал. Каламити посмотрел на меня с выражением удивления.

— Да вы оба психи! Лес одно из немногих мест в Эквестрии, что не входит в зону покрытия погодных башен! Как только вы отсюда выйдете Дарительница Света и Селестия смогут вас видеть и даже слышать голоса! Вас быстро найдут и отправят в Тартар – положение безнадежно!

Я с интересом слушал о том, кто всё видит и слышит и даже контролирует погоду. Вспомнил, что Люцифер с латыни переводят как "несущий свет", а тут есть "Дарительница света". Совпадение? Не думаю.

— Нет! Стой! Ладн, ладн, ладн! Я скажу. Всё скажу, — сказал Каламити, когда Отем держал работающую бензопилу у его шеи. – Шо ты хочешь знать?

— Бойцы сопротивления! Где они?! – прокричал Отем.

— Арба. Пенитенциарное учреждение Арба, на месте одноимённого селения, — быстро произнёс Каламити. Отем начал успокаиваться и дышать глубже.

— Тюрьма хорошо охраняется, но заключение там лучше, чем смерть, — пегас нам угрожал? — Расчистка неба и уничтожение Анклава это лучшее что происходило для пегасов, да и для всей пустоши, — от этих слов Каламити Отем снова начал закипать. — Все нормальные пегасы рады, что так обернулось и им не нужно контролировать погоду, все хотят, чтобы в Эквестрии как можно дольше оставалась такая гармонияааааа, — продолжал Каламити. Отем окончательно потерял контроль и начал ампутацию его головы. Цепь пилы высекала искры, будто упиралась в металл, но делала своё дело. Голова упала и покатилась по неровному полу. Отем немного отдышался и пришел в себя.

— Немного в тебе оставалось от пони, — сказал Отем голове Каламити, снова взвёл бензопилу и отпилил трупу ногу с КПК.

Отем отбросил пилу и маску-забрало, снял с отпиленной ноги КПК и достал отвёртку. Немного повозившись, он надел на себя этот золотой браслет.

— Один браслет ещё не пидр, — я решил напомнить о себе сарказмом.

Отем никак не отреагировал и стал снимать с себя свою дырявую, зелёную, больничную одежду. Когда он закончил снимать свои шмотки, то увидел у себя выжженное клеймо аналогичное тому, что было у Каламити (братья – в Индийском кино родинки, а здесь клеймо). На морде Отема появилась гримаса ярости и сожаления. Потом он подошел и лягнул голову Каламити – та полетела и застряла в досчатой стене. Судя по силе и точности удара в этом мире есть аналог футбола и пегас им занимался. Дальше Отем принялся экипироваться амуницией Каламити.

Я тоже решил переодеться – ходить в белой "смирительной" рубашке мне надоело. В железном шкафчике нашёл подходящий по размеру бледно-зелёный комбинезон на всё тело, с нашивкой Робронко (эта контора и делает роботов?). Оценив его размер, я начал снимать больничную одежду.

— Твоя кьютимарка, — я услышал голос Отема.

— Что? – Я его не понял.

— Кьютимарка, на твоём крупе, — сказал Отем, но я всё ещё не понимал. Какая марка и причём здесь немецкая фирма KRUPP?

— Говори конкретней, я тебя не понимаю, — я продолжал беседу.

— Кьютимарка — метка судьбы, — Отем указал на клеймо Каламити, — у тебя её нет.

Я осмотрел себя: на задней части и впрямь не было никакого рисунка или клейма — просто серая шкура.

— А что должно быть? – задал логичный вопрос.

— Все жеребята получают кьютимарку ещё в раннем возрасте, у меня тоже есть, как и у него, — Отем указал на труп, — только её выжгли этим позорным клеймом, а у тебя ничего нет, как у новорожденного.

— Меня не волнует, — меня и впрямь не волновало, я был бы не рад носить на своём южном месте какую-то тату, да и вообще какую-либо татуировку.

Значит, эти картинки появились у сектантов естественным путём и их называют кьютимарки – буду их звать жопометки.

Я надел комбинезон, увидел какую-то серую тряпку, прямо под цвет моей шкуры, и намотал её себе на шею на манер арафатки. Я вспомнил укус мантикоры в горло и решил защитить это место.

Мы закончили переодеваться и вышли на улицу. Я увидел труп убитого мной земного пони из десанта, на нём был разгрузочный жилет, а в боевом седле закреплён автомат. Жилет и автомат решил забрать. Надевать седло не стал – жать на курок ртом посчитал паскудным, да и точность стрельбы бы пострадала.

Отем приметил труп сектантки и её серо-коричневую кепку.

— Такие фуражки носили офицеры Анклава, это дурной знак, — сказал пегас, сняв шляпу Каламити и надев фуражку. Потом он бросил шляпу как тарелочку, быстро взял в пасть лазерный пистолет и выстрелил в летящую шляпу, поджарив её.

— *Херровые волыны у них, — сказал я себе осматривая трофеи, хотя если у них есть лазерное оружие это объяснимо.

С трудом, но в этих лошадиных огнестрелах можно было узнать образцы нормального, человеческого оружия. У Отема в седле, помимо этой гламурной винтовки, был явно пистолет-пулемёт Томпсон с рожковым магазином. Я же взял укороченную штурмовую винтовку AR-15 (причём с деревянными комплектующими) и пистолет Colt 1911. Ничего похожего на автомат Калашникова (АК) найти не удалось, хотя наличие ППШ дробовика давало шанс найти нормальную волыну.

Тут у меня внезапно сработало «волчье чутьё», и появилось ощущение, что на меня смотрят, причём через прицел. Я насторожился и сообщил о подозрениях Отему.

— Мой ЛУМ ничего не видит — поблизости нет врагов, — Отем произнес это уверенным тоном.

— Подожди, — тут в голосе пегаса появилась тревога. — Тебя тоже не видит, и З.П.С. тебя не захватывает.

— Помедленней. Что за ЛУМ и ЗПС? Это аббревиатуры? – спокойно спросил я.

— ЛУМ это локатор, а ЗПС это заклинание прицеливания, и они тебя не видят, будто ты мёртв, — пегас в двух словах пояснил ситуацию.

— Ну всё хорошо, а то начал тревожиться, — в художественных произведениях советуют доверять интуиции, но в реальной жизни это так не работает. Я был рад, что у меня просто небольшая паранойя и за мной никто не следит, но у меня была тревога неопределенности дальнейших действий. Так как пегас был из местных, то было логичным обратится к нему с вопросом:

— У тебя есть какой-либо план? Что будем делать дальше?

— Не знаю, как ты, но я собираюсь в эту, как там он её назвал – Арбу.

— Ты собираешься в тюрьму? Надеюсь не с повинной?

— Неудачный сарказм.

— Ты ведь понимаешь, что мы в розыске, а тюрьмы хорошо охраняются?

— Грей, я никогда не думал, что скажу это земному пони, но я очень тебе благодарен и не могу приказать тебе идти со мной. Буду с тобой честен, я собираюсь освободить пленных, и мне понадобится помощь. Ты, конечно, можешь за себя постоять, но вряд ли сможешь долго выживать в лесу, тем более в одиночку.

— Серьёзно? Ты пытаешься меня убедить идти с тобой в кутузку?

— Мне нечего тебе предложить, но могу дать дельный совет – вдвоём наши шансы выжить и победить удваиваются. Так что, будь любезен — помоги мне освободить пленных пегасов. Обещаю, что в долгу не останусь, — в голосе пегаса не слышалось сарказма.

Мне всегда нравилось, когда ко мне вежливо обращались, да и вдвоем шанс выжить в этом мире повышается с нулевого до минимального. Ещё я вспомнил, что Каламити говорил, что гуль зебра, что «проклял» Грея, находится в тюрьме, но не уточнил в которой. Найти и поговорить с этим зеброй было бы интересно. Я сказал пегасу, что согласен, после мы обыскали фургон Каламити, где нашли запасы патронов, гранат и еды.

— Жаль что сейчас я не летающий, — сказал пегас, смотря на свои бритые крылья, — я бы впрягся, и мы бы быстро добрались, а так придётся долго идти.

— Водить умеешь? – я показал на самосвал-лесовоз.

— Тем, что летает, могу управлять, а из наземной техники, — пегас выдержал паузу, — имел дело только с облачным картом.

— У меня права В категории, но может разберусь, — я ответил преисполненным оптимизма.

Мы забрались в просторную кабину самосвала: руль, рычаг, педали – всё как у людей. Завелось без ключа, а то думал, как буду соединять провода. В кабине был терминал, Отем подсоединил свой КПК к нему и вывел картинку на экран. На экране появился список дел Каламити: лекция жеребятам, защита каравана, выпить с друзьями, участие в проекте Вельвет «Тёмные Дни». Потом Отем вывел на экран карту и проложил маршрут. Я увидел радио и включил его – послышалась джазовая музыка, мне не понравилась мелодия и я выключил радио. Дальше начал движение, вспомнил одну песню и решил озвучить:

— *Включим заранее «хабы», чтоб песню запел «передок». По дебрям, болотным, ухабам, туда где не знают дорог!

*-говорит на русском

## Шайтан Арба

Я вёл лесовоз по лесной дороге, Отем исполнял обязанности штурмана. В дороге, не отрываясь от дел, мы похавали тем, что нашли в лагере и фургоне. Еда была вполне человеческая, но сплошь вегетарианская – не еда, а огород. Пегас жрал морковь за обе щеки, говоря, что в облаках такого не вырастить, мне же понравился запеченный картофель: *Зачем нужно жрать капусту, если есть картошка? Закончив с питанием, Отем начал изучать кабину лесовоза и нашёл ящик с инструментами, а в ящике чёрную изоленту. Недолго думая, он принялся заклеивать свой золотой КПК, кроме кнопок и экрана. Я же обратил внимание на ножны с ножом в своей разгрузке, вытащил его и попросил пегаса срезать нашивки с крестами с моих сумок (чтоб не демаскировали). Вернув мне нож, пегас принялся осматривать своё трофейное снаряжение.

— Гром Спитфайр: сколько жизней хороших пегасов она забрала? Но в этот раз она не будет орудием предателя. На этот раз она послужит благому делу, — пегас был в предвкушении от того, как будет использовать эту гламурную винтовку. Я же не совсем понимал ситуации и попросил рассказать мне — кого и зачем мы едем освобождать и, сославшись на амнезию, попросил полных разъяснений. Отем попробовал коротко рассказать мне все предшествующие события.

Я понял рассказанное примерно так: Когда-то этот мир был прямой противоположностью того, что он сейчас представляет. Пони всех подвидов жили в мире друг с другом, да и с другими видами не враждовали. Роботов, огнестрельного, энергетического оружия и в помине не было. Этой лошадиной страной Эквестрия правили аликорны: две сестры, Селестия и Луна. Аликорны раньше были редким видом — долгоживущей сверхрасой, и считались богами. Однажды они заключили торговые соглашения с страной зебр и подсадили свою экономику на их уголь, а Зебрику на кристаллы. Зебры решили, что условия торговли для них кабальны, и объявили войну. Правящие аликорны решили создать министерства для того, чтобы поставить экономику на военные рельсы. Одной из министров была радужная пегаска: её министерство не занималось практически ничем кроме постройки огромного комплекса башен для контроля погоды (мне это показалось крутым проектом). Центральный пульт управления этой системой был под защитным полем, настроенным так что пройти через него могла только сама министерка либо аликорны. В процессе войны уровень технического и магического развития обеих сторон вышел на очень высокий уровень, но обе стороны не могли победить, однако перед её ядерной фазой побеждала Эквестрия. Пегасы считали, что их потери в войне неоправданно высоки. Не желая быть «пушечным мясом», воинские части и облачные города пегасов (пегасы ходят по облакам – это нормально) взбунтовались. Когда упали «ядерные» бомбы, пегасы начали возводить облачный барьер, чтобы защитится от радиации — это помогло спасти много жизней. Но пегаска министерка не пожелала участвовать в мятеже, и теперь всех пегасов, кто разделял её взгляды, клеймили её жопометкой и изгоняли на поверхность. Сотню лет пегасы жили за облачным барьером, изредка совершая военные операции для захвата ресурсов, что в облаках ограниченны. Для совершения этих операции была создана военная организация Анклав (мне вспомнилась ЧВК Blackwater) в которой Отем дослужился до звания полковника, хотя и не всегда одобрял политику руководства (путь изоляции, ограничение рождаемости и поддержку гомосекства). Но на поверхности тоже была попытка создать послевоенное государство. Некий земной пони по имени Красный Глаз начал строить рабовладельческий строй на руинах старой Эквестрии, используя довоенные и ранее неизвестные технологии. Видя происходящее, руководство Анклава, решило начать вести переговоры с союзником Красного Глаза, некой Богиней. Богиня — это мутант с псионическими способностями, лидер аликорнов, результат попытки одного из министерств создавать аликорнов искусственно. Но во время переговоров одна из наёмниц Красного Глаза по имени Литтлпип (буду звать Мелкопипкой или Пипкой) заложила так называемую жар бомбу под комплеклекс Богини в Прекрасной Долине, уничтожив как саму Богиню, так и высшее руководство Анклава. Оставшиеся руководство и Отем решили приступить к плану В — атаковать инфраструктуру Красного Глаза. Операция получила кодовое название Выжигание. Используя пси способности перешедших на его сторону аликорнов, Красный Глаз заставил Отема лично штурмовать свою крепость Собор, где Отем попал в засаду. Там Красный Глаз рассказал свой план Мелкопипке, надеясь убедить её перейти на его сторону, и подтвердил худшие опасения полковника. Красный Глаз понял, почему аликорны не могут пройти барьер центра управления погодных башен, и решил начать создавать аликорнов более похожих на свой прототип. Таких, которые смогут пройти защитное поле, захватить управление погодой и расчистить небо. Для этого Красному Глазу были нужны пони всех трёх подвидов: земной пони – сам Красный Глаз, единорог — Мелкопипка, пегас — Отем. Но у Отема был контр план, который в целом сработал, но в процессе сам полковник был обманут Мелкопипкой и «погиб паскудной смертью». Дальше можно догадаться, что противнику всё же удалось захватить контроль над погодой, и в войне между небом и землёй победила земля. Но Отем не верит, что Анклав может так просто сдастся. Должно остаться сопротивление, и сейчас мы едем освобождать пленных пегасов.

Не знаю, где он не договорил, где преувеличил, а где наврал, но история мне показалась хоть и слишком фантастичной, но возможной для этого мира. Я всё ещё тешил себя надеждами, что нахожусь в коме и всё происходящее сон (сон в горящем пламени). Но если это сон, то в нём можно материализовать свои фантазии, а этого у меня не получалось.

На рассказе пегаса о операции Выжигание мне вспомнились бомбёжки напалмом Вьетнама, а также Фаллуджа. Я подумал, что если жопометки основываются на характере и роде деятельности, то у Отема под ожогом, должны быть **две молнии. Мой "товарищ" — головорез и братоубийца, а я ему нож давал – дурак. Далее буду более осмотрительным, а если ударит мне в спину — на шашлыки порежу. Хотя он спас меня от "утечки мозгов" — это почти всё перевешивает. Я вспомнил, как Каламити предлагал мне снисхождение, но я решил что «старый друг лучше новых двух», надеюсь, моё решение было верным. К тому же, я (непонятно почему) хотел помочь освободить пегасов, а в тюрьме Арба, возможно содержится тот зебра гуль, что "проклял" Грея Стоуна. Мне очень хотелось узнать, как он это сделал и может ли вернуть меня назад. Но пегас сказал мне, что проклятия зебр — это распускаемый министерствами довоенный предрассудок, и он не слышал о проклятиях, от которых пропадает память, жопометка, и меняется цвет глаз.

Во время рассказа об истории этого мира мы успели выехать из леса и дальше двигались через пустыри, поля кукурузы и пшеницы, холмы разной высоты. Иногда на горизонте показывались горы и какие-то города. Находясь за рулём, я избегал встречи с цивилизацией, но иногда приходилось пересекать или ехать вдоль железнодорожных веток. Я опасался, что нам могут встретится посты ДПС (Дорожная Пони Служба), но обошлось, хотя роботы шпионы напрягали. Дорога была долгой и я начал опасаться, что может кончится горючее, но жужжащий звук мотора подсказывал, что он работает не на бензине. Ближе к середине дня мы увидели на горизонте многоэтажки Мэйнхетена. Созвучность названия города с названием Нью-Йоркского острова показалась мне подозрительной. Тюрьма располагалась у берега реки – мы двинулись вдоль неё и вскоре увидели цель нашей поездки. Издали тюрьма выглядела мрачно и неприступно: вначале шёл проволочный забор со "спиралью Бруно", дальше бетонная стена с бетонными башенками охраны и турелями-зенитками на них, за ней серые тюремные блоки в пять этажей с решетками на окнах. Питерские «Кресты» выглядели менее современно.

Я стал предлагать план действий: сдаться, вырыть подкоп или вырезать всю охрану. Пегас не понял сарказма и выбрал последний вариант. Я подумал, что тактика Раш (штурм сходу без предварительной подготовки) без подавляющего численного преимущества — очень тупая идея, но идеи лучше у нас нет и не будет. Про себя мысленно пошутил, что теперь эта тактика называется ПониРаш, и если в ней участвует "рашен" то шанс на успех повышается с нулевого до минимального. Закончив с мыслями, я проверил оружие, вжался в кресло и вжал газ в пол. Перед ударом об стену крикнул «Но Пасаран!». Вначале хотел крикнуть Алахуакбар, но то что я в «арафатке» не значит что я исламист, а Банзай не актуально.

Наш «Белаз» пробил бетонную стену, словно бумажную, подняв тучу пыли. Я вёл лесовоз через тюремный двор, повсюду была проволочная сетка, даже сверху. Пытаясь не задавить заключенных, я не справился с управлением и врезался (заехал) в какой-то тюремный блок. Дверь заклинило, и мы выбрались через разбитое лобовое стекло.

— Отступать некуда, — в голосе пегаса был энтузиазм.

— *Ну так погнали, — я ответил по-русски, хоть и не разделял энтузиазма.

Помещение, где мы оказались, было, как я понял, переговорной: повсюду были пони разных видов (в том числе и пегасы) в гражданской одежде или без неё. Моментально по нам открыли огонь охрана тюрьмы и эмм… охранные камеры совмещённые с турелями. Охрана была вооружена пистолетами и дробовиками, носила зелёно-коричневые рубашки с бронниками — я быстро их "успокоил". Ориентируясь по жёлтой полосе, мы побежали в тюремный блок. Зачистив комнату охраны, пегас с терминала открыл двери. Из интеркома послышался голос: «У нас проблемы в блоке А, требуется подкрепление». Через Г-образный коридор мы побежали в названный блок. Коридор привёл нас в большое шестигранное помещение с какими-то бетономешалками в центре и камерами заключённых в несколько этажей. Заключенные в полосатых робах, работающие на этих бетономешалках, увидели нас и тут же напали на охрану – я и Отем им помогли.

— Комната охраны наверху, надо открыть двери, — у белой заключённой единорожки, что обратилась ко мне, на роге было какое-то блокирующее устройство, выглядевшее как конус-чехол с шариком на вершине (будто на роге теннисный мячик).

Мы решили последовать совету и направились вверх по железной лестнице. В комнате охраны нас встретили трое вертухаев, но они не составили проблем.

— Гнилое сено — в этом блоке нет пегасов, — Отем был недоволен списком заключённых в терминале. Сплошные единороги и земные пони, но я заметил имя и национальность, что выделялись из общего списка. Какая удача, я уж думал что буду долго его искать. Что ж, некий Сулик, я иду к тебе.

— Когда я спущусь, открой дверь камеры, я хочу поговорить с этим зеброй, — я озвучил свою просьбу Отему, тот кивнул.

Я спустился вниз к камере А13. Когда Отем открыл дверь, мне в нос ударил "ароматный" трупный душок, проморгавшись увидел его источник. Гуль зебра в полосатой тюремной робе смотрел на меня со страхом, удивлением и неприязнью.

— Ты … я тебя помню, из-за тебя я здесь. Неужели ты вломился сюда чтобы меня добить? – голос у гуля зебры был старчески скрипучий, как у бензопилы.

— Добить? Очень даже возможно, это из-за тебя я здесь, во многих смыслах, — я говорил, наставив на эту вонючую зебру ствол пистолета.

— Так чего ждешь? Я прожил долгую жизнь и не боюсь умереть. И... раньше у тебя не было этого акцента, — судя по серьёзной роже, он не врал.

— Мне нужны ответы. Как и зачем ты привёл меня в этот мир? – от моего вопроса на морде Сулика было недоумение.

— Ты о чём?

— Ты «проклял» Грэя Стоуна, – я указал на себя, — и вселил меня в это тело. Как и зачем?

— Ты с какого баобаба рухнул? Вы, пони, добились таких технических высот, а всё ещё верите в проклятия зебр? Тебе совсем мозг радиацией разъело?

Зебра говорил со мной как с умственно отсталым что меня сильно возмущало. Решив показать полосатому, что не шучу, я вынул нож и приставил его к горлу заключённого.

— Говори по существу.

— По существу, я пытался говорить с охранниками и с тем пегасом киборгом, но если хочешь, могу и тебе рассказать. Меня взяли в плен рейдеры и заточили в клетку в своём лагере, потом рейдеров раз...бал тот пегас киборг с группой Рейнджеров Эплджек. Ты был среди этих рейнджеров, и, подойдя к моей клетке, говорил, что все довоенные зебры должны быть мертвы. Но добить меня не смог: свалился, начал говорить что-то невменяемое. Пегас киборг забрал тебя куда-то, но перед этим, приказал другим рейнджерам забрать меня и допросить. Но моим россказням не верят и считают, что я и впрямь тебя проклял.

Рассказ этого вонючего полосатика был не очень убедителен, но звучал логичнее, чем версия, что тот, кто может переселять сознания позволит посадить себя в тюрьму.

Ниточка о моём попадании в данный мир оборвалась. Хотя какая ниточка. Учитывая что ей являлся полосатый копытный уместней бы звучало "полосочка". Увы но полосочка оборвалась и ни к чему не привела, или... Всё же привела ... к полосатому копытному который выглядит и воняет как несвежий труп. Однако как говорится "С вшивой овцы хоть шерсти клок". Шкура у полосатого была сплошь в плешах, но я имел ввиду абстрактный смысл поговорки. Что то показывало — этот гуль может быть ценным союзником.

— Так ты это из-за меня ворвался сюда? — спросил гуль повторив свой вопрос, только теперь с ухмылкой. — Только чтобы услышать эту историю? А теперь что — пристрелишь или предпочитаешь "близкий контакт"?

— Не льсти себе, — ответил я гулю, — и я не собирался тебя убивать. Скорее наоборот — попросить помощи. Извиняй за угрозы.

— Я, помочь тебе?... — удивлённо сказал гуль. — И чем же?

— Скорее не так — мы можем помочь друг другу сбежать от НКР.

— За тобой гонится НКР?! Какая ирония, я в восторге!

— Так ты со мной или нет?

— Не знаю.

— Предпочтёшь сгнить в этой камере? Хочешь умереть вдыхая собственную вонь?

— Я не чувствую запахи.

— Всё равно ждать смерти в тюрьме не пристало. Вся цепь не слабее её слабого звена. Ты ведь не такой?

Для наглядности своих слов я протянул гулю пистолет. Тот явно не ожидал такого подарка, но отказываться не стал, хотя благодарности тоже не сказал. Он вообще ничего не сказал так что уже я прервал затишье:

— Причин доверять мне у тебя нет, да и у меня к тебе тоже. Но один человек может сделать не так много. Я готов тебе доверять и надеюсь на взаимность. Выберемся из этого сраного места.

Не ожидал от себя такого красноречия. Обычно я выражаюсь не такими "вдохновляющими цитатами", но теперь на меня что-то нашло. Чтобы это ни было это было к лучшему. Сулик явно проникся сказанным. В его мутных глазах будто заиграла жизнь. Может, он тоже в ответ ответил бы красноречием, но нас прервали.

— Хватит болтать: пегасы в соседнем блоке, — раздался голос Отема у меня за спиной.

— Ты что, хочешь всех выпустить? – Вид открытых камер спровоцировал у меня данный вопрос.

— Нужно отвлечь охрану? – Ответ пегаса был короткий и логичный.

Мы втроем (я, Сулик, Отем) двинулись вдоль оранжевой линии на полу в блок, где держат пегасов. На выходе из блока нам преградила путь решетчатая дверь. Напротив двери была комната охраны. Через стекло мы видели, как вертухай земной пони говорил что-то по рации. Бронестекло не простреливалось, так что Отем собирался применить свою винтовку, но я его остановил. За спиной охранника я увидел какую-то дрожь в воздухе, как "камуфляж хищника" из одноимённого фильма. «Хищник» подошёл совсем близко к охраннику и сбросил камуфляж.

Мы увидели единорожку, подкрадывающуюся на двух копытах к охраннику. Она была одета в чёрную толстовку и синие джинсы (на фоне остальных пони её одежда выглядела очень человеческой), на шее намотан платок «арафатка» (аналогичный моему, только бледно-зелёного цвета), натянутый на морду так чтобы были видны только жёлтые глаза. В передних ногах у неё была удавка, сделанная из какой-то струны. Единорожка накинула удавку на шею охраннику и закинула его себе на спину, тот недолго дёргался. После она с терминала открыла нам путь дальше и через стекло показала мне эмм… жест Рот Фронт. Уверен, что под её платком была ухмылистая улыбка. Но за её спиной я увидел, как к ней в комнату входит тёмно-красная единорожка охранница, левитируя дробовик. Я стал указывать желтоглазой, чтоб она обернулась, но та не успела и получила выстрел в спину — из места попадания пошёл розоватый дымок. Но единорожка в толстовке не упала, а жёлтой магией вынула пистолет с глушителем (похож на ПМ или Вальтер ППК) и выстрелила вертухайке в голову, после чего ушла.

— Ты её знаешь? – Отем спросил меня удивлённым голосом.

— Впервые вижу, — я дал простой и честный ответ, но почему-то думал, что она меня знает.

Мы продолжили путь дальше по коридору и увидели, как в столовой заключённые прижаты мордой к стене охраной. Среди охраны были двое экипированные в железную броню (экзоскелет) выкрашенную в красный цвет, на боках брони был закреплён барабанный гранатомет и шестиствольный пулемёт «миниган» – прям ходячий танк.

Отем одним выстрелом из винтовки снёс голову ходячему танку, я и Сулик заняли укрытия за квадратными колоннами и вступили в перестрелку с остальной охраной. Заключённые разбежались, а ходячий танк, не боясь попаданий, открыл по нам огонь из минигана, но бетонные стены не пробивались. Поняв это, он выстрелил по нам из гранатомета. Гранаты упали и начали испускать зелёный газ, Отем сразу закашлялся, у меня же газ вызвал лёгкое слёзотечение.

— *И это ваша Черёмуха?! Да табачный дым токсичней! – Крикнул перед тем, как решил подобрать газовую гранату и кинуть её в строну противника.

Противник же продолжил вести огонь по укрытию Сулика. Я же, поняв, что AR-15 бесполезна, и заприметив на ближайшем столе миску с супом, решил ослепить противника. Подбежал к ней, схватил и бросил её в шлем железяки. Идея удалась — враг начал крутить мордой, пытаясь сбросить грязь. Дальше Отем проморгался и сделал удачный выстрел в левый бок противника. Тот упал, на полу под ним стала расти красная лужа. Я же, находясь без укрытия, словил очередь от оставшейся охраны. Лёжа на полу, не видел как Отем и Сулик разобрались с вертухаями, но когда перестрелка стихла почувствовал укол обезболивающего. Встав на ноги и осмотрел трупы противников.

— Это что за "железные вёдра"? – я обратился с вопросом.

— Силовая броня, её носят Стальные Рейнджеры, но раньше они её не красили. – ответил мне Отем.

— Теперь их называют Рейнджеры Эплджек, — Сулик дал уточнение. После он снял с трупа охранника его пояс и пистолет пулемёт (похож на М3 маслёнка) с ЛЦУ. Я всегда считал, что ЛЦУ тактически совершенно бесполезна, но создаёт психологический эффект на противника. Тот пистолет, что я дал зебре, он мне вернул.

Мы с боем продолжили движение, периодически нам встречалась та единорожка в толстовке. Она нам помогала и исчезала так же внезапно, как и появлялась. Когда я обратился к ней («Ты ещё кто?») то получил ответ «Можешь меня звать Леди Удача» — я решил что это сарказм. Голос у «Леди Удачи» был такой же скрипучий как у Сулика. Она тоже гуль?

Охранники, что нам встречались, носили бронники и шлемы с прозрачным забралом. На трупах некоторых из них были двуствольные ружья большого калибра, я вначале подумал, что это гранатометы, но нет — оказалось, что они стреляют тугими каучуковыми шарами. Нелетальное оружие показалось мне мусором, а Сулик забрал одно себе. Я же решил забрать сумку с противогазом и гранаты черёмуха.

Выбравшись на улицу (во двор тюрьмы), мы увидели забор и навес, под которым было множество мешков с сухой строительной смесью, вокруг были трупы заключённых.

— Снайперы, — Отем быстро всё понял, занял позицию и принялся зачищать вышки. Я же, приметив как можно по мешкам забраться и перелезть забор, тут же принялся осуществлять задуманное. Когда перелез, увидел аналогичный навес и здание с надписью «BLOCK B». Расправившись с тремя охранниками, увидел, что Отем и Сулик прошли за мной тем же маршрутом.

Зайдя в тюремный блок, мы увидели, что он не сильно отличался от предыдущего за исключением импровизированных баррикад, горящих матрасов по периметру, и заключённых пегасов с обритыми крыльями в тёмно-оранжевых робах со штрихкодами на задней части.

«Полная изоляция, всем заключённым вне камер обратиться к персоналу» — слышался голос с мегафонов матюгальников. Не думаю, что кто-то из заключённых следовал данным инструкциям.

— Полковник Отем? У меня галлюцинации или ты вернулся из мертвых, чтобы убить меня? — Через решётку к Отему обратился тёмно-синий пегас заключённый.

— О чём ты, капитан Соуп? Я реален и пришёл вытащить вас отсюда. Как открыть двери? – быстро говорил Отем на эмоциях.

— Только через комнату охраны.

— Ладно, тогда мы за тобой вернёмся, — мы уже знали, где находится терминал.

Перестреливаясь с охраной и рейнджерами, мы направились наверх, где Отем, взломав терминал, открыл все камеры. Сверху мы увидели, как освобождённые заключённые подбирают оружие охраны и бегут в коридоры.

— Эй, я здесь, внизу, — Соуп махал нам привлекая внимание. — Подождите меня. Ворота во двор открываются снаружи, с башни.

— Какой башни? – Отем решил уточнить.

— Топай вперёд, не пропустишь, — Соуп дал "исчерпывающий" ответ.

Мы выбрались на крышу и увидели, что имел в виду Соуп. Серую башню (выглядит как диспетчерская вышка) охраняли группа охранников и четверо рейнджеров. Отем подстрелил одного рейнджера, но остальные прижали нас пулемётным огнём. Я вспомнил, как ЭМИ граната сбила кибердемона. Может и на экзоскелет подействует? Вынул кольцо и бросил гранату – после вспышки пулемётный огонь тут же прекратился.

— *Чо припухли копытные, ху...им их всех! — сказанное мной было всем очевидно и без перевода. Мы начали штурм башни.

Добравшись до верха по винтовой лестнице, я услышал шум лопастей вертолёта и вскоре увидел его источник. Это был конвертоплан — гибрид вертолёта и самолёта (хренолёт). На американский Osprey он был похож весьма условно: выкрашен в красный, большие двери по бокам, и стёкла кабины как глаза у стрекозы. Мы открыли по нему огонь, а он в ответ, но винтовка Отема была решающим аргументом. Конвертоплан, крутясь вокруг оси и издавая пищащие звуки, упал во дворе тюрьмы, дальше из него выполз окровавленный экипаж. Когда Сулик с терминала открыл ворота, к подбитому конвертоплану подбежала толпа в полосатых робах и буквально разорвала пилотов, мне стало их немного жаль. У трупа охранника я увидел снайперку и снял с неё прицел – буду использовать как монокуляр. С башни, через прицел, увидел, как близ стен тюрьмы конвертопланы высаживают десант рейнджеров, а вдали к нам движется колонна из БТРов и пеших пони. БТРы выглядели нелепо даже в сравнении с БТР-60: трёхосные, высокие, с башней в центре и двумя маленькими башенками спереди, и выкрашены также как броня рейнджеров. Можно догадаться, что дальше они выставят оцепление, а после пойдут на штурм.

— Мы устроили отличный бунт, но скоро здесь будет спецназ, как мы отсюда выберемся? – Я спросил полковника.

— Об этом я не подумал, — неуверенно ответил Отем.

— Ты устроил штурм, не имея плана отхода! Тебе как звание давали — по количеству клеток мозга смытых гонореей?! — Соуп был зол на полковника.

— Я просто рискнул! Ещё вопросы!? – Отем ответил Соупу. Он, и не только он, начинал паниковать.

— Можно использовать взятых в плен охранников как живой щит, — я предложил первую идею, что пришла в голову.

— А неплохая идея, — выражение растерянности с морды полковника пропало. Он сел за терминал и взял микрофон, из всех громкоговорителей послышалась его речь.

— Заключённые, с вами говорит полковник Отем Лиф, бунт окончится для вас фатально, если мы не будем действовать организованно. Не выходите за стены и организуйте охрану по периметру. Забирайте всё оружие и амуницию что можете унести. С оставшимися охранниками разбирайтесь, используя, по возможности, не летальное оружие — нам нужны все заложники.

Следующие полчаса мы обговаривали наш план действий. Отем по рации вёл переговоры с рейнджерами, объясняя условия освобождения, и тянул время. Я, Сулик и Соуп отправились к заключенным, чтобы описать наш план. Я бы не стал вести переговоры с террористами, а, будучи сам террористом, не хотел участвовать в переговорах. Заключённые быстро организовались — их форма одежды была симбиозом из тюремных роб и амуниции охраны, а единороги сняли набалдашники со своего отростка. Оставшихся в живых охранников осталось около двадцати, среди них были и те рейнджеры, что застряли в своей броне. Также, к заложникам прибавилась группа гражданских из переговорной.

Я смог снова завести лесовоз. С группой заключённых мы обтянули проволокой кузов и прицеп, сделав импровизированное заграждение. Я, Отем, Сулик и Соуп уместились в кабине, заключённые в кузове и прицепе (как селёдки в бочке), связанных заложников разместили по краям проволочного заграждения — на виду.

Через ранее пробитую дыру в стене, мы выехали за пределы тюрьмы. Оцепление оставило нам коридор, но четыре БТРа и роботы шпионы продолжили нас сопровождать, а в воздухе висел конвертоплан. Мы двигались в сторону Вечносвободного леса, туда, откуда пришли, так как эта территория не входила в зону покрытия погодных башен и там был шанс укрыться. По условиям переговоров, на границе леса мы должны были отпустить заложников, а рейнджеры обязались нас не атаковать.

Время клонилось к вечеру – сбоку был красный закат, а мне было скучно водить, я вспомнил о радио и решил его включить. На радио играла какая-то струнная мелодия, Отем сказал, что ему всегда нравилась игра Октавии.

Пока играла музыка, Отем расспрашивал Соупа о том, что происходило в его отсутствие. Соуп сказал, что он провалил приказ Отема о ликвидации ДиджеяПонТри и лишился своего отряда при взрыве погодной башни. После он отправился в какую-то башню Тенпони к другим пегасам и был там взят в плен аликорнами. Все остальные годы он провёл в тюрьме Арба, где он с другими заключёнными изготавливали бетон и строили стены тюрьмы. Также Соуп сказал, что не знает, куда уходил бетон когда тюрьма была достроена, но, по слухам из него была построена крепость Рейнджеров Эплджек, также использовался при строительстве Нового Кантерлота, а сейчас Дети Собора собираются восстанавливать из него свой Собор. Во время разговора музыка прервалась, и я попросил не говорить во время новостей.

— Приветствую вас, дети мои, — голос ведущего был мрачный и усталый. — С вами любящий вас ведущий ДиджейПонТри. Прошу прошения, что долго не выходил в эфир, но в последний день события разворачиваются очень неожиданно и стремительно, но я должен рассказать правду, какой бы горькой она не была. История с побегом двух пациентов из "Хуфвинтонской Психиатрической Клиники" получила неожиданное и трагическое продолжение. Скрывшиеся в Вечносвободном лесу беглецы вышли на лагерь лесорубов Детей Собора и устроили там настоящую бойню, убив всех его жителей и работников. Один из лесорубов, перед тем как был убит, успел выйти на связь и позвать на помощь. На вызов о помощи отозвался Каламити и его отряд, но беглецы устроили засаду, убив отряд, а его самого взяли в плен. Мне тяжело говорить о том, как убили моего друга, но скажу, что Каламити был хорошим пегасом, верным другом, настоящим героем пустоши. Он посвятил свою жизнь борьбе с рейдерством и тиранией Анклава, он стал примером для всех нас и погиб, оставаясь верным идеалам гармонии и добродетели. Прощай Дедшот Каламити — нам будет тебя не хватать. Что же до личностей убийц, то ими оказался некий земной пони по имени Грэй Стоун и пегас Отем Лиф. Вы не ослышались и это не сумасшедший, считающий себя тем жестоким полковником — это тот самый пегас, что уничтожил Город Дружбы и хотел навеки скрывать от нас свет за облачной завесой. Я понятия не имею, как он выжил и оказался в данной клинике, и не поверил бы в это, если бы не видел предсмертную запись с камеры Каламити своими глазами! Мне сложно дальше продолжать передачу, но сейчас выход в эфир просит принцесса Селестия. Даю ей ей слово.

— Вниманию так называемому Грэю Стоуну. Я не знаю вашего настоящего имени и как вы сюда попали, но знаю кто вы и откуда. Здесь не Земля и вы погибнете в нашем мире. Ваше поражение неизбежно.

Я вспомнил, как Отем упоминал правящую принцессу с таким же именем, но он говорил что она давно мертва. Хоть Селестия что-то знает о моём появлении здесь и явно мне угрожает, но должен признать — у неё приятный голос.

*-говорит на русском

**-https://topwar.ru/11086-amerikanskie-morskie-pehotincy-pozirovali-fotografu-na-fone-esesovskoy-simvoliki.html

## Солнечные блики - Враг в отражении

В кабине на минуту возникло абсолютное молчание — мы «переваривали» услышанное.

— Это та Селестия о которой я думаю, или это кто-то другой с таким же именем? — Отем был удивлен и озадачен.

— Да, та самая. Не ты один считался мёртвым, — Соуп ответил полковнику.

— Но на уроках истории говорили, что она умерла от последствий «розового облака», после того как она вошла за защитное поле и скрылась в комплексе. Что произошло на самом деле? — В глазах Отема читалось любопытство и предвкушение, перед тем, как он узнает одну из главных загадок истории. Его любопытство удовлетворил гуль зебра:

— В каком-то смысле на уроках вам не врали. Когда она зашла за поле, то уже была смертельно отравлена и перед смертью она решила загрузить своё сознание в управляющий компьютер погодных башен. Но какая ирония: перед тем как упали наши бомбы, та радужная министерская пегаска решила, что машина, пусть и с сознанием пони, не достойна управлять погодой и отключила компьютер от управляющего интерфейса. Интересно, что Селестия думала о радужной, когда поняла, что может с башен видеть, к чему привела её политика, но не может ничем управлять, и что она навеки заперта в груде железа? — Сулик тоже решил подать голос и преподать нам урок истории. После того как он договорил, на его морде осталась ухмылистая улыбка. Пегасам в кабине эта улыбка явно не нравилась.

— Значит, это её сознание поддерживало защитное поле, не удивительно, что нам так и не удалось туда пробиться, — Отем говорил немного огорчённым голосом, а после затих на полминуты.

— Белая говорила, что знает кто ты и откуда. Что она имела в виду? — Отем задал мне вопрос твёрдым и уверенным голосом.

— Понятия не имею, — я соврал.

— Странный акцент, необычное поведение, реакция на зелья и препараты иная, отсутствие кьютимарки, а ещё ты смог пройти через щит аликорна... Ты что-то не договариваешь, — неудачное время пегас выбрал для допроса.

— Я ни черта не помню, и мне в башке ножом ковырялись. Какой ответ ты от меня ждёшь? — Я решил дальше поддерживать свою легенду об амнезии.

— Хватит мне мозг е...ть! Не знаю на кого ты похож, но точно не на склеротика! Отвечай — из какой жопы ты вылез?! — Я слышал в голосе Отема неприязнь, а ещё щелчок предохранителя на его оружии.

— Из той, которая ждёт нас всех, — ответил в аналогичном стиле, но сохраняя спокойствие, одновременно смотря в чудом уцелевшее зеркало заднего вида.

— Ты угрожаешь? — Отем не так меня понял.

— Нет, не я. Наш конвой, почему-то резко прекратил нас сопровождать. Мне это не нравится, — у меня возникло то же чувство, как тогда в лагере лесорубов — будто на меня смотрят через прицел. Остальные в кабине тут же высунулись в окна, чтобы увидеть уезжающие от нас БТРы — они тоже посчитали поведение конвоя подозрительным.

Заходящее Солнце было чуть сбоку и позади нас и создавало блики на стеклянных поверхностях и усиливало их отражающие свойства. На одном из осколков стекла на приборной панели я увидел отражение летящего синего аликорна.

— Подержи руль, — сказал сидящему справа Соупу, а сам вынул пистолет, взял его в передние конечности (в треугольник) и высунулся в окно, чтобы подстрелить преследователя, но ничего не увидел.

— *У меня плохое предчувствие, — мне показалось, что меня поняли без перевода.

Тут увидел, прямо по курсу, как с неба светят, крутясь, какие-то три луча. Я не сразу понял, что это прицел, но решил, что от них лучше держатся подальше. Газ в пол и руль вправо: в зеркале увидел, как треугольник сужался до одного оранжевого луча. После, в точку, куда бил оранжевый луч, ударил луч белого цвета, вызвав сильный взрыв. Мы отъехали достаточно далеко, чтобы не погибнуть, но ощутили остаточную взрывную волну.

— Селестия Один! В нас стреляет "Селестия Один"! — Сулик в панике высказал своё соображение.

— Та Селестия что заперта в компьютере? — Я решил уточнить.

— Нет. Оружие так называется. В нас стреляет Общество Сумерек, — Сулик мне ответил, но я его не понял.

— Потом объясню. Скорей в лес: там они не смогут стрелять в нас прицельно, — совет нашего прогнившего товарища мне показался логичным. Я вжал педаль газа и маневрировал лесовоз «змейкой» уклоняясь от лучей.

— Ты водишь как старуха, быстрее маневрируй! — Соуп орал мне в ухо.

— Хлеборезку завали! Командовать будешь, когда сам сядешь за руль!

Я вёл лесовоз через какое-то пшеничное поле: зелёнка была всё ближе, но ближе ложились и взрывы. Заехал колесом в одну из воронок и не справившись с управлением, опрокинул самосвал набок.

— Покинуть машину! В лес! — скомандовал выброшенный из кабины Отем. Его команда всем показалась очевидной.

Пассажиры в кузове и прицепе, быстро встав на ноги, рванули в сторону леса. Я подумал, что со стороны это, наверное, было похоже на миграцию антилоп гну. Я тоже решил присоединиться к данной миграции. В этот момент я бежал, так, как никогда ещё не бегал (Беги, Форрест беги). Подбегая к границе леса, услышал двойной взрыв, а потом предо мной начали падать обломки самосвала — трындец заложникам и тем, кто оказался нерасторопен. Уже подойдя к лесу, решил обернуться и увидел клубы чёрного дыма, горящее пшеничное поле, и то, что от самосвала ничего не осталось.

Мы продолжили убегать дальше в чащу. Как и говорил Сулик, дальнейший огонь был неприцельный и вскоре прекратился. Вскоре мы услышали гром молний и шум ливня, а вскоре дождь нагнал и нас. В дальнейшем мы и остальные беглецы, окрикивая, нашли друг друга и, скучковавшись, двинулись дальше по лесу строем «стадо овец».

— Что это было? — Я обратился к зебре гулю.

— Селестия Один — система, изначально созданная чтобы сбивать наши бомбы. Сейчас контроль над ней захвачен Обществом Сумерек, и мы их очень сильно разозлили. Что же до дождя, то Дарительница Света решила потушить пожар, но это лишь край туч и мы в относительной безопасности. Если лес не входит в зону покрытия башен, то нас не видят ни она, ни Селестия, ни это общество, — Сулик дал исчерпывающий ответ.

— Тебе откуда всё это известно? — Отем задал резонный вопрос. Сулик же в ответ лишь достал из-за пазухи своей полосатой робы книгу, на обложке которой была крупным планом морда серой палкоголовой и надпись «Книга Литлпип». Отем, Соуп да и некоторые из беглецов с подозрением стали смотреть на полосатого.

— А что тут какого? Сейчас это самая известная книга и даже в школах её учат, да и в тюрьме позволялось читать только эту книгу, — Сулик попытался оправдаться, но подозрение никуда не ушло.

— Прости, что сомневался в тебе. Не знаю, что у тебя за тайны, но обещаю, что подобного больше не повторится, — Отем обратился ко мне с извинениями, сарказма в его речи я не услышал.

Наступила ночь, но мы всё продолжали углубляться в чащу леса. Куда идти никто не знал, но хотелось находиться от границы леса подальше. Можно было догадаться, что вскоре за нами объявят погоню, может даже с собаками, но, возможно, дождь смыл наши следы. Слыша волчий вой, я опасался встречи с дикими животными, мне вспомнилась встреча с мантикорой, но мысленно себя утешил, что зверь вряд ли нападёт на такую толпу. Через какое-то время я почувствовал множество мелких предметов под своим комбинезоном, попрыгав, я вытряхнул из штанин и рукавов пули, что в меня попали, места попаданий несильно чесались. То, что раны на мне так быстро зажили, мне понравилось, но что-то подсказывало — попадание в голову или сердце будет фатальным. Надо будет раздобыть броник и каску.

Я всё думал о том, как попал в этот мир — то, что Селестия сказала, что знает, кто я и откуда, натолкнуло меня на мысль, что я не первый человек вселенец, попавший в этот мир. Но то, что Отем никогда не слышал о людях, говорит о том, что либо все люди соблюдают конспирацию, либо людей здесь не было уже сотни лет.

Боковым зрением увидел в толпе, среди оранжевых и полосатых комбинезонов заключённых, ту единорожку в толстовке: «Леди Удача» как она сама себя назвала. Я на секунду моргнул, и её уже и след простыл — наверное, померещилось. Кто она такая и почему мне помогла? Когда я обратился к товарищам с этим вопросом, то предсказуемо не получил ответа, но Отем вспомнил, что когда в неё стреляли из неё исходил розоватый дымок, и это значит, что она так называемый Кантерлотский гуль. На мой вопрос, "что это за неизвестная мне разновидность?" Отем ответил, что они появились в результате применения зебрами неизвестного розового газа, от которого органика въедается в неорганический материал. Также данные гули гораздо более живучи, чем обычные, и обладают регенерацией даже сильнее, чем у меня. И что в команде Мелкопипки состоял один такой — его плоть въелась в бронекостюм рейнджеров, и он был практически неуязвим. Убить его смогла только Адская гончая, срезав ему голову.

В пути никто особо не разговаривал, все понимали, что лес шума не любит, но Отем всё же решил поинтересоваться, чем Сулик занимался до того как гулифицировался. Тот решил выговорится:

— Да моя история скучная. До войны прожигал молодость в своём племени: бегал по саванне, пытался научиться варить зелья, кость в носу носил — противно вспоминать. То, что началась война, по мне так было скорее благом для Зебрики, хоть начался какой-то прогресс, и я пошёл в инженерное дело. Когда одна из ваших министерских кобылок передала нам технологию мегазаклинаний, наша инженерная группа получила приказ на воспроизводство данной технологии. После успешных испытаний мы получили приказ: тайно, с группой прикрытия, отправиться в Мэйнхетен, и под легендой фирмы Золотая Звезда воспроизвести мобильный заряд мегазаклинания.

— Если ты, у...ок, создал жарбомбу, я тебя порву как перистое облако, — Соуп попытался высказать своё недовольство, но его прервал Отем:

— Продолжай, — полковник был спокоен.

— Я не изготавливал бомбу, а наоборот, сделал систему которая не даёт сработать детонатору несанкционированно. После того как отгремели взрывы, наша группа оказалась заперта в нашем тайном убежище. Попытки выбраться лишь привели к проникновению радиации и последующей гулификации меня и моих товарищей. Так сотни лет мы и провели запертыми, пока Литлпип и её команда не нашли нас и не устроили зачистку. Я не воин и решил принять яд, чтобы не доставлять врагу удовольствия от моего убийства. Но похоже на гулей яд, что я принял, действует по иному. Я лишь потерял сознание. Меня наверно приняли за труп, иначе бы убили контрольным в голову. Очнувшись, увидел, что все мои товарищи мертвы. В дальнейшем скитался по пустоши и после разгона облаков присоединился к Детям Собора — они одни из немногих, кто был лоялен к гулю зебре. Но работать в Эквестрии мне было противно и я решил, что нужно добраться до Зебрики, или до того, что от неё осталось. Но увы — рейдеры всё ещё встречаются. На пустоши и попал к ним в плен. К счастью, вскоре на логово рейдеров напали рейнджеры и пегас-киборг. Ты, — Сулик указал на меня, — был среди тех рейнджеров и, сняв шлем, говорил мне, что "в отличие от всякого быдла ты готов убивать, смотря жертве в глаза" и, что "все довоенные зебры должны быть мертвы", но потом упал, бормоча что-то невменяемое. Киберпегас и рейнджеры решили, что я навёл на тебя какое-то проклятие. Потом киберпегас увёз тебя куда-то, а меня увезли в Арбу, ну а остальное и так известно.

После рассказа Сулика среди беглецов стали слышаться недовольные роптания, но они вскоре стихли. Все сейчас понимали, насколько паршиво наше положение, что только внутренних распрей нам не хватает для полного счастья.

Я вспоминал, как спокойно прошла поездка в Арбу (через горы, через лес едет дядя энурес) и каким форс-мажором обернулся побег оттуда. В нас стреляли каким-то орбитальным лазером — наверное, в этом мире нет аналога выражения «из пушки по воробьям». Пока для меня всё прошло относительно удачно: мне провели лоботомию, в меня стреляли, лягали, пытались загрызть, зарубить топором, забодать, хотели распилить бензопилой, и в конце изжарить орбитальным лазером, а я всё ещё жив и попутно убил множество копытных разной степени разноцветности. Однако дальнейшие перспективы не радужны — мы заперты в лесу, полном химероподобных тварей, у нас есть оружие, но оно в большинстве своём полицейское и имеет ограниченную военную ценность. Хотя гламурная винтовка Отема вызывает уважение (это не антиматериальная, а антиштоугодная винтовка), но это лишь капля мёда в бочке дёгтя. Наша группа довольно внушительна, но она ничто по сравнению с тем, что нам может противопоставить противник, к тому же — все наши пегасы нелетающие. Как только мы выберемся из зелёнки, то тут же будем сожжены лазером, а если и нет, то против нас будет целая конная армия. Если бы мы были в горах, то можно было бы найти какую-нибудь пещеру и оттуда совершать вылазки, как душманы в Афганистане или Дудаевцы. А что можно сделать в лесу? Зарыться в землю как Бандеровцы или Вьетконг? Не очень хорошая перспектива.

Чем больше думал о нашем положении, тем сильнее понимал его безнадежность. Хотелось просто провалиться сквозь землю. Зря, наверное, об этом подумал, как говорится — «будь осторожен с желаниями — они могут сбыться».

Погружённый в свои мысли, я совершенно не смотрел под ноги, а в лесу, тем более ночью, это может быть роковой ошибкой.

Я не заметил перед собой крупную яму в земле. Крича от неожиданности, я катился по мокрой глине вдоль естественного тоннеля, в конце которого был зеленоватый свет. Тоннель заканчивался в стене пещеры на небольшой высоте, но достаточно большой, чтобы я пролетел расстояние и долетел до подземного озера. Упав в озеро, почувствовал жжение по всему телу, а вынырнув, увидел в тусклом свете дрожь в воздухе (как над горячим асфальтом) над поверхностью озера, но она быстро пропала, ещё до того как выбрался на берег. Выбравшись на берег, увидел, что я выплыл из озера не один. Я с удивлением рассматривал неожиданного товарища, а он меня. Мы оба были очень удивлены, ведь внешне мы были идентичны: те же земные пони с тем же цветом шкуры и гривы, те же бледно-зелёные комбинезоны с разгрузкой и велосипедными сумками, сумка с противогазом тоже была, на шее серый платок «арафатка», оружие аналогично.

— Кто ты такой? — "Другой я" первым решил заговорить: русского акцента в его голосе не было.

— Грей Стоун, так меня называют, — мой простой и честный ответ.

— Это я Грей Стоун, а ты что за самозванец? — В голосе моего собеседника появилась дрожь.

— Я живу под данным именем. А ты что за покемон? — Я был слегка не в себе от происходящего, поэтому говорил и мыслил немного нескладно.

— Что за бред ты несешь?! Кто ты такой?! Ты злой двойник?! — Собеседник явно настроился на агрессию и начал водить передней ногой перед своей мордой, но вскоре на его морде появилась гримаса удивления.

Я вспомнил как Отем и другие пони пользуются своим боевым седлом и понял, что двойник пытался отточенным движением направить механизм с курком к своей пасти. Только я боевым седлом не пользовался, а так как другой я идентичен мне внешне и амуницией, то вывод очевиден.

— *Хороший, злой: главное — у кого пушка, — я взял свою AR-15 и выстрелил в противника.

Тут я удивился — вместо звука выстрела услышал лишь негромкий щелчок. Хотя AR-15 насквозь промокла, и осечка была предсказуема. Зря удивлялся.

Другой я набросился на меня, я же не успел среагировать и был повален на спину. Тот начал меня избивать, но я не растерялся и, поставив блок, смог скинуть противника. Противник тоже не растерялся и, развернувшись, сильно лягнул меня, отбросив к навалу камней у стенки пещеры. Тут вспомнил, что у меня есть пистолет, и решил применить своё озарение в памяти, попутно повторив эпизод из фильма про Индиану Джонса. Другой я, видя, как я лёжа достаю пистолет решил использовать особенности местности и пнул лежащий у него под ногами камень. Камень удивительно точно попал, выбив пистолет у меня из копыт. Мой противник решил не пользоваться оружием, а убить меня в ближнем бою. Я же смог его перехватить и отбросить к той точке, где лежал сам. За секунду вблизи заметил, что у другого меня глаза зелёные. У меня ещё полсекунды до того, как враг придет в себя и нападёт. Увидев нагромождение камней, уже я решил использовать особенности местности, и заприметив крупный камень наверху навала, свалил его прямо на голову противника. Раздавшийся звук был неприятен, а вид крови вперемешку с мозгами начал вызывать рвотные порывы, но я сдержался.

— Ты там как, в порядке? — Я услышал сверху справа голос Соупа, а повернувшись туда, увидел и его самого, с обвязанной лианой вокруг пояса. Я ему помахал.

— А это ещё кто?! — Соуп указывал на труп.

— Это … дохлый номер. — Мне сарказм показался уместным. Дальше я подобрал пистолет.

Впоследствии в пещеру спустилась вся наша группа. Как мне потом сказали, вход в пещеру единороги закрыли большим камнем, но лианы, по которым можно выбраться, оставили. Мы стали осматривать находку: пещера имела солидные габариты и освещалась какими-то зелёными грибами, одна из единорожек сказала нам, что светящиеся грибы поглощают радиацию и есть их не нужно, но как только Сулик это услышал, он подбежал к скоплению грибов и один из них с аппетитом сожрал. У пещерного озера была сильная отражающая поверхность, и я увидел, что радужка глаз у меня по-прежнему темная. Я рассказал, как упал в эту зеркальную лужу и что выплыл из неё не один. Все стали обсуждать мой рассказ и пришли к выводу, что это одна из аномалий Вечносвободного леса и решили провести следственный эксперимент. Нашли добровольца, тёмно-оранжевую земную пони, и приготовили не летальное оружие на случай появления агрессивного клона. Пони вошла и погрузилась в воду, но выплыла оттуда одна и пожаловалась, что вода ледяная. Видя труп другого меня никто не сомневался в правдивости того, что я рассказал, но в данный момент никакого волшебства в озере не было. Я вначале подумал что эффект этого озера одноразовый, но потом вспомнил, как прошёл через щит аликорна, как на меня не действует волшебные зелья и даже заклятия прицеливания на КПК Отема меня не видят. Наверное, упав туда, я как-то повредил магическую структуру, или я дебил, раз пытаюсь на полном серьёзе обдумывать магию.

В дальнейшем мы все стали знакомиться друг с другом, многие только сейчас поверили, что Отем именно тот, кем является. Я был немного удивлен, что заключённые не ведут себя как бандиты, впоследствии узнал, что действительно жестоких преступников среди них нет. В этом мире очень жёсткие законы и в большинстве своём преступников просто убивают на месте без суда, а в тюрьму попадают часто невиновные или совершившие несерьёзное преступление — по людским меркам. Раньше в Арбе были заключены в основном пегасы, где их заставляли изготавливать бетонные смеси, но развивающейся экономике требуется больше стройматериала, а лошадиных сил стало не хватать. Рабство официально запрещено, но не трудотерапия для заключённых, и Рейнджеры Эплджек поручили заключённым работу по расширению места заключения, а так называемые Когти занялись отловом рабочей силы. Беглецы в целом были нам благодарны и говорили что «в какую бы глубокую пещеру нас не загнали это лучше чем находиться в тюрьме».

Я решил похоронить труп другого меня, чтоб не благоухал, хотя была мысль попробовать конину. Лопаты не было, но единороги вызвались помочь. Сулик же решил снять с трупа всю амуницию и примерить её на себе. На трупе была жопометка изображавшая огранённый под шестигранник камень. Когда Сулик переодевался, я заприметил на его облезшей шкуре жопометку, выглядела она как спираль с треугольниками по краям — явное изображение солнца. Комбинезон Сулику оказался немного велик, но он подвязал рукава и подтянул ремни на разгрузке, но «арафатку» и AR-15 брать не стал.

Отоспавшись, мы стали думать, что нам есть. Гулю хватало и светящихся грибов, но никто, и я в их числе, не хотел умереть от лучевой болезни. К счастью, помимо светящихся грибов в пещере росли и обычные коричневые, которые были вполне съедобны. Мы с Соупом и группой единорожек выбрались на поверхность, где мы взяли древесину, лианы и бересту, Соуп же собирал разные листья и цветы. Спустившись снова в пещеру, мы сделали импровизированные миски и котелки, с магией единорогов всё было просто. Дальше Соуп с единорогами стали готовить похлёбку из грибов, озерной воды и собранных ими растений. Огонь мы решили не разводить, а еду подогревали палкоголовые своей магией. Получившаяся похлёбка была явно недосолена, но заключённые говорили, что это лучше чем тюремная баланда, а пегасы что даже баланда лучше чем то, что выращивали в облаках.

Отдохнув после еды, мы решили проанализировать, какое вооружение удалось захватить в тюрьме и, заприметив более-менее ровную площадку в пещере, заключённые и пегасы стали выкладывать в ряд вооружение. Большой частью оружия оказались пистолеты и полуавтоматические дробовики (похожи на SPASS-12). Были пистолеты-пулемёты и несколько гранатометов для дымовых гранат. Снайперские и штурмовые винтовки (похожи на HK G41) приятно выделялись на этом фоне. Ещё сильнее выделялись аж два комплекта силовой брони рейнджеров. Я замечал заключённых тяжеловозов с большими мешками, но и подумать не мог, что этот экзоскелет может туда поместиться. Как потом узнал, там были и другие комплекты брони, но те, кто их нес, не смогли достаточно быстро бегать и погибли от Селестинского лазера. Также были дубинки и нелетальное оружие (двустволки и газовые баллончики), полицейские рации, комплекты наручников (не знаю как они здесь называются). И, как вишенка на торте — большая куча из гранат с черёмухой.

Со стороны этот арсенал может и выглядел внушительно, но полицейское оружие имеет ограниченную боевую ценность, и воевать с этим против регулярных и хорошо оснащённых формирований равносильно самоубийству. Отем озвучил неутешительный вывод.

Беглецы разобрали вооружение, пегасы стали объяснять земным пони как носить силовую броню, Сулик о чем-то задумался. Отем же включил радио в своём КПК, и в пещере послышалась речь ДиджеяПонТри:

— Вниманию беглецам и тем, кто им сочувствует: для вас есть важное сообщение. Власти НКР рассматривают то, что вы совершили побег, поддавшись на уговоры двух психопатов, как акт отчаяния и предлагают задуматься о будущем. Новая Кантерлотская Республика борется за лучшую жизнь для всех граждан. Рекомендую вам как можно скорее прекратить бессмысленное сопротивление. Предлагаю вам взглянуть на вещи трезво: уже сейчас очевидно, что вы обречены на поражение. Вы немногочисленны, слабо вооружены и плохо обучены, а НКР обладает неограниченными ресурсами. Ваш побег вызвал эскалацию напряжения. В результате мы были вынуждены применить против вас «Селестию Один», а также казнить всех предварительно заключённых. Если вы продолжите бессмысленное кровопролитие — вас постигнет та же участь. Но вы можете избежать высшего наказания, если сдадитесь любым официальным представителям силовых структур. Тем же беглецам, кто принесёт головы убийц Каламити — пегаса по имени Отем Лиф и земного пони с именем Грэй Стоун обещают снисхождение. Времени осталось мало. От вашего выбора зависит ваша жизнь. Надеюсь, вы сделаете правильный выбор и сделаете его вовремя. Власти НКР надеются, что все граждане правильно оценят ситуацию и окажут содействие властям.

Дальше заиграла джазовая музыка, а в пещере воцарилось напряжённое молчание. Молчание прервал негромкий смех позади пегасов, когда те обернулись и расступились, я увидел единорожку в толстовке.

— «Леди удача» не лучшая погремуха. Как нам тебя называть? — Я обратился к единорожке-кантерлотскому гулю.

— «Леди удача» я только для тебя. Для остальных я «спецагент Мятная», — она это говорила, заходя за крупный сталагмит, но из-за него уже не вышла и её смех прервался.

Тут захохотал Соуп, за ним Сулик, потом я, дальше Отем и все остальные. Мы серьёзно подумали, что эта попытка ди-джея устроить распри сработает — это было и впрямь смешно.

Успокоившись, каждый стал заниматься своими делами. Отем взял у Сулика книгу Литлпип для изучения. Я же был не любитель чтива, а вид обложки натолкнул меня на мысль о книге Mein Kampf. Сулик же обратился ко мне и рассказал, что слышал от своих покойных товарищей о схроне с оружием зебр, как раз на территории Вечносвободного леса. Данный схрон находится в одной пещере, которой «должны боятся все зебры». Сулик не знает, что это значит, но всё же гуль не рискует идти туда один. Соуп нас подслушал и сказал, что дополнительное оружие нам очень нужно, но возможно зебра хочет заманить нас в ловушку. Мы высказали свои соображения и опасения полковнику. Отем нехотя оторвался от книги и сказал, что будет рад, если мы пойдём на разведку, и даже готов отдать свой пипбак чтобы мы не заблудились.

Я, Сулик и Соуп стали готовить снаряжение для похода. Соуп надел гламурный КПК, облепленный изолентой, а Сулик отметил на карте примерное местоположение пещеры. Единороги приготовили нам маскхалаты из лиан и веток с травой. Оранжевый комбинезон Соупа и дробовик из-под маскхалата совершенно не выделялся.

Идти мы решили ночью, так как роботов-шпионов и вражеских патрулей опасались больше чем диких животных. К счастью, локатор на КПК помогал нам заранее обнаруживать угрозы и благополучно обходить их. Я опасался, что искать пещеру ночью будет тяжело, и она может быть скрыта. То, что я нашёл пещеру с озером, было чистой случайностью и мне помогла моя беспечность и «природная ловкость и грация». Но когда мы дошли до предполагаемого места расположения, то поняли, что наши поиски окончены.

Вход в пещеру был огромен, и я с трудом представлял, в результате чего появилось это природное образование. Выгнав из головы посторонние мысли, я двинулся за пегасом и зеброй. Внутри пещеры было темно, но светящиеся грибы немного разгоняли мрак. Соуп включил свет на КПК, я снова впечатлился масштабами, ощущение было, что в этой пещере есть свой микроклимат и выпадают дожди, а в пространство между сталактитами и сталагмитами можно уместить авианосец. Снова выгнав посторонние мысли, мы начали искать схрон. Сулик говорил, что зебры метят схроны, рисуя полоски в определённых местах. Мы стали искать метки и вскоре поиски увенчались успехом. Прочитав полоски, Сулик указал направление, где нужно искать схрон но, углубляясь в пещеру, мы лишь находили новые метки. Вскоре мы нашли метку изображающую треугольник и поняли, что схрон где-то здесь. Под нагромождением камней мы нашли искомое. Содержимое схрона составляло: какую-то ржавую катапультную установку с жёлтым баллоном, полупрозрачный плащ с огранённым камнем, полосатую винтовку неизвестной конструкции и полосатый пистолет (похож на Маузер К-96 из фильма Начальник Чукотки), свёрнутый красный флаг и чемоданчик для яиц (на тридцать штук). Сулик сказал мне, что в чемоданчике находятся Жар-яйца, и это мощное оружие, практически минимегазаклинание, и рядом лежит переносная установка для их запуска. Вспомнилась система Davy Crocket. Я попросил Сулика показать мне как её заряжать и стрелять из неё. Тот, открыв чемоданчик, достал оттуда один из «стеклянных» снарядов, с зелёным пламенем внутри, и показал, как его заряжать и куда жать, чтобы выстрелить. Сулик забрал содержимое схрона, я же поставил яйцеметалку на предохранитель и закинул её себе на спину.

Дальше мы решили изучить пещеру. Соуп сказал, что пегасам неплохо было бы здесь обосноваться. Пещера просторна и пегасы смогут здесь тренироваться летать, пока у них отрастают перья, и не бояться быть обнаруженными. Но от данной идеи пришлось отказаться. Мы услышали рычание, а потом увидели, как из глубины пещеры на нас медленно двигался огромный «звёздный» монстр. Внешность данного монстра я бы мог описать фразой «превед, медвед», но сарказм в нашей ситуации был неуместен. Сулик в буквальном смысле застыл от ужаса, мы с Соупом его растолкали и привёли в чувство, после мы побежали из пещеры, удирая от монстра. Убегая, я всё же оглянулся назад и увидел, что монстр преследует нас не спеша и его буквально шатает с просони. Когда мы выбежали из пещеры, я предложил провести испытания яйцеметалки — Сулик временно потерял дар речи, а Соуп одобрил идею. Мы заняли позицию в какой-то канаве напротив пещеры, вскоре я увидел горящие глаза и шкуру «звёздного» медведя. Я снял оружие с предохранителя и, прицелившись, выстрелил ещё до того, как монстр вышел из пещеры. После выстрела баллон яйцеметалки стал издавать шипящие звуки, и я отбросил оружие от себя. Металка упала на землю, секунду прошипела и несильно взорвалась, к счастью, мы успели укрыться. Но попадание в монстра было удачным, а взрыв ярким и оглушительным. Наверное, взрывная волна усилилась, отражаясь от стен пещеры. Монстр хоть и был крупным, но вряд ли смог выжить после такого взрыва, а пещера вскоре обрушилась, похоронив его останки.

— Я … я думал это просто сказки для непослушных детей: что в Эквестрии водятся такие звёздные монстры, — Сулик отошёл от оцепенения и подал голос.

— Ты так сказал, будто в ваших сказках таких монстров много? — Я решил уточнить услышанное.

— Нет. Только два, и это был ещё малыш, — Сулик понял, к чему я клоню и ответил мне с плохо скрываемым страхом.

— Если это был малыш, то тогда какой должна быть его мама? — Но ответа на свой вопрос я не услышал. Через три секунды из-под земли послышался жуткий рев, а потом и вся земля задрожала.

— *Что бы это ни было, оно в ярости, — я озвучил общую мысль. Мы мысленно представили источник данного рёва и пожелали находиться от него подальше.

В эту тёмную ночь наша тройка мчалась через чащу, я бежал легко, как ангел отталкивающийся от грешной земли. Вскоре до нас дошло, что от монстра издающего такой рёв не убежать, но можно спрятаться. Мы запрыгнули в какие-то кусты, прикрылись маскхалатами и стали наблюдать. Вскоре увидели, как из под земли вылезает то, от чего мы убегали. Своими размерами эта звёздная медведица могла бы сравниться разве что с Годзиллой, а клыками с саблезубым тигром. Даже если бы яйцеметалка уцелела, выстрел из неё мог бы только несильно ранить монстра. Я совершенно не понимал, как и чем нужно мочить этого мутанта. Поняв, что убить её «дохлый номер» я подумал, что раз она большая, а мы маленькие и сейчас ночь, то нам проще скрыться.

Скрываясь, я с товарищами наблюдал, как монстр некоторое время рычал на луну, а потом двинулся в сторону от нас. Дождавшись, когда шум шагов стихнет, мы пошли в сторону нашей пещеры. Наверное, рёв той медведицы распугал всю живность, так как нам никто не встретился и Соуп сказал, что его ЛУМ не видит никакой живности кроме Сулика.

Вернувшись в пещеру с озером, мы тут же разлеглись на импровизированных циновках из лиан и заснули усталым сном. Когда мы проснулись, нас долго расспрашивали о произошедшем и мы без прикрас рассказали про пещеру и звёздных медведей.

После мы стали изучать тот «хабар», что принесли. Сулик оказался очень разочарован, что после сотен лет в пещере Зебринская винтовка оказалась в неисправном состоянии и, возможно, не подлежит ремонту. Но Зебринский пистолет оказался рабочим, а тот плащ работал как "камуфляж Хищника" и маскировал не хуже Оренбургского наноплатка и, взяв утешительный приз, гуль зебра успокоился. Запас жар-яиц поначалу вызвал восторг у товарищей, но поняв, что без металки эти снаряды годятся только на «пояс шахида», разочаровались. Я подумал, что наличие боеголовки при отсутствии средства доставки это какая-то Северокорейская проблема и в нашем случае её вряд ли удастся решить. Не в пращу же эти яйца заряжать?

Мои мысли о ракетах и камнеметалках прервала мысль, что пегас полковник так и не проявил себя. Я решил узнать, почему он не проявляет общего любопытства и с удивлением обнаружил его читающим лошадиный Mein Kampf. Я поинтересовался у него, что он думает об этой книге и о нашей ситуации, тот, замерев на три секунды, ответил в стиле психбольного:

— Что я думаю? Многое изменилось. Слишком долго меня не было. Они поняли, как попасть в центр управления погодой, раньше. Непонятно как. Мир был вынужден покориться. Они забрали нашу свободу. Уничтожили то, что строилось столетиями. Они держат мир в страхе. Поработили небеса и землю. Рейдеры, повстанцы, сопротивление — раздавлены стальным копытом. Они украли наше будущее, всё в их власти. Они решили, что война окончена, но они жестоко ошибаются.

*-говорит на русском

## Подготовка к вознесению

— Приветствую вас дети мои, с вами любящий вас ведущий ДиджейПон3. В наши постапокалиптические дни происходит много всего интересного и, к сожалению, у меня опять плохие новости. Что вы знаете о Малой и Большой Медведице? Данные существа редко вылезали из своей берлоги, но имеется как минимум два подтверждённых случая, когда сон "Малой Медведицы" был потревожен и оба случая были до войны. В первом случае нападению подвергся город Хуффинтон; во втором, и Флатершай тому свидетель, нападению подвергся Понивилль. В обоих случаях причиной нападения послужил потревоженный сон "Малой Медведицы", и хватало музыкального заклинания, чтобы отправить Медведицу обратно в спячку. Уже сотни лет данные существа никак себя не проявляли, но всему приходит конец. По неизвестной причине "Большая Медведица" проснулась, разрушила свою берлогу и, выбравшись из леса, в ярости напала на город Хуффинтон. Масштабы разрушений пока только предстоит установить, но уже сейчас очевидно, что город фактически уничтожен. Число жертв ещё устанавливается. Даже мощи «Селестии Один» не хватило чтобы убить Медведицу и Рейнджерам Эплджек пришлось использовать воссозданную, но не испытанную технологию зебр. К счастью, полевые испытания Жар-бомбы прошли успешно. Причина нападения неизвестна, но есть версия, что всему виной бежавшие и скрывшиеся в лесу беглецы из пенитенциарного учреждения Арба. По предварительной версии, беглецы попытались скрыться в пещере Медведиц и потревожили их сон. Хотя пещера завалена, отсутствие трупов снаружи говорит о том, что они все остались похороненными под землёй. Ещё раз повторяю, что это лишь предварительная версия событий, основанная на косвенных фактах и домыслах. На этом всё, мои верные слушатели, а теперь немного музыки.

Мы послушали новости на КПК Отема, после пегас выключил радио и начал расспрашивать Сулика о «Детях Собора». Я же обдумывал услышанную новость: то что «Копытинск» уничтожен, меня скорее радовало (я не собирался возвращаться в дурдом), но тот факт, что у «Железных вёдер» есть аналог ядерной бомбы, сумевший убить Звёздного медведя Годзиллу, оптимизма не добавлял.

Дальше я решил послушать разговор пегаса и гуля зебры. Отема бесил факт того что сбитая платформа «Громовержец» (пора перестать удивляться местным технологиям), которая была флагманом Анклава, стала базой «Детей Собора». И ещё больше его бесило то, что «Дети Собора» планируют продать «Громовержец» властям НКР — после того как закончат строительство нового Собора на месте руин старого.

Из книги Литлпип было ясно, что «Громовержец» сбил Кантерлотский гуль — ночной пегас (оказывается, есть и такой подвид). Во время боя с армией Красного Глаза гуль пробрался на один из воздушных кораблей Анклава и, используя какое-то звуковое оружие от которого мозги из ушей лезут, зачистил его экипаж. Также гуль взял с собой из Кантерлота источник розового газа и накачал им захваченный корабль. Дальше диверсант захватил управление кораблем и направил его на таран «Громовержца».

Что происходило после этих событий, вызывало у Отема нездоровое любопытство. Сулик уже говорил, что он раньше работал на «Детей Собора», так как они одни из немногих были лояльны к гулю зебре, и у пегаса было много вопросов к гулю. Первый вопрос пегаса был о том, как он сам выжил после взрыва Собора с хедшотом, но Сулик сказал, что в руинах Собора были найдены лишь обломки силовой брони Отема, и он сам и подумать не мог, что пегас из книги может оказаться жив. Но у Сулика возникла догадка, основанная на том, что во время налёта Анклава и взрыва Собора значительная группа детей пряталась в особо защищённом бункере. Название «Дети Собора», в каком-то смысле, основывалось на этом факте (в аналоге такого бункера Мелкопипка пережила ядерный взрыв в "Прекрасной долине"), а в дальнейшем «Детям Собора» стали оказывать поддержку «Последователи Апокалипсиса».

То, что я и Отем сбежали из клиники этих Последователей, наводило на понятную мысль, но то, что Каламити был удивлён «воскрешению» Отема, означало, что эта мысль держалась в строжайшей тайне даже от одного из их лидеров.

Также Сулик подтвердил, что я не сильно ошибался, считая "Детей Собора" сектантами. Данная группировка собрана из остатков наиболее фанатичных сторонников Красного Глаза. Они на полном серьёзе считают, что аликорны Селестия и Луна являлись богинями, и их гибель — наибольшая утрата для Эквестрии, и лишь новость о том, что сознание Селестии заперто в компьютере, и она не хочет дальнейшей войны, подтолкнуло их на сотрудничество с НКР и другими группировками.

После исторической справки полковник предложил гулю зебре пойти с ним на разведку к вражеской базе. Сулик сказал, что после встречи со звёздными медведями ему ничего не страшно. Я и Соуп тоже решили присоединиться. Сулик экипировался в свой стелс-плащ, а остальная разведгруппа в маскхалаты из лиан. Я предложил попрыгать, чтобы услышать как звенит наша амуниция. «*Хто не скачет — тот москаль. Жги, кричи, козлом скачи», — я не удержался от сарказма.

Ночью мы вышли на поверхность, надеясь к утру дойти до пункта назначения. Отем вёл нас по маршруту, проложенному в своём КПК. Фразу — «*Веди же нас, Сусанин» я не стал переводить. В пути Соуп решил поинтересоваться у гуля касательно предрассудков зебр насчёт звёзд. Сулик же ответил, что это не предрассудки: звёзды — живые существа, и несут зло этому миру — принцесса Луна была их посланником. Я решил вмешаться в разговор и объяснить, что звёзды это плазменные образования и Солнце это тоже звезда. На мои объяснения зебра ответил, что у меня очень скудное представление о природе звезд, и он не хочет дальше это обсуждать. Дальнейший путь мы прошли молча.

В дороге я в шутку подумал, что раз этот мир совмещает в себе элементы Греческой мифологии, то тут могут встретиться мифы и других народов. Но другие мифы мне не приходили в голову — хотя мне вспомнилось упоминание о четырёх всадниках апокалипсиса.

В шутку я подумал, что мы "четыре пони апокалипсиса" — точнее три пони и один человек в теле пони. Хотя беглецы между собой говорили, что зебры это не пони, но по мне Сулик такой же пони, как и остальные — только в тельняшке и воняет как несвежий труп. Отему подходит образ Войны, Соупу образ Голода, гуль Сулик прямо олицетворение Чумы, а мне подходит образ Смерти.

К утру мы вышли к вражеской базе и, заприметив лесистую возвышенность, заняли замаскированную позицию. Я достал прицел, взятый ещё в Арбе, и стал его использовать как монокуляр.

Габариты лежащей на земле платформы «Громовержец» превзошли мои самые смелые ожидания. Я верил пегасам, но с трудом представлял как этот «авианосец — скай-бэйс» может взлететь. Когда я об этом спросил Отема, то он мне ответил, что значительная часть технологий пегасов основана на облаках, и данная платформа летает за счёт грозовых туч. Я никогда не устану удивляться этому миру. Я раньше думал, что в песне «плыть по морю, но на самолёте» имелся в виду экраноплан, а «лететь по небу, но на корабле» — дирижабль, то сейчас решил, что данная платформа под определение "воздушного корабля" подходит просто идеально.

Осмотрев «Громовержец» я переключил наблюдение на строящийся Собор. Собор был весь в лесах и строительных кранах, но уже можно было представить, как он будет выглядеть, когда будет достроен. Выглядеть он будет довольно футуристично, но в здании явно прослеживаются мотивы христианских — католических церквей. Через леса можно было разглядеть знак радиации над воротами, а на колокольной башне вместо креста был знак солнца, совмещённый с «лежачим» полумесяцем. Как мне сказали, Солнце и Луна были изображениями жопометок довоенных принцесс, или как их раньше называли — «Благородных Сестёр».

Вокруг этих двух сооружений было множество небольших бревенчатых домиков в европейском стиле. Также я заметил ангары-гаражи для самосвалов и множество охранных турелей. Ещё по периметру Собора стояли несколько автоматизированных зениток, похожих на немецкие «восемь-восемь». И всё это хозяйство окружено проволочным забором. Сулик сказал, что этот забор под напряжением, но он скорее от диких животных, и он знает места, где можно пройти, не поджарившись.

Между домиками, платформой и стройкой ходили пони всех цветов радуги. Особо среди них выделялись пони в фиолетовых балахонах — они и впрямь сектанты. Но Отема больше волновали пони в силовой броне со скорпионьими хвостами как у мантикоры, вооружённые энергетическим оружием. Пегас отметил, что их броня — это переделка силовой брони пегасов для бескрылых. Я же отметил для себя, что большинство сектантов носит одежду только на передней части тела – явно демонстрируют свою жопометку. Также мне было просто больно смотреть на то, как земные пони носят в пастях предметы, я провёл языком по зубам и понадеялся, что мне никогда не придется так делать. Также отметил, что больше половины «Детей Собора» самки. Среди беглецов из Арбы тоже было много самок, но на данной базе это гендерное неравенство было особенно заметно.

Ещё неприятным открытием было то, что почти все обитатели базы вооружены: даже их детёныши носили пистолеты и различные винтовки, и что-то мне подсказывало, что это не пневматика. Похоже, законы о владении оружием в этом мире даже свободнее, чем в штате Кентукки. Но наличие детёнышей было хорошим знаком – мин можно не опасаться.

Среди этих детёнышей выделялась группа косплейщиков Мелкопипки, Каламити и прочих «хероев» пустоши. Каламити легко узнавался, хотя его и изображал земной пони с накладными крыльями. Сулик говорил, что они подражатели и занимаются тем, что всем предлагают свою помощь в различных делах. Я же всегда считал косплеи каким-то азиатским фетишем, а здесь этот фетиш совмещён с каким-то подобием движения «Юные Петлюровцы», то есть «Тимуровцы».

Меня посетил вопрос: если мне встретятся эти копытные «дети солдаты», дрогнет ли у меня «рука» нажать на курок? Я понимал, что в случае встречи с ними вести переговоры будет глупым решением. "*Обождите ребятушки. Опустите свои пушки. Через год вернусь к вам, дети, но уже в бронежилете", — я представил, как глупо это будет выглядеть. Вспомнился паршивый фильм «Сволочи».

Мы так и пролежали световой день, осматривая и запоминая быт базы, расписание и маршрут патрулей, когда к сектантам прилетают аликорны с телегами (прям гуманитарные конвои) и прочее. В процессе наблюдения в монокуляр я заметил странного синего аликорна в серой накидке и компасом (переменная кратность прицела позволяла сделать вывод). Аликорн явно скрывался даже от других аликорнов и иногда применял заклинание «камуфляж хищника». Взлетев на крышу Громовержца, аликорн на некоторое время залип в свой компас и после медленно развернулся в нашу сторону. увидел в монокуляр крупным планом её морду с ухмылистой улыбкой, после она исчезла в сером дыму.

Я высказал своё опасение, что нас заметили. Полковник сказал, что мы увидели достаточно, и нужно возвращаться. Когда стало темнеть, мы двинулись назад, но, опасаясь слежки, стали петлять, выбирать маршрут через бурелом и всячески путать следы. Мы благополучно дошли до убежища: слежки не обнаружили, и облавы на нас не было.

Дальше полковник загорелся идеей штурмовать базу сектантов и угнать «Громовержец». Мотивировал необходимость штурма он тем, что оставаться в лесу — это тупиковый путь сопротивления, и вообще — прятаться под землёй — это против природы пегасов. Также Мелкопипка и Селестия не могут следить и контролировать погоду на высоте, превосходящей высоту погодных башен — там можно скрыться и совершать вылазки.

Идея полковника показалась всем интересной, но самоубийственной. Хотя все понимали, что противник рано или поздно нас найдёт (распылит дефолиант или что-то подобное) и надо что-то делать, но понимали, что штурм обречен на провал. База противника хорошо охраняется, а у нас мало бойцов. Может мне и Отему и удалось успешно штурмовать тюрьму, но тогда у нас был фактор внезапности, самосвал и бунт заключённых — глупо надеяться, что сейчас нам так легко удастся застать противника врасплох. Также мы сложно представляли, как нам удастся поднять «Громовержец» в воздух. Сулик сказал, что «Дети Собора» провели на платформе капитальный ремонт, но она летает за счёт облаков, а наши пегасы не летают и не смогут набрать подходящих туч. Так, в течение часа, мы вели дискуссию. Вряд ли копытные поняли мою аналогию с дворцом Амина и Рейхстагом, а также сарказм насчёт боевого строя «Свинья», но после услышанных аргументов уровень энтузиазма у полковника несколько упал. Хотя он не отказался от идеи захвата своего флагмана. Впоследствии он обратился с просьбой к каждому насчёт любых идей — даже самых безумных.

Началось долгое обсуждение будущей операции, а затем ещё более долгая подготовка. Я вспомнил, как были эффективны парализующие дротики и, узнав, что в них используется яд мантикоры, предложил пойти на охоту, а после сделать дротики и духовые ружья. Вся пещера была исчерчена планами местности, эскизными рисунками и расчётами. Рисунки, что рисовали некоторые пони, были чем-то похожи на наскальную живопись неандертальцев, и как неандертальцы мы отправились на охоту. Сулик вызвался добровольцем идти со мной, хотя и сказал, что у зебр, и у него в частности, есть панический страх перед мантикорами, Соуп тоже решил к нам присоединиться. Наша «святая троица» взяла дробовики и ночью мы выдвинулись в ночной лес. Мантикора это ночное животное и было логично, что в период её активности нам будет проще на неё наткнуться. Моя идея использовать Сулика как приманку (точнее его трупный запах) тому не понравилась, но он признал её логичной и, скрипя зубами, стал выполнять сказанное. Засада увенчалась полным успехом: нам удалось завалить небольшой прайд — аж троих мантикор. Дальше я срезал с трупов скорпионьи жала, а после мы, используя лианы от маскхалатов, подвесили трупы за лапы между деревьями вниз головами. Я никогда раньше не снимал шкуру со зверя, только со стороны наблюдал, но всё прошло успешно. Я не удержался, видя столько мяса, и вырезал печень зверя, а также несколько крупных кусков, дальше замотал их в крупные листья и взял с собой. Моих товарищей слегка передернуло, когда я сказал что я всеядный.

Мы принесли добычу в пещеру и единороги тут же принялись за её обработку. Волосы из львиной гривы мантикоры пошли на оперение для самодельных дротиков, а шкура на выделку. Палёным деревом на стенах пещеры мы рисовали схемы будущей операции и когда зажигали очередное кострище, я решил прожарить добытое мясо. Пони, и в особенности пегасы, явно были недовольны моими гастрономическими пристрастиями. Через звуки потрескивания костра я слышал роптания, в которых обсуждали из какой я рейдерской группировки, а некоторые решили, будто я был жителем Арбы до её посещения Мелкопипкой. Есть мясо зубами травоядного было неудобно. Печень мне показалась вкусной, а мясо сухим и жестким, но это было лучше, чем грибная похлёбка Соупа.

Закончив с питанием и отоспавшись, я решил заняться оружием с использованием добытого яда. Сулик вначале скептически относился к моей идее духового ружья, но после того как мы провели испытание на добровольце (крупном земном пони), резко изменил мнение, и даже сделал себе духовую трубку подлиннее — для большей точности.

В дальнейшем мы стали проводить импровизированные учения: разбитие на группы, отработку команд и плана действий, проверку оружия, амуниции, средств связи. В будущей операции решающее значение играла незаметность, и каждый пони делал свой маскхалат под себя. Также Соуп нашёл какое-то растение и сделал из его зелёного сока импровизированный маскировочный грим.

Два комплекта силовой брони «погоды не делали», но не воспользоваться ими было глупо. Красная краска очень тяжело стиралась, и мы решили просто измазать броню грязью. Не самое умное решение, но и так сойдёт.

Также в нашей группе нашлись две пегаски, проходившие службу в Анклаве пилотами кораблей класса «Хищник». Только Отем был знаком с системой управления кораблей класса «Циклон», но он сказал, что не может одновременно управлять кораблём и руководить операцией, и принялся объяснять пегаскам принципы управления на наскальных рисунках. Лимонно-жёлтую пегаску звали Симфони, а бело-зелёную Мелоди. Их имена были музыкальными, но если всё провалится, на наших похоронах вряд ли будут играть музыку.

Это были долгие дни. У пегасов на крыльях уже начали пробиваться маленькие перышки (недостаточные, чтобы летать), а на бритой голове Отема выросла короткая грива. Грибы в пещере стали заканчиваться, а у некоторых пони начали появляться симптомы клаустрофобии. Но наш план, как нам казалось, был в меру хорошо продуман: мы разбились на «боевые тройки» и снайперские пары, приметили снайперские позиции, маршруты наступления и, на всякий случай, пути отхода. На начерченной Отемом и Суликом по памяти схеме «Громовержца» мы изучали, как будем производить захват и оборону корабля. Параллельно с этим я решил уточнить у товарищей: что это за НКР о которой говорили на радио.

Мне провели долгую лекцию по истории, которую я понял примерно так: После ядерной войны на пустошах образовались многочисленные группы наёмников грифонов и примкнувших к ним пони. Что в этом мире водятся грифоны, меня не удивило. Хотя эти группировки и не имели единого командного центра, они были объединены идеей воевать за деньги, кодексом чести и названием «Когти». Когда Мелкопипка, Каламити и некая Вельвет Ремеди скитались по пустоши, они наткнулась на одну из групп этих наёмников. Пипка выяснила что наёмники, сами того не зная, выполняли приказы дракона (тут я был удивлён), и рептилия после выполнения заказов планировал использовать наёмников как еду. Мелкопипке и Каламити удалось убить этот летающий бронированный огнемет, а те сокровища (носители информации), что дракон охранял, забрали наёмники. Командир этой группы, некая грифон Гаудина Грознопёрая, решила использовать найденные богатства для объединения всех групп «Когтей» в одну ЧВК. Впоследствии, во время операции «Выжигание», когда Анклав осуществлял нападение на основной промышленный центр Красного Глаза (город Филлидельфия), Гаудина решила воспользоваться ситуацией и захватить город. Перед нападением Анклава на Филлидельфию Мелкопипка организовала сходку дружественных ей группировок. Во время «пира во время чумы» Гаудина сговорилась о поддержке и дележе добычи с Мелкопипкой и некоторыми группировками пустоши. После дележа Гаудина выдвинула свою армию в наступление. В борьбе с обороняющимися большую роль сыграло «Общество Сумерек» и их лазер «Селестия Один», а в борьбе с Анклавом некая пегаска гуль с погремухой Дерпи. Какое у неё настоящее имя доподлинно неизвестно (Дитзи Ду или Маффинс), но известно, что у неё косые глаза, вырезан язык и она может разгоняться до сверхзвука, создавая радиационные выбросы. Создавая эти выбросы, она фактически уничтожила всю ударную группировку пегасов ещё до того, как Мелкопипка захватила контроль над погодой и расчистила облака. После этого армия Красного Глаза оказалась разрознена и вскоре присоединилась к «Когтям». Пегасы же лишились своего облачного барьера, и у них вскоре началась долгая гражданская война. Сторонники Красного Глаза и пегасы получили разваленные экономики и горы трупов, в то время как ЧВК «Когти» оказались в чистом выигрыше, но Гаудина, понимая, что в войне с другими группировками за контроль над Эквестрией может и проиграть, решила действовать дипломатически — объединиться с группировкой «Последователи Апокалипсиса».

Последователи это группировка, созданная аликорнами и подельницей Мелкопипки — Вельвет Ремеди. Вельвет и Гаудина решили объединить всех обитателей Эквестрии в новом государстве, названном НКР (Новая Кантерлотская Республика). Хотя сейчас НКР это скорее конфедерация из полунезависимых группировок, но всё идёт к полному объединению. Отем высказал своё мнение, что НКР воплощает собой мечту Красного Глаза о государстве, объединившем все территории и расы в Эквестрии (те же яйца только всмятку), и если мы будем бездействовать, то это значит, что Красный Глаз победил — даже после своей смерти.

Последователи занимаются развитием сельхозугодий и ферм. НКР же принадлежит основная промышленная база и контроль над караванными путями, а их ЧВК «Когти» пользуется самыми передовыми довоенными и современными технологиями. Хотя на радио наврали, что у НКР неограниченные ресурсы, но их власти планируют экспансию в заражённые земли Зебрики, для захвата энергетических ресурсов, что решит все энергетические проблемы НКР. Для будущей экспансии власти НКР и планируют купить платформу «Громовержец».

Сулик был возмущен, что история повторяется, и из Зебрики снова хотят сделать сырьевой придаток. Меня же больше волновала наша грядущая операция по захвату этой летающей платформы. Отем же был полностью в мыслях о предстоящем событии.

— Если всё пойдёт успешно, то дни травли как крыс будут сочтены. Наши враги считают, что война окончена, что мы слабы и не в силах им противостоять, и надеюсь, они ошибаются, — Отем это произносил с энтузиазмом и явно надеялся всех заразить верой в успех.

Я же думал более скептично, но понимал, что грядущее событие будет прекрасно и кроваво. В случае успеха оно войдёт в историю этого мира как одна из самых дерзких диверсионных операций, а в случае провала как самый тупой план угона воздушного судна, который только можно придумать.

*-говорит на русском

## Операция: Внешние небеса (часть первая)

«Внешние небеса» – довольно пафосное название для боевой операции. Отем сам его придумал. Вообще, этот пегас вёл себя как стереотипный американский военный, и то, что он придумает звучное название, было ожидаемо. «Внешними небесами» он называл высоту, за которой у системы погодных башен начинается «слепая зона». Когда угнанный «Громовержец» войдёт в данную зону, мы сможем считать что операция прошла успешно.

Я не сразу согласился с ролью лазутчика, но Отему удалось меня уговорить. Пегас, говоривший с остальными как с рядовыми подчинёнными, со мной был довольно вежлив. Мне всегда нравилось, когда ко мне вежливо обращаются, но то, что после просьбы «будь любезен» я согласился идти в это «осиное гнездо» было странно даже по моим меркам. Хотя аргумент, что у меня есть опыт проникновения в лагерь лесорубов, был логичен. Также всех заинтересовала моя способность ходить не цокая, и то, что на локаторе КПК Отема я не отображаюсь. Данные преимущества делали меня одним из немногих подходящих для выполнения будущей задачи. Также сыграла свою роль и книга Мелкопипки. Точнее та её часть, где Пипка под видом раба без чёткого плана проникла в промышленный центр Красного Глаза, а также та часть, где она в стелс-плаще шныряла на борту «Громовержца». Мне подтвердили, что написанное в целом правда. Решив, что раз эта Пипка могла выполнять диверсии, то и у меня получится, я сделал выбор. Хотя мысленно ещё цеплялся за то, что всё происходящее лишь плод моего больного воображения, но это слабо утешало – в кошмаре любой твой выбор является ошибкой.

Написанное в книге и то, как я и Отем сбегали из дурдома, как мы проникли в лагерь лесорубов — всё говорило о том, что копытные пренебрегают мерами противодиверсионной безопасности. Также было легче от того, что на дело я иду не один – гуль зебра хорошо знал местную локацию и вызвался добровольцем. Сулик и его товарищи годами скрытно действовали прямо в тылу противника, у него большой опыт быть незаметным, это немного утешало.

Ранним утром я и Сулик через брешь в заборе проникли на базу «Детей Собора». Гуль зебра был незаметен в своём стелс-плаще, я же был в своём комбинезоне. Значительная часть рабочих на стройке носила одежду, аналогичную моей — это многое упрощало. К тому же, мой серый цвет шкуры был довольно часто встречающейся расцветкой, да и большая часть обитателей базы была земными пони, и я рассчитывал «слиться с толпой». Также на голове у меня была фуражка, которую Отем взял из лагеря лесорубов. Цвет глаз у меня был нетипичный, и была вероятность, что это меня выдаст. Так что решил — тень от козырька хоть и не лучшее решение, но лучше чем ничего. Хотя и опасался, что сектанты могут меня опознать, но больше опасался разоблачения от детенышей, что шныряли по базе. На такой случай были подготовлены дротики с парализующим ядом – буду метать как при игре в дартс и надеяться, что меня не заметят.

Если с амуницией для диверсионной операции у нас было боле-менее терпимо, то с вооружением для скрытных действий было не густо. Хотя и не пусто. Мы взяли духовые ружья — дротики с ядом мантикоры показали себя эффективными ещё в лагере лесорубов. Также я взял с собой то, что можно носить скрытно: нож, пистолет и несколько гранат. АR-15, по понятной причине, брать не стал. Также по этой причине не стал надевать «арафатку», хотя и взял этот серый платок с собой. Когда станет «жарко» платок на шее поможет уберечься от «дружественного огня».

Также мы взяли с собой средства связи, но рации, что я и Сулик прятали под амуницией, были в выключенном состоянии. В целях внезапности перед штурмом сохранялось полное радиомолчание. В качестве позывных предложил использовать буквы Греческого алфавита, мне показалось это логичным, раз мы в мире Греческой мифологии.

Позывные мы решили выбирать жребием – никто не хотел носить позывной Омега. Позывной нашей диверсионной группы была буква Лямбда. Отему и Соупу досталась Дельта, группами зачистки Собора были: Альфа, Сигма, Каппа. Омега досталась пилотам Симфони и Мелоди, прочие буквы были распределены между штурмовыми группами и снайперскими парами.

Сулик же был совершенно равнодушен насчёт позывных. Его больше волновало то, с чем он встретит своих бывших работодателей. Под своим плащом он прятал пистолет-пулемёт, полосатый зебринский пистолет, найденный в пещере медведиц, и длинное духовое ружьё. Также у него были две сумки с противогазами. Ответ на вопрос «зачем нам противогазы?» висел у нас на спинах.

На спине у меня и гуля были сумки, наполненные гранатами с черёмухой. Удивительно, что эта большая куча гранат смогла туда уместиться. Идея использовать черёмуху нам пришла во время исторической справки о том, как Кантерлотский гуль ночной пегас накачал розовым газом корабль Анклава и протаранил этим брандером «Громовержец».

Мы решили использовать вражеский опыт. У меня были сомнения – «Громовержец» огромен и даже той кучи гранат может не хватить, чтобы заполнить его газом в достаточной концентрации. После долгих расчётов и споров мы пришли к выводу, что хватит — даже с небольшим запасом. Захват «Громовержца» будет похож на штурм театрального центра на Дубровке, где тоже распыляли газ.

Однако изначально, согласно плану, мы направлялись к строящемуся Собору. Сам Собор был нам малоинтересен, его зачисткой должны будут заняться другие боевые группы, но охранные турели вокруг него вызывали опасения. Нашей первой задачей было вывести сеть этих турелей из строя. Сулик говорил, что возможно центральный терминал охраны находится в бункере под стройкой. Чтобы проникнуть на стройку я решил прикинуться одним из рабочих.

Мы заранее приметили крупное деревянное здание, из которого запряжённые рабочие увозили телеги с мешками, досками и прочими стройматериалами. Я решил сойти за одного из них и, спрятав свои сумки за кучей мусора, вошёл на этот склад.

— Ты что — новенький? — ко мне обратилась тёмно-коричневая единорожка.

— Да, меня перевели из лесопильной бригады, — говорить без своего русского акцента было непривычно.

— Возьми. Здесь положено носить каску, — она магией подняла со стола жёлтую каску.

— Отвезёшь телегу к Собору. Найдёшь прораба, она тебя определит на дальнейшие работы, — единорожка говорила это, не смотря на меня, что-то записывая в планшет. Я же надел каску и впрягся в телегу, мне это показалось унизительным — чувствовал себя бурлаком на Волге.

Я повёз телегу к заднему входу Собора. Добрался до стройки, мне показали где оставить груз и сказали где искать прораба. Я оставил телегу и для виду двинулся в указанном направлении. Скрылся за деревянным стеллажом с инструментами, а после двинулся в направлении, что мне указывал Сулик.

Двигаясь за зеброй, я осматривал внутреннее убранство недостроенного Собора. Масштабы по-настоящему впечатляли. Хотя вместо витражей была фанера, а на органе отсутствовали «самоварные трубы», но наличие скамеек и пони в фиолетовых балахонах говорило о том, что в Соборе уже начали вести службы. Сулик говорил, что ему, как зебре, мерзко находится в этом месте, но если это поможет расправиться с этими почитателями «Благородных Сестёр», то он с удовольствием будет даже звонить в колокол на башне. На мыслях о колоколе мне вспомнилась цитата – «Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе». Надо отбросить мрачные мысли.

Сулик вёл меня за алтарь с органом и привел к лестнице одной из башен Собора. Башни были закрытой территорией для рабочих, и я перешёл на тихий шаг. Сулик же не мог глушить шум своих шагов так, как я, но пытался ходить осторожно. Башни, как я понял, являлись жилыми помещениями для служителей культа, но смотря в замочные скважины, я видел, что все комнаты пустовали, кроме одной. В этой комнате на койке сидела травянисто-зелёная единорожка в фиолетовом балахоне, перед собой она левитировала книгу Мелкопипки и была полностью погружёна в чтение.

Я сам вспомнил данное чтиво. Мелкопипка бы на моём месте тихо вскрыла замок шпилькой и придушила противника телекинезом. Я так не мог и, надеясь, что нас не услышат, просто, по-человечески, выбил дверь.

— Вы кто та… ? — до конца задать свой вопрос сектантка не успела. Сулик успел приготовить своё духовое ружьё и всадить дротик ей в шею.

Я наспех поставил дверь на место и принялся стягивать балахон с бессознательного тела сектантки. В процессе из кармана балахона выпала красная железка, стилизованная под знак радиации. Сулик ранее говорил, что так выглядит ключ служителей, и он открывает дверь в бункер под Собором. Гуль точно не знает, что там, но подозревает, что терминал охраны может быть там.

Я надел балахон прямо поверх своего комбинезона после подобрал ключ и положил его в карман. Балахон был, так сказать, безразмерным, и подтягивался поясом, так что с размером проблем не было. Тело сектантки решил на всякий случай спрятать под койкой и свесить одеяло.

Закончив с переодеванием и сокрытием улик, я решил взглянуть в окно. Любуясь пейзажем, видел, как база вела свой размеренный быт. Также заметил, что с крыши «Громовержца» в мою сторону смотрит та синяя аликорн, что я видел при первой развед-вылазке. Возможно, впервые я её увидел ещё при побеге из Арбы — перед обстрелом из Солнечного лазера. Через две секунды она исчезла в неяркой вспышке. Всё это не может быть совпадением – она за мной следит.

Возможно, Последователи за мной следят, и за мной всё время следуют незаметные синие аликорны. У меня появилось дурное предчувствие насчёт засады, но я себя успокоил. Как я понял, почти все аликорны на одно лицо, хоть и имеют разную расцветку. По сути, они являются неудачными клонами так называемой принцессы Луны. Но если эта аликорн послана Последователями, тогда нас давно бы обнаружили и уничтожили. Но если всё это время это был один и тот же аликорн, то скорее всего она никак не связана с Последователями и НКР и преследует какие-то свои цели. Надо будет организовать на неё засаду.

Быстро обдумав свою догадку, я снял каску и натянул капюшон так, чтобы скрыть глаза, далее мы отправились с башни в подвальное помещение. Обстановка подвала Собора была в стиле позднего средневековья: деревянные книжные стеллажи, деревянные столы и стулья, редкие свечи. Из этого убранства выделялись двое охранников в силовой броне с открытыми забралами, охраняющие подсвеченную металлическую дверь в форме шестерни. Кроме этих охранников и нас в помещении никого не было — мы решили действовать. Из затененного угла мы одновременно прицельно выстрелили дротиками из духовых ружей. Охранники, получив инъекцию в щёки, синхронно упали мордой в пол. Я нашел справа от двери панель, под которую определённо был сделан тот ключ в стиле знака радиации. Мы с Суликом взяли лазерные винтовки охранников, и гуль в двух словах объяснил, как этими винтовками пользоваться. Закончив осмотр трофея, я достал ключ и применил его на панели. После одного оборота «дверь-шестерня» отошла назад и откатилась в правую сторону.

Приготовив оружие, мы вошли в освещенное помещение. Мне сразу бросилось в глаза как средневековая стилистика подвала контрастирует с технологичностью обстановки в бункере: кругом металл, лампы светодиоды, какие-то серверные шкафы. Сектанты в балахонах выглядели на этом фоне «вырвиглазно».

Мы не могли себе позволить, чтобы сектанты успели поднять тревогу и решили действовать на опережение — с нашей стороны последовали серии выстрелов из лазерных винтовок. Сектанты не успели ничего понять, как начали падать замертво или превращаться в кучки пепла. Некоторые из них успели вскинуть какие-то зелёные пистолеты и даже неприцельно в нас выстрелить, такими же зелёными сгустками энергии, но всё мимо. Зачистив помещение, мы затащили парализованных охранников в бункер и заперли дверь, они нескоро проснутся. Сулик сел за терминал и сказал, что его догадка подтвердилась — это терминал охраны базы. Пока зебра взламывал терминал, обезвреживал турели и зенитки охраны Собора, я решил осмотреть плазменное оружие сектантов. Когда Сулик сказал мне, что данное оружие способно пробить силовую броню, а иногда превратить противника в зелёную лужу, я решил последовать его примеру и забрал один из пистолетов. Я положил пистолет в карман балахона и занялся осмотром помещения. В помещении было множество ящиков с боеприпасами и консервированной едой. То, что многие из ящиков были пусты, говорило о том, что когда-то эти припасы активно использовали, но ящики с минами были нетронуты. Ещё в бункере был расположен какой-то импровизированный алтарь, на котором под стеклом находился красный кибер-глаз как у Каламити. Как понял, это были останки Красного Глаза. В стороне от алтаря мозолила глаза какая-то большая металлическая будка цилиндрической формы. Судя по кресту с бабочками, надписи на английском «Выздоравливай скорее» и маркировке «Автодок Марк IX» — это медицинский прибор.

Больше в бункере меня ничего не заинтересовало, а Сулик дал знать, что турели и зенитки выведены из строя. Был большой соблазн перенастроить системы целеуказания и направить огневую мощь турелей против сектантов (повторить историю с лагерем лесорубов), но по плану мы должны были лишь вывести турели из строя, а зачисткой Собора должны будут заняться боевые группы. Закончив с первой фазой операции, мы покинули бункер и сам Собор. Я подобрал оставленные сумки и мы двинулись выполнять следующую задачу — теперь наша цель «Громовержец».

Проникнуть на борт «Громовержца» было проще какой-то там репы – балохонно-сектанская маскировка очень помогала, некоторые сектанты в силовой броне даже приветствовали меня, вскинув переднею ногу в нацистском стиле. Идти мы решили через «парадный вход», то есть через оогромную распахнутую кормовую дверь ангара для кораблей класса «Хищник».

Зайдя на борт, я всё никак не мог отойти от впечатления масштаба гигантомании. По словам полковника в этом ангаре могут поместиться десяток «Хищников», а ведь корабли данного класса тоже имеют немаленькие габариты. Но хватит по сторонам зевать: если план сработает, у меня будет куча времени чтобы осмотреть данный корабль и изучить технологии другого мира. Сейчас же данный ангар, судя по обстановке, приспособлен под различные мастерские по ремонту самосвалов, оружия, да и всей остальной техники.

Мы прошли ангар, и дальше только Сулик не давал мне заблудится в этом лабиринте из отсеков и коридоров (тамбуров — если тут применима морская терминология). Нашей первоначальной целью была радиорубка – если сектанты сообщат другим группировкам о нашем появлении, то наша судьба предсказуема и незавидна. По пути в радиорубку мы прошли через крупный зал с множеством вертикальных грядок, в которых растили какие-то цветы. Сулик шепотом мне сказал, что раньше это был зал для тренировок пегасов, а сейчас здесь растят опасные растения, и что я должен особо опасаться синих цветов. На мой вопрос («Зачем их растят?») Сулик ответил, что сектанты их продают Последователям, где зебры-предатели варят из цветов различные зелья. Выслушав ответ, я приметил среди садового инвентаря небольшую лопатку с сумкой под неё. Вспомнив истории про первую и вторую мировые войны и применение в них сапёрных лопаток, решил, что данный инвентарь может пригодиться. Незаметно взяв, что плохо лежало, продолжил путь. Сулик явно меня не понял, но объяснять "морде нерусской", чем может быть полезен этот садовый инвентарь, времени не было. Он явно решил, что это один из симптомов моего психического заболевания (клептомания) и не надо ничего выяснять. Добравшись до радиорубки, я «на цыпочках» подкрался к земной пони радистке и, шепча про себя «*Щас приколюсь» всадил ей дротик в шею. Как только радистка обмякла, Сулик принялся что-то делать с радиоаппаратурой, попутно выдернув несколько проводов. Перед уходом мы связали радистку проводами и закрыли за собой дверь.

Нашей дальнейшей целью был инженерный отсек, в котором находился «технический» терминал управления системами «Громовержца». Сулик предупреждал, что данный терминал находится под охраной. Охрана состояла из двух палкоголовых и трёх земных пони в силовой броне – все с плазменными винтовками. Сулик взялся за рогатых, я за остальных. Бой был недолгий: тревога не поднялась, на месте где стояли палкоголовые и впрямь были зелёные лужицы (*Кончилась ваша сучья служба), я решил, что в них лучше не наступать.

Далее гуль зебра сел за терминал, то, как он стучал по клавишам, напоминало мне стук пустых гильз выбрасываемых пулемётом. Закончив со взломом терминала, настройкой системы вентиляции и освещения, а также деактивацией и перенастройкой системы обороны, Сулик передал мне сумку с противогазом. Сейчас нам предстояло разделиться.

Время работало против нас, в том смысле, что нужно было всё сделать максимально быстро: до того как противник найдёт тела, или как-то по-другому поймёт что на базе лазутчики. Я немного опасался того, что могу заблудиться среди бесчисленных коридоров, но Сулик сказал, что настроил систему аварийного освещения так, чтобы она работала только в нужных мне местах, и чтобы не заблудиться я должен идти вдоль красного света.

Я вышел из отсека и увидел, что в коридоре и впрямь горят красные лампы. Конечно, это не "дорога из жёлтого кирпича", но сойдёт. Идя к цели, я натыкался на сектантов, удивленных необычному освещению, но паники не поднимали и, судя по услышанным мной обсуждениям, думали, что это проверка перед будущей продажей «Громовержца» НКР. Я не стал задерживаться, чтобы слушать сплетни, и продолжил свой путь.

Как и планировалось — красный свет привёл меня к неработающей компрессорной. Я не совсем понимал, как работает компрессорная, подключенная к системе вентиляции, но я не инженер, да и на Земле нет аналогов таких воздушных кораблей, поэтому делал то, что было заранее продумано ещё в пещере. А именно, вспоминая рисунки на стенах, нашел вентиляционный клапан и, надев противогаз, стал бросать туда гранаты с черёмухой. Сбросив последнюю, я закрыл клапан, снял со спины противогаз и двинулся в обратном направлении, предвкушая какую «газовую камеру» мы устроим сектантам.

Сулик закончил и вернулся немного раньше, но он раньше работал на сектантов и занимался восстановлением «Громовержца», так что это было ожидаемо. Перед моментом истины я снял с себя балахон, намотал на шею «арафатку», надел противогаз и взял с трупа охранника плазменную винтовку. Гуль также надел противогаз и довооружился, а после сел за терминал, я же достал и включил рацию.

После его многочисленных нажатий по клавишам всё основное освещение погасло, и через секунду на борту загорелись красные лампы аварийного освещения. Все эти игры со светом сопровождались выбросом газа черёмухи из вентиляционной системы корабля, скоро «Громовержец» превратится в «Газваген». Также Сулик с терминала перекрыл основные внешние двери корабля, включая огромную дверь ангара через которую мы вошли. Открытыми он оставил лишь аварийные выходы. Нашей целью было «выкурить» противника и заставить его выйти в зону поражения системы обороны корабля – опыт лагеря лесорубов всё же пригодился.

Я настроил рацию на передачу, хотя и опасался, что сигнал может не пройти через корпус «Громовержца». На такой случай у нас был план B, но он не пригодился.

— КП, КП — это «Лямбда Два» сообщаю: черёмуха зацвела, фитиль зажжён, — «зацвела» означало, что газ пущен. «Зажжён» значило, что управление системой обороны перенастроено.

— Браво Зулу. «Лямбда Два», это КП «Дельта Один». Не дайте «фитилю» погаснуть, гасите только по команде.

— Роджер — гасим по команде.

Никогда бы не подумал, что буду рад тому, что нахожусь в помещении, заполненном слезоточивым газом. Снаружи сейчас «жарко» — происходит то же, что было в лагере лесорубов, только в большем масштабе. Хотя сектанты демонтировали большую часть вооружения «Громовержца», включая главный калибр, но значительная часть внешней системы обороны сохранилась в работоспособном состоянии. И пока эта система умножает сектантов на ноль, наши снайперские пары уже вывели из строя генераторы, что питают забор. Как только мы получим приказ и отключим систему обороны, наши штурмовые группы займутся штурмом базы, зачисткой Собора и «Громовержца», взятием пленных и прочим.

— Лямбда это КП Дельта, гасите фитиль и откройте створки! — голос Отема звучал через треск помех на фоне звуков выстрелов.

Услышав долгожданную команду, гуль отключил систему обороны и, активировав двери ангара, включил систему аварийного проветривания. Далее мы, приготовили винтовки и побежали к дверям ангара. К сожалению, некоторые сектанты, что носили силовую броню с системой фильтрации, были невосприимчивы к газу и не пожелали покидать корабль. Им же хуже, мы были не в том положении, чтобы позволить себе брать пленных, и те из них, кто нам встречался по пути к выходу, были убиты из плазменных винтовок. По пути мы встретили большую группу противников в спортзале-оранжерее. Они прижали нас огнём, так что мы заняли оборону за мешками с удобрениями. К счастью, нам помогла «Леди Удача», бросив в сектантов электромагнитную гранату. Я заметил, что эта гуль в толстовке не носила противогаза — лишь платок «арафатку», натянутую на морду, но дискомфорта от черёмухи не испытывала. Исчезла она так же быстро, как и появилась. На выходе из ангара мы встретили группу пегасов, вооружённых трофейным оружием. Благо они не приняли нас за сектантов, разминулись с нами и побежали на окончательную зачистку «Громовержца».

Покинув корабль, я снял противогаз и увидел, что бой можно считать оконченным. Повсюду были трупы сектантов и оплавленные следы от лазеров и плазмы на земле. У ворот Собора лежали мордой в землю пленные «Дети Собора». Наши бойцы с дробовиками, среди них были и двое в силовой броне, держали их под прицелом. Отдельной группой пленных были детёныши сектантов. Ещё во время подготовки был заучен чёткий приказ — против «онижедетей» использовать только нелетальное оружие, и моральная причина играла не последнюю роль. Рядом лежали в ряд четыре накрытых простынями тела — погибшие из наших отрядов. Их гибель для нас большая трагедия, но в целом можно считать, что мы понесли небольшие потери — могло быть гораздо хуже.

Хотя самое трудное позади, но многое ещё предстоит сделать, чтобы поднять «Громовержец» в воздух. У нас мало времени, прежде чем другие группировки обнаружат наше присутствие. Группа единорогов и пегасов уже взялась за дело, мастеря кустарную «облокоделательную» машину. Сулик же подбежал к группе Дельта, то есть к Отему и Соупу. Он быстро рассказал, как мы проводили диверсию, и что мы нашли. Когда он рассказывал о бункере под Собором, я передал ключ «знак радиации» Соупу, а Отему вернул фуражку. Также во время разговора ко мне подошли нагруженные пегаски Симфони и Мелоди, они передали мне жилет-разгрузку и AR-15, а Сулику чемоданчик с жар-яйцами. Получив чемоданчик, Сулик направился с пегасками в сторону Собора, я, Соуп и Отем тоже последовали за ними. По пути я вновь обратил внимание на группу пленных детёнышей, точнее на то, что среди косплэйщиков-петлюровцев не было той, что подражала Мелкопипке. Я сказал Отему своё наблюдение и тут же краем глаза заметил движение на границе леса. Повернув голову, увидел бегущую в чащу беглянку и снова поделился своим открытием с пегасом.

— Организовать погоню? — Соуп высказал своё предложение полковнику.

— Нет. Нам её не найти в этом лесу. К тому же пройдут сутки прежде чем она добежит до ближайшего города и есть шанс, что ей встретится местная фауна. Ничего не меняется — продолжаем следовать плану, — Отем высказал своё соображение и отдал приказ. Приказ обсуждать не стали.

Обсуждать наши находки не было времени, и наши группы просто утаскивали все, что плохо лежит. Даже алтарь и так называемый «Автодок Марк IX» не избежали своей участи стать нашими трофеями. Смотреть, как двое земных пони катят «Автодок» из подвала по широкой лестнице, было немного смешно. Скоро эта база будет выглядеть в стиле «как Мамай прошёлся». Я всё же опасался, что мы не успеем взлететь до нашего обнаружения, и предложил на всякий случай использовать найденные мины. Мотивировал это тем, что даже если мы взлетим раньше обнаружения, то противник всё равно сюда придет и наткнётся на маленькие сюрпризы. Услышав мою идею Сулик предложил сделать из мины и жар-яйца бомбу, чтобы взорвать Собор перед вылетом. Отему оба предложения показались логичными и конструктивными, и он отдал приказ обложить базу минами по периметру, а также заминировать Собор.

Выйдя из Собора, я увидел как единороги и пегасы уже собрали из насосных станций, генераторов и множества шлангов «облокоделательную машину». Я немного завидовал тому, как единороги ловко манипулируют своей магией и что они смогли так быстро собрать этот аппарат. Хотя сам аппарат выглядел неказисто, даже слово "нелепо" было лишь комплиментом к тому, что я видел перед собой. Данная машина выглядела как какая-то помесь кальяна, самовара и самогонного аппарата, но, по словам пегасов, работавших на облачных фабриках, эта машина способна создавать облака. Но технология их изготовления, помимо наличия воды, требует ещё наличия настоящего облака, хоть малого. Над нами постоянно летают «дикие» кочующие облака и, по словам пегасов, они способны буквально взять их в копыта, но проблема в том, что наши пегасы обриты и не могут до них долететь, а ждать пока их перья вырастут слишком долго.

Отем ещё в пещере говорил, что примет любые, даже самые безумные идеи. Я честно не думал, что мою идею воспримут всерьез и высказывал ее, периодически переходя на смех. Правда никто кроме меня не смеялся и мой план сделать дельтапланы из веток, шкур животных и тюремных роб слушали с серьёзным видом. Когда мы добыли шкуры, в пещере начали проводить опыты и расчёты. Вывод был неутешителен: даже махая крыльями, пегасы не смогут создать достаточную подъёмную силу, чтобы дельтаплан летел выше облаков. Тогда я предложил использовать летящий вверх горячий воздух от костров, и этот фактор изменил вывод из неудачного до возможного. Когда мы собрали два дельтаплана, спроектированных нами, возник вопрос – кто будет их пилотами? Вид дельтапланов оптимизма не вызывал. На фоне крыльев и шкур мантикор вставки из оранжевых тюремных роб выглядели просто смешно — Леонардо Недовинченный за голову бы схватился от того, что мы создали. Как ни странно, на роль пилотов нашлись добровольцы. Пегаски Симфони и Мелоди были не против стать пилотами-испытателями и разбиться в случае неудачи.

Но пока всё шло по плану — наши группы уже разложили по базе шалаши из досок и брёвен, после чего единороги зажгли кострища. Симфони и Мелоди забрались на колокольную вышку, но не стали прыгать сразу, а сначала что-то обсудили между собой. Но через две минуты Мелоди разогналась, насколько позволяло положение, и прыгнула. Её дельтаплан вначале плавно шёл вниз, но пролетая над кострами, набирал подъёмную силу. Видя её успех, Симфони повторила увиденное. Так они поднимались по спирали все выше и выше, пока не настигли «кочующие облака». Захватив облака, они, используя какую-то свою пегасью магию, заставили их спустится на землю. Выглядело это эффектно и антинаучно, но понимая, что в этом мире это нормально, я не сильно удивился.

Пегасы подтащили спущенные на землю облака к работающей «облакоделательной» машине, которая накачивала облака паром, делая их всё крупнее. Когда облака становились достаточно крупными, пегасы буквально разделяли их копытами, а после прямо на них летели под днище «Громовержца», где производили их установку. Всю эту работу обеспечивали земные пони, таскающие на спине бочки с водой к машине. Я же всё это наблюдал в процессе установки мин по периметру базы. Также стал свидетелем того, как к базе летели два фургона, запряжённые фиолетовыми аликорнами, и обоих сбили из зениток охраны Собора.

Закончив с минированием, я поднялся на борт «Громовержца» и, спрашивая у пегасов дорогу, добрался до капитанского мостика. По пути наткнулся на тюремные камеры, где пленные Дети Собора сидели за решеткой под присмотром земных пони в трофейной силовой броне. Пленники были поделены по камерам на «Онижедетей», сектантов в балахонах, единорогов с кольцом на «дрели» и всех остальных. Не задерживаясь в кутузке, я продолжил путь на мостик. Там я увидел, как пегасы взламывают терминалы управления системами корабля. Помимо систем управления на мостике были и работающие терминалы управления роботами шпионами. В будущем данные роботы могут пригодиться, и Отем приказал вернуть их на базу. Но когда на одном из мониторов появилось изображение, как мне сказали — корабля серии «Хищник», полковник приказал оператору задержать данного робота.

Данный робот и его цель наблюдения находились близ какого-то города с названием Понивиль, и данный город как раз находился близко к границе леса. То, что у данного города находился этот летающий тёмно-синий броненосец с грозовой тучей в днище и эмблемой в виде птичьей лапы, уже было плохим знаком, а то, что он высаживает десант, заставляло «коленки дрожать» не только у меня. Десант был многочисленным и смешанным из грифонов, единорогов и земных пони. Экипированы они были большей частью какой-то амуницией темно-синего цвета с такой же белой эмблемой птичьей лапы, хотя среди них встречалась силовая броня. Грифоны в такой броне выглядели просто нелепо, хотя сам вид этих химер был довольно угрожающ. Также оптимизма не добавляли выезжающие **БТРы, аналогичные тем, что сопровождали наш лесовоз при побеге из Арбы. Только здесь они были выкрашены в тот же тёмно-синий цвет с такой же эмблемой. К сожалению, долго вести развед-деятельность роботу не удалось – одновременно со звуком выстрела на мониторе управления появились помехи, а потом надпись «ERROR».

После увиденного Отем взялся за трубку внутренней связи и поинтересовался, как проходит «преобразование» облаков. Ему ответили, что процесс идёт штатно и примерно через четыре часа облака будут преобразованы в грозовые тучи. Полковник передал что это слишком долго и попросил поторопится, далее он повесил трубку. Я спросил, что это за преображение и зачем нужно? Пегас ответил, что не все облака годятся для того, чтобы поднять данную платформу в воздух, но у пегасов есть природный способ превращать обычные облака в грозовые тучи. Данный способ основан, как ни странно, на эмоциональном состоянии пегасов, но с таким количеством облаков и времени на преобразование нужно больше.

Я быстро обдумал наше положение. Противник довольно быстро узнал о нашем наступлении. Вспоминая побег из Арбы, я решил, что фактор заложников несильно волнует «Общество Сумерек». Но то, что в нас не стреляют из солнечного лазера, говорит о том, что НКР не хочет чтобы «Громовержец» пострадал. Это немного утешало, хотя тот факт, что к нам движется прорва головорезов, заставлял моё сердце биться чаще. Наивно думать, что нам удастся взлететь до того как «Когти» до нас доберутся, но вариант снова уходить в лес не рассматривался. Нам предстоит дать бой или умереть. Я не собирался умирать, только не снова.

* — говорит на русском

** — http://ru.fallout.wikia.com/wiki/БТР_(Fallout_4)

## Операция: Внешние небеса (часть вторая)

— Дети мои! Десять лет НКР без устали боролась с бедами и несправедливостью старого мира. Мы привели города к благополучию, а жителей к счастью. Наш мир исцеляется. Однако среди нас есть те, кто отказывается признать правду. Диссиденты, не желающие расставаться с хаосом прошлого и страшными бедами! Те, кто хочет отнять у нас всё то, что нам удалось достичь! Я говорю о тех беглецах из пенитенциарного учреждения «Арба», что трусливо скрываются в лесу вместо того чтобы принять реалии нашего мира. Они думали, что раз Вечносвободный лес не входит в зону покрытия погодных башен, то они смогут скрыться – они смертельно ошибаются. Мои доверенные источники сообщают, что беглецы совершили рейд и захватили основной лагерь «Детей Собора». Не знаю, на что они надеются, и что собираются делать дальше, но это должно прекратиться! Поэтому прямо сейчас, миротворцы из компании «Коготь», во главе с бесстрашным командиром Реджи, готовят наступление на прилегающих территориях, чтобы покончить с этой порчей раз и навсегда. Командование НКР гарантирует безопасность всем, кого может затронуть этот кризис. С вашей помощью мы подавим это радикально настроенное подразделение, и проведём следующие десятилетия в мире и процветании.

Отем выключил радио в своём КПК. Не знаю, зачем он его вообще включил. И без речи этого «копытного Геббельса» было ясно, что нас раскрыли. Неясен был план наших дальнейших действий, но отход обратно в зелёнку был бы явно плохой идеей.

— Пегасам не отвлекаться, продолжаем следовать плану, заряжайте облака, остальным довооружиться и собраться в ангаре, где вы получите дальнейшие приказы, — полковник говорил это в интерком внутренней связи, твёрдо и уверенно. Его приказ разнёсся по всем отсекам «Громовержца».

— Сулик: без приказа не взрывай Собор, — Отем обращался к гулю зебре, тот внимательно слушал, — Взрыв жар-яйца может вызвать распад облака. Грей, Соуп: займитесь организацией бойцов и обороной периметра, — на приказ пегаса мы, молча, кивнули. Далее Отем отдал Соупу «Гром Спитфайр» и продолжил брифинг:

— Я займусь перенастройкой системы обороны и подготовкой к вылету. Как только «Громовержец» будет готов взлететь, отдам приказ об отступлении. Вопросы есть?

На формальный вопрос мы помотали головами, и Соуп повёл меня и гуля к арсеналу корабля. В арсенале яблоку было негде упасть от копытных, копошащихся в ящиках и стеллажах. Там я оставил АR-15, так как данное оружие малоэффективно против силовой брони, и пополнил свои запасы гранат и зарядов для плазменной винтовки. Также, я обратил внимание на местный аналог базуки. У данного оружия была иная конструкция, да и перезаряжание производилось «переломом» трубы, но всё равно в данном вооружении угадывался одноимённый американский гранатомёт времён второй мировой. Я взял с собой один такой и ранец с ракетами. Мысленно оценил, сколько на мне снаряжения и что оно совершенно не кажется мне тяжёлым, всё-таки четыре опорные конечности не так и плохо. Вспомнив про вражеские БТРы, и бойцов в броне, я посоветовал остальным запастись тяжёлым вооружением. Мой совет приняли к сведению. Закончив с вооружением, вместе с остальными, отправился в ангар, где я и Соуп приняли командование.

Моей первой командой был приказ построиться в шеренгу, чтобы мог оценить, чем вооружились наши бойцы. Многие взяли классическое, стрелковое, но у большинства было энергетическое оружие, это успокаивало – оно эффективно против силовой брони. Помимо базук, у некоторых земных пони на спинах висели большие крупнокалиберные винтовки с оптикой. Осмотрев данные винтовки, я пришел к выводу, что их расчёт должен состоять из двух бойцов — один упирается в приклад, а второй первому в спину для смягчения отдачи. Дудаевцы кустарно делали нечто подобное из списанных пулемётов во вторую чеченскую. Также я обратил внимание на нескольких земных пони с огнемётами на спинах, а также на покрышки самосвалов в ангаре. Вспомнив один из упоминаемых мной сарказмов, в этом мире, у меня появилась очень глупая идея, которую пока не стал озвучивать.

Соуп принял командование своей половины бойцов (в основном снайперы) и занялся их размещением на борту «Громовержца», благо конструкцией были предусмотрены огневые позиции и бойницы. Я же, одной половине бойцов приказал выкатить покрышки и разместить их по периметру базы, впритык к постройкам, а далее строить баррикады. Другой половине приказал идти за мной и ждать дальнейших приказов. Выйдя на улицу, приказал занять круговую оборону близ корабля, так чтобы иметь возможность быстро подняться на борт. Я опасался, что наши бойцы могут подорваться на заложенных мной минах, и взяв с собой двух земных пони, нагруженных сумками с минами, отправился с Суликом укреплять нашу оборону. В процессе минирования мы наткнулись на трупы аликорнов сбитых зенитками Собора. Данные зенитки всё ещё работают в автоматическом режиме, но Сулик говорил, что теперь их можно отключить дистанционно с мостика «Громовержца» — это утешало. Вряд ли противник нападёт на нас с воздуха, а если и нет, то он будет разорван снарядами. От аликорнов остались буквально – рожки да ножки.

Стоило только нам закончить с минированием, как полковник сообщил мне по рации о том, что робот шпион засёк приближение противника. Вскоре я и так убедился в этом. Далёкий звук работающих двигателей ничего хорошего не предвещал. Я вспоминал негромкий звук двигателей БТРов и лесовоза, а из леса слышался громкий «рёв» (танки?), вскоре мне предстоит познакомиться с новым представителем местной бронетехники.

Вместе с остальными побежал к оборонительным позициям у корабля. Звуки двигателей перестали приближаться, но не стихли. Вскоре Отем снова вышел на связь.

— Крупные силы противника с бронёй, движутся с кормы «Громовержца», роботы не засекли врага с других участков, рекомендую сосредоточить оборону на опасном направлении, — я решил последовать совету и отдал приказ об укреплении определённых позиций. Хотя меня терзали смутные сомнения насчёт того что противник не пытается нас окружить, и то что они могли прослушать команду полковника.

Заняв позиции в тени «Громовержца» мы ждали вражеского наступления. Обернувшись, я увидел, что синие облака в днище уже начинают «искрить» но ещё не похожи на настоящие грозовые тучи. Вскоре пегасы «зарядят» облака, и даже если мы не сможем взлететь, то к нам прибудет подкрепление — слабое утешение.

Внезапно с неба появились знакомые лучи прицела «Селестии Один» а за ними и лазеры, что выжгли несколько участков на границе леса. Минные поля теперь у нас с «тротуарами», но в каком-то смысле это был хороший знак — противник не хочет чтобы «Громовержец» пострадал. Когда дым от лазера рассеялся, мы увидели источники звуков двигателей.

Сминая деревья, из леса, на нас медленно ползли четыре жёлтых бульдозера. Бульдозеры на острие атаки это какая-то ближневосточная тактика. Что дальше: шахид-мобили, гантраки? К сожалению или счастью, дальше пошла уже знакомая местная техника.

За бульдозерами двигались БТРы и пони в синей броне, в том числе и силовой, некоторые из них неприцельно стреляли в нашу сторону.

— *Идут прямо как немцы на Москву, — зачем-то я произнёс свою мысль вслух, хотя картина была больше похожа на эпизод из фильма Чапаев, где белые шли в психическую. Но не время для воспоминаний советской классики, нужно командовать обороной:

— Всем боевым группам — огонь на подавление! Отсечь пехоту от брони! Огнемётчикам — зажечь покрышки!

С нашей стороны тут же последовали многочисленные выстрелы, в том числе и из системы обороны «Громовержца». Огнемётчики быстро зажгли скопления покрышек, но для образования дымовой завесы нужно время. Также послышался звук запуска двигателей «Громовержца» — двойные винты начали раскручиваться.

Однако наша стрельба не остановила наступление. Пехота, то есть конница, спряталась за техникой. Бульдозерные отвалы надёжно защищали и даже выстрелы из базуки никак не помогали. Я в панике схватился за рацию.

— Бронебойщикам, огонь по гусеницам бульдозеров! — крича в рацию, закреплённую на разгрузке, я одновременно перезаряжал базуку.

Через полминуты послышались громкие звуки выстрелов из крупнокалиберных винтовок, а после у одного бульдозера слетела гусеница. БТР, что объехал бульдозер, недолго стрелял в нашу сторону и был вскоре подбит мной из базуки. Пехота, что шла за техникой, «обосралась» без прикрытия и врассыпную защемилась к остальной технике.

Черный дым от покрышек становился всё гуще и, стелясь по земле, занимал всё большую площадь базы, прямо как на майдане. Винты «Громовержца» всё сильнее раскручивались и немного разгоняли дым над нами. От нашей стрельбы противник нёс небольшие потери и продолжал наступать. Вскоре снайперы бронебойщики вывели другие бульдозеры из строя, но противник уже успел подойти к постройкам базы. БТРы же остались в дали, и прижимали нас огнём, пока пехота, уничтожая охранные турели базы, приближалась к нашим позициям и Собору.

— Нас прижали, п...ец нам! — Сулик поддался панике и достал детонатор, явно собираясь подорвать Собор. Вспомнив мощность взрыва «жар-яйца» я решил, что не хочу быть разорванным взрывной волной. Также вспомнил, что Отем говорил об опасности такого взрыва для облака и я, не теряя времени, выхватил «копытокинезом» детонатор и ударил копытом в ухо гуля зебру.

— *В руки себя возьми! Успокойся и стреляй! — для долгих «нравоучений» времени не было, и я высказался коротко и ясно. Гуль с обидой на морде потёр ушибленное ухо, и, взяв лазерную винтовку, продолжил отстреливаться. Вскоре послышался оглушающий грохот грома из тучи в днище «Громовержца».

— Облако заряжено! Все на борт! — по рации, через треск помех Отем отдал долгожданную команду.

Картина того как все бегут на борт мне напомнила побег в лес из перевёрнутого самосвала. Хотя были и отличия: некоторые отступали задним ходом, одновременно стреляя в сторону противника. Многие были ранены или хромали, одна единорожка волочила по земле раненую земную пони, держа ту зубами за зашкирок. Я решил ей помочь и, закинув раненую на спину, побежал к дверям ангара.

— КП, все на борту! Взлетайте! *Отдать концы! — я прокричал в рацию.

— Отлично! Взлетаем! Продолжайте вести огонь! — в этот раз голос полковника исходил из динамиков интеркомов расположенных повсюду на корабле.

Услышав команду те, кто был не ранен, заняли позиции у дверей ангара и продолжили перестрелку. Я же отдал раненую подоспевшим к нам на помощь пегасам. В это время «Громовержец» затрясся и начал движение вперёд и вверх. Мы «улетали в закат» в совершенно буквальном смысле.

— Почему так медленно?! — раздался голос Отема из интеркома.

— Остановка двигателя номер пять, критическое падение тяги, — судя по голосу, это была Симфони. Похоже на мостике заклинило кнопку интеркома внутренней связи.

— Отключить систему обороны, форсировать двигатели, всю энергию на винты! — Отем отдал команду. Ему виднее разумный ли это компромисс.

Далее последовал рывок корабля, и мы увидели, как задымлённая база сектантов всё отдаляется от нас. В плане операции, строго запрещалось вылетать за границу леса до того как мы поднимемся на определённую высоту. Поэтому мы поднимались по спирали всё выше, и выше, наблюдая под собой «зелёное море тайги». От музыкальных мыслей меня отвлёк Сулик, указывая на мой карман, в котором находился отобранный у него детонатор, я вернул его зебре.

— Дельта это Лямбда. Мы на достаточном расстоянии? Разрешите взвести детонатор, — гуль по рации обращался к Отему.

— Лямбда это Дельта, подтверждаю разрешение, — ответ пегаса был спокоен.

Далее Сулик привёл детонатор в действие, и мы через открытую дверь ангара увидели яркую вспышку вдали. Вскоре на зелёном фоне леса вырос такой же зелёный грибок, а потом нас догнал грохот взрыва.

— *Поджарили копытных, с потрохами, жаль заснять нельзя, — увиденное меня реально впечатлило. После последовал звук работы механизмов запирания двери ангара, и мы побежали на мостик.

По пути нам встретились множественные кровавые следы и раненные пони, которым помогали пегасы. Я вспомнил, как в этом мире действуют так называемые зелья. Скоро «трёхсотые» снова станут боеспособными. Также по пути мне вспомнились странности прошедшего боя. Противник явно не пытался нас окружить, а хотел выдавить нас обратно в лес, но перед боем, видя изображения с роботов шпионов, я чётко помнил множество грифонов. В этом же бою с вражеской стороны участвовали только копытные. То, что мне так и не пришлось столкнуться с новыми противниками, радовало, но наводило на тревожные мысли – мы что-то упустили.

Добравшись до мостика, я высказал свои опасения. Отем признал данные опасения обоснованными, но пока ничего подозрительного не происходит и есть мнение, что грифонам просто мало заплатили. Сарказм пегаса был явно неуместен.

Далее по плану «Громовержец» должен был по спирали облетать лес, параллельно набирая высоту. Что делать после того как мы перейдём границу «Внешних Небес», в плане операции не указывалось, но думать над этим будем после того как операцию можно будет считать оконченной. Мои мысли прервал голос одной из пилотов.

— Полковник, нас преследуют, — послышался мягкий голос Мелоди.

— Преследуют? Подробности, — для Отема погоня стала неожиданностью, а я не удивился.

— Радар показывает, что за нами следует вражеский «Хищник», вскоре мы окажемся в зоне досягаемости его орудий, — в голосе пегаски чувствовалась дрожь.

— Раз нам от него не уйти, тогда мы будем драться, — судя по голосу и выражению морды, пегас не шутил.

— Полковник, у «Громовержца» демонтировано основное вооружение, он громоздок и неповоротлив, и вообще — данная платформа не предназначена для воздушных битв, — Соуп решил выступить голосом разума.

— Тогда разместите бойцов по бортам платформы для усиления огневой мощи, — Отем потихоньку выходил из себя.

— Полковник, ваш приказ абсурден, — Соуп произнёс это максимально чётко.

— Я не сдам свой флагман без боя! Я скорее взорву его жар-яйцом, чем отдам НКР! — произнеся это, пегас затих на секунду, а потом ухмылисто улыбнулся и продолжил:

— Кстати, неплохая идея, — может Отему это и показалось неплохой идеей, но остальные на мостике были явно с ним явно не согласны.

— Сэр, вражеский «Хищник» просит выйти на связь. Предоставить видеоканал? — голос пегаски-радистки был как гром среди ясного неба. На пять секунд на мостике образовалась абсолютная тишина, которую прервал полковник.

— Нам не о чем с ними говорить … хотя, — Отем задумался и после высказал свою мысль: — Они будут предлагать сдастся. Надеюсь, никто не станет принимать данное предложение, — мы все отрицательно замотали головами: — Отлично, другого и не ждал. Нам ещё нужно время чтобы подняться на нужную высоту. Продолжаем следовать изначальному плану, в переговорах я буду лишь тянуть время. Остальных прошу придумать, как нам сбить вражеский «Хищник». У меня идей нет, но я в вас верю, — закончив, Отем немного отдышался и сел на место командира корабля. — Предоставить видеоканал, — пегас отдал команду уверенным голосом. Вскоре на одном из мониторов появилась птичья морда грифона.

— Все-таки решились на переговоры, мудрое решение, — её голос был, я даже не знаю, с «клёкотом», и звучал надменно.

— С кем я говорю? — Отем сохранял безэмоциональность.

— Ты говоришь с командиром компании «Коготь» — Реджи. А ты, как я полагаю, полковник Отем Лиф? Честно, даже сейчас, я с трудом верю, что это и впрямь ты.

— Да, я — он самый. Ближе к делу. Что вам от нас нужно?

— Что нам нужно? Ха, ха, ха. Лично мне бы хотелось, чтобы вы сдохли, а ты в особенности, но у нас контракт, и Вельвет Ремеди обещала премию, если мы доставим тебя ей живьём.

— А остальные?

— Беглецы будут сданы «Рейнджерам Эпплджек» и, я полагаю, продолжат отбывать своё наказание. Что же до темноглазого лоботомита, то «Общество Сумерек» им очень заинтересовалось. Если мы его доставим живым, то нам доплатят, но и за труп заплатят немало.

— И ты надеешься, что мы просто сдадимся?

— Я надеюсь, что «Дарительница Света», прострелив тебе голову, не задела ту часть мозга, что отвечает за здравый смысл. В НКР не практикуют казни добровольно сдавшихся и отбывание наказания в тюрьме лучше бесславной гибели. Если ты всё это делаешь желая блага для пегасов, то тогда ты обязан делать что велят — у руководства НКР на пегасов большие планы. Также, мне жалко сбивать «Громовержец». Эта платформа в будущем послужит благим целям, а избавившись от «Детей Собора» ты сэкономил нам большие деньги.

— Да уж, ты умеешь уговаривать.

— Что?! Вы, правда, сдаётесь?

— Это был сарказм. Мы отказываемся от вашего «лестного» предложения.

— У тебя ещё есть шанс передумать. Я бы с удовольствием прострелила тебе голову, но у меня контракт. Для вас это последний шанс выжить.

— Я не передумаю! Лучше смерть в бою, чем такая жизнь.

— Глупый выбор. Жаль, что мы не выполним контракт Вельвет, но может это и к лучшему. Взорвав Собор, вы сильно меня удивили и разозлили. Вы убили многих хороших пони, но они были новички, проходящие проверку боем. С военной точки зрения «Когти» не сильно пострадали, но если ты думаешь, что их смерть не будет отомщена, то ты ошибаешься. Не только вы можете устраивать «неприятные сюрпризы». Сам выход на связь и переговоры были ловушкой, и как красиво ты в неё угодил. Буду, рада если мне удастся лично выклевать тебе глаза и печень, — далее птичья морда засмеялась, и связь прервалась, а на мониторе появилась эмблема птичьей лапы.

Вскоре такая же эмблема появилась и на других экранах. За этим последовало отключение основного освещения и включение красного аварийного. На некоторое время все затихли, не понимая, что происходит. Тишину прервал панический голос Симфони:

— Полковник! Произошла непроизвольная остановка двигателей! Управление перехвачено, я не могу управлять «Громовержцем»!

— Вражеский хакер заслал вирус в управляющие системы, используя для этого видеоканал, если перезагрузить центральный терминал, управление будет восстановлено, — Сулик высказал своё мнение о нашей проблеме и возможное решение.

Я же не «айтишник» и не понимал, как можно передать вирус по «Скайпу» но, похоже, в этом мире такое возможно. Да и вообще: я не представлял, как можно перехватить управление боевым пилотируемым кораблём. В реальном мире случаи перехвата беспилотников не редкость, но перехват управления пилотируемого вертолёта или танка, в реальности, невозможен. Вот только я нахожусь не в своей реальности.

Пока нам загружали вирус, я думал над тем, как сбить вражеский «Хищник», как же я не люблю думать. Я вспомнил то, что облака могут распасться от взрыва «жар-яйца» а также рассказы Отема об истории Анклава – ту часть, где пегасы в поисках ресурсов «срезали» верхушки гор. Идея посадить «Громовержец» на брюхо на такую гору, а потом выстрелить в противника ракетой из базуки, с «жар-яйцом» на длинном наконечнике, заслуживала бы премии Дарвина. Был даже немного рад, что мне не пришлось её озвучивать и тем более исполнять. Но то, что мы сейчас большая, неподвижная мишень, висящая в воздухе, совсем не радовало.

— Происходит непроизвольное открытие двери ангара! — голос пегаски дрожал. Мелоди тоже паниковала.

Далее последовал мощный толчок, Сулик даже не смог удержаться на четырёх ногах и кубарем полетел к приборной панели. Мы все поняли, что этот толчок означал.

— *Нас берут на абордаж, — я это произнёс тихо и спокойно. Меня вряд ли поняли, да и термин «абордаж» был не совсем корректен, но после того как я закончил фразу Отем побежал к интеркому внутренней связи, а после выругался поняв, что он тоже «перехвачен». Но он не растерялся и, взяв рацию, принял командование.

— Всем боевым группам, это КП Дельта! На борту множественные силы противника! Занимайте оборону в отсеках, баррикадируйте коридоры, защищайте облачный отсек! — далее полковник обратился к нам:

— Сулик и я бежим к центральному терминалу. Грэй и Соуп — к ангару, задержите противника. Симфони и Мелоди — оставайтесь здесь, защищайте мостик, — мы все кивнули в знак согласия и разбежались.

В отсеках «Громовержца» и так было довольно мрачно, а красный аварийный свет дополнял атмосферу. Но, похоже, вражескому хакеру этого было мало, и он решил дополнить психологическое воздействие на нас музыкой** из интеркомов. В другой ситуации я, может быть, и оценил бы данную композицию, но сейчас сбивал прикладом некоторые интеркомы. Это слабо помогало, но становилось не так шумно.

Направляясь к ангару, мы замечали, как наши копытные ставят в коридорах и отсеках импровизированные баррикады из ящиков, коек, стеллажей, да и вообще и чего попало. Некоторые из них, что были не достроены, мы перепрыгивали, как скаковые лошади, в других приходилось искать бреши и по-кошачьи протискиваться.

Вскоре помимо звука музыки мы услышали звуки стрельбы. Идя на шум перестрелки, мы встретились с небольшой группой наших отступающих бойцов. Тёмно-красная пегаска из этой группы обратилась ко мне:

— Грифоны. Их много. Скоро они будут здесь, — пегаска явно не надеялась выжить, хотя её раны были не смертельны. Её левая передняя нога была вывихнута, а левое крыло висело плетью, но кровь была малозаметна на фоне шкуры.

«Мне похер сколько их, я убью столько сколько нужно», с данной мыслью я привёл в боевое положение плазменную винтовку и двинулся в бой. На входе в один из коридоров мы наткнулись на баррикаду из ящиков, у которой наши пегасы вели перестрелку. Решив действовать «с места в карьер» я, достав базуку, произвёл выстрел ракетой в сторону противника. Коридор был не очень длинный и нас тоже задела взрывная волна, но не фатально. Мысленно отчитав себя, выбросил базуку и пошёл дальше с плазменной винтовкой.

— *Они уже сливаются. Работаем, работаем, — я говорил, покашливая от дыма.

В конце коридора увидел трупы грифонов и пони. Внезапно один труп грифона, в силовой броне, ожил и, сжимая в птичьей лапе лазерный пистолет, попытался прицелиться в меня. Я выстрелил раньше: зелёный сгусток вещества, попав грифону в голову, превратил того в яркую лужицу. Видя трупы других грифонов без силовой брони, я отметил про себя, насколько уродливы эти твари. Брать их живыми не буду, даже если будет возможность. Также обратил внимание на то, что у некоторых грифонов под синими разгрузками были какие-то жёлтые кожаные жилетки. На фоне разорванных взрывом разгрузок эти жилетки выглядели целёхонькими. Надо будет потом снять с трупа одну такую, мне надоело воевать без бронника, а пока буду, по возможности, стрелять в открытые части тела.

Закончив на этом участке, мы с боем продолжили путь к ангару. Я не гнушался закидывать врагов гранатами, но только если сам был в надёжном укрытии. По дороге нам встречались трупы наших бойцов и многочисленные отряды противников, состоящие из пони и грифонов. Соуп понимая, что от «гламурной снайперки» в коридорах толку мало, снял с одного из трупов ранцевый огнемёт. Зачищая помещение за помещением, мы двигались по отсекам, у меня был большой запас гранат, но он быстро кончился. Я вслепую стрелял из-за углов, когда противник был прижат, Соуп с огнемётом подбегал к укрытию противника и выжигал его. Потом я добивал горящих и обескураженных противников, и тех, кто был в силовой броне.

В отсеке, что был впритык к ангару, мы увидели, как в помещениях потух аварийный красный свет, одновременно с этим затихла музыка – это был хороший знак. Вскоре свет зажёгся, только не аварийный, а основной; а через минуту за этим последовал рывок всего «Громовержца». Судя по тому, как нас опрокинуло, «Громовержец» слегка задрал нос и движется вверх. То, что управление восстановлено, меня сильно радовало, но ещё рано расслабляться – на борту враг.

В ангар мы решили идти через верхние двери, решив, что ангар большой и позиция сверху будет идеальной для того чтобы Соуп применил снайперку. Зайдя в ангар, мы, выйдя на балкон или леса (не знаю как правильно) увидели: лежащий на брюхе (грозовой туче) вражеский «Хищник», запертые двери ангара и трупы наёмников. Три грифона, один единорог, два земных пони лежали в лужах свежей крови. Мы были хоть и удивлены, но рады увиденному. Не теряя бдительности, мы решили осмотреть «Хищник».

Соуп спрыгнул с балкона, планируя на бритых крыльях, я же, подбежав к лестнице, скатился по перилам. Идя к трапу «Хищника», я решил осмотреть трупы: у большинства из них были пулевые ранения в голову, у некоторых в шею, у одной из земных пони на шее был кровавый след от удавки. Кажется, знаю, кто нам помог.

На борт «Хищника» мы поднимались с максимальной осторожностью, также осторожно мы двигались к кабине пилота, но по пути нам никто не встретился, лишь в кабине был труп оранжевой пегаски наёмника со следом удавки на шее.

— Здесь сражаться не с кем, битва там, — Соуп сказал это, показывая копытом, через стекло кабины, на дверь, из которой мы вышли.

Я же не стал ничего отвечать на данную очевидность и двинулся к выходу, но на выходе остановился. Картонная коробка с надписью «THE ORANGE» выглядела не к месту подозрительной. Я указал Соупу на мою находку, тот приготовил огнемёт. Я «на цыпочках» подошел к коробке и, взяв край «копытокинезом» резко поднял её.

— Не стрелять! — я скомандовал Соупу держа переднюю правую ногу «согнутой в локте» направленной вверх, — Она, вроде как, за нас.

Под коробкой пряталась знакомая единорожка, кантерлотский гуль, в толстовке. Её морда была скрыта платком «арафаткой» аналогичной моей, но было видно, что её большие жёлтые глаза смотрят с хитрым прищуром. Далее я услышал приближающееся цоканье шагов Соупа а затем и его голос:

— Может, перестанешь прятаться и скажешь кто ты такая?

Но отвечать она не стала и лишь подняла переднюю правую ногу, я заметил, что на её копыте была подкова. Далее последовало то, что не мог предугадать, я не видел, но был уверен, что в этот момент у единорожки под платком была улыбка. Из её подковы повалил белый газ, от которого Соуп моментально обмяк, а у меня закружилась голова и ноги стали «ватными». Упав на пол, видел только размытое пятно убегающей единорожки.

Сопротивляясь потере сознания, я пополз к лежащему Соупу, тот был жив, но в отключке. Потыкав пегаса копытом и проморгавшись, я заметил висящий на стене шкафчик с розовым крестом и бабочками. Собрав силы, я поднялся, и, шатаясь, пошёл к шкафчику надеясь найти там нашатырку. Открыв дверцу, увидел: множество склянок с зельями, шприцы Мед-Х, коробочки с таблетками и прочее. Снова собрав силы, я буквально вырвал шкафчик из стены, и швырнул его к Соупу. Подойдя к рассыпанным лекарствам, стал искать что-нибудь подходящее и вскоре нашёл шприцы с адреналином. Взяв один из шприцов вспомнил фильм «Криминальное чтиво» но делать укол в сердце не решился.

— *Была, не была, — произнёс, перед тем, как воткнул шприц пегасу, в заднюю часть, а после ввёл препарат. Вскоре Соуп задергался и пришёл в сознание, часто дыша, он, вынул шприц и, помогая мне идти, вывел меня с корабля в ангар.

Пока мы ковыляли, я думал об «Спецагенте Мятной». Она хоть и не враг, но явно не настроена на общение и полна сюрпризов. В этом мире все полны сюрпризов — нужно ждать любых неожиданностей.

Вскоре в ангар ворвались пегасы и другие пони с оружием на изготовку. Соуп расправил бритые крылья, показывая, что мы свои. Действие газа стало проходить, и когда я перестал клевать носом, в моей разгрузке затрещала рация.

— Всем боевым группам, это КП Дельта. Доложите ситуацию, — голос Отема был спокоен. Неужели мы победили?

— КП, это Эпсилон четыре: большие потери, враг уничтожен, занимаюсь патрулированием, сил противника не наблюдаю. КП это Омикрон Десять: группа Каппа уничтожена, полагаю, что силы противника тоже, веду патрулирование, противника не наблюдаю …. — далее из рации шло перечисление наших позывных и потерь, а также выводы что вражеская «абордажная» команда уничтожена.

Я и Соуп решили присоединиться к одной группе из трёх пегасов, что занимались патрулированием. «Громовержец» огромен, когда-то Мелкопипка успешно скрывалась на борту данной платформы — всё это говорило об опасности того что на борту могли остаться остатки вражеских сил. Зайдя с группой в спортзал для пегасов, переделанный сектантами в оранжерею, меня беспокоил тот факт, что никто не сообщил о командире наёмников Реджи. Я помню её птичью морду, и среди убитых грифонов в ангаре, её не было. Возможно, она, будучи летающей тварью, спрыгнула с корабля или ….

Зря, наверное, об этом подумал, мысль и впрямь материальна. Сверху послышался негромкий звук мотора, а потом нашу группу разрезала пулемётная очередь. В этой оранжерее-спортзале, под высокими потолками, были кольца, через которые как я понял, тренируясь, летали пегасы. Противник явно был на одном из них – умно.

Два пегаса тут же упали замертво. Мне же очередь попала в заднюю часть, несколько пуль словила и моя плазменная винтовка. От боли у меня подкосились задние ноги и, спасаясь, я заполз под стол с импровизированной грядкой. Оттуда увидел, что другой пегас и Соуп не ранены и поступили аналогично мне. Под грядкой они что-то быстро обсуждали, а Соуп попутно снимал с себя громоздкий огнемёт, но меня больше беспокоила боль от собственных ранений. Я вспомнил, что у меня в разгрузке есть шприцы с обезболивающим и «окрылённый» этим воспоминанием вколол себе "Мед-Х". Боль тут же стала уходить, но я недолго радовался.

Яблоко-подобная граната, брошенная сверху, быстро напомнила, что сверху враг. Я и пегасы в панике покинули свои укрытия, спасаясь от взрывной волны и осколков. Более широким, чем у людей, боковым зрением, я увидел, как Соуп выбежав из под стола успел его лягнуть. Опрокинул стол он явно для того чтобы использовать его как щит от гранаты. Может осколки и не задели пегасов, но длинная пулемётная очередь превратила другого пегаса в дуршлаг, а после за убегающим Соупом последовала дорожка пулемётной очереди.

Ото всех этих пулемётных очередей и взрыва в оранжерее поднялось облако пыли из пороховых газов, почвы и растений. У меня начали слезиться глаза от поднявшейся пыли, спасаясь от этого облака я одел противогаз. Находясь в этом облаке, увидел сверху возмущение воздуха и, изготовив плазменную винтовку, произвёл несколько выстрелов навскидку. Тут же со стороны, в которую стрелял, послышался крик боли, а потом звук падения тела на металлический стол.

Я взял винтовку на изготовку, и медленно глуша шаги копытокинезом, направился в сторону предполагаемого нахождения противника. Вскоре услышал цоканье копыт Соупа, что приближался ко мне сзади — очень не вовремя. Ориентируясь на шум этих шагов, противник открыл по нам огонь, аккурат, когда пегас поравнялся со мной. Благо, перед этим я вновь услышал этот звук мотора и, взяв пегаса за голову, лёг вместе с ним на пол. Пулемётная очередь над нами была длинной, противник явно не жалел патронов. Пока велась стрельба, я отдал Соупу свой пистолет, его снайперка для нынешней ситуации очень неподходящее оружие.

Когда стрельба затихла, Соуп встав на четыре ноги, в полный рост, побежал рысью в сторону врага с пистолетом в пасти, неприцельно стреляя. Я же бежал вместе с ним, но решил следовать принципу «не видишь, не стреляй». Вскоре Соуп истратил все патроны в пистолете, но до того, как я решил передать ему полный магазин, в дыму показался силуэт грифона в синей, не силовой, броне, с большой раной на правом крыле, на самих крыльях у неё были закреплены саблевидные лезвия. Грифон, заметив нас, вскинул на изготовку большой трёхствольный пулемёт. Видя, из чего по нам стреляли, Соуп буквально оцепенел. Я же взял «химеру» на мушку, и узнал в этой птичьей морде ту самую Реджи. Нажал на курок, но выстрела не последовало — попадания в плазменную винтовку дали о себе знать.

Оценив безнадёжность ситуации, уже я впал в панику и оцепенел, но, похоже, другая «леди удача» оказалась на нашей стороне. Пулемёт издал знакомый звук мотора раскрутки перед выстрелом, но, к счастью, в нас не полетел ливень пуль. У «Гатлинг» оружия просто бешеный расход боеприпасов, а данная особь птицельва, стреляя в нас, не жалела патронов. Я не заметил у неё на амуниции кобуры с пистолетом, да и вообще какого либо огнестрела (только нож в ножнах), а у Соупа была «Громспитфаер». В данной ситуации даже наличие такого неподходящего оружия давало огромное преимущество. Я и пегас, похоже, одновременно поняли данную очевидность и быстро пришли в себя.

Грифон же явно запаниковала и, достав нож, метнула его в пегаса. Но я не растерялся и, вскинув переднюю ногу, поймал нож копытокинезом в воздухе, прямо напротив глаза Соупа. Я был немного удивлён и доволен тем, что спас пегаса, да ещё таким способом.

— И что дальше? — мой короткий вопрос грифону был неприкрытым сарказмом, но та, похоже, поняла его буквально.

Грифон с размаху швырнула в нас тяжёлый пулемёт. Я не собирался ловить эту железку и увернулся, а синий пегас, похоже, впал в новое оцепенение из-за лезвия ножа у глаза. Как пулемёт ударил пегаса, я не видел, но звук был звонкий, а, обернувшись, увидел лежащего Соупа, без сознания, с большой красной ссадиной на голове.

Я снова обратил внимание на противника. Грифон стояла на задних лапах, расправив крылья с лезвиями, и демонстрировала птичьи лапы с когтями — это явно была какая-то боевая стойка. У меня же в копыте был зажат нож, что она метнула, но у неё на двух крыльях по сабле плюс по «ножу» на каждом из четырёх пальцев каждой лапы, про когти на задних лапах и клюв лучше не думать. Против всего этого идти с одним ножом очень тупая идея. Я же вспомнив, где нахожусь, решил действовать ещё более тупо и, бросив нож под ноги, достал «сапёрную лопатку». Грифон, видя мои действия, вначале удивленно широко раскрыла глаза, а потом хитро прищурилась.

Далее мы одновременным рывком двинулись навстречу друг другу. Я замахнулся лопаткой в прыжке, но грифон, выставив лезвие, на крыле парировала мой удар и вцепилась когтями мне в шею. Она, поставив меня «на дыбы», пыталась вспороть мне горло когтями, одновременно резко вытягивая шею пытаясь выклевать глаза. «Арафатка» защищала, но всё равно почувствовал когти на горле, от клевания защищали стёкла противогаза.

Моё положение было очень стесненным, и я смог лишь несильно ударить Реджи по клюву широкой частью лопатки. Быстро поняв, что это неэффективно я просто лопаткой заслонил ей обзор, а сам применил все свои «лошадиные» силы чтобы отцепить её от своего горла. Мне удалось отцепиться, пожертвовав «арафаткой», и отбросить её от себя ударом копыта в брюхо, но на шее у меня остались множественные кровоточащие царапины. Через три секунды передышки Реджи по кошачьи прыгнула на меня, её прыжок был сильным, мы вместе отлетели до бессознательного Соупа.

Она прижала меня к полу, «сапёрная лопатка» валялась рядом, но я не мог до неё дотянуться, так как грифон крепко прижала мои передние ноги и похоже собиралась проклевать моё горло. Я не хотел так умереть, вообще не хотел умирать, и инстинктивно упёр левое копыто задней ноги в причинное место Реджи. Далее по-человечески произвёл обратный кувырок — теперь я был сверху. Помня о «сапёрной лопатке» ударил её копытом справа, но добраться до садового инвентаря, мне было не суждено — я почувствовал удар в свой правый бок. Боковым зрением увидел торчащий оттуда нож, что я так глупо бросил себе под ноги, и то, как его проворачивают против часовой стрелки. От рукоятки ножа исходил львиный хвост с кисточкой на конце, то, что эти твари могут держать предметы данной частью тела, растущей из жопы, я и представить не мог.

Однако я был ещё не убит и вместо «сапёрной лопатки» решил использовать предмет, находящийся на расстоянии «вытянутой руки». Трёхствольный пулемёт грифона показался мне не очень тяжелым, но возможно это было из-за адреналина в крови. Использовать пулемёт как дубинку это всё равно, что забивать гвозди микроскопом, но отчаянное положение требовало отчаянных мер. Но я так и не смог нанести ни одного удара, Реджи отчаянно боролась, схватив пулемёт за два из трёх стволов. Я же навис над ней всем своим весом, если мне не удастся забить ее, то я её задушу. Пытаясь её задушить, успел прочитать выгравированную надпись на пулемёте, которую мысленно перевёл как «Малышка Гильда». Однако эта попытка была неудачной, грифону хватало сил, чтобы держать вес, и тут мне в голову пришла идея.

Не прекращая давить, я заметил кнопку электроспуска, и копытокинезом нажал на неё. Мотор пулемёта закрутил его стволы, а вместе сними и птичьи лапы Реджи. Та закричала по-птичьи, но с громкостью, что и лев позавидует. Даже без передних лап эта тварь была опасна, да и вообще я не собирался брать грифонов в плен, также мне хотелось скорее прервать этот жуткий крик. Покончить с Реджи решил также с помощью разряженного пулемёта, и направив его к голове грифона наблюдал мерзкую картину того как её крючкообразный клюв зацепился за крутящийся «барабан» стволов. Стволы «Малышки Гильды» на секунду остановились, а потом оторвали клюв грифона. Крик Реджи резко изменил тональность, но не громкость. Видя всё это, перед собой, я уже хотел её скорее убить из чувства гуманизма.

— *Сдохни наконец, не делай из меня идиота! — данная фраза очень точно показывала мой уровень интеллекта. Продолжая давить я закрыл глаза и отвернул морду. Вскоре крики стихли, но тело подо мной ещё дёргалось в судорогах.

Как ни странно, но увиденное не вызвало у меня рвотных порывов, наверное это из-за ножа торчащего из моего бока и противогаза на морде. Лёжа в луже крови, на левом боку, вынул нож и зажал копытом хлещущую рану, а после снял измазанный кровью противогаз. Силы покидали меня — я потерял много крови. Перед тем как потерять сознание увидел входящих в помещение группу пони, и зебру гуля среди них.

* — говорит на русском

** — https://www.youtube.com/watch?v=bmRgCIDcl6M

## Быстрый сон - По ту сторону зеркала

Зал ожидания терминала аэропорта был в меру многолюден. Я сидел в ожидании объявления о начале посадки на рейс — коротая время, я играл в тетрис на смартфоне. Вскоре мне это наскучило и я, убрав смартфон, просто стал наблюдать за другими ожидающими. Среди этой толпы людей мне бросилась в глаза пара матери с дочкой. У малышки была плюшевая игрушка лошадки. Вид данной игрушки вызвал у меня чувство дежавю, одновременно с чувством тревоги.

Вскоре вокруг данной игрушки появилось непонятное свечение, когда оно пропало, я увидел, что вместо игрушки теперь был большой кухонный нож. Также на голове девочки появилась жуткая клоунская маска, с оскалом на всю рожу.

Девочка в маске размахнулась и, рубящим движением, ударила свою мать ножом. У той отрезало руку, и она упала бездыханной. Все ожидающие увидев эту, сцену, рванули со своих мест и стали неадекватно бегать по залу, крича «Берегись – это крохотный убивец». «Убивец» же, стал бегать за людьми, убивая их такими же ударами ножом.

Я, спрятавшись за сидениями, не понимал, как реагировать. Выход преграждал «убивец» а нападать без оружия на ту кто одним ударом отсекает конечности, было бы глупо. Я стал думать, чем вооружиться, но вокруг были только громоздкие сумки. Взяв в руку смартфон, я решил, что использовать его как оружие не получится – недостаточно тяжелый, да и пластиковый корпус не достаточно твёрдый. Пистолет бы был идеален для данной ситуации, но в зале не было охраны, с трупа которой можно бы взять оружие.

Думая о пистолете, увидел как смартфон в моей руке, внезапно преобразился в **замаскированный под смартфон пистолет. Сильно удивившись данному явлению, я впал в некоторый ступор, но решил использовать подарок судьбы. Приведя «пистофон» в боевое положение, я, высунувшись из укрытия, выстрелил «убивцу» в голову — у той голову разорвало как спелый арбуз.

Как только «убивец» сама оказалась убита, люди моментально перестали бегать, и пошли занимать места в зале как ни в чём не бывало. Это было для меня последней каплей — всё вокруг слишком странное. Чувство дежавю, девочка-убийца (хорошо хоть не из колодца), «пистофон», вместо надписей в лежащей рядом газете набор бессвязных знаков, и почему вокруг всё черно-белое? Подмечая эти странности, я заметил среди людей синего аликорна — какого она цвета я не понял, но по оттенку серого решил, что она синяя.

Меня накрыл «флэшбэк» того как я умер при взрыве на борту самолёта, того как попал в ад — точнее мир разумных животных, и того как мне всадили и провернули нож. Следящего за мной аликорна я тоже вспомнил, и хоть все они на одно «лицо» но что-то мне подсказывало, что она та самая.

— *Ты еще что за хрень?! — я обратился к крылато-рогатой, в грубой форме, наставив «пистофон» в её сторону.

Та ничего не ответила и исчезла в неяркой вспышке. Вскоре повсюду последовало затемнение, и я снова ощутил себя не в себе — лежащим на спине, на жёсткой койке.

У меня снова появилось чувство дежавю, только я вспомнил, к чему оно было. Моё знакомство с этим миром началось с койки психиатрической клиники. К счастью, кляпа, повязки на глаза и ремней не ощущал.

Впервые после попадания в этот мир мне приснился сон — если дальнейшие сны будут такого же рода, то мне нужно будет раздобыть снотворное, от которого сон будет без сновидений. А если это был необычный сон, и синяя аликорн следит за мной даже во сне? В мире полном магии, такое объяснение не такой уж и безумный вариант.

Медленно открыв глаза, я увидел, что нахожусь в каком-то лазарете и ко мне подсоединено множество капельниц. Тело несильно болело, но место удара ножом сильно ощущалось — каждая попытка пошевелиться сопровождалась резкой болью в боку. На мне была одета зелёная больничная одежда с завязками на спине — аналогичную носил Отем когда мы с ним познакомились, только у него была с прорезями под крылья.

Судя по металлическим стенам, я на борту «Громовержца». Осмотревшись, увидел, что помимо меня в помещении находится множество коек с лежащими на них копытными. Морды и расцветки некоторых из них я помню – они свои. То, что я и соседи по палате не прикованы, было хорошим знаком – нам удалось удрать за границу «внешних небес». Также заметил смотрящую на меня единорожку-гуля в толстовке. В платке скрывающем морду, она была похожа на ваххабитку. «Спецагент Мятная» заметив, что я очнулся, быстро скрылась за ближайшей дверью.

Вскоре в лазарет вошла пони единорог белого цвета с жёлтой гривой в белом медицинском халате. Я не помню её имя, но помню, что она тоже из наших, и что её жопометкой была зелёная змея и рюмка. Увидев меня, она быстрым шагом подошла ко мне и высказала своё мнение:

— Вы очнулись. Честно – не думала, что вы оклемаетесь, да ещё и в столь короткий срок, — в её тоне слышались нотки радости и удивления.

— Я не должен был оклематься — это ещё почему?

— Вы потеряли много крови, зелья, заклинания и большинство препаратов на вас не действовали, от переливания крови ваше состояние только ухудшилось. Мы попытались применить захваченный «автодок» но его системы констатировали вашу смерть, несмотря на сердцебиение и прочие признаки жизни. Что интересно с другими ранеными такого не было – ваш случай уникален. К счастью для вас, я нашла капельницы с физраствором – при их использовании ваше состояние стало стабилизироваться, а ранения удивительно быстро затянулись.

— Тогда я вам очень благодарен, могу я узнать ваше имя.

— Дестини, всегда к вашим услугам, — судя по улыбке, это был незлой сарказм.

— Сколько я был без сознания, я уже могу выписываться?

— С момента как вас доставили ко мне, прошло двое суток, и я бы не советовала вам прямо сейчас вставать на ноги. Но если вы решите сейчас покинуть лазарет, то я не буду препятствовать – мы все с нетерпением ждали вашего выздоровления.

— Ценю ваш совет, но всё же предпочту выписаться.

— Хорошо, но прежде позвольте снять капельницы и нити с ваших швов. Не думала, что мне когда-нибудь придётся зашивать ножевое ранение, и тем более не думала, что у моего пациента земного пони не будет кьютимарки, — единорог говорила, одновременно снимая капельницы а потом попросила меня перевернуться на живот.

Я перевернулся, дальше белая рогатка развязала шнурки у меня на спине и, взяв в жёлтую ауру магии, скальпель и медицинский зажим сняла с зажившего шва нити. Я её поблагодарил и спросил где взять одежду. Та сказала мне, что мой комбинезон был весь в дырах и пропитан кровью, и почему-то магической аурой его было не взять. Вместо того чтобы пытаться снять его с меня ртом Дестини просто разрезала комбинезон ножом пытаясь меня не поранить, после комбез был выкинут.

Я понимал её мотивы, но ходить без одежды не хотел и попросил замену. Дестини же сказала, что аналогичных комбинезонов полно, но до склада далеко идти, и она не понимает, почему я не могу ходить без одежды. Потом сказала что если я стесняюсь того что не ношу кьютимарку, то это зря. Слухи об этой моей особенности всем известны, и никто не считает это чем-то зазорным. Я же хоть и понимал, что для копытных ходить без одежды нормально, сам предпочитал быть одетым и попросил Дестини завязать шнурки на моей больничной одежде. Та, не понимая мотива моей прихоти, всё же выполнила просьбу и напоследок сказала, что хоть и не желает, чтобы я снова к ней попал, как пациент, будет рада, если я приду к ней «составить компанию».

Я смутно помнил, где находится склад и решил вначале идти на мостик. Те немногие копытные, что встречались мне по пути, были рады, что я вернулся, но считали, что я не должен был «сбегать» из лазарета и советовали вернуться обратно. Я заметил, что у встречных пегасов крылья были оперенными, хотя за те дни, что мы провели в пещере, у наших пернатых друзей только начали пробиваться перья. Заблудившись среди коридоров, я наткнулся на помещение спортзала, где я потерял сознание. Зал был разделён на две половины, перегороженные прозрачной плёнкой. В одной половине были нагромождены столы с рассадой, другая половина была освобождена от посторонних предметов. Хоть и прошло лишь двое суток, но зал сильно изменился и начал выполнять свои прямые функции. Пегасы часто махая крыльями (как мухи), летали через кольца, а после приземлялись, часто дыша — полёты им давались с трудом. Вряд ли это было от того что крылья у пегасов небольшие (куриные), Каламити со своими железными перьями уверенно держался в воздухе, да ещё и с оружием, запряжённый в фургон.

Среди находящихся на полу пегасов я заметил знакомую синюю морду Соупа и облезло полосатую морду Сулика. Соуп был без одежды, только на голове была медицинская повязка. Непроизвольно я обратил внимание на его жопометку, ожидая там увидеть рисунок кастрюли или половника, однако я увидел метку в виде «смотрящего в низ» клинка между двух расправленных крыльев. Довольно неожиданно для пегаса с таким именем и навыками.

Соуп и Сулик меня заметили и с улыбкой на морде направились в мою сторону, но когда мы уже подошли друг к другу сверху со стороны послышался голос Отема: «иду на сближение». Поняв, что это означало, мы отпрыгнули и в стороне от нас, аварийно, на брюхо, сел ржаво-коричневый пегас.

Дальше пегасы закончили тренировки, мы направились к помещению склада. В пути я задавал много вопросов о нашей текущей ситуации, Отем и Сулик на них охотно отвечали.

Хоть и не без неприятных неожиданностей и потерь, но операцию «Внешние небеса» можно считать успешно оконченной. Нам удалось набрать нужную высоту и сейчас мы уже близко к границе Эквестрии. Мы находимся примерно на высоте десять тысяч метров над поверхностью, температура за бортом -30 градусов. Чтобы скрыться от погодных башен, данная высота даже избыточна, но Отем опасается, что нас могут преследовать вражеские пегасы и, подобравшись к облаку «Громовержца» разрушить его, а на такой высоте пегасы не летают, да и с земли мы сложно различимы. Из плохих новостей, были потери после вражеского «абордажа» — мы потеряли убитыми примерно сорок процентов бойцов и у нас много раненных. Захваченный автодок очень помог, но некоторые ещё нескоро оклемаются. Из хороших новостей было то, что теперь у нас есть исправный воздушный корабль серии «Хищник», а НКР лишился одного из своих знаковых командующих.

Также Сулик вспомнил свои довоенные навыки варки зелий и из найденных на борту ингредиентов сварил зелье «оволоситель» от которого увеличивается волосяной покров на голове, а у пегасов отрастают перья. К сожалению, отросшие перья не обладают необходимой магией для полетов, но эта проблема сама решится со временем, а пока пегасы могут тренироваться в полётах с тем, что есть.

Я же спросил Сулика, когда он успел этому научиться. Варка зелий и создание электронных устройств казались мне несовместимыми навыками. Зебра гуль мне ответил что зелье «оволоситель» сварить совсем несложно и этому его ещё маленьким научила зебра соплеменница по имени Зекора. Ещё в молодости, до войны, он восхищался её талантом в зельеварении, боевым навыкам, умении говорить в рифму и попросил обучить его некоторым навыкам. Зекора была рада быть полезной для подрастающего поколения своего племени, но обучать согласилась только безобидным навыкам. Говорить в рифму Сулик так и не смог, но варить зелья у него неплохо получалось. Потом к его удивлению и разочарованию, Зекора решила переехать в Эквестрию и поселилась на территории Вечносвободного леса. А из книги Мелкопипки выяснилось, что Зекора была, немного немало, двойным агентом. Хоть она и передала зебрам винтовки, пробивающие силовую броню, но в основном Зекора работала на Эквестрию. Сейчас Сулик стыдится того что та, кем он восхищался, оказалась подлым предателем, но утешает то, что она встретила достойную смерть. Зекора была жестоко убита, ещё до падения бомб, зеброфобом и будущим подельником Мелкопипки по имени ЭплСнэк (он же СтилХувс).

Болтологию мы закончили на складе, где я сменил свою зелёную больничную одежду на бледно-зелёный комбинезон. Также здесь я нашёл свой отстиранный от крови разгрузочный жилет. Также тут было много трофейного оружия и снаряжения абордажной команды НКР. Меня сильно заинтересовали жёлтые кожаные жилеты, которые на фоне остального снаряжения выглядели как новые. Отем мне сказал, что они сшиты из драконьей кожи и могут быть пробиты лишь немногим энергомагическим оружием. Также пегас пояснил что, судя по цвету, сшиты они из кожи того самого дракона которого убили Мелкопипка с Каламити. Я, выслушав сказанное, надел этот кожаный броник, а на него разгрузку. Движения это совершенно не стесняло, а раз кожа дракона такая редкая, то у меня будет преимущество перед будущими противниками. Другие тоже решили переодеться.

Драконы считаются вымирающим видом – бомбы и Анклав сильно сократили их популяцию. Сейчас известен только один живой дракон. Раньше он был известен жителям пустоши, как Наблюдатель, сейчас же известно, что его настоящее имя Спайк. Сотни лет он охранял неработающую машину, что способна очищать землю от радиации и прочих негативных факторов. Сейчас, когда машина работает, он занимается по сути тем же самым.

Слушая историческую справку, я изучал трофейное оружие – тот пулемет, которым я убил Реджи был очищен от крови. «Гатлинг» оружие, мне, своим видом, напоминало мясорубку. В самых первых образцах даже стволы раскручивались вручную, увеличивая сходство. Огневая мощь впечатляла, но я не Терминатор, чтобы таскать с собой эту ручную зенитку. Больше моего внимания заслуживали местные интерпретации пистолета-пулемёта FN P90. За специфичный внешний вид данное гламурное оружие, на постсоветском пространстве, прозвали «петух». Для птицельвов данное оружие очень подходящее, но я решил взять обычный пистолет, нож и проверенную плазменную винтовку. Хоть аналогичная винтовка один раз и подвела меня, но силовую броню она пробивала вполне уверенно.

Закончив с экипировкой, я спросил: не выкинуты ли трупы за борт? Мне ответили, что пока все трупы находятся в морозильной камере. Услышав ответ, я попросил показать дорогу — мне было интересно осмотреть вблизи эти помеси птиц и львов. Зайдя в морг, мне в глаза бросился труп Реджи – вместо её передней птичьей части было просто месиво. Осматривая трупы, я поинтересовался: не выведены ли эти химеры искусственно. Мне ответили что, несмотря на внешний вид, грифоны появились тогда когда опытов «сращивания» ещё и в помине не было. Это древняя разумная раса, что когда-то охотилась на пони ради еды, но с появлением принцесс аликорнов между Эквестрией и страной грифонов наладились невраждебные отношения. При упоминании еды у меня возникла мысль вырезать печень грифона – печень мантикоры была вкусной. Также была мысль попробовать местную конину, но я решил, что употреблять в пищу, мясо разумных в этом мире, как и на Земле, является преступлением. Мне совсем не хотелось становиться вегетарианцем, но похоже придётся принять местные порядки, тем более что на борту Громовержца полно еды. Ещё мне бросилось в глаза то, что многие трупы наёмников были лишь с одним пулевым ранением в голову – похоже «Леди Удача» побывала не только в ангаре.

Далее мне сказали, что теперь мне выделена аж целая офицерская каюта и показали её расположение. Я осмотрел свои «апартаменты»: койка, железный шкаф, вещевые ящики – просто, но со вкусом. После ночей в сырой пещере — это выглядело как номер люкс.

Далее Отем сказал мне, что он планирует заняться допросом пленных сектантов, и что я могу присутствовать при этом, хотя он и не советует. Я же хоть и не особо желал смотреть сцены пыток, но всё же высказал желание присутствовать при допросе. Кто знает, что полезного можно услышать?

Допросная выглядела как мрачная комната с железным стулом посередине спинкой к выходу, в углу стоял столик с различными строительными и хирургическими инструментами, дополняли атмосферу прожекторы в углах. Я занял место за зеркалом Гезелла, вместе со мной была единорог Дестини – присутствие доктора в данной ситуации было обоснованно. Отем же был по другую сторону зеркала. Вскоре в помещение, двое земных пони привели травянисто зелёную пони с мешком на голове, и грубо усадили ту на стул, а после связали. Когда земной пони снял с неё мешок, я увидел что это та самая единорог, у которой я «позаимствовал» балахон. На «сверле» у неё был блокиратор, рот заклеен широким пластырем, а её жопометкой были ножницы с красными лезвиями – при первой встрече я не обратил внимание. Дестини из-за стекла магией сорвала пластырь и допрашиваемая сама решила первой начать разговор:

— Богохульники! Язычники! Вы не представляете, какое зло творите! — говорила она явно на эмоциях, щурясь от света прожектора.

— Не очень понимаю твоё обвинение, но мне всё равно. У меня куча вопросов и тебе лучше честно на них отвечать, — голос Отема был ровный и спокойный.

— Я не стану ничего отвечать! Я преисполнена веры: в нашу богиню, в идеалы гармонии и добродетели. Я умру раньше, чем начну говорить, а после смерти попаду на райские луга.

— Богиню? Вы что, как Красный Глаз, снова задумали создать этого мутанта псионика?

— Нет, конечно. Наша богиня — это святая Селестия.

— Селестия давно мертва.

— Наша богиня хоть и заперта в недрах машины, но по-прежнему жива и полна любви ко всем пони, даже к таким как ты, но ты отвергаешь её любовь.

— Хватит этой религиозной чуши. Я вижу, что ты не сильно удивилась тому, что я жив и наверняка знаешь этому объяснение. Я жду ответы.

— Моё имя Кловерфилд, больше я ничего не скажу. Ты можешь убить меня под пытками, но ничего не добьешься. Скажу лишь, что Красный Глаз ошибся, когда посчитал тебя подходящим пегасом – ты позоришь свой народ.

— Мне по…й на твоё мнение и мнение Красного Глаза обо мне, и ты ошибаешься, если думаешь что я стану тебя пытать. Может, мне и были противны идеи Красного Глаза, но я восхищался техническими достижениями, которых он добился. Я всегда уважал науку, уважаю и сейчас, а просто наносить физические увечья — это так антинаучно. Есть надёжный способ тебя разговорить, и думаю, доктор Глю его бы одобрил.

Далее пегас махнул правым крылом, что было условным сигналом для Дестини. Единорог своей магией из-за стекла, подняла со столика в воздух шприц с зеленоватым содержимым.

— Триопентал Натрия, — Отем решил пояснить название вещества, – технология извлечения информации «Министерства Морали» была утеряна, и в Анклаве нашли ей простую замену. Но в отличие от заклинаний у данного способа есть существенный недостаток – высокая вероятность летального исхода. У тебя ещё есть шанс пойти на сотрудничество, — голос Отема был по-прежнему спокоен. Похоже, он и впрямь хотел обойтись без химии.

Я же обдумывал, где я слышал название препарата? Вскоре я вспомнил – данное вещество применяли при эвтаназии и казни преступников в США. Его свойства как «сыворотки правды» мне неизвестны, но возможно на местных обитателей данное вещество действует не так как на людей.

Допрашиваемая отказалась сотрудничать и получила укол в шею. Вскоре она покрылась потом и начала часто моргать, говоря что-то бессвязное. Отем дождался пока единорог перейдёт в полуобморочное состояние и начал задавать вопросы. Кловерфилд, непроизвольно для себя, давала на них ответы.

Выяснилось что Красный Глаз, предвидя то что Отем и Мелкопипка могут, вместо того чтобы сыграть свою роль в его плане, просто перестрелять друг друга, предусмотрел так называемый «протокол Виктор». Данный протокол был загружен всем роботам, находящимся на территории Собора и некому кибер-пони по имени Слаутер. Согласно протоколу: Слаутер, видя Отема, с простреленной башкой, снял с него броню и отнёс тело пегаса в особо защищённый бункер Собора, в котором прятались дети, и те сторонники Красного Глаза что не участвовали в обороне. Также в этом бункере находился автодок в который Слаутер и положил Отема на лечение. Автодок смог вернуть пегаса к жизни, однако хедшот и извлечение пули не прошли без последствий – Отем превратился в «овощ». За глаза сектанты между собой называли его «Дерпанутым» за сходство с одноимённой пегаской гулем. Когда аликорны и Вельвет Ремеди откопали бункер, они предложили «Детям Собора» отдать им Отема и держать произошедшее в тайне в обмен на дальнейшее сотрудничество. Сектанты согласились и даже дали так называемую «Пинки клятву». Как я понял это какой-то фетиш, пошедший от довоенной розовой министерки-наркоманки.

Также сектантка рассказала, что на данный момент идея их общины была немного немало вернуть их богиню (Селестию) к полноценной жизни. В данный момент сознание Селестии заперто в терминале управления погодных башен. Сектанты же планировали искусственно создать тело аликорна лишённое души (сосуд души), в которое можно было бы загрузить сознание Селестии. Для этой цели «Дети Собора» планировали использовать сохранившиеся результаты опытов доктора Глю а также заняться изучением магии зебр.

Всё рассказанное звучало бредово и антинаучно — однако в этом мире может происходить всё что угодно, и, как правило, и происходит. Услышав достаточно, Отем остановил допрос и, вызвав конвой из земных пони, приказал отвести заключённую обратно в камеру.

Обсуждая услышанное, мы добрались до мостика, где мне показали карту Эквестрии, и показали, куда держит курс «Громовержец». Определённого пункта назначения у нас не было, но мы решили, что в целях безопасности лучше покинуть вражескую территорию. Сулик предложил как вариант территорию бывшей страны зебр. Сейчас там заражённая радиацией территория, которую иногда именуют «Светящимся морем» — там нас искать не будут.

Смотря на карту Эквестрии, я подметил её удивительное сходство с США — даже названия некоторых городов были созвучны с названиями городов в американских штатах. Однако одно название сильно выделялось на этом фоне. Я высказал своё наблюдение товарищам и сказал, что данное место вызывает у меня сильный интерес. Отем же мне сказал, что смотреть там особо не на что, но если я хочу там побывать, то это несложно устроить – отклонение от первоначального курса будет небольшое. Я, естественно, ответил утвердительно. Отем же отдал команду пилотам:

— Симфони, Мелоди — отмена первоначального маршрута. Курс на Сталлионград.

* — Говорит на русском

** — https://topwar.ru/92782-v-ssha-predstavili-pistolet-zamaskirovannyy-pod-smartfon.html

## По ту сторону изгороди

— Что ты имеешь в виду под — «там не на что смотреть»? – похоже Отем раньше там бывал и мне было бы интересно узнать, что он видел.

— Там редкие руины и заражённая радиацией территория – даже Красный Глаз не был заинтересован в экспансии на данную территорию. Анклав давно отправлял туда экспедиции, которые вывезли оттуда всё немногое ценное, включая незаражённую почву с вершин гор.

— А жители? В этом городе были жители?

— Сотни лет как там нет никаких жителей, — Отем это говорил, посмеиваясь, — ты, похоже, совсем не знаешь истории.

— Если ты знаешь то расскажи, путь туда неблизкий, я с удовольствием послушаю, — насчёт «с удовольствием» было сарказмом, что-то мне подсказывало, что история будет не из приятных.

Пока мы двигались по новому маршруту, ржаво-коричневый пегас провёл мне лекцию по истории, вкратце рассказав историю «Сталлионградской Республики».

До войны с зебрами Сталлионград был полуавтономным городом-государством, населённым в основном земными пони. Город вёл особый, и непонятный для своего времени, путь развития – без магии, но с техническим уклоном. История его появления доподлинно неизвестна, но известно то, что он был основан до появления принцесс аликорнов и его жители говорили на своём, не похожем на Эквестрийский, языке. Дорвавшись до власти «благородные сёстры», используя собранную армию из всех подвидов пони и собственную магию, попытались присоединить мятежный город к Эквестрии. Непонятно как, но Сталлионград победил – принцессам так и не удалось решить проблему военным путем, и они вступили в переговоры с местным руководством. По результатам переговоров республика всё же вошла в состав Эквестрии, но с особыми условиями. Что это за условия история умалчивает, но на многих довоенных картах этот город не обозначался, и многие эквестрийцы даже не знали о его существовании. В самой же республике хоть и признавали Селестию как богиню, но не уважали её как правителя.

Всё изменилось после того как со страной зебр были заключены торговые соглашения о поставках угля. В Сталлионграде ещё задолго до этого были освоены различные технологии, а после получения энергетических ресурсов начался усиленный промышленный рост. Технологии, что до этого использовались лишь в пределах республики, быстро распространились по всей Эквестрии, а сам город перестал быть «городом призраком». Однако период благополучия был недолгим – город стал одной из первых «сакральных» жертв войны с зебрами.

Первые боевые столкновения между пони и зебрами сложно было назвать боями — народы пони и зебр тогда были крайне мирными. По непроверенным данным первым, кто решился на убийство, был будущий друг Литлпип – Эплснек. После первых жертв «шестерёнки войны» закрутились. Вначале стороны использовали в основном холодное оружие, некоторые даже крепили его на хвосте, но потом появились министерства, возглавляемые «Элементами Гармонии», за ними появились всё большие потери, новые оружейные и магические технологии с обеих сторон и прочие прелести войны.

История не сохранила подробностей того как был уничтожен Сталлионград но известно то, что он оказался между «молотом и наковальней», и был уничтожен совместными усилиями пони и зебр, за контроль над ним, а все его жители убиты. Также там были впервые испытаны мегазаклинания. После всего произошедшего территория города и его окрестности представляют собой «лунный пейзаж».

Кроме редких экспедиций Анклава, там сотни лет никто не появлялся, и полёт туда имеет мало смысла, однако мне было интересно взглянуть хотя бы на руины.

Сейчас же город Сталлионград хоть и считался территорией Эквестрии, но находился за границей зоны действия погодных башен и так называемых — «Садов Эквестрии». Эту границу иногда называют «изгородью» и за ней начинались территории, заражённые радиацией. Хоть уровень радиации в окрестностях Сталлионграда был довольно высок, но не шёл, ни в какое сравнение с тем, каким он был на территории бывшей страны зебр. За высокий уровень радиации бывшую страну зебр сейчас иногда называют «Светящимся морем».

Далее Отем высказал предварительный план действий:

— Зависнем над одной из срезанных вершин, спустим робота шпиона, ты взглянешь на пустошь. Спускаться на поверхность я бы не советовал. Там радиация припекает, а большинство препаратов на тебя не действует, и я не знаю, как на тебя подействует Антирадин.

— Ты точно уверен, что там безлюдно? — я не сразу заметил, как сказал неподходящее слово.

—Безлю… ты о чём? — вопрос пегаса был понятен.

— Не встретим ли мы там НКР?

— Этого точно не знаю, но не думаю, что на этой пустынной-заражённой территории может кто-нибудь быть.

— Вообще-то нет, — Сулик решил вмешаться в дискуссию, — сейчас туда регулярно летает гуль Дерпи со своим «особым пони» (тем самым Кантерлотским гулем — ночным пегасом, который сбил Громовержец).

— Это ещё зачем? — Отема удивил этот факт.

— Потому что они гули. В Эквестрии много гулей, как я, и если ты забыл — для нас радиация это фактор выживания, а из-за «Садов» радиационный фон в Эквестрии резко понизился. В вершинах гор, срезанных Анклавом, образовались озёра с облучённой водой.

Эта пегаска иногда летает к этим озёрам и, набрав воду, вывозит и продаёт её в своём магазине, а после торговцы развозят её по всей Эквестрии.

— И как часто они туда летают? — пегас обращался к зебре.

— Не могу знать, но предполагаю что раз в две недели.

Этот факт навевал тревогу. Пегаски за штурвалами управления Громовержца напомнили нам тот факт, что эта Дерпи раньше сбивала воздушные корабли Анклава, создавая сверхзвуковые ударные волны, и убивала пегасов побочными радиационными выбросами. По понятным причинам посадка Громовержца отменялась.

Однако я вспомнил, что у нас в ангаре находится трофейный «абордажный» Хищник наёмников. Данный корабль летает на тех же облачных принципах, что и Громовержец, но он гораздо меньше и маневреннее, а ещё с него не демонтировано вооружение. На таком воздушном судне можно просто пролететь над поверхностью не высылая робота. Я высказал своё соображение — моё мнение одобрили. Также Сулик предложил не отказываться от идеи высадиться над горным озером – для него радиационная вода была очень важна, а светящиеся грибы из пещеры стали заканчиваться.

Обсуждая детали вылазки, мы вспомнили, что у нас на борту толпа пленных сектантов, а также трупы наёмников в морозильной камере. Отем предложил просто выбросить их за борт. Мне данная идея не понравилась. Если такой способ избавления от «двухсотых» я ещё мог допустить, то к идее массовой казни относился крайне отрицательно — даже применимо к этим разумным копытным сектантам. Моё сравнение с *ИГИЛ и броненосцем "Потёмкин" по понятным причинам вызвало недоумение у присутствующих, но сравнение с пиратской традицией, «прогулка по доске», как ни странно было понято. Далее Отем спросил, что я предлагаю:

— И что ты предлагаешь? Просто отпустить?

— Высадить их на одной из вершин.

— Это равносильно казни. Если они спустятся вниз, или попробуют местную воду, то погибнут от радиации. Ты же не предлагаешь оставить им защитные костюмы и антирадин?

— Конечно, нет. Если туда летает та пегаска то сектантов рано или поздно найдут.

— Скорее всего, поздно. Ты предлагаешь оставить их умирать от радиации на вершине горы, без еды, воды и всего остального, надеясь, что среди множества гор Дерпи наткнётся на нужную? Это довольно жестоко.

— Говорит мне тот, кто предлагал выкинуть пленных за борт.

— Убивает не падение, а резкая остановка в конце. По мне, так, быстрая смерть от остановки менее жестока, чем медленная от радиации.

Продолжая дискуссию, мне всё же удалось убедить полковника поддержать моё решение. Также мы решили вместе с сектантами оставить и трупы наёмников. Трупы наших погибших мы оставим, а потом кремируем.

Пока мы не добрались до конечной точки маршрута, я с группой копытных занимался тем, что упаковывал трупы наёмников в импровизированные гробы из пустых ящиков, под боеприпасы. Укладывать, мороженые трупы пони и грифонов, было противно, но ещё противней было бы тащить их на борт Хищника где, оттаяв, они будут испускать ароматный душок. С трупами мы особо не церемонились, я даже попросил принести кувалды для того чтобы подломить выступающие конечности, и заодно утрамбовать тела «валетиком». Особо часто кувалды приходилось применять к грифонам (они крупнее пони), но порой удавалось запихать три тела в один ящик.

Закончив с консервацией мороженого мяса, мы унесли тяжёлые ящики в ангар, где их погрузили на борт Хищника. В ангаре нас встретила Симфони и сказала, что будет нашим пилотом. Также нам принесли белые и жёлтые костюмы радиационной защиты – хоть мы и не собирались спускаться к заражённой поверхности, но осторожность не повредит. Пегасам достались костюмы белого цвета, те же, кто был без крыльев, и я в их числе, одевали аналогичные, но жёлтые и без «рукавов» под крылья. Сулик по понятным причинам в защите не нуждался.

Однако Симфони предупредила, что если нам встретится Дерпи то данная защита не поможет. Уровень радиации при выбросах, что создавала эта гуль, был настолько высок, что пегасы умирали за несколько секунд даже в таких костюмах. Будем, надеется, что мы её не встретим, а если встретим, то убьём её вместе с «мышекрылым», прежде чем они убьют нас.

Вскоре в ангар под конвоем привели пленных сектантов, включая детёнышей. Глаза у них были завязаны, а у палкоголовых на сверле были одеты блокираторы. Наши бойцы в довольно грубой форме разместили сектантов на борту у ящиков с трупами и выставили охрану, вооружённую лазерными винтовками и дробовиками. Среди этой охраны я заметил «спецагента Мятную», стоило мне моргнуть и она пропала. Как у неё получается так внезапно появляться и исчезать, и как её не замечают? Потом буду думать над этими вопросами.

Далее я разместился на месте второго пилота Хищника – Симфони сказала, что она во втором пилоте не нуждается, и я могу занять это место.

В полёте любуясь пейзажем, я думал об этом городе и его странной истории. То что в этом мире, колдовства и разумных животных, был целый развитый город населённый копытными, возможно говорящими по-русски, уже было странностью, а история того как он был уничтожен звучала крайне подозрительно. Будто это уничтожение было заранее спланировано и подстроено обороняющейся стороной. Как всё происходило на самом деле, я вряд ли узнаю, но хоть полюбуюсь на руины. Когда мы снизились, я понял что сравнение «лунный пейзаж» было удивительно точным. Среди этой пустыни действительно не на что было смотреть. Сделав некрутой вираж, Симфони набрала высоту и, заметив одну их «срезанных» горных вершин с озером посередине, направила туда Хищник, а после совершила мягкую посадку и, взяв в копыто переговорное устройство, обратилась к находящимся на борту:

— Уважаемые «пассажиры», наш Хищник совершил посадку. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеюсь больше вас никогда не видеть, — под «пассажирами» пегаска явно имела в виду сектантов. Насчёт «никогда не видеть» — я полностью разделял её мнение.

Встав с места второго пилота, я направился к выходу и увидел, как сектанты с ящиками на спинах и под прицелом охраны выходят наружу. Я тоже на всякий случай взял пленных на мушку. Ещё было желание покорчить из себя надзирателя в концлагере, и командовать словами schnell и arbeiten но я сдержался. Выгрузив все ящики, сектанты, взяв заранее приготовленные железные бочки, набрали воды из горного озера, а после погрузили бочки обратно на борт.

В один из моментов этих погрузо-разгрузочных работ я заметил, как Сулик жадно пьёт воду из озера. Вид зебры на водопое мне напомнил передачи про диких животных, для полноты картины не хватало только нападения крокодила. Тут вспомнил, что когда я так думал, происходило что-то подобное. Приведя плазменную винтовку в боевое положение, я ожидал, что какая-нибудь тварь вылезет из озера, но всё обошлось.

Когда все бочки были заполнены и погружены мы приказали сектантам выстроиться цепью, а дальше наши единороги, используя свою магию, сняли блокираторы с рогатых сектантов. Далее мы приказали сектантам лечь на землю и не подниматься ближайшие полчаса. После мы поднялись на борт, Симфони заняла место за штурвалом и мы благополучно взлетев, вернулись на борт Громовержца – всё прошло удивительно гладко.

Далее Громовержец продолжил свой маршрут к «Светящемуся морю» — месту, где нас не найдут. Отем говорил, что там такой же «лунный пейзаж» только уровень радиации гораздо выше, а постоянные «неуправляемые» вихри делают эту территорию непригодной для жизни — даже для гулей. Громовержец же находился на достаточной высоте, чтобы мы не опасались вихрей и радиации. Как НКР планировал совершать экспансию в эти земли, я не представлял, хотя и был мало знаком с технологиями этого мира, но воздушные корабли аналогичные нашему Громовержцу были бы явно полезны.

Дальнейшие недели были для всех довольно насыщены хоть и без боёв. Отем был одержим идеей в будущем возродить Анклав, но не повторяя прежних ошибок его руководства. Для начала он решил дать аналогичное название нашей вооружённой группировке. Его идею не одобрили даже пегасы – не в плане возрождения, а в плане названия. Для жителей пустоши Анклав это образ абсолютного зла пришедшего с небес, а для пегасов Анклав был лишь военизированной организацией, что полностью провалила свои задачи и цели. Чтобы сражаться с НКР нам нужно другое название.

Отем предложил последовать примеру НКР и придумать какую-нибудь звучную аббревиатуру. Никаких идей ни у кого не было, но я, для примера, привёл аббревиатуры запрещённых в России организаций *ИГИЛ (Исламское Государство Ирака и Леванта) и НАТО (Национальная Американская Террористическая Организация). После сказанного на минуту все замерли, и смотрели на меня, как на психопата. Тишину нарушил Отем, напомнив всем, откуда мы сбежали, и от какой операции он меня спас. Я не хотел дальше поддерживать легенду своего сумасшествия и предложил более простую и универсальную аббревиатуру – СНС (Силы Народного Сопротивления). Хотя наши силы маловаты и пока мы далеки от народа, но всё начинается с малого – моё предложение одобрили.

Я был немного удивлен, что моё предложение приняли, и в шутку предложил ещё и переименовать Громовержец в «Мститель», а трофейный Хищник в «Подстрекатель». Копытные не поняли, что я пошутил, и к моему сильному удивлению приняли это предложение. Надо быть осторожней с будущими высказываниями.

На следующий день Дестини, зайдя ко мне в каюту, сообщила, что она и группа других «яйцеголовых» крайне заинтересованы моими особенностями. Ещё когда меня лечили, Дестини заметила, что моя кровь отторгала магию. Она позволила себе взять образцы на анализы, и выяснилось, что, по сути, моя кровь не принадлежит ни земному пони, ни вообще никакому из известных видов. Число хромосом у меня меньше чем у пони, и к тому же нечетное, но клетки обладают удивительной регенерацией. На вопрос «и сколько у меня хромосом?» я получил удивлённый и короткий ответ «сорок семь». Судя по услышанному ответу, я должен быть «счастливым» обладателем синдрома Дауна, однако я хоть и был не слишком умным, но «Дауном» себя не чувствовал. Дестини будто по глазам прочитав мои мысли, сказала, что никто не считает меня ущербным. Наоборот: я у всех вызываю уважение и интерес — особенно у неё и других «яйцеголовых». После единорог предложила мне пойти вместе с ней в лазарет, переделанный в лабораторию. Я отказался, мотивировав это тем, что не хочу быть «лабораторной мышью». На мой отказ рогатка скорчила очень жалостливую морду, и снова, но «вежливо», попросила. Не знаю, почему, но я согласился. Услышав положительный ответ, Дестини резко оживилась и сказала, что независимо от результатов она и другие будут очень благодарны.

Придя в лабораторию, я увидел, что меня встречают множество копытных – все самки. В основном среди них были единороги, но было много пегасок и несколько земных пони.

— Разве для моего изучения нужно столько народу? – я задал логичный вопрос. Вряд ли кроме меня тут есть что изучать.

— Никакие заклинания, в том числе и диагностические, на вас не действовали, но возможно, что некоторые заклинания единорогов могут дать результат. Также крайне интересно ваше взаимодействие с магией земных пони и пегасов, — Дестини дала «исчерпывающий» ответ.

— Вас понял: только никаких анальных зондов, вивисекции или что там вы приготовили. Я серьёзно.

Далее пошли долгие часы исследований. Мне сказали снять одежду и лечь на стол, далее ко мне прикрепили множество датчиков, а после рогатые применяли на мне различные заклинания. Выяснилось, что к магии я не так ненеуязвим — некоторые боевые заклинания (типа молнии) оказывали эффект. То, что от слабых разрядов на моей шкуре появлялись небольшие ожоги, было неприятно, но то, что они быстро затягивались, не могло не радовать. Огорчало то, что лечебные заклинания, а также зелья были для меня абсолютно бесполезны, включая «оволоситель» что приготовил Сулик. Даже телекинезом меня нельзя было захватить, будто я испускаю какую-то ауру отторгающую магию. Эта аура была даже визуально заметна, когда я пользовался своим, не в меру развитым, «копытокинезом» — вокруг копыта начинал дрожать воздух как над горячим асфальтом. Похоже, этой аурой я и пробил щит аликорна в психушке.

Дестини предложила кому-нибудь из единорогов стать добровольцем, чтобы я взял её за рог, и мы увидели что произойдёт. Добровольцем вызвалась бордовая единорожка к которой тут же прикрепили множество датчиков а другие рогатые стали её просвечивать сканирующими заклинаниями. Перед тем как взять бордовую за «сверло» я сказал ей — «если случится что-то неприятное, то я заранее прошу прощения», та ответила — «всё хорошо – я сама вызвалась». Далее я взял рогатую за палку, та, подёргав головой, убедилась, что я её схватил и сказала, что ничего не чувствует. Дестини сказала ей сотворить какое-нибудь заклинание, та сказала, что попробует применить телекинез. Далее её рог на секунду засветился, а после она отпрыгнула назад. Потерев свой рог, бордовая пожаловалась на головную боль и странное ощущение в роге. Ей дали воды, но она не смогла взять стакан магией. Она не запаниковала, и сказала, что ожидала что-то подобное и способности к магии в теории должны вернуться. Примерно через десять минут «дрель» подопытной начала искриться, а через полчаса способности к магии полностью восстановились. Далее нечто подобное я проделал с небесно-синей пегаской, только вместо рога были перья на её крыльях. Эффект был короче – примерно три минуты и пегаска снова летала. После этого решили провести эксперимент, чтобы проверить, смогут ли пегасы вообще меня утащить. Выяснилось что две пегаски уверенно (за плечи) поднимают меня в воздух, но в одиночку им тащить очень тяжело.

Также всех заинтересовал мой необычный цвет глаз и то, что у меня нет жопометки. Копытные обсуждали этот феномен, высказывая самые безумные теории. Слушая эти бредни, я напомнил тот случай, когда я упал в зеркальную лужу и оттуда вместе со мной выплыл агрессивный клон. И что у этого клона цвет глаз был другим, и жопометка была на месте. После услышанного некоторые копытные решили, что я это не я, а тот клон. Но эту теорию я опроверг тем: что помню что нынешний цвет радужки, и отсутствие метки, было у меня ещё с того момента когда я сбегал с психушки – Отем не даст соврать.

После получаса обсуждений и бредней копытные решили продолжить моё изучение в другом направлении, и предложили мне сдать на анализы (пардон) моих головастиков. От услышанного предложения я на некоторое время впал в неловкий ступор, а потом сказал, что с этим будут проблемы, так как у меня с момента пробуждения в психушке пропало влечение к противоположному полу. Дестини немного подумав, высказала своё мнение:

— Хоть у вас и другие генетические особенности, но внешне вы мало отличаетесь от земного пони и, в теории — кобылы должны вас привлекать. То, что у вас нет известно какого влечения, можно объяснить перенесённой операцией на мозге, однако я полагаю, что с вашими способностями к регенерации нервная система уже давно восстановилась и то, что противоположный пол вас не привлекает это скорее психическая проблема. Полагаю, что для её решения вам нужно лишь провести несколько «приятных ночей». Предлагаю свою помощь, и не бойтесь непоправимых последствий – при разном числе хромосом «залёт» полностью исключён.

— Спасибо за предложение помощи но, пожалуй, откажусь. Меня полностью устраивает моё нынешнее положение, — хоть эти копытные и были приятны в общении, но «собачиться» с ними я не собирался. Может какой-нибудь афганец зоофил и оценил бы местных цветных самок, но я лучше предпочту быть импотентом.

— Жаль, надеюсь, в будущем вы передумаете, — палкоголовая похоже рассчитывала на другой ответ.

Далее я продемонстрировал свои способности к «копытокинезу» а также то, как я могу ходить, глуша цокот шагов — продемонстрированное произвело на копытных сильное впечатление. После ещё нескольких экспериментов с заклинаниями мои мучения наконец-то закончились.

Следующие дни я проводил большей частью в спортзале Мстителя (бывшего Громовержца) где тренировался с нашими бойцами. В большинстве спаррингов я побеждал. Я заметил, что местный ближний бой пони основан на том, чтобы зайти противнику сбоку, а потом его сильно лягнуть. Я же хоть и заметил, что копытные наиболее уязвимы сбоку, но лягаться даже не пытался. Боксировал я, вполне по-человечески — стоя на задних ногах, применяя различные захваты и подсечки. Копытные же дрались на четвереньках, пытаясь заходить сбоку, изредка вставая на дыбы.

Как я понял, тактика боя земных пони состоит в том, чтобы зайти противнику с боку, и развернувшись, лягнуть того в уязвимый бок. Однако часто бывало так, что противники сцеплялись друг с другом, и тогда победная тактика заключалась в том чтобы голова противника оказалась выше, чтобы зубы были на его горле, или хотя бы прижаться головой к горлу. Поэтому передние ноги должны проходить под мышкой противника, а задними нужно упереться в живот, для этого надо успеть раньше округлить спину. В этом положение передними ногами сдавливать лопатки противника а головой давить в подбородок, задними в свою очередь, рвать брюхо, растягивая противника. Удобнее это будет делать из положения лежа на боку. Раны на животе гораздо болезненнее, чем на спине.

Земные пони побеждались довольно легко, с летающими пегасами было гораздо сложнее. Единороги же хоть и поняли, что магией меня не захватить, но не стеснялись слепить меня магическим светом, а также бодались своим сверлом, с защитным набалдашником на кончике – не лишняя предосторожность. Вскоре я для себя разработал более-менее универсальные тактики борьбы с тремя подвидами и мысленно представил себе будущие встречи с аликорнами – надеюсь, с ними до ближнего боя не дойдёт.

Сулик, глядя на спарринги, даже спросил — «не использую ли я какое-то неизвестное боевое искусство», хотя и отметил что мой «стиль» все же уступает «стилю павшего цезаря». Также тем как я дерусь, заинтересовался Соуп и предложил мне заняться с ним тренировками ножевого боя. Я заметил, что земные пони и пегасы предпочитают удерживать предметы и оружие в пасти, однако синий пегас удерживал резиновый нож как я – в копыте. Соуп сказал, что ножевой бой это его талант. Хоть в спаррингах без оружия я большей частью побеждал, но в ножевом бою Соуп меня «с треском» уделал.

После тренировок я, вспоминая прошлые события, решил, что ближнего боя по возможности лучше избегать, особенно против грифонов и аликорнов. Я вспомнил как пошёл против птицельва с саблями на крыльях с садовым инвентарём в руке, то есть в копыте. О чём я тогда думал?! От мыслей меня отвлёк Соуп, сказавший что может меня научить некоторым приёмам, и то, что после того как я поймал у его глаза нож, он готов пойти со мной хоть в преисподнюю. То, что мы и так в преисподней я не стал говорить.

Так и проходил день за днём. Может я бы и посчитал такие дни спокойными, если бы не постоянный флирт со стороны слабого пола. Не знаю, чем я заинтересовал местных самок, но оценивающие взгляды и постоянные предложения уединиться были довольно частыми со стороны всех подвидов. На эти предложения «включал дурака» и со стороны выглядел, наверное, как кастрированный кот. Похоже, в этом мире более свободные нравы, а может после долгих лет в тюрьме они слегка изголодались, а может это, потому что большая часть обитателей Мстителя самки, или всё сразу. В любом случае я не отвечал взаимностью. Тем более что свои предложения уединиться, копытные сочетали с демонстрацией своей животной (лошадиной) природы – били хвостом себе по бокам, постоянно тыкались в меня, шевелили ушами и фыркали, меняли свою походку на слишком **лошадиную. Пегаски всё это сочетали с расправленными крыльями – у них «ветреный» характер. Теперь я понял почему «женщина на корабле – плохая примета». Немного утешало то, что я не единственный кому самки уделяли внимание. Лишь Сулик был обделён этим вниманием – его «гнилая» натура, по понятным причинам, была никому не интересна. Я завидовал этому гнилому полосатику и решил по возможности больше времени проводить в его окружении.

Зебра гуль проводил большую часть времени в оружейной мастерской. Раньше, работая на Детей Собора, он переделал множество комплектов силовой брони Анклава, так чтобы они подходили земным пони. Сейчас же зебра переделывал ту же силовую броню обратно для пегасов, а также занимался ремонтом оружия. Я и ещё несколько копытных были у него в «подмастерьях». Работая, копытные иногда отвлекались на посторонние разговоры – в основном о своей прошлой, мирной, жизни. Я же, ссылаясь на амнезию, не говорил о себе, но с интересом слушал истории о жизни пегасов в облаках и какую скучную жизнь вёл Сулик в своем племени.

Иногда разговоры из мирного русла переходили в обсуждения тактики применения брони и вооружения. Из обсуждения тактики мне запомнилось упоминание того, как во время войны с зебрами, пони Эквестрии начинали неожиданно петь, и откуда-то со стороны, начинала играть музыка. Когда происходил этот феномен, пони входили в раж и всегда побеждали – у зебр даже был приказ об экстренном отступлении в таких случаях. Я мысленно представил, какие песни они могли петь: «А мы береты на лоб надвинем, и автоматы удобней сдвинем. И с улыбкою весёлой мы будем жечь чужие сёла…» — дурацкая песня.

Ещё в мастерской мне бросилась в глаза ржавая полосатая винтовка, которую Сулик взял из пещеры звёздных медведей. Как я понял, она не подлежит восстановлению, но эта винтовка считалась редким и довольно эффективным оружием — её просто было жалко выбрасывать.

Глядя на этот ржавый продукт, сумрачного полосатого гения, я решил, что мне нужно какое-нибудь редкое, но эффективное оружие. Во многих волынах, что мне встречались, можно было узнать представителей вполне человеческого стрелкового оружия (AR 15, FN P90, M3, ППШ и прочие) но ничего похожего на «Автомат Калашникова» – надо это исправить. Я конечно не оружейник, но устройство «Калаша» мне известно, а также в моём распоряжении оружейная мастерская летающего авианосца, и несколько копытно-рогатых помощников.

Я высказал свою мысль насчёт нового автомата, и даже эскиз нарисовал. Идею посчитали хоть и интересной, но бесполезной, однако вызвались помогать – помощь палкоголовых была особенно ценной. Неделя изготовления и испытаний, и у меня теперь есть автомат весьма условно похожий на АК. Совсем без использования деталей от другого оружия не обошлось, и по способу сборки и разборки получившийся автомат был больше похож на StG44, однако не это меня огорчило.

Проводя испытания, я наглядно убедился, почему мою идею посчитали «бесполезной» — по пробивной силе получившийся автомат уступал даже местной AR15 — о пробитии силовой брони «железных вёдер» не было и речи. Всё дело было в местном аналоге патрона «пятёрка» — силовая броня Рейнджеров проектировалась специально, чтобы противостоять зебрам вооружённым оружием под самый распространённый у обеих сторон патрон. Положение спас Сулик предложивший использовать одни из немногих уцелевших деталей от Зебринской винтовки. После долгих обсуждений будущей конструкции Сулик прикрепил «разгонный блок» под цевье, а аккумулятор разместил в прикладе автомата. После установления защитных планок я увидел результат трудов десятка копытных и одного «мёртвого человека».

Получившийся автомат выглядел довольно футуристично, хоть из прицельных приспособлений на нём были только целик и мушка. Защитные планки скрывали «разгонный блок» и доходили прямо до дула. Провода, что отходили от цевья и уходили в приклад, выглядели довольно уязвимо, однако Сулик сказал, что попадание воды не приведёт к неприятностям. Если данный «апгрейд» позволит автомату пробивать силовую броню, то недостаток уязвимости можно считать условным.

Результаты следующих испытаний превзошли мои самые смелые ожидания. Сулик говорил, что теперь автомат сможет стрелять «заряженными» пулями с большей начальной скоростью, но без отдачи. Я был довольно скептичен на данное утверждение, забыв в каком мире, нахожусь. Однако «рельсотрон» что был под цевьём и вправду разгонял «светящиеся» пули. То, что пули светились, было плохо (демаскировка) но то, что они уверенно пробивали броню «железных ведер», вызывало щенячий восторг, а то, что при пробитии противник в броне ещё и поджарится, было прямо «вишенкой на торте». В случае же встречи с противником без брони функцию бронебойности можно и отключить, тогда автомат превращается в обычный аналог знакомой мне местной AR15. Далее Сулик рассказал мне, что ему известно о тактике применения Зебринской винтовки наиболее достойными и подготовленными зебрами, объединенными в так называемый Легион.

Хоть Зебринские винтовки и были эффективны в войне с Эквестрией, против Рейнджеров в силовой броне, но только на дистанции «пистолетного выстрела». Для того чтобы подобраться к противнику зебры использовали стелс-плащи однако и это не всегда помогало, так как броня Рейнджеров оснащена так называемым ЛУМом – локатором что не позволял застать противника врасплох. Некоторые зебры, отчаявшись, стреляли со слишком дальних дистанций, что не приносило противнику ущерба. Из-за этого впоследствии все винтовки зебр переделали, так чтобы они стреляли с отсечкой в три патрона, что немного повысило шансы на победу.

Слушая историю о прошлой войне, я думал о том, как сам буду применять новый автомат. Также мне вспомнилось то, как Отем мне говорил, что ЛУМ на КПК Каламити меня не видит. Вряд ли Сулик отдаст мне свой стелс-плащ, но то, что я от природы невидим для этих радаров, давало мне серьёзное преимущество. Также я думал над тем как называть этот автомат и обратился к зебре гулю с этим вопросом. Тот сказал мне, что конструкция автомата оригинальна и что он лишь дополнил её – я сам должен придумать название. Старое людское название АК не годилось – конструкция слишком сильно отличалась, однако явно была нужна какая-либо аббревиатура. После двух минут размышлений я решил наречь данное творение: «Автомат Пони (Попаданца) Модернизированный Зеброй» — АПМЗ.

Когда работы над «АПМЗ» были закончены, я решил заняться своей амуницией. На складе нашёл новый противогаз, сделал себе «Арафатку» и маску «Балаклаву». Из корпуса шлема силовой брони Анклава, сделал себе импровизированную каску – чтобы при попадании пули в голову мозгами никого не запачкать. На примерке каски Сулик обратился ко мне с просьбой предложить ещё какую-либо оригинальную идею, насчёт вооружения.

Оригинальных идей у меня не было, и я толи в шутку, толи всерьёз, предложил зебре переделать «ППШ дробовик» в «ППШ пистолет-пулемёт». Сулик данную идею посчитал интересной и, не поняв каламбура, попросил меня начертить эскизы. Следующий день для меня прошёл в мастерской. Переделка дробовика в пистолет-пулемёт (ПП) прошла гораздо быстрее. Сулик отметил, что получившийся ПП превосходит по своим боевым качествам местный «М3 Маслёнка», и решил оставить «ППШ» себе в качестве личного оружия.

Все эти тренировки, исследования, побеги от самок и прочее к вечеру заканчивались в кают-компании, где Отем обсуждал с нами наши будущие действия. Ржаво-коричневый пегас описывал нашу тактику тремя словами: выжить, приспособиться, победить. По правде — меня бы устроило только первое и второе. Снова умирать я не хотел, но понимал, что к этому миру нужно приспособиться, однако такой ненависти к властям этого мира, что были у Отема, Сулика и прочих у меня не было. Тем не менее, я понимал, что так называемое НКР ведёт на нас охоту, а Селестия даже знает, откуда я прибыл. Эти факты указывали на то, что я не в том положении, чтобы выбирать какую жизнь вести. Я должен помочь так называемому СНС победить, и по возможности добраться до Селестии. Конечно я не питал иллюзий насчёт того чтобы вернуться обратно на Землю (при взрыве самолёта от меня только угольки остались) но всё же хотелось бы узнать — откуда она знает о людях.

Однако чтобы победить у «Сил Народного Сопротивления» как раз сил и не хватало. Конечно, у нас был полностью вооружённый «Подстрекатель» но это «капля мёда в бочке дёгтя». По сути, единственная тактика, которую мы можем сейчас использовать — тактика «булавочных уколов», но этот метод допустим, только если есть куда отступать. Может нам и удалось однажды отступить в лес, а из леса удрать «по ту сторону изгороди», но глупо считать, что противник не учёл свои ошибки. Раз мы можем только «колоть булавками», то колоть нужно в уязвимые, но жизненно важные места. Проблема была в том, что слабых мест у противника не было. Каждая база или населённый пункт хорошо охранялись, а наличие «Селестии Один» и погодных башен не оставляли нам практически никаких шансов.

Несмотря на неутешительные выводы, Отем не отказывался от идеи наступления, он даже придумал название будущей операции в стиле НАТОвцев – «Сломанный коготь». Согласно его, ещё предварительному плану, мы должны будем атаковать главную базу «Когтей» — так называемое «Разбитое Копыто». Парадокс, но эта кишащая головорезами база наименее защищена в сравнении с другими городами и базами Эквестрии. Изначально эта база была построена, как пенитенциарное учреждение. После войны с зебрами там обосновался дракон, которого убили Мелкопипка с Каламити — я сейчас ношу бронежилет из шкуры этой рептилии. Сейчас, это штаб-квартира наёмников компании Коготь, и наверняка там находится их лидер – грифон Гаудина Грознопёрая. Предварительный план Отема был пока плохо продуман, но уже было очевидно, что мы в любом случае смертельно рисковали. Однако если операция увенчается успехом, то мы сильно снизим популяцию этих «химер-наёмников», а если ещё убьём Гаудину то «отрубим голову» всей военной машине.

* — запрещённая в России организация

** — https://www.youtube.com/watch?v=oCtdvnYLAcs

## Глубокий сон - Прыжок веры

На борту Мстителя (бывшего Громовержца) полным ходом шла подготовка к операции «Сломанный коготь». Копытные тренировались в спортзале, пристреливали оружие, занимались уходом за бронёй. Командование изучало план местности, пути наступления и отхода.

Иногда всё это сопровождалось радио-эфиром, так называемого, ДиджеяПонТри. Отем говорил, что политика Анклава об информационной изоляции была ошибочной и эта ошибка дорого обошлась пегасам — многие, поддавшись вражеской пропаганде, перешли на строну противника. Пегас считал, что доступ к вражескому радио-эфиру только закаляет убеждённость наших сил в верности и правоте, и никак не препятствовал тому, что мы слушали этого копытного «Геббельса». Также на этом радио часто играли «классические» мелодии некой Октавии, что нравились Отему, а иногда диджей упоминал нас лично.

Как понял, в этом мире вместо судебной и следственной системы имеется так называемая «карма». Согласно этой карме я был самым злостным после Отема. Карма пегаса соответствовала названию «отродье демонов», моя же называлась «орудие разрушения».

Также, слушая это радио, я обратил внимание на то, что местные группировки далеко не во всём ладят друг с другом и в своих пропагандистских речах отзываются друг о друге нелестным образом.

Я, как ни странно, считался одним из командиров Сил Народного Сопротивления (СНС), однако знал «военное дело» весьма условно, а местная тактика летающих копытных была мне вообще незнакома. Однако Отему были интересны мои нестандартные идеи, и он часто спрашивал моё мнение о тех или иных планах наступления.

Наш успешный опыт со скрытым проникновением на базу противника на этот раз мы решили не повторять. Гораздо логичней была идея использовать трофейный «Хищник» (Подстрекатель) и отбомбиться по противнику, но в этом случае шансы на успешное отступление были невелики. Также всё портил «погодный фактор». Системы наблюдения на погодных башнях не давали СНС шанса отступить, не понеся потерь от «Селестии Один», также у базы наёмников было хорошее зенитное прикрытие. Всё это говорило о том, что логичная идея бомбардировки обречена на провал, однако брать «Разбитое Копыто» штурмом было ещё более провальной идеей.

Одно дело штурмовать базу дезорганизованных сектантов, другое дело — базу ЧВК. Также я заметил, что в сравнении с пони, грифоны более боеспособны. Хоть я и убил многих птицельвов, но это было в закрытом помещении, где они не могли летать. К тому же у меня было много гранат, а ещё меня поддерживал пегас огнемётчик — на открытой местности такая тактика не сработает.

Обсуждая будущую операцию, мы всё же решили остановиться на идее скоротечного штурма с последующей эвакуацией на Подстрекателе, но «погодный фактор» всё портил. Территория «Разбитого Копыта» входила в зону покрытия погодных башен, а это значило, что как только СНС спустится на поверхность, то будут сожжены «орбитальным лазером».

После долгих обсуждений Отем и Сулик решили, что хоть мы и не можем уничтожить башни, но можем временно ослепить их системы наблюдения. Я, далёкий от местных технологий, не очень понял, как это должно работать, но понял, что в этом должны быть задействованы пегасы с рассеянными (без фокусирующих линз) лазерными винтовками.

Однако и одна из моих идей была одобрена. Я вспомнил, как Сулик подорвал недостроенный Собор, также мне вспомнилась тактика смертников (шахидов и камикадзе) и то, что в этом мире развита робототехника. Вспоминая всё это, я поинтересовался у зебры подробностями подрыва Собора, и роботами (спрайт-ботами) шпионами. Гуль мне ответил, что для столь мощного взрыва понадобилась связка из четырёх жар-яиц, а детонатор собрать было несложно, а также то, что у данных роботов есть небольшой грузовой отсек. Моя идея дрона-камикадзе всем показалась одновременно оригинальной и простой в реализации. Многим даже показалось странным, что до неё раньше не додумались.

Внеся свой посильный вклад, я отправился в свою каюту. По пути я думал, что в сравнении с тем, что было раньше, сейчас для меня складывалось всё более-менее удачно. Даже флирт от местных самок пошёл на спад. Одна оранжевая пегаска даже сказала мне, что хоть моё имя (Грей Стоун) очень мне подходит, но ещё лучше мне бы подошло имя «Серый Мерин». Что означает слово «мерин» я не знал, так что хоть я и понял, что это было оскорбление, но не был обижен.

Зайдя в свою каюту, я, заперев дверь, включил радио, надеясь послушать спокойные мелодии Октавии на ночь, однако вместо игры на виолончели услышал агитационные передачи местных группировок.

— Приветствую вас. Я Эплторн, старейшина «Рейнджеров Эпплджек», от всей души надеюсь склонить вас к сотрудничеству. «Последователи Апокалипсиса» обещают вам спасение, но много ли от этого толка. Не попадитесь на их крючок. С такой неэффективной политикой и экономикой они устроят новый Апокалипсис. «Рейнджеры Эпплджек», напротив, решают насущные проблемы. Мы — один из основных центров силы в Эквестрии и крупнейший поставщик технологий. Мы создаём для пони новые возможности, пока другие медлят или спорят. Мы полагаемся на проверенные довоенные и современные технологии, а также на своё огромное силовое влияние. Разумеется, многих это не устраивает, и кое-кто прибегает к насилию, но не бойтесь — «Рейнджеры Эпплджек» решают проблемы и, если понадобится, с применением соответствующей силы. Наши успехи основаны на честных идеалах нашей основательницы Эпплджек а, основываясь на моральных принципах Стилхувза, мы вышли на лидирующие позиции по влиянию на Эквестрию и делаем все, чтобы это положение сохранялось. Если хотите быть в рядах победителей, присоединяйтесь к «Рейнджерам Эпплджек». Вы не пожалеете, обещаю.

После этого агитационного выпуска последовала музыкальная пауза. Пока играла музыка, я думал о том, что копытный, в теле которого я нахожусь, тоже был в рядах «железных вёдер». Мне повезло что в момент, когда Грей Стоун стал «одержим мной», он не находился на своей базе. Страшно представить, как я бы, после пробуждения, сбегал от множества копытных в красных робокостюмах. От мыслей меня отвлекла окончившаяся музыкальная пауза и начавшаяся пропаганда другого центра силы.

— Последователи Апокалипсиса — это крупнейшая сеть организаций пони, аликорнов, адских гончих и прочих жителей Эквестрии независимо от их происхождения. Меня зовут Вельвет Ремеди — я лидер Последователей. Если вы хотите помочь Эквестрии преодолеть главные проблемы современности – здесь вам всегда будут рады. «Рейнджеры Эпплджек» продолжают свои смехотворные попытки дискредитировать нашу работу. Не слушайте этих глупцов! Они только и умеют, что воевать и строить экономику на эксплуатации довоенных технологий. Вопреки пропаганде «Рейнджеров Эпплджек», наш путь развития обеспечит Эквестрии процветание и стабильность. «Последователи Апокалипсиса» используют только безопасные технологии, а наша экономическая стратегия обеспечит для будущих поколений мир, в котором действительно можно жить. Реакционные элементы расценивают наш успех как угрозу, они полагают, что мы — беззащитные пацифисты и пытаются нас запугать — это очень серьёзный просчёт. «Последователи Апокалипсиса» процветают благодаря дальновидности нашей наставницы Флаттершай. Она будет невероятно рада приветствовать вас в наших рядах. Вступайте в «Последователи Апокалипсиса», присоединяйтесь к нашей борьбе за стабильный мир – мир в котором стоит жить!

Далее я выключил радио, но не мог выбросить из головы услышанные предложения. Вывод был очевиден — если операция «Сломанный Коготь» увенчается успехом то: баланс сил будет нарушен, НКР лишится своего командования и основными силами в этом мире станут «Стальные Рейнджеры» и «Последователи Апокалипсиса». Судя по их пропагандистским передачам, они только и ждут повода, чтобы напасть друг на друга. Мне это только «на руку». На этой мысли я лёг на койку и, закрыв глаза, погрузился в царство Морфея.

* * *

Глаза открываю — лес и поля, снег на руках, под ногами земля. Но почему, встав прямо, на две ноги, это показалось не таким привычным, и почему вокруг всё черно-белое?

Тут сзади правее послышался приглушённый звук взлетающего самолёта. Повернувшись, я увидел вдали огни диспетчерской вышки и взлетающий лайнер. Провожая взглядом самолёт, я увидел, как его левый двигатель стал испускать чёрный дым, и от лайнера стали отваливаться куски обшивки. Далее в небе произошёл взрыв, и у меня появилось чувство дежавю. Через секунду мне вспомнилось, что я находился на борту данного самолёта. Вскоре мне вспомнилось то, что происходило со мной после смерти.

Быстро все обдумав, решил, что то что я вижу, не может быть реальностью — я сплю и вижу сон, поэтому всё черно-белое, а во сне можно материализовывать свои фантазии. Только я так подумал, как передо мной появилась та стюардесса, что тоже была на борту самолёта. Мы похотливо улыбнулись друг другу. Однако дальше я вспомнил, что в другом мире удовлетворение похоти меня мало волновало. Гораздо больше я думал об отсутствии нормальной животной пищи. Конечно, во сне не наешься, но я решил хотя бы в своих фантазиях нормально похавать.

— *И снится нам не рокот космодрома, не эта ледяная синева. А снится нам мясная отбивная и сочная печенка кабана.

Напевая, я материализовывал перед собой стол с тем, о чём пел. А ещё три килограмма свинины на досточке с хрустящей корочкой, и три, нет, шесть килограммов сала. Никакого пива и водки – я убеждённый трезвенник и сторонник «здорового образа жизни», хотя от такого количества жирной пищи печень будет болеть и без сорокоградусной, но ведь я во сне.

— *Тобой я потом займусь. — сказал иллюзии стюардессы, перед тем как развеять её.

Но обожраться мне не удалось – я почувствовал знакомое чувство тревоги. Вспомнив, перед чем оно обычно возникало, я материализовал АК-74.

— Тебе не удастся застать меня врасплох! – в ответ тишина. — Покажись и сражайся!

— Мёртвые страху не подвластны, но ты боишься. Значит ли это, что ты не мёртв? — Женский голос был ниоткуда и везде, звучал он надменно, с явным чувством превосходства.

— Кто это там гавкает!

— С тобой не гавкают, а разговаривают, великие и могущественные силы и мы, то есть я, советую опустить оружие – сон нельзя убить.

— Тогда почему ты прячешься? — мой вопрос был логичен.

— Я раньше не видела людей, мне интересен ваш образ жизни, и я хотела понаблюдать за тобой в «естественной среде» перед тем как познакомиться.

После сказанного передо мной появилась ранее увиденная синяя аликорн в накидке. Ростом она была мне примерно по пояс – а пони мелкие. Я наставил на неё автомат.

— Не бойся. Я тебе не враг. Хотя признаю – я вела себя подозрительно. Как ты узнавал, что я слежу за тобой?

— Вопросы здесь задаю я! Что ты за хрень, зачем за мной следишь?!

— Зачем слежу? Честно, когда я нашла тебя в психушке, то и подумать не могла, что ты так много сделаешь в столь короткий срок, и выживешь. Я многое повидала, но ты меня впечатлил.

— Хватит тупой лести! Отвечай на вопросы!

— Это грубо, но твоя реакция понятна. Я отвечу, но при личной встрече в реальном мире. Однако информация — это товар, а товар стоит денег или услуг. Будь любезен, выполни для меня одну услугу. Обещаю, что после этого встречу тебя лично и отвечу на все вопросы.

— Я слушаю, – почему-то я резко успокоился.

* * *

Я проснулся в холодном поту. Эта шныряющая по снам тварь хочет, чтобы я, ни много ни мало, убил местного «Геббельса». Мне, только что, во сне, предложили работу киллера в обмен на информацию — крайне важную для меня информацию. «Заказчица» сказала, что знает, как я попал в этот мир. Если это так, то, возможно, она знает, как мне вернуться обратно на Землю.

Думая о Земле, вспомнил рифму: «Широка страна родная, край загадок и чудес. Иванов украл Тойоту а Петров ворует лес. Тётя Клава варит виски, Толик наточил топор, ну а деньги олигарха переводятся в оффшор. Это криминальная, криминальная Россия. Это криминальная, криминальная страна». Как же я хочу вернуться в Россию, пусть и криминальную.

Однако у меня уже был план — помогая СНС добраться до Селестии. План долгий, но верный – Селестия точно знает о людях. Но что мне дадут ответы на вопросы? То как я сюда попал? Я же погиб при взрыве, а путь в загробный мир должен быть односторонним.

Тут у меня случился «флэшбэк» моих последних минут жизни. В этом воспоминании я увидел девочку с игрушкой радужной лошадки, удивительно похожей на довоенную министерку. Это вряд ли было совпадением — на Земле знают об этом мире.

Кому-то удалось из Эквестрии попасть на Землю? Может, зря себя похоронил, и есть ещё надежда? Да и вообще, вначале попав в этот мир, я думал, что всё вокруг просто кошмарный сон, а в кошмаре любой твой выбор является ошибкой. На этой мысли я вновь лёг спать на этот раз без снов.

Проснувшись, пошёл на мостик к Отему чтобы сообщить о намерении убить ДиджеяПонТри, то с чего вдруг я решил так поступить, говорить не собирался. Понимая, что Отем вряд ли будет разрабатывать боевую операцию, я всё же решил спросить его мнение, хотя понимал что оно будет отрицательное. По пути я непроизвольно для себя стал глушить шум своих шагов, заметив то что не цокаю, посчитал это символизмом – мне снова придётся стать лазутчиком. Тихо зайдя на мостик, я застал ржаво-коричневого пегаса сидящим на месте капитана что-то смотрящим в своём КПК. Незаметно подойдя к нему, я увидел, как Отем читает записи Каламити о Вельвет Ремеди – в стихах. Вскоре на экране КПК появилось отражение моей серой морды. Увидев его Отем вскочил и, смотря на меня со злобой произнёс: «Б...ь, Грей, колокольчик хоть одень!».

Далее я рассказал пегасу о своём плане «контрпропаганды» — предсказуемо он был очень недоволен. Отем, что обычно был вежлив со мной, сейчас говорил, так что «ни пером написать, ни в сказке сказать». Его реакция была понятна — мы сейчас накануне крупного наступления, и в нём я хоть и не играю решающей роли, но всё же занимаю не последнее место. А сейчас я собираюсь, наплевав на всё, отправиться в одно из самых охраняемых мест в Эквестрии, чтобы убить палкоголовую что может менять себе голос.

То, что ДиджейПонТри — самка и её настоящее имя Хомэйдж и раньше знал – Отем и Соуп мне это рассказали еще, когда мы были в пещере с подземным озером. Что она меняет голос, меня тоже не удивило – в мире магии изменение голоса — это пара пустяков. Удивило меня то, что пегасы со своими возможностями, так и не смогли её ликвидировать, а Соуп даже лишился своего отряда.

В книге Мелкопипки Хомэйдж упоминалась как помощник ДиджеяПонТри, что она «элемент честности», и то, что у неё с Мелкопипкой буйная однополая любовь. О её прошлом, до того как она обосновалась в башне Темпони, упоминалось немного, но можно было сделать вывод что она промышляла рейдерством. Также упоминалось, что у неё есть крайне редкое оружие – «звёздный бластер», который можно перенастроить в бомбу особой мощности. Этой бомбой (у неё было несколько комплектов этого оружия) она и уничтожила отряд Соупа.

Далее Отем собрал на мостике срочное совещание, на котором обсуждалось моё предложение. Поначалу к нему все отнеслись крайне отрицательно. Мне пришлось применить всё своё красноречие, чтобы убедить копытных помочь. В один момент даже заговорил как Отем, сказав, что его правила войны (выжить, приспособиться, победить) сейчас не актуальны. Чтобы победить нам нужно: разрушить надежду врага на победу, использовать всё для своего преимущества, воспользоваться слабостью своего врага, атаковать с неожиданной стороны.

Соупу понравилась моя речь. Он даже попросил меня снова сказать «правила войны» только на том языке на котором я периодически говорю. Я сказал их на русском и про себя хохотал, когда синий пегас с сильным акцентом говорил: «Разрушить вражью надежду на побеждение».

Через какое-то время Отем попросил меня покинуть помещение, чтобы командование могло обсудить предложение без давления с моей стороны. Я подчинился и, подождав примерно двадцать минут, услышал, что меня снова вызывают.

Мою «инициативу», о проникновении в башню Темпони с последующей ликвидацией Хомэйдж, одобрили хотя и признали авантюрной, но согласились помочь только если моей целью, помимо Хомэйдж, будет и «Общество Сумерек» с их «Селестией Один». Я не смог отказать. Получив моё согласие, Отем произнёс:

— Операция «Сломанный Коготь» откладывается, начинаем операцию "Разбитый Циферблат".

В сравнении с предыдущими операциями обсуждение и подготовка к "Разбитому циферблату" длились всего сутки. Выполнять задание я буду не один – Соуп будет моим напарником. Синий пегас сам вызвался добровольцем. Свой энтузиазм он мотивировал тем, что он единственный из присутствующих кто был в башне Тенпони, и он примерно помнит её планировку. Свою память он мне объяснил особым методом запоминания пегасов. Также «синяк» сказал, что он жаждет мести за свой отряд и Анклав в целом – понятная мотивация. Далее я пошёл готовить снаряжение, а Отем зачем-то приказал Соупу остаться с ним наедине.

Проверяя своё немногочисленное снаряжение мне даже было немного обидно, что добытый в бою бронежилет, разгрузку, «АПМЗ» и всё остальное (даже «арафатку») придётся оставить. Я буду участвовать в тайной (шпионской) операции и фактор незаметности был гораздо важнее огневой мощи.

Погрузив немногочисленный «хабар» в «велосипедные» сумки я дождался синего пегаса. Вместе мы пошли в ангар «Подстрекателя», где занялись ремонтом одного из дельтапланов, на котором Симфони или Мелоди ловили облака. Пока мы его чинили, в основном клейкой лентой, я вспомнил все серии передачи «Пока все дома». Вскоре в ангар пришла Симфони – она будет нашим пилотом.

Глубокой ночью Подстрекатель покинул борт Мстителя. В пути Соуп спал без задних и передних ног, мне же не спалось. Я всё думал – правильно ли я поступаю, идя убивать незнакомую мне копытную тварь по указу другой твари. Конечно, Хомэйдж была нашим врагом и призывала к нашему убийству, но её мотивы понятны. Я же иду её убивать, потому что поверил аликорну и, сделав это, я могу получить ответы на многие вопросы (схватиться за соломинку в беде). Однако был большой риск, что эта шныряющая по снам тварь просто использует меня и, выполнив заказ, я её больше не увижу. С другой стороны выбор у меня небольшой, и даже если, если после убийства Хомэйдж аликорн обманет, враги СНС ослабнут – слабое утешение. Однако я сделал свой выбор – я проникну в эту башню и убью Хомэйдж. У этой палкоголовой бурная однополая любовь с Мелкопипкой, любовь, как известно, зла, и убив её, я буду бороться со злом.

От мыслей меня прервал звуковой сигнал, сигнализирующий, что мы прибыли в заданный квадрат. Соуп также проснулся и перед прыжком решил поговорить со мной.

— Грей, буду с тобой честен. Отем тебе не доверяет. Он предполагает, что ты можешь дезертировать и дал мне приказ ликвидировать тебя, при малейшем подозрении.

— Он ошибается, его подозрения беспочвенны.

— Я тоже так считаю, поэтому и говорю, но всё же – не давай мне причины для сомнений. Если ты решишь нас предать, то тебе придётся иметь дело со мной. Я не хочу тебя убивать, но сделаю это. Может я и провалил приказ полковника о ликвидации Хомэйдж но в этот раз его приказ будет выполнен, в той или иной форме.

Я понял, что за те или иные формы он имел ввиду. Если я или Соуп убьют Хомэйдж, то приказ будет выполнен, если Хомэйдж не умрёт из-за моего предательства, то умру я, и приказ всё равно будет выполнен. Условия задачи понятны и оптимизма не добавляли. Пулевые ранения на мне довольно быстро заживали, а вот широкое ножевое, что нанесла мне Реджи, чуть не окончилось для меня фатально, а Соуп знаток ножевого боя. Однако быть предателем не входило в мои планы. Надеюсь, Соуп адекватен, и не увидит предательства там где его нет.

На этих мыслях я застёгивал на себе ремни дельтаплана, а после надел на голову шлем от силовой брони Анклава. Соуп же тоже надел шлем без брони и привязал к себе длинную веревку, что была привязана к дельтаплану – пегас будет моим буксиром.

Далее пегас нажал на кнопку открытия грузового люка Подстрекателя, и мы подошли к краю пропасти. Я полюбовался ночным небом и, кивнув напарнику, совершил прыжок. Перед прыжком мне захотелось крикнуть «*Слава ВДВ», но я не десантник и поэтому прыгнул без слов. Пегас тоже прыгнул молча.

*-говорит на русском

## Вожделение и Напряжение

Прыжок над Вечносвободным лесом был совершен с довольно большой высоты. Хоть данная территория и не входила в зону покрытия погодных башен, но мы решили перестраховаться и прыгать с «безопасной» высоты «Внешних небес». Ночной воздух на высоте был холодным, но не обжигающим. Мою морду защищал шлем так что всё было терпимо — если не считать того, что я, как все люди, пусть и не панически, боялся высоты. Соупа высота по понятным причинам не волновала, и он буксировал мой дельтаплан к границе леса, ориентируясь на огни Понивиля. В полёте я непроизвольно стал любоваться ночным пейзажем, главным образом небом – созвездия были мне незнакомы.

От созерцания меня отвлёк звук рвущейся клейкой ленты. Конечно, я понимал что дельтаплан, собранный в пещере и обмотанный лентой, не будет надежным, но надеялся, что он выдержит один спуск с такой высоты. Утешало то, что мы уже почти спустились к земле, однако, то, что падение с данной высоты всё равно будет смертельным нагнетало тревогу. Вскоре опасение подтвердилось – левое «крыло» дельтаплана развалилось. Я стал стремительно терять высоту. Буксировавший меня пегас отчаянно махал крыльями, снижая скорость сближения с землёй.

— *На дерево, на дерево! — не знаю, кому я это говорил, но посадка на дерево и падение в стиле Винни Пуха казались предпочтительней встречи с камнями, что могли быть под кронами деревьев.

Желание сбылось и я, упав на дерево и не успев зацепиться, падал, сталкиваясь с ветками, замедляющими моё падение. Соуп разделил мою участь.

— *Жив, цел, пегас! — это было сказано ещё до того, как мы упали на землю. Похоже, Соуп, падая с дерева, не собирал ветки, как я.

Пролетая мимо одного дупла, мы встретились и упали на траву почти одновременно. Шлем очень помог, хотя голова всё равно болела. Трогать ушибленные места не стал.

Немного отлежавшись, мы скинули шлемы и спрятали их под кустом. Мой дельтаплан застрял в ветках дерева, так что прятать его не было необходимости. Далее наша диверсионная группа выдвинулась к границе леса, где увидели огни Понивиля.

— Будем действовать согласно плану или у тебя есть другие идеи? – синий пегас обращался ко мне, — Скажу честно — твоя идея мне не нравится.

— Ты вызвался добровольцем и участвовал в обсуждении операции, так что должен знать, что в эту башню, не в качестве пленника, можно пробраться либо так, либо через канализацию, — мой голос был максимально спокойным. — Может, мы бы и искупались в дерьме, но полагаю, что противник учёл эту лазейку.

Обсуждая операцию «Разбитый циферблат», я часто отвлекался на мысль о том, что собираюсь убивать однополую любовь местного Люцифера (Несущего свет). Согласно книги Мелкопипки их любовь была основана, в основном, на удовлетворении похоти. Для меня похоть была далеко не на первом месте. Даже в осознанном сне, где я мог материализовывать свои желания, желание теребонькатся было не основным. Правильно говорят, что «путь к сердцу мужчины лежит через желудок». В моём случае это было стопроцентно. Даже удивительно, что в прошлой жизни я не был брюхоногом.

На этих мыслях о еде мне и пришла в голову идея проникнуть в башню Тенпони в Троянском стиле – через поставки продуктов. Моя идея всем показалась такой дерзкой и глупой, что могла сработать.

В башне, хоть и были системы для выращивания продуктов в закрытых помещениях, но всё же для столь большого числа населения требовались поставки извне. Выяснилось, что, так как население этой башни считается местной элитой, то и продовольствие им привозят только с определённых ферм, и эти фермы хорошо охраняются. Однако у меня был опыт тайного проникновения.

В данном случае мне придётся стать «Троянским» точнее «Тенпонийским пони» и мой синий пернатый друг в данном плане был лишним звеном. Я ценю его боевые навыки, но в тайной операции он будет только мешать. У меня уже появилось двенадцать способов как его устранить. Остановился на простом способе в стиле «**синего с прогиба», а после вколоть транквилизатор в шею пегаса. Однако я полагал, что Соуп уже ждёт от меня чего-то подобного, и он заранее подготовился. У меня есть выбор – чем рисковать: либо рискнуть и довериться пегасу, и, возможно, быть раскрытым противником, либо получить нож в горло от товарища в процессе его ликвидации. Я остановился на первом варианте.

Соуп, в каком-то смысле, считает меня своим другом, а друг это враг, с которым ты бдителен. Наша бдительность будет взаимной. Как мне в детстве говорил один ветеран: «Нужно быть уверенным в товарище», а ещё он говорил что: «В бою нужна лишь пуля в стволе и молитва в сердце. Главное не перепутать».

Понивиль был довольно крупным городом, по местным меркам. Его экономика была основана на поставках сельхозпродукции. Мой план был основан на том факте, что поставки в башню тоже наверняка происходят отсюда. Однако план был проработан весьма условно, и сейчас я выбирал, на какую ферму совершать вылазку.

Наиболее логично было пробраться на самую большую (яблочную) ферму, однако она охранялась как военный объект. По сути это и был замаскированный военный объект, пусть и выполняющий свои прямые (не маскировочные) функции. Под этой фермой находится бункер, из которого вылезли Мелкопипка и нынешний лидер Последователей – Вельвет. Также в этом бункере укрывалась «яблочная» министерка, где и умерла, занимая должность повара. Для министерки данная должность была очень подходящей – будучи под землёй работа на кухне это привилегия.

Прогнав ненужные мысли, я понял, что проникновение на яблочную ферму — слишком большой риск. Охраны много, а у нас из бесшумного оружия только ножи и трубки (духовые ружья) для дротиков-транквилизаторов. Если бы подготовка к операции была бы более долгой, то можно было бы придумать местный аналог «пистофона» или винтовки Винторез, но из огнестрела у нас только пистолеты без глушителей. Ещё раз, подумав, предложил сменить яблоки на морковь:

— На яблочную ферму нам не проникнуть незаметно. Соседняя, с морковью на крыше, охраняется не так серьёзно. И вообще – я могу выполнить операцию в одиночку. При всём уважении — ты мало подходишь для скрытных вылазок, да и вряд ли в той башне обитают пегасы. Ты будешь выделяться, — говорил с пегасом, смотря в монокуляр на ферму.

— Не строй из себя крутого лазутчика. Я такой же пони, как ты, только с крыльями, и у меня свой приказ. Если это была попытка от меня избавиться, то она была заранее обречена, — Соуп как и я говорил шёпотом.

— Хорошо, но предупреждаю — ты слабое звено, если мы хотим чтобы нас не раскрыли: подражай моим действиям, не открывай огонь, даже если нас заметят, выполняй мои указания стопроцентно, никакой инициативы.

— Твои приказы понятны – командуй.

Начало рассветать, но самая тёмная ночь перед рассветом. Если мы собираемся действовать незаметно, то сейчас самое время. Заметив небольшую канаву, отходящую от фермы, решил, что это подходящий для нас вход – вся территория была окружена проволочным забором, и мне не хотелось проверять под напряжением ли он. Канава, как ни странно, была не очень грязной, да и водичка так освежала.

Выбравшись из канавы, мы спрятались в какой-то компостной куче – теперь нам оставалось только ждать. Я не засекал, сколько часов мы пролежали пока на ферме не появились её работники. Высунув из компоста монокуляр, я наблюдал за их работой и заприметил, что часть особенно хорошей моркови отмывали и грузили в отдельную телегу. Шёпотом я высказал Соупу своё наблюдение, и мы пришли к выводу, что эта морковь как раз и предназначается для башни Тенпони. Выждав момент, когда фермеры были отвлечены работой и естественными надобностями, мы, наконец, вылезли из кучи и, пригнувшись, быстро двинулись к телеге, где и скрылись под морковью. Вскоре нам послышались шаги красного пожилого пони фермера, а после и его роптания насчёт склероза и того что ему казалось что моркови было меньше.

«Полна коробочка – вызывай пегасов» — я не видел к кому обращается морковный понь, но, похоже, скоро мы начнем движение. Утверждение подтвердилось, и вскоре послышались махания крыльями, а за ними и звуки того, как пегасы запрягаются в телегу. Сам же груз телеги накрыли тентом.

Вскоре мы взлетели. Я осторожно — из под тента, вынул монокуляр, и наблюдал то, как мы удаляемся от земли. Примерно через три минуты полёта меня посетила мысль насчёт того, что в башне груз могут проверить. Вряд ли его будут просвечивать рентгеном, но вот так называемым ЛУМом вполне. Вспомнив то, как на борту Громовержца исследовали мои особенности, я обратился к пегасу:

— Накрой меня крылом, — я говорил максимально тихо.

— Что?! — хоть Соуп и говорил шепотом, но в тоне явно слышалось неожиданность, удивление и недовольство.

— В башне груз могут просветить ЛУМом. Меня ЛУМ не видит, но ты будешь светиться как ёлка. Накрыв меня крылом ты, возможно, будешь, как и я незаметен.

— Ты понимаешь, что у пегасов объятья крыльями считаются довольно интимным жестом.

— Конечно, понимаю, но мы оба не «голубоглазые» (у Соупа как раз голубые глаза) и я тебе не шестьдесятдевяткой лечь предлагаю. Что ты предпочитаешь: недолгие обнимашки или пулю в голову и провал операции.

— Я тебя понял, но соглашаюсь только из уважения к тебе и потому что ты — один из немногих кто не сказал что у меня дурацкое имя, — далее пегас подполз ко мне и накрыл крылом.

— Но если ты кому-нибудь это расскажешь, то я тебя убью, но перед этим кастрирую и заставлю сожрать собственные яйца, — надеюсь это был сарказм.

В полёте телегу качало, как поезд, а махалка синего пегаса была как импровизированное одеяло. То, что мне не спалось перед прыжком из Подстрекателя, дало о себе знать – я заснул спокойным сном. Проснулся от того что пегас укусил меня за ухо, а когда спросонья попытался высказать своё возмущение мне в пасть положили увесистую морковь.

— Пегасы упомянули башню – мы подлетаем, — Соуп говорил максимально тихо.

Я же, с максимальной осторожностью, высунул монокуляр из под тента, и увидел ту самую башню Тенпони. На фоне полуразрушенных многоэтажек данная башня выглядела как новенькая — даже полуразрушенный монорельс вблизи не портил впечатление. Увеличив кратность монокуляра, заметил солидный балкон, на который мы, похоже, совершим посадку. Также заметил, что башня «ощетинена» различными турелями. Также на башне заметил редкие оранжевые точки. Сосредоточив внимание на них, понял, что эти точки являются "пони-промышленными альпинистами". Похоже, это альпинисты-ремонтники (ни кочегары, ни плотники) и поддерживают башню в цивильном виде. Увеличив кратность, понял, что некоторые из них являются мойщиками окон. Однако понаблюдать за их работой не удалось, так как наша телега начала заходить на посадку. Убрав монокуляр и навострив уши, я услышал разговор пегасов-курьеров с охраной:

— Кто такие? Цель визита? – тон охранника был грубым.

— Курьерская служба «Понивильский Экспресс». Доставка моркови с фермы имени Кэррот Топ. У нас заказ от Общества Сумерек. Вот накладная.

Я услышал достаточно – мы прибыли куда нужно. Остались сущие мелочи: выбраться из этой телеги, найти подходящую маскировку, ликвидировать Мелкопипкиную соску, дальше по ситуации.

Далее телега продолжила свой путь, но уже на колёсах, преодолев несколько поворотов, она остановилась, а после снятия тента накренилась, чтобы высыпать груз и нас вместе с ним. К счастью для нас, пегасы не смотрели назад, что позволило нам остаться незамеченными и снова скрыться в моркови. Я осторожно сдвинул одну морковину, чтобы наблюдать за происходящим.

Вскоре в помещение вошли оранжевый земной пони и синий единорог в настоящем деловом костюме: пиджак, штаны, галстук – всё как полагается. Единорог был явно главным и, отсчитав пегасам эмм… пробки от бутылок, велел им улетать. Я понял, что это наш шанс и осторожно шепнул Соупу: «Стреляем транквилизаторами синхронно. Я земного, ты рогатого».

Высунув трубки (духовые ружья) мы синхронно выстрелили. Цели достигли оба дротика. Яд мантикоры, как и раньше, подействовал моментально – копытные тут же упали и, немного подёргавшись, затихли.

Выбравшись из кучи моркови, я начал по-кошачьи разминать спину – всё затекло. Соуп же начал крыльями скидывать с себя грязь, бормоча что «В жизни не ел столько моркови». Я обратил внимание на то, что тоже весь в грязи, а в башне копытных иллюминатов это будет выглядеть очень подозрительно, но не так подозрительно как пегас.

Почесав затылок, обдумывая наше положение, я заметил, как непроизвольно для себя счищаю копытокинезом грязь с головы. Почистив голову, я принялся за свой хвост. Сумку мне тоже удалось почистить хоть и не так хорошо, а вот моему комбинезону нужна химчистка. Хотя в этой башне пони в рабочем бледно-зелёном комбинезоне всё равно будет выделяться.

Снова обдумав наше положение и вспомнив то, что у нас есть, придумал примерный план нашей маскировки.

— Скидываем шмотки, в такой грязи они всё равно, что меченные. Переодевайся в костюм этого с дрелью во лбу, — я указывал на лежащего без сознания единорога. — Сойдёшь за земного пони, — всё это я говорил, снимая с себя комбинезон.

— Я как же ты? Тебя выдают глаза и отсутствие кьютимарки, — опасение пегаса было понятно, но не неразрешимо.

— Насчёт глаз, — говоря, достал заранее взятые тёмные очки. – Насчёт метки, — достал моток чёрной изоленты.

Сняв и спрятав комбинезон вместе с бессознательным земным пони в моркови, дождался, когда пегас переоденется. Надев шмотки единорога, Соуп, как и я, спрятал тело в куче. Я заметил, что маскировка пегаса не идеальна – его крылья под одеждой делают его похожим на толстяка хотя его синяя морда совсем не толстая. Этот недостаток маскировки я решил, предложив пегасу сунуть две морковины за щёки – по хомячьи. Тот последовал моему совету – теперь Соуп стал похож на корову. Пегас также не остался в долгу и напомнил мне, что я не меченый. На данное замечание я достал из сумок нож.

Изоленту я взял с собой, на случай если нам придётся брать языка – пленному надо было бы чем-то заклеить рот. Сейчас же я придумал её другое применение и, нарезав полоски, приклеил их к своей задней части в виде знака равенства с каждой стороны. Сулик бы одобрил данную жопометку – зебры любят, лепить полоски куда попало.

Закончив маскироваться, спрятав все улики, взяв запас моркови — мы ровным шагом направились к двери. Вскоре мы вышли из служебных помещений в общедоступные коридоры башни Тенпони. Я отметил для себя роскошное оформление башни и то, что её жители носят явно не рабочую одежду – как всегда в основном на передней части тела, а также то, что среди жителей много гулей. Многие единороги из тех, кто не гули, ходили, гордо задрав вверх голову – стереотипные супостаты.

Мне же, без одежды, было крайне неловко – сумки одеждой не считались. Ещё меня смущало то, что я ношу тёмные очки в помещении. В помещении тёмные очки носят либо слепые, либо тупые, и к первым я не относился. Да и вообще: носить тёмные очки на тёмных глазах — даже звучало тупо. Однако маскировка работала. Многочисленные охранники не обращали на нас внимания. Пикантности этой ситуации прибавляло то, что на некоторых стенах висели информационные доски, на которых были изображения и описания тех, кто в розыске, а также награда за их поимку.

Самым «дорогим» разыскиваемым был Отем, я же был на вторых ролях, но над изображением моей морды была большая надпись на английском: «ОПАСНО!», а под изображением надпись меньшими, но всё равно большими буквами: «МАНЬЯК». Попав в этот мир, я, конечно, совершил много преступлений, но маньячить мне не приходилось. Прочитав на стенде описание своих особых примет (отсутствие метки, тёмная радужка глаз) и впечатлившись числу нулей в награде за мою голову, решил не испытывать судьбу, и сильнее подвинув очки на глаза, пошёл за замаскированным пегасом.

Соуп же, хоть и иногда путался, но более менее ориентировался в помещениях башни. Пегас вёл меня между этажами, между магазинами и ресторанами на этажах. В каждом помещении я всматривался в каждую рогатую голову, ища Хомейдж. Её было бы легко узнать по кислотно-синей растительности на голове, но всё пока было безрезультатно. Попытка подслушать разговоры местных тоже ни к чему не привела, но некоторые обсуждали то, как Общество Сумерек могло упустить беглецов из Арбы. Где её радиоточка и апартаменты, пегас не знал, но можно догадаться, что их местоположения скрыты от посторонних и хорошо охраняются.

Понимая, что бродя по этажам, мы можем и не наткнуться на «клиента», я решил сменить тактику. Раз мы не знаем где находится Хомэйдж, то нужно взять языка, и я уже знал, кто подойдёт на эту роль. В книге Мелкопипки упоминался единорог из Общества Сумерек, который знаком с Ди-джеем. Его имя Лайфблум.

Искать рогатого мы решили в самом очевидном для него месте – в лазарете башни. Найти этаж с лазаретом, было не сложно, но охрана на входе из двух земных пони могла всё испортить.

Амуниция местной охраны была похожа на амуницию охранников в Арбе, только была синего цвета — в чёрной-чёрной башне синие-синие охранники. Те же бронники на переднюю часть тела, шлемы с прозрачным забралом, однако вооружение у них было другое. Большинство из них были вооружены лишь дубинками, однако у некоторых были пистолеты-пулемёты различных типов. В одном из этих типов угадывался шведский TEC-9. Однако охрана на входе в лазарет была вооружена уже знакомыми мне FN P90 – явно элита.

— Есть идеи? – я тихо спросил пегаса.

— Ты у нас «лазутчик» — придумай, как нам раздобыть форму охраны, хотя… — Соуп задумался на пять секунд, — Можно повторить, этот, как ты там его называл — Троянский пони.

— Конкретней, — я не уловил, к чему он клонит.

— Один из нас прикинется больным – так нас пропустит охрана.

— Из меня плохой симулянт, а с тебя могут снять одежду — твои махалки нас раскроют. Хотя подожди – не обязательно нам быть больными. У меня есть аж два подходящих кандидата.

Пришлось сделать небольшую пробежку по этажам к тому месту, откуда мы прибыли.

Возвращаясь оттуда я тащил на спине бессознательное тело единорога – транквилизатор ещё долго будет действовать. На пути в лазарет мы встречали удивлённые и подозрительные взгляды жителей и охранников. Соуп играл свою роль, говоря «С дороги – нашему другу плохо!», учитывая, что нас не задерживали, со своей ролью он справлялся. Я же старался не говорить – хоть я и мог скрывать свой акцент, но лучше не рисковать.

Быстрым шагом мы прошли на закрытый этаж – охрана нас не задержала. Вскоре к нам подошла палкоголовая санитарка. Указывая на единорога, с вываленным языком, лежащего у меня на спине она заговорила с нами:

— Что с ним? Когда это произошло? Кем вы ему приходитесь? – на вопросы санитарки отвечал пегас, замаскированный под земного пони.

— Мы его друзья. Это случилось совсем недавно. Он попробовал недавно привезённой моркови и упал «околевшим». Может у него аллергия?

— Это случилось из-за моркови? – санитарка задумалась. — Отнесите его в кабинет главврача – я покажу дорогу.

Далее я шёл за санитаркой через белые больничные коридоры. В сравнении с психушкой местная больница была просто зеркальным отражением. Коридоры светлые и уютные, а вместо формальдегида пахло какими-то приятными ароматизаторами. Охраны в лазарете нам не встретилось, зато встретилось много санитаров и уборщиков – чистота вокруг была и впрямь больничной. Также мне запомнилось, что в конце одного из коридоров стояли двое копытных детёнышей, удивительно похожих друг на друга – мне почему-то вспомнился отрывок из фильма Сияние. Вскоре мы подошли к кабинету. Судя по табличке на двери, главврачом и был нужный нам единорог – Лайфблум.

Хоть Лайфблум и Мелкопипка работали вместе не очень долгое время, но этот рогатый доктор пидорас сыграл в её похождениях значительную роль. Сейчас он является так называемым Элементом Магии, а также умен, что аж убить хочется. Если он и впрямь так умен, то логично, что он является главврачом, хотя на Земле (в России) такому бы доверили только на рынке деревянными хренами торговать.

— Положите больного здесь, — санитарка показала на койку в кабинете. — Ждите, я позову доктора, — после сказанного санитарка быстро ушла. Воспользовавшись временным уединением, я обратился к пегасу.

— Приготовь дротик, но парализуй только санитаров, или кто там придёт с доктором. Лайфблумом займусь я лично, но если что-то пойдёт не так, можешь его оглушить, но не переусердствуй – он нам нужен живым и в сознании, — на мои инструкции пегас слегка кивнул.

Вскоре из-за двери послышались голоса:

— Паралич? От моркови? Никогда, ничего подобного не слышал, – голос единорога был удивлённым. Ответ санитарки звучал очень серьёзно.

— Я не элемент смеха чтобы так шутить. Сейчас сами всё увидите.

После этих слов дверь в кабинет открылась, и в помещение вошли знакомая санитарка и белый единорог с розовыми волосами и жопометкой в виде медицинского креста. Одет он был в медицинский халат на переднюю часть тела и золотистый КПК на передней ноге. Когда дверь кабинета закрылась, я начал действовать.

— Здрасьте, доктор смерть, — этот сарказм я произнёс без акцента.

Сразу после сказанного я схватил Лайблума копытокинезом за рог и повалил того на пол кабинета. Рогатый попытался применить какое-то заклинание, но безуспешно – те опыты, что со мной проводили на борту Мстителя, были проделаны не зря. Предсказуемо единорог испытал боль, но не смог закричать, так как я заткнул ему пасть увесистой морковью, а после прописал ему хук справа, оглушив доктора. Что в это время делал Соуп, не видел, но в его пасти была духовая трубка, а на полу лежала санитарка с дротиком в шее.

— Запри кабинет, — я обратился к пегасу, кидая ему связку ключей из кармана медицинского халата, — Допросим Лайфблума здесь.

Далее Соуп запер кабинет, а я достал из своих сумок блокиратор магии на рог, что заранее взял с собой. В башне, которой командуют палкоголовые иллюминаты-буржуины, такой предмет мог пригодиться и ожидания меня не обманули. Однако ожидание того что языка можно будет быстро привести в чувство не оправдались – с оглушающим ударом я немного переусердствовал. Каламити после моих ударов довольно быстро пришел в сознание, но он был киборг, да и вообще – из всех подвидов пони единороги самые слабые физически. Похоже, чтобы единорог быстро пришёл в сознание нам понадобится дефибриллятор.

От этих мыслей меня отвлёк стук в дверь кабинета с последующей речью: «Откройте – плановая уборка». Поняв, что долго уединиться в данном месте нам не удастся я шепнул Соупу чтобы он открыл дверь. Сам же занял позицию напротив и приготовил дротик.

Пегас открыл дверь и в неё вошёл сине-зелёный земной пони, с меткой швабры, в светло-коричневой рубашке и кепке того же цвета. Я не теряя времени прижал того к стене и вколол уборщику транквилизатор. Через открытую дверь я увидел большую синюю тележку для мусора – у меня появился план, который я тут же озвучил:

— Здесь нас точно обнаружат – нужно сменить позицию. Предлагаю вернуться туда, откуда прибыли – к моркови. Я переодеваюсь уборщиком, ты, — я говорил пегасу, — и Лайфблум прячетесь в той тележке.

Хоть я говорил максимально ровно, но в мыслях начал паниковать: Что если эти уборщики работают только в лазарете? Что если уборщик, катящий по этажам тележку, вызовет подозрения у охраны? Что если Лайфблум придёт в сознание и выдаст нас? Что если его быстро хватятся? Ответ один – нас обнаружат и пристрелят, но это будет оправданный риск.

Далее я снял с уборщика его рубашку и кепку и нацепил на себя – без штанов всё равно было неловко. После мы затолкали: санитарку, единорога и уборщика в шкаф с медицинскими халатами – еле уместили. После Соуп с Лайфблумом на спине запрыгнул в тележку. Я же запер дверь кабинета главврача, после встав, позади тележки, покатил ту к выходу из лазарета. К счастью, подозрений у охраны я не вызвал.

Чтобы добраться до той «овощебазы», откуда мы прибыли, пришлось воспользоваться грузовым лифтом – подозрений мои действия не вызвали. Однако, дойдя до цели, понял, что наши действия всё же не прошли незаметно – у дверей «овощебазы» было множество охранников. Видя происходящее, прокатил тележку мимо них, делая вид, что происходящее меня никак не волнует, а после укатил ту в тёмный тупиковый коридор. По пути туда тележка задергалась, а после оттуда послышались звуки ударов, которые вскоре затихли. Зайдя за угол и убедившись, что нас никто не видит, я тихо обратился к пегасу в тележке:

— Что происходит?

— Пленник пришёл в себя, пришлось его снова оглушить. Мы уже на месте? – ответ пегаса был тихим.

— То место больше не безопасно — там много охранников. Есть идеи?

— Эмм… в пипбаке Лайфблума есть план башни. В плане отмечен технический этаж. Не думаю, что среди труб отопления и водоснабжения нас найдут, а в той связке ключей может быть ключ от этого этажа, — пегас явно имел в виду ту связку ключей, что я взял у главврача.

Я одобрил предложенную идею. По пути к техническому этажу я думал над тем — как я сам не догадался вместо допроса просто проверить захваченный КПК? Интеллект явно не моя сильная сторона.

Нужный этаж располагался на вершине башни. Доехав туда на грузовом лифте, немного повозился с подбором нужного ключа от технических помещений. То, что у доктора был ключ от этих помещений, было довольно странно, однако он состоял в местном закрытом клубе, управляющим этой башней, что объясняло данную странность.

Закатив тележку и заперев за собой дверь, далее постучал по тележке, сигналя, что мы в безопасности. Соуп вылез из тележки, волоча бессознательного единорога – оба были все в мусоре. Привязав Лайфблума к трубе заранее взятыми на операцию верёвками, мы, не снимая с него КПК, взялись за изучение плана башни.

Соуп на плане искал главным образом пункт управления «Селестией Один», меня же интересовало место нахождения Хомейдж. Вскоре я нашёл что искал – её апартаменты находились на центральных этажах. Осталась сущая мелочь – проникнуть туда.

Однако идти через «парадный вход» было не вариант. Хоть мы себя и не обнаружили, но всё равно — охрана сейчас в повышенной боевой готовности, а из огнестрела у меня только пистолет. Велик риск того что охрана сейчас проверяет всех жителей башни и если я попадусь им на глаза, то обнаружения и перестрелки не избежать. Есть два решения проблемы: либо я должен раздобыть форму охраны, либо должен проникнуть в апартаменты не через коридоры башни. Первое решение было крайне рискованным, второе казалось неосуществимым. Даже если Соуп и согласится с тем, что я сяду на него верхом, то всё равно, мы не сможем влететь в окно к Хомейдж так как будем сбиты наружными турелями. Глядя на синего пегаса, меня осенило – чтобы влететь в окно, мне не нужны крылья. Снаружи башни множество копытных поддерживают ту в надлежащем виде, не являясь пегасами.

— Остаёшься здесь. Охраняешь пленника. Я отправляюсь за ди-джеем. Как только цель будет ликвидирована, я вернусь за тобой. В случае если я погибну или попаду в плен — действуй на своё усмотрение.

— Мы так не договаривались. Я участвую в операции и, в конце концов, у меня с ней личные счёты, — пегас говорил ровно и серьёзно.

— Я ошибался, когда говорил, что ты мне не нужен, но в данном случае брать тебя с собой – слишком большой риск. Ты знаешь, что я был инициатором данной операции и в данный момент являюсь её руководителем. Выполняй приказ, – я также говорил ровно и с акцентом.

— Вас понял. Я неправ – личная месть не должна препятствовать ходу операции. Надеюсь, что полковник не прав, и ты не ведёшь свою — тёмную игру.

Обговорив условные сигналы моего возращения, оставив пегаса, направился на самые верхние этажи. План состоял в том, чтобы захватить амуницию тех альпинистов в оранжевых комбинезонах и по верёвке проникнуть в апартаменты Хомейдж. То, что данные альпинисты должны располагаться на верхних этажах мне показалось логичным, однако, то, что я сам собирался стать альпинистом, было довольно глупым решением. Из опыта скалолазания у меня только скалодром, но лазать по большой пластиковой доске не то же самое, что лазать снаружи многоэтажки. Однако я был неестественно полон «вожделения» убить этого копытного Геббельса. То, что в мыслях я её сравниваю с Геббельсом мне не казалось преувеличением или несоответствием. Я жил не в то время и не в той стране, чтобы верить в честную журналистику. А то, что она из нетрадиционных, говорило о том, что совесть будет мучить не очень сильно.

Добравшись до верхнего этажа, я понял, что мои выводы подтвердились – трое земных пони в оранжевых комбинезонах говорили сами за себя. Не давая им осознать происходящее, я быстро достал два дротика транквилизатора и метнул в копытных. Третьего я оглушил в «рукопашной». Решив три проблемы, я снял с одного из них оранжевый комбинезон, а после связал копытных спина к спине (звездочкой) лежащими повсюду верёвками.

Переодевшись, наконец-то почувствовал себя не стеснённым. Данный комбинезон был аналогичен тем, которые я обычно носил, только цвет был, как у тюремных роб пегасов в Арбе. Кроме комбинезона ещё надел ременное альпинистское снаряжение. Также снаряжение включало защитные очки и респиратор. Очки снял, так как они ограничивали обзор, но респиратор решил оставить.

Вспоминая, на каком этаже, и с какой стороны башни находятся апартаменты Хомейдж, я двигался к технической двери ведущей наружу башни. Найдя её и открыв особым ключом, найденным в кармане оранжевого комбинезона, я прикрепил конец верёвки к специальному зажиму, после зафиксировал верёвку в спусковом устройстве на своём снаряжении. Делая всё это, я думал о том на какой риск иду для того чтобы выполнить просьбу аликорна, что залезла ко мне в сон и взамен на услугу лишь пообещала встретиться. Причём, она даже не назначила место встречи – только сказала кодовую фразу, что скажет мне, и фразу, что я должен буду ответить. Тогда почему-то решил ей довериться и пошёл на эту операцию с энтузиазмом и практически без снаряжения.

По правде, ещё во время обсуждения операции на борту Мстителя у меня была мысль взять с собой «Жар-яйцо» с детонатором. Это решило бы многие проблемы – Красный Глаз вообще собирался взорвать эту башню бомбой особой мощности. Я же, видя, как эти «Жар-яйца» взрываются, понимал, что башню одно яйцо не разрушит, но всё же не решился брать столь мощную бомбу с собой, справедливо опасаясь, что сам могу пострадать от взрыва. Также свою роль играло то, что я собирался убить одну конкретную тварь, и сделать это хотелось незаметно, чтобы обеспечить себе путь отхода. Моральная сторона вопроса тоже повлияла на моё решение. В данной башне помимо наших врагов находится множество штатских, и я не террорист-исламист, чтобы взрывать жилые здания. Не по-людски это — хотя я не на Земле, и речь идёт не о людях. Должен ли я загонять себя в какие-то рамки?

Прогнав ненужные мысли: оставив сумки, проверив снаряжение, и надев респиратор, но не очки — спиной вперёд, двинулся к краю пропасти. Перед первым прыжком я вслух произнёс себе фразу: «*Гагарин долетался, а ты допрыгаешься». Однако снаряжение не подвело, и я замаскированный под мойщика окон, прыгал вниз на нужный мне уровень этажей. От естественного страха высоты почувствовал, как моё тело инстинктивно пытается обосраться. Наверное, я зря съел столько моркови или нужно было действовать как снайперы перед миссией – сожрать кучу мармелада. От такого запор обеспечен, хотя мармелад это желатин, а желатин делают из … лучше об этом сейчас не думать.

Пока я спускался, мне почему-то вспомнилась одна музыка и рифма: «В туалете пудрит нос. В лабутенах за отсос. Пьяная и в цацках вся для тебя, для тебя. Алое платье, лукавый взгляд, вспышки камер её манят, но отрицать не можешь ты истины, истины. Она любит всех — разве ты не видишь сам. Она любит всех и гуляет по рукам. Мрачной философии твёрдо держится она и тревога у меня ведь она лживая». Мелодия и рифма мало подходили под ситуацию, хотя с тем, что Хомейдж лживая не сомневался. Данная рифма больше подходила к довоенной министерке – Рэрити. Мля – я нахожусь в Аду и занимаюсь там заказным убийством попутно с промышленным альпинизмом. Почему я сейчас думаю об этой херне?

На этой мысли я и приблизился к нужному закрытому окну. Осторожно заглянув туда, я увидел лишь кухонное помещение. Сейчас у меня есть выбор: воспользоваться фактором внезапности и, оттолкнувшись с размаху влететь в апартаменты с пистолетом наготове, либо, придумать, как всё сделать тихо. Фактор того что я пока не обнаружен, подтолкнул меня ко второму варианту.

С максимальной осторожностью, я прямо через стекло, «копытокинезом», дотянулся до оконной ручки и повернул её. Медленно открыв окно я, глуша цокот, спустился на пол кухни. После я отсоединил верёвку от спускового устройства, а саму верёвку привязал к кухонной мойке. Обеспечив себе путь отхода, достал нож и ещё раз убедился в том, что у меня есть пистолет. Глуша цокот шагов, но не стук сердца, пошёл искать свою цель. Поиски были недолги – в приоткрытой ванной комнате горел свет.

Сейчас у меня снова есть выбор: действовать тихо ножом или ворваться с пистолетом наготове. Обдумывая варианты, я обернулся к окну, через которое мне придётся выбираться. Однако мой взгляд зацепился за кухонный стол, точнее за тостер, что на нём стоял. Также под этим столом лежал смотанный удлинитель. Сложив ситуацию и увиденное, придумал третий вариант.

Максимально тихо размотал удлинитель и включил его сеть, а в него тостер. Тишину прерывали лишь стоны удовольствия, исходившие из ванной. Закончив с включением в сеть, с тостером, тихо двинулся к цели. К счастью, дверь ванной не нуждалась в смазке (не скрипела) да и стоны затихли. Когда зашёл в ванную комнату, то увидел что занавески в ней не было, но так как Хомейдж лежала в ней с закрытыми глазами, с выражением удовольствия на морде, то моё проникновение не было обнаружено. Подойдя к наполненной ванне почти вплотную поднял тостер над водой и нажал на переключатель. Тостер предсказуемо издал негромкий писк. Хомэйдж отвлечённая своими, явно похотливыми, мыслями медленно открывала глаза. Я, уже успел отправить тостер в свободное падение.

Мне показалось, что в этот миг время замедлилось, а на фоне играла мелодия Ave Maria. Даже видел, как расширяются зрачки единорога и меняется выражение её морды, а также то, как от основания её отростка на башке, по спиральной канавке, идёт свечение. Однако тостер коснулся воды раньше, чем свечение магии дошло до кончика её рога. Её дрель заискрилась, а сама Хомэйдж раскрыв рот, задёргалась в предсмертных конвульсиях. Вскоре её судороги затихли, и единорог с раскрытой пастью погрузилась под воду – снаружи торчали лишь её рог и кислотно-синяя грива. Через секунду рядом с плавающей пластиковой уточкой всплыл (пардон) самотык – причина неприличных звуков окончательно установлена.

«*Хероям слава», — мой сарказм некому было оценить, но меня это не волновало. Волновало меня то, как я буду выбираться отсюда, да и то что срать так хочется. Однако я же нахожусь в ванной комнате, совмещённой с туалетом типа сортир – одной проблемой меньше. Со всеми четырьмя ногами я залез на унитаз (лучше не читать это слово наоборот) и начал делать свои дела, думая о том, что теперь, благодаря мне, на одного «Героя Пустоши» стало меньше. Сколько ещё таких «Героев» мне встретится, и сколько из них будут мной убиты? Каламити был убит не мной, хотя я и был напрямую причастен к его смерти.

На этих мыслях я закончил очищение организма, после я спустил воду и поднял крышку унитаза. Вообще гадить на месте чей-то смерти немного неприлично, но у меня была критическая ситуация. Также надо было убедиться в том, что цель мертва – пока я гадил, тело в ванной было абсолютно неподвижно, даже пузырей не пускало. Однако у Общества Сумерек есть медицинские капсулы аналогичные тому, что извлекли пулю из башки Отема. Правда, пегаса положили в эту капсулу буквально спустя пять минут после хэдшота. Хомейдж же лежит мёртвой большее время.

Про себя я отметил, что для неё это очень достойная смерть. Она, ведя пропаганду, скрывала свою личность, и впервые заметив Мелкопипку, придумала для неё прозвище – «Ремонтница тостеров», а сейчас «лживая» лежит мёртвой с тостером в ванне. Серьёзно – более подходящей для неё смерти сложно придумать, а я теперь могу считать себя киллером профессионалом. Профессионал с сорока семью хромосомами – как же тупо звучит.

Закончив философствовать, я отключил удлинитель от сети и, взяв тело Хомейдж за рог, приподнял его над водой. Зрачки на свет не реагировали, дыхания не было – точно мертва. Однако в воде мной был обнаружен золотистый предмет. Бросив тело обратно в воду, я взял этот предмет, им оказался золотистый КПК на передней ноге трупа, с синим бриллиантом в форме динамика. Немного повозившись, я смог снять КПК. На борту Мстителя его тщательно изучат — наверняка в нём есть ценная информация. Еле уместив КПК в кармане комбинезона, я обратил внимание на машинку для стрижки, лежащую у зеркала ванной. Не знаю, зачем этой рогатой копытной данное парикмахерское приспособление. У машинки не было никаких проводов, и я решил посмотреть — на каких батарейках она работает. Вместо батарейки там был тёмно-красный кристалл – не сильно удивился. Удивился тому, какая мысль мне пришла в голову. Раз я убил Хомейдж используя электричество, то неплохо бы иметь какой-нибудь шокер чтобы быстро обезвреживать противников не убивая их. Прямо у зеркала я стал «химичить» с машинкой. Как ни странно, меня ждал успех. Не знаю, какой силы разряд, но искры и треск электричества производят угрожающее впечатление.

После ванно-туалетных дел, я решил обыскать остальные апартаменты. Обстановка в помещении была в меру скромной, однако широкая кровать резко выделялась на этом фоне. Заглянув под нее, я увидел прикреплённый у края дробовик – похоже, Хомэйдж предвидела, что к ней придёт кто-то подобный мне. В шкафу нашёл множество шмоток на все случаи жизни: костюм химзащиты, бронники, было даже алое платье, но наиболее интересная находка была в тумбочке у кровати. Помимо множества самотыков всех форм и размеров там лежал самый настоящий бластер. Подвинув огромный, в сравнении с моей миниатюрой, самотык, я взял бластер.

Отем упоминал об этом оружии неизвестного происхождения и что Анклав вёл исследование аналогичных образцов. Также он говорил, что энергетические элементы данных бластеров можно настроить на детонацию. В прошлом Мелкопипка обманом заставила полковника рассказать, как настроить его бластер на детонацию, чтобы разрушить Собор. Также Хомэйдж использовала эту особенность, чтобы уничтожить отряд Соупа. Сейчас же на батареях от этих бластеров работает большая часть промышленности НКР в Филлидельфии. Что делать с этими знаниями я не знал, но бластер и найденные к нему батареи забрал – СНС может пригодиться эта находка.

Закончив с обыском, я двинулся обратно к окну и тем же путём, каким пришел, забрался обратно на верх башни. Сняв с себя альпинистское снаряжение (но не комбинезон), накинул на спину оставленные мной сумки. По пути к выходу было обнаружено то, что один из связанных мойщиков окон (тот, что был оглушён) пришёл в себя. Я, не дав ему возможности развязаться или позвать на помощь — всадил дротик в шею. Знакомым путём направился обратно к Соупу. Постучав определённым образом, я подал сигнал, чтобы мне открыли и что я один. Зайдя в техническое помещение увидел, что на морде Лайфблума теперь гораздо больше ссадин а его пасть забита множеством морковин.

— Цель уничтожена, — я коротко констатировал факт и показал трофейный КПК.

— Отлично, я очень рад, хотя немного жаль, что я не участвовал в этом напрямую, — Соуп говорил безэмоционально, но было ясно, что в душе он торжествует.

— Он рассказал что-нибудь полезное? – я указал на языка.

— Он ничего не сказал, но это неважно. В его пипбаке показано как попасть к терминалу управления Селестией Один. Однако есть проблема – это место охраняется лучше, чем база Нейварро и скрытно туда не проникнуть.

— И что ты предлагаешь?

— У меня нет идеи, кроме, как пробиваться туда с боем. Однако с тем, что у нас есть, наши шансы чуть выше нуля.

— У нас есть это, — я показал пегасу найденный бластер. На морде пегаса стала появляться восторженная улыбка.

— Это же решение всех проблем! В пипбаке диджея наверняка есть инструкция, как настроить его на детонацию, — пегас говорил с плохо скрываемым энтузиазмом. Я же этот энтузиазм не разделял.

— Взрывать здание мы не будем.

— Что?!

— Что слышал. Я не стану участвовать в подрыве.

— Ты что – впрямь лоботомит?! У нас есть возможность выполнить операцию максимально простым и эффективным способом, и ты её игнорируешь?

— Понимай, как хочешь. Мы «Силы Народного Сопротивления». Сможем ли мы привлечь народ, на свою сторону взрывая жилые здания?

— Твой аргумент понятен, но я всё равно считаю, что игнорирование такой возможности крайне глупое решение, — далее пегас сделал глубокий вдох и продолжил. — Ваш приказ?

Перед тем, как начать командовать, я решил поговорить с пленником. Вытащив из его пасти морковины, наставил на него бластер. Молча я смотрел на единорога решив предоставить ему первое слово.

— Поосторожней с этой штукой – она может случайно выстрелить, — Лайфблум говорил испуганным тоном.

— Если она и выстрелит, то не случайно, — мой тон речи был максимально ровным хоть и с акцентом. — Как нам уничтожить Селестию Один?

— Я ничего не скажу. Можете меня пытать, но вас найдут, прежде чем я начну говорить.

— Пытать ? А это идея, — я убрал бластер и достал шокер а после продемонстрировал что он работает.

От искр и треска в глазах единорога стал читаться усиливающийся страх. Этим надо воспользоваться.

— Ты ведь понимаешь, как я буду действовать. Уверяю – ты всё расскажешь ещё до того как запахнет яичницей.

— Я ничего не скажу какому-то мертвяку в теле земного пони, — от сказанного по моему телу прошла волна дрожи.

— Ты что за хрень несешь?

— Не делай вид, что не понял. Эй, пегас, — неожиданно единорог обратился к Соупу, — Ты понимаешь, чьи приказы исполняешь? Чем объясняется необычное поведение этого темноглазого?

Дать пленнику ответить на эти вопросы, было не суждено. Мой хук справа снова оглушил палкоголового. Я даже был немного рад, что так получилось – пытать я всё равно бы не стал. Как ни странно, убивать у меня неплохо получалось, но к пыткам было отрицательное отношение. Если бы мне удалось заставить единорога говорить, используя только психическое воздействие, то всё бы прошло идеально, однако в данном случае я хотя бы не выглядел глупо. Пегас, смотря на всё это, решил высказать своё мнение:

— Не знаю, что он имел ввиду, но его попытка привлечь меня на свою сторону была обречена. Всем ясно, что с тобой что-то не так, и всем всё равно.

— Просто гора с плеч, — мой сарказм был понят.

— И что дальше – прорываться с боем? – вопрос пегаса был резонным.

— Разумеется.

Далее пегас, взяв нож, сделал два выреза на своей одежде, под крылья, а после немного размял свои махалки. Я в это время отвязывал Лайфблума от трубы – он может пригодиться в качестве заложника. Заложника мы бросили обратно в передвижной мусорный контейнер. Не на спине же его тащить?

Знакомым путём мы добрались до грузового лифта и спустились на нужный этаж. Вышли оттуда мы с оружием в боевом положении — мы окончательно забили на конспирацию. Хотя и без оружия пегас в грязном деловом костюме и земной пони в оранжевом комбинезоне мойщика окон, катящие мусорный контейнер, выглядели бы подозрительно.

Охрана, только нас заметив, без предупреждения, открыла огонь. Мы прятались от пуль за пластиковым мусорным контейнером. Может пластик и не лучшая защита, но мусор, лежащий в баке довольно уверенно гасил энергию пуль – Лайфблуму, лежащему в этом баке, сейчас не позавидуешь. На выстрелы охраны мы отвечали огнём со своей стороны, и хоть от пистолета Соупа было мало толку (охрана носит броню) но бластер Хомейдж был эффективен. Отдача совсем не чувствовалась и казалось будто бластер сам наводится на цель и стреляет в нужный момент – после попадания от охранников оставалась только кучка пепла. Однако, несмотря на всю его эффективность, мне хотелось чего-то более привычного (порохового) и, подстрелив очередного охранника, я взял лежащий возле пепла «FN P90». Не скажу что данный, гламурный, пистолет-пулемёт мне нравился, но это было привычней, чем бластер, работающий на неизвестных мне принципах, который я отдал Соупу, к его радости.

С боем мы продвигались к центральному посту охраны башни. В многочисленных перестрелках я иногда не замечал как начинаю говорить фразы по-русски: "*Прикрой огнём, Враг убит, Прикрой меня — я должен перезарядиться" и прочие в таком роде. Добравшись до центрального поста, мы увидели дверь, расположенную посреди стены из бронестекла. Пули из P90 его не пробивали, но не выстрелы из бластера. Когда стекло было разбито, а четверо охранников за ним ликвидированы, я перевернул мусорный контейнер и зашкирку вытащил целого, но дрожащего от испуга Лайфблума. Угрожая оружием, приказал ему лезть через разбитое стекло, а далее идти впереди нас.

Пробравшись в комнату охраны, мы увидели раскрытый оружейный шкаф и ящики с боеприпасами и …. минами. Пополнив боекомплект и взяв часть мин, мы двинулись по коридору, что вёл из комнаты охраны к специальному лифту. Лифт был заперт, но рядом с ним было особое гнездо – Соуп догадался, для чего оно.

— Открывай двери! – пегас был краток, обращаясь к Лайфблуму.

— Я не могу этого сделать.

— Ты что – думаешь, что я идиот и не знаю, что данные охранные системы открываются через Пипбак?!

Далее пегас развернулся и лягнул единорога, так чтобы тот отлетел прямо к дверям лифта. После Соуп подбежал к обескураженному Лайфлуму и, не снимая с него КПК, извлёк какой-то провод, который подсоединил к гнезду у дверей лифта. После он нажал на несколько клавиш, и двери, издав короткий звонок, открылись. Перед тем как зайти в лифт, мы оставили в коридоре часть мин – вряд ли на них кто-нибудь подорвется, но они либо задержат противника либо помешают нашему отходу.

Поездка на этом лифте хоть и была короткой, но показалась мне «вечностью». Сейчас мы движемся к терминалу управления Селестией Один – место, откуда по нам стреляли «орбитальным лазером». Охраны там будет чуть меньше чем дохрена но мы слишком далеко зашли, чтобы менять планы. На переправе коней или поней не меняют. Весь путь на лифте мы проехали в мрачном молчании, но когда лифт начал замедляться и стало понятно, что двери сейчас откроются, я непроизвольно для себя произнёс: «Remember – no Russian».

Ещё не выйдя из лифта, мы открыли огонь по единорогам, что заняли оборону у многочисленных терминалов. Стреляли в нас в основном из лазерных пистолетов. Один из лучей прошёл по мне по касательной, Соупу повезло меньше – не знаю, подлежит ли его левое крыло лечению, Лайфблум же избежал ранений. Однако мы отчаянно отстреливались, резко сокращая число рогатых в помещении. Я был в не очень адекватном состоянии из-за адреналина и не считал, сколько было врагов, и скольких из них я подстрелил, но противники быстро кончились. Честно говоря, я был удивлен, что мы так далеко зайдем, и не удержался от сарказма: «Просто тир с цветными мишенями».

— И что дальше – накидаем мин в терминалы и подорвём их? – я решил, предложить свою идею и одновременно узнать мнение пегаса.

— Подожди. Есть идея получше, — у пегаса на морде появилась улыбка несмотря на обожжённое крыло, — Здесь всё включено и настроено — мы сами можем использовать Селестию Один.

Это была и впрямь лучшая идея. Я лишь сказал: «Действуй». Пегас тут же сел за терминал и после недолгих ударов по кнопкам на большом экране появились множество «кинематографических» изображений с камер погодных башен.

— Наша цель? – говоря Соуп указывал на экран со списком целей: Понивиль, Разбитое Копыто, Стальное Копыто, Новый Кантерлот, Филлидельфия и прочие.

Выбор был большой, но ограниченным во времени. В Понивиле жили в основном штатские, для Разбитого Копыта у СНС уже был план уничтожения, про остальные цели я мало знал. Подумав, я сделал свой выбор.

— Цель – Стальное Копыто, — выбор этой цели мне показался обоснованным, так как Железные Вёдра были сильным и мотивированным противником.

Даже их крепость была названа в честь соучастника Мелкопипки — Эпснека. К тому же эта крепость силуэтом была похожа на Пентагон. Свою роль играл и каламбур — приятней разрушать Стальное Копыто вместо Разбитого.

Однако когда Соуп нажал на красную кнопку открытия огня, на экране появилась надпись, требующая подтверждающего сканирования от Общества Сумерек. Я вначале не понял, что это значило, но боковым зрением увидел мигающий сканер сетчатки. Все, поняв, я убедился, что не зря мы тащили Лайфблума с собой.

Схватив белого единорога я с силой прижал его морду к сканеру. Сканер, издав писк, засветился зелёными лампочками, а рядом с ним из приборной панели вылез второй сканер неизвестного назначения – на нём было только небольшое круглое отверстие. Через две секунды я понял для чего оно и крикнул Соупу: «Ключ от блокиратора магии! Живо!». Пегас бросил мне ключ, который я поймал копытокинезом. После я снял со сверла Лайфблума блокиратор и сунул его дрель в сканер, но ничего не произошло.

— Хорош моргать и живо запускай! – было глупо наедятся, что сказанное как-то подействует.

Я решил действовать по принципу «меньше слов – больше дела» и, достав шокер прислонил его к шее единорога. Шокер сработал как дефибриллятор. От разряда электричества Лайфблум непроизвольно для себя произвёл магический выброс, от которого сканер получил подтверждение. Вытащив единорога из сканера я оглушил его ударом копыта, и уставившись в экран, наблюдал красивую картину того как лазер стреляет по крепости Рейнджеров. В месте попадания образовалась крупная дыра, из которой начал отчаянно бить столб зелёного пламени – как при прорыве газопровода.

— Следующая цель? – пегас ждал приказа.

— Цель Филлидельфия.

По сути, данный город является большим скоплением оружейных складов и заводов работающих на энергии от батарей бластера. Если при попадании удастся повредить эти батареи, ущерб вражеской промышленной инфраструктуре будет огромным. Соуп похоже тоже это понимал хоть и не показывал своего восторга от моего выбора.

Лазер непрерывно стрелял по заводским корпусам. Мы видели всё происходящее на большом экране. Увиденное было и прекрасно и жестоко. Всю эту идиллию нарушил механический голос похожий на голос Селестии: «Внимание: перегрев ядра – рекомендую прервать работу оборонительного комплекса».

Я не знал, как реагировать. С одной стороны мы, похоже, нашли способ вывести этот лазер из строя, но с другой стороны — пока он под нашим контролем мы можем нанести НКР серьёзный ущерб. Вспомнив поговорку про синицу в руках и дятла в одном месте, я сделал выбор: «Продолжать вести огонь».

Селестия Один вела огонь ещё примерно четыре минуты. После лазер внезапно перестал работать, а на большом экране появилась большая красная надпись на английском «ОШИБКА». Через секунду из динамиков на стенах зазвучал знакомый металлический Селестийский голос: «Критическая ошибка. Разрушение ядра. Деформация управляющей линзы».

Отлично. Общество Сумерек теперь не сможет никому угрожать солнечным лазером. Хоть материальный ущерб Филлидельфии был не такой большой, как хотелось, но психологический эффект был огромен. Обе цели операции «Разбитый Циферблат» достигнуты, осталась самая малость – выбраться из этой башни, и вернуться на Мститель.

Думая о наших успехах, я и совершил фатальную ошибку – совершенно забыл о нашем пленнике. То как он пришёл в сознание, было мной не замечено, также я не заметил, как этот рогатый карманник магией вынул у меня нож и шокер.

Соуп, как ни странно, глядя по экрану на устроенные нами разрушения, что-то заметил своим боковым зрением — к сожалению, слишком поздно. Вынутый у меня нож стрелой полетел в направлении пегаса и воткнулся тому в грудной отдел. Пегас попытался выстрелить из бластера, но его выстрел ушёл в молоко. Я, глядя на падающего с ножом в грудине пегаса, не сразу сообразил, что к чему, и сам упал, получив разряд шокера.

Получив удар током, я оказался на некоторое время парализован, но всё ещё оставался в сознании. Увидев, как надо мной нависает Лайфблум, я понял, где совершил ошибку – дурак. Вскоре моя тупая башка начала получать множественные удары передними копытами единорога. Сопротивляться я не мог и лишь наблюдал, через красную пелену, за ситуацией, терпя боль. Не желая смотреть на свою вторую смерть, боковым зрением смотрел на тело синего пегаса и был приятно удивлен, когда оно зашевелилось.

Соуп с ножом в теле был ещё жив и в данный момент передними ногами вытаскивал из себя мой нож. Было видно, что ему это даётся ценой неимоверных усилий и адской боли, но он справлялся и не кричал. Вскоре нож был вынут и пегас покрутил его в копыте в нужное положение. От увиденного на моей морде появилась непроизвольная улыбка – ещё одна ошибка.

Лайфблум видя моё выражение морды, прекратил избиение и проследил за направлением моего взгляда. Соуп уже успел метнуть нож, и он непременно достиг бы своей цели, если бы из-за меня единорог не заподозрил бы неладное. Нож завис в облаке магии буквально в сантиметре от левого глаза Лайфблума и, развернувшись, быстро полетел назад, где и воткнулся в глаз Соупа. Синий пегас упал замертво – в том, что он мёртв, теперь не было никаких сомнений.

Вид произошедшего сильно подкосил меня морально. Хоть Соуп и не человек и мы с ним не очень долго знакомы, но уже успели через многое пройти, и я являюсь прямым виновником его смерти из-за своей глупости. Силы буквально покинули меня, даже боль не стимулировала сопротивляться. Следующий удар Лайфблума отправил меня в нежелательный сон.

Сон был без снов — сплошная темнота но, очнувшись от удара током, я увидел такую же темноту. Однако темнота, судя по ощущениям, объяснялась плотным мешком на голове. Также по ощущениям было понятно, что я сижу связанным на металлическом стуле. Вспомнив последние моменты своей новой жизни, я осознал, что со мной происходит.

Вскоре с меня резко сдёрнули мешок, и мне в глаза ударил яркий свет от небольшого прожектора – глазам было больно. Щурясь, стал осматривать место, где нахожусь и увидел у стены напротив меня железный стол с двумя мониторами. На одном мониторе была серая морда Мелкопипки – точь-в-точь как на обложках её книги. На другом, более большом, белая рогатая морда в короне – как я понял это Селестия. Обе морды пять секунд хранили молчание, потом Селестия ухмылисто улыбнулась, как палач перед казнью преступника, и приятным голосом произнесла:

— Наконец-то мы встретились – призрак иного мира.

* — Говорит на русском

** — https://www.youtube.com/watch?v=FduIL5eMH0M

## Оправданная жестокость - Отражение боли

— Вот и проснулось серое вещество, — позади меня прозвучал спокойный голос Лайфблума. Я его не видел (слепая зона), но ощущал его дыхание на своём затылке. Через секунду к этому ощущению прибавилось стягивание удавки на шее. Одновременно с нехваткой воздуха появилось «острое» ощущение укола иглы очень большого диаметра в правый бок – туда, где у копытных находится жопометка. После того как иглу вынули, мне чем-то (паяльником?) прижгли место укола. На фоне удушения это казалось мелочью, и тогда я не придал этому внимания.

Хрипя, я дёргался в тщетных попытках освободиться, однако ещё до того как в глазах начало темнеть (точнее краснеть), давление удавки ослабло. Через секунду Лайфблум произнёс: «Теперь не сбежишь». Данную тихую фразу услышал «краем уха», к чему она была сказана, смутно понимал, однако, жадно глотая воздух, осознал, что это удушение было лишь демонстрацией моей беспомощности.

Меня лишили возможности дышать, и я ничего не смог с этим поделать. Однако я всё ещё жив – им от меня что-то нужно. Что бы они от меня ни хотели и какие бы методы ни использовали, я должен сопротивляться. Проблема в том что «не ломаемых» людей не существует.

— Прошу нас извинить, — голос Селестии был удивительно приятен, — это было лишь демонстрацией серьезности вашего положения и наших намерений, — пока я глотал воздух, она продолжала говорить. — Я давно не видела подобных тебе и надеялась, что никогда не увижу. Но раз ты здесь, то я догадываюсь, какие у тебя вопросы. В качестве жеста доброй воли заранее отвечу на них и надеюсь, что вы тоже расскажите нам то, что знаете.

После услышанного я, не моргая, уставился в экран Селестии. Не таким способом планировал до неё добраться, но в каком-то смысле я стал на шаг ближе к пониманию ситуации. Видя моё любопытство, Селестия продолжила:

— Мне известно то, чем вы являетесь и кем были до своей смерти. Люди – разумные существа, знающие о магии, но не верящие в неё. Парадокс, пусть и объяснимый. Души людей неотделимы от тела, но вы попали в наш мир именно через смерть тела и перенос души – не думаю, что люди смогли достичь таких высот в магии. Вывод прост – вас призвали сюда из Эквестрии. Заранее даю ответ на очевидный вопрос – вам не попасть назад, на Землю. Хоть и существует способ переноса души из Эквестрии в другие миры, но он давно утерян, к тому же ваше тело мертво — это делает перенос невозможным. Пожалуй, я сказала достаточно.

По мне так не хрена не достаточно, но от услышанного я на некоторое время впал в прострацию и не мог говорить. Селестия же заканчивала свою речь:

— Надеюсь, вы будете адекватны и честны. Убедительно прошу – не пытайтесь сопротивляться или врать. В противном случае наш друг применит все свои медицинские знания, хоть и в благих, но не в медицинских целях.

Под другом она имела в виду Лайфблума. То, что он применит свои знания, я не сомневался, но и идти на сотрудничество не собирался. Отем однажды пошёл на сотрудничество и «окончил свою жизнь» с пулей в башке, однако и без этого примера ситуация очевидна.

Понимая всю очевидность, осматривал допросную, в которой находился. Смотреть было особо не на что – сходство с допросной комнатой на борту Громовержца было почти стопроцентным, исключением были лишь два монитора с изображениями Мелкопипки и Селестии (лошадиный Skype) и стойка с камерой. Также в комнате был стол с различными инструментами (среди них была бензопила с запёкшейся кровью, которой убили Каламити) и большое зеркало Гезелла. В прошлый раз я был по ту сторону зеркала, а сейчас нахожусь в середине комнаты, привязанный к стулу на месте той зелёной сектантки – какая ирония. То как я был связан, было удивительно похоже на, то, как я связал Каламити – ещё один дурной знак. Также с меня стянули одежду (даже фальшивые жопометки содрали), что усиливало чувство беспомощности.

— Можно отвечать на вопросы по-хорошему, а можно по-плохому, — Лайфблум говорил, встав передо мной. — Я могу и так и так.

— Лучше, конечно, по-плохому, — сарказм из фильма «Белое солнце пустыни» не был понят.

— Не могу сказать, что разочарован, — белый единорог ухмылисто улыбнулся. — Мой талант — помогать другим пони, лечить их. Однако в глубине души, мне всегда хотелось применить свои знания в прямо противоположных целях, а то, что ты в душе не пони, только снимает с меня моральные ограничения. Такая мерзкая душа в таком прекрасном теле – будет немного жалко его портить.

— Только ради меня, прошу – не убей его. Помни о нашем уговоре, — даже в такой ситуации голос Селестии был мне приятен. Интересно – как она поёт? Наверняка в её исполнении любые песни на слух слаще Владимирского Централа.

— Насчёт этого не беспокойтесь, — единорог говорил, смотря на меня с ухмылкой, после он обернулся к монитору. — Я сломаю ему десяток костей и введу сотни препаратов, а он будет всё ещё жив. К тому же, вы были правы насчёт его способности к регенерации. Многочисленные раны, что я ему нанёс, начали быстро заживать без использования зелий или заклинаний, — после единорог переключил своё внимание с монитора на меня.

— Не обольщайся – это только упростит мне работу, — я понял, что он имел ввиду.

Далее Лайфблум сделал максимально серьёзное выражение морды и ровным голосом начал допрос с пристрастием:

— Нам известно, что ты — призрак существа из другого мира, находящийся в теле этого земного пони. Называя тебя Грэем Стоуном, мы оскорбляем имя этого Рейнджера Эпплджек. Как тебя зовут?

— Меня не зовут – я сам прихожу, а звать меня можете Иваном Гуднайтовым.

— Гудна… так я понял – это такой сарказм …, — не знаю, что собирался договорить белый единорог, но Мелкопипка его прервала:

— Стойте! – Лайфблум обернулся к монитору, — Пропустите этот вопрос! Я не хочу знать его настоящее имя, — голос Мелкопипки был низким, «прокуренным».

— Что? – единорог произнёс в монитор.

— Пока мы помним об усопших, они живы в наших сердцах. Но эта тварь не заслуживает, чтобы о нём помнили даже его враги. Чей бы дух ни находился в теле Грея Стоуна, он должен быть окончательно забыт – стёрт из истории Эквестрии. Я не хочу знать и вспоминать имя убийцы моих друзей и моей особенной пони!

— *Я ни хотыв, меня призвали, я был поваром, — не знаю, зачем я это сказал. Данный сарказм в моём положении был совсем неуместен.

— Что он сказал? – Мелкопипка обратилась к Селестии.

— Он говорил неразборчиво, используя какой-то диалект. Что-то насчёт того, что он был призван быть поваром.

— Поваром?! Он издевается?! Этот черноглазый у…бок убил мою любовь! Даже самая страшная месть не будет полной! Лайфблум – я очень ценю твою дружбу и надеюсь на взаимность. Ради меня, ради элемента честности – убей эту тварь! Оно недостойно и секунды жизни!

У меня не было никакой ненависти и личной неприязни к Хомейдж и, убивая её, я, по сути, выполнял заказ, но у меня была веская причина идти на такой риск. Заодно я отомстил за отряд Соупа, пусть он и хотел отомстить лично – «Никакого бизнеса – это личное». Соуп, кстати, как раз был поваром – буду скучать по его стряпне. Теперь мне надо отомстить за его смерть. Вопрос только – как я это сделаю в моём положении?

— Если хотите убить – убивайте. Вы лишь убьёте человека, — говоря это, я понимал, что меня вряд ли немедленно убьют.

— Обязательно – в своё время, — Лайфблум говорил улыбаясь.

— Ты — самая мерзкая тварь, что только ступала на землю Эквестрии! – Мелкопипка казалось, была готова выпрыгнуть из монитора, чтобы перегрызть мне горло.

— Спасибо за комплимент, — этот сарказм показался мне удачным.

— Из-за тебя мир понёс невосполнимую утрату. Я верила, что честность спасёт Эквестрию, но Красный Глаз был прав – война никогда не меняется. В этой войне мы теряем лучших, но если ты думаешь, что, убив элемент честности, ты или твои «друзья» смогут заглушить голос правды, то вы сильно ошибаетесь. На смену одному ди-джею придёт другой, и так будет всегда, — Мелкопипку прорвало.

— Война никогда не меняется? Что за хрень? Война – это искусство обмана. Лицемерие правителей Эквестрии, и самоуверенность правителей страны зебр превратило этот мир в ядерное пепелище, а ты, взорвав бомбу в «Прекрасной Долине» устроила на этом пепелище поле битвы за остатки ресурсов. Пока твоя соска трепала языком, пегасы умирали в боях, которые им навязали. Но обман — обоюдоострое оружие. После разоблачения обмана целая нация требует возмездия. Их ярость будет распространяться со скоростью лесного пожара. Это пламя, разгораясь, уничтожит всё на своём пути. Вы думаете, что единственные кто определяет ход истории. На деле всё зависит от воли одного человека.

После сказанного все затихли. Даже я не ожидал от себя такого пафосного бреда. Мелкопипка решила ответить в подобном стиле:

— Историю пишут победители. Лично я считаю, что победила — и написала свою историю. Сейчас книгу с моим именем учат во всех школах. Я сражалась против пегасов – за это многие из них меня ненавидят. Но время и мощь погодных башен на моей стороне. Может тебе и удалось сделать много зла, но больше ты никого не убьёшь. Я боролась за чистое небо для Эквестрии. Ради этого я пошла на самопожертвование, следуя своей добродетели. Чтобы подарить свет Солнца и Луны, мне пришлось стать злодеем. Ни тебе, ни кому-либо другому, не удастся уничтожить то, ради чего я пошла на такие жертвы!

Затишье после сказанного Мелкопипкой было более коротким.

— Ясно, — Лайфблум вздохнул. — Продолжим допрос.

Единорог начал допрос заново — снова вернул себе то же выражение морды и продолжил:

— Где сейчас находятся: полковник Отем, захваченный Громовержец и беглецы из Арбы?

— Ну, у вас и аппетит, я ничего не знаю, — я и впрямь не знал.

— Сдаётся мне — парень любит усложнять себе жизнь.

После сказанного Лайфблум подошёл к столу с различными строительными инструментами, после он магией подобрал самый дальний из них. До того, как единорог поднял предмет в воздух, я его не видел за молотками и пилами и был немало удивлён когда в воздухе завертелась белая бейсбольная бита. Когда вращение биты прекратилось, я ещё сильнее удивился и испугался, прочитав на ней надпись крупными красными буквами на русском языке (!) — ЗУБНАЯ ФЕЯ.

— Тебе ведь знакомо это орудие? – Селестия снова заговорила со мной. — Чем больше я узнавала об обычаях людей, тем больше была рада, что родилась пони. Практиковать спорт, в котором проигравших забивают до смерти – как можно было до такого додуматься? Даже в «Яме» Красного Глаза было больше смысла.

— Херню не говори – в бейсбол так не играют, — плохой из меня рассказчик и защитник человечества.

— Разумеется, ты будешь всё отрицать. Мне известно, что люди делятся на бесчисленное множество народностей и то, что в стране говорящей на твоём языке, каждый год продаётся сто тысяч бит и примерно пятьдесят мячей. Догадываюсь, что твоему народу, чтобы убивать, даже кровавый спорт не нужен. Ваша нация мерзка даже по людским меркам, — речь Селестии прервал единорог.

— Не отвлекаемся от темы, — после сказанного Лайфблум нанёс мне удар битой под рёбра. Удар был болезненный, но терпимый. — Отвечай на вопрос!

— Даже если бы я знал ответ, то всё равно бы не сказал.

— Не корчи из себя героя — твоя жизнь гроша не стоит. Ты убил моего хорошего друга, она была элементом честности! Говоря горькую правду, она спасла многие жизни и сделала бы ещё много добра, если бы ты не прервал её жизнь.

— Вожделение получило напряжение. Она лесбиянка. Что с ними не делай — совесть не мучает, — от сказанного белок глаз единорога резко покраснел. Замерев на секунду, он развернулся и лягнул меня в грудной отдел, произнеся: «Еб...чий натурал». Если бы стул не был прикреплён к полу, меня бы отбросило к стенке.

— Может, ты и крепкий камешек, но расколоть тебя я смогу. Скоро ты «запоёшь» по-другому.

После Лайфблум, покрутив в воздухе биту начал, наносить мне многочисленные удары, в том числе и по голове. Бил он не в полную силу – его задачей было доставить мне физические страдания, а не расколоть череп. Сознание я не терял, и даже сохранял его ясность.

Решив перед смертью потролить копытных, я начал петь. Плохо то, что подходящих под ситуацию песен никак не вспоминалось, и я стал озвучивать первое, что приходило в голову. «*Ой, мама, Шикотан» было крайне неудачным вариантом, однако он обеспечил короткую передышку между ударами. Небольшой отдых прервала Селестия, сказав, что то, что я напеваю, не имеет никакого смысла. После следующей серии ударов я запел: «*По России слух пошел, что Николай с ума сошёл». Ещё спустя несколько ударов зачитал по памяти стих: «*Я узнал, что у меня есть огромная семья». Дочитать стих не мог, так как удары битой стали слишком частыми, чтобы я смог произнести хоть слово.

Избиение было не очень долгим, но показалось мне вечностью. Когда единорог закончил мою обработку, я, проморгав правый глаз, повернул голову в сторону зеркала. Моя серая морда резко покраснела и покрылась многочисленными отёками. Теперь цветом морды стал похож на Красного Глаза (каким я его себе представлял), заплывший левый глаз усиливал сходство. Проведя языком по зубам, понял, что теперь у меня на четыре зуба меньше. Всё это сопровождалось непроизвольным слёзотечением — на общем фоне это было несущественной мелочью.

Я видел, как земные пони носят тяжёлые предметы в пасти – у них крепкие зубы. Для меня это было слабым утешением – ещё несколько таких обработок и мне понадобится зубной протез.

— Прошу – не надо действовать только насилием, — Селестия начала играть роль «доброго полицейского». — Ты ведь не понимаешь, как попал в этот мир? Я точно не знаю ответ на этот вопрос, но предполагаю, что ты был призван искусственно.

Слушая Селестию, я поднял уши. Хоть она враг и наверняка пытается меня обмануть, но каждая крупица информации была важна.

— Мне известно, что ты — далеко не первый призрак или, как раньше говорили, фамильяр, призванный в Эквестрию.

— Фами…. что? – меня заинтересовало это старомодное, неизвестное мне слово.

— Фамильяр – дух, что призывают колдуны для помощи себе или в иных целях. Не думаю, что ты исключение. Кто тебя призвал? На кого ты работаешь?

— Работаю на Силы Народного Сопротивления – СНС.

— Сопротивления? Чему вы сопротивляетесь?

— Диктату погодных башен и башенных Сумеречных «серых кардиналов», армии химер наёмников, размножению крылато-рогатых клонов и всему, что с ними связано.

— Диктату? И это говорит тот, кто сам является марионеткой, — Селестия говорила удивительно «мягко». — Кто является твоим хозяином?

— Я сам себе начальник. Пописать захотелось — так рядом умывальник, — сарказма умнее я не придумал.

— Ты тупой или делаешь вид, что не понял вопрос? Ладно, дам небольшую подсказку. В большей части случаев, маги, что призывали подобных тебе, использовали особое заклинание подчинения. Его суть заключалась в том, чтобы управлять призраком втайне от него самого. Конкретнее – используя кодовое слово или фразу. После того, как призрак её услышит, он исполняет любой приказ. Ты замечал на себе что-то подобное?

После сказанного Селестией в моей голове стала складываться мозаика.

— Работаю на полковника Отема, — сказанное было полуправдой.

Вряд ли Отем, будучи запертым в психушке, в состоянии прострации, мог меня призвать. Но он, сам того не зная, использовал ключевую фразу что делала меня марионеткой.

«Будь любезен» — хуже кодовой фразы и придумать нельзя. Каждый раз, когда меня о чем-то вежливо просили, в моём мозгу «щёлкал переключатель». Хорошо, что самки на борту Мстителя предпочитали тычки и демонстрацию своих «мест общего пользования» вместо вежливой просьбы.

На роль призывателя у меня был только один подозреваемый – синий аликорн, что следила за мной почти с самого начала пробуждения. Она только один раз воспользовалась возможностью подчинения, придя ко мне во сне. Умно — стопроцентная конспирация.

После выполнения заказа (убийство Хомейдж) она пообещала, что встретится со мной лично. Если я выберусь отсюда живым, и она нарушит обещание, я сам её найду, хоть и не знаю как. В любом случае – наша встреча не будет дружеской. От мыслей меня отвлёк голос Лайфблума:

— Ты что-то понял, это видно по твоим «мёртвым» глазам. Отвечай на поставленные вопросы. Кто тебя призвал? Где Отем нанесёт следующий удар?

Я хранил гробовое молчание, на морде Лайфблума и мордах в мониторах появилась гримаса раздражения. Вскоре Селестия вернула себе дружелюбное выражение морды и продолжила разговор:

— Возможно, ты считаешь, что призвавший подарил тебе новую жизнь. Ты ошибаешься. Он или она не спасли твою жизнь, а украли. Стоит ли тебе терпеть ради них боль.

Продолжая молчать, я заметил, что тишина из моих уст раздражает копытных даже больше чем троллинг. Лайфблум решил прервать эту мёртвую тишину и подошел к столу с инструментами. Перебирая молотки, шприцы, ножи и прочие приспособления он остановил свой выбор на электрическом утюге. Подсоединив его к удлинителю, он немного подождал, когда нагревательный элемент нагреется, и демонстративно плюнув на него, чтобы показать что утюг нагрелся, принялся разглаживать мне грудной отдел.

Сохранять молчание в данной ситуации было невозможно. Я орал настолько громко, насколько позволяли силы и природные возможности, мне даже показалось, что зеркало на стене начало дребезжать – наверное, галлюцинация от болевого шока. Крик прервался лишь тогда, когда Селестия приказала приостановить активные действия.

— Те же вопросы – кто тебя призвал?! – Лайфблум был очень убедителен, держа, магией, утюг у моего глаза.

— Я уже говорил, что не знаю! Хватит задавать вопросы, на которые я не знаю ответа!

— Возможно, он не врёт, — Селестия снова вмешалась. — Заклинание подчинения действует только тогда, пока призванный не осознаёт, что он чья-то марионетка. Мы освободили тебя от оков заклятия, и в каком-то смысле ты должен быть нам благодарен. Расскажи: как ты попал в наш мир, и что с тобой происходило первое время, до того как ты выбрался из леса?

Утюг у морды был серьёзным аргументом, а сам я, отходя от боли, был немного не в себе. Я рассказал им всё: от того момента, как занял своё место на борту самолёта, до того, как, находясь за рулём лесовоза, выехал из леса. Единственные подробности, которые пропустил, были: плюшевая игрушка радужной лошадки, кодовая фраза и «волчье чутьё».

— … а я ему говорю: «*Зачем нужна капуста, когда есть картошка», — на этой фразе меня прервала Селестия.

— Достаточно! *Хорошая история – жаль с русским акцентом, — произнесла так, будто думала, что у самой акцента не было, — Дальше и так всё известно. Ты на полном серьёзе искал призвавшего тебя в тюрьме? Ты туп даже по меркам своего вида. Вряд ли такой придурок может помочь нам найти некроманта, но ты можешь помочь нам найти мятежников. Где находится Громовержец?

— Понятия не имею – он постоянно перемещается.

— Очень может быть, — Лайфблум снова стал угрожать утюгом, — но тебе должны быть известны координаты его примерного местоположения, а также планы Отема. Не вынуждай меня снова использовать эффективные методы.

Я, прикусив язык, стал хранить молчание. Единорог, прислонив утюг к моей щеке, а после к брюху — услышал лишь мычание. Поняв, что утюг уже не так эффективен, он, вынув его из удлинителя, подошёл к столу с инструментами. Положив утюг, Лайфблум взял магией молоток и охапку гвоздей. После он воткнул мне гвозди в мягкие части копыт передних ног. Я стряхивал гвозди копытокинезом, но удар молотком по голове вызвал короткую потерю сознания. Очнулся я от резкой нарастающей боли от ударов молотком по гвоздям.

Мне вспомнилось детство — как я однажды на уроке труда в школе, работая с рубанком, засадил себе занозу под ноготь. Сходство детского впечатления с тем, что в меня сейчас забивают гвозди, было довольно схоже.

— Оставим сложный вопрос напоследок. — Лайфблум это произносил, забивая в меня гвозди. — Мы нашли высаженных вами Детей Сбора вместе с кучей ящиков с трупами. Среди тел, особо обезображенным, было тело Реджи. Что вы с ней делали?! Из-за чего она умерла?!

— Из-за МЕНЯЯЯЯААА!!!

Сложно сохранять самообладание, когда тебе под ногти или копыта забивают посторонние предметы. Я рассказал, как на меня напала эта химера, и как я намотал её на стволы «Малышки Гильды».

Забив в меня последний гвоздь, допрашивающие затихли, ожидая от меня каких либо действий. Очевидно, что они ожидали, что я им всё расскажу в обмен на извлечение гвоздей, однако я нашёл другой выход. Громко мыча, я вытащил гвозди копытокинезом. После извлечения произнёс:

— *Надеюсь, мне не придётся носить подковы, — немного подышав, продолжил: — Чтобы окончательно развязать мне язык вам понадобится что-то посерьёзней этих «зубочисток»!

После сказанного у меня случился приступ неконтролируемого смеха. Я не понимал, над чем смеюсь, но это было удивительно приятным ощущением. Похоже: сильная боль, возрождение из мёртвых, или перенесённая операция на мозге что-то поломали в моей психике и нервной системе. Для хохота время было крайне неподходящим, но если бы у меня был выбор, как умирать, то я бы предпочёл умереть с улыбкой на лице.

Честно говоря, моя обретённая видимая уверенность была «шита белыми нитками». Рано или поздно (скорее всего рано) я расколюсь окончательно. Пока я ещё сохранял ясность ума, и возможность сопротивляться — надо было разозлить допрашивающих. Я не буддист, который может путём медитаций терпеть боль, и единственный мой шанс не расколоться это «пережечь нервы». Данный способ у многих считается невозможным и антинаучным, но у меня было мало вариантов. Продолжать раскалываться не собирался. Также играла свою роль и смерть Соупа. Он погиб, пытаясь меня спасти, и мне не хотелось, чтобы его смерть была напрасной.

— Желание пациента – закон для врача, — после сказанного сарказма единорог ухмылисто улыбнулся и достал из-за стола шприц с неизвестной жидкостью.

— Давай угадаю — Триопентал Натрия, — вспомнив допрос, на котором я присутствовал, выдал свою догадку.

— Триопен… ха, ха (смеётся). Ты впрямь лоботомит. Неужели ты думаешь что я, состоя в Обществе Сумерек, и владея заклинанием извлечения памяти – буду практиковать столь примитивный метод дознания. От данного вещества околеешь быстрее, чем начнешь говорить, а в твоём случае, скорее всего и эффект «сыворотки правды» не сработает. Я бы просто извлёк из тебя воспоминания, если бы твоя магическая структура не была такой аномальной.

— И какую же «сыворотку правды» ты собираешься ввести мне в кровь?

— Ответ тебе не понравится и вводить её собираюсь не в кровь.

Что хероголовый имел ввиду не понимал, но понимал что ничего хорошего. Видя моё замешательство, Лайфблум просветил меня:

— Взяв меня в плен, ты угрожал мне этим, — рогатый показал машинку для стрижки переделанную мной в шокер. — Говорил что: я всё скажу ещё до того "как запахнет яичницей". Сейчас ты оценишь всю иронию своего положения. В этом шприце пять кубиков чистого эфира. Догадываешься, куда его тебе введу? Дам подсказку: если сейчас тебя зовут Серый Камень, то после введения будут звать Серый Мерин.

— *Святая инквизиция, — было сказано непроизвольно, я понял, что он будет делать.

Через две секунды догадка подтвердилась. Единорог воткнул шприц мне в «Фаберже» и ввёл содержимое — эффект был моментальный. Сам укол был болезненным, но не шел, ни в какое сравнение со жжением, что вызывал эфир. Если бы в этот момент не был связан, то наверняка вырвал бы себе яйца.

Однако через долгие минуты боль начала потихоньку затухать. Проблема в том что – потихоньку. Не знаю — с чем это связано. Может, с моей особой способностью к заживлению или местный эфир быстро выветривается. Но я всё ещё не был сломлен окончательно, и даже пытался видеть ситуацию с хорошей стороны. Из хорошего было то, что я после ликвидации Хомейдж сделал свои туалетные дела, так как чувствовал, как моя выделительная система рефлекторно пытается обосраться. На стуле, на котором я сижу, есть отверстие — возможно специально для таких случаев.

Сохранять молчание я не мог, но кричал не так громко как при воздействии утюгом. Усталость? Однако ясность ума ещё не потерял и, видя, как копытные ухмыляются, слыша мои крики, решил «запеть по-другому»:

— *Получай от жизни удовольствие всегда. Нет важнее и мудрее правила на свете. Если рядом солнце и солёная вода – радоваться жизни очень просто вместе с этим. Если рядом горы и пушистый белый снег – больше чем достаточно чтоб жизнью наслаждаться. Если вдруг вокруг тебя вообще ничего нет – вот тогда действительно придётся постараться.

«Нам песня строить и жить помогает», в моём случае, помогала переносить допрос с пристрастием. Вскоре песнопение прервала «Зубная Фея». После четырёх ударов единорог бросил биту – упав, она не покатилась, так как была липкой от моей крови.

— Святые дойки Луны! Да убей же его! – прокуренный голос Мелкопипки в этот раз был довольно звонким, но Лайфблум обратил на него ноль внимания.

— Продолжаешь сопротивляться или ничего не знаешь? В любом случае — я не удивлён, — белый единорог говорил, улыбаясь, — Буду с тобой честен – даже если бы ты всё рассказал, я бы всё равно продолжил тебя пытать.

— Что?! – на морде Селестии появилась гримаса удивления и шока.

— Спокойно принцесса — я помню о нашем уговоре и не убил бы его раньше времени, — после сказанного монитору Лайфблум снова переключил внимание на меня.

— Слышишь, тёмноглазый – ты нужен нашей принцессе. У «Детей Собора» был план, как вернуть Селестии живое тело, но их план требовал много времени и был плохо проработан. Твоё появление было неожиданным и нежелательным, но ты поможешь нашей принцессе выбраться из недр компьютера. Хоть ты и сделал много зла, но послужишь одному доброму делу, но до этого ты полностью в моём распоряжении.

После сказанного Лайфблум вынул магией из кармана своего медицинского халата (пардон) металлический самотык. От увиденного моё, и без того частое, сердцебиение участилось.

— Вообще-то я готовил эту штуку для своего отца, — после сказанного самотык щёлкнул и ощетинился шипами, — но ты более «достойный» кандидат. Создавая это приспособление, я изначально собирался внести в конструкцию нагревательный элемент, но ты подсказал мне более удачную идею, — слушая единорога, я наблюдал, как он подсоединяет проводами шокер к самотыку.

Понимая, что дальше произойдёт, я посмотрел на себя в зеркало Гезелла. Вид у меня был и страшен и жалок. Столько во мне перемешалось в этот момент: слёзы, смех, пони, люди, страх, осознание. Всё было против меня. Я успел лишиться: своей жизни, свободы воли, свободы буквальной, а скоро лишусь анальной девственности и никак не могу этому помешать. Единственное, на что я могу надеяться, так это на то, что меня кто-нибудь спасёт.

Первый раз меня спас Отем, в остальных случаях мне помогала «Леди Удача». Что-то мне подсказывало, что в этот раз единорожка в толстовке меня не спасёт. Во время перестрелок в башне она ни разу не появлялась, и, скорее всего, она сейчас находится очень далеко — на борту Мстителя. Глупо надеяться, что тебя постоянно будет спасать кантерлотский гуль, называющий себя «Спецагент Мятная». В конце концов, Леди Удача — обычная шлюха, а у меня кончились деньги.

Подсоединив и включив шокер, Лайфблум медленно подходил ко мне. Он явно смаковал предвкушение от того как засунет получившийся прибор мне в ректальное отверстие. Я же пытался дергаться, чтобы ослабить верёвки – бесполезно. Внезапно из-за стен послышался приглушенный, но громкий звук. Что это был за звук я не смог опознать, но явно не выстрел. Лайфблум замер, на несколько секунд обдумывая услышанное, а после продолжил своё движение.

Данная передышка ни к чему не привела — так мне казалось на первый взгляд. Похоже, мне не избежать паскудной участи. Самому мне не выбраться, а спасать меня некому. Однако во мне потихоньку «закипало» знакомое чувство, что я про себя называл «волчье чутьё». Впервые в этом мире оно проявилось, когда меня чуть не сожрала Мантикора, но обычно оно появлялось при приближении синего аликорна, что призвала меня в этот мир. Неужели она сейчас поблизости и наблюдает за мной из-за зеркала?

От этой мысли меня отвлёк электрический звук треска самотыка подсоединённого к шокеру. Последующие события были для меня крайне неожиданными.

В момент, когда Лайфблум держал магией наэлектризованный самотык, вокруг прибора появилась чужая, красная, магическая аура. Находясь в этой ауре, наэлектризованный предмет воткнулся в шею Лайфблума. Тот упал с криком и раскрытой пастью. Вскоре над ним появилась неяркая вспышка телепортации, и на голову Лайфблума обрушились передние копыта синего аликорна.

Однажды я раскроил камнем череп земному пони, что был похож на меня. Тогда у меня вид крови и мозгов вызывал рвотные порывы. Сейчас же похожая картина была очень приятным для меня зрелищем. От данного зрелища меня отвлекли крики самых грязных ругательств в исполнении Мелкопипки. Через несколько секунд громкость криков стала уменьшаться, пока не затихла. Похоже, Селестия контролировала связь и решила ввести цензуру.

В секундной тишине я рассмотрел своего спасителя. Физиономией она мало отличалась от тех аликорнов, что я встречал – все клоны на одно лицо. Из одежды на ней была тёмно-серая тканевая накидка с капюшоном и прорезями под крылья, похожая на монашеский балахон. На ногах чёрные кожистые накладки, защищающие голень — или как у лошадей это называется. Судя по выступам, под балахоном у неё был одет какой-то жилет – возможно бронник, совмещённый с разгрузкой. На её правом плече была неглубокая резаная рана, в остальном она выглядела целой и невредимой.

Я ещё был не до конца уверен насчёт того – та ли эта аликорн, что за мной следила, и приходила во сне? Но подойдя ко мне и заговорив, показывая компас, она отмела все сомнения.

— Старые вещи служат намного дольше, — аликорн произнесла заранее оговоренную «кодовую» фразу, что мы согласовали во сне. Так как все аликорны очень похожи, то узнать её должен по этой фразе, и, если я её узнал, то должен был проговорить ответ:

— Да, старый друг лучше новых двух, — ответ я проговорил ровным голосом, несмотря на эмоции и выбитые зубы.

После произнесённого мной ответа у аликорна из резаной раны на плече появилось какое-то кроваво красное образование в форме гибкого лезвия. Этим лезвием она начала разрезать веревки, которыми я был связан. После того, как верёвки были окончательно разрезаны, моё тело мешком упало на металлический пол. Встать на ноги было невозможно из-за резкой боли – последствие забивания гвоздей. Видя, как я отползаю от «Зубной Феи», аликорн магией достала шприц с обезболивающим и вколола его мне – боль начала притупляться.

— Значит — Кровяной меч. «Чёрная книга» не уничтожена? Давай угадаю – ты Прозревающая Тьму? — голос Селестии был ровным и безэмоциональным.

— Не угадала, — ответ синей был краток. После сказанного аликорн подошла к стойке с камерой и лягнула её.

Опираясь на стул, я пытался встать на ноги, но конечности сильно болели и подкашивались. Видя мои попытки аликорн, встав рядом со мной, опустилась на пол.

— Залезай, — взглядом она указывала себе на спину. Я принял приглашение.

После она начала вспышками светить рогом. Заклинание не срабатывало и, произнеся «Мы не можем телепортироваться» аликорн применила «кровяной меч» чтобы разбить зеркало Гезелла.

Когда зеркало было разбито, мной была замечена картина множества убитых единорогов, что следили за моим допросом. Судя по их ранениям, «кровяной меч» — очень негуманное оружие. Помимо множества трупов, в комнате за зеркалом был большой стол с моим снаряжением.

— Мне нужно одеться, — произнося просьбу, я указывал на оранжевый комбинезон, лежащий на столе.

— Что?! То есть серьёзно? После пережитого тебя волнует одежда? — вопросы синей были понятны.

— Да, серьёзно.

— Понятно, иногда забываю, что в душе ты не пони.

Далее я слез со спины аликорна, та магией подняла комбинезон и помогла мне одеться. После я забрал со стола: полупустые сумки, снятый с трупа «лживой», КПК и бластер Хомейдж. Вспомнив про любительницу тостов, я указал аликорну на КПК Лайфблума и лежащий шокер. После попросил, чтобы она подала его мне магией. После того, как синяя подала мне шокер, она «кровяным мечом» отрубила ногу Лайфблума с КПК. Далее она вытряхнула бело-красный обрубок и, сняв щиток, надела золотистый КПК себе на переднюю ногу.

После того как я закинул сумки на спину, положил шокер с бластером по карманам, аликорн позволила мне снова забраться ей на спину. Передвигаться самостоятельно я не мог, но и лежать на горелом брюхе было неприятно.

Быстрым шагом аликорн вышла из допросной. В коридоре, в который мы вышли, были четыре трупа охранников, причём только три из них были убиты «кровяным мечом», четвёртый был весь в ожогах. Вскоре я понял, чем они были нанесены. На выходе из коридора нам повстречались двое охранников с дробовиками, до того, как они привели оружие в боевое положение, аликорн выстрелила в них самой настоящей молнией. Оба охранника, получив разряд, упали, испуская чёрный дымок, у меня же от грома уши заложило.

— ………………., — что говорила аликорн было решительно непонятно.

— Я тебя не слышу, от грома оглох, — получив ответ, аликорн кивнула и магией подняла один из дробовиков.

Вскоре заметил движение приближающихся охранников и направил голову синей в нужную сторону. Та не теряя времени, открыла неприцельный огонь и, обескуражив нападающих, кинулась галопом по коридору. Нам вслед последовали выстрелы, не желая получать пули и дробь, аликорн заняла позицию напротив поворота, ведущего к лестнице. Поняв, что её выстрелы идут в молоко, она бросила себе под ноги дымовую гранату – не черёмуху. Дым был довольно густой и обеспечивал нам неплохую маскировку. Под этой завесой аликорн, со мной на спине, побежала к лестнице и по ступенькам погарцевала наверх. Что она задумала, я не понимал, но было очевидно, что огневой мощи нам недостаточно.

Решив это компенсировать бластером Хомейдж, я прямо на бегу привязал тот изолентой к своей левой передней ноге. Аликорн видела мои манипуляции своим боковым зрением и, судя по её расширившимся зрачкам — моя идея была неожиданна.

Бластер, как и в прошлый раз, будто сам направлял себя на цель – довольно «кровожадное» оружие. Плохо то, что из целей нам чаще попадались мирные жители башни. К счастью для них, бластер не производил случайных выстрелов. Неслучайные были направлены в сторону охранников – те падали кучкой пепла. Так, с боем, я верхом на аликорне пробивался к выходу. Точнее не я пробивался, а аликорн везла меня к …. общественному смотровому балкону. Понимая, что аликорн задумала, я максимально крепко вцепился в её тушу, даже гриву оставшимися зубами закусил.

Лавируя мимо удивлённых жителей башни, аликорн прыгнула с балкона, расправив крылья. Солнце уже зашло – был поздний (тёмный) вечер. В подобных случаях обычно советуют — не смотреть вниз, я пренебрёг данным советом. Может я бы и оценил пейзаж, если бы не боялся высоты — однако я боялся не того. Нам вслед последовали многочисленные выстрелы. Я не понимал, кто по нам стреляет (охранники или охранные турели) но понял, что одна из пуль попала мне в правую заднюю часть. Обезболивающее к этому времени уже начало терять своё действие и данное ранение почувствовалось особенно остро. Однако в целом моё самочувствие стало улучшаться – даже слух вернулся, а вместе с ним и осознание ситуации.

Я сейчас нахожусь на спине той, кто призвала меня в этот мир. Сейчас эта аликорн начала снижаться среди полуразрушенных многоэтажек. Пока она шла на снижение, мне вспомнился эксперимент на Мстителе, где я взял единорога за рог, и то, как эта аликорн использовала свои заклинания.

Незаметно вынув шокер и выбрав подходящий момент, я схватил аликорна за рог, одновременно произведя ей разряд из шокера в шею. Эффект был предсказуем – аликорн плашмя упала на землю, я же, сгруппировавшись, «перекатился» чуть дальше. После падения со стороны аликорна заиграла джазовая музыка – похоже, при падении случайно зажалась определённая кнопка КПК.

Аликорн лежала с разбитым носом на земле, мотая головой. Пока она окончательно не пришла в сознание, я быстро подполз (ходить всё ещё не мог) к ней и взял за рог. После, обескураженный аликорн, была перевёрнута на спину, и я, сев на неё (не отпуская рог) приставил бластер к синей голове.

— Больше не буду любезен, — после произнесенной фразы аликорн окончательно пришла в сознание.

— Ты знаешь?

— Мог и раньше догадаться. Мне известно, что это ты привела меня в этот мир. Как мне вернуться обратно?!

— Никак, — аликорн зажмурилась.

— Ты меня как-то вселила в тело этого копытного. Должен быть обратный путь.

— Может и есть, но мне такой неизвестен. Прошу — не надо насилия. Мы оба цивилизованные существа. Ты выполнил мою просьбу и в ответ я готова выполнить своё обещание.

— И что ты мне расскажешь: что ты некромант и привела меня в этот мир, что управляла мной кодовой фразой?!

— Очень извиняюсь – кодовая фраза была неудачной, но я спасла тебя. Заклятие призыва, что я использовала, напрямую связывало нас. Когда тебя пытали, я чувствовала отражение твоей боли. Мне было стыдно за то, на что тебя обрекла. Вряд ли ты меня простишь, но выслушай: изначально я хотела использовать тебя для своих целей, но ты стал делать то, что нужно даже без команд с моей стороны. Пока ты всё не осознал, наши сознания были связаны, и найти тебя в мире снов было несложно. Поговорив с тобой, я не удержалась от того чтобы произнести ключевую фразу. Поверь – мы на одной стороне, и если существует способ вернуть тебя в твой мир и этот способ будет найден, то я непременно о нём сообщу.

У меня было двойственное чувство. С одной стороны — мне хотелось прострелить её синюю рогатую голову, но с другой — было сложно нажать на курок, смотря в её глаза, к тому же она спасла меня от хероголового гомосека. Однако эта тварь привела меня в самый настоящий ад, а после отправила на суицидальное задание. Помогая мне исполнять данное задание, погиб Соуп, но он вызвался добровольцем и знал на что шёл.

Однако, даже такая жизнь была лучше «классической» смерти. Такая «жизнь» – чтоб ей провалиться такой жизни. Селестия говорила, что тот, кто меня призвал «не спас мою жизнь, а украл», но должен ли я прислушиваться к совету врага? У меня есть выбор: жизнь или смерть. Как ни странно победила моя добрая сторона.

— Ладно. Сложные вопросы — потом. Пойдёшь со мной. Никаких дымовух и прочих сюрпризов – я держу тебя на мушке, — сказанное подкрепил, показывая бластер, одновременно слезая с аликорна. Вообще называть аликорном её некорректно. Надо это исправить:

— Хоть ты и клон, но у тебя должно быть имя. Как ты себя называешь?

— Я не стану отвечать на данный вопрос — по крайней мере, не здесь.

Видя моё хмурое выражение морды, синяя объяснила своё нежелание отвечать.

— Данная территория входит в зону покрытия погодных башен. Селестия с Литлпип нас видят и слышат, и мне бы не хотелось раскрывать им свою личность. Я отвечу на все вопросы — но не здесь.

Наш разговор был резко прерван прервавшейся джазовой музыкой, после которой последовала «прокуренная» речь Мелкопипки:

— Приветствую вас, дети мои. С вами говорит Дарительница Света. Знаю, что не мой голос вы хотите услышать, но любимый вами «ДиджейПонТри» больше никогда не подойдёт к микрофону. Ди-джей всегда скрывала свою личность, но после её смерти вы должны знать, и почитать, имя элемента честности – Хомейдж. К сожалению, она умерла не своей смертью. Пони, что совершил самое страшное преступление из возможных, известен вам под именем Грей Стоун. Мне известно, что это не настоящее имя, и то, что он совершил убийство по приказу неизвестного мне аликорна. Грей, и та кто его призвала – я знаю, что вы меня слышите. Вам удалось убить: моих хороших друзей, мою любовь, и даже сбежать из башни Тенпони, но не думайте, что вам удастся сбежать от меня! Чтобы спасти пони я уже стала злодеем и стану им ещё раз, чтобы покарать вас! Жители НКР, я знаю, что после содеянного вы не сможете меня простить, но это будет очистительная буря. Буря, что очистит Эквестрию от самых гнусных тварей, что когда-либо ступали на её землю. Я хорошо помню что давала обещание не использовать «Проект Одного Пегаса» как оружие. Я не являюсь элементом честности, но я её знала, и любила.

*-говорит на русском

## Как будто во сне

Взгляните на меня. Я никогда не вернусь домой. Я ранен и ослеплён жалостью к себе. Оказавшись в этом мире, тешил себя смутными надеждами о возвращении на Землю, однако, в глубине души, понимал — путь назад невозможен. Тем не менее, я не должен прекращать поиск пути назад, нужно «хвататься за соломинку в беде». Мне удалось найти ту, кто призвала меня в этот мир – ценная находка. Но чтобы её расспросить, нам нужно сделать самую малость – выбраться из зоны контролируемой погоды.

Данный нюанс обсуждался ещё на борту Мстителя. На роль точки эвакуации был выбран зачищенный лагерь рейдеров, находящийся за территорией действия башен. В прошлом Хомейдж устроила засаду на отряд Соупа в погодной башне, находящейся в этом квадрате. Сейчас эта территория никем не контролируется и считается, что там могли обосноваться рейдеры. Местные жители опасаются рейдерских территорий – это обеспечивало отсутствие свидетелей. К тому же, в прошлом в данном лагере Сулик содержался в плену, а Грей Стоун стал одержим мной – какая ирония. Проблема в том, что данная точка находится достаточно далеко, а погода начинала портиться.

Солнце уже успело зайти за горизонт, и мы наблюдали сумеречное небо перед наступлением ночи. Небо начинало стремительно темнеть, покрываясь чёрными грозовыми тучами. Дождик от этих туч меня не сильно беспокоил, но от вида зарождающихся вихрей торнадо сердце билось чаще.

В этом мире многие считали Мелкопипку доброй богиней, следящей за ними незримо — пошедшей на самопожертвование, чтобы подарить им чистое небо. Я же (до сих пор, считая, что нахожусь в Аду) был прямо противоположного мнения. Для меня она была местным аналогом Люцифера (Люцифер – Несущий свет), то, как её называли (Дарительница света) обитатели этого мира, только укрепляло выводы. Оказавшись в этом мире, я в основном сеял хаос, показывая местным, чем чревато поклонение ложным богам. Мелкопипка клялась, что не будет использовать погодные башни в немирных целях, но всем было ясно — рано или поздно она нарушит обещание. Убийство Хомейдж стало для неё последней каплей. В данный момент она решила заняться мной лично, используя все свои «Люциферские» возможности.

Вид сгущающихся туч и множества вихрей был величественен и страшен, но не так как молния, ударившая в полуразрушенную многоэтажку рядом с нами. Молния обычно выбирает самую возвышенную цель и желательно, чтобы этот «громоотвод» был из железа.

Пока я и аликорн находимся среди зданий, мы в относительной безопасности, но на открытой местности Мелкопипка изжарит нас молниями. От торнадо можно укрыться лишь под землей, но у нас нет времени, чтобы искать подходящие подвалы или коллекторы. К тому же, прячась под землю, мы сами себя загоняем в ловушку. Может, если бы у нас было больше времени, то был бы найден менее глупый выход, но адреналин и приближающиеся вихри не способствовали осмысленным решениям.

Отчаянное положение требовало отчаянных мер. Говорят, что в аду лишь Люцифер может тебе помочь, однако местный Люцифер относился ко мне крайне враждебно. Значит ли это что те, кто ему противостоят, являются ангелами? Та, кто меня вынесла из башни, была крылата как ангел, хотя и являлась паскудой ещё той. Кем она была до того как стала аликорном, получив крылья? Не знаю как там, у ангелов, но людей окрыляет страх.

— Нужно подняться на границу «внешних небес», — аликорн смотрит недоумённо. — Дарительница не может контролировать погоду на высоте выше погодных башен. Ты ведь можешь нас туда поднять?

— Нести тебя очень тяжело. Забраться на такую высоту с тобой на спине вряд ли получиться, а если и нет, то нам всё равно не преодолеть облачный барьер из грозовых туч, — выводы аликорна были логичны и неутешительны.

— Есть идеи получше? – спрашивая, я надеялся, что синяя и вправду что-то предложит.

— Нет, но залезай, — после сказанного аликорн нагнулась, приглашая меня к себе на спину — я принял приглашение.

— *Покатай меня, большая черепаха, — ситуация была хуже некуда, а если не шутить то вообще капец.

Я представил, как нелепо смотрится моя туша (в оранжевом комбинезоне мойщика окон) на спине у синей. Хоть аликорн и крупнее обычных копытных, но мы были примерно одного роста. В целом — габаритами я её даже немного превосходил. С другой стороны, транспортировка «Бурана» на спине у ВТ-Т «Атлант» тоже смотрелась нелепо.

Перед тем как начать движение мы быстро обсудили условные (тычки) сигналы: поворотов, спуска и набора высоты, используя которые, я буду управлять полётом. Аликорн не стала возражать.

Далее синяя, разогнавшись, прыгнула, расправив крылья. Площадь её махалок была слишком малой чтобы держаться в воздухе, но в мире магии это считалось условностью. Тем не менее, интервал между взмахами был довольно короткий, и брюхом я ощущал, как сильно ей приходилось напрягаться. Помимо физического напряжения нельзя было не учитывать психическое.

Вид множества вихрей и звуки грома оказывали серьёзное психическое воздействие. Как будто этого было мало, из золотистого КПК на ноге аликорна послышался какой-то "**болгарский хор". Данная композиция очень подходила к тому, что происходило вокруг — по моему скромному мнению. Судя по тому, что аликорн не стала выключать радио, она разделяла моё мнение.

На бреющем полёте, между многоэтажками, аликорн быстро набирала скорость. Шум приближающегося вихря был хорошим мотиватором – «бразильская система». Я же, стараясь не оглядываться, управлял полётом. Полёт проходил на небольшой высоте, над шоссе с рядами зданий по бокам.

Хотя я не оглядывался, но по гулу понимал, что вихрь скоро нас догонит. Чтобы избежать этого, я, заметив перекресток, произвёл резкий поворот налево. Манёвр оказался удачным – вихрь не мог также резко маневрировать и прошёл по ходу движения. Однако опасность не миновала – прямо нам навстречу двигалось другое торнадо. Видя поворот направо, сделал вывод, что мы можем не успеть, и «пришпорил лошадь». И без того частое махание крыльями ещё более увеличилось, а вместе с этим возросла скорость. Благо, манёвр уклонения, аналогичный предыдущему, удался, но мы были на волосок от гибели. Видя справа стену из четырёх вихрей, мы совершили очередной поворот – хоть вихри движутся и быстрее нас, но всё же лучше, чтобы они были позади.

Помимо вихрей, опасность представляли многочисленные молнии, бившие в здания по бокам от нас. Сами молнии в нас не попадали, но при их попадании в здания от них отваливались многочисленные обломки. Некоторые из них были довольно больших размеров и, падая на нашем пути, создавали импровизированные баррикады. Большинство из них мы облетали мимо, некоторые обходили сверху, но если такой обломок упадёт прямо на нас, то наша судьба будет незавидной.

В процессе полёта я пожалел, что не взял с собой очки мойщика окон – они бы сейчас очень пригодились. Однако и без очков различал вдали столб зелёного пламени. Я вспомнил последствия удара «Селестии Один» по крепости (Пентагону) «Железных вёдер» – прошло столько времени, а пожар всё ещё не потух. Также заметил, как несколько вихрей, пройдя через зелёное пламя, превратились из обычных торнадо в огненные. Хоть в получившихся зелёных вихрях и нет акул, но если нас в один из них затянет, то шансы выжить будут даже меньше чем в лаве вулкана.

Желая держаться от них подальше, я развернул аликорна на девяносто градусов. Проблема в том, что мы вылетели на местность с низкой застройкой – теперь молнии представляли большую опасность. То, что мы не поджарились, обеспечивалось лишь тем, что мы летели низко (будто скрывались от радара) и множеством фонарных столбов, работавших как громоотводы.

Однако мы не могли долго испытывать судьбу. В попытке нас убить Мелкопипка не считалась с «побочным ущербом». Мной было замечено множество копытных что, борясь с ветром, пытались укрыться в зданиях. В воздухе тоже было «жарко». Иногда встречались горелые трупы крылатых, лежащие на земле, один из пегасов в тянул за собой горящий фургон, а прямо по нашему курсу, в зависший конвертоплан, ударила молния. Взорвавшись, винт конвертоплана пролетел справа, буквально в метре от нас.

Ситуация казалась безнадежной. Если бы мы укрылись в подвале здания, то этот подвал стал бы нашей ловушкой, но, удирая через улицы, мы поняли, что ловушкой являлся весь город. Если нам удастся каким-то чудом прорваться через вихри, то всё равно погибнем от ударов молний. Тем не менее, инстинкт самосохранения и страх не позволяли остановиться и поднять лапы кверху. Может, мне и суждено погибнуть дважды, но я продлю свою жизнь хотя бы на секунды.

По факту эти секунды начинали подходить к концу – огненные торнадо стали подходить совсем близко. Видя один из таких прямо по курсу, я резко повернул аликорна налево. Теперь на пути нашего полёта был другой вихрь – то, что он был не огненный, являлось слабым утешением. Не желая в него попадать, мы, пролетев под падающим краном, влетели на территорию крупной стройки. Аликорн, собрав все свои силы, набрала максимальную высоту и пролетела через леса в дыру в стене здания. Далее она, галопом скача через стройматериалы, побежала к другой стороне, к бреши в стене – оставаться в здании мы не собирались.

Далее последовал прыжок, похожий на тот, который мы совершили с балкона башни Тенпони. Показалось, что теперь наше положение немного улучшилось. Мы выбрались из той «коробочки», в которую нас попытались загнать, и большая часть вихрей была позади. Оптимизм был слабо обоснован и вид зарождающегося вихря это подчёркивал — то, что этот вихрь располагался прямо над нами, ставил в этой истории большую точку.

Торнадо зарождался неестественно быстро, и аликорн не сумела вовремя из него выбраться. Вскоре полёт стал неуправляемым — нас закрутило. Крутясь в этой адской карусели, единственное, что я мог делать — это только крепко держаться за аликорна. Та же всё ещё продолжала отчаянно махать крыльями. Вскоре у неё получилось стабилизировать положение, но не вырваться из стены вихря. Долго оставаться в живых в таком положении мы не могли – многочисленные обломки разных габаритов, крутясь вместе с нами, не добавляли оптимизма.

Однако там, где я видел угрозу, аликорн увидела шанс на спасение. Заметив один из крупных обломков здания, летящий на другой стороне воронки, аликорн применила магию. Ярко светя рогом, она начала притягивать обломок телекинезом. Однако так как обломок был гораздо тяжелее нас, то эффект был другой – мы стали притягиваться к обломку. Притягиваясь к этому «якорю», аликорну удалось вытащить нас из «стены торнадо» в его центр (глаз). Далее аликорн (наверное, инстинктивно) полетела вертикально вверх – на свет звёзд.

Я смутно понимал природу обычных торнадо (не говоря уже о магических), но, похоже, в центре воронки у аликорна появилась дополнительная «подъёмная сила». Пользуясь возможностью, аликорн полетела вертикально вверх. Полёт по этому «тоннелю» мне показался неестественно долгим, хотя мы двигались довольно быстро. По крайней мере, из воронки мы вылетели в стиле «пробки от шампанского». Хоть я и боялся высоты, но всё же решил обернуться. Вид слияния «нашего» торнадо с огненным, лучше всяких слов, говорил о том, что мы выбрались в последнюю секунду. Тем не менее, данное решение Мелкопипки нам помогло – поток нагретого воздуха обеспечил дополнительную подъёмную силу.

Поднявшись повыше, я невольно полюбовался вечерним, штормовым, пейзажем. Из этой картины выбивалась лишь высокая бетонная башня, с которой контролировалось всё происходящее. Быстро все обдумав, развернул аликорна в сторону этого элемента климатического оружия и прокричал ей в ухо: «К башне! Совершим посадку на её вершине!». Та послушно развернулась и, экономя силы, направилась в нужном направлении.

Нам обоим было очевидно что, забравшись на такую высоту, мы не сможем долго её удерживать и тем более не сможем выйти за пределы контролируемой погоды. Решив совершить посадку на башне, мы, по сути, загоняли себя в ловушку, но в этом случае у нас появится время отдохнуть и придумать новый план. Мелкопипка наверняка считает, что мы мертвы, а так как она не может следить за тем, что происходит выше «Проекта Одного Пегаса», то вершина погодной башни — относительно безопасное место.

В процессе полёта я думал о том: как мы сможем покинуть данную вершину незаметно. Было очевидно, что это делать нужно по воздуху, но аликорн не сможет долго меня нести, сохраняя высоту. Думая о местных технологиях мне вспомнились воздушные корабли пегасов, летающие за счёт облаков. Аликорны могут ходить по облакам также как пегасы, и если аликорн ляжет на облако, а я на неё, то синяя крылорожка сможет летать, экономя силы. Теперь появился другой вопрос – где взять подходящее облако?

От мыслей меня отвлёк звук мощного взрыва. Звук шёл снизу – от основания погодной башни. Через секунду башня стала покрываться трещинами и заваливаться как срубленное дерево. Звук удара о землю этой бетонной конструкции был даже громче взрыва, что её опрокинул. Произойди это событие немного раньше, оно было бы для нас благом, но сейчас прямо под нами множество вихрей и грозовых туч — некуда приземляться.

Все осознав, аликорн прекратила снижение и направилась к границе грозовых туч – подальше от вихрей, от башни Тенпони и вообще от города. Были серьёзные опасения, что у синей просто не хватит сил, но ей удалось дотащить меня за территорию уже неуправляемого шторма. После аликорн в стиле планера (не махая крыльями) начала снижение к какому-то полю. Посадка была умеренно жёсткая. Упав на землю, аликорн некоторое время даже не пыталась подняться – усталость брала верх.

Я решил, наконец, слезть с неё. Если бы кто-то со стороны увидел, как я лежу на ней, то подумал бы, что мы совсем потеряли стыд. Осторожно вставая на ноги, понял, что последствия забивания гвоздей уже начали заживать, однако зад всё ещё болел. Регенерация у меня и впрямь сильно ускоренная — через некоторое время будет не так больно.

— Даже сейчас с трудом верится, что мы спаслись, — отдышавшись, аликорн подала голос. — Надеюсь, мне не придётся повторять произошедшее – я не создана для таких нагрузок и виражей.

— Погодная башня рухнула, — я говорил, помогая синей подняться. — У тебя есть этому объяснение?

— Я думала — это устроили твои друзья.

— Я не верю в дружбу, и если бы у нас была возможность снести эту башню, то мы бы это уже давно сделали.

— Тогда у меня нет никаких объяснений.

— Ладно, потом разберёмся. Открой карту на своём КПК, — аликорн смотрит недоумённо. — То есть Пипбаке — я укажу точку эвакуации.

— Эвакуации? Ты собираешься вернуться к мятежникам и хочешь, чтобы я пошла с тобой? – даже в ночной темноте было видно, как у неё расширились зрачки.

— Да, почему нет?

Ничего не ответив, аликорн открыла карту. Далее я указал на карте точку эвакуации. Путь туда неблизкий, но, если по пути ничего не случится, то уже к утру будем на месте. Предлагать аликорну снова подняться в воздух со мной на спине, по понятным причинам, не стал. Конечно, мы всё ещё находились на вражеской территории, но так как небо было ясным, и нас не преследовали, то можно считать, что мы в относительной безопасности. Может, сейчас было не самое подходящее время для разговоров, но данная ночь обещала быть без сюрпризов, да и в пути надо было, как-то скоротать время. Начать разговор решил с уже ранее заданного аликорну вопроса, о её имени.

— Теперь нас не подслушивают. Может, представишься.

Немного помявшись синяя ответила:

— Не уверена, могу ли ещё называться этим именем, но себя я называю Беатрикс Луламун. Можешь звать меня Трикси.

* — Говорит на русском

** — https://www.youtube.com/watch?v=0F7BYZ5KGTw

## Не теряя шанса - Дружественный огонь

— Это имя мне знакомо. В книге мелкой лесбиянки упоминалась помощница министерки с таким именем. Она упала в чан с каким-то биоматериалом, и после этого превратилась в мутанта-псионика создававшего аликорнов.

— Да, это так. Это были самые долгие и самые мерзкие годы моей жизни.

— Так Пипка взорвала этого псионика «атомной бомбой».

— Тоже правда. И я ей за это благодарна.

— Что-то не сходится. Трикси, или как она себя называла – Богиня, должна быть мертва, разобрана на атомы.

— Поэтому я и говорю, что не знаю — могу ли я называться этим именем. Давай попробую всё объяснить по порядку. Всё дело в ней, — аликорн магией достала жуткого вида книгу.

— Это что за «Некрономикон»? — книжка была немного похожа на артефакт из фильма про зловещих мертвецов.

— Некрономикон? Вообще-то её называли — Чёрная книга. Этот артефакт был захвачен у зебр ещё до падения бомб. Литлпип считала, что «жар бомба» уничтожила книгу, так же как и меня, то есть Богиню, но она ошибалась. Магическая энергия от бомбы зебр только увеличила её силу.

— Какая может быть сила у этой кожистой макулатуры?

— Эй! Прояви уважение. Так же как твоя душа заточена в теле этого земного пони, так и в книге заточена душа зебры алхимика. К сожалению, эта душа не может общаться со мной напрямую, но я могу распознавать её эмоции, желания, а иногда и некоторые слова. Когда Литлпип взорвала бомбу, книга впитала в себя часть магической энергии от взрыва и использовала её для того чтобы перенести различные сознания Богини в тела аликорнов Единства. Точнее, только сознание Трикси – перенос остальных, и Твайлайт Спаркл в частности, были лишь побочным эффектом, который через некоторое время развеялся.

— Звучит как бред сумасшедшей, если бы я сам не был призван из мертвых, то не поверил бы.

— Тогда ты должен понимать, что я чувствовала, очнувшись в теле аликорна с кьютимаркой, лежащей в канаве. Когда ощущение шока прошло, ему на смену пришел, тогда непонятный, зов. Это было очень странное ощущение, которому я не могла, да и не хотела сопротивляться. Зов привёл меня к воронке от взрыва «жар бомбы» на месте комплекса Мэрипони, но когда я приблизилась к нему, то увидела лишь пустоту. Осознав, откуда исходит зов, я поняла, что придётся приступить к раскопкам. Копать по ночам, используя маскирующее заклинание, — на этом моменте Трикси продемонстрировала это заклинание, став прозрачной, — было непросто, но, к счастью, Сады Эквестрии тогда ещё не работали, так что я была полна магической энергии. Моё удивление было сравнимо с пробуждением в теле аликорна, когда я увидела «Чёрную Книгу». Я поняла, что именно из неё исходил зов, и это она перенесла моё сознание.

— Давай угадаю — в этой книге было написано, как переносить сознания мёртвых людей.

— В том то и дело что нет. В книге указано множество заклинаний, в том числе и для переноса души, но там нет ни одного упоминания о людях. До падения бомб, министерская кобылка — Рарити, пыталась с помощью этой книги переносить части души в различные неодушевленные предметы (броня и прочее), чтобы придать им свойства неуязвимости, но она ничего не знала о заклинании призыва, что я использовала, призвав тебя.

— Ближе к делу. Как ты меня призвала?

— Душа зебры, что была заключена в книге, пыталась со мной говорить, но даже моего столетнего псионического опыта «Богини» было недостаточно, чтобы понимать, о чём со мной говорят. Однако я никуда не торопилась и спустя годы всё же поняла, что книга имела ввиду. За всё это время она была прочитана мной от корки до корки. Большая часть заклинаний была бесполезна, другая часть слишком сложна, но некоторые, такие как «кровяной меч», оказались легки в освоении. Тем не менее, книга упорно пыталась мне поведать об особо секретном заклинании призыва душ из другого мира — так называемых людей. Тогда я сложно понимала, о ком и о чём идёт речь. Я всегда думала, что существует только один – наш мир, и ничего не слышала о людях, но всё же решила последовать советам и инструкциям книги.

— И книга посоветовала тебе использовать призываемого как марионетку? Для каких целей?

— Всё так. Прости — мне, правда, жаль. Я собиралась использовать тебя для борьбы с НКР, но в особенности с аликорнами Последователей. Также, в своих мечтах, я желала смерти Литлпип и её друзьям. Может я и благодарна Литлпип за то, что она убила Богиню, освободив моё сознание из тела мерзкого мутанта, но, заполучив контроль над погодой, Литлпип стала ничем не лучше той твари, которой я когда-то являлась. Также есть и личный мотив. Литлпип в разных смыслах убивала меня множество раз: запирала в шаре памяти, сбрасывала на меня железнодорожный вагон, подрывала «жар-яйцом» и так далее. Мне бы очень хотелось, чтобы сама Литлпип умерла по-настоящему.

— То, почему ты ненавидишь Пипку – понятно, но аликорны тебе чем не угодили? Ты, вроде как, сама одна из них.

— Я не аликорн и никогда не состояла в рядах Последователей. Как ты — человек в теле земного пони, так и я — единорог в теле аликорна. Все так называемые аликорны являются мерзкими, искусственно созданными тварями. Мне противно осознавать, что я напрямую виновна в их появлении, и то, что спасла многих из них от взрыва «жар-бомбы». Какое-то время я тешила себя надеждами, что раз они не способны размножаться, а «Чёрная Книга» что могла это изменить у меня, то они рано или поздно вымрут — это было глупо. Друзья Дарительницы быстро нашли рецепт какого-то зелья, от которого аликорны меняют свой пол. Хоть им долгое время не удавалось обрюхатиться, но несколько лет назад Хомейдж сообщила новость, что одному аликорну Последователей удалось родить здоровую кобылку с рогом и крыльями. После услышанного я решила действовать – но что я могу в одиночку? Предложение Чёрной Книги о призыве управляемой души из другого мира звучало как реальный шанс. Пора заканчивать с сольными выступлениями.

— И скольких ты собиралась призвать?

— Столько, сколько нужно, но не всё так просто. Данное заклинание чрезвычайно сложное, к тому же оно, по факту, одноразовое.

— Это как? – действительно, как заклинание может быть одноразовым?

— У меня ушли годы, чтобы понять, как его воспроизвести. И когда после «сотен» неудачных попыток поняла, что оно сработало, я осознала, что заклятие использовало окружающее поле особой, «тёмной магии». Должно пройти десятилетие, чтобы оно восстановилось.

— И ты собираешься ждать восстановления.

— Раньше собиралась, но теперь уже неуверенна. Думаю, тебе виднее – нужно ли продолжать призывы.

— Не нужно.

— Серьёзно? Я думала, что в будущем тебе будет интересно встретится со своими эмм… соплеменниками.

— Может и интересно, но меня смущает моральная сторона. Мёртвые должны оставаться мёртвыми, и тем более они не должны возвращаться к жизни в теле разумных копытных.

— У тебя странная мораль. Ты вообще довольно странный, если не знать что ты не пони. Кстати – может, назовешь своё имя.

— Я его не помню, но все меня называют Грей Стоун.

Говорить своё настоящее имя я не собирался, опасаясь, что оно будет использовано в ещё какой-либо кодовой фразе. Останусь пока «Сергеем Каменевым».

— Серьёзно? Не помнишь? Конечно, колдуя заклинание, я могла что-то напутать, но вроде всё прошло правильно, и твой перенос не должен был произойти в ущерб воспоминаниям.

— Если ты не знаешь, то, попав в этот мир, я очнулся в психушке, прикованный к койке ремнями. После мне провели операцию на мозге, без наркоза. Может, я бы и полностью помнил свою жизнь, но проникновение ножа в лобные доли мозга не прошло без последствий, — вообще-то у меня плохо получалось врать, но, похоже, аликорн поверила моей безэмоциональной речи.

— Прости, когда компас привёл меня к психушке, я подумала, что призыв прошёл неудачно. Если бы я точно знала, как работает это заклятие, то может, попыталась бы тебя вытащить.

— Компас? На меня указывает компас?

— Теперь не указывает. Дело в том, что вариант, в кого вселится призываемая душа, хаотичен и непредсказуем. Книга посоветовала использовать одно из зебринских поисковых заклинаний, основанных на «магии крови», также как "кровяной меч". Как и другие эффекты от призыва, данное заклинание развеялось, когда ты всё осознал.

Как кровь может быть связана с компасом? Решив, что это выше моего понимания, я продолжил задавать вопросы.

— Фразы, что мы сказали при встрече, про «старые вещи» и «старого друга» тоже были кодовыми?

— Да были, и я не стану говорить, что должно было произойти после их произнесения, — после она посмотрела на меня с самым серьёзным выражением, после добавила. — Я серьёзно.

— Понятно. Способность проникать во сны ты тоже получила, прочитав книжку?

— Как ни странно, нет. Похоже, эту способность я получила с «генетической памятью». По сути все нынешние аликорны, и я вместе с ними, основаны на генах принцессы Луны, которая обладала данной способностью.

— То есть другие клоны тоже так могут?

— Не думаю. Если бы они и вправду так могли, то тогда мятежников, тебя, меня — уже давно бы нашли или свели с ума. Мои же пси-способности должны быть выше, чем у других аликорнов. Раньше я была Богиней.

— Всё же попрошу в мою голову больше не лезть.

— Теперь это не получится. Твоё осознание поломало все поисковые заклятия, и думаю, для мира снов не стало исключением. Хотя, — синяя выдержала паузу, — структура твоего сознания хоть и отличается, но думаю, что я смогу отыскать твои сны.

— Я серьёзно – не лезь мне в голову.

— Понятно – буду уважать твоё «личное пространство». По-честному — мне было страшно проникать к тебе в сон. Прошу не обижаться, но вы люди, самые странные и жуткие существа, что я, когда-либо видела, и, наверное, увижу. Высокие, стоящие на задних ногах, без шерсти с плоскими мордами, — Трикси скривила морду. — Впервые вас увидев, я была просто в шоке и не знала, как реагировать, а когда ты заметил меня, я, просто инстинктивно, в страхе, вернулась в реальный мир. Мне пришлось собрать всю свою волю, чтобы вновь попытаться поговорить с тобой. К счастью, во второй раз тебе не снилась толпа тебе подобных, да и я уже не стала считать вас такими уродливыми. Вы чем-то похожи на минотавров, только безрогие, более высокие и стройные – всё равно мерзко звучит. Похоже, вы это сами осознаёте и пытаетесь прятать свою внешность. Все люди, которых я видела в твоих снах, были целиком в одежде. Это нормально?

— Да – нормально. Это вы, копытные, демонстрируете всем свои жопометки и гениталии, не стесняясь. По мне, так у нас с этим всё гораздо лучше. Цивилизованные существа и выглядеть должны цивилизованно.

— Не думаю, что у вас лучше, но спорить не буду: разные цивилизации, разные миры, разные традиции, разная мораль.

— Мораль точно разная — наличие одежды тебе показалось странным, а убийца в маске не смутил — или это ты устроила сонную резню?

— Что?! Нет! Я никак непричастна к твоим сонным фантазиям, и увиденное меня ещё как смутило. Просто на фоне всего остального это казалось мелочью, к тому же, я повидала и пережила множество смертей.

— Если ты такая крутая, то зачем тебе понадобилась марионетка? Могла бы и сама расправится с Хомейдж.

— Спасибо за комплимент, но ты преувеличиваешь мои качества. Меня слишком много раз убивали, чтобы я позволила себе преувеличивать свои силы. К тому же, очнувшись в этом теле, я осознала, что забыла часть навыков.

— Серьёзно? Ты телепортируешься, используешь собственную кровь как оружие и стреляешь разрядами из своего отростка на башке, и это только то, что я видел.

— Пожалуй, ты видел практически все, что я умею. К примеру, навык щита аликорна для меня утерян. Тот магический щит, что у меня получается создать, может защитить только от брошенных камней, ну и ещё он гасит звуки – в шутку я его называю «колпак тишины». При проникновении в башню колпак очень помог, но в открытом бою он бесполезен. Что же до телепортации — то я могу перемещаться, только если совершенно точно представляю точку переноса, а лучше, если вижу её перед собой.

— Разве должно быть по-другому?

— Телепортация – крайне сложное и опасное заклинание. Будучи «Богиней», я распологала знаниями и навыками министерской кобылки Твайлайт Спаркл. Она владела этим заклинанием в совершенстве. Помимо осваивания заклинания твоего призыва, я пыталась вспомнить и повторить навыки Твайлайт. Скажу так — после одной из попыток переместится, я выкопала сама себя из-под земли. Риск ради этого навыка показался мне неоправданным. Теперь я использую это заклинание, только будучи точно уверенной, что не окажусь вмурованной в стену или ещё куда.

— Всё равно впечатляет. Ты бы и в одиночку могла шороху навести.

— И погибла бы при встрече с рейнджерами, наёмниками, последователями или ещё кем-либо. Даже имея знания всех аликорнов Единства — я проиграла. Ты же в первые дни победил лучшего стрелка пустоши и освободил заключённых Арбы. «Чёрная Книга» предупреждала, что у призываемого будет «необычное поведение», но ты превзошёл мои самые смелые ожидания.

— И, тем не менее, попал в плен к башенным иллюминатам. Что же до «лучшего стрелка пустоши» – Каламити был нашпигован электроникой. После того, как я швырнул в него ЭМИ гранату, справиться с этим летающим набором радиолюбителя было несложно. Кто следующий должен был погибнуть после твоей «вежливой» просьбы?

— Вельвет Ремеди и Ксенит должны были быть убиты первыми – это они виновны в том, что аликорны объединились и начали размножаться.

Мне вспомнились эти имена: Вельвет – лидер «Последователей Апокалипсиса». Ныне, чёрная (по цвету шкуры) вдова – Отем отпилил чайник (по наличию металла в черепе) её «особенному пони». Ксенит – зебра с навыками каратистки, создала зелье, от которого у аликорнов отрастает хрен.

— Если ты так сильно ненавидишь аликорнов, то эта Вельвет с полосатой должны были быть первыми.

— Да – должны, но мне надоела пропаганда Хомейдж — все её речи про светлую сторону. К тому же — будучи Богиней, мне приходилось читать мысли Литлпип, в том числе об её особенной пони. Книга Литлпип изобиловала описаниями того, как ей приходилось страдать и мечтать о ночи с Хомейдж – мне захотелось продолжить эти страдания и мечты. Судя по тому, что в попытке нас убить Дарительница разнесла пол Мейнхеттэна — удар пришелся «не в бровь, а в глаз».

— Понятно, книга что-то ещё говорила о людях?

— Общение между нами было крайне тяжёлым — его сложно назвать разговором. Книга предупреждала, что у призываемого будут: необычное поведение, аномальные магические особенности, может отсутствовать кьютимарка, возможно, будут тёмные глаза. Самих людей книга никак не описывала. Возможно, тот зебра алхимик сам не знал, как вы выглядите, но он точно знал, что принцессы знают о людях. Книга сказала, что «принцессы украли их тайны». Понятия не имею, что он имел в виду. У тебя есть на этот счёт догадки?

— Не знаю – на Земле много тайн, — вообще-то у меня была на этот счёт мысль, но я решил продолжить расспрос: — Если ты можешь проникать во сны, но разве ты не могла просто проникнуть в сон Пипки и «пошалить» с её разумом как Фредди Крюгер?

— Крюгер? Это персонаж вашей мифологии? – я кивнул. — Хоть я и могу проникать во сны, но у меня нет той силы, что была у принцессы Луны. К тому же Литлпип практически никогда не спит, будучи подключённой к «Проекту Одного Пегаса», и это не учитывая защитное поле, что окружает центр управления, питаемое магией Селестии, блокирующее даже ментальное проникновение.

— А Вельвет, Каламити, Гаудина и прочие?

— Многие из них спят без снов, к тому же я опасалась, что меня раскроют. Аликорны чувствуют присутствие друг друга, и если бы Последователи решили устроить на меня облаву, то я бы снова умерла – на этот раз окончательно.

— Ещё вопрос – ты знала, что Отем Лиф жив?

— Нет – для меня это было даже большей неожиданностью чем то, что призыв прошёл успешно. То, что вы оба, вернувшиеся из мёртвых, оказались в одном месте, было невероятным совпадением – мир и вправду тесен. Следя за вашими действиями, я бы подумала, что вы и вправду психи, если бы не ваша невероятная эффективность. Наблюдая за вами в момент побега из Арбы, я, находясь под впечатлением, чуть не выдала себя. Однако вид того, как вы скрывались в лесу от «Селестии Один», напомнил, насколько сильны наши враги.

— Наши? Ты действуешь не в одиночку?

— Теперь, когда мы вместе, нет — но тогда ещё были сильны старые привычки Богини думать и говорить «мы», называть себя «великой и могучей» и всё остальное.

— То есть «спецагент – Мятная» работает не на тебя?

— Спецагент — кто?

— Мятная – так она представилась, ещё она себя называет «Леди Удача», — Трикси смотрела на меня с недоумением: — Единорожка — кантерлотский гуль, в толстовке и джинсах, похожа на ваххабитку.

— Понятия не имею, о ком ты говоришь, и я не знаю, что значит ваххабитка.

— Пожалуй, тебе лучше не знать, но если увидишь Мятную сразу узнаешь. Только не стреляй, она своя. Однако не позволяй ей зайти к себе сзади, и ещё — её подкова может выделять какой-то усыпляющий газ.

Мы продолжали ночную прогулку к точке эвакуации, ведя разговоры на различные темы. Большая часть моих ран уже почти затянулась, только в задней части чувствовалась сильная боль. Пытаясь отвлечься от дискомфорта, я пытался поддерживать разговор. В основном говорила Трикси – я лишь задавал вопросы и внимательно слушал. Судя по тому, как аликорн охотно говорила — за долгие годы ей не хватало общения. Ночь была долгой, как и наш путь, Трикси даже успела, вкратце, рассказать историю своей долгой жизни.

До войны, когда ещё многие в Эквестрии даже не знали о зебрах, Трикси была бродячей артисткой – фокусницей-трюкачкой. Запрягаясь в передвижной дом-фургон, который к тому же являлся мобильной сценой, она перемещалась по всей Эквестрии, показывая пони свои «магические» выступления в городах. Хоть в своём сценическом образе она представляла себя как могущественную волшебницу, но по сути, её магические способности были немногим выше среднего единорога. Тем не менее, специальный реквизит, крупный рог и некоторые трюки создавали у пони впечатление, что Трикси и вправду сильный единорог. Всё изменилось, когда она прибыла в Понивиль. Чтобы создать у пони впечатление своей магичности, Трикси рассказала историю того как она спасла город Хуффвинтон от Большой Медведицы. История была вымышлена хоть и основывалась на реальном событии, но в то время не было современных средств коммуникации, и никто не мог проверить подлинность сказанного. Тем не менее, в первый же день, способности Трикси решили проверить некоторые Понивильские пони. Как потом выяснилось, это были друзья Твайлайт Спаркл. Трикси, хоть и не являлась сильной в магическом плане, но тогда ей удалось выставить будущих министерок в глупом виде. День тогда прошел как обычно, но ночью произошло непредвиденное – два местных детёныша, желая посмотреть, как Трикси укротит Большую Медведицу, выйдя в лес, пробрались в пещеру звёздных медведей. Их план сработал – медведица, погнавшись за ними, пришла в Понивиль. Артистка на полном серьёзе пыталась справиться с синей медведицей, но её фокусы оказались бесполезны против зверюги высотой с трёхэтажный дом. В итоге, город спасла Твайлайт Спаркл. Используя какое-то музыкальное заклинание, она усыпила зверя, а после, применив свой сильный телекинез, переместила её обратно в пещеру. Далее Твайлайт сказала, что это была не Большая, а Малая Медведица. После всего произошедшего у Трикси оставалось только одно решение – позорно убежать, тем более что, придя в город, медведица разрушила её фургон.

Далее для Трюкачки начались голодные времена. Сделав себе новый фургон, она пыталась, как раньше, колесить по городам, но никто не хотел смотреть её выступления. Как потом выяснилось, эта Твайлайт была ученицей местной богини – принцессы Селестии. Она регулярно писала ей письма о происходящих с ней событиях, и случай с Трикси не стал исключением. Принцесса разослала ориентировку на Трикси во все города Эквестрии, из-за чего Трюкачке отказывали в возможности устраивать выступления, да и пони больше не хотели смотреть её фокусы. На некоторое время Трикси отчаялась, но потом, собравшись, загорелась идеей мести Твайлайт, но для этого было серьёзное препятствие.

Понимая, что со своими фокусами у неё нет шансов против ученицы принцессы и по совместительству «элемента магии», Трикси решила усилить свои способности особым «Амулетом аликорна». Данный амулет можно было приобрести лишь в одном месте, и к тому же, он стоил очень больших денег. Трикси не воровка и собиралась приобрести этот амулет честным путём. Чтобы заработать нужную сумму она сменила множество работ, даже дробила камни на «каменной ферме», но когда нужная сумма была набрана, амулет уже был реквизирован Твайлайт Спаркл в Министерство Тайных Наук, на изучение. Тогда Трикси окончательно отчаялась. Для неё начались бессмысленные годы жизни. Деньги быстро кончились, и она осталась на улице. Так бы она и умерла под мостом, если бы о ней не вспомнила министерская кобылка Твайлайт. Будучи управляющей целого министерства, она предложила Трикси работать на неё. Трюкачка согласилась.

Сейчас Трикси сожалеет о своём выборе, но тогда выбор был очевиден – работа в министерстве или голодная смерть, однако у Твайлайт был план, после которого такая смерть уже не казалась чем-то плохим. Фиолетовая министерка разрабатывала технологию превращения обычных пони в аликорнов и Трикси ей понадобилась в качестве подопытной. Долгие годы Твайлайт была добра с Трикси, интересовалась её немногочисленными способностями (невидимостью и прочими), зарабатывая доверие, и всё для того чтобы она добровольно согласилась на осквернение самой природы пони.

Всё изменили внезапно упавшие бомбы зебр. От сотрясений мегазаклинаний Трикси случайно упала в один из чанов с биоматериалом для создания аликорнов. Воздействие столь большого количества этой жижи превратило Трикси в мерзкого мутанта псионика, способного создавать аликорнов. Помимо физических изменений, у неё сильно изменилась личность – от Трикси осталось только бахвальство. Опьянённая своими способностями, она назвала себя Богиней и стала одержима спасением рода пони через превращения их в аликорнов. Однако получившиеся аликорны были неспособны размножаться, да и псионические способности Богини были ограничены определённым расстоянием. Осознав эти проблемы, Богиня решила вступить в союз с Красным Глазом, ожидая, что он и работающий на него учёный доктор Глю, найдут способ решить её проблемы.

Ожидания оправдались – Красный Глаз нашёл способ решить демографическую проблему Богини, но он считал Богиню проблемой для себя. Чтобы от неё избавится красный земной киберпони и Мелкопипка разработали план по закладке неразорвавшейся бомбы зебр под комплекс Мэрипони. Богиня знала, что они что-то затевают, и решила ускорить начало переговоров с Анклавом, но было поздно. План Мелкопипки сработал, но он не учитывал особые свойства и планы Чёрной Книги.

Богиня умерла, но Трикси возродилась. Хотя теперь вместо сценического плаща и шляпы она носит балахон из мешковины, но у неё снова есть желание мести. Долгие годы она скрывалась, пыталась воспроизвести заклинание призыва, тренировала свои навыки, в том числе и телекинез. Мелкопипка в совершенстве освоила этот «простой» навык, используя его, она делала фантастические вещи, даже летать могла. Богиня же считала это заклинание простым и малополезным, только теперь Трикси отрицательно относится к решениям и идеям Богини. В этот раз она не допустит прежних ошибок, и не отступит от своих планов.

После рассказанной истории Трюкачка попросила меня рассказать историю моей жизни. Рассказывать мне было особо нечего — в сравнении с её жизнью, моя была короткой и скучной. Упомянул лишь то, что в своей реальной жизни не участвовал ни в каких вооружённых конфликтах, а то, что у меня в этом мире получалось успешно воевать, объяснил генетической памятью. Возможно, это было правдой – люди в своей истории много воевали, да и тот копытный, в теле которого я нахожусь, состоял в военизированной организации. Историю людей также не стал рассказывать, ссылаясь на её большую продолжительность, сложность и возможную недостоверность. Всю эту недосказанность я решил компенсировать подробным рассказом моих похождений после попадания в этот мир. Хоть Трикси и следила за мной почти с самого начала, но ей были неизвестны и интересны подробности периода после побега из Арбы. На моменте, где я убил Малую Медведицу, на синей морде аликорна появилась широкая улыбка. Она сказала, что я осуществил её давнюю, давно забытую мечту.

Также Трикси обратила моё внимание на трофейный золотистый КПК Лайфблума с красным камнем в виде креста, что был одет на её переднюю ногу. У меня в сумке лежит такой же, только с синим камнем в виде динамика, что я забрал у Хомейдж. Отем носит такой же, снятый с отпиленной ноги Каламити.

По словам аликорна эти КПК являются древними магическими артефактами, именуемые – Элементами Гармонии. Данные «элементы» раньше принадлежали министерским кобылкам, а ещё раньше принцессам аликорнам. Доподлинно неизвестно как они работают, но эти артефакты способны уравновешивать магическую структуру и «враждебны» к тёмной магии. Машина, именуемая Садами Эквестрии, что очистила Эквестрию от порчи и радиации, по сути, была лишь усилителем энергии этих артефактов. Однако сами «элементы» работают лишь, когда их носители удовлетворяют особым моральным качествам, и объединены дружбой. После услышанного я решил, что мы вряд ли сможем использовать эти артефакты, как оружие или источник энергии, но в нынешнем виде (КПК) они являются носителями информации — на Мстителе будут рады их изучить.

Вспомнив, что в эти КПК встроен радиоприёмник, я попросил Трикси его включить – было интересно что может сказать Литлпип после того как нас «убила». Однако в радиоэфире была тишина – в этом молчании лишь выделялась одинокая частота с частым пиканьем. Я был мало в ней заинтересован, думая, что это местная морзянка. Трикси также не поняла, что это за сигнал, и выключила радио.

Ночная прогулка, насыщенная разговорами, прошла быстро и незаметно. Солнце уже начало восход, и мы увидели нужное нам здание. Выглядело оно как мрачная, серая, трёхэтажная коробка, окружённая импровизированными баррикадами, также повсюду были воткнуты колья, как я понял — для отрезанных голов. Сейчас этот бывший лагерь рейдеров должен быть пуст (спасибо Каламити и Железным вёдрам), но выглядел всё равно мрачно. Пусть идти до него ещё довольно долго, но мы уже на финишной прямой. В данном здании должен быть схрон, отмеченный полосками — как в пещере звёздных медведей: с пайком, медикаментами, а главное радиопередатчиком. Включив этот радиомаяк, мы подадим запрос «Подстрекателю» на эвакуацию. Приближаясь к бывшему лагерю рейдеров, я уже предвкушал, как "брошу кости на койку, минут на шестьсот". С меня хватит «подвигов», «славы» и прочего экстрима. Однако, подходя к баррикадам, я ощутил знакомое чувство тревоги.

Решив не игнорировать данное ощущение осмотрелся по сторонам и заметил блик в окне на верхнем этаже здания. Время для меня как будто замедлилось но, к сожалению, я ничего не успел предпринять. Почти одновременно с появлением блика мной была замечена вспышка выстрела, за ней последовал знакомый звук гламурной винтовки Каламити. Даже в замедленном времени я не заметил летящей пули, но по свисту у уха понял, что целились не в меня. Далее время вернулось к обычной скорости, и я услышал крик боли лежащей на земле Трикси.

Видя, что аликорн не убита, но без сознания от шока, я взял её за зашкирок и потащил в сторону ближайшей баррикады – как ни странно, аликорн мне не показалась тяжёлой. Странно было то, что после прямого попадания на её балахоне была лишь крупная дыра без крови – пуля что её оставила успешно пробивала броню «Железных вёдер». От мысли меня отвлёк выстрел по нашему укрытию. Стрелок, хоть нас и не видел, но мог нас убить, просто стреляя на удачу — мощность винтовки позволяла пробить наше укрытие. Тоже решив действовать наудачу и взяв бластер Хомейдж, я произвёл четыре выстрела вслепую, из-за укрытия. Не знаю, на каком расстоянии действует система наведения, но сейчас бластер отказывался наводиться – в башне Тенпони мне даже прицеливаться не приходилось. Вражескому снайперу ничего не мешало целиться, а моя стрельба вслепую только послужила ориентиром. Следующий выстрел прошёл очень близко, а куски бетонной крошки больно ударили в глаза. Упав на землю, я начал отчаянно тереть глаза и моргать, чтобы убрать крошку – спустя несколько секунд зрение восстановилось, и я увидел попадание в землю недалеко от меня. Как будто этого было мало – надо мной просвистела автоматная очередь, судя по звуку и темпу стрельбы, из ППШ.

Отползая от воронки на месте попадания, я обдумывал своё положение, и выводы были неутешительны: моё нынешнее укрытие скоро будет расстреляно, если я попытаюсь его сменить, то буду расстрелян сам, у меня нет подходящего оружия против вражеских снайпера и автоматчика. Вывод — дело табак. Однако вывод напомнил мне то, как Трикси вытащила меня из башни. Конечно, она не курила, но бомбы, что бросала аликорн, испускали много дыма.

Вспомнив этот факт, набросился на лежащую без сознания аликорна с целью найти дымовухи. Распахнув её накидку-балахон, увидел, что под ней были надеты небольшая сумка под книгу и жилет со множеством карманов. Книга, выдержавшая мощнейший взрыв, предсказуемо, остановила пулю, но моя цель была в карманах жилетки. Найдя нужные карманы, я взял горсть небольших, тёмных, круглых гранат без чеки или иных средств детонации. Трикси просто бросала их себе под ноги или в сторону противника, после чего они раскалывались, испуская дым.

Подражая аликорну, я бросил одну гранату в стенку баррикады – из расколотого шарика предсказуемо повалил серый дым. После встав прямо, по человечески, бросил две гранаты в стороны, откуда по мне стреляли. Вражеский огонь на секунду затих, но потом возобновился — менее плотным, и неприцельным.

Пользуясь замешательством противника и пока не развеянной дымовой завесой, я, пригнувшись, побежал к бреши в стене здания. Мои надежды на то, что под дымовой завесой мне удастся застать противника врасплох, не оправдались – стоило только забежать в помещение, как в мою сторону затрещала автоматная очередь. Скрипя от боли зубами, я занял позицию за обломком бетонной стенки. Местные патроны имеют меньшую, в сравнении с земными, убойность, но всё равно — даже попадания по касательной очень болезненны, а ещё они оставили на моём оранжевом комбинезоне тёмно-красные полоски. Придётся вести бой хромая.

Тем не менее, адреналин притупил боль, и я, высунув над головой бластер, открыл огонь вслепую в сторону автоматчика. В этот раз бластер, как и в башне, начал наводится, и, судя по тому, куда вёл его ствол, противник пытался обойти меня с тыла. Сделав два слепых выстрела, я, кувырнувшись, покинул укрытие, надеясь поймать автоматчика в прицел. Однако, вместо ожидаемой цели, увидел лишь размытое, прозрачное пятно. Противник, использующий «камуфляж хищника», воспользовавшись моим замешательством, скрылся за нагромождением мусора. Мои действия были аналогичны за исключением дымовых гранат, брошенных в разные стороны. Теперь шансы справится с противником-невидимкой были не так безнадёжны – в густом дыму мы одинаково плохо видим, да и невидимку будет легче обнаружить по возмущениям дыма. Мои ожидания оправдались, только никак не помогли. Возмущения дыма были замечены слишком поздно – я не успел среагировать, прежде чем невидимка бросился в ближний бой.

Противник в камуфляже выбил у меня бластер, а после произвел по мне таран всем телом, отбросив к стенке. Больно ударившись затылком, я видел, как размытое пятно начало ко мне быстро приближаться, явно с агрессивными намерениями. Собрав все силы, я резко прыгнул в сторону противника, произведя, по прозрачному пятну, сокрушительный апперкот. Хотя в прозрачном силуэте было сложно различить голову, но противник был явно из копытных, и где у него голова было несложно догадаться. Отлетев назад, невидимка ещё две секунды стоял на ногах, шатаясь от сотрясения, прежде чем я зашёл ему сбоку и повалил на пол.

В процессе захвата я понял, что камуфляж противника обеспечивался стелс-накидкой, аналогичной той, что использовал Сулик при проникновении на базу сектантов. Желая увидеть морду того, с кем мне пришлось драться, я снял капюшон с невидимки и на секунду замер в недоумении, когда понял что под этим «Оренбургским Наноплатком» прятался знакомый мне гуль зебра. Честно говоря, мог и раньше догадаться – данный стелс-плащ был мне знаком, также как и «ППШ», что я сам помогал конструировать и собирать. Но чего я не могу понять так это – зачем Сулик решил устроить мне засаду? Хотя – почему он? Он действовал не один — поблизости находится вражеский снайпер.

На этой мысли я почувствовал слева сверху лёгкий ветерок, от которого дым вокруг начал резко возмущаться. Боковым зрением мной был замечен силуэт летящего пегаса, только силуэт двигался слишком быстро, чтобы я что-то успел предпринять. Вскоре зрительный контакт сменился физическим – меня отбросило в сторону от сильного удара. Второй противник решил не оставлять мне шанса, и набрав высоту под потолок, начал резкое пикирование прямо на меня. Время снова будто замедлилось. Лёжа на спине, я успел различить знакомую морду ржаво-коричневого пегаса вместе с которым сбегал из психушки и штурмовал тюрьму. Данный летающий копытный совершил жёсткую посадку мне на брюхо, а после нанёс мне удар в морду прикладом гламурной винтовки Каламити. Первый удар вызвал сотрясение, сопровождающееся дезориентацией в пространстве и медным вкусом во рту. После второго удара сотрясение было более серьёзным — я потерял сознание.

## Меченый камень

Дежавю – очень специфичное ощущение, особенно когда оно вызвано тем что ты связан, а голова болит так, будто на неё упал кирпич. Хоть я и не мог чётко видеть из-за красной пелены, но ясность ума всё ещё сохранял, и помнил, что недавно был в подобном положении. Тогда я был привязан к стулу, прикреплённому к полу. Сейчас же я сидел задом на полу, и был привязан спиной к какому-то бетонному столбу, и хоть в этот раз на моей морде не было мешка, но видимость всё равно стремилась к нулевой. Однако у ситуации был один положительный нюанс – шкурой я ощущал, что оранжевый комбинезон мойщика окон всё ещё на мне – капля мёда в бочке дёгтя.

Проморгавшись, я убрал красную пелену, и частично восстановленным зрением осмотрел затемнённое помещение: различные нагромождения мусора, пустые железные клетки, на стенах следы от пуль, взрывов и крови. В помещении довольно темно, но через бреши в потолке и стенах попадал свет, достаточный чтобы различать очертания. Вывод – я в том же здании, в котором Отем и Сулик устроили мне засаду.

В прошлом в этом здании был лагерь рейдеров (так здесь называют беспредельщиков) и Сулик сидел в одной из клеток. Сейчас же это должен был быть пункт эвакуации, с которого, по плану, меня и Соупа должны были забрать на Мститель. Хоть Соуп и погиб, но в целом операцию «Разбитый Циферблат» можно считать успешной, и приближаясь к зданию, я уже был в предвкушении от долгого отдыха. Вывод – никогда не расслабляйся и никому не доверяй. Похоже, ко второму выводу «мои друзья» пришли раньше.

Закончив с выводами, я решил начать выбираться из своего стеснённого положения. Хоть мои передние и задние конечности были связаны, да и на шее чувствовались веревки, но пасть оставалась свободной. Подавать голос я естественно не собирался, но если удастся расшевелится и ослабить веревки, то мог появиться шанс, дотянуться до них пастью, и перегрызть оставшимися зубами.

Примерно через минуту шевелений, со стороны спины послышалось мычание, я начал догадываться, кто издавал эти звуки. Желая визуально подтвердить свою догадку, повернул голову на звук, в левую сторону, и максимально вытянул шею, насколько позволяло положение. Догадка подтвердилась – с другой стороны столба находилась связанная Трюкачка, её положение было аналогичным моему (балахон был всё ещё при ней) за исключением блокиратора на роге и заклеенного рта. Я решил привлечь её внимание:

— *Старые вещи служат намного дольше, — говорить пытался как можно более спокойным голосом и не сразу заметил, что говорил на неуместном, родном языке.

Тем не менее, Трикси тут же прекратила мычание и повернула голову в мою сторону. Я увидел её испуганную морду и причину её страха и мычаний. Любой бы оказавшись на её месте, испытал непередаваемые эмоциональные ощущения, хотя должен признать – большая, зелёная, похожая на яблоко, граната в пасти, смотрелась очень иронично и органично, даже то, что она примотана чёрной изолентой, не портило впечатление. Вспомнив, что когда-то Трикси была фокусницей, я продолжил разговор:

— В твоих выступлениях были номера с освобождением от верёвок? Есть идеи как выбраться?

На мой вопрос Трюкачка осторожно помотала головой, вскоре я догадался о причине осторожности. Понимая, что раз вместо кляпа находится граната, то её чека должна быть к чему-то закреплена, я навёл резкость (прищурился) и заметил, что от кольца исходит нетолстый шнур. Чётко различить, куда этот шнур ведёт, в полумраке было сложно, но примерное направление вполне возможно. Основываясь на этой догадке, я уставился в определённую сторону надеясь различить во мраке тех, кто собирается дёрнуть за эту ниточку и хоть я их не видел, но понимал, что они там и следят за нами.

Наше положение было тревожным и неоднозначным. Неоднозначным потому что мы всё ещё живы, тревожным потому что мы связаны, а в пасти аликорна находится граната с шнуром на чеке. Если подумать, то их решение устроить засаду на точке эвакуации, и дальнейшее решение атаковать меня и аликорна было вполне объяснимо, но то, что мы всё ещё живы, говорило о том, что Отем и Сулик ещё не до конца убедились в моём «предательстве». Разумеется, подобных планов у меня не было, но то, что я возвращался без Соупа, в сопровождении аликорна — выглядело и впрямь подозрительно. Соуп был приставлен ко мне специально на случай предательства и то, что он мертв, усиливало подозрения, и это не учитывая то что, очнувшись, я обратился к аликорну по-русски.

Тем не менее, из нынешнего незавидного положения нужно выбираться «мирным» путём. Дело не столько в том, что «свои стреляли в своих» сколько в том, что даже если мне удастся освободиться и выжить после взрыва гранаты, то я всё равно не смогу сопротивляться из-за контузии и буду убит. С этой мыслью, смотря в сторону куда вела нитка и начал вести переговоры:

— Полковник, Полосатик – я знаю, что вы там! Операцию «Разбитый циферблат» можно считать успешной, – в ответ тишина, — Соска Дарительницы ликвидирована, и не только она, а «Селестия один» выведена из строя. Эвакуация прошла бы успешно, если бы вы нас не обстреляли.

В ответ последовала минутная тишина, в течение которой я пытался выпутаться из верёвок, мои попытки прервал голос Отема:

— Что с капитаном, и что это за тварь тебя сопровождает?

На несколько секунд я замолчал думая, какого капитана полковник имел ввиду, но быстро вспомнил, что Соуп служил в Анклаве в этом звании.

— Соуп погиб – это моя вина, но его убийца тоже мёртв.

— Он погиб с честью? Как это произошло?

— Ему всадили нож в глаз — это долгая история, но умирая, он продолжал сражаться.

— Давай угадаю — Соупа убил ты или аликорн!

— Ничего подобного. Его убил представитель «Общества Сумерек» по имени Лайфблум, но теперь он сам убит, и, как ни странно, не мной.

— Ты намекаешь, что Лайфблума убил аликорн?

— Разумеется.

— Получается, что Последователи действуют против Общества Сумерек – это невозможно. Я не поверю в эту чушь!

— Она не состоит в рядах Последователей.

— Аликорн не Последователь – это ещё больший бред.

— Тем не менее, это так – я сам был удивлен, когда она спасла меня прямо из допросной.

— Допросной? Тебя допрашивали?

— Да, и с пристрастием, но я не рассказал ничего ценного, — здесь я соврал.

— То есть тебя допрашивали, но аликорн тебя вытащила? Как вам удалось выбраться из башни и уйти от преследования? Вас ведь преследовали? – судя по саркастичному тону, речи Отем мне не верил.

— Ты что, радио не слушал?! Дарительница применила против нас климатическое оружие! Хватит хернёй маяться и развяжи нас! Я свой, я буржуинский, и на Мстителе напишу подробный отчёт.

— С этой красной мордой ты похож на Красного Глаза, но красноречием ему сильно уступаешь, — прошло столько времени, а моя морда всё ещё красная от крови, — Разумеется, я слушал радио и то, что ты убил Хомейдж. Но однажды я поверил Литлпип — ты ведь не думаешь, что я ей поверю во второй раз?

— Убив Хомейдж, я забрал её бластер и КПК, а аликорн сняла КП… то есть Пипбак с трупа Лайфблума. Ты ведь не думаешь, что их нам подарили?

— Нет – не думаю. Может, ты и не врешь, — говоря, Отем вышел на свет. — Сделаю вид, что тебе поверил, но помни – я знаю, что ты ведешь двойную игру, и мне это не нравится. Сделаем вид, что это последствия твоего сумасшествия, но советую быть со мной честным. Я готов простить многое, но предательства не потерплю.

— Честным? Я был с тобой честен с самого начала — еще, когда мы сбегали из психушки. Тогда ты сказал, что мне бы не помешала лоботомия.

— Когда сбегали, — пегас задумался, а потом продолжил, — Пожалуй, мне не нужно притворяться – ты и вправду псих. Только не понимаю – зачем аликорну тебе помогать? Кстати – как её зовут?

— Мне она представилась как Три…, — тут я замешкался вспомнив что Трюкачка не хотела говорить своё настоящее имя, — Тринити, — после сказанного в помещении на несколько секунд воцарилось гробовое молчание. Краем глаза я видел непередаваемое выражение морды Беатрикс Луламун. Вскоре пегас прервал тишину:

— Значит, Тринити. Похоже, ты нашёл себе сумасшедшую пару, впрочем, это объясняет, почему она тебе помогла. Чувствую, что после того как вы узнаете друг друга поближе, нам следует ждать появление новой троицы.

Пегас неудачно острил, ведь моя генетическая структура отличается от местных копытных (это выяснилось ещё на борту бывшего Громовержца), да и у аликорнов есть проблемы с размножением.

Закончив сарказмом болтологию, Отем достал нож и, держа его в пасти, направился в мою сторону. В этот момент у меня просто камень с души свалился, я даже улыбнулся во все целые и выбитые зубы, но ещё до того как пегас подошел вплотную из мрака послышался знакомый, хриплый голос гуля зебры:

— Полковник – ваше решение глупо и нелогично!

— Что? – нож в пасти не сильно мешал пегасу говорить.

— Он двойной агент — как Зекора. Может сейчас Грей и помогает нам, но параллельно он выполняет какое-то своё задание. В прошлом предательство Зекоры стоило жизни моей стране и народу. Если мы не будем учитывать этот факт, нас постигнет та же участь.

— Сулик, твоё мнение услышано, обдумано, принято к сведению – тем не менее, я принял решение, — пегас говорил максимально чётко.

— Оно ошибочно. Я ещё могу понять, почему вы решили дать шанс Грею, но смысл освобождения аликорна мне непонятен.

— Я старше по званию, а решения командования не обсуждаются, — судя по тону, Отем начал потихоньку беситься.

— Полковник – вы в зоне поражения гранаты. Отойдите на безопасную дистанцию, и я выну чеку, — параллельно с этим шнур начал натягиваться.

— Это десубординация! Не мешай действиям командования! Под трибунал пойдешь!

— Изначально я давал присягу Зебрике, а уже потом СНС!

— Зебрика уничтожена – ты сам всё видел. Сейчас я твой командир и отдал приказ – отпустить шнур от чеки!

— Вы сошли с ума! Аликорны это искусственные организмы, созданные для войны против зебр! В каждой из них есть часть «Посланницы звезд», а у этой даже была книга на древнем языке зебр!

Не знаю, к каким выводам пришёл этот гуль зебра, но если его срочно не успокоить, то последствия будут трагическими. Попытки пегаса нормализовать ситуацию, путём соблюдения субординации, были неэффективны. Видя и слыша происходящее, я решил вмешаться:

— Сулик, мы не в том положении чтобы следовать расовым стереотипам. Ты ведь сам подвергался гонениям из-за своих полосок. Чем аликорн хуже тебя?

— Я уже говорил – их создавали искусственно, чтобы убивать зебр, а у этой, как ты её назвал – Тринити, была книга на древнем языке.

— Ну, создали её искусственно – что тут такого? Людей тоже иногда в пробирках растят, — зря я это ляпнул, — Книжка тебе чем не понравилась? Что ты там прочитал?

— Прочитал? Я не настолько древний зебра, и не знаю этого языка, но понимаю — если у аликорна есть книга на древнем языке зебр, выдерживающая попадания из бронебойки, то это очень плохо.

— Может и так, но конкретно этот случай является исключением, пусть и подтверждающим правило. Я готов за неё поручится, а в случае если твои опасения подтвердятся — лично нажму на курок.

— Серьёзно?

— Честное пионерское. К тому же, если ты так сильно ненавидишь аликорнов то, вы точно подружитесь, а ещё она смогла прочесть эту книгу. Тебе ведь интересно узнать, что написали твои сооте… соплеменники?

Снова последовало короткое затишье. Хоть Отем и решил дать нам шанс, но Сулик ещё колебался. Если бы мои нервы могли натягиваться, то натяжение было бы гораздо сильнее, чем у «гранатного шнура». Не желая тянуть резину, пегас снова обратился к нашему прогнившему товарищу:

— Отпусти шнур и сделаем вид, что этого эпизода не было. Обещаю, что в этот раз за нарушение субординации тебе ничего не будет.

Через несколько секунд шнур провис, а я произвёл выдох нервного облегчения. Далее Отем принялся разрезать наши веревки, а Сулик занял позицию с ППШ, держа аликорна на прицеле. После того как мне разрезали верёвки я, взяв нож из пасти пегаса, разрезал изоленту и вынул гранату из пасти Трикси. Та, после того как прокашлялась, посмотрела на меня самым добрым взглядом. Тогда мне подумалось, что за время переговоров она успела поседеть, хотя у неё и так светлые волосы, так что вряд ли это утверждение можно проверить. После я поднёс нож, чтобы перерезать верёвку, сдерживающую её крылья, но Отем меня остановил:

— Не надо – блокиратор магии тоже оставим. Доставим её на Мститель, как пленника, — подозрительность пегаса была обоснована, я не стал возражать, хотя Трикси недовольно фыркнула как лошадь.

Далее Трикси по-кошачьи размяла спину (КПК Лайфблума всё это время был при ней) и обратилась к гулю:

— Книгу верни.

— Что? Эта книга написана зебрами, не знаю, откуда ты знаешь наш древний язык, но ты недостойна её читать, — похоже Сулик решил действовать по принципу: ни себе — ни «людям».

— Я не знаю ваш язык – это книга позволила мне «прикоснуться» к тайным знаниям.

— «Книга позволила» – что за бред?

— То, что она выдержала попадание из бронебойки, тебе не показалось бредом?

Как ни странно этот вопрос-аргумент подействовал – Полосатик отдал Трюкачке сумку с книжкой. Далее я поинтересовался, что вообще Отем и Сулик здесь делают и кто сейчас главный на Мстителе — пегас охотно ответил:

— Дестини сейчас главная, и не надо думать, что мы здесь только из-за подозрения к тебе.

— Дестини: та белая единорог, что меня зашивала — странный выбор. И какую операцию вы собирались проводить втайне от меня?

— У Дестини много талантов, а в небе любая работа мужская, что же до операции, то — я предполагал, что ты перебежчик и собираешься рассказать НКР об операции «Сломанный Коготь», поэтому решил перехватить тебя на точке эвакуации. Тем не менее, твоя идея использовать робота Спрайт-Бота, как носитель «жар-яиц», была довольно интересной. Я собирался реализовать её отдельно от основной операции, но Сулик предложил вместо «Разбитого Копыта» атаковать крепость рейнджеров, мотивируя это тем что, скорее всего, именно там освоили технологию производства «Жар-бомбы». Мне это показалось логичным – в конце концов командующей Когтей там может и не быть, да и ты говорил: «Атакуй с неожиданной стороны», — Отем спародировал мой акцент, — Такого с нашей стороны в НКР бы точно не ожидали.

В НКР, может, и не ожидали, но я, зная Отема, не удивился выбору цели — пегас вёл себя как стереотипный американский военный, а «Железные вёдра» разрабатывали оружие массового поражения. Однако сейчас крепость вёдер выглядит не такой крепкой. Я решил сообщить эту новость:

— Спешу сообщить – я и Соуп вас опередили.

— Не понял – говори конкретно.

— В башне Соупу удалось на время перехватить управление «Селестией Один» и атаковать базу рейнджеров.

— Да ты гонишь?! – на морде пегаса была гримаса удивления и восхищения.

— Я серьёзен как никогда. После попадания лазера, из бреши в здании повалил столб зелёного пламени.

— Пламени? Зелёного? – Сулик тоже решил высказаться. — Мои выводы подтвердились.

— Ну, теперь ведь они не смогут сделать бомбу? – задавая этот вопрос, я понимал, что он лишний. Отем тоже понимал и, не дожидаясь, когда мне ответят, высказал мне полуоскорбительный комплимент:

— Грей – ты резкий как понос. Если это подтвердится, то тебе памятник надо ставить, при жизни, — тут Отем опустил уши и изменил выражение морды на грустное. — А Соупу посмертно.

После мы втроём прошли на верхний этаж здания, где располагался передатчик для запроса эвакуации. Помимо самого передатчика, на этаже были четыре робота-шпиона, переделанные для проникновения на базу противника, и мобильный (похожий на толстый ноутбук) терминал для управления ими. На этаже Сулик вернул мне сумки, с которыми я сбегал из башни, а также передал автомат (АПМЗ), что мы сделали общими усилиями, и подсумок с магазинами к нему — похоже он не был чётко уверен в моём предательстве.

Далее Сулик, поставив передатчик (выглядит серый как железный ящик с антенной) на деревянный стол и одев наушники, принялся щёлкать переключателями. В процессе он недовольно скривил морду и обратился к Отему:

— Полковник, я засёк неизвестный сигнал. Он близко — очень близко, — после гуль протянул наушники пегасу. — Послушайте.

Пегас прислонил наушники к уху, послушав несколько секунд, он обратился к зебре:

— Есть предположение – что это?

Сулик немного подумав, ответил:

— Рискну предположить, что это радиомаяк. До войны, конкретно моя группа, не использовала ничего подобного, но на брифингах я слышал, что другие зебры диверсанты использовали маяки для наводки управляемых бомб.

После услышанного, Отем, отойдя от меня и Трикси, навёл на нас лазерную винтовку, закреплённую на боевом седле. Сулик также взялся за ППШ. Я, видя к чему идёт дело, не делая резких движений, начал переговоры:

— Вы разве нас не обыскали? У нас нет никаких маяков.

— Значит, обыскали плохо, или вы его хорошо спрятали, — Отем говорил максимально чётко, — Протащить радиомаяк на Мститель – умно. Ты не такой псих, каким я тебя считал.

Говорят, что от любви до ненависти один шаг, похоже, на доверие и паранойю это правило действует аналогично. Как ни странно, Сулик решил выступить в мою защиту:

— Полковник, скорее всего, Грей не предатель. Маяк у аликорна.

Аликорн же, понимая, что в её защиту могу выступить только я, да и то не факт, тоже решила высказаться:

— Вы что – сдурели?! Какой ещё маяк?! Где я его могу прятать?

Вообще-то у меня была мысль насчёт как минимум двух мест, где его можно было спрятать: либо он в КПК, либо в (пардон) «южном месте». Вот только Трикси убила Лайфблума и многих из «Общества Сумерек», к тому же она вытащила меня из башни, и летала со мной на спине через вихри и здания – всё это обеспечивало ей железное алиби. Тем не менее, это не отменяло факта, что кто-то из нас «меченный», и Отем, вместо того чтобы разбираться, может нас просто пристрелить. Первые переговоры прошли успешно, и я надеясь, что бомба попадёт дважды в одну воронку, снова вступил в диалог с пегасом:

— Всем успокоится – немного самоконтроля, — выдержав паузу, продолжил, — Я не предатель и уверен, что она, — указываю на аликорна, — не с НКР. Надо всё обдумать – возможно, нас пометили незаметно или маяк доставили сюда иным способом.

Тут со мной случился флэшбэк – мне вспомнился эпизод, когда я очнулся на стуле в допросной, а после, Лайфблум накинув мне на шею удавку, что-то вколол мне в место, где у меня нет метки, а после прижёг это место паяльником, проговорив: «Теперь не сбежишь». Также вспомнилось то, когда Трикси включив радио на КПК Лайфблума, поймала лишь морзянку. Тогда я не понял, что это было, но сейчас все эти события и то, что у меня до сих пор болит зад, обрели смысл.

— Кажется, я знаю, где радиомаяк, и он у меня, — все тут же переключили внимание с Трикси на меня, даже сама «Тринити».

— Ты шутишь? – аликорн была удивлена, — Если ты пытаешься меня защитить, то не стоило.

— Нет – не шучу. Позволь, проверю одно утверждение, — все в помещении замерли, — Включи радио на своём К… то есть Пипбаке.

Трикси осторожно потянулась к кнопке на КПК. Отем и Сулик взяли её и меня на мушку, ожидая какого либо «сюрприза», но после нажатия на кнопку из КПК послышалось лишь частое пиканье.

— Да – это сигнал маяка, — Сулик решил высказаться первым, — Маяк в Пипбаке. Аликорнам нельзя доверять.

— Я же сказал, что маяк у меня. Мне его всадили в башне, во время допроса. Выньте немедленно.

Далее я указал на место, в которое мне произвели укол. Отем же велел мне снять комбинезон и ложится на стол. Выполнив требования, я, смотря, как Сулик достаёт отвертку и нож, крепко зажмурился – сейчас будет больно.

Хоть за то время, что я провёл в этом мире, мне пришлось пережить множество ранений, но всё равно — ощущения того как во мне ковыряются отвёрткой были непередаваемы. Утешало то, что в этот раз это делают с моего согласия, и не грифон с ножом на хвосте. Примерно через пять минут позора, из моего зада извлекли предмет, похожий на пулю. Далее Трикси зажала рану, а Сулик собирался раздавить маяк копытом, но когда он уже начал давить на прибор, пегас, смотря на гуля недобрым взглядом, остановил его действие, а после высказал своё мнение:

— Это ты зря.

— Эмм… у вас есть план? – гуль был искренне удивлён.

— Разумеется — я собираюсь отомстить за смерть Соупа, точнее за его отряд. У меня уже созрел план, и какая ирония — действовать мы будем в стиле Хомейдж.

Не знаю, что за план созрел в ржавой башке пегаса, но с меня хватит всяких вендетт и боевых действий:

— Полковник – что бы вы ни задумывали, я в этом не участвую. Попрошу отправить Подстрекателю запрос на эвакуацию.

— Обоснуй свой запрос.

— За последнее время я участвовал в боевой операции в тылу врага, где работал без прикрытия, и даже занимался альпинизмом — я устал как физически, так и морально. В меня стреляли, меня пытали, пытались затянуть в воронку торнадо, а к финалу ты чуть не раскроил мне череп. Я обосновал запрос?

— Твои аргументы понятны, но на этот маяк придут те, кто всадили его тебе под шкуру – разве ты не хочешь с ними поквитаться?

— Конкретно те копытные уже мертвы.

— Тем не менее: на этот маяк, за тобой, кто-то придет, да и…, — пегас замешкался, — Почему я пытаюсь уговаривать? Ты всё ещё подозреваешься в шпионаже, и я не пристрелил тебя лишь из уважения и любопытства. Можешь сам решать: помогать или нет, но никакого запроса на эвакуацию, пока я не увижу и не уничтожу тех, кто придёт на сигнал этого маяка.

*-Говорит на русском

## Выжидательная позиция - Красная корона

«Действовать в стиле Хомейдж» – под этим пегас подразумевал бомбу с возможностью дистанционного подрыва. Однако в отличии от Хомейдж, использовавшей перегруженный бластер в качестве бомбы, он предложил использовать робота «Спрайт-бота», начинённого так называемым «жар-яйцом». Предложение показалось логичным – я помнил, с какой мощностью происходит подрыв этих малых, но мощных снарядов. Сулик захватил целый чемоданчик с этими боеприпасами, а бластер ещё мог пригодится.

В качестве приманки пегас предложил использовать тот радиомаяк, что мне всадили под шкуру. Также он саркастично заметил, что этот прибор можно было считать моей кьютимаркой. Я молча согласился – до момента, когда из меня извлекли прибор, у меня была «настоящая» жопометка.

Робота, начинённого взрывчаткой, и маяк мы решили оставить в здании. Сулик был рад этому решению – с этой бывшей базой рейдеров у него были неприятные воспоминания. На мой вопрос: «где тогда мы сами укроемся?», мне ответили, что вся Эквестрия испещрена множеством подземных ходов, соединяющих сколько бы крупные здания, и данное не было исключением.

В прошлом, когда упали бомбы, в этих ходах скрывались местные жители, и хоть данные ходы уцелели при взрывах, но они никак не защищали от радиации. Большинство гулей, что когда-то, толпами ходили по поверхности, были выжившими жителями.

Перед спуском я решил связать из веревок, которыми вместе с Трикси был привязан к столбу, импровизированную разгрузочную систему. Данная идея появилась не сразу, но вид Отема — в амуниции Каламити, Сулика — в комбинезоне с разгрузкой, вскоре натолкнули на мысль. Даже Трикси носила жилет, пусть он и был скрыт под балахоном — из всей нашей четвёрки у меня была самая неподходящая амуниция (оранжевый комбинезон и «велосипедные» сумки) и то, что Сулик, отстегнув от своей разгрузки, бросил мне шестисекционный подсумок с автоматными рожками, выглядело почти, как издевательство – как обувь безногому. Может, обвязывать себя верёвками ради одного подсумка было нерационально, но таскать его на спине было крайне неудобно, а доставать боеприпасы из «велосипедных» сумок ещё неудобней.

Закончив с сеткой-жилеткой, я, взяв у зебры изоленту и обломав несколько половых досок, соединил магазины в спарки. В процессе занятия «хэнд-мейдом» вспомнил все серии передачи «Пока все дома» и не сразу заметил, что товарищи следят за моими манипуляциями. Сулик смотрел с явным интересом, судя по морде пегаса, он относился к моим поделкам как к причудам сумасшествия, Трюкачка же скосила морду в брезгливости, но заметив обмотанный КПК полковника, дождалась, когда я освобожу изоленту, и перемотала свой золотистый прибор.

Их мнения меня не сильно интересовали, и после того, как я доложил о своей готовности, мы отправились в подвал здания. Там мы вышли к большой бетонной трубе с железным техническим люком. Далее Отем выстрелами из лазерной винтовки расплавил замок на двери, чтобы мы смогли войти.

Как я понял, эта труба строилась, как часть канализационной системы, однако продуктами жизнедеятельности там не пахло (выветрилось за сотни лет) – только гнилью. Это немного утешало, проблема в том, что немного. Часто во время боевых действий засадным группам приходится неделями ждать свою цель. Вряд ли мы будем ждать неделями, но даже после одного дня в этом месте придётся неделю отмываться, чтобы убрать въевшийся запах.

Однако пегаса все эти неудобства мало волновали, и, так как, формально, он был главным, то нам придётся потерпеть вместе с ним. Тем не менее, у всей ситуации был положительный нюанс – эти золотистые КПК обладали свойством записи местности. Пользуясь этой особенностью, пегас быстро облетел трубы и их ответвления, чтобы составить карту и распределить позиции над выходами на поверхность. Обсудив их распределение, мы решили их занимать непосредственно после появления противника, а до этого скучковатся в одной точке, для лучшей маскировки.

В процессе обсуждения «Тринити» выказала своё недовольство тем, что от неё требуют соблюдать маскировку, исполнять приказы и прочее, но при этом не собирались снимать блокиратор с её дрели, и развязывать крылья. Честно говоря, я хоть и не очень ей доверял, но снял бы блокиратор – в тёмной трубе её способности, как единорога, были бы полезны. Ещё когда мы прятались в пещере, мной было замечено, что палкоголовые могут использовать свой отросток как фонарик. Свет от экранов двух КПК был слабым, а, судя по размеру дрели Трикси, она может светить не хуже прожектора.

Тем не менее, несмотря на насущную ситуацию и понятное возмущение Трюкачки, я не встал на её защиту – Сулик всё время держал её под прицелом ППШ, и мне не хотелось стать ещё одной целью. Вообще, между всеми нами была атмосфера недоверия, и мне не хотелось её усиливать, так что пытался себя вести, как можно менее подозрительно.

Выбрав и заняв «точку ожидания», Сулик сменил своё внимание с аликорна и, поставив на дно трубы передатчик, с которого мы должны были вызвать «Подстрекатель», надев наушники, стал мониторить эфир. Отем поступил похожим образом – сев за терминал управления роботами шпионами, установил тех в отдалении от здания, но так, чтобы с их камер мы могли следить за происходящим. Далее пегас отключил у роботов их системы полёта и вооружения – как он сказал: «В таком виде они не отображаются на ЛУМе, а местность усеяна аналогичными, подбитыми рейдерами, роботами». Меня немного смутила эта странная особенность местных радаров, а также то, что, находясь под землёй, в бетонной трубе, мы получаем видеоканал практически без помех – в этом мире странные технологии. Смотря через плечо пегаса на экран, я поинтересовался – будет ли у данной операции пафосное название:

— Ты раньше придумывал названия для боевых операций – эта будет исключением?

— Об этом я не подумал. Спасибо за напоминание. Мы творим историю, и наши действия должны быть записаны в неё красиво, — после он ненадолго задумавшись, продолжил: — У тебя есть идеи?

— Здесь ты инициатор. Я вообще хотел эвакуироваться.

— И навёл бы на нас НКР. Пойми правильно — я уважаю тебя, и твои решения, но сейчас моя инициатива спасла: тебя, меня и всех на Мстителе.

— Тогда почему, когда опасность миновала, нам не эвакуироваться?

— Командование, в моём лице, приняло иное решение, и сейчас тебе оказана честь — дать название нашему очередному шагу. Придумай что-нибудь, только не слишком глупое – подумай о потомках.

Последовав совету «ржавого» копытного, я подумал о том — что обо мне, как о потомке, подумали бы предки. Почему-то вспомнились Москва, её история, и Красная Площадь. Основываясь на воспоминании — истории вторжения Наполеона (Москва спалённая пожаром – сгорела матушка, дотла) и вида Красной Площади высказал своё решение:

— Нарекаю действующую боевую операцию – Пылающий Мавзолей.

— Эмм… Почему «пылающий» понятно, — пегас был в лёгком ступоре от моего решения, и решил задать уточняющий вопрос: — А что такое — Мавзолей?

— Тебе лучше не знать, — говорил абсолютно честно. Я не настолько сумасшедший чтобы проводить копытному лекцию по истории России. Да и если бы провёл, то вряд ли англоговорящий копытный, проявил бы сентиментальность к пылающей Москве.

Однако наш разговор был прерван громким урчанием в моём животе, настолько громким, что на меня тут же обратили внимание. В процессе всего пережитого голод притупился, но сейчас это прозвучало как аварийная сигнализация. Товарищи решили помочь моей голодной проблеме и выложили передо мной на лист бумаги из сумки пегаса, свои запасы еды и воды. Лишь Сулик не стал ничего выкладывать, ссылаясь на то, что его еда заражена. Никогда бы не подумал, что мне придётся принимать пищу в канализационной трубе, но – голод не тётка. С момента прибытия в башню я ничего не ел, а мой самовосстанавливающийся организм требовал биоматериал.

В процессе приёма пищи всё думал – зачем Отем оставил командование "Мстителем" и решил лично провести диверсию? Конечно, в воинском мастерстве он превосходил средних копытных, но неужели Дестини была достойной заменой полковнику? Всё это странно – мне многое недоговаривают. Неужели на Мстителе вспыхнул мятеж – это вряд ли. И эта фраза пегаса – «У неё много талантов», готов поспорить, что мысленно он продолжил – «зря ты её отшил».

Погружённый в свои мысли, я не заметил, как сожрал и выпил абсолютно все запасы не зараженной еды и воды. Даже тот факт, что теперь у меня зубы с промежутками, несильно мешал. Вообще-то мне не за что себя упрекать, с моими особенностями и родом деятельности мне положено «молоко за вредность», но было бы логичней растянуть запасы на более долгий срок. Тем не менее, съеденного не вернуть, в удобоваримом виде, а за ощущением сытости последовало ощущение сонливости. Похоже, я опустился на дно во всех прямых и переносных смыслах, если даже спать вынужден в канализации, но пока на поверхности затишье – лучше воспользоваться этим тихим моментом. Выбрав более-менее негрязный участок, лёг прямо на бетон, и, по-кошачьи свернувшись, заснул.

Не знаю, сколько я продрых, но явно меньше чем требовал организм. Во всяком случае, перед приходом в сознание, Трюкачка сильно меня растолкала, а мои ранения ещё не успели затянуться. Нехотя просыпаясь и протерев глаза, я увидел, как Отем и Сулик, деля на двоих наушники, вслушиваются в эфир. Не дожидаясь приглашения (Третьим будешь?), я подошёл к «радистам» и, навострив уши, вслушался в голоса из наушников:

— Рэд Краун – это Катапульта 1-1. Мы в зоне прямой видимости. Сигнал чёткий — его источник в здании. Активности не наблюдаю. Вступить в прямой контакт?

— Роджер – Катапульта 1-1. В контакт не вступать. Держать цель в зоне видимости, но не дайте себя обнаружить. Дожидайтесь подкрепления.

Похоже «Катапульта 1-1» находилась в слепой зоне, по крайней мере, она не попала ни в один из объективов роботов шпионов. Однако пока всё шло по плану, прогноз Отема оправдался – на сигнал от моей жопометки прибыла разведгруппа, а скоро, вслед за ней, прибудет спецназ. Заминированное здание хорошо просматривается с установленных роботов, и его штурм не пройдёт для нас незамеченным. Как только «тухлые яйца» соберутся в одной корзине, Сулик взведёт детонатор.

Однако смотря на монитор терминала управления, я понял, что план пегаса стал давать трещину — на приманку клюнула слишком крупная рыба. Прибывшее подкрепление было очень многочисленным. Даже после мятежа в Арбе прибыли менее крупные силы, а сейчас здание окружали навскидку две роты наемников. Спешившись с БТРов, копытные, в силовой броне и без, выстроились цепью вокруг здания, а воздух кишмя кишел грифонами. Видя, к чему идёт дело, я, разбудив в себе «капитана очевидность» обратился, к пегасу:

— Полковник, похоже, вы недооценили масштабы погони за мной. Одного «жар-яйца» не хватит для ликвидации наёмников. У нас есть «план Б»?

— План Б? — пегас задумался, всем видом показывая, что данного плана не существовало, но сейчас он активно разрабатывается. — Одного мини мегазаклинания хватит чтобы разрушить здание, но недостаточно чтобы изжарить всех наёмников. К счастью, мы взяли с собой весь запас этих зебринских хлопушек. Сулик, — пегас обратился к гулю: — Мне нужен весь запас «жар-яиц». Я доставлю их в здание, пока Когти не начали штурм. В случае, если не успею, взводи детонатор. Суммирование энергии от взрыва множества должно быть достаточным, чтобы превратить окружающую местность в пепелище.

— План понятен, но мы окажемся в зоне поражения, — низкий голос зебры дрожал.

— Эти туннели в прошлом выдержали падение ваших бомб, — голос пегаса был твёрд. — Не думаю, что они обвалятся из-за «небольшого» взрыва.

— Небольшого?! Связка из «жар-яйиц» сдетонирует как мегазаклинание первого поколения.

— Есть идея получше, или ты надеешься перестрелять Когтей оставшимися патронами?

— Нет, но ваш план самоубийственен. С тем же успехом можно предложить спрятаться от мегазаклинания в холодильнике. Предлагаю отступить и скрыться в туннелях.

— Похоже, за сотни лет жизни, ты растерял не только ирокезную гриву, но и память. Я показывал карту туннелей – трубы оканчиваются обвалами.

Трикси и я, стоя, слушали перепалку копытных, мы оба сохраняли молчание, погружённые в свои мысли. Не знаю, о чём думала Трюкачка, но у меня начала появляться идея, как нам уберечься от обвала. Плохо то, что идея основывалась в основном на способностях аликорна, которые были мне мало известны, да и вообще, мне, как человеку, было сложно что-то продумывать, основываясь на магии. Тем не менее, я видел, как Трюкачка телепортируется и использует телекинез. Если мои выводы верны, то этого достаточно.

— Полковник, — все тут же затихли, — есть мнение, что нужно снять с эм… Тринити блокиратор.

— Поясни.

— Наш клонированная подруга обладает способностью к телепортации и телекинезу. Думаю, ей будет несложно доставить снаряды к детонатору и, покрыв нас телекинезным полем, защитить от обвала.

— Ты уверен, что ей можно доверять?

— В наши дни нельзя доверять даже себе.

— Неудачный сарказм, — пегас на секунду затих, а потом повернулся к аликорну:

— Ты сможешь сделать сказанное?

Снова под землёй образовалось затишье. Все обернулись к аликорну в балахоне. Та, задумавшись, ответила:

— Телепортировать заряды будет несложно, особенно когда есть картинка, но неуверенна, что мне удастся сдержать вес столь большого слоя земли.

— Ты же копия «Посланницы звёзд», — этот выпад со стороны гуля зебры был неожидан, — то есть, принцессы Луны. В теории ты способна даже двигать светила.

— Я не настолько удачная копия, а в телекинезе уступаю даже Дарительнице, но однажды мне пришлось оказаться похороненной заживо, тогда мне удалось выкопаться силой магии. Ничего не обещаю, но постараюсь. Снимайте блокиратор.

Пегас достал ключ от блокиратора и, держа его в пасти, подошёл к аликорну, та наклонилась, позволяя снять набалдашник со своего отростка. После недолгих манипуляций блокиратор со звоном упал на бетон. Трюкачка, не сдерживая улыбки, посветила отростком, проверяя его работу, а после буквально за секунду развязала верёвки, сдерживающие её махалки. После, Сулик, толи желая проверить способности аликорна, толи и вправду заботясь о нашей безопасности, высказал соображение:

— Обвали участок туннеля, — зебра говорил, указывая в сторону, откуда мы пришли.

— Зачем? – вопрос Трикси был коротким и понятным.

— При взрыве пламя может пройти прямо по туннелям – обвал может стать барьером. А в случае, если ничего не получится, то обвал может сбить наёмников с толку.

Следуя совету, Трюкачка, отчаянно светя отростком, обернула красной магической аурой верхний участок бетонного туннеля. В процессе она, скорчив морду, производила довольно неприличные звуки, но вскоре её усилия оправдались – старый бетон потрескался и обвалился вместе со слоем земли, подняв тучу пыли.

Далее Сулик, достав и открыв чемоданчик с «жар-яйцами», поставил его перед экраном терминала управления роботами. «Тринити», сев перед чемоданчиком и глядя в экран терминала, начала колдовать заклинание телепортации, но её отвлекла резкая активность в радио-эфире:

— Рэд Краун, говорит группа Коттонмауф 2-4. Группы Кобра и Питон переходят на позиции. Как слышите?

— Роджер, Коттонмауф. Группы подавления на позиции?

— Проверка завершена, Рэд Краун. Группы подавления и зачистки могут приступать.

— Роджер. Приготовиться к операции. Без приказа не стрелять.

Слушая, сквозь треск помех, переговоры наёмников, я не мог не отметить для себя их позывные. Рэд Краун – даже по названию понятно, что это их командный пункт, и судя по голосу с клёкотом, командует ими самка грифон. Впрочем, это было ожидаемо, неожиданным был новый участник радиопереговоров, и, судя по голосу, знакомому по местному радио, это была, не кто иная, как Вельвет Ремеди:

— Рэд Краун, это Соловей 1-1. Мы прибыли оказать поддержку. Не начинайте действовать до нашего появления.

— Соловей 1-1, мы не нуждаемся в помощи. Благодарю за желание помочь, но справимся сами.

— Рэд Краун, мы не сомневаемся, что справитесь, но полагаю, вы собираетесь атаковать без предложения сдаться. Кодекс Последователей не одобряет данные действия.

— Соловей 1-1, это частная операция компании Коготь! У нас свой Кодекс!

— Рэд Краун, ваши действия лишь сеют раскол в НКР — это то, чего хотят диссиденты. Если вы хотите победить, то должны позволить Последователям принять участие в операции.

— Соловей 1-1, могу позволить только на условиях моего полного командования.

— Рэд Краун, вы ведь вступите в переговоры?

— Соловей 1-1, командование не обязано рассказывать свои планы. Вы принимаете условия?

— Рэд Краун, мы согласны.

— Отлично. Разместите своих магов за рядом оцепления, прикройте его в случае огневого контакта, и уйдите с частоты.

Далее, смотря в экран, мы увидели, как к наёмникам присоединилось множество аликорнов. Среди них особо выделялись две зелёные твари, запряжённые в жёлтый, с крестом и бабочками, летающий фургон. Подобный фургон я видел ещё в лагере лесорубов, тогда в него был запряжён Каламити. Только этот был явно тяжело бронирован, и, судя по всему, Соловей 1-1, точнее Вельвет Ремеди, находится именно там. Я уже собирался высказать свою догадку, но меня прервали переговоры наёмников:

— Группам подавления, это Рэд Краун, действуем согласно плану «А». Начинаю обратный отсчет: пять, четыре, три, два, один, ноль. Огонь!

После соответствующей команды значительная часть копытных и грифонов открыли огонь по зданию. Стреляли длинными очередями, из стрелкового оружия, гранатомёты не использовали. Практически сразу после начала огня на подавление в радио-эфире появилась активность:

— Рэд Краун, вы должны были позволить нам начать переговоры!

— Решения командования не обсуждаются! Уйдите с частоты! Группам подавления — прекратить огонь!

— Рэд Краун, это Баллиста 1-4. Разрешите начать штурм.

— Баллиста 1-4, разрешаю.

Может в другой ситуации нам было бы интересно взглянуть на штурм, но в данный момент все смотрели на аликорна, колдующего заклинание телепортации. Её внимание было сосредоточенно на экране монитора, с изображением комнаты в здании, судя по трещине, одна из пуль повредила объектив робота. После пятисекундного затишья аликорн выстрелила из дрели в чемоданчик со снарядами. Тот моментально исчез и появился на изображении терминала вмурованным в пол.

— Вот поэтому я редко применяю это заклинание, — Трикси явно указывала на вмурованность.

— Неважно – всё получилось, — я подбодрил Трюкачку, — Теперь укрепи своды трубы.

Аликорн снова засветила отростком на башке, и над нами появилась красноватая магическая аура. Пегас, взглянув на неё и смахнув крылом пот со лба, достал детонатор ,после обратился к нам: «Приготовиться к подрыву. Начинаю обратный отчёт: пять, четыре, три, два, один, ноль».

## Стеклянное поле

Сказать, что грохот взрыва был оглушающим, это ничего не сказать. Даже находясь под землей, мы ощутили вибрацию от взрывной волны, а после того как встали на ноги, последствия звуковой. К счастью, после того как мы, зажав уши, прокричались, слух вернулся.

— Своды – тяжёлые! У меня сейчас рог «выгорит»! – Трюкачка решила первой подать голос. Судя по её тону и выражению морды, она не шутила.

— Люк там! – пегаса ещё шатало после взрыва, однако он решил сохранить свою роль как командующего. — На поверхность!

Быстро пробежав по трескающейся бетонной трубе, наша четвёрка оказалась под люком канализационного колодца. Пегас подлетел к люку и попытался его сдвинуть — неудачно. Далее он, в панике, начал отчаянно колотить эту круглую железку, но та не поддавалась.

— Люк оплавился и приварился к стенкам шахты, — хриплый голос гуля зебры дрожал, — Используй лазерную винтовку.

Ржаво-коричневый копытный понял, что имел ввиду наш полосатый друг и, спустившись, принялся расстреливать из винтовки края люка. Конечно, лазерная винтовка не очень хороший заменитель лазерного резака, но с данной нестандартной задачей справилась. Стрелять приходилось длинными очередями, и я опасался, что у винтовки просто не хватит батарей, но обошлось – полковник истратил почти весь свой боезапас, но смог расплавить края люка. Далее «Тринити» магией выбила люк и телепортировалась на поверхность.

Данная «честь» была оказана не столько из-за принципа «дамы вперёд» сколько из практических соображений – будучи копытными, мы были слабо приспособлены к лазанью. Для летающего пегаса не было проблемы подняться повыше, но не для меня и полосатика. К счастью, аликорну было несложно применить на гуле свой телекинез, как ни странно, Сулик не стал возражать, а вот вокруг меня магическая аура быстро затухала. Положение спас Отем бросивший верёвку. Я быстро намотал её на передние конечности и, крикнув: «*Тяни», ощутил подъём. Вскоре меня вытянули «на свежий воздух».

Поверхность встретила меня густым туманом едкого дыма, из-за которого не сразу оценил масштабы содеянного. До того, как начал осматриваться, вспомнил что у меня в сумке лежит респиратор мойщика окон, что я взял из башни. Обрадованный этим фактом, тут же нацепил этот намордник. В нём стало немного лучше. Продышавшись, невольно «залюбовался» пейзажем. В данный момент мне вспомнилась песня «**Туман над Янцзы» — неуместное воспоминание.

Кругом лежали горелые трупы наёмников, некоторые из них были в силовой броне и, судя по следам позади них, умерли они не сразу. Редкие тела аликорнов не сильно выделялись из пейзажа. Также в тумане различались «ржавые» силуэты БТРов, похоже, что их экипажи разделили участь обладателей брони.

Отойдя от первого впечатления, я осторожно начал движение и тут же услышал мерзкий треск у себя под ногами. Остановившись и присмотревшись к почве, заметил, что сейчас она будто ледяная только это был «обманчивый лёд». Температуры от взрыва связки «жар яиц» хватило не только чтобы оплавить канализационный люк, но и на то чтобы превратить окружающую площадь в стеклянное поле.

— Это уже слишком, — я выразил мысль вслух. Не скажу, что мне жалко преследовавших меня наёмников, и тем более грифонов, но окружающая действительность впечатлила меня в самом худшем смысле этого слова.

— Не говори, — голос пегаса дрожал.

— Что? – я переспросил. Неужели я не единственный кого шокировало увиденное.

— Закрой рот, — Сулик решил ответить вместо полковника, — Дым ядовитый.

— Говори за себя, — аликорн обратилась к зебре, с наслаждением вдыхая воздух, — Мне нравится аромат. Прямо как до войны, когда я экспериментировала с дымовыми бомбами.

Вообще-то, для гулей, как и для аликорнов, данный дым не должен быть ядовитым но, похоже, Сулик ещё не до конца смирился со своей «природой». Отем же, услышав про ядовитый дым, поднялся (невысоко) в воздух, где пары были в меньшей концентрации.

— *И дым отечества нам сладок и приятен, — я не удержался, чтобы не выразится, хотя вряд ли дым пылающей Москвы так же горчил.

— Все замолкли, — нашу болтологию прервал командный голос пегаса, — Мы не одни. На моём ЛУМе красные метки. Их много.

— Вступим в переговоры? – я задал риторический вопрос.

— Переговоры? Возможно. Хотя не думаю, что они будут успешными, — похоже, полковник не понял, что вопрос был риторический, — Всем рассредоточиться. Стрелять только по команде или в случае огневого контакта.

После сказанного наша небольшая группа тут же «рассыпалась». Трюкачка применила заклинание невидимости и тут же «растворилась» в тумане. Я и Сулик, заняли позиции за перевёрнутыми БТРами и привели оружие в боевое положение. В этот момент я заметил, что у этого БТРа люки были открыты – дурной знак. Полковник же, резко набрав высоту, прокричал в туман:

— Наёмники компании Коготь, с вами говорит командующий «Силами Народного Сопротивления» полковник Отем Лиф! Вы разбиты и окружены! Предлагаю сдаться и гарантирую вам жизнь! Попытка сопротивления лишь приведёт к вашей гибели! Сложите оружие и медленно выйдите на открытую местность, в противном случае ….

Договорить ему, было не суждено. То, что произошло, напомнило мне, как я сбил Каламити. Из тумана в сторону пегаса полетела граната без чеки. Судя по тому что «яблочко» разорвалось в воздухе, перед тем как её бросить выдержали небольшую задержку. К счастью, пегас предусмотрел подобный вариант и, кувырнувшись в сторону, выполнил манёвр уклонения. Судя по тому, что он не упал, взрывная волна, и осколки, не достигли своей цели.

Я же, высунувшись из укрытия по правое плечо, вглядывался в туман, но не видел цели, тем не менее был в адреналиновом предвкушении от будущего боя. В данный момент мысленно стукнул себя по лбу – в бой нужно идти «с холодной головой». После того, как остудил себе голову, я взглянул на своё оружие, так называемый АПМЗ.

Когда я и Сулик собирали этот автомат, я пытался сделать его подобием АКМ. На деле же получилось что-то похожее на Штурмгевер, обмотанный кабелями. Сейчас для данного оружия пройдёт первое полевое испытание, и надеюсь, что оно будет успешно.

В момент, когда я тешил себя надеждами, из тумана, цепью, вышли четверо копытных в синей силовой броне. Не желая чтобы они подошли вплотную, я прицелился в центрального противника и произвёл длинную очередь. Как и ожидалось, разгонный блок на стволе АПМЗ разогнал и наэлектризовал пули. Не знаю, сколько пуль ушло в молоко, но в цель попало достаточно. «Железный дровосек» моментально свалился набок и, подергавшись, затих. Оставшиеся "вёдра" моментально развернулись в мою сторону и открыли огонь на подавление из «Гатлинг» пулемётов на своих боевых сёдлах. Благо, пока они раскручивались, я успел нырнуть за укрытие.

Вскоре последовал огонь и с нашей стороны. Звук лазерной винтовки был плохо слышен, но не грохот антиматериальной винтовки Каламити. Также к этой какофонии прибавился трескучий звук ППШ. Сулик стрелял длинными очередями. Похоже, он не врал, когда говорил, что он не воин, иначе он стрелял бы короткими очередями с интервалами, экономя патроны, когда он стрелял в меня, то совершил ту же ошибку. Однако он не настолько непрофессионален чтобы не знать, что его ППШ против силовой брони бесполезен. Похоже, что в данный момент полосатик ведёт бой не с наёмниками-дровосеками. Хватит думать лишнее! Я веду бой!

В определённый момент стрельба по моему укрытию прекратилась, и я, надеясь, что у противника закончился боекомплект, высунулся, надеясь поймать перезаряжающегося врага на мушку. Надежда оправдалась, только в этот момент я заметил, что и сам нахожусь у него в перекрестье, и целятся в меня не из пулемёта. Не знаю, как сложились бы события, если бы я нажал на курок, но в данный момент я поддался эмоциям и с криком: «*РПГ!» в панике рванул направо, а после ощутил грохот и взрывную волну позади себя. Благо, я успел отбежать достаточно, чтобы не быть разорванным. Вообще легко отделался, даже оранжевый комбинезон уцелел, но всё же я оглох и повалился на остеклённую землю, видя пулемётную очередь у себя над головой. Ориентируясь по вспышкам от выстрелов, я, не вставая со стекла, открыл огонь в туман – противник затих, ненадолго, вскоре рядом со мной упала граната.

Тут случилось неожиданное – граната засветилась в магической ауре и резко отлетела в сторону, где и разорвалась, не причинив мне вреда. Инстинктивно я повернул голову в сторону противоположную полёту гранаты, и увидел своего спасителя. Вид похожей на ваххабитку единорожки в толстовке был довольно эффектен на фоне дыма и трассеров. Будто подчёркивая образ, «Леди Удача» магией достала пистолет с глушителем и эффектно ушла, «растворившись в тумане».

То, что происходило дальше, я смутно помнил, память плохо работает, когда кругом взрывы и стрельба, но из всплывающих образов сделал вывод, что это можно было назвать жуткой перестрелкой. Те копытные в экзоскелетах были лишь малой частью из выживших наёмников, и скорее всего они выполняли «разведку боем» чтобы оценить наши немногочисленные силы. Хоть нам и удалось с ними расправится, но Когти поняли, что нас только четверо, а по факту, сражаются лишь трое (не считая «Спецагента Мятную»). Похоже, «Тринити», подумав головой, смоталась с этого стеклянного поля куда подальше. Не могу её за это винить, из оружия у неё были только отросток на башке и собственная кровь, а нам противостояла прорва головорезов.

Превосходя нас численно и пользуясь своими способностями к полетам, Когти быстро завоевали господство в воздухе. Хотя из треска автоматных очередей периодически выделялся грохот винтовки Каламити, но, судя по всему, пегас также как и я, был прижат к земле. Уверен, если бы он продолжал порхать, то тут же был бы сбит. Не знаю, в каком положении сейчас находился Сулик, но его ППШ пока не замолкал. Похоже, он взял с собой большой боекомплект и держит противника на безопасном расстоянии.

Я же, «как пожарный», перебегал от укрытия к укрытию, спасаясь от гранат и автоматных очередей. Может, в своём оранжевом комбинезоне я и был, как цветная мишень, но мишенью был трудной и стреляющей в ответ. Сбивать зависших грифонов было легко, с приземлившимися «химерами» и прикрывающими их копытными было немного сложнее, но в том и дело что «немного». АПМЗ был очень эффективен, хоть его наэлектризованные (трассирующие) очереди сильно демаскировали. Тем не менее, первое полевое испытание проходило успешно. Пули легко пробивали силовую броню, и даже если попадание было в не жизненно важные части тела, то противник всё равно «прожаривался» от энергии боеприпаса. Также свою роль сыграло моё решение объединить магазины в спарки. Перезарядка проходила очень быстро. Я опустошал магазин за магазином, благо в подсумке их было достаточно. Похоже, сбивая грифонов, я постепенно вошёл в раж, и стал действовать, не думая головой, даже не реагируя на попадания по собственной туше. Все эти факторы (разгонный блок на стволе АПМЗ, моя неугомонная стрельба и прочее) вскоре сыграли со мной злую шутку.

Винтовка зебр, с которой был снят разгонный блок, не просто так была спроектирована на стрельбу с отсечкой в три патрона, да и ствол АПМЗ, заимствованный у местной AR-15, был не рассчитан на такие нагрузки. Не успел я израсходовать и половины спарок из подсумка, как ствол автомата раскалился и деформировался.

— Maid in China, — так в этот момент я оценил данное изделие.

Ну почему, создавая АПМЗ, я пытался сделать что-то похожее на «Автомат Калашникова»? Всё равно не получилось, да и проблему перегрева можно было предвидеть. Надо было брать за основу АН-94 или FAMAS. Если бы я вспомнил их устройства? В данный же момент мне пришлось расплачиваться за свою недальновидность «плюющимся» оружием — надеюсь, что не жизнью.

Естественно, для Когтей, моя проблема не прошла незамеченной. От одиночной светящейся пули уклониться легче, чем от целой очереди и противник начинал всё ближе подбираться к моей позиции, стреляя на подавление. С неисправным оружием мои шансы выжить были чуть выше нуля, но, к счастью, я был не один.

Я бы не обратил внимание на дрожь в воздухе позади грифонов, (стеклянная почва была всё ещё нагретой и дрожание воздуха было обычным явлением) если бы из неё в сторону наёмников не ударила молния. Грифон тут же упал замертво, испуская чёрный дымок, а Трюкачка, сбросив заклятие невидимости, телепортнулась в воздух. То, что произошло дальше, меня удивило даже больше чем, то, что Беатрикс снова решила меня спасти. В воздухе, нарезая круги, летало четыре идентичных синих аликорна в одинаковых балахонах. Наёмники тут же переключили на них внимание, но их стрельба не оказывала на аликорнов никакого воздействия. Внезапно одна из Трюкачек, при очередном заходе, начала «поливать» головорезов молниями, в то время как остальные просто растворились. Похоже, Трикси соврала, когда говорила, что я видел всё, что она умеет. Не знал, что она может создавать фантомы.

Пользуясь замешательством противника, но, не дождавшись, пока автомат остынет, продолжил перестрелку. Плотность огня с неприятельской стороны существенно снизилась, оставалось дожать противника. В предвкушении от грядущей победы я, часто передёргивая заклинивающий затвор, стрелял в грифонов и копытных, отправляя их на «Райские Луга» (или что там, у грифонов) одного за другим. Трюкачка также продолжала оказывать мне «молниеносную» поддержку с воздуха вот только вскоре у наёмников появилась своя «пламенная» поддержка.

Из тумана вылетела самая настоящая «жар-птица». Вид этой местной формы жизни был по-настоящему величественен. Даже то, что она была зелёного цвета, как пламя в «жар-яйцах», или пламя из крепости рейнджеров, не портило впечатление.

Пролетев прямо надо мной, феникс набрал высоту, и толи из клюва толи из перьев, пустил струю зелёного пламени в одного из парящих аликорнов. Не знаю, как эта птаха отличила настоящую Трикси от фантомов, но с выбором она не ошиблась. Фантомы в секунду растворились, а Трюкачка объятая зелёным пламенем свалилась на стекло, где начала, громко крича, «кататься» пытаясь сбить пламя.

Именно в этот момент, во мне начало закипать знакомое чувство, которое про себя называл «волчье чутьё». Я буквально «копчиком» или в данном случае хвостом ощущал за спиной врага, и то, что он очень близко. Не игнорируя чутьё, я резко развернулся, но увидел лишь размытый силуэт. Это был явно не Сулик в «наноплатке» – судя по высоте возмущённого воздуха, ко мне, вплотную, подкрался грифон, причём на задних лапах.

Тут время как будто замедлилось. В этом «замедленном темпе» я судорожно нажал на курок, но силуэт успел правой птичьей лапой отклонить ствол в сторону. В этот раз АПМЗ выдал осечку, но даже если бы выстрел состоялся, то всё равно бы ушёл в молоко. После несостоявшегося выстрела грифон левой лапой взялся за магазин моего автомата, а правой начал движение вдоль ствола по направлению к прикладу. Всё это я наблюдал от первого лица, как в киношном режиме SLOW-MO: как грифон вынула магазин и передёрнула затвор, параллельно «сбрасывая» маскировку. Однако замедление окончилось быстрее, чем сброс стелс камуфляжа, и удар зажатым в лапе магазином, в правый висок, я получил в обычном режиме. Магазин был почти полным, а удар достаточно сильным, чтобы отбросить меня чуть ли не на три метра. К счастью, у земных пони крепкие черепа, а адреналин в крови и моя аномальная регенерация быстро восстановили зрение.

Лёжа спиной на стекле, я видел, как крупная самка грифона, стоя на задних лапах, замерла на секунду, с презрением глядя на меня сверху. В отличие от многих грифонов у неё не было лезвий на крыльях, но на её поясе были крупные ножны с угрожающе торчащей перемотанной рукоятью. Экипирована она была в синюю не силовую броню с белой эмблемой птичьей лапы. Цвет перьев её головы был под цвет эмблемы. На самой голове левый глаз был заменён протезом, аналогичным тому, что был у Каламити. Через этот протез по половине морды шёл длинный шрам, а на остальной половине было множество мелких рубцов. В этой птицельвице явно угадывалось «фамильное сходство» с убитой мной Реджи. Все приметы сходились. Передо мной никто иная, как командующая ЧВК Когти и один из лидеров НКР, та, чей выводок я намотал на стволы пулемёта, так называемая — Гаудина Грознопёрая.

Правой лапой она держала АПМЗ прямо за раскалённый ствол, а левой вырванный магазин. Похоже, её не сильно волновали ожоги на лапе. По крайней мере, магазин и автомат она просто брезгливо отпустила. Ещё до того как магазин упал на стекло, Гаудина успела взяться правой птичьей лапой за рукоятку и вынуть свой….

Даже не знаю, как это назвать – это что-то среднее между мачете и длинным тесаком. Выглядел данный «тесак» как нож Кукри, которому не срезали передний скос, с зубчатым лезвием на обухе.

После того как Гаудина вынула тесак, она, не заставив себя ждать, начала его применение. Вид кибер-грифона, замахивающейся тесаком, был сам по себе угрожающ, Гаудина даже клюв раскрыла для усиления эффекта, только я не хотел, чтобы она меня порубила и склевала мои останки. Оружия у меня не было, а сам я был в крайне уязвимом, лежачем, положении, так что мне пришлось принять отчаянное решение.

На моторных функциях я применил копытокинез на переднюю правую конечность и, взяв в прозрачную ауру горсть стеклянной пыли, бросил ту в грифона. Пыль достигла цели, попав в глаза и пасть Гаудины. Только, помимо обычного глаза, у грифона был и искусственный, так что мне не удалось её ослепить – только сбить концентрацию. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы грифон замешкалась, а я, перекатившись, уклонился от удара тесака. После для меня начались «Адские пляски» в попытке встать на ноги и остаться не изрубленным. Грифон отчаянно махала оружием в попытке меня разрубить, я же, отчаянно кривлялся и извивался, уклоняясь от ударов. После очередного уклонения, Гаудина по кошачьи прыгнула на меня с правой стороны и, прижимая, схватила мою правую переднюю ногу. Похоже, грифон решила меня зафиксировать, но в момент, когда она начала заносить тесак для удара, я извернулся, и зажал её голову между своих задних ног. Та этого явно не ожидала, но продолжила замах. Благо я успел вывернуть орлиную голову раньше и, потеряв концентрацию, Гаудина промахнулась. После я отпустил её шею, и лёжа на спине сильно «лягнул» грифона, отбросив ту от себя.

Наши дальнейшие действия были схожими. Мы оба резко встали на ноги, и оба на задние, и также, со злобным прищуром, всмотрелись друг другу в глаза. Во время этого «Таймаута» мне вспомнилось то, как я убил Реджи, так что вполне логично, что её мамаша сейчас пытается меня убить, причём похожим способом. Только тогда я был экипирован нормальным разгрузочным жилетом вместо тех веревок, что сейчас на мне. Комбинезон был менее заметным, чем это оранжевое недоразумение. Тогда на моей морде был противогаз, а сейчас хилый респиратор. Да и вооружён я был «сапёрной лопаткой», а сейчас у меня нет даже этого садового инвентаря. И при всём при этом, мне противостоит более крупный и опытный противник.

Гаудина решила первой прервать затишье, и с помощью крыльев высоко прыгнула в мою сторону, замахиваясь тесаком, я же пригнувшись, уклонился, отпрыгнув в сторону. Для меня снова начались «Адские пляски». Пусть в этот раз я и стоял на ногах, но если я не атакую, то рано или поздно Гаудина добьётся своего. Понимая это и то, что она не даст второго шанса, я, выбрав промежуток между ударами, взял горсть стекла и бросил её в грифона, а после попытался зайти с боку. Вот только у Гаудины, как и у всех грифонов, был припасён «сюрприз», который стоил мне резаной раны на щеке. Всё время забываю, что грифоны могут использовать свой хвост как дополнительную конечность и то, что они имеют привычку держать в ней нож. После того как мы оба убедились, что моя атака провалилась, Гаудина ловко подбросила нож с хвоста в воздух, и также ловко поймала его, свободной передней лапой, а после встала в боевую стойку. Стойка всем видом показывала, что больше мои «фокусы» с бросанием стекла не сработают.

Атаковать грифона я могу только в лоб — я принял вызов и бросился «в рукопашную». В этот раз уже Гаудина стала уклоняться от моих ударов но, быстро осознав ситуацию, выставила свои «клинки» прямо навстречу моим ударам. Между нами случилась очень странная «сцепка». Гаудина отчаянно давила свои лезвия на меня, я же, держал лезвия за кончики прозрачной аурой вокруг копыт. Вскоре аура с правой стороны начала поддаваться и нож начал движение прямо к мягким частям копыта. Противник побеждал, и моё положение стало отчаянным, а отчаянное положение требует отчаянных мер. За секунду обдумав план и смирившись с последствиями, я позволил клинку войти в свою правую опорную конечность а, после применив копытокинез на рукоятке, вырвал нож из лапы Гаудины. В этот момент на её птичьей роже появилась гримаса удивления, а родной глаз раскрылся до пределов природных возможностей.

«Невозможно!» – прокричала Гаудина, ещё до того как я, не вынимая из копыта клинок, произвёл им удар по сочленению птичьей лапы сжимающей тесак. Удар был удачным, мне удалось отрубить грифонью когтистую лапу, и, держа тесак в ауре левого копытца, вытолкнуть нож из правого. Гаудина же буквально застыла в шоке: толи в болевом, толи от психологическом. В свою очередь, я не собирался дожидаться пока она от него отойдёт и, взяв тесак за «рукоятку» развернулся «на пятке» на триста шестьдесят градусов, попутно выставив тесак на уровень шеи грифона. Тесак был острым, а орлиная шея не слишком толстой, так что проблем, чтобы «укоротить» грифона не возникло. Похоже, в отличие от Каламити, которого бензопила с трудом взяла, Гаудина решила ограничиться лишь кибер-глазом.

У меня просто камень с души свалился. Хотя тело Гаудины всё ещё стояло, но факт остаётся фактом — я победил! Однако зелёная вспышка в небе напомнила, что бой ещё не окончен, а то, что эта вспышка приближалась, говорило, что моё положение незавидно. После произошедшего мне сложно было мыслить рационально, по крайней мере, этим я себе объяснял своё крайне глупое решение.

Когда как тело Гаудины начало заваливаться на меня я, по-прежнему стоя на задних ногах, зашёл ему за спину и прикрылся как щитом, а после повернул в сторону зелёного пламени, крепко зажмурившись. Дальнейшие ощущения напомнили мне мои последние секунды жизни на Земле – то, как я прожаривался при взрыве на борту самолёта, только в этот раз мне удалось сдержаться от крика боли. Хоть тело грифона и работало, как щит, но это была импровизированная защита, так что мне пришлось ощутить напор пламени феникса, и, не выдержав его, упасть на спину. От этого крематория меня спас выстрел из винтовки Каламити. По крайней мере, после знакомого звука выстрела, напор пламени резко прекратился.

Отбросив горящее тело Гаудины, я осторожно открыл глаза. Первое что я увидел, было, обгоревшей головой Гаудины, смотрящей на меня мёртвым взглядом. Наверное, даже если бы зрение сразу восстановилось, то я всё равно бы не узнал в этом обуглившемся предмете птичью голову. Тем не менее, красный кибер-глаз чётко указывал на происхождение этого предмета. Чёткость зрения вернулась не сразу, но я был очень рад этому размытому изображению – хоть глаза не вытекли. Однако и с такой, не наведённой, резкостью я различил языки зелёного пламени на себе. Стряхнув пламя с передних и задних ног я, проморгавшись, увидел вдали бездыханную тушку крупной зелёной птицы, что чуть меня не изжарила, а вскоре услышал крик из тумана:

— Паерлайт! Милая! – голос был мне знаком из местного радио и недавних радиопереговоров с наёмниками.

Вскоре из тумана по направлению к птице выбежала его обладательница — Вельвет Ремеди собственной персоной. Даже с такого расстояния я различал выражение ужаса на её чёрной морде. Экипирована она была в какую-то красно-чёрную накидку и «велосипедные» сумки с нашивкой в виде креста с бабочками (у меня были такие же, когда я сбегал из психушки), на её передней ноге был золотистый КПК, а на спине «лежал» дробовик.

Всё ещё в лежачем положении я заметил лежащий АПМЗ и магазин. Не желая получить дробь от этой «чёрной вдовы», попытался встать, чтобы подобраться к оружию и убить очередного «героя пустоши», но в этот раз желание не совпало с возможностями. Острая боль в обгоревших ногах (особенно в той, в которую мне воткнули нож) не позволила даже встать на колени. Похоже адреналиновая анестезия прекратила своё действие. Корчась, но, не крича от боли, я взглянул сначала на свои топталки, а потом и на себя, насколько позволяло положение. Передние ноги сильно обгорели, задние менее сильно, оранжевый комбинезон теперь резко потемнел, но в целом не сильно оплавился, однако, судя по ощущениям, моя морда разделила судьбу передних ног. Если она выглядит так же, как и чувствуется, то со стороны я наверняка похож на Сулика.

Стоило мне только припомнить своего полосатого друга, как он дал о себе знать, точнее очередь из его ППШ, что прошла по ногам бегущей Вельвет. Та с криком упала, так и не добежав до птицы, а мимо меня пробежал силуэт гуля зебры. Далее я наблюдал как Вельвет, светя отростком на башке пролевитировала дробовик, но прежде чем она успела его применить, Сулик уже добежал до единорожки. После гуль ударил Вельвет по рогу и отбросил дробовик в сторону. Далее между ними произошла короткая копытная перепалка, окончившаяся тем, что Сулик отбросил Вельвет на спину и, сев ей на брюхо, начал отчаянно бить чёрную морду. От данного созерцания меня отвлёк доносившийся сверху знакомый голос:

— Грей! Слава небесам – ты жив! – я был рад, что Отем жив и обратил на меня внимание и, надеясь, что он уже приземлился, я повернулся в сторону пегаса.

— Твою мааа….! – первое что произнёс пегас увидев мою морду, — Ты как…? Как … ты … Ещё живой?

— Агрррр….., — единственное, что я смог сказать в ответ. Вообще-то я хотел попросить воды или хотя бы местных горьких зелий, но в данный момент я потерял дар речи и не смог произнести даже первую букву.

Пегас, не понимая, чего я от него прошу, тем не менее, достал из своих сумок шприц с «Med-X» и вколол его мне в заднюю часть. Обезболивающее быстро подействовало и я даже смог встать на три ноги (правая передняя всё ещё болела после «глубокого проникновения» клинка), а вскоре вернулся и дар речи.

— Воды, — мой голос был тихим и хрипел, так что я для наглядности даже указал себе на горло больной ногой.

Пегас молча выполнил мою просьбу, достав и дал мне бутыль с прозрачной жидкостью. В этот момент я сравнил себя с умирающим в пустыне (в моём случае – в стеклянной). По крайней мере, радость от жидкости была соизмеримой. В два глотка опустошив бутыль, я, хромая, подобрал и перезарядил АПМЗ, и вместе с пегасом направился, к крошащему челюсть Вельвет, зебре.

— Сулик, прекрати, — приказ полковника был произнесён не в приказном тоне. — Серьёзно – ты молодец, но она уже «готова».

— Она не мертва, — гуль нехотя прекратил избиение.

В этот момент я всмотрелся в морду оглушённой Вельвет. Сейчас она напомнила мне «самого себя», когда меня допрашивали в башне Тенпони. Тогда мне «обработали» морду бейсбольной битой, с надписью на русском «Зубная фея», а в этом случае Сулик «обработал» Вельвет собственными копытами – результат был похожий.

— Значит, ты превзошёл мои ожидания. Ты взял лидера Последователей, – Отем выдержал паузу, — Живой.

— «Живой»! Я этого не хотел, и следовал обычаям! – обычно спокойный зебра начал закипать.

— Не знаю, что у вас за обычай, но буду рада, если будешь ему следовать, — голос приближающейся «Тринити» был как гром среди ясного неба.

Мы все обернулись к аликорну – похоже, не только я думал, что она мертва. Вид у неё был, как ни странно, вполне здоровый. Только в этот раз, она была без балахона, который сгорел, и с сильно укороченным волосяным покровом. Её палёный хвост также сильно укоротился (в моём случае вообще почти под ноль), да и перья на крыльях не избежали своей участи. Остальные шмотки Трюкачки не сильно пострадали так, что в своём жилете и кожистых накладках на ногах она выглядела довольно «боевой». Также, когда она подошла совсем близко, я заметил, что под жилетом на ней был надет какой-то, даже не знаю, серый комбинезон со срезанными «рукавами» скрывающий её метку. Созерцание «восставшей из пепла» прервал ответ гуля:

— Вы не понимаете. На ней форма Легиона зебр. Лишь самые достойные зебры могут носить это обмундирование. Может я и не служил в Легионе, но я зебра, и чту наши обычаи. Я должен её убить, и я совершил ошибку, когда чуть её не пристрелил. Теперь я обязан убить ее, используя лишь холодное оружие, а лучше — собственные копыта.

— При всём уважении – сейчас лучше отбросить обычаи несуществующей страны, — судя по выражению морды, зебра не оценил уважение пегаса.

— Я только за, — «Тринити» говорила с улыбкой, — В прошлом мы, то есть я, то есть …. Когда состояла в Единстве, мы часто несли потери, от последствий того, что намеренно оставляли врагов в живых, пытаясь вести переговоры. Советую не повторять мо… наших ошибок. Убей её.

Тут все обернулись в мою сторону. Похоже, от меня ждут решения, и оно будет решающим:

— Вальнуть всегда успеем, а сейчас она ценный заложник.

Далее Отем достал блокиратор и надел его на «дрель» единорога. Сулик снял с обездвиженной Вельвет красно-чёрную форму и бросил её в один из горящих костров зелёного пламени, а после связал пленницу. Трюкачка же, порывшись в сумках Вельвет, нашла множество рулонов бинтов и, используя магию, помогла мне перебинтовать обожженные ноги и голову. В это время полковник осматривал трупы наёмников и их технику. Закончив с осмотром, он высказал мнение, что они выжили при взрыве лишь потому, что находились внутри бронетехники. Я высказал своё восхищение местной системе бронирования, а Трюкачка пояснила, что удивляться нечему – перед нашим окружением БТРы сильно обработали защитными заклятиями, что даже их покрышки несильно оплавились.

— Ну, теперь, когда эта тайна раскрыта, мы наконец-то можем подать запрос на эвакуацию? – я считал что мой вопрос риторический.

— Боюсь, что нет, — не этот ответ я ожидал, да и вопрос я задавал пегасу, а не зебре.

— *Что???!

— Во время перестрелки меня забрасывали гранатами, и осколки повредили передатчик, — Сулик говорил, пытаясь выглядеть спокойным, но я не разделял его мнения.

— Но ведь… — далее я просто указал на опрокинутый БТР.

— Это вряд ли. Не думаю, что передатчики Когтей можно быстро перенастроить на наши закрытые частоты, — далее речь гуля продолжил пегас:

— Это не обязательно. Есть запасной план специально на подобный случай. В «Вечносвободном» лесу есть точка эвакуации, которую будут периодически проверять наши пегасы.

— Тогда нам понадобятся носилки и не только для пленника. Я не осилю столь большое расстояние, — говоря, я покачивал своей проткнутой ногой.

— Нам не обязательно идти пешком, — Отем указал на перевёрнутый БТР, — Из лагеря лесорубов мы ведь не ушли пешим маршем.

Далее, мы собрали всё ценное с трупов и несколько тросов с других БТРов. После накинули их на колёса и, в четыре лошадиные силы, начали «великий переворот». Это конечно не «бегемота из болота», но тоже тяжело. Трикси отчаянно помогала магией, а остальные пропахивали борозды на стекле. Однако после очередной моей команды «*Тянем — потянем» переворот окончился успехом.

После мы загрузили свои пожитки и пленника в десантное отделение. Вообще-то этот БТР был в командирском исполнении, но это даже лучше – было более просторно.

С больной ногой мне было бы сложно управлять данной техникой, поэтому место «мехвода» занял Сулик. Я же объяснял ему принципы управления, периодически делая саркастичные отступления – «Сцеплением работай. От этого колёса с дорогой сцепляются».

На этом моменте пленная Вельвет пришла в сознание и начала отчаянно мычать через гранату в пасти – вот и проснулось серое (в данном случае – чёрное) вещество. Заметив это, Трюкачка взяла магией Тесак Гаудины и прислонила его лезвие к горлу единорога – мычание прекратилось. Далее Отем развязал верёвки на пасти пленника, а аликорн магией вынула гранату.

— Вы не понимаете, что делаете. Мы не должны враждовать, — голос Вельвет был приятен, но не так как голос Селестии.

— Скажи это наёмникам и Дарительнице, — а голос пегаса безэмоционален.

— Развяжите меня, и мы всё обсудим, — далее чёрный единорог скосила глаза на тесак и продолжила. — Вы ведь не будете меня пытать?

— Твои друзья пытали меня по всем стандартам «Лихих 90-х». Разве ответ не очевиден? — я высказал уместный, с моей стороны, ответ.

— Прошу. Не надо. Я собиралась сама вам сдаться. Вы бы ведь не стали пытать добровольно сдавшегося? – кажется, единорог начинала хныкать. Неужели она всерьёз пытается нас разжалобить. Я, как один из командующих СНС, высказал наши принципы, и Вельвет их выслушала, ни разу не моргнув.

— Мы, в СНС, уважаем Женевскую конвенцию, и она не распространяется на наёмников и иррегулярные формирования. В момент твоего задержания на тебе была надета форма Легиона зебр — давно уничтоженной страны. Данная амуниция не считается официальной формой НКР, да и в момент твоего задержания мы вели бой с наёмниками компании Коготь. Все перечисленные факты оставляют очевидный вывод. Думаю, не надо его озвучивать.

* — Говорит на русском

## Голоса прошлого

— «Женевская конвенция» – впервые слышу, — после короткого затишья пегас решил нарушить молчание, — Поясни.

— Это ммм… — я впал в лёгкий ступор. Нахрена я вообще упомянул эту конвенцию? Но слово не воробей, так что придётся ответить. — Это свод правил об обращении с военнопленными.

— Серьёзно? – на морде пегаса читалось недоверие. — Я изучал историю прошлой войны и там ничего подобного не упоминалось. Или это что-то новомодное, от НКР?

Последний вопрос был адресован не мне, однако связанная Вельвет переключила своё внимание с полковника на меня:

— Давай угадаю — в вашем мире эту «конвенцию» никто не соблюдает.

— Эммм… – серьёзно, я не знал, как реагировать

— «В вашем мире» — ты о чём? – теперь выражение морды пегаса переключилось с режима недоверие на любопытство.

— Ты не знаешь? Серьёзно? Он тебе не сказал? – Вельвет решила ответить вопросом на вопрос, но её речь прервала граната в ауре Трюкачки, что воткнулась в пасть единорога.

— Это ещё зачем? – Отем обратился к «Тринити».

— Сейчас не время и не место для допроса, — хоть аликорн и пыталась держаться уверенно, но её голос слегка дрожал. — Разве не видно, что она пытается посеять между нами раздор?

— Пожалуй, видно, но её попытки обречены на провал, — голос пегаса был спокойным.

— И всё же, предлагаю отложить допрос. Однако когда мы эммм… эвакуируемся, то попрошу чтобы вы оказали мне честь заняться ей лично.

— У тебя с ней личные счёты?

— В каком-то смысле. Все те годы, что я пряталась от Последователей в лесу, я мечтала о подобной встрече, и даже сделала статую Вельвет, на которой тренировалась тыкать её в самые чувствительные места своим рогом.

— Эээээ… — пегас скривил морду в отвращении. Вельвет в страхе. А Трикси напротив – улыбнулась:

— Аликорны считают Вельвет доброй богиней, запертой в теле единорога. Я не разделяю данного мнения, но обещаю, что устрою ей дискомфорт, достойный богини.

— Извращенка, — послышался хриплый голос гуля со стороны кабины БТРа.

Тут уже я скривил морду (до меня не сразу дошло сказанное), но мысленную извращенную картину прервал голос пегаса:

— Что она имела ввиду? – похоже, полковник решил меня сделать объектом допроса. — О чём ты мне «не сказал»?

— Это не имеет значения, — более умного ответа я не придумал.

— Здесь всё имеет значение.

— Если скажу, то всё равно не поверишь.

— Не поверю? Ты разве не видишь, в каком мире мы живём? Или ты агент НКР, а всё происходящее какой-то хитрый план Селестии?

— Хватит! – быстро же Трюкачка запаниковала. — Она ещё толком не начала, а ты уже обвиняешь нас, то есть его, в работе на Селестию.

— Я лишь высказал своё худшее ожидание, — пегас сохранял хладнокровие. — Я уже говорил, что могу простить многое, но не предательство, а ваша попытка отложить допрос только усиливает подозрения.

Ситуация потихоньку накалялась. Атмосфера недоверия распространялась со скоростью лесного пожара. Иногда, чтобы потушить лесной пожар необходимо умышленно выжечь участок леса. Сделав вывод из всплывшей в памяти метафоры, я снова вмешался в разговор:

— Можешь продолжить допрос. По крайней мере, я не буду препятствовать. Скажу лишь, что здесь нет предателей, но я догадываюсь, что расскажет Вельвет. Если догадка подтвердится, то ты либо не поверишь, либо отнесешься неадекватно.

— Ну, раз «нет предателей», то всё в порядке. Обещаю, что чтобы она ни рассказала, отнесусь к этому спокойно. То, что я, как и ты, сбежал из психушки, не означает, что я такой же псих.

В данный момент мне захотелось сказать ему «пару ласковых» насчёт психа, но сдержался. Далее пегас вынул гранату из пасти Вельвет, та прокашлялась и продолжила неприятный для всех диалог:

— Может аликорн и права – я не должна сейчас говорить. За меня всё сказали ЛитлПип и Селестия.

— Что??? – наконец-то Отем выдал хоть какую-то эмоцию.

— В моих сумках есть потайной карман. Там находится голодиск с записью разговора Дарительницы и Принцессы. Прослушай его и ты узнаешь многое о «своём друге».

Полковник, молча взял сумки Вельвет и, открыв их, начал внимательно изучать. Вельвет избавила его от долгих поисков, сообщив, где находится потайной карман. В кармане и в правду нашлась небольшая «кассета», которую пегас вставил в свой КПК. После секундного треска началось воспроизведение записи:

* * *

— Отем жив! – судя по хриплому голосу, говорила Мелкопипка. — Как это возможно?! Я лично прострелила ему его ржавую башку!

— Прошу успокойся, — голос Селестии был спокоен и удивительно приятен. — Наверняка этому есть разумное объяснение. К тому же, не он сейчас главная угроза.

— Он не угроза?! Этот пернатый у…ок, уничтожил «Город дружбы» и Кантерлот, а сейчас он убил собственного брата и моего друга Каламити! Как он выжил?! Как он оказался в этой психушке?! – тут последовало короткое затишье, прервавшееся хриплым криком Мелкопипки. — Вельвет!!! Смазливая с…ка! Доброта Флаттершай стоила жизни старой Эквестрии, а её доброта обернулась смертью её особенного пони и ещё, Селестия знает, скольких невинных!

— Прошу, моя маленькая пони, успокойся, — голос Селестии был, как бальзам на душу. — Я не знаю, сколько невинных погибло, но знаю, что если ты не успокоишься и не выслушаешь меня, то жертв станет гораздо больше.

— Как она могла?! Я считала её своей подругой! – похоже Пипка потеряла связь с реальностью.

— Не Отем представляет главную угрозу, — вечность бы слушал этот голос. — Бояться нужно того, с кем он сбежал. Точнее того, кто его призвал.

— Что! Вы его знаете!

— Нет. Я не знаю его лично, но знаю его «особенности».

— «Особенности»! Какие могут быть «особенности» у земного пони!

— Он не пони.

— Как это возможно?! Как киберпегаса, лучшего стрелка пустоши, мог победить земной пони в смирительной рубашке?!!

— Да замолчи ты и выслушай меня, мелкая тупая с…ка!!! – этот порыв эмоций ощущался даже на «магнитофонной» записи. Судя по затишью, на Мелкопипку это произвело впечатление.

— Хорошо, — далее последовали глубокие вдохи Пипки, — Я готова выслушать.

— Предупреждаю, что то, что ты услышишь, являлось да и является, важнейшей тайной Эквестрии да и вообще нашего мира. Так что прошу, несмотря на кажущуюся бредовость сказанного отнестись со всей серьёзностью и секретностью.

— Я не элемент честности, так что ничего не обещаю.

— Надеюсь, что это согласие, — далее последовал вдох Селестии. Зачем ей это – она же компьютер? — Что будет, если я тебе скажу что, наш мир не единственный, и сейчас в теле этого земного пони находится душа из другого мира?

— Я скажу, что это бред. Хоть я повидала достаточно, чтобы знать, что душа существует и её можно переселить, но не верю в другие миры.

— Тогда тебе придётся уверовать. Наш мир не только не единственный, но и войной с зебрами мы обязаны тем знаниям, что приносили с собой «Призраки».

— Призраки?

— Так их называли я, моя сестра, её «Ночная гвардия», да и самим призракам нравилось это название.

— Знаниям? Война с зебрами? Какая между этим связь?

— Самая прямая. Все без исключения технологии министерств — оружие, силовая броня, роботы, мегазаклинания, даже твой «Малый Макинтош» и «Проект Одного Пегаса» — всё основано на знаниях и технологиях, полученных от призраков.

— Как? Но ведь министерства…? Министерство Эпплджек не вело тайной деятельности. Над разработкой оружия и брони работали сотни пони. Я взламывала каждый терминал и сейф, использовала множество шаров памяти и не встречала упоминания ни о каких призраках. Сами министерские кобылки винили себя за то, что возглавляли министерства и за то, что эти министерства создали.

— Я тебе не вру. Существование призраков являлось важнейшей тайной. Что же до их технологий, что воспроизводились министерствами, то ими занималась моя сестра. Как тебе известно, принцесса Луна обладала способностью проникать во сны других пони, да и не только пони. Честно говоря, все эти проникновения и тайные передачи знаний – выше моего понимания. Скажу лишь, что моя сестра, используя свои силы, незаметно для Твайлайт и её друзей передавала им образы технологий иного мира.

— Технологии? Призраки? Как это связано с тем, что сейчас произошло? – похоже, Пипка успокоилась.

— Не знаю, смогу ли это понятно объяснить, но попробую. Представь что параллельно с нашим миром магии, дружбы и гармонии, существует параллельный мир, лишённый магии, да и всего остального. Населяет этот мир всего один разумный вид. Сами призраки говорили, что их вид всегда был единственной разумной расой, но даже если это и так, то всё равно бы их вид истребил тех, кто на них не похож. Я не знаю, как они выглядят в своём мире, но они описывали себя как двуногих, прямоходящих, лишённых шерсти существ — даже в мыслях представлять противно. Они считают, что их мир лишён магии. Хотя им известно это понятие, к магии они относятся также как пони к проклятиям зебр. Однако, несмотря на неспособность с ней взаимодействовать, их вид добился больших высот в развитии науки и техники. Это бы вызывало уважение, если б стимулом к этому развитию не были постоянные войны. Хотя, что еще можно ждать от данных существ.

— Каких ещё существ? Мы имеем дело с земным пони.

— Лишь внешне он земной пони. В душе он… Лучше не знать, кто он в душе. С трудом верится, что у данных существ есть душа. Будучи разумными и попадая в наш мир — добра, мира, гармонии – они, рано или поздно, всё равно проявляли своё желание добиваться всего силой. Неудивительно, что их история это сплошные войны.

— Войны? Как у нас – война с зебрами? Но с кем они воюют?

— Друг с другом – хотя не думаю, что к ним можно применять понятие, друг. Всю свою историю они воюют между собой, по разным причинам, несмотря на то, что они один вид. Вся добродетель, на которой держится гармония Эквестрии: честность, верность, щедрость, доброта, дружба, самопожертвование – в их мире эти понятия считаются пороками. Самое мерзкое, что в данный момент, наш мир больше похож на их, чем сам на себя.

— То есть вы, «Благородные Сёстры», сделали наш мир похожим на их, используя их технологии?! – Мелкопипка снова стала беситься, — Как и зачем вы это делали?!

— Призвать их можно было, используя лишь магию аликорнов – по крайней мере, так мы думали раньше, пока у зебр не появились свои технологии, основанные на знаниях призраков.

— Вы не ответили! Зачем вы их призывали?!

— Я и моя сестра считали, что сами по себе знания не несут угрозы, надо лишь использовать их в мирных целях. И в первое время результат превосходил все ожидания — наш мир, который не видел ничего сложнее паровоза, стал быстро развиваться. Мы и подумать не могли, что технологии, о которых говорили призраки, принесут нам те же беды и страдания что и в другом мире.

— Как вы могли так поступить?! Вы вселяли этих призраков в невинных пони, использовали их как «сосуд души», а полученные от призраков знания передавали министерским кобылкам втайне от них!!! Вы совсем о…ли?!!

— Конечно, сейчас, видя, к чему это привело, наши действия кажутся аморальными, но тогда жизни отдельных пони в обмен на знания иного мира казались малой ценой. Не могу сказать, что мы не догадывались о подобном развитии событий, поэтому для начала мы решили провести эксперимент.

— Эксперимент?! Какие могли быть эксперименты?

— Сталлионград – закрытая территория, отмеченная не на каждой карте, о которой тогда многие ни разу не слышали – послужила идеальным полигоном. Мы не могли выбирать, в чьё тело произойдёт вселение, однако «Ночная Гвардия» моей сестры эффективно справлялась с обнаружением, захватом и последующей переправой в закрытый город. По понятным причинам, всё это происходило в строгой секретности, даже от министерских кобылок и тем более обычных жителей Сталлинограда.

— И на что вы надеялись? Что они начнут воспроизводить и делится с вами своими технологиями?

— Да – именно на это, и я не ошиблась с выводами. Они охотно делились в обмен на то, что мы их не трогали и обеспечивали им и Сталлионграду благополучие. Так они думали. На деле у нас был полный контроль над ними. То заклятие призыва, что мы использовали, давало нам право выбрать кодовую фразу, услышав которую, призрак исполнял все, что ему скажут. За все те годы ни один из призванных, ни разу ничего не заподозрил. Однако случилось страшное — то, что мы не могли предвидеть. Их технологии стали менять самих моих маленьких пони, и не в лучшую сторону. Думаю, ты сама это замечала когда использовала шары памяти. Будучи запертой в недрах компьютера я много думала о своих ошибках, о том, как пони изменились. Долгое время мне казалось, что теперь вы сами стали как те призраки, которых мы призывали. Что вы стали совсем как те жители иного мира, пусть и владеющие магией и передвигающиеся на четырёх ногах. Однако твоё самопожертвование подарило мне надежду, что не всё потеряно, что ещё можно вернуть Эквестрию к старой доброй гармонии.

— Ладно. То, что вы совершали, было страшным преступлением, но у него прошёл срок давности, да и в данный момент вы отбываете наказание в условиях хуже, чем в Арбе. Так что, я вас прощаю. Теперь, когда вы поведали об истории их появления, расскажите — как конкретно этот призрак попал в наш мир?

— К сожалению, это мне не известно. Как я уже говорила, мы долгое время думали, что лишь магия аликорнов может призывать призраков иного мира – мы ошибались. Непонятно как, но зебры нашли свой способ призыва. Не этим ли способом был призван наш пациент?

— Пациент... Даже сейчас, мне с трудом верится, что земной пони, сбежавший из психушки, смог победить Каламити, и то, что вместе с ним был живой Отем Лиф. Это не может быть совпадением. У призраков есть, какие-либо способности? Вы ведь не просто так их называете «призраками»? Неужели их нельзя убить?

— Насчёт того, что Отем оказался жив – у меня есть предположение. У одержимых пони чрезвычайно развита регенерация. Я далека от науки, но при их изучении это объясняли тем, что их повреждённые клетки быстро заменялись стволовыми, но не нервные. Однако и в их нервной системе были свои особенности – при повреждении мозга носителя на короткое время образовывалась аура, которая оказывала благотворное воздействие на любые живые существа, что в неё попадали. У пони, что оказывались рядом, исцелялись любые заболевания – даже сумасшествие.

— То есть они неуязвимы? – похоже, Пипка невнимательно слушала.

— «Неуязвимы» — вовсе нет. Может, одержимые и способны быстро исцелятся, но они точно не неуязвимы. Пони, одержимые призраками, обладают аномальной магической структурой и невосприимчивы к лечебным зельям, заклинаниям, да и вообще к любым заклинаниям, кроме некоторых боевых. Также иногда с ними происходят изменения и на физическом уровне – у единорогов рог может прибавить несколько витков, у пегасов происходит гипертрофия крыльев, а у земных пони усиливается способность к копытокинезу, но пропадает связь с землёй. В общем и целом, у них пропадает та магическая связь, что делает нас пони, и заменяет её грубым подобием. У большинства призраков даже пропадала кьютимарка, если в прошлой жизни она не совпадала с родом деятельности носителя, у тех, кто умер неестественной смертью, менялся цвет радужки глаз на тёмную, а в редких случаях, у них меняется строение зубов на более эмм… плотоядное.

— Вы не поняли вопрос. Как его убить, если он исцеляется от воздуха?

— Обширное повреждение мозга или перелом шеи – наиболее верный вариант. Они не настолько быстро исцеляются – гораздо медленнее, чем пони при использовании зелий. Также, обильная кровопотеря, или проникающее ранение в сердце не оставят ему шанса. К тому же, несмотря на достижения их цивилизации, сами по себе они не особо умны. Главную угрозу представляет тот, кто завладел заклинанием их призыва. Призрак, исполняющий чью-то волю, может стать серьёзной угрозой, но пока он действует сам по себе он не более чем копошащийся в мусоре таракан.

— Таракан?! Он убил Каламити! – тут Пипка соврала. Я не убивал Каламити.

— Похоже, «таракан» попался зубастый. Хотя это, скорее всего, связано с его национальной принадлежностью.

— О чём вы? Поясните.

— Я уже говорила, что хотя они и принадлежат к одному виду, но из-за своей агрессивной природы поделили свой мир на множество воюющих друг с другом государств. Однако даже среди них есть некоторые страны, что выделялись на общем фоне. Судя по акценту, я догадываюсь, из какой он страны. Тебе ничего не скажет её настоящее название, но в других странах она известна как: Империя зла, Тюрьма народов и Угроза номер один. Думаю, не нужно пояснять, каким менталитетом обладают жители данной страны.

— То есть сейчас в НКР находится управляемая кем-то марионетка в сосуде души, одержимая призраком иного мира?

— Может, он и призрак, но находится в физическом теле, и убивает его всё тоже, что убивает нас, за исключением различных токсинов. Он также подвержен страху, и сейчас он дезориентирован, находясь в чужом для него мире и теле. Даже тот язык, на котором он говорит, для него не родной – наверняка он смог на нём говорить только после вселения и получения моторных навыков носителя. Убить призрака будет не сложно, главное найти того, кто призвал его в этот, как ты его назвала – сосуд души. Подожди, — тут Селестия на секунду затихла, — Может его и не нужно убивать. По крайней мере, не сейчас.

Далее запись прервалась. В движущемся БТРе стало удивительно тихо. Слишком тихо. У меня появилось дурное предчувствие.

## Экстренная остановка - Отряд самоубийц

Это были длинные секунды тишины. По крайней мере, мне они показались очень долгими. Трюкачка, Вельвет, Отем – смотря на меня, замерли в ожидании. Я догадывался, чего они от меня ждут (подтверждения или опровержения), но не мог чётко сформировать свои мысли, и тем более чётко их озвучить, так что общее молчание должен был прервать самый нетерпеливый. Как ни странно им оказался ржаво-коричневый пегас:

— Это правда? Ты «призрак иного мира»? – его голос хоть и был ровным, но в нём чувствовалась лёгкая дрожь. У меня же нервная дрожь была по всему телу, и тем более в мыслях, так что мой ответ был малоподходящим под ситуацию:

— Да нет, что ты, русского мира не существует, это выдумки кремлёвской пропаганды.

Не знаю, как бы продолжился разговор, но случилось непредвиденное. Хотя почему «непредвиденное» — я ожидал чего-то подобного, хотя и надеялся, что до этого не дойдёт.

Даже несмотря на расширенное боковое зрение, я не видел того, что происходило в кабине, и совсем забыл что наш БТР ведёт полосатый гуль. То, как он развернул «баранку», прошло для меня незамеченным, но, судя по всему, разворот был резким и с одновременным нажатием по тормозам. По крайней мере, меня и остальных «пассажиров» резко отбросило к стенке, а судя по последующему крену, БТР был на волосок от того чтобы перевернутся. Самым ироничным в этой ситуации было то, что из пассажиров пленная Вельвет была в самом лучшем положении. Будучи связанной и пристёгнутой, она избежала участи разбить нос о металл. По правде, мой нос не очень пострадал (я успел сгруппироваться, а бинты на морде были довольно мягкими), да и голова не кружилась, так что моё зрение не было затуманенным, и, повернув голову в сторону кабины, я четко различил нашего прогнившего товарища с пистолетом в пасти. Целился он не в меня, но что-то подсказывало, что когда он пристрелит свою цель я буду следующим на очереди. В мгновение у меня промелькнула мысль бросится в «рукопашную» но, похоже, не только я сохранил сосредоточенность после «полицейского разворота».

До момента выстрела, голова Сулика покрылась красной магической аурой Трюкачки, и, резко отклонилась в сторону, ударив того о стенку БТРа. Не знаю, был ли в данный момент полосатик в сознании, но его пистолет всё же выполнил свою функцию.

Вообще-то я и раньше знал, почему нельзя стрелять в замкнутых металлических помещениях, но и подумать не мог, что мне придётся испытать эту ситуацию на себе. Не знаю, по каким траекториям произошёл рикошет (в этот момент время не замедлялось) но знаю, где пуля остановила своё движение – очередное ранение в заднюю часть ощутилось как привычное. Справедливости ради, стоит отметить, что местные пули довольно маломощные, да и в процессе кувыркания она потеряла часть импульса, но всё равно попадание, плашмя в зад, было болезненным. Конечно, лучше туда, чем в голову, но всё равно «неприятно». Слишком часто, в последнее время, мой зад ловит пули – даже Семенченко везло больше.

Отойдя от первого шока, и закончив с мыслями об украинском «херое», я снова переместил свой взор на гуля зебру — его положение было незавидно. Вид его гнилой морды бьющейся в красной ауре аликорна о металл был как «бальзам на душу». У меня не было к нему какой-либо особой неприязни, но от вида того, как избивают того кто меня подстрелил, я получал эстетическое наслаждение. К счастью для Сулика, полковник решил прервать деятельность «Тринити»:

— Прекрати – ты убьёшь его!

— Этого и добиваюсь! – аликорн дала честный ответ, который не устроил полковника.

— Я сказал — ПРЕКРАТИ! – после сказанного пегасом последовал знакомый (нарастающий) звук «взведения» бластера, что я взял у Хомейдж.

Данная «мелодия» действовала лучше тысячи слов – аура вокруг гуля начала затухать. Лишившись её опоры, Сулик плашмя упал на пол, где и продолжил неподвижно лежать. Перед тем как проверить, добилась ли Трюкачка своего, я обернулся, чтобы быть в курсе ситуации. Ситуация была накалена – Отем, держа в пасти бластер (похожий на водяной пистолет), держал в прицеле Трюкачку. Трюкачка, стоя на чуть присогнутых ногах, сохраняла абсолютную неподвижность. Вельвет, похоже «места себе не находила». На мордах аликорна и единорога читался страх, на морде пегаса серьёзность, и у всех троих были прижаты уши – сколько эмоций было в этой «картине». Я в эту «картину» не вписывался, но решил вмешаться, пока не случилось непоправимое:

— Всем узбагоится. Немного самоконтроля.

— Я збагойна, — голос Трюкачки дрожал, — Пусть он опустит оружие.

Однако пегас хоть и не выстрелил, но не собирался держать «пистолет в кобуре». Держа аликорна на мушке, и косясь на меня, он медленным шагом попятился назад к кормовой двери, расправив крыло, надеясь, дотянутся до переключателя. Неужели он собирался покинуть машину и добраться до Мстителя своим ходом, или задумал что-то иное? Этого я так и не узнал, да и в будущем спрашивать не стал, я не настолько любопытен. Вопросы стала задавать та, от кого мы меньше всего этого ждали.

— Да как такое возможно?! – Вельвет кричала, будучи всё ещё привязанной к сиденью, — Как вы, будучи в таких отношениях, друг с другом, могли нам противостоять?! Как вы друг друга не поубивали?!

Голос пленницы подействовал на всех, кто был в сознании, как ведро холодной воды. Пегас остановил «заднюю передачу», а Трюкачка, подняв уши, развернулась к пленнице, та продолжала бесится.

— Похоже, вам неважно, кого убивать, лишь бы убивать! – далее она отдышалась и, придя в себя, продолжила более спокойно. — Если бы вы слушали, что вам говорят? Если бы сами больше говорили, чем стреляли? Многого можно добиться, используя только доброе слово, без пистолета.

В БТРе снова наступило затишье. Я смутно понимал, что сейчас произошло и, похоже, Трикси и полковник также разделяли моё замешательство. Похоже, Вельвет была единственной не впавшей в это состояние, по крайней мере, именно она прервала неловкий ступор.

— Помогите своему другу, — взглядом единорог указала на бессознательного гуля, — Дайте ему зелья пока не поздно. Он может умереть от кровоизлияния.

Парадокс, но именно аликорн решила последовать совету Вельвет. С презрением смотря на пленницу, Трюкачка магией достала из сумки (с розовыми крестами и бабочками) бутыль с зельем. После она, светя дрелью, поставила Сулика в сидячее положение и влила в его пасть лекарство.

Лекарство быстро подействовало — буквально через минуту Сулик устало открыл смотрящие в разные стороны глаза. Белок его глаз был красного оттенка а, судя по стонам, полосатик испытывал ещё и головную боль. Тем не менее, он нашёл в себе силы задать вопрос:

— Почему пол шатается? Где я?– голос зебры был как спросонья. Пегас, видя его состояние, решил неудачно «приколоться».

— На Луне. Сейчас здесь лунотрясение.

— На Луне? — Сулик говорил, прищурив глаза и качая головой. — Как я туда попал? Также как туда попала «Посланница звёзд»? – тут Сулик замер, сделав паузу, а после открыл в ужасе глаза, уставившись на Трюкачку. — «Посланница звёзд»! Ты «Посланница звёзд»!

Далее зебра резко дёрнулся в сторону аликорна, но та прижала его к стенке магией. Сулик отчаянно пытался освободится – бесполезно. Этот момент показался мне подходящим для переговоров, и я решил поинтересоваться у полосатика насчёт причины его агрессии:

— Значит, «Посланница звёзд»... Мы уже это обсуждали. Ты из-за этого стрелял?

— Долг любой зебры сражаться с этим злом, — и без того хриплый голос гуля прибавил хрипоты из-за магического давления на горле. Заметив это, я указал Трюкачке вначале на свою, а потом и на его гортань. Трикси поняв, что я имею ввиду, убавила хват – Сулик тут же начал отчаянно глотать воздух.

— То есть ты целился в неё, — я указал на аликорна, — а попал в меня, — говоря, я одновременно вытаскивал «магнитным» копытом пулю из своего зада. — Меня ты тоже собирался пристрелить? – после сказанного я всё-таки вынул пулю. Какое-то не героическое у меня «профессиональное» ранение. Своё «наблюдение» я озвучивать не стал и, навострив уши, вслушивался в каждое слово полосатика.

— Тебя привела «Посланница звёзд», ты помогаешь ей преобразовывать наш мир в свой. Я должен был раньше догадаться. Нашим проектом по воспроизведению мегазаклинания тоже руководил темноглазый со странным акцентом. Только сейчас я всё понял, всё встало на свои места. Лишь «Посланники звёзд» и сами звёзды могут обладать силой перемещения душ, и лишь зебры знали правдуааахррр…. – магический хват у горла зебры снова усилился.

— Я не «Посланница звёзд», — аликорн говорила сквозь зубы, — и ничего не имею против зебр, но если ты дальше продолжишь следовать своим предрассудкам, то станешь первым зеброй, которого я убью, — после сказанного Трюкачка убрала хват с горла гуля, а я продолжил диалог:

— Честно, не от тебя я ожидал такой реакции, — боковым зрением я увидел, что пегас понял, на кого я намекаю и, судя по его хмурой морде, ему это не понравилось. — Ты мне казался адекватным. Включи логику – если бы она и вправду была «звезданутой», то стал бы я по её приказу освобождать тебя из тюрьмы.

— Звёзды умны и хитры, — Сулик говорил ровно и уверенно. — Даже, несмотря на своё могущество, они редко действуют самостоятельно, и сеют зло, используя посланников. Лишь сейчас я понял, что и у самой посланницы были свои марионетки, даже не осознающие этого. Чего ты надеешься добиться? Того же чего и твои предшественники? Уничтожить наш мир и на его руинах построить свой? Может, Селестия и враг, но у меня нет основания ей не верить, твои предшественники уничтожили наш мир, мою страну!

— Это говорит тот, кто сделал бомбу? – я решил намекнуть полосатику, кто истинный виновник.

— Я не делал бомбу! Я сделал предохранитель – устройство, что не давало детонатору сработать внештатно! – Сулик всё больше выходил из себя, но прежде чем его успокоить, я решил доказать ему его неправоту:

— Это деталь бомбы.

— Не я её создал, и я не хотел, чтобы она сработала! Она была основана на вашей «призрачной» технологии! Этой технологией вы свой мир превратили в пустошь, и без сожаления проделали то же в нашем!

— Ты же слышал – «призраки» были марионетками.

— Это ничего не меняет. Тебя призвало зло, и ты заставил меня тебе помогать!

— Здесь нет «злых», — мысленно я вспомнил всех пассажиров БТРа, даже Вельвет, — Ты тоже бу… — договорить фразу я не смог, Сулик меня перебил:

— Бе, бе, бе – подобные тебе так говорили.

— «Бе, бе, бе» – так со мной ещё ни кто не разговаривал! – по понятным причинам я возмутился.

— Свой мир превратил в пустошь, убирайся из моего мира, в, как ты говорил — «русский мир»! – похоже, Отем был не прав когда говорил что вместе с ирокезом Сулик растерял свою память.

— Из твоего мира?! В русский?! Я украинец! – в данный момент я чувствовал себя известным грызуном (то есть грузином). Конечно, по уровню интеллекта и харизмы я лишь немного превосходил Кличко но сказанное было тупо, даже по моим меркам. Никакой я не украинец.

— Так, мне это надоело, — полковник, слушая нашу дискуссию, решил вмешаться, и обратился к полосатику, — Похоже, в момент гулификации ты был мысленно зациклен на своих предрассудках, иначе я не знаю, как объяснить, что за сотни лет ты не переосмыслил случившиеся с Эквестрией да и остальным миром. Даже услышав всё меняющие факты, от самой Селестии, ты пытаешься их подстраивать под бредовые теории зебр.

— Бредовые?! Ты сам говорил, «в каком мире мы живём».

После сказанного гулем зеброй было ожидаемо, что дальше будет долгая «философская» дискуссия. Мне всё это откровенно надоело, и я решил действовать по принципу «меньше слов, больше дела». Конечно, без слов не обойдется, но я решил кратко и чётко объяснить ситуацию:

— Короче, — пегас и гуль затихли, а я, с серьёзной «миной» (не видной из под бинтов) смотрел на полосатика. — Тебе всё объяснили. Здесь нет никаких «посланников» и у меня нет планов на этот мир — я вообще хочу отсюда убраться хоть на Таймыр, хоть в Конотоп. У тебя есть выбор – снова стать адекватным или продолжить следовать своим убеждениям. Оба варианта вызовут уважение, но во втором случае, при нашей следующей встрече, я с тебя все полоски сотру, что даже Тымчук не воскресит.

Вряд ли Сулик понял, на что я ссылался но, судя по затишью, сказанное произвело впечатление. Не знаю, о чём он думал, но надеялся, что он включил логику — если бы не я и пегас, то он бы наверняка не дожил бы до этого дня, а сгнил в одиночке пенитенциарного учреждения Арба.

— Может ты и прав – я погорячился, — далее гуль глубоко вздохнул и продолжил. — Пойми меня правильно, зебры шли воевать, чтобы противостоять «посланнице звёзд» и её планам. Очевидно, что мы проиграли, а эта, как ты назвал, Тринити, вполне подходит под её описание. У меня были сомнения насчёт своих выводов, но после сказанного Селестией сомнения отпали. Сейчас же, я снова сомневаюсь, на чьей стороне мне стоит быть, но обещаю, что больше подобного не повторится, — далее полосатик затих, ожидая нашего решения.

Честно говоря, насчёт «не повторится» я ему не верил. Отем тоже обещал мне подобное, а после обстрелял меня из бронебойки. С другой стороны, всё окончилось благополучно, в каком-то смысле. Мы все живы (что здоровы, не могу сказать). Отем был готов дать ему шанс, Трикси тоже не сильно злилась, я же, взвесив все за и против, попросил Трюкачку снять магический хват.

— Всё же помирились, — сказала связанная Вельвет, — Я рада что, в конечном счете, в вас не ошиблась.

— Чего б…я? – ответ Трикси был краток и полон презрения.

— Селестия и Дарительница считают вас безнадёжными, что вы абсолютное зло, которое нужно уничтожить, я же думаю иначе, — Вельвет говорила ровным голосом.

— И поэтому присоединилась к Когтям, а потом натравила на нас свою птицу? – вопрос Отема был понятен. После сказанного Вельвет отдышалась и продолжила:

— Тогда события разворачивались стремительно и неожиданно, но я не присоединялась к Когтям. Я собиралась вести переговоры.

— О сдаче? – пегас был краток.

— Да, в каком-то смысле, я и сейчас их веду.

— Ха, ха. Ты надеялась, что мы добровольно сдадимся, чтобы провести остаток жизни в тюрьме или отправится на эшафот?

— Нет! Если бы вы сдались мне, казнь точно была бы исключена. Может, я и желала твоей смерти, когда ты убил моего особенного пони, и злюсь на тебя за своего питомца, но казнь — это неправильно. Я не стану отнимать чью-то жизнь, тем более, чтобы удовлетворить такое ничтожное чувство как месть. Так что убедительно прошу, снимите с меня блокиратор и развяжите, после мы всё обсудим, — у меня были слова на этот счет, но Трюкачка меня опередила:

— Надеюсь, мы все понимаем, что будет, если освободить её рог. Она владеет заклинанием обезболивания, которое сопровождается полным параличом тела. Она владеет им настолько хорошо, что способна его применять даже по площадям, обездвиживая всех, кто под него попадёт, — на сказанное аликорном, Отем дал краткий ответ:

— Может, мы и сбежали из психушки, но не настолько тупые.

— Если ты и в правду не тупой, то должен понимать, что я тебя спасла, — сказанное единорогом было логично. — Если бы не я и Последователи, то сторонники Дарительницы, при первой же возможности, избавили бы тебя от страданий. Хоть ты был и не единственным, но главным пациентом той клиники. Я поклялась Флаттершай, что найду способ тебя вылечить, и как видишь — клятва исполнена.

— Ковыряться у меня в мозгах – это твой способ лечения? — я вмешался в дискуссию, Вельвет охотно ответила:

— Нет, я не ожидала такого эффекта, я вообще подобного не ожидала. Никто из нас не знал ни о каких «призраках», и в клинику тебя доставили как обычного пациента, несмотря на отсутствие метки. Только когда ты стал отторгать магию, а зелья, что тебе давали, не оказывали эффекта, я поняла, что ты не обычный пациент и перевела тебя в закрытую палату. Лишь используя не магическое медицинское оборудование мне удалось просканировать твой мозг. Тогда я не знала, что те опухоли были побочным эффектом переноса сознания и решила что они злокачественные, — после чёрная морда с наигранным сожалением вздохнула и продолжила:

— Я всегда считала лоботомию варварским методом, но тогда её применение казалось логичным решением. Будучи неспособной даже смотреть на это, я попросила лучшего хирурга Последователей провести операцию, — тут Вельвет ненадолго затихла, — Мы отвлекаемся от темы, не с тобой я собиралась говорить, — после сказанного единорог уставилась на аликорна. Та вскоре ответила:

— Нам не о чем говорить. Ты и Последователи оскверняете саму природу пони. Способствуете размножению мерзким порождениям Богини. Может это и странно слышать от аликорна, но я уверенна в своей правоте.

— Это было бы странно, если бы не одна деталь, — Вельвет хитро прищурилась. — Тебя не смущал факт, что, из всех аликорнов, ты единственная, кто к нам не присоединилась?

— Наоборот, я этому рада, — похоже, Трюкачка решила взять пример с пегаса в краткости ответов.

— Эта радость — иллюзия. Ты использовала призрака как марионетку, не зная, что сама исполняешь чужие приказы.

— Чего??? – Трикси нахмурилась.

— Чёрная книга — в ней заточена злая душа зебры алхимика. Следуя её приказам, министерская кобылка Рарити делала ужасные вещи. Я надеялась, что эта книга и всё зло, что в ней сокрыто, уничтожены, но, похоже, эту книгу и в правду нельзя уничтожить. Видя поведение вашего друга (Вельвет указывала на зебру гуля), смею предположить, что книга, считая аликорнов Последователей копиями «посланницы звёзд», использовала тебя для борьбы с нами. Отдай эту книгу мне, и я захороню её там, где её не найдут. Уверяю, что мой разум устойчив даже к зебринской магии, а так как ты действовала под чужим влиянием, то получишь снисхождение, — далее пленница переключила своё внимание на меня:

— К тебе у меня аналогичное предложение. Ты также действовал не по своей воле, и я готова тебя простить. Селестия даже не считает тебя живым существом, и она описывала тебя скорее как компьютерную программу, подобную, ей самой, заложенную в разум земного пони. То, что было на записи, лишь небольшой отрывок того, что говорила о «призраках» Селестия, а говорила она множество мерзких вещей. То что вы не цените даже собственную жизнь, что практикуете употребление мяса, даже того вида в который вселены, что, будучи неспособными размножатся, проявляете повышенную половую активность. Не знаю, правда это или нет, но взятые вами в плен «Дети Собора» остались живы, и на них не было следов насилия. То, что у трупов в ящиках не были срезаны части плоти, тоже посеяло сомнения в правоте Селестии. Уверенна что, будучи разумным существом, ты сможешь влиться в наши ряды. В рядах «Последователей Апокалипсиса» нет места расовым стереотипам.

Вельвет затихла, а вместе с ней мы все. Трикси, смотря на пленницу, скосила морду в отвращении, но не решалась что-то сказать. Похоже, она не догадывалась о подобном факте, а после услышанного не знала, являлись ли её решения действительно её. На меня сказанное также произвело впечатление. Затишье прервал полковник:

— Мне ты тоже собиралась что-то пообещать?

— Да собиралась. Я могу устроить так, что вас не найдут ни рейнджеры, ни Когти, ни Литлпип. Может, вы и сделали много зла, но уверена, что ты лишь хотел блага для пегасов. Дарительница тоже убила многих невинных, преследуя благие цели. Ты от неё отличаешься лишь тем, что она победила, поступив с тобой нечестно. Освободите меня, сдайте оружие, скажите координаты Громовержца. Обещаю что «Последователи апокалипсиса» обеспечат вам безопасность и работу во благо Эквестрии.

— Координаты Громовержца – чтобы вы всех убили? – пегас задал риторический вопрос. Для полковника Громовержец по-прежнему в приоритете.

— Конечно, нет, — ответила палкоголовая, — Как заметила «марионетка книги», я в совершенстве владею заклинанием, используя которое, можно всё решить не пролив крови.

Снова последовало затишье, я обдумывал услышанное. Вельвет предлагала нам что-то похожее на «защиту свидетелей». В реальной жизни, Березовский воспользовался такой возможностью и, инсценировав свою смерть, преспокойно жил в Новой Зеландии. Вот только, основания верить чёрной палкоголовой у меня, даже меньше чем английским спецслужбам:

— И это твой план переговоров? — я усмехнулся. — Ты даже тупее чем я думал.

Вельвет, услышав моё мнение о ней, сменила выражение морды с улыбчивого на серьёзное:

— Нет — это вы тупые, если откажитесь.

— Если мы тупые, то почему нам удавалось успешно скрываться? Почему ты в плену? Почему нам удалось перехватить «Селестию один»? Почему мне удалось (во многих смыслах) отрубить голову военной машине НКР?

— Ха, ха (смеётся). Ты считаешь, что смерть Гаудины сильно ослабила НКР? Даже смерть Каламити ничего не изменила. Даже если вы убьёте меня, то Последователи всё равно продолжат делать то, что делали. Это Литлпип считает, что мир держится на героях как она, как я, как Хомейдж, но, будучи одним из лидеров НКР, я поняла — это не так. Мы построили систему, которая не держится на отдельных лидерах как ты, — указала на Отема, — или Красный Глаз. Мне вообще противно, когда меня называют «героем пустоши». Я шла за Литлпип лишь потому, что надеялась сделать её добрее. Что, видя, как я спасаю тех, кого она не добила, она поймет, что нести добро нужно не с револьвером в ауре. В каком-то смысле я даже рада тому, как вы применили «Селестию Один». Вы разрушили крепость рейнджеров, где они воспроизводили технологию «Жар-бомб», и привели в негодность завод, в котором производили танки. Даже моего влияния как лидера Последователей не хватало, чтобы отменить эти проекты по воссозданию оружия массового поражения и боевых машин. Может, это и мерзко звучит, но, убив несколько десятков рейнджеров и рабочих, вы спасли сотни в будущем, и оказали «Последователям Апокалипсиса» большую услугу.

— Ну, прямо Елена Малышева и мать Тереза в одном лице. Не хватает только значка «Почётный донор — частный фонд Елены Боннэр». Лохотрон не пройдёт.

— Я, как и все Последователи, практикую донорство, и какой ещё «лохотрон»?

— В нашем мире такими благотворителями являются только криминальные авторитеты и коррупционеры. «Помощью нуждающимся» они лишь прикрывают свои теневые дела и обеляют себя в глазах общественности.

— Здесь не твой мир. То, что я делаю, является отражением моего элемента. За то добро, что я принесла аликорнам, они даже прозвали меня — «Та, кто помогает». Мне не нравится это прозвище, мне вообще не нравиться когда кому-то дают прозвища. Тебя, — указала на Отема, — прозвали Дерпанутым. Тебя, — указала на меня, — прозвали Десхэд (мёртвая голова). Тебя и тебя, — указала на Трюкачку и гуля, — я даже не знаю, но уверенна, что и вы не избежите участи быть известными под различными кличками. Я против таких ярлыков и даже Дарительницу так называю скорее «по инерции».

— Неубедительно, — Отем снова подал голос, — С чего вдруг ты, ранее исполняя приказы Дарительницы, вдруг решила сделать нам такое предложение?

— Разве то, что я пытаюсь избежать смертей, не убедительно? Я — элемент доброты, а быть доброй — это в первую очередь уметь прощать. Гаудина была не готова простить смерть Реджи, а Литлпип никогда не простит смерть Каламити, и тем более Хомейдж. Единственная, кого смогла простить Литлпип — это её собственная мать. Ещё когда я следовала за Дарительницей, то заметила её проблемы с психикой. Может, на неё так повлияли годы в «стойле», может, плохие родители, может злоупотребление шарами памяти и наркотиками, однако после посещения Кантерлота она окончательно стала сходить с ума. Долгие годы её болезнь сдерживала лишь капсула управления погодой да ночи с Хомейдж, но после смерти ди-джея она окончательно свихнулась. К счастью, мы с самого начала предусмотрели такой исход и, следуя моему приказу, адские гончие, незаметно для всех, заложили взрывчатку под погодными башнями.

— То есть — это ты подорвала ту башню? – я задал слишком очевидный вопрос.

— Нет, детонатор активировал Спайк, и детонатор не был настроен на отдельные элементы контроля погоды. Единственное, что сейчас может Литлпип это — выступать на радио да брать под контроль отдельных роботов, — после сказанного Вельвет, пегас сдержанно улыбнулся, а я не удержался от сарказма:

— *Вот понять не могу – это зрада или перемога? – никто кроме меня не понял сказанного, а пегас, делая вид что меня не слышал, продолжил:

— Дарительница больше не может делать то, что от природы должны делать пегасы – мне противно это признавать, но я тебе благодарен. Однако не думай, что тебе удалось нас убедить.

— Похоже, ты понимаешь лишь язык силы. Я тоже умею на нём говорить, — чёрная единорожка говорила очень серьёзно, — Если ты слушал мои не музыкальные выступления на радио, то должен знать, что Последователи не беззащитные пацифисты. Хоть мы и пытаемся действовать без крови, но за нами стоит сила сотен аликорнов и множества пони. Даже адские гончие на нашей стороне. Тебе ли не знать об их эффективности. Вскоре мы найдём решение их проблемы размножения, также как нашли это решение для аликорнов, и стоит вам только спустится, как будете разорваны на части. И не думайте, что вы сможете долго скрываться – контролировать «пустошь» можно и без сети погодных башен. Это сейчас Когти и Последователи сосредоточились в поселениях, чтобы предотвратить мятежи, когда ситуация нормализуется по всей Эквестрии будут курсировать наши патрули. Может я и не одобряю последние действия Дарительницы, но я ценю то, что она подарила нам свет Солнца и Луны. Последователи готовы сражаться за этот дар. Ради него мы станем «Воинами Света», «Воинами Добра», и, если нужно, усилим наши тела технологиями из сто первого стойла. Против горстки ваших бойцов встанут ряды киборгов, таких же, как Каламити. Вам не победить.

Снова последовала «рекламная пауза». Я не знал что говорить, Трюкачка и Сулик также затихли, пока Отем о чем-то думал. Вскоре пегас прервал затишье:

— Победю, то есть побежу, мляяя… Дурацкий глагол, вечно с ним путаюсь, но пожалуй ты права — гончие в бою пугающе эффективны, — после он указал на гуля зебру и приказал, — За руль. Меняем курс. Эвакуация откладывается. Курс на Понивиль.

— Что??! – все находящиеся на борту БТРа (даже Вельвет) в один голос задали этот вопрос. В этот раз Отем дал длинный ответ:

— Нам не победить тех, кто способен скрываться под землёй и разрывать металл своими когтями, а после вражеской перегруппировки, даже используя бывшие зоны неконтролируемой погоды, мы не останемся не замеченными. Однако сейчас, пока противник сосредоточен на своих базах, мы можем действовать скрытно.

— *Короче, Склифосовский, — я поторопил пегаса.

— На борту этой машины есть множество маскировочных приборов (стелсбаков) а у меня есть бластер, который можно перенастроить в мощное взрывное устройство. Сложи два и два.

— Ты не посмеешь!!! – крикнула Вельвет, хотя я не втуплял что пегас имел ввиду.

— А что – мне нравится, — очень отстранённо произнесла Трюкачка. — Если это поможет ослабить Последователей, то я только за.

— Ты с ума сошла! – крича, единорог отчаянно дёргалась. — Это только доказывает, что книга тобой управляет! Идти туда самоубийство!

— Кто-нибудь скажет, что конкретно задумывается? – я не постеснялся и всё же задал этот вопрос. Ответ на него я услышал из уст полосатика:

— Полковник предлагает заложить в туннелях адских гончих настроенный на детонацию бластер чужих. Мне нравится это предложение.

— Серьёзно? Тебе какой резон? – я спросил гуля.

— В прошлом зебра Ксенит смогла пронести, в аналогичные туннели, «жар-бомбу» чтобы подорвать Богиню. Может я и не воин, но точно не хуже какой-то эквестрийской зебры. Конечно, я не встречался с гончими лично, но наслышан об ужасе, что эти твари наводят на тех, кто ходит по земле. Если я внесу свою лепту в их уничтожение, то буду только рад. Всегда мечтал устроить геноцид.

— Вы психи! Сами погибните и ничего не добьётесь! Я предлагаю вам мир! Я гончим предлагала мир! Дружить лучше, чем воевать!

— Я против такой дружбы, — на крики Вельвет, Сулик реагировал спокойно.

— Да не надо беситься, — Трюкачка решила потролить пленницу, — Ты хотела демографический взрыв – ты его получишь, — после сказанного Трюкачкой, Вельвет, замерев на секунду, отдышалась и продолжила уже спокойным тоном:

— Вы называете себя «Силами Народного Сопротивления», но отрекаетесь от помощи народу Эквестрии. Я не о гончих беспокоюсь, а о вас. Если вы и вправду туда сунетесь, то в историю нашего мира войдёте как «Отряд самоубийц», и это не сарказм.

— Оборжалась, как страшно, — с презрением произнесла аликорн.

«Отряд самоубийц» — честно говоря, очень подходящее название. С другой стороны, мне уже пришлось столкнуться с местным Дедшотом, тогда я победил. Теперь вместо одного летающего «гробика» (зеркально киборг) придётся столкнуться с множеством подземных мутантов. Весело живу. Похоже, Сулик был аналогичного мнения насчёт «весёлой жизни». По крайней мере, сев за руль «зрадомобиля», он начал напевать «Мы сотрём подземный мир. Все страхи воплотим. Мы сотрём подземный мир. Никого не пощадим».

* — говорит на русском

## Дорога в Ад

Да как я вообще мог подумать такое?! Весело живу – чтоб ей провалится, такой жизни. И какая ирония, я как раз еду «проваливаться» под землю в совершенно буквальном смысле. Хотя этот мир не Земля, но от этого только хуже. Мой первичный вывод о том, что я в Аду полностью оправдывается, раз даже местных монстров (Адские Гончие) называют в честь преисподней. Лично мне не хотелось проверять насколько оправданно это название, только, похоже, из нашей группы (не считая, пленницы) я единственный, кто не разделял общего энтузиазма. Парадоксально то, что сама пленница (в отличие от меня) проявляла большую активность в попытке уговорить нас прекратить происходящее:

— На что вы надеетесь?! Неважно, скольких героев вы убьёте, сколько наших достижений уничтожите, и сколько при этом погибнет невинных – это ничего не изменит. Мы строим новую цивилизацию — на обломках старого мира, но учитывая ошибки своих предшественников.

Мне не особо хотелось вступать в дискуссию, однако пегас был иного мнения:

— Как Красный Глаз? – вопрос был задан очень отстранённо.

— Нет, не так как он. Мы не строим экономику на рабском труде, и у нас нет цели захватить всю Эквестрию. Мы можем мирно сосуществовать, и я предлагаю тебе то же, что выбрали многие жители пустоши, а ты предпочитаешь воевать, вместо того чтобы воспользоваться (вырезано цензурой) возможностью!

Параллельно с болтологией Вельвет, Сулик вёл БТР, Трюкачка и Отем осматривали трофеи, захваченные у наёмников, я же следил за черномазой. По пути я думал: нужно ли мне участвовать в этой авантюре? Пока в мыслях между «за» и «против» побеждало «против», но всё равно присутствовала неопределённость. Не думаю, что на меня влияла речь чёрного единорога, скорее здравый смысл, но должен признать – аргументы и предложения Вельвет звучали убедительно, хотя всё равно убедить не смогли. Как бы там ни было, я уже принял промежуточное решение – высказать своё мнение, когда мы будем близко к точке эвакуации. Наш путь к Понивилю как раз проходит через «Вечно Свободный лес» — если где и нужно отказываться участвовать в суицидальном мероприятии, то, как раз там. Будто в подтверждение моих мыслей Вельвет решила переключить своё внимание лично на меня:

— Давай угадаю – ты считаешь нас ничтожными и непригодными для войны созданиями. Что мы эксплуатируем технологии твоего мира, но не знаем, как ими правильно пользоваться. Может наш мир и не был подвержен вечной грызне за ресурсы, но пони Эквестрии усвоили достаточно законов войны. Достаточно чтобы понять – война это не двигатель прогресса, это путь саморазрушения. «Последователи Аппокалипсиса» сделают всё чтобы не повторить этот путь и нас не остановят ни пегас-расист, ни аликорн-некромант, ни одержимый земной пони, ни вообще никто. Может, для такого существа как ты мои слова и кажутся наивными лозунгами, но за ними стоит реальная сила всех объединенных рас Эквестрии.

Честно говоря, мне нечго было возразить. Я, конечно, не был хиппи пацифистом, но, как любой адекватный человек, был против войны, и то, что когда-то этот мир был по-настоящему мирным, вызывало уважение. Мне было даже немного стрёмно, что те, кто пытаются вернуть данный мир в прежнее состояние, являются для меня врагами. С другой стороны, сложно представляю, как бы смог подружится с теми, кто называет себя «Воинами Света» — на Земле к тем, кто так себя называет, относился как к врагам. Но здесь не Земля, и врагов, как и друзей, не выбирают, да и всё происходящее случилось в результате цепи непредвиденных случайностей. Вельвет также была звеном в этой цепи, и в данный момент её сильно бесило моё молчание. Понимая, что я ей не отвечу, она переместила своё внимание на аликорна:

— Чего ты хотела добиться, призывая призрака? Точнее — какие твои желания использовала книга, чтобы ты выполняла её указания? – на речь Вельвет Трюкачка скосила морду в отвращении, та продолжила, как ни в чем, ни бывало: — Может, ты собиралась стать лидером аликорнов, может, хотела мести за что-то в прошлом, а может это всё от недотраха? – тут у аликорна выражение морды сменилось с отвращения на злобу, для полноты картины не хватало только пара из носа, как у быка. — Угадала, ха-ха, угадала! Тебе не хватало близости пони, что ты была готова даже на некрофилию, ха-ха. Какие образы тебе внушила книга – некрофилка п…ая? Как вы по-собачьи, или как ты будешь его дохлый хер сосать?

Тут болтовня Вельвет прервалась, звуком удара копыта по чёрной, и без того битой, морде. Слова Вельвет разозлили, но не довели аликорна до состояния аффекта, но Трюкачка была не против, чтобы Вельвет вместо «певчей птички» стала «боксёрской грушей». Далее следовало ожидать, что аликорн расквасит морду Вельвет, но Трюкачку, молча, остановил полковник. И без слов было ясно, что он был не против, чтобы пленница побольше болтала. Не то чтобы ему нравился её голос (мне нравился), но в процессе она могла бы разболтать что-то ценное, уже разболтала. Похоже, Трюкачка также пришла к данному выводу, по крайней мере, она не продолжила отбивания «конины», и единорог, сплюнув кровью, продолжила болтать. На этот раз с зеброй, что вёл БТР:

— Ты ведь довоенный зебра? – на вопрос единорога Сулик молчал. — В рядах Последователей есть община зебр. По сути, сейчас выживание вашего народа зависит от нас. В НКР по-прежнему сильно негативное отношение к зебрам, и лишь в рядах «Последователей Апокалипсиса» они получили шанс на благополучное развитие. В наших рядах они занимаются зельеварением, изучением боевых искусств и восстановлением прочих традиций народа зебр. Ты, как живший до войны носитель традиций, мог бы оказать неоценимую помощь своему народу, — последнее было сказано с надеждой, похоже, Вельвет считала свои аргументы убедительными. По крайней мере, она затихла, давая гулю обдумать услышанное. Вскоре он дал короткий ответ:

— Они не мой народ.

— Что?! – похоже, единорога удивил данный ответ — «Они не твой народ» — как ты можешь так говорить?! Они последние зебры в Эквестрии, да и вообще во всём мире! Они чтят своих предков и живут, пытаясь восстановить древние традиции – а ты отказываешься оказать им помощь?! Да во всём мире для тебя нет никого роднее их, и вместо того чтобы вместе с нами возродить народ зебр, ты помогаешь пегасу расисту?!

— Традиции зебр — это нечто большее, чем дурацкие маски и варки зелий, – в сравнении с Вельвет, хриплый голос гуля был очень спокойным. — И, следование этим традициям прямо противоречит сотрудничеству с врагами. Не думай, что я смогу с ними подружится, только потому, что мы носим похожие полоски. Я не считаю этих зебр своим народом, не считаю их предателями – я считаю их врагами, как и всех пони, аликорнов, гончих, и прочих, кто состоит в ваших рядах. Не пытайся меня переубедить – это бесполезно. Я счастлив, что, вместо того чтобы жить в вашем «заповеднике», сражаюсь за свою уничтоженную страну, пусть и вместе с земн… то есть призраком, под руководством пегаса.

— Так, — Вельвет отдышалась и продолжила, — аликорн-некромант, гуль-зебра, призрак-лоботомит в теле земного пони, и пегас с хедшотом – возможно вы считаете себя героями, но, по сути, являетесь обыкновенными преступниками. Я предлагаю вам мир, решение всех проблем без крови, но вы отказываетесь от этой возможности. Я не устанавливаю «красных линий» и вы всегда можете, взявшись за ум, принять моё предложение. Даже такие как вы могут жить в гармонии в наших рядах. Сложите оружие и выпустите меня, мы не настолько друг от друга отличаемся, чтобы воевать – давайте не будем чужими.

После сказанного пленница окончательно затихла, я, да и другие также не испытывали желания говорить, однако наступившая тишина навевала депрессию. Чтобы её развеять Сулик, немного повозившись с кнопками на приборной панели, включил местное радио. Услышанная нами мелодия и песня* сильно отличалась от того, что обычно играла местная пропаганда (хотя сейчас больше бы подошла другая мелодия**). Конечно, я не меломан, но уверен, что на Земле уже слышал данное произведение. Хотя даже если бы и не слышал, то всё равно бы догадался, что оно не местного происхождения – в тексте упоминались руки, в данном мире это было странно, но объяснимо. Похоже, призывая призраков, «Благородные Сёстры» интересовались не только технологиями.

Кстати насчёт технологий. Я уже заметил, что у местных волын имелись Земные прототипы. То, что здесь имеются лазерные винтовки, и прочие пушки на неизвестных мне принципах, можно объяснить тем, что некоторые из призванных жили в будущем, которого я не увижу. Однако тот БТР, на борту которого мы сейчас находимся, выбивается из общей картины. Я никак не могу угадать его прототип – похоже, создавая его, копытные, не имели чётких эскизов, и данный продукт местного ВПК является самостоятельной разработкой. Серьёзно – издали данный БТР выглядит как гипертрофированный трёхосный УАЗ-452 (буханка). Про себя я даже прозвал его «Зрадамобиль» так как он выглядит, будто его проектировали в секретных лабораториях «Правого Сектора***», то есть «Первого Рейхсмарта». Для полноты картины не хватает только надписи «ПТН ПНХ». Пожалуй, название «Железный Капут» даже более уместно. Хотя моя ирония не удачна – экипаж этого БТРа наёмников был под стать его виду и цвету (ржаво-коричневый как шкура пегаса). Пегасу подходила роль «Барона ФонКакого-то Тринадцатого (ХерМайор)», Сулик был прямо как «Наводчик Ганс Шмульке (болван),» Трюкачке оставалась роль «Дранкеля», мне роль «Жранкеля». Додумать свои мысли о местном ВПК мне не дал ржаво-коричневый пегас:

— Всё же мне не до конца верится в эту историю про призывы душ. Ты, правда «призрак»?

— Разве это не очевидно? – я решил ответить вопросом на вопрос.

— Пожалуй, очевидно, — пегас ответил, не смотря мне в глаза. — Это все, правда — то, что ваш мир — сплошная война?

— Не совсем, но пики технического развития действительно приходились на моменты наиболее ожесточённых конфликтов, — я ответил честно, хотя и не хотел говорить на эту тему.

— И этот, — указал крылом на лежащий автомат с искривлённым стволом, — собранный тобой «АПМЗ», тоже основан на ваших технологиях.

— Разумеется, — я решил дать исчерпывающий ответ: — Хотел сделать АК, получился ШтурмГевер.

— То есть, то, что в бою ты так эффективен, это последствия твоей прошлой жизни, — пегас сделал ошибочный вывод. — Кем ты был до переноса? В каком звании? У вас ведь есть звания? Как ты погиб? Наверняка в тяжёлом бою?

Ну, у него и аппетит. Мне совсем не хотелось говорить данную «личную» информацию, но раз он признал мою «эффективность» то, наверняка, поверит в любой бред про иной мир. Этим можно воспользоваться, если подойти с умом, только умом я не отличаюсь.

— Как я умер – это долгая и печальная история, так что начну с финала, — тут я сделал глубокий вдох и «Остапа понесло»:

— Обложили нас Кадыровцы. «Сдавайтесь», говорят, «в живых оставим». А сами Ярсами нас долбят, и с Армат стреляют. Плотно так. Головы не поднять. И тут к нам в окоп залетает Булава, с меня толщиной. И что ты думаешь? – тут я не удержался и захохотал, но всё же продолжил свой «Правдивый рассказ участника АТО», и ответил на собственный вопрос: — Не взорвалась. Совсем. Детонатор забыли взвести, — тут пегас присоединился к моему смеху, пока я продолжал: — Вата. Дед Тарас помолился, надел вышиванку, замкнул какие-то провода, ударил кулаком и взвёл детонатор, закинул её себе на плечо и побежал на них. С криком «Слава Украине»! «Героям слава»! «Ще не вмерла, бля»! «Понад усэ»! Потом как бабахнет, все Арматы вдребезги. И крики «Слава Украине», «Героям Слава», «Слава нации — Смерть ворогам», — я от хохота чуть слезу не пустил. — Подходим туда, а там только вышиванка целая. Думали писец, но нет, — тут я смог обуздать хохот. — Тарас жив остался. Раненный чуть-чуть. Ватники его в плен взяли, потом обменяли на адмирала своего или генералиссимуса, — тут я не удержался и снова захохотал. — Тарас потом рассказал, сепары сказали: или вы…ем или расстреляем. И что Тарас? Что? И что ты думаешь? – я спросил у хохочущего пегаса, сам едва сдерживаясь, чтобы не схватится за живот.

— Расстреляли? – произнёс полковник, борясь с хохотом.

— Расстреляли! – немного отдышавшись, я продолжил: — Еле жив остался. Вот так всё и было, – тут я закончил ржать.

— А в каком моменте ты скончался? – пегас задал уточняющий вопрос, а я, придумав короткий ответ, продолжил:

— Я решил отметить возвращение Тараса, но всю нормальную горилку уже выжрал, так что решил обойтись стекломоем. Судя по тому, что я здесь, стекломой оказался просрочен.

— Да, — прозвучал голос Вельвет, — для тебя это достойная смерть. Все-таки на допросе ты врал.

— Допросе? – пегас переспросил. Единорог ответила:

— На допросе он, в основном, орал и пел странные песни, не имеющие смысла, однако стоило его слегка «погладить» как он "запел" по-другому. Тогда он говорил, что погиб в результате взрыва на борту какого-то летательного аппарата, — тут снова последовало затишье, от меня снова ждали подтверждения или опровержения, я же, войдя в образ, дал ответ:

— Замотайся в рубиройд, черномазая! Я в АТО воевал, в трёх котлах сидел! — на сказанное Вельвет, подумав, ответила:

— Похоже, на допросе ты врал, но не думай, что этим ты вызвал уважение. Я бывала в таких передрягах и пережила такую боль, что хватит на несколько жизней. Это вы самцы корчите из себя крутых, а введёшь иглу в яйца, так визжите как жеребята — со мной это не сработает. Пытать меня бесполезно, да и моя смерть ничем вам не поможет.

— Убивать тебя точно не будем, — параллельно с моей речью зрачки единорога сильно расширились, — пусть ты и не попадаешь под «Женевскую конвенцию», но мы не ИГИЛ***. Однако не обольщайся – можешь считать, что тебя уже люстрировали, — мой сарказм остался непонятым.

— Да когда вы замолкните!? – послышалось со стороны кабины. — Мне годы в запертом убежище не надоедали как ваша болтовня! – Сулик напомнил то, что всё время с момента падения бомб он провёл в запертом бункере, пока его не нашла Мелкопипка. — Заткните палкоголовой хавальник и сами заткнитесь, или клянусь — я вас свяжу и потащу сзади на верёвке!

Может, полковник и был бы рад продолжить расспросы, но лично я уже изрядно утомился и не только от болтовни. Трюкачка, похоже, тоже хотела тишины – то, что именно она, светя отростком на башке, заткнула гранатой пасть единорога, указывало на этот факт. Так что путь до границы леса мы проехали в относительной тишине.

Как бы я ни хотел прилечь отдохнуть, но мне не хотелось проспать момент. Момент, когда мы доберёмся до зелёнки, когда я собирался высказать своё нежелание лезть под землю. Этот момент настал.

— Полковник, — я отвлёк пегаса от проверки снаряжения, тот, смотря на меня, произнёс:

— Так точно, сэр, — я впал в неловкий ступор от такого ответа но, замерев на секунду, продолжил:

— Я считаю себя неподходящим для выполнения будущей задачи, и прошу запрос на эвакуацию.

— Неподходящим – обоснуй, — похоже, пегас не понимает очевидного, раз требует обоснования. Придётся выражаться подробней:

— Я в последнее время многое пережил и буквально «сгорел на работе». К тому же, из-за моей аномальной магической структуры этот прибор, — указал на Стелсбак, — вряд ли будет на мне работать.

Пегас задумался, я надеялся, что в его простреленной башке осталось понятие здравого смысла. Он явно рассчитывал на моё участие, но и приведённые аргументы мне казались убедительными. Внешне, с этими бинтами на местах ожогов (голова и ноги), я был похож на пациента пластической хирургии или на мумию – призрак похож на мумию, какая ирония. По крайней мере, я могу, не кривя душой, называть себя «Ще не вмерлым». Да и факт того, что прибор на мне не сработает, казался весомым, и это не работало на маскировку. Закончив с мыслями, и почесав затылок, пернатый копытный высказал своё решение:

— Вообще-то я продумал такой вариант, но у нас есть стелс-плащ – не думаю, что и он не сработает.

В этот момент я непроизвольно сильно нахмурился, похоже, это было заметно даже под бинтами. Этот копытный на полном серьёзе хотел, чтобы я закрылся этим «Оренбургским наноплатком». Мне это не нравилось и, похоже, пегас смог распознать мои эмоции. По крайней мере, он заговорил по-другому:

— Но ты прав – ты не должен участвовать как лазутчик, — здесь я сделал выдох эмоционального облегчения, зря. — Но ты сможешь справиться с ролью командующего.

— ****Чего б…я? – это я произнёс на родном языке, непроизвольно, на эмоциях.

— Хоть я и старше тебя по званию, но ценю…, — договорить пегас не смог, я его перебил.

— Званию! Я не состою ни в каком звании и мне похер: на твои планы, на СНС, на борьбу с НКР! Я уже сделал больше чем ты, командуя Анклавом, и просто прошу эвакуацию! Подрывай хоть подземную псарню, хоть весь Кантерлот, но без меня!

— Звание – это можно исправить. Присуждаю тебе звание майора, — этот копытный издевается. Майор – в ж…пе гвоздодёр.

— Вот так счастье привалило, — пегас ещё не до конца меня достал, так что я мог позволить небольшой сарказм.

— Я бы дал тебе более высокий ранг, но не могу давать звание выше своего собственного, — он точно издевается, не поверю, что он настолько туп, что не понял интонации.

— Повторюсь, лезь куда угодно, хоть в эту подземную псарню, но без меня. Подорвешь ты её или тебя ра…ут как в Мукачево – меня не волнует, я участвовать в этом не хочу.

— Мукаче…. Не знаю о чём ты, но это к делу не относится, — твёрдым голосом произнёс пегас, — Я не предлагаю тебе лезть вместе со мной, то есть с нами. Нам нужен командующий — тот, кто будет контролировать операцию со стороны. К тому же, велик риск, что даже в случае успеха нас обнаружат, и ты, держа этот БТР с включённым двигателем, будешь нашим шансом быстро добраться до «зелёнки». Ты ведь нас не оставишь?

Даже не знаю, как реагировать. Этот копытный на полном серьёзе пытался пробудить во мне совесть? Если так, то он ошибся – я без неё родился. Однако тот факт, что мне не придётся лезть под землю, был довольно весомым. Что сложного — ждать за рулём БТРа, пока мои копытные друзья, будут закладывать взрывное устройство в сети туннелей псов мутантов? Я согласился, но с условием, что мне укажут эвакуационный квадрат. Конечно, бросать их я не собирался, но риск слишком велик. Мне бы не хотелось в случае их гибели застрять на территории НКР. Предложению Вельвет о сдаче, и её проповедям — «давайте не будем чужими*****», я не верил. Я не настолько наивен, чтобы верить словам, однако информация из её КПК заслуживала доверия. Похоже, Вельвет лично курирует проект по восстановлению популяции Адских Гончих, по крайней мере, в её КПК нашлась подробная схема их туннелей. Вскоре эта схема оказалась загруженной в КПК Отема и «Тринити», а также в бортовой компьютер БТРа. Помимо этой схемы, пегас нашёл другую интересную для него его информацию. Настолько интересную, что он даже вынул гранату из пасти пленницы, чтобы получить ответ на вопрос:

— Проект «Тёмные Дни», в пипбаке Каламити он тоже упоминался – что это такое?

— Этого ты не узнаешь, — пленница ответила кратко и серьёзно.

— Это вряд ли, — пегас усмехнулся. — Я умею развязывать языки. На Громо…., то есть Мстителе, ты всё расскажешь.

— Возможно, но ты этого не услышишь, — Вельвет решила нас припугнуть. — Схема туннелей вам не поможет — они постоянно перестраиваются, а стоит лишь одной гончей вас заметить, как ваш «Отряд Самоубийц» будет разорван на части. Ты ведь знаешь, насколько они сильны, ведь ты был одним из кураторов проекта шлемов контроля сознания. Ты сделал их своими рабами и использовал как оружие. Будет справедливо, если ты погибнешь от их когтей.

Полковник на секунду задумался. Не знаю, о какой справедливости он думал, но его ответ чётко обосновал его отношение к этим тварям и собственным силам:

— Эти твари и вправду были эффективны как оружие, но после победы Анклава я не собирался практиковать их использование. Эти псы лишь своим существованием угрожают всему роду пони, и если мне придётся отдать свою жизнь чтобы окончательно их уничтожить, то — это небольшая цена. Но не думай, что мы слабаки. У нас есть стелсбаки и «Бластер Чужих», стрелковое и энерго-магическое оружие, гранаты, ножи, огнемёты, экипировка. Не знаю как остальные, но я дорого продам свою жизнь.

После сказанного полковник (ХерМайор) приказал: «Сулик – болван! Остановите БТР!». Далее он и остальной «Отряд Самоубийц» занялись собственной экипировкой и перевооружением – не обращая внимания на ругательства и призывы к миру Вельвет.

Перевооружение заключалось в том, что полковник вооружился лазерной винтовкой, но оставил винтовку Каламити (в туннелях от неё мало толку) и взвалил себе на спину огнемёт. Похоже, он решил взять пример с покойного Соупа – при абордаже наёмников пегас-огнемётчик сражался вполне прилично.

Трюкачка прихватила: лазерную винтовку, кучу гранат и метательных (похожих на птичьи когти) ножей. Где она их раздобыла, я так и не узнал, но по их виду можно догадаться, что грифоны любят холодное оружие.

Хотя Отем предупреждал, что против Гончих энерго-магическое оружие более эффективно — Сулик решил оставить свой «ППШ», в ущерб трофейному FN P90. Странный выбор.

Хотя я и не собирался идти в бой, но предосторожность не помешает. Я экипировался в найденный синий разгрузочный жилет – хоть какая-то защита. Из оружия у меня было всё многообразие, что было у наемников, но свой выбор остановил на пистолете, FN P90, и трофейном дробовике Вельвет.

Все-таки «повезло» что, выбирая из множества техники, мы остановились на БТРе в командирском исполнении. Теперь я смогу командовать диверсионной группой следя за операцией буквально от первого лица. Один из найденных ящиков был набит множеством зелёных(!) шлемов с установленной камерой и гарнитурой. Сулик и Отем сразу смекнули, что к чему и активировали камеры — на экране бортового компьютера сразу появились изображения. К сожалению, для аликорна подходящей каски не нашлось – её рог не давал возможности одеть шлем. Однако Трюкачка не растерялась и нашла замену в виде танкистского шлема, которому она в полевых условиях сделала вырез под рог и поставила камеру с гарнитурой. Должен признать, ей идёт танкистский шлем, сидит прямо как родной******.

В момент примерки Вельвет особо активизировалась в попытке убедить нас сдаться и присоединится к ней «во имя мира для всех народов Эквестрии». На этом моменте я мысленно сравнил наш отряд с так называемыми «Туннельными Крысами». Сходство и вправду имелось – Отем был как американский офицер, Сулик как стереотипный негр, что должен умереть первым, Трюкачка как проводник из местных, что окажется предателем. И вся эта «гоп-стоп» компания лезет в туннели, похожие на те, что рыли Вьетнамские партизаны. Что-то мне подсказывало, что я не на той стороне. Прогнав ненужные мысли, я решил усилить сходство и, достав найденный мел, под речи черномазой о мире, нарисовал на шлемах пегаса и зебры круг с силуэтом «голубиной лапки» — символ мира хиппи движения, что любили использовать американцы во Вьетнаме. На вопросы копытных, что это за символ, я ответил, что это силуэт бомбардировщика, и в моём мире он приносил удачу (в отличие от «Волчьего Крюка»).

Закончив с косметическими приготовлениями, полковник приказал выдвигаться. Сулик следуя приказу, занял место водителя и повёл «Зрадомобиль» в направлении Понивиля. Вскоре мы подъехали и остановились на границе леса, как раз напротив города. Я должен буду остаться в БТРе и, охраняя пленницу, командовать операцией. «Отряду Самоубийц» же придётся обойти или пройти весь город, чтобы добраться до входа в туннели. Присев на дорожку, полковник обратился с короткой речью:

— Я знаю что, скорее всего это «билет в один конец» но, чтобы ни случилось, я верю в вас и наш успех. А сейчас не время жевать сопли – начинаем операцию «Подземная Сказка».

Весь «пафос» испортила Вельвет добавив:

— Скорее – «Разворошённая Псарня».

* — https://www.youtube.com/watch?v=GhiEXSdY7Ls

** — https://www.youtube.com/watch?v=l482T0yNkeo

*** — запрещённая в России организация

**** — говорит по русски

***** — https://www.youtube.com/watch?v=SckFYj_9lHM

****** — https://youtu.be/W9cJOye7E38?t=39

## Чужая нация (часть первая)

— Лямбда Два вызывает Дельту. Как меня слышите, приём? – я говорил в микрофон гарнитуры, негромко, но чётко.

На правах командующего, я решил проверить наши средства связи, пока операция не вошла в активную фазу. По правде, это стоило сделать раньше, но идея операции появилась спонтанно, мы все думали о разном, так что стоило ожидать, что мы забудем элементарные вещи. Надеюсь, эта забывчивость не будет стоить нам жизни.

— Лямбда Два – это Дельта, — полковник подражал моему тону речи, — Слышу вас громко и чётко.

— Лямбда Два – это Лямбда Один, — хриплый голос гуля удивительно чётко подходил к треску помех, — Слышу вас.

— Лямбда Два – это.., — аликорн на секунду замялась, — Это Тринити, слышу вас.

— Тринити, — я обратился к Трюкачке, — Ваш новый позывной – Тетта. Как поняли?

— Лямбда Два – вас поняла.

— Отлично, общий позывной группы – Foxhound, — данное название я дал не без иронии. Лисья гончая в логове адских гончих – кто для кого представляет угрозу?

— Лямбда, Тетта, Дельта, — из-за спины послышался голос пленницы, — это так тупо — идти туда, где вас ждёт смерть, преследуя сомнительные цели, и при этом, вместо настоящих имён использовать буквенные клички.

— Простите, — я обратился к диверсионной группе, — У нас "маленькие технические неполадки". Сейчас её заткну.

— Не надо, — в моих наушниках прозвучал голос пегаса, — Будь любезен – оставь как есть. Я буду рад услышать, что она скажет, видя, как мы уничтожим её достижения.

— Говори за себя, — произнесла Тетта, — Она недостойна права слова.

— Мне всё равно, — Сулик мог этого и не говорить.

У меня, на правах командующего, появился выбор: заткнуть черномазой пасть гранатой или, по совету полковника, оставить как есть. Изначально я собирался применить первый вариант, да и если следовать демократическим принципам, то должен следовать мнению большинства, но, похоже, последствия «гипноза» неокончательно развеялись.

Серьёзно — «Будь любезен» прозвучало как «бальзам на душу». Конечно, мне ничего не стоило лёгким усилием воли поступить иначе, но всё же я решил последовать вежливой просьбе. К тому же граната, используемая как кляп, явно противоречила «Женевской конвенции» об обращении с пленными, а я, несмотря на всё произошедшее, ещё не окончательно позабыл понятие гуманизма. Хотя, имея «дар речи», Вельвет может им воспользоваться, чтобы помешать операции, а в нашем случае малейшая ошибка будет стоить жизни. Отбросить «ненужные» мысли — выбор сделан. Если на моей могиле вместо имени напишут «Клинический Идиот», то это будет правдой. Мне всё равно – я уже умирал, и это было больно. Потом я окончательно умер, чтобы возродится – это было нежелательно. Сейчас я жив — и меня это не радует.

Закончив с «мemento mori», сев поудобней, уставился в мониторы и, сверяясь с картой, корректировал маршрут. В процессе, обдумав слова Вельвет, мысленно с ней согласился – позывные нужно было сменить. Мысленно обдумал несколько вариантов. До наёмников компании Коготь с их разнообразием мы вряд ли дойдём (у нас не такой масштаб), но идея использовать вместо греческих букв например: цвета (как в фильме «Бешенные Псы»), английские буквы (как в фильме «Люди в чёрном») или на худой конец названия времён месяцев (Январь, Август, Май, Июнь) — была бы довольно удачной. Но выбор сделан и, сосредоточившись, я взялся за командование.

Путь до туннелей решил провести не через Понивиль. Вельвет говорила, что силы Последователей сгруппировались в крупных населённых пунктах и через камеру, закреплённую на танкистом шлеме Трюкачки, я убедился, что она не соврала.

Аликорн блестяще справилась с ролью разведывательного дрона. Конечно, я не собирался рисковать и не отдавал ей приказа пролететь над городом, но и с высокой точки на границе леса Понивиль был «как на ладони», а аликорн, используя заклинание «Камуфляж Хищника», ничем не рисковала. Также нельзя не отметить трофейную технику – у нашлемных камер был просто адски ах…ый зум. По крайней мере, я, смотря, видя в мониторе трясущееся изображение, различал патрули аликорнов, и копытных других подвидов, шагающих среди домов, и даже различал их амуницию с вооружением. Патрулей было много, однако была одна приятная мелочь – среди их вооружения не было «энерго-магического», сплошные AR-15, различные ПП, карабины (СКС!) и дробовики.

Мне вспомнилось, как «краем уха» я слышал, что у Последователей энерго-магическое оружие не используется, так как считается негуманным — большинство ожогов от него не лечатся заклинаниями и зельями. Слабое утешение — на меня ни то, ни то не действует, да и всё равно, чем меня подстрелят (пулей или лазером), хотя ранения на мне заживают аномально быстро, но болевой порог остался прежним. Также вспомнилось то, как Трюкачка говорила мне, что аликорны чувствуют присутствие друг друга. Надеюсь, что при такой концентрации клонов в одном городе, эффект на Трюкачке не сработает. Хотя всё равно не собирался прокладывать маршрут через город – может, Понивиль и считается крупным по местным меркам, но он всё же не настолько большой, чтобы мы отказались сделать небольшой крюк. Проблема в том, что и периметр города патрулируется. Однако если выбирать между улицами города, полными вооруженных копытных, и периметром этого города, патрулируемым роботами шпионами, то выбор очевиден.

Закончив с разведкой, я приземлил Тетту и отдал приказ ФоксХаунду, применив средства маскировки, двигаться по указанному маршруту. В этот момент полковник, говоря в гарнитуру, выразил догадку насчёт выбранной тактики, и основываясь на сказанной мной фразе: «Разрушить вражьи надежды на побеждение. Используй слабости своего врага. Атакуй с неожиданной стороны» — пегас даже мой акцент изобразил. Судя по всему, ему понравился мой выбор, хотя уверен – если бы я приказал ему — в одиночку, с огнемётом, атаковать город, выполняя «отвлекающий манёвр», он бы, уверенный в успехе, устроил там пожар похлеще Лондонского. Тем не менее, была выбрана скрытная тактика и копытные, активировав свои средства маскировки, молча, двинулись по маршруту, вот только не все разделяли эту молчаливую атмосферу. Вельвет отчаянно пилила мне мозги:

— Хоть я и не верю Селестии насчёт вашей тяги к жестокости, но в одном принцесса была права – ты и вправду не очень умён, — мысленно я согласился с данным утверждением. — Почему ты, даже свободный от оков контроля воли, продолжаешь действовать будто зомбированный? – я промолчал, так как не собирался с ней говорить и тем более отвечать на столь провокационные вопросы. Черномазая же игнорировала моё молчание и продолжала капать на мозги:

— Тебе что-то пообещали? Богатство и славу или возможность вернутся в свой мир? Ты этому поверил? Да на твоём фоне даже я, попавшая в плен, не выгляжу такой дурой. Тем не менее я не такая как Литлпип, и не считаю, что для того чтобы построить гармонию, нужно уничтожать тех, кто противоречит твоим понятиям доброты. Или может, ты всё это делаешь, считая себя героем?

Тут Вельвет сделала «секундную» паузу, достаточную чтобы я обдумал и мысленно согласился с ней — с той частью, где она усомнилась в моих умственных способностях. Что же насчёт героя – таковым я себя не считал. Даже моего скудного интеллекта хватало, чтобы оценить ситуацию – для этого мира я являюсь отрицательным фактором. Большая часть тех, кого я ликвидировал, были не такими уж и му…ми (сектанты, представители древнейшей профессии: охранники тюрьмы Арба, охранники башни Тенпони, Хомейдж), кроме, пожалуй, наёмников ЧВК Когти — до чего же грифоны мерзкие твари. В отличие от Мелкопипки (ставшей злодеем по собственной воле, ради благих целей), я никаких благих целей не преследовал. Да и, честно говоря, у меня довольно размытые понятия о добре и зле. Я бы не отличил хорошего человека от плохого, даже если бы один из них помогал нищим, а другой насиловал мою сестру, которой у меня никогда не было. Вот только это не мир людей, а я не считал себя добряком.

Может, нужно отбросить рамки морали – пусть та ложь, что про меня распространили, станет правдой. Мне представилось, как я рву копытных в клочья и сдираю с них шкуру. Как ношу их «лица» как маски. Как снимаю скальпы, чтобы продать их в магазине «Мир кожи и меха». И всё это по приказам пегаса полковника и «Чёрной Книги», ради их «призрачных» идей. Может, я и буду действовать не по собственной воле, но удовольствие от живодёрства достанется только мне.

До такого не опущусь. Может, я и убил многих, но всё ещё сохранил человечность (надзиратели концлагерей про себя говорили что-то подобное). В реальной жизни я был совершенно мирным человеком, как персонаж Трус из Гайдаевских фильмов. Самое большое зверство, что совершал — это отрывал крылья бабочкам (ещё поджигал почтовые ящики, царапал дверные глазки и машины гвоздём). В раннем детстве даже боялся пить газировку, так как она шипит. Я не собирался «прыгать» из крайности в крайность, и точно не собирался корчить из себя хероя.

К тому же, герой умеет держать удар, никогда не сдаётся и побеждает, не зная страха, пускается в драку: Всем стоять, оружие на пол! В моём случае все эпизоды, когда я пускался в бой на превосходящие силы, объяснялись гипнозом. В дальнейшем всё оканчивалось довольно предсказуемо – хероическо-позорным бегством. И хоть мне и удавалось выжить, но могло быть и по-другому. Сейчас я повторяю ту же ошибку – разница лишь в том, что теперь я не под гипнозом.

Должен ли я помогать своим «товарищам»? Трюкачка (точнее Чёрная Книга) мной манипулировала, Сулик в меня стрелял, Отем – манипулировал и стрелял. Всё это можно было бы простить, если бы мы преследовали общие цели, только мне глубоко п…й на планы полковника, гуля, и аликорна с книжкой. Вот только альтернатива помощи им (предложение Вельвет) звучит как приманка, и попасться на неё значит расписаться в своей олигофрении. Вот только чёрному единорогу были не нужны никакие подписи — она продолжала болтологию:

— Ты не герой, ты «магнит для дерьма», но в рядах Последователей найдётся место всем: даже таким как ты, как Отем Лиф, как беглецы из Арбы, — говоря, черномазая скорчила свою битую морду в максимально серьёзное выражение. Мне даже показалось, что она пытается загипнозить этим взглядом. Только теперь я невосприимчив к гипнозу, «газов» это тоже касается. Вельвет, похоже, этого не знала, раз не замолкала:

— Разве то, что мы смогли поладить с Адскими Гончими, не является доказательством? Отем желает блага для пегасов – мы можем это устроить. Если гуль зебра желает возрождения своего народа, то зебры в наших рядах ему помогут. Не знаю, чего будет желать аликорн, сейчас её разум под влиянием «чёрной книги», но уверена — мы сможем ей помочь. А чего желаешь ты? Если возможность вернутся в свой мир, то это невозможно, но и в нашем мире можно построить благополучную жизнь, и твои знания об ином мире нам бы очень помогли. Серьёзно, вступай в наши ряды, и мы вместе построим новый мир – мир, в котором действительно можно жить. Тебе нужно скрыться – мы сделаем так, что тебя не найдут. Ты пожелаешь воспроизвести технологии и быт своего мира – ты получишь всё необходимое. Не знаю, была ли права Селестия насчёт привязанности призраков к мясной пище, но если это так, то и это не будет проблемой.

Тут я понял, что Вельвет смогла найти моё слабое место – это был удар ниже пояса. У меня резко заурчал живот, мне показалось, что даже громче чем звук работающего двигателя БТРа. С момента выжидания в канализации я ничего не ел, а последний раз, когда я ел мясо, было вообще в пещере с озером – мясо мантикоры было жёстким. Пленница похоже поняла, насколько метко она попала, и продолжила тему:

— Не удивляйся, хоть мы от природы травоядные, но в нашем жестоком мире многие отошли от природы. К тому же, грифоны и гончие не желают жить питаясь как пони — мы их к этому не принуждаем и нашли способ, как обеспечить мясоедов едой. Помимо множества полей с различными культурами, под ответственностью Последователей находятся множество ферм и пастбищ для мутировавших коров – браминов. Большинство из них неразумны, и хоть я и не одобряю их разведение и убийства, но готова смириться с этим фактом.

После сказанного я повернулся в сторону Вельвет, смотря на неё голодным взглядом. Я был настолько голодным, что мог сожрать лошадь. Конечно, я держал себя «в руках», но не мог избавиться от голодных мыслей. Конечно если я её сожру то буду считаться каннибалом, но, не мог удержать своё воображение от того, как буду жарить её на вертеле, медленно покручивая. Уверен – местная конина должна быть вкусной. На этой мысли непроизвольно провёл языком по… по промежуткам, и понял, что мне в любом случае придётся ограничить себя в жёсткой пище. На записи Селестия назвала меня «зубастым тараканом». Теперь я не такой зубастый, спасибо Лайфблуму. Данную «жалость к себе» прервала Вельвет, продолжив мою вербовку:

— Если помимо мяса тебе понадобятся кобылы для удовлетворения прочих потребностей, то — это тоже не проблема. В наших рядах множество одиноких сердец, с которыми ты сможешь организовать табун, — от сказанного Вельвет меня как током ударило, вбив в лёгкий ступор, прояснивший разум.

Мне вспомнилось, как Селестия говорила, что призраки проявляли повышенную половую активность. Наверное, из-за этого в ориентировке на меня была надпись «ОПАСНО – МАНЬЯК». Похоже, Вельвет, из-за бинтов на моей морде, приняла мой голодный взгляд за похотливый, и решила ударить ещё ниже пояса. Она промахнулась – я не настолько испорчен, но всё же решил вкратце описать, что её ждет, если она не будет фильтровать базар:

— Щас глаз на жопу натяну.

Тут уже Вельвет впала в ступор, «переваривая» услышанное, в процессе она медленно бормотала себе под нос «Глаз на жопу». Вскоре она поняла, что это была угроза, но всё же продолжила свои попытки переманить меня на «светлую сторону». По крайней мере, она стала выбирать выражения, но мне было всё равно.

Я решил игнорировать речи черномазой и, опустив уши, уставился в мониторы. Командуя ФоксХаундом, я приказал группе укрыться за одним крупным камнем и проследить за маршрутом роботов-шпионов, запоминая их курс и интервалы движения. Услышав подтверждение выполнения, я приказал продолжить движение. Вскоре группа прибыла к указанной точке, и в мониторе я видел довольно удручающее зрелище – похоже, гончие, роя свои туннели, не отказали себе в возможности изрыть и поверхность над ними. Контраст был разителен. Если вокруг Понивиля были многочисленные поля и прочая растительность, то площадь над логовом гончих выглядела как поверхность Марса – сплошные камни и «кротовины». Дополнял пейзаж треугольный красный знак, на котором был схематично изображен пони, которого утаскивала под землю какая-то когтистая лапа. Закончив с осмотром «достопримечательностей», я приказал найти вход, занять позицию и ожидать дальнешей команды. Сам же пересел с терминалов на место водителя.

Что-то мне подсказывало, что обнаружения противником не удастся избежать, и история, когда мы будем позорно удирать, повторится. Хотя сам и не собирался лезть в эти туннели, но было очевидно, что для ФоксХаунда будет крайне желательно, чтобы эвакуационный транспорт находился поблизости. К тому же, день уже подходил к концу и через полчаса стемнеет – для диверсионной операции время самое подходящее. Вот только не всё складывалось удачно, и на пути моего «благородного поступка» встал неработающий двигатель. Я четыре раза поворачивал ручку зажигания, но движок только мерзко трещал, отказываясь заводится. На эмоциях я даже, подражая персонажу известного фильма, ударил руль, прокричав: *Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса! Как ни странно это сработало – движок тут же зажужжал, а БТР, резко дернувшись, начал движение.

Следя за временем и маршрутом, опасаясь роботов-шпионов, повёл транспорт к точке рядом с логовом. Как ни странно всё прошло благополучно, мне удалось избежать встречи с роботами, да и с воздуха в вечерней темноте, ржаво-коричневый БТР остался незамеченным. В процессе Тетта сообщила мне, что им удалось найти вход, и они ожидают разрешения на проникновение. Остановив БТР и заняв место за мониторами, я дал разрешение.

Вход в логово оказался довольно широким и, судя по всему, предназначался для крупногабаритной техники. Не знаю, что в эти туннели завозили или вывозили, но, судя по входу, для этого предназначалась фура, не меньше. Охранял этот вход жуткого вида когтистый мутант. От его вида я взял свои слова и мысли назад – больше не считаю грифонов такими уж и мерзкими тварями. На фоне пса мутанта даже эти химеры (птице-львы) выглядели как образец «природной красоты».

Из описания «Адских Гончих» я сделал вывод, что они должны быть похожи на оборотней из мифов (как Ликаны из дибилойдного фильма «Другой Мир»), но увиденное сложно было назвать на что-то похожим. Конечно, в его морде можно было узнать собачьи черты, но всё остальное выглядело одновременно и нелепым и жутким. Непонятный серо-рыжий оттенок шкуры, короткий хвост (как булава), маленькие задние и непропорционально большие передние лапы с когтями как у Фреди Крюгера, лазерная винтовка наперевес, а из одежды лишь драная жилетка – всё это производило отвращение и чувство опасности. Тем приятней было видеть (от первого лица) как Трюкачка всадила твари крючкообразный клинок в левый глаз – гончая умерла, не издав ни звука.

— Двигайтесь осторожно, проверяя углы. Использовать лишь холодное оружие, без команды не стрелять. Тетта – активируй «колпак тишины», — я отдал слишком очевидные инструкции.

В данный момент мне стало казаться, что ФоксХаунд не нуждается в моём чутком руководстве. В КПК Тетты и Дельты и так были загружены карты туннелей из КПК Вельвет. Они не нуждались в моих инструкциях чтобы добраться до центра логова, где находится репродуктивный центр – это было неудивительно. Удивительно было то, что туннели не имели никаких подпорок, но при этом даже не собирались осыпаться, несмотря на габариты и рыхлый грунт. Также удивляло то, что по пути группе никто не встречался – двое псов мутантов, что патрулировали один из туннелей, были исключением, подтверждающим правило – два клинка Трюкачки их успокоили. Неудивительно, что в прошлом зебра Ксенит смогла пронести в подобное логово «Жар-бомбу».

На фоне всего этого просто вырвиглазно смотрелась одинокая коробка посреди туннеля. Я вспомнил, что в точно такой же коробке пряталась единорожка в толстовке — на борту Хищника наемников, когда они на абордаж брали Громовержец. Готов поспорить, что и в этот раз «Спец агент Мятная» скрывается в этом картонном укрытии – как её не замечают? Не знаю, кто она такая, но точно уверен, что она в курсе наших замыслов. Считая этого кантерлотского гуля своим союзником, я не стал говорить о своём наблюдении, и для всех всё выглядело так, будто эти туннели пусты. Несмотря на это полковник был максимально осторожен и часто сверялся с ЛУМом на своём КПК. Также пегас решил прокомментировать своё положение:

— Жарко как в аду.

— Мы и так в аду, — шёпотом произнесла Трюкачка.

— Не из-за этого, — произнёс полосатик.

— Ты о чём? – пегас обратился к зебре.

— Мы не настолько глубоко, и в этой зоне нет геологической активности. Жар имеет искусственное происхождение.

— И от этого жара ты так сильно завонял, или просто боишься? – с ухмылкой произнёс пегас.

— Иди на х…й, — Сулик ответил коротко и ёмко.

Вскоре копытные добрались до источника тепла – множество труб, исходящих из стен, вели вдоль туннеля в сторону «репродуктивного центра». По крайней мере, и без карты не заблудятся.

— Правда впечатляет, — произнесла Вельвет. — Я и Каламити участвовали в проектировании этой теплообменной системы.

— И что течёт по этим трубам? – я спросил у единорога.

— Секрет фирмы, но советую не стрелять в помещении с ними. В случае их повреждения, в туннели ворвётся нагретый газ. Конечно, автоматика всё перекроет, но судьба тех, кто пренебрежёт мерами безопасности, будет незавидной.

— Газ взрывоопасен? – я снова обратился с вопросом.

— Конечно, нет, лоботомит. Ты что – думаешь, мы не предусмотрели такой вариант?

— Замечательно, отлично, — сарказм был неудачен. Далее я, говоря в гарнитуру, обратился как командующий:

— Дельта, Лямбда Один, Тетта – вы не можете там стрелять.

— Ты что – рехнулся? – хрипя произнёс гуль.

— Повредите трубы, и это место превратится в крематорий.

— Аликорн может поставить щит, — полковник высказал ложную догадку, но его обломала сама аликорн:

— Спешу сообщить – этот навык для меня утрачен, — на сказанное пегас недовольно фыркнул, а потом продолжил расспросы:

— А чем прикажешь воевать? – с сарказмом произнёс пегас.

— Холодное оружие или огнемёт. Винтовки вешайте на плечи, о гранатах забудьте. Выполнять.

— Твой приказ абсурден.

— Я сейчас командующий, так что выполняй приказы — ты ведь просил об этом.

— Нет — я об этом не просил, — в голосе пегаса было саркастичное сожаление.

Нехотя, копытные привели огнестрелы в небоевое положение. Особенно недоволен был Сулик – в «рукопашной» он не силён. Далее уже не такая боевая группа продолжила движение. Вскоре они дошли до конечной точки. Как ни странно, но репродуктивный центр оказался не таким просторным как остальные туннели. Хотя может это просто казалось из-за множества шкафов, столов и прочей лабораторной мебели. Помимо мебели, в помещении было множество больших стеклянных камер, наполненных пузырящейся жидкостью, с гончими в кислородных масках что «принимали джакузи». Помимо крупных ёмкостей были и другие поменьше, в которых также пузырились эти твари на различной стадии развития. Некоторые были даже в эмбриональном состоянии.

— Тебе знакомы эти технологии? Разве это не прекрасно? Произнесла Вельвет.

— Мерзко, — мой короткий ответ.

— Сейчас Алмазные Псы обезображены порчей, но мы нашли способ лечения. К сожалению, он долгий и требует громоздкого оборудования, но результат будет стоить всех затрат. Согласись – мы используем эти технологии не для того чтобы убивать. Скоро Адские Гончие исцелятся и восстановят свою популяцию. Вместе мы построим гармонию, и я предлагаю вам к нам присоединится.

От очередной болтовни пленницы меня спас голос Трюкачки:

— Я засуну свой квантовый гармонизатор в её фотонно-резонаторную камеру.

— Извращенка, — произнёс гуль, мысленно я с ним согласился.

— Она восстанавливает популяцию существ, в природе которых охотиться на пони. Даже самое страшное наказание не может быть слишком извращённым.

С аликорном было сложно не согласится. О чём Вельвет думала, помогая этим тварям – что предотвращает геноцид? Пожалуй, именно это. Ответ слишком очевиден и, понимая всю очевидность, Трюкачка обратилась с другим вопросом, уже ко мне:

— Как ты говорил: людей тоже в пробирках растят, — тихо проговорила Трюкачка, — Ты тоже родился подобным образом?

— Нет, не таким. Не отвлекаться. Дельта – закладывай заряд.

— Уже заложен, — произнёс пегас.

— Что??? – я это произнёс синхронно с Вельвет.

— Детонация примерно через пятнадцать минут – должно хватить с запасом.

Далее я увидел, как неподвижное изображение со шлема пегаса поднялось со стола и «оделось» ему на голову. Это плохо – мне было интересно взглянуть, какие манипуляции будет проделывать копытный, чтобы превратить бластер в бомбу.

Зря я подумал что «это плохо» — вскоре началось действительно плохое. Один из детёнышей тварей, пузырясь в колбе, пришёл в сознание и, стянув маску начал царапать стекло. Процарапать удалось удивительно быстро и вскоре на земляной пол вылились литры жидкости, а сама тварь стала расширять проход, с явно недобрыми намерениями. К несчастью для псины, Отем психанул от неожиданности, и в сторону твари полилась струя пламени. Детёныш Адской Гончей недолго скулил.

* — говорит на русском

## Чужая нация (часть вторая)

Тут на несколько секунд последовало затишье, как говорится – «затишье перед бурей». Всем было известно, что оно будет недолгим, но стоит отдать копытным должное – они не паниковали, хотя представляли, что сейчас произойдёт — я представлял. Ещё на борту "Мстителя" с рассказов «товарищей по несчастью» изучал мутную историю Эквестрии, их технологии, бестиарий. Из того, что мне известно об Адских Гончих, вспомнилось то, что они способны воспринимать звуки на особых частотах (как дельфины и слоны), неслышимые для копытных. Именно эта особенность и была использована Анклавом при разработке шлемов контроля, и, возможно, то предсмертное скуление горелой псины было чем-то большим, чем просто агония.

— Движение, — произнесла аликорн, глядя на КПК.

— Направление? – вопрос пегаса звучал глупо – у него есть свой КПК с локатором, и он должен видеть то же, что и Трюкачка.

— Не могу определить, — в голосе синей была дрожь.

— Я тоже, но постарайся.

— Нас окружают? – Сулик, понимая, что задал риторический вопрос, снял ППШ с предохранителя.

— Есть сигналы, впереди и сзади, да и вообще повсюду, — Тетта всё больше паниковала. — Они близко.

— Вам нужно быстро уходить, — я пытался говорить максимально ровно, чтобы развеять атмосферу паники, только это не помогало.

— Советую вам отчистить свой разум от дурных мыслей, — Вельвет говорила, посмеиваясь, — В течение ближайших минут вы все сдохните, так что проведите их, думая о хорошем.

— ЛУМ зашкаливает, — Трюкачка проигноривала чёрного единорога. — Они вокруг нас.

— Подальше от стен, — произнёс пегас, одновременно невысоко взлетев.

Трюкачка не успела последовать его совету. С камеры гуля я увидел, как из земляного пола резко появилась когтистая псина с намерением исполосовать аликорна. К счастью, палкоголовая, проявив какую-то неестественную реакцию, успела среагировать и вовремя отпрыгнуть, чтобы не быть разрезанной пополам, но всё же не избежала касания когтями по правому крылу. Тут изображение с камеры гуля резко задёргалось и стало несмотрибельным, но с камеры пегаса видел, как Отем поливал гончую из огнемёта. Это мало помогало – псина была удивительно увёртливой и быстрыми прыжками подбиралась к летящему пегасу. К счастью для летающего копытного, Трюкачка вспомнила заклятие зебр из «Чёрной Книги», и из её раны на крыле в гончую воткнулось красное кровавое лезвие. Радость от победы была недолгой — из земли появилась другая тварь. Псина в прыжке попыталась добраться до пегаса и в полёте встретила свою смерть в виде «кровяного меча» — аликорн так отчаянно им размахивала, что со стороны была похожа на вентилятор. Пегаса это зрелище мало волновало, его больше интересовало исполосованное тело мутанта, лежащее под ним. Замерев на секунду, смотря на свежий труп, и пытаясь отдышаться, пегас вскинул огнемёт.

— Огонь! – одновременно с этим полковник начал поливать пламенем стены «репродуктивного центра».

Судя по тому, что на фоне послышалась трескучая очередь из ППШ, Сулик принял приказ к сведению. Одновременно со звуком стрельбы был и звук бьющегося стекла – похоже полосатик решил ликвидировать законсервированных псов до того как они очнутся.

— Прекратите огонь! Отступайте! – я прокричал в гарнитуру.

— Из стен! Они лезут из стен! – хрипя, кричал гуль зебра.

— Все назад! – аликорн поддерживала панику.

— Прекратите огонь! – я неудачно пытался командовать.

— Что?! Я тебя не слышу! – пегас ответил, не прекращая стрельбу.

— Прекратите стрельбу, скучкуйтесь и двигайтесь к выходу!

— Что?!

— Правильно – тогда они умрут быстро, — пленница начала иронизировать над ситуацией.

— Накройте их из огнемёта и отступайте!

Я понимал, что мои приказы бесполезны, но нужно было что-то делать – копытных нужно спасать. Сейчас у меня есть выбор – смотря в мониторы, насладится зрелищем, как копытных разорвут на части, или сесть за руль и сделать нечто очень глупое. Умом я не отличался и выбрал второй вариант.

— Направляюсь к вам! Постарайтесь продержаться! – прокричал в гарнитуру, параллельно заводя двигатель.

— Ты что удумал?! – судя по постановке вопроса, Вельвет не нуждалась в ответе. — Ты хочешь присоединиться к своим «друзьям»?! Они уже мертвы, а их трупы скоро будут аннигилированы бомбой из бластера! — я, поворачивая ручку зажигания, игнорировал речь пленницы. — У тебя и в другой жизни была склонность к самоубийству?!

Наконец-то двигатель завёлся – звук его работы был очень приятен. Далее я зажёг фары, и произнеся короткую молитву: «*Америка с нами!» — перевёл рычаг передач и вдавил газ в пол.

— Ты дебил или тебе жить надоело?! – вопрос пленницы был поставлен в довольно грубой форме.

— *Я бессмертный депутат! – на грубую форму вопроса я ответил глупой формой ответа.

Краем глаза глядя на экран бортового компьютера, я вёл БТР прямо в эту подземную, разворошённую псарню – мысленно я сравнивал себя с известным интернет персонажем, залезшим в будку к собаке Баре. С самого начала было очевидно, что подобного не удастся избежать, но, по крайней мере, в том, что группу обнаружили, виноват был не я, а пегас с простреленной башкой. Тем не менее, я должен их спасти, по возможности всех, хотя смерть пегаса и гуля допустима.

Конечно, я был благодарен Отему за то, что он спас меня от утечки мозгов, но я уже достаточно ему помог, чтобы рассчитаться с этим моральным долгом (да и то, что он в меня стрелял, не стоит забывать). Перед зеброй у меня тоже нет моральных обязательств (он тоже в меня стрелял, хотя всё время, с момента моего появления, являлся лишь жертвой обстоятельств – этим мы похожи), а вот с аликорном ситуация не однозначна.

Я был зол на неё – из-за неё всё началось, но в тоже время понимал её (или не её) мотивы (борьба против местного Люцифера – это заслуживало уважения). Однако большим мотивационным фактором было то, что она (и её книга) мой единственный (призрачный) шанс выбраться из этого мира пост апокалипсиса, разумных копытных и прочих греческих недоразумений. Также свою роль играла и моральная сторона вопроса – Трюкачка не побоялась и, проникнув в охраняемый небоскреб, вытащила меня «на своём горбу» (прямо Сивка-Бурка) из допросной. Конечно, из-за неё (во многих смыслах) я туда и угодил (да и гибель Соупа не только моя вина), но то, что происходило далее, сильно поднимало синюю в моих глазах. Серьёзно, она вытащила меня из эпицентра управляемого шторма – я не могу её просто так бросить.

На мыслях о «чудесах на виражах» БТР заехал в туннели. Я не всегда справлялся с управлением, так что иногда для поворотов и ускорения торможения приходилось использовать «особенности местности». К счастью, удары о стены туннелей были не очень сильными и шли по касательной, так что удалось избежать экстренного торможения с остановкой двигателя. Хотя от этой тряски и столкновений мои бока и южное место получили множество ушибов. Блин, место водителя оборудовано ремнями безопасности – надо было ими воспользоваться. Сейчас поздно об этом думать, нужно смотреть на дорогу пока «зрада-мобиль» идёт полным ходом.

Хотя не всё шло так гладко – похоже, я недостаточно часто посматривал в бортовой компьютер и пропустил поворот, этого стоило ожидать – туннели однообразны, а БТР двигался довольно быстро. На секунду у меня возникла мысль дать задний ход, но всё же решил, что быстрее будет сымпровизировать с маршрутом. Импровизация не подвела – вскоре свет фар осветил знакомые трубы теплообмена. Подвели мои водительские навыки – не оценив габариты машины, случайно задел ряд труб большого диаметра. Из пробоин тут же повалил какой-то газ белого цвета, но мне было всё равно – БТР был герметичен. Если верить Вельвет, то автоматика всё перекроет, а небольшой нагретый туман не должен быть смертельным.

Так, пуская искры от трения левого бока БТРа о трубы, и оставляя за собой «туманный след», я вплотную приближался к ведущей бой диверсионной группе. К сожалению, так как я сбился с курса, то не смог подъехать к входу в «репродуктивный центр», а свет фар показывал, что трубы (вдоль которых я двигался) просто уходили в стену. На секунду я решил затормозить, но потом подумал, что эта стена не должна быть очень толстой (да и в прошлом я, за рулём лесовоза, пробил бетонную стену тюрьмы), и вдавил газ в пол.

Ожидания оправдались – БТР пробил стену хоть и застрял в ней, а «репродуктивный центр» начал заполнятся белым туманом. Данное положение я оценил не сразу – при ударе о стену я предсказуемо приложился мордой. Конечно, разбитый нос это небольшая травма (из-за бинтов даже незаметна), но всё равно была болезненна и сопровождалась «звёздочками» в глазах. Хотя грех жаловаться – обычно те, кто не пристегиваются, подыхают со сломанными рёбрами.

Окончательно придя в себя, и прогнав мысли о безопасности на транспорте, я, через треск помех (похоже гарнитура немного пострадала) и звуки стрельбы, вслушался в радио-переговоры. Услышав стрельбу и ненормативную лексику, я понял, что копытные ещё живы, и решил заявить о себе:

— ФоксХаунд — это Лямбда Два, я на месте, буквально в пяти метрах от вас.

— Это наш шанс! – прокричал полковник. — Отступаем!

— Люк закрыт! – Сулик явно имел ввиду кормовую дверь. — Надо обойти!

Приняв этот хриплый голос как руководство к действию, я всмотрелся в приборную панель, надеясь найти кнопку дистанционного открытия. Надежда оправдалась – я нашёл целых два переключателя. В принципе это было логично – десант пользовался как боковой, так и кормовой дверью, только я не знал какая кнопка что означает. Можно было догадаться, что та, что больше, отвечает за кормовую, но ситуация была форс-мажорная и я нажал обе. Судя по тому, что кабина БТРа тут же стала наполняться белым газом механизм сработал. Также я понял, что Вельвет не соврала, говоря, что газ был нагрет – в кабине резко потеплело, чисто сауна, ещё бы веничек и чего-то безалкогольного.

— Все на борт, живо! – прокричал в радио-эфир.

Пока, несмотря на жару, моё положение было достаточно хорошим – снаружи жарко не только в прямом смысле. На секунду у меня возникла мысль взять FN P90 и, высунувшись из люка, присоединится к перестрелке (точнее поножовщине с элементами перестрелки) но я прибыл сюда не за этим. Понимая, что важна каждая секунда, взялся за ручку зажигания заглохшего двигателя. Как ни странно, в этот раз он завёлся с полоборота. Обрадованный этому факту решил заняться собственной безопасностью и застегнул ремень безопасности – мне не хотелось снова себе что-то разбить.

Одновременно с этим я, смотря на экран бортового компьютера, следил (с внешних камер БТРа) за тем, как копытные приближались к спасительной двери. Двигались они не так быстро, как хотелось – задом напеперёд, параллельно отстреливаясь (в случае Трюкачки – отмахиваясь) от множества псов-мутантов. Впереди всех был Сулик, за ним Трюкачка, Отем отступал последним и, вися в воздухе, создавал огненный барьер.

К сожалению, и моя скромная персона не осталась без внимания «Адских Гончих». С левой стороны кабины я услышал мерзкий скрежет, а краем глаза увидел как две когтистые лапы буквально разрывают металл, словно картон. Всё это сопровождалось резким сотрясением машины, от которого непроизвольно включился радиоприемник (из всех мелодий, что могли быть, эта была самой неподходящей**), а я уронил пистолет. Тут я впал в неловкий ступор, а гончая, встретившись со мной взглядом, начала действовать – залезла на полкорпуса в кабину и, взяв мою голову в замок, потянула на себя. От того чтобы меня вытянули, спасал только ремень безопасности, и судя по ощущениям, он крепче, чем мой позвоночник. Немного утешало то, что когти у этой псины были не такими длинными, как у остальных (последствие лечения порчи?), но всё равно неприятно, когда они впиваются в шею. Тем не менее, пока меня не укоротили, можно последовать совету Вельвет и подумать о хорошем, только думалось о прямо противоположном.

Я даже не знал, что в этой ситуации самое мерзкое – то что мне оторвут голову, или то под какую мелодию это произойдёт. В принципе для меня подобная смерть будет подходящей. Тот земной пони, что одержим мной, раньше был в рядах «Железных Вёдер», а основатель их движения (СтилХувс) как раз был обезглавлен в бою с этими мутантами.

Диверсанты же совершенно не замечали моих проблем – им и своих хватало. Аликорн и гуль всё же смогли добраться до БТРа, но было глупо надеяться, что они (через шум стрельбы и работающее радио) услышат мой хрип. Однако я всё слышал и даже видел краем глаз, через пробоину в корпусе.

— Полковник, быстрей! – прокричал Сулик.

Уверен, что пегас его слышал, но не проявил признаков заинтересованности. Порхая между полом и потолком, он поливал мутантов из огнемёта, медленно пятясь к транспорту. Может, он бы так и добрался задом до двери, если бы одна из псин не догадалась выпрыгнуть из-под земли прямо под ним. Время снова как будто замедлилось, чтобы я увидел, как гончая прошлась когтями по брюху пегаса. Вскоре время вернулось к обычному темпу, так что падение в туман пернатого огнемётчика прошло для меня без подробностей. Даже не столько из-за сменившегося темпа сколько из-за того, что, падая, пегас не справился с оружием и накрыл пламенем наш БТР. К сожалению, не ту часть, где находился я (пламя могло спугнуть душившего меня пса), а на открытую десантную дверь.

— Мы горим! Туши! – прокричал гуль аликорну. Также к этому крику прибавился визг Вельвет – похоже её накрыло струёй.

Тут же я краем глаза заметил свечение магии и услышал шум работы огнетушителя. Другим глазом разглядел как псина, сбившая пегаса, сама упала замертво от очереди из ППШ.

— Я за полковником! – снова хриплый голос.

— Он мёртв! – голос аликорна был эмоционален и звонок.

— Я его вытащу! Прикрой!

— Его нет – забудь!

— (нецензурно).

После недолгих оскорблений в адрес «Посланницы Звёзд» Сулик, повесив на спину ППШ, выпрыгнул из БТРа и, взяв пастью лежащего пегаса за зашкирок, потащил того к открытой двери. Трюкачка, видя всё это, пробормотала что-то под нос (явно нецензурное), бросила огнетушитель и выпрыгнула вслед за гулем с «кровяным мечом» на крыле. После синяя аликорн (буквально за секунду) разрезала этим мечом ремни огнемёта пегаса и, подхватив его магией, резко попятилась назад.

Для меня же всё увиденное сопровождалась «стальными объятиями» и тщетной попыткой дотянутся до ручки переключения передач. Конечно, попытка начать движение, когда тебе отрывают голову, заслуживает премии Дарвина, но шанс добраться до упавшего пистолета был вообще нулевым (о FN P90 лучше забыть). Однако и до ручки мне не суждено было «дойти» — я едва, по касательной, дотягивался копытной аурой, отчего та лишь слегка дёргалась. Поняв, что это не сработает, тем не менее, продолжал тянуться, параллельно пытаясь придумать выход из положения. Вот только моё положение не располагало к умным мыслям, и дело даже не столько в том, что мне пытались оторвать голову, сколько в той музыке из радио.

Тут у меня «осенило» и моя тянущаяся передняя конечность отклонилась от рычага в сторону магнитолы – к счастью, кнопка выключения оказалась в зоне досягаемости. Сразу как мелодия затихла, я смог сосредоточится на проблеме и, вывернув передние ноги под невозможным для земных лошадей углом, начал колотить пса мутанта. Вот только псу было хоть бы что. От ударов копытами по носу и челюсти он лишь слегка поморщился и оттянул назад морду, теперь вместо ударов я только дотягивался. В этот момент случилось неожиданное – Вельвет решила сообщить мутантам о грозящей им опасности:

— В туннелях бомба! Спасайтесь!

Её попытка была жалкой и раздражающей. Всё же надо было заткнуть ей пасть или хотя бы поугрожать тем, что вырву ей язык. Хотя после угрозы про «глаз на жопу» она надолго заткнулась. Тут меня снова осенило, «глаз на жопу» — это мой шанс.

Не теряя шанса, я применил свой не в меру развитый копытокинез на правом глазе псины и резко потянул копыто на себя, предварительно зажмурившись. Ожидание оправдалось – на меня полилась тёплая струя, а псина, громко заскулив, отпустила мою шею и отпрыгнула назад, держась за пустую глазницу. Я же на секунду застыл, глотая воздух и глядя на зависший в копыте вырванный орган зрения. После я по дурости раздавил его той же аурой над копытом (глазная жидкость – это так мерзко) и, взяв FN P90, избавил псину от страданий. После, взявшись за руль и рычаг, включил заднюю передачу и начал движение. Точнее предпринял попытку начать – БТР застрял в стене, к счастью, неплотно, судя по дерганьям, есть шанс вырваться. Вот только гончие не собирались давать нам шанса.

В момент, когда Трюкачка и Сулик затащили орущего Отема, я уже начал задний ход, но копытные ещё не успели закрыть двери. Аликорн заметила это упущение и пока Сулик укладывал пегаса, она уже успела нажать на кнопку закрытия кормовой двери и собиралась копытами закрыть боковую – не успела. В момент, когда аликорн взялась за длинную ручку, и почти закрыла дверь, в проёме появились две белые когтистые лапы (причём одна из лап была высокотехнологичным протезом) и такая же белая морда гончей альбиноса. Альбинос, показывая клыки начал раскрытие, явно собираясь пробраться в БТР и устроить нам мясорубку.

— Скорее дверь! – прокричала аликорн гулю зебре.

Гуль не стал игнорировать просьбу и, навалившись, попытался помочь синей. Только в этот раз двух лошадиных сил было недостаточно – пёс был сильнее (или его сильнее делал кибер-протез) и делал проём всё шире. Положение спас Сулик – он, понимая, что гончая сильнее, и осмотревшись, остановил свой взгляд на лежавшем дробовике Вельвет. Гончая альбинос также осмотрелся и остановил свой взгляд на пленной Вельвет – судя по тому, что он перестал рычать и «завис» с открытой пастью, он этого не ожидал.

— Спасайтесь! – произнесла чёрная единорог, но слишком поздно.

Сулик воспользовался замешательством и, взяв дробовик, сунул его прямо в открытую пасть псины, а дальше дело техники – альбиносу снесло пол башки, а аликорна забрызгало кроваво мозговой жидкостью. На этом моменте Трюкачка закрыла дверь, а я всё же смог вывести застрявший БТР из дыры в стене. После я, двигая броневик задним ходом, развернул его на сто восемьдесят градусов (впечатлившись радиусу разворота – на БТР-80 такое невозможно) и продолжил движение уже как положено.

В этот раз поездка проходила вслепую, и дело даже не столько в разбитых фарах сколько в неработающем бортовом компьютере – похоже, вырвав кусок броневика, гончая повредила не только корпус. Тем не менее, у меня не было времени всматриваться в отставленные следы, так что оставалось надеяться на удачу, хотя скорость всё же сбавил. Также эта часть «Подземной сказки» сопровождалась стонущими криками пегаса и ненормативной лексикой чёрного единорога. На секунду я даже отвлёкся от дороги и взглянул в треснутое зеркало заднего вида.

В отражении увидел лежащего на спине окровавленного пегаса, держащего себя за брюхо, и нависшего над ним гуля зебру, что также помогал пегасу что-то на себе затыкать. Одновременно с этим Вельвет проклинала пегаса, чёрную книгу и все миры самыми нецензурными словами. Аликорна же всё это не волновало и она, глядя на рану на своём расправленном крыле, жадно глотала бутыль с лечебным зельем.

— Чё там происходит?! – я всё же решил поинтересоваться происходящим.

— Кишки вылезли! – тяжело раненный пегас дал короткий ответ.

— Засунем их обратно! – хрипя произнёс гуль одновременно производя манипуляции с бинтами.

— АААХРРР….Они же не влезут! – раненный высказал своё соображение прогнившему полосатику.

— Куда они денутся?! – Сулик задал риторический вопрос.

— Надо было меня бросить! Со мной кончено АГРРХХХАААА!!!

В этот раз на крики пегаса Сулик не реагировал, продолжая бинтовать. Трюкачка же закончила с осмотром своей махалки и, убедившись что зелье подействовало, уже открыла рот готовясь что-то сказать, как через крышу ей в спину воткнулись знакомые когти. Похоже, без преследования не обошлось и сейчас на крыше БТРа находится когтистый мутант. Судя по всему, псина осознала, что смогла кого-то задеть, и продолжила копошится лапой. Сулик, спасаясь от когтей, прижался к стенке и, взяв дробовик, чуть не совершил непоправимое, но, похоже, он вспомнил, что в тесном помещении стрелять нельзя.

В этот раз положение спасла Трюкачка – лёжа на окровавленном полу, она магией вынула «Тесак Гаудины» и с размаху нанесла рубящий удар по лапе. Лапа хотя и не отрубалась, но тесак вошел довольно глубоко а, судя по скулящим звукам, это было болезненно. Предсказуемо лапа резко убралась обратно, а я, слыша скуление и скрежет с левой стороны, повернул руль в эту сторону. Скрежет и скуление на секунду усилились и так же резко пропали – мне удалось сбросить тварь, применив силу трения о стену. Вот только тварь была не одна – вторая гончая, держась спереди на крыше, начала копошится лапой в бреши на лобовой броне, как раз на месте водителя, где находился я. Мне удалось спастись, инстинктивно вжавшись вниз – когти прошли буквально в сантиметре, но было очевидно, что второй раз подобное не сработает. Осознавая всю очевидность, я произвёл резкий удар по тормозам и, будучи пристегнутым, увидел как гончая по инерции пролетела вперёд по направлению движения. Не дожидаясь пока мутант встанет на лапы, я, отпустив тормоз, произнёс: «*Дорогу Азову» — и вдавил газ. Конечно, всё это было на адреналине, но тогда мене показалось, что треск ломающихся костей был даже громче скуления с шумом двигателя.

Дальнейшая поездка прошла без встреч с противником, а я, ориентируясь по следам на стенах (оставленных моим неумелым вождением) вёл броневик к выходу. При виде света в конце туннеля я всё же прибавил ходу, тем более что туннель вёл по прямой, так что на прохладный ночной воздух мы буквально вылетели. Зря я это сделал – судя по крикам, тяжело раненные это не одобрили, хотя для меня даже через бинты ощущение прохладного ночного ветра было удивительно приятно (а может это из-за того что после обнимашек с гончей, бинты начали сползать – надо подтянуть). Также и БТР не выдержал этого «прыжка с трамплина» — судя по металлическим звукам, трансмиссия полетела, и сейчас мы идём на металле – всё же местная бронетехника довольно хреновая.

На мыслях о местном ВПК я убавил газ и, всмотревшись в треснутое зеркало, различил, как раненный пегас вскинул свою переднюю конечность с КПК.

— Детонация. Вскоре произойдёт детонация. Примерно через десять секунд, — после сказанного пегас начал обратный отсчет, но после цифры ноль ничего не произошло.

— Не получилось, ха,ха, не получилось. Детонатор забыли взвести — вата, — Вельвет говорила, сопровождая речь злорадным смехом. — Ты сдохнешь также как и в прошлый раз – глупо и бессмысленно.

Далее «Та кто помогает» захохотала истеричным смехом, ей не стали ничего отвечать, сейчас было не до разговоров. Почему бластер не сработал? Отем что-то напутал, или Хомейдж ранее «перепаяла» его так чтобы исключить использование как бомбы? На этом моменте снова случилось неожиданное, только это была приятная неожиданность. В зеркале заднего вида я увидел, как на фоне ночного Понивиля из земли резко появилось взрывное грибовидное облако. Одновременно с этим нас накрыли звуковая и остаточная взрывная волны, а БТР резко подпрыгнул от кругов на почве (подобным кругам на воде). «Демографический взрыв» состоялся. Операцию «Подземная Сказка» можно считать успешной.

— У….ки! Тупые у…ки! – бесилась связанная Вельвет, — Вы совершили огромное зло, убили многих невинных!

— Называть Адских Гончих невинными это всё равно, что называть невинными драконов или нас. — булькая кровью, говорил пегас. — Я счастлив, что избавил род пони от этой угрозы и счастлив такой смерти. Мляяя… как же больно!

— Дайте ему зелье, — вид аликорна, пьющей эти горькие отвары и того, как на ней заживают раны, заставил дать этот глупый совет.

— Ты чё, сдурел? В его состоянии, его внутренности превратятся в кашу, — Трюкачка ответила коротко и исчерпывающе.

Действительно – я сдурел. При ранении в брюхо раненному противопоказана любая жидкость. Тем не менее Сулик всё же решил помочь раненному, и, достав шприцы с обезболивающим, вколол один из них пегасу в плечо, только это мало помогало.

— Его ведь можно зашить? – я спросил, не отрываясь от вождения.

— Я имела дело только с льном и шерстью, — ответила аликорн.

— Его нужно доставить к хирургу, — ответ гуля был «очень неожиданным».

— Дестини хирург. Она меня зашивала, да и «Автодок» ещё работает, — говоря, я примерно представлял, что мне ответят.

— Мститель от нас… — Сулик на секунду замялся. — Лучше не знать, насколько он далеко, а если ничего не сделать, полковник умрёт через пятнадцать минут.

— Значит, нужно найти врача поблизости, — как ни странно после сказанной мной идеи все затихли.

— Врач гораздо ближе чем ты думаешь, — Трюкачка ответила, смотря на Вельвет, а я мягко остановил БТР.

— У вас ведь есть аналог клятвы Гиппократа? – мой вопрос звучал бы не так глупо, если бы Вельвет знала, кто такой Гиппократ.

— Чего (нецензурно)?

— Клятва работника здравоохранительной системы — о помощи всем больным и раненным — не зависимо от их происхождения, положения и прочих факторов.

— Это как «Женевская Конвенция»? Никем не соблюдается?

— Эммм… да, но в случае, если ты ему поможешь, то будешь отпущена.

— Ты не элемент честности.

— Разве чтобы быть честным нужно быть элементом?

— Хорошо – я ему помогу, но знай: я тебе не верю и сделаю это лишь потому, что верна своему элементу, — тут Вельвет глубоко вздохнула и продолжила. — Развяжите меня и снимите блокиратор.

— Блокиратор не снимать, — твёрдым голосом произнесла аликорн. — Стоит его снять, как мы все будем лежать парализованные.

— Я не буду, — мне показалось, что нужно напомнить, что на мне большинство заклятий не действует.

— Не стоит её недооценивать, — Трюкачка продолжила высказывать свои опасения, — Пусть тебя не обманывает внешность – она, даже без магии, фантастически эффективна в бою. Уверена, чтобы залатать пегаса рог ей не понадобится.

— «Парализующее заклинание» я буду использовать как наркоз, — сквозь зубы говорила единорог. — Вы же не хотите, чтобы убийца своего брата сдох от болевого шока?

— У нас есть обезболивающие препараты, — я говорил указывая на шприцы.

— Ты дилетант в медицине – это никуда не годится, они лишь притупят боль, да и пациент может умереть от передозировки.

— Я готов терпеть! – крича и булькая, произнёс сам пациент, — Колите что угодно или не колите, но не позволяйте ей со мной магичить!

Желание пациента – закон. Мне показалось, что мы все одновременно так подумали. По крайней мере Трюкачка не стала дожидаться приказа и магией развязала верёвки пленницы. Сама же пленница тут же, встав на ноги, заговорила по-хозяйски:

— Мне нужно содержимое моих сумок и ваша помощь как ассистентов. Делайте что говорю – без вопросов, — спорить с Вельвет никто не стал.

Далее я, стоя слева от единорога, обеспечивал её всеми инструментами, подавая зажимы, тампоны, нитки и прочие хирургические инструменты. Когда я подавал один из тюбиков, Трюкачка, нарушив запрет, решила спросить:

— А чудо-клей зачем?

— Данный клей склеивает не только копыта, но также и кожный слой, — серьёзным тоном ответила единорог. — Его разработали во время войны с зебрами, чтобы склеивать поломанных солдатиков.

— Очень утешает, — произнёс пациент.

— Ты ещё в сознании? — поинтересовался гуль, — У тебя всё в порядке?

— Полный п…ц, б…ь, полнейший!

— Только оскорбления – только это ты можешь сказать?

— Вот что я скажу…, — пегас на секунду затих, уставившись на гуля. — Я тебя, (нецензурно), прямо сейчас поблагодарю. Спасибо что вытащил меня от туда.

— Ты бы сделал тоже самое.

— Нет, бля, не сделал! Б..я-я-…ь!

Перед тем, как начать действовать, Вельвет вколола ещё один шприц с обезболивающим, но пегас отказывался отрубаться и донимал нас еле связной речью.

— Святые небеса – как сосиски, — произнёс пегас намекая на свои кишки (не знаю какие в этом мире сосиски но мне захотелось их попробовать).

— Вот что скажу тебе мисс, — Отем уставился на Вельвет. — Ты мой враг и всё такое, но знай моё мнение, — тут пегас указал на меня, — Он — один из лучших бойцов, кого я знал. Не знаю, из какого он мира, но в случае моей смерти он будет достойным командиром СНС. Поймите меня правильно, — раненный обратился к другим копытным, — вы тоже заслуживаете уважения. Каждый из вас мог бы жениться на моей сестре, если бы она была АААГРРР!!! Б…ть! – тут пегас уставился на Трюкачку. — Но не связывайся с моими братьями – они у..ки! — не всё произнесённое пегасом было уместно (Сулик и я были равнодушны к шурымурным делам).

— Бл…ь, я так не могу!!! – прокричала Вельвет, — Я не могу слушать этот бред! Надеюсь вы понимаете что он под кайфом?!

— Я б..я, тоже не могу! – пациент согласился с врачом, а потом, уставившись на меня, произнёс, — Выруби меня! Бей! – молча я выполнил просьбу, но пегас, на секунду отключившись, снова пришёл в сознание. — Бей сильнее! – я снова ударил. — Ё…й слабак! Ты копытами черепа пробивал! Бей сильнее! – после следующего удара копытный затих.

Дальнейшая часть медицинской (страшно сказать) операции прошла довольно тихо, хотя и сопровождалась сердитым шёпотом Вельвет Ремеди, где она проклинала: Анклав, Литлпип, Селестию, себя и свой элемент. Закончив со швейными делами, единорог довольно грамотно забинтовала бессознательного пегаса – Сулик бинтовал небрежно. После операции Вельвет дала несколько советов по уходу за больным (не позволять ему ходить, пить и прочее) но сказала, что если у нас есть «Автодок», то эти советы не понадобятся, а после села, ожидая нашего решения.

Я уже всё решил – уговор дороже денег, но Сулик не разделял моих принципов.

— Она лидер Последователей, а сейчас де-факто лидер НКР, а ты собираешься её отпустить?

— Да собираюсь – и сейчас я, де-факто, командующий СНС.

Не нужно было долго жить в этом мире, чтобы понять, что фырканьем копытные высказывают недовольство, но я не стал принимать его в расчёт. Судя по выражению морды, Трюкачка была также недовольна, что я собирался просто отпустить пленницу, но как говорил один римский полководец – Жребий брошен.

Блокиратор с отростка Вельвет я снимать не стал, но вышел с ней под звёзды вместе с её сумками и дробовиком. Перед выходом я приказал гулю сесть за руль – мне уже надоело экстремальное вождение.

— Серьёзно – ты меня отпускаешь? – пленница была сама удивлена.

— Да – серьёзно, и надеюсь, что мы больше не встретимся.

— Это вряд ли, и я к этой встрече подготовлюсь.

— Тогда желаю удачи, — после сказанного я бросил ей её разряженный дробовик, сумки и ключ от блокиратора, а сам вошёл в десантный отсек броневика.

БТР начал движение не очень резко, я сказал зебре про полетевшую трансмиссию, но после некрутого разворота броневик резко ускорился. Мне этот разворот показался подозрительным (лес и точка эвакуации в другой стороне) и с вопросом: «Почему мы развернулись?» – я направился в кабину. Хотя гуль мне ничего не ответил но увиденное говорило лучше всяких слов. Под ярким месяцем можно было различить силуэт чёрного единорога, и наш битый БТР мчался прямо на неё.

* — говорит на русском

** — https://www.youtube.com/watch?v=VbpiWc5l2tE

## Территория свободы - Потолок отношений

Быстро сделав выводы от увиденного, я резко забежал в кабину и, приложив гуля мордой об руль, повернул орган управления в правую сторону. Слушаясь руля, БТР отклонился вправо, попутно совершив небольшой крен – угроза жизни Вельвет промчалась мимо нее на трёх колёсах и скрипя трансмиссией.

Поняв что успел, я решил заняться самой угрозой и, удерживая полосатика, начал колотить его облезлую морду. Бил не в полную силу, я собирался показать ему кто здесь главный а не раскроить череп, и похоже гуль это понимал. Несмотря на болезненные удары (хотя не знаю – чувствуют ли гули боль) тот даже не зажмурился и лишь смотрел на меня самым виноватым взглядом. Попутно с получением «призрачных» тумаков гуль начал торможение двигателем – это не прошло для меня незамеченным, и я, после очередного удара, вытянул полосатого (не пристёгнутого) копытного с водительского места и сел туда сам.

Развернув (на инерции) броневик в сторону леса я прибавил газу, попутно следя (боковым зрением) за гулем зеброй. Тот похоже понимал что меня возмутило, по крайней мере на его битой облезлой морде была целая гамма эмоций – сожаление, обида, вина, злоба, непонимание и прочее и прочее.

Для меня же ситуация была понятна – Сулик (да и Беатрикс Луламун) не одобрили того что выбирая между жизнью и смертью я выбрал первый вариант. Я же не сомневался в своём выборе – было понятно, почему копытные не одобрили мою идею отпустить лидера НКР (она ещё доставит нам много проблем) но я не собирался идти в разрез тому, что называют человечностью. Я различал понятия «военная хитрость» и «вероломство», и если одно из них вызывало уважение (даже если бы его применили против меня) то ко второму относился крайне отрицательно. Конечно я не гуманист-пацифист, да и не тот кто может читать морали, но всё же — у меня были принципы и они шли в разрез нарушению и без того шатких законов войны. К тому же, формально Вельвет нам скорее помогла – способствовала разрушению погодных башен и прочее. Может кто-нибудь, не имеющий понятие морали, сказал бы: что я обещал Вельвет что она будет отпущена, и если после она будет убита не мной то я ничего не нарушу – это идёт вразрез с моими немногочисленными принципами. Несмотря на то что я не на Земле, и уже совершил множество преступлений, я не собираюсь становится беспредельщиком. Может в данной ситуации загонять себя в рамки не очень умно, но умом я не отличался.

Осмыслив произошедшее, я убавил газ (трансмиссия всё больше трещала) и, смотря через дыру в корпусе на ночной пейзаж, вёл броневик к границе леса – точке эвакуации. В процессе я окончательно успокоился и понял (действие адреналина прошло) насколько сильно устал. Усталость всё больше давала о себе знать, и то, что после наезда на кочку меня как током ударило (слегка подбросило, приведя в чувство) показывало, что я нарушаю ещё одно правило техники безопасности (до этого не пристёгивался) на транспорте – управляю машиной в полусонном состоянии.

— *Только не спать, — произнёс мысль вслух.

Понимая, что только озвучивание мыслей не поможет я включил радио, надеясь что там будет какая-нибудь бодрящая мелодия, или новости о наших недавних похождениях, но в НКР будто предвидели мои проблемы.

— Хороший вопрос Эппл Торн, — я узнал этот голос, пропаганду Последователей периодически озвучивала дожившая до нынешних дней довоенная министерка Флаттершай. Её голос был одновременно и тихим и жутким:

— Среди множества эволюционировавших магических существ есть одно совершенно уникальное – птица Феникс, или как сейчас их называют: Жар Феникс. — я начал клевать носом, — Эти удивительные создания раньше гнездились на деревьях в самых глухих лесах …., — ZZZZZZZZ, — Жар Феникс грациозно маневрирует в воздухе, — речь Флаттершай о грациозности пылающей птахи сопровождалась полётом нашего БТРа в какой-то овраг. В процессе я, ударившись об руль, окончательно отрубился.

Очнулся лежащим в десантной части броневика, от громкой, и имеющей мало смысла, речи пришедшего в сознание пегаса. Игнорируя раненного я осмотрелся и остановил свой взгляд на синем аликорне. Та не стала дожидаться и начала отвечать на незаданные вопросы:

— Ты заснул за рулём и чуть не угробил нас, заехав в овраг. Хвала Селестии — мы не перевернулись, а гуль смог вывести технику из этой песчаной ловушки.

— Где мы? Мы всё ещё едем? – спросони я не сразу понял что мы стоим но, осознав этот факт я снова осмотрелся и, не увидев полосатой морды задал очевидный вопрос. — Где Сулик?

— Мы в лесу, а гуль отправился встречать патруль пегасов, — только сейчас я заметил что у говорящего аликорна отросток на башке неярко светился, — Мне велел ждать здесь, мотивируя тем что при виде аликорна их поведение будет мало отличаться от поведения полковника, — я вспомнил как Отем нас обстрелял. — Да и, нужно приглушить его бред, — Трюкачка указала на свою дрель и на пегаса.

В принципе уже сейчас можно считать, что активные действия окончились. Если гуля не сожрут дикие животные (или он не решит нас бросить) то вскоре к нам прибудут летающие копытные, а после мы эвакуируемся на Мститель. Остаётся только ждать, только параллельно с ожиданием мне придётся выслушивать наркотический бред не отошедшего от наркоза пегаса. Всерьёз воспринимать его речь никто не собирался, тем более что говорил он в основном о том, как мы сделаем то, что не смог «Великий Анклав» — разгромим НКР и всех остальных, чтобы вернуть пегасам их «законное» право контроля погоды. Свой бред он разбавлял различными, только что придуманными, лозунгами: «Внешние Небеса – Территория Свободы!», «Силы Народного Сопротивления – Навсегда!» и прочее.

Как ни странно Трюкачку данные бредни несильно раздражали, и вскоре я понял почему – её танкистский шлем был оснащён шумозащитными наушниками. Вооружённый этим знанием я, порывшись в железных ящиках, нашел такой же шлем и напялил его на себя – в нём стало немного лучше. Оценив приглушённые шумы я подумал: конечно, это правильно, что Трикси применила шумозашитное заклинание (лес шума не любит) но неужели она не могла применить этот «колпак тишины» отдельно на раненном? Вообще-то это было объяснимо (вдруг пегас решит сказать что-то важное), но что-то подсказывало, что пегас ещё долго будет под кайфом. Основываясь на сделанных выводах, я уже собирался попросить Беатрикс Луламун применить своё заклинание более локально, но не успел.

К бредням полковника прибавились звуки четырёх сильных ударов о металлический корпус броневика. Судя по их интервалу, они были сигнальными, а по тому что Трюкачка обернулась к дыре в корпусе (да и происходящему далее) – всё было заранее обговорено.

— Старые вещи служат намного дольше, — хриплым голосом произнёс гуль зебра, глядя на нас через дыру в корпусе.

— Да, старый друг лучше новых двух, — спокойно произнесла «Тринити». Кодовые фразы – не лишняя предосторожность, и судя по их выбору, это была идея Трикси.

После обмена любезностями Трюкачка, нажав на кнопку, открыла кормовую дверь. Ещё в процессе её открытия я различил силуэты двух пегасов (точнее пегасок) в силовой броне, что нацелили на нас лазерные и плазменные винтовки.

— Ствол в землю – здесь все свои, — даже через шлемы с забралом я различал эмоции удивления у пегасок.

Уверен, что Сулик им в двух словах всё рассказал, но всё же они были удивлены виду: аликорна, несущего какой-то бред полковника, и меня всего в бинтах (а также тому, что изнутри весь БТР измазан кровью). Тем не менее, мой акцент был достаточно узнаваем, и вскоре точка ЛЦУ переместилась с меня на аликорна. Меня это устраивало.

— Омега Два, это Тау Четыре – код К8 жёлтый. Как поняли? — произнесла пегаска в рацию на своём шлеме.

Если я правильно помню наши позывные то она вызвала Подстрекатель на эвакуацию, но предупредила о раненных и возможной опасности. Ожидание эвакуации было не долгим, но в процессе полковник в своих наркотических фантазиях перешёл на новый уровень (тот в котором копытные начинают петь) и напел смутно знакомую рифму:

— Ночная Гвардия тяжёлыми шагами. Идёт, сметая крепости, с огнём в очах. Сверкая боевыми орденами, как капли свежей крови сверкают на мечах. Стальным копытом сметём мы все преграды, во славу Благороднейших Сестёр! Пусть рыдает враг, нет ему пощады! Ничто не остановит сильнейший наш напор!

— Неофициальный гимн Ночной Гвардии принцессы Луны, — произнесла пегаска, — Также использовался Стальными Рейнджерами во время войны с зебрами. После падения бомб стало не до песен. Не думала, что полковник Отем интересовался этой частью истории Эквестрии.

Дослушивать нарко-гимн я не стал и вышел на свежий лесной ночной воздух. Прохлада была удивительно приятна, да и вид звёздного неба с редкими облаками радовал моё чувство прекрасного, но недолго я этим наслаждался. Вскоре одно из облаков начало неестественное движение прямо в нашу сторону. Пока оно приближалось я успел различить, что это было вовсе не облако, а замаскированный Подстрекатель. Воздушный корабль серии Хищник (с грозовой тучей в днище), бывший транспорт наёмников компании Коготь, переименованный нами в Подстрекатель. Его вид был величественен, а полёт удивительно тихим, даже когда он приблизился на расстояние пистолетного выстрела я слышал лишь негромкий свист лопастей.

Вскоре Подстрекатель завис над нами, а с него к нам слетели четыре пегаса, причём двое из них несли носилки. Далее копытные погрузили на них раненного, а ко мне обратились с вопросом: нужно ли эвакуировать броневик? Я ответил утвердительно. Закончив с выгрузкой раненного, пегас запросил у «Омеги Два», для нелетающих (то есть меня, гуля, аликорна), подъёмник, и захваты для крупного груза. Вскоре с Подстрекателя спустился небольшой вагончик (как на горнолыжных курортах) в который мы вошли погрузив раненного. В момент подъёма я смутно различал, как копытные закрепляют в захватах БТР, да и мне это было не интересно. Мне хотелось бросить кости, пусть даже на жёсткие сиденья этого воздушного судна и, закончив с выгрузкой раненного, я выполнил своё желание. Полёт до Мстителя я продрых без задних и передних, не видя снов.

Разбудил меня голос белого единорога. Дестини приказывала копытным срочно принести для меня носилки, и приготовить капельницы, бинты и прочие медицинские изделия. Видя что я пришёл в сознание она запретила мне вставать, но дожидаться носилок долго не пришлось. В момент, когда меня несли в лазарет, я увидел группу копытных что, построившись в ромб, вели аликорна с блокиратором на отростке – судя по всему, в направлении тюремных камер. Само собой я решил исправить данное недоразумение и, приказал нёсшим меня земным пони догнать конвой. После вкратце разъяснил, что синяя пернато-рогатая не враг я готов за неё поручится. Копытные нехотя подчинились. Далее с неё сняли блокиратор, а сама Трикси попросила вернуть её вещи – особенно книгу. Я приказал выполнить данную просьбу, да и все остальные, если они не выйдут за рамки здравого смысла.

После меня, наконец, отнесли в лазарет и уложили на в меру жёсткую койку, даже дали больничной еды. Данные больничные условия я бы посчитал идеальными, если бы моим соседом по палате не был пегас с распоротым брюхом. Конечно, сейчас он без сознания и ничем не мешал, но мне просто не нравилось его присутствие. Вельвет назвала меня «магнитом для дерма» но, пожалуй, данному представителю местной фауны данное наименование подходит даже больше, и я «печёнкой» чувствовал, что — чем дальше от него, тем безопасней. С другой стороны, я не в том положении чтобы требовать себе VIP палату, да и если здраво рассудить, то всё окончилось благополучно. По крайней мере, я остался жив и не в плену, а ведь всё могло быть по другому.

На моих мыслях о хорошем, в палату вошла Дестини, в сопровождении двух единорожек (ассистенток) – все в белых халатах. Далее они поставили между мной и пегасом тканевую ширму, а сами, светя своими отростками, начали манипуляции с пациентом. Что они делали я не видел но хорошо слышал и, судя по услышанному они испытывали целый букет эмоций: страх, удивление, восхищение, жалость.

— Тройной разрез, лезвие было острым но неровным, с зубьями, – Дестини комментировала что видела и что думала, — Не думала что после таких ран, нанесённых Адскими Гончими, можно выжить. Техника зашивания мне незнакома, но должна признать – действовал профессионал. А это что?! – похоже, теперь она начала осматривать швы более детально, — Чудо Клей! Вы его склеивали?! – после она сдвинула ширму и уставилась на меня удивлённым взглядом.

— Нет, не мы. Его зашивала Вельвет Ремеди и она использовала клей.

— Ремеди?! Та о ком я думаю?!

— Она самая.

— Это всё объясняет, а ведь я думала что это байки.

— Она советовала его не беспокоить, не давать жидкости, и по возможности — положить в автодок, — я припомнил советы Вельвет.

— Это само собой, но лишь когда счистим клей. Он может повредить механизмы.

Далее палкоголовые принеся какие-то растворители, обработали ими швы, а после начали долгую процедуру по вычищению. Закончив манипуляции со скальпелями и пинцетами, врач и санитарки перенесли бессознательного копытного на носилки, и потащили того к медицинскому прибору что однажды уже спас его жизнь. Прибор находился в соседнем помещении, так что на какое-то время я побуду один и в тишине. К сожалению, это время было недолгим.

Наслаждаясь одиночеством я заметил решётку вентиляции, из которой исходил фильтрованный, для медицинского помещения, воздух. Побочным эффектом фильтрации было охлаждение как из кондиционера и, хотя на мне был сильно потрёпанный комбинезон, да и бинты на ногах и морде, но я всё же чувствовал приятный холод на шкуре. Никогда раньше не замечал, насколько холод приятен – надо будет как-нибудь сходить в морозильную камеру. В процессе данного «закаливания» я непроизвольно услышал происходящее в соседнем помещении, и судя по услышанному, полковнику настолько хреново насколько мне хорошо.

— Что (нецензурно) происходит?! Где я?! – послышалось из вентиляционной решётки.

— Успокоитесь полковник, — судя по голосу говорила Дестини, — Вы в безопасности, на Громо… то есть Мстителе.

— Где я?! – послышался стук о железо.

— Не ломайте автодок.

— Автодок! Б….!!! Почему так больно?!

— Ваш организм был напичкан различными транквилизаторами. Автоматика решила очистить ваш организм и провела химиотерапию.

— Е….я автоматика! Е…й автодок! Забирает раны – оставляет боль! Вытащите меня!!!

— Успокойтесь – как только сердцебиение и прочие параметры придут в норму автоматика сама вас выпустит.

— Откройте его в неавтоматическом режиме! Хоть кувалдой и ломом!

— Имейте терпение, мы не станем ломать прибор. Я, конечно, могу настроить параметры и вам введут успокоительное, но считаю, что с вас хватит Мед-Икса.

— Что за шум, а драки нет? – судя по голосу, в помещение вошла Трикси.

— У полковника ломка? – судя по этому голосу, звучащему как бензопила, Трюкачку сопровождал Сулик.

— Не ломка, — спокойно ответила Дестини, — Другой побочный эффект.

Далее я отошел от вентиляции и вернулся на койку – хотелось тишины. Тишина продолжалась примерно полчаса, а после её прервала вошедшая делегация из копытных. Особенно среди них выделялась Трюкачка одетая в фиолетовый балахон с прорезями под обгорелые (без перьев) крылья – хоть кто-то станет носить данные шмотки сектантов. Второе, за что зацепился мой глаз, был полковник Отем в инвалидном кресле. Одет он был в зелёную медицинскую одежду, точно такую же какую он носил при нашей первой встрече – какая ирония. Дестини, Сулик и санитарки — не сильно выделялись.

Далее работники медицины погрузили колясочника на койко-место и, отгородив его от меня ширмой, занялись моим лечением. Лечение начали с того что с меня стали снимать одежду и бинты. Начать решили с головы. Дестини приказала мне лечь особым образом, а сама, держа в магической ауре пинцет и скальпель начала действовать. Процесс был довольно болезненным.

— С…нь конья! – белая единорожка прокомментировала увиденное, — Уже успел начаться процесс заживления, но материал начал въедаться в органику. Никогда такого не видела, но слышала что такой эффект возникает у кантерлотских гулей.

— Ещё не поздно? – я спросил у врача, — Или мне так и придётся – в бинтах ходить?

— Нет – не поздно, но чтобы вы там не делали, не повторяйте.

— Меня поджарил жар-феникс – я этого не хотел и не собираюсь повторять.

— Жар-феникс! Магическим пламенем! – Дестини на секунду перепугалась, но вскоре успокоилась, — Хотя… ваша аномальная магическая структура нейтрализует магическую радиацию. Отбой тревоги – мы в безопасности.

Далее палкоголовые продолжили «снимать с меня кожу», по крайней мере именно так я всё ощущал, и если бинты снимались довольно легко то с комбинезоном врачу и санитарам пришлось повозится. Никогда не забуду, с каким звуком (как шуршание пластикового пакета) его от меня отдирали и какими ощущениями это сопровождалось. Хотя уж лучше сейчас потерпеть, чем ощутить последствия, как эта ткань намертво въестся в шкуру. Закончив своё дело, живодёры в белых халатах намотали на меня свежие бинты и помогли одеть больничную одежду. Далее Дестини поставила мне капельницу, а санитаркам велела собрать все срезанное с меня и отнести в лабораторию так как: «Это образцы».

К сожалению, на этом всё не закончилось – полковник Отем потребовал, чтобы я рассказал, как проходила операция «Разбитый Циферблат», во всех подробностях. Отказывать я не стал, хотя в данный момент вместо разговоров мне хотелось отоспаться. Я начал рассказ с момента прыжка с борта Подстрекателя, хотя уместней было начать с момента когда Трикси залезла ко мне в голову. По понятным причинам я пропустил эту, да и некоторые другие подробности.

Я рассказал: Как я и Соуп совершили посадку, как проникли на ферму. Как с грузом моркови проникли в башню Тенпони (на этом моменте Сулик сильно задумался). Как мы шныряли по башне и взяли языка, как я занялся промышленным альпинизмом (даже песню про лживую и ложную тревогу напел), как я проник в апартаменты и убил Хомейдж (на этом моменте все заржали). Как Соуп настоял на проникновении в центр управления Селестией Один. Как мы туда проникли и перехватив управление «немного пошалили», и как из-за моей глупости пегас окончил свою жизнь с ножом в глазу (тут, кроме Трюкачки, все приуныли).

Далее я рассказал, как мне провели «допрос с пристрастием» и как я чуть не раскололся (вообще-то раскололся – я рассказал Селестии и Мелкопипке о своей смерти в другой жизни). Рассказывая этот эпизод я чувствовал себя… даже не знаю с чем сравнивать. В одном из номеров Петросяна, комик рассказывал, как он с моста, в реку с камнем, на резинке прыгал – вот я также рассказывал, как у меня на всю жизнь остались «непередаваемые очючения». Копытным рассказ не показался комичным, однако Дестини после момента, где я рассказал, как мне вкололи эфир в «Фаберже» через несколько секунд успокоилась, и сказала что: в моём случае невелика потеря – Трикси дала ей крепкий подзатыльник, а импотент Сулик не сразу понял в чём юмор. Момент где меня спасли от палкоголового извращенца и того как вытащили из башни, рассказал максимально сухо и формально. Момент когда Мелкопипка применила против нас климатическое оружие поначалу хотел рассказать подробно, но усталость стала брать верх – уложился в одно предложение. Дальнейшее полковнику и так известно, так что я закончил.

У всех мой рассказ вызвал разные эмоции. Пегас говорил, что смерть Соупа – большая трагедия, но стоит данного успеха, а после объявил благодарность, на которую я ответил фразой «Служу России». Видя, как все затихли я, наигранно покашляв, произнёс «То есть, Силам Народного Сопротивления». После сказанного все выдохнули и сделали вид, что я ничего не говорил. Сулик о чем-то задумался, у Трюкачки я вызвал жалость (для меня это было унизительно) а Дестини высказала мнение, что я что-то недосказал. Все кроме неё поняли, что имелось ввиду и Отем попросил меня разрешения рассказать «мою тайну», я дал разрешение. В НКР всё и так было известно – надо исправить эту «несправедливость» и к СНС.

Вместо рассказа Отем просто проиграл ту «кассету» что дала Вельвет, и после услышанного Дестини впала в неловкий ступор. Отойдя от него, она высказала предположение, что раз у «призраков» повреждённые клетки заменяются стволовыми, то есть шанс, что вместо выбитых зубов у меня отрастёт замена, а также что процесс старения должен проходить по-другому. Вопрос только – быстрее или медленнее?

Далее начались разговоры на «технические» вопросы. Отем рассказал, как присвоил мне звание майора и попросил Дестини объявить об этом всем Силам Народного Сопротивления но, спохватившись, отменил просьбу и сказал, что сам сделает объявление. Также пегас объявил благодарность гулю зебре и предложил ему звание лейтенанта – Сулик согласился. Также полковник сказал что: «Моё место на мостике» – и приказал доставить его туда пусть и в таком виде. Дестини подчинилась, а Трикси обратилась ко мне с «квартирным вопросом». Я же как дурак … то есть «учтивый джентльмен», предложил ей занять мою пока пустующую каюту. Тогда мне это показалось логичным, тем более я ещё долго буду в лазарете.

Как ни странно в лазарете я пробыл не очень долго (чуть больше двух дней) и дело даже не столько в моей аномальной регенерации, сколько в том, что я и Дестини сделали маленькое открытие. Белому единорогу показалось странным, что я просил усилить тягу вентиляции и поинтересовалась причиной этой просьбы. Я всё честно рассказал, что мне нравится холод, на что палкоголовая приказала санитарке принести льда из лабораторного холодильника и «образцы». После нескольких часов исследований она высказала своё наблюдение насчёт связи холода с активностью заживления моих тканей. Далее она решила провести медицинский эксперимент, и вместе с группой копытных, принесла мешки со льдом из морозильной камеры. Эксперимент увенчался успехом – я, наслаждаясь холодом (и чувствуя себя Порфирием Ивановым) быстро пошёл на поправку. Копытные, привыкшие к моим странностям, не сильно удивились данной особенности, лишь Сулик высказался что: «Всегда знал, что ты отморозок» – звучало как комплимент.

От кого же я не хотел комплиментов так это от Трюкачки. Придя ко мне, я заметил, что её крылья больше не выглядят как у мороженой курицы, да и из под капюшона слегка выпирает грива светлых волос. Беатрикс на это наблюдение ответила что: Сулик знает рецепт удивительно полезного зелья. Также она поинтересовалось моим здоровьем, а когда узнала об открытии, то сдержанно улыбнулась, а после произнесла:

— Это многое упрощает. Жду не дождусь когда ты не будешь нуждаться в этих капельницах и мешках со льдом. Уверена что ваш вид не сильно отличается от нашего, и вы больше любите тепло. Койка в офицерской каюте довольно широкая, но не очень тёплая — уверенна, мы её согреем и узнаем друг друга поближе. – после она нашептала мне на ухо,

— Я бы хотела чтобы ты был сверху, — далее аликорн применила на себе заклинание телепорта.

Бляха муха – только этого не хватало. На мне чё, мёдом намазано? Так всё хорошо проходило и теперь та же проблема. Естественно собачится с ней я не собирался, но и прогонять из каюты тоже не лучший выбор – уверен, что другие копытные с недоверием относятся к аликорну и мне не хотелось усиливать эти подозрения. Думая над этой проблемой я всё же пришёл к не лучшему решению, но дальнейшие думы прервал хриплый голос Мелкопипки из принесённого радиоприемника:

— Дети мои, нет смысла говорить насколько велики наши достижения, спустя годы после «Дня солнца и радуг», и насколько прекрасной будет наша жизнь, когда мы построим гармонию. Во имя этих целей мы все кого-то потеряли, и не будет преувеличением сказать, что убийство «элемента честности» коснулось каждого из нас — но в особенности меня. Чтобы спасти всех пони я пожертвовала своей добродетелью став злодейкой — чтобы нести вам голос правды Хомейдж отдала свою жизнь. Мне больно об этом говорить, но несмотря все мои старания, на все жертвы, что при этом возникли – Грей Стоун и та кому он подчиняется, живы и продолжают творить зло. Мне известно, что они, непонятно как, смогли уйти от моего справедливого возмездия. К сожалению, мои друзья решили что, пытаясь совершить справедливость, я перешла границы дозволенного, и лишили меня способности контролировать погоду, но даже не это самое страшное. Им было известно, что зло уцелело, и они организовали погоню, не поставив меня в известность. В дальнейшем, группа наёмников компании Коготь, под руководством Гаудины Грознопёрой, и лидер Последователей — Вельвет Ремеди, объединились для достижения общих целей. Я не буду говорить всех подробностей, скажу лишь, что зло никогда не отличалось склонностью к честной борьбе. Совершив невероятно подлое деяние, убийцы Хомейдж, Отем Лиф и некий Сулик жестоко убили аликорнов и выполнявших свой долг наёмников вместе с их лидером, а Вельвет Ремеди сохранив свою жизнь, не избежала плена. Как элемент доброты она предлагала снисхождение взявшим её в плен, — сделав паузу Мелкопипка шёпотом произнесла «хероголовая п…да», — думаю очевидно что это было бесполезно. Что происходило дальше, мне, лишённой системы погодных башен, точно неизвестно, но Вельвет Ремеди удалось выбраться из плена и, судя по её рассказу она, спасая свою жизнь и следуя своему элементу, совершила то на что я никогда бы не пошла. Мне тяжело это говорить но …. я её прощаю, и верю что честность, доброта и прочие элементы гармонии спасут Эквестрию …. Если будет что спасать. Со слов, выбравшегося из плена «элемента доброты», совершилось одно из худших деяний, что только возможно в нашем мире. Зло совершило геноцид. – Мелкопипка тяжело вздыхая, сделала паузу, — Но не надо думать, что лишь те имена, что я назвала, являются угрозой нашей гармонии и процветанию — они лишь часть угрозы, пусть и являются её лидерами. Мне известно, что беглецы из «Пенитенциарного учреждения Арба» организовались под командованием вышеназванных имён. Противостоя НКР, противостоя вам — они назвались Силами Народного Сопротивления, сокращённо СНС. Не обманитесь на это название! Под маской СНС скрываются: насильники и убийцы, поджигатели войны и нарушители мирных договоров, клятвопреступники и заговорщики, палачи и грабители, детоубийцы и работорговцы! Вас знает и проклинает весь мир! Вы ответите за всё!!! – снова пауза, — Дети мои, чтобы они вам не говорили, чтобы вам не обещали – не верьте им. Берегитесь заразы СНС! Как говорила Хомейдж: «С вашей помощью мы искореним эту порчу» — не ради мелкой мести, а высшей справедливости.

Далее я выключил радио – хотелось спать. Засыпая, я решил, на следующий день сказать Дестини что выписываюсь. Только нужно не забыть некоторые нюансы – хоть мои ожоги уже почти зажили (да и на месте выбитых зубов что-то пробивается) но ходить по Мстителю в бинтах и больничной одежде мне не хотелось, а в моей каюте как раз лежит маска-балаклава и множество бледно-зелёных комбинезонов. Нужно будет не забыть попросить кого-нибудь принести данные шмотки.

С утра, медленно открывая глаза, я понял, что просьба уже выполнена – «Леди Удача» (в чёрной толстовке) удерживая шмотки и местный вариант пистолета Кольт M1911, в жёлтой ауре, положила их на край койки, а после быстро и бесшумно скрылась за дверью. Я решил не терять времени и, заняв сидящее положение, начал с бинтов на голове – как раз за этим меня застала лечившая меня врач. Немного поворчав насчёт вклада в науку, она заставила меня пробыть в лазарете ещё полдня, где с меня списывали различные показатели и прочее. Наконец это закончилось и я одетый в комбез, с маской на горелой морде, и пистолетом в кармане покинул этот лабораторный лазарет. Даже, следуя суевериям, сделал вид, что вытираю ноги после выхода, чтобы больше туда не возвращаться вот только сразу после этого со мной случился небольшой, неприятный курьёз. Похоже, из всех комбезов, единорожка в толстовке решила выбрать самый поношенный. Справедливости ради стоит отметить что все мои шмотки подходили под понятие СекондХенд, но похоже Леди Удача будто специально выбрала шмотки у которых вместо карманов «чёрные дыры». Когда, положив пистолет в карман осознал что он провалился «под шкуру», а застёжку заклинило, я мысленно помянул единорожку в толстовке самым благим матом.

Путь до каюты преодолел без особых приключений, если не считать того что встречные копытные поначалу резко реагировали на меня в маске. Благо, мой акцент был узнаваем, да и мой тёмный цвет глаз был всем известен. Напрягало то, как они меня приветствовали, и дело не в том, что они, произнося моё звание, вскидывали переднюю конечность в нацистском стиле, сколько в том что, закончив с данной формальностью, они обращались ко мне не по имени или позывному, а по придуманной в их рядах погремухе. Конечно, у меня было, как у дьявола, много имён (среди них было брутальное прозвище «Череп» — у которого было продолжение «без мозгов»), и в этом мире я известен под многими именами (Призрак – для Селестии, ДэсХед – для последователей, Лямбда Два – для боевых операций, и прочее), но «Горелый» — это что-то новенькое, надеюсь не прицепится. От этой мысли меня отвлёк вопрос бордовой пегаски насчёт того как я после всего этого выжил. Ответ был бы очень длинным, поэтому я, откашлявшись и наигранно гордо задрав голову, произнёс: «Я выжил, потому что огонь внутри меня горел ярче, чем пламя вокруг». Несмотря на то, что из-за моего акцента сказанное звучало скорее смешно, чем пафосно, психическая атака достигла цели. По крайней мере, копытные затихли, а я продолжил свой путь.

Мысленно утешая себя, что Горелый звучит лучше, чем Жаренный, я добрался до своей просторной офицерской каюты. Зайдя туда я вспомнил что в прошлом как ду… то есть … неважно… прописал туда крылато-рогатого сожителя. Данная забывчивость чуть не стоила мне жизни, когда я, открывая дверь, увидел (опять в замедленном темпе) как в сантиметре от моего уха пролетает грифонский метательный нож. После того как время вернулось к обычному темпу ко мне подбежала синяя аликорн в фиолетовом балахоне, с извинениями и объяснениями. Как выяснилось, бывшая фокусница, метая ножи во время операции «Подземная Сказка», вспомнила молодость, когда она хотела добавить в свои выступления номер с метанием кинжалов. Тогда для её выступлений не нашлось добровольцев, но сейчас она решила проверить – достаточно ли точно она метает ножи, чтобы выполнить данный номер? Добровольца опять не нашлось, и его роль сыграл один из моих комбинезонов надетых на подушки, и Трюкачка ничего лучше не придумав, закрепила импровизированный манекен как мишень для дартса – на двери.

Всё окончилось тем, что я принял её извинения, а Беатрикс Луламун весьма двусмысленно корча морду, сказала:

— У тебя под одеждой пистолет или ты так рад меня видеть?

— Пистолет, — мой короткий ответ.

Негромко фыркнув Трикси вернула себе выражение морды и сказала, что с нетерпением ждёт наступления ночи. Я понял намёк и проглотил образовавшийся в горле горький комок. Понимая что нужно что-то делать но, не желая уступать свои квадратные метры, я направился к Гулю зебре, в мастерские, мысленно выбирая между сортаментами железа, сборной или неразборной конструкцией и прочими техническими особенностями. Ожидания меня не обманули, и копытные удивительно быстро справились с моим «заказом» — меньше чем за полдня. После они (несмотря на то, что конструкция была разборной) дотащили собранное изделие до моей «опочивальни», как раз к наступлению темноты. Трикси была не очень довольна увиденным.

— Грей, когда я просила тебя быть сверху, то совсем не это имела ввиду, — с плохо скрываемым раздражением произнесла аликорн, лёжа на нижнем ярусе двухъярусной кровати.

— А на что ты надеялась? Что мы будем теребонькатся? – я это произнес, будучи в доминирующем положении сверху, на всякий случай в одежде. — Ты предлагаешь мне какую-то дичь, и, что странно, далеко не первая кто мне это предлагает. От меня что — несёт призрачным афродизиаком?

— Нет — это нормальная ситуация. По крайней мере, стала нормальной, когда до войны, в Эквестрии начался бурный экономический рост. Не знаю, как это связано, но до торговли с зебрами мы не были такими охочими до противоположного пола, несмотря на его дефицит.

— Это всё равно не объясняет, почему многие из гммм… ну ты поняла, при виде меня начинают специфично гарцевать и хлестать себя метёлкой по бокам?

— Я видела их сны. Они, также как и я, тебе благодарны. Если бы не ты, то они бы до сих пор смешивали строительные смеси за серыми стенами Арбы. Их прежняя жизнь уничтожена, и теперь они свободны от прошлых уз их особенных пони, а когда ты устроил им побег из серых стен, их жизнь заиграла другими красками. Единственное что они могут предложить тебе в знак благодарности так это удовлетворить твои «потребности». Не поверю, что ты в этом не нуждаешься.

— Мы на войне, а на войне нет места е…ле.

— Не соглашусь, после всего пережитого обычного сна недостаточно, чтобы привести в норму, расшатанную нервную систему. Я следила за тобой, и, убивая пони, грифонов и прочих ты был далеко не хладнокровен. Не знаю, как с этим в твоём мире, но не думаю, что там всё слишком сильно отличается. По крайней мере в нашем, в том чтобы привести себя в норму таким способом, нет ничего зазорного. Может я и ненавижу Литлпип, но с этой моралью из её книги полностью согласна. Хотя здесь работает не мораль а физиология. Это я поняла еще, будучи Богиней, когда в моём распоряжении были знания Твайлайт Спаркл, а она была очень умной пони.

— Знаешь, — я сделал паузу, — Частично ты права. В нашем мире подобное практиковали. Джапы на оккупированных территориях Китая, Филиппин да и прочих. Они это называли «Домами Утешения», вот только я осуждаю данную практику, никогда не любил аниме, и вообще ненавижу эту нацию хачипури – они заслужили свою Хиросиму… Слегка отвлёкся. Можешь считать меня «бесполым профессионалом» или импотентом, но я сложно представляю, как буду пихать в тебя свою миниатюру.

— Сложно представляешь? Что-то подсказывает, что много раз представлял. Селестия не просто так говорила, что призраки проявляют повышенную половую активность.

— *Ну почему на Земле бабы не такие доступные? – далее перешёл на английский, — Ты же видела меня в «истинном облике» и наверняка …, — на секунду задумался подбирая слова, — Не знаю, как у вас, но в нашем мире сношение между разными видами не практикуется.

— Сношение – это грубо, а взаимное влечение между разными видами – это нормально.

— Не для меня.

— То есть – ты убиваешь пони, а отыметь не можешь?

— Понимай как хочешь, я не стану собачится с копытными. И довольно странно, что ты приводишь в пример Дарительницу, учитывая, что именно ты заказала мне её утешалку.

— Чего тут странного – всё очевидно. Для Литлпип башня Тенпони была «Домом Утешения», и Эквестрия никогда не забудет того что она совершила во имя мести и любви, — Трикси усмехнулась.

— Вот с этим сложно не согласится, — я высказал ненужное утверждение.

— Может тогда согласишься и с остальным. Я уверенна, что главное в пони, и не только в пони — это душа. Селестия не уверенна что она у тебя есть, но я точно знаю обратное. Неужели ты откажешь мне только из-за внешности?

— Нууу… вообще-то, я тоже считаю, что душа важнее, но в нашем случае внешность слишком сильный фактор.

— Внешность? Моя внешность основана на генах принцессы Луны, я даже цветом похожа, а она была эталоном всех стандартов красоты.

— Не убедила. Я не считаю вас интересными в известном смысле, и точно не нуждаюсь в таких «утешениях», хотя…, — на две секунды я задумался, — Можешь сделать для меня одну вещь.

— Всё что хочешь.

— Спой мне колыбельную.

— Колыбельную???

— Ведь вы пони любите петь, так что тебе не будет сложно напеть что-то успокаивающее. Что-то типа: И го го! — поёт лошадка. Спи, мышонок, сладко-сладко.

Юмор был довольно плоским, но тогда мне показалось, что я удачно сострил. Вот только Трюкачка этого не оценила и, изменив тон голоса на менее дружелюбный, продолжила:

— Сожалею, но я, прожив сотню лет, так и не научилась петь. Однако могу сделать другое. Тебе ведь понравится, если я тебя укачаю?

Далее я почувствовал снизу резкий толчок четырёх копыт. Он был довольно сильным – достаточным чтобы я, подлетев до потолка, и сильно ударившись, рикошетом отлетел на пол. Лёжа на полу, услышал сердитый шёпот: «Серый Мерин» — тоже одно из моих имён. Вставать с пола я не стал и, произнеся: «*В Петропавловске-Камчатском полночь. Пора спать» — погрузился в «царство Морфея».

*-говорит на русском

## Обитель зла - Как бритвой по нервам

— Проснитесь и пойте – теперь вы свободны, — тихо говорил знакомый надменный женский голос. — Никто сейчас не заслуживает отдыха больше чем вы, но … скажу так – утренний час снова пробил. Не тот человек, оказавшись не в то время не в том месте, может перевернуть мир. Вопрос: выдержит ли мир ещё один переворот? Так проснись же, тот чьего настоящего имени я не знаю. Проснись, тебя ждут великие и рутинные дела. Проснись и пой.

Я, медленно открывая глаза, осознал где нахожусь и своё положение. Лежать на жёстком полу без подушки было не очень удобно, но если исключить финал, то сон был глубоким и здоровым. Что же насчёт пробуждения, то у меня был подозреваемый, и сейчас она лежала на нижней койке свесив крыло, и глядела на меня самым невинным взглядом.

— Ты ведь обещала не лезть ко мне в голову, — говоря с Трюкачкой, я осознал как затекли некоторые части тела.

— Соблазн ещё раз взглянуть на другой мир, пересилил моё желание хранить обещание, но спешу тебе сообщить: я ничего не увидела — ты спал без снов.

— Ага – так и поверил, к чему были кодовые фразы?

— Все-таки догадался. Открыв глаза ты должен был проникнуться чувством доверия к тому, кого увидишь первым, но как с «любезностью» — осознание всё сводит на нет.

— Тебе ведь понятно что эффект получился прямо противоположным, — на сказанное аликорн опустила глаза и уши.

— Разумеется, поэтому раньше я пыталась сделать так, чтобы мы узнали друг друга поближе.

— Не советую.

— Совет понятен, но всё же не считаю что ты так безнадёжен.

— Может и нет, но предупреждаю – что могу поступить как Стенька Разин.

— Чего б…я? – действительно, с чего я решил, что данная не русская копытная басурманка знает, как Стенька поступил с басурманкой персидской?

— То есть – как Герасим с Муму.

— Эээээээ?

— Отелло с Дездемоной, — хотя упомянутое произведение было не российского происхождения, но всё равно было мало известно среди местного населения. Моя, не до конца запустившаяся с момента сна, голова не сразу доперла до данной очевидности. — Ладно, забудь.

— Всё же считаю, что ты просто загоняешь себя в рамки и в глубине души не считаешь пони такими уж уродливыми.

— Я никогда не считал пони уродливыми, только грифонов и тех кротоподобных собак, я считаю вас непохожими на представителей своего вида. С чего ты вообще решила что мы можем друг другу понравится?

— Нууу… Верхом на мне ты уже ездил, и мне не понравилось при каких это было обстоятельствах.

— Говорит та кто отправила меня на верную смерть.

— Но ведь я тебя спасла, и разве не очевидно что я сожалею о произошедшем? Пойми правильно, может я и желаю мести, но не одержима данным желанием, и вообще ничем не одержима. В этом Вельвет была неправа, а в остальном – не уверена, – в процессе Трюкачка встала с койки и, разминая спину, подошла ко мне. Я, догадываясь что она задумала, высказал свою догадку:

— И, давай угадаю, ты, несмотря на моё прозвище, предложишь провести акт спаривания.

— Это прозвучало грубо, да и твоё серое прозвище сменили на более подходящее «Горелый» – но ты угадал.

— И как ты это представляешь – что мы «разведём пламя любви, используя силу трения»? – из всех сравнений я выбрал самое неудачное, пусть оно и подходило моей новой погремухе.

— Может это и глупо звучит, и я понимаю, что это невозможно, но я бы хотела чтобы у меня от тебя было пузико.

— Если бы у тебя от меня было пузико то я бы тебя в него ударил, — зря я это сказал. Трюкачка резко изменила выражение морды и зарядила мне резкий хук справа.

Удар был сделан с душой – меня отбросило достаточно далеко, чтобы я отлетел к койке и ударился «Череповцом» о металлический каркас – звук был звонким, но сознание осталось при мне. Потирая ушибленную часть тела я видел как синяя аликорн, гордо задрав голову и подняв крылья, погарцевала в направлении ванной комнаты совмещённой с каютой. Её слишком лошадиная походка сопровождалась ударами хвоста по бокам, там где у копытных находятся их метки. У Трюкачки метка была в виде палочки с пятиконечной звездой на конце, и находящегося рядом звёздного полумесяца.

— *Ядреный корень – какая соска то аппетитная. Какие буфера, какие ножки, какое тело. Фаланём девчонку на дурное дело, — я не удержался и произнёс данную фразу, что слышал в сериале «Бандитский Петербург». Так как Беатрикс не знала русского, то мой сарказм, остался непонятым. Пожалуй, это к лучшему, иначе она бы снова начала меня бить ногами, скорее всего задними.

Дождавшись когда «соседка по общаге» закончит свои дела я сам пошёл проводить водные процедуры. Закончив с этим, я решил сменить, дырявый (с постоянно заклинивающей застёжкой) комбинезон, однако перед дверью резко остановился. В помещении находится представитель противоположного пола, а я без одежды. Конечно, среди копытных ходить без шмоток считается нормальным, да и сама Трюкачка меня совершенно не стеснялась, но что-то подсказывало что мой «естественный вид» не останется без внимания. На секунду задумавшись, я решил, что не должен стесняться какой-то копытной соседки, тем более что таким она меня уже видела – только тогда я был связан и весь в собственной крови.

— И это твой "главный калибр" – да это сморчок? – усмехнувшись, произнесла синяя, попутно одевая фиолетовый балахон.

— Тебя постеснялся – скукожился, — после сказанного последовало затишье. Надо заканчивать с плоскими шутками, или, по крайней мере, шутить более остроумно.

К счастью в этот раз за плоским юмором не последовали активные действия (Трюкачка лишь сердито фыркнула) и я спокойно переоделся. Маску решил не одевать – ожоги практически затянулись, остались лишь редкие не заросшие промежутки. Так начались долгие и спокойные (в сравнении со всем пережитым) дни.

Пользуясь данным спокойствием я, первым делом, сделал самую очевидную для своего положения вещь – попросил у Трюкачки «Чёрную Книгу» и стал задавать многочисленные вопросы насчёт перемещения сознаний, и прочего. Ответы были неутешительны – алхимик, что заключён в «Некрономиконе», утверждает, что ничем не может помочь, а язык на котором написана книга, мне незнаком (буквы как грубый симбиоз греческой письменности и арабской вязи – будто для тараканов).

То заклятие что использовали зебры лишь бледная пародия на силу аликорнов. Для его использования необходима особая аура, что долго восстанавливается, а также нужно пролить собственную кровь – алхимик уверен, что у «Благородных Сестёр» не было таких ограничений. Также он утверждает, что получил это знание, «в готовом виде», во сне, и совершенно точно уверен, что не от «Посланницы Звёзд». Что же до «обратного переноса» — то у него были мысли насчёт того что это возможно, но в то время для зебр в данном заклинании не было никакого смысла. Сейчас же, он, заточённый в книге, не может проводить свои эксперименты, да и если бы мог то, на то чтобы разработать столь сложное заклинание уйдут столетия. Из всего этого можно сделать вывод – ниточка оборвалась, но не всё потеряно. Селестия упоминала о возможности обратного переноса, значит, мне нужно до неё добраться и заставить говорить. Вот только добраться до неё не так просто, да и как можно заставить говорить компьютер (прочесть данные с жёсткого диска)? Думать над этим буду потом, для начала нужно победить НКР – это решит многие проблемы.

Главный идейный борец с НКР большую часть времени проводил на своём мостике, командуя Мстителем. Он не уставал меня благодарить за всё произошедшее хотя и не одобрил того что я отпустил Вельвет и даже её ПипБак не забрал. На моё замечание, что для этого ей бы пришлось отрубить ногу, за пегаса ответила синяя аликорн (помахивая в магической ауре Тесаком Гаудины) сказав, что она бы удовольствием это сделала. Полковник же сказал что дело не в удовольствии или мести (хотя он сказал, что был бы не против выжечь ей метку) – дело в ответах на вопросы. Его очень интересовал «Проект Тёмные Дни». Однако в целом пегас доволен как всё обернулось, и сейчас был рад находится на своём мостике. Однако иногда полковник Отем Лиф отлучался в радиорубку, да и в спортзале и оружейных мастерских, иногда можно было встретить его ржаво-коричневую морду. Также были моменты, когда он приглашал меня и ещё небольшую группу копытных в кают-компанию, где я проводил лекции о «ином мире».

Ранее я там не бывал но, зайдя, понял, что, то помещение было специально приспособлено для подобных дел. Кают-компания была чистой, уютной, и даже роскошной: широкий переговорный стол, несколько настенных досок, на которых можно набросать план операции, даже пианино имелось – странно, что ранее полковник не рассказал мне об этом помещении. Надо будет узнать, о каких ещё особенностях Мстителя я не знаю, но в данный момент я отвечал на вопросы.

Пегас был впечатлён тем, что я, будучи земным пони, действовал «также эффективно как Красный Глаз», и он хотел чтобы я помог бойцам СНС стать теми кто сокрушит «Новую Кантерлотскую Республику». Проще говоря: он хотел армию. Армию, которой не нужна большая численность. Армию, что совместит в себе природу пони и знания из иного мира. Армию, инструктором которой станет «призрак». У меня и моего копытно-пернатого друга схожие цели, так что я не видел причины отказывать и по возможности отвечал на все вопросы.

Первый факт об ином мире, что я рассказал, было — полное отсутствие магии. Копытных это удивило и они, не веря этому факту стали расспрашивать про «магию слов», «крови», «магию дружбы» и прочие её нестандартные разновидности. Я же рассказал про долгий период истории, когда магия и прочие сверхъестественные силы считались реальным явлением, но в процессе развития нашей цивилизации все эти факты не нашли подтверждения. Как человек верящий науке, я считал проповеди про всевышнего, рассказы про ведьм, и прочее, полным бредом. Даже сейчас, я с трудом верю, что магия реальна. Что, окончив одну жизнь я возродился в другом мире и, всё происходящее реальность, а не бред моего больного воображения. Все эти разговоры о магии я подвёл к тому, чтобы представить факт – в нашем мире всё основано на физических принципах. Никакой привычной здесь «техномагии».

Копытных удивило и огорчило, когда я сказал что был впечатлен уровню их технического развития. Они ожидали, что я помогу создать им подобие вундервафли, вот только для меня вундервафлями выглядели вполне обычные для них вещи. Я рассказал, что в моём мире только начинают вестись опыты с лазерным оружием, и нет ничего похожего на «плазменное» (я понятия не имел, на каких принципах основана эта «плазма»). Что нет ничего похожего на угнанный Громовержец. Даже «силовая броня» только начала разрабатываться, и на Земле такие костюмы называют – экзоскелет. Если в их мире роботы приблизились к совершенству, то в моём их только начали применять в боевых действиях. Причём они не автономны – только телеуправление.

Хотя и я не считал что природа людей основана на уничтожении себе подобных но, тем не менее, в чем-то Селестия была права – у моей цивилизации большая часть достижений в науке и технике была создана в период нескончаемых войн, в основном за территорию и ресурсы, хотя были и иные причины. За это время люди перешли: от камней и дубинок к меди и железу, от мечей и доспехов к огнестрелам и линейной тактике, от дульнозарядных ружей к автоматическому оружию и первым боевым машинам с летательными аппаратами, от поршневых фанерных самолётов и ромбовидных танков до аппаратов что летают быстрее звука, и целого семейства различной бронетехники. Апофеозом всему стал аналог того что в этом мире называют мегазаклинанием – атомная бомба. На этом моменте я просветил гуля зебру насчёт его неправоты – в моём мире не случилось ядерной войны, хотя…. Бомба была применена, аж два раза, и оба раза против вражеских городов не имеющих стратегической ценности, преимущественно с гражданским населением – по сути это были скорее полевые испытания, чем боевое применение. Мне нисколько не жаль тех джапов но, будь я на месте пиндосов то выбрал бы более подходящие цели.

В тот период истории, что я застал, наша цивилизация, практически отказалась от ведения боевых действий с использованием большого количества бронетехники, да и вообще крупных войсковых группировок (последним подобным конфликтом была Ирано-Иракская война). Атомное оружие хотя и сохранилось, но не применялось в связи с возникающими после его использования экологическими проблемами, от которых достанется всем сторонам, так что сложилась довольно парадоксальная ситуация. Стороны всем сердцем друг друга ненавидят и ведут боевые действия, но не напрямую и без использования самых действенных средств. Этому недоразумению дали просто издевательски звучащее название – конфликты малой интенсивности (Low Intensity Conflict или LIC). В том, что попадает под данную терминологию, редко используются крупные войсковые соединения. Всё решают точечные авиационные удары и подразделения сил специального назначения – сокращённо «спецназ». По сути то, как действовала Мелкопипка и, то что мы выполняли, попадает под понятие «специальных операций» и нам в будущем нет причин для отказа от подобной тактики.

Примерно так я бегло провёл одну из многих лекций. За одной следовала другая, потом ещё другая и далее и далее. Я рассказал многое только, по сути, эти знания были поверхностными и ничего не давали – только удовлетворяли любопытство представителей местной фауны. Полковник интересовался в основном военным делом, Дестини достижениями в медицинских науках (клонирование, трансплантация и прочее), Сулик же проявлял интерес к тому, кем я был как вид. В двух словах я описал облик людей, только гуль сказал, что ничего не понял из описания, и предложил изобразить внешность «хомо сапиенса» в художественном смысле – мелом на доске. В тот момент я уже был довольно уставший, но всё же выполнил просьбу и, мелом нарисовал художественное изображение в стиле «примитивизм постмодернистского направления». Реакция на моё художество была довольно предсказуемой – копытные минуту не моргая смотрели на «шедевр». Затишье прервала Трюкачка (так как она единственная знала мой настоящий облик) начав вначале сдержанно хохотать но, не удержавшись, откровенно заржав, у меня картина также вызвала улыбку. С уверенностью могу сказать, что в плане изобразительного искусства я на одном уровне с «великим комбинатором» — в книге про двенадцать табуреток, Остап Бендер изобразил нечто подобное.

Справедливости ради стоит сказать, что это был не единственный случай во время лекций, когда во мне от усталости и скуки просыпался художник. В момент, когда я рассказывал про «Красную Капеллу» я, подражая известному персонажу, стал складывать из мелков различные фигурки. Первой фигуркой была лошадка, далее ёжик, другие представители животного мира также были изображены на столе – Трюкачка сказала, что это мило. Однако будь я на месте Исаева, то уже был бы раскрыт – я не удержался и составил из мелков слово «РОДИНА», а поняв свою ошибку, поставил тире и досложил «FATHERLAND». Благо копытные вскоре поняли причину этих манипуляций, что означало окончание бессмысленной болтологии.

Однако из всех этих посиделок в кают-компании всё же был сделан вывод, после которого с СНС случилось небольшое, но заметное изменение. Дело в том, что пропаганда НКР, несмотря на наше нынешнее бездействие, не забывало о нас и СНС как организации. Хрипя в микрофон, Мелкопипка отчаянно продвигала мысль что: НКР это гармония, что те кого Вельвет назвала «Отрядом Самоубийц» — «Конченные Мрази» (здесь я согласился, название «Бесславные Ублюдки» звучало бы как комплимент), что СНС это «обыкновенные уголовники», а угнанный Громовержец это «Обитель Зла». Полковник Отем к этому относился оптимистично – он считал, что данные передачи создают известность СНС, и в будущем это только поможет перетянуть жителей Эквестрии на нашу сторону. Однако известность не должна основываться только на передачах вражеской пропаганды и аббревиатуры из трёх букв. Силам Народного Сопротивления нужен: символ, олицетворение, знамя. То, что можно изобразить на броне Мстителя и Подстрекателя, на форме бойцов СНС, на флаге сопротивления. Как вариант, пегас предложил использовать ту символику, что я шутки ради нарисовал на его шлеме перед операцией «Подземная Сказка» — я был категорически против данного решения. Я не стал подробно объяснять, чем мне не нравится «голубиная лапка», но к счастью полковник не стал со мной спорить (участи воевать под символикой гашишных наркоманов удалось избежать), но предложил мне придумать альтернативный вариант.

Примерно десять минут я вспоминал различные символики и пришёл к нескольким выводам. Первый вывод казался очевидным – скопировать символику Анклава (крылья со звёздами и букву), но букву большую E заменить на аббревиатуру — СНС. Подумав, решил, что не подходит – может СНС и можем считать себя наследником Анклава, но к этой ЧВК пегасов даже на Мстителе неоднозначное отношение, да и эмблема должна быть простой и понятной. Думая о простоте я вспоминал историю — царь Пётр, создавая торговый флот, просто поменял полоски на голландском флаге и получился простой, и понятный символ, что стал государственным флагом любимой мной страны. Но не стану же я предлагать копытным воевать под Триколором – тем более что в этом мире я единственный, что имеет хоть какое-то отношение к России, но при этом не продвигаю интересы данной страны. Нужно что-то ещё проще, как обыкновенный крест или его производные. Вот только я не религиозен, да и СНС не религиозная организация (пусть даже я и собираюсь сделать её похожей на ливанскую Хизбаллу). Тем более, что к изображению креста у меня скорее отрицательное отношение — многие агрессоры шли на мою «FATHERLAND» с крестами на форме. Они, объявляя её угрозой и абсолютным злом. Считали, что в борьбе с ней все средства хороши – себя же они считали «благородными рыцарями» и «воинами света». Нечто похожее сейчас и происходит в отношении СНС, только символика креста не занята, было бы парадоксально, если бы мы сражались против НКР используя подобный символ. Решено, раз мы «Обитель Зла» то нужно использовать стилизованный крест, только какой: свастику, волчий крюк – это чересчур.

Однако, на мысли об «Обители Зла» меня осенило. Я вспомнил серию фильмов (в игры по которым снимали эти фильмы, не играл) где использовалась простая, и подходящая для нас символика. Молча, я, взяв белый и красный мел, начертил на доске восьмиугольник со скруглёнными во внутрь гранями. После разделил этот восьмиугольник на восемь сегментов. Далее у меня был выбор, какие грани (прямые или под углом) закрасить красным, а какие белым. Решив что раз в фильмах красные грани чаще были под прямым углом (да и красный «мальтийский крест» выглядит слишком кровожадно) я закрасил красным диагональные грани, прочие закрасил белым.

В этот раз реакция на моё художество не вызывала хохота, хотя копытные всё равно замерли на минуту. Затишье прервал ржаво-коричневый пегас, сказав что: это идеально. После полковник начал задавать многочисленные вопросы о данном символе: где в «ином мире» он используется, что означает, имеет ли он магическую силу?

Я честно ответил, что данный знак это непереводимая игра символик моего мира и визуального отображения, но при этом он не является официальным. По сути, данный (похожий на зонтик – вид сверху) знак используется в основном в художественных произведениях для обозначения «корпорации зла» но и в реальной жизни некоторые компании используют логотипы, стилизованные под данный символ, пользуясь его узнаваемостью, простотой и заметностью. Тот же вариант что я предложил можно считать его «перевёрнутой версией» и он не имеет за собой цели изобразить какую-либо идею или цель — пользоваться можно смело. Окончание презентации окончилось синхронным топаньем копытных, как я понял это местный аналог аплодисментов.

Не прошло и дня как полковник Отем принялся за дело, организовывая бело-красный ребрендинг. Вскоре на корпусе Мстителя и Подстрекателя, на форме бойцов СНС (в том числе на моей, полковника, гуля зебры и прочих), в помещениях стал красоваться символ: Зонтик — Вид сверху. Однако основной курьёз был не в данной символике вымышленной " корпорации зла". Дело в том что Сулик не поверил что в моём мире нет магии, он высказал идею что она есть но имеет скрытые формы. Возможный вариант — магия слов. Отему это предположение показалось интересным, и он приказал в общественных помещениях (спортзал, столовая, мостик и прочее) помимо "зонтика" вывесить плакаты с лозунгами. Проблема в том, что в качестве лозунгов пегас решил использовать те высказывания что он производил в наркотическом опьянении. Так что вскоре на капитанском мостике Мстителя появился плакат со словами "Силы Народного Сопротивления — Навсегда!". Особую комичность этому придавало то что фраза была написана в две строки и дублирована на русский и английский. Сулик решил что "магия слов" эффективней работает на моём языке и, следуя советам полосатика, полковник решил перестраховаться. Особенно "креативный" плакат висел в оружейной мастерской. "Во всех местах, во всех мирах, лозунг СНС будь таков: Разговаривай с НКР языком пожаров, словами пуль, остротами штыков". На этом фоне заимствованный лозунг про «разбитого врага и победу за нами» выглядел блекло и серо — хотя копытные одобрили.

В общем и целом, копытные нормально отнеслись к тому, что Грей Стоун не тот за кого себя выдавал. Впрочем, не думаю, что они всерьёз поверили в версию про одержимость и скорее всего, решили, что это ещё одна причуда моего расстройства личности. Не просто же так моё знакомство с этим миром началось со смирительной рубашки и койки в психиатрической клинике?

К чему они не сразу привыкли так это к аликорну на борту. Будучи известной как Тринити, Трюкачка принесла на борт Мстителя атмосферу недоверия и подозрения. То что я за неё поручился не очень помогало — даже полковник в её присутствии говорил осторожно. Решив что исправить это может только время, я отправил Трюкачку работать на место покойного Соупа, туда где положено быть бабе, и в нашей ситуации это являлось привилегией — на корабельную кухню, то есть камбуз. Аликорн же сказала, что хоть она и владеет многими навыками, но готовка в них не входит. Что аликорны вообще могут обходиться без пищи, живя лишь магической энергией, и хотя она может употреблять обычную еду но у неё сотни лет не было практики. В ответ я лишь посоветовал ей вспомнить свою прошлую жизнь и сказал, что в моём мире есть поговорка про "путь к сердцу через желудок". Есть шанс, этим путём сдружиться с экипажем Мстителя, и глупо его игнорировать. Беатрикс Луламун согласилась, но предупредила что может возникнуть неприятный курьёз. Курьёз не заставил себя ждать.

В офицерской столовой, дожидаясь обеда, собрался основной командный состав СНС. Все были в неприятном предвкушении, будто заранее зная чем всё закончится, но лучше ужасный конец чем ужас без конца, так что когда аликорн выкатила тележку с большой кастрюлей (на кастрюле была красная надпись на английском "ПЕРВОЕ") все с облегчением выдохнули. Полковник Отем на правах старшего по званию первым продегустировал Тринитину стряпню. Принюхавшись и скорчив морду он зачерпнул первую ложку, потом другую, потом ещё другую. Сожрав примерно половину глубокой миски он прервал затишье:

— Знаете ли вы, как я получил своё первое повышение в звании? — произнёс пегас глядя на аликорна.

— Нет? Расскажите, — ответила Трюкачка.

— Я спас весь свой полк от неминуемой гибели, — гордо задрав голову произнёс пегас.

— Серьёзно? Каким образом? — искренне удивляясь, спросила синяя аликорн.

— Я пристрелил полкового повара!

После сказанного пегас взлетел со своего места и, взяв в пасть лазерный пистолет, направил его на крылато-рогатую начинающую повариху. Та, похоже не поняла что это было преувеличение, или от "неожиданности", применила на пегасе заклинание молнии. В конечном счете, всё обошлось — природа пегасов позволяла переносить удары из грозовых туч, да и Трюкачка не ставила цели кого-то убить.

Когда убедились что всё обошлось, пегас продолжил свою трапезу, а я всё же решился отведать первое. Вывод: гадость, но есть можно. Однако даже та похлёбка из пещерных грибов, что готовил Соуп, была приятней. Серьёзно, нам будет не хватать этого синего пегаса, и синий аликорн его не заменит.

Однажды в своих мыслях я сравнивал нас с «всадниками апокалипсиса», и в этом сравнении Соупу досталась роль Голода (Отем — Война, Сулик — Чума, Грей — Смерть). Довольно иронично, что я отвёл эту роль синему пегасу что неплохо готовил, впрочем... Синяя аликорн, что плохо готовит но не нуждается в еде, тоже подходит на роль пони-апокалипсиса с именем Голод. Что-то подсказывало, что с ней случится ещё много курьёзов.

Однако, насчёт того что курьёзы будут случаться со мной, у меня не было никаких предчувствий. Первым незначительным курьёзом было то что пони на Мстителе стали опасаться меня сильнее обычного. Когда я поинтересовался насчёт причины, то получил неожиданный ответ. Копытные подробно изучили отчёт об операции "Подземная Сказка" и их сильно "заинтересовал" момент когда я, используя ауру вокруг копыта, вырвал глаз алмазному псу. Дело в том, что у пони (да и всех других существ Эквестрии) есть своя защитная магическая аура что даёт серьёзную защиту от магии других существ (исключения — особые и боевые заклинания).

Пример: Мелкопипка в совершенстве владела телекинезом. Она могла обернуть пони своей аурой и раздавить его используя свой телекинез, но не могла переместить ауру своей магии, к примеру, в желудок рейдера, и расширяя её разорвать того изнутри. Моя же магическая структура аномальна и не ограничена данной условностью, и копытные опасались того что я могу, просто прислонив копыто, сдавить им сердце, или выдумать чего похуже. Я же вспоминая упомянутый случай, и то, как проник в апартаменты Хомейдж, признал данную возможность, однако заверил, что я вменяем и осторожен, так что им ничего не грозит. Судя по всему, мои обещания подействовали — меня перестали так сторонится, однако на следующий день случился другой курьез, который я предвидеть не мог.

Может моя магическая аура и аномальна и на меня не действуют большинство заклинаний, но похоже это отторжение не касается той части, когда копытные начинают петь под стихийно возникшую музыку.

Однажды утром я решил что нашей «конно-авиационной незаконной вооружённой группировке» помимо названия и знаков различия, нужны и другие атрибуты, чтобы быть похожей на профессиональную армию. Начать я решил с самого простого – с уставных стрижек. У меня и так стрижка короткая, а вот другие копытные ещё со времён побега из тюрьмы были обильно заросшими. Собрав группу копытных, я выбрал одного коричневого земного пони, на котором решил показать образец для остальных. Ничего не предвещало «беды»: я приготовил парикмахерские приспособления (мыло, ножницы, расчёски, стакан с водой, опасная бритва), земной пони занял своё место – как вдруг я заметил среди собравшихся, «единорожку в толстовке» с магнитофоном на шее. Кроме меня её никто не замечал, да и я решил сделать вид, что её не вижу – она мне помогала на протяжении всех прошлых событий, да и сейчас не выглядела агрессивной. Если она хочет продолжать быть незаметной, то я не видел смысла портить её конспирацию. Зря тогда я так подумал. Стоило ей вставить местный аналог кассет (голодиск) в магнитофон как начались проблемы. Заиграла мелодия удивительно похожая на бессмертную классику из оперы «Севильский цирюльник». Коричневый земной пони тут же подался этой музыкальной магии:

— Здравствуй цирюльник, то есть парикмахер. Я как ты видишь немного зарос, надо отрезать волосы на…р чтоб не висело столько волос.

Как ни странно, у меня появилось странное ощущение лёгкости на душе, и складывать рифмы стало легче, чем просто говорить.

— Не волнуйся, не сомневайся — я тебе отрежу всё что весит. Поверь, будет красиво, дамы оценят, супруга простит.

Мысленно я адекватно оценил, что за хрень я сейчас ляпнул, но всё это сопровождалось ощущением, которое я бы назвал «музыкальный раж» (по аналогии с «боевой раж») – хотелось продолжать, и я не стал сопротивляться желанию:

— Чуточку мыла, — намылил «клиенту» морду, — Крем от щекотки, — применил крем, — Не повредит и капелька водки, — так как водки не было то обошёлся водой. Хотя вода и не имела алкогольного эффекта, но мне захотелось поделиться с копытным своей проблемой насчёт взаимоотношений с противоположным полом. Я решил поднять тему:

— Нынче настало время такое, взять и жениться – дело простое. А нафига?!

Земной пони уловил тему и также решил её продолжить:

— Ну расскажи мне: как там красотки, дамы-девицы, кобылки-кобылицы, копытца и щёчки, икры и попки, ушки да губки, рожки да ножки? Как удержаться, чтоб не влюбиться, не ошибиться и не женится? Сердце приложишь – схватят за горло. Копытце предложишь – вырвут с плечом.

— Фииигу им, — мой универсальный ответ, — Фигу им. Фигу им. Фигу им. Фигу им. Фигу им. Фигу им. Фииигу им.

Тут я обернулся к группе самок зависших от увиденного.

— Фигу вам. Да фигу вам, — параллельно размахиваю перед самками передними конечностями. Так как у меня нет пальцев то, фигу заменяла прозрачная аура вокруг копыт. — Фигу вам дам, дулю вам дам, фигу вам дам, кукиш вам дам, фигу вам дам, — много раз «дал фигу», после обернулся к клиенту:

— В другом мире влюбилась в меня синьёритка и прицепилась словно репей, словно репей ха-ха. Решив что браво-белиссимо, что проживу я всю жизнь независимо но предварительно я как положено, я с ней естественно ля ля ля ля. Ну понимаете ля ля ля, восемь месяцев, ля ля ля. Она спросила: когда же ты женишься – я ей в момент кислород перекрыл.

В этот момент, находясь сзади клиента, хватаю опасную бритву и голову копытного, а дальше провожу обухом по горлу земного пони. Тот, похоже, не понял что это была имитация и, хрипя, упал на пол. Я же продолжал:

— Пусть поищет других дураков, пусть ищет других дураков. Вот я таков. Вот я каааков. – копытные сменили выражения удивления на ужас, — Какой я злой парикмахер.

Тут мелодия стихла, я, придя в себя, оценил произошедшее. Копытный лежал на полу без движения – живой, но у него шок. Прочие копытные начали медленно пятится к выходу, но стоило только мне к ним обернуться, как они резко всем табуном рванули прочь. Когда все сбежали я, глядя на лежащего копытного, подумал: Е…ая «Спецагент Мятная», увижу – убью.

* — говорит на русском

## На седьмом этаже - Садовые вредители

Я не знал, как реагировать на произошедшее, но в мыслях промелькнуло что «нужно линять». К сожалению или счастью, я, следуя традиции, не стал прислушиваться к голосу разума. Вместо этого начал приводить в чувство находящегося в шоке копытного, которому я провёл бритвой по шее. К сожалению, шок был довольно «глубоким» — земной пони не реагировал на мою речь и попытки его растрясти, благо «голос разума» не затих. В этот раз я, изменяя своим принципам, его послушал и, следуя совету, вылил на морду копытного остатки «бутафорской водки». Тот тут же пришёл в сознание и, мотая головой, спросил: «Что происходит? Где я?».

Ответить на вопросы мне было не суждено – в помещение ворвалась большая группа вооружённых копытных. Помимо обычных огнестрелов и энерго-магического оружия у них было и не летальное (трофеи, полученные от охраны тюрьмы Арба), многие единороги держали в своей ауре дубинки, также некоторые пони были в силовой броне. Пока они замерли и не начинали стрелять, но было очевидно, что достаточно лишь «резкого движения». Не делая резких движений, я начал переговоры:

— Вот жжешь зрада. Подготовились на совесть, и в такой короткий срок. Я впечатлен. На меня одного, всем табуном. Вы меня переоцениваете.

— Что здесь произошло? Зачем ты его убил? – спросила бело-синяя пегаска, указывая на лежащего земного пони.

— Он не убит, только в шоке, — указываю на жертву цирюльни, — Вы что, не помните? Заиграла музыка, он запел, я подхватил и неудачно пошутил.

— За такие шутки в зубах бывают промежутки, — произнесла Трюкачка, сбрасывая заклинание невидимости. Я ей улыбнулся своими уже заполняющимися промежутками.

Далее жертва «бритвы по нервам» окончательно пришёл в сознание и сказал, что с ним всё в порядке, я же на всякий случай извинился перед ним. После мы все обсудили произошедшее. Все те копытные, что присутствовали при произошедшем, помнят ту музыку, но не видели никакой "единорожки в толстовке" — тогда они посчитали происходящее проявлением особой музыкальной магии пони. Трюкачка вообще не знала о ком идёт речь, другие же вспоминали встречу в пещере с той странной пони. Я же рассказал, что именно она включила ту музыку, и был искренне удивлен, что тогда копытные её не замечали. После примерно десяти минут разговоров и объяснений конфликт можно было считать исчерпанным. Браться за парикмахерские приспособления я не стал, но на словах объяснил немногочисленные принципы уставной стрижки и покинул помещение.

Вспоминая произошедшее, я пришёл к выводу что «Спецагент Мятная» не желала ничего плохого и всё случившееся просто специфичная шутка, из которой можно сделать вывод – я не восприимчив далеко не ко всей магии.

Сделав данный простой вывод, я продолжил «прожигать» эти спокойные, но такие скучные дни. Конечно, я был рад столь спокойной жизни но, похоже, после всего пережитого у меня стали появляться симптомы «адреналинового маньяка». Я даже обратился к полковнику с вопросом насчёт будущей операции. Пегас ответил моей цитатой «Атакуй с неожиданной стороны» а после попросил отойти с ним, чтобы поговорить наедине.

Из разговора без свидетелей я понял, что наши действия не остались без внимания обычных жителей Эквестрии. И хотя большая их часть нас ненавидит, есть и те, кто симпатизирует тем, кто бросил вызов Новой Кантерлотской Республике.

По разведданным, многие пегасы были недовольны тем, что обязанность контроля погоды, что исторически была за пегасами, стала выполнять система под контролем Мелкопипки. Теперь же, когда башни уничтожены, для пернатых копытных началась новая эра. К сожалению, большая их часть считает именно Вельвет Ремеди и дракона Спайка ответственными за то, что теперь они свободны от диктата Литлпип, но многие понимают, кто был истинным виновником произошедшего. Как ни странно не только пегасы симпатизируют СНС. Отем упомянул о некой организации «Белое Копытце» состоявшей из немногочисленных выживших Арбы (после прихода туда Мелкопипки) и других примкнувшим к ним пони. Данная организация носит закрытый, но исключительно мирный характер. В руинах Мейнхетена они организовали сеть ресторанов и были крайне недовольны тем ущербом, что нанесла Литлпип, проведя «очистительную бурю».

Что же до остальной Эквестрии, то многие пони были рады, что с кошмаром пустоши — Адскими Гончими, покончено навсегда. Как ни странно, наиболее рады произошедшему геноциду были рады «Рейнджеры Эпплджек», но не нужно надеяться на их лояльность – они никогда не простят того что я и Соуп атаковали их крепость и лишили их возможности изготовить «жар бомбу». Что же до ДиджеяПонТри, то пони искренне скорбят по Хомэйдж – она действительно была голосом, сердцем и душой «Эквестрийской Пустоши». Теперь же, «Дарительница Света» взяла на себя ответственность «нести голос правды», а именем Грей Стоун стали пугать детей – что если они будут ложиться на краю, то к ним (как в апартаменты Хомейдж) придёт злой серый пони и укусит их за бочок, после чего они умрут от потери крови. У меня данный факт вызвал чувство лести, впрочем, неудивительно, что обитатели этого мира решили, приучить своих детёнышей боятся меня – я «призрак», а призраков принято боятся.

Однако это всё мелкие факты. По мнению жителей Эквестрии из всех наших «злодеяний» самым важным было то, что произошло во время операции «Пылающий Мавзолей» — то, что я во многих смыслах отрубил голову военной машине НКР. Смерть Гаудины Грознопёрой не прошла без последствий. После её смерти именно пони стали править Эквестрией, а среди грифонов стали распространяться идеи о возвращении в горы, на историческую родину. Однако Отем заверил, что этого не произойдёт – у этих химер контракты, которые можно продлевать, а у Вельвет Ремеди есть чем платить за их услуги.

На вопрос: откуда пегасу всё это известно — тот рассказал, что еще, когда Красный Глаз только начал строить своё рабовладельческое государство, а полковник только получил своё звание, он, втайне от руководства Анклава, направил на пустоши своих тайных агентов. Под видом Дэшитов они должны были смешаться с жителями пустоши с целью передачи на небеса разведданных, участия в тайных операциях и прочее. В наши дни, когда казалось, что все шпионы Анклава были разоблачены, Отем думал что и его агенты не стали исключением – это оказалось не так. Полковник был рад и удивлён когда Мститель (бывший Громовержец) получил закодированный код. Теперь же миссия агентов Анклава снова стала актуальной. Особо полковник отметил некого агента Голда. Именно его данные Отем считает наиболее ценными, и сейчас он на их основе разрабатывает новую операцию. Насчёт её целей и прочих подробностей пегас сказал, что пока всё очень расплывчато, но он заверил, что если всё пройдёт успешно то для пегасов это событие будет даже более важным чем уничтожение «Проекта Одного Пегаса», и что помимо «Отряда самоубийц» в ней будут участвовать и другие бойцы СНС.

У меня было довольно двойственное отношение к услышанному. С одной стороны я был рад, что все, что я делал, не прошло без последствий, да и новость о будущей операции была хорошей, но тот факт что, несмотря на всё пережитое полковник так и не научился мне доверять, был довольно неприятным фактом. С другой стороны — это было логично. Пегас, несмотря на пережитый хедшот, не настолько туп, чтобы не понимать одну очевидность.

Мне пофиг на его идеи сопротивления и возвращения пегасов на небеса. Всё что меня заботит, так это собственное выживание и возвращение на Землю. Также свою роль играла и мой сосед по каюте. Трюкачка хотя и ничего не имела против идей СНС, но не желала смерти НКР как организации, только отдельным её представителям: «героям пустоши» и аликорнам с прочими Последователями. На одном из совещаний в кают-компании она даже сказала, что готова помогать СНС лишь пока наши интересы совпадают, а во всём остальном она «СПС» — что аликорн расшифровала как «Сама По Себе». Полковнику данная десубординация крайне не понравилась но он успокоился после того как я в очередной раз за неё поручился.

К сожалению, лишь на подобных совещаниях я и Беатрикс Луламун находили взаимопонимание, как только мы оставались наедине начинался театр абсурда. Синяя аликорн не оставляла попыток убедить меня провести с ней «приятные мгновения», и данные попытки сочетали как разговоры так и более активные действия.

В многочисленных разговорах Трюкачка особо подчеркивала, что я нравлюсь ей (да и прочим копытным на Мстителе) исключительно за счёт моральных качеств (особо она отметила что я был не обязан её спасать из разворошенной псарни), и что тот земной пони, что одержим мной, полностью соответствовал своему имени – такой же невзрачный как серый камень. Также она провела несколько лекций насчёт того что в их мире «тесный контакт» между представителями разных видов — абсолютно нормальное явление. Помимо этого, из этих лекций я узнал, что доминирование слабого пола среди пони породило специфичные порядки. Конечно, до многоженства у них не дошло, но многие самки так и не найдя своего «особенного пони» предпочитали «уходить в табун». Так здесь называли аналог гарема, который обе стороны организовывали по взаимному согласию. Данный обычай появился ещё в древней Эквестрии но и в эпохе, которую застала Трикси данная практика ещё встречалась. Хотя сама бывшая единорог сказала, что ни в чём подобном не участвовала, но была бы не против, если бы я организовал что-то подобное, и она там играла доминирующую роль.

Также она не скупилась на мелкие факты местных обычаев взаимоотношений. Оказывается в этом мире также принято дарить слабому полу цветы, только так как местные самки травоядные то и цветы исполняют не только эстетическую функцию. На этом моменте разговора о цветах я упомянул, о схожести обычаев двух миров но, не удержавшись от плоской шутки, рассказал подробность, что, так как мой вид цветы не ест то и обычай несколько более сложный. Цветы дарятся в начале отношений и исполняют лишь эстетическую роль, и если отношения зашли достаточно далеко и сильный пол доволен процессом, то он дарит самке, какую либо еду. В моём случае данную роль исполняла палка копчёной колбасы, которую я дарил с запиской: «За любовь твою и ласку, шлю копчёную колбаску». Трюкачка похоже не поняла шутки, да и того что такое колбаса, но напомнила о своём желании узнать друг друга поближе, и то что она не против такого понятия как табун.

После услышанного я почувствовал себя на месте «товарища Сухова», но всё же в этих речах была одна вещь, что меня заинтересовала – мне была интересна жизнь Трикси до её падения в чан, а ещё лучше, до встречи с Твайлайт Спаркл. Проблема была в том, что данный интерес появился в не очень удачное время – было уже поздно и сильно хотелось спать. Тем не менее я сказал Трюкачке насчёт того что мне интересна её прошлая (самая первая) жизнь, но осознав что она всю ночь будет не замолкать, вспомнил что, несмотря на свою болтливость, она не поёт. Основываясь на этом факте я «включил дурака» и предложил ей что-нибудь спеть, но «только про себя» — большая ошибка. Трюкачка решила выполнить обе просьбы (рассказать о своей жизни в песенной форме) – похоже, понятие «про себя» она поняла в слишком буквальном смысле:

— Мой папа был налетчик, а мать воровка, а я была девчонка – сорвиголовка. Работала в театре, была звездою, как трудно заработать на жизнь … искусством. Работала швеёй я, и шила платья, затем я оказалась портовой штучкой. Я книжек прочитала штук полтораста – хотела выйти замуж за … педагога.

На протяжении примерно получаса Трюкачка пела песни в стиле: маленькая лошадка и ей живётся несладко. Слушая её вокал, я мысленно делал выбор между тем, чтобы перерезать ей голосовые связки или отрезать себе уши. Дело было не столько в тексте и смысле песен (это было даже забавно) сколько в мерзком надменном голосе, которым аликорн пыталась петь. Мне вспомнилось, что во время лекций об ином мире я иногда, шутки ради, коверкал свой голос под Эдварда Радзинского. На секунду я подумал, что сейчас Беатрикс решила пошутить подобным образом — это оказалось не так. Вспоминая её обычную манеру разговора, я понял, что она не притворяется.

К счастью, после завершения песнопения, с её стороны последовала вполне нормальная речь насчёт её жизни до войны. Особый упор она сделала на моменте, когда её пришлось работать на «каменной ферме» (той самой, где Мелкопипка нашла «жар-бомбу» которой зебра Ксенит подорвала «Богиню») среди земных пони. Тот эпизод её жизни запомнился ей не столько тяжёлой работой, сколько жизнью вместе с той семейкой, что владели этим симбиозом фермы и каменоломни. Как потом выяснилось, розовая министерка по имени Пинкамина Диана Пай (сокращённо – Пинки Пай) состояла в прямом родстве с этой семьёй. Из разговоров между работой Трикси узнала специфичную историю этой семьи.

Дело в том, что семья Пай была излишне традиционна, и согласно этих, отличающихся от обще-эквестрийских, традиций — отец семейства был обязан воспитать сына, которому передал бы своё семейное дело. Однако главу семьи, именуемого Игнус Рок Пай, будто издеваясь над его именем, преследовал злой рок. Ему никак не удавалось заставить свою особую пони (именуемую Клауди Кварц) зачать сына. Самое ироничное во всём этом было то, что проблем с зачатием не было. Проблема была в том, что вместо желаемого сына постоянно рождались дочки. Как будто этого было мало, из родившейся двойни одна кобылка настолько отличалась от родителей, что Игнус чуть было, не заподозрил свою особую пони в измене. Благо ему хватило ума обратить внимание на то, что одна из выводка была удивительно на него похожа, и что, живя в условиях среди камней, ему некого обвинять в своём провале. А винить себя ему было за что – он осознанно, в своём солидном возрасте, обрюхатил свою партнершу, так что нечего удивляться, что детёныш получился с отклонениями. Так что они не сильно огорчились, когда после «радужного удара» Диана окончательно сошла с ума и, покинув ферму, отправилась «нести радость и смех Эквестрии».

Со слов Трикси, я бы отлично вписался в данную семейку. Внешностью, именем, да и поведением, я выгляжу как тот сын Игнуса Рок Пая, которого у него никогда не было. Также Трикси поведала о некоторых подробностях насчёт дочек этой каменной семьи. Как она заметила, лишь старшая из них была той кому Игнус и Клауди могли доверить ферму. Она была: расчётлива, без эмоциональна, удивительно сильна (хотя и уступала своей матери – Клауди Кварц могла ударом копыта фигурно раскалывать каменные блоки), и постоянно носила одежду. Насчёт этих фактов (в особенности последнего) Трикси пошутила, что если был бы способ вернуться в прошлое, то я и Мондалина Дейзи Пай (сокращённо – Мод Пай) легко бы сдружились. Двух других сестёр розовой министерки, Трикси описала как: похожи внешне, душевно – прямые противопоставления.

Самая младшая из них, именуемая Марбл Пай, по словам Трикси была робкой и застенчивой даже на фоне министерки Флаттершай. Её сложно было разговорить (Диана приучила её к тому, что она говорит за неё), но общение с ней, Трикси вспоминала как самые приятные мгновения тех дней – не в похотливом смысле конечно. Марбл была единственной кому нравились фокусы, что Трикси показывала во внерабочее время, в отличие от её грубой сестры, которая считала что «трюки на камнях это осквернение традиций».

Лаймстоун Пай, Трикси описала как одну из самых грубых пони своего времени. Лаймстоун оправдывала свою грубость строгими нравами своей семьи, что не соответствовало действительности (по мнению Трикси, остальная семья Пай – милые пони, пусть и со странностями) – лаймовая получала искреннее наслаждение смотря на то, как сильно Трикси уставала на своей работе, как ела специфичную местную еду земных пони (в её ингредиенты входили камни). Ещё запрещала Марбл общаться с Трикси, а самому синему единорогу показывать свои фокусы. Подробность того, как Лаймстоун отреагировала на предложение Трикси использовать порох при дроблении камня, аликорн предпочла не говорить. Сказала лишь что "рёбра долго болели".

Так изо дня в день проходили наши минуты общения (были ещё карточные игры на интерес, но Трикси всегда выигрывала), как будто этого было мало, аликорн всячески пыталась пробудить во мне половое влечение, используя и несловесные методы. Взаимностью я не отвечал, но для меня ситуация стала постепенно нормализоваться – на мои плоские шутки Трюкачка перестала квасить мне морду но не перестала делать всё остальное. На публике она была тихой и спокойной но по вечерам, когда мы были наедине в каюте: она всячески в меня тыкалась, похотливо улыбалась, не носила одежду, ходила расправив крылья, светила копилкой, делала прочие жесты демонстрирующие её желание совершить со мной половой акт. Апофеозом всего этого был случай, когда я зашёл в каюту и, не увидев в ней аликорна (она использовала заклинание невидимости) закрыл за собой дверь, думая, что хоть этот вечер пройдёт без пошлых намёков. Мечты, мечты.

Как только щёлкнул замок, свет резко выключился – в кромешной тьме можно было различить лишь два светящихся глаза, после темноту озарили две неяркие вспышки телепортации. На месте второй вспышки, что находилась на месте койки, я различил лежащую на спине Трюкачку в довольно провокационной позе. Меня бы это не удивило (она и раньше так делала) если бы всё это не сопровождалось «спецэффектами». Она подсвечивала свой синий силуэт красным светом, исходившим из её рога. Как будто этого было мало, с моей стороны к ней направлялись три жёлтые светящиеся дорожки. Намёк был понятней некуда – стилизация под подсветку взлётной полосы однозначно удалась. С её стороны было довольно цинично использовать подобный намёк, однако смысл был понятен – она визуально изобразила, что моя смерть в ином мире привела меня к ней, и сейчас я не должен останавливаться на достигнутом. Оценив всё происходящее, я не придумал ничего лучше, чем сделать известный жест «рука-лицо», вот только рук у меня теперь нет, да и слово лицо в этом мире не актуально, так что вместо жеста изображающего шок не получилось. Получилось, что я с размаху вдарил себе копытом в морду. Может это и к лучшему – театр абсурда, с похотливым уклоном, прекратился, на какое-то время, хотя глаз болел.

На следующий день я решил, что нужно что-то делать. Трюкачка решила действовать по принципу «выжил сам – выживи другого», но мне вариант быть "выжитым" совсем не нравился. После некоторых раздумий я пришёл к выводу, что на борту есть одно место, где я могу спокойно обосноваться, и там меня не то что Трюкачка, вообще никто не будет беспокоить, тем более что в последние ночные часы, мне, вместо травы у дома, снился зимний лес. Основываясь на этом выводе, я направился в морозильную камеру, какого же было моё удивление, когда я обнаружил что это место занято. Открыв массивную дверь я обнаружил лежащего и дрожащего гуля зебру. Самое интересное в этой ситуации было то, что дверь морозильника предусматривала возможность открытия изнутри, а сам Сулик был в комбинезоне, жилете из драконьей кожи, и, что было для него необычно, в маске балаклаве и платке арафатке наподобие тех, что я раньше носил.

— Закаляешься? Готовишься к легендарным русским морозам? – я задал вопрос, основываясь на первом выводе от увиденного, но не удержался от сарказма.

— Как ты узнал? – сарказм насчёт географического происхождения морозов был проигнорирован. Похоже, полосатый был удивлен, что я сложил два и два, впрочем, неудивительно – не только мне были очевидны мои умственные способности.

— Ну, это элементарно, Ватсон.

— Чего? – гуль не понял отсылки.

— Чего, чего. Я говорю – это элементарно. Непонятно – для чего?

— Пытаюсь проверить одно утверждение, — Сулик замялся, но потом продолжил. — Я хотел тебе сказать, но позже.

— Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня.

— Мне знакома эта поговорка. Так говорил тот эмм… призрак, что курировал проект по созданию жар-бомбы.

— Давай угадаю, про «рухнуть с баобаба» тоже от него.

— Разумеется, но обсудим это потом, а сейчас, будь любезен, поверни переключатель. Снизь температуру.

Кодовая фраза ощутилась, как бальзам надушу, но сейчас я был свободен от её основного эффекта. Тем не менее, я не видел причины отказать – если Сулик желает промерзнуть, то это его дело. В камере и так было довольно морозно, но после переключения температура стала такой, что даже у эскимоски бидоны бы промёрзли. Тем не менее, Сулик, отчаянно дрожа, терпел морозные уколы судьбы (хотя мороз притупил его вонь), а я, глядя на него, приходил к неутешительному выводу – план перетащить сюда койку отменяется. Конечно, в отличие от полосатика и прочих копытных, я гораздо лучше переносил низкие температуры, но теперь, когда все раны зажили, холод больше не доставлял мне такого удовольствия. Даже наоборот, я чувствовал от него дискомфорт, который бы не способствовал здоровому сну, но мне грех жаловаться – другие копытные не провели бы добровольно и получаса в таких условиях, а Сулик держался лишь усилием воли.

Пока он окончательно не околел, я решил ещё раз спросить насчёт причины столь странного поведения. Стуча зубами гуль зебра сказал, что не только я и Отем могут планировать боевые операции, то что происходит сейчас является проверкой его (гуля) возможностей. Та операция, которую он планирует, требует действий в условиях низких температур и Сулик планирует, что он, вместе со мной, примет в ней участие. Пока он не собирается раскрывать всех подробностей, но рассказал, что на данную идею его натолкнула моя способность к переносу низких температур. В моих способностях гуль уверен, в своих, сейчас проводит проверку.

Честно говоря, меня всё это позабавило. Даже не, сколько то, что Сулик, будучи по природе любителем тёплого климата, начал закаляться, сколько то, что он независимо от всех задумал провести боевую операцию. Конечно, я был не настолько интеллектуален, чтобы других осуждать, но, всё же, с трудом представлял гуля зебру в роли планировщика и организатора. Серьёзно, он в данной роли будет выглядеть хуже, чем лидеры африканских революционных движений (Сулик говорил, что до войны он даже кость в носу носил), а ведь и они не отличались тактическим умом. В советское время даже была поговорка: Был бы ум бы у Лумумбы, Был бы Чомбе ни причём бы. Вот только Сулик не знает, кто такие Патрис и Маис, да и я не должен следовать расовым стереотипам.

Задумавшись об этих малоизвестных исторических личностях, я не сразу заметил, что Сулик прекратил дрожать. Поняв, что эксперимент зашёл слишком далеко я открыл дверь и, взвалив на спину, замёрзшую полосатую тушу, побежал в лазарет. Сказать, что Дестини была удивлена это ничего не сказать, однако я пропустил подробности – Сулик не хотел, чтобы о планируемой им операции знал кто-то кроме него и меня.

Лечение от переохлаждения заключалось в том, что белая единорог обложила гуля резиновыми грелками с кипятком, а когда Сулик пришёл в сознание, Дестини дала ему бутыль с радиоактивной водой. Радиация удивительно благотворно повлияла на гуля зебру, тот буквально через час уже был готов покинуть лазарет. На вопрос единорога о причине того что он заперся в морозильнике, Сулик не стал отвечать и покинул помещение. Я же уходить не спешил.

Дело в том, что я был завсегдатым этого места, и дело не столько в полученных мной ранениях (они уже затянулись) сколько в просьбе Дестини предоставить мою тушку во имя науки. Науку я всегда уважал, однако мне было неприятно, когда группа копытных в белых халатах постоянно меня осматривала, брала анализы и осуществляла прочие процедуры и исследования. Честно говоря, я согласился быть подопытным только из уважения к тем, кто меня поднимал на ноги после встреч с местной фауной. Хотя, нет – не только. Ещё мне была интересна собственная физиология. Было парадоксально что, находясь в этой шкуре, я не знал некоторых её особенностей – это нужно было исправить. Вот только Дестини поняв мои мотивы, не стеснялась использовать моё незнание для различных шуток. Шутки, в общем и целом были безобидны, но иногда несли специфичный смысл. Однажды белая единорог предложила мне провести с ней ночь «исключительно ради медицинских целей», потому что пони не обделены таким понятием как атрофия и: «если каким либо органом долго не пользоваться, то он может отвалиться». Я бы не назвал данную попытку хорошей, но юмор оценил, несмотря на его плоскость.

Сейчас же лазаретных копытных интересовало моё стоматологическое здоровье. Дело в том, что на месте промежутков, выбитых Лайфблумом зубов, уже успели вырасти новые образования и некоторые из них отличались от того что было ранее. Анализируя увиденное, Дестини вспомнила строение особого редкого подвида пони. Ночные пегасы (или как их обычно называли – «бэт-пони») также были клыкастыми, и хотя Дестини напрямую не изучала их строение но уверена, что их игольчатые клыки отличались от того что выросло на месте моих промежутков. У меня клыки были как на нижней, так и на верхней челюсти, они были не игольчатыми и, по словам Дестини, не такие длинные. Я же понимая назначение нового приобретения, ещё раз вспомнил последний момент, когда ел мясо. Интересно – конина вкусная? Конечно, убивать и пожирать копытных я собирался лишь в своих фантазиях, но когда вокруг ходит целый табун травоядных сложно удержаться от подобных мыслей. Теперь же, когда сама природа велит мне быть всеядным, мне придется, мучиться без животного белка и протеина.

Было довольно иронично, что о мясе я рассуждал данными терминами. Может так на меня повлияла обстановка санитарного помещения, может разговоры с персоналом лазарета, может ещё что-то, вот только думая о жратве я заметил одну мелкую деталь что резко выделялась на фоне стерильности санитарного помещения. По белому полу медленно двигалась чуть менее белая точка. Когда я, подойдя, получше пригляделся, то понял что эта точка ничто иное, как личинка мухи. Это было очень странным открытием – лазарет регулярно убирается, а воздух здесь фильтруется, а когда я указал Дестини на данную личинку та, замерев на секунду, стала делать вид что это нормально. Я же заметив данную наигранность, потребовал объяснений. Белая единорожка очень не хотела отвечать и даже извинилась за все те намеки, но я не отступил и, напомнив, что являюсь одним из командующих, заставил Дестини раскрыть эту тайну. Узнав тайну я прокомментировал увиденное фразой: "*Прекрасно — флора и фауна."

Тайна заключалась в том что в комнате для биологических образцов оказались несколько трупов наёмников, что Дестини тайно вынесла из морозильника ещё до того как мы стали избавляться от «мёртвого груза». Данный груз представлял трупы пони и грифонов и один из трупов земной пони хранился в нарушении всех санитарных норм. Её тело успело основательно прогнить и на месте лопнувшего брюха шевелились бесчисленное множество личинок. На вопрос: "нахрена это всё" – единорог ответила, что всё ради науки. Дело в том, что данные личинки питаются микроорганизмами и омертвевшими останками, а так как на меня зелья и лечебные заклинания не действуют, то Дестини планировала использовать данных беспозвоночных, чтобы очищать мои будущие ранения (что они будут, она не сомневалась) и различных исследований. Я же согласился со всеми утверждениями, однако, глядя на шевелящийся сгусток в гнилом трупе земной пони, у меня появилась мысль насчёт другого способа применения данных личинок насекомых. На секунду у меня промелькнула идея оставить проверку этого утверждения на потом, но я решил не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.

Подойдя к трупу вплотную я, вытянув переднюю конечность, сунул её во внутрь гнилого тела. Вытащил переднюю ногу, я вместе с небольшим комом из шевелящихся личинок, в ауре вокруг копыта. Дестини от вида моих манипуляций замерла на месте с открытым ртом, который вскоре закрыла – похоже она поняла, что я собираюсь сделать. Решив не затягивать, я сам открыл свою пасть и сунул туда шевелящийся ком. Тщательно прожевав, я высказал своё впечатление:

— Не так уж плохо, хотя – не хватает соли.

Дестини не стала комментировать увиденное, только замерла неподвижно. Для неё это было мерзко и дико, впрочем — для меня тоже, но на безрыбье любой рак сгодится. По сути, личинки и раки относятся к одному и тому же классу (или роду, или ещё чему-то – совсем забыл систематику), да и в Юго-Восточной Азии употребление насекомых считается вполне обычным. Конечно, всё это мерзко, но от отсутствия альтернативы у меня уже появилась идея переоборудовать одну из, соседних с моей, пустующих кают в «опарышевую ферму». Пожалуй, это одна из немногих моих хороших идей (обязательно её осуществлю) но я не был бы сам собой, если бы всё не испортил одним глупым предложением:

— Попробуй, — я обратился к Дестини, протягивая ей ком из личинок аналогичный тому, что сам съел. — Не так плохо как выглядит – чистый протеин.

Белая единорожка отойдя от ступора, зажгла свой отросток но, поняв, что из моей ауры она ничего не сможет взять, подошла ко мне и немного помявшись, взяла личинок что называется: с рук. Немного пожевав взятый продукт, Дестини вдруг резко замерла, выпучив глаза, а после рванула вон из помещения. Далеко она не убежала – совсем рядом послышались звуки непроизвольного промывания желудка, а после и речь белой единорожки:

— Грей – ты не призрак иного мира. Ты болван! В квадрате!

— Это твоё мнение. Сууубъективное, — в последний момент я решил не отвечать оскорблением на оскорбление.

Выходя из комнаты для биологических образцов, я так был в предвкушении от реализации своей «гениальной идеи» что совсем не смотрел под ноги, и на радость Дестини вляпался в её блевотину. Остаток дня проходил, потряхивая осквернённой ногой.

Уже на следующий день я реализовал свою идею в жизнь. Копытные на Мстителе предсказуемо «меня не поняли». Им это показалось мерзким и как ни странно — жестоким. Им оказалась жаль тех личинок, что я поглощал живьём – специфичная в этом мире мораль. Решив, что для полноты картины не хватает одной детали, я распорядился повесить в коридоре где была данная ферма, плакат с лозунгом: «Поней на клей. Коты – круты» — лошадей я никогда не любил, а вот кошаки меня умиляли. Однако и этого мне показалось мало, и помимо данного плаката, я распорядился повесить аналогичный в оружейной, а на входе в неё другой, с надписью: "Пушки — Веселушки". Последние нововведения копытные никак не прокомментировали – ферма «присосала» к себе всё внимание, на то, что я не мог предсказать, так это то, как к данной ферме отнесётся Трюкачка.

Хотя она отказалась пробовать червей, но с пониманием отнеслась к моим потребностям и даже припомнила свои провалы на «кулинарном фронте». Я также это припомнил. Однажды зайдя на корабельную кухню, я застал, как синяя аликорн добавляет в кастрюлю ингредиенты, приговаривая: "Соус, перец и горчица – фокус должен получиться!" Решив оценить получившиеся, я зачерпнул поварешкой данную биомассу, капнув немного на столешницу у плиты. Когда на месте упавшей жидкости появилось пузырение, сопровождаемое шипением, я немного засомневался, но решил не останавливаться. Попробовав данный «фокус», получил непередаваемое ощущение, которое мог бы описать как «термоядерная реакция в рамках желудочно-кишечного тракта». Даже по лошадиным меркам — тогда, я выпил много воды.

После данного случая «Тринити» стали иногда не пускать на кухню. Та поначалу не сильно огорчилась, но вскоре осознала проблему того что места себе не находила. Единственное чем она, на короткое время, смогла себя занять, так это нашла серый материал и сшила себе новый балахон. На мой вопрос: чем был плох старый — Трикси сказала, что фиолетовый не её цвет, а также поделилась со мной своими мыслями насчёт сильной скуки. Я же выслушав её проблему, предложил, даже по моим меркам, тупую идею – предложил «Тринити» использовать себя как наглядное пособие по борьбе с аликорнами. Хотя в этот раз она не стала бить мою морду, но было очевидно, что предложение ей не понравилось. Тем не менее, она согласилась в обмен на то, что я буду помогать ей в её просьбах. Я уточнил один нюанс (ну вы поняли), и согласился.

Далее для Беатрикс Луламун начались многочисленные тренировки в спортзале, где другие копытные отрабатывали тактики борьбы клонами принцессы Луны. Сама объект тренировок не сильно огорчилась своей участи. В большинстве спаррингов она побеждала, а те ответные услуги, что я оказывал, доставляли Трикси истинное наслаждение. Она была буквально на седьмом небе от счастья. Хотя мы и так в небе, так что скорее – на седьмом этаже.

Вместе мы прямо в ангаре, где стоял Подстрекатель, удивительно быстро построили деревянную сцену. С реквизитом же пришлось повозиться но, глядя на все эти: гробоподобные ящики, ножи и мишени, ружья, пули которых нужно ловить зубами — у меня очко сжималось. Однако когда «Тринити» всё объяснила и начала выступления, я понял, что зря волновался. Всё это были лишь безобидные фокусы, хоть и с кровожадными мотивами. Среди пони на Мстителе данные шоу имели успех — лишь я, лёжа в ящике, который распиливали бензопилой, покрывался холодным потом. Хотя будет нечестно не упомянуть эпизод, когда я, исполняя роль ассистента (хорошо хоть не связанного) в которого метают ножи, чуть не разделил судьбу покойного Соупа. С метанием ножей у Трикси нет проблем, однако в тот раз ей на нос села муха (возможно бывшая личинка с устроенной мной фермы) как раз в момент броска клинка. Меня спасло то, что я заметил, что в ту секунду с Трюкачкой было что-то не так, а также та странная особенность, когда для меня время как будто замедляется. Пользуясь этой особенностью, я, аурой вокруг копыта, поймал летящий клинок. Для меня это было не впервой, только в прошлый раз клинок был пойман у глаза, тогда ещё живого, Соупа. В данном случае, мне пришлось защитить свой орган зрения. Я, как и Трюкачка, остолбенел от произошедшего, в отличие от наших копытных зрителей. Судя по топоту в зрительском ангаре, пони посчитали данный момент частью программы.

После данного случая я решил относиться к «фокусам Трикси» с максимальной осторожностью, однако в тот момент я всё же догадался, что не о фокусах мне нужно думать. Сулик в тайне ото всех разрабатывает собственную операцию, в которой я должен занять не последнюю роль, и было не правильно, что я не знаю не то что её подробностей, но даже целей. Желая исправить эту несправедливость, я обратился к полосатику за разъяснениями, в противном же случае я собирался отказаться помогать.

Сулик выслушав мои условия, и опасаясь прослушки, предложил отойти с ним в подсобное помещение, где он рассказал о своём плане. Как выяснилось, гуль зебра очень подробно изучил мой отчёт об операции «Разбитый Циферблат» а также работу Дестини об особенностях «призрака». Основываясь на сделанных выводах, он задумал осуществить операцию целью, которой будет ни много ни мало – Сады Эквестрии. Та самая высокотехнологичная машина что, используя энергию «Элементов Гармонии», отчистила Эквестрию от порчи и магической радиации. Та самая машина, что находится в горной пещере, под охраной одноглазого дракона с техническим уклоном, и прорвы головорезов в красных робокостюмах. Странный выбор.

Сулик же ответил, что для него, как для зебры, нет ничего странного. По его мнению, именно «Благородные Сёстры» несут на себе основную ответственность за развязывание войны и, тем более, применение мегазаклинаний. Только то, как сложилась судьба Эквестрии и страны зебр, по мнению этого довоенного полосатика — крайне несправедливо. В то время как в Эквестрии цветут поля и под флагом НКР почитают «Благородных Сестёр», страна зебр представляет собой пустыню, проветриваемую радиоактивными бурями, и даже не это, по мнению гуля, самое мерзкое.

Самое мерзкое это то, что НКР даже не вынашивает планов по очищению земель его бывшей страны для её дальнейшего заселения немногими Эквестрийскими зебрами. НКР собирается делать то же, что в прошлом собирались сделать принцессы-аликорны – превратить Зебрику в сырьевую колонию Эквестрии.

В прошлом Красный Глаз использовал технологии, работающие на радиоактивных материалах. НКР же подхватило его эстафету вот только после активации Садов – Эквестрия больше не заражена радиацией. В момент активации у НКР не было проблем с энергоресурсами, но не сейчас, и у них были свои планы решения данной проблемы.

Конечно, угнав Громовержец, мы помешали НКР, но не заставили их отказаться от своих планов. В прошлом, другие подбитые платформы, аналогичные Громовержцу, были распилены и окончили свою жизнь в печах заводов Филлидельфии, где из их металла стали изготавливать: стрелковое оружие, различные конструкции, БТРы (ещё Вельвет Ремеди упоминала танки) и прочие изделия. Что помешает НКР изготовить аналог данной летающей платформы, что идеально подходит для полётов в заражённой местности, или найти иной способ экспансии? Абсолютно ничего – даже СНС. Вывод прост: нужно сделать так чтобы сама территория Эквестрии стала такой же, как современная страна зебр или, по крайней мере, убрать «изгородь» — барьер поставленный Садами, что защищает Эквестрию от радиоактивных бурь. Может это и странно звучит, но Сулик был бы рад помочь НКР решить их энергетические проблемы.

Я же не сразу решил: соглашаться или отказаться. Мотивы полосатика были понятны. Хотя он рассуждал в стиле «ни себе, ни людям». У него есть причина ненавидеть Эквестрию, но не у меня. С другой стороны, я уже и так принял участие в уничтожении многих достижений министерств, основанных на знаниях «призраков». Должен ли я отказываться участвовать в суицидальном задании, целью которого будет уничтожение машины, что превратила радиоактивную пустошь в цветущие сады? Вопрос крайне спорный.

Долго думая над этим вопросом я всё же решил: «Сады Эквестрии» — это вражеская инфраструктура, пусть и созданная исключительно в благих целях. Сам факт её наличия говорит о том что «Благородные Сёстры» предвидели и смирились с фактом ядерной войны. Раз они работают, то это значит, что Эквестрия победила. Я же ничего не имею против Эквестрии и её жителей, но раз я на войне то должен быть безжалостен (в рамках Женевской конвенции конечно, хотя и её приходилось нарушать) ко всему вражескому, и тем более к машине, что власти НКР так часто упоминают в своей пропаганде как своё достижение.

Также на моё решение повлиял тот факт, что следуя из книги Мелкопипки – путь к Селестии лежит через пламя дракона. Конечно, я не собирался добровольно кремироваться, но было очевидно, что в этой пещере и помимо очистной машины много всего важного, а мне как раз нужно к Селестии, и чтобы попасть к ней, я готов на многое.

Думая над всем этим я всё больше размышлял над моральной стороной вопроса. Вдруг у нас и вправду получится? Как к этому отнесутся мирные жители НКР? Ответ предсказуем – крайне отрицательно. Очищение пустоши, было одним из немногих событий, которое обрадовало её жителей даже больше чем расчистка неба. Если у нас вправду получится осуществить задуманное, то наша и без того дурная репутация, как главного зла этого мира, будет возведена в абсолют. Но разве это имеет значение?

За меня говорят: Селестия, Мелкопипка, Вельвет – они, не скупясь на эмоции, щедро просвещают жителей НКР о моих похождениях. Справедливости ради, не я был инициатором всех прошлых «инцидентов», но даже то, что я был под гипнозом, не снимает ответственности. Как я мог не догадаться? На этом моменте я мысленно озвучил те «просьбы», что я добросовестно выполнял:

— Грей — я тебе не доверяю, но помоги мне в штурме тюрьмы охраняемой сотней охранников. Грей — ты умеешь ходить не цокая, поэтому, вместе с зеброй — двойным предателем, соверши вылазку в лагерь копытных сектантов. Грей — я занят на мостике, поэтому организуй оборону взлетающей десантной платформы, от прорвы головорезов с бронетехникой. Грей, я знаю как ты попал в этот мир, поэтому убей журналистку-диджейку и по совместительству сосалку местной погодной богини. Грей — в твоём южном месте был найден радиомаяк, потому давай спрячемся в канализации, а пришедших на сигнал взорвём связкой из ядерных гранат. Грей — твоё мнение ничего не значит, поэтому мы подорвём заодно и репродуктивный центр, где восстанавливали популяцию кротоподобных собак, а ты постой на шухере, охраняя пленный элемент доброты.

Нынешняя же просьба звучит примерно так: "Грей — ты раньше всегда помогал, поэтому помоги осуществить план по уничтожении очистной установки, охраняемой драконом пониедом". Вот только практически все предыдущие просьбы сопровождались кодовой фразой услышав которую я был готов сделать всё что угодно. Фраза была крайне распространена, так что неудивительно, что я всегда соглашался. Теперь же я свободен от данного гипнотического эффекта, но всё равно не отказываюсь помогать, несмотря на очевидную суицидальность миссии, и даже отсутствия "вежливой просьбы". Действую по инерции? Стал экстремалом — адреналиновым маньяком? Очень может быть.

Весёлые у меня были похождения – неудивительно, что каждый житель Эквестрии желает моей смерти. Вернее – не только лишь все …. В смысле, есть и те, кто не желает, но они в меньшинстве, что не удивительно. По всем «законам жанра» я – классический злодей. Мне нет дела до идей: «светлой стороны», возрождения общества, и всего разумного, доброго, вечного. Меня заботят лишь (тупое, злое, временное) свои интересы, преследуя которые я не гнушался: убийств, взятия заложников, воровства и прочих преступлений. Также я причастен к смерти нескольких "героев пустоши" и множества других «персонажей с положительной кармой» — хотя в большинстве своём они атаковали первыми, но Хомэйдж (которую я убил в её собственной ванной) и некоторые сектанты выделялись на общем фоне. Также я помогаю тем, кто просто одним своим существованием олицетворяет то, против чего боролась «Дарительница Света»: Пегас, что провёл на пустоши ковровую бомбардировку. Гуль зебра, что ответственен за применение «жар-бомб». Множество копытных, что Мелкопика не смогла добить из-за своей болезни и новой должности. Синий клон принцессы Луны с «Чёрной Книгой», в теле которой находится синяя единорожка, что являлась центром сознания Богини — представляю, как бы к этой новости отнеслась Литлпип если бы узнала правду. И как вишенка на торте — сам я являюсь "призраком", подобный тем, что в прошлом развивали в этом мире технологии, с помощью которых, пони и зебры довели этот мир до состояния полураспада. Я бы не назвал себя и прочих кто состоял в «Отряде Самоубийц» плохишами, но раз нам противостоят «герои» то тогда нам подошёл бы термин «антигерои».

Однако если проанализировать события, произошедшие в этом мире десять лет назад без оглядки на "светлую сторону", исключительно с точки зрения моих моральных принципов, то тогда я остальные пони на Мстителе уже не выглядят такими уж "голубчиками-душегубчиками", а герои пустоши как "воины света". По мне так "элемент самопожертвования" и её друзья немногим лучше тех беспредельщиков (именуемых — рейдеры) что когда-то составляли большую часть популяции пони. Конечно прошлые события — это не моё дело, и я не собираюсь никого осуждать, но по мне — Трикси (когда была Богиней) была неправа, когда называла Мелкопипку "искажённой добротой".

Дарительница никогда не была доброй, и вообще никто не был. То, что произошло в прошлом, я бы назвал как: "просто плохие" против "совсем плохих". Преследуя благородные цели Мелкопипка вместе с остальными героями: слонялась по пустоши, вскрывала всё что заперто беря все что плохо лежит. При этом щедро раздавая хедшоты из своего охотничьего револьвера, тем, кто стоял на её пути, устанавливая «ковбойские порядки». Как будто этого мало – Мелкопипка не стеснялась действовать и в больших масштабах. Захват наёмниками Гаудины инфраструктуры Красного Глаза и уничтожение Анклава — прямое следствие действий Мелкопипки, а обвиняя нас в геноциде алмазных псов, пропаганда НКР «забывает» добавлять что, по сути, мы лишь доделали за «героями пустоши» их работу.

Теперь же — я помогаю недобиткам из "совсем плохих" уничтожать то, что может привести этот мир к благополучию и процветанию, надеясь, что в процессе найду способ вернутся на Землю. План на редкость тупой, но что я мог сделать, и что могу сейчас? Что-то подсказывает, что даже если бы я не стал помогать (или перестану) Трюкачке или ржаво-коричневому пегасу — то ничего бы не изменилось. В любом случае, на меня бы объявили бы охоту — Селестия не стала бы молчать, хотя...

Вельвет предлагала мне "политическое убежище" — что если она не врала? Она предлагала: убежище, условия для воспроизведения быта моего мира, питание из мяса местных двухголовых коров — сильный соблазн, и (пардон) самок для удовлетворения прочих потребностей. Если она не врала и я бы принял её предложение то сейчас, вместо того чтобы заниматься хернёй на этом летающем авианосце, я бы находился где-нибудь в покоях Нового Кантерлота, где в обмен на знания об ином мире получил всё или почти всё. Мне представилось, как я лёжу на множестве подушек, как какой-нибудь турецкий султан, жадно поглощая стейк из брамина, и при этом, используя большие веера на палках, меня обмахивают аликорны и пони других подвидов. Вообще-то я и здесь могу жить подобным образом, только мясо придётся заменить на личинок, а аликорн будет всего одна.

Развеяв фантазию я задумался — как я дожил до жизни такой? Вернее — как я вообще дожил до этого момента? Будучи уникальным представителем (для данной эпохи) "призрака" в теле земного пони, я обзавёлся некоторыми особенностями, что отличали меня от представителей наиболее распространенного подвида. У меня был иной цвет радужки глаз, я мог удерживать предметы прозрачной аурой вокруг копыт, этой же аурой мог глушить шум своих шагов, а также обзавёлся аномальной регенерацией — весьма условные преимущества.

Может данные особенности, и делали меня боеспособней обычного земного пони, но прочим представителям местных разумных видов я с треском проигрывал. Способность летать у пегасов, и возможности использования магии у единорогов — сильно перевешивали мои особенности. Как будто этого мало, в этом мире есть грифоны, что могут летать и стрелять, не нажимая на курок языком, а также аликорны, что сильнее всех остальных троих подвидов пони вместе взятых. Довольно парадоксально, что мне пришлось сразиться с каждым из перечисленных разумных видов, при этом выжить (ещё: приспособится, победить).

За последнее спасибо моей способности к регенерации, но если подумать, то данное преимущество весьма условно. Местные обитатели могут быстро залечить свои ранения, просто выпив горькую травяную жидкость именуемую зельем. Мне же приходится ждать чуть ли не полдня, пока затянется лёгкое пулевое ранение. О том, как заживают ножевые ранения и ожоги лучше не вспоминать — я несколько суток был прикован к койке, обложенный капельницами, хотя... Открытие того что я могу лечиться от холода многое упрощает. Хотя нет — не многое. Местный климат довольно тёплый, так что вряд ли удастся использовать данную особенность в естественной среде.

Хотя, если взглянуть на всю эту ситуацию, с моей аномальной магической структурой, с хорошей стороны то можно отметить несколько положительных моментов. То, что я был незаметен для так называемого ЛУМа очень помогло (встреча с Каламити, проникновение в башню Тенпони и апартаменты Хомейдж). То, что Лайфблуму пришлось меня пытать также было скорее хорошо (будь на моём месте кто-то другой — Лайфблум бы просто извлёк его воспоминания). То, что меня нельзя захватить магией обнаружилось ещё в психушке и также помогло. Может всё перечисленное и не так круто как способность летать, возможность почти мгновенно заживлять свои раны выпив немного горькой жидкости, двигать предметы силой мысли или иные магические возможности — но если знать как этим пользоваться то вполне возможно успешно противостоять местным обитателям, что я, в общем-то, и делал, да и собираюсь делать.

Не то чтобы я "жаждал приключений" но мне откровенно надоело находиться среди железных стен летающего авианосца — хотелось ступить на поверхность и подышать не разряженным (горным) воздухом из вентиляции. Если Сулик желает моей помощи в деле уничтожения магической очистной установки, то он её получит.

Получив от меня утвердительный ответ гуль зебра всеми силами пытался не выдать своей радости однако его сдержанная натягивающаяся улыбка с головой выдавала его эмоциональное состояние. Честно говоря, вид улыбки на его облезлой морде у меня вызывал скорее эстетическое неприятие. Хотя должен отметить — моё сравнение полосатика с всадником апокалипсиса было довольно удачно. Если бы в этом мире вправду существовали "пони апокалипсиса", то Сулик был бы идеальным олицетворением "Чумы". Чумы, мозг которого ещё не подвергся заражению — тот у кого гнилые мозги не стал бы столь тщательно готовится.

Подготовка к боевой операции — дело серьёзное и не терпит спешки. Это Мелкопипка, с героями пустоши, и дня не проводили без насилия во имя гармонии. У нас же карма отрицательная и, перед тем как начать действовать мы всё тщательно обсуждали, рассчитывали и делали прочие действия, требовавшие много времени, но обеспечивавшие успех, хотя.... Штурм Арбы, операции Разбитый Циферблат, Пылающий Мавзолей и Подземная Сказка — не подпадали под понятие тщательной подготовки. Если вспоминать с иронией, то во всех перечисленных случаях мне помогла определённая особенность менталитета — русские плохо планируют, но страшны в своей импровизации.

С будущей операцией такого не будет — план, что рассказал Сулик был явно придуман с учётом моих предыдущих "подвигов". Я бы не назвал его хорошо продуманным, но в оценке "дерзкий", ему не откажешь. Также мне понравилась та часть — что если всё пройдёт по плану то, нам даже не придётся стрелять, а в самом НКР поймут что что-то не то, когда мы уже будем далеко.

Что же мне не понравилось, так это то, что мы должны будем действовать с применением средств маскировки — стелс баков и стэлплащей. Точнее — гуль должен использовать стелсбаки а я "оренбургский наноплаток". Дело в том, что приборы для маскировки на мне не действуют, но Сулик просто уверен, что данная особенность не распространяется на его плащ. Я бы не возмущался если бы данная накидка не была в многочисленных оплавленных дырах — последствия того что во время операции "Подземная Сказка", пегас-огнемётчик стрелял во все стороны. Сулик же сказал, что это не проблема и дыры можно заделать (что Трюкачка по моей просьбе охотно проделала) вот только гуль отказался отдавать мне свою накидку для испытания. Дело было не в том, что он жадничал или опасался, что моя аномальная магическая структура что-то поломает — вовсе нет. Дело в том, что данные накидки действуют за счёт энергии драгоценного камня, что встроен в их застёжки. Эта энергия не бесконечна, а гуль не знает навыков позволяющих её подпитать. Теперь же, по словам полосатика, его использование данной маскировочной накидки не прошло без последствий — энергия в камне ещё есть, но её надолго не хватит. Он не может точно определить, как долго будет работать накидка, но уверен, что на одно задание и того что есть будет достаточно, однако лучше не рисковать и экономить энергию. Его аргументы были понятны и я даже согласился, вот только случилось неожиданное. Наш разговор подслушала та кто может становиться практически невидимой и без всяких накидок.

Боковым зрением я увидел возмущение воздуха, которое сопровождало сброс маскировочного заклинания, что использовала Трюкачка, а после услышал её очевидный вопрос:

— А чего это вы тут делаете? — ни я не Сулик не знали, что ответить и лишь уставились на ухмыляющегося синего аликорна в балахоне, злобным взглядами. Та быстро поняла наше возмущение и, убрав улыбку продолжила:

— Если что — я в деле.

Сулик хотя и старался не подавать виду но очевидно — был очень недоволен. Его план был рассчитан на двоих и аликорн туда не вписывалась. Скрипя зубами он в двух словах поведал "Тринити" о своём плане и то, что она совершенно ненужный участник. Трюкачка же все, поняв, была явно недовольна, что мы отказываемся брать её как участника (если я правильно понимаю жест — опущенные уши) однако сказала что понимает, почему мы делаем это в тайне и что она нас не выдаст. Также Трикси высказала своё желание помочь нам хотя бы на этапе подготовки и как ни странно её помощь и вправду оказалась полезной.

Дело в том, что тот зебра-алхимик что заточён в "Чёрной Книге" занимался не только манипуляциями с сознаниями пони и "призраков". "Магия крови" также входила в его компетенцию, и маскировочные свойства камня на "Оренбургском Наноплатке", как и "кровяной меч", работали на данном принципе. Трюкачка же и так была знакома с принципом работы маскировочного заклинания, а "прочитав книжку" усвоила несколько нюансов насчёт его аналога что использовали зебры. Теперь же она решила применить свои знания на деле и, взяв магией "наноплаток" и нож что был у меня на поясе, синяя аликорн порезала себе плечо а, после прислонив к ранке камень на накидке, позволила ему "напитаться кровью". Параллельно с этим она говорила какие-то слова на незнакомом языке но звучало будто она призывает Дьявола — по крайней мере Сулик выглядел испуганным. Однако когда всё закончилось, гуль быстро пришёл в себя, хотя и принял протянутый от аликорна плащ, с явным опасением. Опасения оказались напрасны – я, надев плащ, что протянул мне гуль, тут же увидел возмущение воздуха. Как я понял, эти эффектом сопровождалось маскировочное заклинание, и копытные подтвердили данное утверждение — предварительное испытание прошло успешно. Далее Трикси предложила зебре помощь в освоении «магии крови», но Сулик отказался, сказав, что хоть он и зебра, но одобряет не всю магию своего народа. Несмотря на то, что он не имеет ничего против пользоваться результатами «запретной магии» но обучаться столь «кровожадному» искусству, как «магия крови», не станет. Выслушав принципы полосатика, мы пошли в оружейную мастерскую, где стали обсуждать другие «детали» плана.

Я же довольно долго не посещал данное просторное помещение, так что был несколько удивлен, когда увидел нечто, что сильно выделялось на общем фоне. Даже не столько удивлён сколько заинтересован, и поначалу, вместо обсуждения плана, я занялся осмотром того трофейного БТРа который бойцы СНС эвакуировали вместе с нами из дебрей «Вечно-Свободного Леса». БТР был сильно покорежен, но отчищен от «ржавчины», однако глядя на следы от когтей Адских Гончих, я лишь сейчас оценил их силу и окончательно пришёл к выводу о правильности их уничтожения. Заглянув вовнутрь, через кормовую дверь, я снова впечатлился – всё было удивительно чисто. Конечно, неудивительно, что копытные решили прибраться, но я с трудом представлял, как они проводили уборку – в десантном отсеке, крови было больше чем на мясокомбинате. Закончив с эстетическими впечатлениями, я решил осмотреть нечто более практичное, а именно, меня заинтересовала подвеска, что «полетела» в момент, когда мы покинули туннели подземных собак. Снова потрясение — рессоры, на бронетехнике. Такое нормально для грузовика везущего картошку, но не для боевой машины – похоже, проектируя этот БТР, копытные имели весьма условное представление об его Земных прототипах. Судя по маркировке этот броневик, был сделан в Филлидельфии, а, судя по подвеске те, кто его проектировал, имели дело лишь с подвеской для конских экипажей. Хотя – что ожидать от разумных копытных? Удивлен, что они не додумались до тачанок. Однако Вельвет упоминала что тот завод что я атаковал используя «Селестию Один» должен был производить танки. Интересно какие? Подобные этому БТРу (такие же нелепые) или местные аналоги настоящей земной техники? Надеюсь что первое. Страшно представить что будет если у НКР появятся свои Т-90, пусть даже версии А.

Закончив с осмотром образца местной бронетехники, я вместе с зеброй и аликорном занялись более насущными проблемами. Проблема была в том, что согласно плану Сулик планировал уничтожить Сады (точнее их электронику) используя мощную (реально мощную) самодельную электромагнитную бомбу с дистанционным управлением. Точнее это не бомба (она не должна взрываться) а устройство, и для пополнения её заряда нужно много энергии. Устройство же представляло собой небольшой, но удивительно тяжёлый полосатый (как полоски зебр) чемоданчик, почему-то с цифровым циферблатом и значком зонтика (эмблемы СНС) под ним – в НКР должны знать, кто ответственен за разрушение их инфраструктуры. Однако главная странность, что данный небольшой чемоданчик был удивительно тяжёлым.

Первое о чём я спросил так это об устройстве данного прибора – меня заинтересовало, почему он такой тяжёлый и за счет, каких принципов он удержит столь большое количество энергии. Принцип оказался выше моего понимания (техномагия — это не для меня) а вот на второй вопрос ответ оказался понятен и неожидан. Оказывается в этом мире нет дефицита золота и большая часть электроники, аккумуляторов, проводки и прочих высоко-техномагичных вещей создана с использованием данного материала. Я был искренне этому удивлён, а вот копытные были удивлены, когда я сказал что в моём мире золото было столь редким, что ради этого металла, устраивали войны. Впрочем, их удивление быстро пропало, когда я напомнил, что они вообще воевали за уголь. После упоминания данного факта зебра и аликорн притихли, а после продолжили обсуждение плана. Однако, Трюкачка решила отвлечься от дискуссии, и, магией, вынула из под своего балахона золотую монету. Далее она сказала, что может и не так как на Земле, но и в их мире золото тоже ценилось, и использовалось до войны как деньги, и раз для меня золото более ценно, то я могу взять данную монету. Я принял подарок.

Закончив с лирическим отступлением, мы продолжили обсуждать подготовку к масштабной диверсии, и готовиться, пришлось долго. Несмотря на то, что Сулик долго «вынашивал» свой план и даже успел подготовить оборудование, но на данный момент оно не более чем груда железа. Всё дело в том, что электромагнитное устройство не будет действовать без его зарядки энергией, и полосатик предлагал мне помочь ему в тайном проникновении в реактор Мстителя, где он сможет запитать устройство напрямую. Трюкачка, услышав эту проблему, вначале предположила, что сможет запитать устройство сама, используя заклинание молнии. В ответ гуль зебра высказал несколько нецензурных выражений в адрес умственных способностей синего аликорна а, после успокоившись, показал схему устройства, на которой была цифра, с множеством нулей характеризующая её мощность и это не говоря о том что, используя молнии, аликорн просто бы сожгла схемы и проводку. Как не странно Трюкачка не обиделась и предложила свою помощь в проникновении в реактор. Сулик принял предложение, и уже на следующий день устройство было подключено, однако перед этим полосатик попросил меня об одной услуге.

Дело в том, что он не верит, что в моём мире нет магии. По его мнению, она есть, но имеет скрытые формы, которыми я неосознанно пользуюсь. В качестве такой формы Сулик предположил «магию слов». Хотя в прошлом он пытался её освоить, но даже не научился говорить в рифму, тем не менее, полосатик считает, что я неосознанно ей пользуюсь, когда говорю по-русски. Также Сулик считает, что особенность данной магии в том, что слова необязательно произносить. Он считает, что даже надписи на тех плакатах, что мы разместили по всему кораблю, имеют свою силу, и сейчас полосатик просил меня помочь в настройке интерфейса электромагнитного устройства. Я хотя и считал «магию слов» чушью, но не видел причины отказывать – если Сулик считает что лучше переделать интерфейс на русский манер, то я ему помогу.

Закончив с перенастройкой и отдав прибор Трюкачке (чтобы она тайно зарядила его от реактора) мы занялись обычным снаряжением. Парадоксально что, планируя проникнуть в пещеру, охраняемую огромной рептилией и солдатами в робокостюмах — мы не собирались серьезно вооружатся. Операция должна нести скрытый характер, и всё что мы планировали брать с собой (кроме устройства) должно было быть небольшим. Дракона нам всё равно не убить а «Рейнджеров Эпплджек» мы собирались обойти тихо и незаметно. Так что никаких автоматов, гранатомётов, тяжёлого оружия и прочего – только оружие скрытого ношения. Хотя и такое оружие может быть мощным, так что на случай если нас всё же обнаружат «Рейнджеры» у гуля зебры будет плазменный пистолет. Я же понимал очевидность, что против толпы «Железных Вёдер» стрельба будет неэффективна, взял с собой большой запас «импульсных гранат» — по крайней мере, против силовой брони (и против Каламити) они были эффективны. Также к «импульсным» я прибавил и несколько осколочных. Хотя против брони (и тем более против дракона) они бесполезны, но на случай попадания в плен у меня всегда должна быть возможность (при предыдущих попаданиях в плен, у меня такой возможности не было) сделать «сиппуку по-русски» — подорвать себя, надеясь зацепить противника.

Подготовившись к худшему, я занялся другими элементами амуниции, а именно смастерил несколько глушителей, которые приспособил к местной версии Colt 1911. Конечно, данный пистолет слабоват чтобы пробить броню рейнджеров, но всё же я решил не отказываться брать данный кустарный образец оружия для тайных операций – авось пригодится, да и карман не тянет, так что к пистолету присоединился нож.

Тем не менее, я не настолько туп чтобы действовать против копытных в силовой броне только гранатами, и опять же не настолько туп, чтобы использовать на тайной операции энерго-магическое оружие. Нужно что-то небольшое, огнестрельное, не лазерное или плазменное, но способное пробить силовую броню — что-то похожее на револьвер Мелкопипки. Сделав данный вывод я обыскал всю оружейку но так и не нашёл ничего подобного. Всё что мне удалось найти так это кучу патронов, подходящих для яблочного револьвера, и местные аналоги пистолета-пулемёта Томсона вместе с ними.

Осознав, что поиски провалились, я, осматривая находки, на некоторое время задумался: Неужели копытным не больно от отдачи при стрельбе, когда они берут пистолеты в пасть? Почему их не смущает низкая точность от использования вооружения в «боевом седле»? Разве они не заметили, как точно стреляют грифоны, держа оружие «по нормальному» — в передних конечностях? Почему пони (или призраки) не догадались (или не стали) закреплять огнестрел на передней ноге, на запястье? То есть не за, а просто пястье.

После недолгих раздумий я пришёл к выводу, что причин несколько: Точность бы не сильно повысилась. Пришлось бы задействовать две передние конечности (на одной оружие, другой жмут на курок), что для пони неестественно. Копытному для стрельбы пришлось бы сесть на зад и потерять мобильность. Магазин для такого оружия был бы небольшой ёмкости и прочее и прочее.

Однако для меня ситуация иная: Я могу нажать на курок, используя ауру вокруг копыта. Использования передних конечностей как манипуляторов для меня нормально, так что перезарядка для меня пройдёт гораздо быстрее. Прочие факторы для меня также не так критичны. Основываясь на сделанных выводах я, взяв патроны и «Томсон» побежал в оружейку где тут же принялся распиливать ствол автомата.

Заметив, как гуль удивлённо на меня смотрит, я поведал ему свою идею, а после мы вместе создали довольно примитивное стреляющее устройство. Данный импровизированный двуствольный пистолет должен был крепиться у меня на передней ноге и не имел механизма перезарядки. Перезарядка должна была происходить за счёт перелома стволов и «ручного» извлечения гильз – очень примитивно. Стволы оружия также были слишком короткими, так что на большую дульную энергию можно не рассчитывать. Однако несмотря ни на что, на испытаниях данный пистолет показал свою возможность пробить (в слабой точке конечно) силовую броню, пусть и стрелять пришлось даже не с расстояния пистолетного выстрела, а практически в упор. Меня это устроило – при всех недостатках пистолет компактен и всегда (на ноге) в боевом положении. Его легко спрятать под одеждой, что будет сюрпризом для противника. Даже визуально он безобиден и издали выглядит как Пип-Бак. Назвать данную ножную двустволку мы решили аббревиатурой от « Двухствольный Пистолет Для Запястья». ДПДЗ – дурацкая аббревиатура, но мы создали это не для патента.

Решив вопрос с довольно скудным вооружением, я занялся подготовкой своей амуниции. Амуниция состояла из: привычного бледно-зелёного комбинезона, серой маски «Балаклавы» с прорезями для глаз и рта, платка на шею на манер Арафатки, бронежилета из жёлтой драконьей кожи, которому Трюкачка сшила (может она и никудышная повариха, но как ткачиха вполне профпригодная) серый маскировочный матерчатый чехол с карманами. Маскировочной накидки типа: «Оренбургский Наноплаток». Амуницию гуля зебры я охарактеризовал словами: «*Это ж мой гардеробчик! Ах ты, ворюга – это всё моё!».

Она была идентична моей (даже кожаный бронник с чехлом) пусть и не включала в себя накидку, за несколькими исключениями. Дело в том, что Сулик не может, как я, глушить шум своих шагов, поэтому, он придумал решение этой проблемы и вид этого решения вызвал у меня усмешку. Вид гуля зебры в арафатке, броннике и …. чешках (танцевальных тапках) был действительно смешным. Сам Сулик назвал их «шумопоглощающими накопытниками» и что в этом нет ничего смешного, но у меня от вида этих белых тапок чуть живот не надорвался. Однако нося их, гуль действительно не издавал цокающих звуков, так что теперь появилась другая проблема – не выдать себя своим смехом. Серьёзно: в чешках, на боевую операцию – разве что-то может быть более нелепо?

Также в нашу амуницию входили аптечки (у меня с обезболивающим – довольно скудно, у гуля с зельями и заражённой водой), рации с гарнитурами, фонарики, ракетницы с сигнальными ракетами, и ещё кое-что по мелочи. Вообще-то стоило ещё упомянуть парашюты системы Котельникова, что в ближайшее время, по моим эскизам, должна сшить синяя аликорн (дельтаплан остался всего один, но в прошлый раз я, спускаясь на аналогичном — чуть не размял кости), но это не совсем амуниция.

Теперь оставалось только ждать, когда силовая установка Мстителя зарядит электромагнитное устройство, и, не теряя это время зря, мы усиленно тренировали свои боевые навыки ближнего боя. Вообще-то в мире, в котором столь развито огнестрельное и энергетическое оружие навыки самообороны без оружия не имеют большого значения, однако Сулик и Трюкачка так не считали и вежливо меня попросили научить их некоторым приёмам.

Проблема в том, что тот импровизированный «стиль» что я использовал, был большей частью основан на том, что я стоял на задних ногах. Конечно, и другие копытные так могли, но всё же у них была проблема с удержанием равновесия, и это не говоря о том, что для них это противоречило их инстинктам. Они не понимали – зачем нужно стоя на задних ногах увеличивать свой силуэт, в который легче попасть, лишать себя самого естественного для копытных приёма «лягания», и открывать уязвимое брюхо? Однако гуль и аликорн признали что, несмотря на все недостатки используемый мной «стиль» достаточно эффективен и, задействовав своё чувство равновесия, они усиленно тренировались, подражая моим действиям. Другие копытные на Мстителе также были, приняли участие в тренировках, пусть и в качестве «боксёрских груш», однако все эти спарринги в стиле «один против толпы» в итоге окончились весьма курьезно.

Во время одной из тренировок я вошёл в раж, и произнеся: «Самбисты и каратисты по одному! Остальные – можно кучей!» — вызвал на бой весь спортзал, наполненный табуном пони всех расцветок и подвидов. Не знаю, как это выглядело со стороны, но уверен, что даже Джеки Чан бы оценил, как ловко я уворачивался и парировал удары. За все долгие дни, что я провёл в этом мире, я уже успел досконально изучить манеру боя пони. Пользуясь этими знаниями я обходил копытных с флангов, не позволял единорогам себя ослепить, следил за пегасами, и даже аликорн не могла ко мне подступиться. Я был как «человек-армия» и щедро раздавал удары, производил захваты и броски с прогиба, причём иногда и в других копытных. Трюкачку постигла именно такая участь – заломив ей переднюю ногу, я швырнул её в сторону двух парящих пегасок, уделав их одним броском. Пожалуй, будет нечестно во всём этом винить только моё боевое мастерство – помимо опыта в данном случае мне очень помогала моя странная особенность, когда время неожиданно замедлялось. В кое-то веки это происходило именно в нужные моменты, а я, пользуясь данной особенностью, был быстрее и увертливей, так что исход был предсказуем. Отправив в нокдаун последнего пегаса я, осматривая спортзал усеянный телами побитых и стонущих от боли пони произвел, как мне казалось остроумную фразу: «Кто-нибудь ещё остался? Кого я ещё не убил?!». Вопрос мне казался риторическим и преувеличенным – никто не был убит, но все были небоеспособны от многочисленных вывихов, растяжений, ушибов и прочих травм. Какого же было моё удивление, когда я услышал за своей спиной хриплый голос:

— Я жива, — это было неожиданно а, обернувшись я оказался ещё более удивлён.

— Это поправимо, — так я ответил единорожке в толстовке, а после высказал ей из-за чего я хочу (хочу, но не буду – только морду набью) это исправить, — Думаешь это было смешно – заставить меня плясать под свою музыку?

— В обоих мирах не достаточно ценят такое понятие как смех, — ответила единорог – кантерлотский гуль, — Может Пинкамина Диана Пай и была п…ной наркоманкой но в одном она была права – нет ничего лучше по настоящему смешной шутки.

Скорее всего, раз она упомянула розовую министерку Диану то эта единорожка довоенная. Я же весьма условно знал историю этого мира до войны, и тем более не знал министерок и их цитат. Однако одна фраза, что мне сказала довоенная единорожка, в теле аликорна, была довольно удачной, и как раз подходящей для ответа.

— За такие шутки в зубах бывают промежутки.

Далее я решил действовать и намять бока этой похожей на вахабитку шутнице, а именно – бросился в атаку. Какого же было моё удивление, когда единорожка в толстовке встав на задние ноги начала ловко уворачиваться от моих ударов. Она была неуловима, мои удары либо проходили мимо, либо шли вскользь, сама же единорожка будто издеваясь надо мной, первое время даже не атаковала. Я же начинал потихоньку приходить в ярость от своего бессилия, однако, осознав это и успокоившись, совершил несколько обманных манёвров, используя которые смог нанести по корпусу единорожки несколько ударов. Вот только та, похоже, даже не сразу заметила, что я её ударил. Впрочем, это объяснимо; она кантерлотский гуль а в книге Мелкопипки они описывались как не чувствующие боли, быстро регенерирующие и вообще — практически неуязвимые. Для «Спецагента Мятной» мои удары не были болезненны, а ощущались лишь как сильные толчки, тем не менее заметив, что я попадаю единорожка сама начала атаковать. Её удары были не слишком сильными но, судя по ощущениям, она знала, где у пони болевые точки, вот только на мне всё быстро заживает, да и я привык терпеть боль. Однако если бой будет неоправданно долгим, если будет продолжаться в таком стиле, поэтому, осознав, что ударная техника против «Леди Удачи» неэффективна, я решил действовать в Греко-Римском стиле. План провалился – единорожка не позволяла себя захватить, ловко уходя от моих попыток пообниматься. Ситуация была очень странной – я в одно рыло раскидал весь спортзал полный копытных но не могу уделать одну единорожку. Даже замедление времени не помогает – она невероятно увёртлива. Ещё раз, убедившись, что замедление не помогает, я решил использовать другую свою способность, и именно – усиленную ауру вокруг копыт.

Конечно у нас (меня и других копытных) была договоренность, чтобы я как и единороги, не использовал магию, что может быть опасна, однако мой нынешний соперник не обычный единорог. Она Кантерлотский гуль а для них даже пулевые ранения как уколы булавкой. Подельника Мелкопипки, что являлся таким гулем, смогли убить лишь срезав голову, так что не думаю, что если я применю на «спец-агенте Мятной» свою ауру то с ней что-то случится.

За секунду обдумав свои действия я применил ауру схватив единорожку за плечи и подняв её над полом произнёс:

— Кто ты такая? Почему за мной следишь? Почему тебя не замечают?

Единорожка же трепыхаясь в моём захвате, вскоре успокоилась и, глядя мне в глаза ответила хриплым голосом:

— Я та кто чувствует струны души, и знала о «призраках» ещё до войны. Подробности расскажу в своё время, и не здесь.

Закончив с коротким «не ответом» единорожка выставила в мою сторону своё подкованное копытце. Я слишком поздно вспомнил, что у неё необычные подковы и не успел среагировать, прежде чем мне в морду «ударил» поток газа. Как ни странно в этот раз он не произвёл прошлого усыпляющего эффекта (к удивлению единорожки) однако обескураживающий эффект всё же был достигнут – я прищурился и убрал ауру с передних опорных конечностей. Единорожка же не стала упускать возможность и, встав задними ногами на пол передними, схватила меня за правое копыто. Далее она, используя мою схваченную ногу как упор, подпрыгнула, при этом ловко развернувшись в воздухе, и взяла мою шею в замок своими задними ногами. Естественно я, стоя прямо, не смог удержать равновесие и плашмя рухнул на брюхо. Мятная же не стала останавливаться на достигнутом и, светя рогом что-то достала из своего кармана. Вскоре я узнал, что это был за предмет. Ощущение удавки на шее, не шло ни в какое сравнение с ощущением нехватки кислорода. Я всеми силами пытался сопротивляться, вот только силы покинули меня буквально через минуту – я потерял сознание.

Очнулся от ощущения ….. поцелуя(!) и сильных толчков в грудную часть туловища, просыпаться совсем не хотелось – мне нравились сны без снов, но целованию нужно положить конец. Мне казалось, что после открытия глаз всё прекратится но, похоже, Дестини решила довести дело до конца, и даже когда я зашевелил ногами, она не прекратила делать мне искусственное дыхание. Благо копыто, что я вставил ей в рот, стало достаточным аргументом, чтобы эта белая единорожка прекратила оказывать мне помощь.

Встав на ноги, я заметил, что всё ещё нахожусь в спортзале а, судя по ощущению на шее, след от удавки ещё не рассосался. Также я заметил, что других копытных, что я потрепал, сейчас уносят на носилках (судя по всему в лазарет) однако Сулик и Трикси явно отказались от госпитализации, и сейчас глотая зелья, морщились от их вкуса и ощущения заживления ссадин и вывихов.

Дестини же от меня не отходила и приказала сесть, чтобы осмотреть мои ранения. Я починился и покорно терпел белую единорожку, что осматривала мои ссадины и след от удавки. Далее, копытная от медицинской науки, сделала нечто неожиданное — достала белый аэрозольный баллончик и брызнула его содержимым мне на шею, на месте тут же появилось приятное ощущение холода. Далее Дестини поведала, что данный спрей — её изобретение, сделанное специально для меня, на основе исследований моих особенностей. Я же был рад и удивлен, что сам не додумался до охлаждающего спрея. Вроде такой используют на футбольных матчах, вот только в другой жизни я не смотрел футбол. Тем не менее, всё окончилось хорошо и я, спросив единорожку насчёт таких баллончиков (у неё есть запас) её поблагодарил. Серьезно – я был ей благодарен, хотя при контакте рот в рот она могла бы использовать тряпку.

Как ни странно не этот курьез оказался для нас (меня, гуля, аликорна) самым неприятным. Дело в том, что нам так и не удалось удержать подготовку к операции в тайне. Честно говоря, я этого ожидал – мы на одном корабле у всех на виду, так что я не сильно удивился, когда однажды в начале дня, полковник вызвал нас (меня, гуля зебру и аликорна) по интеркому в кают-компанию на брифинг. Судя по его тону, он был чем-то очень недоволен. Тем не менее, несмотря на дурное предчувствие, мы приняли вызов.

— А вот и прибыло пополнение, — по голосу пегаса было ясно, что он неудачно сдерживает эмоции, — Вы мне ничего не хотите сказать?

— Никак нет, — хрипя, ответил Сулик.

— Нет??! А вот я думаю иначе, — закончив фразу, пегас пастью (чемодан ведь тяжёлый) достал из под стола полосатый чемоданчик. На чемоданчике была бело-красная шестигранная эмблема под цифровой панелью. На самой панели было по-русски написано «НЕАКТИВНО», а рядом индикатор зарядки с обозначением 30%. Поставив прибор на стол, пегас продолжил «интеллигентный разговор», — Что это?!

Все замерли, не зная, что ответить. Правду говорить не хотелось, но и убедительно соврать вряд ли получится – полковник крайне подозрителен, а наличие на данном приборе полосок и надписи выдавало нас с головой.

— Полковник, — гуль обратился к пегасу, — Это устройство создано мной, но я, то есть мы, ничего не замышляли против СНС.

— Подробности, — пегас скрипел зубами.

— Это тайная операция, даже от руководства СНС. Её цель инфраструктура НКР. Дальнейшие подробности являются секретными, — несмотря на всю абсурдность Сулик пытался говорить максимально ровно.

— Чего (нецензурно)??! – пегасу явно не понравился ответ, — Твоё руководство — это я и майор Грей, а я старше по званию!

Пегас сделал паузу ожидая от полосатика ответа, но тот решил «включить дурака»:

— Так точно сэр. Какое это имеет значение?

— Ты идиот или меня держишь за психбольного?! Какого х…ра я не посвящён в ваши планы?! Какова цель операции?!

— Сэр успокойтесь, — аликорн решила не стоять в стороне и успокоить пернатого копытного.

— Я тебе не сэр. Я сам зарабатываю себе на жизнь. Будешь звать меня «полковник», или «полковник Отем Лиф»! Ты меня понимаешь?!

— Вы не мой командующий и вообще — я СПС. – спокойно произнесла синяя.

— Тупая п…да! Ты сейчас на борту моего флагмана лишь по моей воле! Сейчас я твой командир, а значит, ты в рядах СНС! Ты меня понимаешь?!!

— Никак нет! – аликорн выкрикнула как на плацу.

— Идиоты!!! – пегас обращался ко всем присутствующим, — Вы исполняете мои приказы. Скажу прыгать, будете прыгать! Скажу драться, будете драться! Скажу умереть за родину, умрете без разговоров! Я ясно излагаю?

Далее пернатый тяжело задышал, похоже, он эмоционально выгорел. Дождавшись когда он придёт в себя, Сулик решил всё же не скрывать свой план насчёт будущей диверсии. Начинать объяснение он решил со своего мотива мести за Зебрику и помощи в энергообеспечении НКР. Также он объяснил устройство и предназначение того прибора что сейчас находился на столе. Закончил полосатик на объяснении своего плана проникновения в пещеру Спайка и использовании устройства для уничтожения Садов.

Предсказуемо пегас был очень недоволен. Его не устраивало всё: начиная от цели заканчивая тем, что план не предусматривал ликвидацию дракона. В особенности последнее.

Хотя служа в Анклаве, полковник Отем не участвовал в борьбе против драконов, но был наслышан о том, какой ужас эти твари наводили на род пони. Конечно, после падения бомб, Анклав сильно сократил их популяцию, но борьба с каждым представителем этих чешуйчатых огнемётов, представляла собой невероятной сложности операцию, в которой решающим был фактор внезапности, но и он не уберегал пегасов от больших потерь. В прошлом пегасы побеждали драконов, используя десятки воздушных кораблей класса «Хищник». Сейчас же, у СНС всего один такой корабль – чуть больше чем ничто. Логично предположить, что если мы уничтожим Сады, то рептилия, перейдя в ярость, покинет свою пещеру и несложно представить, что случиться, если эта тварь нас найдёт — мы ничего не сможем сделать.

Доводы пегаса были логичны, хотя они и веяли трусостью, однако Сулик явно не собирался отказываться от своего плана и в данный момент придумывал контраргументы. Как ни странно за полосатика ответила Трюкачка. Она назвала пегаса «копытной курицей», и напомнила ему историю из прошлого, когда охрана Садов не помешала Спайку поддержать наступление «героев пустоши» и наёмников Гаудины на базу Нейварро, в момент, когда на ней были в основном новобранцы Анклава. Также она сказала, что полковник не заслуживает своего звания, раз действует по принципу «не злить противника». Последний аргумент стал решающим – пегас одобрил будущую операцию и дал ей кодовое название «Нечистоты». Далее он отдал приказ «Разойтись!» — а после добавил: «Грей, а вас я попрошу остаться».

* — говорит на русском

## Точка невозврата - Слабое звено

Меня «попросили остаться». Конечно, я не был шпионом (и давно снял с себя данное подозрение) но всё равно почувствовал себя на месте Максима Исаева. Может это из-за любви к советской классике, может из-за того что ранее я в этом помещении уже складывал на столе ёжика — это не имело значения. Значение имело то, как я решил среагировать — в стиле всеми любимого штандартенфюрера. А именно, дождавшись закрытия двери, встал максимально ровно на все четыре опорные конечности и, цокнув, вскинул правую переднюю ногу, в нацистском стиле, одновременно произнеся как на плацу:

— Хайль Гидра! – в последний момент я одумался и, вспомнив известную серию комиксов, заменил фюрера на известное в этом мире греческое мифическое животное.

— Да ладно вам, — устало произнёс пегас, — У меня и так в ушах звенит от творящегося вокруг бреда. Только новых заморочек из другого мира не хватало, — полковник закончил очень «избитым» сарказмом. Я же понимая, что сейчас не до шуток решил далее вести себя более адекватно:

— Я не понимаю, — но всё же продолжил корчить из себя советского разведчика.

— И не ты один, — устало ответил полковник, — Мы здесь все в неведении, но всё же сделаю заявление – я вижу главную суть и могу предсказать, чем всё окончится.

— Сильное заявление, проверять его я его конечно не буду, — как же сложно удержаться от употребления известных цитат.

— Вот здесь ты ошибаешься, — пегас вздохнул и продолжил, — Как и во всём остальном. Я тоже ошибался: когда командовал Анклавом, в своём отношении к тебе, в выводе, когда доверенные мне пони рассказали о подключении «прибора» к энергетической установке Мстителя.

— И что решил? – мне действительно было интересно, какие мысли зародились в его «ржавой» (и простреленной) башке.

— Разве это не очевидно? Полоски на приборе сразу выдавали, чьих копыт это дело, а наличие таймера явно указывало, что это бомба. От гуля я бы не удивился такой подлости, во время операции «Внешние Небеса» он уже предал тех на кого работал, но вот надписи на твоём языке и то, что Тринити шьёт два парашюта, наводили на другие вопросы.

— Серьёзно – ты думаешь, что я бы не предал? – учитывая то, как мы друг к другу относились, данный саркастичный вопрос звучал не так саркастично.

— Вообще-то мысли о твоём предательстве занимают весьма немалую часть моего времени, но я уже слишком часто наступал на одни и те же грабли чтобы, снова основываясь на собственных выводах, начать действовать.

— Выводах?

— Я предполагал, что вы собираетесь устроить диверсию и дезертировать. Что я ещё мог подумать? Сулик собирает бомбу, ты помогаешь ему в настройке, а Тринити шьёт парашюты – вывод был очевиден.

— И что заставило тебя отменить приказ о нашем расстреле?

— Всё что сказал до этого и то, что это не изменит главного – мы не способны победить.

— Это…. От тебя это было неожиданно.

— Может я и провёл десяток лет в психушке и, обретя разум, желал сражаться — но какой в этом смысл? Формально я уже победил.

— Тебе было рано выписываться.

— Отнюдь. Раньше я сражался за Анклав, считая, что эта организация действует в интересах пегасов, да и всего рода пони. Теперь же, когда Спайк активировал механизм уничтожения «Проекта Одного Пегаса», мой народ скоро получит своё законное место на небесах и контроль над погодой. Ты же, вместе с Соупом выведя из строя «Селестию Один», покончил с диктатурой сумеречных единорогов, а ликвидировав Реджи, Хомейдж и Гаудину — показал пони Эквестрии, что не всё что говорила элемент честности являлось правдой, и грифонов можно и нужно победить, и всё это не считая что у нас в плену побывала лидер Последователей и мы окончательно ликвидировали Адских Гончих… Вот только я ждал большего.

— Поясни.

— В прошлом, во время операции Выжигание, гуль Дерпи смогла сделать то, что казалось, могла лишь одна пегаска — элемент верности Рейнбоу Дэш. Будущий элемент смеха смогла разогнаться до сверхзвука, создавая ударные волны.

— Сопровождающиеся радиационными выбросами, которыми она убила многих пегасов. Я знаю эту историю, ближе к делу, — я решил поторопить пегаса.

— Не выбросы несли главную угрозу. Дело в том, что при первом сверхзвуковом радиоактивном ударе Дерпи создала брешь в облачном барьере, через который пони на поверхности, столетиями не видевшими солнечного света, увидели синие небо. Естественно Хомейдж не оставила это без внимания и использовала это в своей пропаганде, утверждая что Анклаву нужно сопротивляться ради чистого неба.

— Достойный мотив.

— Вот только барьер создавался не для того чтобы скрывать от пегасов поверхность а от других пони солнечный свет. Те облака были главным образом защитой от радиации с поверхности Эквестрии, да и от заражённых воздушных масс с других земель. Но тогда суть была не в этом – многие, в том числе и пегасы, поверили Ди-джею Пон Три.

— Меня утомляет эта историческая справка. Говори по существу.

— В прошлом одной бреши в облачном барьере было достаточно, чтобы против Анклава мобилизовалась вся Эквестрийская Пустошь и даже некоторые пегасы. Теперь же, после всего, что мы сделали, мой флагман называют «Обителью Зла», а мои агенты докладывают лишь о некоторых роптаниях и то, что твоим именем стали пугать детей.

— Вельвет говорила, что после уничтожения башен возможны мятежи, — я напомнил пегасу сведения, полученные от пленницы, — Это прямо говорит, что не все довольны политикой НКР и у нас могут появиться союзники.

— Могут, но не появились, а если операция «Нечистоты» увенчается успехом то и без того отрицательное отношение пони Эквестрии к СНС, дойдёт до абсолютной ненависти.

— Но ведь ты одобрил операцию.

— Потому что она бессмысленна.

— Поясни.

— Наш пахучий друг неплохой инженер, но он мало смыслит в облачных технологиях. Как я уже говорил: главная цель создания облачного барьера была защита от заражённых воздушных масс, и не только с поверхности Эквестрийской Пустоши. Сулик думает, что если уничтожить «Сады» то заражённые воздушные массы прольются на Эквестрию радиационными дождями – он ошибается. Нет сомнений, что в НКР догадаются создать свой облачный барьер подобный тому, что создал Анклав, что защитит Эквестрию от радиоактивных осадков.

— Это многое меняет, — я на секунду задумался, — Почему ты это говоришь только мне, а не инициатору операции?

— Не хотелось огорчать того кто спас меня когда у меня было распорото брюхо.

— Серьезно? – я произнёс вопросительное слово максимально недоверчивым тоном.

— Не только. По крайней мере когда НКР будет создавать барьер многие пони поймут истинное значение того что создал Анклав.

— Звучит натянуто.

— Да, я тоже заметил, а ещё заметил, что уничтожение Садов заметно осложнит другую разрабатываемую мной операцию.

— Вот с этого момента поподробней, — меня действительно интересовал тот новый план, что полковник разрабатывал втайне ото всех.

— Я всё расскажу, но не сейчас. Пока план очень условен, да и операция «Нечистоты» многое меняет. К тому же, ты уже побывал в плену, есть риск, что это повторится. Я допускаю, что ты можешь расколоться прежде чем сдохнешь.

— Это логично, — я признал правоту, — Но ты не ответил – зачем ты мне это рассказываешь?

— Ты мыслишь и действуешь не так как другие пони, и я решил, что данное знание поможет тебе действовать более эффективно. Можешь всё рассказать нашему пахучему другу, можешь распорядиться знанием по-другому – я ко всему отнесусь нормально. Кроме предательства конечно.

— Это всё?

— Да… То есть нет – у меня есть к тебе вопросы и они не совсем по делу.

— Задавай.

— Ты, правда, в другом мире ….? – пегас провёл себе копытом по горлу.

— Чооо?! Нет – это просто детская песенка!

— Детская? В другом мире специфичные нравы. Теперь другой вопрос – у тебя, правда, с Тринити ничего не было?

— Ээээ… Странно это слышать от тебя. Ответ – нет. Зачем спросил?

— Если думаешь что я на неё претендую, то ты ошибаешься, а спросил, потому что меня беспокоит её поведение.

— С каких пор тебя интересует поведение аликорна некроманта.

— С таких, когда вы начали репетировать фокусы, а я застал Тринити в оружейной жонглирующей гранатами – это ненормально.

— Будто в этом мире есть что-то нормальное.

— По крайней мере, эту проблему можно исправить.

— Хочешь, чтобы я уговорил её отказаться от выступлений?

— Нет, мне даже нравятся эти выступления, я хочу, чтобы ты помог ей справиться с её эмм… психозом.

— Каким ещё психозом, и каким образом я должен помочь?

— Ты пони или баран?! Ты что, не замечаешь её намёков?

Тут я понял, что он имел ввиду и это было неожиданно.

— Она тебе что – мозги через сны промыла?

— Мозги? Через сны? Нет! Как полковник «Великого Анклава Пегасов» я проходил штатный курс психологии, и мне известны некоторые негативные последствия твоих отказов.

— Что за чушь ты несешь? Какие ещё последствия, и какого (нецензурно) тебя должны волновать наши отсутствующие отношения?!

— Я не собираюсь тут читать лекции по психологии и меня бы это не волновало, если бы твоей соседкой не была аликорн. То, что ты отказывал многим обычным пони, было вполне допустимо…

— Короче, Склифосовский!

— Меня не беспокоит ни твое, ни тем более её состояние. Меня заботит лишь безопасность корабля а, судя по тому, что Тринити согласилась втайне ото всех зарядить бомбу, от энергетической установки Мстителя, и то, что она жонглирует гранатами – корабль под угрозой. Да как ты сам не замечаешь – она становится всё более психованной! Тот случай на выступлении, когда ты поймал нож у своего глаза – этого ведь не было в сценарии?

— Это была случайность. – мне казалось, что с моей стороны было виднее что происходит.

— Слишком много случайностей.

— Ты ведь достаточно вменяем, чтобы понимать, что за хрень предлагаешь? Лечить эту синюю рогатую по Фрейду, чтобы она в порыве бешенства не разнесла корабль?

— Я не знаю, кто такой Фрейд и не понимаю, почему ты отказываешься – она ведь вылитая Принцесса Луна, только грива не эфирная.

— Мне по…ер на внешность – главное душа, — говорить на эту тему серьезно было сложно, так что я решил прибегнуть к старому доброму сарказму.

— Душа? В каком смысле?

— Ну, чтобы баба была как в поговорке: коня на скаку остановит – в горящую избу войдёт.

— «Коня на скаку» — в каком смысле?

— Это поговорка из моего мира и мне бы хотелось, чтобы противоположный пол ей соответствовал.

— Это как? В смысле, чтобы как в твоём мире? Объясни.

Вот уж не думал, что буду обсуждать с этим пернатым копытным данную тему. Хотя, что мне мешает наговорить всякой чуши, чтобы прекратить эту хрень а заодно и позабавиться? Абсолютно ничего. Сделав данный вывод я, гордо задрав голову, и войдя в образ, выдал:

— Стих посвящённый всем женщинам Российской Федерации. Исполняет «Сергей Каменев», — сделав короткую паузу и набрав воздуха, продолжил:

— Как солнца луч они сияют в прожженной лазером броне – врага на танках застигают, дубинкой лупят по спине. И сколько страсти в тех ударах, в руках их стонет пулемёт. В погонях, взрывах и пожарах она судьбу свою найдёт.

Поле сказанного последовало трёхсекундное затишье. Я ожидал комментария от пегаса, но тот, похоже, был в ступоре. Поводив копытом перед его мордой, я всё же привёл его в чувство. Первое что произнёс полковник, было довольно логично:

— Ты ведь говорил, что в твоём мире только начали разрабатывать лазерные технологии.

— Да – это так. Не надо придираться – лазеры это для рифмы, да и стих был с заделом на будущее.

— Твой мир очень странный, но всё же – советую не игнорировать те намёки от Тринити.

— Опять двадцать пять – если так заботишься о её состоянии, то сам и займись. Ничего не буду иметь против.

— Думаешь, я не пытался? Пытался и не раз.

— Ну и как?

— Она отказала мне – сказала, что любит тебя. Думает, что любит тебя.

— Да она не может любить меня.

Действительно — Трикси живёт в этом мире столетиями, наверняка за столь долгие годы она стала свободной от этого понятия. Надо донести до пегаса эту простую мысль, вот только в начале нужно выслушать его ответ, только ответить помешала неожиданная собеседница. Справа от меня с хлопком и телепортационной вспышкой появилась предмет обсуждения. Глядя на меня, и набрав воздуха, она громко произнесла:

— Да я люблю тебяяя!!! — далее синяя аликорн светя своим отростком, открыла дверь и рысью покинула помещение.

Теперь уже я застыл. Трюкачка нас подслушивала и ей всё известно. Что это меняет? Понятия не имею, но надо что-то делать, вот только что – явно не продолжать болтологию.

Спокойным шагом я покинул кают-компанию обдумывая услышанное и сказанное. По мнению полковника, операция «Нечистоты» не имеет смысла. По сути, мы лишь заставим НКР возвести облачный барьер, а ещё разозлим дракона. Что мне делать с этим знанием? Промолчать или всё рассказать гулю зебре? Я выбрал первый вариант и надеюсь, что Трюкачка будет действовать (точнее бездействовать) аналогично. Дело не в том, что мне не хотелось разрушать мечты этого копытного эфиопа, сколько в том, что я сам собирался проникнуть в пещеру Спайка. По крайней мере (если я правильно понял написанное в книге Мелкопипки) Хомейдж чтобы проникнуть в комплекс управления башнями (и полизаться с Дарительницей) было необходимо вначале проникнуть в данную пещеру. Правда затем её должен был изжарить дракон…. Для меня такой способ неприемлем, но я не найду другого, если вначале не проникну и не изучу логово дракона.

Действовать или бездействовать? Я решил, что лучше что-то делать, чем не делать. К тому же мне уже надоели эти железные коридоры летающего авианосца, хотелось просто пройтись по земле, подышать не фильтрованным воздухом. Выбор сделан: Операция «Нечистоты» составиться – в любом случае.

Теперь меня волновала другая часть разговора – та, что насчёт взаимоотношений меня и Беатрикс. Она мне призналась в … даже представить страшно, а ведь мне казалось, что все эти намёки не имели серьезной основы. Как говорило это рогатое чудовище – внешность того земного пони что одержим мной ничего особенного не представляет, и я ей (да и многим другим) нравлюсь исключительно из-за моральных качеств, со всеми присущими недостатками. Честно говоря, мне это льстило – на Земле такого не было.

Там «инфузории» ценили лишь размер банковского счёта и иногда внешние данные – всё по заветам Юлии Печёрской. Справедливости ради – не все они такие. По крайней мере, мне удалось нескольких уломать, однако внешне они были далеки от стандартов красоты (не уровень Новодворской и на том спасибо), и перепихон происходил в стиле «меньше света – больше воображения». Их даже по лапать было не за что – два прыща. Те же, кто были более-менее симпотные (как та стюардесса, что была в самолёте) были вообще недостижимой мечтой, по крайней мере, с моим доходом. У них считался образцовым образ стереотипной ТП, напевающей: «Хочу духи от Диора, Платье от – Кардена, Сумочку от – ИвСент-Лоран. А если ты мне не купишь значит ты не любишь, значит я тебе не дам.»

Хотя осуждать не в моих правилах, тем более что я был также не образцовым. Моё поведение по отношению к противоположному полу вполне подходило под рифму:

«Мне нравятся все женщины на свете,

Особенно что замуж не хотят,

А кто хотят – от них лишь только дети,

А я завёл бы максимум котят.

Тащить и под венец, скажу вам честно –

Большой, на мой, взгляд, идиотизм:

Зачем просить у них руки и сердца?

Мне нужен сразу весь их организм!

За милых дам, за милых дам

Я буду драться как Ван Дамм,

И если вдруг отпор не дам,

То спрячусь я за милых дам.

Для милых дам, для милых дам

Я буду стильным как Билайн,

И если надо, прыгну сам

Для милых дам!»

Похоже, я слишком долго провёл в этом мире, раз рассуждаю песнями, но не настолько долго, чтобы местные самки мне нравились, в известно каком смысле. Хотя в другом мире, чтобы теребонькаться, для меня было необязательным, чтобы партнёрша внешне мне нравилась. Какое же у меня отношение к местным самкам? Ну, явного отвращения они не вызывают. По сути меня смущает лишь то, что они похожи на животных, ну и некоторые особенности поведения. Насчёт данных факторов мне не совсем уместно жаловаться – я в другом мире, нахожусь не в своей шкуре, да и имею дело не с людьми. Хотя, если бы я находился в аналогичной ситуации на Земле, то был бы только рад – там нравы более строгие. Даже долго смотреть на инфузорию считается неприличным. В этом мире у самок более свободные нравы, хотя, что ожидать от разумной расы, у которой самки являются доминирующей группой, и считается нормальным отсутствие одежды? Для примера можно взять книгу мелкой лезбиянки, где она с анатомическими подробностями описывала свои перепихоны с Хомейдж, и насколько влажными были последствия. То, что эта книга входит в местную школьную программу, говорило о местной нравственности лучше всяких слов. В моём случае самки пытались со мной сблизиться, используя стандартные для этого мира методы, совершенно не учитывая мои нравы. Неудивительно, что их ждал провал.

Честно говоря, я зря сравнивал себя с товарищем Суховым. Мне бы больше подошло сравнение и известным макаронным актёром Чикатило, то есть — Челентано. Точнее с одним персонажем фильма, где этот актёр играл главную роль. Там макаронник играл роль итальянского колхозника-безбабника которого пыталась охмурить городская ТП. Колхозник отвечал ей отказами, делал различные подлянки, а когда чувствовал к ней влечение шёл колоть дрова – наколол много. В конце, всё закончилось «хэппи эндом» — колхозник проиграл собаке в шахматы, понял, что нужно жить по-другому и ответил бабе взаимностью. Должен ли я поступить аналогично?

Нужно взвесить все за и против. Начну с хорошего – что может мне нравится в местных самках. На Земле я часто говорил девахам что у них красивые глаза. Обычно это не срабатывало – они сразу понимали, что это означало — что всё остальное у них никуда не годилось. У местных самок глаза точно красивей и выразительней чем у земных – просто фары какие-то. Также мне вспомнился случай, когда я целовался с Дестини, пусть даже это было искусственным дыханием – не так уж и противно.

Хотя я не должен обобщать – речь идёт конкретно об одной синей крылато-рогатой твари. Чем она хороша? По крайней мере, она явно попадает под определение тех про кого я рассказал стих. Она вытащила меня на своей спине из безнадёжного положения (хотя именно из-за неё я в этом положении и оказался) так что она была права, говоря что: верхом на ней я уже ездил. Характер у неё довольно специфичен, но ко всему можно привыкнуть, даже к её надменному голосу. К тому же, мне нравятся её фокусы, но не те где я являюсь мишенью. Хотя в этом мире фокусы утратили своё значение, так что Трюкачке, из артистки, пришлось переквалифицироваться в убийцу — в этом она преуспела.

Я вспомнил, как она стреляла из дробовика в охранников башни Тенпони, как стреляла молниями из своего отростка, превращая грифонов-наёмников в дымящихся куриц, как действовала кровяным мечом и прочее и прочее. Также мне вспомнились наши спарринги, и пусть чаще я побеждал, но Трюкачка держалась достойно, что я чувствовал на своей шкуре. Трикси не дралась – она танцевала. У неё была грация, «поэзия» – даже странно, что она это не включала в свои выступления, хотя и без этого в её номерах чувствовалось мастерство.

Кидая в меня ножи, она была преисполнена спокойствия тибетского монаха и холодного расчёта. На спаррингах , я сполна ощутил её технику, когда она с грацией балерины лупила меня всеми своими четырьмя опорными конечностями. Конечно, она также как и я находилась не в своём теле, но должен признать, что у клона принцессы Луны изящные ножки сочетались с пушечным силы ударом. Если бы на Земле я встретил инфузорию хоть с десятой долей данных качеств (такую же «дикую, но симпатичную»), то женился бы с закрытыми глазами (ладно – не закрытыми). Вот только в моей ситуации даже завязав глаза, я бы мозгом осознавал, что имею дело не с представителем своего (для прошлого мира) вида.

Честно говоря, взвешивая все за и против, я пришёл к выводу, что "за" перевешивает, вот только аргументы "против" также были очень весомыми. Только это не та ситуация которая бы решалась просто большинством аргументов. То о чём я думал было для меня просто противно. С другой стороны – если я решусь, то это будет не самым мерзким, что мне пришлось делать (c момента появления в этом мире), но примерно в первой десятке.

Довольно странно осуждать себя за мысли о перепихоне по желанию партнёрши, после всего пережитого. Я убил кучу народу, устраивал теракты, брал заложников, убил элемент честности в её собственной ванной. Сейчас я наслаждаюсь тем, что моё брюхо набито личинками мух, а на моей одежде красуются эмблемы вымышленной корпорации зла. Для «полного счастья» не хватает только «милой дамы» но это легко исправить. Вот только я всё не могу решить между: продолжением следования собственным принципам, или продолжением интеграции в этот мир. Раз сам я не могу решить, а на корабле нет, незаинтересованных личностей, у которых можно спросить совет, то тогда есть одно простое решение.

Порывшись в одном из карманов комбинезона, я достал ту золотую монету, что дала мне Беатрикс. Довольно глупо действовать, основываясь на том, как упадёт монета, но так бывает когда ты не можешь что-то решить. Ситуация неоднозначна — здесь другой мир, другие порядки, другая мораль, да и я сам другой (и как любой адекватный человек оказавшийся в таких условиях я делал очень очевидную вещь — сходил с ума). Вот только есть то, чем оба мира очень похожи – они одинаково жестоки и безнравственны. Нравственными в них может быть только случай: непредвзятый, беспристрастный, честный.

Мысленно проговорив эту известную цитату, я подбросил монету. Снова время будто замедлилось, так что я во всех подробностях разглядел падение золотого изделия на металлический пол. Вывод: монета сказала дать Беатрикс шанс. Глубоко вздохнув, я подобрал монету и отправился на поиски рогатого чудовища.

Мне не понравился выбор монеты, но раз я умышленно доверил решение самой судьбе то нужно следовать до конца. В конце концов: лучше ужасный конец чем ужас без конца, и что-то подсказывало что наши отношения будут мало отличаться от того что со мной происходило на Земле. Там девахи называли меня скорострелом (хотя до попадания в этот мир я не занимался скоростной стрельбой), предлагали начать употреблять виагру, а после разрывали отношения. Меня всё устраивало — поматросил и бросил. Скорее всего, что с Беатрикс всё пройдёт по аналогичному шаблону — по крайней мере, активные действия точно будут в темноте при минимальном зрительном контакте. Надеюсь, она не сильно обидеться ведь по местным меркам клоны принцессы Луны являются идеалом стандартов красоты, хотя мне всё равно. По сути, в моём распоряжении целый летающий авианосец с множеством самок всех цветов и подвидов, а мне абосютно всё равно, но размышляя над этим, я поймал себя на мысли — что я был бы рад находиться на Земле в аналогичных условиях, с поправкой, что имел бы дело с людьми. У меня был бы выбор, и я смог бы подобрать для себя собственный идеал красоты. Каким бы она была? На этих мыслях мне, вспомнилась песня "Lore, Lore, Lore" — надо заканчивать с подобными мыслями. Вначале надо остаться с Беатрикс наедине а потом уже фантазировать на тему «фрау Захер – шахер махер».

Это будет достойным времяпрепровождением, пока происходит зарядка устройства, которым Сулик собирается уничтожить Сады. Сколько там прошло времени, когда Трюкачка только подсоединила прибор к энергоустановке Мстителя? Примерно сутки. За это время заряд дошёл только до тридцати процентов. Значит, у нас есть примерно трое суток. Вообще-то у нас был план на это время – мы собирались уговорить пилота Подстрекателя (пегаску Симфони) доставить нас в заданный квадрат, но тот факт, что полковник теперь в курсе — избавил нас от этой проблемы.

Не знаю, как Сулик распорядиться этим временем, но есть предположение, что искать его придётся в морозильнике. Я же наоборот – собирался предложить Трюкачке погреется теплом наших тел (как же противно звучит), вот только чтобы предложить, её вначале нужно найти. Поиски заняли примерно полтора часа и окончились в довольно неожиданном месте — в импровизированной оранжерее, где земные пони занимались выращиванием различных овощей, я и обнаружил синего аликорна в сером балахоне. Её вид и род деятельности были довольно угрожающими, по крайней мере, работающие земные пони опасливо косились на клона принцессы Луны. Я также не сразу решился подойти и поговорить.

Стоя за столом с импровизированной грядкой огурцов, я наблюдал как Трикси, используя магию, швыряет в импровизированную мишень (деревянный лист с нарисованным силуэтом земного пони) различный садовый инвентарь. Судя по местам попаданий, это была не репетиция очередных выступлений. Из силуэта земного пони торчали несколько метательных ножей, две садовые лопатки, «голову» мишени венчали садовые ножницы. Очень надеюсь, что выбор земного пони как мишени был со мной не связан, в противном случае – мой страх обоснован. Серьезно, моё нынешнее состояние я бы описал как: в сердце отвага только коленки трясутся – штурм тюрьмы меня так не пугал, как попытка заговорить с соседкой по каюте.

Уняв дрожь в коленках, и гордо задрав голову, я ровным шагом направился к той кто меня призвала. Однако предвидев, что в моём состоянии я буду говорить необычно высоким голосом, я решил для начала действовать в стиле – мимо проходил. Конкретнее – подойдя к стеллажу с садовым инвентарём, взял с него садовую лопатку аналогичную той, с которой дрался против Реджи. Далее поравнялся с Трюкачкой и, оценив расстояние до цели, произвёл удачный бросок – садовая лопатка воткнулась в грудной отдел нарисованного силуэта земного пони.

— Ты также попал мне в сердце, — безэмоционально произнесла синяя аликорн.

— Я этого не хотел, — мой честный и короткий ответ.

— Я знаю и не виню, но пойми правильно – сердцу не прикажешь. Я никогда не думала, что смогу испытать это чувство и, прожив сотни лет, даже не верила в его существование, — Трюкачка сделала драматическую паузу, — Как же я ошибалась, и не только в этом.

— И что дальше?

— Ничего не измениться – я также буду стараться сделать так, чтобы ты ответил мне взаимностью. За свою долгую жизнь я поняла, что есть цели добиваясь которых не нужно отступать, даже зная, что они недостижимы.

— Я кажусь недостижимым?

— Как ни странно – нет. Ты выглядишь твёрдым и тупым как камень и, похоже, не только выглядишь.

— Спасибо за комплимент.

— Не за что, но неужели я действительно тебя не привлекаю? Не в смысле внешности, а других качеств?

— Ответ будет неоднозначен.

— Расскажи – я готова измениться.

— Это необязательно.

— В смысле? – на этот вопрос я решил ответить сарказмом:

— Ваши трёхдюймовые глазки, путём меткого попадания, зажгли огнедышащий пожар в моём сердце.

Реакция на данную цитату (из известного документального фильма) была довольно ..... сдержанной, с поправкой, что выражение морды Трюкачки говорило за неё лучше всяких слов. Её без того большие глаза расширились до предела природных возможностей, а приоткрытый рот явно свидетельствовал об временной потере контроля над лицевыми мышцами. Глядя на это ... "выражение лица" я невольно подумал, что шутка про "трёхдюймовые глазки" была лишь отчасти шуткой.

— Лямбда Два вызывает Тетту, — я провёл передней конечностью перед её мордой, — Как слышите, приём?

— Это было неожиданно, — ответила аликорн приводя свои моргалы в естественное положение, — Я думала ты никогда не согласишься.

— Судьба сказала дать тебе шанс, предлагаю поздним вечером им воспользоваться. Темнота — друг молодёжи, и всё такое. Если ничего не получится – извиняй, — после сказанного я покинул оранжерею.

Остаток дня я провёл в неприятном предвкушении и раздумьях насчёт произошедшего. Мне самому с трудом верилось, что я согласился – а ведь я был «твёрдым камушком». Серьезно – на протяжении всех долгих дней проведённых в этом мире я довольно успешно держался. Своим поведением я был подобен Укупнику напевающему: «Я на тебе никогда не женюсь, я лучше съем перед загсом свой паспорт. Я улечу, убегу, испарюсь, но на тебе ни за что не женюсь». Это было даже ещё более странно чем то, что в последнее время я стал таким «музыкальным». Неужели на мне снова применили кодовое слово? Мне вспомнилось, как Трикси через сон говорила «проснись и пой». Совпадение? Не думаю.

Надо перестать быть параноиком – не все мои странности объясняются гипнозом. Я принял решение, и я его осу… попытаюсь осуществить. По крайней мере, она самка, так что это будет не по «Це Европейски» — слабое утешение.

Получится или нет? Скорее всего, да. Может я и «призрак» но проявляю все признаки жизни. Я нуждаюсь в еде, во сне, справляю естественную нужду, а первое что я ощутил, очнувшись в этом мире, было то, что я всё ещё мужик. Теперь мне придётся применить данную гендерную способность по отношению к местной басурманке (а потом её утоплю как Стенька Разин). Утешало то, что поговорка про одно неверное движение и отцовство, ко мне и моей партнерше — явно не применима. Хоть аликорны клоны, но они сохранили свои репродуктивные функции, однако крылато-рогатые не совместимы с пони других подвидов. В моём случае, невозможность оставить потомство, объясняется меньшим (и нечётным) чем у местных обитателей количеством хромосом. Хотя наука математика говорит, что минус на минус дают плюс, но в нашем случае это точно не сработает – никаких обязательств.

Мысленно себя утешая, я, сидя на койке в каюте, таки дождался вечера. Партнёрша не заставила себя ждать – ровно в назначенное время синяя, чеканя шаг, вошла в каюту с гордо поднятой головой.

— Темнота друг молодёжи, — говоря я, указал на выключатель, — Не видно рожи, и так далее.

Трюкачка послушно погасила свет и, цокая, направилась ко мне, далее начались самые жалкие обоюдные попытки провести известный акт за всю историю этого мира.

Всё началось, что мы не видя друг друга (я чуть не напоролся на Триксин рог) скинули шмотки и я, следуя пожеланиям партнерши, оказался сверху. Мои ожидания насчёт абсолютной темноты сделали для меня одно интересное открытие. Дело в том, что пока мы вошкались зрение Беатрикс успело адаптироваться к яркости в помещении. Меня бы это не волновало, если бы это не сопровождалось специфичным свечением глаз аликорна.

— Что у тебя с глазами?

— Ты о чём?

— Они светятся как кошачьи.

— Луна не просто так носила титул принцессы ночи. Так как я основана на её генах то и унаследовала некоторые особенности, в том числе ночное зрение.

— Тогда, будь любезна, прикрой – выглядят как габаритки автомобиля.

К сожалению, на этом проблемы не закончились. У меня никак не получалось в слепую найти цель — не срабатывали моторные функции (на ходьбу функции сработали сразу же как я встал на ноги).

— *Дурацкая конструкция, — так я прокомментировал наши строения половых органов.

— Что? – партнёрша спросила, потому что не знала русского.

— Моё нынешнее строение мало похоже на то, что было в другом мире – это многое усложняет.

— Да чего сложного? Там две дырки, суй в любую — я скажу, если попадешь не в ту.

— Да чем совать – у меня главный калибр не в боевом положении.

— У тебя не «главный калибр» а мелкашка покрытая ржавчиной, и та не стреляет.

— Чем богат, тем и рад.

— Так заряди и стреляй.

— Не получается.

— Что значит: не получается?

— Прошу не обижаться, но твой вид меня совершенно не стимулирует, а представить на твоём месте кого-то другого я, при всём желании, не могу.

— Кого-то другого? – обиженно переспросила партнёрша.

— В моём мире это нормальная практика, иначе наш вид бы просто вымер, так что не надо возмущаться – я стараюсь.

— Нет – я не осуждаю, но похоже в нашем мире ваш метод не срабатывает.

— У тебя есть идея получше.

— У пони есть обычай предварительных ласк.

— И кто кого должен ласкать?

— По обычаю, ты меня, хотя можно и наоборот.

— Я не гинеколог чтобы ковыряться у тебя в причинных местах, тем более у меня и ковырялок то нет.

— А копыта тебе на что?

— Я копытом выдрал глаз кротоподобной собаке. Надеюсь, ответил исчерпывающе?

— Намёк понят, но можно просто потереться мордочками или, — далее аликорн подняла голову и укусила меня за ухо.

— АААА, прекрати! — партнерша отпустила мой орган слуха, — Я не получаю удовольствие от насилия – во всех смыслах.

Данное недоразумение продолжалось в течение примерно полтора часа. За это время мы сменили кучу положений, постоянно тёрлись, и, ругали друга, а также оба мира с их обычаями. Особенно недовольна была Трюкачка, так как она честно старалась но, похоже, Вельвет была права – мой хрен действительно дохлый. В чём она была неправа, так это, что аликорн-некромант являлась извращенкой. По крайней мере, она даже не высказывала идей на счёт совмещения предварительных ласк с принципом пылесоса. По сути единственное, что у нас получилось так это банальные поцелуи, хотя они ничего особенного не представляли. Дестини мне уже делала "рот в рот" — то, что мы делали сейчас было довольно похожим. В конце концов, мы поняли всю бесперспективность и заняли свои места на двухъярусной койке, однако, несмотря на усталость от бессмысленных действий спать не сильно хотелось. По крайней мере, Беатрикс не отказала себе в удовольствии высказаться насчёт моего бессилия и прийти к выводу, что Селестия была неправа говоря, что призраки проявляют повышенную половую активность. Также некромантка на словах пожалела что, призывая меня, не придумала какой-то кодовой фразы специально для подобного случая — ей казалось, что и одной "вежливой просьбы" будет достаточно. Всё сказанное я не мог оставить без ответа, и он был краток: "В неволе не размножаюсь". Далее последовало затишье и я, наконец, заснул.

Следующий день прошёл удивительно спокойно: я проверил наше снаряжение и заряжающееся электромагнитное устройство (уже на следующий день заряд будет стопроцентным), Сулик продолжал закаляться, полковник привычно поводил время на своём мостике, Трюкачка же провела день не выходя с корабельной кухни — это было для неё необычно, но я не придал значения — зря. Вечером я обнаружил Беатрикс в каюте лежащей на койке, и её похотливая улыбка не предвещала ничего хорошего.

— Снова будешь предлагать налаживать отношения? — я решил первым заговорить, — Разве этот вопрос не исчерпан?

— Я бы не была "великой и могучей" если бы сдавалась после первой сотни неудач.

— Проблема не в тебе.

— Но я могу её решить. Точнее – решение подсказал зебра алхимик, что заточён в книге.

— И что этот извращенец предложил? Ещё одну кодовую фразу? Я больше не любезен, а «ути-пути» не работало.

— Нет – не фразу. Есть средство получше.

Говоря аликорн магией достала и протянула мне тёмную бутылку с неизвестным содержимым. Я же взяв предмет первым делом обратил внимание на этикетку. Надпись на английском «Виски: Чистый Термояд» ничего хорошего не предвещала.

— Ты ведь знаешь, что — я не пью? — я решил просветить партнёршу насчёт моего отношения к алкоголю.

— Нет – не знала, но это не алкоголь.

— Серьезно?

— Серьезно. Это эмм…. Конский возбудитель.

— Чё?!

— Тот зебра алхимик не сразу стал алхимиком, в молодости он как все зебры увлекался зельеварением. Теперь же когда его душа заключена в книге он предложил мне простой рецепт особого снадобья зебр.

— На меня зелья не действуют.

— Это не зелье. Никаких магических растений и заклятий, и я его приготовила на корабельной кухне а не тайно в пещере. Настойка была не на спирту, а все ингредиенты безопасны – пей смело.

Сняв пробку, я принюхался к содержимому – пахло приятно, чем-то фруктовым. Может вправду выпить? По крайней мере, это первое что приготовила Беатрикс пахнущее как что-то приятное, возможно на вкус это не так уж плохо. Мне вспомнилось, как я попробовал местные зелья – вкус был мерзкий и на меня они не действовали. У этого «зелья» вкус наверняка приятный, но вряд ли оно подействует. Пробовать или нет? Бросить монету? Я уже бросал, и монета сделала выбор. Продолжить следовать этому выбору?

Сделав выбор я осмотрел каюту в поисках, какой либо посуды. Так как ничего не нашлось, я понял, что придётся пить из горла, однако перед «залпом» всё же не удержался от неудачной шутки. Я, подражая известному персонажу, также искавшему посуду для употребления пойла, схватил Трюкачку за её отросток, и, пьяным голосом, потребовал отдать мне рог. Та, будучи незнакомой с советской классикой не поняла шутки и, судя по выражению морды, не на шутку испугалась. Я же осознав, что юмор прошёл мимо прекратил «ломать комедию» и несколько раз глубоко вздохнув, сделал большой глоток. Вкус был приятен, а вот эффект…

Примерно пять минут мы просидели в молчании, пока Беатрикс не прервала затишье:

— Ну как – действует?

— Тихо. Не спугни.

— Очередной сарказм?

— Если бы. Них…на этот возбудитель не действует, — слушая сказанное, Трюкачка опустила уши, — Но должен признать – вкус приятен, — договорив я приложился к бутылке, а после очередного глотка спросил, — Поделишься рецептом?

Грустным голосом Беатрикс стала перечислять ингредиенты и их пропорции, я же найдя карандаш, старательно записывал рецептуру не замечая происходивших со мной изменений. Однако «подняв глаза» с листка на собеседницу меня как «током ударило». Хотя нет – сравнение с электричеством было неудачным. Меня как в день расстрела Чикатило вдруг желаньем охватило. Собеседница уже не выглядела в моих глазах как говорящее животное. Не скажу, что от её вида мой ствол перешёл в боевое положение, но теперь я стал к ней не так равнодушен.

— С тобой всё в порядке? – опасливо спросила Беатрикс заметив мой голодный взгляд.

— Будь любезна, — я говорил максимально ровно пытаясь скрыть свой акцент, — Выключи свет, — аликорн подчинилась, а я продолжил командовать:

— А теперь, Сивка Бурка: встань к койке передом, ко мне задом, и немного наклонись.

Несмотря на сказанное «по-собачьи» у нас не получилось (мне было неудобно), так что дальнейшие действия прошли в положении «пузо к пузу» — я был сверху. Сами же действия были довольно однообразными, но по ощущениям: приятные. По крайней мере, для меня но, судя по тому, что партнерша не возражала — я всё делал правильно. От неё лишь слышались негромкие непроизвольные звуки непонятного назначения, мне это нравилось – не люблю шумных баб. Я же хранил гробовое молчание – говорить совершенно не хотелось. Я сейчас делаю то, о чём точно буду жалеть, но в данный момент мне пофиг. У меня ещё никогда не было столь долгого акта, да и вообще акта без резинки, что постоянно норовит сползти. В другом мире я уже после первого выстрела выдыхался, а сейчас я сбился со счёта считая моменты, что должны были быть кульминацией. Это Селестия имела ввиду говоря, что у призраков повышенная половая активность? Очень может быть. Хотя зря удивляюсь – на мне пулевые ранения заживают в течение суток, так что неудивительно, что при такой регенерации я и в койке более вынослив. Но выносливость выносливости рознь – вскоре у меня появилась физическая усталость. Хотя моя мелкашка всё ещё стреляла, но вот остальные части тела стали подавать признаки усталости. Это было довольно иронично – делая однообразные движения, я мысленно сравнил себя с поршнем двигателя внутреннего сгорания, и было довольно странно прекратить работу из-за «усталости металла». Но против природы не попрешь к тому же действие возбудителя стало потихоньку проходить так что произведя «контрольный выстрел» (не в голову) я перекатившись на спину прекратил бессмысленную долбёжку.

— Как впечатление? – глубоко дыша, спросила партнёрша.

— Необычно, — мой короткий ответ.

— Это было … долго. Так не должно быть.

— Я часто перезаряжался, — после сказанного я усмехнулся, хотя метафора была неудачной.

— И чуть насквозь не пробил.

— Ты недовольна?

— Это сложно описать – я давно отвыкла от этих ощущений, но не жалею. Скоро мы отправимся буквально в пасть дракона, но мне не страшно — после этой ночи я могу умереть спокойно, — договорив Беатрикс негромко засмеялась.

— Ты считаешь, что мы погибнем?

— Слушая план нашего полосатого друга, я сделала вывод — шансов нет.

— Тогда почему вызвалась добровольно?

— Шансов не было и в прошлый раз. Да и вообще – следя за тобой, я искренне удивлялась: Как ты выживал и побеждал?

— Я тоже удивлялся, но просто в НКР не знали один секрет: русского нужно застрелить, два раза, а потом ещё толкнуть чтобы упал, — конечно, последняя фраза была полна гордыни, но в ней была доля правды.

— Два раза застрелить, — говоря аликорн засмеялась громче, — и толкнуть — я запомнила.

Ещё несколько минут мы пролежали в тишине. Я не хотел спать и, судя по светящимся глазам, у Трикси также появилась бессонница. Тем не менее, я не ночное животное и решил прервать данное бессмысленное лежание:

— Завтра может быть трудный день, а валяться в собственных жидкостях довольно мерзко. Предлагаю отмыться и сменить бельишко. Дамы вперёд.

— Я сейчас задних ног не чувствую – мне отдых нужен. Уступаю свою очередь.

— Тогда хоть свет зажги. Не хочу обо что-нибудь споткнуться.

Тут случилось непредвиденное – у аликорна не зажёгся рог.

— Что происходит?! – Беатрикс начала паниковать, — Почему я не могу пользоваться магией?!

— Я не разбираюсь в вашей магии но, похоже, это связано с произошедшим.

— Это плохо! Очень плохо! – далее аликорн перекатившись, свалилась с койки, но так и не смогла встать на ноги, — Мне нужно в лазарет! Срочно!

Поняв, что Трюкачка имела ввиду я слез, с койки подняв синего аликорна положил ту к себе на спину. Раньше я ездил на ней верхом так как не мог ходить, теперь ситуация противоположная – Беатрикс не может ходить — иронично. Хотя и без иронии всё очевидно – я её очень долго долбил, так что мне и нести её к ветеринару.

Несмотря на позднюю ночь сама «ветеринар» должна быть в лазарете — Дестини решила совместить своё рабочее место с ПМЖ. Честно говоря, мне было немного стрёмно идти к ней с этой проблемой, лежащей у меня на спине: а что делать? Сбросить Беатрикс с борта корабля? Это было бы даже более подло, чем тостер в ванной. Сомневаюсь что, будучи неспособной, ходить она сохранила способность летать. Если я её сброшу, то от синего клона останется только сине-красное мокрое место. Оставлю свои кровожадные фантазии при себе.

Лазарет встретил нас приглушённым светом и бледно-жёлтой единорожкой что сегодня была дежурной санитаркой. При виде нас она впала в недолгий ступор но, быстро сориентировавшись, рысью побежала будить белую представительницу своего подвида.

Разбуженная Дестини в отличие от своей подчинённой была менее активна, по крайней мере, ходила медленно, с прищуренными глазами, и даже не нашла в себе сил на слова – только указала на койку куда я должен уложить пациентку. Далее пони от науки нашла в себе силы взбодриться и занялась осмотром пациентки – а выслушав от неё «историю болезни» высказала свои выводы:

— Я это предвидела.

— Что? – удивлённо спросила пациентка.

— Магическая структура призрака аномальна и глушит естественную магию, так что вполне объяснимо, что пони, будучи наполненной, его экммм… жидкостями лишилась возможности использовать магические силы.

— Это того не стоило! – произнесла в потолок лежащая пациентка а после повернулась ко мне и добавила, — Прошу не обижаться и я тебя ни в чём не виню.

— Успокойся – это лечится, — говоря Дестини была спокойна.

— Правда? – с надеждой в голосе спросила Беатрикс.

— Мы проводили опыты с кровью призрака, — не хочу знать что за опыты Дестини имела ввиду, — Его аномальная аура глушит а не уничтожает магию. Вам сделают «промывание», после вы проведёте примерно двое суток, может больше, под нашим контролем. Хотя уверенна – уже завтра ваш рог сможет светиться у основания.

— Двое суток — а нельзя побыстрее? — я понял почему Беатрикс поторопилась. Мы накануне новой операции, в которой та собиралась принять участие.

— Это и есть побыстрее, — говорила белая палкоголовая доставая из шкафа большую (реально большую) «Кружку Эсмарха», — Но возможно изучив ваш случай мы найдём более быстрый способ лечения.

— Не утешила, — с сожалением произнесла пациентка и затихла, ожидая своей участи.

Я же выслушав короткую лекцию о лечении пациентки, развернулся к выходу (не особо хотелось смотреть, как синей, воткнут шланг в причинное место) но, не дойдя двух шагов до двери, остановился и, обернувшись, обратился к пони от медицинской науки с необычным для меня вопросом:

— Раз ты предвидела, что от тёрок со мной преподают способности к магии, то почему продолжала подкатывать?

— Ты мне нравишься как личность и я благодарна тебе за все, что ты сделал, — с грустью в голосе сказала палкоголовая, — К тому же: одно дело теория, другое дело практика. Я была готова отдать себя на алтарь науки.

— Всё ещё готова? – с сарказмом в голосе в наш диалог вмешалась пациентка.

— Уже не уверена. Пожалуй – нет. Магия мне ещё нужна.

— Ты много потеряла, — в голосе пациентки всё ещё слышался сарказм.

Последние фразы напомнили мне понятие «реверсивная психология». Я не сразу понял, к чему мой мозг извлёк данное воспоминание, однако, протупив несколько секунд, у меня созрел план специфичной мести. Дестини была первой с кого начался постоянный флирт к моей персоне, а теперь она не желает тереться, так как ей больше мил её собственный продолговатый предмет на башке — это можно использовать.

Медленно подходя к белой единорожке я придал, своей морде максимально бл…ое выражение – хитро прищурился и улыбнулся, приоткрыв рот, демонстрируя свою клыкастую пасть.

— Майор Грей – что вы делаете? – Дестини осознала, на что я намекал, и, судя по дрожи в голосе, и тому, что она медленно пятилась назад, её это пугало.

— Поняшка-милашка – прекрасный пол. Пора отдохнуть.

Эффект от сказанного был, ожидаем – Дестини резко рванула к запасному выходу. У меня же сработал рефлекс хищника – раз кто-то бежит значит надо догнать.

— Обожаю когда они сопротивляются, — я проговорил вслед убегающей белой копытной.

Далее началось очень странное преследование – прямо как в мультипликации. Дестини мчалась по пустым коридорам Мстителя, отчаянно ища укрытие, где я её не найду. Её попытки были тщетны – я тщательно изучил планировку и предвидел, куда может побежать беглянка. Естественно я не собирался с ней тереться, но должен признать – пугать весело, а для призрака вдвойне. Я даже стал растягивать удовольствие: вместо того чтобы бежать сменил походку на невысокие прыжки, и даже шум цоканья не глушил для психологического эффекта. Однако этого мне показалось мало и, вступая с белой единорожкой в визуальный контакт, я поддерживал её напряжение различными фразами:

«Сломить сопротивление — половина удовольствия. Ты моя конфетка, я твой фантик. А я такой холодный, как айсберг в океане, а ты так хороша, как летом эскимо. Я спешу к тебе, моя пташка-поняшка! Твой суслик летит к своей курочке на крыльях любви!»

Не знаю насколько сильной была моя психическая атака, но пони единорог бегала не хуже скаковой лошади. Только я тоже был не черепахой и лишь то что, догоняя беглянку, я давал ей фору, переходя с галопа на прыжки, обеспечивало между нами безопасную дистанцию. Так бы мы и пробегали вторую половину ночи, если бы не «единорожка в толстовке». Я в тёмных коридорах не сразу заметил её силуэт, а когда заметил, было слишком поздно. Эта похожая на вахабитку копытная предугадала, где мы побежим, и разлила на полу жидкое мыло. Не я ни Дестини не могли предвидеть такого поворота событий и, оказавшись на месте разлива, почувствовали себя коровами на льду. К сожалению, направление нашего скольжения прямо упиралась в лестницу ведущую вниз.

Кувырки по ступенькам для меня были не очень болезненны, да и Дестини смягчила моё падение, однако для беглянки всё окончилось не так благополучно. У неё буквально — глаза были в разные стороны. Поняв, что сейчас не время для шуток я повторил то, что уже делал этой ночью – отнёс неспособную ходить копытную в лазарет. Там я влил ей в пасть зелья из бутылки с крестом и бабочками – белая единорожка быстро пришла в себя. Далее я извинился за своё поведение и сказал, что это была лишь неудачная шутка. Палкоголовая приняла извинения и согласилась, что шутка была неудачной. Исчерпав инцидент, я направился в свою каюту где «сменил бельишко» и продрых остаток ночи.

Новый день я начал с того что рассказал своему пахучему другу что Тринити сейчас не боеспособна и будет в таком состоянии несколько дней. Сулик был очень рад этой новости, я же мысленно разделял его мнение – выражение «баба с возу – кобыле легче» актуально даже в мире разумных копытных. Конечно, Сулик не знал этой народной мудрости, и его радость объяснялась другими причинами. Ему больше нравился старый план операции, и он не предусматривал участие аликорна. Теперь же когда «Тринити» выбыла, как слабое звено, Сулик настаивал на немедленном начале операции «Нечистоты». Я не был против – тем более что устройство уже зарядилось, а остальное снаряжение давно приготовлено.

Кстати насчёт снаряжения – раз Трикси выбыла, то нет ничего зазорного, чтобы поживиться её хабаром. Хоть теперь мы вернулись к старому плану, но некоторые из вещиц синего аликорна могут пригодиться. Как ни странно, я взял немногое – несколько дымовых бомбочек. Была мысль взять «Тесак Гаудины» (которым я отрубил Гаудине голову), но отказался от данной идеи — у меня и так был с собой нож, а тесак показался мне громоздким.

Далее: я и Сулик переоделись, прикрепили к нашей одежде специально сделанные, чёрно-белые (чтобы не демаскировали) шевроны СНС, попрыгали и присели на дорожку, погрузили на себя снаряжение и погарцевали в ангар. Сулик был преисполнен оптимизма, я же был не таким радостным. Дело даже не столько в том, что я в очередной раз иду выполнять суицидальное задание, сколько в том тяжёлом грузе, что мне приходиться тащить – рюкзак с электромагнитной бомбой был очень тяжёлым. Конечно, тот земной пони, что одержим мной был нехилым, но всё же не тяжеловозом, однако я не возражал насчёт того, что именно мне придётся тащить груз. Всем было очевидно, что гуль зебра не отличается крепким здоровьем, так что я был единственным кандидатом, только от этого не легче.

На мыслях о жалости к себе я вместе гулем добрались до ангара с Подстрекателем и без лишних слов поднялись на борт. Далее наш пилот (пегаска Симфони) заперла двери, велела пристегнуться, и, надев наушники, запросила у полковника разрешение на взлёт – взлёт разрешили.

Несмотря на то, что в момент вылета была середина дня, я провёл полёт в бессознательном состоянии, даже не видя снов. Отчасти это было из-за последней «жаркой» ночи, отчасти из-за понимания насколько долгим будет полёт. В момент нашего вылета Мститель как всегда находился за пределами Эквестрии, так что пока мы долетим до заданного квадрата, успеет стемнеть. Было бы глупо не использовать эти свободные часы, что прошли для меня так незаметно. Гуль зебра меня растолкал, прервав моё нахождение в царстве Морфея.

— Мы на месте, в заданном квадрате, — с привычной хрипотой произнёс полосатик, — На границе «Вечносвободного Леса».

— Понял, готовимся к прыжку.

Далее мы экипировались парашютами и, встав у открытой кормовой двери и ждали когда Симфони выведет Подстрекатель на заранее оговоренную высоту и отдаст команду на прыжок. Ждать пришлось недолго, и наша группа в составе двух диверсантов, услышав команду, с разбегу прыгнула за борт в холодный ночной воздух. Досчитав до десяти, я дёрнул кольцо и ощутил сильный рывок резкого замедления – полевые испытания парашюта, что по моим эскизам сшила Трикси, прошли успешно.

Вися под фиолетовым куполом, я отчаянно пытался разглядеть аналогичный моего товарища, но в ночной мгле я видел только звёзды. Неужели у него не раскрылся? Запасного у нас не было. Надо перестать думать о плохом. Хоронить полосатика буду, только если лично увижу его расплющенный труп.

Примерно на таких мыслях я и совершил, в поле на границе леса, мягкую посадку. Конечно, был соблазн тут же взяться за рацию и узнать всё ли у гуля в порядке, но всё было заранее оговорено – вначале нужно спрятать парашют. Не теряя времени, я тут же начал «скручивать» стропы чтобы после уложить купол. Занимаясь этим нехитрым делом я, поглядывая на звёздное небо, пытался разглядеть тёмный силуэт. Попытка увенчалась успехом – среди звёзд я разглядел долгожданный «зонтик». Не знаю, почему у нас такой интервал в приземлении. Может это из-за моего тяжёлого груза, или Сулик слишком рано дёрнул за кольцо, но это не имело значения – Сулик жив пусть и совершит посадку где-то на деревьях.

Закончив с укладкой я отправился на поиски полосатого. Поиски были недолги – гуль смог самостоятельно освободиться, хотя пришлось пожертвовать парашютом. Последнее действительно было неприятно – Трикси убила кучу времени и истратила много фиолетовой ткани (из которой сектанты шили свои балахоны) чтобы сшить эти парашюты системы Котельникова. Вторым жертвовать совсем не хотелось, но во время операции это будет лишней ношей. Понимая очевидность, я спрятал данный ранец в каком-то дупле дерева, что было на границе леса, но сделал под дуплом несколько зарубок – я собирался, рано или поздно, найти и забрать спрятанный парашют.

Закончив с сокрытием улик, я и Сулик отряхнувшись, вышли из зелёнки. Мы на вражеской территории и собираемся, ни много ни мало, проникнуть в логово дракона. Самое парадоксальное, что весь этот риск был ради довольно сомнительных целей. Сомнительных не только с точки зрения моральных норм, но и просто с точки зрения самого понятия смысла. Что толку от уничтожения очистной установки, если она уже выполнила свою задачу? Прекратит существование барьер, что не даёт проникнуть заражённым воздушным массам, которые прольются на эту землю кислотным дождём. Это бы имело смысл, вот только полковник предвидел и рассказал, как поступит НКР – ничего не получится. Но, как говорил Юлий Цезарь: «Жребий Брошен». Операция «Нечистоты» началась, и я сделаю все, чтобы она прошла успешно.

*-говорит на русском

## Холодный приём - Мороз по коже

Сделаю всё чтобы прошла успешно, но с поправкой что сам останусь жив. Конечно, данная поправка звучала не совсем уместно учитывая что мы собираемся сделать (проникнуть в пещеру огнедышащей пониядной рептилии) но всё же я не шахид-самоубийца, и если придётся выбирать между успехом операции и спасением собственной шкуры, я выберу второй вариант. Тем не менее, выбор сделан и в данный момент я вместе с гулем зеброй следовал его плохо продуманному плану.

Сам план операции был придуман явно с оглядкой на мои (да и Дарительницы) прошлые похождения. Если пропустить подробности, то он звучит примерно так: Я и Сулик проникаем на, находящуюся близ города Понивиль, браминью молочную ферму охраняемую Рейнджерами Эплджек. Сама ферма нам неинтересна – наша цель, совмещённая с ней фабрика мороженого (из книги Мелкопипки мы узнали что Спайк любитель данного продукта), постройку и охрану которой и обеспечили копытные в силовой броне. Там мы должны незаметно спрятаться в рефрижераторе и дождаться когда его доставят в пещеру Спайка. Выбравшись из морозильника, мы должны установить «ЭМИ бомбу» на очистную установку, а далее – дело техники.

Про план можно было бы сказать «гладко было на бумаге, да забыли про овраги» если бы не несколько нюансов. И на бумаге было не всё гладко, однако в сравнении с прошлыми операциями всё было продумано гораздо подробнее. По крайней мере, план проникновения в пещеру был удивительно похож на то, как я и покойный Соуп проникли в башню Тенпони. Тогда проникновение прошло успешно, а ведь у нас ничего не было продуманно – сплошная импровизация. В плане закладки «ЭМИ бомбы» также угадывалась аналогия, как в прошлом, следуя плану Мелкопипки, зебра Ксенит заложила «жар бомбу» под комплекс (Трикси) мутанта псионика называвшей себя Богиней.

Теперь уже Сулик, объединив опыт этих двух тайных операций, разработал свой план скрытного проникновения, и я вместе с инициатором и разработчиком операции «Нечистоты» глубокой ночью двигаюсь вдоль границы леса в направлении фабрики мороженного. Честно говоря, я чувствовал себя слегка неловко. Дело даже не в том, что мы собирались сделать, и не то, что мы во вражеском тылу, сколько в том, что мы были плохо вооружены – Сулик даже свой ППШ не взял. В принципе это было логично – при тайном проникновении лишний вес ни к чему (особенно когда приходится тащить тяжеленный аккумулятор, заряженный неимоверным количеством энергии), но всё равно было неловко.

Сулик из оружия взял: пистолет с самодельным глушителем, ракетницу с сигнальными ракетами, плазменный пистолет, несколько ЭМИ гранат на случай нашего обнаружения рейнджерами. У меня же был: пистолет с глушителем, двуствольный стилизованный под Пип-Бак пистолет (что я назвал дурацкой аббревиатурой ДПМЗ), армейский нож, две ЭМИ гранаты и одна осколочная – осколочную я взял для себя, чтобы в случае если меня станут брать в плен сделать «сеппуку по-русски».

Также помимо немногочисленного вооружения и тяжеленного «аккумулятора» я взял с собой: монокуряр, фонарик, несколько шприцов с обезболивающим, баллончик с охлаждающим спреем что дала мне Дестини, и моток изоленты – вспоминая мой прошлый опыт я решил что изолента может быть полезна. Сулик же захватил медикаменты, инструменты (кусачки, отвёртка и прочее по мелочи), фонарик, запас радиоактивной воды, и множество маскировочных приборов «Стелс-Баков».

Так как на меня «Стелс-Баки» не действовали то Сулик пожертвовал мне свой «Оренбургский Наноплаток». Во всём же остальном наша амуниция была идентична; Бледно-зелёные комбинезоны с шевронами СНС (располагались «по человечески» а не там где у копытных метки), разгрузочные жилеты, маски Балаклавы, платки на шеях на манер арафатки, и самое интересное – бронежилеты из драконьей кожи. Последний предмет был интересен не столько потому что являлся дефицитом, сколько из-за того что мы как раз направлялись в пещеру дракона – что-то подсказывало что если операция провалиться то для нас наличие данных жилетов сыграет такую же роль что и для пленного снайпера зарубки на винтовке. Хотя мы не собирались сдаваться в плен, а если сдадимся, то нас всё равно убьют – час от часу не легче.

Но не надо думать о плохом – нужно рассматривать ситуацию с хорошей стороны. Из хорошего было то, что в НКР точно не ожидают, что мы нанесём удар именно туда. Серьезно — проникновение в пещеру с драконом мало того что является самоубийством но и не преследует оправданной цели. Полковник придерживался именно такого мнения. Сулик был прямо противоположного. Я хоть и придерживался нейтральной позиции, но всё же решил помочь довоенному полосатику. Трюкачке же вообще всё было пофигу но она решила следовать за мной, и раз я поддержал полосатика то она настойчиво попросила взять её на дело. Было довольно парадоксально, что «по состоянию здоровья» ей пришлось отказаться от своих намерений, и что ещё более парадоксально — при каких обстоятельствах я её довёл до этого состояния. Самое странное то, что я этого не хотел.

— Грей, — Сулик неожиданно прервал наш тихий ночной поход, — Я благодарен, что ты избавил нас от «Посланницы Звёзд» но честное слово – не стоило.

— Ты о чём? – я не сразу втупил что полосатик имел ввиду.

— Я давно заметил, что представители нашего мира тебе не интересны как партнеры, но …… Я даже не знаю, как выразиться…. Я не хотел, чтобы Тринити участвовала в операции и тогда хотел …., чтобы ты что-нибудь придумал, просто не решался сказать, но серьезно…. Ты её отлюбил так что она даже рогом светить не могла – такого я от тебя не ожидал.

— Завидуешь? – я спросил саркастичным тоном.

— Я не в том возрасте чтобы этому завидовать, просто удивлён. Я думал, что ты никогда не решишься. Что заставило тебя передумать?

На вопрос гуля зебры я решил ответить специфичной рифмой:

— Пришла весна, посылаю всех на. В эти вот моменты скучно импотенту.

— Намёк понят, но мне не скучно, — далее Сулик на секунду затих а потом задал другой вопрос, — Сейчас середина лета – какая ещё весна?

— Никакая, я так шучу, а если по серьёзке, то просто Тринити приготовила конский возбудитель. Я, думая, что он не подействует, сделал глоток. Пойло оказалось приятным на вкус, и я осушил бутылку. Ну а далее — рано тебе ещё знать.

То, что перед этим у нас были десяток неудачных попыток, я тактично умолчал, хотя с другой стороны: всё прошло «чинно — благородно». Ощущения скоро забудутся, а так как всё прошло в кромешной тьме то не осталось никаких визуальных образов. Слабое утешение, но время лечит – рано или поздно всё забудется.

Дальнейший путь мы прошагали молча – то что «лес шума не любит» актуально даже когда находишься на его границе, однако не весь наш путь прошёл вблизи безопасной зелёнки. Вскоре нашему взору предстали редкие огни ночного Понивиля – цель близка.

Найти фабрику мороженного было несложно – сложно не заметить крупный, чем-то похожий на НПЗ, комплекс из зданий, силосных башен, множества цистерн, труб и прочих атрибутов пищевой промышленности. Самое интересное было то, что всё это промышленное производство было построено ради удовлетворения потребностей одной личности. Этот факт мог бы прозвучать странно, если бы этой личностью не был бы огромный, разумный огнедышащий ящер. Не знаю, как он заставил Рейнджеров отгрохать для себя этот завод, но уверен, что не обошлось без угроз и шантажа. Не поверю, что эти копытные в красных робокостюмах стали работать на рептилию только по доброте душевной, хотя это не важно – важно то что мы собирались делать.

— Впечатляет, — так я кратко прокомментировал увиденное в монокуляр, — Чтобы туда проникнуть, нужен танк – не меньше.

— Танк? Серьезно? – Сулик не сразу понял, что я преувеличивал, — По плану мы должны действовать скрытно.

— План не меняется. Хватит воспринимать меня так буквально.

— Сложно понимать, когда ты серьёзен. Мог бы хоть улыбнуться когда шутишь, и наконец-то научиться шевелить ушами, — последние замечание гуля зебры было неожиданным.

— Причём здесь уши?

— Ну эмм… для нашего вида органы слуха выполняют не только основную функцию.

— Как у кошек? – мой вопрос вызвал у собеседника неловкий ступор.

— Да – как у кошек? – в хриплом голосе полосатика явно слышалась усмешка, — Но не будем отвлекаться. Тебя серьезно впечатлил этот комплекс?

— В нашем мире фабрики мороженного так не охраняют. Ты уверен что этот комплекс лишь молочная ферма совмещенная с фабрикой?

— Нет, не уверен, но сейчас это не имеет значение.

— Не имеет? – я задал риторический вопрос, — «Рейнджеры Эпплджек» строят производственный комплекс на территории Последователей и охраняют его не хуже военной базы. Всё это подозрительно.

— Ты ведь не струсил.

— Я очкую если честно, — я действительно был честен.

Тот копытный в шкуре которого я нахожусь раньше состоял в рядах "Железных Вёдер", будет иронично если именно они меня и пристрелят.

— Да ты успокойся. Я сотню раз так делал, — уверен что в отличие от меня Сулик решил соврать.

Что он сотню раз делал? Проникал на охраняемые объекты? Это вряд ли. Хотя в прошлом наше проникновение на базу "Детей Собора" прошло успешно — это обнадёживает. Но мы излишне заболтались. Как говориться: Меньше слов — Больше дела.

— Хватит дурью маяться. Через полчаса начнёт рассветать – для проникновения идеальный момент. Готовь приборы и инструменты, надевай свои танцевальные тапки – мы выдвигаемся.

Закончив с болтовнёй я накинул на себя «Наноплаток», Сулик обулся и активировал «Стелс-Бак». После мы прижимаясь к земле двинулись к сетке проволочного забора. Двигаться по-пластунски (с тяжеленным прибором на спине) было крайне неприятно, но риск был слишком велик – если нас обнаружат, то наши шансы равны нулю. Комплекс охраняется множеством Рейнджеров – технотеррористами с прокуренными (из-за голосовых фильтров в их шлемах) голосами в силовой броне, против которой у нас нет достаточного эффективного оружия. Наше оружие незаметность и осторожность и если мы этим грамотно воспользуемся, то выполним миссию вообще без стрельбы и смертей. Так я себя мысленно утешал, но в глубине души волновался также, как когда говорил с Трюкачкой насчёт её «трёхдюймовых глазок». По крайней мере, негромкие щелчки проволочного забора, который кусачками щёлкал Сулик, казались мне пистолетными выстрелами (в образном смысле конечно). Благо что кусачки, которые Сулик лично заточил на лазере, отлично выполняли свою функцию и уже через минуту в проволочном заборе появилась солидная дыра.

Далее мы прозрачными силуэтами подобно призракам (неудачный каламбур) направились к стенам производственного комплекса, и встреченные по пути патрули Рейнджеров оптимизма не добавляли. Хотя визуально они нас не видели но локатор (так называемый ЛУМ) что встроен в их броню представлял реальную угрозу. Меня этот локатор не видел а вот Сулик даже в маскировке отображался как зелёная метка. Утешало то, что весь комплекс заполнен охраной, рабочими и браминами, так что на вражеских локаторах должна быть сплошная зелёная полоса.

Что бы там ни было, план работал. Нас не замечали, но перед нами возникла другая проблема — мы не могли войти в здание. На каждой двери был замок требующий специальный электронный ключ. У рейнджеров этот ключ был встроен в броню, рабочие же, что должны работать на этой фабрике (у которых мы могли стащить ключи), ещё не прибыли — сейчас было раннее утро. К счастью решение нашлось быстро в виде огромных дверей ведущих к закону для скота. Судя по запаху что шёл от места куда они вели, там находиться коровник (или как их здесь называют) и двери оставили открытыми чтобы проветрить помещение и животные не задохнулись от "благоухания" собственных экскрементов.

Зайдя в коровник, я предсказуемо вляпался в "коровью мину". Брезгливо стряхнув ... грязь аурой вокруг копыта, я всё же не был до конца уверен, что это помогло, так что часть пути я прошел, потряхивая осквернённой ногой. Вот только не мины представляли главную опасность. Дело в том, что в этом мире животные либо разумны, либо полуразумны и если они нас обнаружат, то нет сомнения что поднимут тревогу.

Тем не менее, всё обошлось — из сотен крупнорогатых мутантов нас никто не заметил, а вот я "налюбовался" представителями местной фауны. Хотя в браминах и угадывались черты земных коров но я бы побрезговал есть молочную продукцию полученную из молока таких тварей. Серьёзно — они также уродливы как Адские Гончие с поправкой что они коровы: Двухголовые с обезображенными мордами, тёмно-коричневой расцветки с какими то волдырями на шкуре. Хотя выглядят упитанными так что наверняка их мясо должно быть вкусным. Вельвет, когда предлагала мне перейти на её сторону, говорила что может обеспечить меня данным продуктом. Надо будет как-нибудь попробовать. Уверен, что есть мясо таких мутантов лучше, чем питаться личинками мух.

Прогнав мысли о еде я направился в направлении самой фабрики мороженного. Найти её было несложно. Сулик обратил внимание, что шланги идущие от доильных аппаратов ведут к четырём трубам довольно большого диаметра. Так как мороженое делают из молока то логично что эти трубы ведут как раз к нужной нам фабрике. Следуя этой логике мы тихим шагом (я мог глушить шум своих шагов а Сулик был в " белых тапках") направились вдоль труб и наши ожидания полностью оправдались.

Помещение где располагалась фабрика впечатляла своими масштабами. Если это всё ради одной рептилии то Спайк большой любитель мороженного. Всё помещение было заставлено различными резервуарами, промышленными миксерами, ёмкостями с сахаром и различными вкусовыми добавками: клубничное, земляничное, горчичное, апельсиновое, керосиновое — далеко неполный список. Из всего этого нагромождения оборудования пищевой промышленности явно выделялось, оставленная свободной, зона с двумя эмм... вагонами рефрежераторами. Вид находящихся над ними труб явно указывал, что именно через них эти вагоны и наполняют содержимым.

Наши поиски окончены — мы нашли то что искали. Два этих морозильных вагона доставят нас куда надо, вот только какой выбрать? Выбор подсказал висящий на стене планшет кладовщика на котором были бланки накладных а также расписание отправки груза. Судя по записям, следующего рейса придётся ждать сутки. Нас это не устраивало и я, взяв лежащий рядом карандаш, исправил эту проблему. Если копытные не заметят исправления, то следующая отправка малинового мороженого состоится сегодня в середине дня. Про себя я не мог не отметить иронии, что мы как раз собираемся проникнуть в очень большую берлогу (пусть даже роль медведя заменяет дракон) и "испортить всю малину".

Сулик выражения про малину не понял, но зато быстро догадался, как нам проникнуть в вагон. Дело в том, что вагон был со снимаемой крышей (рептилия снимает крышку и наслаждается содержимым) но при этом не лишён и технической двери. Дверца была малоприметна и служила исключительно для технических функций — для уборки рефрижератора или на случай поломки. Мы же нашли ей другое применение, и, зайдя в металлическое помещение забились в угол ожидая погрузки и отправки груза.

Скучковаться мы решили не столько из-за холода (морозильную установку ещё не запустили и пока холод был остаточный) сколько из-за безопасности. Дело в том что рассказывая об операции "Разбитый Циферблат" я не стал пропускать подробность того как я и Соуп смогли проникнуть в башню Тенпони — покойный Соуп этого бы не одобрил. Сулик же тщательно изучил наш опыт, в особенности ту часть где мы "обнявшись" смогли обмануть вражеские локаторы. Теперь же я и гнилой копытный эфиоп забились в угол в положении "плечом к плечу" надеясь, что моя аномальная аура собьёт с толку вражеские радары. Судя по тому что спустя многие часы нас так и не обнаружили это помогало.

Но часам затишья подошёл долгожданный конец — послышался гул работающего морозильника и голоса рабочих снаружи. Судя по тому что я услышал копытные были явно недовольны моими исправлениями но всё же решили отправить груз. Хотя их недовольство и было понятно но они не вызывали у меня сочувствия. Сочувствие вызывал вид дрожащего гуля зебры. Мне его было откровенно жаль. Кто-то ради победы готов броситься в огонь, а Сулик ради своей уничтоженной страны готов промёрзнуть до костей — это вызывало уважение, тем более что зебры любители тёплого климата.

Меня же мороз мало беспокоил, я вообще — лечусь от холода. Конечно сейчас я был не ранен и холод не доставлял мне удовольствия (в прошлом холод вызывал приятные ощущения когда я был весь прожарен) но и не сильно беспокоил. На фоне дрожащего полосатика я выглядел спокойно и расслабленно. Мне это даже показалось забавным я не удержался от неудачных шуток сравнив гуля с солдатом армии Наполеона, а после сделал вид что удивился, так как "не понял" почему он мерзнет, ведь «мы в углу а там девяносто градусов». Естественно Сулик не понял юмора и, стуча зубами, отправил меня в пешее и дальнее — это чуть не обернулось нашим обнаружением.

— Кто это там ворчит? — послышался приглушенный вопрос фабричного рабочего.

У меня же от данного вопроса сердце на секунду остановилось, а Сулик перестал дрожать. Спалиться из-за такой глупости — такое могло случиться только с нами. Благо я не растерялся и вспомнив в каком мире нахожусь, решил использовать местную особенность когда копытные слыша рифмы начинают действовать непроизвольно. Конкретнее — выдал:

— Это у тебя в брюхе урчит.

— Это да, — голос рабочего был задумчив, — Ничего не ел я с самого утра, — далее я прислонив ухо к железу услышал удаляющийся цокот.

Расскажу — никто не поверит. Так глупо спалиться и не менее глупо выкрутиться — на Земле такое невозможно.

Дальнейшие минуты мы провели, не издавая ни звука, даже когда рефрижератор стали заполнять мы лишь смиренно наблюдали как нас "хоронят заживо". Даже когда погрузка была окончена мы сохраняли неподвижность, однако когда рефрижератор начал двигаться я произвёл выдох облегчения. Морозильник погрузили на беспилотный погрузчик и скоро нас доставят в пещеру Спайка — план операции Нечистоты, страшно подумать, работал. Если так пойдёт и дальше то может нам действительно удастся сделать невозможное — уничтожить "Сады Эквестрии" и при этом даже никого не убив. Не то чтобы последнее меня волновало, но если выживем сами то, учитывая нашу предыдущую деятельность, это можно будет считать достижением.

Однако сейчас нас интересовали не будущие сомнительные достижения. Нас интересовало то как мы выберемся из этой морозильной камеры. Выход был единственным и очевидным, и мы отчаянно прокапывали (а иногда и проедали) путь к спасительной технической дверце. У меня данная работа получалась лучше чем у напарника. Способность использовать ауру вокруг копыт очень помогала, также я не ограничивал себя в употреблении мороженного. Не то чтобы оно мне сильно нравилось но, вспоминая из молока каких животных его делают я отметил что: не такая уж и гадость. Также свою роль играл факт того, что раз я лечусь от холода то простуда (или воспаление лёгких) мне точно не грозила, поэтому я могу без последствий осуществить свою детскую мечту.

Сулик же не разделял моего мнения. Если я лечился от холода то полосатик от магической радиации, поэтому мороженного он даже пробовать не стал — лишь периодически делал глотки из своих заранее припасённых запасов заражённой воды.

Меня в этом удивлял не столько факт что в этом мире радиация может действовать благотворно (гуль в данном случае ей согревался) сколько то, что заражённая вода не замерзала — в этом мире очень странные физические явления, да и вообще всё странное. Во всём этом только то, что представитель вида живущего в жарком климате, сейчас дрожал от холода, выглядело нормальным. Ненормальным было то с какой просьбой этот "эфиоп" ко мне обратился. Он решил что (с его точки зрения) раз в моём мире магия имеет скрытые формы (типа "магии слов") которую я даже не замечал то и сейчас я неосознанно ей пользуюсь. Основываясь на данном выводе Сулик попросил меня рассказать: о чём я думаю.

Естественно я не собирался отвечать на данный вопрос на полном серьёзе, и решил приколоться — напел полосатику известную русскую народную песню. Сулик не понял прикола и относясь к сказанному со всей серьезностью попросил меня повторить, только на моём языке. Я не стал отказывать и повторил на русском с небольшой примесью отсебятины. Полосатик же старательно выводил на мороженном английскую транскрипцию завершив которую, хриплым голосом с сильным акцентом, напел:

*Ой, мороз-мороз, не морозь меня,

Не морозь меня, моего коня.

Коня, белогривого,

У меня жена, ревнивая.

Жена каракатица.

Дома всё ругается.

Я приду домой на закате дня,

Напою жену, обниму коня.

На последних словах я не смог сдержаться и "свалился" в приступе не контролируемого смеха. Смех оказался заразителен — Сулик тоже заржал — хоть от этого согреется. Честно говоря — всё это было грубейшим нарушением правил техники безопасности и конспирации и нас бы непременно обнаружили, если бы не некоторые нюансы. Самым заметным (по крайней мере для нас) было то что судя по ощущения мы движемся в гору — данный участок "Драконьей Горы" не должен патрулироваться. Другим нюансом было то, что сам дракон не отличался доверчивостью и никого (кроме "Героев Пустоши" и Флаттершай) не пускал в свою пещеру. Рейнджеры Эпплджек были недовольны данным фактом но, понимая, что в разговоре с драконом метод кнута бесполезен, применили метод пряника. Конкретнее: знав о его пристрастии к мороженому построили для удовлетворения солидный завод, а также создали беспилотный погрузчик, который и доставляет это мороженное в его пещеру. Сами же "Железные Вёдра" выстроили на горе аванпосты и выставили вокруг пещеры оцепление "помогая" Спайку в его нелёгкой доле охраны "Садов Эквестрии" и ещё множества довоенных технологий что может охранять огнедышащая рептилия.

Слушая лекции об истории этого мира, о драконах и драконе Спайке в частности у меня сложилось впечатление, что для представителей своего вида его поведение крайне нетипично. Других крылатых ящеров интересовало лишь желания: набить своё брюхо, и награбить богатства на которых они собирались заснуть на столетия. Спайка драконьи потребности мало волновали. Его интересовали лишь служение известной фиолетовой министерке и желание отпердолить другую министерку у которой был фетиш на драгоценные камни. Как показала история: дракон и копытная также как и дельфин с русалкой — не пара, но вот со служением фиолетовой дракон справлялся и справляется до сих пор. Вообще, из описания поведения и характера Спайка у меня сложилось довольно специфичное представление что Спайк — это дракон с душой разумной собаки, но с техническими навыками.

До войны он, проявляя собачью преданность, служил Твайлайт Спаркл которая назначила его на роль "сторожевого пса" для "Садов Эквестрии". После падения бомб он на протяжении сотен лет исполнял свою обязанность: тайно искал новых носителей элементов, попутно охраняя пещеру не позволяя Рейнджерам или Анклаву захватить и использовать Сады. Теперь же, несмотря на то что Сады работают, рептилия не сильно изменила свои цели — также продолжает охранять пещеру. Всех (кроме пожалуй Рейнджеров) это устраивает.

Пропаганда НКР вообще называет Спайка одним из героев пустоши за то, что он сотни лет укрывал от копытных машину что может устранять последствия мегазаклинаний и изжарил сотни бойцов Анклава при штурме базы Нейварро и ещё больше в последующих событиях. Мелкопипка и прочие герои были и остаются с ним в самых лучших отношениях. Пипка даже предлагала ему стать одним из носителей элемента гармонии (верности) у меня же сложилось скорее отрицательное мнение. Может это из-за того что я никогда не любил собак или из-за того что данная рептилия является пониядной и не гнушалась пожирать тех кто является разумными — это не имело значения. Спайк не был нашей целью, что меня несколько огорчало. Но как мы смогли бы убить дракона?

Отравить? Чем? Драконы всеядны и питаются в том числе и драгоценными камнями. Мелкопипка сражаясь с драконом смогла набросать в его пасть множество гранат, а рептилии было ходьбы что.

Пристрелить, как это сделал Каламити? Как? Тот дракон которого пристрелил Каламити ещё не был взрослым, но и в том случае чтобы пробить его шкуру понадобилось энергомагическое оружие особой мощности. Чтобы завалить взрослого дракона понадобится десяток таких пушек и то не факт. База Нейваро считалась хорошо защищенной, однако Спайк смог смести оборону Анклава. Единственное что смогли сделать пегасы так это случайным выстрелом выбить рептилии глаз — сомнительное достижение.

СНС же, как организация, хоть и является наследницей Анклава но сильно уступает последней в огневой мощи. Анклав сражаясь со Спайком использовал десятки воздушных кораблей класса Хищник и то потерпел неудачу. Вряд ли СНС имея всего один такой корабль сможет оказать достойное сопротивление. Полковник уже давно пришёл к данному выводу, и его возмутило, что наша операция не предусматривала ликвидацию дракона но — всему своё время. В будущем мы что-нибудь придумаем, и в этом мире станет на ещё один вид меньше.

На данных мыслях о благе для рода пони я ощутил, что мы уже приближаемся к пещере. Конкретнее — мы больше не двигались в гору. Сулик также это заметил и мы, без слов поняв друг друга, сильнее прижались "бортами" — наверняка у входа в пещеру находиться КПП рейнджеров, а у каждого из них каждый комплект силовой брони оснащён ЛУМом. Тем не менее, погрузчик не останавливался, но то что он замедлил ход явно указывало что мы скоро будем на месте — этот момент не заставил себя долго ждать. После плавной остановки произошло отключение двигателя — теперь тишину нарушал лишь негромкий жужжащий звук холодильной установки.

Мы не сразу решились выходить. Дело в том что в пути мы обговорили и решили не сразу покидать морозильник. Так как мы двигались в слепую то был шанс что выбираясь мы могли попасться на глаз рептилии. Было бы весьма глупо проделать такой путь спалиться (во многих смыслах) при таких обстоятельствах. Вывод был прост — дождаться когда рептилия примется за трапезу и надеяться что он будет стоять не со стороны двери — если всё сложится удачно то мы окажемся в слепой зоне.

Однако первые минуты наш морозильник оставался нетронутым. Минуты шли и тишина, нарушаемая лишь работой морозильной установки. Неужели удача повернулась к нам нужным местом? Если дракон сейчас дрыхнет то всё складывается как нельзя хорошо. Если бы да кабы?

Мы уже успели расслабиться и приготовились к выходу однако Сулик меня притормозил:

— Грей, попрошу отдать мне устройство, — полосатый говорил шёпотом. Я ответил в аналогичном тоне:

— Да с удовольствием, — я действительно был рад что мне больше не придётся тащить этот тяжеленный чемодан, — Но с чего это вдруг? Спину не надорвешь?

— Ради такого дела могу и надорвать. Я хочу лично установить устройство что уничтожит Сады — я так долго об этом мечтал. Что же до активации, то я оставлю тебе эту формальность.

Далее мы совершили неравный обмен. Я отдал гулю тяжёлую электромагнитную бомбу а он мне небольшой пульт дистанционного управления которым можно её активировать. Пульт (который Сулик называл "детонатором") я положил в карман, а электромагнитное устройство заняло своё место на спине своего создателя. Далее мы активировали средства маскировки (у меня "Оренбургский Наноплаток", у гуля "Стелсбак") ползком приблизились к двери, но в момент когда я уже собирался её открыть меня прервали специфичные и жуткие звуки.

Звучали они как глухие удары сопровождаемые шипением, чем-то похожим на то когда утюг (или паровоз) спускает пар. Зная где мы находимся я быстро их опознал как шаги приближающейся рептилии. Происхождение звуков "выпуска пара" я не опознал, но возможно что этим сопровождался процесс дыхания дракона.

Ситуация становилась всё тревожней с приближением шагов, а когда послышался металлический звук открытия крышки рефрижератора у меня просто "душа ушла в пятки" — казалось что даже сердце замерло. Однако пока мы оставались необнаруженными — это радовало, но не то что рептилия приступила к трапезе (так я опознал сотрясения рефрижератора и чавкающие звуки) и если мы не покинем морозильник то вскоре Спайк попробует "мороженое особого состава".

* — говорит на русском

## Далёкий крик - Кровавый дракон

С максимальной осторожностью я открыл дверь и понял, что надежда не оправдалась — дракон был прямо перед нами. Однако мы не собирались ждать пока уйдёт или доберётся до нас, и я, по-кошачьи мягко (глуша шум аурой), ступил на каменный пол пещеры. Сулик, также мягко (его шум глушили "белые тапки"), последовал за мной. После морозильника окружающий воздух казался таким тёплым — мне было всё равно, а вот гуль наверняка оценил смену обстановки.

Хотя мы и были скрыты средствами маскировки, но дракон всё равно бы нас не увидел — мы были в слепой зоне скрытые его тенью. Наше положение было опасным и неоднозначным — мы находимся буквально под носом у одной из самых (если не самой) опасной твари этого мира, а он нас не видит (честно говоря, мы тоже немного видели — только чешуйчатое брюхо и когтистые лапы), вот только мне не нравилась такая неоднозначность. Сейчас у меня был выбор: налево или направо? Думая над этим я отчаянно пытался вспомнить: какой глаз у дракона отсутствует? Конечно, можно было спросить полосатика, однако сейчас тишина была нашим единственным союзником. Тем не менее, я выбрал левый курс – не по политическим мотивам, а потому что решил, что у Спайка отсутствует правый орган зрения. Выбор оказался верным. Бесшумным шагом мы проскочили под носом у рептилии. Отойдя достаточно далеко, я развернулся, чтобы оценить внешность последнего представителя огнедышащих ящеров, который огромной ложкой жрал мороженный молочный продукт. Выглядело это очень странно: рептилия поглощает лактозу — он ведь не млекопитающее.

Выглядел дракон Спайк одновременно угрожающе и нелепо (парень знатный, со спины и боков весь квадратный). Его размеры были поистине огромны — он был даже крупнее той "Малой Медведицы" которой я всадил "мини жар-бомбу" в морду. Наличие крыльев на такой туше (пусть даже довольно больших) для меня выглядело странно — на земле такое существо точно бы не смогло летать. Однако пегасы со своими "куриными крылышками" вполне уверенно чувствуют себя в воздухе, так что нет сомнений, что этот чешуйчатый огнемёт ещё и летающий. Назначение непропорционально длинной шеи (не змеиной, но всё равно длинной) было малопонятно, однако о назначении крупных, торчащих даже из закрытой пасти, зубов было вполне очевидным. Похоже драконы "от природы" должны питаться добычей что крупнее или соизмерима с ними габаритами. Какой у рептилии глаз я так не разглядел, так как целый орган зрения был на другой стороне, а тот, что правый был закрыт чёрной повязкой. Во всём остальном вытянутая драконья морда выглядела очень странно. Она была одновременно похожей на крокодилью и варанью, хотя в ней было что-то и от жабы. Задняя часть Спайка оканчивалась, таким же, как шея, длинным хвостом со " стрелкой" на конце — нелепый зверь. Апофеозом этой нелепости была розово-фиолетовая расцветка чешуи с ярко-зелёным гребнем на голове и части хвоста, шипы на хвосте также были зелёными.

А ведь я считал, что пони со своими расцветками смотрятся нелепо — я ошибался пусть и несильно. Мне повезло что копытный в шкуре которого я нахожусь оказался невзрачным — стрёмно просто быть в шкуре копытного, а если бы он ещё оказался таким же цветным то вообще невыносимо.

Оторвав взгляд от представителя местного вымирающего вида, я вместе с напарником, развернулись в сторону противоположной той, откуда мы прибыли — в глубь пещеры, где находятся Сады. Перед тем как начать движение я непроизвольно залюбовался этим драконьим логовом, а смотреть было на что. Первое за что зацепился мой взгляд была огромная куча сокровищ (монеты, драгоценные камни, различные ювелирные изделия) сваленная в одном углу. Самым примечательным в этой куче было даже не её содержимое, а то, что тот угол, где она находилась, состоял из огромных книжных стеллажей. У меня даже непроизвольно вообразилась картина, в которой дракон лежит на этой куче почитывая местные чтива.

Однако присмотревшись к сокровищам, я лишний раз убедился, что этот дракон книголюб далеко не мирный. Среди золота и драгоценных камней различил покореженные части силовой брони, и оружия что шли с ней в комплекте. Судя виду обломков, Анклав и Стальные Рейнджеры много раз оказывались на драконьей территории. Также в этой горе сокровищ находились и различные образцы холодно оружия: мечи, секиры и прочие орудия средневекового труда. Не думаю что кто то на полном серьёзе собирался идти против дракона с этими зубочистками — скорее всего это тоже часть сокровищ.

Вторым предметом, за который зацепился мой взгляд была огромная панель на всю стену, состоящая из различных экранов и клавиатур – клавиатуры для дракона были явно маловаты. Похоже именно отсюда в прошлом Спайк: следил за пустошью, контролировал роботов, а в недавнем прошлом активировал бомбы что уничтожили «Проект Одного Пегаса». На мониторах были изображения (с пометками названий) различных территорий НКР: Мейнхэтен (восстанавливался после «очистительной бури»), Хуффинтон (полностью уничтожен – одно стеклянное поле), Понивиль, Новый Клаутсдейл (город из облаков в стиле греческой архитектуры – впечатляет), Филлидельфия (нечто среднее между Таганрогом и Челябинском) и прочие. Судя по тому, что некоторые изображения двигались — дракон по-прежнему может перехватывать сигналы с роботов шпионов. Также глядя на одно из изображений и заметив на нём скалистый-горный пейзаж и множество Рейнджеров я сделал вывод, что один из роботов патрулирует вход в пещеру.

Честно говоря — впечатляло. На Мстителе тоже есть оборудование для перехвата управления роботами шпионами, но не такое продвинутое. Серьезно — у Спайка вся Эквестрия под наблюдением. Надеюсь "ЭМИ бомба" окажется достаточно мощной, чтобы вместе с Садами выжечь и остальную электронику в пещере.

Окружающее пространство также не было пустым и, похоже, дракону было мало тех книг что были в углу вместе с сокровищами. По крайней мере, почти все увиденные мной шкафы (не только пристенные) были заполнены различными печатными изданиями. Я, заинтересовавшись, подошёл к нескольким шкафам — увиденное было неожиданным: различные вырезки из газет, аудио кассеты и комиксы(!). На этом фоне несколько шкафов с, так называемыми, "шарами памяти" (носителями информации в которых, в буквальном смысле, содержатся воспоминания) выглядели очень специфично, хотя ... в прошлом Мелкопипка принесла дракону устройство для чтения данных шаров не единорогами.

Также обстановка пещеры не была обделена живописью. В помещении рядом со стеллажом, на котором были кисти и различные банки с красками, стояли два огромных мольберта с незаконченными картинами. На одном полотне была изображена, сидящая за столом с книгой, фиолетовая министерская единорожка Твайлайт Спаркл. На другой была изображена другая министерка — белая единорожка Рарити. Картина с бывшей хозяйкой "Чёрной Книги" была в более законченном состоянии и имела специфичный жанр. Если на полотне с фиолетовой, персонаж выглядела как олицетворение тяги к знаниям (в прошлом дракон работал на неё писарчуком — по совместительству), то на втором полотне Рарити была изображена в довольно провокационной позе и специфичным выражением морды. Похоже, за сотни лет дракон обнаружил в себе художника эротического жанра. На картине не хватало только надписи: «О, ваше дивное ебло.... Ваш зад сияет как алмаз.... Одной рукой пишу письмо.... Другою думаю о вас!»

И, как вишенка на торте, в центре этой драконьей пещеры находился невысокий стол с огромным аквариумом, из которого исходил шланг который, поднимаясь до потолка, дальше вёл куда то в глубь пещеры. Я не мог проигнорировать столь странный предмет обстановки и подошёл к стеклу. Увиденное меня удивило. В аквариуме находилась гулифицированная розовая мышь в сфере из прозрачного пластика(?), но не это было самым странным. Из этой мыши исходил дым розового цвета, что прямо через пластик(?) проникал в атмосферу и уходил вертикально вверх, будучи захваченной вытяжной системой, что находилась на крышке аквариума.

По крайней мере, мы выяснили назначение шланга, и скорее всего он ведёт прямо к "Садам". Вполне логично, что раз в этой пещере находится очистная установка, то шланг с отравленным воздухом ведёт вести именно туда, а то, что этот исходящий от мыши розовый газ является отравляющим, у меня не было сомнений.

Из книги Мелкопипки и рассказов копытных, я ещё в пещере узнал историю того как был подбит "Громовержец". Дело в том, что эта мышь не всегда была такой. Когда-то до войны она была самкой дракона, живущей в пещерах под Кантерлотом. В обмен на пищу и жильё она отдавала "Благородным Сёстрам" снесённые ей яйца, которые принцессы использовали в неизвестных целях. Что бы там ни было, Спайк уверен, что именно та дракониха является его матерью, так что неудивительно, что сейчас эта тварь находиться в его пещере, удивительно в каком она виде.

За своё нынешнее положение превращённая в мышь рептилия обязана зебрам и Вельвет Ремеди. Дело в том, что группа в которой состоял Сулик была не единственной которая закладывала в Эквестрии бомбы замедленного действия. Была и такая, которая устроила сюрприз для самих правящих принцесс. Данные диверсанты использовали кристалл, что источал розовый газ, от которого органика въедается в материалы иного происхождения. Зебры считали, что такое оружие сможет гарантированно убить принцесс, и они не ошиблись. Непонятно как, но полосатые смогли пронести кристалл в подземелья Кантерлота где спрятали его среди драгоценных камней, которыми питалась дракониха. Там "бомба" выглядела как иголка в стоге иголок, что даже рептилия не заметила подвоха употребив "бомбу" как гастономическое изделие. Активировавшись прямо у неё в желудке кристалл выполнил свою функцию, но случилось непредвиденное.

Дело в том, что в момент падения бомб принцессы аликорны использовали какое-то защитное заклинание, которое в сочетании с газом зебр дало неожиданный результат. Часть заражённых газом не погибли, а превратились в так называемых "кантерлотских гулей". Среди них были: сообщник Мелкопипки — Эплснек, единорожка в толстовке, что периодически со мной пересекается, дракониха, что стала вместо огня изрыгать розовый газ, и ночной пегас, что в будущем сыграет свою роль.

Когда Мелкопипка и её команда оказались в заражённом Кантерлоте, Вельвет Ремеди выяснила тайну происхождения розового газа и нашла неожиданное решение этой проблемы. Она использовала на драконихе особое заклинание, что превратила её из огромной пыхтящей газом гулифицированной ящерицы в маленькую, но всё равно источающую газ, гулифицированную мышь.

Весь "хэппи энд" испортил Анклав (и полковник Отем в частности) который осуществляя операцию Выжигание, избрал Кантерлот одной из приоритетных целей. К сожалению "выжигание Кантерлота" оказалось не полным — превращенная в мышь дракониха и гулифицированный ночной пегас выжили. Движимые жаждой мести они атаковали Анклав. Дальнейшую историю я уже обсуждал, ещё находясь в пещере с зеркальной лужей.

Освежив воспоминания я, будучи прозрачным силуэтом, указал копытному эфиопу (хотя какой он эфиоп, он сомалиец) на шланг что исходил из аквариума. Сулик понял меня без слов, и тут же выдвинулся в нужном направлении. Данное понимание без слов было вполне очевидно. Совсем недавно мы уже нашли подобным образом фабрику мороженого. Тогда нашим ориентиром были многочисленные трубы, что вели от коровника в цех. Честно говоря, мне не совсем понравилось такое рвение – я был старше по званию, да и согласно плану мы должны были двигаться «гуськом», однако вспоминая произошедшее я отметил, что это не Сулик был излишне инициативен – это я был нерасторопен, что чуть не стоило мне жизни.

Неожиданно дракон прекратил поглощать содержимое рефрижератора, в отсутствие его чавканья пещера погрузилась в зловещую тишину. В данной тишине я резко замер надеясь что, будучи неподвижным меня не заметят, и медленно повернулся к огнедышащей рептилии.

На морде Спайка явно читались эмоции удивления и подозрения. Несколько секунд стоя неподвижно, смотря на содержимое рефрижератора, он всё же зачерпнул ложкой ещё горсть мороженного и несколько неуверенно положил то себе в пасть. В этот раз он излишне тщательно смаковал мороженный продукт будто какой то дегустатор. После он выплюнул содержимое и, начав осматриваться, произнёс:

— Кто здесь?! — голос дракона был громким, низким, "прокуренным" но не хриплым (у гуля зебры голос был хриплым как у бензопилы). — Кто оказался столь смелым и тупым?!

Мысленно я сравнивал себя с Машей, что забралась в дом к трём медведям, всё там сожрала, но не успела ничего поломать. Данный персонаж смогла удрать, у меня же такое явно не получиться.

Я же будучи тупым, но отнюдь не смелым, решил соответствовать "своему" имени — замер подобно камню. Конечно это было тупиковое решение, а что делать? Пока я был незаметен, но было очевидно, что если я начну двигаться то "Наноплаток" уже не обеспечит мне стопроцентной маскировки — даст блики или выдаст по-другому. Однако мы уже себя выдали, а ведь всё так хорошо шло. Что могло насторожить рептилию? Он докопался то той пустоты где мы прятались, или сыграло роль то что будучи в коровнике я и Сулик наступили на "мины"? Скорее всего второе, по крайней мере дальнейшее поведение Спайка явно указывало на данный факт.

Осматривая свою пещеру, дракон медленно поворачивал голову подобно орудийной башне. В данный момент я даже увидел небольшой (небольшим он был лишь в сравнении с его башкой) драконий глаз, с вертикальным зрачком и цветом радужки под его шипы. "Просканировав" помещение дракон так ни на чём не остановил свой взгляд, но не прекратил поиски.

— Если хочешь пройти — покажись! — рептилия решила действовать дипломатически, — Мой "кодекс дракона" не позволяет убивать тех кто сдаётся добровольно! — у огнедышащей рептилии есть кодекс подобный "Женевской конвенции" — что то не вериться, — Обещаю оставить тебя в живых и обеспечить честный суд!

В ответ лишь тишина, хотя я, кажется, слышал неестественно громкий стук работы своего органа для перекачки крови.

— Предупреждаю: от меня ещё никому не удавалось уйти. Это твой последний шанс! Покажись или окончишь свою жизнь у меня в желудке!

Ответ всё тот же и дракону он не понравился. Спайк даже скорчил морду и выпустил из ноздрей два языка зелёного пламени. Сделал это он скорее на эмоциях чем в угрожающих целях, но выглядело вправду угрожающе. Мне тут же вспомнилось как питомец Вельвет (жар феникс) в прошлом поджарил меня пламенем такого же цвета. Однако дальше произошло неожиданное — когда два языка пламени развеялись, дракон выпустил раздвоенный (как у змей) язык розового цвета. Язык также как глаз — был удивительно мал в сравнении с габаритами морды ящера, но неестественно длинным. Серьезно: было такое впечатление, что язык Спайка был равен или даже превосходил длину его тела (вместе с хвостом). Я, глядя на этот отросток не удивился, если бы выяснилось что данная рептилия может обернуть собственным языком своё тело подобно кокону. Однако эмоцию удивление сильно перевешивала эмоция беспокойства.

У змей раздвоенный язык выполняет функцию улавливателя молекул запаха. Если у этой рептилии язык устроен подобным образом то дело плохо. Я весь в мороженном, а Сулик и без этого ароматно благоухает. Тем не менее, у нас не было никаких средств для маскировки запаха, а если бы и были, то в данной ситуации они бы не помогли. Вывод прост: замереть и надеяться на удачу. Как ни странно, удача помогала — постоянно высовывая язык Спайк всё не мог нас обнаружить. Наверное, то мороженное что он сожрал, сыграло свою роль и теперь ему весь воздух кажется со вкусом малины, вот только чешуйчатый догадался до другого метода поиска.

В очередной раз, попробовав воздух на вкус, Спайк бросил данные неудачные попытки и, замерев на три секунды, дракон после злодейски улыбнулся, оскалив зубастую пасть. Сразу было видно что эта улыбка для нас ничего хорошего не предвещает, вот только что? Ожидание ответа было не долгим — Спайк набрав воздуха, и немного попыхтев, после выдул на пол пещеры множество кубометров пара. Данный "туман над Янцзы" был с запахом мороженного — специфичное сочетание. Мало того что этот любящий мороженное огнедышащий дракон является пониядным, и имеет технические навыки, так он ещё может вейпить без использования каких либо устройств. Я же никогда не курил, не вейпил, и не одобрял пассивное курение. Никогда бы не подумал, что в другом мире пассивный драконий вейпинг обернётся для меня такими последствиями.

Спайк быстро заметил, как стелящийся пар обогнул мой прозрачный силуэт и, не теряя ни секунды резко прыгнул в мою сторону помогая себе крыльями. Я ничего не успел сделать, прежде чем оказался прижат к каменному полу правой когтистой драконьей лапой. Далее эта же лапа крепко меня сжала, оставив мне возможность лишь мотать головой, и поднесла к источающей пар морде.

— Кто ты такой?! — может я бы и ответил вот только не мог говорить из-за сжатых лёгких. Тем не менее, негромкое хрипение было услышано и хват немного ослаб. Я же не был настроен на разговоры и, отчаянно глотая воздух, сохранял молчание.

Однако Спайк не стал дожидаться от меня слов и, поднеся коготь пальца к моей шее зацепил тот за "Оренбургский Наноплаток" и "арафатку". Далее он медленно потянул коготь вверх. В результате данных манипуляций Спайк стянул (а где то и срезал) с меня маскировочную накидку, платок на шее, маску, и при этом оставил на моей морде царапину чуть не задев при этом глаз.

— Ты!!! — одновременно говоря это утверждение, дракон усилил сжатие от чего мои рёбра затрещали подобно сухим веткам. — Убийца Каламити и Хомейдж явился ко мне! — вообще-то Каламити был убит не мной (я был лишь соучастником) но похоже герои пустоши не вникают в такие нюансы. Я же будучи неспособным говорить лишь молча наблюдал и слушал:

— Что ты здесь делаешь?! — для демонстрации серьёзности дракон продемонстрировал свои зубы и пустил струю пламени рядом с моей башкой. — Почему я не должен убить тебя прямо сейчас?! — тут Спайк сменил своё выражение морды поняв что его последний вопрос является риторическим.

— Лилпип будет довольна, — далее дракон зло усмехнулся и, сохраняя такую мину направился к той стене с терминалами на которую я уже обращал внимание.

В процессе переноса я всё думал о том — где сейчас Сулик? Как он остался необнаруженным? На последний вопрос был простой ответ — когда Спайк пустил пар гуль догадался спрятаться за одним из множества книжных шкафов. Мог ли я поступить аналогично? Пожалуй мог, только пришлось бы далеко бежать так что меня всё равно бы обнаружили. Теперь же полосатый наверняка уже в глубине пещеры и устанавливает "ЭМИ бомбу" на "Сады Эквестрии".

Я ему завидовал, но не винил. В прошлом, он не побоялся и дотащил до нашего БТРа тяжело раненного полковника Отема, хотя Беатрикс предлагала бросить пегаса на растерзание подземным собакам. То, что сейчас Сулик даже не пытается меня спасти объяснялось вполне очевидными причинами: невозможностью имеющимся оружием даже поцарапать шкуру дракона, и тем, что ради выполнения задачи операции "Нечистоты" Сулик готов был отдать собственную жизнь и уж тем более мою. Единственное на что я могу надеяться так это если полосатый установит таймер бомбы на малый срок (Сулик делая бомбу оснастил её возможностью активации не только с помощью дистанционного управления) а я, воспользовавшись замешательством после её детонации смогу сбежать.

Глупо на такое надеяться. Сулик наверняка меня уже мысленно похоронил, и он будет больше озабочен собственным выживанием. Согласно плану: он установит таймер примерно на шестьдесят минут или более, далее выберется из пещеры, и когда устройство сделает своё дело он уже будет далеко.

Осмысливая чужие планы и своё положение я, что странно, пожалел что Трюкачка не приняла участия в операции. Она наверняка бы придумала какой-нибудь отвлекающий фокус или просто стрельнула в дракона молнией. В прошлом она вытащила меня, буквально, из допросной, "изрубив в капусту" многих из "Общества Сумерек". По крайней мере, вспоминая прошлое я пришёл к выводу, что хуже не будет. На фоне допроса Лайфблума мало что может быть хуже, хотя стрёмно осознавать что моей могилой окажется желудок Спайка (точнее моя туша будет превращена в дерьмо но лучше об этом так не думать). Как говорил мой учитель ОБЖ: «Кто играет с огнём, тот в нём и сгорит» — данное утверждение как раз подходило под мою ситуацию. Я как раз «играл с огнём», точнее – с огнедышащим драконом.

Параллельно с моими мыслями дракон уже успел дойти до панели и, произведя множество нажатий по клавишам (большими когтями по маленьким клавишам) вывел на экран интерфейс лошадиного скайпа. Примерно через полминуты на этом интерфейсе появилась серая морда Мелкопипки.

— Надеюсь это важно, — голос Дарительницы был недовольным, — Мы ведь обсуждали — в это время у меня запись для эфи...., — причина того что Дарительница "зависла" с открытым ртом объяснялась моей серой рожей которую Спайк ткнул (для меня довольно болезненно) прямо в прозрачную полусферу "web-камеры". Сейчас Мелкопипка должна видеть мой тёмный глаз крупным планом.

— Ты поймал?! ... Как?! ... Как это …?! — причина по которой Литлпип задавала вопросы столь неумело быстро объяснилась.

— Не поверишь, — говоря Спайк всё же отлепил мою морду от камеры, — Он сам пришёл. Этот темноглазый (нецензурно) проник в мою пещеру вместе с грузом мороженного. Понятия не имею чего он хотел, но у него этого не получилось.

— Ты уверен? — тут уже Селестия присоединилась со своим вопросом.

— Уверен. Он от морозильника отойти не успел, — далее дракон приблизил мою морду к камере и слегка ослабил хват, — Ничего не хочешь сказать? Скажи принцессе: зачем ты проник в мою пещеру? Если не ответишь ей, то будешь говорить со мной.

Я был не настроен на разговоры, но и не в том положении чтобы выбирать. Также не собирался говорить о цели операции и, тем более что прибыл сюда не один. Однако молчать тоже было бы глупым решением. Мне нужно тянуть время пока Сулик делает .... не знаю что он сейчас делает но надеюсь что у него получиться. Нужно что-то сказать но, к сожалению, ничего умного не приходило в голову, так что выдал:

— Признаю свою вину. Ловко Спайк меня поймал. Славен он на всю страну, а умён как генерал.

— Жалкая попытка лести, глупая рифма, — голос Селестии был приятен, — никто не любит сарказм.

— Хватит бессмысленного пи...жа! — а вот прокуренный голос Мелкопипки неприятно "резал" уши, — Убей его!

— Нет! — для меня сказанное Селестией было неожиданно, — Помните о нашем уговоре.

— При всём уважении принцесса, — Дарительница сделала недолгую паузу, — Идите в (нецензурно). У вас был договор с "Обществом Сумерек", не со Спайком.

— Но ведь ...., — запертая в компьютере сознание "зависло", — Жаль, он очень жизнеспособен. Используя его я бы выбралась из недр компьютера.

— Литлпип права, — дракон говорил ровным голосом, — От меня он не сбежит, а вот насчёт других — не уверен, — в этот момент Спайк перевёл свой глаз с камеры на меня. Смотрел явно голодным взглядом. — В прошлом он дважды сбегал от "Общества Сумерек", и даже Литлпип с её мощью управления погодой, не смогла его убить. Он слишком непредсказуем — опасно оставлять его в живых. Но если ответишь на несколько простых вопросов, то твоя смерть будет более быстрой. Где скрываются террористы?!

— Идите на...й! — как всегда, я не отличался красноречием.

— Террористы. Паразиты. Диссиденты отказывающиеся принять реальность, — на мой короткий ответ Селестия решила ответить более развёрнуто, — На что вы надеетесь? Чего вы хотите? Чего ты хочешь добиться, помогая террористам? Захватить власть и построить порядок своего мира? Может тебе удалось убить нескольких героев пустоши и посеять в НКР смуту, но какой в этом смысл? Ваша мелкая террористическая группировка противостоит целой цивилизации. Мой машинный расчёт произвёл вычисления, и они не в вашу пользу. Наше дело правое, а вот тебе — не место в нашем мире.

— Твои слова полны гордыни и самомнения, — подражая Селестии я решил ответить более красноречиво, — Правя тысячелетиями, и считаясь богиней, ты довела свой мир до ядерного пепелища. Называешь меня паразитом, хотя сама практиковала призыв подобных мне и паразитирование на чужих технологиях, и самое интересное; Имея все преимущества вы позволили загнать себя в "стойла" полосатым копытным. Тем, кто не владели вашей магией-шмагией. Тем, кто до войны могли лишь зелья в котлах варить. Это даже не Вьетнам против ..... Это всё равно что если бы Сомали разбомбили США, а ты мне брехаешь о «величии цивилизации». Ха-ха — это смешно.

— Это бесполезно. Даже полковник Отем был умнее этого (нецензурно), — Дарительница явно торопила дракона, — Лайфблум уже пытался с ним говорить. Тогда лишь в начале этот уё...к проявлял задатки интеллекта, далее он только напевал всякую (нецензурно).

С Дарительницей было сложно не согласиться — то что я тогда начал напевать действительно было не умным поступком, но что я мог, будучи связанным и что я могу сейчас? Ситуация тогда и сейчас была во многом похожей, так что действовать я решил аналогично, и также как тогда, не вспоминалось каких-либо умных песен.

— *Тихо вокруг, только не спит барсук. Уши свои он повесил на сук и тихо танцует вокругггагхррр, — усилив хват Спайк несколько изменил последнее слово и только убедившись что выдавил из меня весь воздух позволил мне отдышаться. Далее дракон, дыша на меня своим перегаром, сам продолжил речь:

— Я не элемент смеха и не настроен на шутки. Никто, кого я не приглашал, не покидал мою пещеру живым и ты не будешь исключением, — вообще-то меня не просто так называют призраком, но похоже Спайк относился к тому, что я и так считаюсь мёртвым, как к формальности, — Ты убивал героев пустоши и наверняка из-за этого полон гордыни и чувства собственного превосходства. Может поэтому ты потеряв страх проник в мою пещеру — мне по...й. Для меня ты как букашка, мелкое насекомое. Что ты сделаешь видя ползающего таракана? — слушая дракона я, своими рёбрами, одновременно чувствовал как он медленно усиливал захват. — Я так не поступаю и дам тебе выбор как умереть. В первом случае: ты ответишь на все вопросы, а после я быстро и безболезненно оторву тебе голову. Во втором: ты отказываешься, а я отрываю тебе ноги, прижигаю раны, чтобы не сдох слишком рано, и снова даю тебе выбор. Условия понятны? Быстро или помучатся? — далее Спайк дал мне отдышаться, а я после очередного вдоха ответил:

— Лучше конечно помучаться? — отсылка на "Белое Солнце пустыни" снова осталась не понятой.

— Не разочаровал, — договорив Спайк снова жал лапу так чтобы я не мог дышать, и в этот раз удушение продлилось гораздо дольше.

Момент когда хватка ослабла прошёл для меня незамеченным — я потерял сознание от недостатка кислорода. Однако очнувшись, ощутил, что захват был довольно свободным, а моя правая передняя опорная конечность находится между драконьих когтей.

Может Спайк был прав когда сравнил меня с насекомым — наша разница в габаритах вполне этому соответствовала. То, что Селестия сравнивала меня с тараканом также обрело новый смысл. В детстве я отрывал крылья бабочкам (а ещё дёргал индюка за сопли) и опытным путём выяснил, что у насекомых органы слуха находятся на ногах (отрывал тараканом ноги и говорил "ползи", оторвав их все сделал вывод: при потере ног полная потеря слуха), теперь же уже меня превратят из таракана в червя.

— Это последний шанс, — произнес фиолетовый чешуйчатый, — Цель проникновения в мою пещеру? Координаты Громовержца? Планы полковника Отема?

— Он ничего не скажет, — покашливая сказала Дарительница, — Убей его.

— *Ну же, скажи как Йеллоустоун рванёт. Как всей Америке кирдык, — от сказанного Селестией все тут же замерли что дало мне немного времени прийти в себя, а Селестия видя реакцию, тут же оправдалась, — Это цитата из его мира что говорили некоторые "призраки" — вы не поймёте. Продолжайте.

Продолжая Спайк вытянул мою опорную конечность, но не до такой степени, чтобы вырвать её из суставной сумки. Данная остановка предсказуемо удивила копытных по другую сторону экрана.

— Почему остановился?! — и без того сильное недовольство Литлпип ещё больше усилилось. Спайк же не стал отвечать на её вопрос а, прищурив глаз, с интересом разглядывал мою переднюю ногу.

— Это ещё что? — дракон озвучил адресованный мне вопрос, одновременно приближая свой рептильный глаз (крупный как моя голова) к предмету интереса, — С каких пор ты носишь ПипБак?

Тут меня как током ударило — дракона заинтересовал спроектированный мной "Двуствольный Пистолет Для Запястья" (сокращённо — ДПДЗ). Данная "пукалка" компактна и внешне похожа на местные КПК, однако использует мощный патрон которым "питается" револьвер Мелкопипки. Хотя я создавал ДПДЗ для борьбы с "Рейнджерами Эпплджек" но в данной ситуации оружие скрытого ношения, вполне применимо и против дракона — главное не упустить момент.

— Стой! — прокричала Литлпип, — Это не Пип.....!

Я не дослушал предупреждение Дарительницы, но мысленно отметил, что она быстро соображает. Хотя не удивительно, что фальшивый КПК распознала та у кого Пип-Бак изображён на южном месте.

В момент, когда я, используя прозрачную ауру, активировал простой стреляющий механизм, время снова будто замедлилось, только в этот раз замедление было более сильным и долгим. Я во всех подробностях разглядел: как из стволов со вспышкой вырвались продолговатые силуэты пуль, вместе пороховыми газами. Как вылетевшие дуплетом пули двигались в направлении драконьего органа зрения. Как расширенный вертикальный зрачок глаза Спайка начал "медленно" сужаться. Как параллельно с этим глаз начал закрываться третьим(!) веком.

Для чего вообще дракону третье веко? Может эти огнедышащие ящерицы как крокодилы — так защищают свои глаза при плаванье — это вряд ли. Для дракона нет смысла в плаванье в воде, да и из лекций на Мстителе я узнал, что единственное, в чём драконы любят плавать так это в лаве вулкана. Исходя из данного факта можно сделать неутешительный вывод — драконье третье веко удивительно прочное, раз способно защитить глаз от раскалённой лавы (то что глаз сам по себе уязвим не было сомнений — иначе Спайк не носил бы свою повязку) и если оно успеет закрыться то пули могут и не достичь своей цели.

К несчастью для Спайка баллистические свойства пуль превосходили в скорости драконьи возможности, а я во всех подробностях рассмотрел как две "маслины" входят в нижнюю часть вертикального зрачка. Замедление времени же всё не прекращалось, так что моему взору предстало и то, как из пробитых и быстро расширяющихся отверстий под сильным давлением вырывается глазная жидкость. Несмотря на своё название, "глазное яблоко" лопнуло подобно воздушному шарику наполненному жидкостью под давлением. Это было одновременно прекрасно и мерзко, но "всему хорошему" приходит конец.

Время вернулось к своей обычной скорости также внезапно, как и замедлилось. Я даже не успел ничего понять, как был брошен (с высоты роста дракона) на каменный пол, будучи весь скользкий от глазной жидкости. У меня снова появилось чувство дежавю: в прошлый раз я вырвал глаз алмазному псу, в этот раз прострелил моргалку дракону. Как бы в привычку не вошло, хотя — не самая плохая привычка. Спайк и алмазный пёс — оба пытались оторвать мне голову, и обоим я «выбил» глаз.

Пока я мысленно проводил аналогии, дракон, зажав лапой кровоточащую пустую глазницу производил довольно громкие рычащие звуки. Селестия и Литлпип же замерли явно мысленно "переваривая" произошедшее. Дарительница быстрее пришла в себя и, вернув своей морде серьезное выражение, громко закричала:

— Идиот!!! Он был у тебя в когтях!!! Не дай ему уйти! — последнее предложение заставило меня и Спайка на секунду замереть, — Он прямо перед тобой! Убей его!

Спайк быстро сообразил чего хотела Мелкопипка и, продолжая зажимать глазницу, дракон пустил в мою сторону струю зелёного пламени. Я также проявил сообразительность (решил действовать как при случае падения дерева — бежать к основанию) и пока дракон набирал воздух, побежал прямо на него. Идея удалась — я отделался лишь палёным хвостом.

— Тупая рептилия! Он пробежал у тебя между ног! — серая палкоголовая продолжала комментировать наблюдения со своим недовольством.

Я действительно смог прошмыгнуть между задних лап и, уворачиваясь от хвоста, побежал сам не зная куда. Далее для меня начались многочисленные прыжки и кувырки в попытках уклониться о зелёного пламени и многотонной туши Спайка. Будучи слепым, дракон не мог действовать прицельно, однако Мелкопипка исполняла роль корректировщика, комментируя мои и Спайка действия:

— Он прячется за книжными стеллажами! Пали! Выше стреляй! Прекрати огонь! Он у тебя под носом! Затопчи его! Идиот! Он опять ускользнул! Стреляй влево! На другое лево!!!

Я действительно был скользкой (из-за того что был весь в глазной жидкости) целью и часто поскальзывался на лужах крови. Дракон же этого не замечал и, следуя указаниям, палил во все стороны, разгоняясь, таранил стены и всё что ему попадалось на пути.

Драконья живопись быстро оказалась уничтоженной и в горячке Спайк даже перевернул рефрижератор с мороженым, а будучи в ярости он сильно по нему ударил когтистой лапой, чем вызвал дополнительную утечку. Вырвавшийся наружу хладагент быстро начал окутывать пещеру туманом. К сожалению не таким густым чтобы в нём можно было скрыться, но холод был приятен. Также фиолетовый протаранил своей тушей большую кучу сокровищ, так что теперь большая часть пещеры оказалась заваленной монетами и драгоценными камнями.

Со стороны вся эта беготня наверняка похожа на моменты из мульта про Тома и Джерри. Мне бы это показалось забавным, если бы ставкой в ней не была моя жизнь. Для слепой рептилии Спайк слишком опасен. Пусть мне и удалось его ослепить, но убить вряд ли удастся — я уже применил своё самое мощное оружие и драконью кожу оно даже не поцарапает. Единственное что я мог — это пытаться покинуть пещеру, вот только Мелкопипка всё не замолкала, а Спайк, следуя указаниям, постоянно отсекал мне пути отхода. Туман также не помогал, однако эта холодная дымка подала неплохую идею.

Вспомнив, что у меня есть дымовые гранаты (я взял их у Беатрикс) я, прячась за книжным шкафом, применил их для создания дымовой завесы. Теперь у меня появился выбор: воспользоваться дымом и покинуть пещеру, или, пользуясь замешательством Литлпип сделать с ней нечто похожее, что я сделал со Спайком. Я выбрал второй вариант, и он оказался неудачен. Используя пистолет с глушителем, я извёл два магазина стреляя по "web-камере". Всё мимо — "руки" тряслись.

Снова: беготня, уклонения, кувырки, пламя, и едкие комментарии Дарительницы. Из хорошего было то, что Селестия наблюдала в режиме "no comments" а также что дымка от хладагента приятно охлаждала места ожогов. Однако вывод был неутешителен: Мне не справиться с бронированным многотонным огнемётом (пусть и слепым), и рано или поздно Спайк меня изжарит или растопчет в лепёшку. По крайней мере, у меня есть выбор как умирать, только я выбрал третий вариант — продолжать бегать и уклоняться, только это не могло продолжаться вечно.

Всю эту беготню от огнедышащей рептилии прервал случай, когда я поскользнувшись резко изменил направление спрятавшись за стеллажом с шарами памяти. Воспользовавшись короткой передышкой, я быстро осматривался, выбирая в какую сторону бежать и заметил нечто неожиданное — небольшой участок дымки имел розоватый оттенок и сильно отличался от остального белого тумана. Как будто этого было мало, эта розовая дымка находилась совсем близко и быстро приближалась. Очень скоро я узнал природу данного явления — оно объяснялось той гулефицированной самкой дракона, что Вельвет Ремеди превратила в источающую газ мышь. Похоже, пытаясь меня убить Спайк случайно разбил "аквариум" в котором содержался грызун. Сейчас же эта розовая мышь отчаянно перебирала лапками свою пластиковую сферу, катя шар в моём направлении.

В книге Мелкопипки автор упоминала момент, где она проникла в логово дракона, надеясь найти там оружие что убьёт рептилию — далее она много раз вспоминала этот момент своей глупости. Также Пипка вспоминала эпизод, когда она использовала как оружие «шары памяти» — вот это уже было довольно умно. В моём случае, я похоже смог найти в драконьем логове оружие против его обитателя (стеллаж с шарами памяти натолкнул на идею), однако то что я задумал тоже довольно глупо.

Видя подарок судьбы я ухватился за "соломинку в беде" — за секунду разработал план в стиле "на дно ковша бросить дохлого мыша". Если отбросить метафоры, взял пластиковую сферу с мышью и, видя боковым зрением как Спайк готовиться к выстрелу, сменил позицию у шкафа, прячась от зелёной струи. Пламя меня не задело, но жар я почувствовал, а также увидел и ощутил как мышь, злобно пища, устроила мне газовую атаку, пустив розовую струю (как из баллончика) прямо мне в морду. Хотя газ не чувствовался как ядовитый но вот зрение стало размытым — будто пустили песок в глаза. Однако я не отказался от плана: Спайк большая мишень, и даже с размытым зрением у меня преимущество.

Дождавшись когда струя прервется я, покинув укрытие, встал прямо перед большим, фиолетовым, размытым силуэтом.

— Он перед тобой! Жги!!! — судя по сказанному Мелкопипкой, мой план работал.

До этого, отчаянно моргая, я смог стабилизировать своё зрение и разглядел, как дракон начинает открывать свою пасть, чтобы набрать воздуха перед выстрелом. Сейчас исход зависел от долей секунд и, поняв что сейчас идеальный момент я, встав на задние конечности, приготовился к броску.

— Это же... Нет! Стой! — судя по данному изречению, Литлпип рассмотрела, что за предмет я удерживал в своей прозрачной ауре. Вот только не понял: к кому она обращалась?

Игнорируя высказывание Мелкопипки я, мысленно проговорив "получи фашист мыша" бросил пластиковую сферу. Заключённая в сфере мышь продолжала источать газ так что, смотря в замедленном темпе, я отметил сходство розового следа с хвостом кометы. Несмотря на то, что мышь пыталась трепыхаться бросок прошел как планировалось, и розовый снаряд "точно по параболе" подлетел к драконьей пасти. Так как в этот момент огромный дракон заглатывал воздух, то маленькая сфера не избежала участи быть захваченной воздушным потоком.

Далее Спайк напомнил мне меня самого в случае, когда я подавился хлебной крошкой. Вначале дракон не понимая, что происходит начал делать глотательные движения. После он слегка закашлялся — кашель сопровождался пламенем и розовым дымом. Далее кашель резко усилился, а из пасти дракона резко вырвалось розовое облако, будто в его желудке разорвались десятки дымовух Трикси.

— Что ты зд...? — договорить вопрос Спайку помешал усилившийся кашель.

Кашель не прекращался, а даже наоборот — усиливался. В процессе данных непроизвольных рефлексов Спайк, как паровоз, источал розовый дым совмещённый с пламенем, так что я, в целях безопасности, отошёл на безопасное расстояние. Зрелище агонизирующего дракона было удивительно приятным. Эта тварь собралась оторвать мне ноги, а после сожрать. Он был уверен в своём (в том числе и моральном) превосходстве, неуязвимости, а теперь он умирает даже не видя того кто его отравил, а ведь я совсем рядом. Даже Литлпип затихла. Она явно не могла такого предвидеть, я не мог такого предвидеть, но я рад. Рад видеть, как дракон начал помимо газа источать кровь, как туберкулёзник на последней стадии.

В прошлом он убил многих, и точно не ожидал так встретить свою смерть — рад что его разочаровал. Хотя, могу ли я считать себя его убийцей? Технически Спайка убивает газ, что источает гулифицированная мышь — это даже иронично, что могучего дракона убивает маленький грызун. Если эта мышь действительно является матерью Спайка то в двойне иронично — что его породило то и убьёт, уже почти убило. Кашель Спайка сопровождался всё более громким бульканьем и более крупными выбросами красной биомассы, а также что рептилия стала задыхаться. Это явно указывало, что дракону осталось жить считанные минуты, и они быстро подошли к концу. После отчаянной попытки сделать вдох дракон, стоя на задних лапах, резко прекратил трепыхаться и свалился подобно срубленному дереву. Громко упав, мёртвый дракон разогнал дымку, а мне предстала картина как их приоткрытой пасти (подобно разматывающемуся пожарному шлангу) выкатывается тонкий, длинный (очень длинный) раздвоенный язык. Спайк умер с высунутым языком. Он точно "дракон с душой собаки".

— *Жил грешно — умер смешно, — так я прокомментировал произошедшее, хотя больше бы подошёл комментарий: «кончилась твоя сучья служба».

— Мир понёс невосполнимую утрату, — мрачный комментарий от Селестии.

— Он лишил меня возможности контролировать погоду, да и во многом мы были не согласны но ... он был хорошим драконом. Я буду скорбеть по нему, — Мелкопипка делала паузу, — И не оставлю его смерть неотомщённой!

— Желаю удачи, — в прошлом я уже пожелал удачи Вельвет Ремеди так что не было смысла отказывать в данном пожелании Литлпип.

— Ты крут! — хриплый голос гуля зебры прозвучал очень неожиданно, — Реально крут! Я бы не поверил если бы не видел своими глазами.

Я же глядя на полосатого, не мог не отметить нашу разницу во внешнем виде. Я был весь в крови и глазной жидкости, с порезом на морде, без маски и "арафатки" с "наноплатком". Сулик, в сравнении со мной, выглядел целым и невредимым. Только пятна от мороженного на маске, платке и комбинезоне портили внешность.

— Ты всё видел?

— Не всё. Когда он тебя схватил я мысленно с тобой попрощался, думал что тебя сожрали. Представь моё удивление, когда я застал, как за тобой гонится дракон и то, как ты его победил.

Я представил, и в моём представлении удивление было очень сильным. Если кому расскажу то не поверят — я убил дракона в одиночку, без тяжёлого оружия. Для сравнения: в прошлом Литлпип тоже убила дракона, используя множество гранат. Только тот был ещё молодым, и смертельно раненым выстрелом Каламити из оружия особой мощности. Я же убил взрослую особь, будучи один, используя закреплённую на ноге "пукалку" и эмм.... (рояль в кустах) импровизированное биологическое оружие(?). Это войдёт в историю — историю маразма. Только маразматик поверит в реальность произошедшего, хотя мне с трудом вериться что я вообще нахожусь в этом мире, так что — всё возможно.

— А ты что делал всё это время? — мне действительно интересно, что делал Сулик пока мне собирались оторвать ноги.

— Выполнял задание конечно. Устройство заложено согласно плану, хотя пришлось повозиться — на Садах заело техническую панель.

Я не знал как после этого относиться к гулю. Пока дракон мял мне рёбра Сулик ковырялся в технической панели очистной установки. Он использовал меня как отвлекающий фактор и его ожидания оправдались. Частично. Он думал что я погибну. Другого я от него и не ожидал, но должен ли я его винить? Что он мог сделать? Он поставил важность выполнения операции приоритетней моей жизни — это нормально. В прошлом, во время охоты на мантикор, я использовал гуля зебру как приманку — я ничем не лучше и не должен осуждать, тем более что уже сейчас можно считать, что план удался.

По плану Сулик настроил устройство на активацию и, примерно через час, у Садов Эквестрии сгорит вся электроника. Будучи высокотехнологичным устройством (распределения магии "Элементов Гармонии" на территории Эквестрии), с выжженной электроникой Сады превратиться в груду металлолома. Конечно, по словам полковника Отема — это ничего не изменит, но факт того я убил Спайка будет "приятной неожиданностью".

Знал бы я чем всё обернётся то переименовал бы операцию с "Нечистоты" на "Отравленный Шип". Я буду долго отходить от впечатления о произошедшем, хотя.... Что я должен чувствовать? Какое должно быть чувство у человека что совершил геноцид? Того кто убил последнего представителя местного разумного вида? Что бы это ни было за чувство — у меня его нет.

— Значит вашей целью были Сады, — голос Селестии меня как током ударил, погружённый в свои мысли я совсем забыл что они всё ещё на связи, — Какой смысл уничтожать то что очищает наш мир от последствий мегазаклинаний?

— Смысл прост, понятен, — Сулик ровным голосом ответил принцессе, — и аналогичен тому которому вы следовали нанося удар по Зебрике, — говоря он снимая маску подошёл к большой панели с терминалами.

— Ты .... мстишь невинным жителям НКР за Зебрику?! — Селестия старательно изобразила удивление, — Давно уничтоженную страну?! Они ни в чём не виноваты! Если кого и нужно винить в использовании мегазаклинаний так это меня и мою сестру, и мы уже понесли своё наказание. Даже не столько нас, сколько призраков и правителя страны зебр, — Сулик не долго думал с ответом на речь Селестии:

— Не призраки и тем более не наш правитель — лишь вы, то есть ты, виновна в том сейчас моя прекрасная страна лишь ядерное пепелище. Против жителей НКР у меня же нет какой-то особой ненависти но, они до сих пор почитают тебя как богиню, а страну зебр считают как побеждённого врага. Думаю я ответил исчерпывающе.

Параллельно с разговором с Селестией, Сулик изучал кнопки на панели. После "исчерпывающего" комментария он, нажав на тёмно красную кнопку, прервал связь, однако далее случилось неожиданное. Буквально через секунду как связь с Селестией прервалась на экране появилась картинка с эмблемой Рейнджеров Эпплджек — яблоки и шестерёнки.

— С нами хотят выйти на связь, — Сулик быстро сообразил произошедшее.

Я же глядя на другие мониторы, заметил повышенную активность копытных в красной силовой броне напротив входа в пещеру Спайка. Их было действительно много. Конечно у нас было оружие против бойцов в силовой броне но оно было "последнего шанса" и не рассчитано на такой табун. То что рейнджеры резко мобилизовались говорило о том что они знают о нас, но то что они хотят выйти на связь и не идут на штурм показывало, что не всё потеряно.

— Тогда предоставь. В нашем положении переговоры — не худшее решение, — я действительно считал, что не худшее. Сулик также не возражал, и немного подумав над выбором кнопки, вывел нас на связь.

— Наблюдатель? — голос был "прокуренным" как у всех "Железных Вёдер" что носят силовую броню, хотя и без этого было понятно с какой фракцией мы ведём переговоры — вместо изображения говорившего, на мониторе так и осталась эмблема рейнджеров, — Нам доложили о проникновении террористов. С кем я горю?

— "Наблюдатель" мёртв, — я говорил максимально безэмоционально, — С вами говорит представитель СНС: майор Грей Стоун.

— Грей?! Э...й предатель! Или...? То, что говорила Селестия правда?

— Ты не веришь солнечной богине? — это был сарказм, — Представьтесь. С кем "имею честь"?

— Ты говоришь с командующим Рейнджеров Эпплджек, старейшиной Эплторном, и если верить Селестии что ты являешься одержимым неким "призраком иного мира", и то что именно данным "призракам" наш мир обязан резким развитием технологий.

— Звучит неубедительно?

— Чего?

— Это был риторический вопрос.

— Селестия права — ты действительно не тот Грей Стоун которого я знал.

— Это что-то меняет?

— Немногое. Я предлагаю вам сдаться, а так как ты не тот рейнджер то тебя не будут судить как дезертира.

— Только как террориста? Спасибо — не надо.

— Хоть ты и причинил нам серьезный ущерб, но я могу организовать тебе снисхождение в обмен на знания о технологиях иного мира.

— Звучит неубедительно.

— Не знаю как в ином мире но у Рейнджеров Эплджек ценится такое понятие как честность.

— Не знаю как Эпплджек но ваш идейный вдохновитель СтилХувс честностью не отличался .

— Хватит ворошить прошлое! Я лично даю тебе выбор: Присоединиться к нам, и поделиться своими знаниями во благо пони Эквестрии, или сдохнуть!

— Я уже умирал и с чего ты думаешь что техно-террористы лучше обычных?

— Мы "техно-террористы???! Рейнджеры Эпплджек используют технологии во благо народа пони, в то время как СНС уничтожает благие достижения! Хотя я благодарен за решение проблемы Адских Гончих.

— Несмотря на множество различий, в обоих мирах победители всегда объявляют себя "светлой стороной". Вы ведь воспроизводили технологию "жар бомб" зебр явно не для фейерверков?

— Мы её воспроизвели, чтобы выжечь таких червей как ты и СНС!

— Червей? — сегодня меня уже сравнивали с насекомым.

— Вы мерзкие черви что грызут наше здоровое яблоко, и для борьбы с такими как ты Эпплджек и создала рейнджеров.

— *Мы — червячки. Мы — червячки. Мы очень любим яблочки. И в этих яблочках сидим и всё едим, едим, едим, — вообще-то я не люблю яблоки.

— Чего (нецензурно)?!

— Многие кто нас недооценивали, сейчас кормят червей. Свежий пример — огнедышащий дракон, что сейчас лежит с вывалившимся языком. Вы хотите повторить его участь? — вообще-то я блефовал и мысленно дрожал от страха представляя встречу с "Железными Вёдрами".

— Убив Спайка ты нас удивил, но не напугал. Драконья Гора и в мирное время патрулировалась значительными силами рейнджеров, а сейчас, при прибывшем подкреплении, у вас нет никаких шансов. Мы готовы жертвовать своими жизнями чтобы искоренить из нашего мира такую порчу как СНС. Каким бы мощным оружием вы не обладали, вам нас не победить.

— Даже если этим оружием является "атомная бомба"? — я решил действовать "на испуг".

— Атомная???

— Данной задачей спецоперации СНС являлось уничтожение "Драконьей Горы". Детонатор у меня в руках напрямую связан с "атомной бомбой" заложенной прямо в пещере Спайка. Как только я её взорву, мое задание будет выполнено, — я говорил максимально ровно, почти "механически", но в конце вставил (таким же ровным тоном) реплику, что говорил полковник в наркотическом бреду, — Силы Народного Сопротивления навсегда.

Копытный по другую сторону связи был явно уверен в своих словах, а изменённый прокуренный голос только усиливал впечатление. Я также был уверен в своих принципах и сохранял в своём голосе наигранную безэмоциональность. Однако последнее слово осталось за мной и, судя по затишью, Эплторн не знал что ответить. Как ни странно затишье прервал новый участник:

— ПРЕКРАТИТЬ ПЕРЕГОВОРЫ! — голос был хриплым как у гуля зебры, но удивительно громким, — ОТВЕСТИ БОЙЦОВ ОТ ПЕЩЕРЫ! ОБЕСПЕЧИТЬ ОХРАНУ ПЕРИМЕТРА! НИКОГО НЕ ВПУСКАТЬ И НЕ ВЫПУСКАТЬ!

— Какого сена ты раскомандовался?! — старейшина был явно недоволен.

— ТЫ ВЕДЬ ПОНИМАЕШЬ ЧТО Я СОБИРАЮСЬ СДЕЛАТЬ? ДЕЛАЙ ЧТО ВЕЛЯТ, А ПРИЗРАКОМ Я ЗАЙМУСЬ ЛИЧНО. У МЕНЯ БОЛЬШОЙ ОПЫТ, — далее связь прервалась.

— Это ещё кто? – я задал неуместный вопрос гулю зебре. Конечно, я осознавал, что он вряд ли знает ответ, но Сулик был единственный у кого я сейчас мог что-то спросить.

— Понятия не имею, — судя по интонации, Сулик сам был удивлён, — Но судя по голосу – явно гуль, — далее полосатый сделал небольшую паузу и продолжил, — У тебя есть идеи? Командуй.

— Идей нет, но предлагаю занять оборону.

Предложение было принято – Сулик молча, достал плазменный пистолет и занял позицию за хвостом Спайка. Я также последовал его примеру и, перезарядив пистолет, замер, в ожидании противника глядя в сторону выхода. Ожидание было недолгим.

Я и Сулик готовые дать «последний и решительный бой» ждали появления прорвы головорезов в силовой броне, однако появившийся противник нас сильно разочаровал – уж лучше «Железные Вёдра». Для меня приближение противника ощутилось странным ощущением дрожи в воздухе, а для гуля это оказалось особенно «неприятно» — в неожиданный для меня момент Сулик бросив плазменный пистолет и прижав уши, истерически закричал, а после галопом побежал в глубь пещеры. Я, проводив взглядом убегающего полосатого, всё же решил сохранить позицию и, направляя взгляд в исходное положение, наконец, увидел противника.

Тогда время не замедлялось и, быстро летящий враг был для меня как тёмное размытое пятно. Я ничего не успел предпринять как до того как был сбит, а после «с прогиба» перекинут. Лишь после падения на твёрдый каменный пол я разглядел противника – им оказался устрашающего вида гулифицированный тёмный пегас с кожистыми крыльями и кисточками на ушах (как у рыси). Экипирован он был в какую-то старомодную (чем-то похожую на древнеримскую) броню. На фоне всей высокотехнологичности, что я наблюдал в этом мире, данная золотисто фиолетовая броня смотрелась очень странно. Особенно странно выглядел нагрудник, стилизованный под глаз с вертикальным зрачком. Также странно смотрелся шлем с каким-то гребнем. Я всё не мог понять: этот гребень часть шлема или он имеет естественное происхождение – просто в шлеме вырез? Скорее всего, первое; копытный с кожистым ирокезным (словно левое полушарие от правого отгородил) гребнем – это уже слишком. Хотя у него кожистые крылья с когтем в сочленении, и глаза с вертикальным зрачком, так что всё возможно. Назначение когтя на крыльях было малопонятно (сомневаюсь что они для лазанья), но что-то подсказывало, что он может его использовать как вспомогательное оружие. Как основное оружие он явно использует железные эмм… «накопытники» и, судя по их виду (по бокам были утолщения) это не просто кастеты — скорее всего они, оснащены выдвижными клинками. Также на одной его передней опорной конечности был закреплён КПК, что сильно выбивался из «олдскульной» стилистики брони. Инстинкты мне подсказывали, что именно этот прибор является источником той дрожи в воздухе, от которой Сулик в панике сбежал.

В остальном противник выглядел как обычный копытный с поправкой, что он гуль, однако сочетание: внешности ночного пегаса, старомодной брони и гулификации производили специфичное сочетание. Серьезно – мой вывод, что я в Аду получил ещё одно косвенное доказательство. Этот мышекрылый выглядел как самый настоящий адский демон. В прошлом я назвал киберпегаса Каламити «Кибердемоном». Этому же гулифицированному ночному пегасу подойдёт термин «Рыцарь Ада», и его точно не удастся сбить электромагнитной гранатой.

Закончив с секундной оценкой противника я, будучи в лежачем положении, решил применить ДПДЗ, что до этого я предусмотрительно перезарядил. Однако толи от неожиданности, толи от вида противника (а может всего сразу) моя координация движений была нарушена, так что я не успел навести на мышекрылого двуствольный пистолет – гуль оказался быстрее. «Рыцарь Ада» пользуясь моей обескураженностью, легко меня опередил, прижав мою конечность с оружием. По дурости я произвёл выстрел «в молоко» а пегас, поняв назначение устройства, заломил мою конечность, попутно совершив «перелом» стволов. В результате данных манипуляций из казённика выпала дымящиеся гильза и один не выстреливший патрон, однако пегасу этого показалось мало – он, выдвинув клинки (утверждение подтвердилось, только клинки оказались двойными) перерезал ремни удерживающие ДПДЗ, а после отпихнул упавший на камень разряженный пистолет. Пока ночной меня обезоруживал я сумел сориентироваться и в момент, когда пегас ударил по упавшему ДПДЗ сумел выскользнуть из его хватки.

Далее я, оставшись безоружным, решил действовать и, встав по-человечески, бросился «врукопашную». Моё боксирование было малоэффективно – противник ловко парировал мои удары, а те, что он пропускал (даже те что не в броню) не наносили ему, сколько бы серьезного вреда. Сам же ночной не стеснялся отвечать, причём он использовал боевую стойку очень похожую на мою. Причём было ощущение, что он только «прощупывает» мою тактику и манеру ведения боя производя многочисленные удары, в мой корпус (бронежилет немного помогал) и морду (мышекрылый втянул клинки). Это продолжалось недолго – вскоре ночной, выдвинув клинок на левой ноге, оставил на моей морде и конечности несколько порезов, а после прижал этими клинками мою опорную конечность к туше Спайка. Я же не оставил попытки сопротивления и, используя свою особенность использования прозрачной ауры, освободился от кликов. Противник такого явно не ожидал (мне показалось, что его жёлтые глаза засветились подобно кошачьим) и, будучи обескураженным, пропустил мой удар головой с последующим апперкотом. К сожалению, противник также не растерялся и, парировал мой хук справа совершив захват. Одновременно(!) он достал (из под крыла?) болу (два сферических связанных груза); Данное древнее охотничье оружие пегас стал использовать нестандартно, а именно – удерживая в копыте (непонятно как) один груз он, произведя небольшой замах, намотал второй конец болы на мою левую заднюю конечность. Далее противник, помогая себе крыльями, совершил очень высокий прыжок, заставив меня потерять центр тяжести и неуклюже плюхнуться на пузо. Я не успел ничего сделать, как ощутил жёсткое приземление на своей спине, а после как конечности заламывают в полицейском стиле. Ощущение того как меня связывали болой было не столько болезненным сколько унизительным – я чувствовал себя мустангом которого укрощает ковбой.

Кем бы этот гуль-пегас не был, но он профессионал и смог меня победить (причём — бой был недолгий) в рукопашной, а ведь в тренировках на Мстителе я раскидывал десятки копытных. Может этот противник и непредсказуем, но я всё же рискнул предположить его дальнейшие действия – он начнет «допрос с пристрастием». Предположение оказалось верным – перевернув меня на спину, пегас далее поставил меня в вертикальное положение, прислонив к туше мёртвого дракона. Далее он начал сам допрос:

— ГДЕ ДЕТОНАТОР?! – серьезность данного вопроса ночной подкрепил многочисленными ударами, — ГОВОРИ – ГДЕ ОН?! – далее даже если бы я захотел говорить, то всё равно бы не смог. Удары были столь частыми что я бы не смог вставить ни одного слова.

Будучи связанным, в процессе избиения я не мог говорить (не то что сопротивляться), но я мог думать, и в мыслях не мог не отметить напрашивающеюся иронию. Меня избивает ночной пегас похожий на летучую мышь, и в процессе требует детонатор. Конечно, я не был поклонником комиксов о Бэтмене но осознал иронию, тем более что ранее я принял решение, подражая Двуликому персонажу.

Однако помимо известной серии комиксов мне вспомнилось и другое произведение. В книге Мелкопипки упоминался ночной пегас — кантерлотский гуль, у которого заклинило матюгальник (тот нагрудник, стилизованный под глаз, как ни странно, является звукоусилителем) от чего он вынужден говорить «КАНТЕРЛОТСКИМ ГОЛОСОМ». Также, его КПК, под воздействием совокупности определённых факторов, приобрёл возможность воспроизводить звуки особой частоты, от которых у всех (кроме Кантерлотских гулей и, как только что выяснилось, призраков) живых существ мозги из ушей лезут.

Мне вспомнилось его имя: Лаенхарт. Так зовут этого бэтпони — так местные обычно называют данный подвид. Именно он сбил Громовержец. Тогда за один день он убил больше копытных, чем я за все долгие дни после попадания в этот мир, и ещё больше народу при последующих событиях. Также он говорил, что у него «БОЛЬШОЙ ОПЫТ». Селестия упоминала, что призраками занималась «Ночная Гвардия Принцессы Луны» — это многое объясняло. Также появилось объяснение старомодности его брони – дело в том, что кантерлотские гули появились в результате воздействия уже ранее упоминаемого газа зебр, в результате которого органика въедается в другие материалы. Из-за данной особенности сообщник Мелкопипки (Эплснек) экипированный в момент гулификации в силовую броню, был вынужден ходить в этом робокостюме до конца своих дней. Также и Лаенхарт находясь в момент гулификации в экипировке по уставу своего времени, теперь вынужден постоянно носить броню «Ночной Стражи», так как она срослась с его плотью, а из-за заклинившего матюгальника постоянно говорить «КАНТЕРЛОТСКИМ ГОЛОСОМ». Может я бы и проявил к нему сочувствие, если бы в данный момент этот ночной пегас не проводил на мне допрос с пристрастием.

— В НКР ТЕБЯ СЧИТАЮТ «ОРУДИЕМ РАЗРУШЕНИЯ» — ЧТО-ТО НЕ ПОХОЖЕ. А ВОТ БОКСЁРСКАЯ ГРУША – ЗАШИБИСЬ, — я действительно был, как боксёрская груша, но пока ещё сохранял молчание, а вот Лаенхарт продолжал совмещать приятное с полезным:

— ГДЕ ДЕТОНАТОР?! – свои вопросы Лаенхарт подкреплял многочисленными ударами. Может со стороны данная ситуация и выглядела смешно вот только мне было не до смеха. Меня лупит «местный Бэтмен», причём он повторяет ошибки своего прототипа. Избивая он не даёт допрашиваемому даже слово сказать, и при этом не догадывается обыскать карманы у объекта допроса. Если так будет продолжаться и далее, то он просто забьёт меня до смерти. К сожалению Лаенхарт догадался до такого исхода и на некоторое время прекратил отбивание. К сожалению, передышка была недолгой – пегас решил сменить тактику и, выдвинув клинки, протиснул их через небольшую боковую брешь в бронежилете, а после провернул их на сорок пять градусов. Данное «острое ощущение» придало мне сил (я громко заорал) а Лаенхарт повторил вопрос:

— ГДЕ ДЕЕ…..? — договорить ночному пегасу помешала «Спецагент Мятная» (вот её я не ожидал увидеть) что накинула на шею кантерлотского гуля удавку из какой-то струны. Далее она, пятясь назад, оттянула Лаенхарта от меня и продолжила делать то, что однажды уже проделывала со мной в спортзале Мстителя. Однако Лаенхарт не собирался терять сознание – похоже кантерлотские гули не только обладают аномальной регенерацией но и менее зависимы от притока кислорода. Ночной пегас отчаянно трепыхался и даже пытался взлететь, однако единорожка в толстовке пресекала его попытки, к сожалению одну попытку она пресечь не смогла. Лаенхарту удалось, выдвинув клинок поддеть его под удавку и перерезать струну (а клинки острые). Далее он с кувырком резко развернулся и в прыжке сильно ударил единорожку накопытником на задней ноге. Та пропустила данный удар, а вот от последующих ловко уклонялась.

Зрелище как двое копытных стоя на задних ногах, ведут друг с другом ближний бой, было одновременно и эффектно и нелепо. Я уже дрался с единорожкой в толстовке, и тогда она меня победила, вот только сейчас ей противостоит более сильный противник (а ведь и я не хилый). Но всё же если судить чисто внешне, то Лаенхарт выглядел гораздо сильнее (он крупнее и в броне) и если бы мне пришлось делать ставку кто победит, то я бы поставил на ночного пегаса. Надеюсь, ошибаюсь. Сейчас моя жизнь зависит от того какой из кантерлотских гулей победит, а я, будучи связан, ничем не могу помочь.

Какое-то время копытные дрались на равных, но пегас продолжал напирать и в прыжке (с использованием крыльев) смог пробить оборону единорожки, а после нанести ей несколько колющих ударов в корпус, и режущих по морде – из порезов повалил негустой розоватый дым. Однако, похожая на вахабитку, не чувствовала боли и в промежутке между ударами выставила свою переднюю ногу с особой подковой и пустила в неприятеля облако усыпляющего газа. Газ хотя и не произвёл усыпляющего эффекта, но на несколько секунд обескуражил нападающего. Единорожка пользуясь моментом, зашла ночному сбоку и встав на четвереньки, сильно того лягнула. От данного действия пегас отлетел аж на три с лишним метра, а единорожка решив увеличить данную дистанцию, совершила длинный прыжок-кувырок. Далее Лаенхарт встав на ноги, невысоко взлетел, развернувшись к единорожке и выдвинув клинки, после замер в какой-то боевой стойке. Единорожка также не стремилась атаковать и замерла в «полуприседе» светя жёлтой магической аурой, в которой левитировал уже знакомый мне пистолет с глушителем и эмм… тактический томагавк(?!). Сам по себе томагавк был вполне обычным – меня удивила его расцветка. Топорик был выкрашен в белый цвет с красной стилизованной под кровь волной на лезвии. В таком виде данное «орудие труда» было больше похоже на детскую игрушку, с поправкой, что играть этим должны малолетние головорезы-убийцы.

Меня такие игры мало интересовали – я больше думал о собственном выживании, и что я могу для этого сделать. Пока что сделать малую, но очень сложную вещь – развязаться. К сожалению это было невозможно – неприятель крепко меня связал, но раз я не могу развязать болу то её нужно чем-то перерезать. У меня в разгрузке был нож, но я не в том положении чтобы им воспользоваться так что, оглядываясь в поисках чего-нибудь острого, я вначале обратил внимание на шипы мёртвого дракона, но отбросил эту идею как невозможную. Моей второй находкой оказалась лежащий на каменном полу, инкрустированный золотом, кинжал – это уже был приемлемый вариант, вот только до него ещё надо добраться. Данный предмет лежал рядом с разворошённой кучей сокровищ – это не очень далеко вот только я связан. Однако я ещё сохранял кое-какую подвижность, и подобно личинке (или таракану с одной лапой) пополз в выбранном направлении. Параллельно с данными действиями я продолжал следить за противостоянием двух кантерлотских гулей, у которых сейчас был «time-out».

Оба противника со злобой смотрели друг другу в глаза, а я, глядя на них, заметил, что Лаенхарт сильно изрезал «арафатку» единорожки – платок даже перестал скрывать морду кантерлотского гуля. Сама единорожка также это заметила и, глядя на противника, стянула с себя изрезанный платок, полностью открыв свою гулифицированную морду. Лаенхарт не оставил это без комментариев:

— ЛИРА ХАРТСТРИНГС?! ТЫ ВЕДЬ ДОЛЖНА БЫТЬ МЕРТВА! — значит Лира Хартстрингс – такое у единорожки в толстовке настоящее имя. Надо запомнить.

— Слухи о моей смерти сильно преувеличены, — злобно ухмыляясь, ответила Лира.

— ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ? – вопросы Лаенхарта звучали очень прямо и банально, так что неудивительно что единорожка их проигнорировала:

— Знаешь бэтси, я тут подумала: в наших отношениях кое-что не так – ты всегда побеждаешь! Сегодня всё измениться, — после последней фразы оба копытных бросились в атаку друг на друга, я же, «со скоростью движения континентов» полз к спасительному кинжалу, параллельно следя за дракой боковым зрением.

Лаенхарт паря на небольшой высоте, стремительно рванул в сторону единорожки, выдвинув клинки. Единорожка, одновременно целясь из пистолета и замахнувшись топориком, галопом побежала навстречу, успев сделать аж три выстрела. Увы, но наличие у Лиры короткоствола не сыграло какой либо роли – мне даже показалось что пули просто отрикошетили от брони ночного пегаса. Хотя даже если бы и пули и пробили броню, это бы не помогло – для кантерлотских гулей пули как булавочные уколы. Однако кому как не самому кантерлотскому гулю это знать – уверен, что Лира использовала пистолет лишь как отвлекающий манёвр, основной же её манёвр был не только для меня неожидан.

Дело в том, что не только я в творящейся суматохе не обратил на одну из многочисленных больших луж крови Спайка, что повсюду растеклись по пещере. Одна такая лужа была прямо в точке контакта двух гулей и единорожка использовала этот элемент окружения. За секунду перед столкновением она на скорости упала на спину и, скользя по крови, проскочила прямо под летящим Лаенхартом, попутно проведя лезвием топорика по его незащищённому брюху. Из получившейся бреши тут же повалил розоватый дымок, но Лаенхарт не обратил на него внимания. Быстро развернувшись, пегас напал на единорожку, размахивая лезвиями. Удары предназначались не столько для Лиры сколько для её оружия – пистолет и топорик быстро оказались выбиты из жёлтой магической ауры. Но единорожка в толстовке тоже не растерялась и нанесла передними копытами несколько ударов в место пореза на брюхе пегаса. Удары вызвали резкий выброс розового дыма, но Лаенхарт их не замечал или умышленно игнорировал – противник интересовал его больше собственных ран. Закончив с обезоруживанием он, воткнув левый клинок в плечо единорожки (зафиксировал) начал наносить многочисленные колющие удары ей в грудной отдел – последствия ударов также сопровождались розовыми выбросами. Лира же смогла найти выход из положения и, сумев вынуть (не без использования магии) из плеча клинок произвела на пегасе тот же приём что использовала на мне, когда я сумел её «зафиксировать». Конкретнее – используя переднюю ногу пегаса как опору, ловко перевернулась, зажав шею противника у себя между задних ног. К сожалению то, что было эффективно против меня (земного пони) против пегаса оказалось бесполезно. Используя крылья, он поднялся на несколько метров и, совершив обратную петлю, устроил Лире жёсткую посадку прямо на каменный пол. Далее ночной пегас, не теряя времени, набросился на единорожку, выставив оба своих клинка. Единорожка не успела встать, как над ней нависла туша Лаенхарта. Однако Лира оказалась проворной и начала парировать удары – к сожалению не все. Вскоре из порезов на её толстовке повалили новые струйки розового дыма, а её противник не ослабевал напор. Однако Лаенхарт как никто другой понимал, что так кантерлотского гуля не «убить», и решил вместо множества малых сделать Лире один большой порез на шее. Выставив клинки в «крестообразное положение» у горла единорожки, ночной пегас отчаянно давил ту своим весом. Лира, выставив также крестообразно свои копыта, этому отчаянно сопротивлялась, вот только силы были не равны – клинки всё приближались к её горлу. Хотя клинки были слишком короткими, чтобы перерезать её шею, но и от их проникновения в горло «хорошего будет мало». Если розовый газ заменяет кантерлотским гулям кровь, то от перерезания горла из единорожки вырвутся кубометры этого вещества. Та это понимала и, собрав все силы, смогла слегка оттолкнуть лезвия а, после умышленно воткнув правый клинок себе в плечо начала освободившейся конечностью лупить морду Лаенхарта.

Удары не имели эффекта, пока единорожка не догадалась сверкнуть своим отростком подобно световой гранате. Ночной пегас оказался чувствителен к столь яркой вспышке и непроизвольно отшатнулся. Лира также отшатнулась и, пользуясь секундным перерывом, нашла взглядом свой топорик, который тут же засветился в её ауре. Далее она притянув своё оружие резко побежала и в прыжке с топориком в ауре набросилась на полуслепого пегаса. К сожалению, это решение оказалось роковым – непонятно как, но полуслепой ночной пегас понял, с какой стороны на него нападают. Может ему помогло «шестое чувство», может ночные пегасы обладают эхолокацией, но он удивительно точно подгадал момент и, выставив клинки, наколол на них единорожку. Далее он прижал Лиру к полу и ударом головы отправил в нокдаун. Понимая что кантерлотский гуль быстро оклемается он подстраховался и освободив свои копыта отбросил топорик подальше. Но этого Лаенхарту показалось мало, и он решил окончательно обезвредить противницу, так же как он обезвредил меня. Конкретнее: перевернул единорожку мордой в пол и, заломив ей ноги, достал болу которой собирался ту повязать. Этому не суждено было случиться – Ланхарт наконец обратил на меня внимание.

Пока ночной пегас и единорожка обменивались ударами и порезами я всё же сумел доползти то долгожданной цели, и сейчас, удерживая кинжал, отчаянно пытался перерезать (тонкую но удивительно прочную) скрученную верёвку. Верёвка с трудом, но поддавалась и в момент, когда Лаенхарт меня заметил, я уже почти освободился. Ночной пегас же видя мои манипуляции, изменил свои планы, и применил болу по прямому назначению – как метательное оружие. Я, предвидев данное решение, смог увернуться (хотя и получил железной сферой по щеке) и, не выронив кинжал, продолжил освобождаться и вскоре мои усилия увенчались успехом.

Лаенхарт видя к чему всё идет, отказался от идеи связывания единорожки и, взяв передними конечностями её голову «в замок» приподнял ту над полом. В данный момент Лира пришла в сознание и, открыв глаза, увидела как что я смог освободиться. Она явно была этому рада, на её гулефицированной морде даже появилась улыбка – это было последним, что она сделала, перед тем как Лаенхарт с громким хрустом свернул ей шею. Единорог — кантерлотский гуль плашмя упала на каменный пол, с открытыми глазами и застывшей ухмылистой улыбкой.

В прошлом Селестия упоминала, что чтобы убить «призрака» именно перелом шеи наиболее эффективный вариант. Входит ли данный приём в стандартную подготовку «Ночной Гвардии», или Лаенхарт импровизировал? Потом буду над этим думать. Сейчас думал: что я должен делать чтобы не повторить участь Лиры?

Освободившись, первое что я сделал, это повторил то что сделал покойный Соуп перед своей смертью – швырнул в противника колюще-режущий предмет. Как и в случае с синим пегасом, данное действие не имело успеха – Лаенхарт поставив блок, ловко отбросил летящий кинжал. Далее я, не отличаясь оригинальностью, бросил груз от болы, вторая сфера также не избежала данной участи. Предсказуемо Лаенхарт отразил и эти предметы вот только я и не надеялся что они, достигнут цели – я просто тянул время, чтобы элементарно встать на ноги, и добился своего. Неприятель же, отшвырнув последний груз, расправил крылья и, с их помощью оттолкнувшись от пола, полетел прямо на меня. Я и в этот раз не блеснул оригинальностью, только теперь метательным снарядом стала дымовуха Трюкачки. Лаенхарт такого не ожидал и даже не пытаясь уклониться, разбил дымовуху своим шлемом. Я же пользуясь обескураженностью противника, уклонился, совершив левый прыжок-кувырок и для верности бросив на пол ещё дымовуху.

Теперь я должен быстро принять решение – что делать? Бежать – не вариант. Искать топорик Лиры и продолжить бой – я не помню, куда пегас его зашвырнул. Драться, используя свой нож – это не серьезно; чтобы убить кантерлотского гуля ему нужно минимум отрубить голову. Мне нужно оружие потяжелее, но где его взять? В данный момент я пожалел, что не взял с собой «Тесак Гаудины» — это оружие было бы подходящим, но и в пещере Спайка есть место, где можно найти что-то подобное. В той куче сокровищ, на которой дрыхла рептилия, я видел различные мечи и боевые топоры.

Вспомнив данный факт я, развернувшись, начал быстро взбираться по куче золотых монет вперемешку с драгоценными камнями – по закону подлости замеченный мной меч торчал чуть ли не из вершины. Однако я был проворен и быстро настиг цели (не в пример тому как я полз к кинжалу) вот только Лаенхарт также быстро понял как избавиться от дымовой завесы. Два хлопка крыльями и серая туча (вперемешку с хладагентом из сломанного рефрижератора) оказалась развеяна, вот только я уже был у цели и начал доставать меч.

Однако мои действия не ограничились только вооружением данным холодным оружием. Не знаю: устают ли кантерлотские гули но вот мне нужен «time-out». Чтобы обеспечить себе хотя бы полуминутный перерыв я решил дать Лаенхарту то чего он хочет. Конкретнее – я достал детонатор. Ожидание оправдалось – ночной пегас замер видя, как я держу небольшой прибор.

— А НУ БРОСЬ! – ночной пегас говорил, расправив крылья.

— Ты серьезно думаешь, что я подчинюсь? – я задал риторический вопрос.

— ТЫ ВЕДЬ КОМУ-ТО ПОДЧИНЯЕШЬСЯ. НЕ ДУМАЮ, ЧТО ТЕБЕ ЕСТЬ ДЕЛО ДО СНС, И УНИЧТОЖЕНИЕ САДОВ — ТВОЯ ИДЕЯ. СТОИТ ЛИ ПРОДОЛЖАТЬ ВЫПОЛНЯТЬ ЧУЖИЕ ПРИКАЗЫ?! СКАЖИ, КТО ТЕБЯ ПРИЗВАЛ И БРОСЬ ДЕТОНАТОР, ТОГДА ТВОЯ СМЕРТЬ БУДЕТ БЫСТРОЙ!

— Она всё равно будет быстрой, и твоя тоже, — я решил блефовать. — Тебе стоит бежать. «Атомная бомба» сдетонирует примерно через тридцать секунд после активации, — всё сказанное я произнёс безэмоциональным голосом.

Хотя я блефовал, но в сказанном была доля правды. Сулик говорил, что из-за особенности конструкции «электромагнитного устройства», после активации произойдёт задержка, после которой последует электромагнитный выброс.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ ЗА ДВАДЦАТЬ! – прокричал ночной пегас скаля зубы. Другого ответа я и не ждал, но в целях «психологической атаки» также улыбнулся своей зубастой пастью. Будучи клыкастым моё стоматологическое состояние отличалось от того что есть у земных пони – Селестия не просто так назвала меня «зубастым тараканом».

Стоя на куче золота, я, обдумывая свои перспективы, переместил свой взгляд с ночного пегаса на прибор дистанционного управления — небольшая пластиковая коробочка с кнопочками, и небольшой эмблемой «корпорации зла». Лаенхарт не нападает, ожидая моего решения: нажимать или не нажимать? Как ни странно, это многого не изменит. В любом случае ночной пегас собирается изрубить меня в капусту. Не активируя устройство я лишь тяну с неизбежным. Вот только, должен ли я относиться к неутешительному выводу так однозначно? Я, немного немало, смог убить дракона – сделал то, что не смогла целая армия вооружённых пернатых копытных. Вот только тогда у меня был, с позволения сказать, фактор внезапности. Теперь же я стою перед противником «лицом к лицу». Противнику, который уже смог со мной справиться, и даже свернул шею той кто нокаутировала меня на спарринге. Вот только в случае со мной у него также был фактор внезапности, так что теперь мы оба в равных условиях. В равных – это весьма условно, Лаенхарт сильнее и опытнее меня, но и я не слабак. Может данный ночной пегас и убил гораздо больше народу чем я, но это делал используя своё звуковое оружие, которое на меня не действует. Без сомнения он чувствовал себя крутым, видя, как пегасы от боли загибаются, и уверен, что аномальная регенерация (которую он получил при гулификации) лишь укрепила в нём самоуверенность как в непобедимом «герое пустоши». Я повидал многих таких героев, и большая их часть сейчас в «лучшем мире». Для меня же формально этот мир считается лучшим – какая ирония, если бы кто-то смотрел на нас со стороны, то оценил.

Грей Стоун против Лаенхарта – это битва двух противоположностей. Бой между представителями двух миров. СНС против НКР. Одержимый земной пони против гулифицированного ночного пегаса. Герой пустоши против антигероя. Добро против нейтралитета. "Призрак иного мира" против того кто на "призраков" охотиться.

Перспективы не в мою пользу, но я выбрал сторону, и после глубокого вдоха сказал Лаенхарту «свою последнюю фразу»:

— Это вряд ли, — договорив, нажал на тёмно-красную кнопку немедленной активации. Неприятель это заметил.

* — говорит на русском

## Конец игры - Лирическое отступление

Было довольно странно, что активация устройства для меня сопровождалась очередным "замедлением времени". Обычно данная особенность проявлялась, когда происходили какие-либо стремительные события, и пусть я не всегда мог воспользоваться данной особенностью, но, по крайней мере, мог рассмотреть происходящее во всех подробностях. Данный случай был необычным даже не столько фактом своего наличия (замедление времени — очень странная особенность) сколько тем, что я увидел то, что не должен.

Может мне показалось, но тогда я был уверен, что увидел в углу поля зрения находящуюся среди различных плат и проводов "электромагнитную бомбу" что сейчас заложена в "Садах Эквестрии". Я даже различил панель с, высветившийся зелёными буквами, надписью на русском: "ВЗВЕДЕНО", и то, как эта надпись изменила свой цвет на угрожающе красный. В прошлом Сулик мне объяснял особенности работы устройства — красный цвет служил индикатором того что устройство настроено на "немедленную" активацию. Если увиденное не галлюцинация то я могу быть рад — сигнал прошел. Примерно через тридцать секунд "Сады Эквестрии" превратятся из высокотехнологичного достижения минестерки Твайлайт Спаркл в груду металлолома. Дожить бы до этого момента.

Лаенхарт обещал убить меня за двадцать секунд, и заметив что я активировал прибор, немедленно (ещё до того как для меня время вернулось в норму) принялся выполнять обещание. Злобно скалясь и выдвинув клинки, гулифицированный ночной пегас, оттолкнувшись крыльями, рванул в мою сторону. Я же отпустив в свободное падение уже ненужный детонатор, также бросился в атаку с мечом наизготовку. Ланхарт двигался вверх, я падал вниз — очень символично. Ещё до того, как детонатор упал на золотые монеты, мы, с позволения сказать, встретились.

Мой рубящий удар (замах я произвёл в прыжке) прошёл мимо над головой Лаенхарта. Тот смог увернуться и выставив клинки произвести по мне два колющих удара. Судя по тому, что они прошли мимо моих глазниц, манёвр уклонения можно считать успешным. К сожалению, успех был частичным — другие удары пришлись на брюхо. Конечно я был в бронежилете (драконью кожу клинками не пробить) но тот факт что клинки зацепились за его чехол хорошего не предвещали. Из хорошего было то, что я, будучи земным пони, был более увесист и так что предсказуемо мы продолжили мой курс, ведущий на твёрдый каменный пол. Оказавшись на твёрдой плоскости, я быстро осознал своё положение и, будучи сверху начал отчаянно лупить облезлую морду пока ночной пегас не вытащил клинки из моего жилета. Решение просто бить мне казалось логичным, я был не хилым, а меч слишком длинным, вот только противник был необычным. Получая от меня по морде он даже глаза не закрыл (ну почему я не использовал ауру, как тогда, с алмазным псом?) и вскоре смог освободить свою правую переднюю конечность. Я, заметив это действие, зафиксировал противника в районе плеча и замахнулся для очередного удара. К сожалению, в этот раз уже противник стал использовать особенности своей брони, так что вместо морды мой удар пришёлся на металлический шлем. На этом сюрпризы не окончились и пегас, помогая себе крыльями, совершил обратный перекат, одновременно освободив свой второй клинок. Я же провёл слишком много спаррингов на Мстителе, чтобы позволить так себя прижать, и после обратного кувырка противника я совершил свой обычный кувырок, после которого в слепую сделал удар назад. Судя по звуку удара о метал, удар настиг цель.

Далее я, резко развернувшись, узрел картину лежащего на спине Лаенхарта, который уже начал резко подниматься, и лежащий рядом меч. Понимая что кантерлотского гуля без оружия не убить я, сделав выбор, побежал к оружию, вот только когда я успел его поднять противник также успел подняться. Клишированной паузы в этот раз не было – мы, как в прошлый раз, одновременно рванули навстречу друг другу.

У Лаенхарта два небольших клинка на накопытниках, у меня один большой меч, так что было предсказуемо, что первые секунды я держал инициативу. Длина моего оружия позволяла держать дистанцию, которую я отчаянно пытался сократить. Ночной пегас же, пятясь назад, ловко уклонялся и парировал удары, лишь один удар прошёл вскользь по его броне. Ночной пегас был неуловим, уклоняясь, использовал свою способность летать, производил различные обманные движения и всячески пытался перейти в атаку после моих промахов. В один раз противник не стал уклоняться а, выставив свой правый клинок, парировал мой удар, левой же передней конечностью он ловко выбил меч из моей ауры. Со звоном металла данный клинок упал на каменную поверхность, для меня этот звук был особенно неприятен (я ведь хотел как «маленький комарик»: саблю вынимает и ему на всём скаку голову срубает) но не так как вид того как Лаенхарт задним накопытником после отправил меч в полёт по пещере. Я же проводив меч взглядом, будучи с противником в «близком контакте», произвёл два резких удара по незащищённому брюху гуля, а после провёл ему классический залом с переворотом. Однако «положить на лопатки» способного летать противника несколько сложнее, чем копытного другого подвида (я это понял ещё при первых спаррингах с пегасами на Мстителе) так что вместо переворота получился резкий взлёт. Мне пришлось отпустить врага, чтобы не стать нежелательным пассажиром, которого сбросят на камень.

Противник не очень далеко улетел и, сделав обратную петлю приземлился, застыв на задних ногах в боевой стойке. Находясь в похожей стойке я, глядя на врага, различил, как из его брюха исходит небольшой розоватый дымок. Похоже, ранение, что ему нанесла единорожка в толстовке, ещё не до конца затянулось, пусть от него и осталась лишь длинная царапина. У всех есть слабое место и, похоже, Лира Хартстрингс знала куда бить. Тогда она в «футбольном подкате» прошлась лезвием топорика по брюху Лаенхарта а после била по получившемуся порезу. Хотя она и окончила свою жизнь со свёрнутой шеей, но будет глупо не учитывать её опыт. Мне нужно вспороть ему брюхо, а после «выбить дух». План прост и понятен вот только у меня нет оружия, так что придётся начать сразу со второй части.

Вторую часть я начал нестандартным для себя приёмом – подбежав к противнику я, уйдя в блок, произвёл круговые удары «ногами» по задним ногам противника. Я не надеялся его сбить (противник летающий), только сбить концентрацию. Лаехарт же уклонился уйдя в невысокий прыжок и, наверное подражая мне, также стал наносить «ногами» круговые удары только его целью была явно моя голова. Теперь уже я уклонился я, встав ровно начал быть уже всеми четырьмя. Увы удары не достигали цели, ночной пегас уклонялся и выполнял контр приёмы, я понимая не эффективность, в этот раз целью выбрал то что выше шеи – большая ошибка. Противник, пригнувшись, воспользовался моей неустойчивостью и опрокинул меня на спину. Далее он, невысоко поднявшись в воздух, произвёл крутое пике целью которого была моя голова. От участи раздробленного черепа меня спасла непроизвольная реакция левого переката, с последующим обратным кувырком, совершив который я снова оказался на задних ногах. Далее последовала короткая перепалка, где я всячески уклонялся от клинков (не всегда удачно – на моей морде прибавилось порезов) параллельно колотя облезлую гулифицированную морду. Данный «обмен» окончился тем, что Лаенхарт смог зафиксировать мою правую «руку» и заломить её в полицейском стиле. Я же не просто так провёл на Мстителе столько спаррингов, чтобы позволить так себя захватить и, пятясь назад произвёл обратный удар «локтем» который противник успешно отбил. Я же воспользовавшись замешательством смог освободиться, отделавшись довольно сильным вывихом, но это не страшно – на мне всё быстро заживает, нужно лишь немного времени. Пытаясь выиграть это время я «пяткой» оттолкнул кожистокрылого и, вправив сустав, бросился в атаку – чтобы победить я должен быть агрессивен.

Снова последовал обмен ударами только в этот раз он был более неравным – я с треском проигрывал. Лаенхарт был ловчее и что самое главное – не восприимчив к повреждениям. Его порез на брюхе уже окончательно затянулся, так что мои удары были бесполезны – гулифицированный ночной пегас даже не морщился. Я же был ещё как восприимчив – хотя мой бронежилет был достаточно эффективен и гибок чтобы не стеснять движения. Также заметил, что чисто физически я сильнее, хотя и проигрывал в ловкости, медленнее восстанавливался и летать не умел. Конечно я не собирался действовать в стиле тупого барана (рвануть на пролом) но чтобы победить мне нужно воспользоваться своими немногочисленными сильными сторонами. Сделав данный вывод, я слегка изменил тактику.

В этот раз не последовало очередного манёвра уклонения – я, используя свою ауру, зажал оба вражеских клинка и, используя импровизированные брусья, сильно оттолкнулся, произведя по морде гуля удар правой ногой в прыжке. Тот отлетел на добрых полтора метра, а я, закрепляя успех, продолжил наступать – это было ошибкой. Я, развивая успех, произвёл левый пинок от которого, уйдя вправо, Лаенхарт успешно уклонился. На этом ночной пегас не ограничился и, зажав мою ногу, произвёл круговой режущий удар выше моего «колена». Из получившейся раны кровь хотя и не текла фонтаном, но всё равно выглядело неприятно, хорошо хоть адреналин притупил боль. После такого я скорее рефлекторно начал пятиться назад, хотя и сохранял стойку на задних ногах. Лаенхарт же невысоко поднялся в воздух (буквально в сантиметрах над полом) и с криком «МЕНЯ ОБУЧАЛИ УБИВАТЬ ТАКИХ КАК ТЫ!» продолжил наступление.

Размахивая клинками на передних ногах и периодически крутясь вокруг оси, ночной пегас наносил мне порез за порезом. Я же всячески уклонялся и блокировал удары – не всегда удачно. Из-за этих режущих ударов и неудачных блоков я быстро лишился передних «рукавов». Моя морда также не избежала участи встреч с холодной сталью и сейчас наверняка сейчас выглядит как собранный пазл. Тем не менее я не оставлял попыток контратаковать и после одного удачного блокирования (обоих клинков) произвёл сильный двойной удар прямо по стилизованному под глаз нагруднику. Хотя сам удар был не опасен, но мне удалось оттолкнуть противника. Далее я, действуя нестандартно схватил и потянул Лаенхарта на себя за правую переднюю ногу — используя данное ускорение сильнее обычного вдарил по облезлой морде. На несколько секунд кантерлотский гуль был обескуражен, по крайней мере, шатаясь и махая клинками, он пропустил то, как я зашёл ему за спину. К сожалению, развить успех, свернув противнику шею, мне не удалось – когда я применил ауру на шее гуля, тот развернулся «на пятке» и, выставив коготь на сочленении крыла оставил на моей щеке очередной порез.

Теперь уже я был обескуражен, а Лаенхарт закрепляя успех, рванул ко мне на ближнюю дистанцию и, взяв меня под плечо провёл на мне приём греко-римской борьбы с опрокидыванием «на лопатки». Далее он, не поднимаясь с пола, произвёл колющий удар, целью которого был мой глаз, но я, уклонившись и уперевшись на правую «руку» сильно ударил задней ногой прямо в незащищённое брюхо (на брюхе были лишь ремни остальной брони). К сожалению, в этот раз выброса газа не последовало (порез затянулся) но мне удалось отбросить врага.

Как ни странно в дальнейшем мы будто прочитав мысли друг друга не бросились в очередную атаку, но данный «time out» был насыщен атмосферой взаимной ненависти. Примерно десять секунд (скорее всего меньше, но время для меня ощущалось по-другому) мы исподлобья злобно смотрели друг на друга. Лаенхарт выглядел как оживший труп но уверен, что и у меня видок был не лучше – морду сильно жгло, левая задняя нога болела особенно сильно, да и тот удар с проворотом что Лаенхарт нанёс мне, спрашивая «ГДЕ ДЕТОНАТОР?», также давал о себе знать. Тем не менее я ещё сохранял ясность ума и отчаянно думал: как убить того кто не умирает?

Ответ очевиден – отсечь голову (так в прошлом погиб Стилхувз), вот только у меня нет оружия, а противник очень силён. Серьезно – гулифицированный в кантерлотского гуля, ночной пегас казался неуязвимым. Создавалось впечатление, будто он всегда находится под действием лечебных зелий — то, что на мне заживает за три часа на нём зарастает за три секунды. Вот только не нужно паниковать и думать что враг непобедим. Я недавно смог убить дракона и с этой копытной помесью Бэтмена и Джиперса Криперса справлюсь, нужно лишь что-нибудь придумать.

Если у меня нет оружия, то нужно использовать подручные предметы что есть в пещере. Вообще-то я уже так поступил когда из кучи сокровищ взял меч – это решение себя не оправдало, нужно что-то другое. Тут меня «осенило» — я обратил внимание на множество костров зелёного пламени (туман из повреждённого морозильника не смог потушить драконье пламя), что повсюду были разбросаны по пещере. Гоняясь за мной Спайк палил во все стороны и это можно использовать — вряд ли кантерлотский гуль ещё и несгораемый. Данное озарение будто придало мне второе дыхание – боль притупилась, а также переключила мой разум для ответа на другой вопрос: Почему устройство всё ещё не сработало?

Сулик говорил, что при немедленной активации задержка будет от тридцати секунд до одной минуты, мы же дерёмся минимум три. Неужели сигнал не прошёл? Или устройство неисправно? Потом буду над этим думать, сейчас у меня другая проблема, которая вот-вот броситься в атаку.

Данное «вот-вот» не заставило себя ждать. С открытой пастью, скаля зубы как граф ОтоДракула, Лаенхарт невысоко паря рванул в мою сторону подобно арбалетному болту. Я же не стал ждать своей участи или позорно убегать поступил похожим образом, с поправкой, что летать я не умел. Наверняка это было специфичным зрелищем. Конечно, со стороны могло показаться, что у меня нет шансов, но это не так. У меня был план – устроить Лаенхарту аутодафе.

Мчась друг на друга мы оба даже не думали тормозить. Противник рассчитывал на свою скорость и наличие оружия, я на своё превосходство в физической силе и весе. Мои ожидания оправдались в большей степени. Получив очередной порез на морде, я смог взять противника в «стальные объятья» утопив его второй клинок в своём броннике. Его второй клинок зафиксировал нестандартным для себя способом – я зажал переднюю ногу гуля в своей пасти. В таком положении я продолжил движение. Идти на задних ногах с брыкающейся тушей было очень неудобно, но мне не привыкать делать странные поступки.

Теперь всё решали секунды. Успею ли я добежать до костра до того как кожистокрылый поймёт что к чему? Не успел. Лаенхарт быстро сориентировался и, пытаясь откусить мне ухо, начал отчаянно махать крыльями. Его усилия не заставили себя ждать – через секунду мы сменили курс на противоположный паря над каменным полом. Мне не очень нравилась перспектива быть сброшенным в костёр (да и на камень когда мы наберём высоту) так что я быстро разжал объятья. Тут для меня случился очень неприятный факт – клинок «охотника за привидениями» застрял в моём бронике, так что вместо падения на все четыре я неуклюже повис. Конечно, чехол бронника был не настолько прочным как драконья кожа и вскоре лезвие клинка сделает своё дело, но на это нужны секунды, которых у меня не было.

Судя по ухмылистой улыбке Лаехарт понял, что к чему. Я в буквальном смысле повис на лезвии его ножа, он может убить меня десятком различных способов. Всё что я сейчас могу так это попытаться вынуть лезвие вот только враг не даст мне этого шанса. Что он сделает? Сбросит меня в огонь? Вторым клинком перережет мне горло? Судя по его замаху, он выбрал второй вариант. Жмуриться я не стал, не так я представлял свою вторую смерть (мне представлялось, что меня подстрелят, после чего я умру в падении с «криком Вильгельма», и ли меня убьёт Мелкопипка в стиле «шедевра» турецкого кинематографа*), но раз всё так сложилось то нужно встретить её достойно — с немигающим взглядом.

К счастью (а для многих к сожалению) вскрытие сонной артерии (или проникающего ранения в мозг) не состоялось. То, что этому помешало, не должно было быть для меня неожиданностью, но я всё равно был крайне удивлен, когда через пещеру прошёл разряд от электромагнитного устройства. Хотя задержка оказалась довольно долгой но: лучше поздно, чем никогда – по крайней мере, прибор сработал раньше, чем мне нанесли решающий удар. Сама же «детонация» сопровождалась сильными грохочущими звуками и множеством искр. Я бы их сравнил с работой местных ЭМИ гранат, вот только разряды были гораздо мощнее. Всё помещение пещеры стало похоже на лабораторию Николы Теслы или грозовую тучу – туман усиливал впечатление. Я же почувствовал себя приговорённым к электрическому стулу и, судя по морде Лаенхарта, он разделял мои ощущения.

Предсказуемо мы оба рухнули на каменный пол, корчась от действий разрядов. Электромагнитное устройство, что собрал Сулик, было гораздо мощнее «импульсных гранат», и естественно его работа была более долгой – пока вся накопленная на Мстителе (бывшем Громовержце) энергия не будет использована. Судя по тому, как долго устройство заряжалось, время его работы будет большим, чем у его яблоко подобных аналогов. Данный же момент у меня было смутное чувство времени, но уверен, что мы пролежали добрую минуту а «шоковая терапия» всё не прекращалась. У меня даже (находящийся во внешних карманах бронника) запас патронов совершил непроизвольную детонацию, также сработали сигнальные патроны для ракетницы, так что некоторое время я горел ярче новогодней ёлки. От множества ранений меня спасло то, что мой бронежилет был очень надёжен – я ощутил лишь несильные толчки, а вот от хлопков уши заложило. Но могло быть и хуже. Помимо патронов я взял с собой множество импульсных гранат и одну осколочную. Страшно представить, что бы случилось, если они сдетонировали (корпус гранат сработал как «Клетка Фарадея»?) – броник бы не помог.

Как я мог забыть, что у меня есть гранаты? Совсем котелок не варит. Что я ещё забыл? У меня есть нож! Голова садовая! Я как (нецензурно) бился в рукопашную, а у меня всё это время был нож! Хотя…. Нужно успокоиться и не быть к себе слишком строгим. Я лоботомит (у меня в башке ковырялись), так что не нужно удивляться собственной тупости.

В момент, когда я размышлял о собственных скудных умственных способностях устройство, наконец, прекратило свою работу. Теперь во всей пещере, и возможно за её пределами, вся электроника должна придти в негодность. Судя по тому что свет вырубился ожидания оправдались – Сады Эквестрии сейчас должны быть лишь большой грудой высокотехнологичного металлолома. Однако, несмотря на вырубившиеся освещение пещера не погрузилась в абсолютный мрак. Костры зелёного пламени всё ещё горели и придавали пещере специфичную атмосферу. Для меня же последствия были аналогичны тому когда Лайфблум ударил меня моим же шокером – я остался в сознании но не мог шевелиться. Судя по тому что Лаенхарт лишь смотрел на меня злобным «кошачьим» (из-за свечения в глазах) он разделял моё положение.

— Это была не атомная бомба, — гулифицированный ночной пегас первым прервал затишье, и что странно – его голос был не КАНТЕРЛОТСКИМ. Электромагнитный выброс повредил его звуковой усилитель? Может и его звуковое оружие прекратило работу? Дрожи в воздухе я больше не ощущал.

— Я слегка преувеличил, — параллельно с ответом я отчаянно пытался расшевелиться.

Сейчас между нами происходил очень странный поединок и победит в нём тот, кто сможет быстрее восстановиться. Парадокс в том, что формально мы оба имеем повышенные регенерационные способности, вот только кантерлотский гуль более живуч. Однако в этот раз мои «призрачные» особенности явно побеждали – пока Лаенхарт только начинал дёргаться я уже успел вынуть нож и, будучи пока неспособным, встать на ноги медленно, с ножом в пасти, полз к врагу. Достигнув цели я, не теряя времени, взял нож «по человечески» но так и не смог осуществить задуманное. Лаенхарт успел восстановить над собой контроль и, выставив блок, отвёл удар. Далее он, не вставая со спины, ловко выбил клинок и уже сам бросился в ножевую атаку — теперь уже я ушёл в оборону. Примерно минуту мы перекатывались по полу в положении «куча мала» или «кошачья сцепка» — противник пытался меня прирезать, я этому отчаянно сопротивлялся. Окончились данные обнимашки тем то я всё же смог оттолкнуть противника и в обратном перекате встать на ноги.

Может в данной ситуации было бы разумней продолжить рукопашную, но я решил: что без оружия Лаенхарта не убить – и вместо того чтобы воспользоваться форой отчаянно пытался найти брошенный нож. Увы – это было невозможно в такой темноте, а вот ночной пегас не просто так называется ночным, так что его пауза в наступлении была более обоснованна. Пока я в темноте и тумане безуспешно искал оружие кожистокрылый с негромким хлопком, поднялся в воздух. Для меня в этом не было ничего хорошего и вскоре я ощутил почему.

Будучи ночным животным Лаенхарт был в своей стихии и, уходя в пике, наносил мне один режущий удар за другим. Я даже не сразу понимал, с какой стороны меня атакуют и чувствовал себя …. Даже не знаю как выразиться – как персонаж одной из серий Ералаша, когда школяр, погоняв чёрного кота (я кошек люблю хоть и не умею их готовить), поставив портфель, разбил в подъезде лампочку; Далее он, выйдя на улицу, услышал вопрос «А портфель?» и, возвращаясь назад в тёмный подъезд, понял, почему не нужно бить лампочки, а кошек не нужно обижать (https://youtu.be/2ABbFeGemOI?t=84). Для того персонажа всё окончилось больничной койкой, для меня же вообще всё окончиться если ничего не придумаю. Увы, но котелок вообще не варил – я лишь безуспешно пытался предугадать направление удара, но даже если угадывал, то это не спасало. Я, получая порез за порезом, окончательно выбился из сил. Лаенхарт это заметил, так что его очередной заход был не режущего, а ударного действия после которого я, лёжа на спине, был прижат к каменному полу.

— Ты ведь не станешь бить лежачего? – с учетом, что ранее я сам полз с ножом к лежащему, данный сарказм был крайне неудачен.

— Тебе не будет пощады, — хриплый голос гуля даже в не КАНТЕРЛОТСКОЙ обработке звучал угрожающе.

Договорив ночной пегас поднял свой клинок для решающего удара, я же придал своей морде максимально счастливое выражение – всегда хотел умереть с улыбкой на … морде. У кого-то в подобные моменты должна была вся жизнь промелькнуть перед глазами, со мной такого не было, но не могу сказать что перед моими глазами ничего не мелькало. Позади Лаенхарта я различил тёмный силуэт копытного, что на задних ногах (с каким-то длинным предметом в передних) бесшумно подкрадывался к ночному пегасу.

Очень скоро в тусклом свете зелёного костра я опознал «крадущегося тигра». Точнее это был зебра (я уж думал он — копыта отбросил), но в данный момент травоядный выглядел как хищник. Зебра, тигр – оба полосатые. Серьезно – будучи гулем, внешне Сулик не выглядит угрожающе. С лысой башкой и плешью на шкуре он больше походил на дряхлого старика, чем на зомби или демона. В данный момент Сулик был сам на себя не похож. Конечно, по критерию криповости, Лаенхарту он сильно уступал, но всё равно — видок у него был жутковат. Особенно сильно данное впечатление усиливал цвет его глаз. Даже в этом полумраке мне было видно, что белок его глаз был неестественно красным. В дополнение к этому из его ушей «текли кровавые ручьи» как при баротравме. На этом фоне я не сразу обратил внимание на оружие, с которым Сулик подкрадывался, хотя данная алебарда (как в фильме про меняющего профессию Ивана Васильевича – что застряла в машине времени) была довольно заметной. Нёс он её в перевёрнутом виде – топором вверх, колющим вниз, и вскоре я понял почему.

Удар в район плеча (конечности которой Лаенхарт на меня замахнулся) колющим концом легко пробил броню ночного пегаса – из получившегося отверстия тут же повалил розовый дым, хотя Сулик ещё не вынул своё оружие. Далее гуль зебра орудуя алебардой как багром оттащил другого гуля и, вынув острый конец бросился в атаку.

Я не стал следить за подробностями данного поединка. Даже моего скудного ума было достаточно чтобы предсказать его исход – гулю обыкновенному ни за что не удастся победить гуля кантерлотского. Я должен помочь своему прогнившему полосатому напарнику, вот только что я могу? В данный момент я был «обессилен и обескровлен» что даже подняться не мог. Конечно, я быстро восстанавливаюсь вот только у меня нет этого времени. Тем не менее, я не стал отказываться от своего плана и тактики – нужно найти нож и вспороть голо и брюхо Лаенхарта. С данной мыслью стал быстро осматриваться в поисках упавшего ножа – в отличие то прошлого в этот раз поиски были недолги и успешны. Нож был совсем рядом нужно лишь немного подползти и потянуться.

Параллельно с добычей оружия я краем глаза всё же следил за поединком двух гулей – представителям разных стран, и Эквестрия явно побеждала. Алебарда с переломанным древком лежала в стороне, Лаенхарт уверенно наступал, а Сулик со снятыми передними белыми тапками отчаянно уклонялся и парировал удары. Судя по приёмам зебры, наши спарринги, прошли не зря, но всё равно некоторые удары он пропускал и на полосатой морде гуля появлялись дополнительные красные полосы. От всего этого у меня, наверное, случилась адреналиновая передозировка, по крайней мере, я слишком чётко ощущал, что мои раны затягиваются быстрее обычного, однако силы возвращались не так быстро, так что я всё ещё двигался ползком. Дерущиеся же меня вообще не замечали, так что момент, когда Лаенхарт заставил полосатого отступить к моей туше можно назвать удачной случайностью. В данный момент я уже успел взять нож, но ещё не до конца восстановился, чтобы броситься в бой, однако надеялся, что к моменту когда доползу у меня появятся силы а Сулик будет всё ещё жив.

Двигаясь по пластунски я про себя отметил что Лаенхарт учёл что в поединке со мной удары в туловище были мало эффективны. По крайней мере, бронник гуля-зебры был мало поврежден, а вот его конечности и морда резали глаза множеством красных полосок. Также, ночной пегас не стеснялся применять классические пинки, держа полосатого на удобной для себя дистанции. На всё это Сулик отвечал лишь приёмами классического бокса которые были совершенно неэффективны. Уверен, что полосатый это понимал – он тянул время, ожидая от меня помощи. Я должен успеть. Увы — не успел.

У меня силы так и не появлялись, а вот ночной пегас, похоже, вообще был не знаком с понятием усталости. В момент, когда я только начинал подползать он, совершив обманное движение, попытался применить оба своих клинка, на этот раз как колющие оружие. Однако Сулик не попался на эту уловку и, выставив блок, остановил оба клинка буквально в пяти сантиметрах от своей туши – один клинок был у глаза второй в «районе печени» где у жилета небольшая брешь. Лаенхарту было известно это слабое место. Недавно (когда он меня допрашивал) он уже вонзил мне нож в данную точку. Конечно, это не смертельно, но хорошего мало. Тем не менее, я, думая о хорошем, медленно приближался к замершим в жуткой паузе гулям и тут для меня (скорее для моего напарника) случилось неприятное – меня наконец-то заметили. Сулик заметив мою ползущую тушу, слегка отвлёкся и Лаенхарт не простил такой ошибки. Пользуясь полусекундным замешательством, он всё же смог протиснуть свой клинок в ранее упоминаемую брешь, откуда тут же ручьём потекла кровь. Но этого ему показалось мало, он, удерживая гуля зебру в стоячем положении нанёс ещё два колющих удара, а после буквально поднял его на ножах над полом. Сулик же всё это время был в сознании, но смотрел на меня немигающим взглядом с выражением морды: просьба о помощи. С данным выражением он плашмя упал на каменный пол. Увиденное подействовало на меня не хуже разряда дефибриллятора – у меня будто открылось второе дыхание.

Обретя силы я, встав на ноги и глуша свои шаги, быстро сократил расстояние до цели. Находясь у противника за спиной, я поначалу хотел провести классический захват с последующим режущим ударом ножа в горло, но оказался от данной затеи – противник необычен и с ним такое не эффективно. Вместо этого я, беря пример с врага заметил слабое место во вражеской броне и немедленно воспользовался данным открытием – с размаху воткнул нож в район бреши в броне, где из спины Лаенхарта растёт кожистое крыло. Расчёт оправдался – я не вынул нож, но из пробоины всё равно начал исходить розовый дым. Попытки же кожистокрылого взлететь не оправдались – нож мешал и не думаю, что он сможет туда дотянуться. Однако дезорганизация была недолгой – противник, быстро сориентировавшись, произвёл круговой удар клинком. Могло сработать, но я ожидал чего-то подобного и, поставив блок после захватив правую переднюю ногу, применил всю свою лошадиную силу земного пони. Опорная конечность гуля не выдержала такого напора и сломалась под самым неестественным углом, но я не остановился на достигнутом. Видя накопытник с выдвинутым клинком, я направил холодное оружие против его владельца, воткнув клинок в горло Лаенхарта. Однако тот не растерялся и, используя свои задние ноги, смог меня отпихнуть, а после вынуть клинок из своего горла – из бреши отчаянно повалил розовый газ.

Сейчас видок у Лаенхарта был довольно специфичен и сильно отличался от того что был в начале нашей встречи. Конечно, и сейчас он выглядел, как адский демон, но с источающем газ горлом и правой передней ногой повисшей плетью он был не так страшен. Особенно это подчёркивало выражение его морды, на котором чётко выражалась эмоция паники. Он осознавал, что потерял инициативу и это его пугало. Меня же пугало то, что он может быстро восстановиться так что, не теряя драгоценные секунды, я бросился в атаку.

Будучи фактически без передней ноги и неспособный летать Лаенхарт был уже не так крут, так что было несложно, уклоняясь от клинка, нанести несколько ударов по морде, а далее зайти за спину чтобы вынуть нож — дым из ножевого ранения также был достаточно густым. Будучи теперь с холодным оружием я всё же применил классический захват сзади с последующим опрокидыванием на спину, а после начал наносить многочисленные удары ножом по незащищённому брюху. Из данных ран также вместо крови валил газ но гуль похоже не чувствовал боли и сориентировавшись воспользовался своим вторым не повреждённым крылом чтобы вместе со мной оттолкнуться от пола. Хотя мы подлетели не очень высоко, но всё же упали в небольшом отдалении друг от друга. Хотя встали на ноги мы почти одновременно, но было заметно, что в отличие от меня (твёрдо стоявшего на двух задних) Лаенхарт на своих двоих заметно качался. Похоже, потеря крови, то есть – розового газа, для него не прошла без последствий. Я же не собирался поступать по-джентельменски и ждать пока враг сориентируется и бросился в атаку. В этот раз я убрал нож в ножны – в Лаенхарте и так дырок больше чем в швейцарском сыре, и из гуля «дым» хлещет как из травяного костра. Всё что мне нужно так это продолжить отбивание конины в направлении костра драконьего пламени. Хотя зачем эти лишние манипуляции, у меня есть то, что можно использовать как импровизированный огнемёт.

Я совсем забыл про баллончик с охлаждающим спреем что дала мне Дестини. Сейчас вспомнил – лучше поздно, чем никогда. На земле на таких баллончиках обычно пишут предупреждения об опасности перегрева или контакта с огнём. Не знаю, что за компоненты использовала белая палкоголовая от медицины, но наверняка они также обладают горючими свойствами. Было немного жалко его тратить, но тогда между выбором «лечить или калечить» я выбрал второй вариант. Основываясь на выборе я, заметив и взяв лежащий на полу тлеющий журнал (что-то подсказывало, что в прошлом это был драконий комикс – на обложке можно было различить как-то бешенную копытную с зелёной растительностью на голове) достал баллончик. Далее поднеся к баллончику тлеющую бумагу, я нажал на клапан.

Ожидания частично оправдались – спрей действительно оказался горючим. Попытка Лаенхарта укрыться от струи зелёного пламени была просто жалкой, вот только на таких баллончиках не просто так пишут: беречь от огня. Я смутно помнил, как его разорвало но, судя по тому, что я, держа его «на расстоянии вытянутой руки» не сильно пострадал можно сделать вывод что моя «аура» отразила от морды часть огненной волны, остальное поглотил бронежилет. Хотя можно сказать что «всё обошлось» но в будущем нужно думать о последствиях, прежде чем проявлять «изобретательность». Мне снова вспомнилась фраза, что говорил мой учитель ОБЖ: кто играет с огнём тот в нём и сгорит – я чуть не сгорел после «игры». Нужно заканчивать с такими играми.

Похоже, что в этот раз мне придётся действовать по старинке: меньше думать – больше бить. Возвращаюсь к старому плану – дерясь в рукопашной, оттесняю противника к ближайшему очагу пламени. Если бы я так и поступил, то всё бы прошло хорошо, вот только я совершил нетипичную для себя ошибку.

Боксируя я уверенно гнал гуля в нужном направлении (говоря про себя: Веньямин, пора в камин) но, войдя в раж, стал действовать не всегда адекватно. Часто вместо того чтобы теснить я просто сбивал Лаенхарта с ног, то что он быстро вставал меня всё больше злило – мне хотелось чтобы он упал и больше не вставал. После очередного такого падения напротив шкафа с шарами памяти я решил использовать особенности местности и с криком «**Я не закончил!» прыгнул на угол шкафа, заставив тот упасть в направлении лежащего противника. Тот даже будучи тяжело раненым, оказался достаточно проворен, чтобы уклониться от массы железа и сферического стекла. Меня такая картина окончательно вывела из себя и в очередной раз, отправив Лаенхарта в нокдаун, я, будучи в ярости и уверенным в своём превосходстве, прижал лежащего противника и начал методичное отбивание его гулифицированной морды. В этот раз Лаенхарт не стал использовать обессиленное крыло. Вместо этого он здоровой передней ногой воткнул мне свой клинок прямо в голову. Вряд ли это был такой план, но мне от этого не легче. К счастью из-за потери (крови) газа, зрение и координация движений ночного пегаса была нарушена, так что вместо виска или горла клинок попал мне в щёку. Это было не смертельно, но очень болезненно – клинок, войдя мне в правую щёку прошел, насквозь выйдя с другой стороны морды порезав при этом язык. Вынув нож я попытался произнести известное ругательство, но вместо этого просто залил морду гуля собственной кровью.

Теперь у меня окончательно поехал рассудок. Я забыл о своём плане устроить «рыцарю ада» аутодафе, мне хотелось убить его собственными «руками». Я был как отбойный молоток. Всё бил, бил, бил, будучи в состоянии аффекта. Не защищённая шлемом гулифицированная морда всё больше теряла свою форму, а выбросы газа всё не прекращались. Лаенхарт не умирал, но был без сознания. Чтобы его убить без использования посторонних предметов мне нужно оторвать ему голову или…. Лаенхарт ведь смог на моих глазах убить кантерлотского гуля. Тогда он просто свернул Лире Хартст…. какая-то там, шею. Вспомнив данный момент я, приподняв защищённую шлемом голову, провернул ту на сто восемьдесят (условно) градусов – хруст был громким.

Наконец-то с ним покончено – это было тяжело и странно. Серьезно, бой против Лаенхарта можно описать примерно так. Лаенхарт меня побеждает, но перед тем как меня добить ему кто-то мешает, после чего он убирает помеху и снова принимается за меня. Я, в моменты когда у противника появляется новая проблема, жду своего неполного восстановления и, учитывая предыдущий опыт, бросаюсь в бой. Произошедшее даже можно сравнить с ранними электронными развлечениями, где игроку давали «три жизни» — мне пришлось использовать все три. Но в итоге антигерой всё же победил героя, добро проиграло нейтралитету, призрак справился с тем кто на призраков охотится. Увы, но мои союзники оказались менее удачливы. Сейчас «спецагент Мятная» лежит где-то в тёмной пещере со свёрнутой шеей. Старичок Сулик был вообще поднят на ножи, хотя ... Я не видел, чтобы его пырнули в жизненно важные части тела. Может он ещё жив, если не умер от потери крови. Нужно его найти, или хотя бы его вонючий труп. Приняв данное решения я, пытаясь встать на ноги, понял, что адреналин начал (удивительно быстро) прекращать действовать – мне хотелось упасть и заснуть долгим сном. К счастью разум оказался сильнее данного желания, и я всё же нашёл в себе силы подняться и, сориентировавшись выбрать направление, где должен находиться Сулик. Не быстрым шагом я начал движение, какого было моё удивление, когда меня остановили.

— Стой! – голос был знакомым, «старческим», скрипучим. — Он не мёртв! Добей его!

— Жива?! – неожиданный даже для меня ответ, который одновременно являлся риторическим вопросом так и не был произнесён. Вместо этого я издал невнятное мычание вперемешку с выбросом крови – разрезанный язык давал о себе знать но, похоже, Лира поняла, что я имел ввиду.

— Разумеется, и он тоже! – прокричала единорожка в толстовке, одновременно светя жёлтым светом из своего отростка на башке. Судя по её виду (была в том же положении тела, в котором её оставил Лаенхарт) она парализована, хотя может говорить и использовать магию.

Данное открытие многое меняло. Сколько мы дрались? Десять минут? Меньше? Примерно за столько Лира пришла в сознание. Нет сомнений, что и ночной пегас также скоро проявит признаки жизни, хотя… Единорожка, которой свернули шею, выжила, но сейчас неподвижна – её голова живёт отдельно от тела. Скорее всего, придя в сознание, Лаенхарт также будет в положении Стивена Хокинга, но лучше не рисковать. Я знал, что должен сделать, и быстро понял, что не могу. Может после всего пережитого это звучит странно, но я не мог так просто бросить кожистокрылого копытного в огонь. Я же не инквизитор, хотя и не гуманист. Я не могу просто бросить его в пламя как какого-то жадного еврея. Нужно что-то придумать, а пока мне придётся волочить этот мёртвый груз.

Волоча Ленхарта за зашкирок я сперва подстраховался и, найдя в его подсумке единственную болу связал его по всем четырём ногам, отчаянно вспоминая как сам был связан аналогичной болой. Также без внимания не остались и клинки на накопытниках – их я обезвредил, используя золотые монеты, что повсюду были раскиданы в этой «пещере Али Бобы». Двух монет на каждый клинок оказалось достаточно, чтобы заклинить механизмы. Видок у получившегося результата оказался ещё тот, в смысле – ненадежен, поэтому я и волочил сросшегося со своей бронёй копытного, будучи готовым, воткнуть нож ему в горло. К счастью далеко волочить не пришлось – Сулик быстро нашёлся. Вид у него был изрядно потрепан, но факт наличия рядом пустой бутыли из-под лечебного зелья навевал оптимизм. Вскоре оптимизм подтвердился.

— Мы победили, — произнёс гуль зебра хриплым обессиленным голосом, а после (подобно персонажу комиксов Джокеру) засмеялся истеричным смехом. Хотя смех был заразителен, но больной язык присёк мои попытки присоединиться к «веселью». В данное «веселье» прервало то чего я ожидал и опасался – очнувшийся Лаенхарт тут же вцепился зубами мне в левую заднюю ногу – нож в горло его успокоил.

— Ты взял его в плен? – вопрос гуля зебры был понятен, но я не смог на него ответить, только невнятно промычать плюясь кровью, — Эмм – я тебя не понял, — я снова замычал указывая на пленника, — Что? Почему так тихо? – задавая вопросы Сулик поднимал и опускал уши. — АААААА!!! ТИШИНА! Я – ОГЛОХ! ААААА!!!

Этого ещё не хватало. Как объяснить глухому, что я немой? Незавидное у нас положение, хотя с другой стороны – это справедливо. Недавно я прострелил глаз одноглазому, а в туннелях гончих Сулик сунул ствол дробовика в пасть одноглазой собаке — натянутая ирония. Честно говоря, нужно смотреть на ситуацию с хорошей стороны. Мы живы, выполнили задание, а про то, что больше не можем говорить и слышать, можно сказать что «легко отделались» — Лира вообще парализована. Уходя нужно про неё не забыть – на этой мысли единорожка напомнила о себе:

— Чего ты с ним таскаешься?! Он убивал подобных тебе ещё до падения бомб, и нас бы не пощадил! Убей его!

С ней было сложно не согласиться – Лаенхарт действительно не стал бы брать пленных, но я решил не выполнять её предложение. Вместо этого, заметив лежащую рядом алебарду со сломанным древком и вспомнив, что в пещере находится мёртвый дракон, принял другое решение – связать Лаенхарта покрепче. Конкретнее, взяв «топорище» направился к головной части Спайка и, выбрав место у основания морды начал рубить его тонкий, но очень длинный язык. Это было неприятно, даже чисто психологически – у меня язык тоже был порезан. Хотя чисто технически это было несложно – драконий язык оказался не таким прочным как драконья шкура. Далее я замотал ночного пегаса в этот «пожарный шланг» — теперь Лаенхарт стал похож на хот-дог.

— Ты действительно лоботомит? – Лира прервала мои мысли об американском фастфуде. — Его нельзя оставлять в живых.

На риторический вопрос я ответил положительно, если бы мог говорить, со вторым аргументом также было сложно не согласиться, и я бы выполнил просьбу, если бы не встал новый вопрос – вопрос морали. Нет сомнений, что на моём месте Лаенхарт не стал бы задумываться об такой мелочи, да и мне, учитывая мой род деятельности, было как то стрёмно над этим задумываться. Я чувствовал себя … даже не знаю, как выразиться – офицером вермахта, а не палачом. Неудачное сравнение, но мой переживший лоботомию мозг смог придумать только такую аналогию хотя стрёмно сравнивать себя с этим вы…ом российского кинематографа. С другой стороны то, что мой противник сам жестокий убийца делало выбор более лёгким – нет сомнений что, оставшись в живых Лаенхарт убьет ещё многих и есть шанс, что я буду одним из них. Причём местные власти эти убийства полностью оправдают как нужные и полезные. Серьезно, то, что я сравнил Лаенхарта с Бэтменом, удивительно точно показывало его роль в этом мире. Разница лишь в том, что герой комиксов боролся со злом, чётко следуя принципу «не убивать» (вообще-то в ранних выпусках ещё как убивал), Лаенхарт же был свободен от данной, да и вообще каких либо рамок. Даже иронично и немного смешно, что я, будучи злодеем, загоняю себя в рамки.

Мозг говорил мне убить мышекрылого, а то, что называют сердцем, прямо противоположное. Убивать ли местного Бэтмена и мучиться со своей совестью, или оставив его в живых мучиться от последствий? Выбор был сложен и затрагивал вопрос нравственности в этом безнравственном мире. Ранее я уже делал подобные выборы. Первый раз сделал выбор сам, отпустив Вельвет Ремеди, второй раз я доверил выбор монете и результат мне не понравился. Похоже, мне придётся вновь довериться случаю – поступить с местным Бэтменом в стиле Двуликого. Честно говоря мне и сейчас это не нравилось, не столько из-за того что я собирался кого-то убить сколько из-за того что я сам сравнивал себя с Двуликим. Из антигероев мне больше нравился образ Джокера, вот только моё чувство юмора хромало, хотя сейчас моя изрезанная морда имеет выражение джокеровской кровавой улыбки.

— Может ты победил меня, но не Эквестрию! – очнувшийся «Бэтмен» прервал мои «философские» размышления. — Мы знаем кто ты, твои особенности и слабости! Тебя всё равно найдут и покарают! Ни сегодня так завтра, не я так кто-то другой!

Хотя мне было, что ответить, но порезанный язык был не способен выполнить свои функции, так что свои дальнейшие действия я выполнил в абсолютном молчании. В этом даже был небольшой шарм, и я решил это использовать, для полноты картины глуша шум своих шагов.

Бесшумным шагом я подошёл к пленнику и почти механическим движением поднял одну из множества валяющихся в пещере монет. Многие из них были оплавлены с одной стороны драконьим пламенем, и эта не была исключением – ещё одно сходство с известной серией комиксов. Вращая обгоревшую монету в своей ауре, я показал Лаенхарту обе её стороны. Далее всё решил случай – беспристрастный, беспощадный, честный. Лира одобрила данный выбор.

Теперь уже я должен сделать выбор – каким образом выполнить решение судьбы. В огонь я связанного бросать не стану, к счастью лежавшая в кармане осколочная граната сама натолкнула на решение. Не знаю о чём думали копытные, создавая гранаты стилизованные под яблоки, но сомневаюсь, что они собирались совать их кому-то в пасть. Уверен, что это уже современное придуманное применение, и я не был его первооткрывателем. В первые я его увидел, когда Сулик и Отем сунули данное яблочко в пасть Беатрикс, потом аналогичная граната побывала в пасти Вельвет, но ещё ранее Мелкопипка убила дракона (броник из шкуры которого я ношу) забросав его пасть данные взрывные шарики. Теперь уже моя очередь «отдать ужин врагу». То как я доставал гранату и изоленту (в связи с предыдущим опытом изолента всегда при мне) Лаенхарт не оставил без внимания.

— Ночная гвардия, тяжёлыми шагами, идёт сметая крепости с огнём в очах! Сверкая боевыми орденами как капли свежей крови сверкают на ме…! — Лаенхарт решил погибнуть без музыки, но с песней – это вызывало уважение. Вот только мне не нравилась данная рифма (в прошлом полковник Отем напевал ее, будучи в наркотическом бреду – это было мерзко) так что «на мечах» я заткнул в совершенно буквальном смысле, а после примотал её изолентой.

Обычно в художественных произведениях на таких моментах персонаж произносит какую-либо пафосную фразу. Я же так не мог опять же из-за пореза на языке, но я мог думать и, вспоминая данные произведения, мысленно перебрал множество вариантов:

Всё Бэтмен – игра окончена, ты проиграл. Лучше бы ты остался дома. Вы играете с огнём ублюдки. Надо было слушаться маму. Я рыцарь летящий на крыльях ночи. I’ll be back. Ты когда-нибудь танцевал с дьяволом при свете бледной луны? Ты недооцениваешь тёмную сторону силы. Я уже говорил тебе, что такое безумие? Кончилась твоя сучья служба. Да просто сдохни уже.

В конце концов, я сделал свой выбор: Вы мне ещё за Севастополь ответите. Не то чтобы мне очень нравился «Брат 2», просто просьба Селестии рассказать как «Америке кирдык» наталкивала именно на этот вариант. Но как описано выше я, будучи немым, оставил мысли при себе и также молча, вынул чеку.

Сулик заранее отбежал на безопасное расстояние, Лире вообще это было по…р, а вот мне пришлось побегать чтобы укрыться за тушей Спайка до окончания задержки. Звук взрыва ничем особенным не выделялся, но Лире были нужны чёткие гарантии.

— Убедись что он сдох, — произнесла всё ещё парализованная гулифицированная единорожка. Я убедился когда рядом со мной упал шлем с гребнем, а после того как дым рассеялся лицезрел «укороченную» тушу из шеи которой исходил розовый дым. Смерть подтверждена.

Теперь дело за малым – мы втроём должны выбраться из пещеры, прорваться через оцепление рейнджеров, добраться до точки эвакуации и собственно говоря, эвакуироваться. После пережитого это не звучало, как что-то тяжелое, хотя мне придётся кое-кого потаскать. Конечно, класть себе на спину ту кто ранее мне удавку на шее затянула было не очень умно, но умом я и не отличался, к тому же вряд ли она желает мне смерти. Вообще она со мной с самого начала еще, когда я и полковник штурмовали "Пенитенциарное учреждение Арба". Тогда она очень помогла, и далее её появление спасало мою шкуру. Я не стану её бросать.

На мыслях о прошлом я погрузил единорожку в толстовке себе на спину – она оказалась лёгкой, хотя если у неё вместо крови розовый дым, то это не удивительно. Удивила меня её просьба сразу не уходить. Я удовлетворил данное пожелание и подождал пока единорог, светя своим отростком как прожектором, указала на участок каменного пола с лежащим пистолетом. Я подобрал указанный предмет, который перед тем как положить в карман тщательно осмотрел. В подобранном пистолете явно угадывался знаменитый Walther PPK с глушителем. В фильмах про Джеймса Бонда английский агент пользовался именно данным продуктом немецкого ВПК. Раз в этом мире большая часть если не всё местное вооружение создалось с оглядкой на Земные прототипы, то нет ничего удивительного что «спец-агент Мятная» пользовалась именно таким оружием – удавка и бесшумный пистолет, хотя тактический томагавк выделялся на этом фоне. Стоило мне только о нём подумать, как я тут же об него споткнулся, к счастью не о режущую часть. Естественно данный непрактично раскрашенный топорик не избежал участи быть подобранным. Подходящих карманов не было, но была брешь в чехле бронежилета, в которую и сунул «рукоятку» топорика – выпасть не должен.

Перед окончательным уходом я всеже остановился чтобы осмотреть пещеру Спайка после моего посещения. Жаль, что я так и не увидел «Сады Эквестрии» но и здесь было на что смотреть — контраст между «до» и «после» был разителен. Всё было раскурочено, куча сокровищ теперь была не такой аккуратной и весь пол был усеян монетами, свет не горел, но помещение скудно освещалось многочисленными кострами драконьего пламени. Сам дракон лежал мертвым с высунутым обрезком языка. Также из его пасти и пустой глазницы пробивались струйки розового дыма. Судя по их напору, давление в туше Спайка продолжает расти и вскоре газ пробьёт большую брешь.

Никто от меня такого не ожидал, я сам такого не ожидал – я буду долго отходить от впечатления того как убил дракона. Полковник Отем будет удивлён и доволен. Если смотреть на произошедшее с иронией то и Спайк должен быть мне благодарен, точнее за тот способ, которым я его убил. Будучи отравленным розовым дымом его туша не представляет какой либо ценности, только угрозу, а это значит, что он не разделит участь своего убитого Мелкопипкой собрата, шкуру которого пустили на бронежилеты. Это плюс – СНС всё равно бы не смогло бы этим воспользоваться, а так хоть у НКР не появятся бойцы в фиолетовой непробиваемой броне.

Закончив с прощальным осмотром, я продолжил движение по каменному коридору. Как ни странно, но и в этот раз мне пришлось остановиться – Лира сказала, что оставила здесь свои сумки и указала светом из дрели на их расположение. У меня и так был на спине груз, так что в этот раз уже Сулик нагрузил свою спину.

Выходя из пещеры, я слишком поздно вспомнил что, по сути, мы находимся в оцеплении и какого же было моё удивление, когда я увидел что опасения оказались напрасны. Не в том смысле, что вход в пещеру блокируется множеством копытных в силовой броне, а тем, что от воздействия электромагнитного импульса их броня стала им тюрьмой. Множество копытных в красной силовой броне могли лишь крыть нас самыми грязными выражениями – это было даже смешно, я бы засмеялся, но не хотелось травмировать больной язык и всё остальное. Особенно это смешно выглядело в сочетании с выражениями на их шлемах – точнее с визорами стилизованными под злобный прищуренный взгляд, а также с неработающими голосовыми фильтрами – теперь вместо суровых прокуренных голосов рейнджеры звучали так, будто надышались гелия. Мы не стали вступать в оскорбительные словесные перепалки и подложили движение.

В момент нашего выхода Солнце уже успело зайти, но ещё не успело окончательно стемнеть, так что был велик риск, что нас могут заметить. Риск оказался ещё более серьезен, когда я различил в небе множество летящих силуэтов, определённо аликорнов. Самое неприятное было то что я весь красный от крови будто в ней искупался, благо что на склоне горы оказалось множество крупных камней за которыми можно было спрятаться, что мы и сделали. Долго дожидаться темноты не пришлось – вскоре мы покинули укрытие и медленным шагом двинулись в направлении «Вечно Свободного леса». По пути я очень опасался патрулей аликорнов, что прямо в полёте светили из своих отростков подобно прожекторам вертолёта, а также размышлял над тем, как много вопросов я задам той кто сейчас лежит у меня на спине.

На данных размышлениях я очень пожалел над тем как потратил баллончик с охлаждающим спреем. У меня столько вопросов, а я не могу говорить, а ведь спрей мог бы решить данную проблему. Но нужно думать позитивней – язык, как и всё остальное, рано или поздно заживёт да и не думаю что Лира в этот раз станет убегать. Довольно иронично, что мы отступаем и при этом я несу на себе Лиру – это какое-то «Лирическое отступление». Неудачная игра слов.

В сравнении с "Операцией Нечистоты", «Лирическое отступление» прошло удивительно спокойно. Мы без приключений добрались до зелёнки и, плутая по лесу (и надеясь, что нам не попадутся дикие животные) к утру всё же смогли найти вход в пещеру с зеркальной лужей. Дело в том, что мы предусмотрели, что после уничтожения Садов НКР будет как разворошенный улей и немедленная эвакуация – слишком большой риск. Основываясь на данном выводе, мы заранее приняли простое решение – переждать там, где ранее НКР нас найти не смогли, там, где мы планировали захват Громовержца, там, где можно найти воду и еду, и ранее упомянутая пещера удовлетворяла всем этим требованиям.

Пещера не сильно изменилась после нашего ухода, даже «наскальные рисунки» сохранились что усиливало чувство дежавю. Тем не менее, мы были рады, что находимся здесь. Сулик тут же побежал в глубь пещеры, ища светящиеся грибы (он был полон надежды, что радиация от грибов сможет вернуть ему слух) я же, уложив Лиру на сохранившуюся циновку, подошел к зеркальной луже, чтобы оценить свою внешность. Увиденное было одновременно страшным, мерзким и жалким. Я решил по мере возможностей исправить это положение – долго промывал раны. Водные процедуры прервала Лира с очень странной просьбой – она попросила снова свернуть ей шею. На мой вопросительный взгляд она ответила, что она парализована лишь из-за того что после предыдущего перелома она находилась в неестественном положении, отчего её позвонки неправильно срослись. Сейчас ей откровенно надоело быть «мёртвым грузом» и она решила, что я смогу её вылечить, используя метод «клин клином». Я не стал отказывать и, выполнив просьбу, аккуратно уложил пациентку. «Лечение» помогло – примерно через десять минут Лира смогла шевелить конечностями, а ещё через пять даже встать на ноги.

Я впечатлился но не удивился столь быстрому восстановлению. Недавно я также проявлял похожие способности, вот только сейчас всё замедлилось. Замедлилось но всё равно шло быстрее чем естественное восстановление — мой язык уже почти затянулся. Хотя я и опасался, что слишком раннее шевеление может негативно сказаться на восстановлении, но всё же решился начать разговор.

— Значит твоё настоящее имя Лира Хартстрингс – довольно сложно произносимая фамилия.

— Поэтому я и назвалась как «Леди Удача» и «Спецагент Мятная».

— Судя по твоему оружию, ты действительно тайный агент, — говоря я, отдал Лире её пистолет.

— Это снаряжение не моё. Точнее, ранее оно принадлежало не мне, но и какой я агент без агентства?

— СНС подойдёт на роль нового агентства? – я решил начать вербовку.

— Подойдёт, но мне не нравится название. Смени его на: «Лира и другие».

— Это вряд ли.

— Другого и не ожидала. Но всё равно буду рада стать новичком в вашем движении сопротивления.

— Новичком? Ты с нами с самого начала и действовала довольно профессионально для агента без агентства.

— Спасибо за сарказм. А если серьезно, то ты угадал, только я была «спящим агентом» а сейчас моё агентство давно расформировано Селестией, за что я её ненавижу.

— Вот это уже интересно, только давай по порядку.

— Это будет долгая история. Тебе краткую версию или в подробностях.

— Лучше в подробностях, но можешь вначале выдать и краткий вариант.

— Краткий – как тебе будет угодно, — сделав вдох гулифицированная единорожка продолжила: — Предрассудки зебр насчёт звёзд хотя и далеки от реальности, но не безосновательны. Само существование этого мира является одной большой шуткой. Осознав данный факт «Благородные Сёстры» попытались это исправить, чем чуть не уничтожили наш мир. Селестия врала, говоря, что призванные были лишь марионетками, и что сами призраки не осознавали факта манипулирования. Призывы подобных тебе начались гораздо раньше начала торговли со страной зебр, и вообще раньше появления самих принцесс. Первые призывы осуществляли те, чья власть гораздо выше, чем у Селестии и Луны, те, кто создал Эквестрию как мир гармонии. Сейчас они «забыли» (это было сказано особым тоном) о нашем мире и «Благородные Сёстры» воспользовались данным фактом.

— Звучит бредово но интригующе, но можешь быть чуть подробней на счёт перемещений между мирами. При всём уважении – мне здесь не нравиться и я хочу попасть назад.

— С этим, увы, я не могу помочь, но я могу сказать несколько неутешительных фактов.

— Эта планета: Земля? — я высказал самое неутешительное предположение.

— Нет, вовсе нет, но для тебя это будет всё равно неприятно. Из-за того кто создал наш мир человечество, и не только оно, отброшено в своём развитии, что бы это ни значило. Однако в прошлом, когда Эквестрия была образцом гармонии, я видела огни в небе, да и в самой Эквестрии находились «следы» инопланетного происхождения. В будущем я узнала то, что на меня произвело впечатление – ранее эта планета принадлежала людям и их союзникам, и её настоящее название "PGS54 B13".

* — https://www.youtube.com/watch?v=lG6_et5SFBI

** — говорит на русском

## Порванная струна - Ненужное знание (часть первая)

Значит "PGS54 B13" — для планет дальнего космоса название вполне … "нормальное"; вот только что оно означает? Учитывая то, какие твари являются здесь доминирующим видом, так и напрашивается сравнение кодировки "PGS" со словом пегас. Вроде существует созвездие с таким названием, или нет? Мне в школе плохо преподавали астрономию. Если версия с кодировкой PGS верна, то очень иронично, что в созвездии Пегаса есть планета населенная пегасами и копытными прочих подвидов. Насчёт В13 у меня также не было правдоподобных версий. Единственное что мне вспомнилось так это термин: Зона Златовласки — промежуток от звезды на котором возможна жизнь.

Не могу сказать, что услышанное произвело какое-то сильное впечатление — учитывая, что мне пришлось "сто раз услышать и один увидеть". "Человечество их союзники отброшены в своём развитии" — не такая уж и плохая новость. На вопрос "Одни ли мы во вселенной?" было два ответа, и оба звучали пугающе. То, что на просторах вселенной у людей нашлись братья по разуму, которые даже стали союзниками, не могло не радовать. Однако раз во вселенной существуют столь могущественные цивилизации, что смогли космос покорить то, что могло их "отбросить"? Что могло заставить людей покинуть данную вполне пригодную для жизни планету? И самое главное — какое к этому имеют отношение цветные копытные? Не поверю, что копытные сами являются космической цивилизацией и, зачистив планету от её владельцев избрали ту своим домом — столь странный местный уровень технического развития, а также призывы подобных мне не вписываются в эту версию. Или владельцы планеты сами вывели копытных искусственным путём – ещё более бредово. Хотя зачем гадать, даже не на кофейной гуще — мне и так всё расскажут. Как удобно, что двухсотлетняя палкоголовая вызвалась рассказать "свою" версию. Вопрос лишь в том — насколько услышанное будет правдой, и, как мне эти воспользоваться?

— Угадала? — Лира прервала мои размышления. — Тебе не понравилось услышанное?

— Конечно угадала, — я говорил максимально саркастично. — Во время как наши космические корабли, бороздят просторы вселенной, я здесь находясь в шкуре этого копытного техно-фетишиста, занимаюсь тем за что на Земле мне обеспечен электрический стул, — так как этот мир показался мне похожим на США (созвучность с названиями городов, язык, география) то я для понятливости решил упомянуть это любимое американцами изобретение.

— Считаешь что счастье в неведении? Я раньше тоже так считала.

— Вовсе нет. Продолжай, то есть — начинай. В далёкой, далёкой Кабардино-Балкарии, то есть, Галактике. Считается, что такие рассказы нужно начинать с данного предложения.

— Тогда ещё раз разочарую. Я собралась начать со своего детства, когда ещё не знала что эта галактика не столь велика, — с данных слов Лира начала очень долгий (растянувшийся на несколько дней) рассказ о своей жизни и истории этого мира. Пожалуй для этого рассказа термин "Лирическое отступление" был бы более подходящим. Как и обещала, Лира начала со своего детства.

Ещё не имея кьютимарки, мятно зелёной Кантерлотской единорожке начали сниться странные сны. В них она видела: города из стеклянных башен что достигали небес, необычно странную Луну на которой также были города (из-за них Луна светилась даже днём), прочие достижения промышленности и экономики. Однако некоторые видения её по-настоящему пугали — в одном из них единорожка видела, как космический аппарат смог влететь прямо внутрь звезды и, оставив там какой-то прибор, смог буквально за несколько часов заставить звезду стать такой большой и горячей что она сожгла все миры рядом. Также ей снились и более ранние периоды истории Земли, в том числе и те когда преимуществом пользовался гужевой транспорт — вот такие видения ей нравились больше. Но Лире были интересны не те отдалённо похожие на пони животные, её интересовал единственный разумные представители другого мира — странные двуногие обитатели. Её пугал и очаровывал их вид, их быт, да и всё что с ними связано. На фоне увиденного цивилизация пони была просто отсталой. Естественно единорожка записывала и зарисовывала увиденное, но её родители отрицательно относились к данному творчеству. Они считали данные видения детской фантазией, что отвлекала молодую Лиру от действительно важных дел. Может данный фактор повлиял на их выбор школы, а может и нет, но они решили отправить Лиру в специальную начальную школу для единорогов с уклоном в изучение магии.

По "счастливому совпадению" она училась в одном классе с будущей минестеркой и элементом магии Твайлайт Спаркл, но тогда её высокая успеваемость не казалась чем-то выдающимся — её соседка по парте, некая Мундэнсер, лишь немногим ей уступала. Сама же Лира была далеко не лучшей ученицей и учёбе предпочитала общение с подругами. Особенно она сдружилась с синей единорожкой Менуэт — она единственная кто не смеялся над рассказами Лиры о своих "видениях" и теорий других миров.

Тогда, в детстве, видения казались Лире просто интересной забавой, но после получения кьютимарки она решила заняться этим всерьёз. Дело в том, что именно в видениях она впервые увидела тот предмет, что стал её меткой судьбы, и по своей конструкции он совершенно не подходит тем, у кого четыре опорные конечности. Заметив эту странность Лира непроизвольно стала замечать и всё остальное. Все без исключения: бытовые предметы, объекты архитектуры, достижения промышленности (паровозы, дирижабли и прочее), художественные произведения (музыка, живопись) были либо прямыми копиями либо созданы на основе достижений другой цивилизации. Порой в этих наблюдениях был замечен полный абсурд — чашки с ручкой, круглые дверные ручки и прочие предметы, что явно созданы для тех у кого есть руки. Не для минотавров же всё это создавалось?

Увы, кроме Лиры, никто этого не замечал и даже не хотел обсуждать, Лишь Менуэт заинтересовалась обычаем людей используя специальную щётку, чистить внутреннюю полость головы. Вообще-то пони был известен данный способ чистить зубы, но в мире магии он был не актуален — у единорогов была магия и заклинания чистки, а пони других подвидов не могли удерживать щётки в своих топталках. Однако Менуэт данный способ чистить зубы сильно заинтересовал, так что к радости Лиры она расспросила обо всех подробностях — рассказанное сильно повлияло на будущую судьбу Менуэт. Повзрослев она выучилась на стоматолога, но не стала работать по специальности, вместо этого она начала продвигать по Эквестрии зубную пасту собственного производства. Предсказуемо её "малый бизнес" потерпел фиаско — всего чего она добилась так это заработала себе кличку Колгейт. Дело в том, что ей понравилось сказанное Лирой название "выдуманного" бренда, который она не стесняясь скомуниздила. Хотя это не помогло продвинуть товар, но прицепившиеся кличка звучала вполне нормально в сравнении с настоящим именем Менуэт, так что она не обижалась, даже наоборот — была рада.

Однако сама Лира была отнюдь не рада тому как у неё складывается жизнь. Имея весьма средние способности к магии она, получив аттестат, решила не продолжать учёбу и вообще покинуть Кантерлот. Не то чтобы ей не нравилась столичная жизнь просто с её образованием и кьютимаркой Лире была уготована участь роли "живого оркестра" в каком ни будь местном ресторане, где она бы играла обеденные мелодии для палкоголовых снобов. Считая, что она выше этого Лира решила переехать в небольшой город Понивиль. Данный вариант казался идеальным — город близко к столице, но считается провинциальным с уклоном в сельское хозяйство. От туда легко добраться до Кантерлота чтобы навестить родственников и подруг, но нет снобов что даже ходят задрав голову. Лира считала, что там оценят её музыкальные таланты и ожидания оправдались.

Прибыв на место она быстро сдружилась с местной кондитершей — земной пони представившейся именем Бон Бон. Её конфетный магазин не выдерживал конкуренции с "Сахарным Уголком" принадлежащим семье Кейков однако Бон Бон не закрывала дело, считая что её талант готовить конфеты рано или поздно привлечёт клиентов. Товар магазина Бон-Бон был действительно качественен, он не пользовался популярностью из-за сварливого нрава хозяйки, но услышав игру Лиры земная пони быстро поняла что может смягчить её нрав и привлечь клиентов. Поначалу Лире не понравилось данное предложение, так как она считала, что это аналогично работе "живого оркестра" но всё же решила занять данную вакансию, чтобы заработать "начальный капитал" а также, потому что у неё не было жилья, а живущая одна Бон-Бон предложила комнату на чердаке. Обе стороны остались довольны — смягчившийся сварливый нрав Бон Бон привлёк клиентов, а Лира получила слушателей, которым нравилась её игра, также свою роль играло то, что Бон-Бон нормально отнеслась к бзику Лиры насчёт людей, так что Лира решила отказаться от своих планов насчёт музыкальной карьеры. Она решила остаться с Бон Бон в Понивиле, чему та была очень рада. В будущем данный трудовой договор превратился в крепкую дружбу, что разрослась до "чего-то большего" — примерно до такого же уровня отношений, что были у Литлпип и Хомейдж. Это не осталось без внимания окружающих и приехавшая в этот же город Пинки Пай однажды даже прикрепила рядом с вывеской конфетной лавки табличку: Если стены ходуном, то не троньте этот дом. Взрослые жители Понивиля оценили юмор и нормально отнеслись к отношениям Лиры и земной пони, а вот дети, будучи неиспорченными, решили, что в этом доме живёт приведение, и часто наведывались к этому дому по вечерам ожидая увидеть "стены ходуном". Их ожидания оправдывались частично — стены ходуном не ходили, но иногда из дома доносились по-настоящему жуткие звуки.

Так единорожка быстро обосновалась среди местных и вскоре сама стала как коренной житель Понивиля. На какое-то время она даже сдружилась с будущей министерской Рейнбоу Дэш однако отношения не задались – музыка что нравилась Лире казалась радужной скучной. Но, несмотря на мелкие неприятности, жизнь шла своим чередом и казалось, что такое тихая жизнь продлиться вечно – Лира ошибалась. Какого же было её удивление, когда в этот же город переехала её бывшая подруга Твайлайт Спаркл. Видя позолоченную колесницу с пегасами, на которой Твайлайт прибыла на ПМЖ, Лира быстро сложила два и два. В прошлом сама Селестия взяла фиолетовую себе в ученицы и, судя по колеснице и дракончику, таскающему для неё письменные принадлежности, обучение ещё не закончено. Решив, что Твайлайт слишком занятая пони и ей нет дела до понивильской музыкантши, Лира не стала задерживать фиолетовую. Тем не менее, далее они не раз встречались буквально "лицом к лицу" но фиолетовая не узнавала свою бывшую подругу. Вывод прост — Твайлайт совершенно её забыла. Лира сочла нужным не напоминать прошлое — у них у обоих жизнь пошла разными путями, пусть даже фиолетовая и зелёная поселились в одном городе, и обоим нравилась такая жизнь. В будущем Лира решила что поступила правильно: нужно уметь жить не оглядываясь на прошлое и не повторить ошибки Мунденсер у которой после переезда Твайлайт крыша поехала — она бросила танцевать, общаться с подругами и начала заниматься разными бесполезными вещами, вплоть до гончарного дела.

Это время Лира считает самым благополучным в своей долгой жизни; спокойным как игра на арфе, если бы не одна странность — постоянные провалы в памяти, будто у единорожки вырезали куски воспоминаний. Лира даже "в двух словах" описала мне данные ощущения когда засыпаешь в один день а просыпаешься через неделю совершенно не помня где она была и что делала, и что ещё более странно – Бон Бон дела вид (наигранно) что это нормально, говоря, что в их спокойном мире нечего опасаться. Тогда Лира не понимала, что её соседка напрямую с этим связана, но у единорожки уже начали появляться подозрения.

Особенно эти подозрения усилились, когда после очередного пробуждения такой провал памяти будто возник у каждого жителя города. Тогда зелёная арфистка решила прогуляться подальше от города и пони, думая что свежий воздух и отсутствие собеседников приведут мысли в порядок. В порядок мысли не пришли, но прогулка не прошла зря — к северо-западу от Понивилля, близ озера между зелёными холмами Лира обнаружила очень подозрительную поляну, что несколько выделялась из общего пейзажа. На самой поляне ничего не было, вот только на самом лугу трава была явно более молодой, будто раньше тут был пожар. На луг с когда-то выжженной травой Лира не обратила бы внимания, если бы он не был в многочисленных чёрных пятнах без растительности — на них не было ни травинки, будто здесь разлили кислоту. Тогда Лира не догадывалась насколько точно было её предположение.

Естественно Лира рассказала о своей находке лучшей подруге, вот только Бон Бон сделала вид, что в выжженной поляне нет ничего странного и предположила, что это просто дракончик Твайлайт тренировал свои способности. Лире данное объяснение показалось надуманным, да и сам Спайк эту версию не подтвердил. Позже арфистка заметила что и сама Бон Бон была удивлена данной находке. Для земной пони это было странно — обычно она игнорировала рассказы Лиры о различных странностях, а к этому будто отнеслась серьезно.

Сидя на лавках, Лира долго размышляла над объяснением данного и прочих феноменов. Посиделки были долгими, порой доходящими до глубокой ночи. В процессе данных размышлений Лира вдоволь налюбовалась красотой ночи и звёзд, а также заметила ещё одну странность — некоторые "звёзды" двигались, будто являлись искусственными объектами. Проще говоря — Лира видела НЛО. После данного наблюдения у единорожки появлялись самые безумные теории но, пожалуй, самой безумной была версия что её похищают пришельцы (возможно те из видений) где проводят с ней различные опыты а после возвращают в Эквестрию предварительно стерев память.

Хотя версия звучала безумно, но Лира всё же решила провериться в больнице на наличие различных меток, не в смысле "меток судьбы" а тех, что ставят животным, чтобы отследить путь миграции. Хотя в местной больнице ничего не нашли но Лира не отказалась от своей теории и для себя объяснила неудачу несовершенством медицинского оборудования. Желая пройти обследование на чем-нибудь более совершенном, она прочла на рентген-аппарате место его производства. Надпись "Сделано в Сталлионграде" чётко указывала куда Лира решила отправиться.

Зелёная единорожка ранее слышала название этого города, о его существовании Лире рассказала её коллега, виолончелистка, земная пони Октавия Мелоди которая ранее жила в упомянутом городе но сейчас обосновалась в Понивиле. По словам Октавии именно в закрытом городе она довела свои музыкальные навыки до совершенства, а также изучила комплекс упражнений, выполняя которые она может долгими часами стоять на задних ногах. Упражнения оказались набором различных приёмов единоборств. Октавия не любила говорить, что владеет данными навыками и вообще о том, что когда-то жила в городе со специфичным названием. Эту свою особенность серая пони объяснила тем, что жизнь в Сталлионграде была даже более серой чем её шкура — тот город был мрачным во всех смыслах этого слова. Настолько мрачен что, покинув его утончённая земная пони оказалась счастлива жить в одном доме с палкоголовой диджейкой.

Судя по описанию внешности Винил Скретч являлась давним предком убитой мной Хомейдж. Такой же цвет глаз, голос и прочие особенности, только у Винил была белая шкура, да и грива более светлых оттенков кислотно-синего.

Несмотря на предупреждения, Лира твёрдо решила оказаться в регионе, что не отмечают на картах и для этого её был нужен проводник — Октавия была единственным вариантом. Уговорить земную пони было непросто, благо Лира догадалась привлечь на свою сторону соседку Октавии. Узнав что Сталлионград является для Эквестрии источником высокотехнологичных изделий Винил Скретч твёрдо решила там побывать чтобы найти какое-нибудь новое музыкальное оборудование.

С горем пополам Октавия согласилась проводить двух музыкальных единорогов туда, где атмосфера и обычная жизнь пони очень отличалась от благополучия Эквестрии — там даже погода не контролировалась. Город представлял собой мрачный "муравейник" из пятиэтажных бетонных зданий, различных заводских корпусов и прочих элементом рабочих районов, неудивительно, что Октавия не хотела сюда возвращаться. Удивительно что, живя в данном районе, она не приобрела тот акцент, что был у местных.

Прибыв на место пони тут же разбежались по своим делам — Винил и Октавия искать музыкальное оборудование а Лира в больницу. Оборудование в местном медицинском учреждении действительно было более совершенным, однако никаких маяков меток у Лиры не нашли, а провалы в памяти смогли объяснить лишь каким-нибудь наследственным заболеванием что часто бывают у единорогов из знатных родов. Получив заключение Лира отправилась назад обманутая в ожиданиях — её версия не подтвердилась а сам город, за исключением мрачной атмосферы и странного акцента местных, ничего особенного из себя не представлял.

Насколько Лира была огорчена настолько Винил была рада своему приобретению. Хотя какого-то действительно нового музыкального оборудования она не нашла но белая единорожка приобрела кое-что получше — в последствии она это назвала "Бас-Пушкой". Ей удалось (непонятно как) пробраться в местное НИИ: Осколково. Слоганом данного института была фраза "В нано будущее нано шагами". Там ей удалось приобрести прототип звукового энергомагического оружия "Вопль". Судя по описанию, его главной функцией был разгон толпы, но местные умельцы усовершенствовали установку, встроив в неё какой-то магический кристалл после которого "Бас-Пушка" получила возможность стрелять лучом собой мощности. Естественно Винил не собиралась ни в кого стрелять так что танцуя под басы "Ди-Джея Пон Три", пони не знали что находятся под прицелом — Винил стилизовала и использовала "Бас-Пушку" под диджейскую установку которую использовала аналогичным образом.

В дальнейшем Лира решила прекратить паранойю и продолжить жить, стараясь не замечать странности и провалы в памяти — в конце концов, жить они не мешали, да и сама жизнь была тихой и беззаботной. Увы, но всему хорошему приходит конец и для Лиры, как и для многих других это началось с момента создания министерств. С того дня провалы в памяти прекратились зато участились "видения" которые стали чуть ли не еженедельными — конкретно данным переменам единорожка была даже рада а вот другие Лиру совсем не радовали. Война с зебрами, политика министерств (в особенности та, что проводила Пинки Пай), резкий технический подъём и падение уровня нравственности — это всё больше огорчало музыкальную пони. Лира даже бросила играть, считая, что её музыка не подходит данному времени. Также она начала носить толстовку и джинсы, считая, что раз Эквестрия всё больше походит на мир людей то нужно соответствовать их образу жизни и также постоянно носить одежду. Приняв данное решение, Лира непроизвольно сравнила себя с Мундэсер которая, также впав в уныние, стала постоянно носить свитер, даже летом — как они друг друга понимали.

К сожалению или к счастью, ту жизнь прервали бомбы зебр. Этот день Лира застала в Кантерлоте где и разделила участь тех немногих кто не умер от розового дыма. Очнувшись на брусчатке и взглянув на себя в зеркало, Лира поняла, что теперь её жизнь не будет прежней, а впоследствии она сделала другое открытие — её шкура въелась в одежду, так что теперь ей придётся стать на веки "единорожкой в толстовке". Как ни странно, Лира не считает данное пережитое потрясение самым сильным в своей жизни. Дело в том что, видя тела своих друзей и родственников, въевшихся в различные предметы, она никак не могла смириться с тем, что оставшаяся в Понивиле Бон-Бон тоже мертва — в городе было "Стойло" (бункер-убежище) и Лира не могла успокоиться пока не увидит свою подругу живой или мёртвой. Однако желание отправиться на поиски уравновешивалось желанием оставаться в безопасности. Обосновавшись среди других кантерлотских гулей Лира догадывалась, что объятый розовым облаком Кантерлот для неё одно из немногих мест, что можно назвать безопасным. То, что твориться в остальной Эквестрии Лира не знала, но догадывалась что ничего хорошего, да и другие кантерлотские гули отговаривали Лиру идти в Понивиль.

Несмотря ни на что единорожка в толстовке всё же решила действовать и, вооружившись найденным дробовиком, отправилась на поиски. Сказать, что всё прошло без приключений Лира не могла — рейдеры появились уже тогда, да и мутировавшая фауна составляла проблемы, однако будучи кантерлотским гулем Лира была живучей своих противников, также пригодились уроки Октавии что Лира попросила ей провести, чтобы также, подобно людям, стоять на двух ногах. В общем и целом поход до магазина Бон-Бон прошёл успешно, а вот результат похода был не однозначен.

Прибыв на место гулифицированная единорожка увидела, что её худшие ожидания подтвердились — от её особой пони остался лишь пыльный скелет. В самом скелете не было ничего особенного, а вот место его расположения задавало вопросы. Бон-Бон умерла прямо за своим прилавком, что довольно странно — Понивиль далеко не сразу подвергся радиационному выбросу, так что у земной пони было время: добраться до убежища, укрыться в подвале или сбежать в лес, магия которого сдерживала последствия атаки зебр. Однако Бон-Бон осталась в своём магазине (в котором жила вместе с Лирой) и умерла стоя за прилавком, причём рядом с черепом был кондитерский нож.

Заметив эту странность, Лира аккуратно убрала скелет и, смахнув с прилавка пыль сразу заметила различные символы что, похоже, были нацарапаны Бон-Бон этим самым ножом. Лире был известен данный шифр — дело в том, что сварливая кондитерша подозревала, что шныряющая повсюду Пинки Пай занимается шпионажем и планирует украсть её рецепты конфет для магазина семьи Кейков. (В будущем Лира поняла, что Бон-Бон была, не так уж неправа – обыскав Сахарный Уголок, Лира нашла там вход в тайное помещение, в котором нашёлся компромат на каждого жителя Поннивиля.) Чтобы избежать этого Бон-Бон придумала особый шифр которым и записывала свои рецепты, которые, как и сам шифр не были тайной для её особой пони. В шифре указывался подвал данной кондитерской и фальшивый кирпич на одной из стенок. Спустившись на место, найдя и нажав на нужный кирпич, Лира поняла, что он являлся стилизованной кнопкой открывающей дверь в потайную комнату. Содержимое данной комнаты оказалось неожиданным.

Обыскав помещение единорожка нашла: шкаф с множеством чёрных строгих костюмов, наборы солнцезащитных очков, наборы красок для шерсти, париков и усов, всякое вооружение стилизованное под бытовые предметы (подковы выпускающие газ, томогавк выглядящий как детская игрушка — для изменившегося мира такие игрушки стали нормой, стреляющие ручки, и многое другое), пистолет с набором глушителей (Лира назвала его «Спаситель»), и самое главное — шары памяти. Носителей информации было всего два, однако то, что на одном из них была наклейка с изображением лиры (в смысле музыкального инструмента) а на другом наклейка с конфетами показывали что, применив данные шары, Лира узнает про себя и свою подругу нечто, что изменит все представления. Начать гулифицированная единорожка решила с того на котором была её метка судьбы – придя в себя она вспомнила многое.

Из шара памяти Лира узнала, что она добровольно стирала себе память, а настоящее имя её особой пони Свити Дропс. Но обо всём по порядку. Дело в том что для конфетной пони имя Бон Бон являлось конспиративным. На самом деле данная сварливая кондитерша являлась агентом оперативником некой организации со специфичной абривеатурой: SMAIL. На русский данный шифр можно условно перевести как: Управление Мониторинга Обнаружения Разведки Аномалий. Сокращённо – УМОРА. Очень странное название, но я участвовавший в операции «Подземная сказка» не сильно удивился.

Несмотря на специфичное название, данное агентство занималось совсем не шуточными делами – именно ему Эквестрия обязана долгими годами защиты от различных существ, что населяют этот мир. К сожалению не все его операции были успешны и после провала в удержании «Медведожука» (не хочу знать что это за тварь) Селестия расформировала агентство, поручив охрану Эквестрии своей страже и «элементам гармонии». Однако руководство агентства, зная, что из себя представляет «солнечная гвардия» и, не доверяя элементам, отдало приказ продолжать свою деятельность уйдя в подполье – теперь работа агентства стала тайной не только для обычных жителей, но и для принцесс.

Девиз агентства был: «Мы повсюду и нигде» – и он удивительно точно раскрывал суть и философию данной организации. Однако даже такие профессионалы нуждались в пополнении своих рядов и, видя потенциал своей подруги, Свити Дропс предложила Лире вступить в ряды агентства – Лира согласилась, несмотря на связанный с этим риск и условия.

Дело в том, что у агентства считалось, что самым лучшим тайным агентом является тот, кто сам не знает что он агент, и, имея средства позволяющие стирать и восстанавливать память, они воплотили это в совершенно буквальном смысле. Лира добровольно согласилась на данное условие – Селестия часто наведывалась в Понивиль, и был риск, что единорожка может себя выдать.

Долгое время, данное решение себя оправдывало – никто не догадывался об агентстве в то время пока оно активно вело свою деятельность, и Лира в этом напрямую участвовала. Как и другим агентам, ей выдали оперативный псевдоним. Спецагент Мятная – так не без иронии называли агента Хартстрингс. Сложно представить, как бы в агентстве мучились, если бы Лире пришлось работать под своим настоящим именем.

Однако, несмотря на шутки с названием и псевдонимами Лира показала себя способным агентом. Никто не заподозрил, что она ведёт двойную жизнь, а сама Мятная всегда выполняла задания агентства с невероятной эффективностью, всегда со стопроцентным положительным результатом, без потерь среди мирного населения и, что самое интересное, своих противников. Лира всегда выполнила работу «чисто», чтобы даже вражеские объекты не догадывались, что против них проводят тайные операции.

Объекты работы агентства были довольно разнообразны, как и вся разумная жизнь на данной планете. Тайные операции проводились против: зебр, грифонов, минотавров и прочих существах организовавших своё общество. Также агенты защищали пони Эквестрии от отбившихся от своей общины драконов, пробудившихся звёздных медведей и прочих несущих угрозу тварей. Однако наиболее частыми «работодателями» являлась некая раса разумных пониподобных насекомых именуемых чейжлингами.

Слушая описание данных существ мне вспомнился фильм с неудачным русским переводом названия: Мутанты. В том фильме антагонистами являлись насекомые размером с человека, которые путём ускоренной эволюции приобрели способность имитировать внешность людей. Пользуясь данной мимикрией они похищали и убивали людей, чтобы использовать их как пищу. В этом мире для пони угроза представляла нечто похожее.

В этом мире упомянутые разумные насекомые также обладали способностью к мимикрии только на более серьезном уровне. Хотя своими пропорциями тела они походили на пони но, используя магию они могли изобразить что угодно – даже неразумные предметы или существ что больше их габаритно. Но на изменениях внешности чейнджлинги не ограничились, они могли имитировать голос, магические способности и даже поведение. Идеальный организм? Как бы ни так. За все эти способности чейжлинги расплачивались неспособностью самостоятельного воспроизводства магии — чтобы жить, они должны были напрямую брать её у других существ и пони были идеальным вариантом. Магия копытных была следствием их эмоционального состояния и полная гармонии Эквестрия для чейжлингов выглядела как бездонная кормушка. Естественно руководству агентства не нравилось, что по Эквестрия наводнена способными менять свой облик ментальными паразитами, так что у Лиры всегда было много работы и как следствие частые провалы в памяти. Она сама решила стать «спящим агентом», но когда было нужно, она просыпалась – сейчас как раз был такой момент. Литлпип проводя операцию против Богини (мутанта псионика с сознанием Трикси) не была первооткрывателем данного метода.

Стирать себе память, чтобы скрыть свою вторую жизнь – таков был выбор зелёной единорожки но сейчас работа агентства потеряла свою актуальность а, применив шар памяти, Лира восстановила память о своей второй жизни и множество навыков. Однако есть и второй шар, владелец которого мертва. Единорожке было немного совестно смотреть воспоминания своей подруги, но отчаянное положение требовало отчаянных мер.

Второй шар памяти оказался менее информационно насыщен и, как ни странно, также предназначался Лире. В нём агент Свити Дропс напрямую обращалась к Лире говоря, что министерство Пинки Пай взялось за агентство и просила прощения, что Лире придётся слишком долго спать. Также она упомянула тот случай, когда единорожка обнаружила странную поляну, то, что на самом деле в том день у всех жителей Понивиля были стёрты воспоминания, и сделало это точно не агентство. Министерств тогда ещё не было и вряд ли за этим стояли чейнджлинги так что Свити Дропс подозревала правящих принцесс – только они обладали такими ментальными способностями. Нет сомнений, что уже тогда «благородные сёстры» начали проводить свои тайные дела и, судя по следам на поляне, эти дела были не безобидны.

После того случая земная пони стала копать под принцесс и увы результат оказался не велик. Из значимых находок Свити Дропс упомянула найденную ей тайную комнату в старом разрушенном замке двух сестёр. В самой комнате ничего ценного не нашлось кроме старого дневника, где Селестия и Луна в молодости (по аликорньим меркам) устраивали различные проделки – оставлено, будто как издевательство. Нет сомнений, что Селестия оттуда всё забрала, и также нет сомнений, что в замке Кантерлот также есть подобная комната, где можно найти объяснения происходящему. Изучив планировку замка, Свити Дропс нашла примерное расположение данного помещения, вот только замок стал хорошо охраняться «Ночной Гвардией» а это не та потешная армия в позолоченной броне. Без поддержки других агентов (которые уже были арестованы) проникновение было обречено на провал и, поняв бесполезность своих намерений, агент Свити Дропс решила залечь на дно на неопределённый срок и на случай если с ней что-то случиться оставить Лире данную информацию. Как она ей распорядиться Бон Бон не знала но надеялась что правильно.

Закончив с просмотром воспоминаний своей особенной пони, Лира решила делать то, что не смогла Свити Дропс – узнать, что скрывают принцессы. Разбив оба шара и взяв всё полезное (чёрные костюмы не взяла – они не сочетались с толстовкой) Лира замуровала вход в подвал. Далее она отправилась в свою комнату, где было пианино, от которого ей были нужны лишь струны – далее Лира использовала их как удавку.

Обратный путь до Кантерлота прошёл более благополучно (пригодились навыки тайного агента) а вот с поиском тайной комнаты были проблемы. Возможные места нахождения потайного помещения, что составила Лира на основе воспоминаний Свити Дропс, были очень условны, да и розовый дым не улучшал видимость. Только на поиски потайного входа ушло десятилетие и чуть ли не столетие на то чтобы его открыть. Потайной вход оказался заперт множеством замков, а Лира была не такой профессиональной взломщицей как Литлпип. К тому же, некоторые замки были магическими и голосовыми — чтобы их открыть нужно ответить на специфичные вопросы. Среди них был и такой: Кто на свете всех милее, всех румяней и белее? Ответ «Святая Селестия» не подходил. Правильным ответом оказался «Истинный ариец» — ответ на вопрос подсказали «видения». Однако гулифицированная Лира была не способна стареть и обладала завидным терпением. Методом проб и ошибок ей удалось открыть все замки и пройти в святая святых замка Кантерлот.

В сравнении с комнатой в разрушенном замке данное тайное помещение было довольно объемным, но даже его габаритов едва хватало, чтобы уместить многочисленные стеллажи с различными бумагами, книгами, кассетами (голодисками), и прочими носителями информации. Выбрав для изучения произвольный стеллаж, Лира нашла техническую документацию на вертолёты схемы «летающий вагон», на другом на БТРы, на другом на стрелковое оружие, и так далее. Вся эта комната была одним большим архивом. Тем не менее, сам факт архива ни о чём не говорил. Пусть даже в нём есть документация на ранее неизвестные технологии, но только ради этого принцессы не стали бы ставить на потайную комнату столько замков. В комнате есть что-то ещё и Лира нашла то, что принцессы не доверяли посторонним. Точнее не доверяла только Селестия – Лира нашла её дневники. Не такие в которых молодые ветреные нравы пишут свои шалости, а те, в которых Селестия описала всю свою тысячелетнюю жизнь. Из них Лира многое узнала. Что есть силы, что стояли выше принцесс, причину появления своих видений, настоящее название данной планеты, кто и для чего начал проводить первые призывы подобных мне, кто на самом деле являлся «Посланницей Звёзд», что случилось на той выжженной кислотой поляне, и то, что в Эквестрии боевые действия начали вестись гораздо раньше войны с зебрами.

— Подожди, подожди, — я прервал рассказчицу. — В комнате был архив с технической документацией, но потом Кантерлот был уничтожен…

— Да, вместе с архивом, — Лира не дожидаясь когда я договорю, ответила на вопрос.

— Ты упомянула документацию на БТРы но ведь во время войны с зебрами обе стороны не практиковали использование бронетехники. Значит архив не уничтожен.

— Уничтожен. Можешь быть уверен. По крайней мере, та часть, что осталась в Кантерлоте, — в голосе единорожки можно было услышать виноватые ноты.

— Факты говорят обобранном, — тут до меня медленно дошло, — «Та часть, что в Кантерлоте»? Есть и другая?

— Небольшая. В ней были документы на БТРы, танки, некоторое стрелковое оружие. Всё это составляло лишь малую часть архива.

— Подробности.

— Данные документы покинули архив ещё задолго до появления НКР – когда ещё Литлпип не покинула своего стойла. Я лично отдала их пони Красного Глаза.

— Ты работала на Красного Глаза?! – тут уже вернувший себе слух Сулик решил высказать своё возмущение.

— И, да и нет. И лишь хотела вступить в его ряды, но на особых условиях. Тогда я не знала, что он собирается создать новую Богиню, а его речи о восстановлении цивилизации звучали убедительно.

— Поддалась на пропаганду, — я выдал короткий вердикт.

— Да поддалась, многие поддались. Но в свою защиту скажу, что до этого я пыталась контактировать с Анклавом, и если бы Лаенхарт не убил пегасов парламентёров, то всё бы сложилось по-другому.

— У тебя была насыщенная жизнь, но уходишь от темы.

— Я вышла на контакт с Красным Глазом и предложила ему свои услуги в качестве проводника по заражённому Кантерлоту. Сам заражённый город этого красного киборга не сильно интересовал за исключением витражей замка. Однако мне было известно, что в замке есть нечто более ценное, чем цветные стёкла, и в качестве затравки я выдала его пони часть архива. Мне казалось, что он правильно распорядиться полученным знанием и в будущем, поняв мою полезность, предложит мне не последнюю должность в своём квазигосударстве. Какого же было моё удивление, когда вместо воспроизводства боевых машин его рабы начали изготавливать металлоконструкции для будущего Собора. Хотя могла догадаться – вынесенные витражи …..

— Ты уходишь от темы, — Сулик снова вмешался, — Ты упомянула, что знаешь, кто на самом деле является «Посланницей Звёзд».

— Да, упомянула, но всему своё время. Скажу лишь, что зебры ошибались, пусть и не сильно.

## Порванная струна - Ненужное знание (часть вторая)

— Разумеется, мы "не сильно ошибались", — Сулик говорил сквозь зубы, с явным раздражением, — Звёзды это само зло, а их посланница лишь выполняла их волю. Я, то есть мы, считали, что это принцесса Луна. Все факты указывали на неё — она была властна, жестока, "бессмертна", имела власть над ночным светилом, и даже внешне, ей соответствовал данный образ.

— Внешний образ, — Лира усмехнулась, — Конечно аликорны не обладают столь совершенной мимикрией как чейнджлинги но не в нашем случае, а если бы и нет, то будь уверен — зебр несложно обмануть. Как для пони все зебры очень похожи, так и самих полосатых было несложно обмануть, используя немного магии и грима.

Так так — похоже я начинал догадываться, но ненужно торопить события. Лира так всё расскажет, так что пусть лучше говорит по порядку.

— Не отвлекаемся от темы, — я прервал начинающийся спор, и, смотря на палкаголового гуля продолжил, — Ты остановилась на моменте где нашла дневники принцессы, так что продолжи с данного момента. Не хочу напрягать извилину связывая факты и флешбеки.

— Пожалуй, наш одержимый друг прав, — Сулик быстро со мной согласившись, ехидно продолжил, — Его лоботомированный мозг может не выдержать такого "мозгового штурма".

Лира решила оставить без комментариев указание на мои умственные способности, и продолжила с момента на котором прервалась — с того где она уселась за долгое чтиво дневников солнечной богини.

Первые же прочитанные строчки сильно удивили гулифицированную единорожку. Дело даже не в том, что по хронологии они начинались с древних времен, когда три народа пони враждовали по подвидовому принципу, и не в том то в них Селестия описывала себя так будто была в совсем детском возрасте. Дело в том, что если верить дневнику, то Селестия и Луна были не первыми аликорнами ступившими на эту землю.

Селестия описала ту кого почитала и боялась, ту кого считала своей матерью, да и вообще создателем этого мира. Её она описывала как очень крупного (даже в сравнении с самой Селестией во взрослом возрасте) белого аликорна с длинной, алой, не эфирной гривой, и меткой в виде пера с чернильницей. Помимо специфичной внешности та "чернильница" называла себя странным именем Лорен и обладала невероятной магией. Ей возможности были столь велики, что в сравнении с ними даже возможности "благородных сестёр" двигать светила казались лишь просто сильным телекинезом.

Казалось, что Лорен могла всё. Она манипулировала любой материей, пространством, даже временем. Могла, светя своим отростком, создавать жизнь и контролировать скорость эволюции. Обладала способностью читать и стирать мысли, контролировать сознание и вообще была невероятно умна, казалось что знала на всё все ответы.

Селестия считала её "истинной богиней" и, что интересно, только она. Дело в том, что долгое время Селестия была единственной (так она думала) кто знал о существовании данного аликорна, даже её сестра Луна ничего о ней не знала. Разумеется, саму Селестию не устраивало такое положение, и ей хотелось поведать всем разумным существам о той кого считала своей матерью, если бы та не дала строгий запрет на неразглашение. Хотя сама Селестия не понимала данной секретности, но сохраняла тайну. Она решила, что данное решение выше её понимания, но в нём есть смысл. Нужно: доверять, почитать, повиноваться.

В общем и целом, всё происходящее в этом мире Селестия объясняла масштабным и долгоиграющим планом упомянутой Лорен. Создание рода пони и его объединение под угрозой неких «вендиго» (созданных «истинной богиней» бестелесных существ питающихся отрицательными эмоциями), явление «благородных сестёр» объединенным племенам, образование Эквестрии как государства, заточение Дискорда (какой-то на всю голову шизанутый мутант, будто собранный из частей других животных, обладающий сравнимыми но всё же уступающими Лорен способностями, был побеждён "Элементами Гармонии" наводку на которых дала Лорен), исчезновение «Кристальной Империи» (понятия не имею что это), заточение принцессы Луны собственно на Луне и её возвращение, появление носителей «Элементов Гармонии» — всё это и многое другое лишь части глобального плана, который последовательно реализовывался на протяжении тысячелетий. «Благородные сёстры», Дискорд, некий король Сомбра, и прочие обитатели этой планеты, были лишь марионетками, считающими себя свободными. Только Селестия знала имя их кукловода, но и она не сразу догадалась, что исполняла свою роль. Тысячелетия она считала, что сама строит свою судьбу, и благополучие рода пони, а Лорен лишь незримо за ней наблюдает, изредка направляет и помогает. Так бы всё и продолжалось, вот только как всегда вмешался случай.

Дело в том, что на территории Эквестрии было место, где абсолютную власть и божественный статус двух сестёр не имели своей силы. Данной территорией был и ещё долгое время будет, барабанная дробь, город Сталлионград. Мрачный город населённый преимущественно земными пони, со специфичным укладом жизни, часто игнорирующим магию, но с уклоном в техническое развитие. Таким он был ещё тогда — в те стародавние времена когда "благородные сёстры" объединяли земли будущей Эквестрии.

Вообще-то данный город был с самого начала в составе данного государства и для Эквестрии являлся основным поставщиком изделий раннего промышленного производства, так что Селестия и Луна были удивлены и огорчены когда жители данного города неожиданно взбунтовались и объявили о своей независимости.

Селестия поначалу посчитала произошедшее очередной частью плана Лорен, принцесса Луна же отнеслась к этому как к обыкновенному мятежу, но обе сестры были едины в том, что мятеж нужно немедленно подавить. Для подавления принцессы собрали многочисленную для своего времени армию из пони всех подвидов и даже сами решили принять участие. Селестия и Луна решили, что с ними победу можно одержать и без боя, и на то у них были серьезные основания. Будучи очень могущественными (настолько что считались богами) сёстры решили просто продемонстрировать свою силу, надеясь, что видя с кем они связались, мятежники сдадутся, а если это не сработает, то просто применить массовое парализующее заклинание (примерно то которым владеет Вельвет Ремеди). Реальность оказалась прямо противоположна ожиданиям.

Армия Эквестрии была атакована и разгромлена ещё на марше, причём значительно меньшими силами. Победа мятежников была основана не столько в элементе неожиданности, сколько за счёт их тактики и странного невиданного вооружения. Судя по описанию, оно соответствовало раннему огнестрельному оружию (эпохи позднего средневековья) и примитивным боевым машинам, сделанным чуть ли не по эскизам "Леонардо Недовинченого". Однако, несмотря на примитивизм, умелое использование данного вооружения являлось страшной силой, которой мятежники разгромили многочисленную, но вооружённую лишь холодным оружием, вражескую армию — прямо напрашивается аналогия с захватом конкистадорами правителя инков Атауальпы.

Однако у армии Эквестрии был козырь — ими командовали принцессы аликорны против которых оружие мятежников было мало эффективно. Будучи шокированными происходящим, принцессы всё же сохраняли самообладание и бросившись в атаку вывели из строя несколько боевых машин и значительную часть мятежников. Судьба тех кто управлял машинами была незавидна (сёстры, до этого не видевшие ничего подобного приняли их за чудовищ) а вот те кто был в пешем порядке выжили — принцессы, будучи носителями элементов гармонии, считали что даже в такой ситуации нужно действовать без убийств себе подобных и применяли площадные парализующие заклинания, вот только оно действовало не на всех мятежников. Некоторые из них, вместо того чтобы упасть плашмя, продолжали свирепо сражаться и заметив среди армии пони крупные фигуры аликорнов начали приближаться к сёстрам явно не с добрыми намерениями. Не зная кто бросил им вызов аликорны, вместо того чтобы позорно улететь, предпочли поставить магический щит — большая ошибка. Те странные пони прошли через него лишь слегка поморщившись и после непродолжительной борьбы скрутили, казалось сильнейших существ этого мира.

Селестия и в страшном сне не могла представить, что её и её сестру возьмёт в плен группа "обычных" пони. Как такое могло произойти? Кто эти пони? Почему они так жестоки? Откуда у них оружие, что оказалось сильнее магии? Селестия этого не знала, но знала того кто знает. Тогда будучи всесильным аликорном она была беспомощна физически, но всё же обладала телепатическими способностями, используя которые отчаянно звала на помощь ту кому доверяла и повиновалась — зов был услышан.

Селестия редко встречалась с Лорен — "истинная богиня" являла себя примерно раз в столетие и лишь для того чтобы дать Селестии некоторые советы (борьба с Дискордом, Тиреком, размещение новой столицы, прочее) и обучить различным заклинаниям. Среди них было и то, используя которое солнечная богиня сможет призвать "свою мать" если случиться что-то ужасное, и сейчас как раз был такой случай.

Призывая Лорен, Селестия надеялась что она, видя, что сделали те ужасные пони, не повторит ошибки Селестии и Луны, что она, используя свои силы, уберёт цепи и блокиратор на её роге, превратит стены и решетки в снежинки, а самих ужасных пони в кучки пепла. Какого же было удивление Селестии когда Лорен вошла к ней в камеру в сопровождении тех злых пони. Самым удивительным было, что она не была пленницей, наоборот — она была командующей и разговаривала с тюремщиками на незнакомом Селестии языке. Причём у пони перед крупным аликорном не было никаких проявлений страха, трепета или чего-то подобного — лишь один плохо скрывал свою неприязнь. Потеряв дар речи Селестия молча, выслушала немногие понятные команды аликорна: освободить солнечную богиню, а после, оставить двух белых аликорнов наедине — злые пони выполнили команду также молча.

Будучи один на один с "истинной богиней" Селестия не сразу подобрала слова но, придя в себя начала вести себя с Лорен так как до этого и в мыслях себе не представляла. Она, считая, что в произошедшем виновата Лорен требовала ответов. В том бою погибли многие хорошие пони — ради каких целей нужны такие жертвы? Что это за странный город? Откуда у его жителей такое оружие и на какой магии оно работает? Кто те ужасные пони, что взяли принцесс в плен и почему на них не действует магия? Неужели ради своих целей Лорен готова пожертвовать жизнью Селестии и её сестры? И ещё многие другие неудобные вопросы.

Выслушав "солнечную богиню" крупная аликорн принесла свои глубокие извинения и сказала, что не планировала ничего подобного. Что она расскажет многое, но не здесь и не сейчас. Что Селестию и Луну скоро освободят, но Селестия всё ещё должна хранить тайну о существовании Лорен. Также крупная крылато-рогатая дала Селестии новые инструкции.

После освобождения "благородных сестёр" мятежный город останется в составе Эквестрии но на особых "закрытых" правах. В официальной истории о данном событии должно быть написано вскользь и с некоторыми поправками: Селестия и Луна не участвовали в той бойне, но узнав о поражении своей армии, не поддались эмоциям и, используя лишь слово смогли уговорить мятежников сдаться. Что же до "злых пони" то Лорен поведала, что их лидер понёс своё наказание, но всем остальным участникам мятежа провозглашается амнистия.

Впервые за долгие столетия Селестия испытывала к Лорен то что можно назвать злобой но, тем не менее, выполнила все инструкции и с нетерпением стала ждать момента будущего разговора. Момент вскоре наступил, и разговор получился очень тяжёлым.

— Подожди, — я прервал Лиру, — Сейчас пойдёт "рассказ в рассказе"?

— Да, — единорожка замялась. — Что тут такого?

— То, что это уже было — твой рассказ как ты читаешь дневники Селестии. А теперь ты собираешься рассказывать рассказ Лорен из дневника. Это какой-то: рассказ в рассказе в квадрате. Не люблю такие смысловые матрёшки.

— Не знаю что такое "матрёшки" но все истории так построены — из уст одних в уста другие, — последнее Лира сказала с пафосом задрав голову. — Дальше будет и квадраты, и кубы и вообще — энная степень.

Всё в порядке, — Сулик решил вмешаться, — Сидя столетия в бункере мне не хватало таких речей. Другой призрак, с которым я был знаком до войны, тоже упоминал матрёшек — не знаю, что это значит, но готов выслушать всё, — выслушав гуля зебру гуль кантерлотский продолжила свой рассказ.

Лорен поведала, что те ужасные пони лишь телом являются пони, ментально они совершенно другие существа и вообще из другого мира. Раньше Лорен называла их "одержимыми" но самим одержимым такое название не нравилось, так что они переименовали себя в "призраков" — подходят оба названия, но второе звучит пафосней. Однако они не являются "похитителями тел", и находятся в шкуре пони не по своей воле — это Лорен ответственна за их появление. Она лично отбирала сознания из различных эпох и вселяла в тела пони бывших учёных, художников (неужели среди них был и Леонардо?), инженеров, архитекторов и прочих.

Однако у одержимых есть одна особенность — их магическая структура аномальна, так что им нельзя просто внушить фальшивые воспоминания, заставляя исполнять приказы. Однако решение всё же нашлось — осуществляя призывы, Лорен открыла способ заставлять одержимых выполнять любой приказ после того как они услышат ключевое слово. Такое решение только звучит идеально, в действительности призраки были мало ограничены в своих действиях и, будучи по природе более "испорченными" они могли негативно повлиять на мирных пони Эквестрии. Чтобы избежать этого, Лорен приказала одержимым поселиться в отдельном городе и заняться его развитием и благополучием. Решение оказалось "половинчатым" и контакта призраков и местных избежать не удалось — так как самих одержимых было не так и много, то для развития города пришлось заселить многих обычных пони. Не зная с кем они живут по соседству, они, вместе с призраками, быстро построили промышленность, используя знания другого мира. Однако их прогресс должен был быть ограничен — никакого оружия, которое можно назвать современным, да и прочие достижения науки и техники должны были работать преимущественно на энергии пара, и лишь немногие на магии и электричестве. В финальном варианте город должен был представлять что-то похожее на показанное в фильме: "Тайна острова Бэк-Кап". По сути Сталлионград выполнял для Эквестрии туже роль, что и остров из одноимённого фильма с поправкой на исключительно мирные цели. Увы, но один из одержимых осознав про кодовое слово, освободился от ментального контроля и воплотил сюжет фильма более буквально, и уже сам, произнося кодовое слово, быстро наладил в городе оружейную промышленность. То, что произошло далее уже известно: ему удалось выманить принцесс и, разгромив их армию взять богинь в плен. Для Лорен у него тоже был план захвата, вот только он считал, что у него есть годы на подготовку. Он не учел, что Селестия может выйти с ней на ментальный контакт.

Хотя в конечном итоге всё закончилось хорошо, только Селестия была отнюдь не рада итогу — она всё думала об убитых пони и одержимых. Неужели воплощение, каких-либо планов стоит призыва злобных "призраков" и риска жизней мирных пони? Селестия считала, что нет, но у той кого она почитала, было другое мнение. Тем не менее, Селестия решила, что не станет предателем и будет исполнять приказы Лорен до конца, какими бы они ни были, однако один из приказов для Селестии был очень сложно выполним.

Дело в том что "чернильница" предсказала появление Найтмер Мун. Конкретнее — ментальное магического симбионта, что проникнув в разум принцессы Луны, пробудит в ней её худшие черты. Зависть, злоба, властность и прочее — паразит питается всей этой ментальной энергией, побочным эффектом такого питания является усиление магической силы носителя и даже физическая трансформация. Чтобы спасти Эквестрию от невероятно сильного но злобного аликорна, Селестии придётся пойти против собственной сестры. Конкретнее — применить на ней элементы.

Элементы же представляют собой излучатели магической энергии, проще говоря — батарейки. Ранее они питали своей энергией некое "Дерево Гармонии" (странный магический артефакт излучающий данную энергию принося гармонию в этот мир) до момента когда принцессы их извлекли чтобы справиться с Дискордом. Теперь же уже Селестия должна их применить, чтобы справиться с другим злом. Увы, но будучи лишь "батарейками" элементы не могут работать без носителей, будь то "дерево" или живые существа, чем носителей меньше тем меньше и эффект от применения элементов. Действуя вдвоём принцессы, используя элементы, смогли превратить Дискорда в каменную статую. Теперь же, по словам Лорен, используя элементы в одиночку, Селестия максимум отбросит зло туда, откуда оно долгое время не сможет выбраться. "Чернильнице" даже был известен точный срок — тысяча лет и Найтмер Мун вернётся.

Однако не всё так плохо — эта тысяча лет для Эквестрии будет эпохой спокойствия и благополучия, к тому же Лорен предсказала, что Селестия найдёт себе ученицу, которая найдёт других носителей элементов, сама станет носителем элемента магии, а после вернёт принцессу Луну в норму. Учитывая, что это за элемент Селестия легко узнает данную ученицу.

С тяжёлым сердцем Селестия выполнила инструкции. Её сестра оказалась на Луне, а в Эквестрии действительно наступила эпоха спокойствия и благополучия вот только Селестия этого не разделяла. Ждать тысячу лет — даже для бессмертного аликорна это не малый срок.

За что ей и её сестре такие страдания? Разве они совершали, что-то плохое? Ответ: нет.

Разве Лорен не знала, как всего этого избежать? Ответ: знала. Если знала, то почему не сделала так чтобы этого не произошло? Не могла? Не хотела? Ответы: могла, но не хотела — у неё на Эквестрию свои планы.

Она ведь даже не принцесса — какое право она имеет распоряжаться чужими судьбами да и всей Эквестрией, и почему Селестия должна ей подчиняться? Ответы: Она создала Эквестрию, принцесс аликорнов да и вообще весь этот мир, и этот мир прекрасен — она имеет право распоряжаться своим творением.

Эквестрия населяющие её пони это больше чем просто творения — о них нельзя говорить как о какой-то картине или книге. Будучи в плену у "призраков" Селестия видела что даже "истинная богиня" совершает ошибки. Нужно ли слепо следовать её воле? Ответ: нужно, но не слепо.

Селестия для рода пони сама считается богиней — надо соответствовать данному образу. Не столько в смысле величия, сколько в заботе о безопасности её подданных, и чтобы обеспечить данную безопасность у Селестии не было самого главного — информации. Чуть ли не в центре её страны находиться закрытый город, где одержимые пони что-то проворачивают, выполняя волю Лорен прямо под носом у Селестии, и солнечной принцессе это не нравилось. Однако она не могла просто пойти против воли создателя этого мира, но и не могла просто не замечать происходящего. После долгих размышлений Селестия всё же приняла компромиссное решение — начать копать под дела Лорен но, чтобы не раскопала, не препятствовать.

Освоив заклинание маскировки, Селестия стала часто наведываться в закрытый город, однако результаты данных визитов были не удовлетворительны. Селестия подслушала сотни разговоров, прочла множество документов, проникла во все здания, в которые могла, но так и не смогла понять: над чем работают призраки и работающие на них пони?

В том, что в городе осуществляется какой-то тайный проект, у Селестии не было сомнений. Из разговоров одержимых Селестия мало что понимала (не все из них говорили на знакомом пони языке) однако во многих диалогах упоминался некий "Полигон". Селестия не понимала что это такое, но наверняка ничего хорошего. Также в городе было много металлургических предприятий — куда девался весь металл? Вскоре она нашла ответ; Чуть ли не в центре города было здание, которое очень хорошо охранялось — именно туда уходил почти весь металл. Здание было небольшим так что, видя, сколько металла, скрывается за его стенами, Селестия сделала вывод о подземном комплексе. Проверить своё утверждение белая аликорн не смогла — на здание было наложено заклинание блокирующее телепортацию и, судя по его мощности, наложить его могла только "чернильница". Также здание охранялось множеством пони и, судя по цвету глаз некоторых из них, среди них были одержимые. Сам факт наличия одержимых Селестию не сильно пугал (про себя она мысленно разработала тактику борьбы) но вот вид их оружия заставлял сердце биться чаще. Она хорошо помнила своё первое знакомство с ранними примитивными огнестрелами. В том, чем были вооружены те одержимые, также можно было узнать устройства, выпускающие смертоносный металл, вот только выглядели они гораздо совершенней, и Селестия совсем не хотела видеть и тем более испытывать на себе принцип их работы.

— Прервись на минуту, — Сулик неожиданно прервал единорожку в толстовке, — Что-то мне это напоминает. Хорошо охраняемый подземный комплекс, где что-то сооружают, используя много металла — Твайлайт Спаркл в комплексе Мэрипони и Красный Глаз в своём Соборе делали тоже самое. Намекаешь, что одержимые собирались создать мутанта псионика способного порождать аликорнов?

— Какой ты нетерпеливый. Забегая вперёд скажу что Селестия так и не узнала точный ответ на данный вопрос, у неё были лишь предположение, и да — среди них упоминался мутант псионик, но никакого создания аликорнов, и вообще ничего связанного с аликорнами, — далее Лира начала с того момента где её прервали.

Поняв, что в здание ей не проникнуть Селестия решила копать в другом месте. Она решила, что раз Лорен всемогущее божество то её деятельность не должна ограничиваться закрытым городом и общением с ней. "Чернильница" должна ещё где-то оставить свой след, вот только где? В Эквестрии или может за границами страны пони? Подтвердился второй вариант.

Поиски привели Селестию туда, куда она меньше всего ожидала попасть — в страну зебр. Данное государство лишь условно носило такой статус, на тысячелетия застряв в племенно-общинном строе. Изучив легенды зебр Селестия поняла кто является виновником в столь неторопливом развитии полосатых копытных.

Зебры являются редкими гостями Эквестрии, проще встретить минотавра или грифона с драконом. Лишь немногие полосатые решаются покинуть свои земли чтобы, попав в Эквестрию обосноваться где-нибудь вдали от цивилизации, причём даже те немногие были не разговорчивы да если говорили, то преимущественно в рифму. Селестия не понимала причин столь странного поведения и про себя объясняла это местным менталитетом — это было не так. Зебры были удивительно похожи на земных пони, они бы легко смогли занять своё место. Вместо этого полосатые предпочитают жить племенами, в условиях хуже чем земные пони до явления миру "Благородных Сестёр". Разве кто-то захочет добровольно так жить? Разумеется, нет. Разве зебры не понимают, что они могут жить лучше? Конечно, понимают — они далеко не глупые. Если они не глупые, то почему так живут? Им это нравится? Ответ: нет. Значит, их заставляют? Очень даже возможно, и в их легендах чётко указывался ответственный за их беды.

Зебры считали, что звёзды это живые создания и с их могуществом может сравниться только их злоба. Однако для звёзд род зебр слишком мелкая цель чтобы браться за неё лично, поэтому они создали ту кого полосатые называли просто: "Посланница Звёзд". Её они описывали как высокую с крыльями и крупным рогом — на этом подробности заканчивались. "Посланница" появлялась примерно раз в столетие, всегда по ночам, так что её точный облик неизвестен — только силуэт, и в описании силуэта Селестия узнала ту под кого решила копать. Не было сомнений что "Посланница звёзд" это и есть Лорен. Для Селестии её появление было долго ожидаемой радостью, для зебр её приход сопровождался неурожаем, голодом, болезнями, погодными катастрофами и прочими бедами, что приводили к массовым смертям. Когда же племена зебр объединялись чтобы вместе преодолеть возникшие угрозы "посланница" бралась за них лично. За тысячелетия у зебр сохранилось множество описаний того как аликорн паря над землёй выпускала по зебрам смертоносные лучи, как она сжигала города вместе с их жителями, устраивала землетрясения и ураганы, несла смерть и разрушения множеством других способов.

Именно из-за "посланницы" зебры предпочитали держаться подальше от цивилизации. Из-за неё их страна на тысячелетия застряла в своём развитии. Из-за неё у полосатых столь странный менталитет и прочие особенности. Даже то, что многие зебры предпочитают говорить в рифму, также связано с «посланницей» — неспособные ей что-то противопоставить зебры выдумали себе утешение, что их может защитить "магия слов".

Копая под "истинную богиню" Селестия догадывалась что узнает что-то подобное, но даже мысленно подготовившись она не могла не испытать шок. Та кого она считает матерью, та кто создала этот мир, тысячелетия совершала то о чём любому пони Эквестрии даже думать страшно. Для чего она это делала? У Селестии не было ответа. Мысленно она пыталась оправдать "чернильницу" и, вспомнив про то, как принцесса Луна сошла с ума, предположила что Лорен также подверглась воздействию магического существа что проявляет в носителе его худшие черты. Эта версия не выдерживала никакой критики. Лорен создала этот мир и зебр с пони вместе с ним, история зебр и пони начинается примерно с одного момента и даже в ранних записях зебр упоминалось появление "посланницы звёзд". Лорен просто не могла всё это время быть под воздействием ментального паразита, и скорее всего он, как всё в этом мире, также её создание.

Всё что Лорен совершала было сделано сознательно, даже самые ужасные вещи, и, будучи доброй принцессой, Селестия не могла это просто так оставить — появления "посланницы звёзд" нужно прекратить. Увы, но исполнение данного желания было выше сил "солнечной богини". Несмотря на все свои возможности, могущество Селестии ни шло ни в какое сравнение с той силой что обладала "истинная богиня" — для Лорен справиться с Селестией также легко как раздавить клопа. Принцесса прекрасно понимала этот факт, и то что даже если бы она стала такой же сильной как Лорен то всё равно бы не смогла ей навредить. Несмотря на всё то, что она о ней узнала, она любила и почитала Лорен как свою мать. Также для Селестии свою роль играла любовь к своей сестре. Лорен говорила как её освободить, если тот шанс будет упущен то Селестия больше никогда не обнимет свою сестру.

Исходя из всего вышеперечисленного, Селестия приняла трудное решение — использовать выжидательную тактику и исполнять приказы Лорен. Далее, следуя пророчеству, найти нужную пони и взять её в ученицы, когда она найдёт другие элементы, а сама станет элементом магии, та пони освободит сестру Селестии от "ночного кошмара". Далее снова действовать выжидательно и исполнять приказы, но с одной оговоркой. Селестия собиралась сделать то, что хотела тысячи лет — рассказать своей сестре об: "истинной богине", её планах и деятельности, о призраках, да и вообще всё — Селестия хотела чтобы у неё с сестрой больше не было друг от друга секретов. Конечно варианты того как принцесса Луна отнесётся к открывшейся ей правде был непредсказуем но "лучше поздно чем никогда" — Селестия была уверена что вместе с сестрой она точно примет лучшее решение.

Годы шли, и пророчества стали сбываться, в том числе и те насчёт будущего элемента магии. Видя и ощущая вспышку магии, Селестия сразу узнала ту кто освободит её сестру. Для Твайлайт Селестия стала как вторая мать, и данные родственные чувства оказались взаимны — для Селестии Твайлайт стала как дочь, которой у белого аликорна никогда не было.

Другие предсказания также стали сбываться как по расписанию, и следуя им, Селестия намеренно сделала вид, что не верит в возвращение Найтмер Мун. Также следуя приказам белая аликорн отправила свою ученицу туда, где она найдёт другие элементы. (Вообще-то Селестия и так знала что это за пони — радужный удар и его последствия не остались незамеченными.) Далее она, перед освобождением Найтмер Мун, находясь в ратуше Понивиля, телепортировалась туда, где её не найдут. Для обычных пони это выглядело, будто их принцесса похищена, для Найтмер Мун, как позорное бегство.

Дальше пророчество пошло как по нотам. Найтмер будучи властной и жестокой, и видя как пони отправились на поиски элементов, всё же не стала их испепелять лучами смерти. После тысячелетия на Луне она не могла так просто убить тех, кто относится к её виду, кроме Селестии конечно. К тому же, после бегства Селестии, она собиралась править Эквестрией, и ей не хотелось начинать своё правление на такой ноте. Также свою роль играло её самолюбие — ей хотелось, чтобы как можно больше пони оценили её красоту и красоту ночи. Так что, основываясь на всём перечисленном, Найтмер Мун действовала настолько мягко, насколько это можно применить к злобной богине — пыталась сбросить со скалы, натравила мантикору, пугала магическими образами жутких рож на деревьях и прочее по мелочи. Такие "фокусы" заставили бы отступить любого пони, и данные не были исключением, вот только будущие министерки действуя вместе нивелировали недостатки друг друга, к тому же на их стороне было пророчество — ранее подобные пророчества всегда исполнялись и данное продолжило эту традицию. К удивлению Найтмер Мун шестёрка пони смогла активировать элементы и с их помощью очистить принцессу Луну от тёмных, да и вообще каких либо, магических сил — после воздействия радужного луча смерти, принцесса Луна резко помолодела. Селестия же, совершенно не изменившаяся за тысячелетия внешне, душевно несколько изменилась, и теперь, после возвращения сестры, она собиралась сделать то, что пугало её даже больше боя с Найтмер Мун — она собиралась нарушить волю "истинной богини".

Селестия не сразу решилась осуществить задуманное, но всё же решила не отказываться от своего плана — Луна её сестра и она заслуживает знать правду. Селестия рассказала ей всё, и как доказательство своих слов показала многочисленные записи с пророчествами, что уже исполнились и те, что ждут своего часа. Осознание правды повлияло на принцессу специфичным образом. Дело в том, что магия пони основана на их эмоциональном состоянии и аликорны не исключение. Судя по тому, как быстро Луна повзрослела (даже грива стала эфирной), она испытала сильные эмоции, а судя по её выражению морды и голосу, она была зла. К счастью Селестия предвидела подобный исход, и перед разговором закрыла помещение магическим звукоизолирующим куполом — иначе в замке пришлось бы менять окна и витражи.

Прооравшись и выгорев эмоционально, принцесса Луна долго приходила в себя. Ей было сложно смириться, что вся её жизнь, да вообще жизни всех в этом мире, чётко спланированный план, преследующий неясные цели. Согласно этому плану принцесса должна была провести тысячелетие на Луне, а столь похожий на пони народ зебр ведёт полудикий образ жизни, и это не говоря о закрытом городе с множеством одержимых пони — страшно представить, но в этом мире наверняка есть и другие тайны, о которых принцессы не знают. Но не это особенно злило принцессу Луну – по-настоящему её возмущало то, что Селестия принимала во всём этом самое прямое участие. То, что она знала многое, даже ту кто за всем этим стоит, и за тысячелетия не дала своей сестре даже намёка на правду. Даже то что "призраки" их чуть не убили не изменило решение Селестии хранить молчание, и лишь вид того что "истинная богиня" лично творила зло заставило Селестию пойти против её воли.

С трудом, но принцесса Луна всё же простила свою сестру, она поверила, что всё то, что Селестия сделала за тысячелетия, всё то молчание, всё это было ради благополучия рода пони. Что будучи преданной "истинной богине" она всё же нашла в себе смелость усомниться в её безгрешности и правоте. Что подтвердив свои опасения она сделала правильный выбор доверившись своей сестре. Теперь остался сущий пустяк — призвать Лорен к ответу. Какой бы могущественной она не была, она должна ответить: за страдания двух сестёр, за народ зебр, за тех пони, что стали носителями "призраков", за тех, кто был убит этими "призраками", за весь этот мир.

— Это уже несерьезно, — тут уже я прервал Лиру. — Что это за хрень? Сестры, зная насколько они слабы в сравнении с «Чернильницей», собрались её вальнуть? Это при том что они боялись обычных, не магических, винтовок? Да это всё равно, что если бы я пошёл с кулаками на мчащийся поезд.

— Неужели в твоём мире всё решается только силой? — Лира ответила мне вопросом на вопрос.

— Нет, не все, но в описываемой тобой ситуации силовой фактор играет очень весомую роль. К тому же, это прозвучало так, будто принцессы решили устроить "стрелку".

— Стрелку? — гулифицированный единорог повторила слово в вопросительном тоне.

— Бандитская сходка для решения проблем, которая часто заканчивается побоищем с потерями обоих сторон. Если "Чернильница" действительно настолько крутая, то, как принцессы остались живы?

— В том случае обошлось без боя, — далее Лира продолжила на моменте где я её прервал.

Применив уже ранее упоминаемое заклинание телепатического контакта, Селестия назначила "стрелку" на территории старого разрушенного замка двух сестёр. Место было выбрано не случайно. Дело в том, что Селестия прекрасно понимала, что силовое решение — не вариант. Даже вместе с сестрой у Селестии против Лорен нет шансов. В их случае численное превосходство ничего не даст — двум аликорнам не победить одну, но очень сильную. Понимая это Селестия решила действовать лишь словом, к тому же, даже после увиденного, она верила что "истинная богиня" не злая — та кто создала этот мир просто не могла быть злой. Может за свою долгую жизнь у неё притупились понятия добра и зла, может что-то другое — Селестия не знала, но надеялась получить объяснения всему произошедшему и данный замок был прекрасным местом для объяснений. В прошлом он был наполовину разрушен НайтмерМун и, в присутствии сестры Селестии, наглядней всего показывал чего хотела солнечная принцесса. Также данное место было выбрано и с учётом силового варианта. Конечно, принцессы не надеялись победить, но кроны окружающего замок леса были густы, да и в самом лесу было множество пещер, где можно спрятаться. Ещё свою роль играло и то, что руины замка достаточно далеко от насёлённых пунктов, а принцессы не хотели, чтобы кто-то случайно пострадал.

Перечисленные предосторожности оказались не востребованы — прибывшая Лорен видя Селестию и Луну, хотя и высказала своё недовольство, но воздержалась от активных действий. Принцесса Луна похоже лишь тогда окончательно поверила в реальность существования того аликорна, хотя в будущем всё же отметила некоторые факты её внешности. Принцесса ночи отметила что хотя внешне "истинная богиня" действительно выглядит как обладающая безграничной магической силой, но в ней нет и доли того величия что есть у правящих принцесс. Несмотря на свои размеры и магическую мощь, Лорен даже не пыталась держать принятую у монархов осанку и выражение на физиономии. Она была больше похожа на учительницу чем на богиню — кланяться ей было унизительно.

Насмотревшись друг на друга и осуществив некоторые формальности, принцессы приступили к тому ради чего Селестия вызвала ту кого любила, почитала и боялась — начали задавать многочисленные вопросы. Спокойно выслушав вопросы принцесс, Лорен сказала что ответит на почти все, и убедительно попросила не переспрашивать и не пытаться получить ответы на те вопросы на которые она не собирается отвечать.

Начать Лорен решила с того что больше всего шокировало Селестию — Лорен сказала (вот это поворот) что она тоже "призрак". От такого ответа у Селестии тут же появилось нехорошее предчувствие, но "чернильница" её успокоила; Тело этого аликорна специально было создано для её сознания. Всё это время Селестия знала одну и туже "истинную богиню". Лорен является первым "призраком" да и вообще первым живым существом что оказался на этой планете, после того как её старые хозяева уничтожили на ней жизнь.

Предвидя от чьего лица дальше пойдёт повествование я, cделав "рукалицо", произнёс на русском: Опять «повествовательная матрёшка».

## Порванная струна - Ненужное знание (часть третья)

– Не опять, а снова, — хриплым голосом ответила гулифицированный единорог. Сам ответ ничего из себя не представлял кроме того факта что был сказан Лирой на русском языке, с сильным акцентом, но всё равно на русском. Я был удивлён.

— Ты знаешь русский? — вообще-то мой вопрос был риторическим. Вопрос насчёт языка был сказан на самом этом языке – какое-то масло масляное. Нужно добавить что-то менее нелогичное: — Вот уж не думал, что в этом мире смогу говорить на "великом и могучем" с кем то кроме Селестии.

— Тогда довольно иронично, что именно Селестии я и обязана тому знанию, — Лира продолжала говорить на языке Пушкина и Толстого, Горького и Ленина, мне это нравилось, а вот Сулик недовольно морщился, но мы на него не обращали внимания, так что Лира продолжала: — Дело в том что, шпионя в Сталлионграде, она столкнулась с проблемой, что не понимала языка местных. Естественно Селестия решила, что это не должно её останавливать, так что помимо управления страной и вылазками в закрытый город, ей пришлось выбрать время и для уроков русского. Похоже, она считала знание данного языка очень важным, раз держала словари, и рабочие тетради рядом с дневниками, что вела тысячелетия.

— Уважуха, — так неумело я начал высказывать своё одобрение решению Селестии и Лиры, — Начать учить язык, который в другом мире считается сложным, а в этом мёртвым — это вызывает уважение.

— Я тоже так думала, но всё же решила его освоить. Конечно, данное знание тогда казалось ненужным, но у тех, кто не может умереть от старости и не нуждается во сне, довольно много времени. Также свою роль играло и уважение к моей покойной подруге Октавии Мелоди — она также говорила на данном языке. Я всегда ей восхищалась — её, спокойствию, музыкальным талантам, способности долго стоять прямо. Хотелось быть чуть более на неё похожей.

— Про меня не забыли? — Сулик по английски прервал наш диалог. — Будучи одни между собой говорите на чём угодно, но в моем присутствии на том, что я пойму.

— Серьезно? — уже на аглицком я спросил полосатого гуля: — Ты думаешь, что мы будем обсуждать заговоры?

— Возможно всё, так что прошу не сеять подозрения. Говорите так чтобы я понимал, — далее гуль зебра повернулся в сторону Лиры: — Ты остановилась на моменте где "Посланница Звёзд" стала отвечать на вопросы принцесс. Они ведь смогли её убить?

— В смысле? — Лира была удивлена такому вопросу. Ранее она описывал "посланницу" как абсолютно неуязвимую (по крайней мере, у меня сложилось такое впечатление), так что вопрос о её смерти был неуместен.

— В смысле, что после возвращения принцессы Луны, "посланница звёзд" больше не появлялась и моя страна не страдала от неурожая и болезней. С тех пор зебр убивали только пони и нанятые ими грифоны наёмники.

— Тогда можешь считать её убитой. Она сейчас в другом мире.

— Стопэ, — начав с гопнико-русского дальше я продолжил на местном языке: — Давай без временной чехарды. Продолжи с момента, где остановилась, — единорожка, которая сама одета как гопник, учла замечание и продолжила с указанного момента.

Без временной чехарды всё же не обошлось — Лорен начала с момента, когда данная планета (PGS54 B13) ещё принадлежала людям и их союзникам. Принцессы были сильно удивлены что их мир носит столь странное название, а также тому что когда-то "призраки" (в смысле представители того разумного вида которого вселяли в тела местных обитателей) являлись хозяевами данного мира, но не так сильно как когда они узнали, как использовали данную планету. По словам Лорен, она сама была удивлена открывшейся ей правде.

Дело в том, что Лорен окончила свою первую жизнь в эпоху, когда человечество только начало робкие попытки выхода в космос — вполне возможно, что на Земле я и Лорен жили в одно и то же время. Нынешняя современность для неё (да и для меня), даже не третье тысячелетие, а по-настоящему далёкое будущее. В этом будущем люди всё же нашли себе братьев по разуму (первый контакт прошёл на какой-то планете полностью покрытой толщей воды) и что интересно — не враждебных. Лорен не описала их внешность и не сказала название — упомянула лишь, что они построили свою цивилизацию, массово используя биотехнологии.

Увы, но надежды на мир в масштабах всея галактики не оправдался. Найденные братья по разуму вели войну с множеством других цивилизаций. По сути, люди прилетели на "планету океан" когда велась война всех против всех, и им повезло что их не приняли за очередного захватчика. Однако у данной удачи появилась и "другая сторона медали" — найдя себе друзей, человечество автоматически нажило множество врагов, и чтобы выжить ему пришлось на добровольно-принудительных началах, стать союзником. В дальнейшем данный союз развился в могущественный альянс, который наверняка существует до сих пор, и в своём развитии союзники достигли значительного прогресса. Лорен упомянула, что в её мире говорят, что "достаточно развитая технология неотличима от магии" — строго говоря, принцессы, да и другие обитатели этого мира, подтверждают данное утверждение даже в слишком буквальном смысле.

Дело в том, что союзники сделали неожиданное открытие — был открыт новый вид материи. Учёные назвали её "нулевой материей", но в этом мире её называют магией (похоже, теория Менделеева насчёт "мирового эфира" получила неожиданное подтверждение). Используя данную материю в альянсе научились создавать то, что до этого считалось псевдонаучной ересью. Были проведены опыты с телепортацией, созданием силового поля, телекинезом и антигравитацией. Для принцесс такие достижения звучали, как нечто обычное (в мире магии это действительно считалось обычным), но не так как способность манипулировать временем. Также их впечатлила сама возможность, создавать настолько сильное защитное поле используя которое люди смогли буквально пролетать через звёзды.

Однако помимо восхищения они были неприятно удивлены узнав, что большинство этих достижений использовались как средство ведения войны. На этом неприятные открытия не закончились — Лорен поведала, что и данная планета была освоена лишь в качестве полигона. Вообще то "PGS 54 B13" далеко не единственная планета полигон, но в своём роде она была уникальна. Дело в том, что в других мирах, полигоны занимают лишь отдельные сектора непригодных для жизни планет, где проводят разработки и испытания различного вооружения. Данная планета была пригодна для жизни и представляла собой один сплошной полигон, и что интересно — не для испытания классического вооружения. Раньше, та планета, на которой находится современная Эквестрия, была одним сплошным испытательным полигоном биологического оружия — с натяжкой, но можно сказать, что и сейчас она выполняет туже функцию.

Тогда учёные альянса выводили различных смертоносных существ, которых планировали выбрасывать во вражеские миры. Данный способ вести войну себя не оправдал, также как и тот при котором вовнутрь звезды закладывалось устройство, что заставляло её раздуваться, сжигая ближайшие планеты — способ оказался избыточен, однако именно на этой планете провели первое испытание оружия, что обеспечило альянсу серьезное преимущество. Его настоящее название сложно произносимо, так что в народе его скромно прозвали: "ДНК бомба" — крупное устройство, испускающее нейтронный импульс невиданной мощности, уничтожающий всё живое, но абсолютно не затрагивающий инфраструктуру планеты. Данные особенности этого чуда оружия делали его практически идеальным, так что не удивительно, что после первого испытания на этой планете, им стали активно пользоваться. Именно применение этой "ДНК бомбы" привлекло того кого Лорен назвала своим "работодателем". Кто такой этот "работодатель" она не поведала, но сказала другие подробности.

Для него манипулирование "нулевой материей" также естественно как для них дышать. Из-за него в данный момент человечество, их союзники, и некоторые другие цивилизации, отброшены в своём развитии. Именно он напитал данную лишённую жизни планету нулевой материей (магией). Используя данную материю он создал нынешнее тело Лорен и переместил в него её сознание. Сказать, что она сама была шокирована это ничего не сказать (как я её понимаю) однако один шок быстро сменился другим — перед ней предстал тот, кто лишь внешне выглядел как обычный человек.

В первой жизни Лорен не была сильно религиозной однако, очнувшись после смерти в другом мире, в таком, с позволения сказать, виде, у неё на некоторое время пропали сомнения насчёт существования сверхъестественных сил. Тем не менее, представший перед ней псевдочеловек (точнее просто образ) рассказав ей нынешние реалии, смог ту переубедить. Проще говоря, он перенёс сознание Лорен в специально созданное тело, наделённое способностью контролировать "магию" и выдал ей целую планету. Для каких конкретно целей не уточнил, но Лорен догадывалась исходя из своего нынешнего положения (шкуре в которой оказалась) и воспоминаний прошлой жизни. Основываясь на этих воспоминаниях, она и создала этот мир в его современном виде.

Принцесс этот факт не удивил (они и так знали, что именно она является их создателем) однако их сильно смутили некоторые сказанные Лорен факты. Образ Эквестрии, её жителей, принцесс и всего остального, основаны на художественном произведении, в создании которого Лорен участвовала в прошлой жизни, так что для неё, весь этот мир лишь плод её больного воображения.

Первый десяток лет ей нравилась такая жизнь в собственных фантазиях. У неё оказался в распоряжении целый мир и безграничные возможности — единственное чего она не могла, так это переместиться назад, на Землю. Принадлежащий ей мир, в каком-то смысле, являлся её тюрьмой. Ранее на этой планете выводили существ, которых собирались использовать как оружие, теперь уже Лорен (предварительно уничтожив большую часть сохранившейся инфраструктуры) выводила на ней существ, которые обладали способностью манипулировать "магией" — невелика разница.

От такой жизни начиная постепенно сходить с ума, она обратилась к "работодателю" предложением избавить её от страданий, однако тот предложил кое что получше. Он наделил её возможностью: призывать и вселять сознания (создавать тех, кто сами себя назвали призраками), впадать на столетия в анабиотическое состояние (чтобы время тянулось не так медленно) и самое главное — предложил ей возможность возврата в свою прежнюю жизнь в обмен на некоторые услуги. Естественно Лорен согласилась с условием, что от неё не будет секретов — "работодатель" принял условие.

Главный секрет заключался в том, что проект существования мира основанного на магии был признан неудачным, а вот программа, осуществляющаяся на другой планете полигоне "работодателю" кажется более перспективной, и та работа, что предлагается Лорен и другим "призракам" не предназначалась для этого мира.

В данный момент она и другие "призраки" уже выполнили все свои условия, и вскоре Эквестрию ждёт волна «внезапных смертей». Лорен также "погибнет" чтобы преодолев пространство и время, прожить свою старую жизнь заново — о жизни в этом мире у неё не останется даже воспоминаний. Сейчас она и другие одержимые занимаются тем, что уничтожают следы своей деятельности — оборудование, оружие, записи и прочее. После заметания следов состоится "исход", и ложь станет правдой — принцессы станут истинными правителями Эквестрии.

Со слов Лорен этому миру будет дана полная свобода, а так как его прежние хозяева отброшены в развитии, то его вряд ли потревожат. Принцессы смогут заботиться о его развитии как посчитают нужным, хотя Лорен всё же посоветовала следовать пророчествам.

Принцесс данные ответы совершенно не удовлетворили, их не сильно интересовало то, что происходит за пределами этого мира, их больше интересовало: почему "посланница звёзд" убивала жителей страны зебр? Ответ принцесс немало шокировал.

Дело в том, что на территории Эквестрии находится так называемое "Дерево Гармонии". Будучи стилизованным под дерево данное сооружение по факту является излучателем энергии элементов, но оно оправдывает вторую часть своего названия — излучатель действительно несёт гармонию. Воздействуя на магию жителей Эквестрии, Дерево глушит их худшие пороки, не даёт проявиться опасным или ненужным талантам, и самое главное — поддерживает их численность.

Будучи способными быстро повышать свою популяцию, пони всё же оставались удивительно нравственными и морально устойчивыми. В Эквестрии тысячу лет не было демографических взрывов, и средняя популяция пони гармонично жила с окружающей природой.

Лира подтвердила данное утверждение — пони действительно были образцом нравственности. Лишь немногое, как она и Бон Бон, практиковали то что сейчас считается вполне обычным, но тогда исключения лишь подтверждали правило. В подтверждение этого Лира даже упомянула, что тогда в Понивилле работал спа-салон, работницы (две земные пони с именами Лотос и Алое) которого выглядели просто как олицетворение похоти, и никто этого не замечал. Неудивительно, что в городе, где жители (большей частью самки репродуктивного возраста) чаще (даже в мыслях) воспринимают представителей противоположного пола как собеседника, а не полового партнёра, было так мало детёнышей. Порой это доходило до курьёзов — из-за недостатка учеников Понивильская школа состояла из одного кабинета, и работала в ней всего одна училка, а ведь город не считался маленьким.

К сожалению, до страны зебр излучение дерева не дотягивало, так что не удивительно что, будучи похожими на земных пони, полосатые бесконтрольно плодились. Лорен не собиралась создавать вторые элементы и новый излучатель, так что приняла более простое решение, которое назвала "санитарным отстрелом". Решение оказалось правильным и к тому же удовлетворяло потребность "посланницы" в удовольствии от насилия.

На принцесс данное объяснение произвело сильное впечатление. Конечно, они уже видели что "призраки" могут быть жестоки, но сёстры и подумать не могли, что кто-то может устраивать массовые убийства, считая, что при этом совершает благо, получая от этого удовольствие (как это похоже на Мелкопипку). Утешало лишь то, что вскоре Лорен покинет этот мир.

Уходя "истинная богиня" не стала прощаться, похоже, она понимала, как принцессы к ней относятся. Самим принцессам было немного совестно радоваться будущим "массовым смертям", но всё же это не отменяла факта — наконец-то, спустя долгие тысячелетия, этот мир стал принадлежать им. Конечно, формально они правили только Эквестрией, но де-факто, тем кто может управлять светилами подвластно и всё остальное, нужно лишь прийти забрать. Однако принцессы аликорны хотя и были властны, но не желали расширять свои владения за счёт других. Они решили, что хотя по своей природе Лорен являлась злом, она всё же создала этот мир как обитель гармонии и добродетели. Исполняя её указания, Селестия обеспечила Эквестрии спокойствие и процветание — будет глупо отказаться от исполнения пророчеств только потому, что Лорен была злой.

С другой стороны, не все будущие пророчества нравились принцессам. Следуя им они должны будут; Нанять самых тупоголовых стражников, которые позволят Твайлайт проникнуть в закрытую библиотеку и переместиться во времени. Сдать свою столицу чейжлингам, надеясь что их "победит любовь третьего аликорна (какая то похожая на жвачку воспитательница детского сада носящая формальный титул принцессы) и брата Твайлайт". Устроить возвращение "Кристальной Империи" и отправить туда жвачкоподобную принцессу с её мужем чтобы они расправились со злобным и жестоким королём Сомброй, а после того как Сомбрыч будет побеждать отправить на подмогу Твайлайт с её друзьями. Отправить трусливую и застенчивую пегаску Флаттершай перевоспитать Дискорда (психа обладающего безграничным могуществом). Убить Твайлайт Спаркл чтобы после перенести её сознание в специально созданное тело аликорна (по сути сделать её похожей на "призрака", и это не говоря что принцессам придётся делиться властью). Сделать вид, что не заметили побег Тирека (какой-то уродец способный высасывать магию), а после притвориться испуганными и отдать аликорнезированной Твайлайт все свои магические силы. Притвориться, что удивлены когда "жвачка" родит малышку аликорна обладающую сильной магией. Культивировать у себя в стране секту всеобщего равенства. Позволить в очередной раз похитить себя чейджлингам, а после позволить этим питающимися ментальной энергией насекомым, эволюционировать. Позволить себя победить единорожке с дурацким именем Шипучая Вишенка (у которой к тому же обломана дрель) и позволить захватить Эквестрию какому-то, похожему на бабуина, самозваному королю. Профинансировать строительство "Школы Дружбы" в которой бывшие хранители элементов станут училками и будут учить различных обитателей этого мира (в том числе и эволюционировавших чейжлингов) всякой хрени. Это далеко неполный список того что принцессам не нравилось, и это не говоря ещё о том что теперь они должны стать "посланницами звёзд", и посещая страну зебр нести её жителям хаос и насилие.

В общем и целом, принцессы решили всё же продолжить исполнять волю Лорен за исключением всего, что связано с "Посланницей звёзд". Если ради благополучия Эквестрии принцессам придётся выставить себя идиотками и проделать всё вышеперечисленное то они готовы, но они поклялись никогда не делать ничего плохого стране зебр.

Решение было трудным, но они всё же приняли пророчества Лорен за руководство к действиям и первое время план работал. В Эквестрии не было никаких призраков, страну зебр никто не терроризировал, история развивалась согласно пророчествам. Если бы принцессы продолжили им следовать то можно быть уверенным — в нынешний мир не переживал бы последствия ядерного пепелища.

Что могло заставить принцесс отказаться исполнять волю создателя этого мира? В одном из многочисленных дневников был ответ на этот вопрос, и он был неожидан. Пересказывая прочитанные дневники, на данном моменте Лира даже решила показать свою зарисовку и, вытащив магией из своей сумки толстую тетрадь, она, далее раскрыв одну из страниц, показала карандашный рисунок.

— Эмм..., — глядя на рисунок, я не сразу нашёл что сказать.

— Ты знаешь, что это такое? — Лира задала очевидный вопрос.

— Французский учебно-боевой самолёт СМ-170 Fouga? — длинная кабина и V-образный хвост явно выдавали это порождение европейского ВПК.

— Самолёт? Эта штука должна называться глай...., — взглянув на открытую страницу, Лира на секунду замялась, но после в резкой форме продолжила, — (Нецензурно)! Гнилое сено! Совсем от старости (нецензурно)! Не та страница! Вот та!

Перед моим взором предстал карандашный рисунок странной, определённо летающей, машины (http://aim2.ucoz.com/4class/MOD_GL_M4_S_FIRST2.jpg). Понятия не имею что это, но рискну предположить, что Лира собиралась сказать: глайдер. В эпоху, в которой я жил так называли различные летательные, а иногда и плавающие аппараты, которым не подходили классические определения. Как различным коптерам и прочим конвертопланам (про себя я такие непонятные аппараты называю хренолётами) не подходит понятие вертолёта, так и всякие аппараты, что летают в около космическом пространстве, не назовешь самолётом.

— Значит «глайдер», вот только судя по рисунку, он не способен пересечь гиперзвук, – я высказал Лире свой вывод об увиденном.

— Гиперзвук? Не знаю что это за определение, но данная машина смогла обогнать Рэйнбоу Дэш, причём в той гонке пегаска смогла сделать «Сонник Рейнбоу».

— Да, я слышал, что та министерка могла летать быстрее звука, — зная, что в этом мире летающие копытные могут выходить на сверхзвук, не нужно удивляться подобным возможностям от странного вида машин. — Откуда у тебя этот рисунок? Сама нарисовала?

— Да, сама. В данной тетради я делала зарисовки различных машин, чертежи, которых находила в архиве, но данный глайдер я зарисовала по памяти, с натуры. Я, как и весь Понивиль, видела эту машину своими глазами, и также как и все жители этого города, всё забыла. Принцесса Луна хорошо поработала, когда через сны стирала воспоминания, но спустя сотню лет, читая дневники Селестии, у меня стали «просыпаться» образы данного события.

Начать рассказ о появлении этого глайдера Лира решила с, казалось бы, несвязанных с будущими событиями действиями принцесс. Когда Лорен «ушла не попрощавшись», а по закрытому городу прошла волна внезапных смертей, принцессы окончательно поняли что их мир свободен от влияния «призраков». Тем не менее, они решили убедиться наверняка, и обыскали закрытый город. Также свою роль играло и простое любопытство — принцессы очень хотели узнать, что от них скрывали. Естественно поиски увенчались успехом не сразу – в городе было уничтожено все, что могло хотя бы намекнуть, над чем работали одержимые.

Подземный комплекс был уничтожен, здание, находящееся над ним разрушено так будто его никогда и не было, часть заводов также повторили судьбу комплекса, а у местных жителей будто стёрли воспоминания.

Однако принцессы не сдавались, и в поисках следов деятельности Лорен и её прислужников, они прочесали город две, нет, три тысячи раз. Они опросили и залезли в голову к каждому жителю, чуть ли не по кирпичику разбирали дома, просканировали город на использование всех известных им заклинаний, и нашли, хотя и не то, что искали.

Принцессами были найдены несколько схронов с оружием (судя по тому, что схроны были небольшими, их использовали отдельные одержимые), дневник в котором один из одержимых описывал, как Лорен проводила заклинание призыва, свидетельства местных жителей о подземных толчках, и самое интересное – след от очень мощного заклинания телепортации. Настолько мощного, что остаточный импульс от его использования распространился чуть ли не на половину Эквестрии, и до сих пор не затих. Похоже, используя его Лорен перемещала что-то очень большое, или что-то на очень большое расстояние, а скорее всего, всё сразу.

Тогда у принцесс появилась идея, используя этот остаточный импульс отследить, куда он ведет, однако, хорошенько подумав, принцессы отказались от этой идеи. Им вспомнились слова Лорен, что проект на их планете полигоне признан неудачным, и что имеются другие полигоны. Из этого можно догадаться, что данный след от заклинания телепортации ведёт туда, где также как и в этом мире, испытывалась оружие. Будучи знакомыми с тем оружием, что использовали призраки, принцессы решили, что от таких миров лучше держаться подальше.

Все обсудив, благородные сёстры решили прекратить бесполезное копание и заняться своими обязанностями принцесс. Дневник с описанием призыва «призраков» спрятать там, где его не найдут, оружие захоронить, а со следом от заклинания телепортации ничего не делать – со временем он рассеется. Какого же было их удивление, когда они узнали что, используя именно этот след, в их мир попали обитатели другой планеты полигона, и в их появлении напрямую была виновна ученица Селестии. В дневнике Селестии данная короткая история описывалась особенно подробно. Конечно, сама солнечная богиня в произошедшем никак не участвовала, но она, со своей сестрой, опрашивая свидетелей и участников, провели большую работу, чтобы восстановить картину произошедшего.

Данная история началась с того что у Твайлайт Спаркл появилась идея создания нового телепортационного заклинания. От классической телепортации его отличало использование "портальных окон". По задумке Твайлайт, предмет, попав в данное окно, будет мгновенно перемещён через пространство и окажется в другой выбранной точке. Идея такого заклинания казалась ученице Селестии перспективной — заклинание телепортации считается крайне сложным (лишь немногие единороги как сама Твайлайт владеют этим навыком) и данное экспериментальное заклинание сулило перспективу наделить возможность быстрого перемещения любого пони. Вот только фиолетовая единорожка не знала, что она не первая кто, находясь в Эквестрии применял данное заклинание. В прошлом используя данное окно, Лорен переместила из Эквестрии что-то очень большое, очень далеко. Для такого перемещения использовалось очень много магии, настолько много что след от использования данного заклинания тогда ещё не успел рассеется, и по всем известной "теории невероятности" Твайлайт случайно напала на этот след.

Само данное перемещение произошло на живописном лугу у озера на окраине Понивиля. Там Твайлайт решила провести испытание и, взяв с собой своего помощника Спайка (тогда он был ещё детёныш) начала манипуляции с магическим полем. Не зная что оно было деформировано от заклинания Лорен, она задела телепортационный канал, приведя из другого конца коридора того кто в данный момент также применял телепортацию. Данная череда случайностей привела к тому, что из другого мира в Эквестрию попал тот, кто был изображён на карандашном рисунке.

Придя в себя, данный пришелец потратил некоторое время, чтобы проанализировать местный язык. После того как анализ был завершён он представился именем Лорат и спросил где он находиться. Получив ответ он, следуя обычаям своего мира, про себя назвал данную местность "Сектор Эквестрия" (звучит неплохо), и обратив внимание на метку Твайлайт предположил что она "состоит в клане". Себя кратко описал как "механоид — разум воплощённый в металле" (небольшое сферическое устройство из особо прочного но тяжёлого металла), а также задал ещё множество вопросов. Далее он, всё ещё считая что находиться в своём мире (хотя мог догадаться — в его мире вместо жёлтой звезды находится звезда на стадии красного гиганта), собрался отправиться на поиски "Полигона-4" (на данном Полигоне у него было важное задание) однако Твайлайт его остановила, сказав что в их мире ничего подобного нет, и то что она причастна к произошедшему.

Несмотря на то, что Лорат являлся машиной он мог испытывать эмоции, но тогда всё же удержался, чтобы не расстрелять "фиолетовую ошибку природы" и, дав ей двадцать четыре часа на решение проблемы его возвращения, отправился на исследование "Сектора Эквестрия". Естественно его появление не осталось незамеченным — Рейнбоу Дэш заинтересовалась странной летающей машиной. После взаимных оскорблений Лорат решил не загружать свои логические схемы и просто оторваться от назойливой летающей копытной. Данная погоня переросла в импровизированную гонку, в которой, как уже упоминала Лира, Рейнбоу Дэш проиграла. По закону подлости "финиш гонки" оказался у амбара фермерши Эпплджек которая собиралась собирать урожай. Дальнейшее событие оказалось из разряда — нарочно не придумаешь.

Дело в том, что данный "разум воплощённый в металле" считал органических существ ничтожными созданиями. Он логично считал, что если бы было по другому то "создатели" не стали бы создавать таких как он. Однако в этом мире он убедился, что местные органические существа способны к телепортации, а также, что они могут летать со скоростью достижимой далеко не каждому глайдеру. Всё это заставило Лората испытать к копытным чувство уважения, так что, видя, как Эпплджек стряхивает яблоки, он посчитал нормальным предложить помощь.

Будучи неспособным принимать пищу, он не понял смысла в сборе урожая и, видя как земная пони пинает деревья сделал вывод, что она атакует деревья чтобы уничтожить яблоки. Так как процесс обработки каждого дерева был затратен по времени он рассчитал лучшее решение, и сперва предупредив копытных об опасности, далее выпустил по яблоням "кластерную ракету". "Стряхивание яблок" полностью удалось — от значительной части участка фермы осталось выжженное поле.

Далее предсказуемо произошла словесная перепалка с угрозами (Эплджек угрожала сделать из глайдера лопасти для мельницы) прервавшееся прибежавшей на шум Твайлайт. Видя нанесённый ущерб она поняла что угрозы насчёт "разбора Сектора Эквестрия на строительный материал" были не голословны и, успокоив подругу, побежала думать над решением проблемы. В процессе данного решения механоид успел познакомиться с Рарити и Флаттершай (ему повезло что тогда Пинки Пай не было в городе, иначе бы глайдер не избежал участи при виде розовой копытной сжечь свои логические схемы и быть облепленным конфетти и шариками) а также отменить свои стимулирующие угрозы. Далее он отправился на точку откуда прибыл, чтобы в спокойной обстановке проанализировать полученные данные и не смущать Твайлайт своим присутствием.

Сама же фиолетовая единорожка в процессе размышлений, не придумала ничего лучше повтора эксперимента. Естественно осуществляя повтор она не собиралась сразу осуществлять перенос — просто хотела проверить работу заклинания. Однако перед проверкой работы она и её друзья выдвинули версию, что после открытия туннеля из другого мира, также как Лорат, в Эквестрию может проникнуть другой пришелец и, судя по рассказам Лората, он вряд ли будет дружелюбен. Тем не менее, фиолетовая решила, что она не сможет придумать другого решения и повторила эксперимент.

В общем, опыт оказался успешен вот только также подтвердились и опасения, причём в наихудшем варианте — в Эквестрию проникли те кто преследовал Лората на "Полигоне-4". Преследователями оказались два тяжеловооружённых полуорганических механойда (их называют симбионты) клана Синигр, причём одним их них был сам его бессменный лидер именем которого и назван данный клан.

Понимая с кем имеет дело, механоид немедленно атаковал неприятелей, успев уничтожить один из глайдеров, однако Синигр быстро пришел в себя и дал Лорату бой. Копытные же (те что не летающие) не успели убежать и чуть было не оказались под перекрёстным огнём, что не осталось незамеченным для обоих противников.

Видя, что копытные не в безопасности Лорат, успевший проявить симпатию к местным обитателям, не решался применять своё вооружение. Синигр заметив эту странность поначалу ничего не понимал, но после того как Лорат открытым текстом приказал единорогам бежать, отмёл все сомнения и решил воспользоваться ситуацией. Проще говоря, он взял Рарити и Твайлайт в заложники, а после выдвинул свои требования — деактивация вооружения, передача информационного пакета и прочее. Лорат подчинился, хотя и не поверил Синигру что он оставит местных обитателей в живых. Чтобы избежать этого механоид разработал самоубийственный план, в котором он тараном оттолкнет Синигра на плазменные мины, которые Лорат ранее выставил в горячке боя. Тогда они не нашли свою цель но в этот раз они сработали уничтожив как глайдер симбионта так и машину самого Лората.

Пони живущие в мире гармони никогда не видели чью либо смерть, и тем более не думали что увидят гибель того кто защищал их от смертельной опасности, однако их горе продлилось недолго. Вскоре копытные вспомнили слова механоида насчёт особенностей его строения и, преисполненные радостью, немедленно бросились разбирать обломки глайдера. Поиски были недолги, и вскоре в копытах Рейнбоу оказался тяжёлый сферический предмет, который являлся "душой Лората" — так про себя копытные объяснили назначение данного прибора.

Дальнейшие события Лира описала менее подробно — на тот дневник попал сгусток пыли от розового облака, размыв большую часть страниц, но из того что можно было прочесть Лира смогла лишь сделать некоторые выводы:

Носительницам элементов всё же удалось помочь Лорату и отправить его "душу" на Полигон-4. Синигр и его соклановец также были найдены (в пещере дракона — рептилии понравились две светящиеся сферы), и отправлены в свой мир. К сожалению после переноса Лорат ничего не вспомнит об Эквестрии. Туннель перехода создаёт помехи, что стирают механоидам (без глайдеров) память, однако в этом есть и положительная сторона — Синигр и его соклановец также всё забудут.

Естественно вся эта история с механоидами не осталась без внимания правящих принцесс. Сёстры быстро догадались (хотя и не подали виду) почему Твайлайт открыла туннель именно на планету полигон. Теперь они поняли, что-то над чем работали призраки предназначалось именно для Полигона-4, вот только они не могли понять: что призраки, находясь в Эквестрии, могли такого создать, что бы понадобилось в мире разумных боевых машин? Вскоре у них появилась догадка и её им подсказали сами механоиды.

После многих экспериментов с заклинаниями, принцессы всё же смогли наладить с одним их механоидов телепатический контакт. Увы, не с тем, который пожертвовал своим глайдером спасая носителей элементов. Технически Лорат был слишком машиной (неудачный каламбур) и принцессы так и не смогли подобрать подходящего заклинания. Другое дело Синигр — тот механоид был создан с использованием органики. Хотя он всё равно был скорее машиной, но его "живой части" оказалось достаточно, чтобы принцессы смогли с ним поговорить.

Разговор получился очень странный, как и сделанные на его основе выводы. Синигр вызвал у принцесс противоречивые чувства — он вызвал у них одновременно и ненависть и жалость, презрение с уважением и прочие противопоставления.

Сознание данного механоида было ослеплено ненавистью — он совершенно не ценил свою и тем более чужие жизни. Довольно парадоксально, что он, будучи настолько злобным, на самом деле преследовал вполне благие цели. В своём мире Синигр являлся лидером клана поставившего себе цель стать полноценными живыми существами, и ради этой цели он даже пошёл против своего создателя.

Раньше Эквестрией правила Лорен, однако после её ухода власть переняли принцессы аликорны, которые теперь исполняют её волю — примерно то же произошло и на Полигоне-4. Тем миром правили "создатели", так механоиды про себя называют людей. Теперь же, после их исчезновения, тем миром правит их наместник — суперкомпьютер который так себя и называет "Супер". Он также, как принцессы волю Лорен, выполняет волю людей следя за благополучием Полигона (добычей ресурсов, состояние дорог, погодных станций, барьера что отделял Полигон-4 от внешнего мира и прочее), создавая новое вооружение и осуществляет его испытание, отдавая его воюющим друг с другом кланам механойдов. Параллельно со своими прямыми обязанностями, он не оставляет попыток выйти на контакт с "создателями", для этого он и создал таких механоидов как Лорат. Будучи формально независимым на деле механоиды его поколения были верны Суперу, и никогда не отказывали ему в помощи. Всё это очень раздражало Синигра (единственное, что у Синигра и Супера было общим так это почитание "создателей"), механоидов его поколения и его соклановцев.

Супер считал Снигра, и всех из его поколения, последствием неудачного эксперимента, но это было не так. Синигр поведал принцессам, что не ошибки Супера заставили его вести деятельность направленную на отделение от Полигона — идея сделать механоидов живыми существами вообще не принадлежит ему.

Симбионт рассказал краткую историю того как повстречал единственного представителя разумной жизни что находился на той планете — какого-то исполинских размеров моллюска которого Супер нарёк Наутилусом (по аналогии с одноимённым земным моллюском со спиральной раковиной). Данное существо, также как и принцессы, было наделено способностями к телепатии, но лишь Синигр, будучи созданным с применением органики, смог с ним поговорить и при этом не сжечь свои схемы. Наутилус рассказал симбионту многое: куда пропали "создатели", чью волю он исполняет, и что Синигр должен отделиться от диктата Супера, создать свой клан и сделать себя и его представителей полноценными живыми существами.

Принцесс не сильно интересовали интриги Полигона-4 а вот информация насчёт "создателей" и самого Наутилуса показалась довольно интересной. Дело в том, что тот огромный моллюск поведал, что "создатели" сейчас отброшены (не уничтожены) в своём развитии именно из-за его хозяина. Самого же "хозяина" он описал довольно скупо, сказав что "создателям" он известен как "Вершитель" (довольно ветхозаветное название) и что на Полигон-4 у него большие планы. Данная незначительная информация для принцесс значила очень многое. Образно говоря — пазл сложился почти полностью.

"Работодатель" и "Хозяин". Исполинских размеров подземный комплекс на планете полигоне для биологических исследований. Заклинание для переноса с этой планеты чего-то очень большого. Внезапно появившееся существо на планете полигоне, где испытывают глайдеры (пусть даже среди них и были органические). Слова Лорен что проект на "PGS54 B13" признан неудачным а проект на другой планете полигоне является для "работодателя" перспективным. Слова Синигра о его знакомстве с Наутилусом, и та их часть, где мутант говорит о "хозяине" с его большими планами. Всё это и многие другие факты сложились в цельную картину.

Для принцесс сделанный вывод оказался неутешителен. Если говорить метафорой то: весь их мир одна большая шутка, и после того как она перестала быть смешной высшие силы занялись более серьезными вещами. По сути, их мир является брошенным во всех смыслах этого слова, и принцессы бы очень хотели верить, что это продлиться вечно.

Хотели бы верить, но не верили. Хотя после возврата механойдов назад на Полигон-4, они ничего не вспомнят, но что будет, если Супер, или кто нибудь ещё, начнёт расследовать данное исчезновение с неожиданным возвращением? Что будет, если в Эквестрию ещё раз попадут обитатели Полигона-4? Вид разрушений близ Понивиля и на ферме Эплов говорил лучше тысячи слов. Принцессы тщательно исследовали данные разрушения, а также собранные обломки глайдеров и другой вывод также был неутешителен. Если бы Лорат действительно решил "разобрать Сектор Эквестрия на строительный материал" то принцессы бы не смогли его остановить — даже сил двух аликорнов не хватило бы чтобы подбить данную разумную боевую машину.

Тогда Эквестрии очень повезло, что к ним попал именно Лорат, иначе для рода пони будущее было бы трагическим. Ущерб же от произошедшего оказался невелик — уничтоженная яблоневая роща, напуганные жители Понивилля, да поле боя Синигра и Лората. Всё это было исправимо — Селестия заново засадила уничтоженную рощу новыми яблонями, а принцесса Луна, через сны, стёрла жителям города все воспоминания о пришельцах, лишь с полем битвы вышла проблема. Дело в том, что в том бою Синигр активно пользовался так называемыми "кислотными хоботами" (броня большинства глайдеров не была рассчитана на противодействие такого рода оружию) обильно залив поле зелёной токсичной жидкостью. После такой химатаки никакая магия не могла заставить растения быстро вырасти на выжженных участках, но это мелочь. Последствия посещения Эквестрии механоидами были полностью устранены. Лишь Лира обратила внимание на странное выжженное поле, но тогда её наблюдение ни к чему не привело.

Закончив с зачисткой принцессы вновь задумались над своей беспомощностью, однако не все выводы были столь пессимистичны; Шансы что из Полигона-4 в Эквестрию кто-нибудь прибудет всё же близки к нулю, к тому же, со временем телепортационное окно окончательно закроется. Принцессы решили, что не механоиды представляют для Эквестрии гипотетическую угрозу — внешний мир полон других опасностей. Гораздо реальнее, что в их мир прибудут его бывшие хозяева, и как ни странно на эту мысль принцесс натолкнула знакомая мне мятно-зелёная единорожка.

Дальнейшую часть рассказа кантерлотский гуль продолжила с плохо скрываемым раздражением в голосе. Она не знала, что принцессы начали за ней следить и, прочитав в дневниках Селестии что принцессы о ней думали, отношение Лиры к "Благородным Сёстрам" начало меняться в отрицательную сторону.

Разумеется, властные аликорны не опускались до прямого общения с играющей в кондитерском магазине музыканткой, и уж тем более они бы не поняли восторгов Лиры от увиденных ей образов других миров. Принцессы вообще узнали о видениях Лиры благодаря воле случая. Дело в том что, будучи тысячелетие на Луне, ночная принцесса освоила способность проникать в чужие сны. Сны Лиры также не были для неё чем-то запретным. Там она, увидев некоторые образы из видений зелёной арфистки, поначалу подумала, что Лира тоже одержимая — эта версия не подтвердилась. Тайна происхождения видений открылась после того как принцессы тщательно изучили метку судьбы и прилагавшийся к ней особый талант Лиры Харстрингс.

Как они выяснили — метка Лиры означала большее, чем талант к музыке. Если говорить упрощённо то: арфистка полностью соответствовала своему имени — она обладала способностью чувствовать "струны души". Обычно она, сама не зная, применяла эту способность, чтобы подбирать подходящие музыкальные композиции, которые пробуждали в душе у слушателей различные эмоции, однако у данной способности был специфичный побочный эффект. Лира ощущала, когда Лорен (да и не только она) осуществляла призывы "призраков" и даже могла видеть образы из прошлых жизней призванных. Принцесс эти образы, которые Лира старательно записывала и зарисовывала, очень заинтересовали. Настолько сильно что они даже тайно проникали в дом Лиры и Бон Бон, чтобы усыпив его жителей, пробудить в снах Лиры её старые видения, а также для снятия копий с её записей. Когда Лира об этом узнала, её угрызения совести насчёт чтения дневников принцесс окончательно пропали. "Благородных Сестёр" никогда не волновала неприкосновенность частной жизни, так что нет ничего зазорного в том, что сейчас мы обсуждаем их тайны.

В общем, если сейчас Лира зла на принцесс, в том числе и за то, что они копошились в её голове и записях, то и сами принцессы от открывшихся им образов, испытали не самые приятные ощущения. Их охватил страх встречи с теми, кого механоиды называют "создателями". Данные опасения можно бы было считать напрасными, если бы в записях Лиры принцессы не нашли упоминания о звёздах что двигались по неестественным траекториям — принцесса Луна подтвердила реальность такого явления.

Думая над этим, Селестия решила, что Лорен ошиблась (не в первый раз) говоря, что прежние хозяева не прибудут в этот мир. Скорее всего, они знают об Эквестрии, но сейчас у них слишком много проблем чтобы тревожить "PGS54 B13", но так будет не всегда. Что можно будет им противопоставить, когда они всё же прибудут в этот мир магии? То же что и механоидам? Это даже не смешно. Люди создали разумные машины и, судя по поведению их творений, несложно догадаться о намерениях их создателей.

Долго думая над прошлым, настоящим и будущим, принцессы решили, что у них два пути. Первый: продолжать жить, как жили, исполняя волю Лорен, выполняя пророчества и поддерживая в своём мире гармонию. Второй: так как Лорен дала принцессам полную свободу то они имеют право действовать по своему усмотрению. Первый путь был понятен, а вот второй — не определён в отличие от причин, по которым принцессы вообще рассматривали такой вариант.

Мир полон опасностей, и даже в Эквестрии роду пони противостоят множество угроз. За границами страны двух сестёр целый мир, кишащий плотоядными тварями, для которых цветные копытные как лёгкая закуска. Про то, что твориться в других мирах, принцессам даже думать было страшно. Всё что сейчас принцессы могут противопоставить этим угрозам так это собственную магию, но они уже множество раз убедились, что она не всегда бывает эффективна. Вывод: род пони должен быть способен защитить себя сам. Вот только как? Принцессы получили на данный вопрос очень наглядный ответ.

Данное событие началось с того что превращённый, с помощью элементов, в статую Дискорд всё же нашёл способ освободиться. Будучи психопатом, но не идиотом, он первым делом решил заняться теми, кто из него сделал подобие творения Зураба Царетелли. Естественно имея фактор внезапности и свои способности, "Дискомфорт" легко обезвредил будущих минестерок однако, уже уверовав в свою победу, он встретился с той от кого точно не ожидал угрозы. Угрозой оказалась Винил Скретч и её купленная в Сталлионграде диджейская установка, которая на самом деле являлась прототипом энергомагического оружия. Дискорду хватило всего одного выстрела, после которого он сутки пролежал с выражением ужаса на морде, пока его снова не превратили в статую. Парадокс, но в момент окаменения он был в той же позе что и в прошлый раз.

Произошедшее сильно удивило принцесс. Они поразились тому, что одна, далеко не сильная в магии, единорожка смогла справиться с всемогущим бессмертным существом, используя лишь "диджейскую установку". Также они поразились тому что, обыскивая закрытый город, не заметили столь мощного оружия, но это так — мелочь. Исследуя данную "Баспушку" благородные сёстры поразились данному симбиозу магии и технологий полученных от призраков. Им представилась перспектива развития данного направления, и то, что обладая такой техномагией, роду пони не будут страшны не то, что обитатели за границами Эквестрии, а вообще никто. Глядя на то, что сейчас из себя представляет этот мир, можно догадаться о выборе принцесс.

Первое с чего благородные сёстры решили начать, строя новую Эквестрию, так это с уничтожения «Дерева Гармонии». Это было тяжёлым решением, но принцессы понимали, что нельзя строить новый мир, будучи под действием излучателя, что ограничивает рождаемость. Последствия уничтожения дерева (в будущем они об этом пожалели и даже "заставили" Твайлайт Спаркл построить упрощённый аналог Дерева, названный Садами, которые мы всё же смогли уничтожить — но это совсем другая история) наступили почти моментально. Пони, будучи до этого образцовыми в плане нравственности, моментально поняли перспективы жизни в обществе, где доминируют самки (не носящие одежду) — в стране разумных копытных произошёл "демографический взрыв".

Незначительным но знаковым последствием данного "взрыва", стало то что третья аликорн (жвачкоподобная с именем Каденс) носящая титул "принцесса любви", так и не нашла в Кантерлоте свою любовь, и покинув столицу обосновалась в Сталлионграде, где по слухам местные всё ещё были угрюмы.

Однако, после исчезновения излучения, копытные так и остались чрезвычайно мирной расой. Первое время принцессы не знали, радоваться или огорчаться — решили всё же радоваться и продолжать действовать уже согласно собственным планам. Конкретнее: заключить договор о торговле со страной зебр, используя полученные ресурсы развивать промышленность, и когда экономические связи станут достаточно крепкими, предложить полосатым, то от чего они не должны будут отказываться — войти в состав Эквестрии. Далее объединенную страну должна будет ждать эпоха прогресса и процветания — как утопично.

План казался простым и логичным, вот только на его пути стояло множество проблем. Конкретнее, пони и зебры не единственные разумные существа населяющие этот мир. Данную планету населяли, как и большие общины (грифоны, драконы, минотавры и прочее) так и различные карликовые объединения разумных существ, живущих в том числе и в Эквестрии. Принцессы сделали логичное предположение, что зебры видя мир в котором все разделены по расовому признаку, не станут добровольно объединяться с теми, кто не носит полосок. Вариант "не добровольно" принцессам казался крайне неудачным. Пони всё ещё были мирными, да и страна зебр, выбравшая себе нового правителя, и без террора "Посланницы звёзд" тоже начала быстро развиваться.

Исходя из этих фактов, сёстры поняли, что для того чтобы объединится с зебрами им для начала придётся объединить собственную страну. Вот только все без исключения предложения о ограничении суверенитета в пользу принцесс, были отвергнуты, причём некоторые в довольно грубой форме. Естественно на данную дерзость аликорны поначалу решили ответить демонстрацией своей силы, а если и это не сработает, то последовать примеру Лорен. Вскоре они ужаснулись своим мыслям, но не отказались от плана объединения, в том числе и в его силовом варианте. Принцессы поняли, что рано или поздно пони перестанут быть столь излишне мирными, но этого не нужно бояться. Наоборот, этим нужно правильно воспользоваться. Однако сёстры понимали, что даже, несмотря на свой тысячелетний опыт, они не способны командовать армией, а также они вспомнили, как побывали в плену. Что будет если история повториться, или их того хуже — убьют? Что тогда ждёт жителей Эквестрии? Кто будет править страной, и следить за светилами? Принцессы не знали ответов, но были уверены, что для блага рода пони они должны остаться в живых.

Они решили, что им был нужен кто-то кто обучит род пони сражаться и защищаться. Кто-то, кто знаком с современными технологиями. Кто-то, кто будет предан принцессам. Кто-то, кто не вызовет подозрений. Призраки отвечали всем этим требованиям. Они были знакомы с технологиями, выглядели как обычные пони, умели сражаться и исполняли любые приказы, услышав ключевое слово.

В очередной раз принцессы ужаснулись своим мыслям — они обсуждали то, как будут делать вещи, за которые презирали "истинную богиню". Отличие было лишь в том, что Лорен осуществляла призывы, чтобы выполнить заказ "работодателя", принцессы же собирались использовать одержимых для блага Эквестрии. В конце концов, они решили, что уничтожив «Дерево Гармонии» они уже дали возможность появиться многим новым жизням, и будет не большим грехом забрать несколько, чтобы сохранить новое поколение.

Осуществляя призывы, на нескольких принцессы не остановились. Дело в том, что в прошлом Лорен чётко знала кого призывала. Принцессы же были лишены этих знаний, так что и их призывы были хаотичны. Естественно, не все призванные удовлетворяли требованиям принцесс, так что вместо десятка Эквестрию наводнили больше сотни одержимых, что могло в будущем создать серьёзные проблемы.

Чтобы избежать этого аликорны решили назначить "призракам" надзирателей. Тех, кто на фоне обычных жителей Эквестрии больше всего походил на воинов — ночных пегасов состоящих в гвардии принцессы Луны. Те кожистокрылые пони были идеальны для этой роли. Они были боеспособны, организованны, и самое главное, полностью преданы принцессе ночи, а значит и её сестре. К тому же, следя за одержимыми, они должны были сами обучиться боевым навыкам призраков, что в будущем сулило перспективу полностью отказаться от призывов.

Что же до самих призраков, то помимо воспроизводства своих технологий они должны были стать теми, кто зачистит Эквестрию от тех существ, что отказались присягнуть принцессам. В будущем Селестия собиралась избавиться от одержимых, но тогда, им была дана полная свобода в методах достижения целей. Ознакомившись с устройством этого мира и задачей от принцесс, призраки объединились в вооружённое формирование, которое назвали «Рота Террора» (судя по тому чем занималась эта зондер-команда название было удачным) и выбрали себе командующего. Командующий в короткий срок разработал довольно условный план и, судя по его описанию, полковник Отем его бы одобрил. Призраки осуществили в Эквестрии аналог "Операции: Выжигание", зачистив страну "благородных сестёр" от тех, кто отказался принять их правление. Операция получила обозначение "Сенокос" — это название было очень удачным.

Первыми кто "попал под косу" оказалась община разумных оленей, что обосновалась прямо в центре "Вечносвободного леса". Данные "лесные жители — разбойники грабители" вели изоляционный образ жизни, не почитали двух сестёр, и "от природы" обладали мощнейшей магией земли, что любой земной пони обзавидуется. Также сохатые обладали гипертрофированным чувством гордости, которое не позволяло им подчиняться кому то кроме своего вожака. Естественно сам вожак не собирался кому то подчиняться и, выслав принцессе письмо с отказом подписал себе смертный приговор. Сёстры решили, что для хранителей леса сохатые слишком опасны, и к тому же: негоже чтобы в центре Эквестрии существовало государство в государстве. Призраки быстро решили данный "лесной вопрос", пусть даже для этого понадобились винтовки большого калибра, "пули Дум-Дум" и огнемёты — второго сезона охоты не наступило. Действуя под прикрытием Ночной Гвардии, призраки выполнили задание со стопроцентным положительным исходом не оставив даже подранков.

Отношение принцесс к произошедшему было неоднозначным. По сути, они чувствовали себя виноватыми за произошедший геноцид, также их смутило то, что многие из "Роты Террора" стали срезать рога у убитых оленей, а некоторые даже целые головы, чтобы повесить их на стены как трофеи. Если бы произошедшее увидели обычные пони то их бы ждал сильный эмоциональный шок, даже ночные пегасы не смогли смотреть на сбор трофеев не падая в обморок, однако прожившие тысячелетия принцессы аликорны уже ранее видели и испытали на себе методы работы призраков. Хотя они не одобряли такую жестокость, но понимали, что чтобы добиться серьёзных результатов порой нужно действовать максимально жёстко. К тому же, так аликорны вырабатывали у ночных пегасов ненависть к одержимым. В будущем принцессы собирались отдать приказ Ночной Гвардии сделать с призраками то, что сами одержимые проводили во время "операции Сенокос".

У сестёр на призраков были большие планы, направленные на благо Эквестрии, и пусть без гибели невинных так и не обошлось, но принцессы утешали себя — они давали им шанс. Они убедили себя, что для блага рода пони вполне допустимо избавиться от тех кто, живя в Эквестрии не почитает принцесс — иногда благое дело требует небольшой геноцид.

— Подожди, — я прервал Лиру. — Принцессы создав "Роту Террора" отправили одержимых зачистить лагерь местных безобидных хиппи? Какой в этом смысл?

— Смысл был, — Лира говорила твёрдым и уверенным голосом, похоже мысленно она была согласна с действиями принцесс: — Работая на агентство я провела множество операций, в том числе против данных лесных жителей. Они были далеко не безобидны. Их контроль магии земли был настолько силен, что олени могли бы заставить "Вечно-Свободный лес" разрастись так чтобы он поглотил всю Эквестрию. Страшно представить, что бы случилось, если бы сохатые решили вступить в союз с врагами принцесс.

— Тогда в этом был смысл, — я коротко констатировал факт, а Лира продолжила рассказ своего чтения.

Каким бы с виду масштабным событием не выглядела операция по зачистке сохатых копытных, но, по сути, она была лишь репетицией. Даже не столько репетицией, сколько экзаменом — проверкой боевых качеств одержимых. Хотя олени были далеко не безобидны, но не они представляли для Эквестрии реальную угрозу (пока после уничтожения «Дерева Гармонии» их численность не успела возрасти). Принцессы готовили призраков для зачистки этого мира от другого врага. Врага, который был многочисленен, коварен, и обладал способностью быть буквально кем или чем угодно. Принцесс просто ужасала сама мысль, что в их мире есть раса чейжлингов — мерзких пониподобных насекомых, которые могут, приняв облик своей жертвы, похитить любого пони, чтобы высосать его магию. При этом жертву никто не хватится — её жизнью будет жить беспозвоночный.

Естественно принцессы не могли мириться с таким порядками, и желали избавить род пони от данной угрозы. "Чернильница" в своих пророчествах предрекала, что пони помогут чейжлингам эволюционировать, после чего насекомые перестанут нуждаться во внешней магической подпитке, и между пони и чейнджлингами завяжется крепкая и долгая дружба. Зная, что из себя представляют чейнджлинги, принцессы испытывали отвращение от данного факта. Дружить с теми, кто чувствует твоё эмоциональное состояние и способен менять свой облик — лучше избавить пони от такой дружбы. Так тогда решили принцессы и, продолжая свой рассказ, Лира согласилась что, то решение сестёр было правильным. "Дырявые" были как саранча — настоящим бичом Эквестрии. Лишь агентство, на которое работала Лира, и страх некой королевы Кризалис перед аликорнами, не позволяли чейнджлингам и их королеве захватить Эквестрию чтобы использовать её жителей как пищу.

Решение было принято — чейнджлинги должны разделить участь оленей, вот только насекомые были куда более сложной целью. Хотя они обитали на землях Эквестрии но территория вокруг их улья (внешне улей больше был похож на термитник) не контролировалась благородными сёстрами. Та земля внешне вообще была непригодна для жизни пони. Всё дело в особом артефакте — троне королевы Кризалис. Материал, из которого он был сделан, имел свойство расползаться, и постоянно увеличиваясь в размерах создавать причудливые конструкции. По сути, трон Кризалис и улей чейжлингов представляли собой единое целое — огромных размеров конструкцию способную к росту и самовосстановлению. Естественно поддержание работы такого сооружения требовало огромных энергомагических затрат, что объясняло почему земли чейжлингов были лишены какой либо магии, а сами разумные насекомые так ненасытны.

Операция по их уничтожению получила наименование: "Горящий термитник". Такое название было выбрано не столько из-за того что противником являлись насекомые сколько из-за того что, как думали призраки, обеспечит им доступ к трону Кризалис. Расчёт полностью оправдался — термитная смесь оказалась эффективна. Используя этот красный порошок, бойцы "Роты Террора" буквально прожгли себе путь к центру улья, где находился трон — тот магический артефакт также оказался уязвим к термической смеси. После уничтожения трона, как и предполагалось, улей просто развалился. В тот момент чейжлинги, будучи обескураженными, практически не сопротивлялись, они лишь пытались сбежать используя свои способности меняться. Способности им не помогли – оцепление из «Ночной Гвардии» добило оставшихся представителей пониподобных насекомых, в том числе и их королеву.

Избавив Эквестрию от, считавшейся до этого главной, угрозы, у принцесс случилось всем известное «головокружение от успехов». Иначе чем это сложно объяснить, зачем принцессы отправили роту «призраков» зачищать территории за пределами Эквестрии. Первой заграничной командировкой для роты оказалась страна разумных яков. Разумными данные существа считались весьма условно, по факту они были абсолютно тупы. Все их обычаи, их быт, их история, прямо или косвенно была связана с тем, что они всё подряд разрушали, причём самым тупым способом – бодали и топтали. Данный низкий уровень интеллекта вперемешку с большой физической силой яков, и их гордостью как у оленей, создавали убийственное сочетание. Неудивительно что, создавая этот мир, Лорен поселила яков высоко в горах подальше от пони, иначе у цветных копытных появились бы большие проблемы.

Теперь же, когда этот мир избавлен от Лорен и устройства что несло гармонию, была опасность, что яки решат спуститься со своих гор. Понимая, что для рода пони это сулит мало хорошего, принцессы приказали одержимым решить данный вопрос наиболее эффективным способом. Приказ был исполнен, а способ включал в себя тоже, что и вопрос с лесными жителями. Сопротивление яков было просто жалким – местные немногочисленные катапульты не заменяли собой артиллерию, да и укрытия в пещерах легко обнаруживались и выжигались огнемётами. На яках зарубежные командировки не окончились. Следующим противником «Роты Террора» стали те, кого Селестия до конца пыталась привлечь на свою сторону.

Солнечной богине очень хотелось наладить мир и присоединить к Эквестрии королевство гиппогриффов. Данные существа лишь внешне были похожи на грифонов. Будучи птице-лошадьми они небыли склонны к жадности и прочим порокам как свои, подобные львам, собратья. Селестия была точно уверенна что союз пони и гиппогрифов был бы таким же естественным как день и ночь. Единственное что ей не нравилось в птицелошадях так это их птичий клёкот, но это такая мелочь о которой даже думать было смешно. Какого же было её разочарование когда, читая полученное ответное письмо Селестия не увидела строчек, поддерживающих её идею об объединении. Наоборот – то письмо было переполнено гордыней, которая казалось, была присуща лишь оленям да условно-разумным якам.

С тяжёлым сердцем принцессы отдали новый приказ, однако вместо задуманной зачистки случилось «неожиданное» — то, что принцессы знали из пророчеств. Вместо того чтобы дать бой гиппогрифы предпочли позорно отступить, вот только никто из одержимых или бойцов гвардии не видел улетающих косяков копытных птиц. Принцессы быстро раскрыли эту тайну. Из пророчеств «Чернильницы» принцессы знали что гиппогрифы обладают магическим артефактом — жемчужиной творящей примерно то же что является природой чейжлингов. Используя данный артефакт гиппогрифы превратили себя в рыбоподобных созданий и скрылись в подводных пещерах находящихся прямо под их королевством. Бойцы роты, узнав данную подробность, не растерялись и предложили новый план. Как писала Селестия: Только призраки могли придумать и пойти на такую подлость.

Одержимые, выставив по периметру подводных пещер рыболовные сети, далее бросили в воду множество бочек с отходами промышленного производства Сталлионграда. Эффект был не моментальный, но после данной экологической катастрофы «призраки» и ночные пегасы целый месяц баграми вытаскивали всплывавшие к верху брюхом трупы. В дневнике Селестия писала, как долго рыдала по убиенным и также о том, как ей было жаль что волшебная жемчужина навеки останется в подводной пещере – Селестия очень хотела обладать возможностью перевоплощаться, как чейнджлинги. Однако, как описывалось выше – все концы в воду, а у «Роты Террора» ещё была работа.

Последним государством, как думала Селестия, представляющим для Эквестрии угрозу являлось некое королевство короля Шторма. Погремуха у этого короля была довольно звучной, но по факту этот разумный бабуин ничего из себя не представлял. Непонятно как данный примат смог добиться власти (по описанию Лорен он был психом уступающем в безумии лишь Дискорду), но было известно, что он смог найти месторождение какого-то метала способного отражать магию. Из данного материала были изготовлены щиты и броня его бойцов (таких же приматов), которые оказались практически неуязвимы для местных средств ведения боевых действий. Также свою роль сыграл захват его армией, в каком-то королевстве, верфей для дирижаблей, что обеспечило армии Шторма такое важное качество как мобильность. Используя всё это армия Шторма смогла захватить по-настоящему большую территорию. Удивительно что для того чтобы Шторм узнал об Эквестрии к нему должен был прибыть перебежчик – та самая единорожка с обломанной дрелью и дурацким именем.

В тот момент, когда Селестия отдала приказ заняться Штормом, перебежчик уже успела вступить во вражескую армию, и даже сменить своё имя Шипучая Вишенка на более подходящее Темпест Шедоу. Было бы неразумно дожидаться момента, когда она разработает план захвата Эквестрии.

В дневниках Селестия пропустила подробности «контр штормовой операции» но отметила, что она была очень долгой из-за больших территорий короля, а также описала подробности зачистки столицы разумных бабуинов. К сожалению, подробностями оказались не тактические схемы и использованное вооружение. Призраки доложили Селестии что король Шторм погиб как трус – даже не пытался сражаться (не считать же за сопротивление то что он швырнул в группу захвата своего прислужника – представителя разумных дикобразов) и, спасая свою шкуру, навернулся с балкона своего замка.

Перебежчик из Эквестрии, в отличие от короля, окончила свою жизнь, вызывая уважение даже у одержимых. Шипучая Вишенка, будучи покалеченной единорожкой, сражалась с яростью обречённой, убив четверых ночных пегасов и ранив двоих призраков, прежде чем сама умерла от множества ранений – десяти пулевых и тридцати штыковых.

По сути, на этом «Операция: Сенокос» пришла к своему завершению. Все, известные на тот момент, угрозы для Эквестрии были устранены. Всё что оставалось делать «Роте Террора» так это устранить различные мелкие общины разных уродцев, что населяли данный мир – это такие мелкие дела, что Селестия даже не стала тратить на них бумагу. Конечно, ещё оставались грифоны, и драконы с минотаврами, но на них у принцесс были свои планы.

Минотавры обычно не вылезали из своего лабиринта, и у призраков был план устроить им газовую камеру (а после полакомиться говядиной), но принцессы отложили данный план, считая, что быкоголовые вряд ли будут вмешиваться в её планы. К тому же, те минотавры, что обосновались в Эквестрии, вели свою деловую деятельность всегда в рамках закона.

Грифоны хотя и вызывали у принцесс неприязнь, но сёстры понимали, что их лучше покупать, чем уничтожать. Птице львы были разобщены и, по своей природе, были невероятно жадными. С такими даже воевать не надо, проще подкупить один из кланов, чтобы посеять в королевстве грифонов смуту. Учитывая, что в будущем данные мутанты пошли в наёмники, то расчёт Селестии был верен.

С драконами было не так просто. Эти твари, хотя также были разобщены и удивительно жадны, но даже будучи в одиночку представляли грозную силу. В то время в Эквестрии ещё не создали оружие способное пробить их шкуру (да и сейчас такое оружие редкость) так что принцессы решили действовать выжидательно.

Несмотря на свои масштабы, для пони Эквестрии «операция: Сенокос» прошла совершенно незаметно, чего не сказать о других переменах, что были описаны в книге Мелкопипки; Договор о торговле с зебрами, промышленный подъём, демографический взрыв и прочее, сильно изменили данный лишённый гармонии мир, так что никто особо не удивился возникшему конфликту с полосатыми. Селестия совершенно не хотела и всячески пыталась избежать войны, но те условия, что выдвигали зебры, были просто невыполнимы, так что ей, с тяжёлым сердцем, всё же пришлось принять вызов.

Однако читая сводки с фронта, она первое время думала, что зря волновалась – первые бои выглядели просто смешно. На тот момент оба народа были ещё крайне мирными и, вместо того чтобы убивать друг друга, просто пугали противников громким топотом. Принцесс данное положение не могло не радовать, они думали, что в таких стычках обе стороны поймут всю бессмысленность вражды, что они очень похожи и наконец, станут друзьями, но всё пошло не так. Если на Земле часто случалась, так называемая, «война нервов» (когда формально не воюющие стороны друг друга ненавидя но, не имея приказа, не стреляют) то в этом мире случилась «война нетерпения» и сторона пони её проиграла. Будущий герой Эквестрии (а в ещё большем будущем и Эквестрийской пустоши) Эплснек, терпением не отличался и, начав скучать от затяжных бескровных перепалок, всё же снизошёл до убийства.

Дальнейшая история и так известна: маховик войны раскрутился, далее последовало создание министерств, а уже министерства создали то, что уничтожило прежний мир. Однако в то время принцессы и подумать не могли, что управления возглавляемые элементами гармонии сделают с этим миром, то, что по мыслям Селестии могли совершить лишь призраки (или те, кем они были до своей первой смерти). Именно в одержимых Селестия видела угрозу для этого мира и теперь уже она разработала план в стиле «Операции Сенокос».

Селестия задумала, используя конфликт пони и зебр избавиться от «Роты Террора» вместе с их логовом – мерзким городом Сталлионгадом. Именно она построила свои войска так чтобы линия фронта прошла прямо по городу, пока «Ночная Гвардия» устраивала провокации на территории полосатых. Данные манипуляции привели к тому, что город оказался под перекрёстным огнем, после чего был уничтожен вместе с «призраками» и всеми жителями.

Расследуя данные события, у принцесс даже появились угрызения совести. Слушая отчёты того как жители данного города, вместе с неизвестной группой хорошо вооружённых пони, отражали атаки зебр, принцессы усомнились в том что «призраки» были предателями. Дело в том что, видя, как страна зебр развивается сравнимыми с Эквестрией темпами, принцессы логично предположили, что не обошлось без промышленного шпионажа. Они решили, что утечка могла быть только в одном месте – в городе, который и являлся для Эквестрии источником промышленных технологий. Уничтожив данный город, со всеми жителями, принцессы убивали сразу двух зайцев – решали проблему призраков, а также устраняли утечку технологий. Сам город им было не жалко, они даже не собирались его восстанавливать, у принцесс был план сделать его сакральной жертвой, которая заставит пробудиться у пони инстинкт сплочённости перед угрозой — это сработало.

После уничтожения города принцесса Селестия поняла, что добилась чего хотела. Эквестрия была на пороге технического подъема, а пони Эквестрии научились себя защищать, конечно, была проблема с зебрами, но какой бы крупной ни была, группа полосатых копытных, им ни за что не победить страну, объединяющую в себе пони всех подвидов. Такое ли будущее хотела Селестия для этого мира? И, да и нет. Она не хотела войны, тем более против зебр. Это она считала своей ошибкой и, решив, что принцессам не дозволено совершать такого рода ошибки, отреклась от власти в пользу своей сестры. Селестия считала что, правя тысячелетия, она держала свою сестру в тени своей славы, пусть даже всё произошедшее и было несмешной шуткой Лорен. Теперь же, когда новый мир вступил в своё начало, именно принцесса Луна достойна, править Эквестрией. Дальнейшие события также уже были известны из книги Мелкопипки с некоторыми поправками – принцессы так и не отказались от призывов.

Принцесса Луна так и не смогла удержаться от соблазна использовать чужие технологии, однако при её правлении, призывы не несли массовый характер. Они были одиночными после которых «Ночная Стража» выследив «призрака» доставляла того в специальные помещения – что-то среднее между секретными тюрьмами ЦРУ и советскими шарашками. Там одержимых заставляли делиться своими знаниями, которые принцесса Луна через сны загружала нужным пони.

Пленники отнюдь не всегда были коммуникабельны, однако ночные пегасы знали, как заставить их говорить. В основном с помощью кодового слова, но когда «призрак» догадывался в ход шли методы допроса с пристрастием. В башне Тенпони, Лайфблум провёл мне такой допрос, и если бы не подоспевшая Беатрикс то я бы рассказал гораздо больше. После того как одержимый рассказывал всё что знал его «отправляли в расход», а пустующую шарашку занимал новый постоялец, и всё начиналось заново. Селестия следила за каждым таким допросом, изучая образ мыслей представителей другого мира. Она ожидала от них любых гадостей, и предпочла изучать вероятного противника вместо того чтобы в будущем, по незнанию, снова попасть в плен.

Однако, несмотря на уничтожение Сталлионграда, страна зебр даже не замедлила скорости своего развития. Это ясно показывало – утечка была не в закрытом городе. В поисках данной утечки Эквестрию захлестнула настоящая шпионская паранойя под руководством наркоманки Пинки Пай. Будучи под препаратами, данная розовая министерка, следуя своему «чувству», отправляла в места не столь отдалённые всех кто вызывал хоть малейшее подозрение, а часто и без него – только потому, что у розовой зачесалась голова. Как ни странно, часто данные подозрения находили подтверждение, вот только у зебр всё продолжало появляться новое вооружение. Тогда уже принцессы стали думать, кто на это способен, и тогда Селестия вспомнила об агентстве, на которое работала Лира. Она знала что, несмотря на прямой приказ о расформировании, агентство продолжало свою работу. Естественно именно на него полегли основные подозрения. Принцесса Луна посчитав такие подозрения обоснованными выслала ориентировки, после чего в тюрьмах стало меньше свободных камер. Бон Бон спасло лишь то что принцессы точно знали что она не покидает свой конфетный магазин, про Лиру они вообще не знали что она «спящий агент».

После данной чистки Лира «проснулась» лишь, когда вернула свои воспоминания. Теперь же она знает правду. Правду о происхождении этого мира, об интригах принцесс, о том, откуда в Эквестрии появились уничтожившие её технологии. Парадоксально, но именно принцесс (не министерок и призраков) Лира винит в неправильном их использовании.

Она видела образы других миров с развитыми технологиями и то, что их правильное использование ведёт к процветанию — никак не к ядерному пепелищу. Лира считает, что тогда принцессы сами уверовали в то, что они богини, каждое решение которых по умолчанию верное. В действительности, допрашивая одержимых, они сами не понимали ценности знаний, которые получили. Иначе Лира не знает, как объяснить, что принцессы отказались реализовывать проект создания колёсной и гусеничной бронетехники в пользу летающих боевых платформ и силовой брони. В пользу этой версии говорит и факт создания так называемых «Стойл» — бункеров-убежищ созданных для выживания пони после применения зебрами мегазаклинаний. На самом деле спасение жизней пони была не основной целью их создания. Второй их целью было проведение различных социальных экспериментов, с целью моделирования в ограниченном пространстве обществ других миров.

Пожалуй, сто первое убежище (откуда выполз Красный Глаз) наиболее успешно справилось со своей задачей. Будучи населенным, только земными пони, жители убежища смогли самостоятельно воспроизвести технологию кибер-усилителей организма – немалое достижение. Пожалуй, именно поэтому Лира в прошлом решила передать Красному Глазу техническую документацию на бронетехнику. Ей казалось, что данный пони правильно распорядиться имеющимися у него технологиями, так что она была искренне удивлена, когда узнала для чего на самом деле был построен Собор. В свою защиту арфистка сказала, что до этого пыталась связаться с Анклавом (так как считала, что те пегасы правильно поступили, отказавшись подчиняться сёстрам и министерствам) и даже получила ответ, в котором было отмечено место для переговоров — увы, те переговоры прервал Лаенхарт. Будучи всё ещё верным идеалам принцесс, он считал Анклав сепаратисткой организацией заслуживающей лишь полного уничтожения. Естественно в идеалы принцесс не входила «Женевская конвенция» в которой запрещалось нападать на парламентеров, так что судьба тех пегасов была незавидна – сама Лира тогда чудом спаслась.

После неудачной попытки присоединиться к Анклаву, и неопределённости с Красным Глазом, Лира надолго засела в тайной комнате, так как точно знала, что там Лаенхарт её не найдёт. Коротая время за чтением, рисованием и уроками незнакомого языка, Лира периодически отвлекалась на новости местного радио и, как и все жители пустоши не могла не обратить внимание на речи диджея о «ремонтнице тостеров». Поначалу Лира симпатизировала мелкой палкоголовой, но быстро изменила своё мнение, после того как Мелкопипка, убив дракона, оставила его сокровища наёмникам компании Коготь. Работая на агентство «спецагент Мятная» сделала многое, чтобы представители других разумных видов не распространили своё влияние в Эквестрии слишком сильно. Теперь же, получив богатства убитой рептилии, птицельвы из разрозненной группировки наёмников стали одним из центров силы нового мира. Лире это не нравилось, так что когда она узнала что Литлпип уже в Кантерлоте, у гулифицированного единорога появились серьезные опасения.

Лира была наслышана о мании Мелкопипки всюду совать свой нос и вскрывать все, что плохо заперто. Она не знала, как Пипка поступит с архивом двух сестёр но, вспоминая триумф грифонов, решила, что хорошего будет мало. Будучи неуверенной, что она сможет справиться с Пипкой и её командой, Лира решила действовать наверняка – просто заложить в архиве бомбу с дистанционным управлением, и залечь в засаду на дистанции где ЛУМ не ловит. План заложения взрывчатки и подрыва Литлпип вместе с тайнами двух сестёр, был осуществлён лишь наполовину – взрывчатка была заложена, а вот всё остальное пошло по непредсказуемому сценарию.

Патрулируя Кантерлот, Лаенхарт всё же обнаружил Лиру Хартстрингс совершающую манипуляции у потайной двери. Видя, что единорожка в толстовке раскопала какую-то тайну принцесс, ночной пегас предсказуемо напал на Лиру. Описывать бой единорожка не стала, сказала лишь, что Лаенхарт побеждал и почти добился её смерти. От отделения головы от тела её спас налёт Анклава осуществляющего операцию «Выжигание». Видя, что всё вокруг рушиться, ночному пегасу стало уже не до боя, так что он покинул рушащийся замок, надеясь что в нём Лира найдёт свою смерть, вот только Лира не погибла. Бегая, так как никогда в жизни, она всё же смогла выбраться буквально в последнюю секунду и, любуясь на разрушенный город осознать, что архив двух сестёр почти полностью уничтожен. Всё что от него осталось так это то, что Лира передала бойцам Красного Глаза, да множество кассет, то есть голодисков.

Говоря последний факт, Лира распахнула свои сумки, показывая содержимое – кассет действительно было много. По её словам на данных кассетах лишь различные музыкальные произведения воссозданные одержимыми, которые в своё время так и не попали на местные радио. Лира, будучи музыкальной пони, считала, что музыка не должна так погибнуть и спасла данную часть архива. Далее единорожка рассказала, как обосновалась в «Вечносвободном лесу» где и встретила «День Солнца и радуг» а также узнала что Селестия и Лаенхарт не мертвы. Последние факты её немало разочаровали – это означало, что теперь данный лес одно из немногих мест, где она может быть в безопасности, какого же было её удивление, когда она обнаружила что у неё есть идейная соседка.

Лира обнаружила, что, также как и она, в лесу обосновалась синяя аликорн, что носила метку как у Беатрикс Луламун (Лира знала эту единорожку ещё со времён её первого посещения Понивиля и ей не нравились её фокусы), и что у этой клонированной фокусницы имеется «Чёрная Книга». Лире был известен данный захваченный у зебр артефакт. В прошлом, ещё до падения бомб, Октавия Мелоди рассказывала Лире, что министерка Рарити предложила виолончелистке принять участие в опыте с данным артефактом. После данного опыта серая земная пони необратимо повредила свою психику – перестала узнавать подруг и вообще разговаривать, все, что она могла так это играть на своей виолончели.

Естественно поначалу у Лиры возникло желание подстрелить Беатрикс, а книгу утопить в болоте, однако видя как аликорн разговаривает с книгой Лира решила сперва подслушать речь сумасшедшей – упоминание в речи людей заставило Лиру изменить своему плану. Следующие десять лет Мятная наблюдала за жалкими попытками «великой и могучей» черчения различных символов и произношения заклинаний в попытке осуществить призыв «призрака». Как в известном утверждении про обезьянок с печатными машинками, Трикси всё же удалось воспроизвести заклинание, а Лира ощутила струны души. Дальнейшая история мне и так известна, так как я принимал в ней прямое участие.

— Мдааа…. Специфичный рассказ, — так я прокомментировал наконец-то закончившуюся болтологию.

— Я тебя утомила? – спросила Лира. — Пыталась быть краткой, но пойми правильно – это была история длинной в тысячелетия.

— Тут дело даже не в объеме, просто в нём было столько всего намешано. Высшие силы, люди (живые и мёртвые), разумные машины, интриги, технологии, магия – всё это сложно переварить. Если бы я не знал, в каком мире нахожусь, то не поверил бы – даже то, что говорят по РЕН-ТВ звучит правдоподобней. Но не могу не отметить одну деталь – та часть, в которой в Эквестрию попал механойд, звучала интересно. Жаль, что мы так и не узнаем, как он вернулся на свой Полигон.

— Это ничего не меняет, — Сулик вмешался.

— Разумеется, ничего, — я ответил прогнившему товарищу. — Он сейчас со стёртой памятью на своей планете.

— Не механоиды — Посланница Звёзд. То, что она сейчас проживает свою жизнь заново, ничего не меняет, — твёрдым скрипучим голосом говорил гуль зебра. — Принцессы хотя и не убивали зебр лично, но именно сёстры развязали эту войну, что бы там они не писали в своих дневниках. Я правильно поступил, что отказал Селестии в её предложении. Зебры, то есть я, должны продолжать сражаться. Страна зебр должна быть отомщена.

Последнее прозвучало как лозунг, так что мы все замерли на секунду не зная, что сказать. Затишье прервала Лира:

— То есть, знание истории и, то кем на самом деле была «Посланница Звёзд» для тебя ничего не изменило? Даже немного обидно. Я тут сутками рассказывала то, что читала десятилетия, а это ничего не меняет. Неужели это знание не нужно?

На этот вопрос я и Сулик ответили синхронно в один голос:

— Получается так.

Далее я продолжил один:

— Мне это знание ничего не даёт. Если этот мир забыт, то не думаю что меня вернут в свой также как «Чернильницу», а это значит одно – продолжать делать то, что делал, — после того как я закончил данное предложение Лира стала со мной говорить старательно изобразив на своей облезлой морде эмоцию удивления:

— И это твой план? Уничтожать этот мир, надеясь случайно найти способ вернуться на Землю?

— Я похож на человека, у которого есть план? – хотя моя «улыбка Джокера» уже успела затянуться, но я всё же решил говорить, подражая данному персонажу – надоело сравнивать себя с Двуликим:

— Я знаешь кто – я пес, бегущий за машиной. Я бы не знал, что делать, если б догнал, так что я просто делаю, и всё. У Селестии есть план, у Мелкопипки есть план, у полковника Отема есть план – они планировщики. Планировщики пытаются контролировать свои тесные мирки – я не планировщик. Я пытаюсь показать им насколько жалки их попытки всё контролировать. Поэтому когда я говорю что «между нами не было ничего личного» — я говорю чистую правду. Это из-за планировщиков мы оказались здесь. Все всё планируют, даже мы, у всех есть планы и где все теперь? Где мы теперь? Я всего лишь исполняю одни планы, чтобы испортить другие. Разве это я убил Каламити? Разве это мне принадлежит идея убийства Хомейдж? Разве это я уничтожил «Сады Эквестрии»? Знаешь, что я заметил – никто не паникует когда всё идёт по плану, даже когда план чудовищен. Разве пегасы паниковали, когда Отем разрабатывал операцию по «выжиганию» поверхности? Разве в пещере Спайка присутствующие паниковали, когда Мелкопипка предлагала уничтожить облачный барьер? Даже пегасы перебежчики не паниковали. Если вдруг я заявлю на всю НКР, что взорву атомную бомбу в Новом Кантерлоте, или заражу местные водоёмы веществом, от которого будут умирать гули и аликорны – паники не будет, потому что это часть плана. Но стоит внезапно убить какую-то жалкую радиоведущую как «Дарительница Света» теряет голову, и в попытке меня покарать разносит половину города. Совсем немного нарушения установленного порядка как всё вокруг повергается в хаос. В этом мире ведь был дух хаоса, уверен – он бы меня понял. Я носитель хаоса. А что является основой хаоса — это страх. Я полон страха, и все свои «подвиги» делал с дрожащими коленками.

— С тобой сложно не согласиться, — сказала Лира после недолгого затишья. — Только в отличие от тебя Дискорд никогда не убивал. Весь его хаос заключался в дожде из шоколадного молока, сахарно-ватных облаков, и прочих кондитерско-шизофреничных проявлений магии. Даже жаль, что Селестия зашвырнула его статую на Луну, где нет хаоса.

Наконец-то рассказ палкоголовой арфистки подошел к своему завершению – это были долгие дни. Справедливости ради стоит отметить, что прослушивание кантерлотского гуля не единственное чем я и Сулик занимались, находясь в пещере с зеркальной лужей. Нас (в большей степени меня) также волновала элементарная проблема питания. Для гуля проблем не было, светящиеся грибы утоляли его голод и потребность в радиации, а вот мне пещерные грибы совсем не нравились — их вкус был мерзок. Конечно, в прошлом покойный Соуп готовил из них вполне сносную похлёбку, вот только среди нас не было тех, кто обладал талантом кулинарии синего пегаса. То, что я, вспоминая прошлое, пытался готовить. Итог был немногим вкуснее грибов в сыром виде. Серьезно, я стал скучать по «протеиновому коктейлю» из личинок мух, что делал, находясь на Мстителе (бывшем Громовержце) а ведь эвакуационный транспорт пребудет ещё нескоро.

Столь долгая задержка объяснялась довольно просто. В прошлом Вельвет Ремеди узнала, что нашей точкой эвакуации является именно одноимённый лес, так что логично, что после уничтожения Садов, НКР будет ожидать, что эвакуационный транспорт прибудет именно туда. Конечно, план залечь в пещере, ожидая пока НКР снимет засаду, был не очень умным, но другого у нас не было – другие точки эвакуации были слишком открытыми или располагались слишком далеко. Всё это сулило, что мне придётся коротать дни, питаясь пещерными грибами и пить воду из зеркальной лужи.

В итоге Лира, видя как я мучаюсь, предложила мне пойти с ней набрать других грибов, а также различных кореньев. Поначалу я отказался, справедливо заметив, что может она как кантерлотский гуль мало интересна диким животным, но обо мне такого не скажешь. Также упомянул, что из огнестрельного оружия у нас только пистолет Лиры и тот без патронов. Сама Лира хотя и согласилась с данными аргументами, но отметила несколько нюансов; Она провела в этом лесу десятилетие и знает, что Мантикоры днём редко охотятся, а ареалы обитания других хищников ей хорошо известны. Аргумент на отсутствие огнестрелов она парировала наличием холодного оружия, и тем, что мы оба умеем им обращаться.

Конечно, я не был знатоком ножевого боя, как покойный Соуп, но аргумент Лиры задел моё самолюбие. Также к самолюбию прибавился голод (который не тётка и в лес не пошлешь) – данное сочетание всё же заставило меня пойти по грибы, однако предварительно я и Лира всё же сделали себе копья с каменными наконечниками.

Оставив полосатого гуля мы вышли на свежий лесной воздух в поисках пропитания. Как ни странно Лира не соврала, говоря, что знакома с местной фауной – нам удалось без приключений по звериной тропе добраться до грибных мест. Собирая грибы, я был удивлен, что хоть что-то в этом мире со мной прошло так чтобы не считаться экстримом. Увы, но это оказалось не так, хотя сам виноват. Дело в том, что собрав в самодельную (из древесной коры – как лапоть) корзину достаточно грибов я начал осматривать различные участки леса в поисках чего-то съестного. Ягоды, плоды деревьев, птичьи яйца – всё это было моей целью. Данные поиски впоследствии сыграли со мной злую шутку, которую в будущем Лира описала рифмой:

«Иду в лес за грибами – вижу дупло. Голову сунул – нет ли чего. Теперь хожу с дуплом в голове – вот так экстрим вот так дятел в дупле».

Не знаю, что это был за дятел, не рассмотрел, но по башке он долбанул на совесть. Обратный путь проделал, шатаясь и стукаясь обо всё подряд. Хотя про «всё» слишком громко сказано – в основном об деревья. То об древесную кору, то об кору земного шара (тогда я забыл настоящее название этой планеты) корой головного мозга. Тем не менее, данный поход себя оправдал. Башка пришла в себя, а похлёбка из поверхностных грибов оказалась гораздо вкуснее.

Так мы и провели дни, в ожидании пока нас не эвакуируют, питаясь грибами и развлекая себя разговорами о прошлом этого мира. В процессе я изучил сделанные единорожкой зарисовки тех технологий, которые принцессы так и не реализовали. Увиденное произвело на меня впечатление.

Первое на что я обратил внимание так это на рисунок БТРа, в котором явно угадывался финский БТР ХА-180 «Паси». По словам Лиры, она передала документацию именно на данный образец колёсной бронетехники. Судя по тому, что я видел, копытные подошли к реализации творчески – у местных БТРов с ХА-180 было только трёхосность, в остальном ничего общего. «Страшно представить, как тогда здесь выглядят местные танки» — с данной мыслью я открыл следующую страницу и увидел …… лучше бы не видел. Не хочу знать, как копытные творчески переосмыслят танк Т-90.

Это ещё хорошо, что Лира ограничилась передачей документов лишь на бронетехнику. В тетради были рисунки странного вертолёта схемы «летающий вагон», но с соосными (как у серии "ка") винтами и соплом в корме. Также там были рисунки двуногих пилотируемых шагающих машин – прямо мечта анимешника. Также помимо французского учебно-боевого самолёта были рисунки других летательных аппаратов, как известных, так и незнакомых конструкций. «И почему в моё время не делали самолётов по схеме: летающее крыло?» — данную мысль прервали те, кого мы так долго ждали.

Спустя долгие дни к нам, наконец, пожаловали де пегаски экипированные силовой бронёй в сопровождении синего аликорна одетой в серый балахон. Видя нас пернатые копытные повели себя вполне сдержано (наверное из-за Лиры), а вот Беатрикс не сдержала эмоций. Совершив телепортационный прыжок, она за секунду оказалась напротив меня на опасной дистанции, а после накинулась, опрокинув меня на спину, и заключила в стальные объятия – хорошо хоть обошлось без поцелуев.

Значит Беатрикс, как говорила Дестини, уже восстановила свои магические силы – не знаю радоваться этому или огорчаться. Пожалуй лучше радоваться. Вскоре мы окажемся на борту угнанного Громовержца, где меня ждёт: блюдо из белка личинок насекомых, отчёт об операции ржаво-коричневому пегасу, медицинские осмотры от Дестини, и прочее по мелочи. Далее я предсказуемо буду маяться всякой хренью, пока кому-нибудь не придёт в голову идея очередной вылазки, в которой я обязательно должен принять участие. Согласившись (а как же иначе), я убью или стану косвенной причиной смерти очередного героя пустоши, или при этом будет уничтожено одно из достижений министерств. Весело живу — чтоб ей провалиться, такой жизни.

## Творческий подход

После недолгих обнимашек я, отцепив от себя синего аликорна, представил Лиру Хартстрингс прибывшей группе эвакуации. Вообще-то пегаски (как и все беглецы из Арбы) уже были с ней знакомы (тогда она представилась как "спецагент Мятная") но это не то. Трикси же, вообще её не знала, хотя они жили в одно и тоже время (в смысле — они ровесницы), да и после "Дня Солнца и радуг", Трикси и Лира вместе скрывались в известном лесу, только светло-синяя не подозревала, что за ней следит мятно-зелёная (хотя сейчас у зелёной расцветка сильно потемнела). Теперь же, после местного аналога рукопожатия (ударов копыт) можно считать, что знакомство прошло успешно.

Далее я дал слово гулю зебре, который в двух словах рассказал о прошедшей операции "Нечистоты". Хотя Сулик говорил максимально безэмоционально но, судя по физиономиям пегасок, они были впечатлены нашему успеху. Беатрикс же скромно пыталась сдерживать своё недовольство. Дело в том, что в той операции она должна была принять прямое участие, и было очевидно, что она была не рада тому, что ей не посчастливилось внести свою лепту в уничтожение Садов, а также, убийство Спайка и Лаенхарта. Хорошо это или нет, мы не узнаем, однако на пегасок произвело впечатление количество порезов и крови (будто в ней искупался) на моём комбинезоне и броннике.

После нашего непродолжительного рассказа уже Беатрикс продолжила словесную эстафету. Сказанные ей новости хотя и небыли плохими, но у меня вызвали неприятные эмоциональные ощущения. Первая новость: оказалось что наша эвакуация откладывается, пусть и ненадолго. Дело в том, что сейчас всё НКР на ушах стоит, и Вечносвободный лес не избежал участи вражеского патрулирования. Данный факт говорил, что сейчас эвакуация очень опасна, так что нам придётся ещё двое суток дожидаться. Вторая новость: детонация электромагнитной бомбы в "Садах Эквестрии" дала неожиданный побочный эффект который распространился по всей территории входившей в зону покрытия очистной установки. Проще говоря — если ранее Сады распространяли энергию элементов, то при срабатывании устройства излучатель распространил электромагнитную энергию. Хотя данный эффект продлился недолго (электроника Садов быстро сгорела) но прокатившийся по Эквестрии импульс на некоторое время оставил жителей НКР без света. Данная новость вызвала у гуля зебры специфичную реакцию — он, держась за живот, упал истерично хохоча. Я не оставил данный факт без внимания:

— В моём мире есть поговорка что "смех без причины" является прямым признаком умственной неполноценности.

Хохочущий гуль явно меня слышал и хотел ответить, вот только непроизвольный рефлекс мешал ему говорить, так что за него ответила другой гуль:

— Это какая-то неправильная поговорка. Причина всегда есть, даже если она не явная.

— Тут причина очень явная, — смахнув слезу произнес полосатый, — Я не ожидал что моё устройство устроит "Blackout".

— То, что у него будет такая задержка, ты тоже не ожидал? — вспоминая махач с Лайнхартом, и как я ожидал срабатывания устройства, задал данный уже неактуальный вопрос.

— Вообще-то ожидал — накопители энергии довольно чувствительны к перепадам температур, но тогда возможная задержка не казалась чем-то значимым.

— Незначимым?! Меня ночной пегас чуть на ленточки для бескозырок не порезал, а ты говоришь "незначимым"?!

— Но ведь всё обошлось, — Сулик сменил свой тон на виноватый, — Мы победили, да и меня тот мышекрылый тоже на ножи поднял, — гуль явно собрался продолжить предложение, но Трюкачка его прервала:

— Когда вернетесь, молитесь Селестии, чтобы полковник вас не изрезал. Я бы сказала, как он о вас выражался, но этим ртом, — аликорн указала на свою пасть, — я ем.

Вообще-то аликорны не нуждаются в пище (да и повариха из Беатрикс никудышная) но смысл я понял — после возвращения на Мститель нас вызовут "на ковёр".

Дальнейшее время мы пытались скоротать игрой в карты, но Трикси всегда выигрывала, так что такое развлечение, быстро наскучило. С другой стороны это оказалось скорее благом — вместо бесполезных игр мы стал более подробно обсуждать прошедшую операцию, и обратили внимание на один небольшой нюанс, произошедший в самом начале. Конкретнее — мы вспомнили о парашютах. Тех, которые Трикси так старательно сшила. Сейчас один из них болтается где-то в кронах деревьев, а второй спрятан в дупле дерева. Трикси, Лира и я решили их вернуть и, экипировавшись копьями (Трикси от их вида скорчила морду) и одной лазерной винтовкой (заимствованной у пегаски) мы отправились в путь-дорогу. В этот раз всё прошло без приключений — Лира избегала звериных троп, Трюкачка, используя магию, легко сняла трепыхающуюся ткань, а я, потерев "дупло в голове" был очень осторожен.

Таща парашюты я всё думал: у меня уже два прыжка в боевой обстановке — могу ли я после этого считать себя десантником? Конечно, данный вопрос я себе задал скорее в шутливой форме, но всё же — удалось ли мне воплотить свою детскую мечту? Всегда хотел вступить в ряды ВДВ, а попав в другой мир, я являюсь одним из командующих конно-механизированной-военно-воздушной террористической группировки. Нет — я не десантник, а ведь так хотелось, чтобы было по-другому. Думая над этим мне даже вспомнилась мелодия со словами:

Ветер холодный, сковал лицо

Гул сирены оглушил всех нас.

Правой рукой держась за кольцо

Покидаем Ил, в рай душа сорвалась.

О, прекрасное небо, не губи меня

И встреть меня мягко, родная земля.

Сотни куполов в этой бездне парят

Полосатый тельник, на груди автомат.

Вернувшись в пещеру, мы снова столкнулись с проблемой скуки. Конечно у аликорна и пегасок было много вопросов к Лире, но та была не настроена на разговоры, учитывая сколько ей ранее пришлось рассказать я её понимал. Однако сама гулифицированная была отнюдь не против послушать чужие рассказы, в особенности в моём исполнении о другом мире. Я не стал отказывать и наговорил всяких небылиц — что у нас на улицах из калашей стреляют, медведи пьяными на балалайках тетрисом играют. Лира быстро распознала юмор, а вот другие (в особенности пегаски) не сразу поняли, где была шутка, а где реальность. Однако как рассказ Лиры, моя болтология ничего не значила, так что не было ничего страшного, что мою речь прервал треск рации.

Снова позывные, взятые из греческих букв и зашифрованное послание об успехе, а далее запрос на эвакуацию. "Наконец-то, дождались" — так я мысленно прокомментировал прибытие "Подстрекателя". Далее мы, выбравшись из пещеры, погрузились в спущенную люльку и обдуваемые ночным ветерком поднялись на борт трофейного "Хищника".

Полёт до "Мстителя" прошёл без приключений, однако меня не покидала мысль насчёт того, как я буду объяснять всё произошедшее. Отчёт о том, как прошла операция "Нечистоты" меня не очень волновал, а вот рассказ Лиры мог бы вызвать другие неудобные вопросы. Обдумав последний факт я, подойдя к гулефицированной, объяснил ей свои опасения и предложил той рассказать упрощённую историю своей жизни. Ту, в которой не было дневников Селестии и агентства, которое оберегало Эквестрию, скрывая своё существование путём стирания памяти свидетелям. Лира поняла мои опасения и заверила, что сделает всё в лучшем виде. Я же, получив утвердительный ответ, обратился к гулю зебре чтобы он нам подыграл — Сулик ответил положительно.

После долгих часов полёта мы наконец залетели в ангар Мстителя где совершили мягкую посадку. Открыв массивную боковую дверь я увидел, что нас встречает солидная толпа во главе с самим полковником. Я даже не знал, радоваться или смущаться такому вниманию, поэтому делал вид, что мне фиолетово и, пройдя несколько шагов, с таким же покерфейсом был повален на носилки. Вообще-то большая часть моих ран уже затянулась но, похоже, Дестини решила перестраховаться, или её смутило, что я весь был в запёкшейся крови, меня это не волновало — а вот то, что происходило в момент, когда меня уносили из ангара было довольно интересно. Дело в том, что другие находившиеся на борту Подстрекателя, покинув машину, зачем-то выстроились в ряд, однако полковника явно заинтересовала одна копытная из этого ряда. Встав напротив единорожки в толстовке, он показал ей коминтерновский жест "Рот Фронт" (похоже он вспомнил нашу первую встречу в тюрьме Арба), Лира ответила аналогично. Далее пегас стал о чем-то говорить с полосатым гулем а меня отнесли в лазарет.

Время, проведённое в больничном помещении, было недолгим. После моего осмотра белая палкоголовая констатировала, что мои множественные порезы успели затянуться, оставив лишь небольшие плеши. Также она тщательно осмотрела мою пасть после того как я сказал, что ранее мне чуть не отрезали язык — слизистая оболочка затянулась не оставив даже следов. Далее я поведал, что большая часть крови на моей одежде является драконьей, что мне нужна душевая и новые шмотки, а броннику химчистка и новый чехол. Мои требования выполнили — предоставили больничную душевую, принесли новый комбинезон, да и бронежилет отправили куда нужно. Однако освежившись и переодевшись, я не сразу смог покинуть лазарет. У белой палкоголовой были на меня планы, и она всеми правдами и неправдами пыталась меня задержать — это было просто смешно. Она говорила, что у меня панкреатит, полиомиелит, да и всё остальное на букву П, вот только даже после лежания в морозильнике с мороженным я не ощущал у себя простатита. Данный театр абсурда прервал голос из интеркома — приказ полковника явиться в кают-компанию меня и Дестини. Не знаю, зачем там нужен корабельный врач, но Отем говорил, что у белой много талантов, требование же моей персоны было вполне очевидно так, что я нехотя направился вслед за белой палкоголовой.

Прибыв в кают-компанию, я обнаружил, что пегас уже собрал за прямоугольный стол всех моих немногочисленных якобы друзей — Сулик, Трикси, Лира, и других копытных (из оружейной мастерской, столовой и прочих мест летающего авианосца) имена которых я постоянно забывал.

— Что-то случилось? — я первым прервал тишину, — Почему собрались так неожиданно?

— Собрались неожиданно? — ржаво-коричневый пегас повторил мою вопросительную цитату, — То, что ты устроил было неожиданно.

— Мог потерпеть, я бы написал отчёт. Да и, наверняка, тебе уже всё рассказали.

— Да рассказали. Значит — "пёс бегущий за машиной", а ведь Красный Глаз назвал меня цепным псом ...., — пегас на секунду задумался, — Удивлён что ты смог убить Спайка.

— Он был драконом с душой собаки. Ты ведь просил об этом.

— Нет — я об этом не просил. Но всё равно рад, хотя жаль, что я не принял в этом участие — всегда хотел убить последнего дракона.

— Прости что разочаровал, — мой сарказм, — Вызвал только чтобы задеть моё чувство лести?

— Нет, не только. У меня есть вопросы, но думаю перед тем как их задать лучше прослушать вот эту запись радиоэфира, — говоря пегас, достал из кармана "кассету" которую вставил в свой КПК, после секундного треска из динамика ПипБака послышалась речь Мелкопипки:

— Приветствую вас дети мои, с вами любящая вас ведущая, диджей Литлпип на радио свободной пустоши. К сожалению, в этот раз у меня опять плохие новости. Пока пони вместе с другими существами Эквестрии строят гармонию под знаменем НКР, худшие их представители делают все, чтобы разрушить нашу мечту на мир и благополучие. Конечно, я имею ввиду террористическую организацию СНС, которая нанесла по нам очередной трусливый и подлый удар. Думаю среди вас нет тех кто не заметил странную электрическую волну прокатившуюся по всей Эквестрии выводя из строя электронику. Наверняка многие из вас лишь недавно смогли починить свои радиоприёмники, меня же данная волна не коснулась. Центр управления погодой до сих пор защищён мощнейшим силовым полем, которое неуязвимо даже к мегазаклинаниям, так что СНС никогда не удастся заглушить голос правды! — секундная пауза, — Прошу прощения, позвольте поведать вам причину столь странного явления. — снова пауза, — Прямыми виновниками данного импульса является террорист известный вам как Грей Стоун и его сообщник гуль-зебра Сулик, также им помогала пони единорог гулфицированная в кантерлотского гуля, о которой подробнее будет сказано позже. Данные террористы смогли проникнуть в пещеру Наблюдателя с целью заложения на Садах Эквестрии устройства, которое использовала возможности Садов. Только такие гнусные личности из СНС могли додуматься использовать Сады как оружие! Они смогли осуществить свой план и, заложив устройство заставить детище Твайлайт Спаркл, погрузить НКР в ночь без электричества! Естественно их нисколько не волновало что, заставляя Сады испускать электромагнитную волну, они одновременно выводят из строя их сложные электронные компоненты! Если вы не поняли — СНС уничтожило "Сады Эквестрии"!!! То, что очистило наш мир от порчи и радиации! То, что сделало нашу землю вновь плодородной! — снова пауза, в течение которой Мелкопипка тяжело дышала в микрофон, — К сожалению это не единственная невосполнимая утрата, что понёс наш мир. Дракон Спайк, известный вам как Наблюдатель, до конца исполнял волю Твайлайт Спаркл защищая Сады — незваные гости не смогли пройти мимо него незамеченными. Я позволю себе опустить подробности того как он окончил свою жизнь, скажу лишь что Грей, спасая от праведного гнева свою шкуру, совершил удивительно подлый поступок. — снова короткая задержка после которой Пипка взорвалась, — (нецензурно)! Яд! Этот темноглазый (нецензурно) использовал яд! Самое подлое оружие из возможных! Помимо дракона он отравил всю пещеру так что "Рейнджерам Эпплджек" пришлось замуровать вход сделав дом Спайка его могилой! — очередная пауза — похоже Дарительнице тяжело было подбирать цензурные слова, — С прискорбием сообщаю что Спайк не единственный герой пустоши которого лишился наш мир. Доблестный защитник Кантерлота — Ланхарт, получив сообщение об обнаружении террористов, не мог остаться безучастным, и даже известие о гибели дракона не поколебало его решительность. К сожалению или к счастью я не видела его гибели, но со слов, запертых в своей броне, рейнджеров, террористы, покидая пещеру, хромали на все свои четыре ноги. Уверена что, будучи один против троих, Лаенхарт сражался как герой, и что его гибель, так же как и смерть Спайка, не была напрасной. В прошлом я вам поведала смертями скольких невинных сопровождались действия СНС, в этот раз всё обошлось лишь гибелью двух героев пустоши. Эквестрия никогда не забудет их подвига. Своей гибелью они оплатили ваши жизни. Нет сомнений, что распространение электромагнитной волны являлось лишь отвлекающим манёвром для чего-то более глобального. Чтобы это ни было, этого не случилось — будучи обнаруженными в СНС поняли что их подлые планы нарушены, и вместо того чтобы продолжать сеять в нашем мире хаос, они хромая, трусливо скрылись в ночном лесу. — ещё одна пауза, — Теперь пожалуй стоит подробнее упомянуть трётьего ответственного за упомянутый террор. Боюсь, я мало о ней знаю, так что передам слово нашей бывшей правительнице — принцессе Селестии.

Кто как, но я был рад, что ведущий сменился — голос разумного компьютера был удивительно приятен, особенно в сравнении с "прокуренной" речью Мелкопипки.

— Лира Хартстрингс — уверена, ты меня слышишь. Удивлена что ты жива и тому, что я тебя не замечала — ты действительно "фоновая пони". Не удивляйся, что мне известна твоя личность — в последние минуты своей жизни Лаенхарт ГРОМКО произнёс твоё имя. Похоже, агент Свити Дропс нарушила мой приказ и раскрыла тебе свою личность раньше времени. Почему вступив в ряды агентства, ты нарушила клятву верности мне и моей сестре? С чего вдруг решила помогать одержимому? Неужели из-за своего скрытого таланта? Ты на полном серьёзе хочешь попасть в другой мир? Лишиться своей магии и жизни в мире гармонии, ради возможности ходить прямо? Сожалею, что не могу услышать твои ответы, — в этот раз Селестия сделала паузу, — Чтобы ты не делала, чтобы ни случилось — ты всегда будешь моей маленькой пони. Как бы плохо ты обо мне не думала, но всё что я делала и делаю сейчас — всё это ради таких как ты. Пусть ты и сделала много зла, но ещё не поздно признать свою неправоту и сдаться любым представителям НКР. Я выслала твои ориентировки с приказом предложить сдаться — воспользуйся этой возможностью. Обещаю, что тебе сохранят жизнь, и я лично отвечу на все вопросы, — далее запись прервалась.

— Ничего не хотите сказать? — полковник первым прервал затишье.

— Нет, знаете — не хочу, — я ответил максимально издевательски исковеркав свой голос.

— Предложение Селестии мне не интересно, — а вот Лира говорила максимально ровно и чётко, — Она обвинила меня в предательстве, хотя сама предала верных её пони из агентства и истинную ...

Лира чуть не сболтнула лишнего — мы договаривались не говорить об дневниках Селестии. Данное знание всё равно было ненужным, да и копытным вряд ли понравится факт, что их мир — неудачная шутка. Им приятней считать, что их мир это Эквус и страна Эквестрия, а не какая-то забытая планета с кодировкой "Би 13".

— С тобой мы ещё поговорим, — пегас обратился к Лире, а после повернулся ко мне, — Меня больше волнует та часть записи, где упоминалась электромагнитная волна.

— Мы ведь от неё не пострадали? — вид работающей электроники делал данный вопрос ненужным.

— Как видишь, нет — Громо... Мститель находился за "Изгородью". Волна была частью плана?

— План разрабатывал не я. — ответив я указал на гуля зебру.

— Тот же вопрос, — пегас обратился к полосатому.

— Сложно ответить, — Сулик задумался, — Предполагал, что Сады могут распространить энергию устройства, но не надеялся что сработает.

— Предполагал?! Ты (нецензурно) предполагал?!

— Разве волна — это плохо? — гуль спросил неуверенным тоном.

— Как раз наоборот! — пегас бесился, — Ты что — запись плохо слушал?! Даже Дарительница заметила странность, что после такой волны за ней ничего не последовало! По всей НКР произошло отключение электроники, даже силовая броня выходила из строя, а мы этим не воспользовались! Ты хоть представляешь, что мы упустили?!

— Догадываюсь, — Сулик опустил глаза будто двойку получил.

Далее пегас эмоционально выгорев продолжил более спокойно:

— Прошу прощения — сорвался. Упущенного не вернуть, но всё же — вы превзошли мои ожидания. То, что вам удастся убить дракона, было лишь моей фантазией — честно, не думал, что вы воплотите её в жизнь. Также не могу не отметить ликвидацию Лаенхарта — этот (нецензурно) убил многих хороших пегасов. За свою жестокость и неуязвимость в Анклаве его называли "демоном" — рад, что сейчас "демон" находиться там, где ему самое место.

В дальнейшем последовали долгие часы (действительно долгие — нам даже еду привозили) в которых мы обсуждали как прошедшую операцию, так и наши дальнейшие планы. Предсказуемо поначалу всё внимание было приковано к Лире Хартстрингс (она же — Спецагент Мятная, она же – Леди- Удача, она же — единорожка в толстовке, она же — фоновая пони). Лира хотя и охотно говорила, но вырезала из своей долгой биографии большую часть самого интересного. С её слов, до войны она была простой музыканткой и слово "спецагент" для неё слишком сильное — она просто информатор, занятия музыкой плохо сочетались с тайной деятельностью. Естественно присутствующим копытным такое объяснение показалось неубедительным и они подробно расспросили Лиру насчёт её музыкальных талантов. Та охотно поведала, что в основном играла на арфе, хотя брала уроки у Октавии по игре на других струнных инструментах. Я мысленно ухмыльнулся данному факту — мне ведь Лира говорила, что это были за уроки. По словам единорожки у неё после таких уроков даже была идея предложить Октавии Мелоди вступить в агенство — навыки ближнего боя которыми владела земная пони были бы полезны в борьбе с чейжлингами ( https://www.youtube.com/watch?v=LFjEintbDXc). Так же Лира рассказала, что в её доме было пианино, которое она успешно освоив, далее играла в кантерлотских ресторанах в четыре копыта. Дестини такой факт показался подозрителен (музыкантка которая пользуется удавкой) и предложила Лире продемонстрировать свои таланты за находящимся в помещении пианино. Лира охотно согласилась и, стуча копытами(!) по клавишам наиграла довольно приятную мелодию(https://www.youtube.com/watch?v=RP2RPfbotFs) которую я прервал своей неуместной (для тех кто не знаком с советской классикой) фразой:

— Да так и я могу! — мелодия затихла, а все уставились на меня, — "Мурку" давай!

Как ни странно единорожка оказалась знакома с этим прародителем шансона и наиграла известную мелодию. Вообще-то я шансон не любил, но всё же было приятно услышать знакомые ноты. В детстве, будучи неиспорченным, я думал, что это песня про кошку — сложно поверить, что когда-то разумные копытные тоже были не испорчены. Сейчас их мир пропитан жестокостью и извращенством, вот только Селестия уверенна, что виновниками всего этого являются подобные мне. Возможно, она права.

Поразмышлять на псевдофилософские темы мне помешала прервавшаяся мелодия, а также то, что Лира всем показала содержимое своих сумок — тетрадь с карандашными рисунками различных достижений технической мысли и бесчисленное множество кассет с музыкальными композициями. Слушать кассеты мы не стали, а вот тетрадь тщательно изучили. Копытных впечатлило увиденное, а вот я данных эмоций не испытывал. Не потому что не верил в прогресс (как раз наоборот) а потому что к копированию чужих достижений местные подходили очень "творчески". Хотя в местных волынах в виду их простоты конструкции часто угадывались земные прототипы, но более сложные механизмы были так "творчески переработаны" что было даже не смешно. Наглядный пример — местные БТРы, которые будучи сделанными на основе вполне рациональной конструкции финского ВПК превратились ... даже не знаю, как выразиться.

Тем не менее, я всё же нашел, что сказать и в самых непечатных выражениях выразил все, что думаю о местной бронетехнике. Как ни странно копытные со мной согласились — местная техника действительно выглядела нелепо в сравнении с тем, что было изображено в тетради Лиры. Дело даже не столько в БТРах, другие порождения промышленности Эквестрии также выглядели откровенными уродцами — силовая броня пегасов, в которых копытные похожи на чейжлингов, конвертопланы стилизованные под стрекоз, гранаты похожие на яблоки и многое другое.

Хотя я был рад, что копытные признали — копия не может сравниться с оригиналом, но то, что произошло далее мне не очень понравилось. Дело в том, что СНС, будучи малочисленной, не могла действовать как армия против столь сильного противника как НКР. Этот факт был очевидней некуда — действия армии предполагают потери, вот только в отличие от НКР мы не можем их восполнить, в то время как враг обладает солидными ресурсами и мобилизационным потенциалом. Приняв данную горькую правду, полковник сделал логичный вывод: раз мы не можем вызывать подкрепления то нашу малую численность нужно компенсировать техническим превосходством. Тетрадь Лиры ясно показала насколько местные технологии (в том числе те что находятся на борту) отличаются от своих прототипов и было бы неплохо сделать их более похожими на оригиналы, и какая удача, на борту как раз находиться тот кто прожил одну жизнь в другом мире.

Я такой "удаче" был не рад, и мысленно оценив себя, чётко заявил, что жил в ту эпоху, когда силовая броня, энергетическое оружие, летающие авианосцы были только в фантастических произведениях. Что всё поделки, что я делал, были очень просты, но всё равно меня подводили — в качестве примера привёл АПМЗ у которого изогнулся ствол. Однако копытные не разделяли моих опасений, всё же выразили желание, чтобы я всё же занялся своим "творческим переосмыслением". Нехотя я согласился, хотя предупредил о возможных проблемах.

К сожалению после моего согласия разговоры на "технические" темы не прекратились, а я узнал для чего полковник Отем вызвал белую единорожку от медицины. Дестини поведала, что её опыты с моими биологическими образцами практически завершены и результаты были неоднозначны. Для меня же неоднозначным было то как она получала образцы — после того как я Беатрикс перетёрлись, Дестини получила моих головастиков. Последний факт она бы могла и не говорить — я, конечно, понимаю что у местных (у которых считается нормальным не носить одежду) нравы более свободные, вот только мне с этого не легче. Природная стыдливость дала о себе знать — мои щеки, будто скипидаром полили. Копытные, похоже, это заметили (сменили выражения своих морд на более улыбчивое, а Беатрикс хохоча, закрыла морду крыльями) а вот я попытался неудачно оправдаться — сказал, что перед перетёркой выжрал бутыль возбудителя. Лучше бы не говорил — все заржали, а мне хотелось под землю провалиться. Однако когда ржака успокоилась — дальше мы начали говорить серьезно, а Дестини поведала некоторые факты;

Моя аномальная магическая структура способна гасить традиционную магию даже в отрыве от меня самого. Конкретнее — моя кровь, головастики и прочие жидкости биологического происхождения, отторгали магию. Данный эффект был не вечен и после гибели живых клеток пропадала и аномалия, однако этот эффект можно продлить — холод благотворно влиял не только на меня но и на биоматериалы. Отсюда вывод: в мире, в котором всё основано на магии у СНС есть то, что эту магию отторгает. Пока Дестини не знала, как эти воспользоваться — только представила факты, а вот у меня уже стали зарождаться идеи.

На этом совещание окончилось и все его участники, будучи заспанными (кроме Лиры — она не нуждалась во сне) отправились по спальным местам. Отоспавшись и похавав белковой пищи, я отправился в оружейную, где, смотря на местные пукалки, начал размышлять над сказанным Дестини. Эта «дырявая грелка» предложила, казалось безумную идею — использовать мои биоматериалы как оружие. Звучит действительно глупо вот только я, будучи не очень умным, уцепился за эту идею.

Прежде чем что-то делать я тщательно осмотрел то, что было в оружейной и сделал несколько выводов; В этом мире оружейная политика была удивительно похожа на то, что происходило в моё время в США. В данной стране оружейное законодательство было довольно мягким, так что на руках у людей было множество стрелкового оружия всех калибров, но охотничье было вне конкуренции. В той стране чуть ли не у каждого второго гражданина был помповый дробовик или крупнокалиберный револьвер. Конечно, все они говорили то это для охоты или защиты от преступников, но все знали, что это не так — людям просто нравиться оружие. Однако объяснение насчёт преступности имело под собой основание — всё это оружие для самообороны гораздо лучше подходит для нападения. Особым шиком у бандитов считаются именно охотничье-короткоствольное, наподобие того с которым ходила Мелкопипка. Когда кому-то в морду тычешь большой калибр, можешь быть уверен, что он тебе всё расскажет и отдаст. Как хорошо, что в России не стали вводить такую оружейную политику. Хотя были попытки вооружить ментов дробовиками и револьверами, но они полностью провалились — только пистолеты, укороченные автоматы и в редких случаях, пистолеты-пулемёты.

В этом мире распространение именно охотничьих калибров объяснялось просто — это мир разумных животных, так что не нужно удивляться такому распространению дробовиков, охотничьих револьверов и прочих волын эффективных против тех, кто не носит бронежилеты. Мелкопипка со своим охотничьим (зачарованным) револьвером проходила от начала и до конца своей книги, не испытывая проблем с патронами и поражением большинства противников, лишь изредка пользуясь другими пукалками. Даже у меня в этом мире, первым огнестрелом был дробовик (похожий на ППШ) охранницы из психушки. Тем не менее, при первой возможности я обзавёлся тем, с чем не стыдно идти против профессиональных солдат, хотя местная AR-15 в итоге меня подвела. Далее я пользовался различными трофеями, в основном пистолетами-пулемётами, хотя было и энерго-магическое оружие. Также имелся неоднозначный опыт создать что-то похожее на АК, под местный патрон "пятёрка". В итоге, из местных деталей получилось что-то похожее на ШтурмГевер, на которое Сулик установил разгонный блок от сломанной винтовки зебр. Получившийся автомат хотя и был эффективен, но не долговечен, хотя разгонный блок не пострадал. Вывод: нужно повторить попытку сделать что-то похожее на АК и желательно использовать при этом идею Дестини. Шутка ли — оружие игнорирующее магию, используемую в силовой броне.

Вопреки заветам конструкторов я, вместо патрона, решил вначале заняться самим оружием, в чём копытные из оружейной мне охотно помогли. Будучи уже подкованными (в случае с копытными это звучало двусмысленно) в таком вопросе (мы уже делали автомат) совместными усилиями мы быстро изготовили первоначальный образец, стреляющий только в одиночном режиме. Хотя в получившемся карабине явно угадывались черты АК, но выглядел он даже не как китайская копия. Скорее как самоделка афганских или африканских оружейных кулибиных — с прикладом из ручки лопаты, с деревянными элементами, нелепым кожухом на стволе и не затёртыми сварными швами(https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/f/f8/FO4NW_LS_Handmade_rifle_3.png/revision/latest?cb=20170826155119&path-prefix=ru). Несмотря на то, что внешне данный карабин выглядел как "вырубленный топором", но он работал, и я был по настоящему рад результату.

Дело в том что, создавая ранний вариант, мы продумали варианты его модернизации: переделка под автомат, замена стволов, установка прицела, глушителя, дульного тормоза-компенсатора, разгонного блока, другого приклада и вообще многого другого — всё это показывала преимущества "модульной конструкции" и открывало большие перспективы. В будущем я собирался переделать данный образец под автомат и, добавив ему разгонный блок (кожух не позволит стволу перегреться), глушитель (люблю когда тихо), нормальный приклад, коллиматор (поставлю "по-скаутски" — ближе к мушке) и прочие улучшения. Естественно я не мог не оставить такую вундервафлю без названия и следуя традиции нарёк данный самодельный карабин скромно и безвкусно: "Самодельный Карабин", сокращённо "СК". Хоть я и собирался переделать его в автомат, но всё же его первая форма не автоматический карабин, а я всегда уважал историческую достоверность, хотя понимал неизбежности курьёзов. Будет довольно странно, если я решу переделать СК в снайперку — тогда что-то похожее на СВД будет называться "Самодельный Карабин"? Над этим вопросом я не стал думать и занялся развитием идеи Дестини — оружия против магии.

Развивать данную идею решил в направлении создания особых патронов с моим биоматериалом. Естественно не моих головастиков, для данных целей подойдёт и кровь, так что вскоре в оружейной появилась сумка-холодильник с пакетами крови — мне не хотелось постоянно колоть себя шприцом. Вообще на идею с кровяными пулями меня натолкнула одна новость, что какая-то американская оружейная контора изготавливает специальные пули для исламистов с сердечником из мяса свиньи. В нашем случае сердечник содержал мою кровь, и первые испытания таких боеприпасов (на элементах трофейной силовой брони) были неудовлетворительны. Сердечник не соприкасался с бронёй и не оказывал антимагического эффекта — пули просто рикошетили. Тогда я предложил спилить у пуль носик, переделав их в пули Дум-Дум. Данное решение себя не оправдало — теперь пули не рикошетили, да и кровь действовала как задумано, вот только без носика они теряли свою способность пробивать броню. На "Самодельном Карабине" с разгонным блоком такого недостатка не было (даже расстояние эффективного поражения повысилось) вот только такой блок у нас всего один. Отсюда вывод: для эффективного поражения нужно либо два бойца с разными боеприпасами либо одно, но двуствольное оружие под кровяные и обычные патроны. Выбрали первый вариант — он не предусматривал создания новых пукалок. В общем и целом, опыт с кровяными пулями хотя и имел частичный успех, но вряд ли станет чем-то массовым. Создание таких пуль очень трудоёмко, мне не нравится когда с меня сливают кровь, помимо прочего, бойцу с такими патронами придётся таскать и сумку-холодильник, и это не говоря о прочих особенностях применения которые описаны выше. Всё это показывало, что если мы и будем изготавливать такие пули то в небольших количествах, отсюда следовал другой вывод; Снайперы — те, кто в бою делают часто лишь один выстрел, могут реализовать идею Дестини. Осознав данный факт, мы стали развивать данное направление, создав пули кровяным сердечником под снайперки и бронебойки, и вот тут успех был гораздо заметней — зачарованная силовая броня не держала удар. Снайперки по умолчанию обладают усиленной пробивной силой, а зачарованная силовая броня была не рассчитана воздействие такой энергии без магической подпитки. Конечно, бронебойки и без моей крови прекрасно вскрывали броню рейнджеров, но теперь "Железные Вёдра" не смогут чувствовать себя в безопасности на гораздо больших дистанциях — по расчётам убойная дальность новых патронов для бронебойки аж с километр, и силовая броня не поможет. Пули же меньшего калибра не так эффективны, но теперь наши снайперы получили шанс выкашивать рейнджеров и из обычных винтовок. Всё это можно было бы назвать успехом, если бы не сарказм Лиры — она предложила в случае чего просто залить мою кровь в ствол оружия, естественно я отказался, и даже запретил проводить такие опыты.

На фоне полного успеха с "СК", и частичного с кровяными пулями, то, что произошло с моим "творческим подходом" к силовой броне можно назвать неудачей. Я предупреждал, что не знаком с такими технологиями и моё незнание выдало специфичный результат. Дело в том что, модернизируя образцы силовой брони, я пошёл по пути упрощения. Если говорить подробней, то снял с силовой брони пегасов те элементы что придавали ей насекомовидные черты. Визоры с фасеточными окулярами, накладки на корпус, ноги и крылья, антенны на шлеме похожие на усики, "скорпионий хвост" — всё было «творчески» переработано. Накладки были сильно изменены в сторону придания им менее "острых" черт и их расширения для большей площади защиты. Визоры лишились своей фасеточности и были переделаны в съёмные очки (функция ночного видения сохранилась) для также переделанного шлема (как на шлемах лётчиков) — в таком виде они были больше похожи на лыжные очки, или скорее на стёкла противогаза ПМК-4. Антенны-усики были полностью убраны и интегрированы в корпус шлема — эксперимент показал, что средства связи сохранили работоспособность. "Скорпионий хвост" также был убран — его место занял "хвост-обыкновенный" выполняющий лишь функцию балансира. Если бы на этом всё ограничилось, то я бы считал результат успешным (броня внешне выглядела прилично, да и в теории её защита должна быть выше базового варианта) вот только мне этого показалось мало.

Дело в том, что я решил учесть прошлый неудачный опыт Анклава, когда гуль-пегас Дерпи создавая радиационные выбросы, убила многих пегасов. Также я не мог оставить без внимания уязвимость силовой брони к электромагнитному оружию — полковник Отем из-за данной уязвимости, будучи заперт в своей броне, получил хедшот от Мелкопипки. Также я не забыл и другого оставшегося в живых героя пустоши — зебру Ксенит, которая могла наносить парализующие удары даже через силовую броню. Желая защитить наших бойцов от данных угроз, я и другие копытные разработали и оснастили экспериментальные образцы в "антигеройской комплектации". Получившийся результат .... даже не смог подобрать слова.

Дело в том что, модернизируя броню я, вспоминая рассказы пегасов (как Дерпи создавая радиоактивные удары в одно рыло уничтожила флот Анклава) решил усилить защиту от радиации. Как ни странно, но в мире радиоактивной пустоши силовая броня Анклава имела весьма условную защиту от смертельного излучения — лишь герметичный корпус (причём броня не была рассчитана на противодействие радиации) да воздушные фильтры на шлеме. Сам пегасы объясняли данный недостаток ненадобностью — в облаках нет радиации, а операции на поверхности обычно были в незаражённых районах. Естественно я не поверил в версию с ненадобностью — скорее всего тут встали технические проблемы. Пегасы делают ставку на свою способность летать, что не сочетается с тяжёлой броней, а защищённая от радиации броня по умолчанию должна быть тяжёлой — лишь свинец или бетон обеспечит приемлемую защиту (хотя есть версия что бумага и алюминий способны сдерживать альфа-излучение но что-то не вериться). Разумеется, я не собирался обвешивать копытных свинцовыми жилетами рентгенологов и, будучи не очень умным, решил оснастить силовую броню чем-то похожим на систему, защищающую земную бронетехнику. Конкретнее — системой создающей избыточное давление внутри костюма выталкивающей заражённый воздух. Для бронетехники такая система является вполне обычной, да и для защитных костюмах также находила применение, вот только есть нюансы. Такие костюмы были похожи на воздушные шарики (воздушная прослойка должна быть минимум сантиметровой), в них тяжело передвигаться и это не говоря о тяжёлом баллоне на спине. Однако осознавая все недостатки, я всё же остановился именно на этом варианте, так что вскоре на комплекте брони появился небольшой баллон (не тяжёлый) в защитном кожухе и датчики радиации. Естественно все понимали, что такая защита стесняет движения и не факт что поможет (воздушная прослойка просто ничтожна, да и баллона надолго не хватит) но всё же приняли такой вариант. Данная защита не была рассчитана на долгий срок — она просто должна после срабатывания датчиков, дать копытным шанс не умереть в первые секунды, и дать свой "последний и решительный" либо покинуть заражённую зону. Видок у такой защиты был не ахти, но лучше так чем ничего, однако данная защита была лишь частью "антигеройского комплекта".

Защита от электромагнитного излучения (которое делало силовую броню тюрьмой для её носителей) была менее нелепой. По сути, она заключалась лишь в наличии дополнительного бортового компьютера снятого с других комплектов брони — мы могли себе это позволить. Данная дублирующая система создавалась лишь с одной целью — после выхода из строя основной (в результате электромагнитного импульса) произвести моментальную перезагрузку всех систем. Парадокс, но данная система также была размещена на спине, где защитный чехол создал импровизированную "Клетку Фарадея". Естественно такая "клетка" не всегда срабатывает, но на испытании с "импульсной гранатой" костюм после выхода из строя успешно перезагрузился.

Теперь после решения электромагнитной проблемы мы занялись проблемой встречи с противником в ближнем бою, и по уже нехорошей традиции, я также разместил «решение» на спине. Дело в том что, придумывая защиту от парализующих ударов зебр, я не придумал ничего лучше, чем сделать броню способную биться током. На первый взгляд простое и логичное решение обернулось множеством проблем, главным из которых было то, что броня могла начать "бить" своего носителя — Отем, вызвавшейся добровольным испытателем, получив разряд, был очень недоволен. В итоге эту проблему решили множеством резиновых прокладок на внутренних стенках, а вот с размещением аккумулятора возникли проблемы. Хотя сам по себе он был небольшой, но на спине копытных уже и так был ранец с электроникой и баллоном — размещение там аккумулятора было бы не очень умным решением. Тем не менее, я был неумным, так что вскоре копытный в экспериментальной силовой броне стал похож на трёхгорбого верблюда. Как только мы не извращались, но в итоге всё же смогли скомпоновать баллон, электронику и аккумулятор в сплющенный ранец, который оснастили системой аварийного сброса.

Естественно я занимался не только силовой бронёй пегасов — та, что для земных пони тоже не избежала своей "творческой участи", вот только в сравнении с бронёй пегасов, та не претерпела столь радикальных изменений. Тот же "антигеройский комплект" да переделка шлема (мне не нравились те визоры что стилизованы под злобный прищуренный взгляд), в остальном силовая броня для земных пони осталась прежней.

Общий итог: хотя получившаяся броня была тяжелее базового варианта, но в ней возможно, сражаться, а внесённые улучшения могут дать серьезное преимущество, так что Отем, Сулик и прочие копытные одобрили результат. Меня же данный результат отнюдь не радовал, так что я высказал свои опасения и предложение ограничиться лишь пробной партией модернизированной брони — предложение приняли.

Сказать, что я был рад, что этот дурдом с техническим уклоном подошёл к завершению было бы очень скромно. Может я и был рад, что мне удалось сделать "СК" но всему остальному нет и, работая, чувствовал себя заключённым учреждения типа: шарашка. Может я бы с этим и смирился, вот только вся работа сопровождалась специфичными нюансами; Пожалуй, самым заметным из них было то, что музыка, записанная на кассетах принесённых Лирой, нашла своего слушателя и в помещениях "летающего кошмароносца" постоянно звучали различные копии земных музыкальных произведений. Меня это также бы не возмущало (музыкальные паузы были и раньше только до появления Лиры обычно играли струнные мелодии покойной виолончелистки Октавии) если бы ставя кассеты, Лира не подбирала музыку специально под меня. Самым наглядным примером такого подбора, являлось пародийная песня про русского инженера (https://www.youtube.com/watch?v=rp8hvyjZWHs) который просил, чтобы ему верили. Меня это задевало — то о чём пелось действительно мне подходило (с поправкой что я не алкаш).

Как будто этого было мало, полковник Отем тщательно следил за нашей деятельностью в оружейной и никогда не отказывался от комментариев увиденного. Хотя "кровяные пули" и модернизацию брони он одобрил, но изготовленный "Самодельный Карабин" он кратко охарактеризовал фразой: "Выглядит как на соплях". Хотя пегас был прав (карабин действительно был в не лучшем виде) но тогда мне хотелось дать ему по соплям из-за уважения к созданной копии автомата Калашникова. Данный продукт советского ВПК даже в таком виде, кустарной нелицензионной копии, является грозным оружием — не нужно его так оскорблять.

К сожалению, на критике полковник не остановился и всячески предлагал свои видения улучшения конструкции, и хотя в чем-то он был прав, но некоторые моменты я никак понять не мог, в особенности тот, где пегас предлагал разместить эмблему СНС (точнее — корпорации зла). Серьезно, этот ржаво-коричневый копытный размещал эмблему красно-белого зонтика везде, где надо и не надо (примерно также как фрицы свою свастику, или наследники идей фрицев свой матрасный флаг), и не понимал, почему я так возмущаюсь её размещению на той части брони, где у копытных жопометки. В связи с разницей наших менталитетов мне тяжело было объяснить копытному свою позицию, в то время как пегас искренне недоумевал и доказывал мне свою правоту. Он прочитал не целую лекцию про данные знаки, то, как они много значат и даже вспомнил тот факт, что мой двойник из зеркального озера носил метку в виде огранённого камня похожую силуэтом на "зонтик — вид сверху". Этот спор мог бы продолжаться вечно, но положение спасла Лира. В споре между мной и пегасом она приняла мою сторону и высказала, что может Отем и разбирается в хорошей музыке, но в военном деле ему лучше довериться тому, кто смог в одиночку сделать больше чем он и весь Анклав. Вступаясь за меня, Лира не обошлась без сарказма, она посоветовала пегасу, которому так понравилась эмблема зонтика сделать себе собственную броню и лепить на ней опознавательные знаки куда вздумается. Даже дала совет выбить на нижней части копыт клеймо чтобы, ступая по поверхности (https://youtu.be/7yrEYPVUumA?t=166) всюду оставлять следы СНС. В итоге пегас со мной согласился — теперь эмблема зонтика будет более скромной по габаритам, а также размещаться по центру корпуса копытного (на сумках или оружии) а также чуть ниже плеч.

Закончив свою работу, далее уже я наблюдал за работой копытных — то, как они изготавливали комплектующие для "Самодельного Карабина" и модернизировали силовую броню. Также и полковник не прекратил посещать оружейную, где он, следуя совету Лиры, делал силовую броню для себя. В прошлом ему уже приходилось делать для себя индивидуальную броню, и тогда она его повела – Красный Глаз легко вывел её из строя, однако то, что делал сейчас, будет сильно отличаться от прошлого «гламурного» варианта. Судя по его эскизу, конечный вариант будет мало отличаться от того что породили мои и копытных совместные усилия, за исключением дополнительной рации, клинка на хвосте и специфичной расцветки на которой стоит остановиться подробней. Конечно, тот рисунок был камуфляжным, но взглянув подробней, я понял, что полковник принял предложение Лиры слишком буквально и решил целиком покрыть свою броню силуэтом зонтика. Весь камуфляж брони должен будет состоять из множества шестигранных ячеек похожих на соты или нашу эмблему. Хотя сами ячейки будут иметь "защитное наполнение" но сам факт — похоже, полковник Отем "изобрёл" новую разновидность пиксельного камуфляжа. Хорошо это или плохо — я не знаю. В российской армии пиксельный камуфляж появился лишь тогда когда за пошив формы взялся сам Юдашкин, но получившийся рисунок них..на не маскировал. Бронетехнику вообще не маскировали — просто "заливали" тёмно-зелёной краской. На этом фоне то, как к данному вопросу подходили китайцы вызывало уважение — их техника будто была из маленьких кубиков, что даже не поймешь где у БТРа перед а где зад, хотя Пикассо бы не одобрил такой подход к кубизму.

Естественно оружейная была не единственным местом, где произошли перемены — Трикси и Лира всё же смогли найти общий язык (Лира сказала синей что знает кто она такая) и в ангаре совместными усилиями переделали импровизированную сцену. Поставили лебёдки и сделали дырки в полу, подвижный задник и прочее. На мои вопросы палкоголовые ответили, что теперь фокусы будут не единственным что будут показывать в этом импровизированном театре. Дело в том, что Лира не очень любила фокусы, а вот различные спектакли (в том числе и детские) у неё всегда вызывали интерес. Теперь же, уже сама музыкальная пони (вместе с единорогом в теле клона аликорна) организовывает театральное представление. На вопрос о жанре Трикси сказала, что он будет смешанным, но история будет основана на реальных событиях. Разумеется, я спросил "что это за события" на что Трюкачка показала мне черновой сценарий и недоделанные декорации. Сценарий я даже читать не стал — вид декораций говорил сам за себя; Фанерные листы с нарисованными на них серыми камнями и панелями компьютера. Другой большой лист был вырезан в форме драконьей головы и выкрашен в фиолетовый. Похоже, в театре собираются разыграть "операцию: Нечистоты". Поняв, что к чему я высказал что "с нетерпением буду ждать".

Премьера данной постановки вызвала ажиотаж на "Мстителе" — в ангар прибыли все кроме дежурных, часовых и рулевых. Я же будучи в центральных рядах также как все ожидал увидеть данный "шедевр по секретным документам" хотя и не ждал исторической достоверности, пусть даже одним из постановщиков и исторических консультантов была Лира. Данные мысли прервала просьба тишины и погасший свет, далее начался театр.

Видя актеров, которые будут изображать меня и гуля зебру, я мысленно произнёс: "сдаётся мне — это будет комедия". То, что меня изображал крашенный земной пони — было ещё терпимо, но то, как другого земного пони измазали какой-то грязью, чтобы изобразить гулификацию (ещё и полоски прямо на "гриме" нарисовали) убивало всю надежду на серьезность. Началась данная история с того как я застал полосатого в морозильнике, и также как в реале, в спектакле изобразили как Сулик забившись в угол стучит зубами. Дальнейшая сцена изобразила как я отнесся к поведению гуля с подозрением, а после того как он застыл, отнёс полосатого в лазарет. Дальше смена декораций и изображающий меня актёр заставляет полосатого раскрыть свои планы, и что всё это не осталось незамеченным для синего аликорна, которую играла единорожка с накладными крыльями. Снова смена декораций и "я" с гулем готовим своё снаряжение а "Тринити" требует взять её в долю. Опять смена (тут по цвету магической ауры я наконец догадался что за столь частую смену и спецэффекты ответственна сама Беатрикс Луламун) и уже актёр изображающий полковника вызвал на ковёр. Диалоги, диалоги, диалоги — и полковник даёт своё разрешение. Следующие декорации представляли собой просто тёмное полотно — лишь из исторически верных (!) диалогов было понятно, что в этой сцене изображалось то, что я всё же согласился провести с "Тринити" то после чего она на какое-то время осталась без магических сил — даже момент с возбудителем был не забыт (стыдно то как). Однако дальнейшие события были показаны более серьезно. Моменты изображающие то, как мы прыгнули с парашютами и проникли на фабрику мороженного, не вызывали нареканий. Те же эпизоды, в которых участвовал Спайк, были интересны в первую очередь спецэффектами. Не то чтобы летающие фиолетовые фанерки как то впечатляли, но вот магическая иллюзия, сопровождавшая данное действо выглядела действительно эффектно — дракон, изрыгающий зелёное пламя, однозначно получился. Те эпизоды, где я был схвачен, потом освободился и всё же убил Спайка, также удались, но вот появление "Лаенхарта" испортило всю псевдосерьезность. Реальный Лаенхарт выглядел по-настоящему жутко, чего не скажешь об играющем его актёре. Пегас изображающий гулифицированного ночного пегаса был просто смешным, так что вряд ли зрители театра поймут насколько тяжело было с ним справиться. "Ну неужели нельзя было изобразить гуля так чтобы он был похож сам на себя?" — такой я задал себе мысленный вопрос и тут же получил на него положительный ответ. На фоне того как изобразили полосатого и мышекрылого, единорожка играющая Лиру была действительно похожа на свой прототип. Такая несправедливость легко объяснялась — Лира была постановщиком и к "себе любимой" отнеслась особым образом. Дальше была показана сцена драки, в которой непонятно что происходит (кроме того что мне чуть не отрезали язык). После — вспышка магии, изображающая уничтожение Садов и момент, в котором "призрак" всё же справился с "демоном". Далее, то, как я, неся Лиру, вместе с полосатым покидаем пещеру. На "выходе" нас встретили комплекты пустой силовой брони, выкрашенной в красный, изображающей обездвиженных рейнджеров. Из брони доносились проклятия в адрес СНС. Это было смешно; голоса были такими, как и в реальной жизни — будто "Железные Вёдра" надышались гелия. Однако на данный писк, изображавший меня актёр не мог ответить. Вместо слов он взял непонятно откуда взявшуюся швабру с прикрепленной картонкой. На импровизированном плакате была надпись на русском и английском: "Я ВАМ ПОКАЖУ!!!" – дурацкая отсылка. На нашем "уходе в закат" представление закончилось.

Судя по дружному топоту, представление удалось. Не сказал бы, что увиденное мне понравилось, но спецэффекты неплохи. В дальнейшем, я высказал своё одобрение увиденному, а Лира и Трикси обратились ко мне со специфичными просьбами. Выслушав их я понял, что мне придётся снова вернуться в оружейную мастерскую – палкоголовые попросили, чтобы я изготовил специально для них подходящие огнестрелы. Вообще-то я ожидал подобной просьбы и даже мысленно продумал варианты, но всё равно было немного странно – мне казалось что Лира и так довольна своим пистолетом, Трикси же будучи аликорном вообще не нуждается в оружии. Тем не менее, я принялся за работу.

Поначалу я не стал относиться к делу серьезно и изготовил для Трикси довольно простой по конструкции трёхствольный пистолет. Два его гладких ствола были от дробовика и располагались как у классического обреза двустволки. Третий же ствол был нарезным и под небольшой калибр. Данная мелкашка располагалась снизу, между двумя другими стволами. В качестве съёмного приклада я предложил использовать трофейный «тесак Гаудины». Пусть даже он и был несколько длинноват, но для аликорна длина вполне подходила. Конструкция данного пистолета для выживания была очень проста, так что и с названием я не стал мудрить – просто взял название его прототипа, но без цифр 82.

Держа в магической ауре «Трехствольный Пистолет», который я скромно назвал аббревиатурой ТП, Трюкачка не сразу поняла: для чего вообще создавать оружие такой конструкции? Я, отвечая на данный вопрос, провёл целую лекцию насчёт выживания в лесу и искренне удивлялся, что Беатрикс проведя десяток лет среди деревьев и лиан не поняла назначения созданного ТП. Поняв, что я имею ввиду Трюкачка поначалу была рада новому приобретению (хотя и поведала что у неё не было проблем с выживанием в лесу), вот только Лира всё испортила. Несколько раз переспросив название пистолета, Лира далее громко заржала, а после сказала что для Трикси такое оружие действительно будет подходящим. Трюкачка же будучи непонятливой, не сразу втупила, но осознав игру слов вдруг, используя магию, телепортировала с кухни мешок с солью. Далее она стала, светя рогом, прямо при мне удивительно быстро разбирать патроны дробовика и набивать гильзы солью, бормоча, что покажет кто здесь ТП. Я же осознав свою неудачу с выбором названия, тут же рысью рванул из оружейной. Увы, но далеко не убежал – Трюкачка меня быстро нашла и дуплетом зарядила мне в зад соляные патроны. Было болезненно, но могло быть и хуже. Хорошо еще, что я постоянно ношу комбинезон, а Трикси выбирая соль, использовала мелкую пищевую. В итоге синяя всё же приняла данный «Трёхствольный Пистолет» но высказала пожелание, чтобы я сделал для неё что-нибудь ещё.

Со вторым вариантом для Трикси я не стал мудрить и просто изготовил второй образец «СК», который переделал под снайперку. Мне казалось что, владея «кровяным мечом» и заклинанием молнии Трюкачка и так достаточно боеспособна для ближних дистанций. Для дальних же ей явно требовалось что-то с оптикой, и я логично решил что, владея заклинанием маскировки и вооруженная "СВД", Беатрикс Луламун сможет более полно реализовать свои боевые качества. Сама же синяя видя, что я для неё изготовил, подметила, что может мы и очень разные, но хотя бы оружие у нас будет похожим. Единственное что её огорчило так это отсутствие навыков снайпера, но это дело наживное.

Насколько просто вышло с оружием для Трикси, настолько тяжело было с тем, что я изготовил для Лиры. Проблемы начались ещё с подбора будущего «орудия труда». Поначалу я хотел сделать что-то короткоствольное, но столь же мощное как револьвер Мелкопипки. Мне казалось, что Лира привыкшая действовать тихо, будет рада чему-то, что можно носить скрытно, но при этом будет способно пробить даже силовую броню. Основываясь на данном факте я изготовил нечто похожее на пистолет «Пустынный Орёл», но уже при первых испытаниях понял почему это оружие не получило распространения. Низкая точность и надёжность, большой вес, да и габариты были не маленькими (тяжело носить скрытно), точность никуда не годилась (не стану же я ставить на пистолет оптику, хотя у Пипки на револьвере прицел был) – всё это говорило не в пользу данного крупнокалиберного пистолета. Поняв, что мне не отработать работающий вариант я, убрав «пистолет для охоты на слона» принялся за другую идею, на этот раз под меньший калибр.

Создавая новую пукалку я всё же не отказался от идеи оружия скрытного ношения, но вместо крупнокалиберного, но короткоствольного, решил идти в направлении пистолета-пулемёта. За его основу решил взять российский складной «ПП-90» — было логично, что раз Лира спецагент то и её оружие должно быть специальным, и складной пистолет вполне подходил на эту роль. Проблема в том что я имел весьма условное представление его конструкции, так что вместо того чтобы изготовить «по образу и подобию» мне придётся его заново изобрести.

К моему удивлению, работа пошла довольно быстро и дело даже не в палкоголовых которые, используя свою магию, многое упрощали – мне, будто загрузили в мозг «правильное» решение, так что вскоре я уже держал работающий образец. Видя получившегося ПП, я мысленно процитировал полковника Отема – «выглядит как на соплях». В сложенном состоянии ПП выглядел как мятая железная коробка из под гвоздей, да и перевод в боевое положение, не делал данный образец похожим на нечто стреляющее, даже разложенные мушка и целик ничего не меняли. Думая над этим я мысленно себя утешал «складное оружие и не должно быть похожим на оружие», но всё равно – результат меня не удовлетворил. Увы, но специфичная внешность оказалась не единственным недостатком – пистолет быстро перегревался, а при длинных очередях «уходил в стороны» (причём непредсказуемо). Выбор патрона (местные пистолетные — 10 миллиметровые) мне также показался неудачным – он был бесполезен против силовой брони.

Однако Лира, видя данное творение, была не так пессимистична – патрон она одобрила, так как он был распространён (да и её пистолет питающийся такими же патронами ещё её ни разу не поводил), внешний вид её вообще не смутил, а проблему перегрева и низкой точности она предложила решить переводом огня на короткую отсечку. Данная идея мне показалась рациональной, так что я быстро модернизировал ПП, добавим ему возможность стрелять с отсечкой в два патрона. Причём переключатель режима был расположен очень специфичным образом – прямо на спусковом крючке. Чтобы перевести на режим с отсечкой, курок нужно перевести вправо, а при переводе в лево, стрельба велась в автоматическом режиме. Также мне удалось несколько уменьшить проблемы перегрева и увода ствола, произведя некоторые изменения, но не решить полностью. Лира же испытывая образец, высказала, что, так как ПП (тем более складной) используется на небольших дистанциях то проблема низкой точности, весьма условна и решаема простой практикой, а для проблемы перегрева она нашла «неожиданное» решение. Честно говоря, я был удивлён что, проведя столько времени в мире магии не додумался, что единороги могут использовать заклинание, которое охлаждает предметы. По словам Лиры, такое заклинание было совсем несложным, и ранее она им пользовалась, чтобы заморозив воду создать кусочки льда для напитков. Теперь же она нашла этому заклинанию другое применение – будет использовать, чтобы предотвратить перегрев складного ПП.

В общем и целом – у меня получилось. Я смог создать рабочий образец складного ПП, которому осталось лишь добавить возможность постановки глушителя. Нарезая резьбу, я всё думал: как мне назвать получившуюся пукалку? Недолго думая над этим вопросом я вскоре осознал, что название такому оружию уже дали без меня. Простая конструкция из штампованных деталей, проблема перегрева, нелепый внешний вид – похоже, я изобрёл «лучший в своём классе и не имеющий аналогов в мире» украинский пистолет-пулемёт «Гоблин». Поняв данную очевидность я буквально за голову схватился. Ну почему все волыны что я делал ранее (вообще-то только две) были либо одноразовыми, либо похожими на …… даже не знаю как выразиться, но тот факт что мне приходилось отстреливаться из «ШтурмГевера» (моим героем всегда был штандартенфюрер СС — Отто фон Штирлиц) говорил сам за себя. Мысленно я себя утешил тем что, создавая копию АК, не додумался сделать автомат по схеме Буллпап. Уверен, что тогда бы у меня получился автомат «Вепрь», а ведь когда я говорил свой "правдивый рассказ участника АТО" — я шутил.

Однако не нужно быть к себе слишком строгим; "СК" получился достаточно удачным. Трикси осталась довольна полученным СВД, да ТП она не стала выбрасывать. Лира также была рада получить свой мятый железный кирпич, и всё это не говоря о модернизированной силовой броне. Всё это, хоть и с натяжкой, можно считать успехом. Дойчи про себя говорят, что в раю они инженеры, а в аду полицейские. Похоже, что для русских это правило звучит по-другому — в рай не попадают, а в Аду становятся террористами с инженерным уклоном. Честно говоря, инженер из меня был посредственный, и это не говоря о том, что я совершенно не разбирался во всей местной магии-шмагии, так что не удивительно на Мстителе некоторые работы проводились без моего участия — я лишь наблюдал.

При всех достоинствах летательных аппаратов пегасов, у них был один существенный недостаток — облака, за счёт которых они держались в воздухе, были очень уязвимы для вражеских пегасов, а также ударным волнам. В прошлом Дерпи активно использовала данную уязвимость, создавая радиоактивные выбросы. Помогая Мелкопипке, Каламити (ныне покойный) также использовал уязвимость облака, сбив несколько воздушных судов. Разумеется Отем Лиф не мог с этим мириться и потребовал разработать защиту облака или метод противодействия его разрушению. Увы, но в таком вопросе я был бессилен — ничего не понимая в магии пегасов, я был бесполезен и, предложил найти кого-нибудь другого кто займётся этим вопросом. Как ни странно на роль добровольца вызвался Сулик. Поначалу всем показалось смешным, что зебра решил взяться за улучшение техники пегасов, однако его идея показалась хотя и не стандартной, но вполне реализуемой.

Полосатый гуль решил, что он не сможет разработать такого облака, которое не раздушиться, метод защиты уже существующего облака он также не стал предлагать. Вместо этого он предложил создать "мини мега заклинание" объединяющее магию пегасов с технологиями зебр. Я не сразу втупил о чём идёт речь но, проведя мысленные аналогии, остановился на сравнении с подушками безопасности, как в автомобиле. Если подробней, то Сулик предложил создать что-то похожее на "жар-яйцо", но которое бы вместо энергии пламени содержала водяной пар с магией пегасов. По его задумке, после того как такое "мини мега заклинание" будет активировано, вместо взрыва, произойдёт выброс который в короткий срок создаст новое облако в замен разрушенного. Пегасы такую идею одобрили, однако Сулик поведал, что он весьма условно знаком с технологией создания "жар-бомб" и попросил несильно сердиться в случае неудачи.

Не знаю насколько условно Сулик знаком с созданием мегазаклинаний, но у него похоже какая-то мания к созданию устройств резко испускающих энергию. То устройство что уничтожило Сады и, то, что Сулик с другими копытными делали сейчас, явно работало на эту версию, но это неважно — лишь бы работа шла. Вид того как гуль зебра и пегасы варят какие-то зелья и читают слова на неизвестном языке, указывали что работа идёт полным ходом, пусть даже она и выглядит как шабаш ведьм. Естественно данная работа не прошла без неудач, так что коридоры Мстителя были десяток, раз заполнены наэлектризованным водяным паром, мне это напомнило момент в пещере Спайка (когда рептилия выпустила пар) а также, то, как я бился с Гаудиной (тогда над стеклянным полем тоже была дымка). Тем не менее, полученный результат, хотя и условно, можно считать успешным. Копытным действительно удалось найти способ быстрого создания грозовых туч, так что вскоре в облачных отсеках Подстрекателя и Мстителя появилось множество, прикреплённых к стенкам, кустарно сделанных газовых баллонов. По словам гуля данные баллоны объединены в одну систему которая в случае разрушения опорной грозовой тучи тут же выпустит водяной пар, который будучи зачарованным особым заклинанием (заклятие зебр объединяющее магию пегасов) начнет преобразование в новую грозовую тучу. Однако у данной неиспытанной и очень опасной системы есть один существенный недостаток — она всё равно не сможет предотвратить падение воздушного корабля. На преобразование водяного пара в грозовую тучу уйдёт примерно полчаса (может меньше если пегасы решат ускорить процесс) за которые воздушное судно наверняка успеет грохнуться. Тем не менее, данную систему всё же приняли на вооружение, а я про себя думал — чем себя занять.

Серьезно — придав "СК" боле менее заводской вид (поставив разгонный блок, нормальный приклад, коллиматор типа "красная точка", нормальный ствол, цевьё, многое другое) и закончив с оружием Лиры, я места себе не находил. Конечно, я не хотел снова спускаться на поверхность чтобы вернуться на Мститель весь в крови, но закончив свои дела в оружейной я был как ... даже не знаю — как изобретатель телеграфа. Понятия не имею, кто его изобрёл (вроде какой то лягушатник) но данному человеку явно некуда было руки девать. Неудачное сравнение (согласно такой логике у того кто изобрёл телефон постоянно звенело в ушах) но всё же — мне снова хотелось вернуться в оружейную мастерскую.

Решив, что мне ничего не мешает, я совместить приятное с полезным создав копию другого легендарного образца советского ВПК — знаменитую "Семёрку". "РПГ-7" по своей известности и распространённости ничуть не уступает знаменитому АК, и данному факту способствовали те же достоинства что и у детища Калашникова. Простота, надёжность, эффективность — вот как кратко можно описать достоинства данных образцов вооружения. Простые как китайские будильники, но не в ущерб боевым качествам — лучшие доказательства того что это оружие действительно является превосходным, так это массовое копирование по всему миру, в том числе и в капиталистических странах. Так что даже в другом мире нет смысла нарушать эту традицию плагиата. Говорят что подражание это высшая форма лести — я уже выразил свою лесть и не собираюсь останавливаться.

Увы, но создание подобия РПГ-7 не обошлось без проблем. Сама пусковая установка была довольно простой, и её создание не вызвало каких-то проблем, в отличие от боеприпасов. Моё счастье что, проводя первые испытания без взрывчатки, я одевал шлем от силовой брони, иначе слепота была бы обеспечена. Дело в том, что в качестве метательного заряда я приспособил то твёрдое топливо, что достал из снарядов для местных базук. Не знаю из чего его делали но, выталкивая снаряд оно не успевало сгореть полностью, и, коптя серым дымом, пустило мне в рожу горячую струю. Естественно что оружие в таком виде никуда не годилось и будучи дилетантом во взрывном деле, я уже собирался бросить попытку создать рабочий гранатомет, но тут мне неожиданно предложили помощь. Трюкачка была профаном в оружейном деле, но в плане химии взрывчатых веществ её вполне можно было назвать профпригодной. Понятия не имею, откуда она столько знала о взрывчатке, но с её слов этому она обязана своим многочисленным опытам с фейерверками — что-то не вериться. Сложно поверить что та кто говорит: "фейерверк без бабаха это не фейерверк" — может быть профессиональным взрывотехником, но факт остаётся фактом — в короткий срок Беатрикс Луламун смогла кустарно изготовить подходящие взрывчатые вещества, используя которые я всё же смог заставить РПГ работать как задумано. Гранатомет однозначно получился, пусть даже пока он был без оптики (только механический прицел) а корпус его снарядов резал глаза сварными швами.

Вот только у копытных глядя на данное детище, возник резонный вопрос — нах..на он нужен? Вопрос был действительно резонным — хотя в этом мире есть бронетехника (БТРы и танки — последних я не видел) но они не имеют большого распространения. В основном копытные делают ставку на силовую броню, которая даёт возможность носить довольно тяжёлое вооружение. С задачей её пробития вполне справлялись бронебойки, а после создания "кровяных пуль" у СНС появилось действительно серьёзное преимущество. Для чего нам нужно оружие способное пробить чуть ли не полуметровый слой сплошной стали? Даже во время войны с зебрами не стоял вопрос пробития столь толстой брони — на бронебойных винтовках "бронебойки" и остановились, а большинство снарядов для местных гранатомётов были фугасными.

Аргументы копытных хотя и были понятны, но я всё же настоял на принятии на вооружение гранатомёта с кумулятивными снарядами. В качестве аргумента использовал тот факт, что мы не знаем какие у НКР есть танки, и то, что фраза: "слишком крепкой брони не бывает" имеет и обратную сторону — "для оружия мощность не может быть избыточной". Тем не менее, я всё же принял аргументы к сведению и попросил Трюкачку изготовить какую-нибудь смесь для термобарического боеприпаса. Понятия не имею что Беатрикс использовала (с её слов в состав входили удобрения, огнеметная смесь и немного магии) но получавшееся студенистое вещество неплохо горело — не напалм, но всё равно неплохо. Специально под данный "холодец" я изготовил новые образцы цилиндрических тонкостенных реактивных гранат. По расчётам взрыв такой гранаты выжжет всё на расстоянии трёх метров — не огнемёт "Шмель" но тоже неплохо.

Отем же видя получившийся боеприпас, не проявил, какого либо интереса к РПГ, а вот огнемётная смесь Трикси его сильно заинтересовала. Изучив свойства данного горючего желе, он предложил мне спроектировать особый огнемет, который бы стрелял данными горящими сгустками. По его расчёту такой огнемёт смог бы стрелять на гораздо большее расстояние и при этом экономить топливо, я же не поддержал данную идею. Мне показалось, что у такого огнемёта будут те же недостатки что и у обычного – большой вес и топливо, сгорающее ещё до контакта с противником. Тем не менее, я принял предложение и изготовил то, что назвал «тяжёлым инсинератором». Серьезно – данному творению гораздо лучше подходило название «инсинератор» чем классическое «огнемёт». Ржаво-коричневый пегас, не разделяющий моего скепсиса даже забрал получившийся «огнемёт» и высказал, что добавит к своей новой броне противо-термическую защиту. Я в шутку даже порекомендовал назвать данную броню «Геенна», не в смысле животного, а как отсылку на «Геенну Огненную». Пегас не понял, что я шутил.

Закончив работы с РПГ и инсинератором, я вновь непроизвольно задумался о навыках взрывного дела Трюкачки. Ну не верилось, что фокусница с задатками пиротехника может обладать такими навыками. Похоже, за свою долгую жизнь она многому научилась, вот только всё равно проиграла Мелкопипке. Справедливости ради, стоит отметить — для того чтобы справиться с Трикси, будущей "Дарительнице Света" понадобилась "атомная бомба". Для Трикси — это комплимент, даже бомба зебр не смогла убить "великую и могущественную" окончательно. Также моё уважение вызывало то, что после всего пережитого Трикси не отказалась от интереса ко всему взрывающемуся. Переживи я подобное то наверняка бы заработал фобию, из-за которой боялся бы даже бенгальских огней. Трикси же помогая мне, с удивительным энтузиазмом химичила и магичила. Даже странно, что на её синей шкуре меткой была палочка с пятиконечной звездой и магическая аура в форме полумесяца — жёлтая надпись "C4" на синей шкуре смотрелась бы вполне органично. Хотя это легко объяснялось — в эпоху, в которую жила Трюкачка "Дерево Гармонии" не давало копытным проявить свои нехорошие таланты. Также этим объяснялось слова Беатрикс, что в те годы она была нравственно неиспорченной, не то, что сейчас.

Как хорошо, что теперь все намёки о перепихоне подошли к концу — в койке я был не настолько хорош, да и факт что после тёрок со мной аликорн на время лишилась своей магии, избавил меня от многих проблем. Я был по-настоящему рад, приходя вечером в каюту, устало подняться на верхнюю койку и заснуть без снов, и при этом, никаких намёков и попыток проникнуть в мои сны. Будучи рад таким переменам я даже разрешил Лире Хартстрингс занять в нашей каюте свободную койку. Вообще-то кантерлотский гуль не нуждалась во сне, просто она хотела быть поближе ко мне. Ей был интересны особенности моего поведения, рассказы о другом мире, также Лира просила, чтобы я преподал ей уроки моего языка. Хотя я и был свободен от контроля "вежливой просьбы" но всё же не стал отказывать и провёл множество лекций об истории планеты Земля, и уроков русского.

Лира же также не была молчаливой и в ответ, рассказывала истории о довоенной Эквестрии — о своей жизни, о своих подругах, о других пони. Особенно она отметила момент, связанный с одним понивильским земным пони, называющим себя Доктор, хотя его меткой были песочные часы (аналогичная метка была у подруги Лиры, единорожки с погремухой Колгейт). Данный Доктор без медицинского образования, зарабатывал себе на жизнь, создавая различные поделки в стиле "Очумелые Ручки". Данные не имеющие под собой магической природы творения, не пользовались большим успехом, но на жизнь копытный не жаловался и вёл тихий мирный образ жизни. Какого же было удивление Лиры, когда после объявления о создании министерств, Доктора будто подменили. До этого тихий земной пони вдруг начал приставать к кобылкам утверждая, что он "Повелитель Времени" и может изменить будущее, но для этого ему нужна ассистентка. К Лире он тоже обращался, но та, считая, что он свихнулся, отказала. Однако Доктору всё же удалось найти себе компанию — некая цветочница, с говорящим именем Роуз, согласилась стать ассистенткой. С того момента Доктора и Роуз больше никто не видел, точнее видели но спустя столетия. Убитая мной Хомейдж когда-то встречалась с неким земным пони, называющим себя "Повелителем Времени". Похоже, тот липовый Доктор не врал — ему действительно удалось создать машину времени.

Но такие разговоры о прошлом занимали очень малую часть моего времени, в основном я был занят исполнением обязанностей инструктора СНС. Проведя около сотни спаррингов я всё же решил не ограничиваться подготовкой ближнего боя. Увы, но нам не провести масштабные учения на открытой местности, так что я решил построить нечто похожее на тренировочный тир — как в полицейских участках США. Точнее, приказал копытным построить в одном из многочисленных пустующих помещений Мстителя множество фанерных перегородок, дверей и прочих имитаторов различных зданий. Естественно там нельзя было стрелять из боевого оружия и не только в целях экономии патронов, хотя патроны действительно нужно было экономить. Дело в том, что большая часть нашего оружия энергетическое, и оно имеет свойство устраивать непроизвольные пожары. Однако мы нашли выход, приведя десяток лазерных винтовок в не боевой вид — теперь они стреляли безобидными лучиками, которые всё же улавливались датчиками на силовой броне. Теперь в дополнение к винтовкам нам пришлось еще, и испортить несколько комплектов брони, но теперь у нас появился настоящая площадка для лазерного пейнтбола — это достижение. Теперь копытные, не только, стоя на задних, копировали мой откровенно любительский стиль боя, но и также учились эффективно стрелять, не используя боевые сёдла — так как в прошлом это делали зебры.

Все эти долгие дни в оружейке и на импровизированных учениях быстро стали рутиной, и даже построенный Трикси и Лирой театр, не сильно разбавлял эту скуку. Не то чтобы я «рвался в бой» но отнёсся нормально, когда на очередном совещании помимо наших технических успехов руководство СНС стало обсуждать планы грядущего наступления.

— Пока наши бойцы и экспериментальное оружие не прошли проверку боем, нельзя быть беспечными, — может со стороны я и выглядел неуверенным, но меня это мало волновало. — Не нужно нас переоценивать только потому, что мы убили нескольких «героев пустоши». У противника хорошо вооружённая армия, а у нас и полк не наберётся, к тому же с неиспытанным вооружением ..., — договорить мне не дал ржаво-коричневый, высказавший мнение которого я от него не ожидал:

— При всём уважении к Анклаву, но та организация была далеко не сплочённой, что обернулось для пегасов гражданской войной, которую Анклав проиграл. У СНС нет такого недостатка. Я уверен в наших пони. Уверен, что они не предадут, и будут сражаться до конца против НКР, с нами или без. – пегас закончил свою речь, теперь словесную эстафету продолжил полосатый гуль:

— Но жители Эквестрии будут поддерживать НКР и пока ….

— Нам незачем беспокоиться об их мнении, — Трюкачка в своей наглой манере перебила полосатого, на что Лира недовольно скосила морду: — Они в любом случае будут считать нас злом в последней инстанции, но мы всё равно должны продолжать сражаться. Мы уже добились значительных успехов, а теперь у нас есть оружие, игнорирующее магическую защиту.

— Неиспытанное, — я добавил уточнение.

— В прошлом у Анклава уже было передовое вооружение, — в голосе полковника звучало сожаление: — однако Литлпип, Каламити и другие наши враги смогли найти уязвимости у флота Анклава, силовой брони и шлемах контроля сознания для Гончих. Есть риск, что узнав о наших новых работах, они найдут погрешности в конструкции и воспользуются этим, — на справедливое замечание пегаса я решил ответить утвердительно:

— Погрешности уже найдены. Ты сам всё видел ….

— Нам не победить, если мы будем только говорить о неудачах, — хриплый голос полосатого гуля звучал удивительно уверенно: — Не надо думать что любое массовое наступление на НКР заранее обречено на неудачу. Погрешности в облаке воздушных судов учтены, силовая броня также претерпела значительные изменения, и это не говоря об оружии которое игнорирует магию. Да, есть недоработки, но их нельзя было избежать. Если мы правильно воспользуемся новым оружием, то никакие герои пустоши нас не остановят. Пора испытывать его в действии.

— Ты недооцениваешь «героев пустоши», — надменный голос Беатрикс в этот раз звучал удивительно ровно: — При встрече с Литлпип ты даже не пытался сражаться, приняв яд. Я же, состоя в Единстве, не раз встречалась с будущей Дарительницей и её друзьями. Превосходя их численно и в магическом мастерстве, аликорны всегда проигрывали. Литлпип взрывала нас «жар-яйцом», запирала в шаре памяти, сбрасывала железнодорожные вагоны и это неполный список. Если существует хоть маленькая уязвимость, то Дарительница её найдёт и воспользуется.

— Не пытайся нас запугать, — Сулик и Беатрикс будто поменялись характерами, в этот раз уже у гуля голос звучал надменно и, похоже, он не дразнился: — Твоё пристрастие к «Чёрной Книге» не помогло в наших разработках и твои фокусы не действуют когда надоагрххх, — красная аура вокруг горла полосатого не дала тому договорить.

— Меня удручает твоя недооценка «героев» и сил аликорнов, — если бы я сам не присутствовал и не слышал сказанное, то ни за что бы, не поверил, что голос Беатрикс может звучать жутко.

— Хватит, — решил вмешаться: — Отпусти его.

— Как будет угодно, — далее Трикси прекратила светить своим отростком.

— Оставьте прения, — Отем высказал своё замечание: — Из-за этого Анклав потерпел поражение, и я не хочу чтобы СНС повторило его участь. — пегас сделал паузу: — Вы все в чем-то правы; У нас действительно есть оружие с которым мы сможем разгромить НКР, но пока оно не испытано мы не можем идти в массовое наступление. Новым образцам брони и антимагических пуль необходимо полевое испытание – есть версии, где мы «нанесём удар»?

— У рейнджеров повсюду аванпосты, — я неумело выдвинул предложение: — Мы ведь проектировали эти пули против силовой брони, так что логично испытать собственные образцы и оружие способное её пробить на рейнджерах.

— В этом нет смысла, — неожиданно Трюкачка выступила против моего предложения: — Мы уже их испытывали на трофейных «доспехах» и результаты были в целом положительны, однако в этом мире есть те, кто слишком сильно полагается на магию. Будет логичней испытать антимагическое оружие именно на них.

— Конкретней? – пегас задал уточнение.

— Аликорны «Последователей Апокалипсиса». Они почти во всём полагаются на свои магические силы, — для всех кроме меня, было неожиданно, что аликорн предлагает убивать других аликорнов: — Я бы предоставила свою тушку во имя науки, но не владею заклинанием щита.

— В этом есть смысл, — пегас на секунду задумался: — Вот только Последователи обычно действуют большими группами и их поселения защищены тяжёлым вооружением. Будет глупо идти на них в наступление, — замечание полковника было логично, но и идея Трикси была вполне здравой, так что мы все задумались над сказанным и будущими действиями, Сулик прервал затишье:

— Не все поселения Последователей столь сильно укреплены, и раз мы не хотим наступать то можно заставить аликорнов напасть на нас, — предложение гуля звучало действительно глупо, настолько, что даже до этого молчащая Лира высказала своё предложение:

— Поняла – я подойду к стенам Кантерлота и прокричу: «Селестия – белая промудоб…ская пиз...хлоёбина!». – мы все затихли медленно повернув физиономии в направлении единорожки в толстовке, та на молчаливый вопрос ответила фразой: — А это бы сработало. – мы решили сделать вид что забыли сарказм Лиры а я обратился к полосатому со своей догадкой:

— Так-так — кажется, я уловил мысль. Ты предлагаешь атаковать какое-то поселение, чтобы привлечь аликорнов Последователей, а в самом поселении организовать засаду, которая и испытает наши разработки. В этом есть смысл, но что за поселение ты имел ввиду? Хотя ….

Я кажется, догадался. Аликорн ненавидящая аликорнов подсказала мне мысль, что и зебра может быть о других зебрах не лучшего мнения — Сулик подтвердил догадку:

— Глифмарк – город у самого подножья Кантерлота. Именно там сейчас обосновалась одна из немногих, ещё живых, героев пустоши – зебра Ксенит. Именно там делают зелья дающим аликорнам возможность размножаться, а также большинство наркотических препаратов для всей Эквестрии. Если мы нанесём удар именно туда, то не только привлечём аликорнов, но и одним ударом создадим для НКР множество проблем.

## Стёртая полоса - Огни Кантерлота

Значит, местом нашего наступления станет Глифмарк — специфичный выбор. Я весьма условно знал историю этого города. По сути Сулик уже рассказал все мои знания, так что, я попросил более подробную историческую справку — Сулик и "Тринити" охотно выполнили данную просьбу.

По сути Глифмарк является жалким подобием довоенного города Зебратауна. Города построенного по указу принцесс, прямо у подножия горы, на которой располагался Кантерлот, специально для зебр беженцев ищущих в Эквестрии политического убежища. Теперь же, Зебратаун полностью разрушен. Закладывая в Кантерлоте испускающий газ кристалл, полосатые не обошли вниманием и город своих бывших соотечественников, а Анклав, уничтожая заражённый Кантерлот, непроизвольно завершил начатое — упавшие обломки замка принцесс окончательно довершили историю Зебротауна.

В данный момент данное место больше не заражено розовым газом, но всё же считается закрытой территорией. Виной тому потомки немногих выживших зебр, что основали Глифмарк — они считают Зебротаун сакральным местом (так как там жили их предки), а себя последней надеждой на возрождение народа полосатых копытных. Последний факт звучал особенно специфично, учитывая, что его произнёс тот кто, прожив сотни лет, считал себя последним довоенным полосатиком. Сулик же на моё замечание ответил, что в этом нет ничего странного — те зебры хотя и носят полоски, но при этом ненавидят уничтоженную страну, что обрушила на Эквестрию мегазаклинания; хотя чего ещё ждать от потомков предателей? Как будто этого мало, жители Глифмарка воплотили в жизнь самые худшие стереотипы о народе зебр, а также породили несколько новых. Среди них и пренебрежение к жизням себе подобных.

Последнее основано на специфичном обычае жителей Глифмарка — выгонять своих по их достижению определённого возраста. Цель данного обычая была экономия зебрами жизненно важных ресурсов (еда, вода, лекарства, наркотики) и, судя по тому, что, будучи управляемым детьми, данный город просуществовал столетия, обычай себя оправдал. Данное изгнание могло отсрочить рождение потомства (как в случае с Ксенит), но сути не меняло. Чем-то данный обычай похож на древний ритуал япошек в котором они выгоняли старпёров в леса. И пусть зебры изгоняли своих, когда они были во вполне зрелом возрасте, но разница была невелика – учитывая, как пони относились (да и сейчас относятся) к зебрам, это была верная смерть. Исключения, как Ксенит, лишь подтверждает правило. Сейчас же этот обычай считается пережитком прошлого, и все немногие изгнанные зебры (те, кто смогли выжить) уже вернулись чтобы «в рядах Последователей восстановить обычаи и традиции своего народа», но в НКР о зебрах чаще на слуху другие стереотипы.

Сулик уверял что, чтобы там не писала Литлпип в своей книге, какими бы навыками не владела Ксенит, но далеко не все зебры были знатоками ближнего боя и тем более небыли склонны к изготовлению наркотических препаратов — в подавляющем большинстве они варили в своих котлах безобидные лечебные зелья. Нынешние зебры являются прямым противопоставлением уже уничтоженного рода полосатых, и гуля зебру злило, что пропаганда НКР выставляла жителей Глифмарка как надежду на возрождение его народа, а Вельвет даже предлагала ему к ним присоединиться. Естественно на то предложение Сулик ответил отказом — ему было бы противно жить среди зебр, которые оправдывают изготовление наркотиков "национальными традициями". На этом фоне почитание предателя Зекоры и изучения некого "Стиля Зайки" (боевого искусства владея которым пони убили многих зебр), выглядит просто мелочью.

Трюкачка, справедливости ради, отметила, что по сути это мы виноваты, что сейчас изготовление наркотиков пошло в рост. Дело в том, что в Глифмарке, до "Дня Солнца и радуг", наркопроизводство было небольшим — город был малонаселенным, да и жители пустоши предпочитали не иметь дел с зебрами. Всё изменилось после расчистки неба и прихода в город на ПМЖ Ксенит. Та зебра смогла создать зелье, от которого у аликорнов отрастает хрен, так что не удивительно, что армия клонов стала крышивать Глифмарк. Однако командующая этой армией Вельвет Ремеди, и следящая за всей пустошью Дарительница, были не в восторге от наркопроизводства, так что Вельвет обязала полосатых сбагривать наркотики только Последователям (лидером которых она являлась), которые их использовали исключительно в медицинских целях. Теперь же, после уничтожения погодных башен, и других последствий моей деятельности, наркопроизводство начало усиленный рост.

Контроля Литлпип больше нет, зелья для аликорнов не требовали большого количества (а значит не давали большого дохода), а жителям НКР нужно чем-то заглушить боль по утрате Хомейдж (в особенности по ней), Каламити, Лайфблуму, Гаудине, Реджи, Спайку, Лаенхарту, Адских Гончих (по ним горевали немногие) и ещё многим, имён которых я не знал. Можно догадаться, что Вельвет не устраивает такое положение вещей, но она "смотрит сквозь пальцы" позволяя зебрам богатеть на горе других — не станет же она, в столь сложное время, сеять в НКР раздор из-за такой мелочи как наркомания, которая к тому же, в этом мире, успешно лечиться? Довольно парадоксально, что именно в СНС сейчас обсуждали "закрытие" этого наркопритона, пусть даже он был второстепенной целью.

Не могу сказать что обсуждаемый нами план мне нравился, но, после того как я добровольно проник в пещеру дракона, участь приманки казалась не такой уж плохой, тем более, в качестве наживки я буду не один. Будущая операция будет отличаться от всего, что мы делали ранее. До этого мне приходилось тайно проникать на вражескую территорию, брать языка, устраивать диверсии и прочее (как Котовский). Теперь же мне придётся действовать нагло, решительно и разрушительно (как Пол Пот) — примерно также как при штурме тюрьмы Арба, когда я за рулём лесовоза нагло вломился за серые стены. Тогда моим напарником был один пегас, в будущем же со мной будут сражаться десятки копытных, не считая прикрытия. Операция такого масштаба требует тщательной согласованности действий, продумывания возможного варианта событий и прочего, на фоне чего мои действия выглядели пиком идиотизма.

Серьезно, Отем, Сулик и Беатрикс обсуждали размещение снайперов и пути отхода, я же предлагая тактику своей группы, схематично, мелом на доске, изобразил строй ушедших на дно немецких рыцарей, именуемый у русских "Свинья", и для наглядности нарисовал поросячью морду. На этом фоне, схема размещения снайперов в форме подковы выглядела бы пиком рациональности, если б помимо мелом на доске, я бы не стал изображать схемы используя метод Чапаева. Так как обсуждение было долгим, то нам периодически приносили еду, а я не удержался, чтобы не разместить наши позиции на карте, используя картофель. Справедливости ради, на картофеле я не ограничился и показал полковнику, когда командир должен быть "впереди — на лихом кабачке", а когда позади "чтобы вражеские редиски не подобрались с тыла".

Увы, но я был не единственным кто предлагал откровенную глупость. Беатрикс, обсуждая будущую операцию, отметила насколько она будет знаковой, и чтобы сделать её ещё более "яркой" предложила свои услуги как пиротехника для проведения салютов. Поначалу все отнеслись к предложению аликорна как к проявлению шизофрении, однако ей удалось убедить полковника, что её идея не такая уж и безумная. Убеждая она постоянно указывала на факт, что, по сути, для жителей Эквестрии деятельность СНС известна лишь из пропаганды НКР — это нужно исправить. Для начала Трикси предложила заставить жителей Нового Кантерлота и Понивилля увидеть и запомнить нашу символику, и для этого как раз пригодятся навыки Трикси.

На этом обсуждение знаковости не закончилось. Дело в том, что на Громовержце была установлена мощная радиостанция, используя которую в прошлом, Отем Лиф вещал на всю пустошь пропаганду Анклава. Эта станция и сейчас исправна только мы её не использовали, опасаясь, что нас могут вычислить. Эта опасность и сейчас актуальна только, чтобы донести до обычных жителей альтернативу пропаганде НКР, необходим некоторый риск. Мы решили, что этот риск оправдан, так что если всё пройдёт успешно, то, после завершения операции, из радиоприёмников жителей Эквестрии прозвучит обращение "Сил Народного Сопротивления".

На этом можно было бы завершить обсуждение, вот только Лира заметила, что мы забыли одну маленькую, но очень важную деталь — не придумали название будущей операции. Я сгоряча решил исправить данное упущение и, будучи ещё под впечатлением от идеи Трикси, высказал идею названия "Пылающий Зонт" — название не одобрили. Полковнику такое наименование особенно не понравилось, он заявил, что так могла бы называться операция НКР против СНС, и даже в шутку спросил: на какой ты стороне? Я не стал отвечать, так как меня перебила синяя аликорн, предложив название "Стёртая Полоса". Тут уже Сулик возмутился — он считал, что то, что мы сделаем, в действительности будет в интересах страны зебр, пусть даже она давно уничтожена. В итоге спор разрешила та кто его и начала. Лира высказала "очень удачную" идею названия "Веселящий Дым" — учитывая, что мы собирались устроить в наркоплантации полосатых копытных, делало название действительно удачным.

Далее началась подготовка. Первое с чего я её начал так это снял доску с начерченными нами схемами и отнёс её ангар, прямо на построенную Трикси сцену. То, что при этом я чуть не провалился в технический люк, натолкнуло меня на нехорошие мысли, но я решил не обращать внимания на дурные приметы и вызвал на брифинг бойцов СНС, где и поведал о плане нашего наступления. Красноречием я не отличался, так что брифинг прошёл максимально "формально", единственное, что можно было выделить так это зелёную пегаску которую смутило наличие на схеме рисунка поросячей морды, но это мелочь. Действительно важным было то, что я высказал предложение о добровольцах, которые вместе со мной будут приманкой для НКР. Говоря, я особенно подчеркнул, что будущий успех будет зависеть от согласованности действий, а участь приманки чрезвычайно опасна. По сути, мы будем должны умышленно подставить себя под удар, так что будущим добровольцам нужно будет мысленно смириться с незавидной участью. Какого же было моё удивление, когда копытные, как в фильме про Спартака (https://www.youtube.com/watch?v=QUP06uknhBQ), стали поочерёдно вставать говоря: "Я доброволец!". Это было мило и глупо, а также поставило меня перед выбором. Я не был слишком разборчив и отобрал два десятка бойцов — в основном пегасов, хотя среди них, были земные пони и даже один единорог. Далее уже полковник стал выбирать бойцов, которые вместе с ним будут "подковой".

Дальнейшие дни я, с группой добровольцев, проводили импровизированные учения, полковник со своей группой, проводил свои тренировки. Трикси же не вылезала из оружейной мастерской, где сооружала солидных размеров ракету с пороховым двигателем. Сама данная "морковка" была ничем не примечательна, но, по словам её создателя, когда она с детонирует, территория на сотню километров будет освещена как при взрыве "жар бомбы". Парадоксально что столь крупное устройство, которому проводили аналогию с "жарбомбой", не предназначено для того чтобы нести смерть — учитывая чем обычно занимались в данной мастерской, это очень необычно. Думая на этой странностью я даже решил внести свою "творческую лепту", конкретнее — примерно в средней части ракеты, рядом со значком бело-красного зонтика, нарисовал знаменитый рисунок бл...ой рожи известной как тролллфейс. Данная картинка очень точно характеризовала какая у этой ракеты "начинка". На опасных предметах рисуют череп и кости, на творении Беатрикс Луламун – троллфейс, всё справедливо. Но мне и этого показалось мало, так что в головной части ракеты я, как вишенку на торте, изобразил силуэт советского знака качества – жаль, что никто не понял отсылки.

Лира также все эти дни не скучала. Она, с другими копытными, усиленно тренировалась в спортзале, оттачивая свои навыки ближнего боя. Учитывая, что нам придётся ворваться в поселение зебр конфуистов, данные тренировки не казались чем-то избыточным, хотя наблюдая за Лирой у меня стали появляться странные мысли. Дело в том, что гулифицированная единорожка была весьма условно знакома с боевым стилем тех зебр (по идиотски называемый: Стиль Зайки) но, тем не менее, в её попытках подражать явно угадывался бразильский танец-бой: Капоэйро. То, что поначалу кажется танцем, лишь обманные движения, за которыми следует град смертоносных ударов. Со слов единорожки, те зебры ещё очень любят прикреплять хвосту и опорным конечностям различные клинки, что навевало мне нехорошее предчувствие, и это не говоря о том, что полосатые не гнушаются пользоваться и обычными огнестрелами. Как будто этого мало, Лира решила припугнуть меня ещё сильнее, охарактеризовав "Зебр Зайки" короткой, но очень точной фразой: "Единоборства им подвластны — для врагов они смертельно опасны". Мало кто в этом мире хочет быть этим врагом (вернее, не только лишь все), но мы уже выбрали цель будущего наступления, а "на переправе коней не меняют" — нужно пореже вспоминать связанные с копытными поговорки. Но всем подготовкам и тренировкам пришёл конец, характеризующийся анонсом сбора командования (я был в его числе) и отборных бойцов СНС в ангаре Мстителя. Форма одежды — полевая.

Переодевшись, с повседневного серого, в бледно-зелёный комбинезон, и, надев бронник с разгрузкой, я чуть не забыл про шлем, который сделал, казалось так давно. Устанавливая на эту «полусферу» прозрачное забрало мысленно отметил ироничность, что «каска» понадобилась мне только сейчас. До этого, в тайных операциях, шлем бы только мешал, теперь же придётся действовать «открыто» и защита головы не лишняя предосторожность.

С нехорошим предчувствием я вошел в просторное помещение, приковав к себе десятки пар глаз. Командование (Отем, Сулик, Дестини) было расположено на сцене, бойцы же заняли места зрителей («Тринити» и Лира были среди зрителей), будучи разделенными на две равные группы — группа поддержки и группа приманка. Слов не было, как мне не нравилось быть приманкой но, по крайней мере, меня как командующего будут оберегать десятки пожирателей сена, да и Лира (а ещё Сулик но его боевые качества были сомнительны) вызвалась быть приманкой, хотя в навыках Трикси, как снайпера поддержки, я был не уверен, утешало что Отем, из трофейной винтовки Каламити, стрелял довольно метко.

В тот момент я не боялся грядущего боя, меня больше волновал "страх сцены". Дело в том что "Тринити" и полковник всё же смогли меня уговорить выступить с "воодушевляющей речью" несмотря на то, что красноречием я не отличался, и даже не помнил каких либо речей полководцев, которые можно было бы скопировать. Серьезно, первое, что мне вспомнилось так это речь актёра Нагиева из одного говнофильма (https://www.youtube.com/watch?v=wBdwLuhTTVo). Конечно, в моём распоряжении была не «красная армия», но даже такой «жёлто-зелёно-малиновый дивизион» заслуживал большего. В итоге я решил импровизировать и результат "импровизации" оказался неоднозначен.

— Господа, я люблю войну! — стоя за трибуной на сцене, почему-то вспомнил один представитель японской анимации, когда-то увиденный мной на MTV. Целиком мульт не смотрел, но речь одного персонажа мне показалась проникновенной:

— Господа, я люблю войну! Люблю: геноцид, блицкриг, наступления, обороны, зачистки, осады, прорывы, отступления, поражения. На полях, на улицах, в лесах, в небе, грязи и болоте. Я искренне люблю все виды войны, что можно устроить в обоих мирах! — тут меня понесло. Ещё когда я смотрел тот мульт, поймал себя на мысли, что слушая такую речь, стал невольно проявлять уважение к тому, кто носит нацистскую форму — это было неприятно. Теперь уже я толкал подобную речь с примесью отсебятины и, судя по физиономиям копытных, они "проникались и входили в раж" пока я толкал словесный понос:

— Люблю оглушительный грохот артиллерии разрывающей построения противника на части .... Когда вражеские тела взлетают в воздух, а потом мелкими кусочками сыплются на землю — моё сердце бьётся чаще! Люблю когда наш танк, с его 125-мм (как у Т-90) орудием .... сходится с вражеским танком. До чего же приятно чувство, когда враг выпрыгивает из танка чтобы погибнуть под моим огнём! Люблю, когда пехота бросается на вражеские ряды в штыковой атаке. Меня трогает вид новобранцев тыкающих штыками тело уже мёртвого врага. А вид повешенного на столбе дезертира вызывает странное возбуждение. И до чего же восхитительно визжат пленные, в унисон с визгом пулемёта, которым я их валю! Я даже помню как шрапнельный снаряд из "Доры" весом 4,8 тонн, снёс их город. — Дальше должен был идти отрывок, где упоминалось, как фрицы насильничали в захваченной деревне, но я включил в своём сознании внутреннюю цензуру:

— Господа, я желаю видеть адскую войну! Господа, союзники, бойцы СНС .... Господа, чего вы хотите? Вы тоже хотите войны? Вы хотите беспощадной, кровавой войны? Вы хотите битвы, которая заставит разящее железо и смертельное пламя истребить всякую тварь в 3000-х мирах?

— War! War! War! War! — отвечала толпа копытных, параллельно топая по железному полу.

— Хорошо, будет вам Krieg. Вся наша мощь — здесь, в наших стиснутых кула.... копытах, готовая к удару. Но тем, кто прождал во тьме десятилетие .... простой войны мало! Великая война! Война, в которую мы вложим души и сердца! У нас меньше батальона, меньше тысячи солдат. Но каждый из вас — ветеран, я верю, что каждый из вас стоит тысячи. А это значит, господа, что на миллион и один человек. – арифметика была не на моей стороне. — Избавимся же от тех, кто нас забыл, разбудим тех, кто заснул! Снимем им скальпы и вырежем глаза заставив вспомнить нас! Мы заставим их испытать страх! Мы напомним им, что есть вещи и пострашнее атомных бомб!

— Кантерлот! Огни Нового Кантерлота! — десятки копытных прокричали в один голос.

— Да, огни Нового Кантерлота, по которым мы так долго скучали. Вскоре мы окажемся у подножия его горы.

— За майора! За СНС! — унисон слышалось с трибун.

— Операция "Веселящий Дым" близится к своему началу. Я обращаюсь к каждому бойцу ... Сил Народного Сопротивления, — чуть не сказал "батальона: Линолеум", — проследите, чтобы все это слышали! Итак, господа .... Забудьте то, что я говорил.

— Что??? – некоторые зрители не смогли сдержаться и высказали вопрос вслух, другие же с выражением удивления стали смотреть друг на друга. Я же, выждав паузу, дальше стал нести отсебятину, полностью лишённую красноречия:

— То, что я говорил, полностью соответствует стереотипу, который усиленно навязывает пропаганда НКР. Они пытаются дискредитировать нас и наше сопротивление. Не могу их за это винить, но всё же предпочту, чтобы их ложь так и осталась ложью. Всё то, что мы делали, делаем, и будем делать, не несёт какой-то глобальной идеи «тёмной стороны» и преследует совершенно конкретные задачи. В нашем случае: полевое испытание нового вооружения, на противнике с большим магическим потенциалом. План чётко прописан и его успех полностью зависит от дисциплины и согласованности действий. Тем, кто состоит в моей группе, ещё раз напомню: мы приманка, которая должна заставить противника пойти в контратаку, а значит, действовать будем дерзко! Идём указанным строем, размеренным шагом в полный рост, не останавливаться и пулям не кланяться! Раненых подберём потом. Никакой самодеятельности без прямого приказа. Я действую — вы смотрите и делаете также. Я умер – вы действуете, но перед тем как умереть я предупрежу …. Но я не умру никогда. Ещё раз напомню, наша цель создать побольше шума, а значит – больше разрушений и меньше ненужных убийств. Пленных не берем, но и всех не убиваем. В штатских стрелять лишь в случае их активного сопротивления – именно их крики о помощи должны будут привлечь Последователей, в противном случае, подчинённые Вельвет просто «закидают» нас с горы. Вопросы есть? – вопрос был риторическим, — Вопросов нет. Все на борт.

Далее мы заняли свои места на борту Подстрекателя, который унёс нас синее небо. Полёт прошёл удивительно тихо, некоторые бойцы даже поспали эти часы, пока их не разбудила пегаска Симфони, пилотирующая воздушное судно. Её искажённый треском голос, звучащий из интеркома, всё ещё узнавался:

— Мы в заданном квадрате, готовьтесь к высадке, готовность три минуты.

Высадка ночью на территорию «Вечносвободного леса» — на моей памяти это уже третий случай, только в этот раз обошлось без «затяжных прыжков». Симфони совершила посадку прямо на лесную поляну, а далее выпустила нас, открыв кормовой люк. Лесной ночной воздух был удивительно приятен, просто не надышаться.

Далее мы, не теряя времени, стали рубить ветки, а после начали ими маскировать воздушное судно. Увы, но специальной маскировочной сети у нас не было, так что пришлось обойтись «хендмейдом», но в итоге получилось неплохо. Пегас Отем осмотрев результат с воздуха, сказал, что в ночи Подстрекатель совершенно незаметен, а через прибор ночного виденья он выглядит как заросший кустами холм. По плану в таком виде он пробудет меньше суток, но всё равно был риск, что вражеские патрули могут обнаружить замаскированный воздушный корабль – риск казался оправданным. Также мы не забыли и про собственную незаметность и также, как при подготовке к «операции: Внешние Небеса», изготовили маскхалаты из лиан и травы с ветками.

Закончив с приготовлениями, мы рысью двинулись к границе леса. Вообще-то по плану наш шаг должен был быть спокойным, но мы слегка отстали от графика. Согласно плану операции, наши группы должны будут успеть за ночь пробежать весь лес и чуть ли не полпути до Глифмарка. Далее, с рассветом, мы должны окопаться и замаскироваться, а после надеяться, что наши следы не заметят шныряющие повсюду патрули. Увы, но световую часть дня мы должны будем провести в положении снайпера выжидающего очень важную цель, пусть даже такой цели и не было. Не считать же за неё гулифицированную пегаску с погремухой Дерпи, тем более что мы даже не собирались с ней пересекаться, как раз наоборот.

Данная, летающая косоглазая гниль, считалась слишком опасным противником, тем более что мы не знали, как сработает модернизированная силовая броня на создаваемые Дерпи радиоактивные выбросы. Логичнее было с ней вообще не пересекаться, тем более что она далеко не всегда была в своём магазине в Понивиле, и в последнее время стала покидать город гораздо чаще. Это объяснялось просто — после того как я убил её «особенного пони», Лаенхарта, у неё больше не осталось помощников которые бы полетели с ней за радиоактивной водой, которая была необходима для живущих в НКР гулей. Дерпи, будучи сама гулифицированной, не стала оставлять своих «товарищей по несчастью» и часто покидала свой магазин, чтобы вернуться с грузом заражённой воды. У неё даже было расписание таких полетов, о котором Отему поведал один из информаторов. Согласно этому расписанию, как раз этим днём Дерпи должна будет вылететь за водичкой — полёт продлится чуть больше суток.

Мы как раз скорректировали время операции, основываясь на данном факте и пока план работал. Под покровом ночи мы были как под шапкой невидимкой и, избегая играющих музыку роботов «спрайтботов», приближались к горе Кантерлот. То, что мы всё ближе к цели можно было узнать не только по величественному виду горы с городом на скале, патрули аликорнов встречались всё чаще – благо мы взяли с собой «стелс-баки» да и маскировочное заклинание Трикси прекрасно работало. Увы, но на мне приборы и заклинания не действовали, а «Оренбургский наноплаток» был уничтожен, так что пришлось обойтись маскхалатом.

Однако добраться до цели до рассвета, было не суждено, впрочем, мы и не собирались, и пока солнце не взошло, копытные приступили к активным земельным работам. Вид того как безрукие твари роют себе окопы садовым инвентарём (лопатками аналогичной той с которой я бился против Реджи) ни с чем несравнимое зрелище, но несмотря на всю абсурдность ситуации, с задачей справились – укрытия были вырыты, а вырытая земля закрыта травой – с воздуха нас не заметят.

Так мы и провели световой день – неподвижно в тесноте, под себя не ходили, хотя хотелось, да и с приёмом пищи были проблемы. Лишь у некоторых пегасов было более менее хорошее положение с видом на окружающие пейзажи – именно они сообщили — версия, что сегодня Дерпи покидает Понивиль, подтвердилась. С их слов, из города вылетела запряженная в телегу пегаска, и судя по её зигзагообразному полёту, у неё проблемы со зрением. Пока план работал – нас не замечали, хотя мы находились глубоко во вражеском тылу, но всё же все были рады, когда эти дневные прядки закончились.

С наступлением темноты мы покинули укрытия и немного размявшись, продолжили движение. Глифмарк был совсем рядом и вскоре мы обнаружили, что подходим к его границам, и дело даже не в дальних огнях ночного освещения, колья с головами пони чётко показывали, что мы подходим к границам города зебр. Точнее на кольях были головы «понинекенов» но со стороны разница была не видна, хотя было понятно, как местные относятся к незваным гостям. Естественно полосатые копытные защищали свой город не только кольями с кукольными головами – ожидаемо перед нами предстал, освещённый огнями мачты освещения, аванпост с десятком вооружённых полосатых. Данное открытие означало, что отрядам приманки и поддержки пора разделиться, а Лира наконец-то сможет продемонстрировать свои навыки скрытного проникновения.

Тихо и незаметно, под покровом ночи, единорожка в толстовке приблизилась к аванпосту. Я же, глядя в монокуляр, всё же пропустил момент как она пробралась за баррикады и вывела из строя сигнализацию, однако момент, в котором Лира придушила зебру-часовую струной от пианино, рассмотрел во всех подробностях. Далее единорожка полностью оправдала девиз своего агентства — была «повсюду и нигде». Она ловко пряталась в тенях и за укрытиями, выводя полосатых одного за другим. Где-то она кидала камушки, чтобы привлечь внимание и накидывала струну на полосатую шею, другому шею просто сворачивала, а когда её обнаружили, не дала поднять тревогу всадив в метательный топорик прямо в полосатый ирокез. Она явно пыталась обойтись без стрельбы, но всё же Лире пришлось применить свой пистолет с глушителем – на шум тела падающего с лестницы сбежались последние двое часовых. Каждому по одному выстрелу и аванпост зачищен.

В дальнейшем Лира отправилась с группой поддержки зачищать другие аванпосты, но потом она должна ко мне присоединиться – Лира на этом настояла. Я же, со своей «зондеркомандой», на зачищенном аванпосте расчехлял новое вооружение – экспериментальные огнемёты названные «Тяжёлый Инсенератор». Не все бойцы были им экипированы (Сулик был вооружён лишь своим ППШ), некоторые несли обычное и энергомагическое вооружение. Я тоже помимо огнемёта нёс и другое вооружение — пистолет и «Самодельный Карабин», однако (на всякий случай) лишь у меня в разгрузке были аж два автоматных рожка с «кровяными пулями» обмотанные (чтоб не перепутать) синей изолентой. Ещё такие пули были у Лиры (для её складного ПП «Гоблин») но основной запас экспериментальных патронов был у снайперов прикрытия — именно им предстоит провести испытание. Моя же группа должна будет заставить противника появиться там, где нам нужно. Именно для этого мы взяли с собой столь специфичное оружие как огнемёты. Правда у одного пегаса был с собой сделанный мной «РПГ-7» и ранец с термобарическими гранатами к нему, но это мелочь. Именно огнемётами мы создадим основную шумиху и, держа данное устройство, я мысленно сравнил себя с американским солдатом собирающимся сжечь вьетнамскую деревню – сравнение было без сарказма. Мне не нравились такие мысли и чтобы отвлечься, я решил осмотреть аванпост – взгляд зацепился на пожарном щитке. Глядя на этот щиток, решил взять с него топор – конечно, я и так был нагружен, но мне показалось логичным идя устраивать пожар взять с собой пожарный топор.

— «Лямбда Два» это «Дельта», — из гарнитуры под шлемом, прозвучал голос полковника, — Код: два, четыре, зелёный.

Дурацкая кодировка, да и позывной мне не нравился (хотя я понимал необходимость – не хватало еще, чтобы противник, перехватив каналы связи, разгадал наши планы), но я был рад знать, что сейчас аванпосты зачищены, группа поддержки сейчас «подковой» окружила Глифмарк, а Трикси, находясь среди руин Зебратауна с другими снайперами, наготове, и ждут нашего выхода. Не было смысла выжидать и я, опустив прозрачное забрало, по-русски произнёс: «Наведём шороху на это садоводство». Хотя копытные не знали русского, но по интонации поняли смысл сказанного и, как на учениях, выстроились клинообразным строем. Как и было положено в "голове свиньи" находились наиболее тяжело вооружённые бойцы — те, что в силовой броне, я же такую броню не носил (электроника глючила пытаясь считывать показатели организма) и занял место на правом фланге, Сулик был слева. Именно таким строем мы и выдвинулись в направлении Глифмарка, пока не наткнулись на невысокий проволочный забор. Данная оградка не была для нас препятствием и выполняла назначение, обозначить границу плантации, на которой зебры растили какую-то высокую траву. Что это за трава я не знал, но был уверен, что наркотическая — листьями чем-то была похожа на коноплю. Данная находка означала, что операция наконец-то переходит в свою активную фазу.

Я привёл огнемёт в боевое положение и пустил струю пламени прямо на траву — та, несмотря на ночную росу, вспыхнула будто бумага, коптя при этом тёмным дымом. Увы, но ветер был как раз в нашу сторону, так что, я не избежал участи наглотаться продуктов горения. Парадоксально, но среди моего многочисленного снаряжения не было противогаза — посчитал, что он мне не понадобиться. Учитывая весь свой опыт в этом мире, у меня сложилось впечатление что одержимые "невосприимчивы к газам". Черёмуха, используемая охраной тюрьмы Арба, показалась не токсичней табачного дыма, розовый дым (в пещере Спайка) был как комнатная пыль, местные наркотики на меня не действовали (Ментаты я жевал как мятные конфетки), даже эффект обезболивающих был притуплен, да и Селестия говорила что на одержимых не действуют большинство токсинов. Всё это убедило меня в бесполезности намордника. Конечно, при встрече с Реджи противогаз, что удивительно, спас, но я решил, что забрало на шлеме гораздо надёжней, и сейчас об этом пожалел. Другие бойцы защитили свои органы дыхания, кто противогазом, а кто шлемом силовой брони, даже Сулик был в маске, а Лира с "арафаткой" на физиономии (хотя она уж точно была "невосприимчивой к газам") — у меня же не было ничего, так что я сполна наглотался "веселящего дыма".

Эффект не заставил себя ждать; Тёмная ночь стала казаться более светлой, а на границе поля зрения показались радужные круги. Тяжёлый огнемёт стал вдруг таким лёгким, будто сделан из картона. Эмоция страха вдруг резко пропала, уступив место беспричинной радости. Тем не менее, я, будучи в наркотическом опьянении, ещё сохранял рассудок и помнил о плане операции, только теперь собирался совместить приятное с полезным — выполнить задание, попутно повеселившись, исполнив свою давнюю мечту. Всегда мечтал сжечь афганские наркоплантации, а после разбросать на пепелище семена борщевика. Хотя поле передо мной было не в Афганистане и засеяно не опием, и борщевика у меня не было, но какая разница?

Понимая, что разница невелика, я перевёл огнемёт в другой режим и, подняв ствол на сорок пять градусов, выпустил очередь из горящих сгустков. Те, летя по параболической траектории, упали где то в дали, и "разлившись" создали новые очаги возгораний.

— Ох....еть как круто! — я не удержался от комментария видя летящие и оставляющие радужный след, горящие сгустки, но потом, помотав головой, обратился к земному пони в силовой броне, что был в "голове свиньи", с полусерьезным приказом. — Врубай нашу любимую!

Исполнение приказа не заставило себя ждать и спустя секунду из динамиков на спине копытного, прозвучала подобранная Лирой мелодия (https://www.youtube.com/watch?v=BGpzGu9Yp6Y). Выбор музыки был на редкость удачным (тот, кто её написал, наверняка употреблял ЛСД) а смысл песни (зажжём им других) удивительно точно подходил под ситуацию. Так, с песней, "свинья" двигалась через поля, сжигая всё на своём пути, а я ощутил в себе признаки пиромании.

— Да!!! Мне нравиться! — мне действительно нравилось пускать прахом труды полосатых, будь то на поле или в нагромождении белых мешков под навесом. Со стороны же противника слышались другие слова:

— Тревога! Вторжение! Это СНС! Они жгут поля! Свяжитесь с Вельвет!!! — я их слышал, но не видел из-за густого дыма и делал своё дело, периодически комментируя свои восторги:

— Больше огня! Как же офигенно! — после данной фразы я ощутил, что со стороны противника могут прилететь не только слова.

Забрало на шлеме покрылось паутиной трещин от попавшей в него пули (пришлось его поднять из-за ухудшегося обзора), а от наших бойцов стали слышаться звуки рикошета о силовую броню. Как ожидалось, пулям кланяться не стали, лишь стали вести огонь не только из огнемётов — в зебр полетели многочисленные очереди из пулемётов, а также зелёные сгустки из плазменных винтовок. Я же повторил момент, где стрелял горящими сгустками и несколькими выстрелами разогнал обороняющихся. "Свинья" продолжала свой путь, только теперь строй стал более рассредоточенным. Пусть мы и являемся приманкой, но всё же идти столь плотным строем при активном сопротивлении — самоубийство, так что рассредоточение при огневом контакте было вполне логично, и пока работало. Несмотря на вражеский огонь, мы не несли потерь, копытных защищала силовая броня, а меня, и тех, кто её не носил, бронежилеты (из драконьей кожи) и прочая экипировка. Всё это работало достаточно эффективно, и наш клин, как паровой каток, всё приближался к жилой части Глифмарка.

Первым признаком жилой зоны для нас стал небольшой участок с очень высоким проволочным забором и деревянными трибунами — я не специалист, но это явно была бейсбольная площадка. Ни за что бы, ни подумал, что Эквестрийские зебры практикуют игру в бейсбол, но на этом странности Глифмарка не закончились — наконец добравшись до жилой зоны, я довольно сильно удивился от вида местной архитектуры. Серьезно, все те здания, что видел ранее, выглядели вполне обычно и в Глифмарке я также ожидал увидеть типичные жилые дома, а никак не множество глиняных домиков с соломенными крышами. Нет, я конечно понимаю что эти зебры пытаются жить как их довоенные предки, но всему нужно знать меру. Здесь не саванна и такая архитектура смотрелась просто смешно. Это всё равно, что если бы эскимосы, переехав в зону умеренного климата, стали бы строить иглу.

Будучи под кайфом я смеялся над архитектурной нелепостью слишком долго и даже сжигая эти домики, не прекращал истерично хохотать. Конечно, мне было немного совестно, будучи психом с огнемётом, сжигать чье-то жилище, но себя утешал тем, что там никого не было — ещё подходя к застройке, я различил толпу полосатых всех возрастов, которая галопом покидала город. Исключением были лишь хижины из окон которых по нам вёлся огонь, но тех зебр было не жалко. То о чём я действительно сожалел так это о не взятом противогазе.

Наблюдая радужные круги я, тем не менее, всё ещё тешил себя надеждами, что моя аномальная регенерация всё же отчистит организм от галлюциногенов, тем более что горящее поле осталось позади, вот только всё случилось с точностью до наоборот. В момент, когда мы выжигали Глифмарк, наркоэффект проявил себя наиболее чётко — это случилось после какой-то вспышки (у меня сложилась ассоциация зажжённой спичкой) и послышавшейся непонятной фразы: "Представляем: Слева единорог!" — слева действительно был единорог из нашей группы.

Ступая по выжженной земле, я хотя и смотрел под ноги, но мне было всё равно на что я наступлю. Даже если бы я увидел мину то всё равно бы не изменил размеренный шаг, так что нет ничего удивительного, что я раздавил чьи-то брошенные очки, да и дымящиеся гильзы меня не волновали. В тот момент я был в прострации, не соображая что происходит — даже выстрелы и звуки музыки становились всё тише, зато начинала звучать другая музыка, а радужные круги становились всё ярче. Следуя за этими кругами я, выбив дверь, вошёл в одну из немногих, ещё не горящих, хижин. Что я там делал, и как оттуда вышел, в упор не помнил, помнил лишь момент в котором стоял на главной улице, уже горящего города, поливая пламенем постройки. Это был последний момент, когда ясность рассудка ещё брала верх. Дальше случилась подлинная шизофрения.

Время как будто замедлилось, в том числе и мои собственные движения, даже дыхание и сердцебиение ощущалось таким медленным. Находясь в таком состоянии, я также медленно моргнул, вот только открыв глаза, вместо ожидаемой картины пожарища, узрел лишь темноту. Однако тьма не была абсолютной — вдали виднелся яркий огонек, который отчётливо приближался. Приближаясь, он всё ускорялся и увеличивался в размерах, пока не заполнил всё поле зрения. Теперь уже вместо тьмы всё заливал яркий свет, но данная засветка продлилась недолго — свет отступал и, моему взору предстала другая картина, и увиденное было прекрасно. Ясное синее небо, аккуратные пряничные домики, молочные реки, цветы — красота. Также данная картина сопровождалась странной музыкой с не менее странными словами:

Пироман-Шизофреник!

Радугу он льёт!

И действительно — вместо огнемёта у меня был какой-то нелепый тромбон, из которого текла радуга. На местах, куда попадала радуга стали вырастать прекрасные цветы — мне захотелось залить весь мир этой радугой, чтобы сделать его ещё более прекрасным.

Здесь светлый мир, цветочки.

Пулемётчик жуёт.

На данных словах я различил совсем маленького зебру с ангельскими крылышками. То, что его морда была как у взрослого, совершенно не убавляло его милоту, и, глядя на него мне самому захотелось сделать что-то милое. То, что малыш побежал ко мне, быстро перебирая ножками, просто растопило моё сердце. Мне захотелось сделать этому жующему полосатику что-нибудь приятное, и я нашёл выход, различив боковым зрением у себя на спине огромный леденец на палочке.

Шизофреник!

Пулемётчик-малыш.

Поджигатель леденец достал.

К нему бежит крепыш.

Я, не обращая внимания на слова, достал леденец и вприпрыжку поскакал к полосатому ангелочку.

Он такой забавный, добрый,

Наш маленький Хэвик.

бежит к нему с леденцом

Шизофреник!

На последнем слове я заткнул пасть полосатого ангелочка леденцом, вот только мне предстал секундный кадр, в котором из полосатой головы торчал пожарный топор, а голос произнёс очень странные и страшные слова:

Топором убил!

Меня такие слова неслабо так напугали. Настолько что я решил отвлечься от малыша с леденцом на что-то другое, но тоже милое. А музыка всё играла, и голос также не прекращал комментировать мои действия.

Шизофреник!

На скаута он глядит.

Я действительно увидел другого приближающегося ко мне полосатого малыша.

Пироман хороший,

Малышу ничто не грозит...

Действительно, чем могут быть опасны мыльные пузыри? Я думал что ничем и, достав из кобуры пластмассовую рыбку, держа ту за хвост, нажал ей на плавник. Рыбка открыла ротик и выпустила в направлении полосатого малыша мыльные пузыри.

От выстрела назад летит!

На данной фразе мне предстал кадр полосатика с пулевым отверстием в башке падающего в направлении противоположному пистолету. Но я не стал заострять внимание на плохом.

Все танцуют веселятся,

Помахал малыш медик.

Поправь же ты в коробке крышку....

Повернувшись, я увидел малыша играющего в прятки. Малыш решил спрятаться в коробочке с бантиком, вот только криво поставил крышку — так его легко найдут. Я решил это исправить и поправил крышку, а после, радугой из тромбона, посадил вокруг целую рощу цветов.

Запер Медика в амбаре,

Пусть сгорит он там в пожаре!

Последнее звучало по-настоящему жестоко, как хорошо, что в этом светлом мире такое невозможно, и как я был рад находиться среди всей этой милоты.

Зовёт всех Пироман-Шизофреник!

Вот единорог!

Солдат даже с соской

Немного строг!

Шизофреник!

Машут все тебе!

Но на самом деле...

Инженер сзади улетел.

Скаут убегает,

Снайпер не смотрел,

Что когда он прыгнул

и за ногу взялся

этим человеком

Пироман оказался!

Честно говоря, я не обращал внимания на данные слова. На тех где упоминался снайпер я, умиляясь, погрузил полосатого малыша в "целое море цветов", а дальше просто лил радугу туда где они ещё не росли и на бегающих малышей. Однако всё же после решил вести себя более спокойно и не высаживать цветы там, где им не место. Я вообще любил порядок и, видя что у ещё одного полосатого малыша, на ремне с молочными бутылочками, одна с трещиной, исправил оплошность. Взял ту что повреждена (не хватало чтобы он порезался об осколки стекла) и, показав её малышу, отправился дальше уже спокойным шагом.

Пироман-Шизофреник!

Он счастливый идёт...

Но солдата больше не прёт.

Покатилась каска.

Вот такая вот вышла

Про пиромана сказка.

На данных словах "сказка" не закончилась — "светлый мир" не пропадал, а музыка всё ещё играла, пусть и без слов. Может я и был бы этому рад вот только все малыши куда-то пропали — может играют в прятки? "Кто не спрятался я невиноват?" — с данными словами пошёл искать, и поиски были недолги.

Буквально сразу на меня, откуда-то сверху, упала маленькая ангельская зебра. Хотя данные малыши вызывали у меня только положительные эмоции, но мне отнюдь не хотелось играть в "разведчиков" как в фильме "Вождь Краснокожих" (скакать 90 миль), так что малышка была аккуратно сброшена. Вид у неё был такой же милый, за исключением многочисленных рубцов на теле и золотистых колец на шее, а также передних ногах. Тем не менее, несколько странных деталей не портили милоту, и даже сердитое выражение морды только больше растапливало моё сердце. Однако вид столь милого существа с "сердитой миной" нужно было исправить, и я не придумал ничего лучше чем, прижав полосатую к земле, подуть ей в нежное пузико. Увы, но зебра оказалась довольно увёртливой, так что пришлось соорудить вокруг неё барьер из цветов. С тем чтобы ту прижать также были проблемы — её удары маленькими ножками были на редкость болезненны, но не это заставило меня отказаться от своего замысла. Дело в том что, прижав малышку, и щекоча ртом её пузико, у меня на секунду случилось прояснения сознания — в тот момент я, жуя плоть, вгрызался в чье-то полосатое брюхо. Данное явление продлилось недолго, но всё же заставило ослабить хватку, и зебра не упустила свой шанс — малышка буквально выскользнула, а после стала выделывать передо мной какие-то пируэты. Секунду подумав, я понял — она хочет танцевать и искала себе пару. Танцор из меня был не очень хороший, но неужто я буду хуже какой-то полосатой малышки?

Я принял вызов, вот только никаких приличных танцев не знал, только мысленно перебрал названия: танго, лезгинка, твист, гопак. Остановиться решил на названии "two-step". Хотя я не знал, как его танцуют, но название "два шага" звучало как что-то простое, к тому же у меня всплыл в памяти эпизод из известного фильма, в котором персонаж танцевал другой танец с созвучным названием "В ту степь".

«Точно: «В ту степь» — буду танцевать именно его». С данной мыслью я, повесив тромбон на спину, обнял зебру, и, напевая, начал движение.

Приготовьтесь, фрау-мадам,

Я урок вам первый дам -

Надо к небу поднять глаза

И запрыгать, ну как коза

Зебра действительно стала делать прыгучие движения, в то время как я продолжал свой урок.

Ну-ка, смелее, напрямик,

С вашей фигурой это шик,

Раньше так, потом вот так -

Да, я плясать мастак.

Напевая я притягивал и отбрасывал партнёршу в нашем танце — это было прекрасно, вот только тело почему-то всё больше болело.

Продолжаем, эйн, цвей, дрей,

Ну, ходите побыстрей,

Доннер-веттер, что за боль,

На любимый на мозоль.

Тогда я не понимал, как такая кроха может провести касание после которого останется такая боль.

Пляска такая нелегка,

Но зато моднее гопака,

Раньше так, потом вот так -

Да, я плясать мастак.

В фильме на данной фразе персонаж отбросил партнёршу, со мной было несколько по-другому — я замер от удивления, когда малышка вдруг резко повзрослела. Теперь передо мной стояла взрослая самка зебры с кольцами на шее и на передней ноге. Её тело было усеяно как старыми шрамами, так и многочисленными свежими ссадинами — рваная рана на брюхе, успешно дополняла образ. Также, помимо многочисленных шрамов, из особых примет на её шкуре была жопометка из скругленных полосок, замыкающихся в какую-то фигуру условно похожую на сердечко. "Неужели это???" — с данной мыслью я обратил внимание на другую её переднюю ногу, которая выбивала трубку у моего "тромбона" — на полосатой конечности был одет золотистый "Пип-Бак". Не было сомнений — я "танцевал" с Ксенит. Для неё это обошлось множеством ссадин на полосатой шкуре, но она всё же нашла способ как со мной расправиться. Из места, откуда была выбита трубка быстро вытекала «радуга», вот только теперь я понял — всё было не тем чем казалось.

В мгновения ока я порвал ремень (будучи ещё под кайфом не чувствовал усталости) и отбросил "тромбон" от себя и, понимая что дальше произойдёт, отпрыгнул в противоположную сторону. Буквально в туже секунду топливо сдетонировало — благо я лежал на выжженной земле и славил лишь малую часть огненной волны, да и амуниция неплохо защищала.

Далее "светлый мир" окончательно развеялся, и открывшаяся мне картина выглядела просто жутко — кругом горящие здания, множество дымящихся трупов зебр, у одного полосатого даже было вырвано сердце, на этом фоне мёртвый зебра с топором в башке выглядел лишь как дополнение к пейзажу. Но не время любоваться — Ксенит где-то рядом.

Я был наслышан о способностях этой зебры и считал, что она представляет куда большую опасность чем пламя на собственной шкуре. Вообще-то я выбрал неправильный приоритет опасности, но тогда (толи от остаточного наркотического эффекта, то ли от адреналина) жар от пламени совершенно не ощущался, так что встав на ноги, вместо того чтобы стряхнуть пламя я взялся за автомат. К сожалению, быстро привести оружие в боевое положение, мне было не суждено — боль вдруг резко вернулась, в особенности в определённых болевых точках. Похоже Ксенит пыталась применить на мне свои знаменитые парализующие удары — парализовать не получилось но координацию движений нарушила.

Спустя три попытки мне удалось снять "Самодельный Карабин" с предохранителя, но было уже поздно. Ксенит очнувшись раньше предпочла бегство, и, помахивая горящим хвостом, галопом побежала прочь. Я лишь успел пустить ей вслед короткую очередь, но всё мимо, тем не менее, данные выстрелы были не совсем бесполезны — благодаря им я понял, что лишился слуха. Осознав данный факт, я с волнением полез во внутренний карман бронника в поисках охлаждающего спрея. Поиски были недолги, а вот с тем чтобы удержать баллончик повозиться — координация движений ещё не вернулась. Однако, после стряхивания пламени (страшно подумать, чтобы случилось если бы забыл данный нюанс) и снятия каски, мне всё же удалось пустить струю себе наголову. Если бы на меня кто-то смотрел со стороны, то наверняка бы подумал: зачем использовать лак для волос при столь короткой стрижке?

Мне было всё равно, как это выглядит со стороны — холод влияет на меня благотворно и тот случай не был исключением. Остудив себе голову, я смог вернуть себе слух и услышал целую какофонию из треска помех в гарнитуре, треска горящих построек и треска пулемётных и автоматных очередей (треск ППШ гуля зебры) разбавляемых редким грохотом крупнокалиберных снайперок. Последний треск с сопутствующим грохотом был скорее хорошим знаком, а вот первый меня не радовал, но постучав по гарнитуре, мне удалось исправить эту неприятность.

— Это Дельта! Резус положительный! Повторяю: Резус положительный! — в голосе Отема даже через треск помех был слышен восторг.

Несмотря на дурацкую кодировку я был рад услышать про "положительный резус" — кровяные пули доказали свою работоспособность. Операция "Веселящий Дым" выполнила свою основную задачу, хотя я чуть всё не запорол — наглотался галлюциногенного дыма и, разбив строй, отправился в "светлый мир". А ещё наткнулся на Ксенит и, при этом выжив, позволил ей уйти — неоднозначный результат. Теперь осталась самая малость — отступить.

— Дельта, это "Лямбда Два", код "4 А — красный".

— Живой?!! — это уже была Трикси.

— Ненадолго. Тут жуткая перестрелка и выстрелы звучат всё ближе.

— Лямбда Два, направляюсь к вам. Постарайтесь продержаться, — хриплый голос Лиры, через треск помех, звучал очень специфично.

Естественно я не собирался просто дожидаться помощи и, надев шлем, далее, ориентируясь на звук, направился в сторону перестрелки, и, судя по звуку, наших бойцов там прессуют не по-детски. Увы, но на моём пути, к ведущей бой группе СНС, возникло серьезное препятствие. Точнее — восемь серьезных препятствий. Восемь аликорнов, всех трёх расцветок (зелёная, синяя, фиолетовая), выстроившись клином (во главе была зелёная), двигались среди горящих построек в моём направлении. Не было сомнений — они идут за мной по наводке Ксенит, иначе я не знаю, почему они не ведут перестрелку. До этого я смог убить лишь одного клона принцессы Луны (ещё в психушке), но на спаррингах с Трикси у меня появилась кое-какая тактика борьбы с данными порождениями министерства Твайлайт. Хотя, какой смысл бросаться в "рукопашную" когда у тебя есть автомат? Данный вопрос был риторическим и не нуждался в ответе.

Понимая, что от момента, когда клоны меня заметят, осталась буквально секунда, я, приведя "СК" в боевое положение произвёл длинную очередь по головному противнику. Очередь не достигла цели — зелёная аликорн успела выставить силовое поле, а я мысленно выразился о себе самыми непечатными выражениями. На автоматном рожке не было синей изоленты — как я мог забыть? Кровяные пули смогли бы преодолеть стену магии вот только я стрелял самыми обычными, и теперь данная глупость поставила меня в положение заключённого перед расстрелом.

Стрелять бесполезно, на смену магазина времени нет, бежать в сторону глупо (далеко бы не убежал) а позади меня было горящее, двухэтажное, глиняное здание. Я выбрал последний вариант и прыжком сиганул в окно — прямо в горящее помещение. Тогда я предпочёл лишнюю минуту жизни и мучительную смерть от огня, быстрой гибели от автоматных очередей, вот только аликорны не ограничились огнём на подавление. Задыхаясь в дыму я всё же нашёл момент в котором огонь (вражеский и обычный) был не таким плотным и, выглянув в окно, различил как фиолетовая последовательница заряжает в сделанный мной РПГ (клоны встретившись с нашей группой и обзавелись трофеем) термобарическую гранату. Понимая, что дальше произойдёт, я галопом рванул в сторону и, не обращая внимания на пламя, бежал прямо по коридору — далеко не убежал.

От казалось бы неминуемой гибели, меня спасло то что и в другом мире ранние версии таких гранат обладали недостаточной мощью, чего уж говорить о моих попытках подражать. Тем не менее, даже такой детонации хватило, чтобы я упал от взрывной волны, а горящему зданию, чтобы начать обрушение. Теперь счёт шёл на секунды — что случится раньше? Обрушиться здание или я всё же успею выбраться? Как ни странно случилось второе — получая обломками по каске, я всё же смог добежать до спасительного окна и, будучи весь в саже и языках пламени, выпрыгнуть на свежий воздух. Далее я параллельно обрушению здания начал отчаянно кататься по земле, а после того как пламя было потушено затаился за одним из дымящихся обломков. Предосторожность была нелишней — аликорны, рассредоточившись, пошли осматривать ещё горящие руины и если они меня найдут то ... моя судьба будет незавидна.

Теперь у меня был выбор — попытаться скрыться или дать бой. Я выбрал промежуточный вариант. Аликорны, тем более в количестве восьми, слишком серьезный противник и будет глупо, будучи в одиночку идти на них "в лоб". Придя к данному выводу, я решил, пользуясь задымлённостью обойти врагов с тыла, а после перезарядиться и дать бой, тем более что мне нужно зарядить "СК" специальными боеприпасами, а в данный момент, щелчок автомата может меня выдать.

Тихо, но быстро, глуша шаги аурой, я сквозь дым прокрался аликорнам за спины и, заняв позицию за уже тлёющим домиком начал осторожно перезаряжаться. Счёт шёл на секунды — скоро аликорны поймут, что к чему. Я же не собирался этого дожидаться, и уже прицелился в зелёную но ... меня остановили — кто-то положил своё копытце мне на прицел. С волнением подняв взгляд я увидел, похожую на ваххабитку, единорожку в толстовке. На мой немой вопрос Лира просто магией вынула свою удавку из струны. Я понял её без слов и в ответ показал ей возмущение воздуха сопровождающие моё применение ауры. Лира поняла — я согласился, что лучше действовать тихо и предложил помощь. Свой ответ единорожка характеризовала небольшим кивком.

Далее мы синхронно стали красться к ничего не подозревающим аликорнам — Лира к синей, я к фиолетовой c РПГ и ранцем гранотамётчика. Сами же клоны (физиономиями, синие и прочие, были очень похожи на Беатрикс, но причёски, метки и прочие детали были другие), были сосредоточены на рухнувшем здании (держа оружие магией осматривали пепелище и территорию за ним) — они и подумать не могли, что опасность находиться сзади. Ранее мне было не до мелких деталей, но подойдя к фиолетовой, я наконец рассмотрел очень странную амуницию Последователей.

Из книги Мелкопипки, я знал что аликорны согласились помогать Вельвет в основном из-за того что она пообещала решить их проблему невозможности размножения — до этого они помогали Красному Глазу по аналогичной причине. Теперь же их проблема решена но, похоже, у клонов принцессы Луны мания размножаться перешла все разумные пределы, если даже в бой они идут в чёрном латексе. Какой прок, кроме подчёркивания изгибов тела, может быть у обтягивающего комбинезона, да ещё только на переднюю половину тела (как комбинезон Мелкопипки), так чтобы была видна жопометка? Единственное что из их амуниции выглядело как что-то похожее на броню, это кожаные шнурованные накладки (поножи) на ноги (Трикси тоже такие носит), но на фоне остального они лишь дополняли извращенский образ. И, как вишенка на торте, на их шеях были золотые цепочки с каким-то амулетом (потом я разглядел, что он был стилизован под солнце с полумесяцем и знаком радиации внутри) — извращенки являются ещё сектантками. Серьезно — они себе шмотки в кексшопе что ли покупали? Естественно я не собирался "подходить к даме с таким неприличным вопросом", да и аликорны небыли настроены на разговоры, так что, я синхронно с Лирой, начал действовать.

Мгновение и Лира накидывает синей удавку, устраняя ту тихо и незаметно. Я же, правой конечностью затыкаю фиолетовой пасть, а после, сконцентрировав ауру вокруг копыта, бью ту слева в шею. Аура погасила звук удара и ломающихся позвонков но, пройдя под шкуру, нанесла дополнительный ущерб — смерть аликорна была мгновенной. Далее подкрадываюсь к зелёной и, заткнув той пасть, далее сворачиваю шею. Увы, но на этом моменте тихая работа пошла прахом — в момент, когда я взял голову в замок, палкоголовая успела выстрелить из своего отростка заклинанием молнии. Заклинание ушло вверх, но всё же выполнило свою функцию — привлекло внимание.

Мгновение и вокруг меня появляются телепортационные вспышки, а за ними и сами клоны. Тут время снова будто замедлилось — в кои-то веки вовремя. Пока вспышки не исчезли, я же всё ещё держа голову аликорна, отпускаю мёртвое тело и, пригнувшись, достаю пистолет, одновременно снимая тот с предохранителя. На моменте когда предохранитель был снят, время вернулось в норму, так что стрелять мне пришлось в обычном режиме. Два выстрела в грудные отделы и аликорны фиолетового окраса падают замертво — латекс не помог.

Далее навожу пистолет на синюю, но она, меня опережает — встав на дыбы, слепит вспышкой из рога, далее выбивает пистолет и мощным ударом справа отправляет меня в нокдаун. Упав на землю я, открыв глаза, сразу разглядел свой пистолет, но попытка его поднять была неудачным решением — зелёная выбила его прямо из ауры, а после провела мне сокрушительный апперкот. От такого удара я, кажется, даже подлетел — до этого был на животе, но после удара оказался на спине. Естественно после таких ударов зрение какое-то время было размытым, но всё же, лёжа на спине, я различил, как зелёная встав прямо надо мной, с ухмылистой улыбкой, магией достала автомат (был похож на HK UMP), а после направила тот мне прямо в лоб. Я же, буквально рефлекторно, левой "рукой" хватаю автомат прямо за ствол и отклоняю его вправо и вперёд — последующая очередь хотя и прошла от меня в сантиметре, но не задела, хотя ушам было больно. Однако я, не обращал внимания на боль, пока аликорн стреляла в землю, слегка приподнялся, а после произвёл сильный удар (даже воздух из лёгких выбил) по корпусу клона. Зелёная от удара на секунду потеряла концентрацию и, чтобы не упасть, на присогнутых ногах сделала шаг в бок. Я же не упуская момента, хватаю зеленую, а после делаю перекат — теперь уже я в положении сверху и наношу удар по зелёной морде.

Теперь уже аликорн в нокдауне, но добить её не смог — синяя подойдя сзади, стала использовать свою золотую цепочку как удавку, в то время как её фиолетовая подруга, видя, что я уязвим, в мгновение предстала передо мной в телепортационной вспышке и нанесла сильный лягающий удар. Конечно, бронежилет распределил часть удара, но по ощущениям на несколько рёбер у меня стало меньше. Однако данный удар сыграл с находящейся сзади меня синей, злую шутку — нас обоих недалеко отбросило. Хотя перекрывающая мне кислород аликорн сохранила концентрацию, но теперь мы были на опасно-близком расстоянии, и я не упустил момент. Одно резкое движение головой и затылочная часть шлема находит препятствие в виде синей морды, а давление цепочки на моей шее резко падает. Освободившись от цепи, я всё же правильно расставил приоритеты и бросился "врукопашную" на стоящую передо мной фиолетовую — она куда более опасная цель. Поединок между нами продлился буквально секунды — обмен ударами, парирование и я, схватив её за дрель, далее наношу удар, совмещённый с прозрачной аурой. Недавно подобный удар смог сломать шею другой фиолетовой, так что можно сделать вывод, что у той с которой я бился, мозг превратился в кашу.

Однако после смерти фиолетовой, та синяя, что пыталась меня задушить, дала о себе знать. В этот раз ей не удалось подкрасться незаметно но, судя по сразу двум парящим, а ауре клинкам, она не рассчитывала на такой вариант. Как будто этого мало, зелёная находившаяся без сознания, стала приходить в себя и, светя дрелью, стала поднимать автомат. Зелёной я решил заняться позже и, уклоняясь парящих клинков, бросился на синюю. Мгновение и моя морда оказалась прямо напротив окровавленной физиономии (удар затылочной частью шлема оставил солидный отпечаток), настолько близко, что мы чуть не поцеловались. Ещё полсекунды и я произвожу полицейский залом а, далее прикрывшись синей как щитом, поворачиваюсь к ещё лежащей зелёной. Та не разгадала моего манёвра и всадила в свою подругу весь оставшийся магазин.

Ещё до того как труп синей упал на землю, я разглядел как зелёная, бросив автомат, начала магией доставать пистолет из своей поясной кобуры. У меня же пистолета не было, но он был совсем рядом — буквально под ногами. Резко наклоняюсь и хватаю ствол, но было поздно — зелёная оказалась быстрее и всаживает мне две пули в бронник. Третья бы была в морду, но Лира всё же дала о себе знать — зелёная аликорн окончила свою жизнь с топориком в башке.

— Я не опоздала? — голос Лиры звучал безэмоционально.

— Ты как раз вовремя. — на неуместный вопрос Лиры я ответил без сарказма, а после решил напомнить что мы тут не одни, — Не время жевать сопли, тут последователи кишмя кишат, нужно соединиться с нашей группой. Ты их видела? — учитывая, что у одного из клонов был сделанный мной РПГ, я догадывался какой будет ответ.

— Они в центре города, среди застройки — вне досягаемости снайперов. Вельвет применила на них парализующее заклинание.

Последний факт был для меня неожидан — я и подумать не мог что Вельвет, после того как побывала у нас в плену, решиться лично идти в бой. Из-за этого мы даже не стали разрабатывать защиту против её заклинания и теперь нам придётся расплачиваться за такую непредусмотрительность. Хорошо хоть Лира, имеющая привычку действовать в одиночку, избежала участи быть парализованной, и с её слов Вельвет сопровождают десятки аликорнов — противник серьезный, но не непобедимый. Я и Лира смогли справиться с восемью клонами — на моём счету шесть, а Лира убила двоих. При мне одну синюю, а после одну зелёную в момент, когда я бился с остальными. Почему-то у гулифицированной получалось душить так что при этом аликорны не могли магичить — надо будет потом спросить как у неё это получалось. Теперь же мы точно не будем действовать скрытно, так что я подобрал РПГ, снял с трупа ранец с гранатами и проверил, зарядил ли в СК рожок со специальными боеприпасами. Лира же привела в боевое положение свой складной пп. Далее я собирался спросить единорожку, в какой стороне наши бойцы, но громкий голос Вельвет сделал данный вопрос неактуальным.

— Грей! Лира! — судя по всему, черномазая усиливала свой голос магией — Лаенхарт говорил в такой же тональности, — Вы нанесли народу зебр непоправимый урон и убили наших лучших Последователей, но всё же я предлагаю вам мир! Сложите оружие, и мы всё обсудим! В противном случае случится непоправимое! — далее последовала короткая пауза, — Ваши "друзья" уже взяты нами в плен — обещаю, что им будет сохранена жизнь! "Последователи Апокалипсиса" спасают жизни, но в особых случаях мы можем и забыть об этом правиле! Сдавайтесь, или будете уничтожены!

Естественно мы не собирались сдаваться, но и вариант оставить наших бойцов на потеху клонам-извращенкам, также не рассматривался. Теперь я знал, в какой стороне находиться Вельвет — наши парализованные бойцы наверняка там же.

— Дельта, Сигма, это Лямбда! Запрашиваю эвакуацию — код "D6"! — еле вспомнил кодировку. Данный код был специально разработан на случай эвакуации из Глифмарка. Вообще-то по "плану: А" точка эвакуации находилась среди руин Зебратауна но когда этот «план: А» работал?

— Это Дельта — вас понял, подтверждаю запрос.

— Это Сигма — вас поняла. Постарайтесь продержаться, — голос Симфонии был приятен и мелодичен даже через треск помех.

Теперь всё решали минуты. Полковник, Трикси и их группы направляются в Глифмарк, а Подстрекатель уже вылетает вытаскивать нас. Дело за малым — зачистить эвакуационный квадрат и освободить пленных.

Глифмарк был небольшим городом, так что до Вельвет мы добрались буквально за секунды, и как ожидалось, она была не одна. Помимо неё там были наши бойцы аккуратно сложенные в ряд, и множество аликорнов. Точное количество не считал, но навскидку их было десятка два и те, кто был зелёной расцветки, держали вокруг сферическое силовое поле. Точнее — одна держала щит, а другие подпитывали её магией. На что я обратил внимание, так это что большинство из них не носили какой-либо амуниции и вообще одежды — лишь некоторые, держа магией оружие, носили ременные системы с боеприпасами, а ещё на то, что среди клонов принцессы Луны были самцы. Видок у них был ... как у самок только на стероидах — мне сразу захотелось расстрелять это непотребство. Однако перед тем как стрелять, заметил, как одна синяя аликорн прислонила копытце к силовой броне одного лежащего пегаса, и тут же его отдернула, получив разряд. Это (и то, что те, кто не носил силовую броню, тоже были обездвижены) подтвердило версию о применении Вельвет своего эксклюзивного парализующего заклинания. Однако не она была нашей приоритетной целью.

— Зелёных выводим в первую очередь, — обращаясь к Лире, я параллельно целился из РПГ и даже не смотрел в её сторону, — Ты ведь не истратила боекомплект?

— Полный магазин, — ответила Лира.

— Отлично. Выводишь зеленую, что держит купол, а я стреляю из РПГ. Далее по обстановке.

Пока Последователи нас не замечали среди ночи и дыма, но выпущенная Лирой очередь быстро исправила данное положение. Как и ожидалось, пули пробили силовое поле, заставив его лопнуть как мыльный пузырь, вот только достигнув цели, они потеряли свой импульс (хотя пистолетные пули изначально имели невысокую начальную скорость) так что зелёная не была убита — только подкосилась. Далее я это исправил, выпустив гранату по скоплению клонов, что подпитывали зелёную магией. Мощность взрыва термобарической гранаты была не как у "Шмеля" но больше и не требовалось — клонам не удалось выжить. Перезаряжать РПГ я не стал — сразу схватился за автомат. Следующей моей целью должна была быть Вельвет, но фиолетовая последовательница, схватив чёрного единорога, исчезла вместе с ней со вспышкой телепортации — двумя целями меньше.

Однако остальные аликорны не собирались отступать и открыли по нам огонь, в том числе и из своих отростков — хорошо, что мы успели занять укрытия. Перестрелка была просто отчаянной. Последователи всё ещё пытались ставить щиты (даже те кто небыли зелёными), которые пробивали даже пули из пп Лиры, "СК" же полностью доказал свою эффективность. Кровяными пулями я вёл огонь с отсечкой в три патрона – часто и не всегда метко. Последователи же не экономили патроны и стреляли длинными очередями, в том числе и из трофейного оружия. Как и все копытные, аликорны были не очень меткими стрелками, но всё же я сполна ощутил град пуль по шлему и многочисленные удары, сопровождающие попадания в бронежилет. Лира же, будучи неспособной чувствовать боль, была вся покрыта брешами от попаданий, испускающие розовый дым. Однако живучесть была нашим единственным преимуществом, всё остальное: способность летать, численность, больший боекомплект – было на стороне аликорнов. У нас же патроны были не бесконечны, и свой последний кровяной боеприпас я потратил на синюю последовательницу, которая взлетев, поливала нас очередями из ППШ. Однако из трофеев последователей не стрелковое и энерго-магическое оружие доставило нам особые проблемы – огнемёты также не остались без внимания аликорнов. Теперь у меня появилась другая приоритетная цель и, спасаясь от сгустков пламени я, активировав на СК разгонный блок (до этого не включал, так как при этом специальные боеприпасы утратили бы свои особенности) и всадил в фиолетовую очередь из наэлектризованных пуль.

Всю дальнейшую перестрелку я провел, не выключая этот режим, но это не помогало. Аликорнов было много, патронов достаточно, но мы были не настолько меткими. Участь казалась предрешенной, но положение спасла группа прикрытия. Я был очень рад слышать звуки выстрелов из бронебоек. Теперь мы поменялись местами – теперь уже последователи оказались в меньшинстве и под перекрёстным огнём. Выстрел Отема, из его гламурной винтовки, завершил бой. Далее к нам подлетели множество пегасов и синяя аликорн в балахоне.

— Занять круговую оборону! — ржаво-коричневый пегас не стал отвлекаться от командования, — Собираем оружие! Приводим в чувство «раненых»! – имел ввиду парализованных заклятием Вельвет, — Эвакуация произойдёт с минуты на минуту!

Приказы были понятны вот только своё оружие (РПГ) я уже подобрал, так что решил заняться «ранеными». Честно говоря, я понятия не имел, как снять наложенное Вельвет заклятие паралича, знал только что оно временное, но решил, что раз, чтобы запустить сердце используют дефибриллятор то и с магическим параличом можно поступить аналогично. Дефибриллятора, да и шокера, у меня не было, так что решил просто прислонить парализованного копытного к бьющей током силовой броне.

Начать данную процедуру решил с гуля зебры, и взяв полосатого за зашкирок потащил того к парализованному пегасу в силовой броне. Похоже Сулик понял что я собираюсь сделать, и хотя он и не мог говорить но в его моргалах явно читалась просьба остановиться, просьба была проигнорирована. Три секунды побившись в конвульсиях Сулик резким движением отпрыгнул от бьющей током брони, а потом, крича что-то нецензурное, зарядил мне копытом по морде. Далее полосатый не стал дожидаться ответа и побежал в сторону трупа аликорна, у которого лежал его ППШ. Я же, не обращая внимания на такую «полосатую неблагодарность», продолжил приводить копытных в чувство уже испытанным методом – придя в себя, они хотя и матерились, но не были агрессивны.

Увы, но на моменте привода в чувство бойцов в силовой броне возникли некоторые проблемы, и дело не только в том, что для этого мне пришлось бы вначале их извлечь из брони. Однако «поковырявшись» в их ранце я смог отключить наэлектризованность – Трюкачка, помогая мне своей магией, сильно ускорила процесс. Но последователи не могли просто так позволить нам забрать своих бойцов, а после отступить, и перешли в контратаку. В этот раз они учли свои ошибки, и атаковали даже не входя в поле нашего зрения – просто стреляли из базук и прочих гранатометов, прямо с вершины горы Кантерлот. Хотя с такого расстояния огонь был неточным, но взрывы подходили всё ближе и если что-то не предпринять, то нас ждёт участь быть разорванными на мелкие кусочки. Как ни странно, но в этот раз спасение заключалось в плане придуманным Трикси, том который должен был продемонстрировать Последователям нашу символику.

Смотря на устроенное мной пожарище и приближающиеся взрывы, я всё же нашёл мгновение, чтобы взглянуть на прекрасное ночное небо, пусть даже положение звёзд и было не как на Земле. Звёзды действительно были прекрасны, вот только в эту картину не вписывалась ракета летящая прямо на Кантерлот. После всего пережитого мысли путались так, что я не сразу вспомнил, что эта ракета была собрана Трикси и не несла в себе боевого заряда. Если бы я это вспомнил то наверняка бы закрыл глаза (чтобы защитить зрение от яркой вспышки) но «чему быть того не миновать», так что я хотя и не был в первых рядах (как те кто стрелял по нам с Нового Кантерлота) но сполна оценил данный шедевр в области пиротехники салютов.

Будучи близко но, не долетая до замка, ракета разорвалась яркой белой вспышкой, которая оставила на ночном небе, стоящий перпендикулярно поверхности, исполинских размеров белый мальтийский крест, но на этом творение Трикси не завершалось. Далее из центра этого креста будто красная жидкость (как кровь) стала распространяться красное свечение, заполняя пространство между линиями креста. Когда пространство было заполнено, получившуюся фигуру можно было считать завершенной – прямо напротив столицы НКР находился исполинских размеров символ корпорации зла, символ изображённый на наших шевронах, символ бело-красного зонтика. Было даже немного смешно, что в данный момент «зонтик» как раз выполнял свою защитную функцию, не позволяя последователям вести по нам прицельный огонь. Однако «зонтик» был недолговечен (магия, которую в него заложила Трюкачка, задержит иллюзию минуты на три, может больше, но ненамного) и к тому же он не сдерживал пули, обычные и магические снаряды, а также самого противника. Аликорны Последователей быстро это поняли и, пролетев сквозь зонт, продолжили стрельбу, однако теперь они сами были уязвимы и, уклоняясь от нашего огня, не могли стрелять прицельно. Но теперь не противник сосредоточил моё внимание, приводя наших бойцов в чувство, я параллельно следил за приближающимся воздушным кораблем, что и выпустил ту ракету.

Подстрекатель (управляемый Симфонии), быстро к нам приближаясь, также участвовал в перестрелке, поливая аликорнов зелёными плазменными сгустками, пускай даже тот огонь был не прицелен. Посадку он совершил небрежно, прямо на горящие обломки зданий, пропахав брюхом значительную полосу земли, но это даже к лучшему – кормовая дверь оказалась прямо перед нами, а корпус корабля работал как укрытие. Мы быстро сориентировались и, схватив неспособных двигаться бойцов в силовой броне (каждого такого тащили двое копытных), побежали к открывающемуся кормовому люку.

— Все на борту! – говоря в интерком десантного отсека, полковник орал как резанный: — Взлетаем!

— Закрываю кормовой люк! – отвечая, Симфони активировала закрытие: — В нас стреляют! Повреждён третий двигатель! Держитесь — будет трясти! – в полёте действительно трясло.

Взлёт прошёл жестко, но я проигнорировал предложение держаться и, вслед за Отемом, побежал к кабине пилота.

— Почему так медленно?! – полковник не был зол на пилота, просто адреналин.

— Я же говорила: двигатель повреждён, а вместе с ним и хвостовое оперение! – Симфони тоже была на взводе: — Мы набираем высоту лишь за счёт опорного облака! А ещё – нас преследуют!

Действительно, высоту мы набирали крайне медленно – совсем незаметно. Наш Подстрекатель двигался «стелясь» над землёй, постоянно цепляясь брюхом на многочисленные холмы. В таком положении мы и долетели до Понивиля, и хотя наше воздушное судно уже достаточно поднялось, чтобы не снести жилые дома, но какое-то крупное здание в центре города (как я потом узнал – это была восстановленная городская ратуша) лишилось своей крыши. Как будто этого было мало, на изображениях с камер заднего вида отчётливо присматривались аликорны с базуками, что пускали нам в след ракету за ракетой.

— Удерживать высоту! – полковник продолжил командование: — Взлёт только по команде!

Далее пегас побежал в десантный отсек где, выбрав нескольких пегасов, приказал взять оружие с инструментами (в отсеке были инструменты бортмеханика) а далее взлетел под потолок, где был технический люк. Далее пегасы, высказав несколько непечатных выражений, всё же открыли задвижку и поочерёдно выбрались на свежий воздух. Что там происходило, я не видел, но потом мне рассказали, что пернатые копытные, ведя перестрелку с клонами, всё же смогли разблокировать руль высоты и заставить последователей прекратить погоню. Далее пегасы вернулись на борт, а полковник приказал набрать высоту.

В общем и целом, операцию «Веселящий Дым» можно считать успешно завершенной, хотя я чуть всё не запорол. Испытание нового антимагического оружия прошло успешно, очаг распространения наркотиков уничтожен, клоны принцессы Луны (на радость Трикси) понесли существенные потери, а также множество жителей НКР увидело нашу символику, и всё это без потерь с нашей стороны, хотя могло быть и по-другому. Из отрицательного можно отметить что, имея шанс, мы всё же не смогли ликвидировать Вельвет и Ксенит, а значит «Последователи Апокалипсиса» продолжат свою деятельность, да и аликорны не лишились возможности размножаться. Но, несмотря на некоторые нюансы – это успех. Отсталость лишь вернутся на Мститель, и сделать одно малое, но очень важное дело.

## Контрпропаганда - Ghost не по ГОСТу

Формально боевую операцию можно считать завершённой лишь, когда её участники вернулись на базу, так что "технически", операция "Веселящий Дым" всё ещё продолжается, хоть и перешла в завершающую стадию.

Устроившись на сидении десантного отсека Подстрекателя, я с нетерпением ожидал возвращения на Мститель, где меня ждут новые шмотки (нынешние в прожогах), плотный завтрак из личинок насекомых, а также холодный душ. Пожалуй, начну именно с последнего — я был весь в грязи, хотя грязь для меня была нетипична. Серьезно, обычно после подобных вылазок я был весь в крови (часто в собственной), будто в ней искупался. Теперь же, на моей шкуре помимо крови (в основном зебр) был толстый слой из сажи и почвы, но хотя бы не придётся лежать в лазарете — ожоги были несерьезны, хотя грудной отдел ещё болел (последствие лягающего удара аликорна) однако лазарет точно не будет пустовать.

Видок бойцов СНС был как после бомбёжки напалмом — преувеличение, но было, что преувеличивать. Все были чёрными (броня, шкура, оружие) от сажи, у некоторых были ожоги (не такие как у меня, но всё равно заметны), также было много контуженых и словивших осколки — последствие нашего отступления при котором Последователи обстреляли нас фугасными снарядами. Особенно плохо выглядела Лира, хотя она всегда плохо выглядит. Аликорны нашпиговали её свинцом, а гулифицированная единорожка мало того что восстановилась сама, так ещё и её толстовка с джинсами, будучи въевшимися в шкуру, сами собой устранили многочисленные повреждения — это выглядело жутко. Но все живы, а это главное. Учитывая, как в мире магии развита медицина, беспокоиться не о чем. На крайний случай у нас есть "автодок", а он поднимет даже мёртвого — Отем Лиф не даст соврать. Однако в момент, когда мы взлетели, и отбились от погони, я думал не о состоянии здоровья. Дело в том, что мы планировали, после завершения операции, выступить на частотах местного радио, и раз операция прошла успешно то и задумка не отменяется. Однако это дело будущего, сейчас же нужно просто вернуться и привести себя в порядок.

Полёт до Мстителя ничем особым не запомнился кроме тряски вызванной полученными повреждениями, однако повреждения были не столь велики, чтобы нарушить управление, так что посадка в ангар прошла более-менее мягко. Дальнейшие события прошли по уже привычному сценарию — Дестини, которая в наше отсутствие приняла командование, встретила нас делегацией из копытных с кушетками и аптечками первой помощи. Её удивило, что в этот раз её помощь мне была не нужна, однако её радость быстро улетучилась, когда она увидела состояние других участников операции. Далее она приступила к своим привычным обязанностям пони от медицинской науки, а я быстрым шагом направился в свою каюту — та была совмещена с душевой, а также там был шкаф с множеством однотипных комбинезонов.

Освежившись, я, далее переодеваясь, подумал — как Мелкопипка в своих похождениях могла от начала и до конца носить один и тот же синий комбинезон из стойла? Тут наверняка не обошлось без магии, либо шмотки для обитателей убежища делались из очень прочного материала способного к самовосстановлению. Серьезно, в моём случае после каждой вылазки шмотки приходили в негодный вид, а один раз (когда меня поджарил жар-феникс) оранжевый комбинезон чуть намертво не въелся мне в шкуру — что-то подсказывает что, получая повреждения, материал не стал бы восстанавливаться как в случае с Лирой.

Но мне нужно меньше думать о всяких странностях, тем более связанных с Мелкопипкой. Всё равно "по законам жанра" я должен с ней встретиться (хотя больше хотел встретиться с Селестией). На вопрос же: "что мне мешает устроить эту встречу сейчас?" — есть несколько ответов. Первый — она находится в центре управления погодой, который расположен на бывшей базе Анклава "Нейварро", в данный момент охраняющийся прорвой наёмников компании Коготь. Второй — так как погодные башни были подорваны, но Мелкопипка сохранила возможность выступать на местном радио, то логично предположить, что конкретно её башня уцелела. Из этого следует — Пипка сохранила возможность тотальной слежки и контроля погоды, пусть даже на единственном участке. В прошлом, против меня и Трикси, Дарительница уже применяла контроль погоды как оружие и я не хочу повторять этот опыт. Без сомнения, рано или поздно нам придётся штурмовать Нейварро, но перед этим мы должны найти способ нейтрализовать "погодный фактор". Сейчас же у меня другие заботы.

Закончив свои дела я, не ожидая приглашения, направился в кают-компанию. Наверняка сейчас там уже идёт обсуждение произошедшего и того как я чуть всё не испортил. Ожидание подтвердилось — полковник, Сулик и Трюкачка (даже Лира) находились именно там где ожидалось и после того как я вошёл все резко замолчали. Судя по всему, обсуждали как раз меня.

— Чего это притихли, как перед казнью? — как всегда я начал разговор с не очень уместных слов. — Заговор против меня готовили? — говоря, я придал голосу максимально саркастичный тон, однако полковник отвечал вполне серьёзно:

— Обсуждали то, как ты вопреки твоему же плану, откололся от группы, а после сжег, чуть ли не весь Глифмарк.

— Ещё убил десятки зебр, — Сулик напомнил маленький нюанс.

— Разве это плохо? Зебры ведь тоже состоят в Последователях, — я изобразил удивление.

— Нет, — ответил пегас, — Просто на тебя это не похоже. Обычно ты сдержан, пользуешься укрытиями и стреляешь вслепую. В Глифмарке же ты прыгал, чуть ли не выше головы, поливал огнём всё подряд и не заботился о своей безопасности. Ожидаю узнать — почему?

Мне не хотелось отвечать на данный вопрос, но всё же решился; Я рассказал как, наглотавшись дыма, впал в наркотическое опьянение (без подробностей насчёт галлюцинаций). Как в данном состоянии делал то, что ни за что бы не стал, будучи в здравом уме — запер кого-то в горящем амбаре, а ещё вырвал у зебры сердце. Также отметился тем, что являюсь одним из немногих кто смог выжить после драки с Ксенит, и чуть ли не единственным кто смог обратить её в бегство. Теперь на её полосатой шкуре будет больше рубцов, да и её палёному хвосту понадобиться время, чтобы снова отрасти. Однако это была не полная победа — я так и не смог с ней расправиться, но зато вкусил плоти и крови Ксенит, пусть даже в упор не помню какой у неё вкус. Но это дела прошлого — надо обсудить настоящее.

После моего словесного отчёта мы начали обсуждать наш "выход в эфир". Конкретнее, мы писали текст и выбирали, кто будет ведущим — решили, что кто-то из командования. Полковник предлагал свою кандидатуру, утверждая, что у него уже есть опыт, но мы пришли к выводу, что этот опыт действует скорее в минус. У жителей пустоши всё ещё отрицательное отношение к Анклаву, и голос Отема натолкнёт их на ненужные ассоциации. Свою же кандидатуру я решительно отверг — акцент сейчас у меня не такой заметный, но всё равно был риск, что мой голос будет звучать скорее смешно. Данное замечание приняли, и пегас предложил кандидатуру Дестини, но тут все мы высказались отрицательно — при всём уважении, даже несмотря на приятный голос, та белая палкоголовая пони должна заниматься медициной, а ни как не агитацией. Может у неё и приятный голос, но дикция никуда не годится — она будет запинаться. Кандидатуры Лиры и гуля зебры мы даже не стали рассматривать — их голоса были как нечто между старческой хрипотой и работой бензопилы. Осталась только Трюкачка. Голос у неё несколько надменен, но это свойство многих клонов принцессы Луны — если его грамотно поставить и написать подходящий текст, то будет звучать вполне прилично. Выбор сделан — обращение СНС будет звучать из уст синего аликорна, которая сейчас, вместе с нами, занималась написанием текста. Параллельно с письмом мы наслаждались игрой Октавии, что крутили по местному радио, и поле того как мелодия прервалась, поняли что Мелкопипка нас опередила выступив со своей речью:

— Приветствую вас дети мои, с вами любящая вас "Дарительница света". Этой ночью террористическая организация СНС в очередной раз нанесла свой подлый удар. В прошлом они уже совершали геноцид. Их жертвами стали Адские Гончие, последний дракон и последний ночной пегас. В этот раз они выбрали своей целью народ зебр, и, используя огнеметы, а также ранее неизвестное вооружение, атаковали город Глифмарк. Город, что стал домом для последних из рода зебр. Город, что поставлял для всего НКР лекарственные препараты. Город, в котором было найдено решение проблемы размножения для аликорнов. Теперь этот город уничтожен. От него остались лишь дымящиеся руины и кучи пепла — у полковника Отема большой опыт в уничтожении поселений, но СНС не удалось воплотить свои планы! "Зебры зайки" сражались отчаянием обречённых и, сдерживая СНС, подарили время, за которое другие жители смогли покинуть поле боя! Они погибли как герои! Пусть их смерть станет примером для всех вас! Нет ничего прекрасней смерти во имя спасения! СНС не победить НКР, ведь каждый его житель может оказаться героем, но и в убийстве уже известных героев пустоши СНС ждал провал. Думаю, вы все помните одержимого земного пони с именем Грей Стоун. Этого темноглазого (нецензурно) который убил мою любовь и многих моих друзей — уничтожение Глифмарка не обошлось без его участия. Нет сомнений, что и в этот раз его целью было нанести нашему миру невосполнимую утрату. Его план провалился! — короткая пауза, в течение которой Пипка тяжело дышала в микрофон, — Маленькое уточнение — не его план. Я знаю настоящее имя той, кто его призвала. Трикси — еб...ая (ещё одна нецензурщина)! Ты себя выдала! Поддаться чарам "Чёрной Книги", назваться "Тринити", а после устроить фейерверк на пепелище — последнее отмело все сомнения! Что это был за символ?! Неужели ты собиралась нас запугать бело-красным зонтиком?! Это было даже не смешно! — пауза, — Я считала что такая (нецензурно) как ты, хотя бы свои в последние минуты жизни смогла сделать что-то достойное. Поверь, в момент, когда ты приказала спасаться аликорнам Единства, я думала о тебе самое лучшее. Зная, что в следующую минуту будешь распылена на атомы, ты спасла многих. Это был бы для тебя достойный финал — с любимым тобой фейерверком и самопожертвованием. Однако "Чёрная Книга" лишила тебя достойной смерти. Теперь ты, подчиняясь её воле, вместе с одержимым, пытаешься разрушить наш мир. Это ведь книга подала идею призыва, да и использование крови как оружия очень похоже на зебр.

Пипка говорила осуждающим тоном, хотя сама не считала зазорным пользоваться "кровяным мечом". Мы же, слушая её речь, с удивлёнными взглядами (мой, Лиры и гуля зебры был наигран) уставились на аликорна. Та также стала играть глазами сделав морду выражающую: а что здесь такого? Вообще-то идея использования крови в пулях принадлежит мне и Дестини (после того как я с Трикси сделал то о чём буду долго жалеть), но в том, что синяя аликорн ранее была мутантом псиоником, Пипка не ошиблась. Отем был очень удивлён данному открытию, но всё же сдержался (от высказывания недовольства) и продолжил слушать речь Дарительницы.

— То, что в прошлую ночь многие аликорны отправились на "Райские Луга", только доказывает, что тобой управляет "Чёрная Книга". Неужели ты не видишь, что Последователи сделали то, что ты не смогла со всем Единством и помощью Красного Глаза? Под руководством Вельвет аликорны не только нашли способ размножаться, но теперь действительно являются надеждой Эквестрии на благополучие. Твоя ложь стала правдой! Теперь же, ты убиваешь собственные порождения — нет ничего хуже детоубийства! Хотя нет, есть — убийство моих друзей! Убийство моей любви! Ты ответишь за каждую отнятую жизнь! За каждого из моих друзей! И в особенности — за Хомейдж! — очередная пауза, — Мы знаем, кто ты на самом деле, мы знаем, кто тебе помогает, мы знаем твои слабости. Я обращаюсь ко всем, кто состоит в СНС и тем, кто им сочувствует — ваши цели настолько же ничтожны, как и ваши жизни! На что вы надеетесь, убивая хороших пони и устраивая геноцид? Неужели вы думаете, что эти можно добиться чего-то хорошего? Какими благородными целями вы себя оправдываете? Чтобы там ни было — мне пое...ть! Ваше нападение на Глифмарк провалилось! Вы не смогли уничтожить народ зебр! Вы не смогли лишить нас героев пустоши — Ксенит и Вельвет Ремеди живы и продолжат помогать НКР строить гармонию! Если вы собираетесь победить нас оружием использующем кровь, то вы просто жалки. Добро всегда побеждает, будь то в текущий момент или спустя столетия. Я не элемент честности или доброты, но уверенна в нашей победе — Эквестрия возродится!

Далее последовал гимн Эквестрии в исполнении Вельвет Ремеди, который мы не стали дослушивать.

— Значит твоё настоящее имя Трикси, — произнёс Отем смотря подозрительным взглядом на аликорна, — Удивлен, что раньше не догадался. Мне казалось, что та кьютимарка — просто очень похожа. Дарительница в своей книге подробно расписала, насколько дешевы у Трикси фокусы. Вспоминая твои выступления, я понял, что это правда.

— Великая и могучая Трикси привыкла достигать цели малыми средствами, — ответила Трюкачка, скорчив морду в хитрой гримасе, — Она была бугорком на гладком столе всемирной магии. Теперь же, у неё есть несколько новых магических трюков, а также «туз в рукаве», — последнее явно являлось намёком на мой призыв.

— Мошенница, — этим коротким словом Отем описал своё мнение о Трикси Луламун, и если учесть что она его обманывала, у него было основание так говорить. Вот только Трикси, судя по улыбке на синей морде, нисколько не обиделась.

— Нет – не мошенница! – Трикси говорила возвышенным тоном, будто находилась на сцене, — Никакого мошенничества, просто немного простой магии, ловкость копыт и профессиональный реквизит! – полковник же слушая аликорна скорчил морду в выражении самой сильной неприязни и, тяжело дыша, только пар из ноздрей не пускал. Трикси это заметила и, подойдя к пегасу, произнесла:

— Зачем так нервничаешь – ты же вспотеешь, — завершив фразу, она поднесла копытце к карману разгрузки пегаса и вынула оттуда синий платок, который пыл привязан к такому же платку жёлтого цвета. Далее она промокнула платком его лоб и начала вытягивать из кармана длинную связку цветных платков. Когда она успела их связать?

— Что ты себе позволяешь?! – полковник высказал справедливое возмущение и явно собирался сказать что-то еще, но аликорн его опередила:

— Подожди! Ничего не говори! У тебя что-то во рту, — далее Трикси сделала своим отростком магическую вспышку, а из пасти пегаса вылез мячик для пинг-понга.

Выплюнув мячик, пегас успел лишь произнести «Я тебя …», но Трюкачка снова применила магию и произнесла «Ещё один» — после сказанного фокус с мячиком повторился.

— У меня вкус пластмассы во рту! – полковник описал свои ощущения, а после перешел к угрозам. — Вы…ер принцессы Луны! Прекрати (нецензурно) или клянусь своими крыльями, я отпилю тебе рог и засуну его тебе туда, где не светит солнце!

— Ай-яй-яй! – высказав своё недовольство, далее Трикси решила продемонстрировать свои магические силы, и, прижав пегаса к стене телекинезом накрыла его переднее копыто платком, говоря:

— Кто так ругается тот без копыта останется! – и, прокричав «волшебные слова: «Абра, Швабра, Кадабра» резко сдёрнула платок.

— Ааааа! – прокричал пегас, глядя на своё отсутствующее копыто. Судя по всему, оно было на месте только под заклятием невидимости, вот только Трикси явно (иначе пегас бы не кричал) сработала по болевым точкам. — Верни мне копыто!

— Скажи волшебное слово, — чуть не хохоча, произнесла синяя аликорн.

— Поожалуйстааа! – пегасу это слово далось с трудом.

— Не то, — ответила Трюкачка.

— Швабра-Кадабрааа!

— Вот молодец! – далее аликорн накрыла «отсутствующее копыто» платком. — Накрываем! Дуем! Абра-Швабра! Копыто на месте! — и на месте сдёрнутого платка оказалась часть передней опорной конечности.

Далее Трикси освободила пегаса от своего поля телекинеза, а тот, подойдя ко мне с испуганным видом, произнёс:

— Грей, у меня к тебе два вопроса: это действительно Трикси Луламун, и почему я её боюсь больше чем тебя? – на эти вопросы я ответил максимально честно:

— Это действительно Трикси, а я не тот «призрак» которого нужно бояться.

— Ghost не по ГОСТу? – Лира вмешалась со своим вопросом.

— Да – не по ГОСТу, — далее я повернулся к пегасу. — Сдаётся мне в следующих выступлениях, ты будешь её ассистентом. В меня она уже метала ножи, однако действительно нужно опасаться номера с распиливанием, но к этому быстро привыкаешь.

В действительности «распиливание» было безопасно, а опасаться нужно было как раз метания ножей, но я решил подыграть палкоголовой фокуснице. Та, явно меня поняла и, магией погасив свет (нажала на выключатель), далее создала под собой (чтобы создать жуткие тени) источник света и засмеялась самым злодейским смехом. На этом знакомство Отема и Трикси подошло к концу – аликорн зажгла свет и придала своей физиономии более привычное выражение, а полковник, успокоившись, вновь перешёл к делу.

Пропаганде Мелкопипке нужно противопоставить собственную контрпропаганду и желательно до момента, когда у жителей НКР пройдёт впечатление об услышанном. Проще говоря — мы ускорились. Конечно, спешка не способствовала качеству, как материала, так и его подаче, но всё же на репетиции (Трикси настаивала, что ей необходима репетиция) всё звучало вполне "прилично". Ну как "прилично" — скорее специфично. Дело в том, что я настоял, чтобы в своей речи Трюкачка использовала максимально возвышенные тона, чтобы финальный результат звучал похожим на выпуск северокорейских новостей, даже тест подходящий написал. Трюкачка же была недовольна выбранным образом, она отметила, что покойная Хомэйдж использовала подобный тон и слова в своей пропаганде, и "Великой и могучей Трикси будет противно корчить из себя "элемент честности". Тем не менее, она согласилась, и сев напротив микрофона, дождалась последних секунд до эфира.

— Информационная служба "Сил Народного Сопротивления" прерывает эфир. У микрофона Трикси Луламун, — короткая пауза. — Дарительница утверждает, что СНС это абсолютное зло, что всё чего мы хотим это уничтожить гармонию и, преследуя данную цель, не гнушаемся такого метода как геноцид. Не слушайте эту полуправду! Литлпип, эта искажённая доброта, не элемент честности и то, что она обвиняет СНС в преступлениях, которые сама же совершала, прямое тому доказательство. В действительности, СНС создано лишь с одной целью — избавить наш мир от диктата "элементов гармонии" их псевдодобродетели, геноцид при этом был лишь побочным эффектом и направлен против существ напрямую угрожающих роду пони. Адские Гончие, дракон и, гулифицированный в кантерлотского гуля, ночной пегас со звуковым оружием — все эти "объекты геноцида" стояли на нашем пути и, уничтожив их, мы отомстили за многих убитых ими пони и спасли много жизней. Вопреки пропаганде НКР, в СНС зебры не считаются такого рода угрозой и, атаковав Глифмарк, мы не ставили целью уничтожить зебр как вид. В действительности, целью той спецоперации было уничтожение очага распространения наркотиков, и операция, окончилась без потерь, полным успехом! Той ночью "Силы Народного Сопротивления" нанесли сокрушительный удар по "НаркоКорпорации Ремеди", уничтожив как само производство, так и множество аликорнов что занимались его охраной! — короткая пауза:

—Аликорны — гнилой продукт генов принцессы Луны и науки министерства Твайлайт Спаркл. Себя они считают сверх расой, объединяющей в себе способности трёх подвидов пони, идеальной для жизни в "Эквестрийской Пустоши", но нам известна истина! Эти генетические гады, это пушечное мясо, создаваемое для войны против страны зебр, этот неудачный эксперимент, в прошлом объединённый сознанием мерзкого мутанта, это не более чем цель для наших снайперов! — опять трёхсекундная пауза:

— Мне мерзко осознавать, что я напрямую виновна в их появлении, но "великая и могучая Трикси" способна признавать и исправлять свои ошибки, — короткая пауза на нагнетания драматизма:

— Все мы давим на одну из чаш весов, в сторону добра или зла. В прошлом я взвешивала не с той стороны, но теперь всё изменилось, я осознала, что делала всё наоборот. Теперь же, я перевернула весы. Пусть моё сознание также заточено в теле мерзкого клона, но я не одержима идеей размножения этой генетической ошибки, и точно не считаю Вельвет Ремеди элементом доброты, — уже сбился со счёта в этих "драматических паузах". — Эта черномазая (нецензурно) ничем не лучше "Благородных Сестёр", что превратили наш мир в ядерное пепелище, или Красного Глаза, строящего своё рабовладельческое государство и пытающегося повторить эксперимент Твайлайт Спаркл! Мы знаем в чём заключается их "следование апокалипсису" и не пожалеем собственных жизней чтобы помешать их планам! Вы слышите меня, "герои пустоши" и "Последователи Апокалипсиса", рейнджеры и наёмники! Вы полагаетесь на свою "дружбу-магию" но мы нашли от этого противоядие. Теперь у СНС есть оружие, против которого бессильна магия, пусть оно и основано на крови призрака. Той ночью испытание "кровяных пуль" прошло успешно, но это было лишь начало. Вскоре у нас появятся новые образцы ещё более смертоносного оружия, — опять "драматичная пауза":

— Мы сотрём вас с лица нашего мира, до последней пылинки! Мы будем архитекторами вашей боли! Мы возведём памятник в честь вашего уничтожения, весь мир будет наблюдать наше восхождение! Мы похороним вас в темноте, укрыв этот мир нашим зонтом! Знайте это, и знайте нас, мы ваши враги, мы "Силы Народного Сопротивления"!

Всё же Трикси не удержалась и периодически вместо текста читала свою отсебятину (изначальный текст был в рамках цензуры), местами не в меру эмоционально, но в итоге получилось неплохо — мы донесли до жителей НКР наши цели и планы. Далее мы, беря пример с НКР, поставили мотивирующую музыку. Хомейдж и Мелкопипка после подобных речей обычно ставили гимн Эквестрии в исполнении Вельвет Ремеди. У нас же своего гимна не было, но у нас была довоенная музыкальная пони вместе с сумкой полной кассет с мелодиями на любой вкус. Естественно у нас не было времени, чтобы послушать и сделать выбор, так что мы доверили выбор Лире, поставив условие, чтобы мелодия была не похожа на то, что обычно играет местное радио и звучало по возможности эпично. Лира сделала выбор, и он полностью соответствовал обоим требованиям — не помню, чтобы Ганс Циммер писал что-то подобное, но мелодия звучала действительно эпично (https://www.youtube.com/watch?v=Iy4iQvJo24U), на копытных, которые восприимчивы к музыке, она точно произведёт впечатление.

Честно говоря, выходя в эфир, мы рисковали. Противник мог отследить источник сигнала, а мы не могли, как Хомейдж, устроить ловушку в погодной башне. Тем не менее, мы пошли на риск, надеясь, что даже если противник нас и найдет, то мы сможем отбиться. Вообще-то отбиваться было особо нечем (с бывшего Громовержца было демонтировано основное вооружение, что он даже перестал соответствовать своему изначальному названию) но всё же когда Спайк и Лаенхарт мертвы, исход сражения стал уже не таким предрешённым. Хотя Дерпи ещё жива, но против неё у нас была импровизированная защита. В итоге все эти опасения оказались напрасны — нас не смогли вычислить, или смогли, но не стали преследовать. Наш летающий авианосец благополучно покинул территорию НКР, на местном радио снова стала играть в основном джазовая мелодия, а для меня начались более-менее спокойные дни.

Конечно, в сравнении с операциями против НКР такие дни были спокойны, но всё же, они были насыщенны на различные события. Пожалуй, первым данным событием можно назвать доработку оружия и брони после операции "Веселящий Дым". В основном брони — мы решили исправить уязвимость перед парализующим заклинанием Вельвет Ремеди. Естественно я, будучи профаном в магии, не мог создать какого то контр-заклинания поэтому стал действовать простым дедовским способом. Конкретнее, вспомнив, что разряд тока прекращал действие заклинания Вельвет оснастил силовую броню встроенным дефибриллятором. Отем, которого на прошлых испытаниях шандарахнуло током, был не очень доволен такой модернизацией, но всё же признал необходимость такого улучшения и лично модернизировал свою броню.

Честно говоря, его броня мало отличалась от других (модернизированных с моим участием) комплектов. Хвост с клинком, да "пиксельная" (точнее "сотовая") камуфляжная расцветка, вот и все видимые различия, но последнее скоро перестанет быть отличительным признаком — другим копытным понравился данный камуфляж, так что их броня также стала покрываться ячейками. Глядя на это, созданное по принципу "скромно, но со вкусом", изделие сложно верилось, что ржаво-коричневый пегас в прошлом носил откровенно пижонские доспехи. Серьезно – доспехи. Судя по описанию, той силовой броне, гораздо больше подошло бы именно это средневековое название. Она была чем-то похожа на броню персонажей из известной серии настольных игр "Warhammer 40000" — тех, которые постоянно орут "За Императора!".

Я всегда был против империализма и в данные настолки не играл, да и вообще, мне не нравился сам сеттинг — эта помесь фэнтези и фантастики. Псевдонаучной фантастики, на фоне которой даже "Звёздные войны" выглядят как документалки. Серьезно — император, инквизиция и прочие признаки средневековья, и всё это в далёком будущем, и это будущее преподносилась с таким пафосом и серьезностью, что было просто смешно. Особенно мне "нравились" клоуны именуемые ультрамаринами. Стеройдные качки вооружённые цепными мечами (помесь меча и бензопилы), автоматами называемые "Болтер" (явная отсылка на название арбалетных стрел — болты) в синей силовой броне (настолько толстой, что в ней человек похож на колобка) с символикой сиденки унитаза на плече. Вообще-то тем символом была перевёрнутая греческая буква омега, но сходство не убавляло — не удивительно, что даже из цветных копытных никто, не хотел брать позывным именно эту букву, хотя данная буква также похожа на подкову, но невелика разница. На фоне этого факта довольно странно, что Отем, будучи, как и все копытные, не обделённый здравым смыслом, в прошлом, сделал себе настолько пижонские доспехи, в которых я бы побрезговал даже в гроб ложиться. Хотя бы теперь, после хедшота Мелкопипки, его мозги встали на место, а я, после размышлений об силовой броне (той которую носят "Железные Вёдра" и той, что стилизована под фэнтезийное средневековье) и "Молоте Войны", далее стал думать о вечном. Конкретнее — о будущем (не 40000 год, но всё равно будущее). Точнее это было настоящее, но для меня скорее будущее.

В этом будущем не было никакого "бога-императора" да и не все "ксеносы" были враждебны. Будущее пошло по логическому и не самому пессимистичному сценарию, но в итоге близкую победу людей обломал какой-то космический свехразум, хотя насчёт разума я бы поспорил. Отбросив в развитии развитые цивилизации, он вначале способствовал созданию мира "магии" и разумных животных, но осознав всё тупость затеи, сделал ставку на разумных "колобков". Серьезно, он променял людей и разумных копытных на разумные боевые машины, которые мечтают стать живыми существами — не такой уж этот разум сверх, хотя .... Со слов Лиры, даже не агрессивный механоид за несколько часов навёл такого шороху, что принцессы предпочли просто стереть воспоминания своим подданным. Представляю, что бы эти колобки натворили, если бы попали в этот мир в массовом порядке — наверняка Синигры превратили бы всю Эквестрию в одно большое кислотное болото, и копытные, даже с современными технологиями, не смогли бы их остановить. Но это всё мысли, не относящиеся к делу, и отбросив их, я занялся более привычными вещами.

Честно говоря, у меня не было каких-то революционных идей насчёт того "смертоносного вооружения" о котором на радио говорила Трикси, да и если бы было то это ничего бы не изменило. Как я уже говорил Лире, можно делать сколь угодно угрожающие заявления и пугать чем угодно, всё равно, паники не будет. Панику создаёт то, чего никто не ожидает, как когда я убил Хомейдж, а Мелкопипка, пытаясь покарать убийц своей сосалки, разнесла пол Мейнхетена. Казалось, это было так давно. Теперь же мы пытаемся действовать как армия, по крайней мере, первый опыт был успешен, вот только то, что мы проделали в Глифмарке, не походило современную войну. Это было больше похоже на нечто среднее между наступлением огнемётчиков, на фронтах первой мировой, и работой немецко-фашистской зондеркоманды. Мне не нравилось ни то ни то сравнение – мне бы понравилось сравнение со спецназом, вот только у нас не было спецснаряжения присущего данным элитным частям, хотя... Копытные использующие мини подлодки, машины багги и беспилотники выглядели бы просто нелепо. Парадокс, что последнее в этом мире как раз активно используется и действительно выглядит нелепо.

Местные «дроны-шпионы», так называемые «спрайт-боты», активно применялись как Анклавом так и другими сторонами конфликта. Теперь же эстафету переняла НКР, а СНС перенял эстафету у Спайка, взламывая этих роботов. Увы, но данные роботы небыли созданы для полётов на большой высоте, так что такого рода разведывательная деятельность была мало эффективна, но всё же один раз нам повезло и мы сделали запись действительно важного события.

Запись была сделана на автотрассе (вообще-то в этом мире используется в основном гужевой транспорт, но я в мыслях прибавлял к слову трасса приставку авто, тем более что на записи транспорт был не только гужевым), ведущей в Кантерлот из города Филлидельфия, и длилась чуть более десяти минут. Дольше не могли, иначе в НКР бы засекли, что их робот взломан. На картинке, среди помех, явно различалась колонна из техники и множества пони тянущих повозки. Гужевой транспорт был неинтересен, а вот техника приковала всё внимание.

Помимо привычных БТРов, колонну охраняли шесть бронеавтомобилей удивительно похожих на известное порождение российского ВПК. Я бы не поверил, если бы не видел своими глазами, но в той технике явно угадывался бронеавтомобиль Фалькатус (он же Каратель, он же Клоп) – тот, что состоит на вооружении спецназа ФСБ. Этот, пардон, конвой охранял другую технику — четыре крупных тягача тянущих полуприцепы с каким-то грузом накрытым маскировочным тентом. Я не мог быть уверенным но, судя по тому, что я слышал от Лиры и Вельвет о Филлидельфии, и силуэту груза под тентом, то сделал вывод, что тягачи везут танки. Также в той колонне были две с виду гражданские фуры с неизвестным грузом, и одна, которая резко выделялась из всей колонны – на её фоне даже Фалькатусы смотрелись просто бледно. Из охраняемой техники колонну замыкала большая и с виду высокотехнологичная чёрная фура. Глядя на её изображение у меня, невольно всплыл в памяти фильм с Вандамычем про унисолов (универсальных солдат) – в том кинце точно такая же фура была.

Естественно меня тут же засыпали вопросами об увиденном, на которые я честно ответил, и выводы оказались неутешительны. Похоже, копытные не поняли, что я проводил аналогию с художественным произведением и действительно решили, что та фура является передвижным морозильником перевозящим суперсолдат. Особенно эту версию продвигала Дестини, напомнив, что холод влияет благотворно мой организм. Отсюда другой вывод, точнее вопрос – неужели у НКР появились свои «призраки»? Наличие в колонне знакомых мне бронеавтомобилей говорило в пользу этой версии, вот только Лира всех «успокоила» сказав, что в прошлом передала пони Красного Глаза документацию на очень похожую технику. Однако это было слабым утешением – Отем только копыта не кусал и немного успокоившись, потребовал от меня создания какой-нибудь новой техники, той которой нет у НКР. Я нехотя согласился, хотя и понимал, что не смогу создать чего-то оригинального.

В итоге мой креатив остановился на создании ударного беспилотника по схеме квадрокоптер – это звучало слишком громко, название коптер (а лучше: хренолёт) было бы более подходящим. В действительности я пытался создать что-то похожее на компьютерную анимацию, увиденную мной на ютубе (https://youtu.be/SNPJMk2fgJU?t=12) и, как ни странно, результат оказался даже технологичней ютубной выдумки. Хотя, справедливости ради, нужно отметить, что большую часть работы за меня уже сделали те, кто проектировал «спрайт-ботов» – именно из комплектующих этих летающих шариков с антеннами и крылышками я, вместе с копытными, и сделал новый коптер. Получившийся аппарат был заметно меньше своего ютубного прообраза (главным образом, за счёт маленьких лопастей сделанных из «параспрайтных крылышек») и оснащался лазерной пушкой. По огневой мощи это был тот же спрайт-бот, да и если приглядеться то в нём угадывались детали «летающего глаза», вот только в отличие от «спрайт-бота», коптер мог летать на значительных высотах, а также имел мобильный терминал управления.

Получившимся результатом Отем был не очень доволен, назвав коптер "бесполезной игрушкой", а вот Сулик оценил данное «изобретение» исключительно с положительной стороны, и всё время повторял — как он сам не додумался до столь простой концепции? С такими дронами зебры бы не несли неоправданных потерь, натыкаясь на «Стальных Рейнджеров».

В итоге Отем признал, что он погорячился и что нужно сосредоточиться на нашем положительном опыте. Несмотря на некоторые нюансы, наступление на Глифмарк было успехом, и есть резон следующие операции также проводить с использованием более значительных сил. Во всяком случае, полковник пришёл именно к данному выводу и рассказал мне о своём плане на следующее масштабное наступление.

Вообще-то он говорил о нём гораздо раньше, но тогда план пришлось отложить — Сулик предложил "идею получше" которая обернулась уничтожением "Садов", а также смертью Спайка и Лаенхарта. Далее уже я стал сыпать идеями насчёт "творческого подхода", которые мы проверили, уничтожив Глифмарк. "Подход" оказался успешен — броня не пробивалась, а зебры пытаясь атаковать в ближнем бою получали разряды, хотя я этого не видел, так как, будучи под кайфом, делал "светлый мир" ещё прекрасней. В итоге: пули с использованием биоматериала себя оправдали, силовая броня подверглась очередной модернизации, а у меня появилась очередная странность — теперь стал всегда носить с собой сумку с противогазом, опасаясь снова попасть в "светлый мир". Не хватало еще, чтобы я убил кого-нибудь не того, да и вообще — я не наркоман. Тем не менее, несмотря на мои странности, Отем считал, что в будущем наступлении я должен принять прямое участие, даже несмотря на то, что его целью будет облачный город пегасов — "Новый Клаудсдейл". На моё справедливое замечание, что я не способен ходить по облакам, пегас посоветовал зайти в лазарет к Дестини и поинтересоваться её исследованиями моих аномалий.

Естественно я не стал игнорировать совет и, к удивлению белой палкоголовой, расспросил ту насчёт её работ. Та, высказав пару ласковых в адрес Отема (в основном в его мании применять непроверенное вооружение, и разглашении результатов ещё незаконченных исследований) высказала свою смелую теорию — единорожка решила что, несмотря на мою аномальную магическую структуру, я способен взаимодействовать с облаками. Дело в том что, несмотря на внешние различия, а также различия магических способностей, все подвиды пони имеют удивительно похожую структуру. Данная "структура" позволяет разным подвидам (кроме аликорнов но исключение подтверждает правило) давать потомство, а также даёт палкоголовым возможность накладывать на других пони различные заклятия. Среди таких заклятий есть и то, от которого у бескрылых пони "просыпается" способность пегасов к взаимодействию с облаками. В моём случае наложение такого заклинания невозможно, но Дестини, после многочисленных опытов и наблюдений за образцом (то есть за мной), пришла к выводу, что, так как у пони их способности к магии напрямую связаны с испытываемыми эмоциями, то и в случае с одержимым должно работать нечто похожее. Проще говоря — мою способность, создавать ауру вокруг копыт, белая копытная объяснила моей прошлой жизнью.

Люди, как известно, являются прямоходящими и не обделены такими полезными частями тела как руки и ковырялки (у Лиры вообще был какой-то фетиш на эти части тела). Я же, попав в шкуру серого земного пони, так и не забыл свои прошлые моторные функции и непроизвольно направил ауру в опорные конечности, доведя так называемый "копытокинез" до совершенного уровня. Пользуясь данной способностью я, просто брал предметы, удерживал огнестрелы, глушил шум своих шагов и даже использовал данную ауру как оружие — в последней операции пользовался данной способностью наиболее активно. Из всего этого Дестини решила что, несмотря на всю анормальность, та аура всё равно основана на природе магии и как любую магию её можно упорядочить.

Единороги способны её упорядочить, используя свой отросток на башке, в то время как у земных пони и пегасов она упорядочена постоянно. Пегасы и аликорны, пользуясь данной особенностью, могут летать на своих маленьких крыльях и взаимодействовать с облаками. Земные пони имеют "связь с землёй" и могут взаимодействовать с растениями, усиливая их рост. В моём случае одержимый земной пони утратил свою связь с землёй, но получил способность создавать ауру как палкоголовый, только вокруг копыт. На основе всего этого Дестини и решила, что раз я могу создавать ауру, которой удерживаю предметы, то есть, чуть ли не стопроцентная вероятность, что мне подвластно и взаимодействие с облаками — нужно лишь провести опыты и потренироваться.

Версия белой палкоголовой действительно звучала смело, но подумав, я согласился, что для меня взаимодействие с облаками действительно возможно, точнее — я точно знал что возможно. Дело в том, что процесс, когда Сулик создавал систему аварийного восстановления облака для Мстителя и Подстрекателя, сам не обошелся без аварий. Те аварии небыли опасны — просто помещения летающего авианосца несколько раз заполнялись водяным паром. Уже тогда я заметил как такое "облако" взаимодействует с моей аурой (ничего серьезного — просто мне удавалось на некоторое время удерживать дымку) но не придал этому значения. Теперь же, меня ждали долгие дни опытов и тренировок для хождения по облакам.

Честно говоря, первое время эти тренировки казались просто смешными — я чувствовал себя послушником буддийского храма занимающегося йогой. Дело в том, что пегасы единороги, которые вызвались мне помогать, подтвердили, что их способность взаимодействовать с облаками действительно основана на эмоциях. Конечно палкоголовые могли наложить заклинание, дающим бескрылым способность пегасов, но на мне это не сработает, так что, чтобы обрести эту способность я должен научиться контролировать эмоции. Первые дни это было тяжело (было просто смешно) но далее, после первого незначительного успеха (я смог "прочувствовать облако" — ощущение был странным, но мысленно провёл аналогию с густой пеной), стал относиться к делу более серьезно. День за днём единороги рассказывали мне свои ощущения от применения заклинания хождения по облакам, а пегасы говорили о своих впечатлениях от данной способности. Я же, вслушиваясь в каждое слово, пытался "войти" в подобное состояние и с каждым днём успех был всё заметней. От простого удерживания и рассеивания облака я перешёл к составлению из него фигурок — лошадка и ёжик. Далее пытался ходить по облачному ковру (ощущение мыльной пены сменилось на сравнение с зыбучими песками). Ещё позднее стал сравнивать такой "ковёр" с разлитой смесью муки и воды (клейстером) который под моим весом становиться твердым, но лишь на секунду. И наконец, свершилось — я всё же смог уверенно держаться на принесённой в спортзал туче, пусть даже по ощущениям это было, как ходить в напряжении с крепко сжатыми кулаками. Увы, но Трикси несколько омрачила мою радость, создав магией маленькую грозовую тучку, которая молнией ударила меня в зад. В результате данной шалости я испытал непродолжительный эмоциональный шок, в течение которого потерял концентрацию и, провалившись сквозь тучу, плюхнулся на пол.

Ещё не встав с пола, я понял, что это означало — хождение по облакам для меня сравнимо с хождением по верёвке над пропастью. Чтобы не разбиться, мне нужно постоянно быть в напряжении, не смотреть в низ, да и вообще — не бояться. Это будет непросто — страх для меня самое естественное состояние, но после того как меня чуть не сожрал дракон, участь превратиться в серо-красную лепёшку, уже не кажется такой ужасной. Но всё же риск падения с километровой высоты, из-за того что я испугаюсь какого-то чиха, показался слишком большим так что я попросил единорогов создать мне какую-нибудь зачарованную обувь. Те выполнили просьбу и результат оказался ....

Тому, что получилось название обувь не очень подходило — мысленно я назвал это "Ортопеды: ЛендКрузьБеларусь — грязи не боюсь". Выглядел они как нечто среднее между валенками, ходулями и ботинками водолазного костюма. Данные особенности конструкции объяснили моей способность создавать аномальную ауру, которая разрушает обычные заклинания, так что копытные, следуя моему примеру, приняли самое простое решение — просто сделали обувь с ОЧЕНЬ толстой подошвой. Естественно видя, данные ортопеды я отказался от задумки специальной обуви. Придется пойти на риск — мои прогулки по облачному городу пройдут без страховки.

Справедливости ради стоит отметить, что в те дни деятельность СНС не ограничивалась только помощью в моих тренировках и причудах — полковник стал заметно чаще отлучаться в радиорубку, а другие бойцы даже провели несколько рейдовых операций. Дело в том, что после операции "Веселящий Дым" (где подтвердилась эффективность нового вооружения) и модернизации брони (с учётом негативного опыта) бойцы стали обращаться с просьбой дать разрешение на проведения "булавочных уколов". Полковник похвалил такую инициативу (хотя уверен — мысленно он подозревал дезертирство), но согласился дать разрешение лишь при условии моего одобрения, и что цель будет настолько малой, что успех будет стопроцентным. Бойцы же предложили в качестве целей многочисленные фермы, на которых разводили браминов и растили различные сельхоз культуры. Данные фермы в основном находились под контролем Последователей и были не такими уж и плохо охраняемыми, некоторые из них даже защищались наёмниками компании Коготь. Однако я, будучи инструктором, готовя бойцов, не рассчитывал на слабого противника. Не скажу что после всех тренировок и нескольких боевых операций (захват Громовержца и его оборона с последующей зачисткой вражеской абордажной команды, а также уничтожение Глифмарка) бойцы СНС стали профессионалами, но уверен, что по боевым качествам они превосходят своих коллег из НКР. Также нужно отметить, что специально для таких случаев (операций без участия высшего командования) я подготовил нескольких сержантов.

Те, выбранные мной копытные, были довольно смышлёны и на тренировках заметно отличались в лучшую сторону. Не скажу, что у них был большой потенциал, но задача командования небольшими отрядами им вполне по силам. Для выполнения данной задачи они получили отличительные знаки на "рукава" (лычки, они же "сопли"), более продвинутое коммуникационное оборудование, а также привычку держаться позади отряда. Последнее звучит как проявление трусости и непрофессионализма, но я отлично понимал достоинства и слабости наших бойцов так что, инструктируя сержантов, не считал идею выработки у них такой привычки чем-то зазорным. Тем не менее, я, помня свою встречу с Последователями и наемниками, всё же решил, что бойцам СНС по силам с ними справиться и дал разрешение, но с маленьким условием — чтобы бойцы принесли с этих ферм нормальной еды, в особенности мяса.

Дело в том, что те овощи, что земные пони выращивают на борту, в своей импровизированной оранжерее, уже порядком надоели. В своих огородных делах они компенсируют отсутствие нормальной почвы и удобрений своей магией, что не сказывается положительно на вкусовых качествах. Со слов пегасов, такая еда всё равно вкуснее чем то, что выращивали в облаках, ещё при Анклаве, но хорошего мало. Отсутствие животной пищи вообще меня довело до выращивания личинок насекомых — чистый белок, но всё равно мерзко, хотя я был рад, что нашёл такой выход. Серьезно, я, живя среди травоядных, и мечтая о нормальной еде, так ни разу не попробовал конину (Ксенит не считается). Разумеется, я, будучи разумным, не стал бы жрать братьев по разуму, но всё же, ферма с личинками — показатель. Копытные же, видя мой плотоядный оскал (на месте выбитых Лайфблумом зубов вырос полный комплект всеядного), сказали, что учтут мои потребности.

В итоге всё окончилось как нельзя благополучно; Копытные провели несколько рейдовых операций, атакуя фермы и овощебазы, при этом не понесли потерь и кроме трофейного оружия (среди него были и местные вариации СКС) принесли и другие трофеи, предназначенные специально для меня. Пипка на радио описывала эти операции как "рейдерство со стороны СНС" (вообще-то в этом мире "рейдерством" называют то, что на Земле характеризуется как "беспредел", но всё же я был согласен с Мелкопипкой"). Мы же, как "операции направленные на вражескую инфраструктуру". Однако, если отбросить формальности, то это были простые проверки боем, в которых проверяемые доказывали свои успехи, и попутно принося нормальную еду.

Не скажу что мясо браминов (мерзких с виду двухголовых коров) мне понравилось но "на безрыбье любой рак сгодиться". Первое время в его приготовлении я не использовал каких-либо сложных рецептов (просто обжаривал мясо с луком и поливал соевым соусом) но после очередного рейда копытные принесли, помимо мяса и овощей, другие продукты, которые натолкнули меня на некоторые мысли. Первая мысль — та фабрика мороженого, что обеспечивала Спайка, теперь переделана для производства других молочных продуктов. Принесённые упаковки со сметаной и творогом из молока браминов, а также этикетки, точно указывали на эту версию. Вторая – теперь на борту, помимо овощей, есть и мясо, а также сметана. Вывод: конечно на кухне я уступаю Макаревичу, но приготовление борща мне вполне по силам.

Трикси, которая всё ещё пыталась исполнять обязанности кока, была удивлена моему появлению на кухне, однако, узнав, что я собираюсь воспроизвести рецепт из своего мира, отнеслась с понимание и даже предложила помощь. Я же зная «поварские таланты» Трюкачки отказался и даже поведал, что в моём мире неправильное приготовление данного супа часто является поводом для убийств. Вообще-то это было преувеличением, но в моей прошлой жизни какой-то алкаш из соседнего подъезда зарубил свою жену топором за то, что та борщ пересолила. Трюкачка, выслушав эту историю, заметно помрачнела и отметила, что теперь послевоенная Эквестрия уже не кажется ей таким уж и жестоким миром.

К сожалению Беатрикс Луламун была не единственной довоенной пони заинтересовавшейся моей готовкой – Лира Хартстрингс (и несколько других копытных) также проявила интерес к пище людей и внимательно за мной следила, я ничего не имел против её присутствия, если бы не один нюанс. Так как Лира музыкальная пони то она не удержалась и поставила в магнитофон кассету с одной из мотивирующих мелодий – в её сумке действительно были мелодии на все случаи жизни.

В тот момент я действительно поверил, что Лира способна чувствовать «струны души» иначе я не знаю, как она догадалась (что ранее я размышлял о серии настолок) в момент моего приготовления супа поставить мелодию с «гимном ультрамаринов» (https://www.youtube.com/watch?v=K8bm03Lm5oA). Ту самую, которая для русскоговорящего слышаться как пафосный кухонный призыв, хотя, что можно ожидать от гимна тех, кто носит как эмблему сиденье унитаза? Теперь же, я, готовя вынужден выслушивать этот гимн космодесантников, который для знающего русский звучал просто смешно, а ведь я всегда хотел быть десантником. Неужели те, кто придумали этих «суповаринов» придали их броне синий оттенок, основываясь на цвете беретов ВДВшников? Что-то подсказывает, что нет, а я на мыслях о супе и синем цвете, невольно вспомнил того кого всё это объединяло.

Покойный Соуп – синий пегас любящий ножи и половники, знающий ножевой бой и секреты приготовления действительно вкусных супов. Когда я уже забуду этого синяка, и когда перестану считать себя виноватым в его гибели? Наверное, никогда, но это не значит, что я должен себя бичевать каждый раз видя кастрюли. Мы были не настолько долго знакомы, чтобы о нём вспоминать по столь мелким поводам. Когда СНС победит я лично распоряжусь чтобы ему поставили памятник, но сейчас должен думать не о синем Соупе а, о красном супе.

Развеяв ненужные мысли, я вновь принялся за готовку, вот только побочным эффектом явилось и то, что я вновь обратил внимание на музыкальное сопровождение. Случись подобное на Земле, я бы просто немного посмеявшись, далее продолжил работу в обычном режиме, вот только я не на Земле и не в своей шкуре. В прошлом Лира проверила утверждение (включив в момент, когда я проводил копытным пример уставной стрижки, мелодию «Фигаро» из оперы: Севильский Цирюльник) что одержимые всё же восприимчивы к музыкальной магии – когда пони начинают петь, слыша музыку, или наоборот, поют и начинает играть музыка. Тогда это обернулось тем, что я, в песенной форме, описал своё отношение к противоположному полу и прошёлся земному пони «бритвой по нервам». Теперь же я начал петь песню другой тематики, конкретнее: ГИМН ВЕЛИКОМУ СУПУ.

Время обеда, Суповарины!

Доставайте котёл, Суповарины!

Разжигайте огонь, Суповарины!

Суп варите, Суповарины!

Овощи нарезайте, Суповарины!

Мясо нарезайте, Суповарины!

Сыпьте соль, Суповарины!

Помешивайте Суп, Суповарины!

Ешь!

Ешь Суп!

Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

орки идут, Суповарины,

котлеты несут, Суповарины!

тау идут, Суповарины,

пюрешку несут, Суповарины!

Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

эльдары идут, Суповарины,

деликатесы несут, Суповарины!

хаос идёт, Суповарины,

десерты несёт, Суповарины!

Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

Ешь шикарный горячий Суп!

Ешь Суп! Горячий Суп!

О, Горячий Суп наварили!

О, Великий Суп наварили!

О, Шикарный Суп наварили!

О, Великий Суп наварили!

Супом себя всех накормили!

Супом ксеносов всех накормили!

Супом еретиков всех накормили!

Стали Людьми все, кого накормили!

О, ВЕЛИКИЙ СУП НАВАРИЛИ!!!

ВЕЛИКИМ СУПОМ ВСЕХ НАКОРМИЛИ!!!

Далее мелодия закончилась, а я, выдохнув, со злобным взглядом, повернулся в сторону Лиры. Ту, похоже, веселило моё недовольство – по крайней мере, на её гнилой морде отчётливо выражалась эмоция сдерживаемого смеха. Не скажу, что такой юмор мне нравился, но хотя бы данная шутка не была злой, да и у данного музыкально-кулинарного номера была и другая сторона. Лира, зная русский, прекрасно понимала всю комичность ситуации, другие же присутствующие на кухне копытные, стояли с непередаваемыми выражениями на физиономиях – в них было одновременно, удивление, уважение, страх и ещё множество других чувств. Похоже, они действительно решили, что под такую мелодию можно петь только что-то пафосное. Мне такой «пафос» не нравился, так что дальнейшую готовку я продолжал, напевая различные ничего не значащие слова. Начал с рифмы:

Берём вначаль укропу. Потом кошачью жопу.

Закончил:

А нынче Энгельс и Маркс

С восторгом смотрят на нас.

И явно им по душе,

Что будет мясо в борще.

Наконец данный театр абсурда подошёл к концу, как же я был этому рад. Рад тому, что теперь мне не придётся корчить из себя пародию на повара-певца — Макаревичу я и в подмётки не годился. Как я был рад окончанию приготовления этого супа, я не побоюсь этого слова: СУПИЩА. Настоящий борщ, пусть даже приготовленного из овощей, выращенных в импровизированной оранжерее и мяса двухголовых коров. Тем не менее, судя по запаху, у меня получилось – цветом и запахом борщ оказался похожим на свой земной оригинал, а я только слюни не пускал, предвкушая будущую трапезу.

Далее, внимание, я взял кастрюлю и перенёс её на обеденный стол, а после, технично обойдя стул, вышел один на один с холодильником. После беру упаковку с надписью "Cream" (которой я заботливо поставил тире и дописал по-русски "наш") и уже со сметаной возвращаюсь к столу. Далее Трикси магией подаёт мне половник, которым я зачёрпываю борщ и наливаю тот в заранее взятую глубокую миску синего цвета. Голодным взглядом я наблюдаю, как борщ стремительно заполняет пространство миски, а после наполнения сажусь за стол и, сунув под воротник слюнявчик, суповой ложкой положил значительный объем сметаны. Тут бы мне употребить красный суп по прямому назначению вот только в этом мире борщ для меня значил нечто большее, чем просто сытный свекольный суп. Секунд тридцать я смотрел в тарелку (наверняка со специфичным выражением морды) и это не осталось без внимания копытной публики. Лира первой прервала затишье:

— После всего спетого ты колеблешься?

— Ты ведь понимала о чём я пел, но того что я увидел в этом супе, не поймёшь, — мой короткий псевдоответ преследующий цель уйти от вопроса.

— Ты что-то увидел? Я всегда думала, что люди только на кофейной гуще гадают. Что можно увидеть в тарелке с супом?

Вопрос Лиры звучал провокационно, она явно собиралась меня спровоцировать на какую-нибудь глупость, уже спровоцировала (из-за неё я уже спел "ГИМН ВЕЛИКОМУ СУПУ") так что если я ещё что-то сморожу, то хуже не будет. Вообще-то будет, но умом я не отличался, так что решил ответить гулифицированной единорожке в её шуточно-серьезной манере.

— Тебе не понять ассоциации. Настоящий русский борщ — красный суп в синей миске с белой сметаной — это же цвета российского флага! — боковым зрением я разглядел как у копытных (даже у Лиры) от такого ответа изменились физиономии, я также понимал всю абсурдность сказанного, но не мог закрыть глаза на ассоциацию, но мог, отрыв пасть, произнести: — Вперёд борщ! Вперёд Россия! В меня борщ! — и начать черпать суп, захлёбываясь от жадности — слюнявчик был не лишним.

Борщ однозначно получился, хотя мясо брамина мне показалось жёстким и не до конца разваренным — мелочь, которая не портила впечатление. Копытные же в большинстве отнюдь не горели желанием пробовать данный свекольный суп с мясом. Из тех, кто всё же решился, была Дестини, хотя вспоминая, что ранее она пробовала "чистый протеин" это было ожидаемо — суп ей не понравился, и не столько из-за мяса, сколько потому что она не любит свеклу. Также борщец вкусили несколько пегасок и пегасов — их мнение осталось на нейтральном уровне. Отем же не стал пробовать, сославшись на своё вегетарианство. Трикси также была травоядной а, находясь в шкуре аликорна, вообще не нуждалась в пище, но всё же попробовала ВЕЛИКИЙ СУП — к всеобщему удивлению она высказалась положительно, и отметила что: никогда не думала, что свекла в сочетании с мясом может быть вкусной. На этом кухонные курьёзы закончились, зато начались курьёзы другой тематики.

Справедливости ради стоит отметить, что я был не единственным кому задавали много вопросов — Лира, поселившись ко мне и Трикси в каюту, не избежала участи повторить свой долгий рассказ. Она повторила всё — от своего детства и работы в агентстве, до дневников Селестии и жизни после уничтожения Кантерлота. Трюкачка же так и не смогла поверить, что весь их мир одна большая шутка, что вся его гармония была основана на каком-то стилизованном под дерево излучателе, и высказалась, что если Лира этому поверила, то у неё совсем мозги прогнили. Также она была возмущена, что Лира хотела работать на Красного Глаза, хотя признала свою вину за то, что делала то же самое. В итоге Трикси согласилась на соседство с Лирой только на условии, что она обучит её русскому языку, на что Лира охотно согласилась. Гулифицированная отметила, что это не первый раз, когда ей приходится преподавать. Ещё до появления Твайлайт в Понивиле Лира давала индивидуальные уроки музыки Свити Бель — сестре будущей минестерки Рарити. Эти уроки Лира хорошо запомнила, в основном потому, что её ученица имела специфичный голос и просила называть её Тракерзорд. Очень странная особенность, учитывая, что Свити Белль отзывалась на своё настоящее имя и имела приятный детский голос — раздвоение личности? Эту тайну мы так и не узнаем, так что Трикси просила не отвлекаться на прошлое и заняться её обучением.

Обучение не выделялось чем-то особенным кроме некоторых замеченных Лирой нюансов. Первым нюансом было что, обучая Трикси, Лира отметила — в русском языке нет неопределённых артиклей, и предложила Трикси использовать «слова-заменители». Как пример: a table – типа стол, the table – конкретно стол. Другим нюансом было то, что Лира просила меня принять участие, как носителя языка и попутно рассказать об обычаях другого мира. Отказываться я не стал, но вот никаких «обычаев» не знал, поэтому просто рассказал копытным про различные праздники людей. Лира, выслушав, отметила сходства обычаев двух миров, в особенности оно проявлялось в празднование «Нового года» на Земле и «Дня согревающего очага» в Эквестрии. Всё было таким похожим – украшение ёлки, обмен подарками, чтение стихов. Гулифицированная даже попросила меня рассказать один на моём языке, чтобы подучить Трикси а заодно отметить возможное сходство рифмы и смысла с тем что принято читать в Эквестрии. Я не стал отказываться но, вспоминая шутки Лиры, не удержался от прикола – рассказал Лире несколько изменённый детский стишок:

В лесу родилась ёлочка,

В лесу она росла,

Зимой и летом

Стройная, зеленая была.

Но как-то спутник вражеский

Ту ёлочку нашёл,

И тонкий лучик лазерный

На ёлочку пошёл.

И ёлочка тут скинула

Зеленый свой наряд,

И взмыла в небо звёздочкой,

Похожей на снаряд.

От вражеского спутника

Посыпались куски,

Вот здорово сработано!

Сказали лесники.

Мы люди, в общем, мирные,

Но просим вас учесть -

Таких зеленых ёлочек

В лесу у нас не счесть.

Стих определённо произвёл впечатление – Трикси и Лира потом долго обсуждали, насколько опасен другой мир раз даже детские стишки там с такими намёками. Меня же все эти интриги и обучения мало волновали, но я не мог не проявить интерес к Лириной тетради с зарисовками — все эти рисунки боевых машины и прочих неизвестных технологий пробудили во мне нездоровое любопытство. Настолько нездоровое, что я не мог не отметить, что в тетрадях отсутствуют рисунки прототипов летающих боевых кораблей аналогичных нашему Мстителю (бывший Громовержец) и Подстрекателю (бывший Хищник). Лира же, поняв к чему я клоню, сказала, что не считала интересным рисовать то, что уже воплощено в металле, но высказала, что ради меня по памяти может воспроизвести эскизные рисунки. Я высказался о такой идеи положительно и, подождав сутки, узрел два карандашных рисунка — изображения прототипов Мстителя (https://vignette.wikia.nocookie.net/justcause/images/3/3e/EDEN_Airship.jpg/revision/latest?cb=20160426141251&format=original) и Подстрекателя (https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/0/07/Leviathan_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20160122034650). То, что было изображено на рисунках, выглядело гораздо технически совершенней воздушных кораблей пегасов, хотя я всё равно не мог поверить, что такая масса железа способна взлететь. Неужели те аппараты также держались в воздухе за счёт грозовой тучи? Даже смешно рассуждать. По крайней мере, увидев рисунки, я лишний раз убедился, что копытные любили сильно извращать чужие технологии. От этих мыслей даже захотелось увидеть местные танки, точнее какими уродцами они окажутся. В том, что это будут технические уродцы, я не сомневался – вид местных БТРов отметал все сомнения.

Однако все эти курьёзы и размышления отвлекали меня от одной действительно важной вещи – плана будущей операции. Я даже смутно помнил её название – вроде Отем решил её назвать «Гром в облаках», или «Смертельный дождь», уже не помню. Помню, что он рассказывал особенности «Нового Клаудсдейла», про погодную фабрику и то, что передовой отряд СНС, под его личным командованием (и с моим участием), должен будет взять её под контроль. В перспективе мы должны будем использовать её мощности для создания нового облачного барьера, но это далёкие планы. Для начала мы должны будем просто взять контроль над городом, но это будет непросто. Парадокс, но сложность будет не в том, что город хорошо охраняется, как раз, наоборот – в связи с опасениями Мелкопипки насчёт контроля погоды пегасами тот город был демилитаризован. Данная предосторожность была создана, на случай если пегасы (как и перед падением бомб, создадут «Анклав») решат взбунтоваться – с мятежниками у которых нет оружия, легче справиться. Для нас же это означало, что нам также придётся действовать без оружия (вооружённый копытный вызовет ненужное внимание), по крайней мере, первое время. Пока контроль над городом не будет установлен и мы не вызовем подкрепление. Если по порядку, то план операции звучит примерно так;

У полковника Отема есть агент в «Новом Клаудсдейле» (некий жёлтый пегас со странным именем Голд) который проведёт саботаж на погодной фабрике и для исправления повреждений руководство вызовет ремонтную бригаду. Вот только вместо механиков на фабрику проникнет отряд СНС, который и возьмёт её под контроль. Параллельно с этим другие боевые группы займут позиции по периметру облачного города и, дождавшись подтверждения захвата фабрики, вызовут Подстрекатель, и Мститель откуда им будет сброшено оружие и броня. Далее – организация обороны, выявление среди жителей сочувствующих СНС и НКР, а после использование мощностей фабрики для создания облачной завесы.

План был неоднозначен — местами продуман, но в основном всё звучало слишком размыто. Лично меня смущало то, что по всему НКР на мою серую морду были разосланы ориентировки, и чтобы остаться неузнанным Отем предложил перекрасить мне шкуру. Естественно поначалу я отказывался, но после долгих уговоров согласился перекраситься в белый цвет (в облаках это будет как камуфляж – таков был аргумент пегаса) и чтобы мне нарисовали максимально простую метку (шестигранная гайка – проще некуда). Также маскировка учитывала и мой неестественный цвет глаз — по словам пегасов, у тех кто живёт в облаках, принято носить солнцезащитные очки, так что даже если я буду носить их помещении, это не вызовет подозрений. Справедливый аргумент, что земной пони в облачном городе будет слишком подозрителен, копытные парировали, что не в случае если этот пони, вызванный с поверхности механик. Многие земные пони отличные механики – Красный Глаз и другие жители его убежища были наиболее наглядным примером. Теперь же уже я сыграю эту роль, хотя вспоминая свои поделки, я не мог считаться механиком, максимум очумельцем. Тем не менее, мне придётся корчить из себя мастера, мастера командующего десятком пегасов – в группе направленной на фабрику я буду единственным земным, все остальные будут пегасами, а Лира обязалась действовать скрытно.

Ответ на вопрос: как мы вообще попадём в «Новый Клаудсдейл»? — находился в ангаре Мстителя. Точнее, ответов было целых пять штук. В ангаре эхом раздавались звуки кипящей работы – шум сварки, полировки, и ударов кувалд. На импровизированных стапелях копытные сооружали подобия летающих фургонов «Небесный Бандит» аналогичных тому, в который был запряжён Каламити. От своих прототипов они отличались лишь дополнительными листами брони да потайными отделениями для немногочисленного оружия – по первоначальному плану оно нам не понадобиться, но когда этот план работал. Очень надеюсь, что этот раз будет исключением – с такой мыслью я поднялся на борт летающего фургона и занял место на длинной железной скамье, идущей вдоль окон. Пегасы и гулифицированная единорожка также заняли место на скамье в положении: спиной к стене, рожей к друг другу. Лишь Отем удостоился особого места в центре, пусть даже в таком положении ему придётся лететь спиной вперед, но он сможет прямо в полёте провести краткий брифинг, а также в случае чего отдать команду двум пегасам, что тянули наш фургон.

Полёт до города шёл тихо и размеренно – даже качка действовала скорее усыпляющее, но я отчаянно боролся со сном. Парадокс, но я, будучи одним из командующих СНС и тех, от кого полковник не держал секретов, довольно смутно понимал, куда и зачем мы летим. Вообще-то я был сам виноват, но когда находишься не в своей шкуре, в другом мире, а единорожка в толстовке, забавы ради, использует на тебе музыкальную особенность пони, сложно сосредоточиться на действительно важном, тем более что операция должна была пройти в облаках, а я смутно понимал, как там нужно воевать. Отем похоже по глазам понял что я в непонятках и, не дожидаясь просьбы разъяснений, провёл краткий брифинг:

— Всем внимание. Мы лишь авангард наступления СНС, но если наша задача не будет выполнена, то во всей операции не будет смысла. Напомню: мы должны захватить фабрику в целости и сохранности, а значит – будем действовать без оружия. Наш противник тоже должен быть в аналогичных рамках, но они будут иметь численное преимущество – посмотрим, какова их подготовка.

Далее пегас выдержал небольшую паузу будто выбирая что он будет говорить.

— Не удивляйтесь, что я лично решил принять участие – эта операция имеет для меня и личный характер. Я уже сообщал, что на фабрике находиться наш агент, именно от него мне известно, что её начальником охраны является мой отец, — пегасы, услышав этот факт, вдруг стали недовольно роптать, о Отем выдержав три секунды, продолжил брифинг:

— Вряд ли он вам знаком, в «Великом Анклаве» он дослужился лишь до сержанта, которому доверили охрану склада в Нейварро, но и эту обязанность он провалил. В прошлом он позволил Каламити разграбить наш склад с энергетическими ячейками, но не думайте, что в этот раз он будет столь мягкотел. Я его хорошо знаю и точно уверен, что если будет возможность, то он пристрелит меня при первой возможности, несмотря на родство, и уж точно не станет колебаться в вашем случае. Умом мой отец не блещет, но вот в навыках стрельбы и воздушного боя я так и не смог его превзойти, так что будьте осторожны. В вопросе того «как он занял столь высокую должность?» у меня нет ответа но, зная своего отца, рискну предположить, что его туда пропихнули новые власти…. Мне по…й, что он мой отец и кто стоит за этим поганым предателем! Пора ему врезать! Этот гад продал идеи Анклава пегасов и работает на НКР, так что если кто-то из вас сделает меня сиротой, то буду только рад!

Далее последовало затишье в течение, которого полковник тяжело дышал – он явно испытывал противоречивые эмоции. Я же до сих пор был в непонятках и чем больше узнавал, тем больше не понимал. Желая исправить данный пробел, я прервал затишье:

— Почему сейчас? – все обернулись в мою сторону. — Почему сегодня?

Красноречием я никогда не отличался, так что и мой вопрос был задан максимально коротко и просто. Может со стороны обращение с таким вопросом и звучит глупо, но вот полковник так не думал. Во всяком случае, на словах он признал данный вопрос уместным:

— Хороший вопрос, – в тоне речи пегаса не звучало сарказма, — Дело в том, что мой отец не единственная родня, что предала идеи Анклава. В городе также обосновались и два моих брата, думаю, они вам известны, до сих пор с трудом верю, что они тоже предатели. Одного зовут Прайд – это не пегас, а адская гончая в теле пегаса. С нашей семьёй у него были сложные отношения. Он одновременно любил каждого из нас, но уверен – он получал удовольствие, когда клеймил Каламити меткой дашита. Сейчас же, он поставил семейные ценности выше своей присяги Анклаву и за своего отца порвёт любого. О том, что он сделает со мной за смерть Каламити даже думать страшно. Второго зовут Виндшир… — ещё одна эмоциональная пауза.

— Красный Глаз называл меня «цепным псом», Каламити «несчастным случаем», Прайда "неудачей", Виндширу досталась роль «идеального сына». Мне неловко это признавать, но тот красный (нецензурно) во многом был прав. Виндшир действительно лучший из нашей семьи и не смог, как я, дослужиться до полковника лишь из-за своего дурацкого фамильного акцента. Он не такой буйный, как Прайд, но может быть ещё опасней. Одно маленькое замешательство и он вас убьёт.

— Они тоже будут на фабрике? – я решил поторопить полковника, тем более что мне не очень хотелось слушать рассказы о его семье.

— В том то и дело что нет, — теперь Отем говорил менее твёрдым голосом. — После окончания гражданской войны между пегасами, власти НКР запретили нашему роду контролировать погоду и иметь оружие. Исключением является лишь группа предателей унаследовавших название Вондерболты. До войны это было совсем небольшое элитное подразделение занимающиеся шоу в воздухе. Во время войны с зебрами всё изменилось, вот только эффективность Вондерболтов была поставлена под вопрос. Анклав, унаследовав это подразделение, не мог с этим мириться и произвёл тщательный отбор лучших бойцов – я и подумать не мог, что они окажутся предателями. Теперь это название носят пегасы, выбравшие себе идею служения НКР, и мои братья являются их инструкторами. Мои источники сообщили, что именно сегодня у Вондерболтов как раз пройдёт особо важная тренировка, в которой ряды предателей пополняться новыми бойцами. Понятия не имею где она произойдет, но точно уверен, что не в «Новом Клаудсдейле». Для нас это то, что нужно – город будет очищен от наиболее боеспособных предателей, но это не значит, что нужно расслабляться. Против нас выступит организованная армия – они будут драться.

Далее полковника прервал звук лягающего удара по корпусу фургона. Отем не оставил это без внимания и развернувшись открыл переднее окно.

— Город в прямой видимости! – прокричал один из пегасов, что тянул наш фургон. — Готовность пять минут!

— Всем приготовиться, — произнёс полковник. — Помните о своей роли, не выдайте себя раньше времени, и чтобы на обратном пути пустых мест я не видел. Силы Народного Сопротивления – навсегда!

— Силы Народного Сопротивления – навсегда! – хором ответили пегасы.

На этом можно было бы закончить брифинг, вот только на борту помимо пегасов и одержимого земного пони, была и гулифицированнная музыкальная единорожка, которая не могла не вставить «свои пять копеек» и, достав из кармана кассету, магией вставила ту в КПК Отема. Полковник понял чего Лира хотела, и воспроизвёл запись (https://www.youtube.com/watch?v=M72mO8YTt5g) – мелодия звучала специфично и навевала тревогу.

## Воздушная стихия - Смертельный дождь (часть первая)

"Облака.... Белогривые лошадки..... Облака.... Что вы мчитесь без оглядки?" — под нашу ситуацию данная песня мне показалась гораздо уместней той мелодии, что предложила Лира. По крайней мере, напевая данный мотив, я чувствовал себя более-менее спокойно, и, любуясь из окна, залитым солнцем облачным городом, совершенно не волновался, хотя должен был. Мы летим захватывать инфраструктурный объект НКР, а из оружия у нас только различные трубы, гаечные ключи, отвёртки, молотки и прочие инструменты (огнестрелы были у Лиры да несколько стволов в потайных отсеках фургона) — всё для того чтобы сойти за механиков, даже шмотки. Мне-то привычно ходить в бледно-зелёном комбинезоне, а вот некоторым копытным привычней быть без одежды. Вероятность того что меня, в привычном комбезе, могут узнать, до этого решили побелкой и нарисованной меткой. Теперь я как заяц — был серый, стал белый. Тёмную радужку глаз скрывали тёмные очки и, судя по яркому солнцу, в этом городе многие должны их носить. Так что теперь: летит в облачках призрак в очках.

Надо почаще проявлять такую легкомысленность. Если я буду, как всегда, "с отвагой в душе, но дрожащими коленками", то не смогу пройти в "Новом Клаудсдейле" и двух шагов — просто провалюсь сквозь облако, а дальше полёт без парашюта и предсказуемый финал. В другой жизни я встретил «смерть на взлете», если в этой встречу «от резкой остановки в конце», то это будет достойная смерть, вот только я не собирался умирать. Вначале нужно помочь СНС справиться с НКР, а после добраться до Селестии и задать очень много вопросов насчёт перемещения сознаний.

Вид "Нового Клаудсдейла" был..... Я даже не знаю, как выразиться.... Одновременно узнаваемым и невозможным (в нём даже был облачный стадион, называемый Клаудзей и, судя по внешности, название было подходящим), величественным и специфичным, старинным и технологичным. Прямо облачный замок, вот только "воздушные замки" разрушаются, когда на них не смотрят, этот же выглядел довольно крепким. Будучи построенным из облаков он всё же содержал элементы и из привычных материалов. Некоторые здания были из кирпича (пусть и белого, но явно не облачного), содержали элементы металлоконструкций, а многочисленные псевдо греческие колонны были явно мраморными. Впечатление было такое, что этот город состоит не столько из облаков (путь даже их было большинство) сколько просто из белых материалов. На этом фоне то, что меня перекрасили в белый цвет, было очень даже логично.

История этого города была мне мало известна — я пропустил мимо ушей большинство лекций. Помнил лишь, что этот город был построен после падения бомб с использованием поднятых обломков старого "Клаудсдейла", в том числе и того что осталось от погодной фабрики. Новый облачный завод стал значительно мощнее своего прародителя, хотя в прошлом пегасы и без него смогли построить облачный барьер. Сейчас данное производство, по сути, осталось в единственном экземпляре — расчищая небо, Мелкопипка не забыла и о промышленных мощностях Анклава, что позволили создать сплошную облачную завесу над всей Эквестрией. "Новый Клаудсдейл" Пипка (сама обладающая способностями создавать облака) пощадила лишь из-за названия и сходства с довоенным городом — ей хотелось, чтобы мир под её надзором, хотя бы внешне был похож на довоенный. Даже его расположение, по приказу Дарительницы, переместили поближе к Понивилю. Туда где Клаудсдейл обычно располагался до войны.

Также мне вспомнилась одна местная страшилка, связанная с этим городом и фабрикой в частности. Точнее не с этим городом, а его старой версией, но не велика разница. На Земле взрослые любят пугать спиногрызов различными серыми волками, что укусят за бочёк (в этом мире, после убийства Хомейдж, про меня стали говорить нечто подобное) или "Бабками Ёжками" что сварят мелкого в котле, а иногда и расщедрятся на целые сказки посвящённые тематике жестокости. Самый наглядный пример — сказка "Мальчик-с-пальчик". Там есть всё: взрослые, которые увели свой выводок в лес умирать, людоед который, пытаясь убить заблудившихся, случайно устроил резню своих "личинок", убийство этого каннибала, и псевдо счастливый конец с намёком на дальнейшие убийства. Вот в этом мире есть нечто подобное — сказка про Фабрику Радуги.

Данная страшилка была придумана ещё до войны, некой работницей облачного завода с именем Вуден Тостер, но особую популярность приобрела в эпоху Анклава, главным образом из-за своего антигероя — реально существовавшую пегаску (в будущем минестерку) Рейнбоу Дэш. В рассказе говорилось об отношении крылатых копытных к своим младшим сородичам, не освоившим полёт. История как раз велась от лица таких нелетающих пегасов, которых отвели на фабрику с целью бросить тех в специальную дробилку — в сказке та машина разделяла копытных на составляющие радужного спектра. Данная история считалась очень поучительной. Она стимулировала юных пегасов к полётам, учила их понятиям дружбы и предательства, а самое главное — взращивала в юных умах неприязнь к реально существовавшей минестерке. В рассказе, ненавистница монохромных изображений, была одним из управляющих фабрики (из-за внешности и сварливого характера ей очень подходил данный образ) так что неудивительно, что выросшие на этой сказке умы отрицательно относились к "Дэшитам" и тем, кто им сочувствовал.

В реальной жизни всё было по-другому — Дэш хотя и была паск...ой (была не в меру самодовольной, распространяла одноимённый наркотик «Дэш» и агитировала пегасов на участие в войне против зебр) но не убивала детей. Фабрика хотя и реально существовала, но её дробилка не предназначалась для пони, только для твёрдых красителей — машина могла сделать радугу даже из акварельных красок и карандашиков. Теперь эту сказку пытаются забыть и заменить её "Книгой Литлпип". Книгой, в которой герои (да и, если подумать, и их противники) смогли превзойти в своей жестокости даже вымышленных работников фабрики смерти.

Я убил (или способствовал смерти) многих из этих героев и заручился союзом с немногими выжившими их противниками. Получается что я антигерой? Аналог Антихриста? В этом мире я сравнивал Дарительницу с Люцифером (то, что Люцифер оказался мелкой копытной лесбиянкой, меня почему-то не смутило), главным образом из-за названия и способностей — Люцифер как Несущий Свет явно подходил под описание Дарительницы Света но, похоже, всё смешалось в Эквестрийском королевстве. Призрак, как Антихрист, сражается против Люцифера, хотя не имеет к ней какой либо ненависти, только неприязнь, и, по сути, его целью является запертая в компьютере солнечная богиня. Целью для переговоров, а не убийства, вот только чтобы до неё добраться придётся убить многих. Хотя те, кто уже убиты, сами пытались убить меня, так что у антигероя есть оправдание. Есть ли оправдание у тех, кому я помогаю?

Трикси, как заметила Мелкопипка, желает уничтожить собственные порождения только потому, что считает их "неудачным экспериментом Твайлайт". Сулик одержим местью за свою уничтоженную страну, хотя те, кого он ненавидит, появились на свет уже после уничтожения страны зебр. Лира просто ненавидит Селестию за её ложь. Отем вообще убил своего брата, а сейчас собирается убить своего отца-предателя. Мне даже представилась аналогия с Тарасом Бульбой, только в этом мире уже отпрыск поставил верность идеям выше верности семье. Интересно, чтобы сказал гоголевский персонаж, если бы встретил своих потомков на современной ВУкраине? В том, что он бы поступил с ними аналогично литературной версии, сомнений не было. Наверняка он бы спросил "все ли читали книгу с его персонажем и все ли поняли идею?", а получив ответ (неважно какой) произнёс: Я вас не порождал, но сыну моему привет передавайте.

Звуки грома прогнали мысли о классике литературы и политической составляющей прошлой жизни – мы приближались к погодной фабрике. Выглянув в окно, я во всех подробностях рассмотрел это произведение промышленности пегасов. Фабрика, со своими многочисленными трубами и вытяжными системами, действительно выглядела, как промышленный объект вот только из её труб исходили облака, которые быстро растаскивались пегасами, а парящие здания с ящиками кондиционеров, были похожи на айсберги. Как будто этого мало, вокруг фабрики были редкие грозовые тучи аналогичные тем, за счёт которых летают воздушные корабли (как наш Мститель и Подстрекатель) пегасов, и к одному из облачных цехов как раз был пришвартован один такой. Корабль был сильно переделан – демонтировано вооружение, а корпус стал не в меру раздутым. Не изменившиеся «карлсонские винты» на корме, теперь смотрелись просто нелепо. Один из наших пегасов смотря на него, даже произнёс: Примета времени. Я понял, что он имел в виду.

Из лекций по истории я знал, что ранее пегасы доставляли воду на облачные фабрики, используя свои возможности контроля погоды. Конкретнее – пернатые копытные создавали смерчи, которые, затягивая воду из рек и озёр, доставляли ту прямо на небеса. Теперь же, на способности пегасов наложены ограничения, в особенности на те которые двойного назначения (Пипка использовала вихри как оружие) а проблему доставки воды решили, переоборудовав несколько воздушных судов под танкеры для воды, и сейчас наш фургон шёл на посадку как раз рядом с этой «приметой времени».

Я не заметил как Лира покинула фургон, но это было явно до того как он коснулся облака. Как она это сделала, не владея заклинанием телепортации? Не думаю, что гулифицированнная раскроет свои секреты, но рад, что она на нашей стороне. Работа под её прикрытием будет менее нервной. Сейчас мои нервы были напряжены по другой причине.

Вообще-то по правилам, старший по званию должен покидать транспорт последним, и именно Отем должен был последним ступить на облака Клаудсдейла, вот только я отчаянно отодвигал момент схода на небеса. В итоге мне всё же пришлось собрать волю в кулак и, вспоминая тренировки стать, возможно, первым земным пони, ступившим на облако Нового Клаудсдейла без использования внешних заклинаний. Облако предсказуемо промялось, будто надувной матрас, но удерживало мой вес. Ощущение ходьбы по облакам было просто непередаваемым – постоянные опасения и одновременное осознание, что страх равносилен толчку в обрыв, производили просто дикое сочетание эмоций. Естественно всё это сказывалось на походке, так что пегасам также пришлось скрывать эмоции – эмоции смеха. Этим пернатым было не понять чувств тех, кто от природы прикован к поверхности, хотя я был им благодарен за помощь в тренировках, а также обещание меня поймать в случае провала сквозь облако.

Двери входа на фабрику совершенно не производили впечатления, что за ними находиться промышленный объект. Они были не в меру большими, полукруглой формы, стилизованны под золотые, а может это и была позолота – в этом мире золото не такой редкий металл. Увы, но у меня не было времени любоваться и задавать вопросы. К сожалению, я здесь не как турист, а ведь пегасы мне говорили, что раннее всем без исключения жителям небес проводили экскурсии на эту фабрику. Опять думаю не о том.

Пройдя через величественные двери, наша группа (кроме двух копытных что остались у фургона) узрела вполне классическую стойку типо ресепшен, с поправкой что большая часть обстановки была сделана из облаков, том числе и пол. Последнее меня особенно удивило, точнее то, что облако подо мной перестало проминаться. Конечно, я слышал, что технологии пегасов позволяли создавать из облаков даже компьютеры (теперь они запрещены Мелкопипкой, которая сталкивалась с проблемой взлома таких терминалов и посчитала, что такие технологии отделяют пегасов от других пони) так что наличие облаков, твёрдых как бетон, не было чем-то удивительным, но мне казалось, что я буду исключением. К сожалению, хотя скорее к счастью, не стал, вот только такие облака, будучи сложными в производстве редко используются — в основном на промышленных объектах, где применяется множество металлоконструкций и прочих изделий из необлачных материалов. Хотя нет – не редко. В прошлом, пегасы растили на таких облаках различные сельхоз культуры (пусть даже выращенное было мерзким на вкус) да и в процессе полёта я, глядя в окно, разглядел, как некоторые пегасы долбят облака отбойными молотками — не такие уж эти облака и редкие.

— Кто вы такие? Чем могу помочь? – жёлтая пегаска за стойкой прервала облачные размышления.

— Вы вызывали ремонтную бригаду? – я, изображая бригадира, ответил вопросом на вопрос.

— Да, вызывали, – удивлённым тоном произнесла пегаска за стойкой. — Быстро вы прибыли. Кто из вас механик?

— Мы все механики, лучшие в своём деле, и всегда прибываем в максимально короткие сроки.

— Отлично. Для вас есть работёнка, у нас полетело оборудование в лаборатории зимы. До зимы ещё далеко, но поломка должна быть устранена. После уничтожения погодных башен, пони нашей фабрики наконец-то покажут всем жителям НКР способности пегасов, и технические проблемы недопустимы.

— Понимаем, показывайте поломку.

— Для начала переоденьтесь, — пегаска указала на вешалку с множеством белых халатов. — Наше производство требует определённых норм чистоты, и ваши комбинезоны им точно не соответствуют.

То, что на данном производстве требовали ношения спецодежды, было вполне нормально, меня смутило отсутствие нормальной гардеробной, хотя был приятно удивлён, найдя халат без прорезей под крылья. Копытных не смущало переодевание у всех на глазах, а вот я всё ещё сохранял природную стыдливость, тем более что ко мне, как к земному, было повышенное внимание. Хорошо хоть краснота на щёках не проступала сквозь шкуру и побелку. Парадоксально, что Отем со своим перемотанным изолентой КПК, совершенно не боялся разоблачения – похоже, после закрытия убежищ (их здесь называют стойлами), данные компьютеры перестали быть чем-то необычным. Однако если отбросить эти нюансы, мы все были в напряжении и параллельно переодеванию осматривали помещение.

Помимо стойки ресепшена там была и стеклянная будка охраны, с пегасом в синей форме внутри, под потолком на стенах были размещены камеры. Также повсюду шныряли работники фабрики, причём у некоторых шмотки отличались от наших халатов. Часть пегасов носили лишь белые рубашки на переднюю часть тела – копытные любят выставлять на показ свои метки.

Охрана фабрики также не оставила нас без внимания, и пока мы переодевались, два крупных пегаса осматривали наши сумки. Их содержимое (инструменты) не показались им подозрительными, а вот от вида моей сумки с противогазом (в связи с прошлым опытом противогаз всегда при мне) копытный недовольно фыркнул.

— Закончили? — к нам обратилась жёлтая пегаска. — Я провожу вас до лаборатории зимы. Какого??? – произнесла копытная, разглядев, как Лира, находясь в стеклянной будке, накидывает удавку на шею охранника.

Дальнейшие события развивались максимально стремительно. Отем одним ударом отправил жёлтую в нокдаун. Наши пегасы моментально рванули в воздух и набросились на охранников и работников фабрики, я же побежал к стойке (под стойкой был лазерный пистолет) и, взяв находящийся рядом с ней стул, побежал к входу, который, этим стулом, успешно забаррикадировал — просунул ножки стула между длинными ручками двери.

— Под стойкой пистолет, — я указал на свою находку.

— Отлично, — Отем отозвался на моё наблюдение. — Ты и ты, — указал на двух пегасок, — займите позицию на входе. Стрелять во всех кто вызовет подозрение. Остальные — продолжайте играть роль, атаковать только по команде. Помните план – движемся в направлении кабинетов администрации, параллельно занимая цеха, по возможности без двухсотых.

Дальнейшие действия вполне соответствовали сказанному – наша группа, продвигаясь по цехам, быстро обезвреживала их рабочих и, оставляя охрану у пленных, продвигалась всё дальше и дальше. Наши бойцы не зря столько тренировались, они даже не нуждались в оружии, обезвреживая рабочих, хотя те пытались сопротивляться. На фоне происходящего я даже посчитал себя лишним и ненужным. Вообще-то я и недолжен был принимать активного участия – полковник настоял на моём присутствии на случай форс-мажора, когда может понадобиться мои нестандартные решения и особенности. Сейчас же, всё шло как по маслу. Пегасы, атакуя в пике, прекрасно справлялись без моей помощи, полковник и в одиночку справлялся с командованием, Лира вообще была вне поля нашего зрения, так что мне оставалось просто любоваться местным промышленным производством, а смотреть было на что.

Цеха этого погодного завода производили на меня неизгладимое впечатление. Сразу бросились в глаза какие-то закреплённые под потолком рельсы с движущимися по ним тележками. Меня особо заинтересовал механизм, которым тележка крепилась к рельсу – он был как спиннер на длинной ножке. От его вида у меня даже появилась сумасшедшая — идея оторвать эту ножку и, держась за неё, прикрепиться спиннером к рельсу. Помотав головой, я отбросил данную самоубийственную идею и переключил внимание на другие элементы окружения.

Непонятные механизмы, производящие облака, цех в котором аккумулировали энергию для грозовых туч. Цех, в котором изготавливали матрицы для снежинок(!). Сломанная установка (именно её мы и должны были починить) с огромной прозрачной ёмкостью, которая, по словам копытных, должна была производить снег, и самое интересное – цех с множеством ванн наплоенных самой настоящей радугой.

— Не советую пробовать, — произнесла пегаска, заметив мою заинтересованность. — Она настолько острая, что попробовавший будет изрыгать пламя не хуже дракона.

— И не собирался, — я честно ответил. — Это было бы всё равно, что пробовать бензиновые пятна из луж.

— Не отвлекаться, — Отем прервал начавшуюся дискуссию. — У нас проблемы. Агент Голд должен был нас встретить ещё на проходной.

— Ты думаешь … — пегас не дал мне договорить.

— Нет, я не думаю что он предатель, но что-то тут не чисто, – далее Отем немного помялся и продолжил: — Разделяемся. Я и майор направляемся к администрации, остальным продолжить занимать цеха. Действовать по коду А. В случае чего, вы знаете что делать.

Пегасам такая команда явно не понравилась, но немного пофыркав, они послушно полетели на верхние этажи. Мы же быстрым шагом направились далее по коридору и, найдя лестницу, также поднялись наверх – судя по висящим на стенах планам эвакуации при пожаре, администрация должна быть именно в том направлении. Коридор действительно привёл нас к нескольким дверям с золочёными табличками. Я не стал читать, что на них написано, а вот Отем быстро сориентировался и жестом приказал мне выбить одну из дверей. Мне не нравилось, что мной командуют, но всё же послушно исполнил приказ. Выбивая дверь я боковым зрением следил за полковником и, судя по выражению его морды, он так и не привык к тому, что я не использовал столь естественное для местных лягание. Такой удар мне казался слишком «животным» и сомнительно эффективным. Во всяком случае, классического «удара Леонида» вблизи замка было достаточно, чтобы распахнуть дверь, а нам открылось просторное затенённое облачное помещение. Помещение было действительно тёмным – я даже очки снял.

Данный кабинет начальника охраны был совсем не похож на офисное помещение – в нём не было ни стола, ни шкафов, ни вообще какой либо мебели. Мы бы решили, что ошиблись дверью, вот только кабинет отнюдь не был пустым. Прямо в его центре, под тускло светящейся лампой, стоял крупный закрытый фанерный ящик, дверцей в нашу сторону. Данный сундук был бледно красного цвета и усилен металлическими вставками, но эти мелочи уходили на второй план перед одной очень яркой деталью. На смотрящей в нашу сторону дверце, был изображён крупный бело-красный символ корпорации зла — тот самый, который мы сделали символикой СНС, и которым Беатрикс осветила Новый Кантерлот. Я понятия не имел, что это означало, но учитывая всю мрачность обстановки, ничего хорошего. Полковник, похоже, разделял мои опасения и жестом приказал мне открыть данный сундук. Пернатый заботился о своей безопасности и действовал как Жуков – отправлял тех, кто младше по званию на опасные участки, даже если там могут быть мины. В этот момент я даже попытался изобразить то, как местные высказывают недовольство, вот только вместо фырканья прозвучало какое-то рычание. Пегас, услышав данный звук, отошёл от меня на шаг назад и повторил жест – похоже я его припугнул, но не достаточно сильно. В итоге я всё же решил, что после всего пережитого (в особенности встречи со Спайком) открытие подозрительного ящика такая мелочь, о которой даже думать смешно.

Крадущимся шагом я направился к центру комнаты, и чуть было не провалился сквозь облачный пол – не заметил, как стал применять ауру вокруг копыт, которая глушила звуки, а также разрушала магическое поле облака. К счастью вовремя спохватился и, подумав о себе самыми непечатными, начал открывать задвижки ящика. Задвижек было три штуки, но закрытыми были лишь две – верхняя и нижняя. Средняя была открыта но, судя по петле, на неё должен был вешаться навесной замок. Два щелчка и замки открыты, далее я открываю дверь, и происходит неожиданное – из ящика мне на грудь валится жёлтый пегас.

— Голд?! – полковник явно его узнал и, произнеся данное имя, подбежал ко мне и помог удерживать тушу копытного.

Голд вывалился бесчувственным телом, да и на его шкуре места живого не было — многочисленные порезы и ожоги, срезанная шкура там, где должны были быть метки, одно ухо полностью отсутствовало, из копыт торчали гвозди, вместо крыльев были красные образования, шея была перемотана проволокой. Какого же было наше удивление, когда он проявил признаки жизни.

— Полковник Отем? – жёлтый говорил специфичным (таким как я когда мне выбили зубы) голосом, уставившись на меня пустыми глазницами.

— Да, — ржавый развернул голову раненного к себе. — Я здесь. Что произошло?

— Полковник… Простите… Меня раскрыли. Я рассказал им… Рассказал всё!

— Что всё?

— Наши коды, позывные, планы. Они всё знают. Вам нужно бежать.

— Понял, — Отем на секунду замер. — Идти можешь? – вопрос звучал как издевательство.

— Оставьте меня. Бегите, — далее Голд закашлял кровью.

— Мы возьмём тебя с собой.

— Нет! Я наживка!

Параллельно диалогу пернатых я пытался разобраться в назначении проволоки на шее Голда и, отдирая липкую от крови гриву, докопался до затылочной части шеи пегаса. Выяснилось, что проволока предназначалась для крепления небольшого металлического цилиндрического объекта. Его назначение было неизвестно но, пытаясь его пошевелить, я наткнулся на маленькую торчащую антенну, а после фразы про наживку окончательно всё понял, и, по-русски прокричав «Назад!», оттолкнул себя и полковника от пегаса с бомбой.

Бомба с детонировала ещё до того как мы упали на облачный пол, но в связи с её небольшой мощностью мы отделались только брызгами крови и мозгового вещества. У меня была пара ласковых на счёт тех, кто минирует пленных, но для слов не было времени – на нас напали. Шесть пегасов (были одеты в аналогичные нашим белые халаты) вылезли буквально их облачных стен, и резкими движениями разделили наши объятья. Далее они также не церемонились и, прижав меня к стене, прописали несколько ударов копытами в брюхо и морду. Хорошо хоть я снял очки. Судя по крикам боли полковника, он разделил мою участь.

Противник действовал в расчёте трое на одного, вот только я, будучи в шкуре земного пони, был сильнее их физически и, пользуясь данным преимуществом, смог освободиться от захвата и прописать пернатым ответку. Одному хватило двух ударов, чтобы потерять сознание. Оставшиеся двое пытались уклоняться и, взлетев под потолок произвести атаку сверху, вот только на тренировках я отрабатывал данный манёвр и, подпустив пернатых, поближе уклонился от их ударов, а после, прижав их к облачному полу, добил их не фатальными ударами. Далее я собирался помочь полковнику (который смог освободиться, но отбивался не очень успешно) но сверху на меня свалилась новая напасть.

Данной проблемой оказался пегас в силовой броне и, судя по всему, прячась под потолком, он только меня и ждал. Я, будучи сбитым на пол, всё же не дал себя зафиксировать и, используя лошадиные силы, поднял (вообще-то даже в силовой броне он был не тяжёлым) а после отбросил пегаса. Далее собирался, вопреки правилу про отношение к лежачему, вдарить по открытой морде (тот копытный в броне был без шлема, но с гарнитурой) вот только пернатый используя крылья так и не упал. Помахивая махалками, он застыл в позе «на дыбы» и, постукивая передними, закованными в броню копытами, провоцировал меня на атаку. Я принял вызов и, также стоя на задних, бросился в бой. Драка была не долгой – противник, парировав мой удар, далее подпрыгнул и, развернувшись кругом, ударил (также закованным в броню) хвостом по опорным конечностям. Естественно я такого не ожидал и, упав на спину, не сразу сообразил: что произошло и что делать? Единственное в чём был уверен совершенно точно, что нужно вставать, а также разглядел, что Отем всё же справился и без меня – трое пегасов лежали без сознания.

— Прайд?! Ты… — полковник так и не закончил свою фразу.

В дверном проёме показались силуэты пернатых копытных и, судя по звукам выстрела, они были вооружены двустволками, которые стреляют каучуковыми шарами – аналогичные были у охраны тюрьмы Арба. Отем не выдержал такого выстрела и, получив в бок такой заряд, упал на пол, хотя ещё оставался в сознании. Я же в это время также был в горизонтальном положении и неуклюже отмахиваясь, отбивался от пегаса в силовой броне. Может, взяв себя в руки, мне бы удалось отбиться, вот только Прайд не собирался давать мне шанс, и через «скорпионий хвост» ввёл мне яд мантикоры. В отличие от других копытных, яд не оказывал на меня парализующего действия, вот только болевое воздействие сохранялось – меня, будто ужалила огромная пчела. Вот только Прайд знал, что яд меня не обезвредит и далее стал действовать наверняка. Конкретнее: он, повалив меня на пол, далее пользуясь моим замешательством от болевого шока, приподнял мою тушу и потащил ту прямо к ещё открытому ящику, тому в котором находился Голд. Мои попытки сопротивления были просто жалки, я не бил, а неуклюже колотил, вот только противник в силовой броне этого даже не чувствовал. За три секунды он дотащил меня до ящика и, приподняв, бросил в измазанный кровью Голда сундук. Далее Прайд подобрал выступающие ноги и с силой стал захлопывать дверцу. Я же будучи в помутнённом сознании отчаянно сопротивлялся и, выставив копытца наружу не давал запечатать себя в сундук. Пегас, видя, что пока я ещё сопротивляюсь, открыв дверь нараспашку, и зависнув прямо надо мной и произвёл сильный удар по морде. Я на секунду потерял сознание, но противнику этого было достаточно, чтобы подобрать выступающие части тела кроме правой передней. Вернувшись в сознание, я отчаянно пытался терпеть, но Прайд начал очень сильно хлопать дверцей. Не помню, сколько раз он хлопнул но, прижав мне, копытце пегас далее просто по нему ударил. В результате я целиком оказался в сундуке, а после отчётливо услышал щелчки замков.

— Призрак иного мира. Убийца героев. Орудие разрушения, — голос Прайда был также как у Каламити — со специфичным деревенским акцентом. — Что-то не похоже.

В тот момент мне захотелось сказать «пару ласковых» но сдержался. Прайд был прав — призрак не позволил бы запечатать себя в деревянный ящик как какого-то ... Даже не знаю, как выразиться. В ту минуту мне вспомнилась сказка про царя Салтановича и царевну лебедя. Та часть со словами: «В бочку посадили, засмолили, покатили, этикетка на боку, надпись: В собственном соку». В моём случае, этикетку заменяет эмблема зонтика – очень иронично.

— Мы ведь не хотим, чтобы наш гость с Земли задохнулся, — Прайд говорил с плохо скрываемой смесью злорадства и ненависти. — Надо проделать побольше дырочек.

Слова не стали расходиться с делом — вскоре по стенкам ящика стали наноситься оставляющие отверстия удары. Я отчаянно жался от одной стены к другой, вот только участи получить уколы не избежал – судя по ощущениям (место укола сильно жгло), Прайд использовал свой скорпионий клинок на хвосте. Повезло хоть глаза остались не задеты, хотя могло быть и по-другому – один раз жало остановилось буквально в сантиметре от глазного яблока.

— (Нецензурно) пернатые! – будучи в столь стеснённом (во всех смыслах этого слова) положении мне оставалось только кричать оскорбления и угрозы. — На шашлыки порежу!

— Раздался голос из помойки, — голос этого пегаса был мне не знаком. Наверняка это был один из тех в белой одежде.

— Выберусь – ощипаю!

Вместо ответа Прайд в очередной раз удалил ящик своим жалом на хвосте. Клинок поцарапал мне щеку, а выделяемый яд тут же заставил мой язык онеметь.

— Достаточно, — я услышал новый голос — со знакомым деревенским говором. — Призрак не сбежит, а Селестии он нужен живым.

— Может лучше исполнить просьбу Дарительницы? – Прайд задал вопрос так будто он был риторическим.

— Она переполнена ненавистью, как и все мы, но нужно мыслить рационально. Если план принцессы сработает, то Эквестрия вернётся на довоенный путь развития, — параллельно разговору пегас вешал (судя по металлическому звуку) на мой ящик навесной замок.

— Понимаю, но он виновен в смерти нашего брата…

— Не он! – Отем похоже был без сознания но теперь подал голос. — Это я убил этого (нецензурно) предателя, и даже сейчас с трудом верю, что вы оказались такими же как он!

Параллельно с болтовнёй я неуклюже шевелился, пытаясь подвинуть глаз к отверстию, из которого доносились звуки. Среди них был и жужжащий звук крылышек «спрайт-бота» — Дарительница с Селестией за всем наблюдают? В итоге мне пришлось несколько изогнуть шею и ужаться подобно черепахе, но теперь я мог хотя бы наблюдать. Ракурс (не говоря уже о поле зрения) был не очень удачен, но я смог различить прижатого к полу связанного полковника (которого удерживали трое пегасов в белых халатах), нижнюю половину Прайда, а также другого пегаса, который (судя по говору) был ещё одним братом Отема с именем Виндшир.

— Ты прав брат – мы такие же, как он! – не знаю как внешне, но акцентом Виндшир (да и Прайд) точно были похожи на Каламити. — Даже странно, что ты тоже с нами в родстве.

— Мы братья по крови, но не по духу, — судя по тому, как копытные прижимали полковника, речь должна даваться ему с трудом. — Вы предали наш Анклав, весь род пегасов! Не знаю, что заставило вас пойти на путь предательства …

— Идиот!!! – незнакомый, но со знакомым акцентом голос прервал толком не начавшуюся речь полковника.

— Отец, — Отем подтвердил мою догадку.

— К сожалению да! Ты хотя бы помнишь, что это значит?! Что значит верность семье?!

— Я был верен лишь «Великому Анклаву Пегасов»! Теперь, когда он уничтожен, идее сопротивления!

— Сопротивления чему?! Гармонии?! Добродетели?! Семье?!

— Я был рождён для борьбы с такого рода гармонией, и мы не семья!

— Не для этого я тебя порождал.

— И что теперь? – полковник начал потихоньку успокаиваться. — Отпилишь мне голову? Бросишь в дробилку? Отпилите мне крылья и сбросите на поверхность? Моя смерть многого не изменит. СНС доберётся до каждого из вас. До каждого предателя!

— Отпилить голову? – «Отем старший» похоже, истинно удивился такому предложению. — Поступить как ты с Каламити? Ты слишком плохо обо мне думаешь.

— Ты предатель! Вы все предатели! – старший ржаво-коричневый проигнорировал данное обвинение:

— Из нашей семьи лишь ты являешься предателем. Ты убил своего брата, который также являлся элементом верности, и сейчас носишь его элемент, – отец Отема намекал на КПК Каламити.

— Давно ли ты стал о нём хорошо отзываться?

— С момента расчистки неба, – старший сделал небольшую паузу. — Хоть я и ненавижу тебя но должен высказать благодарность – благодарность за то что ты издевался над своим младшим братом. Это отдалило его от тебя, от нашей семьи, но главное — от всего Анклава. Лишь, будучи изгнанным на поверхность мой младший сын познал ценность дружбы, верности и другой добродетели. Именно он принёс это знание к нам на небеса, – опять пауза. — А ты отпилил ему голову!

Глядя в отверстие, я разглядел на морде Отема ухмылистую улыбку. Похоже, он, вспоминая встречу со своим младшим, испытывал эмоциональное наслаждение. Морды его отца я не видел но, судя по пыхтению тот был на взводе.

— Несмотря на всё произошедшее ты до сих пор мой сын, и я не стану тебя убивать, – от данных слов ухмылка с морды полковника резко пропала. — Тебя ждет справедливый суд но его исход заранее предрешён. Не знаю, что будет решающим, но обвинений много – пожалуй, ты нарушил все законы НКР.

— Сочту за комплимент, — полковник снова ухмыльнулся.

— Считай, что хочешь, но не мы и не Каламити – ты предатель, как нашей семьи, так и всех пони. Может быть, данное обвинение будет решающим, и тебя вместе с беглецами из Арбы повесят за измену, их точно повесят. Будучи заключёнными в Арбе они могли своим трудом доказать что пошли на путь исправления ….

— Про меня не забыли?! – опухоль с языка стала спадать, так что я решил перебить речь о труде и перевоспитании.

— Мы только о тебе и думали, — отозвался Виндшир, — и ни кого не забыли. Ни Трикси ни ту гулифицированную в капюшоне, ни одного из беглецов из Арбы. Вы все уже угодили в нашу ловушку.

— Ловушку? – полковник задал ненужный вопрос, а после попросил уточнения. — Почему я вас не видел на ЛУМе? Когда вы раскрыли моего агента?

— Голд был раскрыт с момента, когда ты выжег ему метку и отправил на поверхность, — Виндшир неумело скрывал торжество в голосе.

— Ты знал??? – похоже, полковник был искренне удивлён.

— Неужели ты думал что, проворачивая свои дела втайне от руководства Анклава, ты сможешь их скрыть от «своего любимого брата»? — далее Виндшир торжествующе посмеялся, а после продолжил:

— Голд, да и некоторые другие агенты, не были для меня тайной. Десять лет назад засланные пегасы не помогли тебе осуществить выжигание пустоши, так что после поражения Анклава я сделал вид, что забыл о них. Мне казалось, что лучше забыть о прошлых грехах и дать агентам шанс на мирную жизнь – всё изменило твоё возвращение. Я предвидел что, угнав Громовержец, ты попытаешься наладить связь со своими агентами и ожидание полностью оправдалось.

Отем, слушая своего брата, только дым из ноздрей не пускал – настолько сердитым был его вид. Виндшир же открыто злорадствовал и, хотя я не видел его морды, но уверен что, говоря он ухмылисто улыбался.

— Всё это время ты говорил со мной, Голд лишь наладил рабочую частоту. Не удивляйся – я хорошо играл его роль. Долгие переговоры, множество переданной информации – всё это было ради этого момента. Я был готов ждать и, чтобы покончить с тобой и СНС, передача некоторых сведений – небольшая цена. Расписание работы магазина «Абсолютно всё» — я и подумать не мог, что это будет связано с нападением на Глифмарк, но чего не сделаешь, чтобы войти в доверие.

— Ты не ответил, — полковник, говоря, скрипел зубами от злости и бессилия. — Почему я не видел вас на ЛУМе?

— За это поблагодари своего друга, — Виндшир постучал по моему ящику. — Использование крови призрака в боеприпасах — это так примитивно, но сама идея использования аномального биоматериала игнорирующего магию – довольна интересна. В башне Тенпони одержимый Грей оставил много крови, которую выжившие из «Общества Сумерек» заботливо собрали и изучили. Множество исследований, десятки опытов, и теперь у нас есть амулеты, — у меня случился флешбек в котором Беатрикс напитала кристалл зебр (от маскировочной накидки) своей кровью, — которые скрывают живых существ от ЛУМа, но не блокируют их магические силы.

— Умно, — полковник высказал комплимент, — Вот только тебе недостаёт масштаба. Одной ловушки на погодной фабрике маловато чтобы уничтожить сопротивление.

Не думаю, что полковник считал, что Виндшир ограничился только устроенной нам засадой. Отем провоцировал своего умного, но склонного к бахвальству братца на раскрытие планов нашего уничтожения, вот только братец раскрыл импровизированный план полковника:

— Хочешь, чтобы я всё рассказал? Раскрыл тебе весь план? – эти вопросы звучали риторически и Виндшир не сдал дожидаться ответов. — Как тебе будет угодно. Я рассажу, как мы вскоре уничтожим ваше жалкое сопротивление.

Тут все затихли – даже я в своём душном ящике едва дышал. Виндшир же выждав паузу, продолжил:

— План, как и всё гениальное, прост. Извлечь из Голда информацию можно было и без заклинания Лайфблума, — намекает на допрос с пристрастием, — Самым сложным было убедить тебя лично прибыть на фабрику, привести с собой одержимого, и при этом не брать с собой оружия. Как видишь – план сработал. Ваше обезвреживание прошло без сюрпризов, и другие засланные группы также уже обезврежены. А теперь самое интересное, — пегас побарабанил по моему ящику, — Уничтожение остального СНС.

Что происходило далее, я не видел (обзор из ящика не позволял) но полковник резко задёргался.

— Заткните ему пасть, — приказ Виндшира пернатые исполнили, заткнув полковнику рот матерчатым кляпом. Я не был настроен на разговоры и, вслушиваясь, чётко различал треск помех ручной рации.

— «Тау Один» это «Дельта Два». Как слышите? Приём, — голос Виндшира без деревенского говора был довольно похожим на речь полковника Отема, а через треск помех разница вообще будет незаметна.

— «Тау Один» на связи, — через помехи непонятно но вроде данный позывной принадлежит Трюкачке.

— Смертельный Дождь – фаза два. Код: Четыре, Один, Bravo Zulu.

— Roger. Приступаем ко второй фазе. – на данной фразе Беатрикс, рация затихла а Виндшир продолжил:

— Это начало конца – вашего конца. «Ты» только-то отдал СНС приказ наступать, и между нами – более тупую кодировку и придумать нельзя.

— Они вас всех раз…ут! — ярость Отема забавляла пегасов.

— Как раз наоборот, — Виндшир усмехнулся. — Весь «Новый Клаудсдейл» одна большая ловушка и, как только СНС проникнет в город, она захлопнется. Город скрытно окружает целый полк наёмников компании Коготь, и это не говоря о Вондерболтах которые уже здесь.

— У нас большой опыт борьбы с наёмниками, — будучи мордой в пол, Отем сам пытался угрожать, — А пара десятков безоружных пегасов для СНС не угроза.

— Ха, ха. Ты не заслуживаешь носить звание полковника, если думаешь, что я ограничился парой десятков и не оставил тайников с оружием? Изображая Голда, я передал тебе сведения, что Вондерболты сегодня проводят экзамен для набора в свои ряды, и я не соврал, только пропустил один нюанс — их экзаменом будет уничтожение СНС. Набор в Вондерболты вызвал большой ажиотаж, так что сейчас в городе сотни кандидатов, но не думай что если они новички то плохие бойцы. Каждый из этих пегасов – ветеран, участвовавший в борьбе против Анклава. У них у всех есть опыт и мотивация.

— (поток нецензурной лексики, которую полковник высказал в адрес своей родни)!!!

— Твоя ярость меня забавляет…. – договорить Виндширу помешал «Отем старший»:

— Кончайте болтовню! – далее отец обратился к нелюбимому сыну:

— Вскоре ты отправишься в «Новый Кантерлот» но для начала, я позволю тебе узреть, как мы уничтожим ваше жалкое сопротивление.

Далее «отец» встал перед моим ящиком (через отверстие я не видел его морды, но разглядел, что он был одет в какое-то светло-коричневое пальто) и обратился уже к моей персоне:

— Тебя же – серый у…бок, — вообще-то сейчас я был выкрашен в белый цвет, — ждёт долгий полёт до Нейваро и встреча с нашей богиней; если Дарительница не решит содрать с тебя шкуру, хе-хе. Буду рад, если Литлпип добьётся своего.

— Богиней? – красноречием я также не отличался, да и моя речь из ящика звучала скорее смешно, но всё же решил высказаться. — Спрашивали вы эту «богиню»: считает ли она себя таковой?

— Решил устроить религиозный спор?

— Мне известно про «Истинную Богиню». Про ту кого Селестия сама называла данным титулом, – на этом моменте в помещении все затихли, а я неизвестным чувством ощущал как взгляды всех присутствующих были направлены на мой ящик. — И самое интересное – Чернильница тоже была призраком.

— Не смей её упоминать!!! – прозвучало на русском. Голос, звучащий из робота был измененным, но это точно была Селестия, и дальнейшую речь она продолжила на более привычном для местных языке:

— Она была не такой как ты и другие одержимые! В прошлом я считала её сумасшедшей, но сейчас поняла её мудрость! – секундная пауза. — Когда ты поможешь мне выбраться из недр компьютера, я верну себе корону, и в дальнейшем правлении не повторю прошлых ошибок. Я докажу, что достойна считать истинную богиню своей матерью.

— Нет!!! – послышался другой изменённый голос, судя по всему, принадлежащий Мелкопипке. — Этот серый (нецензурно) должен просто сдохнуть!

— Моя маленькая пони, — Селестия обращалась к Дарительнице, — Не позволяй гневу затмить разум. Он всё равно умрёт, но позже. Неужели подчинившись ненависти, ты воспрепятствуешь моему возвращению и новому будущему Эквестрии?

— Это праведный гнев! Мы все должны умереть, но он больше всех! Убейте его!

— Прошу, успокойся. Твои друзья будут отомщены, нужно лишь подождать.

— Ранее он смог сбежать из башни Тенпони, прямо со стула в допросной!

— Ему помогли.

— Всё равно! Я не смогла его убить, используя силы природы! Ящик его не удержит! – вообще-то деревянный ящик был довольно прочным. — Не давайте ему шанса! Убейте его здесь или это сделаю я в центре управления!

— Принцесса, — Виндшир обратился к роботу, — Отключите Дарительницу и попытайтесь её успокоить. Мы исполним вашу волю – скоро призрак окажется у вас.

Сколько я не размышлял о возвращении на Землю, ничего лучше не придумал чем — добраться до Селестии, а дальше надеяться, что смогу её убедить рассказать мне про перемещения сознаний. Ну почему я не додумался, проводя операцию «Нечистоты», разговаривая с Селестией, начать угрожать уничтожением Садов? Она бы могла рассказать что-то полезное. Интеллект не моя сильная сторона. Теперь план разговора с разумным компьютером стал развиваться неожиданно стремительно. Штурмовать Нейваро не нужно — меня и так собираются туда доставить. Доставить «заботливо упакованным», причём мне всё равно придётся вначале встретиться с Дарительницей, а она никогда не простит смерть Хомейдж, не говоря уже обо всех остальных.

Смогу ли я с ней справиться? Справиться без оружия и амуниции? Вообще-то у меня есть противогаз и сумки с инструментами, но это не серьезно. Мне даже вспомнилась встреча с Реджи. Тогда у неё были множество ножей и собственные когти, у меня же был противогаз, а также сапёрная лопата и замашки психопата. Противогаз всё же спас, «лопата — друг солдата» не помогла, а Реджи померла, будучи намотанной на стволы своего же пулемёта «Малышка Гильда».

Смогу ли я, в нынешнем положении, выстоять против психованной мелкой единорожки с сильным телекинезом (пусть даже меня им не захватить), крупнокалиберным револьвером и владеющей заклинанием кровяного меча? Ответ: нет. Она просто расстреляет ящик, а если я как-то смогу выбраться, то изрубит кровяным мечом. Что я смогу противопоставить? Закидаю её гаечными ключами? Надену на неё противогаз, а после заткну клапан? Даже рассуждать про это серьезно не могу. Сейчас моё прибытие в Нейваро – верная смерть. Нужно выбираться из этого, закрытого на задвижки и навесной замок, ящика. Вопрос только – как?

Как я могу, будучи внутри ящика, вскрыть находящийся с наружи навесной замок – даже Гудини такое не под силу. Трикси в своих выступлениях, будучи в похожей ситуации, пользовалась потайным люком (телепортацией не пользовалась из-за недостаточного совершенства владения данным навыком, а также характерного звука) только в моём случае – всё настоящее — никакого реквизита. В художественных произведениях некоторые персонажи, также будучи «в стеснённых условиях», находили в себе новые силы, а далее: рвали цепи, все оковы, и даже, будучи похороненными заживо, выбирались из закрытого гроба. Вот только этот мир, хотя изначально и был основан на художественном произведении, только после ухода его создателей превратился в мрачную реальность, да и мне вряд ли удастся повторить подвиг персонажа Тарантиновского кино. Нужно мыслить более рационально.

Пока я сравнивал себя с Диогеном копытные снаружи отнюдь не прекращали разглагольствовать и действовать, только я был отрешён от внешнего мира. Однако одна фраза заставила меня вновь навострить уши.

— Докладывают — Громовержец уже здесь, — в голосе Виндшира слышалось торжество. — Он застыл над Клаудзеем. Слышишь братец – ловушка сейчас захлопнется.

— Идите (нецензурно)! – не обделённый красноречием, полковник, в этот раз себе изменил.

— Век бы слушал, — Прайд прокомментировал оскорбление.

Дальнейшую перепалку пропустил мимо ушей – я был очень занят, выполняя только что придуманный план. Дело в том что, глядя в отверстие, я разглядел как в помещение, специально для меня, прикатили рохлю. Сейчас копытные были заняты перепалкой, но как только они наговориться меня погрузят и план станет неактуален. Значит – нужно поторопиться.

План состоял в том, что я так и не придумал, как мне выбраться из ящика, но догадался, как вместе с ящиком смогу покинуть помещение. Идея была основана на том что, используя привычную ауру (ту, которая глушит шум шагов) я начал проваливаться сквозь облако, а ведь это была специальная тучка – твёрдая, созданная чтобы на ней держались различные конструкции. Если мне удастся распространить данную ауру под ящиком, то он, вместе со мной, провалиться на нижние этажи. Пытаясь это осуществить, я отчаянно изогнулся, пытаясь поставить вниз все четыре опорные конечности. В итоге попытка увенчалась успехом, пусть даже мне пришлось до предела скукожиться и вывихнуть «левую руку». Теперь самое главное – использование аномальной магии.

Применил не сразу – вначале обвёл копытцами ящик вдоль стенок (из-за вывиха было болезненно) проверяя саму возможность, а далее повторил уже с использованием ауры. В некоторых фильмах есть эпизоды, когда персонажи постреливают в полу круг вокруг себя и проваливаются под собственным весом в получившуюся дыру. Вот со мной случилось нечто подобное.

Ящик слегка углубился, копытные в один голос произнесли «Какого?!», и после секундной задержки я ощутил минутный (вообще-то полёт продолжался секунд пять, но тогда время тянулось медленнее) свободный полёт. Падение с высоты потолка промышленного здания, на жёсткие облака, было сравнимо с ударом о бетон но, увы и ах – укреплённый металлом деревянный ящик не разрушился. Я же сполна ощутил все последствия резкой остановки – стукнулся «Череповцом», да и другие части тела сильно болели.

Теснота не позволяла помотать головой, но всё же я быстро пришёл в себя и начал отчаянно расшевеливаться. Не знаю, из какого дерева сделан этот ящик, но он не мог не пойти трещинами после такого падения. Несколько толчков телом, далее толчки ногами и ожидание подтвердилось – я смог пробить дыру и извлечь левую заднюю наружу. Это обеспечило большую свободу маневра, так что отверстия под оставшиеся «ходули» пробились довольно легко. Ещё секунда и я, разобравшись, где верх и низ поставил себя в естественное положение и наконец-то встал прямо.

Со стороны это наверняка выглядело смешно – пони в ящике с отверстиями, встал подобно черепахе. Поправка – как черепаха без головы. Пробивая отверстия я не учёл тот факт, что перед моей мордой нет дырки для глаз. Что делать? Подобно черепахе «спрятаться» в коробке и пробить новую дыру?

— Он здесь!!! – крик пегаски заставил меня отказаться от идеи улучшения обзора.

От решения зрительной проблемы пришлось отказаться – я рванул в сторону противоположной крику, а вскоре ощутил, как на мой ящик кто-то встал. От идеи брыкаться, как дикий мустанг, решил отказаться и продолжить бежать, вот только убегая в слепую, я постоянно на что-то натыкался. Может в стены, может в промышленное оборудование, во всех случаях результат был один – я разворачивался в противоположную сторону и продолжал бежать, а далее всё заново.

При всей паршивости ситуации я не мог не заметить, что со стороны происходящее наверняка выглядит смешно. Ящик на ножках вслепую бегает по заводу, стукаясь о стенки как пинбольный шарик, и при этом на нём какая-то (судя по крикам это была самка) копытная. Однако противник комичности не оценил, так что вскоре копытная находившаяся на ящике его покинула, а я услышал несколько выстрелов из лазерной винтовки. Попадания пришлись в переднюю часть ящика и задели меня в плечо, хорошо хоть не в морду. Ожог был болезненен но терпим – стенка ящика поглотила часть энергии лазера, а у меня появились смотровые отверстия.

— Прекратить огонь – это Грей!!! – судя по голосу, кричал Прайд. — Принцессе он нужен живым! Сбейте его!

Конечно, было приятно чувствовать себя кому-то нужным, но сдаваться НКР не собирался и, наклонив голову, продолжил забег. Теперь у меня был хоть какой-то обзор пусть он и заключался в нескольких жженых отверстиях, но теперь я различал препятствия и больше не бился, обо что попало. Теперь меня пытались сбить. Удары по бокам ящика были сильными, но я всё же твёрдо стоял на ногах и, понимая, что остановка равносильна поражению, продолжал бежать. Проблема в том, что бежать было некуда – повсюду белые стены, различные погодные механизмы, так что в итоге я просто развернулся назад. Обратная пробежка привела меня в «лабораторию зимы», где вражеские пегасы держали наших пленных, в том числе и Лиру. То, что я смог её разглядеть через маленькое отверстие, для меня было не так удивительно как сам факт, что её смогли скрутить – та гулифицированная единорожка казалась мне очень сильным бойцом. Я даже замешкался от осознания данного факта и противник не упустил этой оплошности. Мгновение, резкий толчок и мой ящик оказывается перевёрнут. Далее я ощущаю, как через одно из отверстий просунули оружейный ствол, а после укол. Укол мгновенно отозвался знакомой болью. Болью что вызывает яд мантикоры.

— Не тратьте иглы, — теперь голос Прайда звучал спокойней. — На него яд не действует.

Вообще-то действовал только по-другому – не парализовал, но вызывал боль. Однако замечание Прайда было справедливо, да и дальнейшие его команды были с учётом прошлого опыта:

— Найдите трубы, прутки или что-то что влезет в отверстия. Нужно поднять его над полом. Одержимый распространяет разрушающую магию аномалию, даже через стенки ящика.

Слова не стали расходиться с делом и вскоре меня стали очень сильно бить по выступающим конечностям заставив их втянуть. Далее в отверстия стали тыкаться круглые трубы, а сам ящик погрузили на высоко поднятую рохлю. Я же в это время мог лишь кричать оскорбления, но подчиняться указаниям. Также мог, крутя головой, смотреть в те малые отверстия, оставшиеся от попаданий лазерной винтовки, и увиденное навело на мысль что не всё потеряно.

— Так оставлять нельзя, — Прайд обращался к подчиненным, которые уже не так внимательно следили за бойцами СНС. — У посадочной площадки я видел баллоны и горелки, – слушая Прайда я левым глазом смотрел как Лира, со шпилькой в пасти, освобождается от кандалов. — Принесите туда листы. Заварим призрака.

Вот «хорошая перспектива» — прибыв в данный мир, я начал свои похождения, будучи в смирительной рубашке, а закончу, находясь в заваренном ящике. Закончу если чего-нибудь не придумаю или меня не спасут. Сможет ли Лира меня спасти? Точнее – сможет ли она в одиночку положить десятки пегасов? На её месте я бы не стал так рисковать и, освободившись, привёл бы помощь, вот только «помощь» сама нуждалась в помощи. У облачных стен никудышная звукоизоляция, так что я расслышал, как с наружи фабрики ведётся перестрелка – ловушка НКР сработала.

— И плотно не заваривайте, — теперь и Виндшир присоединился, — Он может задохнуться.

— Разве призрак нуждается в воздухе?

Виндшир так и не ответил на вопрос своего брата – его внимание, как и всех присутствующих, вдруг переключилось на освободившуюся единорожку.

— Мятная освободилась!!!

Сама Мятная была немногословна. Сбросив блокиратор со своего отростка, Лира, встав на две ноги выставила свои передние копытца и выпустила в морды пегасов белый газ. Всё время забываю, что Лира носит необычнее подковы. То, что происходило дальше, не разобрал но, судя по нецензурной речи, и звукам ударов единорожка с боем пробивалась к выходу.

— Она пропала! – сказал незнакомый голос.

— Здесь все выходы перекрыты! – ответил Виндшир. — Пользуется «стелс-баком»! – пауза, в течение которой пегас (даже я, будучи в ящике слышал) глубоко дышал. — Потом ей займёмся. Сейчас есть задача поважнее — доставить Грея Стоуна. Перед погрузкой — заварить.

Далее меня покатили, но я начал сопротивляться – толкать стенки, сбрасывая ящик с рохли. Пегасам данные действия не понравились, так что они решили их пресечь, просунув в одно из отверстий какой-то шокер. Разряд был не сильный, (не как у оружия самообороны, а скорее как у погонялки для скота) но всё равно болезненно. Тем не менее, я не прекращал. Нужно тянуть время для ….. сам не знаю для чего. В итоге данная тягомотина всё же дала свои плоды.

Толкая стенки, получая разряды и смотря в отверстия я, заметил под потолком силуэт собранного мной коптера. Отем эту «игрушку» не оценил, а вот Сулик посчитал данный беспилотник очень полезным. Не знаю где полосатый сейчас, но точно знаю, что он делает – управляя коптером через мобильный терминал, смотрит, как НКР катит ящик с моей тушей внутри. Догадается ли он, что я, как раз, и нахожусь в этом ящике? Как он может догадаться? Сосчитает сколько на ЛУМе красных меток, если они вообще будут (Виндшир упоминал особые амулеты) а, после видя шевелящийся ящик, сопоставит факты? Если и догадается то, как он поможет, будучи далеко и управляя дроном? В итоге произошло самое лучшее и невероятное – Сулик, своей гнилой башкой, догадался, что да как, а также придумал, как меня освободить.

Коптер был оснащён довольно мощным лазером, а вот его прицельный комплекс нуждался в доработке, так что первый выстрел прошел мимо (мне в переднюю ногу но, как и в прошлый раз, лазер потерял часть своей мощи) но пегасы моментально разбежались, опасаясь за свои жизни. Второй лазер попал прямо в навесной замок – на этот факт указывало отсутствие пробития крышки ящика, а также металлический звук упавшего предмета.

— Робот! Сверху! – так пегасы описали коптер. — Сбейте его!

Теперь всё зависело от меня – пока пегасы отвлечены нужно освобождаться. Вспоминая, где у ящика находятся другие замки, я применил ауру на двух угловых точках. Щелчок был только один, но у меня не было времени возиться со вторым замком, так что я начал просто толкать дверь. Естественно дверца не открылась но, видя появившуюся в крае щель я, присоленный оптимизма, собрал все силы и, как в Тарантиновском кино, вдарил по дверце. Второй замок не выдержал такого напора и со звоном отлетел.

Из ящика я вывалился подобно его прежнему обитателю Голду, вот только будучи не покалеченным, быстро встал на ноги и рванул за ближайшее укрытие.

— Он выбрался! – прокричал Виндшир. — Стреляйте!

Добежать до укрытия не успел, как получил в левый бок заряд каучукового шара. Благо, что на моих боках висели сумки с инструментами смягчившие удар. Однако не успел я это осознать, как увидел, что укрытие было занято. Прямо облачным станком прятался вражеский пегас, который, видя, выставил прямо на меня двустволку очень большого калибра. Конечно, это ружьё было не летальным оружием, но мне отнюдь не хотелось получить в рожу выстрел каучуковым шаром.

Выстрел и тут время снова будто замедлилось, а я, пользуясь этой возможностью, отклоняюсь в лево. Шар всё же меня задевает, но по касательной лишь содрав побелку (видел, как шар изменился в цвете, а также летящие крупицы краски) – теперь у меня на щеке серая полоса. Далее вытаскиваю из пасти пегаса устройство, которым он активирует «боевое седло», заламываю ему переднюю ногу, бью по морде и пегас оглушён. Далее вынимаю двустволку и провожу выстрел по парящему Виндширу. Тот увернулся и скрылся за опорной облачной колонной. Другие пегасы не стали отсиживаться и открыли по моему укрытию огонь. Конечно, стрельба велась из не летального оружия, но среди пегасов я видел и тех, у кого были лазерные винтовки — те не атаковали. Хотя то, что у кандидатов в Вондерботы был приказ брать меня живым, накладывало на них ограничения, но для меня перспектива быть под обстрелом из «теннисных мячиков» была отнюдь не радостной. Пернатые, стреляя как с пола, так и с высоты легко взломали моё укрытие, так что пришлось его покинуть. Перебежки и переворачивания столов, чтобы за ними укрыться не сильно помогли – попадания всё равно не прекратились, а они были болезненны. Между мной и, брезговавшими ближним боем (может боялись меня хотя, для тех, кто может летать, бой на расстоянии был естественен), противниками произошло специфичное соревнование. Что произойдёт быстрее – пегасы застреляют меня до потери сознания или у них кончаться боеприпасы? Ответ – ни то и ни то, но второй вариант оказался ближе.

— Прекратить огонь! – прокричал Прайд. — С его регенерацией такое оружие неэффективно.

— Он прав, — Виндшир поддержал брата. — Призрак не ваша забота. Мы займёмся им лично. Группа СНС прорывается к фабрике – обеспечьте охрану периметра. Выполнять!

То как пернатые покидали помещение я не видел (всё ещё прятался за укрытием и думал, что сказанное может быть уловкой) но услышав неразборчивые роптания, слегка высунулся и разглядел несколько цветных силуэтов вылетающих через отверстия в стенах и потолке.

— Мне не нужна помощь, – послышалось от Прайда.

— Он слишком опасен, — Виндшир высказал опасение.

— Справлюсь сам! – уверенно сказал Прайд. — В случае чего – помоги.

— Везде и всегда брат, — по-родственному произнёс Виндшир, пока его брат угрожающе медленно спускался на облачный пол, а после добавил:

— Отмудохай его как следует.

## Воздушная стихия - Смертельный дождь (часть вторая)

Глядя на своего противника (горчичного цвета пегаса в силовой броне) у меня возникло чувство дежавю. Ранее я уже был в похожей ситуации, только моим противником был, специально обученный для борьбы с одержимыми, ночной пегас гулифицированный в кантерлотского гуля. Теперь мне придётся сразиться с "пегасом-обыкновенным", вот только в данном случае, Прайд (https://vignette.wikia.nocookie.net/falloutequestria/images/7/75/Pride_by_geekladd-d69qfl0.png/revision/latest?cb=20140202165703&path-prefix=ru) для меня не менее опасен, чем покойный Лаенхарт.

В прошлом, ведя бой против "Ночного Гвардейца", у меня, как ни странно, было множество преимуществ: мы оба были вооружены лишь холодным оружием, пещера Спайка была вся в холодной дымке, а я лечусь от холода, к тому же, моя броня была даже эффективней защиты противника. Последнее было наиболее важно — пусть даже Лаенхарт и нашёл в ней слабые места, но бронежилет из драконьей кожи сочетал превосходную защиту с лёгкостью и гибкостью. В другом мире даже есть поговорка: "Жилет — лучше для мужчины нет" — в мире разумных копытных эта фраза также актуальна. На этом фоне то, что моя регенерация уступала аналогичной способности кантерлотского гуля, оказалось не критично, и это не говоря о способности ночного пегаса к полёту. В итоге — "Рыцарь Ада" отправился в Ад.

Теперь всё по-другому — вместо бронника на мне белый халат и сумки с инструментами, а оружия нет вообще; К тому же, несмотря на высоту, в облачном помещении погодной фабрики было совсем не холодно. Парадокс в том, что мы как раз находимся в "Лаборатории Зимы" вот только вряд ли я сейчас найду здесь работающую морозильную камеру, а значит — быстро восстановиться не получится. Копытные не настолько тупы чтобы устраивать засаду на того кто лечиться от холода в помещении с морозильниками, и уж точно Прайд не вышел бы против меня не зная своих преимуществ и моих слабостей. Будучи закованным в силовую броню, для безоружного противника он был практически неуязвим. Хотя, пегас был без шлема (обзор он поставил выше защищённости) но данная уязвимость была весьма условной. Ранее Прайд ловко одолел меня в рукопашной и, накачав ядом мантикоры, сыграл мной в ящик. Сейчас, когда замки этого ящика повреждены, он наверняка решил обездвижить меня другим способом — что-то подсказывало, что это будут многочисленные переломы.

Тем не менее, я не собирался просто так позволить себя отмудохать. После встречи со Спайком, мне не страшен сам черт, и у уж тем более какой-то пернатый копытный в броне, но без шлема. Последний нюанс заставил меня вспомнить "суповаринов" которые по мифологии мира Warhammer также шли в бой с открытой головой, вот только данный пафос работает только в данном мире технофентези. В реальном бою никакие возгласы "За Императора!" не уберегут от девяти граммов свинца или случайного осколка, вот только в моём случае нечем было метать свинец и тем более распространять взрывную волну и осколки.

Прайд всё это понимал и помнил, как он без серьёзных усилий совсем недавно, смог меня "упаковать", и в данный момент, стоя вертикально (помогая крыльями) стучал передними копытами провоцируя меня на атаку. Он собирался повторить свой прошлый успешный опыт, а вот я не знал что делать — нападать или позволить Прайду напасть первым? Как ни странно, на моё решение повлияли зрители. Закованные в кандалы пегасы из СНС, что находились с нами в одном помещении, не упустили возможности обозначить свою сторону конфликта. С их стороны стали слышаться различные возгласы: "За майора! За СНС!", "Грей, вломи ему!", "Отправь Прайда на Райские Луга!" и прочие в таком духе. Разве я мог проигнорировать такую поддержку? — риторический вопрос. Прайд же решил подпортить данную поддерживающую атмосферу:

— Будешь весь в гипсе и есть через трубочку! Сейчас я из тебя буду инвалида делать!

— Да, мне бы льготы не помешали, — ответил в шуточной манере.

Почувствовав в себе "геройский дух" я, выпрыгнул из-за своего укрытия. Прайда атаковал также в прыжке выставив правую заднюю. Мне казалось, что такого удара (в стиле Гонконгских боевиков) противник не ожидает, а если и нет, то не сможет парировать и я, хотя бы смогу сбить его на облачный пол. Прайд действительно не стал его парировать, он просто зажал мою ногу, и, невысоко взлетев, далее с силой отбросил мою конечность. Я, что ожидаемо, потерял равновесие и, упав на спину, рассмотрел, как пегас в силовой броне поднялся ещё чуть выше. Далее Прайд резко сложил крылья и, выставив своё закованное в броню копытце, камнем стал падать прямо на меня. Время в ту секунду не замедлялось, но моя реакция оказалась молниеносной — перекат влево и Прайд падает на облачный пол, где ранее была моя туша.

Далее короткая лежачая сцепка, в течение которой я отчаянно пытался прислонить своё копытце к голове пегаса чтобы, применив ауру превратить мозг Прайда в кашу. Тот отчаянно уклонялся, попутно отбиваясь всеми четырьмя и своим скорпионьим клинком на хвосте. Последнее было особенно неприятно, и дело не в яде мантикоры, к действию которого я уже привык — сами уколы были болезненны. Мы так пролежали секунд пять, но за это время Прайд так исколол мне зад, что ощущение было будто я сел на дикобраза. В итоге данная лежачая перепалка закончилась тем, что я, в нетипичной для себя манере, провёл по пегасу лягающий удар при этом, не вставая с пола. Это было даже не столько лягание, сколько толкание (удар пришёлся по броне и не нанёс пегасу вреда) — я, будучи более лёгким (пегас был в тяжёлой броне) просто оттолкнулся и проскользил по полу. Пользуясь секундной передышкой, я резко встал на ноги и уже собирался развернуться, но похоже Прайду, с его дополнительной парой конечностей (крыльев) на то чтобы встать, нужно даже меньше секунды.

У копытных, с их большими глазами, периферийное зрение гораздо шире, чем у людей и я, будучи в шкуре местного обитателя, не раз в этом убедился. Также убедился и в том, что затылочная зона так и осталась слепой, но это легко исправлялось небольшим поворотом головы. Вот и в этот раз, слегка повернув голову, я увидел, что находящийся позади меня пегас уже на ногах, точнее — на крыльях. Паря в сантиметре над полом Прайд резко подлетел прямо ко мне. Тут бы мне применить классическое у местных лягание, вот только я был не местный и привык драться по-другому — стоя прямо и не поворачиваясь к врагу спиной (хотя сейчас враг как раз был позади). У местных принято совсем наоборот — стоять на всех четырёх и задом к противнику — лягающий удар считался наиболее опасным, а в случае чего будучи кормой к врагу, легче убежать. К сожалению, я не мог думать как местные, даже будучи в шкуре земного пони, и похоже на этом и состоял расчёт Прайда, который полностью оправдался.

Мгновение и моя исколотая задняя часть оказывается в крепких объятиях. Далее наблюдаю, резкий набор высоты, а после короткий полёт к какому-то лабораторному столу с колбами. Ещё секунда и Прайд с силой меня роняет прямо на этот стол. От такого удара оказались разбиты не только колбы и пробирки — белая столешница (судя по всему мраморная) также не выдержала удара моей тушей и разломилась на множество осколков. Будучи весь в стекле и мраморной крошке я всё же не растерялся и решил ответить Прайду.

Пока он не нанёс очередного удара и не улетел, я зажал в ауре прозрачные осколки, а после резко переворачиваюсь на спину, одновременно швыряя в глаза пегаса стеклянные крошки. Далее, надеясь что противник, обескуражен резко встав, бросаюсь в «рукопашную» но расчёт не оправдался – противник не ослеп и дал мне жёсткий отпор.

— Ах ты пиздёныш блять! – произнёс пегас с азартом отбивая мне рёбра, после того как парировал мою атаку.

Отбивание моей туши было не долгим — пегас решил, что будет лучше снова «обняться» и, подняв меня в воздух и, сделать мёртвую петлю с последующим сбросом на облачный пол. Увы, даже кошки не всегда падают на лапы, чего уж говорить о земных пони – жёсткая посадка на спину была болезненна, а от сотрясения одна из моих сумок раскрылась, рассыпав по полу гаечные ключи. После произошедшего моя поддержка затихла, и Виндшир решил поддержать своего брата:

— Отлично братан! – радость в голосе пегаса звучала так искренне. — Только не убей – он нужен живым!

Прайд на данную поддержку вообще не реагировал и, взяв меня копытами за горло (звучит странно, но он действительно это сделал), далее невысоко взлетел и злобно крича (его исцарапанная стеклом горчичного цвета морда тоже выглядела злобно) полетел прямо вместе со мной. В процессе полёта я, мерзко хрипя, пытался освободить свою гортань, и может у меня бы это получилось, вот только полёт был не долог. Две секунды и я спиной ощущаю железное препятствие, им оказался угол верха шкафа. Препятствие меня не остановило, да и Прайд придал толчок, после которого отпустил мою шею. Как произошёл обратный кувырок, я не помнил. Помнил, что после него оказался лежащим на пузе с вывернутой правой передней.

— Так его, здоровяк! – прокричал Виндшир. Вообще-то не думаю, что его брат был крупнее и сильнее меня, но силовая броня не просто так называется силовой и, будучи в неё экипирован, пегас Прайд был сильнее и крупнее любого земного пони.

Всё ещё лёжа на полу, я заметил, что шкаф, через который меня перебросили, был на ножках и просвет был вполне достаточным, чтобы через него протиснулся. Сделав данное открытие я, не тратя время чтобы вправить вывих, шевеля всеми тремя, быстро заполз под шкаф.

— Он под шкафом! – прокричал Виндшир. — Прячется как радтаракан!

Из высказывания брата Прайда можно сделать вывод, что сам Прайд, перелетев через шкаф, был удивлён не обнаружив там моей туши. Теперь, когда эта тайна раскрыта, он наверняка перевернёт железный ящик на ножках и избиение продолжится. Сделав данный вывод, я не стал задерживаться и (думая про себя: "таракан попался зубастый") с той же ранее набранной скоростью, пополз в направлении лежащих гаечных ключей – нужно было хоть какое-то оружие.

Версия, что Прайд перевернёт шкаф, подтвердилась, но шкаф был не очень высоким, а я даже на трёх ногах полз достаточно быстро, чтобы избежать участи быть придавленным железным ящиком. Однако вооружиться гаечным ключом было не суждено – Прайд паря над полом, заметил куда я ползу.

— Серый уёбок! – произнёс пегас.

— Отъебись, ошибка природы, — я уже понял, что мой план раскрыли, так что решил сопротивляться хотя бы словесно. Судя по тому, каким голосом я это произнёс – это звучало просто жалко. Также на образ работало что, ползая по полу, я оставлял за собой кровавый след. Данная полоса быстро исчезала (аномальная кровь не задерживалась в облаках) но всё равно было заметно.

Тем не менее, я всё же потянулся к ключу на 32 и даже почти дотянулся, вот только прежде чем я успел зажать его аурой, пегас это пресек, наступив мне прямо на сочленение, на ту часть, где у людей внизу запястье (или просто пястье — не знаю, как это называется у копытных). Наступил довольно сильно – по ощущениям давление было на грани того чтобы раздробить кость. Прайда это веселило, однако его смех не был слышен из-за моего крика. Однако я уже привыкший к «острым ощущениям» был в сознании и здравом уме, так что, понимая, что моя левая-передняя сейчас зафиксирована, решил действовать другой передней опорной конечностью — той, которая была вывихнута.

Собрав все силы, я применил ауру на правом копытце, я утопил то в облачном полу, а далее изменил ауру на ту, используя которую я мог ходить и не по специальным облакам – на это ушла секунда. Следующую секунду я проделал тоже самое но уже на той конечности которую сейчас пытались раздробить. Эффект не заставил себя ждать – конечность тут же утопилась в облако, в то время как пегас так и остался стоять на белом полу. Далее я резко встаю «на корточки» и, зажатым в вывихнутой ноге куском облачного пола, бью Прайда прямо по чайнику. Удар был не сильный, и нанесён плашмя (конечность вывихнута, так что точность была невысока), к тому же облако само по себе не было тяжёлым, но всё же добился чего хотел. Получив твёрдым облаком по голове, Прайд на секунду потерял концентрацию, но мне и этого было достаточно, чтобы встать прямо одновременно вправив вывих. Далее пегас пришёл в себя и расправил крылья, чтобы взлететь, но я не дал ему шанса и бросился на пернатого с «обнимашками». Повалив того на спину далее наношу удар лбом ему по носу, но Прайд не растерялся и используя крылья резко перевернулся – теперь уже он сверху, однако его радость была не долгой.

Будучи снизу я понимал, что далее Прайд просто встанет на дыбы, а после в резком падении раскроит мне череп. Конечно, в таком случае приказ Селестии не был бы выполнен, однако Прайд был больше рад выполнить приказ Мелкопипки. Чтобы избежать этого я, ранее вывихнутой конечностью, хватаю переднюю левую пегаса и, использую её как опору, приподнимаю свою тушку. Прайд судя по выражению морды, удивился такому действию но от идеи раскроить мне череп не отказался. Он уже успел приподнять закованное в броню свободное копытце, но я его опередил, выставив своё в окружении прозрачной ауры. Естественно пегас это заметил и отвёл мою атаку, однако я не прекратил наступать.

Пользуясь тем, что противник обескуражен, и к тому же стоит на трёх ногах (одна из них в моей фиксации), я совершил очередной переворот, чтобы оказаться сверху. Далее наношу хук справа, но пегас ставит блок, одновременно уводя свою горчичную морду от моей ауры, но это ему не помогло. Не убирая правое копытце я далее нанёс удар левой передней опорной конечностью, который Прайд также успешно остановил блоком, вот только голову он не увел, опасаясь ауры у своей морды. Прозрачная аура у моего левого копытца прошла по касательной к височной части черепа пегаса, но и этого было достаточно – белок правого глаза Прайда вдруг резко налился кровью (у меня глаз был такого же цвета когда мне провели лоботомию), его сопротивление пропало, а выражение морды застыло в злобной гримасе.

Похоже, я победил, причём бой можно было назвать коротким. Коротким в сравнении с тем как я бился против Лаенхарта но не это меня удивило. Мне казалось, что чтобы победить Прайда мне придётся его, как минимум, утопить его в радужной жидкости или бросить в дробилку. Вот только драка была не в помещении с чанами и не в цехе с дробилкой, а в нерабочей «Лаборатории Зимы», в которой не было ничего кроме сломанной «снежной машины», нескольких столов и шкафов. В итоге, я и мой противник, всё же использовали особенности местности – Прайд разбил мной стол и пытался придавить шкафом, я же сделал ставку на облака. Закончить мысль я так и не смог – меня прервал знакомый голос с деревенским акцентом:

— Брат?!! – Виндшир прокричал каким-то петушачим голосом. — Ты — блядский уёбок, убил моего брата!!! — судя по тому, что голос приближался, другой пегас решил действовать не только словами.

Приближение Виндшира было мной замечено ещё до того как я встал с тела пегаса в силовой броне. У пони широкое боковое зрение и именно благодаря этой особенности я уберёг свою затылочную часть головы. Падаю мордой в пол, и надомной со свистом пронёсся какой-то металлический предмет, далее кувырок с последующей постановкой на ноги и я уже стою физиономией в сторону противника.

Будучи светло-коричневой расцветки, Виндшир всё же был похож на своих братьев (Каламити, Прайда, Отема) но габаритно им несколько уступал. Может мне это показалось из-за того что ранее я бился с крупным пегасом (да ещё тот был в силовой броне), но всё же Виндшир не выглядел как сильный боец. Он был как самый обычный пегас, и только то, что он был в форме офицера Анклава (но с другими шевронами – на них было изображено солнце с лежащим в его диске полумесяцем) выдавало в нём местного военного (https://vignette.wikia.nocookie.net/falloutequestria/images/3/3d/Windsheer_by_geekladd-d6a14l4.png/revision/latest/scale-to-width-down/1000?cb=20140421170850&path-prefix=ru).

Дополняло данный образ импровизированное оружие, которым пегас собирался переломать мне кости – видок у него был жутковат. Ранее я тянулся к гаечному ключу на 32, но, то для какой гайки предназначен тот огромный «двуручный» ключ Виндшира я даже не рискнул предположить. После, вспоминая произошедшее, я представил, что гайки для такого огромного ключа должны использоваться разве что в конструкции мостовых переправ. Понятия не имею, для чего такой инструмент понадобился на погодной фабрике, но если Виндшир нанесёт таким ключом по мне хотя бы один удачный удар, то переломы и внутренние кровотечения гарантированы. Похоже пегас на это и рассчитывал и заранее приберег такой инструмент, чтобы после того как Прайд меня отмудохает, нанести два контрольных удара по конечностям. Вначале по задним – чтоб не бегал, потом по передним – чтоб дров не наломал, а далее в ящик и к Селестии. Теперь, когда я сократил пернатую семейку, Виндшир решил данным ключом меня просто забить – тоже нерадостная перспектива.

— Майор Долбаёб! – прокричал Виндшир паря, над полом параллельно размахивая ключом пытаясь задеть мою уклоняющуюся тушу.

— Хлебало завали! – я не заметил, что произнёс это на русском.

Виндшир не собирался замолкать и всё усиливал напор. Мне было всё сложнее уклоняться, так что я стал искать момент, чтобы прихватить оружие противника вот только пегас решил действовать не только гаечным ключом.

Злобно крича, он всё же смог задеть меня чуть выше «колена» а после пернатый резко рванул прямо на меня. Я в тот момент стоял прямо и не удержал равновесие, так что, повалив меня на спину, Виндшир не упустил момента, чтобы ключом надавить мне на горло и параллельно высказать, почему я недолжен был убивать Прайда.

— Я любил своего брата! – пегас кричал, одновременно давя ручкой ключа мне на горло. — Он был хорошим пегасом! Самым добрым из нашей семьи! — учитывая, что из книги Мелкопипки я знал, что именно Прайд выжег Каламити его метку, то в доброту горчичного совершенно не верилось. — Какой нужно быть кучей экскрементов, чтобы даже желать ему гибели?!

Далее Виндшир усилил давление, сократив мне приток кислорода. Вообще-то ранее, в перепалке с Прайдом, я уже был в подобной ситуации, но в этот раз решил освободиться не путём переката. Мне показалось, что раз Виндшир без силовой брони, а земные пони считаются более физически сильными, то разумней будет, вместо кувырков, просто начать с силой толкать ключ. Решение себя оправдало – взявшись передними за железку, я начал отодвигать ту от своей шеи. Конечно, то удушение не довело меня до кислородного голодания, но всё равно вдох был приятен. Виндшир на своей физиономии изобразил гамму эмоций, одной из которых было и осознание собственной глупости, что он не предусмотрел такой вариант развития событий. Тот момент можно было назвать неловким: я был лежащим и придавленным, Виндшир был формально в лучшем положении, но он понимал, что проигрывает, и если даст слабину, то я не упущу шанса. От всей этой неловкости пегас даже замолчал, так что уже я решил подать голос:

— Да нихуя я не хотел убивать этого «Капитана Заебана»! Это он на меня напал; также как ты и все те, кем манипулирует Селестия с Мелкодрянью!

На пегаса сказанное произвело ноль эффекта, но другого я и не ожидал, так что, говоря, параллельно представлял свои дальнейшие действия, которые успешно исполнил. После упоминания Мелкопипки я, собрав все силы в правой «руке» далее совершил резкий толчок, от которого рабочая часть ключа резко пошла в направлении светло-коричневой морды. Далее, после столкновения ключа с мордой Виндшира, собирался просто воспользоваться его замешательством и вдарить пегаса по морде копытом, но тот неожиданно резко поднялся в воздух. Куда-то улетать он не собирался (его полет, по сути, был просто высоким прыжком) и ещё до того как я поднялся, Виндшир начал камнем падать вниз держа ключ над головой. От участи расколотого черепа меня спасла реакция в сочетании с правым кувырком. Далее встаю на ноги, а Виндшир замахнувшись железкой, снова идёт в атаку. Однако в этот раз я не стал уклоняться и, идя навстречу пегасу, останавливаю удар поставив блок в месте где находиться примерно центр ручки – по правилу рычага там находиться точка равновесия силы. Расчёт оправдался – удар был остановлен. Далее удерживая ключ, провожу несколько манипуляций (переворачиваю железку) передними копытцами параллельно с заходом противнику за спину. Виндшир не собирался отпускать инструмент, так что итогом моих действий стало то, что я с хрустом сломал (в районе локтя, то есть колена) его переднюю правую ногу. Крик боли не заставил себя ждать, но противник так и не впал в болевой шок, и уже сам, в правом кувырке, уклонился от моего удара ключом нацеленного на его затылок.

Далее пегас предсказуемо попытался улететь, но одновременно с взмахами крыльев он развернулся в мою сторону. Пернатый не собирался терять меня из виду, но эта предусмотрительность ему не помогла. Я не стал проводить ключом предсказуемые размашистые удары, от которых можно уклониться, вместо этого выставил ключ перед собой на уровне пояса, направив его рабочую часть в сторону противника и слегка вверх. Далее разбегаюсь и произвожу удар как крестьянскими вилами, точнее как винтовкой со штыком, хотя результат данной атаки больше походил на то, как ухватом захватывают горшок-чугунок, только вместо ухвата был большой гаечный ключ, а вместо чугунка — шея пегаса. Но на этом я не остановился и продолжил движение, несмотря на хрип и отчаянные взмахи крыльев пернатого. Пробежка была недолгой и окончилась когда спина Виндшира упёрлась в облачную стену. Вид прижатого к стене трепыхающегося пернатого копытного был просто непередаваем – Виндшир хрипя, пытался шевелить прижатыми крыльями, бил не сломанной передней ногой по ключу, задними ногами пытался пинаться, но у гаечного ключа была очень длинная ручка.

В тот момент этот представитель пегасов мне почему-то напомнил насекомых (хотя он был не в силовой броне, которая имеет насекомовидные черты) которых прикалывают иголкой. Если бы членистоногих до этого не травили ацетоном, то в момент, когда они находятся в приколотом положении, они выглядели бы именно так – трепыхающимися, угрожающими и одновременно беспомощными. Вот и Виндшир выглядел также, будучи прижат железкой за горло к облачной стене, так что я не удержался и дополнил образ не очень остроумной фразой: «Тебе хана мудила». Фраза была произнесена на русском, но думаю, пегас понял её и без перевода. Может это стало его стимулом к дальнейшим действиям, но думаю, что я подсказал ему идею ещё когда утопил своё прижатое Прайдом копытце в облачный пол.

Дослушав фразу на русском, пегас вдруг резко перестал хрипеть и трепыхаться, но это не от потери сознания – шея у копытного была толстой, но не настолько, чтобы ключ обхватил её до перекрытия воздуха. Я понял, что пегас что-то задумал и вскоре увидел, как копытный буквально утонул в облачной стене. Вообще-то мог догадаться – пегасы помимо ходьбы могут делать и другие манипуляции с облаками, даже если они специально созданы быть твёрдыми как бетон. К тому же, ранее пернатые уже прятались в облачных стенах (а Прайд в потолке) когда устраивали на нас засаду — удивляться нечему.

В итоге: Прайд мёртв. У Виндшира перелом, который не лечиться просто склянкой с зельем, так что можно не опасаться, что он вернётся. Я, всё же избежал плена, и хотя весь помят и исколот, но ещё жив и боеспособен. Полковник Отем всё ещё в плену, также как и прибывшие вместе с ним бойцы СНС, а другая часть нашего Сопротивления ведёт неравный бой с прорвой наёмников головорезов и предателей из пегасов.

— Майор Грей! – крик пленной пегаски прервал мою мысль. — Сзади!

Данное предупреждение быстро разогнало мои мысли начёт предварительных итогов и заставило буквально на автомате совершить левый кувырок с последующим разворотом. Замахнувшись огромным гаечным ключом, я ожидал увидеть какого-нибудь подкравшегося вражеского пегаса, может вернувшегося Виндшира, даже Лира меня бы не удивила (эта единорожка любит подкрадываться незаметно), но не как не это. В общем — ко мне не подкрадывались, но от этого вид стоящего на ногах Прайда был не менее жутким — я думал, что он сдох. Похоже, моя аура проникла недостаточно глубоко, а может у этого горчичного пегаса просто мало мозгов. Это не имеет значение, нужно доделать начатое. Виндшир зря обвинял меня в убийстве своего брата, но это легко исправить.

В тот момент пегас в силовой броне не пытался взлететь или бежать, а просто стоял, смотря в пол. Похоже, он был обескуражен, и пока он не вышел из этого состояния я решил не терять драгоценные секунды и, взяв ключ поудобней, быстрым шагом направился к пегасу. Далее подойдя на расстояние удара, провожу широкий замах и резко опускаю рабочую часть ключа на череп пернатого копытного, но железка не достигла своей цели. Ещё до момента, когда я начал совершать удар Прайд заметил (у копытных широкий угол обзора) моё присутствие и начал поворачивать взгляд в мою сторону. Вид его морды заставил меня резко отказаться от своего намерения — железо лишь слегка задело лобовую часть черепа пернатого.

Выражение морды Прайда можно было кратко описать как — "глаза стеклянные, нос керамический". Его налитая кровью правая "фара" теперь смотрела куда-то вверх, в то время как левый глаз смотрел на меня с каким-то детским любопытством. Как будто этого мало, физиономию копытного дополняла очень странная улыбка, не как у Моны Лизы, но всё равно странная. Похоже, проведя аурой сквозь голову Прайда, я всё же не смог нанести фатальных повреждений, но повредил его думалку достаточно сильно, чтобы превратить разумного копытного в тупое животное. Иначе я не знаю, почему он до этого пытаясь меня искалечить, теперь смотрит на меня глупым, но добрым взглядом.

Теперь у меня есть выбор: доделать начатое избавив Прайда от "страданий", либо оставить всё как есть, так как теперь этот летающий амбал абсолютно безобиден. Выбор был не из лёгких. Просто не описать словами как я ненавидел эту, горчичного цвета, летучую смерть но, теперь глядя на него, я задавался вопросом: можно ли будет считать удар по его черепной коробке как акт милосердия? Решил, что всё же нет, к тому же, я не могу просто так раскроить череп неагрессивному аутисту, даже если до этого, будучи в здравом уме, он пытался проделать со мной то же самое. Так что, поддавшись своей "нерациональной стороне" я ограничился лишь тем, что снял с головы Прайда гарнитуру (пегас после этого улыбнулся шире и начал смешно шевелить ушами — мне тоже нравились подвижные уши) а после, подняв его левое крыло, забрал и крепившуюся к броне рацию и кольцо с двумя ключами. Пленные пегасы отнюдь небыли рады такому решению и всячески выражали своё удивление: "Майор Грей — чего вы ждёте? Полковник приказывал его ликвидировать. Он пока не в себе, но может очнуться — не надо медлить." — лишь некоторые цитаты. Тем не менее, я сделал выбор, и пока пегас с удивлением смотрел на свои распахнутые крылья я, закрепив рацию на ремешке сумки с противогазом, надел гарнитуру, и с ключами, побежал к пленным пегасам из СНС.

Понятия не имел, что те ключи отпирают, хотя был уверен, что один из них от навесного замка, который вешали на мой (то есть Голда) ящик. От чего второй ключ я также не знал, но надеялся что от кандалов. Также надеялся, что в этом мире замки к кандалам, также как и к наручникам на Земле — идентичны между собой, и к замкам от разных комплектов ключи аналогичны. Версия подтвердилась — ключ легко входил и, как по маслу, проворачивал замки, а освобождённые пегасы тут же начали разминать свои крылья, смотреть, не помяты ли перья, а также приводить в чувство своих товарищей. Дело в том, что на копытных яд мантикоры действовал не так как на меня, и противник, используя какой-то игломёт, ввёл данный парализатор некоторым из нашей группы в момент их задержания. Теперь они лежали, пуская слюни, пока другие пегасы били их копытами надеясь привести в чувство.

В итоге я не стал дожидаться их пробуждения, да и вообще освобождать всех, и просто оставив ключи, отдал приказ:

— Слушай мою команду, — пегасы навострили уши. — Найти оружие, сгруппироваться и идти за мной. Полковник сейчас в плену — нужно его освободить или убедиться, что он мёртв. Действовать по обстановке. В случае чего, отступить к Мстителю и покинуть зону боевых действий.

— Но...? — одна из пегасок не успела сказать свой вопрос.

— Операция всё ещё продолжается, хоть и приняла негативный вариант. Выполнять.

— Что делать с Прайдом? – спросил один из пегасов. На данный вопрос я решил ответить в саркастичной манере:

— Возьмём его с собой на Мститель, – судя по удивлённым мордам, копытные не поняли сарказма. — Я как раз собирался завести домашнее животное. Назову его «Прайдисос Яйцелизер», — сарказм снова оказался не понят. — Блядь, не поняли?! Оставляем как есть!

Далее я, закрепив большой гаечный ключ ремнями (от сумки с противогазом) на спине, развернулся и направился к выходу из лаборатории, смотря боковым зрением, как одни пегасы приводят в чувство других, а одна из них осторожно тычет Прайда в бок гаечным ключом, тот в ответ лишь глупо улыбался. Я сделал из этой "Ацкой Гончей в теле пегаса" совершенно мирное существо — над этим даже можно посмеяться. Судя по роже Прайда ему нравилось его нынешнее состояние. Мне же было не до улыбок — действие адреналина стало проходить, а боль ощущаться всё сильнее, так что моя походка сменилась на прихрамывающую. Похоже, для летающих я сейчас скорее обуза, но они не стали это озвучивать.

Пройдя сквозь крупные двери, я прислушался к фоновым шумам и понял что теперь бой снаружи не такой ожесточенный — стрельба стала более редкой, но не прекратилась, пожалуй, это хороший знак. Далее включаю рацию, но в гарнитуре слышу лишь неразборчивые шумы. Немного постучав по ней, я исправил эту проблему, благо, что рация уже была настроена на частоту НКР, вот только услышанное звучало совсем нерадостно.

— Центр, это "Мантикора Четыре"! СНС укрепились в жилых кварталах, требуется подкрепление!

— Это "Питон Шесть"! Громовержец продвигается вдоль развлекательной зоны!

— Это блядь платформа на облачной опоре! — судя по голосу с деревенским акцентом, позывной "Центр" носил Виндшир и, будучи с переломом, он отправился командовать боем — это вызывало уважение. — Разрушьте опорное облако!

— Невозможно — облако защищено множеством турелей и восстанавливается после прямых попаданий!

— Блядь! Пиздохуи догадались устранить уязвимость! — секундная пауза и Виндшир продолжил. — Вести огонь на подавление, не позволять СНС менять позиции и дожидаться приказа! Элемент смеха уже вызван!

— "Центр", это "Вайт Краун", — судя по голосу и позывному, говорила Селестия. — Призрак на вашей частоте.

— Вас понял, — сказал Виндшир. — Все слышали? — риторический вопрос. — Переходим на резервную, — далее слышался лишь треск.

Быстро же Селестия догадалась, хотя она разумный компьютер, покруче любого из Земных шахматных. Не нужно удивляться, что она просчитывает мои ходы наперёд, тем более такие очевидные. Однако и я могу предугадывать её действия, я тем более такие очевидные как выход на связь и предложение о полной безоговорочной капитуляции. По ПОНЯтным причинам капитуляция для меня неприемлема — не знаю, что со мной сделают, но уверен, что это окончиться моей второй смертью, да и опыт, полученный в башне Тенпони (когда в меня забивали гвозди и гладили утюгом), был весьма болезненен. Повторять данный опыт я не собирался, но выключать рацию не стал. Дело в том что, по сути, я поставил себе целью встреться с Селестией, и задать ей много вопросов. Конечно, сейчас я не могу говорить с позиции силы, но было бы глупо только из-за этого отказываться от переговоров.

— Грей Стоун, — Селестия начала с произнесения моего ненастоящего имени, — не знаю, кто ты на самом деле, но в историю нашего мира ты уже вошёл под данным именем, — может это и кажется неуместным, но мне до сих пор голос Селестии кажется удивительно приятным. Даже когда она говорит на русском с сильным акцентом:

— Я знаю, что ты слышишь меня. Неужели тебе нечего сказать? — последнее было сказано на местном английском.

— Если хочешь от меня избавиться, то просто расскажи, как перенести моё сознание обратно на Землю, — я решил действовать "с места в карьер" и сразу перешёл к делу. Говорил при этом на местном.

— Если бы машинные эмоции небыли фальшивыми, то я бы засмеялась. Неужели ты думаешь, что я так просто всё расскажу? — разумный компьютер сделала секундную паузу. — Хоть теперь я и не элемент честности, но буду с тобой честной. В нашем мире тебя ненавидят, и я не исключение, однако мой машинный расчёт подсказывает — ты мне нужен.

— Интересно для чего? — задал саркастично-очевидный вопрос.

— Это сюрприз, но в своё время узнаешь.

— Не люблю сюрпризы, и моё время закончилось ещё на Земле.

— Тогда тем более, ты должен перестать сеять в нашем мире хаос и покорно сдаться.

— Это вряд ли.

— Тогда тебя возьмут силой.

— Тоже вряд ли.

— Я уже поняла, что ты не очень умён, и не отличаешься красноречием, — на этом моменте Селестия изобразила в голосе усталость, — но всё же должен понимать: ты находишься в парящем среди облаков городе, откуда некуда бежать. К тому же, он окружён союзной нам наёмной армией, которая сейчас добивает ваше жалкое сопротивление.

— Красноречие – это оружие женщин. Предпочитаю словам действия, да и, судя по тому, что я слышал ранее — сопротивление не такое жалкое.

— Это временно. Ты этого не видишь, но сейчас в небесах ведётся ожесточённый бой, и когти у грифонов остры, так что ваш зонтик уже покрылся множеством дырок. Его уничтожение дело одного часа, если не нескольких минут. В любом случае — ты и СНС обречены но, сдавшись, и приказав своим пони прекратить сопротивление, ты спасёшь много жизней.

— Только среди спасённых будет больше наёмников, да и для пони из СНС спасённая жизнь окончиться на эшафоте или за стенами тюрьмы.

— Обещаю, что эшафота не будет, а жизнь в тюрьме всё равно лучше смерти.

— Не думаю, что бойцы СНС с тобой согласятся.

— Разумеется, но это так. Поверь, я прожила тысячелетия, и ещё столетие будучи заключённой в памяти компьютера. Мне лучше всех известно насколько ценно понятие жизни, и тем более, жизни в условиях лишения свободы.

— Какая ты заботливая, — говорил с сарказмом.

— Парадокс, но ты тоже, — здесь голос Селестии стал ещё более добрым. — Пожалуй, я была неправа, считая тебя абсолютным злом. Хоть ты и совершил много ужасных вещей, но всё же, тебе знакомо понятие честности и того любимого у твоей народности понятия: "Гуманизм", — последнее, произнесённое по-русски (но с акцентом) слово, придало речи особый оттенок.

"Милосердие" — поповское слово, "Гуманизм" — понятие пролетариата. Селестии также были известны эти понятия — она явно была знакома русским менталитетом и сейчас пыталась это использовать. Как она говорила: "Хорошая история, жаль с русским акцентом" — мне эта история отнюдь не казалась хорошей. Будучи на стуле в допросной (в башне Тенпони), я тоже произнёс специфичную цитату про историю: "На деле всё зависит от воли одного человека". В действительности: "зависит многое, но не всё", и этот мир отнюдь не вериться вокруг меня.

По сути, моё появление является для этого мира аномалией, а сам я, если угодно — вирус, с действием которого этот мир пытается бороться. Даже не столько со мной, а с теми, кому я помогаю. Ни одна из произошедших операций не была моей инициативой, однако, принимая в них участие, я был катализатором успеха, пусть и сомнительного. Однако так не могло продолжаться вечно и теперь, похоже, победа достанется НКР. Вопрос: какой ценой? Мне никогда не была нужна "победа любой ценой" (по крайней мере, ценой собственной жизни), чем противник обязательно воспользуется, тем более что они превосходят нас как численно, так и тактически. Сейчас всё против меня и единственное что я могу, так это вместе с пегасами идя по облачным коридорам и цехам искать, где сейчас пленный полковник. Отыскав искомого пегаса, надеется, что смогу его освободить, будучи вооружённым лишь одним, но очень большим гаечным ключом а, освободив, надеется, что у него есть запасной план эвакуации на случай засады. Надежда — паскудное слово, а что делать? Сейчас мне остаётся только искать, попутно ведя псевдофилософский разговор об истории. Об истории настоящего и будущего, хотя нет — мне есть, что сказать о прошлом.

— Чернильницу ты тоже считала заботливой? — я наигранно усмехнулся, а потом продолжил: — До поры до времени.

— Да считала, — голос Селестии стал менее добрым, — и была неправа, когда усомнилась в её мудрости. Это запретное знание — что ты ещё узнал?

— Многое, — в голосе наигранное торжество. — Про других одержимых и принесённые ими знания. Про "Посланницу Звёзд" и то, как ты усомнилась в своём создателе. Про Синигра и Лората. Про исход "призраков". Про "Дерево Гармонии" и его уничтожение. Про твой план захвата этого мира, и "Роту Террора". Про судьбу этой роты и Сталлионграда, — я закончил перечислять то, что вспомнилось навскидку, а после сам задал вопрос: — "Операция: Сенокос" — удачное название. Сама придумала?

— Нет — это была идея одного из одержимых. Ты действительно многое узна.....

Догадываюсь, что собиралась сказать собеседница, но её прервал треск помех. Однако проблема со связью была недолгой и вскоре всё восстановилась, только вместо Селестии был другой собеседник.

— Очень интересно, — голос Мелкопипки был, будто она выкурила десяток пачек "Беломорканала", — но сейчас мне вообще насрасть что он там раскопал!

— Не он, — Селестия решила дать уточнения, — а агент Лира Хартст....

— Насрать!!!

— Перебивать нехорошо, — не знаю, зачем я это сказал, но явно не в нравоучительных целях.

— Попридержи свой член жополиз недоёбанный! — Дарительница не стеснялась в выражениях. — Ты убил Хомейдж!!!

— Конечно я, — далее наигранно засмеялся, хотя было совсем не смешно. — Она сдохла с самотыком в пизде. Можешь быть уверена — перед смертью она думала о тебе.

— В этом не сомневалась и также уверена, что встречусь с ней на "Райских Лугах". Но не думай что, убив мою любовь, ты лишил меня воли к жизни! Я продолжила её дело, и до конца своих дней буду помогать, и спасать пони силой слова несущей правду! Жалею лишь об одном — что не могу лично прострелить тебе башку!

— Боишься покинуть укреплённый центр управления?

— Я ничего не боюсь, тем более тебя! — Пипка сделала секундную паузу. — Моей добродетелью является самопожертвование, и чтобы спасти пони, я пожертвовала всем: своей добротой, своими друзьями и семьёй, своей душой и телом. Именно последнее не позволяет мне надолго покинуть капсулу жизни, чтобы избавить наш мир от тебя и тех, кто тебе помогает! Ночи с Хомейдж лечили моё душевное состояние, но теперь, когда она мертва, меня вылечит только твоя смерть!

— Попридержи коней, будь более краткой, — далее я обделённый таким качеством как красноречие решил ответить Литлпип в её манере: — Похоже знаменитая "Дарительница Света" так долго шлялась по пустоши, что от радиации и порчи мутировала в одну большую пизду.

— Иди нахуй!!!

— Хотя в твоём случае, не такую уж и большую. После этого, будучи способной лишь, используя башни контролировать погоду и пердолиться, у тебя чердак потек, когда я вальнул твоё Вожделение.

— Серый членосос!!!

— Лицемерка. Из множества тех с кем я повстречался ты вспоминаешь лишь свою сосалку.

— Она была лучшей! Убив её, ты нанёс мне удар в самое больное место! Хотя... — Пипка замялась, — ты прав — я не должна думать только о ней. Ты убил много хороших пони, да и не только пони.

— Будто ты не убивала.

— Я убивала рейдеров, работорговцев и каннибалов! Ты убиваешь добрых обитателей нашего мира! Твои действия и сейчас несут смерть! Ты хоть представляешь, сколько народу погибает, пытаясь уничтожить ваше блядское СНС?!

—Наёмники и предатели.

— Они живые! У них семьи, их ждали домой! Как думаешь, сколько боли ты принёс нашему миру?!

— Я бы сказал, что мы оба постарались.

— Но речь-то не обо мне. Мы говорим не о куче трупов тех, которых убила я.

— Хватит! — Селестия прервала дискуссию. — Мы все небезгрешны, но ненужно ставить целью месть за прошлое! Это я говорю не только тебе: Литлпип! Отем, Сулик, Грей и прочие кто состоит в СНС, живут прошлым. Отем мстит за Анклав, Сулик за Зебрику, Грей вообще одержим своим миром, который давным-давно уничтожен. Чего они добьются если победят?! Минимум — установят свою жестокую власть, максимум — уничтожат наш мир, и на этот раз окончательно! Ты слышишь меня, Грей Стоун?! В то время как НКР стоит новое будущее, ты и ваше сопротивление, сражаетесь за мёртвое прошлое!

— Ты уже строила будущее, — в отличие от Селестии я говорил без эмоционально, — используя чужие знания и технологии, но при этом, не зная как ими правильно распорядиться, превратила свой мир в атомный полигон.

— История твоего народа тоже была полна ошибок и войн, но теперь у меня есть горький опыт. И не думай, что в моём архиве были все заимствованные технологии "призраков". Часть наработок не стали отображать на бумаге, но теперь, с моими возможностями как компьютера, я быстро составила техническую документацию. Даже если ты и ваше СНС каким-то чудом уцелеет, его ждут сюрпризы. Поверь, тебя это впечатлит.

— Люблю испытания, — далее я прервал связь, а вместе с ней и этот разговор ни о чём.

Честно говоря, я был не прочь болтать и дальше (хотя общение с Мелкопипкой пробуждало во мне худшие черты) но сейчас не время и не место для болтологии. К тому же, пегасы, слушая мою речь, выражали на своих физиономиях скорее негативные эмоции. Однако действительно важной причиной прервать дискуссию было то, что мы, похоже, нашли место где держат полковника. Точнее мы нашли лишь запертые двери на втором ярусе фабрики, но и этого было достаточно — похоже полковника держат в цехе выделения спектры.

Парадокс в том, что двери действительно были для нас непреодолимым препятствием. На моё замечание насчёт облачных стен пегасы ответили, что в данном цехе облачные стены плотно насыщены различными заклятиями. Данные заклинания не давали магической спектре (или каким-то другим используемым на производстве веществам) случайно вытечь за стены цеха, а вместе с этим и проникнуть за стены тем пегасам, которые захотят взять с собой немного первичной радуги. Проще говоря — этот цех был особо защищен, а пегасы не могли, используя свои способности, пройти через его стены. Также парадоксом было то, что я, будучи в шкуре земного, в теории мог пройти, только для этого мне бы пришлось распространить на стене свою аномальную ауру. Как тогда, когда я будучи в ящике, проломил под ним облачный пол, но данный вариант недолго рассматривался. Без сомнения находящийся в цехе противник заметит, как твёрдая облачная стена вдруг начнёт расползаться — фактор внезапности потерян.

Теперь перед нами встал вопрос — как проникнуть в данный защищённый цех, но при этом сохранив фактор внезапности? Решение вопроса не заставило себя ждать. Чтобы найти ответ нам достаточно было понять голову и обратить внимание на рельс уходящий прямо в облако.

Пегасы быстро объяснили находку. Данный рельс является лишь частью системы созданной для транспортировки грузов по территории фабрики. Я уже видел её в действии — то, как ящик, закреплённый за какую-то ручку со "спиннером" на конце, прикрепляется этой вращающейся деталью за рельс и, будучи в таком висячем положении, легко "скользит" вдоль рельса. Логично предположить что облако, в которое уходит данный рельс, должно быть не таким экранированным. Взлетевшая пегаска потыкав стену, подтвердила утверждение. Далее пегасы предложили поднять меня, чтобы мы вместе проникли в цех, но у меня появилась "идея получше".

Всегда хотел прокатиться на американских горках (русскими их называют только в Португалии) но как-то не сложилось, да и в России данный аттракцион не встречается. То, что я собирался сейчас проделать, тоже не походило на развлечение, но "где наша не пропадала". С данной мыслью я рванул в соседний облачный цех, где как раз лежал ящик с нужной мне ручкой. Ломать данную ручку не пришлось — она оказалась съёмной. Далее несколько манипуляций с изолентой и снятым ремнём с, делающего облака, станка, и теперь на моей правой передней ходуле закреплён .... даже не знаю, как назвать; Воздушный спинер? Аэрокрюк? Да — пожалуй, последнее.

Честно говоря — я очковал применять данное приспособление и дело даже не в боязни скорости и высоты. Просто я закрепил его на правой передней — той, которая была вывихнута, и опасался, что сустав может вылететь из сумки. Но "жребий брошен" — прыжок и крюк сам притянулся к рельсу.

— Эта штука намагничена, — почему то я выразил данную очевидность вслух.

Пегасы ничего не ответили и, видя, как медленно я двигался по рельсу, слегка подтолкнули. Толчок был не очень сильным, но достаточным, чтобы сместить центр тяжести от чего "спинер крюка" закрутился быстрее — скорость увеличилась. Далее уже сам стал манипулировать скоростью и, разогнавшись, проехал прямо сквозь облачную стену. Стена была сделана в несколько слоёв, довольно толстой, и что самое неприятное — наэлектризована. Разряд был не смертелен, но все же, ощущение было не из приятных.

Пройдя через облака, я понял причину разрядов — похоже, внутренние стены цеха были из грозовых тучек, что придавало ему специфичную атмосферу. В рассказе про "Фабрику Радуги" основные действия происходили именно в этом цеху и, его вид, действительно подходил под мрачную атмосферу произведения. Чёрные облачные стены, многочисленные трубы, висящие цепи, чаны с радужной жидкостью и огромная дробилка с ведущей к ней конвейерной лентой, огороженные площадки на опорах у конвейера — в этом вся "Фабрика Радуги". Похоже, технология выделения спектры требует соблюдения норм освещённости, иначе я не знаю, зачем в цеху поддерживается столь мрачная атмосфера. Атмосфера подходящая не столько к промышленному производству, сколько к пыточной средневекового замка. Будучи в таком помещении любой будет слегка не в себе и быстрее сломается. Однако сейчас у меня не было времени на подробный осмотр помещения – мой взгляд зацепился за то что я искал.

Версия что полковника держат именно здесь, подтвердилась и, судя по всему, пегасы из НКР хотели, чтобы он им что-то рассказал. По крайней мере, я пришёл именно к этому выводу, когда увидел, как связанного полковника держат над работающим транспортером, который вёл к также работающей дробилке. Судя по всему, это были те же пегасы что участвовали в нашем задержании, и моё появление не прошло для них незамеченным.

Стоило мне только появиться из-за стены, как послышался крик: «СНС! К оружию!» и звуки выстрелов из лазерных винтовок. Благо, что копытные (как всегда) были не очень точными стрелками, а мой рельс вёл как раз к той площадке у конвейера, откуда вёлся огонь. Поездка до него была недолгой и, оказавшись над площадкой я, заприметив стреляющего пегаса, особым образом дёрнулся, чтобы отцепиться от рельса, и полетел прямо на него. Полёт окончился тем, что я, упав на три ноги, одновременно ударил «аэрокрюком» стрелявшего пернатого. Сила удара, будучи многократно усиленной кинетической энергией и весом тела, оказалось достаточной, чтобы отбросить пернатого на добрых три метра сбросив с площадки — судя по всему «Череповец» не выдержал. Однако устранив одну проблему, я тут же столкнулся ещё с двумя – двое пернатых в белых халатах моментально набросились, взяв меня за две передние и поставив в вертикальное положение. Их попытка меня обездвижить была вполне понятна, вот только они не учли что земные пони сильнее пегасов, а стойка на двух задних для меня не так уж неестественна. Освобождение от захвата заключалось в том, что я, выпрямив спину, параллельно свёл зажатые передние, столкнув удерживающих меня пегасов. Далее, воспользовавшись их замешательством, высвобождаю правую переднюю, и втыкаю закреплённый на ней «аэрокрюк» прямо в крупный глаз копытного. Устройство, наконечник которого всё это время вращался, моментально захватило и вырвало орган зрения, а далее под моим напором, вошло дальше в череп пернатого. Второй пегас от такого зрелища моментально отпрыгнул назад но, быстро спохватившись, бросился в атаку, вот только для меня это не было неожиданностью. Параллельно я сам бросился атаковать, выставив всё тоже вращающееся, но теперь измазанное кровью устройство, которое в этот раз нашло целью шею копытного. Одна секунда и трахея пегаса вместе с шейными артериями оказались буквально вырваны.

Не знаю, какое у копытных кровяное давление, но точно выше, чем у людей. Это в школьных учебниках по анатомии пишут, что у людей при вскрытии сонной артерии кровь будет течь фонтаном, в действительности она будет только булькать, чего не скажешь о разумных копытных. Из вырванной гортани в самом буквальном смысле повалил фонтан крови, чего я не ожидал и не успел прикрыть глаза. Также не успел их протереть, прежде чем был сбит и повален с платформы вражеским пегасом.

Далее: падение на твёрдый облачный пол, привычное освобождение с перекатами, отчаянное моргание чтобы вернуть зрение, становление на ноги и перепалка с копытно-пернатыми противниками. Я не считал, сколько их было, но навскидку десяток, не меньше — не самая серьезная угроза. На тренировках я уже бился с десятками пегасов и обычно побеждал, однако в этот раз опыт не пригодился. Союзные мне пернатые не стали засиживаться за облачными стенами и прилетев, через ранее упомянутую техническую брешь, тут же бросились на помощь. Далее началась драка в стиле «куча мала» вот только я в ней не участвовал. Не то чтобы я уклонялся от боя (хотя, будучи весь в крови, драться действительно не хотел) просто появился другой приоритет.

— На помощь!!! – судя по голосу, кричал Отем. — Кто-нибудь, помогите!!! – и, судя по тому, откуда доносился крик он сейчас на работающем конвейере.

Счёт шёл на секунды пока ржаво-коричневого пегаса не «превратили в радугу», и в этот раз я был не таким тугодумом, вообще впечатление, что тогда я действовал на каком-то автомате. Доли секунды ушли на то чтобы достать из-за спины тот огромный гаечный ключ Виндшира, и такие же доли для того чтобы добежать до крутящего механизма конвейера и воткнув в него ключ, заклинить ленту. Далее я разворачиваюсь и бегу к лестнице ведущей на площадку, надеясь найти там консоль управления с кнопкой аварийного выключения. Естественно противник пытался этому помешать, так что мне пришлось ещё поработать «крюком» однако один из пернатых избежал участи быть распотрошенным.

Тот, который вместо белой рабочей одежды носил длинный плащ цвета (даже не знаю) слоновой кости(?), явно был «Отемом старшим», да и в физиономии угадывалось фамильное сходство. Этого пернатого я решил брать живым, и в «рукопашной», несмотря на весь соблазн, не стал тыкать «крюк» в его жизненно важные органы. Ограничился лишь местом у основания левого крыла, но кость не сломалась – крюк просто застрял. В итоге, старший с крюком в крыле, истошно крича, отчаянно отбивался, так что пришлось его «успокоить» четырьмя ударами по физиономии. Далее я собирался выдрать «крюк» и бежать к консоли управления, но вместо этого сделал для себя «неожиданное» открытие – перья пегасов удивительно прочные.

Серьезно – будучи намотанными на крюк они никак не хотели рваться, и уж тем более выдираться. Индейцы бы многое отдали за такие перья, но я не индеец и у меня эта особенность не вызывала восторга, как раз наоборот. Вокруг идёт бой, у меня каждая секунда на счету пока моего союзника не перемололи, а я «прикован» к находящемуся без сознания пернатому копытному, который от моих попыток освободиться уже стал приходить в сознание. Как будто этого мало, один и вражеских пернатых летая под потолком отстреливаясь из своей лазерной винтовки, заметил мои манипуляции и пошёл в пике прямо на меня. Догадываясь, что он начнёт стрелять, я повторил тоже, что в прошлом сделал с обезглавленной Гаудиной – прикрылся телом противника. Далее, «Отем старший», успевший прийти в себя (и осознать что он живой щит), успел лишь видя угрозу, прокричать «Стой, нет!», но было поздно. Пегас успел выстрелить, однако, для заложника попадание в район плеча не было смертельным, да и орал он не так громко. Может это от того что ранее уже успел помучаться? Как бы там ни было, я решил, что так оставлять нельзя и, оглушив пегаса, далее снял с себя многострадальный «аэрокрюк» и галопом побежал к консоли.

Благо ключ всё ещё держал конвейер, лёжа на котором связанный пегас отчаянно звал на помощь. В итоге, помощь подошла вовремя – я, ударив по большой оранжевой кнопке, остановил как транспортер, так и дробилку, а пегасы из СНС сами справились со своими коллегами из НКР. Далее они сняли полковника с конвейерной ленты и, найдя узлы, развязали своего командира. Также без внимания не остался и отец Отема Лифа, который в очередной раз пришёл в себя (крюк на его крыле был хорошим будильником) но был быстро повален мордой в пол. Однако сам «блудный сын» не сразу обратил внимание на своего отца и вначале обратился ко мне:

— Ты недолжен был меня спасать!

— Что?! – я был удивлён.

— Не пойми неправильно. Я рад видеть тебя и всех остальных, но сейчас фабрику штурмуют наши войска! Ты должен был атаковать оборону НКР с тыла!

— При всём уважении – я был не уполномочен принимать такие решения, и сейчас план захвата фабрики можно считать проваленным.

— Ты, блядь, майор СНС и должен различать приоритеты! Ничего не провалено! Мы ещё можем победить!

— У тебя чердак потёк, или допрашивая, тебе что-то вкололи?! Мы угодили в засаду! Кругом враг! Операция провалилась! Нужно бежать!

— Говори за себя. Я готов сражаться, — далее пернатый отклонился в сторону, обратив внимание на своего отца, и далее обратился уже к нему:

— А теперь займёмся тобой, — далее ржавый подошёл к своему прижатому вниз отцу и начал стягивать с него плащ.

— Ты недостоин, носить форму офицера! – произнёс ржавый, попутно снимая плащ, вот только данная процедура не обошлась без проблем.

«Крюк» намотавшийся на перья правого крыла сильно затруднял процедуру, но в итоге её решила одна из пегасок, принеся трофейный нож, которым и срезала перья. Вообще-то это сложно было назвать проблемой – просто нюанс. Нюанс, в котором полковник отметил, что лучше бы ему принесли дисковую пилу, чтобы вместо перьев срезать всё крыло. «Отем старший» слушая такое, на минуту даже дар речи потерял, но всё же нашёл в себе силы говорить и ставить условия.

— Думаешь, убив своего отца, ты что-то изменишь? – дрожащим голосом произнёс пегас пока его сын надевал окровавленный плащ. — Я всего лишь посредник — цепной пёс НКР, такой же, как ты на службе Анклава.

Далее говоривший негромко истерично засмеялся, в то время как его молчаливый собеседник закончил с переодеванием и, взял предложенную ему трофейную лазерную винтовку. Интересный нюанс – полковник держал её не так как принято у копытных (в боевом седле) а в моей манере (хотя скорее в манере зебр) – в передних конечностях. Для полноты картины Отем ещё рожу скорчил, изобразив эмоцию ненависти (прямо как кот манул), в то время как его папа смотрел на него с истерической улыбкой. Именно с такой блядской рожей он продолжил свою речь:

— Во так то. Ты уже проиграл, как и всё СНС. Никому не уйти, — на этом моменте лежащий пегас изменил выражение физиономии на более серьезное. — Поэтому будь хорошим солдатиком, мальчик мой, и опусти нахрен ство…, — речь прервал выстрел из лазерной винтовки. — АААА! Блядь! Уёбок!

Я ожидал, что полковник прострелит своему отцу голову но, похоже, он решил, что его отец-предатель должен помучаться и вместо башки, стал стрелять по «коленям» и основаниям крыльев. Сам отец на это реагировал, крича самые непечатные выражения. Фраза «Надо было тебя в горшке утопить!» была единственным цензурным выражением. Однако когда все шесть конечностей кончились, полковник прервал поток оскорблений, ударив своего отца копытом по морде. Тот моментально затих и тяжело дыша, уставившись на отпрыска, выдал фразу:

— Я блядь твой отец! Ты хотя бы помнишь, что это значит, или Дарительница тебе совсем мозги отстрелила?!

Сам отпрыск, убедившись, что теперь его отец настроен на то чтобы слушать, уже сам начал псевдо философскую речь:

— Да – я помню, что ты мой отец, я помню всё. Всю свою жизнь, свои идеалы и цели, — далее пегас изобразил улыбку Моны Лизы и продолжил:

— Ты во многом был прав: наше сопротивление действительно сражается против гармонии и добродетели, и я действительно являюсь предателем семьи, а может и всех пони, но кое в чём ты ошибся; Я был неправ, когда издевался над Каламити, и ещё – никто не повесит нас за измену, вешать будем мы.

Далее Отем перешёл от слов к делу и, убрав винтовку за спину, взял своего отца за зашкирок и потащил к транспортёру. Тот не мог сопротивляться из-за простреленных ног и крыльев и лишь неумело кричал:

— Ты что удумал?! Стой! Мы можем договориться! Каждый совершает ошибки!

Полковник был глух к данным словам и, сбросив своего отца на транспортёр, далее нажал на кнопки подачи питания конвейера и дробилки. Тут случилась небольшая заминка, но одна из пегасок быстро её исправила, вынув гаечный ключ, которым я заклинил механизм конвейера. Далее дело техники – конвейер доставил пегаса к дробилке, тот выкрикивая проклятья, свалился в механизм из вращающихся лезвий и, выкрикнув предсмертный крик, с фонтанном крови, исчез в недрах машины. Раздаётся несколько странных звуков и из нижней части механизма в огромный котёл выливается струя разноцветной радуги.

— Так это правда! – прокричала пегаска, прервав жуткое молчание. — Эта машина действительно может перерабатывать пони в радугу! Моё мировоззрение сломано.

— Прошу об увиденном не распространяться, — сказал полковник Отем, — а то пропаганда НКР будет это использовать, чтобы внушить обычным жителям, что мы превращаем пони в радугу.

Услышанное было неприкрытым намеком, но я всё же решил уточнить, правильно ли я понял пегаса:

— Ты всё ещё надеешься, что мы сможем захватить город?

— Да блядь, надеюсь! – пегас отошёл от первичного шока, но ещё был на эмоциях. — Отступать некуда, так что остаётся только следовать первоначальному плану.

— Вообще-то есть куда, и план провалился.

— Нихуя не провалился! Думаешь, я не предвидел вариант, при котором НКР устроит нам засаду! У каждого из наших сержантов был конверт с секретным приказом специально на такой случай, и он не заключался в позорном бегстве!

— Не бегство, а тактический отход! Иногда нужно отступить, чтобы выжить и победить в следующей битве, и нам не победить, если мы потеряем всех бойцов в этой небесной засаде!

— Я буду счастлив, умереть в бою на небесах, и мои бойцы с гордостью разделят эту участь.

— Чего??? – разом в унисон произнесли несколько наших пегасов. Данный вопрос не остался без внимания полковника, и он решил высказать уточнение ради чего они должны умирать:

— Это ваш долг! – прокричал полковник, а далее откашлявшись, встал как на плацу и «запел соловьём»:

— Вы с гордостью служите на радость полковника «Сил Народного Сопротивления», которые любите настолько горячо, что, если я прикажу, с готовностью пожертвуете свои ебучие никчёмные жизни, чтобы задача СНС – уничтожение НКР, была выполнена, а ваши командиры — счастливы! А теперь, жопы гнойные, вы или вместе со мной идёте мочить НКР, или я вас всех нахуй порешу!!!

Сказанное произвело на пегасов сильное впечатление, даже более сильное, чем недавно полученная радуга – они были буквально в ступоре. По глазам было понятно, что им больше нравилось моё решение об отступлении, но недавняя речь полковника была довольно проникновенной. Думаю, Отем сам от себя такого не ожидал. Не то чтобы он отличался вежливостью, но обычно этот переживший хедшот пегас, был расчётлив и уравновешен. То, что он выдал, я могу объяснить только пережитым шоком, и в бою, такой настрой хорош разве что для камикадзе. Похоже полковник, глядя на наш немой вопрос, сам понял данную очевидность и, отдышавшись, продолжил уже спокойно:

— Забудьте то, что сказал. Решение майора Грея об отступлении вполне логично и обоснованно, однако я его проигнорирую. Сейчас, в бывших небесах Анклава, решается будущее нашего сопротивления. Мы должны вновь завоевать небо! Я всё сделаю для этого, даже ценой своей жизни. Как все заметили, я совершил много ошибок и уверен, что продолжу их совершать и в будущем, так что если кто-то из вас решит последовать совету майора Грея об отступлении и уйдёт прямо сейчас, то поверьте – я на него зла держать не буду.

Похоже копытные восприимчивы не только к музыке – псевдо пафосная речь на них действует аналогичным образом. Никто из пегасов не высказался насчёт одобрения моего решения. Вместо этого они, как один, встали более ровно и расправили крылья.

— Другого и не ждал, — сказал полковник, а вот я ожидал совсем другого.

Я уже давно заметил, что менталитет копытных отличается от земного образа мысли, но мне казалось, что это не касается тех моментов, в которых элементарная логика взаимодействует с инстинктом самосохранения – в этом люди и пони недолжны были сильно отличаться. В этот день я понял, что это не так. Вместо того чтобы последовать моему логичному совету, пернатые решили остаться со своим пернатым командиром, и это несмотря на то что он буквально — привёл их в засаду. Они бы и сейчас были скованы кандалами, если бы я не проявил «русскую смекалку», а далее справившись с очередным «охотником за призраками» не бросил им ключ от их оков. Из логичного объяснения происходящему смог додуматься только до расового предрассудка. До того, что пернатые скорее доверяться своему свихнувшемуся, но такому же пернатому соотечественнику, чем земному со странным акцентом одержимым неким «призраком», а ведь мне казалось, что я сделал достаточно, чтобы они смогли мне доверять.

В итоге — я ошибся и теперь у меня есть выбор. Первый: я могу, приняв сторону полковника и других пегасов пойти вместе с ними к периметру фабрики и дать «последний и решительный». Второй: я остаюсь при своём мнении (не иди на авантюру свихнувшегося пегаса) и, уточнив у полковника насчёт нашей частоты, далее поднимаюсь на крышу фабрики и запрашиваю эвакуацию. Оба варианта имели как преимущества, так и недостатки, но я решил выбрать второй. При нём мне придётся действовать как трус, но в одиночку, причём эвакуация должна пройти в эпицентре боя. Парадокс, но именно такой вариант показался менее самоубийственным — в центре бури всегда затишье, да и следование приказам шизанутого пегаса также не располагало к выживанию. Также про себя отметил, что я и так много сделал и уже весь в крови – уже сбился со счета, когда был таким же красным, но помню, что это всегда вызывало отвращение, и нынешний случай не исключение.

Высказав своё решение, я далее уточнил рабочую частоту и попросил оружие. Частоту мне настроили, но лазерную винтовку не дали, мотивировав тем, что им оружие нужнее. Я не стал спорить и решил вооружиться знакомым импровизированным оружием ближнего боя — «аэрокрюком» и гаечным ключом. В итоге покинул цех безоружным. Крюк был весь в крови и перьях, которые заклинили механизм, так что побрезговал, а гаечный ключ был громоздок и к тому же помят, но я несильно огорчился. В конце концов – я сам себе оружие, когда дело не касается огнестрела.

Утешая себя данными мыслями, я разошёлся с группой пегасов и быстрым шагом направился к облачной лестнице. Утешения слабо помогали – наводиться в эпицентре боя и при этом без огнестрела было просто глупо, также глупым был мой выбор покинуть пегасов. Я туго соображаю и на фоне всего произошедшего забыл, кем являюсь и где нахожусь. Я, будучи в шкуре земного (значит бескрылого) пони нахожусь на территории состоящего из облаков парящего города и при этом добровольно покинул тех, кто смог бы меня поймать в случае провала сквозь облака. Это бы было нормально, если бы у меня была «страховка» вот только собираясь в летающий город, я вместо столь необходимого парашюта взял с собой противогаз — дурак. Но пока облака кажутся надёжной опорой, и если я не буду применять аномальную ауру, то всё будет в порядке. К сожалению, оптимистичный настрой не помог и дело не в ходьбе по облакам – опасение насчёт встречи с противником подтвердилось.

Погружённый в свои мысли я быстрым шагом взбирался по лестнице, минуя различные цеха и складские помещения и одно из них не было пустым. Два безоружных пегаса в белой рабочей одежде недолго сопротивлялись, вот только один из них, перед тем как наброситься, нажал на какую-то потайную кнопку в стене. Кнопка явно была для поднятия тревоги – через полминуты после её нажатия послышались (у облачных стен никудышная изоляция) хлопки крыльев и крики, в которых в негативном ключе упоминалось моё имя. Не желая встречаться с теми, кто так обо мне думает, я рванул по лестнице, наверх параллельно крича в гарнитуру:

— «Лямбда Два» вызывает «Тау Один»!

— «Тау Один» на связи! – судя по голосу и фоновым шумам в небе сейчас жарко.

— Charlie Romeo, фаза четыре …. — далее я запутался в кодировке и перешёл на открытый текст. — «Лямбда Два» запрашивает эвакуацию! Зона – крыша фабрики! Вытаскивайте меня!

— Вас поняли, но небо бурлит! Готовность (треск помех)!

— Бляха муха! – я произнёс по-русски, а после оборвал связь, чтоб не отвлекала.

Убегая без оглядки я тем не менее не оставлял свой тыл без внимания – у пони широкое боковое зрение, и благодаря данной особенности я чётко различал насколько большая толпа пустилась за мной в погоню. Парадокс, но пернатые не пытались летать, хотя размеры коридора позволяли, а ведь используя свою способность к полетам, они бы легко меня догнали. В тот момент не было времени обдумать данный вопрос, к тому же я видел «свет в конце туннеля». Вообще-то данным светом была ярко освещённая комната с двойными стеклянными дверями, но хоть что-то.

Забежав, я быстро осмотрел данное помещение в поисках чего-то, чем можно забаррикадировать двери; Огромная «плазменная» панель на стене, два дивана, несколько журнальных и один длинный стол со стульями — это какой-то презентационный зал в котором из полезного есть только стулья, одним из которых я и забаррикадировал стеклянные двери. Успел в последнюю секунду, но всё же успел, хотя копытные пытающиеся копытами разбить стекло выглядели довольно жутко. Однако стекло не пробивалось – в этом мире всё же смогли создать антивандальное стекло — хоть что-то хорошее. Но не время для пустых рассуждений – скоро копытные пробьют этот «аквариум» так что я стал осматриваться в поисках второго выхода и поиски были недолги. Вдоль стены была прекрасная лестница, ведущая к выходу в потолке и, судя по холодному ветерку, выход ведёт на свежий воздух. Я уже рванул к спасительным ступенькам, но включившийся экран в презентационном зале меня остановил.

— Бросаешь своих «друзей», — произнёс Виндшир, смотря на меня с широкого экрана, — другого и не ожидал. Похоже, твоему виду незнакомо понятие самопожертвования, но знай: я и подчинённые мне пони готовы пожертвовать своими жизнями, чтобы выполнить волю принцессы! Жертва моего отца и брата не будет напрасной! Я доставлю тебя Селестии, живым или мёртвым! – далее пегас отдышался и продолжил:

— Лучше живым. Ты ведь хочешь сохранить свою жизнь? Сдавайся или мои пони могут случайно её оборвать.

Далее стекло дверей пошло трещинами, а я рванул по ступенькам. Теперь понял – те пегасы были загонщиками, меня гонят на крышу. Теперь у меня два пути: позволить загнать себя, либо дать бой в презентационной комнате. Я выбрал первый вариант. Хотя вне помещения пернатые могут лучше реализовать своё преимущество к полетам, но на тренировках я отрабатывал данный вариант, к тому же, прохладный воздух был приятен. Не то чтобы такой холод мог меня вылечить, но всё же хотелось проветриться, так что на « свежий воздух» рванул с предельной скоростью и …. узрев небо, на секунду застыл.

Зрелище боя в «Новом Клаудсдейле» было жутким и завораживающим; Объятые пламенем облачные дома. Повсюду мелькают вспышки лазеров и зелёная плазма. В небе «не протолкнуться» от стреляющих друг в друга пегасов и грифонов. Где то в дали видны синие силуэты вражеских воздушных судов (класса Хищник), и в центре всего этого наш «Мститель», который паря над дымящимися облачными строениями, отчаянно отстреливался от волн пегасов и грифонов наёмников.

Неужели в НКР всё это устроили только чтобы запихать меня в ящик? Ответ: не только, но я был далеко не второстепенной целью, и ради её достижения они загнали меня на этот…. Вертодром? Я не помню точной терминологии, но вроде на Земле площадки на крышах высотных зданий называют именно так.

Крыша погодной фабрики была отнюдь не пустой. На ней располагались несколько технических будок с ящиками кондиционеров, одна стеклянная будка охраны, солидных размеров металлоконструкция похожая на недостроенную вышку сотовой связи (судя по лежащим рядом баллонам и сварочным аппаратам, её ещё не достроили) и самое интересное – вертолётная площадка с находящимся на ней конвертопланом. Вид последнего натолкнул меня на мысли об угоне. Когда тебя преследует толпа пернатых копытных, отсутствие элементарных навыков пилотирования (не говоря уже о первой смерти в небесах) — такая мелочь, которой можно пренебречь. «Окрылённый» данной идеей я галопом бросаюсь к лестнице но, видя, что у винтокрылого аппарата уже кто-то есть, встаю как вкопанный.

— Селестия сильно преувеличила твою непредсказуемость, — произнёс Виндшир будучи в «ромбе» из четырёх единорогов, при этом демонстрируя свою, наложенную на переднюю ногу, шину. — Ты как мотылек, летящий на свет — делаешь все, чтобы спасти свою шкуру. Будь последователен – сдавайся, и проживёшь чуть дольше.

Параллельно речи пегаса меня окружала толпа преследователей. За это время они успели разбить стекло и выбраться на крышу, а теперь ходили (а некоторые пегасы и кружили в воздухе) вокруг меня с угрожающим видом – прямо как пираньи. Я, всмотревшись в данную толпу, заметил, что среди преследовавших пегасов были и редкие единороги, но в остальном это была «однородная масса». Табун копытных в белых рабочих одеждах, с мордами разного цвета, но одинокого злобным выражением на них. Уверен, что я в их глазах выглядел также не как добряк – измазанный земной пони в рваном белом халате и тоже хмурой физиономией. Любование друг другом было не долгим (пять секунд, не более) но Виндшир заранее знал, что я откажусь и продолжил свою речь, уже обращаясь к своим бойцам:

— Помните: принцессе он нужен живым! Шею и позвоночник не ломать, в голову не бить!

Сказанное означало, что прелюдии кончились – сейчас будет бойня. Моя бойня. Из меня будет делать «тряпичную куклу» — сломают ноги и рёбра, может, выкалят глаза и ещё чего похуже (мне вспомнился покойный агент Голд). Пони только выглядят мирными лупоглазыми зверушками, в действительности они могут быть очень жестоки. Справедливости ради, я тоже не мирный, и решил перед бойней вставить своё слово:

— Лезете, так потом не плачьте! – произнёс на чистом русском.

## Воздушная стихия - Смертельный дождь (часть третья)

Перед мордобоем время снова будто замедлилось, причём настолько сильно, что практически остановилось. Я буквально чувствовал, как сердце остановилось, наблюдая статичную картинку из окруживших меня копытных. Будучи в таком замедлении я не мог даже элементарно пошевелиться, но мог думать и, используя данную паузу, пытался рассуждать оптимистически.

Копытные не собираются меня убивать (только покалечить), значит — противники будут сдерживаться, я же, в целях самообороны, могу действовать более жёстко. Не то чтобы они будут более мягкими или я ранее себя сдерживал, но всё же — нужно даже в такой ситуации искать что-то хорошее, и утешать себя тем, что всё не так и плохо. Придя к этому нехитрому выводу, даже нехотя сравнил себя с Дарительницей, точнее с тем как к ней относились её враги. Моя (в данный момент) и её (в прошлом) ситуация чем то похожа.

Бегая по пустоши и устанавливая свои ковбойские порядки, Мелкопипка часто оставалась в живых лишь потому, что основные «злодеи пустоши» по разным причинам не собрались её убивать. Красный Глаз собирался использовать «выходца из стойла» как сознание "Новой Богини". Сама же "Богиня" (мутант с сознанием Беатрикс Луламун) использовала Пипку чтобы заполучить "Чёрную Книгу". Бойцы Анклава сами по себе были гораздо более мирными в сравнении с обычными обитателями пустоши, и вместо того чтобы стрелять обычно предлагали добровольную сдачу в плен. Дарительница расценивала такой гуманизм как слабость (а гуманизм Вельвет как глупость) и, не задумываясь о морали, щедро раздавала хедшоты, рубила пегасов собственной кровью (кровяным мечом) а и даже применила, так называемое, «мегазаклинание», которое уничтожило Богиню вместе с высшим руководством Анклава.

Увы, но в отличие от героев пустоши мне нечем стрелять, а моя кровь хотя и использовалась в создании оружия, но в нынешней ситуации — бесполезна, а о применении оружия особой мощности можно вообще не думать. Тем не менее, ранее чтобы убивать, мне не нужен был автомат, да и вообще — я сам себе оружие. Конечно, мне больше нравилось биться с врагом, будучи в полной амуниции и с автоматом наперевес, но такие случаи выбивались из общей практики. На деле, чаще приходилось биться в ближнем бою, и я в этом преуспел. Ранее я смог, ни много ни мало, сцепившись с Ксенит в "рукопашной" обратить её в бегство, став чуть ли не единственным кто после встречи с этой полосатой каратисткой не остался лежать мёртвым или парализованным. Хоть тогда я был под воздействием "веселящего дыма", и не помню, какие приёмы использовал, но с уверенностью могу сказать — её стиль "Падшего Цезаря" (с парализующими ударами), имел на мне ограниченную эффективность. Меня не парализовало, хотя координация движений нарушилась. Вряд ли те копытные, что меня окружили, владеют упомянутым боевым стилем зебр, что мне только "на руку". К боли я уже привык, на тренировках много раз отрабатывал бой против толпы, земные пони (в шкуре одного из которых я нахожусь) физически сильнее пегасов и единорогов, да то, что Виндшир приказал своим бойцам сдерживаться, только увеличивает шансы. Хоть я и собираюсь добраться до разумного компьютера, но не в виде "тряпичной куклы" упакованной в ящик. Я буду драться максимально жёстко и скорее умру чем позволю использовать свою серую тушку для каких то планов Селестии.

Вот примерно на такой мысли я начал ощущать, что сердце вновь застучало пусть и с сильным промежутком, да и противники, ранее выглядевшие как статуи, теперь начали шевелиться. Не знаю что это за аномалия, при которой всё замедляется кроме моих мыслей, но теперь эта задержка подходит к концу. Совсем скоро время будет течь с положенной ему скоростью. Словами не передать моё волнение и то, как я хотел, чтобы эта задержка продолжалась подольше. Это был как момент перед смертью, в который вся жизнь проходит перед глазами, вот только у меня вместо жизни промелькнули очень странные образы с Земли (https://youtu.be/uy_OjAaOjj0?t=20). Моргнув, я прогнал этот симптом белой горячки и, проговорил про себя: «Вышли пони на простор – мясо, кровь, кишки, хардкор». Теперь время вернулось к своей обычной скорости, «хардкор» начался.

Ещё в момент задержки я приметил зелёную пегаску с причёской (тоже зелёной) как у Хомейдж. Не знаю почему, но она не стала дожидаться момента, чтобы навалиться на меня вместе со всеми. Вместо этого она решила атаковать меня с левого бока. У пони бока наиболее уязвимы, и мой случай не исключение, вот только широкое поле зрения не позволило застать меня врасплох. На её хук справа я ответил выпадом, в котором, выставив своё копытце, взял пегаску за плечо. Далее притягиваю к себе её зелёную морду (чуть не поцеловались) и уже правой "рукой" провожу на пегаске классический бросок. Ещё до того как зелёная упала, коричневый пегас поднявшись невысоко в воздух сделал мне размашистый удар своей правой задней. А ведь Виндшир приказывал "в голову не бить" — по крайней мере, это показывало, что дисциплина у НКР хромает, чего не скажешь о ярости к моей персоне. Упасть мне было не суждено, многочисленные удары копытами не позволяли моей тушке принять горизонтальное положение. В те секунды я (точнее моя голова) был как мячик для пинбола (https://youtu.be/ruJXpW7GSyM), который постоянно отскакивал от многочисленных препятствий.

Интересный нюанс – били либо спереди, либо сбоку. Неужели копытные опасались подходить, сзади опасаясь классического лягания? Очень может быть, хотя Прайд не побоялся атаковать меня с кормы, и тогда его атака прошла успешно, но, похоже, другие копытные не учли моих индивидуальных особенностей (драться стоя прямо) и слабостей. Однако я не собирался брыкаться как тупое животное и, выбрав момент между ударами, сгруппировался, уйдя в блок, и далее резко рванул расталкивая копытных. Растолкать не удалось – я упёрся в тёмно-синего (как покойный Соуп) пегаса но не растерялся и используя ауру взял того за горло. «Синяк» толи от боли толи от ужаса изобразил непередаваемую гримасу и, потеряв равновесие, всё с тем же выражением упал на спину. Я также не удержался, но на каких-то моторных функциях совершил кувырок с последующим перекатом. Последнее было верным решением, так как лёжа на спине, я различил ещё одного пернатого, который пикировал прямо на меня. Его я встретил лежащим лягающим ударом. Далее резко встаю на ноги и произвожу апперкот по физиономии красной пегаски.

То, что мне удалось выбраться из окружения, можно было бы назвать удачей, но я всё ещё был на открытой местности, что в моём положении было смерти подобно. В известной легенде «триста спартанцев» не смогли бы продержаться десяти минут, если бы не выбрали позицию в узком ущелье. Также вспомнился один представитель корейского кинематографа, точнее его коридорная сцена (https://youtu.be/I-Ry_4FRRWA?t=24), в которой персонаж вооружённый молотком в одиночку справился с целой толпой головорезов. Молоток у меня хотя и был (находился в одной из сумок) но в данной ситуации оружие ушло на второй план. Выбор позиции — важнее.

К сожалению, на крыше погодной фабрики не было какого-то узкого тупика, в котором можно занять оборону, но боковым зрением я различил две стоящие очень близко друг к другу металлические постройки (возможно трансформаторные подстанции) и недолго думая протиснулся между ними. Коричневый пегас, решивший последовать за мной, не составил больших проблем, да и звук удара его головы о металл был, как бальзам надушу, однако другие звуки усилили мою и без того сильную тревогу. Судя по доносившемуся сверху цоканью, копытные забрались на крыши будок и если они решатъ спрыгнуть на меня, то хорошего будет мало. За пол секунды поняв данный факт я, подняв голову, столкнулся нос к носу с пегаской стоящей между будками в положении жирафа на водопое. Понимая, что всё решают доли секунд, я хватаю копытную за оранжевую голову и с силой бросаю ту прямо на облачный пол. Короткий удар копытом по голове и она больше не создаст проблем. Далее инстинктивно оборачиваюсь назад и ожидания не обманули – сзади был враг. Снова короткая перепалка и морда пернатого встречается с железом.

Тут я осознал, какую глупость совершил – будучи в тупике я бы мог успешно обороняться но, находясь в коридоре между двух будок, я был как между молотом и наковальней, а учитывая, что враг может напасть и сверху, то будет уместно ещё привести сравнение с автомобильным прессом. Открытая местность немногим лучше, но там хотя бы есть простор для отступления. Вновь, будучи озаренным, простой очевидностью я резко подпрыгиваю и, схватившись аурой за металл, далее подтягиваюсь и встаю на крышу. Видя стоящего на ней противника, произвожу «удар Леонида» отправивший пегаску в короткий полёт. Далее боковым зрением замечаю движение позади и развернувший повторяю знаменитый пинок, только в этот раз полёт копытного завершился встречей с железной стенкой. Снова замечаю движение позади, но провести пинок не успеваю и оказываюсь в «объятиях» белого пегаса. Сами по себе обнимашки были неопасны, чего не сказать о попытках пегаса укусить меня за ухо. Может мне бы и удалось освободиться, но другие копытные не стали бездействовать и вскоре я ощутил чьи-то «заботливые руки» схватившие меня за ноги и потянувшие вниз. Упав плашмя в знакомый коридор я, тем не менее, не растерялся и, пользуясь запинкой пегаса, освободился от объятий и с применением ауры прошёлся ударами по пегасьим мордам, а также сбросил с облака двух единорогов (после падения с такой высоты от них останется только мокрое место). Далее захваты, увороты, заломы, и множество ударов. Всё происходило очень быстро, но я точно помнил, как расплющил голову пегаски об железную стену (оставив на железе вмятину), как используя ауру, вырвал некоторым копытным глаза, даже изменив себе, лягнул находящихся позади врагов и всё это под градом ударов копытами.

В итоге выбрался из этого коридора буквально по головам и спинам. Далее замечаю справа от себя тележку, и крупные баллоны. Тележка меня не интересовала, а вот баллоны я решил использовать и, схватив один из них, опрокидываю его позади себя. Такое создание импровизированной баррикады было абсолютно бесполезно тем более с учетом, что противники могут летать, но в адреналиновом угаре мысли путались. Тем не менее, я понял свою глупость и далее просто побежал вперёд – бег не продлился и одной секунды. Окружившие меня пегасы появились буквально «из всех щелей» отрезав мне пути к отступлению. Я даже на секунду замялся но всё поняв далее встав прямо, бросился на толпу «в рукопашную». Драка была недолгой, но я смог «отправить на райские луга» троих пернатых, а одного бросить на балки недостроенной «вышки сотовой связи» — это было символично, так как далее я сам разделил его судьбу. Двое пегасов вместо того чтобы просто бить решили меня скрутить и поднять повыше. Естественно я догадался, что далее меня просто сбросят, вот только не хотел разминать кости и кое-как изогнувшись, взял одного из пегасов аурой за основание крыла. Пернатый от такого сильно закричав, превратил полёт и, отпустив меня начал падать в стиле падающего листа. Его напарник, не желая повторить незавидную участь, просто меня отпустил, уронив прямо на балки вышки.

Металлоконструкция была не очень высокой, темнее менее падал я, как Винни Пух (постоянно сталкивался с препятствиями) но так и не упал окончательно, повиснув на одной из балок мордой вниз. Будучи в таком положении узрел как толпа, собравшись под вышкой, белой (из-за цвета одежды) волной (неудачное сравнение, но они выглядели как однородная масса) начали подниматься наверх. Причём не все пегасы использовали крылья, некоторые просто лезли как хищные звери, и также как звери они вцепились в меня пытаясь сбросить вниз. От участи падения меня спасло активное применение ауры, а также классические удары и пинки. Параллельно отбиваясь, я также забирался всё выше и выше. Это было чем-то похоже на игру в царя горы с поправкой, что высокая точка (против летающего противника) не давала какого-то тактического преимущества. Однако позиция в «клетке» из балок оказалась достаточно эффективна – пегасы, прежде чем вступить в бой, должны были протиснуться между железками, вот только я активно пользовался данной заминкой, сбрасывая копытных вниз одного за другим. Те же, кто успели протиснуться и вступить в бой разделяли похожую судьбу с поправкой, что вместо падения они висели на балках. Я даже использовал оглушённых как мостики, а те кто начинали шевелиться быстро затихали после того как я прыгал на их спины – хруст был громкий.

Параллельно с сопротивлением местной фауне я не мог не отметить, что за пределами погодной фабрики тоже было жарко. На вышке мне открывался поистине величественный вид на идущий в «Новом Клаудсдейле» тяжёлый бой. Конечно, я не видел подробностей, но небо постоянно разрезали красные лазерные лучи и зелёные сгустки «плазмы». Синие воздушные суда наёмников отчаянно «поливали» облачные постройки и наш «летающий авианосец», в то время как Мститель (бывший Громовержец) вяло отстреливаясь, медленно рассекал пространство над городом. Может у этой осадной платформы пегасов и прочная броня, но большая часть вооружения с него была демонтирована. Любую броню можно пробить, если бить в одну точку достаточно долго, однако наёмники вряд ли рассчитывали что, попав в засаду, СНС будет так долго сопротивляться. Похоже, мой скептицизм насчёт улучшения силовой брони и оружия, а также подготовки бойцов был излишне преувеличен. Может тогда и полковник Отем был прав, когда вместо отступления предпочёл сражаться? Может даже сейчас, когда мы в окружении наемников, а я загнан на вышку — не всё потеряно? На все эти вопросы узрел отрицательный ответ.

Первое время я думал, что воздушные корабли наёмников держаться поодаль от Мстителя из опасения, что у нас есть секретное оружие, но это было не так. Секретное оружие было у НКР, и наёмники опасались «попасть под раздачу». Это оружие в прошлом убило многих пегасов, было невероятно эффективно и негуманно, имело не искусственный, а самый настоящий интеллект, было известно под погремухой Дерпи и считалось «элементом смеха». Именно она десять лет назад разгромила атаковавший Филлидельфию флот Анклава, и как мне говорили немногие выжившие: это был не бой, а бойня. В нашем случае, НКР решило повторить свой успешный опыт, и хотя в теории у СНС была защита, но все понимали — она чисто символична.

Я не сразу понял, что произошло, и поначалу подумал, что это самолёт пересекает звуковой барьер (https://www.youtube.com/watch?v=EGziSh-S9fw), но вспомнив в каком мире нахожусь, обратил внимание, что этот самолёт (даже, несмотря на расстояние) удивительно маленький, светиться жёлтым цветом, а также оставляет за собой такой же желтоватый след. Также он летел, периодически ускоряясь, оставляя в небе, кроме следа, желтоватые круги. (Почему-то они напомнили мне мыльные пузыри.) Подлетая к Мстителю, данное НЛО также ускорилось, создав ранее упомянутый круг, который буквально разломал грозовое облако, на которое упиралась летающая платформа. Часть пегасов успела разлететься с «тонущего носом вперёд корабля» (платформа, медленно падающая в облако, действительно была похожа на тонущий корабль) но это слабо утешало.

Хотя мы и установили систему аварийного восстановления облака специально на такой случай, но на испытаниях она показала свои ограниченные возможности. В общем и целом — Мститель накрылся, а вместе с ним и надежда на победу. Мне в тот момент вспомнилась не слишком уместная цитата: «Где же я буду харчеваться?» — это было не очень умно. Тем не менее, даже моего скудного интеллекта было достаточно чтобы понять: захват погодной фабрики, захват Нового Клаудсдейла, создание новой облачной завесы, весь план – ничего не получиться. Удивительно, что до такой очевидности я додумался ещё в цехе радуги, и очень сомневаюсь, что Отем Лиф, который предпочёл ничего не менять и продолжать сражаться, теперь будет настаивать на продолжении операции «Смертельный Дождь». Если он и его бойцы сейчас обороняют или зачищают периметр фабрики, то они не могли не видеть данной катастрофы. Если это так то наверняка сейчас полковник находится на моём месте, в смысле, что думает о себе как о клиническом идиоте.

Всё произошедшее было не очень умно с нашей стороны, но станет триумфом для НКР. Они смогли вычислить нашего информатора. Смогли, выдавая себя за него, нас обмануть и заманить в ловушку. Пусть даже мы оказались для этой ловушки слишком крупной целью, но у них был запасной план, цель которого уже достигнута. Теперь НКР осталось сделать самую малость – добить выживших "террористов", а также доставить меня к Селестии. «Спасение утопающих дело рук самих утопающих», тем более что я не спасатель и сам нуждаюсь в помощи, так что первый пункт пока не должен меня волновать, а вот второй касается меня самым прямым образом. Зверь, загнанный в угол будет сражаться с двойной яростью, и хоть ранее я сравнивал местных с животными, но сейчас сам должен вести себя как зверь. Увы, но моё положение было не таким как у медведя в берлоге, ему бы больше подошло сравнение с котом на дереве, и уж кому как не жителю «самой прекрасной страны на свете» знать, как эту проблему можно решить (https://youtu.be/V_Nr31Lv6H8?t=87).

Хотя телекинез единорогов на мне не действовал, но всё же идея Виндшира взять для моей поимки группу палкоголовых была вполне разумной. Пусть они и не могли скрутить меня в магическом поле, но сама возможность силой мысли и магии манипулировать предметами давала множество возможностей. В этот раз они, видя как я, стоя на вышке, успешно обороняюсь, решили буквально обрушить мою позицию. Конкретнее – всё ещё стоя ромбом вокруг Виндшира, единороги отчаянно засветили своими отростками. Одновременно с этим различными цветами засветился и верх вышки, а после сама конструкция. Далее вышка, вырывая крепёжные болты, начала накреняться подобно срубленному дереву. Похоже, у тех палкоголовых телекинез развит сильнее обычного, хотя всё равно уступал способностям Мелкопипки. В её книге было написано как она, светя своим отростком, кидалась железнодорожными вагонами, душила десятки копытных одновременно, даже могла сама себя леветировать как Барон Мюнхгаузен. Беатрикс подтвердила — всё это правда, и была очень рада, что сейчас Дарительница не может покинуть центр управления. Тем для меня больше мотивации не встречаться с «Ремонтницей Тостеров».

Пока вышка накренялась я, не растерявшись, быстро полез по уже наклонной поверхности, забравшись на самый верх вышки. Далее выбрал момент и, спрыгнув, упал в кувырке на облачный пол, при этом даже ничего не растянув. Далее оборачиваюсь назад и, убедившись, что вышка уже упала, в рывке бегу в спасительную «клетку». Противник не заставил себя ждать и ещё до того как я подбежал к упавшей вышке, боковым зрением увидел две толпы бегущих копытных.

В этот раз оборона была не столь успешна. Мне удалось пройтись по нескольким цветным мордам и сломать пару передних ног, но вскоре какой-то пегас додумался вытащить меня из «клетки» вытянув за «велосипедные сумки». Первая сумка была пуста, а вот вторая, разделив участь первой и раскрывшись, разбросав инструменты. Я же в тот момент совершил обратный кувырок и, увидев, что теперь на облачном полу много разбросанного железа, взял первый попавшейся. Им оказалась какая-то ржавый кусок тяжёлой металлической трубы с гайкой на конце (http://ru.fallout.wikia.com/wiki/%D0%A1%D0%B2%D0%B8%D0%BD%D1%86%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F_%D1%82%D1%80%D1%83%D0%B1%D0%B0_(Fallout:_New_Vegas)?file=FNV_WeapLeadPipe.png) – не самое подходящее оружие, но сгодиться.

Получив импровизированное оружие, я немедленно пустил его в ход, со звоном разломав несколько черепов. Пегасы от данного вида даже на несколько секунд впали в неловкий ступор, и стоя от меня на безопасном расстоянии, робели наступать. Данную паузу прервала знакомая зелёная пегаска с гривой как у Хомейдж. Ранее из всей толпы она решилась напасть первой и в этом случае также прервала неловкую паузу, отличие было лишь в том, что она напала не сбоку, а сверху. Зелёная свалилась буквально как снег на голову, вот только голова у земных пони крепкая, а пегаска не рассчитав угол падения задела меня по касательной. В итоге я не сильно пострадал и, взяв упавшую зелёную в обнимку, далее прошёл два шага и прижал зелёную затылком к бетонной (!) стенке. Далее заметив боковым зрением движение, резко разворачиваюсь и бью светло-жёлтого пегаса по чайнику – похоже, он решил повторить подвиг зелёной. Сама зелёная в это время была прижата мной к стенке с выражением ужаса на морде. Хотя мне было стрёмно убивать пегасов (да и вообще убивать) но та могла составить много проблем, так что её я добил наверняка. Два удара свинцовой трубой и пегаска с вмятиной на морде сползает вниз, оставляя затылком красный след.

Далее оборачиваюсь к толпе и, понимая что «если драка неизбежна, то нужно бить первым» бросаюсь в атаку. Атака имела ограниченный успех – мне удалось, пройтись трубой по нескольким цветным мордам, но в итоге это закончилось крайне предсказуемо. Несколько пегасов из толпы, выбрав момент моего удара, просто зажали трубу и мою «руку» (трубу естественно выбили) а далее, одновременно повалив, затянули меня в центр толпы. Тут бы они как их Земные сородичи просто меня затоптали, но на моё счастье я упал рядом с местом, где рассыпал инструменты. Отвертка, которую заметил, была не очень большой, и скорее выглядела как инструмент часовщика, но я был несказанно рад такой находке. Будучи переполненным этой радостью я даже не замечал, как копытные отчаянно пытались меня затоптать, но стоило только взять инструмент, как боль вернулась. Теперь ощущение радости сменилось на ненависть, и уже получая силы от этого чувства, начал отчаянно колоть брюшные полости копытных. Так я и «проколол» себе путь и уже встав на ноги в порыве ярости, прижал одного синего единорога к … эмм… стеклянной стенке будки охраны?!

Выкалывая отвёрткой копытному его большие глаза, я всё же смог унять ярость и обратить внимание, что за стеклом никого нет, но есть оружейный шкаф, в котором (что логично) можно найти оружие. Пусть пока я всё ещё жив, и отправил на «райские луга» десятки копытных, но нужно смотреть правде в глаза – без оружия, мне ни за что не уделать их всех. Погодная фабрика, как и весь облачный город, была свободна от данных смертоносных устройств но, похоже, мне удалось найти одно место, которое является исключением. Осталась самая малость – нужно туда проникнуть.

Дверь в помещение охраны находилась справа от меня и была окружена проволочным забором со «Спиралью Бруно» наверху. Сомневаюсь, что такая защита была эффективна против способных к полёту пегасов, но вот против бескрылых (типа меня) она была вполне уместна. Возможно, что её установили совсем недавно специально для меня, иначе не знаю, зачем нужен проволочный забор в городе пегасов. Тем не менее, я не должен, считать какой-то заборчик непреодолимым препятствием и раз, будучи бескрылым, я не могу его перелететь то смогу перепрыгнуть, нужно лишь найти шест, а ещё лучше — забраться повыше. «Окрылённый» данной идеей я резко развернулся и, орудуя отвёрткой начал прокалывать себе путь назад к упавшей вышке. По пути повторился случай, когда копытные, схватив меня, далее выбили оружие и, затянув в центр толпы, повалили на пол. В этот раз рядом не было никаких труб, отвёрток или гаечных ключей, но мне они не нужны – я сам себе оружие, а земные пони сильнее пегасов и тем более единорогов. Используя оба этих фактора я, активно используя ауру, смог уже сам повалить нескольких копытных и даже подняв одного тёмно-жёлтого единорога далее швырнуть его, чтобы пробить проволочный забор. В итоге забор не пробился (будто стоило ожидать другого) но судя по искрам из глаз и отростка рогатого копытного (мне даже показалось, что я видел его скелет), тот забор был под напряжением.

Тем не менее, я не отказался от идеи проникновения, и вначале забравшись на опрокинутую вышку, далее по ней добрался до верха трансформаторной будки. Противники хотя и не понимали, что я собирался сделать, но всё же пытались меня остановить, так что пришлось вдарить по нескольким мордам, но не они были моей целью. Стоя на крыше подстанции, я, тщательно взвесив силы и представив как, находясь под напряжением, буду жариться вися на режущей ленте, всё же разогнался и совершил памятный прыжок в длину. Совершив кувырок по облачному полу, понял, что прыжок прошёл успешно (я был прямо напротив двери и, уперев в неё копытце, оставил красный отпечаток) но, обернувшись, узрел странную и жуткую картину. Похоже, копытные от ярости стали терять разум раз вместо того чтобы просто перелететь решили просто смять забор, и это несмотря на то что он под напряжением. Особую жуть добавляло, что я это видел в замедленном темпе. Ну почему время не замедлилось в момент прыжка? Может, если бы прыжок должен был закончиться на режущей ленте, то было бы по-другому?

Так и не получив ответ на глупые вопросы я «ударом Леонида» выбил дверь (почему-то показалось что она была не заперта) и забежал в помещение. Закрыть дверь сразу не удалось – какой-то пегас успел просунуть свою морду и правое копыто, но удар головой и применение ауры заставило его отступить. Далее я закрыл задвижку и, далее взял тяжёлый железный оружейный шкаф, которым перегородил дверь. Копытные в это время отчаянно лягали в дверь и стёкла, надеясь добраться до моей шкуры. Дверь пока не поддавалась, да и стёкла в помещении охраны были особо прочными, но всё же – я был как крыса в мышеловке. Ранее копытные уже пробили стеклянную дверь, так что не нужно думать, что со стеклом в комнате охраны будет по-другому.

Покрутив головой чтобы прогнать ненужные мысли, я далее решил взять то зачем пришёл. Приятная неожиданность — оружейный шкаф не был заперт, а вот его содержимое ….. Ну – не густо, как говориться, и не пусто. В шкафу была аж одна лазерная винтовка и две батареи к ней. Нет, серьезно – что я ожидал? Что там будут автоматы Калашникова с подствольниками и ящик гранат? Вообще-то последнее было вполне ожидаемо, учитывая, что в башне Тенпони в комнате охраны я и Соуп нашли ящик с минами. Да даже в лагере лесорубов я и полковник Отем нашли множество гранат но, похоже, что в облачном городе более серьезное оружейное законодательство.

Но теперь у меня хотя бы есть оборонительная позиция и лазерная винтовка, которой я начал активно пользоваться. Красные лазерные лучи удивительно легко проходили через стекло, оставляя на стекле отверстия с расходящимися трещинами, а на телах пегасов тёмно-красные пятна. Похоже, пернатые не рассчитывали, что я начну стрелять и надеялись сами разбить стекло, но я не стал оттягивать неизбежное. Копытные разбегались и разлетались, в то время как я стрелял во всё что движется. Стекло при этом покрылось паутиной трещин, но всё же не настолько, чтобы скрыть от меня множество трупов. Местность была просто усеяна телами пегасов и редких единорогов, а сам облачный пол пропитался кровью, придав себе красноватый оттенок. При всём при этом, я не убил и половины, так что расслабляться рано.

Мысли об отдыхе прервал большой газовый баллон, что разбив «паутинчатое» стекло, упал рядом со мной. Я уже видел такие баллоны когда (неудачно) пытался использовать их как баррикады. Похоже, они здесь были для сварочных работ на теперь уже рухнувшей вышке, а ещё Прайд предлагал, принеся меня в ящике на крышу, далее заварить. Теперь же копытные применили данный баллон, чтобы разбить стекло. Просто «чудесно» — теперь, когда стекло разбито они дождутся, когда у меня закончатся батареи, а далее просто сомнут числом, хотя некоторые не стали дожидаться.

Слыша доносившееся сверху цоканье, я понял, что они решили брать меня сверху. Будучи в отчаянии я, надеясь, что лазер пробьёт бетонные стенки также как стекло, начал стрелять в потолок. В итоге потолок не пробился, но его целостность нарушилась и провалившийся в помещение единорог был искренне удивлён произошедшему – получив выстрел лазера он умер также с выражением удивления. Другие упавшие с потолка не были не так обескуражены и тут же бросились в бой, так что помимо стрельбы мне пришлось поработать ещё и прикладом.

— Блядь!!! – голос Виндшира показался необычно громким. — И это кандидаты в Вондерболты?!! Сотня пегасов не может справиться с одним земным пони – это позор нашего рода! Да нападите на него одновременно! Похуй на потери!!! За гармонию! За НКР! Ради Селестии – мы возьмём призрака живым! Исполним волю нашей богини!!!

Речь не отличалась красноречием но, судя по похожим на боевой клич крикам, на пегасов прозвучавшее произвело впечатление. Очень скоро они всей толпой ломануться к моей позиции и мне ни за что не отстреляться и не отбиться. Чтобы выжить нужно применить что-то дерзкое, возможно самоубийственное и, глядя на баллон, я нашёл что искал.

Копытные что ожидалось, напали одновременно, но я не собирался в них стрелять. Вместо этого, пока они ещё не напали, начал отчаянно бить по вентилю баллона, и после трёх ударов наконец-то добился желаемого. Баллон к счастью был наполнен, а вот то, что от реактивной струи он упёрся в стену, было неоднозначно. Струя газа дула прямо на меня – не такой степени, чтобы содрать шкуру, но хорошего мало. Теперь нужно было воплотить вторую часть плана – покинуть помещение и выстрелить в баллон, вот только копытные мне помешали. Проникнув в помещение, они были как саранча, нет — как пираньи, и в отчаянной попытке добраться до меня даже мешали друг другу. Мне от этого было не легче, так как многочисленные удары и укусы не давали думать о хорошем. Тем не менее, мне удалось подобраться к окну, но не покинуть будку охраны – копытные прижали меня как автомобильный пресс, причём с четырёх сторон. Однако я всё ещё мог использовать винтовку, а стойкий запах означал, что за исключением одного пункта, план работал. Проблема в том, что этот пункт подразумевал моё выживание но, похоже, не судьба – мне придётся сделать «сеппуку по-русски». С данной мыслью я нажал на курок.

Время в тот момент не замедлялось – я просто ощутил пламя, а после услышал громкий хлопок. Далее на секунду потерял сознание и очнулся лежащим на облачном полу. Понимаю, что правый глаз не видит, и прислоняю к нему копытце – не вытек. Ещё доля секунды и рядом со мной падает тёмный обгоревший труп пегаса. Далее поднимаю взгляд — вижу стоящего и ухмыляющегося Виндшира, смотрящего с высоты вертолётной площадки прямо на меня.

— Встали! – брат Отема говорил твёрдым голосом, и в этот раз без фамильного акцента. — Всем встать!

Раненные копытные тут же отозвались и начали вставать подобно армии мёртвых. Я же, несмотря на все попытки, встать не смог. Правая задняя нога была сломана (хотя кость не торчала) — биться в привычной стойке не получится. Каждое движение отдавалось сильной болью от ожогов и застрявших осколков. Одетый на мне белый халат почти полностью сгорел, оставив лишь несколько лохмотьев на плечах. От сумок для инструментов вообще ничего не осталось, не говоря уже о сумке с противогазом (Нахрена я вообще взял с собой противогаз?), о гарнитуре которую ранее выбили в горячке боя я вообще забыл. На фоне этого то, что побелка, которой я был покрыт для маскировки, теперь была вообще незаметна, а моя шкура приняла неестественно тёмный оттенок, было даже неудобно замечать. Хорошо хоть пламя прижгло раны (выяснилось что "запёкшаяся" кровь теряет свои антимагические свойства), а то, истекая кровью, я бы просто провалился сквозь облако.

Хотя даже будучи в таком положении я не собирался сдаваться и отчаянно всматривался в поисках чего-то полезного но – на что я надеялся? На то, что рядом со мной упадёт аптечка с обезболивающим и адреналином? На то, что рядом будет работающая лазерная винтовка? Это было глупо. Рядом не было ничего полезного, а мои попытки встать ни к чему не привели – свежие ожоги вызывали острую боль и это не говоря застрявших осколках, а также тех повреждениях, которые получил в драке с толпой копытных. В итоге группа пегасов, шатаясь, но, не напрягаясь, смогла меня скрутить.

— Похоже у Вондерболтов будет пополнение, — посмеиваясь сказал Виндшир спрыгнув с площадки и встав рядом со мной. Другие копытные хранили молчание, хотя скручивая меня сердито пыхтели.

— Я ещё не побеждён! – мой хриплый голос с русским акцентом сейчас звучал особенно специфично. — Я и без ног могу драться! Одна голова будет кататься, и я всё равно с вами справлюсь!

Вообще-то сказанное не соответствовало действительности и звучало скорее смешно. Виндшира это точно насмешило но, немного пофыркав, он вернул морде серьезное выражение. Далее пегас развернулся и лягнул меня в полуслепой глаз. Удар был несильным, но по ощущениям глаз был на грани, чтобы стать выбитым.

— Пидарас темноглазый! — произнёс Виндшир.

— Я вас один, всех порешал, как ассасин! — дальше рифму не придумал но и этого было достаточно чтобы больше разозлить Виндшира и заставить того наступить мне на сломанную ногу.

— АААА! Пиздец! Ногаааа! Сукаааа! Блядь! Съебите нахуй! – моя неуместная просьба.

— Ебало завали, гребаный зомби! — сказал Виндшир. Судя по всему, назвав меня ходячим трупом, он намекнул не столько на «призрачное» происхождение, сколько на внешность.

— Бляяяяя!!! – будто я мог кричать что-то другое. — Вы не пони, вы козлы!!! – последнее произнёс на русском, но далее говорил уже на местном, хотя смысл резко поменялся:

— Я блядь военнопленный! В СНС всегда соблюдали «Женевскую конвенцию»! Проявите сочувствие!!!

— Похоже, наш призрак в другой жизни был бабой, – Виндшир говорил усмехаясь. — Сочувствие в словаре находиться между сифилисом и сранью! Просить его будешь у Дарительницы и нашей богини.

— Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! Пощады никто не жела..... — закончить фразу помешал матерчатый кляп.

— Свяжите уёбка покрепче, — сказал Виндшир, — в ящик заваривать не будем, принцессе он сгодиться и в таком виде, — далее он сделал короткую паузу и, нагнувшись к моей прижатой морде, продолжил:

— Не думай, что если ты нужен нашей богине, то дальше мы тебе ничего не сделаем. Принцессе ты нужен живым, но необязательно здоровым. Полёт до Нейварро будет долгим, а я очень зол за смерть своего брата. Скоро мы узнаем, как ты с нами справишься, лишившись всего. До центра управления ты доберешься уже в виде головы в банке, — далее пегас усмехнулся – ему показалось забавным, что ранее я говорил про катающуюся голову: — но принцесса всё равно будет довольна.

А ведь я считал, что нет ничего хуже, чем окончить свою вторую жизнь в ящике, выяснилось — ещё как может. Скоро меня, в буквальном смысле, закатают в банку. Данная мотивация пробудила бы во мне силы, если бы было что пробуждать. Вместо ударов у меня были неуклюжие трепыхания, но и они подошли к концу, когда я ощутил множество ремней стягивающих меня по всем четырём. Ремни хотя и были тряпичными (не кожаными) но выглядели довольно прочными, мне вряд ли удастся их порвать и тем более перегрызть, тем более с кляпом во рту. Неужели это начало конца? Неужели мне суждено быть доставленным к Селестии (да ещё и виде одной головы) а после, даже не знаю — использоваться для каких-то экспериментов. Понятия не имею, какие у Селестии на меня планы, но явно ничего хорошего. Осознавая это я, будучи повязанный, неуклюже мычал сквозь кляп, но это никак не мешало копытным поднять меня, а после потащить в направлении площадки со стоящим (похожем на стрекозу) конвертопланом. Вскоре меня погрузят в отсек данного летательного аппарата, а после доставят в Нейварро. Насчёт того что произойдёт потом (да и в процессе полёта) пока лучше не думать, нужно сосредоточиться на то как освободиться от ремней. Но, увы и ах, на ум ничего не приходило. Мне не развязаться и никак не помешать собственной доставке. Спасти меня может только чудо и чудо свершилось.

Пока я рассуждал о бесполезности сопротивления копытные уже успели дотащить меня до лестницы ведущей к площадке. По пути смотрел по сторонам надеясь найти хоть что-нибудь полезное, и в итоге мой взгляд зацепился за какой-то зелёный дым, исходящий от конвертоплана. Тогда не понял, что это был сигнальный фаер, да и не было времени на раздумья, так как....

Но тут (Аркадий Паровозов мимо пролетал) случилось неожиданное — в конвертоплан попали два (рояля в кустах) больших сгустка зелёной плазмы, после чего винтокрылая машина взорвалась каким-то бензиновым взрывом. Копытных, и меня вместе с ними, отбросило взрывной волной, но так как передо мной шли два пегаса, то их тела сработали как барьер, защитивший меня от пламени. Однако взрывную волну они не задержали, так что я разделил судьбу остальных, и очнулся уже лежащим на спине, поодаль от площадки. Открыв глаза, я тут же устремил свой взгляд на пролетавший прямо над нами "Подстрекатель". То, что это был именно наш трофейный воздушный корабль (ранее принадлежавший наёмникам) было легко узнать по "пиксельной" расцветке и опознавательному знаку зонтика на борту. Этот воздушный корабль ворвался в самую гущу боя, причем, когда Мститель был уже сбит, а Дерпи всё еще продолжает осуществлять "радиоактивные удары". Пилотирующая его пегаска Симфони очень смелая (храбрость идиотки всё равно храбрость), но она бы не стала стрелять в конвертоплан если бы его не пометили фаером. Кто мог это сделать?

— Блядь! — прокричал очнувшийся Виндшир. — Говна кусок! — далее он немного успокоившись, повернулся ко мне и продолжил: — Не надейся, это лишь отсрочило неизбежное.

Действительно — надежда была ложной. Надежда на то что "Подстрекатель" в следующий заход застит крышу погодной фабрики, а после, я на нём эвакуируюсь. Всё это обломала Дерпи которая разогнавшись осуществила ещё один "удар" — "Подстрекатель" падал вращаясь как при "плоском штопоре".

— Красиво разъебала, — ухмыляясь, сказал Виндшир. — Ещё штук пять таких заходов, и элемент смеха окончательно уничтожит ваше блядское СНС.

В ответ я начал отчаянно мычать пытаясь привлечь внимание. Это сработало — копытные все как один повернулись в мою сторону. Наверное, они думали что, мыча сквозь кляп, я пытаюсь их как-то оскорбить, но это не так — я просто хотел, чтобы они смотрели на меня.

Копытные меня крепко связали и даже заткнули пасть, единственное, что они не сделали, так это не завязали глаза и не заткнули уши. Последнее лишило бы их красноречие всякого смысла, а вот то, что я был без повязки, было их промахом. Хоть мой правый глаз давал размытое изображение, но вот левый давал в меру чёткую картинку, а широкое поле зрения пони обеспечивало мне стабильный обзор. Какого же было моё удивление, когда лёжа после взрыва конвертоплана я увидел размытый силуэт, аля камуфляж хищника. Конечно, это могло просто показаться, но если нет, то рядом кто-то пользуется "стелсбаком" и у меня был один подозреваемый. Хотя упомянутый маскировачный прибор казался мне близким к совершенству (и не имел аналогов в той земной эпохе, в которой я жил) но всё же не обеспечивал стопроцентную защиту, тем более когда всё в дыму (Спайк обнаружил меня используя пар). Исходя из этого, я и решил привлечь внимание, чтобы копытные случайно не обнаружили замаскированного пони.

— Чего ты там пиздишь? — это были последние слова Виндшира.

Лира Хартстрингс любит действовать тихо и незаметно, чем и обусловлен её выбор оружия (удавка, пистолет с глушителем и, собранный мной специально для неё, складной ПП, а также различные приспособления её агентства) но в этот раз она решила вместо тонкой удавки из струны использовать кое-что потяжелее — выбор меня удивил. Нет, серьезно — лопасть от конвертоплана. Даже представить не могу более странного оружия, но оно довольно легко вошло в череп Виндшира. Однако застрявшая железка далее оказалась бесполезна, так что далее Лира стала действовать более привычными средствами.

Оглушив копытом одну из пегасок, далее Лира достала свой пистолет и начала в упор расстреливать единорогов. Патроны быстро кончились, но единороги ещё быстрее, так что и пегасам досталось. Те же, в первые секунды, пытались разбежаться но, заметив, что затвор пистолета Лиры застрял в крайнем положении, быстро развернулись и бросились в атаку. Тут Лира применила собранный мной складной ПП. Пегасы, видя предмет похожий на VHS кассету, не опознали в ней оружие, за что быстро поплатились — одна длинная очередь и к ногам Лиру падает несколько цветных туш. Далее гулифицированная единорожка, не давая пернатым время опомниться, сама бросилась в атаку. Зрелище того как она сражается было непередаваемо — Лира была круче чем Джеки Чан и Чак Норрис вместе взятые. Она, ловко уклоняясь от многочисленных ударов, сама практически не била, но активно использовала особенности местности. Одну пегаску она затолкала в лопасти работающего кондиционера, с которого слетела решетка, забрызгав копытных литрами крови. Другого пегаса она заманила за балки упавшей вышки, а когда тот (совершил глупость) попытался через них до неё дотянуться, сама взяла его за копытца и, уперев его ноги в железо, резко надавила, сломав пегасу передние ноги в районе коленей. Особенно жестоко она поступила с пегаской которую бросила в горящий обломок конвертоплана — она не стала её добивать и просто дождалась пока та сама сгорит.

Вид происходящего меня одновременно и радовал и пугал. Радовало то, что Лира на нашей стороне, а пугало — её манера боя. Она прямо: бабка заводила, дружить с ней как играть с крокодилом. С трудом верилось, что когда-то эта единорожка в толстовке была по-настоящему мирной, и даже состоя в агентстве, выполняла задания без жертв с вражеской стороны. Похоже, без излучения "Дерева Гармонии" за сотни лет у Лиры (как и у всех местных обитателей) притупились понятия морали, хотя после того что я натворил рассуждать на данную тему было уже поздно. Тем не менее, я был рад её видеть, а ещё был бы рад встретиться с её наставницей Октавией Мелоди, если бы та была жива — было бы интересно пообщаться с музыкальной земной пони, научавшейся у "призраков" такой технике боя, а после передавшей свои навыки зелёной арфистке.

Однако, несмотря на всю свою эффективность в ближнем бою, Лира решила поскорее закончить мордобой и, выбрав момент, перезарядила свой складной ПП. Далее она просто пристрелила тех, кто имел глупость на неё напасть а, после угрожающе направляя ствол на лежащих но ещё живых пегасов, подходила к ним почти в плотную, и пускала из своей подковы им в морды усыпляющий газ. Только закончив с зачисткой, она подошла ко мне.

— Я не опоздала? – произнесла гулифицированная единорожка, параллельно снимая с меня кляп.

— Как раз вовремя, — язык болел после кляпа, так что говорить было больно, но я не отказался от пары слов и актуального вопроса: — Меня тут чуть в банку не затолкали. Где ты задержалась?

— Нужно было вернуть оружие. Не хотелось чтобы пистолет Бон Бон получил какой-нибудь пегас из Вондерболтов.

— Это понятно, люди гибнут за металл и всё такое, но как там полковник и его план?

— Можно сказать, что план захвата фабрики оказался успешен, а вот насчёт остального — ты видел сам, — параллельно разговору Лира ещё развязывала ремни и на этом моменте освободила мои передние ноги.

— Да видел, — я вспомнил пейзаж, открывшийся мне с вышки, — Мститель накрылся, — далее я собирался продолжить тему но увидев летящий силуэт прокричал: — Сзади!

Лира повернулись, чтобы увидеть заходящего на посадку синего аликорна с грузом на спине. Грузом оказался гуль зебра (у которого на спине тоже был груз) в зелёном комбинезоне, бронежилете и маской на морде. Несмотря на маску, я узнал знакомого полосатика (будто кроме него и меня кто-то ещё носил такую маску), а также то насколько он был напуган – маска не скрывала его глаза, в которых читался ужас. Похоже, несмотря на жизнь среди пернатых копытных на борту летающего авианосца, Сулик не окончательно избавился от страха высоты. Я это не осуждал, так как сам такой же, и также ранее ездил верхом на Беатрикс, но всё же — его испуганный вид был непередаваем. Жаль заснять нельзя.

Я после полёта верхом на аликорне, тоже был напуган. Пусть даже большая часть полёта прошла на небольшой высоте, но в конце мы забрались выше облаков, и это не говоря обо всех предшествующих событиях, которые также вызывали эмоцию страха. Исходя из всего этого было неудивительно, что после нашей посадки я не сразу отлип от спины аликорна, так что подобная реакция от полосатика была вполне ожидаема.

— Отцепись, — сказала Беатрикс полосатому гулю. Вид у неё был не такой усталый как после полёта со мной на спине.

— Не могу, — дрожащим голосом сказал Сулик.

— Я наложила заклятие, можешь смело ступать на облака, — произнесла аликорн на что полосатый ответил молчанием.

— Да съеби уже, мёртвый груз! — далее Трикси засветила магией и начала отцеплять от себя упомянутый груз. Вообще-то Сулик был не мертвый, но аналогия понятна – гули внешне выглядят как ходячие мертвяки.

Отцепив от себя полосатого, Трюкачка несколько секунд полюбовавшись, как Сулик боится подняться на копыта, далее, развернулась в мою сторону, и, достав из-под балахона баллончик со спреем, начала обрабатывать мои раны. Попутно она пастью (!) вытащила несколько осколков, что было довольно болезненно, но в целом процедура была приятна. Словами не передать то, как холод был приятен (а также то, как я был рад, что полуслепой глаз пришёл в норму) но, вспомнив об одной детали, я указал на сломанную ногу и то, что перед лечением её нужно правильно поставить, иначе кость срастётся неправильно. Трикси узнав об этом факте понимающе кивнула, а Лира тут же умчалась. Вскоре она вернулась со снятой шиной Виндшира, которую успешно одела мне на сломанную конечность. Далее на зафиксированную ногу истратили последний запас охлаждающего спрея. Перелом от этого не исчез (кость срастается гораздо дольше мягких тканей) но стало немного легче. В общем, с шиной на задней ноге я ещё могу ходить (пусть и на трёх ногах) но об классической (человеческой) стойке придётся забыть. Также Беатрикс перебинтовала некоторые раны, отдавая приоритет тем на которые не хватило спрея. Увы, но бинтов у неё было немного – аж один моток, так что часть порезов остались открытыми. А ведь в прошлом, после встречи с питомцем Вельвет, меня забинтовали как мумию – ностальгия.

В итоге: я теперь как «кошка триножка». Вместо шмоток мою шкуру защищает слой запёкшейся крови, а в некоторых местах слой бинтов – защита нулевая. Была мысль снять комбинезон с какого-нибудь трупа, но решил что не надо. Пегасы и единороги габаритно меньше земных пони, так что их шмотки будут неприятно давить, а учитывая, что у меня всё тело болело то, это будет невыносимо.

— Мститель накрылся. Подстрекатель тоже сбит. Есть вариант выбраться отсюда? – закончив себя жалеть, я обратился к копытным с актуальным вопросом.

— Сбит, но не накрылся, — отозвался Сулик. — Система аварийного восстановления облака сработала, обеспечив мягкую посадку, вот только для восстановления тучки ей, и пегасам на борту, понадобиться ещё какое-то время.

— Если выживут, — Беатрикс прервала гуля. — Внизу сейчас тоже жарко, и вряд ли они решаться на взлёт когда в небе элемент смеха и радиация припекает.

— Ты предлагаешь …? — я недоговорил вопрос.

— Давай завалим эту суку! — с ненавистью в голосе сказала Трикси.

— Ты с ума сошла! – сказал Сулик и, судя по тому, что он уже ровно стоял на ногах его страх высоты стал сходить на нет. — Она сейчас светящийся гуль с мгновенной регенерацией, к тому же распространяющий радиационные выбросы! Нам её не убить, даже если бы у нас было чем стрелять!

Тут я заметил, что у полосатого не было с собой его ППШ, но был закреплённый на спине мобильный терминал управления беспилотником. Неужели после того как Сулик, управляя коптером, прострелил замок на моём ящике, ему удалось каким-то чудом спасти беспилотник? Судя по тому, что терминал был всё ещё при нём, чудо свершилось, только в нашем случае это отнюдь не благо. Коптер это конечно хорошо, но сейчас ППШ был бы более полезен.

— Вообще-то есть чем, — произнесла синяя аликорн и достала собранный мной трёхствольный пистолет ТП. Выглядело как издевательство, так что в дальнейшей речи Трюкачка использовала другие аргументы: — Я прожила немало, и меня саму сотни раз убивали, причём не всегда с помощью оружия.

— Намекаешь, что здесь мы найдём железнодорожный вагон? – казалось бы, неуместный вопрос Лиры удивительно точно показывал намерения Трикси.

— Да намекаю, — далее аликорн говорила более эмоционально:

— Мы блядь уже убили большую часть героев пустоши! Чем Дерпи отличается от Лайфблума или Спайка?! Только тем, что ядовита и мгновенно восстанавливается! – далее Трикси отдышалась и продолжила более спокойно: — Простите, завелась.

— Может вначале отступим, а убьём её в сведущий раз? – я ещё не окончательно избавился от мысли покинуть эту воздушную стихию.

— Тупой лоботомит, — как ни странно в этот раз против идеи отхода выступил Сулик, — элемент смеха не даст нам отступить.

— Полосатый прав, — теперь говорила Трикси: — Дерпи не даст нам уйти, и это не говоря о группировке наёмников. К тому же, я не смогу утащить больше чем одного. Думаю, выбор кому я позволю ездить на себе верхом, более чем очевиден, — судя по тому что, договорив Трикси повернулась ко мне с ухмылистой улыбкой, то именно я могу удостоиться этой чести.

Теперь у меня есть выбор. Я могу принять предложение аликорна и, оставив полосатого и Лиру (а также Отема и других пегасов), покинуть облачный город, надеясь при этом, что Трикси удастся прорвать оцепление наемников, а также оторваться от Дерпи. Судя по тому, что ранее синяя не могла оторваться от управляемых вихрей и тому, как она выдохлась после полёта со мной на спине, то шансы даже не нулевые, а идут в минус. К тому же, я вроде как один из командующих СНС и не могу просто так бросить копытных товарищей. Вообще-то ранее уже бросил, но тогда с ними был шизанутый полковник, так что это скорее копытные сделали свой выбор. Решено – я остаюсь, и согласно предложению Трикси, попытаюсь вместе со всеми ликвидировать ещё одного героя пустоши. Вопрос только – как?

— Есть идеи как с ней справиться? Как убить того кто не умирает и убивает излучением радиации? – на мои вопросы Лира и Трикси помотали головой (похоже они надеялись что именно я предложу идею), а вот Сулик задумавшись выдал своё мнение:

— Вообще-то — мы здесь все не умираем от радиации.

Вообще-то из опытов на Мстителе выяснилось, что меня радиация всё же убивает, вот только регенерация восстанавливает клетки быстрее, чем они гибнут от излучения. В теории это применимо даже к столь сильному излучению от радиационных выбросов, так что вывод полосатого можно считать обоснованным. Другие выводы гуля также были не лишены логики:

— Светящиеся гули могут, чуть ли не мгновенно восстанавливать ранения, так что, чтобы с ней справиться нам понадобится тяжёлое вооружение, которого у нас нет. Выход один – импровизация. Железнодорожных вагонов здесь нет, но мы на погодной фабрике нашпигованной различным оборудованием. Может нам удастся заманить её по какой-нибудь пресс или что-то подобное.

— Дробилка в цехе выделения спектры, — я тут же понял к чему вёл полосатый и, вспомнив недавние события, выдал нехитрую идею: — При мне там недавно размололи пегаса, — от последней подробности Трикси (и наверно Сулик, но он был в маске) тут же поморщилась.

— Звучит так тупо, что может сработать, — Лира выдала свой «утешительный» вывод.

— Но есть одна проблема, — я вспомним момент из книги Мелкопипки, решил кое-что уточнить: — Что ей помешает просто создать радиоактивный удар помощнее и разнести фабрику?

— То, что НКР эта фабрика нужна не меньше чем полковнику, — Сулик ответил на мой вопрос: — Никто не станет её разрушать, и Дерпи не исключение. Проблема не в том, что фабрика будет уничтожена вместе с нами, а в том, чтобы заманить Дерпи в эту, как там её — дробилку.

Проблема обозначенная полосатым была понятна, но она стояла, как бы, на финальной стадии. Перед тем как заманить элемент смеха в цех выделения спектры, нужно было сделать кое-что другое.

— Для начала её нужно просто привлечь, — я был как капитан очевидность.

— Нет проблем, — сказала Беатрикс и, отойдя от нас, далее встала на дыбы и выстрелила вверх из своего отростка каким-то заклинанием. Далее это заклятие вдруг резко взорвалось, и над крышей фабрики стал появляться образ эмблемы корпорации зла. Не такой большой как над Новым Кантерлотом но всё равно заметный.

— Впечатляет, — сказала Лира, с ухмылкой смотря на красно-белый символ.

— Мои выступления всегда сопровождались пиротехническим шоу, — Трикси также говорила с ухмылкой.

— Если бы в твоих выступлениях было что хорошее помимо пиротехники, — Лира намекая на прошлое Беатрикс нарочно недоговорила вопрос.

Теперь оставалось только ждать пока элемент смеха не клюнет на приманку, а дальше... Дальше импровизация. Ожидание было недолгим, вот только на крючок попалась не та рыбка. Синие воздушные корабли наёмников, среди облаков, были скорее похожи на китов среди волн. Китов, которые вместо фонтанов брызг плюются смертоносными зелёными сгустками. Именно такая рыбешка и клюнула на нашу наживку, точнее на нас — мы сами назначили себя наживкой.

— Он заходит для атаки! — говоря я, не пытался скрывать панику в голосе: — Бежим!

Было довольно иронично, что предложение бежать выдвинул тот, кто ходил хромая. Тем не менее, слова были поняты и Сулик с Лирой галопом помчались к двери ведущей вниз на фабрику. Трикси же поначалу также рванула но, заметив мою трёхногую походку, вернулась назад и, нагнувшись далее взвалила меня к себе на спину. Далее была пробежка, которая напомнила побег из башни Тенпони, с поправкой, что место охранников нас преследовали зелёные плазменные взрывы. Стрельба с вражеского воздушного корабля не прекратилась и после того как мы скрылись за облачными стенами, так что Трикси приходилось часто маневрировать уклоняясь от падающих (в основном облачных хотя были и другие материалы) конструкций. Стены фабрики, несмотря на материал, были далеко не хлипкими, но если бы пилот наёмник захотел стрельбой продолбить их все, то он бы своего добился, и тогда наша участь была бы незавидной, но к счастью огонь прекратился раньше, чем фабрика начала разваливаться.

— Клюнула не та рыбка, — лёжа на спине аликорна я говорил прямо в ухо Беатрикс: — Идеи есть?

— Остаётся только повторить наш полёт.

— Серьезно? — я наигранно удивился: — Ты надеешься, со мной на спине, прорваться через оцепление наёмников?

— В прошлый раз мы смогли уйти от самой Дарительницы, со всей её погодной мощью, хотя.... — Трикси на несколько секунд замерла, глядя на свой (раньше он принадлежал Лайфблуму) КПК.

— Что такое? — вопрос был задан некорректно.

— У меня счётчик радиации зашкалил и красная метка на ЛУМе. Похоже, наживка сработала.

Вскоре мы получили визуальное подтверждение — одна облачных стен вдруг разрушилась от какой-то жёлтой ударной волны и перед нами предстала Дерпи Хувс собственной персоной. Выглядела она будто обожралась стоваттных лампочек, в смысле — ярко светилась жёлтым светом как от ламп накаливания. В сочетании с тем что она гуль это создавало специфичное впечатление. Даже фильме про охотников за привидениями некоторые призраки светились не так ярко, но должен признать — светящиеся конеподобное существо, выглядящее как несвежий труп, вполне бы вписалась в тот киношный сетинг. Вписалась бы если убрать несколько деталей. Дерпи не носила одежды, если за неё не считать: золотистый КПК, "боевое седло" с закреплённым на нём коричневым карабином (который к тому же был обмотан какими-то проводами) и висящую на шее доску со специфичной надписью "За Эквестрию и маффины". Но эта полушутливая надпись нисколько не делала облик Дерпи менее угрожающим. Если сравнивать её облик со знакомым мне полосатым гулем (с которого только песок не сыпался) то гуль Дерпи буквально «светилась здоровьем», а при отключении света она бы была просто незаменима.

На фоне этого я даже не сразу обратил внимание на её косые глаза, но когда это произошло, понял почему "Дети Собора" прозвали Отема Лифа "Дерпанутым". Сходство косых глаз Дерпи и, смотрящих в разные стороны, моргал пегаса с пулей в башке (в момент нашей встречи в психушке), было стопроцентным. Утешает то, что с такими глазами элемент смеха не может быть метким стрелком, но это слабое утешение — мне вообще нечем стрелять, а со сломанной ногой от меня мало толку.

Пожалуй, в таком виде я годен лишь на приманку вот только приманка уже сработала — магический салют Трикси сделал своё дело, и Дерпи лично решила порвать наш зонт. Я думал, что светящаяся одинаково ненавидела всех кто состоит в СНС, но это было не так. В тот момент я подзабыл, что убил её "особенного пони" но, то, что светящиеся, вначале указав копытом на меня далее, несмотря на свой вырезанный язык, смогла произнести несколько слов, чётко показывало, что у неё ко мне особое отношение:

— Мню убьёт тебюю, — судя по непередаваемому выражению морды, данные слова давались ей с большим трудом.

Тем не менее, она нашла в себе силы и возможности произнести столь короткую но емкую фразу. У меня тут же случился флешбек в котором я бился против Лаенхарта, а далее убил того засунув гранату в пасть ночному пегасу. Тот мышекрылый сосался со светящейся, и теперь та зла на меня примерно в той же степени что и Мелкопипка. У меня просто талант заставлять всех себя ненавидеть.

Мысли о таланте и ненависти быстро прервала Беатрикс выстрелив в Дерпи из своего отростка заклинанием молнии. (Звук грома да ещё в облачном помещении был не столь оглушителен — похоже, я уже стал привыкать к громким звукам.) К сожалению, мнение полосатого насчёт светящихся гулей более чем оправдалось. Не знаю, что за излучение исходит от светящихся, но оно буквально отразило молнию Трикси — от смертоносного заклинания элемент смеха даже не поморщилась. Сама же косоглазая не осталась в долгу и ответила нам выстрелом из своего карабина. Попадание пришлось на грудной отдел аликорна, но так как она там носит "Чёрную Книгу", которую невозможно повредить (в прошлом Отем попал в неё из трофейной бронебойки и даже не поцарапал), то Трикси отделалась лишь лёгким испугом. Далее аликорн заметив замешательство косоглазой, достала и бросила себе под ноги дымовуху а после галопом помчалась по коридорам.

Тот момент также был похож на побег из башни Тенпони. Я, также лёжа на спине аликорна уходил от погони с поправкой, что в этот раз управлял "Сивкой Буркой" направляя ту в сторону цеха выделения спектры, в то время как сама Трюкачка убегая иногда бросала под ноги свои дымовухи чтобы запутать преследователя. Несмотря на весь форсмажор я ёщё не отказался от идеи расправиться с Дерпи. Уверен что Лира и Сулик того же мнения и сейчас также направляются в цех с дробилкой, если конечно знают где он находиться. Хотя Лира уже успела обыскать фабрику, да и Сулик со своим коптером наверняка ранее изучил планировку здания, также на стенах висят схемы этажей, так что они не должны заблудиться. Сейчас всё зависит от Трикси и в меньшей степени от меня — сможем ли мы заманить элемент смеха в ловушку? Судя по звучащим из-за спины выстрелам, и (также появляющимися позади нас) странным желтоватым воздушным волнам, Дерпи ведёт стремительное преследование. Утешает то, что те радиоактивные выбросы слабо на меня действуют, а Трикси вообще может питаться радиацией. Стрельба также меня не сильно пугала, так что я даже решил поддразнить преследователя и повернувшись назад прокричал:

— Сходи к офтальмологу пузырчатая, и начни есть морковь вместо кексов! Может тогда будешь попадать!

— Мню убьёт тебю!!! — прокричала светящаяся продолжая стрелять.

Её стрельба не стала точнее, но стала более плотной, так что по всем теориям вероятностей она достигла цели — крик боли Трикси не заставил себя ждать. Утешало, что (в этот раз попали не в меня) попадание в заднюю часть было не смертельно и лишь изменило бег на хромающий. Однако это уже было неважно — открытый вход в цех выделения спектры был прямо по курсу, а до него можно добежать и хромая.

Сам же цех встретил меня привычной мрачной атмосферой чего-то среднего между химическим заводом и пыточной средневекового замка. Мрачность меня мало волновала, а вот простор помещения вызывал тревогу. Не то чтобы облачные коридоры фабрики были узкими, но всё же, там не разлетаешься, чего не скажешь о просторных цехах. Беатрикс не станет трать силы на полёт со мной, а вот Дерпи пользуясь простором и способностью летать, сможет доставить в цеху много проблем. Осознавая это я, надеясь что элемент смеха не заметит нас за очередной дымовой завесой, после того как Трикси забежала в цех, далее спрыгнул с её спины и, жестом показав ей продолжать бежать, далее быстрым шагом (со сломанной ногой я не мог бегать) направился к ленте транспортёра.

Ожидание оправдалось: Трикси продолжила бежать, Дерпи зайдя в цех, растерялась, видя "двух зайцев", но заметив своим косым глазом мой серый (теперь уже бордовый от запечённой крови) силуэт побежала прямо на меня. Может быть, я бы испугался, но то что, приближаясь ко мне, Дерпи стреляла ни разу не попав, заставило меня усомниться в серьезности угрозы от данного героя пустоши. Конечно, подойдя в упор, она вряд ли промахнется, но я ведь не стану стоять на линии огня, а, то, что светящаяся излучает радиацию меня не должно волновать — обычные пони от этого погибают, но я со своей регенерацией имею неплохие шансы, даже без оружия и со сломанной ногой.

С данным выводом, даже пригнув колени, приготовившись к "рукопашной" но меня опередили. Ещё до того как Дерпи добежала до меня, рядом с ней вдруг появился пони со "стелсбаком". Далее "камуфляж хищника" был сброшен, так что я во всех подробностях рассмотрел, как Лира накидывает удавку на шею светящейся гулифицированной пегаски. Само собой Лира не пыталась её задушить (ей, как гулю известно, что для «искалеченных радиацией» излучение заменяет пищу и воздух) от неё требовалось только удержание и, удерживая светящуюся единорожка в толстовке не удержалась от пары ласковых:

— Ты меня помнишь?! Мы жили на одной улице!

— Кхреее, — хрипела светящаяся пытаясь ослабить удавку, и на несколько секунд ей это удалось: — Еееебланкааа, — выдавила из себя пегаска, а ведь у неё язык вырезан и удавка на шее.

— Не пизди мне! – в грубой форме ответила единорожка. — Ты убила больше пони чем я, призрак, и Отем с Трикси вместе взятые! – Лира сделала короткую паузу и продолжила уже спокойно: — Сегодня всё измениться!

Дерпи всё же угодила в нашу ловушку теперь её нужно захлопнуть и, видя, как светящееся пытается взлететь на своих крыльях без перьев, я понял, что Лира одна может и не справиться. Естественно я не стал всё пускать на самотек, и хромая приблизился к светящейся. Далее чувствуя какое-то покалывание по всему телу и металлический вкус на языке (магическая радиация воздействовала на меня странным образом) я вынул из пасти Дерпи устройство для управления боевым седлом, а после нескольких ударов по её туше далее вынул из боевого седла странного вида карабин.

Оружие Дерпи выглядело.... Я даже не знаю.... Плохо помню историю и могу ошибаться, но в том из чего в нас стреляла элемент смеха можно было узнать немецкую винтовку фольксштурма ФГ-45; с поправкой то та была облеплена какими-то проводами и лампами, а также имела странного вида проволочную насадку на ствол неясного назначения (https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/5/5e/FO4FH_LS_Radium_rifle.png/revision/latest/scale-to-width-down/640?cb=20170626054551&path-prefix=ru). То, что карабин был облеплен непонятными деталями, меня не удивило, так как я сам пользовался автоматом с проводами и разгонным блоком на стволе, а вот прототип оружия просто поразил. Вот уж не думал, что в этом мире, с его лазерами и летающими авианосцами, один из героев пустоши будет пользоваться оружием, спроектированным специально для гражданского населения, а я, будучи из него обстрелян, буду чувствовать себя на месте тех, кто штурмовал Берлин. Хотя это не совсем верно — данный карабин хоть и стрелял только одиночными выстрелами, но то, что он обвешан странными проводами ясно показывало — его пули поражают цель не только за счёт баллистических характеристик. Повернув карабин и увидев на нём наклейку знака радиации, я понял за счёт чего. Данному оружию подошло бы название "Радиевый карабин". Очень хорошо, что у меня "иммунитет" к радиации, а Дерпи со своими косыми глазами и в дверь супермаркета не попадёт. Хотя в Трикси она попала, причём дважды.

— Чего ты медлишь?! – стоило только вспомнить о Трюкачке как она тут же сама начала напоминать о себе. — Захуярь её!

— Радиевый карабин, – я, обернувшись к собеседнице, для наглядности поднял трофейное оружие и высказал свою теорию: — Поражает облучёнными пулями. Светящемуся гулю такие выстрелы будут только на пользу.

— Хули медлите?! – вот уже и Сулик присоединился, и стоя на площадке у транспортёра кричал на нас свысока: — Свяжите её, пока мы все не одичали!

Насчёт одичалости – Сулик явно намекал на то, что хотя гули и лечиться от радиации, но со временем излучение буквально выжигает их черты разумности, оставляя лишь примитивные инстинкты, будь то поиск пищи и агрессия. Сомневаюсь, что полосатый серьезно думал что Трикси или «призрак» может гулифицироваться, а разумный кантерлотский гуль одичать. Похоже, гуль зебра долго думал над своей незавидной судьбой, и сейчас будучи под излучением от светящейся решил, что оно может ускорить его деградацию – разумная мысль. Со светящейся нужно кончать. Она бы не стала медлить, будь мы на её месте, да и за смерть бойцов Анклава и СНС тоже нужно отомстить.

Неплохо было бы дать светящейся пегаске последнее слово, но у неё вырезан язык (хотя оскорбления и угрозы она говорила вполне чётко) так что этим правом можно пренебречь. Вместо этого я решил сказать Дерпи «последние слова» насчёт её геройства заключавшегося в массовых убийствах путём распространения радиации, но не смог. Вместо слов и моей пасти вышло содержимое желудка. Похоже, эта летающая светящаяся грязная бомба всё же смогла меня отравить. Рвота – явный симптом отравления. Как будто этого было мало мои раны вдруг стали кровить — это плохо, очень плохо. Моя аномальная кровь действует разрушительно на магические структуры, в том числе и на облака. Проще говоря — я могу провалиться сквозь облачный пол.

Осознав это, я резко рванул в сторону выхода — нужно покинуть цех. Стены цеха выделения спектры были экранированы не только толстым слоем специальных облаков но также множеством заклинаний, среди которых могло быть и защищающее от излучения, так что решение покинуть помещение в котором находилась светящаяся было вполне логично. Конечно, на погодной фабрике не было работающего морозильника (я лечусь от холода) в котором раны бы затянулись, но и без холода моя способность к заживлению превосходит возможности местных обитателей. На свёртываемость крови данное правило действует аналогично.

Похоже, мне так и не удастся увидеть смерть очередного героя пустоши, но невелика потеря (вид того как перемололи Отема старшего мне не понравился), хотя копытных мой внезапный побег немного удивил. Они прокричали мне в след несколько вопросов, смысл которых я пропустил но, судя по тому, что ранее я вывернул себе желудок а, убегая на трёх ногах, оставлял за собой красный след то аликорн и два гуля должны были понять меня без слов.

Покинув цех и закрыв за собой массивную дверь, я не остановился и продолжал хромать дальше по коридору, хотелось быть подальше от источника излучения и, судя по улучшавшемуся самочувствию, вывод оправдался — мне стало плохо именно из-за радиации и, отойдя от источника излучения подальше я начал приходить в норму. Уже перейдя в себя, я думал развернуться так как гули и аликорн наверняка уже расправились с Дерпи но появившиеся вдоль по коридору силуэты (причём многие из них были в силовой броне) заставили меня вскинуть трофейный карабин. Я думал, что впереди враг и не стрелял лишь потому, что хотел подпустить его поближе. Какого же было моё удивление когда я, рассмотрев угрозу, понял что это свои – модернизированная с моим участием силовая броня хотя и сохранила некоторые черты но всё же отличалась от насекомовидного варианта. Окончательно все сомнения развеял знакомый голос:

—Грей! — прокричал бегущий (вместе с группой других пернатых) знакомый ржаво-коричневый пегас: — Всё же решил остаться с нами?

В тот момент помимо желания рассказать, что в последние минуты мне пришлось пережить, задумался над тем как мне повезло. Повезло с тем, что копытные меня узнали и не пристрелили. А ведь я направлял на них оружие и сейчас из-за крови на шкуре был сам на себя непохож – внешне выглядел скорее как покойный Красный Глаз. (Справедливости нужно отметить что копытные тоже выглядели не лучшим образом – также ожогах и многочисленных ранах. Похоже, они, также как и я, ранее вели тяжёлый бой.) Хорошо хоть они быстро смекнули, что в данный момент в Новом Клаудсдейле может находиться лишь один земной пони. Или они, глядя на свой ЛУМ, всё поняли, не увидев на нём красной или зелёной метки? Потом узнаю подробности, в тот момент я собирался сам кое-что рассказать:

— На меня устроили засаду ... — договорить не смог, так как Отем меня перебил.

— Чего блядь происходит?! У меня счётчик радиации зашкалил!

— Эммм… — я не сразу нашёл что сказать: — Ты блядь не видел?! — я хотя и не был на эмоциях, но решил высказаться в нетипичной для себя эмоциональной манере: — Здесь элемент смеха! Она разъебала Мститель и подбила Подстрекатель! Ты что — не видел?!

— Мы все это видели, — с грустью в голосе сказал полковник, — тем больше причин захватить Новый Клаудсдейл.

— Это не я, это ты лоботомит! — технически я не врал, так как пегасу тоже проводили операцию на мозге.

— За мои насмешки над твоим умом прими извинения, — из уст Отема это звучало неожиданно.— Твоя модернизация защиты от излучения сработала! Не идеально, но сработала! Попадая под ядовитые выбросы, наши бойцы не умирали! – пегас сделал паузу и дальше продолжил, опустив морду: — По крайней мере, большей частью.

Далее я перебил пегаса, хотя его хвалебная речь мне льстила:

— Я блядь щас сам сдохну от радиации! Дерпи на фабрике! — стоило мне только это сказать, как полковник резко изменился в физиономии, а стоящие позади копытные подняли стволы своих "пушек-веселушек".

— Нестрашно, — сказал пегас, — мы справимся.

— Уже справились, — я обломал копытного и показал трофейный карабин. — Дерпи сейчас перемолота либо перемалывается.

— Резкий как понос, — так пегас меня охарактеризовал.

— Это была идея Трикси с Лирой, да и полосатый внёс лепту.....

Далее я собирался в двух словах рассказать, как бился с толпой кандидатов в Вондерболты, а после, будучи на спине у Трикси, удирая от элемента смеха, заманил ту в ловушку, но меня прервал крик Трюкачки:

— Бегите! Все бегите! — на морде аликорна читалась паника, да и у бегущих на ней двух гулей на физиономиях (Сулик был в маске, но глаза его выдавали) также была данная эмоция.

— Что происходит? – я вначале задал логичный вопрос, а после уточняющий: — Дерпи вырвалась?

— Нет, она мертва, — в подтверждение своих слов Беатрикс магией достала золотистый КПК с бриллиантами похожими на мыльные пузыри, — угроза куда серьезней.

Никогда не понимал манию самок обоих миров говорить полузагадачно, так чтобы собеседник ничего не понимал. Благо Сулик быстро это исправил, выразившись коротко и ясно:

— Мегазаклинание!!! Сейчас здесь всё рванёт! Уёбываем!

Ну, наконец-то хоть кто-то кроме меня захотел покинуть этот летающий город. Проблема что поводом к этому стало «мегазаклинание». Неужели в цехе выделения спектры находилась «атомная бомба» или это Дерпи её с собой притащила? Что-то не помню, чтобы у неё на спине находился заряд с зелёным газом. Как бы то ни было, но полковник, до этого проигнорировавший мой совет, не стал закрывать глаза на панику двух гулей и аликорна.

— Подстрекатель уже на ходу? – пегас обратился к одной из пегасок в силовой броне.

— Так точно, — прокуренным голосом (из-за голосового фильтра) ответила пегаска, — доложили, что опорное облако уже восстановлено, но Подстрекателю нужно время, чтобы подняться и прорвать оцепление Когтей.

— Поторопи их. Мы эвакуируемся, — далее полковник повернулся к остальным копытным: — Вы слышали – бежим к выходу! Валим из дерьма!

Сказанное хотя и не отличалась красноречием, но было коротко и понятно. Копытные тут же развернулись и побежали к выходу, я же неуклюже на трёх ногах последовал за ними. Благо двое пегасов, заметив, что я отстаю, развернулись и, взяв меня в две лошадиные силы, и далее поднялись в воздух, потащили за остальными. Полёт шёл на небольшой высоте (потолки на фабрике хотя и были высокими, но не настолько, чтобы пегасы могли свободно летать) так что ракурс не располагал к красивой картине но, всё же пролетая через облачные помещения, я насмотрелся на множество трупов, как наших пегасов, так и копытных из НКР. Особенно много их было у входа на фабрику. Похоже, пока меня отбивали на крыше, внизу шёл очень тяжёлый бой, в котором СНС вышло победителем но, выиграв несколько боёв мы проиграли кампанию. Наша спешная эвакуация являлась лучшим тому доказательством – операция «Смертельный Дождь» окончилась полным провалом. Тем не менее, ещё не всё потеряно – может сейчас мы проиграли, но если нам удастся выбраться и выжить, то и противник не сможет считать себя победителем. По крайней мере Селестия, которой я нужен живым, точно будет разочарована.

На этом моменте с мыслями о разумном компьютере мы покинули фабрику, выбравшись «на свежий воздух» чтобы тут же быть обстрелянными грифонами наёмниками. Естественно двое пегасов, что меня тащили не стали дальше тянуть свой груз и, опустив меня на облачный пол, вступили в перестрелку. Я также не остался безучастным и, заняв позицию за дымящимися обломками фургона, на котором с группой копытных прибыл в этот облачный город , снял с предохранителя «радиевый карабин» и далее вёл одиночный огонь, пока не закончились патроны. Другие копытные также заняли позиции Отем и Сулик даже ту, что выбрал я, так что моему уху удалось услышать их короткий диалог.

— Детонация произойдёт с минуты на минуту! Где наш транспорт?! – полосатый даже не пытался скрывать панику.

— Ты же слышал, — а вот Отем был наигранно спокоен, — он уже в пути. С минуты на минуту мы будем на борту Подстрекателя.

— У нас нет этих минут! – параллельно разговору Сулик достал свой мобильный терминал управления коптером и показал пегасу какую-то нечёткую тёмную картинку. Судя по темноте в помещении, это был цех выделения спектры, но из-за странного зелёного тумана сложно было говорить наверняка.

— Всё так серьезно? – произнёс полковник, с недоверием смотря на монитор.

— Разве, похоже, чтобы я шутил?!! – впечатление было у гуля сейчас глаза из орбит вылезут. — Если нет транспорта, то воспользуйся крыльями! Утащи меня, то есть нас, на себе! Ты блядь пегас!

— Ты ведь видел, сколько у нас раненых, — полковник уже не так уверенно скрывал эмоции, — Больше половины наших сейчас способны лишь планировать!

— Танкер с водой, — я прервал дискуссию пегаса и зебры: — Я видел у фабрики Подст… то есть Хищник переделанный под танкер.

— Неплохая идея, — с надеждой в голосе произнёс полосатый.

— Не вариант, — пегас тут же всё обломал. — Похоже, мой брат Виндшир предвидел, что мы можем им воспользоваться. Мне доложили что танкер улетел ещё до того как Мститель вступил в бой.

— Блядь! – с обречённостью в голосе прокричал полосатый: — Здесь скоро всё взорвётся, мы под перекрёстным огнем, а эта штука улетела без нас!

Действительно – вывод полосатого звучал неутешительно. Если нас не пристрелят наемники, то мы должны погибнуть от взрыва, хотя я так и не понял что должно взорваться. Вообще-то я уже не раз был в похожей ситуации, и тогда меня спасал кто-то из антигероев пустоши, вот только сейчас все они (Отем, Трикси, Лира, Сулик) вместе со мной и спасти нас может только какой-нибудь (рояль в кустах) счастливый случай.

Мысли о счастливой случайности нихрена не утешали, но я хотя бы пытался думать о хорошем, а мысль, как известно, материальна. (Но тут Аркадий Паровозов мимо окон пролетал.) Подстрекатель, который, проломив облака, далее обстрелял наёмников, заставив их отступить, точно был материален. Далее этот летающий броненосец развернулся к нам кормой и стал медленно заходить на посадку, одновременно открывая кормовой люк. Сулик от этого зрелища даже впал в неловкий ступор с радостью в глазах и улыбкой на облезлой морде (морду не видел из-за маски) смотря на наш транспорт, но помотав головой, вдруг взялся за терминал управления коптером и, понажимав на клавиши, далее закинул его себе на спину.

Некоторые пегасы которые ещё могли летать не стали дожидаться посадки и влетели на борт ещё до того как Подстрекатель своими посадочными лыжами коснулся облаков. Когда же это произошло, мы все как один рванули к открытой кормовой двери – это была ошибка. Дело в том, что не все наёмники были разогнаны, часть спряталась за укрытиями и, видя как мы засобирались на борт открыли огонь. Благо копытные не растерялись и, двигаясь боком, вели ответный огонь на подавление. К чести полковника он был одним из тех, кто прикрывал наш отход, отстреливаясь из своей (трофейной) лазерной винтовки. В итоге мы всё же, не без потерь, поднялись на борт и я, будучи хромым, был одним из последних. Последним был, как и положено старшим по званию, полковник Отем. Сулик же хотя был одним из первых, но будучи без оружия не спешил уходить вглубь летающего корабля и, рискуя словить шальную пулю или лазер с плазмой, стоял в проёме. Когда он помог мне подняться на борт я даже решил, что это он ради меня так рисковал, но вскоре убедился, что моя жизнь стояла лишь на втором месте. Полковнику он вообще не стал помогать но, встав на дыбы и выставив своё копытце, поймал мчавшийся к нам коптер, терминал от которого полосатый всё время таскал с собой. Беспилотник он ценил выше наших жизней – меня такое отношение несколько возмутило, но я удержался от «ласковых» выражений.

— Все на борту! – прокричал Отем в интерком Подстрекателя: — Вытаскивай нас!

— Вас поняла, — из интеркома доносился голос пегаски пилота, — закрываю кормовую дверь. Держитесь, будет трясти.

Действительно, в полёте сильно трясло – противник не прекращал огонь, так что пилоту приходилось маневрировать, а когда это не помогало, мы ощущали сильные толчки от попаданий. Тем не менее Сулик несмотря на качку, побежал к носу корабля где находилась кабина пилота, Отем же не оставил это без внимания и побежал за полосатым. Я также не мог это проигнорировать, и, держась стены (чтобы при качке было за что ухватиться) хромая отправился вслед за копытными. До кабины пилота я добрался с некоторым опозданием, но вроде ничего важного не пропустил.

— На корме есть камера? – Сулик обратился к пегаске пилоту.

— Разумеется. Вывести изображение?

— Да выводи.

После сказанного гулем пегаска вывела изображение с кормовой камеры на правый угол стекла кабины. Меня же данный вид погодной фабрики мало волновал. С виду это была всё та же фабрика с поправкой, что её крыша местами дымилась чёрными клубами (заслуга меня и наёмников которые обстреляли крышу), по мне так большего внимания заслуживали множество вражеских воздушных кораблей, что в данный момент в нас стреляли. Полковник также посчитал этот интерес очень странным и попросил разъяснений:

— Мы уже захватили фабрику, и могли захватить весь город, но должны отступать, потому что ты упомянул мегазаклинание…

— Мегазаклинание?! – пегаска пилот не удержалась и высказала своё удивление вслух. — Там бомба! Как в «Прекрасной Долине»?!

— Нет, но скоро будет, — неясно выразился полосатый. — Реакция уже началась и по моим расчётам уже должна перейти в неконтролируемую фазу.

— Не еби мозги полосатый, — Отем уже не пытался скрывать своё раздражение, — говори понятно. Я отдал приказ отступать только из-за тебя и ожидаю объяснений. Понятных объяснений!

— Это сложно объяснить, — сказал Сулик, плохо скрывая дрожь в голосе. — Тем более тому, кто незнаком с технологией производства «жар-бомб».

— А ты попробуй, — сказал Отем.

— В общем, мы… Мы убили элемент смеха, бросив ту в дробилку для компонентов спектры.

— Поздравляю, — ржаво-коричневый пегас улыбнулся. — Она убила многих хороших пони. Жаль я при этом не присутствовал.

— Мне тоже жаль, — сказал Сулик и далее вернулся к первоначальной теме: — Технология производства одного очень важного компонента мегазаклинания чем-то похожа на то, как вы добываете спектру. Правда, вместо дробилки мы использовали особые зелья и диффузионный метод…. У зебр не было компонентов доступных пони….

— Короче Склифосовский, — видя, что полосатый замялся, я вставил своё слово.

— Полученный первичный компонент мегазаклинания упрощен, но имеет схожий состав со спектрой. Далее технология требует проведения специального облучения для выделения из вещества, эммм…. Забыл как это по научному…. «Жар газа». Того зелёного газа насыщенного огромным количеством энергии которым мы заполняли свои «жар-бомбы». Перемолов в дробилке светящегося гуля мы, то есть я, не подумал, что попадание её фонящих останков в радугу вызовет выделение газа.

— И из-за этого мы свернули Операцию!!! – полковник эмоционально взорвался. — Мы могли просто слить облучённую спектру!!!

— Это бы не помогло, да и вообще невозможно, — Сулик пытался оправдаться и, пригнув колени будто внешне ужался. — Газ ядовит и даже кантерлотский гуль чувствовала его действие, — полосатый гуль имел ввиду Лиру. — К тому же, для реакции было бы достаточно лишь небольшого излучения. Мы же перемололи целого светящегося гуля которая ранее создавала выбросы, убивавшие пони. Реакция пошла ускоренным темпом и была неконтролируема.

Я же слушая перепалку, параллельно смотрел на изображение с кормовой камеры и получал наглядное подтверждение слов полосатого. Чем быстрее он говорил, тем отчётливее было ядовито зеленоватый дым, исходивший из окон фабрики.

— Да мне насрать что там было! – похоже, пегасу объяснение показалось мало понятным.

— Полковник, — я решил привлечь внимание пегаса, но тот не реагировал.

— Я готовил эту операцию с момента, как мы вернули Громовержец!

— Полковник! – я снова решил привлечь внимание, тем более что теперь из фабрики стал исходить странный тёмно-жёлтый свет. Реакции ноль.

— Ты представляешь, сколько наших бойцов погибли напрасно?!

Дальше я понимая что пегас на слова не реагирует просто взял его голову аурой (не той которая проходит сквозь кость с плотью) и повернул его морду к изображению светящейся фабрики. Сулик также переключил своё внимание и дрожащим голосом прокричал:

— Счёт на секунды! Сейчас произойдёт детонация! Держитесь! – далее полосатый ухватился за поручень и зажмурился.

Я также последовал его примеру, но жмуриться не стал и в оба глаза смотрел на изображение с камеры. Полковник же замялся – похоже, он не до конца осознал всю серьезность, но вид жёлтого свечения его точно поразил. Через секунду свет усилился, но лишь на мгновение – далее его сменил свет от мощного, очень мощного, взрыва. В тот момент время снова будто замедлилось, не так сильно как на крыше фабрики (тогда оно буквально остановилось) но достаточно сильно, чтобы я разглядел приближающуюся странную взрывную волну. Конечно, я не взрывотехник не могу объективно судить, но то, что взрывная волна толкала …. Даже не знаю, как выразиться…. Фронт жёлтых облаков? Это было очень странно, хотя я в мире магии, так что не нужно удивляться, тем более что событие, произошедшее, когда эта волна нас догнала, было весьма предсказуемо.

— Опорное облако разрушено! – прокричала пилот, отчаянно нажимая на мигающие кнопки пока наш Подстрекатель камнем падал в низ. Все находившиеся на его борту в тот момент ощутили эффект невесомости. Пегаска пилотировавшая корабль, будучи пристёгнутой, хотя и поддалась панике, но не «потеряла голову»: — Аварийное восстановление через десять секунд! Держитесь!

* * *

Десятью минутами ранее, на окраине Понивиля.

— Мисс Флаттершай, — апельсинового цвета жеребёнок обратился к жёлтой пегаске с розовой, но уже покрытой проседью, гривой: — Неужели это так важно?

— Да дети, — пегаска ответила не столько жеребенку, сколько всей многочисленной группе молодых пони, которые расположились подковой вокруг пожилой пегаски. — Хоть и с безопасной дистанции, но вы должны это увидеть. На ваших глазах творится история. История, в которой герои пустоши одержат победу над злом. В которой зло ответит за гибель «элементов гармонии» и уничтожение Глифмарка. За смерть Спайка и уничтожение Садов. Ответит за всё.

— Смерть СНС! — прокричала кобылка аликорн.

— Сюрприз, не будь так жестока, — делая замечание Флаттершай пыталась выглядеть строго, но у неё это плохо получалось. — Хоть СНС и зло, но те пони изначально не были плохими. Они такие же, как обычные жители НКР, до «дня солнца и радуг». Как пони состоявшие в Анклаве, как состоявшие в армии Красного Глаза, как аликорны Единства, как рейдеры — теперь они все жители НКР. Когда-то те пони терроризировали пустошь, делали ужасные вещи, но теперь мир изменился и очень жаль, что не все пони приняли перемены.

— Они убили моего второго папу! – прокричала серебристо-серая единорожка подросткового возраста. — Они заслуживают лишь смерти!

Флаттершай, услышав такое от приёмной дочери Дерпи, глубоко вздохнула и продолжила уже опустив голову:

— Сильвер Белл, мне горько это признавать, но ты права. Эти пони заслуживают лишь смерти. Я в прошлом элемент доброты и способна прощать, но эти пони не понимают ценности этого понятия. Вельвет Ремеди ранее предлагала им мир, предлагала помощь, предлагала дружбу. Она даже предлагала им убежище от гнева Дарительницы, но на её щедрое предложение те пони и СНС ответили геноцидом Адских Гончих. Я не виню Вельвет, и на её месте сделала бы тоже самое, но если бы она вместо пустых разговоров действовала как Литлпип, то спасла бы много жизней. Дети, не повторите её ошибки, боритесь со злом, иначе оно принесёт много бед.

— Зло никогда не победит! – хором ответили дети. — Добро всегда побеждает!

— Да дети – добро побеждает, причём прямо на ваших глазах. Но молю вас – не нужно праздновать смерть. Уничтожение СНС это тоже трагедия. Те пони могли бы сделать много добра, если бы их разум не извратили идеи пегаса расиста и так называемого «призрака». Я знаю, что и среди вас есть те кто сочувствует СНС, — на этом моменте пегаска осуждающе посмотрела на группу из троих жеребят, — и очень надеюсь что увиденное заставит вас передумать.

— Мама их всех покарает! – прокричала Сильвер Белл. — После «Дня солнца и радуг» ни одному злому пони не удавалось уйти от неё живым!

— Этот день не будет исключением, — спокойным голосом сказала жёлтая пегаска. — Он войдёт в историю как «День чистого неба»…. Что происходит??? — Флаттершай замерла, глядя на парящий в дали облачный город, постепенно меняя своё выражение морды со спокойного на смесь удивления и страха: — Свечение??? Неужели это…?

— Мисс Флаттершай что с вами? – с волнением в голосе спросила одна из кобылок.

— Это плохо. Очень плохо, — тихо и прижав уши произнесла жёлтая пожилая пегаска, но через секунду взяв себя в ру… копыта повернулась к группе жеребят и уже более твёрдым голосом произнесла: — В стойло! Все в стойло! Бегите!

— Что происходит? Что это за свет? – спросила Сильвер Белл.

— Конец света... Мегазаклинание?! – прокричала паникующая Флаттершай. — Такое свечение сопровождает создание мегазаклинания! Бегите!

Жеребята даже, несмотря на свой юный возраст, прекрасно знали о "Великой войне" с зебрами, и то насколько опасны мегазаклинания, а то, что об этой опасности им сообщила минестерка, чьё ведомство и создало то смертоносное оружие, отмело все сомнения в реальности угрозы. Все жеребята как один резко встали и цветным табуном рванули в направлении яблочной фермы, где находилось убежище, однако некоторые, обернувшись, прервали бег.

Флаттершай и в зрелом возрасте была не быстрой летуньей, а сейчас будучи уже пожилой пегаской летала немногим быстрее быстро идущего пони. В момент, когда она только разгонялась большая часть жеребят уже убежала далеко в даль, но некоторые из них обернувшись, заметили отстающую пегаску и к неудовольствию той, побежали обратно.

— Дети, оставьте меня! – невысоко паря прокричала жёлтая пегаска.

— Мисс Флаттершай, мы вас не бросим! – ответила Сильвер Белл.

— Никто из нас! – добавила кобылка аликорн.

— Дети, я прожила столетия и не боюсь смерти. Вам не стоит умирать из-за жалости ко мне. Бегите!

Будто в подтверждение слов в небо озарила яркая вспышка. Подростковое любопытство победило здравый смысл — Сильвер Белл прищурившись невольно обернулась чтобы увидеть действие мегазаклинания.

— Прямо как Маффин, — произнесла приёмная дочь Дерпи, смотря на жёлтое, похожее на кекс, взрывное облако, поглотившее Новый Клаудсдейл.

Облачный город располагался на солидном расстоянии от Понивилля, так что звуковая и ударная волна пришла с некоторой задержкой и потеряв свою основную силу. Флаттершай и группу жеребят лишь слегка отбросило, не причинив тем какого-то существенного вреда, а вот открывшийся им вид навевал тревогу и заставил вспомнить времена, когда небесами владел «Великий Анклав Пегасов».

— Облачная завеса? – с удивлением произнесла жёлтая пегаска. — СНС все же добился своего.

— Только почему облака жёлтые? – Сильвер Белл задала вполне резонный вопрос, а после добавила: — И светятся?

— Прямо как твоя мама, когда напитается радиации, — добавила кобылка аликорн. Она даже не подозревала насколько точно её уточнение отвечает на вопросы единорожки, а вот Флаттершай многое поняла:

— Дети бегите! Оставьте меня!

— Взрыв уже произошёл. Самое страшное позади, — с радостью в голосе произнесла одна из кобылок.

— Облака ядовиты! – Флаттершай уже не стеснялась скрывать панику: — Бегите!

Несмотря на все уговоры пегаски дети не бросили «министерскую кобылку». Та поняла, что они скорее сами погибнут, чем бросят её и, выжимая из себя все силы, отчаянно махала крыльями пытаясь лететь быстрее. Несмотря на все старания ей, вместе с детьми, так и не удалось добраться до Стойла. Её полёт завершился в городской черте и что парадоксально, у бывшей конфетной лавки Бон Бон, на стене которой кто-то из сочувствующих СНС нарисовал граффити красно-белого зонтика – после устроенного Трикси фейерверка многие увидели и запомнили этот символ. Однако никакой зонтик не спасёт от радиоактивного дождя, когда каждая капля от излучения светилась так, будто подсвечивалась светодиодами. Даже одной такой капли было достаточно, чтобы убить пони, но в тот момент на Понивиль обрушился просто ливень из жёлтого светящегося дождя.

Флаттершай словив излучение, обессилено упала, случайно раскрыв свою сумку, рассыпав при этом статуэтки своих покойных подруг. Те самые статуэтки с частицами души, которые ей отдала Дарительница. Флаттершай ими очень дорожила, и даже на грани гибели хотела быть со своими подругами. К сожалению, её попытка доползти до фигурки Твайлайт ни к чему не привела — жёлтая пегаска погибла раньше, её пожилой организм недолго сопротивлялся. Молодые пони продержались немного дольше, но также упали замертво, пытаясь дотащить тело жёлтой пегаски до так называемого стойла. Единственная из той группы кто смогла выжить, была детёныш аликорна с именем Сюрприз, которая от излучения лишь обрела силы, однако она так и не нашла куда их применить. Через несколько минут она всё же догадалась поставить над телами силовое поле, но было уже поздно, а если бы и нет, то оно всё равно бы не спасло. Осознав своё бессилие, детёныш клонов принцессы Луны ещё долго рыдала над телами.

В итоге: Операция СНС, захвата Нового Клаудсдейла, «Смертельный Дождь» — окончена, она завершилась полным провалом. Ещё один герой пустоши отправился на «райские луга», Новый Клаудсдейл уничтожен, а территория вокруг него сильно заражена. Однако само СНС так и не выполнило ни одной из своих целей, и в тот день лишилось больше половины своего личного состава. Проще говоря – обе стороны могут считать себя проигравшими.

## Невозможный вариант (часть первая)

Даже спустя семь суток, вспоминая прошедшую операцию «Смертельный Дождь», с трудом верилось, что нам удалось выжить. В тот день полковник Отем всё же решился на начало операции, которую так долго планировал. Целью данной операции было, немного немало – захват Нового Клаудсдейла и погодной фабрики в частности, завоевание господства в воздухе и создание нового облачного барьера, расширение нашего сопротивление и начало конца НКР. Какого же было его разочарование когда, попав в засаду, он узнал, что весь его план с самого начала был обречён на неудачу.

Всё это время его брат Виндшир обводил полковника вокруг (пальца) копытца, выдавая себя за информатора СНС — агента Голда. Хотя в данный момент Виндшир мертв, но стоит отдать ему должное – тот пегас помимо специфичного ума обладал ещё и завидным терпением, а также абсолютной преданностью солнечной принцессе. Основываясь на всём перечисленном, Виндшир был идеальным кандидатом на то чтобы спланировать и организовать засаду на СНС и меня в частности, после чего бело-красная (из-за цвета нашей эмблемы) угроза НКР была бы устранена одним, но мощным ударом. Мне в данной схеме была отведена ведущая, но далеко не завидная роль. Роль, в которой я должен был быть доставленным к Селестии будучи «заботливо упакованным» в ящик, а если это не сработает, то был запасной план, в котором меня вообще собирались закатать в банку (точнее – отрезать голову, а уже её закатать в банку). Парадокс в том, что те планы, на начальном этапе, в целом успешно сработали, но при всём при этом — мы всё ещё живы, а Виндшир окончил свою жизнь с лопастью от конвертоплана в башке. Тот пегас хотя и был довольно умен, но не учёл некоторых нюансов – нашу модернизацию силовой брони и облачной системы воздушных судов, общую подготовку бойцов СНС (хотя наше сопротивление и считается террористами но мы не «Армия Тупил» — https://youtu.be/XNkkxOnTzvA), изворотливость Лиры Хартстринс (https://youtu.be/pyt91F2auLY?t=8), а также некоторые особенности моего аномального взаимодействия с магией. За последние я его винить не могу, так как сам их не знал.

Тем не менее, даже после смерти Виндшира его план продолжал работать и, к несчастью для всех, элемент смеха – гулифицированная пегаска Дерпи, играла в ней одну из ведущих ролей. Как и десять лет назад эта героиня пустоши напиталась радиации и, доведя свой организм до светящегося состояния, используя свою способность летать на сверхзвуке, решила повторить свой успех, когда она, создавая радиационные выбросы, хохоча уничтожила флот Анклава. Благо, что мы, модернизируя наши два воздушных корабля и силовую броню, предусмотрели подобный вариант, вот только версия что защита всё равно не будет стопроцентной, также получила подтверждение – часть наших бойцов погибла, будучи отравленными смертоносным жёлтым излучением. Так бы Дерпи и уничтожила наше сопротивление, если бы Трикси не предложила расправиться с ещё одним героем пустоши, и магическим фейерверком не привлекла бы косоглазую к крыше погодной фабрики. Честно – я не ожидал от неё такой инициативы, особенно учитывая, что ранее она предлагала отступить и даже предложила мне себя как транспорт. Тогда её предложение звучало в стиле «Боливар не выдержит двоих» так что я отказался.

В дальнейших событиях моя роль была не столь велика. По сути моя серая (хотя в тот момент скорее красная от крови) тушка исполняла роль наживки. Дерпи очень хотела поквитаться со мной за то, что я убил её особенного пони — Лаенхарта, так что, будучи верхом на Трикси, мне было несложно заманить светящуюся в цех выделения спектры, а далее я уже был скорее наблюдателем. Наблюдателем того как Лира набросила на шею Дерпи свою удавку, того как она напомнила что они жили на одной улице, того как Дерпи пыталась отвечать будучи лишённой языка. Мне также хотелось сказать своё слово, вот только после того как я забрал у Дерпи её карабин, у меня начали появляться симптомы отравления. В результате я, покинув цех, пропустил картину того как Трикси используя магию связала светящегося гуля, а после сбросила ту в работающую дробилку, данные подробности узрел уже когда всё было кончено.

Выяснилось, что всё это время под высоким потолком висел собранный мной и полосатым гулем коптер, который своей беспристрастной камерой заснял всё в мельчайших подробностях. То как Дерпи отчаянно трепыхалась. То, как вначале Трикси тесаком Гаудины пыталась отрубить переднюю ногу Дерпи, чтобы забрать её КПК — мгновенная регенерация светящегося гуля многое усложняла, так что вначале Трикси пришлось выстрелить в колено Дерпи дуплетом из своего трёхствольного пистолета ТП. То, как она сбросила светящуюся в молотилку, а после вытряхнула светящуюся конечность из золотистого браслета (отрубленная нога также отправилась в дробилку), и самое главное – то, как начал паниковать гулифицированный полосатик, видя как радужные останки Дерпи смешавшись с остальной спектрой, начали испускать жёлто-зелёный газ. Микрофон на коптере был недостаточно чувствителен, но и, не слыша слов, было понятно, что Сулик был «панически удивлён». Данная паника вскоре перекинулась и на Трикси с Лирой, когда они по дурости вдохнули пары. С Трикси было понятно – она за свои века наглоталась не только дыма от своих хлопушек, но вот поведение Лиры было просто беспечно, хотя она кантерлотский гуль, и жила городе отравленном розовым дымом, но всё равно это её не оправдывало. Далее поняв, что полосатый паникует не зря, они трое дружно рванули прочь из цеха, пока камера коптера продолжала записывать то, как цех заполняется газом.

Газом удивительно похожим на тот что запечатывался в «жар-яйцах» и тем что вырвался из бреши в крепости рейнджеров, после того как по ней ударила «Селестия Один» — казалось это было так давно. Вот только рейнджеры, воспроизводя технологию зебр, использовали сложное оборудование и расчёты, чтобы избежать непреднамеренной детонации, и даже когда «орбитальный лазер» пробил ёмкость с газом, взрыва не произошло – автоматика быстро убрала излучение и выделила примеси, от которых газ просто выгорел подобно метану. В нашем случае не было ничего подобного, но зато был очень мощный излучатель. Дерпи, будучи светящимся гулем фонила так как ни один из используемых зебрами кристаллов. Мощность её излучения была настолько велика, что реакция, которая по технологии должна длиться месяцами, произошла за считанные минуты. О каком либо контроле такой реакции даже думать смешно, так что паника полосатого гуля (знакомого с технологией мегазаклинаний) была более чем обоснованна.

Полковник, видя эту панику (на мою панику он обращал ноль внимания — лицемер), понял, что дело серьёзное и, на правах командующего, отдал приказ об отступлении. Лишь когда наш корабль прорвался сквозь оцепление наёмников он наконец спросил подробности — от чего мы убегаем? Полосатик кратко честно ответил, что это мы являемся виной тому, что вскоре произойдёт и рекомендовал держаться – рекомендация была не лишней.

То мегазаклинание было в своём роде уникально. Дело в том что его взрывной эффект хотя и был велик но не шёл ни в какое сравнение с тем как взрываются «жар-бомбы». Вся его мощь, ушла на радиационное заражение, совмещенное с очень интересным эффектом – план полковника с созданием облачной завесы в каком-то смысле воплотился, пусть даже та завеса просуществовала лишь несколько часов, выпадая ядовитыми осадками.

Увы и ах – мы успели улететь достаточно далеко, чтобы не быть разорванными взрывной волной, но находились не настолько высоко, чтобы не попасть под новообразующуюся облачную завесу. Опять увы и ах, но наш Подстрекатель летая за счёт опоры на облако, попав под облачную волну, вместо того чтобы в ней застрять, получил разрушение своей опорной тучки. От участи критического столкновения с землёй нас спасла уже знакомая (ранее Дерпи уже разрушала опорную тучу Подстрекателя) система аварийного восстановления облака. Её срабатывание было не мгновенно но достаточно, чтобы Подстрекатель, замедлив своё падение (эффект невесомости тут же пропал), перешёл на горизонтальный спуск и совершил довольно жёсткую посадку «пропахав» десятки метров грунта.

Далее в кабине пилота была просто какофония из различных мало связанных криков. Я кричал от боли в ранее сломанной ноге (шина слетела) пока Лира, тоже говоря на повышенных тонах, исправляла положение. Отем, несмотря на произошедшее требовал ответа от полосатого (ему было интересно – почему перемалывание светящегося гуля в дробилке для компонентов спектры привело к созданию мегазаклинания). Пилот Симфони отчаянно кричала в микрофон гарнитуры, пытаясь выйти на связь с Мстителем. Пожалуй, лишь эта пегаска смогла получить вразумительный ответ, пусть даже он, и содержал лишь призыв о помощи с последующим прощанием.

Выяснилось, что Мститель повторил участь Подстрекателя, вот только чтобы поднять этот летающий авианосец нужна тучка побольше, для создания, которой нужно гораздо больше времени. Естественно копытные из НКР пытались этому помешать и выслали группировку рейнджеров, пусть и без техники (наверное, в связи с неудачным опытом наёмников которые штурмовали Новый Собор и нашу точку эвакуации во время операции «Разбитый Циферблат»), но достаточно многочисленную, а те, кто носят силовую броню сами себе танки. В тот момент они уже успели подавить систему обороны Мстителя, и чуть было не взяли его на абордаж; Ситуацию спас «Смертельный Дождь».

Этот ливень фонил достаточно сильно чтобы смертельно отравить тех, кто носили силовую броню, но всё же толстые стены Мстителя и Подстрекателя были достаточно серьезной защитой. Увы, но в процессе боя корпуса обоих судов сильно пострадали, так что часть заражённой воды смогла проникнуть во внутрь. Благо, что многие из наших носили силовую броню со встроенным счётчиком радиации, так что угроза была быстро обнаружена – Трикси пришлось поработать магией устраняя течь, в то время как экипаж Мстителя просто забился глубже за переборки.

В итоге – тучка Подстрекателя была восстановлена и мы, стелясь у земли, добрались до лежащего на грунте Мстителя, параллельно налюбовавшись на множество трупов в красной силовой броне, лежавших в лужах светящейся жёлтой дождевой воды. Была небольшая заминка с тем, чтобы открыть ангар корабля, но наличие в нашей команде аликорна многое упрощало – способность Трикси переносить излучение в совокупности со знанием заклинания телепортации (она переместила себя прямо на борт Мстителя) было очень полезно. Далее мы залетели в открытый Трикси ангар и лишь после того как тот был закрыт, решились покинуть Подстрекатель.

В дальнейшем, не без проблем (часть отсеков были заражены), нам удалось добраться до оставшейся команды, восстановить опорное грозовое облако и, запустив двигатели, покинуть одну заражённую территорию, чтобы оказаться над другой – лишь территория над бывшей страной зебр считалась безопасной.

Ещё до того как мы покинули НКР на Мстителе началась суматоха в течение которой Дестини, и группа тех кто избежали ранений, отчаянно пытались помочь раненным. Я также не избежал участи оказаться в переполненном лазарете, вот только моё лечение заключалось лишь в капельнице с физраствором, новой шине да мешках со льдом (ещё с меня счистили запёкшуюся кровь и дали новые шмотки, но это было не лечение). Холод как всегда был приятен, а вот окружающий пейзаж навевал тревогу – множество стонущих раненых, суетящийся медперсонал, периодические отключения электричества, а ведь в произошедшем есть и часть моей вины. На секунду я даже пожалел о своей способности лечиться от холода – будь я как все, то лёжа в лазарете, прочувствовал, какого это когда тебя заживляет не приятный холод, а горькое зелье, при котором раны затягиваются так же болезненно, как и при их получении (у нас было мало Мед-Хса). Особенно ярко эта картина проявилась, когда запас зелий начал подходить к концу. Тогда белая палкоголовая от медицинской науки пошла на отчаянный шаг и, покинув лазарет, вернулась неся своей магией емкость, в которой я разводил личинок насекомых. Далее она повторила практику «Первой Мировой» в которой данных личинок использовали чтобы обеззараживать раны.

Единственное что из всей этой суматохи выглядело как что-то хорошее, так это «Автодок», после которого раненные копытные становились физически (но не психически) здоровыми. К сожалению данное «удовольствие» предназначалась в первую очередь заражённым, после лечения, которых медицинский прибор нуждался в «профилактике и чистке», так что некоторые из фонящих так и не дождались, чтобы их поместили в спасительную железную бочку – их смерть была особенно мучительна.

Парадокс в том, что я, будучи невосприимчивым к лечебным (да и вообще к большинству) заклятиям и зельям, неспособный использовать «Автодок» довольно рано покинул лазарет. Пускай холод ускорял заживление моих ран, но не так быстро, чтобы это было заметно визуально, но всё же — такая регенерация вызывала у других копытных неприкрытую зависть. Наверное, они думали, что в другом мире у меня была такая же способность, но я не стал уточнять, так как сам всё ещё не привык к скорости заживления сравнимой со скоростью роста бамбука, которая к тому же стимулируется холодом – очень необычное сочетание. Однако у меня не было времени на данные размышления – на Мстителе было очень много работы.

Часть отсеков всё ещё были заражены и нуждались в сборе радиоактивной воды с последующей чисткой и «дезинфекцией». Пока я лежал в лазарете данной работой в основном занимались Лира с Беатрикс (так как они небыли восприимчивы к радиации), и в меньшей степени полосатый гуль (он опасался «одичания») при поддержке других копытных в защитных костюмах, защита которых была весьма условна. Последние действительно выполняли роль обеспечения и лишь когда светящаяся вода была собрана, принимались за активные действия по латанию пробоин. Естественно, в связи с размерами Мстителя и числом повреждений корпуса, два гуля и один аликорн выполняли работу недостаточно быстро, так что им очень пригодилась моя помощь. Не то чтобы моё появление сильно ускорило работы, но четыре лошадиные силы лучше трёх. Правда мне приходилось делать перерывы, и защитный костюм был неудобен (я не стал пренебрегать защитой), но всё же будучи менее восприимчивым к излучению (если бы у Дерпи было достаточно времени и возможностей, то она смогла бы меня смертельно отравить) я просто не мог не предложить помощь. Лишь когда, проходя по помещениям летающего авианосца, у меня перестал трещать счётчик радиации, я мог сказать, что началась более-менее мирная жизнь.

После неудачной операции по захвату Нового Клаудсдейла, Мститель казался таким пустым. Дело даже не в том что многие пони из СНС всё ещё занимались ремонтом корпуса и переборок (места которые я обычно не посещал), просто после встречи с Дерпи наше, и без того немногочисленное сопротивление (вообще-то в кузов и прицеп угнанного лесовоза поместилось довольно много копытных) резко поредело, и это не говоря о потерях полученных в перестрелке с наёмниками. Селестия была права, говоря, что «когти у грифонов остры» — наш зонт действительно «покрылся множеством дырок», которые нечем латать. Потери были велики, а о подкреплении даже думать смешно.

Честно говоря, я ошибся, выбирания нашу эмблему. Мне казалось, что нашу организацию лучше всего характеризует эмблема корпорации зла (вообще-то идею эмблемы мне подала Мелкопипка назвав угнанный Громовержец «Обителью Зла»), но это было не так. Учитывая, что мы всё время находимся в небесах и наша группировка целиком (за редкими исключениями) состоит из бывших заключённых «Пенитенциарного учреждения Арба», то на нашей форме следовало бы разместить «воровскую розу ветров». Естественно я бы не стал предлагать такой вариант (ненавижу воровские понятия, да и вообще преступность как таковую) и сейчас так рассуждал скорее в шутку, но всё же – неужели чтобы восполнить потери нам придется снова штурмовать тюрячку? Это даже не смешно. Пипка, Селестия и прочие кто управляет НКР далеко не тупые (не то что я) и точно учли свои ошибки и наши похождения. Да даже их засада на облачной фабрике сработала именно так как они задумали, и если бы не некоторые непредвиденные нюансы, то тот день для НКР закончился бы абсолютным триумфом. В итоге — операция «Смертельный Дождь» завершилась (полностью оправдав своё название) «Смертельным Дождём». Вот и не верь после этого в магию слов.

Селестия в отличие от меня прекрасно знает магию (магию слов, тёмную, светлую, вообще любую), да и в прочих вещах данный разумный компьютер превосходит не только меня, но и вообще всех кто находиться на борту Мстителя. Вспоминая наш разговор, я даже усмотрел у неё талант предвидения. Не то чтобы она прямо сказала, что мне, и СНС как организации, удастся выжить, но белая дала чёткий намёк – если это случиться, то она не будет удивлена (хотя факт того что я смог убить дракона её удивил). Однако особенно мне запомнился момент, в котором Селестия говорила про то, что случится с этим миром если мы победим, а также та часть, в которой она перечисляла знаковые имена СНС, их мотивы и то, что их объединяет – мы сражаемся «за мёртвое прошлое». Она даже обмолвилась, что Земля давно уничтожена и, судя по всему – Селестия не врала.

Она ни в чём не врала – то за что мы сражаемся, действительно является «мёртвым», во многих смыслах, да и сами мы весьма условно считаемся живыми. Пожалуй, не только я заслуживаю носить название «призрака». Отем, Трикси, Лира, Сулик – они такие разные, но всех их объединяет один нюанс – они все с того света (Лира и Сулик даже выглядят как ходячие трупы). Каждый из перечисленных копытных умирал как в прямом, так и в переносном смысле.

Отем умер после того как его «Череповец» прострелила Мелкопипка. Дарительница (как и все местные обитатели) была искренне удивлена узнав, что полковник смог выжить, но отдам Литлпип должное – она быстро догадалась, что к этому причастна Вельвет, да и о роли Красного Глаза она как минимум подозревала.

Трикси считалась погибшей после взрыва «жар-бомбы» устроенного Ксенит по плану Дарительницы. (То сколько раз Трикси погибала, управляя аликорнами Единства, том числе и после встречи с Пипкой, не поддаётся подсчёту.) После такого вернуть к жизни Беатрикс могли бы только тёмные силы, и какая удача – на месте взрыва «жар-бомбы» как раз находилась колдовская не разрушаемая книга с заключённой душой зебры алхимика, который практиковал переселение душ и призыв «призраков».

Лира погибла ещё во время падения бомб зебр, наглотавшись розового газа, а воскреснув в виде кантерлотского гуля «погибла» во второй раз во время налёта Анклава, по крайней мере – считалась погибшей. Хотя нет – её непросто считали погибшей, её даже не вспоминали. Лира не стала менять данное положение вещей зная, что если выясниться правда, то Лаенхарт быстро исправит свою оплошность.

Сулик же несколько выделяется из этой группы, так как обычные гули (несмотря на внешность) не считаются реанимированными трупами, темнее менее – в душе он мёртв. Его семья и друзья давно мертвы, а страна сейчас представляет собой радиоактивную пустыню. Может из-за этого у него притупилась воля к жизни? По крайней мере, при встрече с Мелкопипкой он даже не пытался сопротивляться (в отличие от своих также гулифицированных товарищей) и просто принял яд, чтобы не доставлять противнику удовольствия от своего убийства. К его удивлению, яд для гуля оказался не смертелен (Сулик просто потерял сознание и провалялся подобно трупу) вот только выйдя на просторы пустоши, полосатый не знал, как дальше жить. В итоге, после Дня Солнца и Радуг, он прибился к Детям Собора, но так и не нашёл себя среди почитателей Благородных Сестёр, и грабанув своих работодателей отправился в сторону своей разрушенной страны. Хотя он и зебра, но тогда его жизнь была сплошной чёрной полосой – в мире победившей гармонии полосатый умудрился нарваться на рейдеров – явление считавшееся уничтоженным. Благо что его спасли (том числе и Грей Стоун до того как стал одержим мной), но лишь для того чтобы после отправить за решётку. Лишь сбежав из тюрьмы (был устроенный мной и Отемом Лифом массовый побег) и, прибившись к нашей группировке (а что ему оставалось?) он обрёл хоть какой-то смысл жить – жить ради мести Селестии за свою страну.

И моё скромное участие. Земной пони одержимый тем, кого Селестия назвала «призрак». Пусть даже я не чувствую себя мертвяком, но нахожусь определённо в Аду. В этом Аду даже есть свой Люцифер (а ещё был Кибердемон, которому отпилили голову цепной пилой, и Рыцарь Ада которому я затолкал гранату в пасть). Также я, будучи адекватным и помня свою жизнь и смерть, всё прекрасно понимал – живым меня можно считать весьма условно. Определение «призрак» действительно мне подходит, не понимаю только: как с этим сочетается лечение от холода? Вся эта магия выше моего понимания. Я и вполне Земные термины плохо понимал, что не есть хорошо – данные знания пригодились бы и в этом мире.

Всё во всех мирах относительно, чтобы это не значило, и точка наблюдения напрямую будет влиять на результат эксперимента – примерно так я понимал один из принципов теории относительности. Будучи на Земле я не особо задумывался над данной теорией, за исключением её открытия (то, что открывший её хитрый еврей ранее работал в патентном бюро, как бы намекало), но теперь у меня был резон начать рассуждать более филосовки. С точки зрения этой псевдонауки, для местных я являюсь «призраком иного мира», но относительно меня всё с точностью до наоборот – этот мир является иным, и именно перечисленные мной копытные являются «призраками».

Естественно данные размышления ни к чему не приведут, но иногда нужно подумать о всяком бреде, например о том кто заслуживает упомянутое название. По крайней мере, лучше называться так чем нарекать себя и своих друзей «героями пустоши», а после выпускать книгу со своим именем и мордой на обложке. Что-то подсказывает, что и от звания «Дарительницы Света» Мелкопипка открещивается лишь, чтобы наигранно показать свою «скромность». Примерно как «Бог Император» который во вселенной готической фантастики, на словах против всякой религии и поклонения самому себе, но на деле, строил политику на своём имидже с неприкрытым намёком на высшее происхождение. Наверняка в той вымышленной вселенной он тоже писал книги, о своих похождениях, давая тем пафосные названия со своим именем, по аналогии с «Книгой Литлпип».

Интересно – если нам удастся победить (Селестия предрекала что такое тоже возможно) то стану ли я писать книгу о своих «подвигах»? Подвиги надо будет писать в кавычках, так как по сути это был терроризм, который к тому же я исполнял, исполняю, и буду исполнять не по своей воле. Название такой книги точно не должно будет содержать имён собственных, да и я сложно представляю, как буду это писать. Это должно будет выглядеть примерно как французский фильм «Великолепный» с актёром (фамилия которого для русского человека может показаться смешной) Бельмондо в главной роли. Вспоминая данный фильм, я пришёл к выводу, что такая книга на него (фильм) будет совсем не похожа. Наглядным тому примером служит сцена пыток (https://youtu.be/BCTxNpJwH6Y) в которой персонажу угрожали бешеной крысой, и тому как пытали меня – до сих пор с содрогание вспоминаю как Лайфблум: околачивал меня бейсбольной битой, гладил утюгом, забивал гвозди, как вколол эфир мне (пардон) в яйца, а в конце ещё собирался лишить анальной девственности. В этом мире такая жестокость может и считается нормальной (изучение Книги Литлпип, переполненной сценами насилия, является обязательным для здешних личинок), но на Земле такую книгу точно бы не включили в школьную программу.

Пожалуй, книга о моих похождениях также была бы для довольного узкого круга читателей. Вряд ли многим может понравиться история о похождениях отрицательных персонажей. Серьезно:

Положительных героев нет, как в игрушке GTAшке, странно только, что все они не съехали из рашки. (Вообще-то я как раз был оттуда, но чего не сделаешь для рифмы.) Потому что это тренд западной какашки.

Данная придуманная на ходу рифма (а ещё тот факт, что если бы я писал данную книгу в Worde то компьютер бы постоянно предлагал мне изменить имя Сулик на слово суслик) проявила на моей морде ухмылистую улыбку, которая тут же пропала при виде….

В тот момент я шёл по длинному коридору, ведущему в лазарет (шёл для очередных обследований) и увидел умилительную, но совсем нерадостную картину. Картину того как Дестини с группой пони из лазарета решили отдать дань памяти погибшим и доделывали устроенный в коридоре импровизированный мемориал. Честно говоря, это следовало сделать гораздо раньше (ещё в тот момент, когда мы впервые пересекли «изгородь») но лучше поздно, чем никогда. Теперь одна из стен коридора была сплошь исписана именами погибших пони из СНС. Какие-то из них были знакомы, какие-то нет, но среди данного списка я нашёл скромную строчку с именем погибшего синего пегаса Соупа. Своё место на стене получило и имя жёлтого пернатого, с которым я повстречался на погодной фабрике – пусть он и раскололся под пытками, но агент Голд не был предателем, и заслуживает считаться павшим бойцом. Также среди имён имелись цифровые обозначения заключенных, которые погибли ещё при бунте в тюрьме Арба – пусть мы и не запомнили их имен, но будем их помнить как заключённых с номерами. В конце концов, даже у стен Кремля есть памятник неизвестному солдату. Все эти имена и номера объединяла одна написанная напротив каждого имени надпись на английском: Погиб (хотя чаще «погибла») с честью. Не то чтобы Голд, который раскололся под пытками, или Соуп, погибший из-за моей беспечности, с этим бы согласились, но мы будем помнить их именно как сохранивших честь. Будем помнить, как тех, кто не поддался сладким речам о гармонии в исполнении двух палкоголовых лесбиянок (Хомейдж и Литлпип, неразлучных как палочки Twix). Как тех, кто отказался от следования Апокалипсису под руководством Вельвет Ремеди. Как тех, кто был против выстроенного на руинах старой Эквестрии квазигосударства наёмников. Как тех, кто не считал Селестию богиней запертой в компьютере. Как тех, кто считал — против всего этого, и ещё многого другого, можно и нужно сражаться. Всё это навевало скорбь, да ещё, как дополнение, Дестини проиграла взятую у Лиры кассету с печальной музыкой (https://youtu.be/wp6QpMWaKpE) – на восприимчивых к музыке пони это произвело сильное впечатление.

Естественно ни я, ни другие «призраки» (Отем, Трикси, Лира, Сулик) не могли это так оставить – каждая отнятая жизнь должна быть отомщена. Вот только, чего такого мы можем сделать, чтобы отомстить за их смерть? Пожалуй, только — добраться до оставшихся героев пустоши и Селестии с Литлпип в частности, да продолжать бороться против НКР. По сути — делать тоже, что делали ранее. Даже как-то обидно за себя и за такую банальность. Естественно до этого додумался не только я, и когда большая часть повреждений Мстителя уже была устранена, полковник вызвал нас на совещание, в котором мы предсказуемо разобрали неудачный опыт и стали рассуждать на тему: кто виноват и что делать?

Как и в прошлых случаях, совещание началось с прослушки записи эфира пропаганды НКР, в которой Мелкопипка, не стесняясь в выражениях, высказала все, что о нас думает. Выразила свою радость от того, что наши планы провалились, и того количества найденных трупов с эмблемой зонтика на форме. Далее в её речи слышались сплошные разочарования. Она была очень недовольна когда, отправив робота шпиона к месту падения Громовержца, не уводила там искомого корабля – только трупы рейнджеров. Злилась из-за того что мы убили Виндшира (Прайда не упомянула). Из-за того что она так и не поняла – как нам удалось убить «элемент смеха» (её тело и ПипБак так и не нашли но всё же догадались что Дерпи погибла)? И самое главное – как мы смогли создать мегазаклинание, и как мы смогли пронести его незаметно? Далее она дала слово Селестии, которая, уже в более вежливой форме, поведала об ущербе нанесённым «смертельным дождём».

С её слов, ядовитая облачная завеса, пролившись ливнем, отравила значительный регион (но крупные города поодаль от Понивиля и Кантерлота – Филлидельфия, Мейнхеттен и прочие оказались не задеты), оставив многих жителей НКР без урожая. Также она упомянула о жертвах светящегося ливня, особенно отметив Флаттершай и группу жеребят которые так и не смогли добраться до убежища. В тот момент белую в грубой форме перебила Мелкопипка добавив, что среди жертв была и её (Пипки) мать-алкоголичка, которая, заливая вечное горе, не оценила надвигающейся опасности. Селестия же поблагодарив Дарительницу за данное уточнение, сказала, что жертв могло бы быть гораздо больше, если бы не героические усилия аликорнов «Последователей Апокалипсиса».

Будучи способными, питаться от радиации, данные клоны принцессы Луны спасли много жизней. Слушая данную речь, у меня даже появилась аналогия — в этом мире «Последователи Апокалипсиса» как Земные Сирийские «Белые Каски» с поправкой, что действительно спасают жизни. Также вспомнился разговор с Вельвет, где она говорила про возможные мятежи и что именно подчинённые ей пони и аликорны должны их (наверное, бескровно, иначе я не знаю, почему борьбу с мятежами доверили Последователям) устранить. По крайней мере, это объясняет, почему группировки аликорнов оказались, чуть ли не в каждом значимом населённом пункте и то количество спасённых ими жизней.

Закончить свою речь Селестия решила классическими призывами СНС к миру с последующей добровольной сдачей (а также речами о бессмысленности наших действий) и призывом к жителям НКР, в которых они не должны, сдаваться и продолжать свою работу во имя гармонии. Далее своё слово взяла Мелкопипка но её речь была сплошным набором угроз связанных с нашими гениталиями, благо что была короткой. Вся эта запись эфира завершилась специфичной и повторяющейся мелодией, на которую был наложен шум дождя (https://youtu.be/99XSFPT61ZI). Далее всё затихло – никто не хотел говорить, но всё же тишину кто-то должен был прервать. На правах командующего первым сказал слово (одетый в трофейный офицерский плащ) ржаво-коричневый пегас:

— Неужели здесь всем нечего сказать? – вопрос был ненужным и поставлен некорректно, но он разрядил мрачную обстановку.

— Музыка примитивна, — ответила Лира, похоже, поняла всё слишком буквально, — повторяющиеся ноты, грубая цифровая обработка – никакого вкуса.

Не такой комментарий полковник ожидал услышать, но что ещё можно было ждать от музыкальной пони? Явно не от неё он ждал дельных предложений и, переводя взгляд то с меня, то на полосатого (вообще-то его полоски были невидны, так как теперь гуль стал постоянно носить на своей морде маску) пегас взглядом намекал чьё слово, желает услышать. Я в тот момент как язык проглотил, а вот Сулик нашёл что сказать:

— Может это и странно звучит, но я скорблю по погибшей Флаттершай, — звучало действительно странно и мы все повернулись к полосатому с выражениями удивления на физиономиях. Полосатый же наигранно этого не замечал и продолжил, пояснив данную странность:

— Пускай она и была нашим врагом но всё же — передав стране зебр технологию мегазаклинания Флаттершай спасла мою страну от участи захвата Эквестрией. Спасла от участи даже худшей чем то, что с ней происходит сейчас. Я не могу не скорбеть по той, кто оказала нам такую услугу и прошу вас – проявите к ней уважение и говорите, так как принято по покойным.

Сулик явно намекал на «либо хорошо либо ничего» и, судя по всеобщему молчанию, мы выбрали второй вариант. Как и всегда Отем прервал эту «минуту молчания»:

— Задам конкретней, – полковник тоже понял слишком буквально, — здесь есть, кому, что сказать по делу?

— По делу? – хриплым голосом сказал гуль зебра. — Дело было в том, что ты завёл нас в ловушку НКР.

— И в том, что ты создал мегазаклинание, причём во второй раз, — ответил пегас.

— Сколько можно говорить, — со злостью в голосе говорил гуль: — я не создавал Мейнхетенскую бомбу, и ты что – не видел запись? Это Трикси запихала элемент смеха в дробилку, да и вообще – это была идея Грея, — тут все повернулись ко мне.

— Чего это на меня так смотрите? – я решил неуклюже оправдаться: — Кто же знал, что смешивание останков светящегося гуля приведёт к созданию мегазаклинания.

— Сулик знал, — уточнила Лира.

— Не знал, а догадался, — теперь уже полосатый стал оправдываться: — Причём только когда началось выделение газа и реакция начала переходить в неконтролируемую фазу!

— Хватит! – я прервал начинающуюся словесную перепалку: — Я понимаю, что в связи с прошлым полным провалом мы хотим решить «кто виноват и что делать» но чувствую, что так мы не ответим и на первый вопрос.

— Ладно, — со вздохом сказал полковник: — пропустим «разбор полётов». Есть идеи?- мы все дружно замотали головами: — Другого и не ждал, – пегас снова глубоко вздохнул и продолжил уже более уверенно:

— У меня есть план, — я же ещё не зная этого плана отнёсся к нему с недоверием, но в оба уха внимательно слушал бредни пернатого: — Поле операции «Смертельный Дождь» мы понесли очень большие потери, и думаю, очевидно, что с нынешними силами нам стоит забыть о массовом наступлении. Тем не менее, у нас ещё достаточно бойцов для атаки на вспомогательные объекты НКР. Понимаете к чему я клоню? – я начинал догадываться, а вот другие замотали головами: — Я один заметил одну странность в действиях НКР организовавших на нас засаду?

— В ней не было «Последователей», — Трикси быстро догадалась.

— Именно! – полковник был удивлён и восхищен догадливостью аликорна: — Вельвет и её подчинённые нас бояться! Они помнят наши успехи: Арба, Собор, Глифмарк. Последнее особенно хорошо. Они знают, что у нас есть оружие против аликорнов…. – далее я перебил пегаса:

— Или наёмники с рейнджерами просто не доверяют Последователям, – все тут же затихли, повернувшись ко мне: — Они помнят, что Вельвет предлагала нам мир и убежище и думали, что она снова поступит также. Поэтому вместо места в засаде отдали «Последователям» роль усмирителя (не подавителя) возможных мятежей.

— Это хороший знак, — полковник попытался смотреть на ситуацию с хорошей стороны: — значит у нас есть сторонники среди жителей НКР.

— После последнего провала их стало гораздо меньше, и на что ты надеешься? Ворваться в город контролируемый «Последователями», перестрелять аликорнов моей кровью, а после набрать среди местных новых бойцов? – эти вопросы были риторическими, но пегас дал на них «вопрос-ответ».

— А почему нет? Нам нужны новые бойцы.

— Потому что нам не удастся застать НКР врасплох. Подумай – почему я, желая добраться до Селестии, так и не стал предлагать штурмовать Нейварро?

— Ты привык к нашему миру и проникся идеей сопротивления, — неуверенно ответил пегас.

— Нет блядь! – я ответил, не скрывая эмоции: — Я ненавижу этот ебучий мир! Ненавижу шкуру, в которой оказался! И твою ржавую морду тоже ненавижу! Всё чего желаю так это попасть обратно на Землю, и Селестия мой единственный шанс! – далее слегка успокоился: — Не предлагал, потому что знал — штурм обречен, а НКР командуют не дураки. Селестия с Дарительницей точно предвидели вариант с тайным проникновением.

Похоже, не только я и Селестия с Дарительницей продумывали такой вариант, но то, что это будет Трикси, для меня стало полной неожиданностью:

— Мы могли бы разыграть твоё пленение, и под его видом доставить тебя прямо к Селестии, — сказала синяя аликорн.

— Давай угадаю: ты бы притворилась одной из «Последователей» а группа наших бойцов выдала бы себя за рейнджеров и наёмников?

— Да – почему нет? – спросила Беатрикс.

— Чтобы раскрыть подставу Селестии и Пипке, было бы достаточно связаться с командованием группировок, да и как ты собиралась решить проблему красных меток на ЛУМе?

— Проблема с ЛУМом решаема, да и связь можно нарушить, но пожалуй ты прав, — Трикси признала мою правоту.

— Именно, — я решил закрепить вывод: — Чтобы забить гвоздь не нужно много думать, нужно просто взять молоток и ударить по шляпке. Также мы должны поступить и с Нейваро только образно говоря – у нас нет молотка.

— Он у нас будет, — сказал полковник: — У меня уже есть план. В Мэйнхеттене имеется группировка пони называющих себя «Белое Копытце» сочувствующих СНС. Связавшись с ними, мы можем получить плацдарм для нового штурма Арбы, которая сейчас далеко не пуста.

Моя версия, что пегас предложит штурм тюрьмы подтвердилась, вот только я был не рад такой перспективе и выдал свои соображения:

— Ёбушки воробушки! Давай угадаю – про ту группировку ты узнал от своего брата, который выдавал себя за Голда?

— Да от него, но Виндшир не врал, — судя по голосу, Отем выл в этом уверен: — Все те данные, что он передал, подтвердились, и «Белое Копытце» недолжно быть исключением. Почему мы должны им пренебречь?

— Мы сейчас в такой жжизненной ситуации…. – чуть не сказал одно неприличное слово на букву ж: — Проведу метафору, — далее я сделал паузу подбирая слова и продолжил, наигранно сохраняя спокойствие:

— Мы ходим по ахуеть какому тонкому льду, и когда он проломиться под ним будет сидеть Дарительница, которая сделает нам обрезание, и я не про крайнюю плоть на хуе говорю.

— Фиии! – послышалось от Беатрикс: — Ты в своём мире такое практиковал?!

Ответить отрицательно не смог, так как меня перебил пегас:

— Я понимаю, что ты любишь холод, но у пони не принято ходить по льду, — пегас намекал на склонность копытных к подскальзыванию: — Думаю, аналогию с проломом льда я понял правильно – ты намекаешь, что там тоже будет засада.

— Ясин Красин, — произнёс по-русски, да и копытные не знали ничего про ледокол Красин, так что далее говорил на местном: — Ты ведь не думаешь что, дав нам информацию о группировке сочувствующих они не догадались выставить за ней наблюдение?

— Нет – не думал, — копытный признал, что его мозг травоядного не предвидел столь банальной очевидности: — Есть предложения?

— Чего-то конкретного указать не могу, но действовать нужно там, где нет «Последователей».

— Это ещё почему??? – ненавидящая аликорнов Беатрикс опередила полковника.

— Враг только этого и ждёт. Они учли, что у нас есть антимагическое оружие, адаптировались к нашей тактике «булавочных уколов» и стали сильнее. Даже если следующая операция увенчается успехом — потери будут неприемлемы. Думаю всем очевидно, что стратегию пора менять, — меня очень внимательно слушали, хотя я сам не совсем понимал, что за чушь собирался сказать.

— Я знаю – это ведь мои пегасы погибли в Новом Клаудсдейле, но мы действовали с учётом твоих тренировок и согласно твоим трём правилам, — сказал полковник, а далее на ломаном русском произнёс:

— Разрушить вражьи надежды на побеждение, используй слабости своего врага, атакуй с неожиданной стороны.

Я же, едва сдерживая смех от произношения и «побеждения» продолжил:

— Именно. Война — это искусство обмана и Дарительница с Хомейдж в этом преуспели. Они смогли обмануть жителей пустоши, убедив тех, что их действия несут гармонию. Нам нужно поступить также – убедить жителей в нашей правоте разрушив надежду НКР на победу, а после, найдя их слабости, ударить с неожиданной стороны, и повторюсь – это должна быть точка свободная от «Последователей».

— Предлагаешь выйти в эфир, — констатировал пегас: — Вот только что мы скажем насчёт «Смертельного Дождя»? То, что мы сами его устроили, причём случайно?

— Раз даже Дарительница не знает, как у нас это получилось, то это можно будет использовать, чтобы убедить жителей НКР, что это «герои пустоши» устроили нам ловушку с применением мегазаклинания, тем более что ранее Литлпип уже взрывала «жар-бомбу».

— Не поверят, — Сулик вмешался в разговор:— Такая ложь только больше настроит против нас.

— И что предлагаешь? – я обратился к полосатому в маске: — Сказать правду?

— По крайней мере, у меня есть запись с тем как мы убили Дерпи, а ещё то, как ты на крыше фабрики бился против сотни пегасов.

— Разве в этом мире есть телевидение? – я, уловив мысль, задал вполне резонный вопрос, однако ответ получил от гулифицированной единорожки.

— Было до войны, но теперь все слушают радио.

— Историю можно рассказать и на радио, — сказал полосатый обращаясь к Мятной.

— Не ту, которая случилась на самом деле, — полковник прервал двух гулей: — То, что случилось, не убедит жителей в нашей правоте, так что лучше ничего не подтверждать и не опровергать. Просто скажем, что не знаем происхождение мегазаклинания, и что не имеем технологий его производства. Пусть делают выводы сами.

— Это понятно, а насчёт остального? – спросила Трикси: — Что ещё мы сможем сказать жителям НКР?

— Нууу …. – я и сам не знал что но, вспоминая Земные политические, ток шоу выдал простой вывод: — Хомейдж, перед тем как призвать жителей на борьбу против Анклава, заработала себе репутацию честной журналистки. Нам нужно поступить похожим образом – только с уклоном на нашу деятельность.

— Продолжай, — сказал пегас.

— Нужно выйти в эфир и рассказать жителям о нашей деятельности и целях, но более подробно. На контрасте с тем что говорит Дарительница жители НКР должны будут сделать «правильные» выводы. Это посеет в их рядах «семена сомнения», а после того как они «взойдут» мы «соберём урожай».

— Красноречием ты не отличаешься, — неуверенно сказал полковник: — Да и если бы твоя речь была такой же проникновенной как у Красного Глаза, то не думаю, что это бы сработало.

— Попытка не пытка, — я решил оправдаться, используя старую Земную поговорку: — Иногда слово бывает страшнее пистолета. Даже в моём мире диктор, с хорошо подвешенным языком, мог направлять сотни и тысячи. Вы же копытные, этому более подвержены, что порой дело доходит до абсурда.

— Обоснуй, — пегасу явно не понравилось обращение «копытные» и мой вывод насчёт подверженности.

— То как вы, слыша мелодии начинаете петь, или, начиная петь слышите мелодии. Уж я-то знаю – сам был этому подвержен, — намекал на тот случай, когда услышав мелодию «Фигаро» спел песню о моём отношении к сеньоритам и прошёлся обухом бритвы по горлу копытного.

— В этом есть смысл, — задумчиво сказал полковник.

## Невозможный вариант (часть вторая)

Удивлен, что именно полковник первым увидел смысл в моей идее. Идее того, что перед тем как начинать активные действия, нам нужно выйти в эфир с целью воздействия на местных. Конечно, есть поговорка «меньше слов, больше дела» – но в этом мире слова порой имеют большее значение, чем дела, а дел мы наворотили...

У меня даже была шальная мысль написать об этих похождениях книгу, вот только кто будет её читать? Я бы не ждал от читателя веры в то, что я хотел рассказать. Более того, подобную небылицу должен отвергнуть любой человек, имеющий здравый смысл. И всё же, я не знаю, что хуже: то, что если бы я это написал, то это было правдой, или то, что мой разум способен вообразить такие невероятные вещи? Пожалуй «невероятные» слишком сильное слово.

Мир, созданный как полигон, будучи заброшенным, стал использоваться сверх разумом для неясных целей. Я своим скудным интеллектом, вообще не могу понять смысла в создании цивилизации разумных «волшебных» копытных. Похоже, данный разум пришёл к аналогичному заключению, раз решил бросить данный мир и сосредоточиться на «разуме воплощённом в металле». По крайней мере, вопрос «как мир гармонии скатился до ядерного пепелища?» получил логичное объяснение.

Стоит ли нам, выходя в эфир дать на него ответ? Пожалуй нет. Разумеется, местные узнав о том что Селестия писала в своих дневниках, могут отнестись к той уже не как к доброй богине, а вот остальная реакция будет непредсказуема. Хотя нет – кое-что можно предсказать. Тогда местные, вместо того чтобы доставить меня к Селестии, больше будут думать над тем чтобы просто меня скрутить, а дальше под пытками выбить информацию о другом мире. Также начнется массовая охота на Беатрикс, точнее её «Чёрную Книгу» — многие захотят осуществить призывы марионеток, выполняющих любые приказы только услышав ключевое слово. Вообще-то, охота на меня и на книгу идёт и без всяких объявлений о возможностях массовых призывов, но если будет по-другому, то у каждого обитателя этого мира будет своя мотивация заполучить книжку, а мне провести допрос с пристрастием. Не думаю, что Селестия была настолько тупой (я вообще не считал её тупой) чтобы не предусмотреть такой вариант и не принять меры – ограничиться лишь кусочком правды. Но это всё лирика, сейчас есть вещи поважнее.

Зря удивился, что Отем первым согласился с идеей выхода в эфир. Данный копытный уже имел опыт выступлений на радио, вот только тогда пропаганда Анклава имела буквально нулевой эффект. Всё дело в конкуренции – куда какому-то пегасу-милитаристу тягаться с такими мэтрами красноречия как «Диджей Пон Три» и Красный Глаз. Теперь же, оба этих копытных мертвы (одну я убил самолично) так что есть резон попытать счастья. Другие пони на борту Мстителя также согласились с этой идеей, за исключением Беатрикс – она считала, что мы должны действовать без оглядки на мнение жителей, и уж точно не пытаться напрямую влиять на их отношение к СНС.

Данная единорожка в теле аликорна вообще была мной недовольна. Её не устраивали наши отношения, точнее те последствия для неё (временная потеря магии) после тесного контакта. Не устраивало отношение пони к её выступлениям – фокусы быстро наскучили. И самое главное – то, что я дважды встречаясь с Вельвет, и один раз с Ксенит, позволил обоим уйти. Если в первой встрече с Вельвет (Трикси была всему свидетелем), Беатрикс нормально отнеслась к моему решению, то вот ко второй, произошедшей в Глифмарке, у Трюкачки были ко мне серьезные претензии. Её возмутило, что тогда я, имея автомат и РПГ, не считал «элемент доброты» приоритетной целью и просто позволил той уйти. Она даже пыталась выболтать у меня признание, что пока она с группой «Фокхаунд» были в туннелях «адских гончих», Вельвет меня загипнозила (вообще-то Вельвет пыталась) или заставила вступить с ней в сговор (тоже пыталась). Данные подозрения усиливал факт моей встречи с Ксенит, в ходе которой я обратил ту в бегство – Трикси с трудом верила что «рукопашная» между мной и той зеброй каратисткой могла обойтись без смерти одного из нас.

Особенно данное подозрение усиливал просмотр записи моей драки с толпой копытных на крыше фабрики. Данную запись даже показали в импровизированном кинотеатре, на экране из белой ткани, с помощью собранного полосатым гулем самодельного проектора. Пускай даже запись началась с креатива Лиры – чёрного экрана с надписью на английском «СНС интертеймент представляет: Грей Стоун убегает», но всё же — запись снятая коптером показывала, насколько агрессивным может быть человек, которого загнали в угол. Правда, мой стиль боя был откровенно любительский, да в итоге меня всё равно скрутили, но не суть. Нашим бойцам данная запись наглядно показывала что «и один в (поле) небе воин, даже если это земной пони». Трикси от данного вида только усилила подозрения, и даже предложила свою помощь как способной проникать во сны, чтобы снять действие гипноза. Понятия не имею, как это взаимосвязано но загипнозиным я себя не чувствовал и отказался от данных услуг. Также применил всё своё красноречие, и постоянно напоминая, что я всегда был с ней честным, всё же убедил Трикси — всё произошедшее лишь череда непредвиденных случайностей. В конце даже добавил, что она была единственным кто пытался манипулировать моим сознанием но, пожалуй, это было лишнее – тогда Трикси опустила морду и прижала уши, а впоследствии решила повторить то …. Но это в будущем, сейчас же у нас были другие заботы.

Переделка кают-компании в радиостудию не составила каких-то проблем, по крайней мере, для меня – я лишь принёс в помещение комплекты микрофонов (терминал и так там был) и наушников. Сулик тогда был весь в работе. Дело в том, что тот вонючий полосатый уже показал себя как неплохой инженер, и сейчас переделывал наш радиопередатчик для особого вещания. Дело в том, что мы опасались, что НКР может нас запеленговать, поэтому Сулик предложил довольно мудрёную идею с использованием «отражения волн от ионосферы». Со слов полосатого, данный способ его группа зебр-диверсантов использовала для приёма приказов и отправления отчётов, и лишь после падения бомб связь прервалась. Я не радиоэлектронщик так что просто последовал примеру остальных и доверился гулю.

Естественно мы не собирались вести прямой эфир, но перед записью заранее договорились, что итоговый результат не должен сильно пострадать от монтажа. Мы хотели, чтобы наша запись была похожа на Земные политические ток шоу, точнее — на диалог Хомейдж с Вельвет после «Дня Солнца и Радуг», которые тоже были в прямом эфире. Так что и нашей целью будет создать имитацию прямой трансляции — небольшие огрехи и курьёзы будут только приветствоваться. Единственным действительно заметным изменением должен быть мой голос. Дело в том, что в будущей операции мне опять придётся действовать в тылу врага и не хотелось, чтоб мой голос стал известен каждому в НКР. Вообще-то он и так известен (допрос в башне Тенпони записывался, как и мой диалог с Мелкопипкой) но всё же, ненужно искушать судьбу и делать себя слишком известным. После записи мою речь пропустят через «голосовой фильтр» да и говорить я буду с наигранным акцентом – я пробыл в этом мире достаточно, чтобы он стал незаметен (повседневно я говорю с акцентом, но теперь могу его легко убирать), и в НКР об этом не знают.

Мы даже перед записью провели эксперимент с изменением тембра голоса и результат меня удивил. Естественно голос стали менять в нижнюю сторону (я не хотел звучать так, будто надышался гелия) но мы несколько перестарались. Первый вариант был похож на голос Пилы, второй на голос Мелкопипки (у неё очень «прокуренный» голос), третий на голос моего соседа из прошлой жизни обкурившегося Беломором. Так мы помаленьку и меняли «частоту» в большую или низкую сторону, но чтобы голос звучал ниже изначального варианта. Итогом стало что-то похожее на голос ведущего английской передачи, в её русском переводе, в которой говорят о машинах придурошными голосами (https://youtu.be/ICMpKZSNBho?t=5) – не самый плохой вариант.

Наконец когда все приготовления были завершены, мы собрались в импровизированной радиостудии. Я и полковник за столом с микрофонами, Лира за пианино, Сулик за аппаратурой, Трикси же держала «колпак тишины» чтобы нас не побеспокоил какой-либо случайный звук – теперь экипаж Мстителя мог с нами связаться, только используя интерком. Технически «эфир» уже начался, только пока мы записывали предложенную Лирой музыку, которая должна будет звучать перед нашим «шоу». Звучать будет долго – полчаса, но мы должны будем показать что «Радио СНС» снова зазвучало — если мы просто «захватим волну» НКР и сразу начнем болтать, то это будет просто глупо. Честно говоря, то, что звучало, по мне и так было глупо. Нисколько не сомневаюсь в талантах Лиры, как музыкальной пони, но её выбор меня сильно удивил . То, что из множества кассет она выбрала с песнями на китайском (https://www.youtube.com/watch?v=Nahr82eExj4) было за гранью моего понимания. Тем не менее, музыкальная пауза стала подходить к концу, Сулик начал обратный отсчёт до эфира и на цифре ноль полковник Отем начал корчить из себя ведущего:

— Народ «Новой Кантерлотской Республики», с вами любящий вас ведущий — полковник Отем Лиф на радио «Сил Народного Сопротивления». Рад что сейчас вы с нами и готовы выслушать то что наверняка волнует каждого из вас, то ради чего мы прервали пропаганду НКР – истинную правду о нашей деятельности, наших целях, и того чего мы добились. Отвечать за это я буду не один, и в этом мне поможет: так ненавидимый властями НКР майор СНС, тот самый кого Селестия назвала «призрак», и из-за кого вы больше не слышите голос «элемента честности».

— Он самый – ваш покорный слуга Грей Стоун, — я, говоря в микрофон, представился, подтвердив слова полковника. — Я тот самый, из-за которого «Дерпанутый пегас» покинул стены психиатрической клиники, а Дарительница разнесла пол Мэйнхэттена.

Полковник был не очень доволен упоминанием «Дерпанутости», но сдержавшись от пары ласковых, далее представил другого участника:

— А также менее известная, но тоже ненавидимая в НКР — маэстро Лира Хартстрингс.

После того как пегас представил сидящую за пианино «единорожку в толстовке» мы ожидали что та тоже скажет слово, но Лира решила скреативить и вместо слов наиграла очень странную но приятную мелодию (https://youtu.be/JdPmvR4dPX8). В данном моменте меня удивило то, что Лира, стуча копытами (!) по клавишам может так играть, пегаса же явно удивила сама мелодия. Может в этом мире она имеет особое значение? Спрошу об этом потом.

— Теперь, когда мы все сегодня собрались, — отчаянно скрывая удивление в голосе, сказал пегас, — не будем тратить время на бесполезные формальности, – пегас сделал паузу для нагнетания «драматизма» а после продолжил:

— Мы собрались лишь для того чтобы донести вам истинную правду. Правду о нашем сопротивлении. Дарительница утверждает, что мы не более чем «обычные уголовники» — однако для «обычных» мы убили слишком много героев пустоши, — снова пауза, чтобы слушатели угнались за мыслью, после пегас продолжил:

— Дарительница утверждает, что она и её друзья принесли мир на «Эквестрийскую пустошь». Что они спасли вас от рабовладельческой империи Красного Глаза и «Выжигания» Анклава. Что благодаря им наш мир встал на путь гармонии, которую олицетворяют: её «элементы», она сама, и другие герои пустоши. Может Дарительница и права, но тогда применимо и обратное правило – СНС, противостоящее такого рода гармонии, также имеет своё олицетворение в лице «антигероев». Уверен, что меня вы все хорошо знаете и помните, несмотря на прошедший десяток лет, а вот другой «антигерой» вам малоизвестен, — снова пауза для осмысления и я похоже понял на кого намекал пернатый:

— «Убийца героев», «Орудие разрушения», «Мертвая голова» (Дэсхэд), «Горелый», «Серый мерин», — насчёт этого мог бы промолчать, — «Призрак» – в НКР и СНС этот земной пони известен под многими именами, но что мы о нём знаем? Не то что майор Грей служил в рядах «Рейнджеров Эпплджек» — сейчас это неактуально, а то — кем он был в прошлой жизни и кем является сейчас. Нам всем интересно узнать мнение от него самого.

Я, конечно, понимаю, что мы действуем без сценария с надеждой на импровизацию, но мне казалось, что пернатый не будет действовать с «места в карьер». Похоже, ему самому была интересна моя личность, однако я сам отнюдь не был рад такому вниманию. Тем не менее – я мысленно смирился с чем-то подобным и провокационным вопросам.

— Разве это имеет значение? – для начала решил ответить ничего незначащим вопросом на вопрос:

— Какой смысл в том кем я был в прошлой жизни? Неужели того что я рассказал на брифингах было мало? Тогда повторюсь: в прошлой жизни я не участвовал в каких-то вооруженных конфликтах. Не удивляйся – я не был ни на каких «Колчаковских фронтах» и вёл исключительно скучную мирную жизнь. Всё что её разбавляло так это редкие путешествия по другим странам. В общем – свою смерть я встретил в одном из таких путешествий. Наш самолёт взорвался прямо в воздухе, едва оторвавшись от Земли.

— Самолёт? – вообще-то пегас знал значение этого слова (ранее я многое рассказал). — Это такой летательный аппарат неспособный к вертикальному полёту? Как бомберы зебр, что сбросили на Эквестрию бомбы?

— Да – примерно это, только на Земле такие машины использовали не только в военных целях. В нашем мире в небе не протолкнуться от многочисленных, забитых людьми, лайнеров пересекающих моря и океаны. Я также предпочитал перемещаться именно таким способом, вот только после лоботомии смутно помню, куда собирался лететь, — я действительно смутно помнил и в тот момент стал перебирать варианты:

— Вроде в Лондон – хотел посмотреть домик, в котором родился Шекспир. Или в Стамбул – город контрастов – посмотреть минареты Айя-Софи. Нет!- я вспомнил куда летел. — В Швейцарию. Я летел в Швейцарию. Всегда хотел пройтись по Ленинским местам.

— Значит — мирный житель, — с сарказмом сказал пегас. — Что-то не верится. Ещё в психушке ты на моих глазах убил аликорна ножом для колки льда, а после копытами раскроил череп санитарке. О том, что ты делал дальше уже сказано много слов, только большинство из них нецензурные.

— Верь или не верь, но это так, и я не горжусь тем, что делаю, — я решил оправдаться, но будучи обделённый красноречием делал это несколько неуклюже:

— На Земле есть одно художественное произведение с персонажем – застенчивым ворюгой. Мне же подойдёт термин «застенчивый убийца», — осознавая всю глупость речи, я всё же не остановился, хотя говорил с ухмылистой улыбкой:

— Всё моё естество протестует против убийств, но не убивать я не могу, и справедливости ради – большинство моих жертв сами пытались меня убить. Если бы я не отправил в преисподнюю, то отправился бы туда сам, хотя для меня этот мир уже преисподняя.

— Всё равно неубедительно, — сказал пегас. — Что-то я не замечал в тебе сожаление, или твоему виду незнакомо это понятие?

— Ещё как знакомо, просто я имел дело не с представителями своего вида.

На то, что я сказал пегас среагировал, сделав удивлённую морду. Похоже, тут сработали местные нравы, в которых сосуществование различных разумных видов считалось абсолютно нормальным. Конечно, были и исключения, как неприязнь к аликорнам, адским гончим или грифонам, да и многие пегасы с единорогами презрительно относились к земным пони. Да даже «стойло», из которого вылез Красный Глаз, поголовно состояло из "земных пони – расистов". Сам Отем считался расистом, но всё же, моё оправдание удивило пернатого. Поняв это, я решил пояснить своё мировоззрение:

— В нашем мире есть только один разумный вид, но и тот ведёт постоянные войны друг с другом за контроль над различными ресурсами. Тем не менее, люди отнюдь не лишены моральных качеств и многие из них не приветствуют войны. Я также не являюсь милитаристом и считаю себя мирным человеком, но кто усомнится, тому трындец. Я, живя мирной жизнью и мечтая о времени без войн, всегда был готов взяться за оружие, чтобы защитить свою страну и её интересы, а в моё время эта угроза была более чем реальна, — тут уже я сделал паузу для нагнетания «драматизма»:

— На Земле говорят: «Самое страшное во враге — что он такой же человек» — но тогда меня это несильно волновало. Пусть они и такие же люди, но они: агрессоры, враги, НАТОвцы, империалисты — те, кто не будет колебаться, спуская курок. Стоит ли удивляться, что от того, что в этом мире врагами стали те, кто на людей не похож, мне стало только легче?

— Значит, ты так легко убиваешь пони, потому что они непохожи на представителей твоего вида, — судя по тону пегасу не понравилась такая мораль, да и убивал я не только пони (грифоны, адские гончие, и один дракон). — И на кого же мы похожи?

В тот момент мне вспомнился момент моей смерти, точнее та часть, в которой фигурировала игрушка радужной лошадки. Местные обитатели на ту плюшевую игрушку были похожи весьма условно (https://derpicdn.net/img/view/2017/9/15/1536223__safe_artist-colon-baron+engel_oc_oc+only_fallout+equestria_firearm_gun_indoors_mouth+hold_open+mouth_pegasus_pony_scenery_sitting_toothbrush_w.jpeg). Такие отличительные черты как чуть вытянутая морда, большие глаза, крупная голова при общем небольшом размере существ — на игрушке были изображены слишком гипертрофированно.

— Для меня вы выглядите как мелкие большеголовые лупоглазые животные с мармеладными расцветками, — судя по физиономии пегаса ему не понравилась такая характеристика, да и Трикси, судя по морде, была со мной не согласна. Тем не менее, я не собирался врать и говорил то, что думал:

— Вы одновременно милые и нелепые. Удивлен, что сразу не догадался что ваш вид создан искусственно, — тут я сболтнул лишнего.

— Чего??? – сказал пегас.

— Нет – ничего. Просто говорю то, что думаю, — я неуклюже ушёл от ответа, а после продолжил:

— Вы выглядите настолько же нелепо насколько созданные вами копии технологий людей, особенно то, что касается оружия созданного для копыт.

— Чем тебе не нравятся наше оружие и копыта? – пегас явно сдерживался от того чтобы перейти на личности.

— Просто смешно видеть огнестрелы созданные для тех, у кого нет пальцев. И не имеет значения кем они созданы, будь то штурмовая винтовка для копыт пони (https://derpicdn.net/img/2015/11/15/1023265/large.jpg) или снайперка для зебр (https://derpicdn.net/img/2016/11/11/1293572/large.jpeg) – во всём этом ещё можно узнать прототипы земного оружия. Мне такие пукалки, созданные для тех, у кого нет рук, кажутся просто смешными, а то, что они всё ещё похожи на Земные прототипы, создаёт просто дикое сочетание.

В тот момент пегас смотря на меня, только дым из ноздрей не пускал – ему очень не понравилось то, как я охарактеризовал вид пони. Конечно я «лица не касался» (кроме слова «лупоглазые») но сравнение пони с оружием, созданным для тех, у кого нет пальцев, было слишком очевидно. Стоящая в стороне Трикси также возмутилась и, судя по тому, как покраснел кончик её дрели, она была на грани, чтобы применить заклинание молнии. Чтобы избежать этого я решил разрядить обстановку:

— Нет – я нисколько не осуждаю, и, будучи в этом мире успел словить десятки маслин. Так что, не кривя душой, могу сказать: ваша специфичная внешность обманчива – воевать пони умеют.

— Значит: лупоглазые животные? – пегас всё ещё был недоволен моей характеристикой.

Ситуация потихоньку накалялась так что я решил добавить кое-что о людях:

— Всё во всех мирах относительно. Окажись я в этом мире в своём прежнем облике, то выглядел бы для пони как прямоходящий двухметровый, лысый, плоскомордый хорёк, — вообще-то преувеличил – мой рост был чуть больше метра восьмидесяти.

— Нет! — неожиданно для всех сказала Лира. — Я знаю облик людей. Это, правда что люди плоскоморды, без шерсти и огромного роста, но ваш вид прекрасен, и даже непонятно: почему вы прячете его под одеждой? Но – разные миры, разные виды, разные культурные особенности… Однако мне льстит, что именно людям наш мир обязан своему существованию, — теперь уже Лира сболтнула лишнего.

— О чём вы? – спросил пегас.

— Ни о чём — просто фантазии, — я опять неуклюже попытался обойти тему, и как ни странно это удалось.

— Хорошо, — со вздохом сказал пегас, — оставим твоё мнение о нашем виде, тем более что есть темы поинтересней. Мне всегда было интересно твоё мнение о нашем сопротивлении. Что заставляет тебя нам помогать? Не тогда когда ты слышал ключевую фразу, а сейчас. Что ты думаешь о НКР, о прошлом нашего мира, о его будущем, и о том, что случится, когда мы победим?

Наконец-то подошли ключевые вопросы, ответы на которые нужны не столько полковнику сколько радиослушателям. Судя по тому, что пернатый задал их одновременно, он дал мне выбор, с какого начинать, а также ожидал долгого развёрнутого ответа.

— Пожалуй, начну с вопроса о прошлом, — я решил действовать в «хронологическом порядке». — Мне известно, что я далеко не первый «призрак» оказавшийся в этом мире. В прошлом «Благородные Сёстры» преследуя свои цели, призвали многих и, судя по местному техническому прогрессу, и тому, что об одержимых никто не знал – планы сестёр окончились, так как они и ожидали, за исключением того что связано со страной зебр конечно.

— Ты постоянно на что-то намекаешь и не договариваешь, — заметил пегас.

— Тебе не понять, — я пояснил ситуацию. — Данные намёки поймёт лишь Селестия.

— Селестия? – полковник был удивлен, что к ней у меня особое отношение. — Тогда понятно. Продолжай.

Я же решил что поступил, неправильно начиная говорить о прошлом:

— Но оставим столь давнее прошлое – мне есть, что сказать о настоящем. Сейчас этот мир переживает не лучшие времена, но десятилетие назад всё было гораздо хуже. В то время на «Великий Анклав Пегасов» отгородился от пустоши облачной завесой, а пустошь кишела рейдерами и дикими гулями. Так бы всё и продолжалось, если бы руинах этого мира, один «выходец из стойла», со странным именем Красный Глаз, не начал строить свою рабовладельческую империю. Он принёс кое-какой порядок, вышел на контакт с Богиней, — я имел ввиду Трикси в образе мерзкого мутанта, — и создал угрозу для скрывающихся за облаками пегасов. Его планы по созданию новой цивилизации могли бы сработать, но на пустоши появился другой выходец.

Теперь я коснулся темы самой Дарительницы:

— Литлпип хотя и была рада, что в выжженном мире появился хоть кто-то, кого заботило благополучие рода пони, но считала, что новая цивилизация не должна быть основана на рабском труде. Взорвав бомбу в «Прекрасной Долине» она стравила Анклав с армией Красного Глаза, чтобы под шумок сговориться с наёмниками и захватить центр управления погодой. В итоге: Литлпип уничтожив два основных центра силы, получила контроль над абсолютным оружием, объявила себя «Спасительницей и Самопожертвеницей» заполучив титул Дарительницы. И многие действительно были ей благодарны: пегасы мечтавшие воссоединить свой род с другими пони, наемники, получившие довоенные богатства и контроль над инфраструктурой Красного Глаза, рейнджеры нашедшие применение захваченным технологиям, одержимые размножением аликорны получившие возможность размножаться, и ещё многие другие. Все они были благодарны, но в особенности обычные жители пустоши и освобождённые рабы, вот только: можно ли их нынешнюю жизнь назвать свободной?

— В смысле? – удивлённо сказал пегас.

— Ложь, роскошь, нищета, разврат – вот истинные элементы нынешней гармонии.

Похоже, пегас понял, что теперь я стал обращаться не столько к нему, сколько к радиослушателям и решил подыграть:

— Я тебя не понимаю. Говори понятней.

— Подумаем в рамках альтернативной истории: что бы было, если бы я появился этом мире на десять лет раньше? Чью бы сторону я принял?

Пегас был удивлён таким вопросам и неуверенно ответил:

— Анклава? – ответ звучал просто смешно – в Анклав не брали земных пони.

— Пожалуй, нет, — я говорил расслабленным тоном. — Изучая историю этого мира и читая «Книгу Литлпип», пришёл к выводу: я бы принял сторону Красного Глаза.

— Серьезно?! – пегасу было всё сложнее скрывать эмоции. — Ты бы стал помогать этому красному рабовладельцу?!

— Иногда цель оправдывает средства, и временный рабовладельческий строй ради выживания всего мира – небольшая цена. В свою защиту скажу, что я бы всё равно бы его предал, узнав о практике гладиаторских боёв, и уж точнее точного узнав об истинном назначении Собора – это уже за рамками морали.

— Значит тебе не «всё равно» на наш мир? – удивленно спросил пернатый.

— Вообще-то «всё равно» — я бы поддался на его красноречие. На речи о труде во имя всеобщего блага, о восстановлении разрушенной страны, о ликвидации безграмотности, об индустриализации, о сохранении и приумножении довоенных научных достижений. Всё это было так похоже на идеи коммунизма.

— Кому чего? – уточнил пернатый.

— Идеологии о власти трудящихся без господской опеки. Идеологии, в которой интересы трудящихся имеют высшую ценность, и в которой нет места тому, что называют капитализм. Я знаю, что и в этом мире есть такое понятие, только оно не имеет негативного оттенка, и наоборот – приветствуется местными властями.

Похоже, находящихся в помещении копытных удивило, к чему я стал клонить. Наверное, они ожидали, что я стану поднимать тему «героев пустоши» или армии клонов принцессы Луны, но я выбрал другой, для них невозможный вариант:

— Капитализм – он повсюду. Захват наёмниками построенной рабским трудом промышленности, использование рейнджерами довоенных технологий, нынешнее образование, основанное на почитании принцесс и «министерских кобылок», а также изучение «Книги Литлпип», помощь со стороны аликорнов в обмен на зелье для размножения, да даже известный лозунг НКР «Торговля спасёт пустошь» – всё это капитализм. Многие истинно считают это благом, но подумайте здраво – разве это не рабство? Вы отдаёте свой труд, свои жизни, искренне считая, что работаете на благо рода пони, но на деле – работаете на власть имущих. На тех, у кого есть большие деньги, а значит — на капитализм. Тех, кто легко может лишить вас средств к существованию, абсолютно не волнуясь за себя и своё дело. Вы всё равно рабы и не важно, что вы считаетесь вольнонаёмными, и вас не сковывают цепи. Ваше отличие от довоенных рабов только в том, что вместо золотых битсов вы получаете пробки от бутылок, которых всегда мало.

Тут я сделал паузу, чтобы отдышаться и дать «переварить» услышанный «вот это поворот». Через три секунды продолжил:

— Да вы не ослышались. Может я скажу дикую для вас вещь, но пони, жившие до войны, тоже были рабами, работающими для приумножения богатств принцесс, министерок и прочих власть имущих. Они также как и вы, отдавали свой труд, только их целью вместо крышек были желтые монетки, которые также ничего не стояли. В этом мире не было дефицита золота, так что данный нержавеющий металл был немногим лучше резанной бумаги. С таким же успехом довоенные пони могли бы расплачиваться обычными камнями, делая вид, что те чего-то стоят. В моём мире подобная практика потребительства привела к кризису перепроизводства. Кризису характеризующемуся тем что одна половина потребителей вкалывала как проклятые, пока вторая отчаянно искала работу, и все одновременно бежали за новыми но быстро стареющими товарами, как ослик за морковкой.

Вообще-то в этом мире данное сравнение звучало двусмысленно, и это несмотря на то, что все разумные ослы давно вымерли. Однако говоря только что придуманную речь, я не задумывался о таких мелочах:

— Данная система, делающая людей заложниками финансовой системы, называется умным словом "капитализм", но умным не значит хорошим, и ваш мир не исключение. Да даже официальным «угольным» поводом к войне с зебрами были идеи капитализма – это ли не доказательство что капитализм зло? Вы стираете копыта, работая на полях и фермах, травитесь от испарений на промышленных объектах и всё это ради пробок от бутылок, которых всегда мало. Разве это справедливо? Так будет до тех пор, пока сохраняется частная собственность на средства производства, и ничем эту несправедливость не исправить. Но неужели не существует альтернативы системе, цель которой является не благополучие и развитие, а извлечение прибыли? Как бы не так, и исторические прецеденты были в обоих мирах.

Не знаю, как радиослушатели, но находящиеся рядом со мной копытные, слушали навострив уши – это хороший знак, так что далее я продолжал в том же духе:

— Город Сталлионград построенный «призраками» под руководством великой и ужасной «Чернильницы» — той кого боялась сама Селестия, — Лишь Лира и Сулик поняли, о ком я говорил, но меня это не остановило:

— После «исхода» и массового призыва подобных мне, Селестия провела операцию «Сенокос», финал которой был как раз в данном городе. Городе, который имел уклад отличный от остальной Эквестрии. Уклад отличный от капитализма. Уклад, основанный на труде для всеобщего блага, и под ним подразумевалось не только благополучие города – жители Сталлионграда работали для всех пони. Однако Селестию не устраивало такое положение вещей. Она знала что после «исхода», пони рано или поздно узнают о существовании альтернативы власти принцесс, об обществе, в котором нет угнетения по социальному признаку. Она знала что, узнав об этом, пони начнут этому угнетению сопротивляться и разработала «план обречённый на успех». План массового призыва подобных мне с целью: захвата соседних Эквестрии территорий, кражи чужих технологий, и самое главное – уничтожения упомянутого города. Последнее удалось наиболее красиво – город непросто был уничтожен со всеми жителями и «призраками», он стал сакральной жертвой пробудивший у пони чувство долга перед принцессами и ненависть к стране зебр. Пони не задумываясь, шли добровольцами на фронт и отдавали свой труд, выполняя планы министерств, пока власть имущие наживались на этом, живя в роскоши под защитой верной принцессам «Ночной Гвардии». Итогом такой политики стала всем известная война с зебрами и её бомбический финал. В нынешнее время изменилось немногое; Место принцесс заняли «герои пустоши» и «Последователи Апокалипсиса». Место «Ночной Гвардии» — «Рейнджеры Эплджек» и наёмники. Место золотых битов – бутылочные крышки. Место страны зебр – «Силы Народного Сопротивления». Пока «герои пустоши» с Последователями наживаются на плодах вашего труда, Рейнджеры и наёмники компании Коготь, охраняют их пиры, по-детски называемые вечеринками, с оргиями, и последнее — не метафора.

Тут я сделал паузу, чтобы отдышаться и проанализировать реакцию копытных, и в их больших глазах читалась гамма эмоций. Реакция была – ступор, удивление и, парадокс — непонимание, граничащее с прозрением. Они (Трикси и Отем) понятия не имели (кроме Лиры и полосатого гуля) об «Чернильнице», «исходе» и операции «Сенокос», но понимали — в том, что я говорю, есть смысл. Им был известен город со странным названием, который, оказавшись под перекрёстным огнем, стал сакральной жертвой. Они нашли связь между, техническим прогрессом Эквестрии, призывом подобных мне, войной с зебрами и наживой правящего класса. Уверен, что и замечание насчёт «охраны оргии» было удачно.

Справедливости ради те, кто поставили оргии целью своей жизни, сами способны за себя постоять. Аликорны, встреченные мной в Глифмарке, даже в бой шли в чёрном латексе и тогда они меня пытались: взорвать из моего же РПГ, нашпиговать свинцом, придушить и даже залягать, хотя последнему ненужно удивляться – они копытные.

Тем не менее, я чувствовал, что мой ограниченный запас красноречия подходит к концу, и чтобы удержать темп нужно переключиться с прошлого и настоящего этого мира на мир известный как Земля, а также на собственные похождения. Я так и сделал.

— Капитализм умеет себя защищать, будь то в другом мире, довоенной Эквестрии, или нынешней НКР. Как убивший последнего ночного пегаса, могу с уверенностью сказать – «Ночная Гвардия» состояла из профессионалов. Также я убил многих наёмников компании Коготь. «Рейнджеры Эпплджек» также после нашей встречи отправлялись на «райские луга», но всё же отдам должное – они сражались достойно. Но не думайте, что данные вооружённые группировки существуют для вашей защиты, наоборот – смысл их существования защита от вас, а также друг от друга, — далее я, понимая, что говорю что-то не то, всё же не остановился:

— Пожалуй, Литлпип должна быть нам благодарна. Дарительница пошла на «самопожертвование» чтобы объединить всех обитателей пустоши, вот только на деле, НКР была далека от единства. Против кого рейнджеры собирались применить созданную «жар-бомбу»? С какой целью «Последователи» так усиленно увеличивали свою численность и зону влияния? О наёмниках вообще молчу. Лишь появление СНС заставило их сплотиться против общей угрозы — угрозы их образу жизни, угрозы капитализму. В другом мире всё аналогично – конкурирующие группы правящего класса, при угрозе их образу жизни, объединяются под благородными лозунгами о защите простых граждан, но представьте — что бы случилось, если бы СНС так и не появился? Даже если Дарительнице, с её возможностями контроля погоды, удалось бы сдержать группировки от открытого противостояния, то они бы переключились на обычных жителей, выдавливая из вас все соки. Всё бы было, так как в другом мире. Там капитализм каждый день стучится в двери к тем, у кого нет больших денег. Он приходит в обличье очередного экономического кризиса, бездомности, нищеты и разорения. Он приходит как безработица, он показывается в виде коллекторов или судебных приставов, или оборачивается катастрофой, потому что кто-то в погоне за прибылью пренебрёг правилами безопасности. Болезнь, на лечение которой не хватает денег, растущие цены, война – это тоже он. В итоге это обернётся: развалом промышленности, науки, деградацией образования, культуры и здравоохранения, массовое обнищание и демографической катастрофой, вооружёнными конфликтами – и всё это без угрозы со стороны зебр. Лишь вы можете этому помешать.

Далее я, с речей о мотивации, переключился к прямым и «кривым» просьбам:

— В природе и законе развития общества заложено сопротивление данному угнетению, и даже если мы проиграем, то это будет толчком для конца НКР. Спартак проиграл как личность но победил как идея, — тогда я забыл что копытные не знают кто такой Спартак, — а за революциями приходило восстановление монархий, но все эти откаты в истории были временны. Те же правила справедливы и для этого мира. Герои пустоши – это те же Земные прихватизаторы говорящие: «держитесь здесь», «трудись и ты придёшь к успеху» и прочие в таком духе. Присвоив себе достижения Красного Глаза с его армией рабов, они лишь сменили один вид кабалы на другой, убедив вас, что это и есть гармония. Пока лишь СНС бросило вызов данной несправедливости, но в ваших силах это изменить. Я не ожидаю, что вы после данной речи начнете объединяться и сопротивляться, и смирился с тем, что мне не поверили, посчитав сказанное пустой болтовнёй. Я лишь надеюсь, что заставил вас хотя бы задуматься. Задуматься над тем, с чем мы ведём борьбу. Пропаганда НКР вливает в ваши уши, что единственным мотивом нашей деятельности является столь ничтожное чувство как месть, но это не так. Мы сражаемся не столько против отдельных знаковых личностей, сколько против всей системы. Сражаемся, чтобы дать вам новое будущее под нашим зонтом. Каждый из вас является полем этой битвы. Что одержит верх? НКРский символ Солнца и Луны (https://pre02.deviantart.net/ef45/th/pre/f/2012/011/b/4/sun_and_moon_cutie_mark_request_by_rildraw-d4m28gg.png) или бело-красный зонт СНС (https://get.wallhere.com/photo/movies-Resident-Evil-Umbrella-Corporation-1362933.jpg)? Выбор за вами.

Далее я замолчал и, мигая правым глазом, намекал всё ещё находившемуся в ступоре пегасу, что далее мне нечего сказать – запас красноречия кончился, а ведь я даже не знал, что оно у меня было. Пегас вскоре пришёл в себя и, понял, что дальше я ничего не скажу. Тем не менее, передачу нужно продолжать, вот только у полковника после моей речи мысли путались, что не могло не сказаться на его речи:

— Ты меня удивил, — сказал пегас, — в хорошем смысле удивил. Ты многое поставил на свои места, вот только не понял – почему нашей эмблемой является зонт?

Вот уж всем вопросам вопрос. Действительно – почему? Честно говоря, для организации преследующей ранее провозглашенные цели, более странного символа и представить нельзя. Конечно, ранее я уже говорил про «безопасность под зонтом», но по факту предложил данный символ лишь из-за его простоты. Полковник это знал, так как я ещё в тот день, когда нарисовал символику мелом на доске, всё подробно рассказал. Что этот символ взят из художественно произведения, что он ничего не означает (я не стал говорить про корпорацию зла и аналогию с крестом тамплиеров) и в другом мире используется всеми кому не лень. Теперь же пегас, услышав от меня нечто «возвышенное» о нашей организации, явно хотел узнать что-то новое и про нашу символику. Вот только мне нечего было сказать, так что я, исчерпав запас красноречия, ответил вопросом на вопрос:

— Что ты хочешь услышать?

— Истинное значение, — сказал пегас. — Ведь в нём есть смысл?

— Смысл можно найти где угодно, — я пытался уйти от ответа но, вспомнив местные особенности, кое-что смекнул:

— Я понял – ты пытаешься провести аналогию с «метками судьбы»?

— Да — именно с ними. Символом НКР является совмещённые метки «Благородных Сестёр» – символизирующая верность принцессам и приверженность идеалам довоенной Эквестрии. Символом рейнджеров является яблоко – показывающая приверженность идеалам Эпплджек, а также то, что они обеспечат НКР едой и технологиями. У наёмников символом является когтистая лапа грифона – не знаю, что она символизирует, но если бы грифоны носили метки, то данный символ был бы у них в почёте. Что же тогда может символизировать зонт?

— Я уже всё рассказал, — я снова уходил от ответа, — и может в вашем мире метки создают судьбы, но в другом мире всё наоборот – дела придают символам значения. Наверняка мы уже сделали достаточно, чтобы жители НКР нашли в нашей символике какой-то смысл, а если и нет, то его всегда можно поменять.

Не такого ответа от меня ждали, так что пегас даже задал уточняющий вопрос:

— И на что же?

— Ну наа… на картошку, — я будучи немного проголодавшимся сказал первое что пришло в голову.

— Картошку??? – пегас был удивлён такому ответу.

— Нуу… рейнджеры взяли себе за символ яблоко, а мы возьмём картошку, тем более что в моём мире её иногда называют «земляным яблоком».

Ответ, как и вся ситуация, был просто абсурден, а ведь так всё хорошо шло. Пегас задавал логичные вопросы, я толкал псевдопафосную речь, не обделённую смыслом, а всё обернулось каким-то не смешным анекдотом. Конечно, это была не прямая трансляция, и нежелательные моменты можно просто вырезать, но мы не приветствовали такой вариант — хотелось, чтобы эфир прошёл «без склеек». Спасти положение могло только чудо, и чудо свершилось. Сидящая за пианино Лира проявила свой особый талант. Почувствовав «струны души» она начала играть нехитрую в меру весёлую мелодию, которая тут же отразилась как в моём сознании, так и в сознании напротив сидящего пегаса. Пегас начал петь первым:

— Сегодня мы опять на взлёте! Мы к коммунизму на пути! – рифма была весьма условна, да и текст коротким, но полковник явно проникся моей речью, так что я в такой же форме решил его обломать.

— Сказал же Маркс, что это неизбежно, — дальше напевал скорбным голосом, а Лира, буквально почувствовав «струны», стала играть не так весело. — Мы все там будем, сколько не лечись, — далее единорожка снова заиграла весело, так что и я стал петь куплет более весёлым тоном:

— А как у вас дела насчёт картошки?

— Насчёт картошки? – напевая спросил пегас.

— Ну да – картошки.

Далее Лира вдруг резко перестала играть, от чего пегас стал говорить не в ритм:

— А какое отношение имеет картошка к коммунизму?

— Самое прямое, — я тоже говорил не в такт, хотя в душе хотелось петь, — ведь это символ этого ПРОГРЕССИВНОГО строя.

— Продолжай, — заинтересованно сказал пегас.

— Самые крупные клубни летом и зимой варятся в мундирах, а из всех остальных делается пюре.

Далее Лира снова весело заиграла, а я начал напевать:

— И до этого нам всем совсем немного.

— Отлично, — пегас тоже напевал, — я рад за всех.

— Минуточку, минуточку, подождите, — я, отчаянно сопротивляясь желанию петь, обратился одновременно и к пегасу и к играющей Лире. Единорожка тут же прервала игру, хотя и была готова снова начать стучать по клавишам, а я обратился к пегасу:

— А нельзя ли что-то более оптимистическое?

— Можно, — ответил мне пернатый, а после сказал Лире:

— Прошу вас маэстро.

Лира снова начала играть, а пегас запел:

— СНС это не задворки! Средь стран передовых нам место есть!

Не знаю, какие страны имел ввиду полковник, но я не смог проникнуться его оптимизмом.

— Хотя конечно в их «Большой Семёрке» наверное, наш номер будет шесть, — далее я, понимая, что копытные, не зная какую семёрку я имел ввиду и чем плоха цифра шесть, продолжил:

— А как у вас дела насчёт картошки?

— Насчёт картошки?

— Ну да – картошки.

— Да подожди ты со своей картошкой! — теперь уже пегас сопротивлялся желанию петь и Лира, уловив данное настроение, прекратила играть. — Ты что – считаешь, что мы не можем стать передовой страной?! Что мы вообще не растём?!

— Нет, — я начал оправдываться. — Конечно же растём, только очень специфически.

— Как это?!

— Ну, также как и картошка – головой вниз. Скажу вам больше: если мы и дальше будем так расти то нас, в отличие от картошки, уже вообще никто никогда не откопает.

Пегасу моя метафора явно не понравилась, да и у меня начали появляться сомнения, что нам нужны такие «куплеты» — ни я, ни пегас не хотели дальше проникаться магией музыки. Лира каким-то своим чутьём уловила настроение:

— Ой ой – можно подумать, — старческим голосом сказала Лира а далее начала играть и напевать:

— Зато все видят наши ножки.

— Хорошо хоть что мы в штанах, — на данной «оптимистической ноте» я перестал петь, а Лира ещё немного постучав по клавишам, закончила играть.

— Как то это было — невесело и нелогично, — пегас прервал затишье. — Ты предрекаешь нам победу, призываешь народ НКР, а напеваешь об обречённости, и что мы все окажемся в земле.

— Помни, — я ответил пегасу, — в другом мире я погиб в небе, так что вполне логично, что меня тянет к земле, а ещё лучше — прямо на Землю, и я даже знаю, кто знает туда путь.

— Серьезно?! – с улыбкой на облезлой морде, удивлённо спросила Лира.

— Это принцесса Селестия, — после моего ответа улыбка с морды Лиры тут же пропала, но я не остановился:

— Она знает многое, в том числе и то, что мы можем победить, — далее я стал говорить более возвышенным тоном. — Хоть она и наш враг, но я понимаю тех, кто считает её живой богиней. Голос Селестии удивительно приятен, внешность даже мне кажется по-настоящему величественной, а об интеллекте и жизненном опыте лучше вообще не говорить – настолько он высок. Я не стану молчать и выскажу своё уважение к ней, как к врагу и как к пророку. Не удивляйтесь, но я не могу подобрать ей более подходящего слова, Селестия действительно пророк. Всё что происходило, происходит и будет происходить, Селестия либо знала, либо догадывалась, том числе и о нашей деятельности. То, что она предсказала нашу победу, не может не радовать.

— Я такого не помню, — сказал пегас.

— Это было сказано по радиосвязи, когда тебя держали над конвейером, ведущим к дробилке для компонентов спектры.

— Тогда понятно, только если Селестия так сказала, то значит, она догадывается о наших планах, и значит — любые пророчества можно изменить.

Я ещё не смирился с менталитетом копытных, и мне не нравилось, что пернатый слишком буквально воспринимает мою речь. Тем не менее, я не стал разрушать его иллюзии и даже, забавы ради, подыграл:

— Значит нам нужен свой пророк.

— Свой? Пророк?

— Разумеется, — дальше я стал откровенно издеваться. — Вот все говорят что «нет пророка в своём отечестве», я скажу, что такой пророк есть и этот пророк … Я.

Копытных такой «вот это поворот» удивил также сильно, как и моя ранняя псевдопафосная речь и я не стал разрушать их иллюзии:

— Ещё в другом мире практиковал я прорицание, но начинал с того что разъяснял чужие пророчества. Вот у Нострадамуса, например, есть такие строки: «Мимо тёщенного дома я без шуток не хожу», тоес… Нет – это другое, — тут я остановился, так как понял, что начал перегибать палку, однако дальнейшая речь тоже была абсурдна:

— И явиться на востоке маленький человек, и оставит семя своё, и вырастит из этого семени великая королева, — я закончил читать по памяти пророчество и далее пояснил смысл:

— Пятьсот лет никто не мог понять, что имел ввиду Нострадамус, и только я разъяснил – это Хрущёв сажающий кукурузу – королеву полей. Потом я стал перечитывать свои стихи, написанные ещё в детстве, и ПОНЯЛ, что они все тоже сплошь пророческие. Например: «Рыжий, рыжий, конопатый. Убил дедушку лопатой!». В этих строках я предвидел убийственную для наших пенсионеров экономическую политику Чубайса. Данное пророчество настолько удачно, что применимо даже для этого мира, и очень подходит под операцию «Выжигание» проводимую рыжим пегасом известным как полковник Отем Лиф, — сам же рыжий, слушая мою речь, начал закипать, но я не останавливался: — также его можно применить к недавним событиям, в которых рыжий убил своего отца-предателя. Правда это был не дед и убит не лопатой, но ведь и пророчество уже было ранее использовано.

— Своего ты тоже убил лопатой? – скрипя зубами сказал пегас.

— Нет, — ответил я. — Я дедушку не бил, керосином я его облил, — а, после, не подумав, добавил:

— И это спрашивает тот, кто на моих глазах отпилил своему младшему голову, а отца бросил в дробилку.

Тут я понял, что задел запретную тему и замер в ожидании справедливых ударов судьбы. Пегас же смотрел на меня секунд пять немигающим взглядом, а после …. улыбнулся (!), и уже с ухмылкой продолжил:

— Да — это так. Теперь я круглый сирота, в том числе и из-за тебя. Как я тебе благодарен!

— Виндшира убил не я, да и Прайда технически не убивал, — сказал я, изображая тон сожаления.

— Насчёт Виндшира – да, — Отем говорил, всё ещё улыбаясь, — а вот за Прайда тебе спасибо. В особенности за то, что перед смертью он побывал на моём месте.

Я поначалу подумал, что Отем имеет ввиду звание полковника но, смекнув, догадался:

— Имеешь в виду состояние слабоумия? То когда ты был овощем?

— Именно, — ответил улыбающийся пегас.

— Вообще-то Прайд не был превращён в «овощ». Он был в состоянии животного.

— Тогда понятно, — голос стал менее веселым, но в нём слышалось понимание. — Оставим меня. Есть ещё пророчества?

— Конечно есть, — я не стал тянуть с ответом. — Стоит статуя в лучах заката, и в руке её …. Не, не граната — штурвал. Тридцать лет прошло и только сейчас стало ясно, что я имел ввиду статую «Петра Первого» работы скульптора Церетели. Разгаданы мной и загадки, которые волновали и лучшие умы человечества. Вот например: «Без окон, без дверей, полна горница людей». Тысячелетия люди думали что это «Государственная Дума» и только я понял, что это огурец. Таким образом, я, как пророк, буквально спас отечество, потому что без «Государственной Думы» наш человек прожить ещё может, а вот без огурца практически никак.

— Вы используете огурец как…?

— Как, еду! – я перебил пегаса. — А ты, пожиратель сена, что подумал?! Да я и сейчас хочу огурец! От всех этих разговоров о картошке, яблоках и тебе как овоще, знаешь, как жрать захотелось?!

— Не знаю, но могу понять, — ответил пернатый. — Также понимаю что, говоря про огурец, ты на самом деле имел ввиду личинок, — данное наблюдение меня удивило и возмутило – копытный успел меня "изучить", — но я смирился с твоими странностями. Только ненужно заканчивать передачу на такой ноте, — далее полковник повернулся к Лире и продолжил:

— Кстати насчёт нот, — на слова пегаса единорожка ответила кивком. — Маэстро, сыграйте, что-нибудь.

Честно говоря, меня возмущало, что мной в буквальном смысле, играют как на пианино. Будучи формально невосприимчивым к магии, я на деле был ещё как восприимчив, только не ко всей и особым образом. Музыкальную восприимчивость пони я, похоже, унаследовал в полном объёме. Не то чтобы, слыша какие либо ноты я включал режим: «Я поэт! Вот это да! Рифмую строчки без труда!» — но одна музыкальная единорожка, используя свой особый талант, знала за какие струны дёргать. Меня бы это не возмущало, если бы не один нюанс – почему именно я должен петь? Я прекрасно помню, что и полковник Отем не обделён вокальными данными. Будучи в наркотическом опьянении он, представляя себя ночным пегасом, спел их гимн, и не скажу, что это звучало плохо. Всё же надо будет поговорить с Лирой и попросить ту об одной услуге – пора и полковнику поплясать под чью-то дудку. Однако пегас догадался первым и перед эфиром наверняка сам сговорился с нашей маэстро. По крайней мере, у меня было ощущение, что пианистка поняла бы его и без слов.

Лира была рада стараться и тут же начала играть. Я же, будучи голодным и восприимчивым к музыке, вдруг вспомнил известную песню про диету (https://youtu.be/Ngb9cWZAXgQ?t=344). Песню, которая удивительно точно показывала мои ночные грёзы но, уже открыв рот, я передумал – песня слишком детская. Лира каким-то своим чутьём «струн души» уловила моё настроение и прекратила играть. Это было ненадолго. Буквально через три секунды она, стуча по клавишам, наиграла другую, более взрослую мелодию. Я же не удержался и начал петь «самопальную песню ресторанно-фуршетного жанра».

Мальчик с детства слышал «Ешь побольше Миша»,

Раз имеешь к пенью интерес.

Мама понимала, что вокала мало,

Чтоб иметь большой в искусстве вес.

К столу почаще подходи,

В тарелку больше ты клади,

Живот как орден на груди.

Ты на диете не сиди,

За весом строго ты следи,

И пусть живот всегда шагает впереди.

Пахнут деньги, хотя многие считают, что не пахнут.

В заведения ночные, для меня вход всегда распахнут.

Рестораны, здесь моё воспринимается искусство.

Даже лучше чем омары, запеченные в лангустах.

Люблю я заработать и покушать,

Во многих странах это делал я.

Но лишь одна страна мне греет душу,

Россия мама – родина моя.

Тамбов, Ростов и Магадан

Везде пою за милых дам.

Причём за русских милых дам

Я кроме денег всё отдам.

Чита, Урта и Мичиган,

Пою я здесь, пою я там,

Но жить друзья, предпочитаю, только там.

## Невозможный вариант (часть третья)

«Что за хрень я говорил? О чём я только думал? Явно не о нашем сопротивлении. Скорее о еде» — так я думал про себя, поедая личинок насекомых. Теперь же мне придётся за это отдуваться и не так как изобразила Лира – она надув щёки начала отчаянно дуть.

То, что я говорил, было действительно — полным бредом, и это не считая финальной песни. Хорошо еще, что спетое мне мало подходило. В прошлой жизни я даже в караоке не пел и уж точно не был ненасытным брюхоногом, да и звали меня не Миша. Хотя я был бы не против сменить свою нынешнюю жизнь в шкуре земного пони на ту, о которой пел. Пожалуй — это не так и плохо, быть обжорой с музыкальными наклонностями. На вокальных конкурсах я бы занимал сразу два места, так как на одном просто бы не помещался.

То, что в тот момент я был сам на себя не похож – спасибо Лире. Она играла мной как на органе задевая так называемые струны души. Хорошо ещё что единорожка не додумалась до музыки "Мистера Трололо". В этом случае я был бы похож не столько на Хиля сколько на его кота (https://youtu.be/dIR3XFuY4Qs) .

Удивлен, что в прошлом музыкальная единорожка не стала использовать свой талант, чтобы получить известность как её кумир — Октавия Мелоди. Вместо этого она радовалась жизни, со своей конфетной подругой, и периодически отвлекаясь на задания агентства. Весёлая у неё была жизнь, а ведь могла бы в буквальном смысле: как на органе играть с чужими жизнями. Вот только Лира не обделена моральными качествами и уж точно бы не стала использовать свой талант, к чувству «струн души», лишь для столь ничтожной цели как самообогащение, хотя...

Палкоголовую явно забавляло то, как я реагировал на её музыку, но не могу её за это осуждать. Будучи кантерлотским гулем она лишена большинства чувств, а значит и возможности получать удовольствие от своей долгой жизни. Учитывая, что она не раз меня спасала, забавы со мной и её музыкальным талантом — такая мелочь, которую можно простить, тем более что, устраивая радиопостановку, мы рассчитывали на нечто подобное.

В том, что вместо нормальной контрпропагандисткой передачи получилась какая-то хрень скорее моя вина. Красноречие, как и интеллект не моя сильная сторона, да и в момент записи я больше думал о еде чем о сопротивлении, что меня совершенно не оправдывало. Мы собирались использовать восприимчивость местных обитателей к различной музыке, затронуть их струны души, пробудить их волю к сопротивлению, и что получилось? Вместо политического ток шоу получилось нечто среднее между музыкально кулинарным шоу Рабино... Макаревича «Смачно» и передачи Евгения (Сатиряна, Юморяна) Петросяна и его жены Елены (Смехотенко, Хахотенко) Степаненко «Смехопилорама». Из чего-то дельного — речи по коммунизм (ха, ха, ха), всё остальное — куплеты про картошку да клип ресторанно-фуршетного жанра, да ещё в исполнении того кто скучая по нормальной мясной пище снизошел до поедания личинок насекомых. Хуже этого только поедание мяса разумных, но со мной этого не будет, хотя... Даже сейчас я помимо мыслей о своей тупости, под нос напевал придуманный на ходу «Хит: Сало 2019».

Ем, я сало тебя, ночами тёмными,

Шматочки рубя, руками жирными,

Съедаю кило, я в одиночку в день,

Когда не съел я похудел.

Ты хороша с чесночком, с картошкой лучком

С прожилками красными я рисовал бы тебя.

Ты сказала «Где же сало?», то было, а вдруг пропало,

Я про это сало пел и в процессе всё я съел.

Ти ж мене пiдманула, ти ж мене пiдвело

Ти ж мене, молодого, з ума розума звело.

Помотав головой, я попытался стряхнуть сальные мысли но, поняв, что не помогло, побежал к санузлу а, далее сунув голову под кран, остудил себе голову. Стало гораздо лучше.

Что это было?! Музыка ведь не играла! Хотя мысленно я проигрывал музыку… Похоже музыкальный эффект проявляется и в этом случае, но почему именно сало? Я ведь не рагуль и в прошлой жизни сало не любил. С другой стороны – если мне удастся попасть назад на Землю, то я, соскучившийся по нормальной еде, точно не откажусь от двух, а лучше трёх килограммов символа рагульского самосознания.

По крайней мере, от Селестии мне известно, что обратный путь возможен, вот только белая не уточнила подробностей. Теперь же я, считая, что мой путь назад лежит через неё, пытаюсь добраться до разумного компьютера, вот только будучи носителем русского менталитета, не ищу коротких путей. Вместо того чтобы, будучи одним из командующих СНС, направить все силы на штурм Нейварро пошёл на поводу у местных в их борьбе против НКР. Теперь, после неудачи в Новом Клаудсдейле, данный путь стал единственно очевидным. Теперь мы пытаемся привлечь обычных жителей НКР на свою сторону для чего и стали играть и петь, чтобы пробудить у копытных их музыкальное влечение. В каком-то смысле — это удалось, вот только вместо революционных и патриотичных песен я пел про то о чём думал. С другой стороны – Земной репертуар не очень подходит для этого мира.

Как пример – типичная революционная песня «Яблочко». Учитывая, что у копытных яблоки ассоциируются с «Рейнджерами Эпплджек» данный вариант отпадает, на его фоне даже куплеты про картошку звучали уместней. Или патриотическая песня о любимой мной стране:

Так было в России с далеких времен.

Чем выше давление, тем крепче бетон.

И если опасность державе грозит,

Становится Родина, как монолит.

В горниле победы сегодня как встарь,

Опять закаляется Родины сталь

Для бойцов СНС, проведших десятилетие в тюрьме за изготовлением строительных смесей, данные слова про бетон будут звучать не так одухотворяющее. Также в мире, в котором создавалось рабовладельческое государство, в котором рабы как раз работали на сталелитейных заводах, момент с горнилом и сталью тоже будет звучать неоднозначно. Да и вообще – подобный репертуар иного мира для местных реалий совершенно не подходит. Хорошо хоть я не додумался до плагиата Виктора Цоя.

Перемен требуют наши сердца

Перемен требуют наши глаза

В нашем смехе и в наших слезах

И в пульсации вен

Перемен, мы ждём перемен

Действительно – в этот раз моя дырявая (не только из-за пережитой лоботомии) память сработала скорее в плюс. И в моё время такие мотивы считались «старыми песнями о главном» а в нынешней эпохе (не 40 000 год, но всё равно далёкое будущее) это сравнимо с ритуальными возгласами неандертальцев, хотя.... Нет – такое искусство и сейчас достаточно современно, нужно лишь его качественно преподнести. Так считала Лира, так считал Отем, Сулик и Трикси тоже были согласны, да и на радио НКР периодически звучат клипы моей эпохи. Эпохи, в которой запад всё ещё успешно загнивал. Эпохи характеризующейся словами: нейтрон, бемизон, гидрокардизон, паралон, Иосиф Кобзон. (Правда последний ещё при мне успел покинуть мир, и не для того чтобы очнуться в другом. Не разделил моей судьбы — счастливчик.) Эпоха деревянных реек, стекла и бетона. Вот почему я туп как деревянная рейка, вот почему в моём юморе столько бетона. Правда по вопросам насчёт деревянных реек – это скорее к Трикси (судя по тому, как ловко она собрала сцену эта фокусница-пиротехник по совместительству ещё и плотник). А насчёт бетона – скорее ко всем бывшим заключённым Арбы, но с условием — перед ответом они тебя так отлягают что потом будешь весь в гипсе и есть через трубочку.

Но хватит о грустном. В дальнейшем мы учли неудачный опыт диалогового шоу и сосредоточились на музыке, благо у Лиры был большой запас голодисков. Однако опыт песнопения с оговорками, но был признан успешным. Настолько успешным, что копытные даже просили меня "выступить на бис", а лучше исполнить какой-нибудь серьезный (в смысле не связанный со жратвой), но неизвестный в этом мире репертуар. По понятным причинам я отказался, причём в довольно грубой форме — фраза "Поищите себе другой ансамбль!" была самой невинной. Копытные меня поняли (Лира даже извинилась за "струны"), хотя высказали надежду, что я передумаю, а далее началось неожиданное.

Беатрикс сильно заинтересовалась историей моей смерти. Разумеется, я уже давно всё ей рассказал, да и через сны она видела образы с Земли, но всё равно она отчаянно спрашивала различные подробности. Её интересовало всё — от увиденной мной игрушечной Рэйнбоу Дэш до цены на билеты и планировки аэропорта. Естественно я быстро догадался, что это не просто любопытство и уже сам запросил подробности. Та немного помявшись, ответила, что собирается вернуться к искусству сцены и воплотить на ней сюжет моей смерти и появления в этом мире; я нужен её как "исторический консультант". С её слов, моё появление в этом мире — событие достойное театрального воплощения. Я согласился, но лишь с условием, что воплощение будет в жанре комедии. Для меня появление в этом мире было отнюдь не комично, но всё же, я всегда хотел умереть с улыбкой на лице, да и к смерти нужно испытывать что-то помимо страха и грусти. Скрипя зубами, Трикси согласилась, и результат оказался специфичен. Театральная постановка началась со сцены в диспетчерской вышке, в которой земные пони изображали работников «контроля Земли».

— Внимание, внимание. Сообщает Цейлон. Рейс отменён, над Цейлоном циклон.

— Приземляется Ту-104. Ил-18 – посадка в Каире.

— На борту самолёта два бегемота, дать самого опытного пилота.

— Что делать – штурман Орлов нездоров.

— Вместо Орлова летит Воробьев.

— Слушайте «рейс 850», примите на борт пионерский отряд.

— Ил шестьдесят второй. Ил шестьдесят второй.

— Осторожнее Ил – в клетках мартышки, в мешке крокодил.

Вся постановка представляла собой такие диалоги – это было одновременно смешно и грустно. По крайней мере, меня это позабавило, а копытные зрители поняли что их мир, будучи отравленным смехом Пинки Пай, был далеко не самым безумным.

Однако творчество на летающем авианосце не ограничилось театрам Трикси – копытным, несмотря на мою неудачу, идея с песнями скорее понравилось. Они постоянно просили Лиру сесть за пианино и «задеть их струны», на что единорожка охотно соглашалась. Проблема была в том, что слушатели отнюдь «не хотели» запевать; в смысле – музыка пробуждала у них эмоции, но не «желание» петь, хотя петь они хотели. В итоге, Лира предложила — вместо пробуждения желания сочинять свои рифмы, просто взять готовые слова из песен, записанных в её дневниках и голодисках. Копытные посчитали, что это совсем не то, однако Трикси посчитала и такой вариант допустимым. В итоге она, заучив слова, под музыку исполнила очень актуальную для этого мира песню с названием «What's the World Come To?».

Песню, в которой задевались темы: проблем и их решения с помощью оружия, настоящего и прошлого, пороках и сопротивлению им, а также «крови на пальцах» (https://youtu.be/kFEXNKplqVU). Последнее точно показывало, что данная песня придумана на Земле (будущее моего мира оказалось очень мрачным), но общий смысл был очень актуален для этого мира, да и Трикси догадалась заменить слово пальцы на копыта. Действительно — всё к чему мы прикасались, оставляло кровь на (пальцах) копытах, и не всегда в образном, чаще в буквальном смысле. По крайней мере, Беатрикс не ошиблась с репертуаром – её надменный голос для исполнения такой песни был просто идеален. Как будто этого мало, синяя аликорн, во время записи, ещё и светя своим отростком, создавала фоновые шумы имитирующие треск помех, что придало её словам особый шарм.

Исполнение Трикси оказалось настолько удачным что полковник, забрав запись, пустил ту в эфир. Он решил, что данная запись – то, что он не смог добиться от меня. Песня, которая пробудит у жителей НКР волю к сопротивлению. Песня, которая заставит их думать, что СНС это непросто террористическая группировка. Песня, в которой в художественной форме говорится, что мы сражаемся против фальшивой гармонии. Гармонии основанной на крови, оружии и прочих проявлениях порока.

Естественно я, видя и слыша, как Трикси меня обставила, не мог просто промолчать. Она задела моё «мужское самолюбие» — меня почему-то задел факт, что в плане вокала я с треском проиграл копытной бабе. Проще говоря — я решил тоже выступить с какой-нибудь актуальной песней, но той, которая была бы чем-то новым, тем, что не знает даже такая музыкальная пони как Лира. Вот только не будучи меломаном, я никак не мог вспомнить чего-то такого же актуального как «What's the World Come To?», и в итоге остановился на шуточно-революционной песне про комбайны, которую и исполнил под игру Лиры.

Слушай, друг колхозник, нам пора в поход,

Запасайся пивом, рок-н-ролл зовёт,

Заводи комбайн и поезжай за мной,

Прощай, моя деревня, прощай, мой дом родной.

Мощные комбайны по шоссе летят,

«Дорогу комбайнёрам», — люди говорят.

Прочь мерседесы, комбайны, вперёд,

Пришло наше время, пришёл наш черёд!

Мы сеяли пшеницу, а выросла свекла,

Нам стало так обидно, что крыша потекла,

Мы подняли восстанье, мы крикнули народ,

Да здравствуют комбайны, вперёд, вперёд, вперёд!

На легковушках поставим мы крест,

Долой засилье маленьких транспортных средств,

Съезжайте, лимузины, в придорожную траву,

Идут «свиньёй» комбайны по трассе на Москву.

Мы боремся за правду и равные права:

Всем людям по комбайну, желательно, по два,

Чиновников московских на них пересадить,

А «Волги» на продажу и денежки пропить,

Все «Волги» на продажу — и станет легче жить.

Красная площадь, восставших встречай,

Подвинься-ка, Царь-Пушка, приехал Царь-Комбайн,

Ну-ка, сдавай нам козырную масть,

Вся власть комбайнам, комбайнам вся власть!

Как и предполагалось – копытные не оценили данный «шлягер». Дело даже не в том, что на контрасте с песней Трикси вряд ли что сравниться, просто копытные не поняли смысла. Они усмотрели, что в данной песне я, как и ранее, просто выражал свою неудовлетворенность касательно продовольственной части, что было вполне логично – ранее я пел про картошку, а теперь, про пшеницу и свеклу. В чём был смысл «восстания комбайнов» они также не поняли. Ту же участь разделил и вопрос: как на комбайнах воевать? Полковник не понял юмора и был уверен, что в другом мире комбайнами называются какие-то боевые машины, но я его обломал. Пегас не поверил и даже привёл «доказательства» в виде упоминания знакомого ему боевого строя «Свинья», который мы применяли во время операции «Веселящий Дым», и который также упоминался в песне. В итоге, я смог успокоить пернатого раскрыв великую тайну – в песне под комбайнами на самом деле имелись ввиду танки. Технически я не соврал – данная песня, помимо работников аграрной отрасли, также популярна и в среде танкистов (https://youtu.be/s_jNUgSFZCk).

Честно говоря – Мститель из «Обители Зла» всё больше превращался в летающий дурдом, и пережитый ранее шок (который не мог пройти без последствий) нас совершенно не оправдывал. Это замечал не только я – Дестини первой «забила тревогу» и начала проводить в лазарете «процедуры психотерапии». Понятия не имею что это такое, так как на них не ходил – считал что «время лечит», да и мой менталитет для местных по умолчанию является шизофреническим. Белая палкоголовая от медицинских наук, всё поняла и отнеслась нормально, а вот Трикси решила, что мы оба должны «снять стресс».

Разумеется, я догадался, что она имела ввиду, и задал несколько вопросов. Первый: под «процедурами психотерапии» подразумевается то, что было описано в книге Мелкопипки? Второй: «Великая и Могучая Трикси» ведь не забыла, что после тёрок со мной у неё пропала магия?

Беатрикс ответила, что я слишком плохо думаю о пони, и под «процедурами психотерапии» Дестини имела ввиду кушетку для пациента и длинные задушевные разговоры. Шуры-муры копытные устраивают и без необходимости снять стресс — по желанию обоих партнёров ради удовольствия. Насчёт второго вопроса – Трикси всё помнит. Её отношение ко мне – нечто большее, чем просто дружба. Именно она является виновницей моего появления в этом мире, она чувствует свою вину ко мне за то, что не может ничего исправить. Однако она рада за себя – за то что, перенеся все лишения и унижения, получив огромную власть, которая окончилась взрывом «жар-бомбы», произнеся заклинания призыва, призвала именно определённого «призрака». Призвала того кто, хотя и не оправдал всех её ожиданий (так и не убил Вельвет и Ксенит) но, заставил «Великую и Могучую» испытать новое для неё чувство. Чувство которое она ни разу не испытывала за свою долгую жизнь. Чувству, которое одинаково восхваляется в обоих мирах. Чувству, лишившись которого Мелкопипка впала в такую ярость что, пытаясь нас убить, разнесла пол Мейнхэтена. Чувству, которое, увы и ах, напрямую связано с ночными тёрками.

Беатрикс прекрасно понимает, что это не взаимно, но надеется, что время всё исправит. К тому же, у нас уже были терки, которые даже можно назвать приятными. Даже то, что Беатрикс лишилась магии, и чтобы её вернуть пришлось сделать «промывание», несильно испортило впечатление. В конце концов, в плане того что оба находимся не в своей шкуре, я и Трикси очень похожи.

Высказав данные аргументы, синяя аликорн достала магией бутыль со знакомой мне жидкостью. В прошлом я выпил этот возбудитель лишь потому, что думал, что он не подействует и приятного запаха, теперь было всё по-другому. Я знал, какой у него эффект (ненаркотический когда теряешь разум, но всё равно заметный) и отнюдь не горел желанием испытать «приятные мгновения» так что логично, что я отказался. Трикси же это предвидела и, не удивившись, сказала, что всегда готова.

Далее начались дни, в которых Беатрикс постоянно напоминала о своём предложении. Ходила слишком лошадиной походкой (https://youtu.be/oCtdvnYLAcs), размахивала хвостом ударяя себя по бокам, постоянно тёрлась об меня данными боками, тыкалась носом намекая на желание целоваться и многое другое. Пожалуй, тёрки мордами были наиболее значительны. Однажды в процессе тёрок мордами, я даже упомянул что Трикси пахнет чем-то средним между порохом и дымом от её дымовух. Беатрикс не осталась в долгу и отметила, что я тоже не фиалками пахну. С её слов от меня несёт оружейной смазкой и запахом несвежего трупа – за последнее спасибо полосатому гулю, который тоже часто бывал в оружейной мастерской. Вот этим и характеризовались данные моменты – бессмысленными тыканьями да разговорами ни о чём. Меня такие моменты раздражали, Трикси от них возбуждалась, а вот моя вторая соседка по каюте откровенно забавлялась.

Лира не скрывала насколько такие ухаживания кажутся ей смешными, а моё сопротивление — абсурдным. Гулифицированная сказала простую очевидность, актуальную для обоих миров – лучше не спорить с самками особенно на данную тему. Рано или поздно Трикси своего добьется – я выпью возбудитель, мы перетрёмся, та лишиться магии, которая потом восстановиться и всё заново. «Зачем откладывать неизбежное?» – риторический вопрос Лиры. То, что мне удастся, как то от этого уклониться, просто невозможно – это невозможный вариант. Гораздо вероятней, что Трикси обманом заставит меня выпить возбудитель, а потом скажет: «Ни виноватая я! Ты сам пришёл!».

Лира сказала, что она бы даже помогла Трикси в её борьбе с моим упрямством, только «струны души» так не работают – нельзя просто подобрав нужную мелодию заставить кого-то что-то делать. Можно лишь усилить уже существующее желание и не всегда оно может быть «основным инстинктом».

Рассуждения Лиры, в теории, должны были бы убедить меня прекратить бессмысленное сопротивление и пробудить в себе данный «инстинкт», вот только всё случилось с точностью до наоборот. Лира использовало словосочетание отсылающее к одному известному непристойному фильму, а также провела лекцию о «струнах души» и желаниях. В итоге я понял, как использовать «струны души» Трикси против неё самой, а также вспомнил другой непристойный фильм. Окрылённый данным озарением я выбрал время и поговорил с Лирой наедине, а также принёс в нашу каюту холодильник, который вскоре оказался наполнен различными бутылями с водой, овощами, выращенными в нашей оранжерее, и даже так «любимыми» мной личинками насекомых. Данный шкаф с едой венчал поставленный сверху магнитофон с взятой у Лиры кассетой, но это та деталь, на которую обращают внимание в последнюю очередь – само появление холодильника всё перекрывает.

— Это ещё что? – удивлённо спросила Трикси, глядя на меня стоящего у холодильника.

Я же стоя с ухмылистой, полу похотливой улыбкой ответил:

— Мне показалось несправедливым то, что именно дама предлагает мне выпивку. Пора и мне что-то предложить.

Трикси среагировала, так как и задумывалось. Она решила, что я всё же сломался. Что я решился провести с ней в одной койке наступающую ночь, но следуя каким-то обычаям своего мира, провожу столь странные манипуляции. Похоже, не зря я рассказал той про практику дарения цветов «до» и дарения колбасы после. Там ещё была подробность про записку «За любовь твою и ласку шлю копчёную колбаску» но надеюсь, что Трикси это забыла. Сейчас она плохо соображала и просто стояла передо мной расправив крылья и изобразив на морде похотливую улыбку. Пока она в таком состоянии я должен действовать, и, не теряя момент, продолжил:

— Подойди ближе, — аликорн не складывая крылья медленно подошла. — Седай, — Трикси меня поняла, даже несмотря на незнакомый той язык, и села по-кошачьи. — Закрой глаза, — аликорн закрыла свои большие моргалы. — Сиди тихо и не шебурши.

Далее опасный момент – я собираюсь повторить сцену из непристойного фильма «9/12 недель», но учётом местных реалий и для прямо противоположных целей. Медленно открываю холодильник и достаю оттуда заранее положенный нож и различные продукты. Трикси же, шевеля ушами и принюхиваясь, постоянно фыркает, едва не переходя на смех.

— Не подглядывай, — я ещё сохранял в голосе похотливые интригующие нотки.

Через три секунды делаю то на чём основывается весь план – включаю магнитофон с заветной кассетой. Техника не подвела – в помещении тут же заиграла известная в прошлом песня про бутерброд (https://youtu.be/-mx7vZDhStI). Трикси тут же сдержанно засмеялась, похоже, ей показалась забавным моя мания к кухонным песням, но отдам «некрофилке» (так её обозвала Вельвет) должное – глаза так и не открыла. Дождавшись когда синяя прекратит фыркать подношу к её носу солидных размеров огурец. Копытная, принюхавшись, быстро сообразила и тут же схватила его пастью. Далее она, кусая кусок за куском, уминала (быстро уминала) зелёный овощ пока я держал тот на весу. Возможно, Трикси посчитала огурец Фрейдовской символикой, что я так намекаю на наши отношения; даже если так то вскоре она будет думать о другом.

Следующий продукт, отправившийся в её пасть, был моим основным источником питания, вот только Трикси отнюдь не была рада, что я додумался до питания личинками насекомых. Тем не менее, скривив морду, она сожрала шевелящийся ком.

Пока она с омерзением жевала и проглатывала источник белка я, используя нож и ауру, чистил заранее сваренный «в мундире» картофель. Кожура слезала легко и быстро и также быстро изчезала в пасти Беатрикс. Я, глядя на это с улыбкой, с аппетитом съел почищенный картофель.

Далее в ход пошла более нормальная еда – несколько морковин, и кусок свеклы повторили участь личинок и очисток. Свекла оставила на синей морде жутковатую красную полосу, которую я решил убрать, стерев полотенцем, вот только Трикси не разобрала что это не еда. Зажевав текстиль, она начала с аппетитом тот поглощать, я же беспокоясь за пищеварение аликорна, начал тянуть назад. В итоге сильный пол победил, пусть даже мне пришлось стукнуть Беатрикс копытом по носу.

Следующие действия были более похотливого характера. Взяв дольку чеснока я начал волнообразными движениями натирать синюю шкуру копытной. Та, поняв смысл, сдержанно улыбнулась и задёргала крыльями, пока я наливал в стакан воду из бутыли. Вообще в идеале это должна была быть водка, но я «трезвенник и язвенник» так что ограничился бутафорией. Выпив данную бутафорию, тут же, обняв Трюкачку, прильнул носом к её синей, пахнущей чесноком шкуре.

Занюхав Трикси бутафорскую водку, я далее приступил к самому главному – к финалу, ради которого всё затевалось.

Следующим в пасть Трикси отправилась уже сама долька чеснока. Предсказуемо та, немного пожевав, тут же начала воротить мордой, но отдам должное – глаз не открыла. Пользуясь этим, я далее отправил в её пасть уже весь имевшийся чеснок, на что Трикси начала выть и испускать искры из своего отростка. И «финал финальный» — чёрный перец. Я, когда в прошлом, его пробовал, испытывал ощущение, будто в желудке происходит термоядерная реакция, а пасть жжёт так будто там раскалённый уголь. Трикси разделила эти ощущения. Вкусив перца, она завыла подобно пожарной сирене и выстрелила в потолок из своего отростка струёй красного пламени.

Пусть уровень моего интеллекта и ниже среднего, но не настолько чтобы не понимать — я имею дело с магическим существом, у которого к тому же мания к пиротехнике. Из этого следует моя предусмотрительность в плане запасов воды, а также спрятанный за холодильником огнетушитель.

Чеснок и перец вызвали у Беатрикс непроизвольное слезотечение, так что она не видела как я поднёс к её морде бутыль с водой, но после того как сунул горлышко в её пасть, это стало уже неважно. Трикси была как корабельная помпа и осушила бутыль ещё до того как я додумался засечь время, дав ей вторую бутыль уже исправил эту оплошность. Два с половиной литра за пять секунд – даже для лошади это очень быстро. Возгорание также не было обделено вниманием и было тоже быстро устранено – огнетушитель был исправен и успешно выполнил свою функцию. Однако Трикси, даже наглотавшись воды, была всё ещё «горячей» так что я и её не обделил вниманием, щедро обрызгав пеной из огнетушителя – это окончательно потушило «вулкан страстей».

Стряхнув пену и проморгавшись, Трикси уставилась на меня очень странным заплаканным взглядом. Взглядом, в котором было столько эмоций. Эмоций: непонимания, злобы, прощения, жалости, грусти и даже смеха. Пожалуй, в нём не было только похоти, что меня полностью устраивало. Разумеется, я понимал, что это только отсрочка, что её чувства ко мне не потушить пеной из огнетушителя, что для пережившей сотни смертей и ядерный взрыв, подстава с чесноком и перцем – мелочь о которой смешно говорить. Тем не менее, я добился чего хотел – почти покадрово повторив момент из «Масок Шоу» (https://youtu.be/LKm9kJCJz24?t=711), показал Трикси к чему может привести спор с бабами, когда вторая сторона тоже не хочет уступать. Это она надолго запомнит, но осталась одна маленькая деталь.

Изобразив на своей физиономии самый добрый взгляд, я подошёл к измазанной пеной заплаканной Беатрикс и крепко ту обнял. Не то чтобы я любил обнимашки, просто нужно было показать — на самом деле я хорошо к ней отношусь. Пусть в душе всё ещё ненавидел Трикси за то что она меня призвала, но будучи способным прощать, не держал на неё зла. Трюкачка, несмотря на свою надменность – интересная личность. В ней сочетается бахвальство и скромность, трусость и храбрость, радость и горе, жалость и ненависть и непонятно чего больше. Призвав меня по инструкциям из «чёрной книги», она собиралась использовать «призрака» лишь как инструмент своей мести, однако после того как меня скрутили и жестоко пытали, не побоялась и, проникнув в башню Тенпони, вытащила меня на своей спине прямо из допросной. Это хотя и не убрало, но значительно снизило мою неприязнь к синей фокуснице. Настолько сильно, что я даже начал испытывать к ней чувство привязанности, но не тогда когда это касается шуры-мур. Обнимашками я показал это наглядно и, судя по тому, что Батрикс начала смеяться сквозь слёзы, она меня прекрасно поняла. Я поддержал этот смех, а также помог Трюкачке счистить пену с её шкуры и перьев а далее почистился сам – в процессе обнимашек сильно измазался.

Однако весь этот дурдом был лишь фоном нашей основной деятельности – подготовки к будущей вылазке. Данная подготовка началась, что логично, с совещания, на котором мы обсуждали: куда собственно мы вообще можем высадиться? Даже не так: где мы нанесём по НКР очередной «удар»? Слово удар действительно надо было брать в кавычки, так как нашей целью будет не очередной объект инфраструктуры или «герой пустоши» — мы собираемся выйти на контакт с обычными жителями.

Чего я только тогда не говорил, каких только примеров из истории не привёл: Оранжевая Революция, Тюльпановая Революция, Революция Роз, Сирийская Умеренная Оппозиция – далеко не все примеры, но особенно подробно остановился на возврате Крыма. Про данный инцидент я рассказал в самых мельчайших подробностях но не обошёлся без «художественного преувеличения» — того что даже крымские коты были рады возвращению в родную гавань, тому что они больше не коти (или кIт если в единственном числе). Понятно, что местные к СНС не так лояльны, как крымчане к РФ но мы решили не отказываться от задумки, это без вопросов, вопрос был в другом – где мы будем устраивать среди цветных «цветную революцию»?

Долго совещаясь, мы отобрали варианты: Новый Кантерлот, Филлидельфия, Мейнхеттен.

Новый Кантерлот был выбран так как там обосновались аж двое «героев пустоши» которые смогли пережить нашу встречу, из-за этого Трикси настаивала именно на данном варианте. Аргумент был серьезный, но противоречил нашей основной цели. Конечно, ранее Вельвет предлагала нам сотрудничество, но не думаю, что предложение ещё в силе, да и после сказанного нашей контрпропагандой аликорны вряд ли согласиться на сотрудничество. Если отбросить идею контакта с местными, и просто сосредоточатся на Вельвет и Ксенит, то хорошего тоже мало. Со слов Трикси — аликорны чувствуют присутствие себе подобных, так что она не сможет действовать скрытно. Да и после уничтожения Глифмарка, Последователи наверняка усилили меры безопасности. Вариант – невозможен.

Мейнхеттен – именно на нём настаивал полковник. Пенитенциарное учреждение Арба, которое всё ещё действует, точнее точного набито сочувствующими СНС. Также в городе есть организация «Белое Копытце» которое может стать нашим союзником, да и многие жители должны быть злы на Дарительницу за её «очистительную бурю». Эти аргументы перекрывает один сказанный мной ещё ранее факт – НКР нас там ждёт. Арба и «Копытце» — это приманка. В Мейнхеттене нас ждёт лишь засада «Рейнджеров». После того как я и Соуп атаковали их крепость «Селестией Один» на переговоры можно не рассчитывать.

Осталась только Филлидельфия – промышленный город под управлением наёмников компании Коготь. Проникнув туда, мы должны будем сделать то, что не смогла Литлпип – поднять местных на борьбу.

Ту вылазку Пипки под видом раба, весьма условно можно считать провалом. Ей не удалось поднять восстание, но зато: она узнала о многих планах Красного Глаза, разработала предварительный план уничтожения Богини, и заполучила ценного союзника – зебру Ксенит. Это не говоря о том что, сбегая из города, Пипка: взорвала завод топлива для огнемётов, «стероидного аликорна», разнесла парк развлечений, а также убила множество бойцов Красного Глаза.

Отем подтвердил, что написанное в «Книге Литлпип» правда, а также не одобрил выбранный вариант, говоря, что он даже более невозможен, чем Новый Кантерлот. Я на это высказал контраргументы, среди которых была и цитата, написанная на стене нашей кают-компании:

«Разрушить вражьи надежды на побеждение. Атаковать с неожиданной стороны. Использовать слабости своего врага».

То, что я отрубил голову Гаудине Грознопёрой «обезглавив» командование наёмников, вполне можно считать слабостью, то что мы появимся в Филлидельфии враг недолжен ожидать, а надежды мы разрушим в будущем. С неохотой пернатый принял аргументы, теперь встал другой вопрос – кто будет участвовать в вылазке?

То, что я буду «добровольцем» все поняли и без слов; вопрос конкретней – кого я возьму как напарника? Варианты: Отем, Трикси, Лира, Сулик.

Отем – не вариант. Этот пегас не раз доказал – он может эффективно воевать, да и скрытное проникновение ему не чуждо, вот только мы собираемся действовать вообще без стрельбы – в основном словом. Пегас с таким темпераментом как у полковника, будет слишком заметен. Конечно, в нынешнее время пегасы на поверхности уже не такое редкое явление, как десять лет назад, и Отем вполне может сойти за местного, но его голос — известен слишком многим. Отем – невозможный вариант.

Дальнейшие кандидаты, хотя даже внешне очень отличались, но всех их объединял один нюанс – возраст. Учась в «Шестом Б» я к таким обращался словами «Hello плесень», что на нормальном означало: Привет старшему поколению. Теперь всё по-другому, и с одной «плесневелой» я даже успел перетереться, но момент показался забавным.

Трикси – уже теплее, вот только Филлидельфия не территория Последователей. Аликорна там хотя и не пристрелят, но отнесутся с большим подозрением. Маскировочные навыки Трикси не помогут – они полезны, когда нужно проникнуть на охраняемый объект, но не тогда когда нужно слиться с толпой. К неудовольствию синего аликорна в балахоне, я признал Трикси невозможным вариантом.

Сулик – даже смешно, что я стал рассматривать его кандидатуру. Мало того что он зебра, так ещё и гулифицирован. Конечно, он выработал привычку постоянно ходить в комбинезоне и маске, но это нисколько не маскирует его «природу». Ладно, еще, что он воняет как несвежий труп (я тоже воняю) но выход в народ для довоенного полосатика тоже самое, что для еврея поход на овощной рынок с табличкой «Россия для русских». Маска в этом случае нихрена не поможет. Сулик – просто забракован.

Остаётся Лира. Гулифицированная единорожка с навыками спецагента. Та кого абсолютно все считали давно погибшей. Та кого не смогла отследить даже Селестия с её сетью башен. Пусть у единорожки в толстовке заметная внешность, но это с лихвой нивелируется её навыками, да и внешность можно прикрыть балахоном – в городе обитает много гулей, которые стесняются своей внешности. Лира – очевидный выбор.

Парадокс, но единорожка была удивлена, что я оказал ей такую «честь». Похоже, она не смогла понять моей логики. Естественно я всё ей рассказал – то почему другие не подходят, то, что я ценю её навыки и многое другое. Тем не менее, музыкальная пони посчитала, что я чего-то недоговариваю и на следующий день, когда мы оказались в кают-компании наедине (я собирался без свидетелей обговорить наши действия) Лира первой начала разговор:

— До сих пор с трудом, верю, что ты выбрал меня.

— Разве были кандидаты лучше? – я считал данный вопрос риторическим.

— Трикси, — твёрдо сказала Лира, — она гораздо лучше. У неё большой запас дымовух, магией владеет, а в случае чего может сыграть роль транспорта.

— Я же всё объяснил – нам нужно «слиться с толпой» и аликорн для этого не подходит. К тому же, ездить на ней верхом мне не понравилось, да и она сама, таская меня, быстро выдыхается.

— Звучит надуманно, — с недоверием сказала единорожка. — Рискну предположить — ты просто за неё боишься.

— Что??? – я был удивлён такому повороту.

— Мы ведь оба понимаем, что наши шансы выжить в городе наёмников чуть выше нуля. Ты просто не хочешь, чтобы Трикси разделила судьбу Соупа.

— Эмм … — я замялся. — Да – я этого не хочу, — я действительно не хотел, чтобы синяя аликорн разделила судьбу синего пегаса.

— Всё же признался, — с усмешкой сказала палкоголовая. — Похоже обо мне ты гораздо худшего мнения.

В тот момент я не знал, как выкрутиться из этой словесной дуэли – как сказать Лире, что я её очень ценю, но не только потому, что она, будучи кантерлотским гулем, невероятно живуча. В итоге решил отшутиться:

— На Земле есть поговорка: Погибать так с музыкой. Мы идём на суицидальное задание, а ты музыкальная пони.

Шутка хотя и не была остроумной, но Лире понравилось. Примерно полминуты она хохотала сидя по-кошачьи на полу. Отсмеявшись, Мятная встала и продолжила:

— С поправкой, что задание совершенно непродуманно. Выступить на радио, а потом спуститься и посмотреть на эффект – разве это план?

— Да – это типичный «русский план» — вначале вброс информации, а потом импровизация, — я снова решил отшутиться, а Лира снова засмеялась.

— Согласна – это на тебя похоже. С выбором города тоже есть «русский нюанс»? – этот вопрос Лиры заставил меня задуматься.

— Пожалуй, есть, — я сделал секундную паузу. — Танки. Меня интересуют танки, производящиеся на заводах Филлидельфии.

— Неожиданно, — удивлённо сказала Лира.

— Они там точно есть, но я их не видел даже стоя за терминалом «Селестии Один». Хочется посмотреть на местную интерпретацию Т-90.

— Ты ведь говорил, что местные копии технологий людей уродливы.

— Да говорил, но это не значит, что у меня нет к ним интереса. К тому же, Селестия говорила про какие-то новинки, которые должны нас впечатлить. Может это какой-то новый танк из будущего — новее Арматы.

— Или огромный робот, который нас всех растопчет, — обломала меня Лира. — Что за непонятная любовь к танкам?

— Ну, ну, ну как же, — я не знал, что ответить но, подумав, решил объясниться метафорически на примере отдельной знакомой Лире модели:

— Танк это нечто большее, чем просто ползающая на гусеницах железка с пушкой. У них у всех есть богатые истории полные побед и поражений. Взять, к примеру, Т-90; Танк, созданный и принятый на вооружение в мрачные свято-лихие времена. Танк, получивший нетипичное для российской техники цифровое обозначение. Танк который состоя на вооружении нашей армии так и не получил широкого распространения, и по сути, сыграл роль экспортной машины. Про него даже говорили: «Т-90 – основной танк индийской армии» — и были правы. Проблема в том, что девяностый проектировался не для тропического климата, так что индусы сполна ощутили «прелести плотной компоновки». Тем не менее, танк язык не поворачивается назвать плохим. Конечно, у него есть множество слабых мест и бесчисленное множество мелких недостатков, но в умелых руках это грозное оружие. Люди на данных машинах отступали и наступали, погибали и выживали, проигрывали и побеждали…

— Поняла — это на тебя похоже, — Лира меня перебила. — Ты заинтересовался тем, во что в этом мире превратился данный продукт военных технологий.

— Можно сказать и так, — я подтвердил вывод Лиры.

— Но не думаю, что танки получат большое распространение, — с умным видом сказала палкоголовая. — В прошлом «Благородные Сёстры» не просто так отказались от идеи постройки и развития данных машин, отдав предпочтение силовой броне. Сейчас любой земной пони, надев данный костюм, будет сам себе танком, причём достаточно миниатюрным и с ходовой частью совершенней примитивных гусениц.

— Дилетантская точка зрения, — я говорил с не менее умным видом, хотя умом не отличался. — Ты не понимаешь концепции, ты не знаешь истории. Танки и в мою эпоху пытались похоронить. Говорили про всякие Джавелины и прочие РПГ, но в реальном бою данные машины всегда доказывали свою полезность.

— Ты ведь говорил, что в прошлой жизни не участвовал в боях, — с ухмылкой заметила Лира.

— Правду говорил, но я водил трактор.

— Так это не боевая машина.

— Ошибаешься. Трактор дивчина – это танк, а танк это…. – далее я на эмоциях начал долгую лекцию (https://youtu.be/z7LglSy4B3w?t=3830) которую закончил словами:

— Танк это боевая машина, сочетающая в себе: броню, огонь и УДАРНУЮ СИЛУ! Во всяком бою танкисты должны уметь использовать подвижность своей боевой машины! Силу её огня! И мощность её УДАРНОГО действия! Танкисты обеспечивают атаку пехоты, прокладывают пути через укрепления, давят огневые точки противника, и ИСТРЕБЛЯЮТ его своим огнём!

— Эт… Это…. – Лира не сразу подобрала сова. — Это было сильно. Теперь я тебя понимаю.

— Нет, — я обломал Лиру, — не понимаешь. Понять меня ты сможешь лишь став человеком.

— Это моя детская мечта, о которой я не забыла даже спустя сотни лет, — с улыбкой сказала разумная копытная, а после продолжила:

— Обещай мне – если найдешь путь на Землю, если найдёшь возможность вновь стать двуногим, расскажи мне о нем, а лучше – возьми с собой.

— Разумеется, — я говорил с улыбкой, — вот только чтобы считаться человеком мало им родиться. Справедливо и обратное – те, кто не являются людьми от природы, могут ими считаться в душе.

— Что для этого нужно? – Лира спросила с энтузиазмом в голосе. — Начать есть мясо? Ходить на двух ногах? Постоянно носить одежду? Говорить на русском без акцента? Быть готовым на всё ради победы?

— Нет, нет и ещё раз нет, даже последнее – нам не нужна «победа любой ценой», — читая Лире лекцию, я был нарочно несерьезен, хотя Мятная слушала, навострив уши. — Чтобы там не говорили ученые, но обезьян в людей превратила не эволюция и не труд, а армия. В процессе уже армия эволюционировала, и из пехотной превратившись в конную, а после — в бронетанковую. Так говорил мой сосед по подъезду – прапорщик, который, оказавшись в отставке начал думать. Теперь я разделяю его мысли – чтобы стать человеком тебе нужно «проникнуться» мечтой об армии.

— Но ведь я уже в армии, — с надеждой в голосе сказала Лира.

— Сопротивлении – это другое.

— Но ведь ….

Я перебил Лиру:

— Тебя воспитывали не по-людски — не так как надо. С детства нужно прививать любовь к армии. Мне бы тебя с года, а лучше чтоб я сам роды принимал. Ты бы у меня выросла настоящим человеком — только об армии и мечтала!

— Но может ещё не всё потеряно, — судя то тону, Лира не поняла, что я штуковал. — Конечно, я стара, но в душе – вечное дитя (https://fallout.fandom.com/ru/wiki/Вечное_дитя?li_source=LI&li_medium=wikia-footer-wiki-rec). Может ещё не поздно перевоспитаться?

— Никогда не поздно! Люди делятся на три группы: пенсионеры, военнослужащие и допризывники. Технически ты пенсионерка, но буду относиться к тебе как к допризывнику. Встать смирно! Трусы в сапоги!

Лира тут же встала на две задние и гордо задрала облезлую морду.

— Отставить боец, — Лира тут же встала вольно и выразила на морде искреннее удивление. — Ты должна стать человеком в душе, и для этого необязательно ломать природу пони. Встань, как положено копытным.

Теперь единорожка встала твёрдо на свои четыре но, поморгав, задала логичный вопрос:

— Какие ещё «трусы в сапоги»? – я не знал как ответить на данный вопрос, а до того как придумал ответ Лира успела кое-что уточнить:

— Я ведь кантерлотский гуль и постоянно ношу одежду — она въелась мне в плоть.

Действительно – толстовка и джинсы въелись в плоть Лиры. Не всем, как герою пустоши Эплснеку, повезло умереть от розового облака, будучи экипированным в силовую броню. Лира погибла, будучи одетой в простое штатское.

— Понимаю, — я с неохотой признал упущение, но не изменил мнение, — но это не повод игнорировать порядки людей в плане ношения одежды. Человек должен быть способен одеться за сорок пять секунд, но раз ты навеки обречена носить толстовку, то хотя бы запомни инструктаж, — далее я набрал воздуха в грудь и на выдохе затараторил:

— Майка одевается с тупого конца декольтированной частью на грудь, башка суётся в специальную головённую дырку, остальные отверстия заполняются руками, штаны одеваются поочерёдным суванием ног в штанины до полного выпитюкивания с обратной стороны, нога пихается в носок острой частью вперёд, большой палец ноги прощупывает дорогу, руки тянут носок параллельно кривизне ноги в сторону шеи до полного натягивания, инструктаж закончен – время пошло!

— Готово! – крикнула всегда одетая Лира. — Ожидаю дальнейших инструкций!

— Инструкция обеспечения питанием! – меня окончательно понесло. — Вы пони, изнежены питаясь ромашками и сеном, у людей всё по-другому.

— Мясо? – спросила единорожка.

— Щас, — я обломал копытную, — перловку будешь жрать.

— Но ведь — я не нуждаюсь в еде, — Лира вновь напомнила о своих особенностях и моих упущениях. — Кантерлотские гули не нуждаются в еде и живут за счёт розового газа, который сами и регенерируют, — далее Лира, опустив голову, добавила: — Мне не стать человеком?

— Не дрейфь допризывник, — я всё ещё сохранял поднятое настроение, — это плюс! Это преимущество для человека и незаменимое качество для солдата. Незаменимое, но не главное. Чтобы там не говорили, но солдат, как и любой человек должен думать тактически, — далее я повернулся к столу с лежащей там картой Эквестрии и приказал:

— Расставляй бойцов на поле боя, — фигур у нас не было, так что за них сошли патроны. — Два подразделения. Одно против другого. Чёрные и белые, а посерёдке Чапаев, то есть – я, ты – Петька.

Как мы всех белых победили, допризывница пожала мне копыто, и даже попыталась поцеловать, но вовремя опомнившись, встала по стойке смирно. Опомниться её заставило отнюдь не дисциплина, а то, что она непроизвольно выпустила из своей пасти мне в морду струю розового газа. Как и в пещере Спайка, газ меня не отравил – просто заставил чихать.

— Простите, — виновато сказала допризывница.

— Тут нужны не извинения, — я всё ещё сохранял настрой. — В таких случаях нужно говорить команду «газы», — и тут же достал и одел на себя противогаз.

После Глифмарка противогаз всегда при мне, а вот Лира в нём не нуждалась. Невосприимчива к газам, не нуждается в еде, всегда одета – да у неё задатки идеального бойца. Это касается даже внешности – глядя на Лиру, хотелось спеть:

Ну что ж ты страшная такая?

Ты такая страшная!

Ты ненакрашенная страшная

И накрашенная.

Серьезно – гулифицированная Лира одна страшнее всего блока НАТО. В бой ей лучше идти в том виде, в котором мы впервые встретились – с «арафаткой» на морде. Будучи похожей на вахабитку она не такая жуткая, а страх не то, что СНС должно использовать как оружие.

Но это «лирические размышления», сейчас я должен думать о другой Лире, той, которая хочет стать человеком. Тут бы мне, по армейским традициям, выдать ей сапёрную лопату, и приказать вырыть окоп для стрельбы стоя с лошади (уверен что единорожка, даже в одну свою лошадиную силу, копала бы как взбесившийся экскаватор), но мы на летающем авианосце, да и к лошадям в этом мире другое отношение, так что я пропустил данный пункт. Вместо этого, боковым зрением заметив искомый предмет, придумал кое-что получше.

— А теперь допризывник, приступим к самому главному – тому, что может пригодиться в городе Филлидельфия. Городе, в котором производят танки.

— Что я должна делать? – с энтузиазмом спросила единорожка.

— Садись, — я указал направление, — за пианино, — Лира, будучи удивлённой, тем не менее покорно села. — Запоминай устройство – эта педаль газ эта тормоз. Эта крышка имитирует танковый люк ….

Залезли мы с Лирой в «танк» но тут нас прервали. Дверь в помещение открылась, и в кают-компанию вошли полковник Отем и лейтенант Сулик, а мы в это время из люка выглядываем. Отем нас увидав изобразил непередаваемую гримасу – широко раскрыв и без того большие глаза он издавая протяжное «ах» медленно от удивления открывал рот. Особым украшением данной сцены стала фуражка пегаса, которую он, будучи полковником, носил даже в помещении. Данная фуражка офицера, со срезанной эмблемой Анклава (без эмблемы зонтика), вдруг начала подниматься и смещаться, назад съехав на загривок рыжего пегаса (https://youtu.be/DZHXRy-FTuM?t=3128) – непередаваемое зрелище. Сулик же, сохранил спокойствие, хотя он был в маске, так что нельзя утверждать наверняка. Однако именно полосатый прервал затишье:

— Ээээ… что происходит?

— Осваиваем бронетехнику, — теперь я говорил не так уверенно.

— Понятно, — сказал вернувшийся из ступора полковник и, повернувшись к полосатому сказал: — Оставим их.

Далее пегас и зебра, цокая копытами, удалились. Я же, пока шаги не стихли, покинул «танк» и, прильнув к двери, прислушался. Речь была неразборчива, но фраза пегаса «Мы какие-то — слишком нормальные» прозвучала достаточно чётко. Пожалуй, я соглашусь с пегасом – на нашем фоне он и полосатый гуль действительно выглядят «слишком нормальными». На этом я прервал обучение.

Следующие дни были менее насыщены абсурдом. По крайней мере, теперь Лира осваивала технику не за пианино, а за рулём трофейного БТРа. Конечно, БТР это не танк, но тоже неплохо, да и что-то подсказывало, что колёсная и гусеничная техника, для тех у кого копыта, должна иметь минимум схожее управление. Сама же Лира была не рада такому наглядному пособию — ей больше нравилось сидеть за клавишами и педалями музыкального инструмента, так что я начал опасаться, что единорожка растеряет свой начальный энтузиазм, однако, вспомним с кем имею дело, быстро нашёл выход. Лира — музыкальная пони, значит, и её энтузиазм можно разогнать (в положительном смысле) музыкой. Увы, но играть на инструментах я не умел, зато знал несколько хороших музыкальных произведений.

Год уже не сорок первый.

Мы дадим ответ конкретный:

На немецкую гармошку

Наш советский контрабас.

Мы устроим фрицам шорох.

Зацепились за пригорок.

Нас отсюда не подвинуть

И не выковырнуть нас.

Отрывок из данной песни особенно понравился Лире. Она была искренне рада, что в другом мире тоже ценят спокойные мелодии; так она восприняла противопоставление гармошки и контрабаса. Также упоминание крупного струнного инструмента напомнило Лире её покойную подругу Октавию Мелоди – земную пони с талантом к музыке и крепкими ногами. Лира была очень рада, что знала её лично (хотя и не поняла, что Октавия нашла в своей особенной пони Винил Скретч) и была очень зла на минестерку Рарити, из-за которой талантливая виолончелистка превратилась в тупого зомби. В книге Мелкопипки было написано, что это не вина бывшей портнихи, что это «Чёрная Книга» её заставила но, полистав страницы обоих книжек (Чёрной и Мелкопипки) Лира для себя решила, кто является истинным виновником, и это был не зебра-алхимик.

Кстати насчёт зебры – на фоне происходящих тёрок с Трикси, уроков с Лирой и совещаниях с Отемом, я как-то упустил из виду своего пахучего друга. Желая исправить данное упущение, отправился в оружейную мастерскую и не прогадал – полосатый был именно там и как раз доделывал модернизацию трофейного радиевого карабина Дерпи. Естественно я запросил подробности и получил неожиданный ответ.

Сулик решил, что в другом мире данный карабин никак не мог быть спроектированным для стрельбы лишь в одиночном режиме. На данную мысль его натолкнула общая балансировка карабина, а также необычно длинный изогнутый магазин. Сулик никак не мог взять в толк: для чего нужен столь большой боекомплект на оружии, которое стреляет лишь в одиночном режиме? Честно говоря – я его даже немного понимал, данный карабин действительно выглядел скорее как автомат. Теперь это уже и был полноценный автомат – Сулик изрядно перелопатил его полусвободный затвор, заставив стрелять «радиевый карабин» в автоматическом режиме, что у меня к полосатому вызвало искреннее уважение, но не то для чего он это сделал.

Сулик решил отказаться от своего лишённого особенностей ППШ в пользу данной местной интерпретации VG-42, вот только я отнюдь не хотел воевать бок обок с тем, кто вооружён оружием фольксштурма. Пусть даже мне самому пришлось из него пострелять и убить несколько грифонов (если не погибли от ран, то точно от радиации и ещё до мегазаклинания), но тогда был форс-мажор. Теперь же у меня «проснулась генетическая память» вызвавшая неприязнь к продуктам тевтонского гения. Вообще-то с учетом, что ранее я вообще собрал STG-44, моя неприязнь не более чем лицемерие, но лучше поздно, чем никогда.

Я прочитал полосатому длинную лекцию по истории и то какую роль в нём сыграло данное оружие – VG-42, STG-44 и ППШ. То, что в войне важна не только её цель, но и то, какими средствами её достигаешь. Герои пустоши явно не задавались столь ничтожными вопросами, и наличие «радиевого карабина» прямое тому доказательство. В этом нет ничего странного, как и то, что таким оружием была вооружена именно «элемент смеха». Похоже, ей казалось забавным, когда пони погибали от создаваемых ей радиационных выбросов, но в НКР решили что такие забавы могут привести к потерям и со своей стороны, и это не говоря об экологических проблемах и уничтоженных (не без моего участия) Садах Эквестрии. Чтобы избежать этого они снабдили Дерпи тем, что также заставит врагов гармонии испытать последствия заражения, но будет не так масштабно. Данное оружие могло бы быть эффективно, если бы не косоглазие стрелка. Теперь это наш трофей но, по ранее сказанным причинам, я отнюдь не хотел, чтобы он усилил нашу огневую мощь. Помимо этих причин я использовал и другие – более логичные аргументы. То, что против аликорнов такой карабин будет малоэффективен – после попадания заражённых радиацией пуль, клоны принцессы Луны только усилят свои магические силы.

Нехотя, но Сулик со мной согласился, за исключением последнего аргумента – аликорны уязвимы и к обычным пулям, а питающая радиацией электроника на кожухе, отключается обычной кнопкой. Но всё же – в этой словесной дуэли я победил. Сулик не отказался от своего ППШ а «радиевый карабин» (теперь переделанный в автомат) просто остался в оружейке, как трофей доставшийся нам в тяжёлом бою.

Но всем дурдомам и подготовкам рано или поздно приходит конец. В моём случае он характеризовался предложением перекрасить шкуру. Не понтов ради, а лишь в маскировочных целях – серый земной пони в рабочем комбинезоне, незаметен лишь, когда на него нет ориентировок. С предложением я согласился, на что копытные заботливо предложили выбрать цвета. В итоге, согласно выбору, шкуру покрасили в песочно-жёлтый цвет. Хвост, и успевшая отрасти грива, теперь сменили свой радикально-чёрный на нейтрально-коричневый. С тем, какой должна быть метка я не стал мудрить и приказал просто нарисовать цифру 47 – под число моих хромосом. Завершили образ принесённые Дестини глазные линзы – теперь мои чёрные гляделки для всех имели типичный зеленый оттенок.

Лира же в плане маскировки была гораздо скромнее. Сшитый Трикси серый балахон – вот и вся маскировка единорожки в толстовке, но для гулей типично прятать свою внешность, так что в теории, большего и не надо.

А вот в плане вооружения Лира выгодно от меня отличалась: подковы испускающие газ, складной томагавк, прочие приблуды агентства. Также у неё был пистолет с глушителем ранее принадлежавший Бон Бон, а также собранный мной, специально для Лиры, ПП Гоблин – для нашей миссии такой «джентльменский набор» просто идеален, не то что у меня.

Простой рабочий комбинезон без секретов, старая фуражка Анклава (в НКР многие такие носят), тёмные очки, на случай если линзы станут невыносимы, да велосипедные сумки с потайным карманом. В кармане же аж один пистолет с глушителем и особая рация с «тревожной кнопкой», в остальных отделах еда да набор медикаментов – ментаты, Med-X, несколько стимуляторов, которые на меня не действуют, колбы с зельями с аналогичным эффектом – ничего сверхъестественного.

Именно в таком виде, я с Лирой и другими копытными, поднялся на борт Подстрекателя – трофейного транспортника наёмников, с которого счистили пиксельный камуфляж СНС, обнажив синюю «оригинальную» расцветку вместе с эмблемой птичьей (точнее грифоньей) когтистой лапы. Далее мы заняли места в десантном отсеке, пилот из кабины дистанционно закрыла кормовую дверь и, предложив пристегнуться, отправила нас в судьбоносный полёт.

Копытные что удивительно не шептались, похоже им всем было не до разговоров, а ведь на моём фоне они были в хорошем положении – они лишь поддержка и начнут действовать, только если будет (конечно будет) совсем худо. Однако Лира не разделяла уныния и, будучи музыкальной пони, решила разбавить атмосферу, дав полковнику очередную кассету с музыкой. Пегас молча вставил голодиск в свой КПК. Выбор Лиры был …. Странным. Вот уж не думал, что мне будет суждено лететь на суицидальное задание под мелодию из сериала Клан Сопрано (https://youtu.be/9W3A34TTxFU) — непередаваемое впечатление, вот только данная композиция вызывала у меня не только эмоциональные ощущения.

— Завали шарманку блядь! – будучи обычно вежлив я, в этот раз, обращаясь к пегасу, не стал фильтровать базар. — У меня башка щас взорвётся!

Пернатый покорно выключил запись но, судя по его морде, моя эмоциональность его скорее забавляла.

— Последствия резкого перепада давления, — с ухмылкой сказал пегас параллельно жуя какую-то жвачку. — Мы сейчас над территорией НКР и чтобы избежать обнаружения пришлось загнать Мститель под самый потолок, а после последней операции герметичность Подстрекателя уже не так надёжна. Хорошо быть пегасом, — пернатый наигранно засмеялся, похоже пегасы не так восприимчивы к перепаду давления.

— Отлично блядь! – далее я перешёл на сарказм: — Кессонной болезни мне ещё не хватало!

— Нет – до такого не дойдёт, — обнадёжил меня пернатый. — Только голова немного поболит – это нормально для всех бескрылых.

— Да не пизди – всё знаю, просто хреново.

— Да чё ты ворчишь как бабка старая? – сказала вклинившаяся в разговор Лира. — Это из меня здесь должен песок сыпаться. Скоро давление стабилизируется и всё пройдёт … как бы я хотела испытать хоть какую-то боль.

— Заебала.

— Не обращай на него внимания, — спокойно сказала Трикси также решившая присоединиться, — видимо, ещё в другом мире, багажная служба аэропорта потеряла его обаяние.

— Ничего не теряли, — я решил оправдаться, — просто, когда башка болит, как при лоботомии, сложно соблюдать вежливость.

Уж я то знал, какие ощущения остаются после ковыряния ножом в глазнице и лобных долях и то, что было сейчас вполне попадало под сравнение.

— Есть что-нибудь от головы? — я обратился сразу ко всем присутствующим. Как ни странно первым откликнулась Лира, показав свой томагавк. Её шутка была совсем не смешной благо Сулик решил быть серьезней:

— Есть ментаты, но тебе они не помогут, так что остаётся Med-X.

— Отлично бля, — я снова растерял обаяние, хотя – разве оно у меня было? — Армейское обезболивающее от головной боли – это как хуй гнуть кувалдой, чтобы расколоть орешек.

— Держи, — сказала Трикси, держа своей магией шприц с обезболивающим. Я принял предложение и вколол препарат – стало немного лучше.

— Заботишься о своём «особенном призраке»? — спросила Лира, не скрывая свой сарказм.

— Разумеется, — ответила аликорн, — и всегда буду.

— Для особенных отношений он маловато тебя трахает, — вот таких слов я от Лиры не ожидал.

— По крайней мере, у нас были отношения, — судя по тому, что тон Трикси не изменился, сказанное ту нисколько не обидело – местные нравы свободней Земных, — и я повторила бы их, даже если бы пришлось навеки лишиться магии.

— Говори за себя, — я вклинился в дамский разговор, — я не горю желанием повтора, да и тогда, видит Ктулху, мне не понравилось.

Не знаю к чему бы привёл данный разговор, но точно ни к чему хорошему, благо, что нас прервал голос пегаски из интеркома Подстрекателя:

— Мы в заданном квадрате. Готовьтесь к высадке. Готовность – пять минут.

— Грей, Лира, — Отем заставил нас обратить на него внимание, — мы это уже обсуждали, но повторюсь – мы все на вас рассчитываем. От ваших действий зависит наше сопротивление, так что молю вас — вначале думайте, потом стреляйте. В особенности ты Грей – не стреляй и не взрывай, даже если тебе там встретиться сама Литлпип. Помните – сейчас ваша задача не нанести НКР сколь бы то большой ущерб. Ваша задача – устроить и возглавить революцию.

## Провальная теория

Летом (год не определен), в шесть часов утра, с северо-запада, со стороны поселения Надежда, в Мейнхеттен пешком направлялись двое бойцов Сил Народного Сопротивления. Звали их Грей Стоун и Лира Хартстрингс. Их целью было, немного нимало, устроить и возглавить революцию. Их план – вброс информации, а потом импровизация. Сам по себе «план» может и не звучал бы так глупо, вот только с учётом что они, ставя своей целью Филлидельфию, направлялись в Мейнхеттен, наглядней всего показывал всю авантюрность и нелепость ситуации, хотя….

То, что мы, желая попасть в Филлидельфию, высадились вблизи Мейнхеттена, на самом деле было вполне логически объяснимо. Просто опасались, что кишащие вокруг Филлидельфии патрули наёмников компании Коготь, могут узнать захваченный у них воздушный корабль Реджи – ныне называем Подстрекатель. Подобная опасность существовала и по отношению к Мэйнхеттену патрулирующемуся Рейнджерами Эпплджек (и это не говоря о том, что мы точно знали, что там нас ждёт засада) но на совещаниях всё же решили, что Мейнхеттен более безопасен. Конечно «безопасность» была весьма условной, но решили действовать аналогично принципу про «путь к сердцу через желудок»; в нашем случае – путь в Филлидельфию через Мейнхеттен. Полковника, который ранее настаивал на нанесении удара именно в Мейнхеттене, такой вариант полностью устроил (он считал, что даже если нас обнаружат, то мы всё равно успеем шороху навести), меня же смущало что выбранный путь чисто географически получиться очень длинным, но всё же согласился с представленными аргументами. Итогом стало то, что теперь я в компании гулефицированной музыкальной пони-единорога, двигался в направлении города разрушенных небоскрёбов.

Наш путь проходил через поле сухой травы, а ведь я помнил что ранее, после «очистительной бури», когда я в компании Трикси ночью шел по этому же маршруту, только в другую сторону, трава была более свежей. Неужели «смертельный дождь» пролился и над этим местом? Если да то это довольно грустно. Хотя нет, в смысле, что это не из-за «Смертельного Дождя» – мы же выжгли Сады, значит теперь в Эквестрию проникают заражённые воздушные массы из страны зебр, что тоже грустно.

Из-за меня обитателей этого мира ждёт в лучшем случае – недоедание, в худшем – голодная смерть. Мне вспомнился момент, когда я только попав в этот мир, вёл угнанный лесовоз через поля пшеницы и кукурузы. Теперь часть сельхозугодий щедро политы заряженной водичкой, а значит – теперь эти поля должны быть такими же сухими как лужок, через который мы идём к городу. Грустно. Местные, хотя и травоядные, но долго не продержаться на сухой траве, даже если, та не фонит, а ведь я пусть не главный виновный, но точно на втором месте по степени вины за грядущую катастрофу. Парадокс, но будучи любителем проявлять жалость к себе, я мысленно искренне сочувствовал местным. Неужели у меня появилась совесть? Нет, я без неё родился — только грусть.

Лира, почувствовав грусть в моих «струнах души» решила в своей манере разбавить обстановку. Она начала петь, причём на русском языке.

Мы на работу идём подрывную!

Мы диверсанты – дети буржуев!

Всегда готовы без лишних слов!

Кличь диверсантов: К провалу готов!

Кличь диверсантов: К провалу готов!

Далее Лира засмеялась. Честно говоря – это действительно звучало забавно. Даже не рифма, не смысл, и не то, что голос у Лиры, как и у всех гулей, был как у бензопилы – акцент. Лира пела «песню диверсантов» на русском с сильным акцентом. Такие диверсанты точно должны быть готовы к провалу, и это убивало во мне всё желание смеяться.

— Ну почему ты не поддерживаешь мой заразительный смех? – просила меня всё ещё смеющаяся Лира.

— У меня к нему иммунитет, — я ответил, подражая манере едирожки но далее продолжил более серьезно:

— Поёшь по-русски, да ещё о диверсии; не хватает только бело-красного зонтика чтобы «Железные Вёдра», — так я про себя называл «Рейнджеров Эпплджек», — точно поняли кто мы такие. Мы хоть ещё и не в черте города, но всё же – ненужно так палиться.

— Да не боись, — спокойно ответила зелёная, — чтобы понять, что вокруг никого нет, мне ЛУМ не нужен. Я чувствую «струны души», и использую свой талант не только в музыкальных целях. Рядом никого нет, а погодные башни уничтожены – мы в безопасности.

— Понятно, а как узнаю что безопасности нет?

— Нууу, — Лира задумалась, — по стрельбе в нашу сторону, либо по моей команде — Шумахер, то есть — шухер, то есть — нычкуйся. Ну, ты понял.

— Удивлен, что с таким подходом ты считалась тайным агентом.

— Ничего удивительного, просто в нашем мире действуют другие «законы». Способ маскировки «хочешь спрятаться – лезь на глаза» тут действительно работает.

— Да, — я согласился с Лирой, — ваш мир действительно живёт по другим законам, и мне они не нравиться. Всё жду, когда, следуя этим странным законам, и помогая «антигероям пустоши» найду путь на Землю, в Россию. В сказочною страну степей и лесов, самоваров и шпионов, медведей, борща и ракет. Страну, в которой может произойти всё что угодно и, как правило — происходит.

— Я тоже этого жду, а также надеюсь, что ты возьмешь меня с собой.

— Ты, правда, хочешь покинуть этот мир, лишь чтобы оказаться среди прямоходящих?

— Понимай как хочешь. Меня с детства очаровал облик людей, и с возрастом желание только усилилось. Вы такие странные, нелепые, жестокие и при этом очаровательные; так на нас непохожи – две руки, две ноги, посередине гвоздик.

— Эээээ…. Последнее звучало….

—Да – именно так. Я уже в том возрасте, когда ненужно стесняться. Пусть моё сердце навеки принадлежит Бон Бон но она давно мертва.

— Да не в том смысле…. В другом мире совсем другие нравы. Я, попав в ваш, до сих пор «не смог культурно влиться», не думаю, что даже ты со своими видениями из разных эпох, сможешь привыкнуть к Земным нравам.

— Это меня не пугает, да и ты не тот кто должен осуждать тягу к путешествиям.

— В смысле?

— Ты как бы, сам погиб по пути в другую страну, так что должен меня понять. Ты хотел побывать в Швейцарии, а меня тянет в Париж.

— Париж??? – я был искренне удивлён. — Этот грязный город лягушатников?

— Честное беспартийное — именно он, — с улыбкой ответила палкоголовая, а далее случилось то, что меня, привыкшего к музицизму Лиры, совсем не удивило:

Ше Пари! Шэ Пари!

Где каждый сказать, будет рад вам. Уи-уи.

Во Франции здесь, шарм истинный есть.

В прекрасном Ше Пари!

А ресторанов этих, нигде больше нет.

Вот суфле и багет, на обед.

А сколько здесь сыра, ты только посмотри.

Прекрасен он Ше Пари! Ше Пари! Ше Пари!

Своё лучший берет, натяни. Алонзи.

А вот и лягушки, смотри, не спугни.

Ведь ты сейчас в Ше Пари!

А Лувр немало, шедевров хранит.

Моне Лизе — улыбку, Пикассо грустит.

Прекрасен он Ше Пари!

Здесь романтикой воздух, тебя напоит.

Река пусть уносит, заботы твои.

Знает аккордеон, песни лишь о любви.

Волшебный он Ше Пари! Ше Пари! Ше Пари!

Всё надо увидеть, скорее смотри!

Попробуй фондю.

Цветы я куплю.

В прекрасном, Ше Пари!

Далее единорожка пропела ещё несколько строчек, но уже не так восторженно; скорее с какой-то ностальгией:

Париж Париж, ты в синеве ночной.

Огнями яркими горишь.

Париж Париж, всегда везде со мной…

Люблю тебя Париж Париж.

Это звучало …. необычно. Англоговорящая копытная знающая русский, помогает мне, потому что думает, что я помогу ей попасть в Париж. На фоне этого то, что я, желая попасть в Россию, веду деятельность против НКР (уловили «логику»?) уже не выглядит так нелепо.

Далее я, считая, что такая причинно следственная связь выше моего понимания, начал думать над другой рифмой спетой Лирой (самой первой) и высказал другое наблюдение:

— «Дети буржуев». Говори за себя. У меня в предках только рабочие и крестьяне.

— Что не мешало тебе убивать лесорубов и прочих "рабочих лошадок". Да и не такие уж «буржуины» плохие. Поверь, уж я-то знаю. Мой род начал вестись ещё с древних времён основания Кантерлота. Я самая что ни наесть — столичная пони, пусть и обосновалась в Понивиле. Неужели ты считаешь меня плохой?

— Нет, не считаю. Ты просто очень странная, даже по меркам этого безумного мира. Согласилась стать моим напарником, а сама пророчишь провал. «Кличь диверсантов» — считаешь, что нас ждёт поражение?

— В твоём случае — провал будет неизбежным, но весьма условным.

— Обоснуй.

— Разве это неочевидно? Вспомни свои прошлые похождения в Мейнхеттене. Тогда ты тоже пытался действовать тихо, и чем всё закончилось? — далее единорожка кратко рассказала, как это было:

— Ты, проникнув в башню «Десяти Пони», смог убить Вожделение Дарительницы, но лишившись своего напарника, попал в плен. Далее перенеся жёсткий допрос, был спасён Трикси и под гром молний и ураганы смог уйти от самой Литлпип.

— Да — было дело. До сих пор вспоминаю с содроганием. Я верхом на аликорне удираю от «праведного гнева». Молнии, взрывы, вихри, ливень и всё для меня с Трикси…. – тут я понял что, вспоминая прошлое начал думать не о том но, спохватившись, быстро понял к чему клонила Лира:

— Намекаешь, что в этот раз уже ты разделишь участь Соупа, но отдав свою жизнь, обменяешь её на какого-то ценного союзника?

— Очень может быть, вот только меня не так просто убить, да и я не собираюсь умирать. Тут скорее ты расстанешься с жизнью или, по меньшей мере, перенесёшь ещё один допрос.

— Оптимистично, — мой сарказм. — Ты хоть и кантерлотский гуль и прожила столетия, но далеко не бессмертна. Подельник Пипки — Стилхувз, вообще сросся со своей силовой бронёй, был известен как «Убийца аликорнов», считался практически неуязвимым, но в итоге — ему кочан срубили.

— Реалистично, — Лира была серьезна и похоже моё наблюдение насчёт Стилхувза её никак не пугало. — Ты не отличаешься красноречием, да и интеллект у тебя ниже среднего. С трудом представляю, как тебе удастся уговорить обычных жителей поддержать СНС, а вот то, что мы просто взорвём весь город, кажется вполне реальным.

— Ты слишком плохо обо мне думаешь. Мне не нужна «победа любой ценой». Я не такой как Дарительница и не считаю, что применение атомной бомбы может быть совершено ради благих целей.

Говоря последнее я имел ввиду уничтожение Богини (Трикси в образе мутанта) вместе с логовом Адских Гончих, хотя с моей стороны это звучало лицемерно. При моём непосредственном участии Отем, Сулик и Трикси доделали геноцид подземных собак, и пусть я не нажимал на детонатор и вообще изначально был против данной авантюры, но могу с полной уверенность считать себя причастным к уничтожению местного разумного вида, причём даже не одного. Драконы и ночные пегасы тоже теперь вымерший вид, причём вымерли они в одну ночь и именно из-за меня. Последнему дракону – Спайку, я прострелил единственный глаз, а после отравил рептилию его собственной матерью – как же глупо звучит. Ночной пегас, именуемый Лаенхарт, составил больше хлопот – он дал отчаянный бой и формально даже побеждал, вот только Лира и Сулик вовремя спасали мою шкуру. В итоге: граната в пасти «Ночного Гвардейца» избавила этот мир ещё от одного разумного вида.

— Полностью разделяю твоё мировоззрение, — Лира прервала мои мысли о геноциде, — вот только по факту — ты уже применял мегазаклинание.

— Когда я пристрелил звёздного медведя? – я знал, что Лире известен случай, когда я запустил «жар-яйцо» в «преведмедведа».

— Я имела ввиду — «Новый Клаудсдейл».

— Вообще-то тогда я покинул цех выделения спектры, и это уже ты вместе с Трикси и полосатиком запихали светящегося гуля в дробилку.

— Но это была твоя идея.

— Вообще-то полосатика.

— Неважно – ты сыграл свою роль, пусть как приманка. Смертельный Дождь, на твоей совести.

— Зато мы прекратили сверхзвуковые радиоактивные удары, — я попытался неуклюже оправдаться. Речь Лиры действительно пробудила во мне совесть.

— И не только это. Убив эту хохочущую косоглазую массовую убийцу, мы отомстили за многих и спасли много жизней.

— Воистину так, только про нас тоже можно сказать нечто подобное.

— С поправкой, что те, кого мы убили и ещё убьем, сами пытались нас убить, а ещё в большинстве — сами были убийцами.

— Так себе оправдание, — далее я, поняв, что мы уходим от темы решил вернуться на исходную:

— Всё же попрошу отставить паникёрство. Провал далеко неочевиден.

— Готовя к операции, ты обучал меня вождению танка, используя пианино, и объяснял стратегическое планирование за игрой Чапаевцы.

Замечание Лиры действительно звучало убедительно, но я не мог просто так сдать ей словесную дуэль. В конце концов, может моё красноречие с интеллектом и ниже среднего, но всё же не на уровне плинтуса, да и в этом мире действуют другие законы. Именно законы мира копытных я и стал использовать как аргумент.

— И это говорит обитатель мира, в котором бои выигрывались путём массового песнопения. Я пробыл в шкуре этого серого технофетишиста достаточно долго, чтобы понять, что да как, а также свои возможности и слабости. С уверенностью скажу – не всё потеряно. Насчёт Чапаевцев — может ты и права, но не насчёт танка и пианино. Техника для тех, у кого нет рук, только ноги, по умолчанию недолжна быть сложной в управлении; местный лесовоз и БТР не вызвал у меня каких-то сложностей. К тому же, в другом мире я водил трактор.

— Поняла: тяжело в учении легко в лечении; только трактор и танк — это разные вещи, — справедливо заметила единорожка.

— Так люди и пони тоже разные существа, вот только оказавшись в шкуре этого земного, я быстро освоился с моторными функциями и прочими особенностями копытных, а ведь в другом мире я вообще не имел дел с лошадями.

— Серьезно? Даже верхом не ездил? – с удивлением спросила Лира.

— Только в детстве, и то на деревянной.

Боюсь представить, до чего бы мы договорились, благо на моменте где я вспомнил детство, Лира прервала меня словом «Шумахер» но не стала прятаться. Я догадался, что она почувствовала «струны души» а значит не время для разговоров, тем более что освещаемый утренним Солнцем город был уже совсем рядом.

Как и в прошлый раз, Мейнхеттен показался мне одновременно величественным и мрачным. Будучи освещёнными восходящим Солнцем, небоскрёбы выглядели особенно специфично. Просветы в их стенах, с бьющим оттуда солнечным светом, наглядно показывали, что пришлось пережить данному городу.

Парадокс, но данный стратегически важный район не имел сплошного охранного периметра. В отличие от Филлидельфии, Мейнхеттен не был окружён стеной или минным полем (в Филлидельфии точно было то и то); лишь редкие аванпосты Рейнджеров да наблюдательные вышки. Для предотвращения проникновения этого явно маловато, но для контроля местных жителей и организации обороны стратегических объектов — более чем достаточно. Город был огромен. Всех его жителей, как и всю «Пустошь» ранее контролировала Мелкопипка, так что то, что Рейнджеры до сих пор не построили вокруг города бетонную стену (а ведь у них под контролем немаленькая тюрьма в которой заключённые работают за бетономешалками) можно объяснить лишь их нежеланием тратить ресурсы да сомнительной эффективностью данной меры. Пожалуй, на их месте я бы поступил точно также – отказался бы от идеи бетонного забора в пользу чего-то более полезного. На этой мысли я как раз увидел признак того против чего бесполезен любой бетонный забор.

Любуясь полуразрушенными небоскрёбами, я всё же не забывал смотреть под ноги и не зря. Нет, мне не попалась растяжка, противопехотная мина или браминья лепешка, но вид следов от широких танковых гусениц заставил моё сердце биться чаще. Я даже минимум минуту изучал находку. Очень странную находку. Странную потому что то, что я принял за след от очень широких гусениц на самом деле оказалось двумя разными, но близко расположенными следами. Похоже у местных минимум два образца гусеничной техники. Один с широко расположенными гусеничными лентами второй с более узкой базой. Странно только что эта более узкая база так впритык примыкает к более широкой, но сейчас не время и не место думать над такими вопросами.

Отказавшись от идеи идти по следу, я с Лирой, наконец, вошёл в черту города. Прогуливаясь среди зданий и глядя на местную архитектуру, я задался совсем другим вопросом: падение бомб или «Очистительная Буря» — что нанесло больший ущерб? Прошло уже много времени, но город всё ещё сохранял следы ярости Литлпип. На зданиях были множественные чёрные следы попадания молний, различные сколы, трещины и прочие следы сильных ветровых нагрузок. Также в некоторых местах были импровизированные мемориалы – обломки бетонных плит с написанными на них именами. Всю эту мрачность разбавляли лишь редкие граффити изображающие, в основном, чьи-то жопометки — ПипБак (метка Дарительницы), Три Бабочки (метка Флаттершай), Три синих алмаза (метка Рарити), птичка и нота (метка Вельвет). Парадокс, но мы даже увидели несколько рисунков с нашей бело-красной эмблемой — хоть какой-то "хороший знак". И над всем этим, мрачным карандашиком возвышается башня «Десяти Пони», хотя после моих похождений, и того как Трикси в капусту порубила многих из «Общества Сумерек», жителям той башни тоже есть по кому скорбеть. В особенности по Хомейдж и Лайфблуму.

Жители города были под стать его архитектуре – такие же угрюмые и «разбитые». Встреченные нами копытные все как один смотрели лишь себе под ноги. Никаких разговоров на улице или утренней спешки. Из всего этого уныния выделялся лишь необычно прилично выглядящее здание с единорогом «швейцаром» (!) на входе. Вообще-то судя по боевому седлу с винтовками, тот «швейцар» выполнял скорее роль охранника, но мне сложно воспринимать но того кто носит смокинг и белую маску «Мистера Икс» как работника службы безопасности. Неужели это и есть то самое общество «Белое Копытце»? Те жители Мейнхеттена которые сочувствуют СНС? Те с кем полковник Отем предлагал наладить контакты? Очень может быть. По описанию – очень подходит, да и название «Белое Копытце» вполне соответствует такого рода пижонам.

Естественно никаких контактов с «Копытцем» мы налаживать не стали и просто прошли мимо. Даже если эти пижоны действительно сочувствуют СНС и желают наладить с нами контакт, то факт того что в НКР об этом знают, умножает на ноль все перспективы обрести Мейнхетенского союзника. Наверняка у Селестии с Пипкой есть шпион в «Копытце», и стоит нам только заявить о себе, как здание будет окружено сотнями копытных в красной силовой броне. Кстати насчёт последних – продвигаясь далее в глубь города, мы вскоре с ними встретились.

Блокпост «Железных Вёдер» поначалу вызвал у меня беспокойство – БТР выглядел угрожающе, но не так как десяток копытных в силовой броне с шестиствольными пулемётами на боевых сёдлах. Так называемый ЛУМ (Локатор Ушки на Макушке) которым оснащена силовая броня, меня не видит и рейнджеры точно об этом знают. Видя земного пони, но не его зелёную метку, технофетишисты бы быстро всё поняли. Лира, почувствовав мои опасения, быстро смекнула и велела успокоиться. С её слов, у неё талант быть незаметной «фоновой пони» и без всяких «стелс-баков», а будучи рядом со мной она легко устоит фальшивую зелёную метку. Спорить я не стал и, с комом в горле, спокойным шагом прошёл через блокпост.

Действительно – рейнджеры обратили на меня ноль внимания, но то, что они, прижав к БТРу какого-то серого земного пони, вглядывались ему в глаза, а после в его открытую пасть, явно указывало, что меня здесь ждут. Проведя языком по обители кариеса, и нащупав там четыре клыка, я пришёл к выводу насчёт полезности своей маскировки, а также что мне лучше не разевать хлеборезку и вообще не улыбаться. Последнее будет совсем несложно (у меня «иммунитет») а вот остальная маскировка может подвести.

Будучи выкрашенным в песочный цвет с зелёными линзами на глазах, я действительно был сам на себя не похож, вот только от линз постоянно хотелось моргать, да и краска со временем начнет слезать. Последнее не критично, так как для земных пони мой естественный окрас является самым типичным и часто встречающимся (да и пятнистые пони тоже не редкость), но всё равно — привлечёт внимание. Как я только что наблюдал – местные силовики проверяют любого серого земного пони на предмет его «призрачности», и если из сотни серых выберут меня, то хорошего будет мало. Без специального оружия мне ни за что не справиться с копытными в силовой броне. Пусть даже в прошлом я смог победить экипированного в такую броню Прайда но тогда он был без шлема. Рейнджеры же выглядели как нечто среднее между железными дровосеками и собаками роботами. Даже точно зная с трудом верилось, что под этой кучей железа находиться живой земной пони, и становилось немного обидно что я, будучи шкуре земного (да ещё и ранее состоящего в рядах рейнджеров) не мог пользоваться такой бронёй.

Они выглядели не как пони, а скорее — пониподобные роботы. Их нашлемные голосовые фильтры только усиливали впечатление. Слушая, как рейнджеры допрашивали серого земного, я не разобрал слов, но одного тембра прокуренного голоса было достаточно, чтобы уловить смысл – с рейнджерами лучше не спорить, не шутить и ещё много не. То, что такой голос был абсолютно у каждого носителя силовой брони, сильно усиливал впечатление, предавая рейнджерам безликость, а также внушал слушателям впечатление, будто они не отдельные личности, а один огромный механизм способный с чавканьем переживать любого кто встанет у него на пути. Неудивительно, что жители Мейнхетена «как шёлковые».

Размышляя над Мэйнхэттеном, его жителями и то, какими они стали из-за рейнджеров, я вспомнил один факт из своего недавнего прошлого и решил потешить своё любопытство. Конкретнее – я вспомнил как вместе с «Супчиком» ударил по крепости рейнджеров «Селестией Один» (тогда из бреши под большим давлением повалил столб зелёного пламени) и захотел посмотреть, что сейчас из себя представляет данное похожее на Пентагон здание.

К удивлению Лиры я сменил курс, и по памяти вспоминая планировку, направился прямо к крепости. Даже если бы забыл план Мейнхеттена то всё равно бы не заблудился. Город был построен в типичной англосаксонской манере с их стритами и авеню, к тому же, всё чаще встречающиеся посты и вышки рейнджеров чётко говорили, что я иду в правильном направлении. Как будто этого мало дополнительным ориентиром служила громкая агитационная речь, судя по всему из матюгальников.

— Мы самая мощная армия, которая была у Эквестрии. Каждая битва – наша битва. Угроза СНС уже имеет далеко идущие последствия … и мы не будем в стороне. Ваша судьба зависит от того, сможете ли вы научиться использовать современные методы ведения войны. Будем честны: мы не можем дать вам гармонию. Но мы можем научить вас, как её обрести. Обрести в наших рядах, а это, друзья мои, стоит дороже любых военных технологий. Конечно, это важно у кого самые большие копыта, но не менее важно кто и кого ими лягает. Время героев ушло, но не время легенд. Когда нынешние герои погибают один за другим, вы сами можете войти в легенды. Историю пишут победители. В рядах «Рейнджеров Эпплджек» вы победите и напишите свою историю.

Судя по голосу, говорил знакомый мне старейшина Эплторн. Тот самый с кем я говорил во время операции «Нечистоты», когда Сады ещё небыли уничтожены, но Спайк был уже мёртв. Речь была красноречива и, судя по идущим параллельно нашему маршруту копытным, она у многих пробудила желание примерить силовую броню. Я такую броню носить не мог, но имел свои причины идти данным курсом.

Так пройдя пол десятка постов, я с Лирой вступил в визуальный контакт с крепостью рейнджеров. Здание нас мало привлекало, что не сказать о то, что было перед ним – толпа, точнее табун из земных пони и... Группа из множества копытных в силовой броне выстроившаяся живым щитов вокруг БТРа с матюгальниками, на крыше которого стоял тёмно-коричневый земной пони в нелепой красно-чёрной рясе. Судя по всему, это и есть старейшина Эплторн — не последний копытный, но и не герой пустоши, да вообще — мы не за ним.

Сама крепость уже была отремонтирована и не вызвала у меня какого-то интереса. БТР и речи старейшины также были неинтересны, но вот то, что было рядом, пробудило просто гаму эмоций, главным из которых было удивление. Я едва удержался, чтобы прямо во всё горло не заорать на русском: «Господи – что это за хрень?!»

Напротив входа в огромное пятиугольное здание была длинная очередь из земных пони и редких единорогов, как я понял из желающих стать новобранцами рейнджеров, но не это меня удивило (это как раз было нормально). Напротив входа в здание стояло то, что я ожидал увидеть в Филлидельфии – танк; самый странный танк, какой только может быть.

Нет, я, конечно видя, местные БТРы и прочие достижения промышленности ожидал, что и танки не станут исключением и также будут весьма условно похожи на свои прототипы, но увиденное превзошло самые смелые ожидания. Показывая свои зарисовки, Лира утверждала, что передала пони Красного Глаза документацию на танк похожий на Т-90, но то, что стояло напротив крепости рейнджеров, было на девяностый вообще не похоже.

В общем – я ошибался когда, видя двойной след от гусениц, решил что это следы от двух разных танков. Это был один, но с двумя парами гусеничных шасси, причём передние были короче и шире задних. Я даже не знаю….

На Земле тоже были проекты танков с двумя парами шасси, но они были либо сочленёнными, для улучшения проходимости, как шведский ХХ-20 (https://topwar.ru/uploads/posts/2012-01/1326511533_udex-xx-20.jpg) либо шуточные, как советский «Объект 490» (https://naked-science.ru/sites/default/files/styles/node-header/public/field/image/image006.jpg?itok=HrZAMI0w), и ни у одного не было разнесённой в ширь гусеничной базы. Я даже рискнул и подошел, чтобы полюбоваться этим порождением копытного ВПК поближе. Пони, сидящие на броне (похоже – экипаж машины боевой) одетые в танкистские шлемы и нелепые синие комбинезоны с тремя белыми лампасами (аля гопота 90х) этому не удивились. Похоже, они привыкли к такой реакции на их технику, только если местные так реагировали, потому что никогда не видели танков, то у меня была другая причина и, всмотревшись в подвеску, я не уставал удивляться. Рессоры – такое нормально разве что для итальянской техники эпохи «Второй Мировой» но не для прогрессивного будущего. Рискну предположить, что с такой сложной и откровенно нелепой подвеской копытные не стали мудрить и просто поставили на каждую гусеничную ось свой двигатель. Танк с четырьмя двигателями – это просто смешно, но ходовая часть не единственное что заслуживало внимания.

Считая по головам сидящих на броне и выглядывающих из люков, я насчитал аж пятерых копытных – четырёх земных и одного единорога, последний явно командир. Наличие столь большого экипажа легко объяснялось конструкцией башни с двойной пушкой большого калибра – минимум 140мм. Не поверю что местные, будучи неспособными, создать нормальной подвески, оснастили танк автоматом заряжания так что — к двойной пушке, два заряжающих, а судя по конструкции пушки, позволяющей ей наводить стволы независимо друг от друга, наводчиков тоже должно быть два.

Честно говоря, этот танк выглядел так будто в нём всего если не по два то по четыре. (Кроме башни, но исключение подтверждает правило.) На этом фоне роликовый противоминный трал выглядел как какой-то чужеродный элемент, хотя и он вполне вписывался во всю нелепость. Неужели рейнджеры всерьёз думают, что СНС начнёт применять противотанковые мины? Вообще-то – неплохая идея.

Помотав головой и прогнав ненужные идеи, я снова всмотрелся в образец гусеничной техники, но на этот раз менее эмоциональным взглядом. Я пытался узнать его Земной прототип или несколько прототипов. С трудом, но в данном танке можно было узнать элементы английской и американской школы танкостроения. Подвеску я узнать так и не смог (стал подозревать танк Шерман, но всё равно непохоже), но вот в корпусе и башне с трудом, но можно было усмотреть черты английского Черчилля. Танка, каркас которого собирался из уголков в виде прямоугольной коробки, на которую заклёпками крепились листы обычной стали, и только потом уже полученный корпус обвешивали сталью броневой. Танка, про который человек, в честь которого и назвали данную машину, сказал: "У танка, носящего моё имя, недостатков больше, чем у меня самого". Танка, в котором даже для своего времени использовались откровенно архаичные технические решения (гусеницы поверх корпуса, будто на дворе «Первая Мировая»). Танка с большой массой и габаритами, но слабым двигателем. Танка, в котором подвижностью и проходимостью пожертвовали ради защищённости. Танка, который, несмотря на всё вышеперечисленное, являлся далеко не плохой боевой машиной.

Похоже, копытные, создавая свой танк, учли недостатки прототипа, вот только их решения выглядят странно – сдвоенное шасси, двойное орудие, большой экипаж; на этом фоне только защищённость смотрелась вполне нормально. Я не знал толщину лобовой, бортовой и прочей брони, но со стороны она смотрелась вполне солидной, а учитывая, что в мире магии её ещё можно зачаровать (силовая броня была зачарованна) то боюсь представить насколько мощным должен, быть кумулятивный заряд, чтобы её пробить.

— Интересно? – сидящий на броне единорог отвлёк меня от «пробивных» мыслей.

— Не то слово, — мой ответ со старательно скрываемым акцентом.

— Нам требуются как можно больше водителей данных крошек, — далее палкоголовый указал на очередь, — если хочешь водить такую же «GIGAHORSE» то можешь записаться. Сталь и огонь сокрушат СНС!

— Во славу Селестии! За гармонию! – я ответил в похожей манере.

— За Эпплджек! – в один голос прокричали пятеро копытных.

Далее развернулся и направился к очереди, естественно только для виду. Я не собирался записываться и, скрывшись из виду экипажа боевой машины, направился по первоначальному маршруту. Мне хотелось поскорее покинуть этот город. Город, находящийся под контролем технофетишистов у которых теперь есть нелепые танки с не менее нелепым названием «Гигалошадь». Хотя в этом мире для такого танка название вполне подходящее, но мне от этого нелегче. Даже столь специфичная техника при правильном использовании может представлять грозную силу и, судя по количеству новобранцев, у рейнджеров есть сотни таких танков. По крайней мере, в такую технику будет просто целиться. Данный танк рейнджеры раскрасили, как и свою броню – в красный цвет, но на фоне вышеупомянутой нелепости это было как то незаметно, хотя.... Может если раскрасить такой танк в нормальный камуфляжный цвет, то он будет смотреться хоть чуточку нормальней? Думая над этим вопросом я даже представил данный танк нормальном серо-зелёном окрасе (https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/e/e9/FO4-tank-render.png/revision/latest?cb=20151201215223) – всё равно нелепо.

Рысью, удаляясь от крепости рейнджеров, я с Лирой держали свой путь к вокзалу Мейнхеттена. Где то на полпути единорожка умерила мой темп, сказав, что так мы привлекаем внимание – далее мы шли уже спокойным шагом.

По пути до вокзала я всё же смог отвлечься от мыслей насчёт увиденного танка и решил что поступил правильно выбрав напарником именно Лиру. Если бы взял Отема то ни за что бы не отвертелся от его идеи наладить контакт с «Белым Копытцем», и даже если бы нас там не ждала засада то повторный штурм тюрьмы Арба не оставлял шансов. У меня ещё работал инстинкт самосохранения а вот Отем Лиф в своём желании набрать новых бойцов, не пожалел бы даже своей жизни и уж точно моей. На счёт других «антигероев» (Трикси и Сулик) даже думать страшно, но благо не пришлось – мы подошли к вокзалу.

Как и все здания в городе, время не пощадило вокзал Мейнхеттена, но в сравнении с небоскрёбами принявшими на себя основную взрывную волну от бомб зебр, можно сказать, что он неплохо сохранился. Облупившая краска, торчащая арматура, разбитая часовая башня – прямо Питерский «Финляндский Вокзал» образца 90-х годов.

С данной мыслью я с Лирой вошёл в помещение, и тут вмиг отбросив мысли о своей прошлой жизни, понял, какой же я дурак. Как я мог, идя на задание под видом гражданского, не взять с собой деньги?! Риторический вопрос. А ведь в теории это была не проблема – местной валютой являются пробки от бутылок, и на Мстителе их полно, хотя сам факт использования пробок как денег мне кажется просто смешным. Неужели если бы на Земле случилась ядерная война, то выжившие стали бы торговать за пробки от пивных бутылок или лимонада Буратино? Может из-за нелепости здешней денежной системы я и не придал ей значения? Глупое оправдание – всё объясняется банальной глупостью.

Глядя на информационное табло с расписанием и ценами на билеты, я понял, что чтобы купить два билета до Филлидельфии мне придётся выпить двести бутылок. Сто крышек – цена одного билета, а нас двое. Можно конечно и «зайчиком» но если нас поймают, то есть риск раскрытия. Выход один – нужно где-то раздобыть деньжат.

Мой «воспалённый», переживший лоботомию мозг тут же начал, страшно сказать, работать. Я начал отчаянно придумывать десятки способов условно честного отъёма, то есть заработка денег на вокзале. Как говорил мой папа: Если нет в кармане денег, привяжи к капоту веник. Естественно я не собирался устраиваться на работу уборщиком и придумал другую рифму:

«Игра всем известная, любому интересная! Любимая игра Папы Римского и Григория Явлинского!»

Именно данными словами я собирался привлекать копытных к игре в наперстки, но вовремя одумался. Пальцев у меня нет, а заменяющая их аура хотя и прозрачна, но создаёт возмущение, которое обязательно меня выдаст. А без ауры нельзя – мне нужны деньги, а не честная игра. В тот момент я даже пожалел, что не взял с собой Трикси. Эта копытная фокусница всегда носила с собой несколько колод карт и точно знала несколько полезных трюков. По крайней мере, у меня в картах она всегда выигрывала. Мне даже представилось, как Трикси стоя на вокзале, зазывает доверчивых лошков:

«Копыта, ловкость и нет обмана! Только деньги из кармана! Угадавшего где туз ожидает ценный груз!»

Вот только у меня в напарниках не профессиональная артистка циркового жанра, а профессиональная музыкальная копытная вот только — на чём она будет играть, чтобы собрать милостыню? Не будем же мы просто барабанить копытами или петь без музыки. Или не петь, а просто попрошайничать? Лира как раз хотела в Париж, так что ей будет полезно выучить фразу «Je ne mange pas six jours».

Тут я снова помянул свой интеллект недобрым словом. Может у меня и память как у аквариумной рыбки, но со мной в напарниках единорожка опыт которой исчисляется столетиями. Сто пупов, что у неё есть запас денежных пробок. Надежда оправдалась – у Лиры действительно нашёлся солидный запас, но она сама по принципиальным причинам отказалась покупать билет, сказав: «пони агентства не размениваются на такие мелочи» — решила ехать зайчиком. В итоге я без приключений купил один билет и, сунув тот в карман, вышел на платформу. Никаких рамок металлодетектора, охранных камер и прочих элементов противотеррористической системы безопасности, прямо как в России девяностых.

Спустя примерно двадцать минут ожиданий с опозданием к платформе подошёл довольно нелепый с виду железнодорожный состав. Нет, то что в этом мире магии и высоких технологий до сих пор использовали паровозы – ещё нормально, но то как выглядел этот паровоз … Ну где это видано чтобы на паровозе котёл красили в розовый цвет, а паровозная решётка была с вырезами виде сердечек. Это даже не «Паровозик из Ромашкино» а ….. даже слов подобрать не могу. У копытных совсем кукушечка поехала. Вагоны также сохраняли стилистику, но на фоне ранее увиденного я не стал заострять внимание и, показав проводнику, билет вошёл в вагон.

Вагон изнутри – как у типичной электрички. Тамбур с раздвижными дверьми, за которыми деревянные смотрящие друг на друга сидения с сидящими на них редкими пони, багажные полки сверху и собственно все, но одна деталь меня всё же удивила – сидящая Лира. Когда она успела? Решив проигнорировать данный вопрос, я прошёл по вагону и занял свободное место напротив гулефицированной единорожки. Поезду предстоит долгий путь, в Филлидельфии мы будем только к вечеру, а значит, у меня есть время, которое могу потратить ... а собственно – на что? На сон? Я не хочу спать. На разговоры с Лирой? Слишком опасно – я могу случайно заговорить с акцентом, да и есть риск сболтнуть не то, а вокруг много цветных ушей. За игрой? В отличие от Трикси Лира не носила с собой колоду карт. Остаются только мысли.

Первое о чём я подумал так это о своей прошлой жизни – ещё том детстве, в котором я был совсем не испорчен и мечтал стать то космонавтом то моряком. Профессия машиниста также не обошла мои детские фантазии. Как я про себя говорил: «Для мальчишки, ёлы-палы, лучше нету рельс и шпалы». Потом когда подрос, также было желание поступить в железнодорожное (а ещё проверить утверждение про брошенный в унитаз лом), но здравый смысл победил тягу к романтике путешествий (https://youtu.be/yfeMH60FxzU).

В мире копытных, похоже, нет понятия такого рода романтики. Пипка в своей книге даже писала про своё непонимание смысла железной дороги. Она не понимала смысла в наличии работающего на угле локомотива, тянущего вагоны собственно, с углем, когда земные пони могут тянуть эти вагоны лишь за счёт своих лошадиных сил. Нет паровозов значит, нет смысла в угле, нет смысла в закупке угля у зебр и доставки его этим же паровозом, а если всё же понадобиться куда-то дотащить вагоны, то земные пони сами прекрасно справиться – вот в этом была логика Дарительницы. Тупое, пусть и разумное, животное не понимало преимуществ парового двигателя перед банальной конкой. Паровоз – это олицетворение прогресса.

На колёса намотав километры,

Он бежит сквозь непогоду и ветры.

И качнувшись на рессорах упруга,

Встретит он тебя как лучшего друга.

Опять пребывание в этом мире дало о себе знать. О чём бы ни подумал, так сразу вспоминаются или сочиняются рифмы. Тем не менее, моя интеллектуальная неполноценность и чужеродность для этого мира не отменяет неправильность вывода Мелкопипки, хотя… Я не должен осуждать. В этом мире магии, украденные у «призраков» технологии здесь приобрели совсем другой смысл, а также стали сильно искажены. Увиденный ранее танк — наглядный тому пример.

Честно говоря – зря удивлялся. Догадывался и мог мысленно себя подготовить, тем более что ранее уже успел насмотреться на местное вооружение. Оно было одновременно узнаваемым и странным. Странным скорее из-за того где, кто и как его применял. Охрана тюрьмы Арба была вооружена пистолетами пулемётами М3 «Маслёнка» — армейского пп времён Второй Мировой. Охрана башни «Тенпони» стреляла в меня из пп TEC-9 – оружия получившего популярность у преступных элементов за счёт его возможности переделки для автоматической стрельбы. Также здесь популярны дробовики похожие на ППШ, так что я для своего пахучего друга, даже переделал один образец под настоящий ППШ. Дерпи вообще стреляла в меня из VG-45 — оружия проектировавшегося для Фольксштурма, а ведь косоглазая считалась «героем пустоши», и в теории должна была быть вооружена чем-то высоко технологичным. Технологичным не только за счёт установки элементов питающих пули смертельным излучением. На этом фоне то, что Каламити был вооружён Томпсоном и снайперкой с гравировкой уже не кажется таким странным. На этом фоне странным кажется то, что некоторые грифоны, и элитная охрана «Башни Десяти Пони» была вооружена FN P90 – вполне современный пистолет-пулемёт. Также аликорны Последователи тоже были вооружены современным оружием заводского производства. Что-то подсказывает что в Филлидельфии я увижу ещё много того что меня удивит.

Честно говоря – всё это были мысли ни о чём, от чего мне становилось просто скучно, а за скукой обычно следует грусть, к тому же, от долгого сидения в неестественной для копытных позе (https://youtu.be/i4N_s98o2GI) у меня уже начал зад болеть. Кстати, Лира сидела точно также, но для неё (подражающей людям) это нормально, а вот другие пассажиры на сидениях либо лежали, либо если рядом находились попутчики, сидели в кошачьей манере. Удивительно, что на нас они обращали ноль внимания. Похоже, такая сидячая поза не такая уж нетипичная, или Лира использует какое-то заклятие, заставляющее окружающих отводить глаза. Хотя, скорее всего местным просто неприятен облик гуля, даже если тот прячет его под серым балахоном. Опять отвлёкся. В общем – я решил встать и просто постоять в тамбуре вагона. Сидеть откровенно надоело, говорить нельзя, а пустынный пейзаж в окне совсем не радовал – поля да горы с редкими лесами, уже подташнивало от этой красоты.

Встав под удивлённый взгляд Лиры, я направился к раздвижным дверям, а далее зашёл в тамбур. Этот мир фальшивой гармонии насквозь прогнил различными пороками – алкоголизм, наркомания, извращенство, но среди них, что странно, не было банального курения. Данное упущение обеспечило мне кое-какое уединение. Никаких смолящих Беломор попутчиков – только я и пейзаж за дверью вагона. По сути ничего не изменилось, только теперь я был один и на ногах, а через минуту и одиночество сошло на нет.

— Надоело моё общество? – спросила зашедшая в тамбур Лира.

— Нет, просто надоело сидеть, да и стук колёс ни хрена не усыплял.

— Поняла – решил спать как боевая лошадь.

— У меня иммунитет к твоим шуткам.

— Ну, тогда можно поговорить о деле. Здесь только мы, нет прослушки а дорога ещё долгая...

— О деле? О том, как мы убедим жителей перейти на нашу сторону?

— Честно говоря – не верю, что у нас получиться хоть кого-то убедить. Ты — не Красный Глаз, а Литлпип, насколько была красноречива, будучи в Филлидельфии смогла подружиться лишь с Ксенит, и то не за разговорами.

— Не думаю, что сейчас там практикуют гладиаторские бои, — даже если бы и практиковали, то я бы ни за что бы, ни стал добровольно (а Пипка и Ксенит вызвались в «Яму» добровольно) выставлять себя на потеху толпе, чтобы кто-то наваривался на ставках спрогнозировав, когда я упаду.

— Будь уверен – это в прошлом. Нам придётся биться не в «Яме» и не против несчастных рабов. Нам будет противостоять пусть и ослабленная, но многочисленная и оснащённая армия наёмников.

— Всё же предпочту вначале говорить, а потом стрелять, — сквозь мой голос сквозило понимание, что Лира права, но я цеплялся за надежду хоть что-то сделать без стрельбы. — Великий Ленин тоже не отличался красноречием, но смог поднять народ.

— Надеешься тоже встать на броневик? – с улыбкой спросила Лира.

— Да – надеюсь. Чем чёрт не шутит; может получиться.

В тот момент даже представилась чёрно-белая картинка, в которой как раз был броневик, и восстание (https://youtu.be/jan7xg8Huzo) только она не имела отношения к миру копытных. Что за дурацкие флешбеки? Если всё вокруг просто сон, и я сейчас в психушке то, что это получается – сумасшествие в сумасшествии? Нет – всё вокруг реальность и попав в эту реальность я, будучи адекватным, медленно схожу с ума. Тихо шифером шурша едет крыша не спеша – совсем не смешно.

Далее я, поняв, что флешбеков больше не будет, сделал то, что мне несвойственно — крепко задумался. Лира, глядя на меня даже изобразила на своей облезлой морде удивление. Похоже, такой струны моей души она ещё не чувствовала, так что я решил удовлетворить её любопытство. Конкретнее – начал мыслить вслух:

— Пусть у Пипки, когда она была в Филлидельфии, и не получилось поднять восстание, но впоследствии она и её команда смогла привлечь обычных жителей на свою сторону. Конечно, большую роль в этом сыграло то, что Пипка с Каламити, убив дракона, но сохранив его сокровища, обеспечили себе союз с наёмниками. Также Вельвет и Ксенит смогли завоевать доверие аликорнов, пообещав им решение их проблемы с размножением, но обычные жители … Даже Хомэйдж с её красноречием не смогла бы так промыть мозги, тем более после расстрела жителей Арбы. Герои пустоши много дров наломали, но я провёл в этом мире достаточно, чтобы понять – о Пипке и её команде судили не только по делам, а мозги копытных были промыты ещё с момента их создания.

Тут у слушающей меня Лиры и без того большие глаза стали всё более увеличиваться в диаметре. Я же, поняв, что попал по нужной струне, продолжал:

— Мы ведь оба знаем, что этот мир создан искусственно, — Лира кивнула, — то, что он основан на образе отдельного художественного произведения и в какой-то мере — отдельной страны и её культуры. «Чернильница» была носителем менталитета данной страны, так что логично, что её порождения используют похожий образ мысли.

— Не томи, — поторопила меня единорожка.

— Я тут подумал, — я не собирался торопиться, — если пони создали такими восприимчивыми к музыке, то логично, что Чернильница на этом не ограничилась и ввела в ваш генетический код доверие и к определённым визуальным образам.

— Аликорнам? — Лира быстро догадалась.

— Не только. К тем геройским образам, что приняты на Земле.

— В смысле?

— Это сложно объяснить но если Чернильница родом из Штатов, — а я, зная местные названия догадывался что это так, — то всё встаёт на свои места.

— Продолжай.

— В общем — как ты чисто внешне представляешь героев?

— Ну ... Даже не знаю.... Как "героев пустоши".

— И на кого они похожи?

— Эээ.... Сами на себя.

— Ты не поняла. Давай объясню на примере из моего мира. Какой образ для русского человека приходит при упоминании слова герой?

— Я не русская и не человек, — вопрос был задан не по адресу так что Лира ответила как "Капитан Очевидность", а после глубокого вдоха добавила: — к сожалению.

— Богатырь — это стереотипный и первый приходящий на ум образ героя для русского человека.

— Какое это имеет отношение к созданию нашего мира?

— Никакое — это был пример, а теперь вопрос по существу: как выглядит герой в представлении жителя штатов?

— Этого я тоже не знаю.

— Просвещаю. Так как герои пустоши. Как ковбои.

— Как "родео пони"?

— Именно так. Ковбой — это само олицетворение способности приспосабливаться, изобретательности и сомнительной морали — настоящий герой в представлении определённых людей и Чернильница точно была одной из них. ЛитлПип и Каламити полностью соответствовали данному образу. Пипка ловко владела своим револьвером, Каламити в своей шляпе также метко стрелял из своей самодельной винтовки на самодельном боевом седле, и оба действительно были изобретательны. Я даже не про навыки Каламити управляться с отвёрткой и молотком, а про изобретательность в бою. При нашей встрече тот киберпегас, используя своё машинное зрение, быстро обнаружил в лагере лесорубов ящик гранат и, выстелив в него, чуть не убил полковника Отема. В бою со мной он тоже показал себя смышлёным противником, и быстро догадался стрелять в меня с солнечной стороны. По сути, я тогда победил лишь потому, что захотел ответить тем же и, не зная, что против меня сражается киберкопытный, использовал импульсивную гранату как светошумовую. С Пипкой другая история, но на страницах своей книги она выглядела действительно изобретательной — я даже заимствовал её идеи, когда был в пещере Спайка, и дракон сейчас мёртв. Также во время "Очистительной Бури" Дарительница догадалась, как создать огненное торнадо; я бы до такого недопёр.

— Звучит натянуто, — перебила меня Лира. — Другие "герои пустоши" не подходят под образ "родео пони".

— Так ведь и в Штатах героями считаются не только ковбои. Стилхувз — типичный европейский образ "рыцаря в сверкающих доспехах". Ксенит — азиатский образ героя убивающего без оружия. Лайфблум выделяется из этой группы, но в моё время "игры с толерантностью" стали переходить все нормы, так что факт, что в такой группе героев, помимо лезбиянки Мелкопипки, был и свой доктор-пидорас меня не удивило. Странно, что эта роль не досталась Ксенит.

— Кое-кого забыл, — я понял про кого сказала Лира.

— Не забыл, просто на фоне героев Вельвет Ремеди выглядит уж слишком нормальной. Читая книгу Мелкопипки, я даже ей симпатизировал ... до определённого момента. До момента, когда она влюбилась в этого алкаша Каламити за то, что он ради неё убил десятки рейдеров. Бабы любят, когда ради них убивают, а вот мне мораль ебли в награду за убийства совсем не нравиться, но это отвлёкся… На фоне остальных Вельвет сильно выделяется. Пони с нормальным мировоззрением, тягой к свободе, желанием помогать и страшно сказать — ориентацией; причём с высокими моральными качествами.... Если бы её не было, то её стоило выдумать. Она просто — моральный компас. Если бы Пипка и остальная команда следовали её советам.... Если бы да кабы...

— Так, — Лира снова меня перебила, — я поняла. Ты считаешь что "Истинная богиня" создавая наш мир, на основе своих людских стереотипов, заложила в пони помимо восприимчивости к музыке, доверие к определённым архетипам, и "герои пустоши" случайно попав в эти образы, пробудили у обычных пони к себе особое доверие?

— Ну да, — неуверенно ответил я. Сказанная теория действительно звучала тупо.

— Очень может быть, — задумчиво сказала единорожка, а после продолжила:

— Но если "герои" соответствуют заранее заложенным в генетический код геройским образам то, каким образам соответствуем мы?

— А вот это — правильный вопрос, и ответ на него будет сложен, неточен и неприятен.

— Другого и не жду.

— Честно говоря, мы не только ведём себя, но и выглядим как стереотипные злодеи.

— Это я и так знаю, но на кого мы похожи?

— Ну.... ты, в этом сшитом Трикси балахоне, выглядишь как испанский инквизитор.

— Это ещё кто?

— Религиозный фанатик любящий извращённые пытки, и казни через сожжение на костре.

— А без балахона?

— Старая толстовка, дырявые джинсы — как ПТУшница на картошку.

— Спасибо за комплимент. Покупая эти шмотки, я действительно хотела создать себе образ пони из народа. А что насчёт остальных "антигероев"?

— Как я уже говорил — пони в балахоне похожи на инквизиторов и Трикси не исключение а, учитывая, что снимает его она только когда хочет со мной шуры-муры, то её образ очевиден. Чёрная Книга только дополняет готический образ. Отем же похож сам на себя — на стереотипного помешанного на войне вояку готового на всё ради выполнения приказа, в том числе на убийства сотен невинных. В моём мире такой образ тоже считался отрицательным. Сулик же вообще был похож на зомби, а теперь, когда он носит маску, будто она приклеена, и арафатку, его "имидж" радикально сменился, но не в лучшую сторону. В моем мире арафатки и маски носят либо арабские террористы, либо бойцы ЧВК, причём я не знаю кто из них хуже.

— Но ведь это он взял с тебя привычку носить маску и платок на шее. Я ведь тоже, подражая тебе, носила такой платок. Ты был в ЧВК?

— Нет — с арафаткой я просто дурачился, а маски носят не только террористы, но и те, кто с ними борется. Ты же с этим платком на морде выглядела как вахабитка. Пояса смертника только не хватало.

— Дурачился? — с сарказмом сказала Лира. — Ты хотел быть похожим на арабского террориста?

— А стал похож на российского, — я говорил с сарказмом.

—А разве такие бывают? – резонный вопрос.

— В западной пропаганде они частые гости, и с поправкой, что я сейчас в шкуре копытного, я на него действительно похож. Акцент, поведение, да даже сделанный мной автомат — тот Самодельный Карабин (СК) похожий на автомат Калашникова — обязательный атрибут плохиша в западном кино.

— Говоришь так, будто только сейчас до этого догадался.

— В смысле?

— Ты сделал нашей эмблемой зонтик и при этом с самого начала говорил, что это символ зла.

— На идею натолкнула Мелкопипка назвавшая Громовержец "Обителью Зла" .... но .... пожалуй ты права — я догадывался. На Земле этот знак считается третьим по узнаваемости символом зла. На первом — свастика, на втором — Весёлый Роджер; вот только я ненавижу нацишваль, а пиратская романтика не для меня, так что выбор был прост.

— И что теперь нам с этим знанием делать? Предлагаешь нарядиться ковбоями или рыцарями? Или примерить образ богатыря?

— Нет, конечно, я пока не знаю, но последнее не так и плохо. В конце концов, богатырь необязательно должен быть похож на узнаваемый образ. Алёша Попович вообще был хромым, и коня не имел но Тугарина победил.... Правда в одной сказке он был в роли плохиша и получил заслуженное и справедливое наказание....

— Сделал открытие и не знаешь, что с ним делать — это так на тебя похоже, но дам дельный совет: Никогда не считай себя не таким, каким тебя не считают другие, и тогда другие не сочтут тебя не таким, каким ты хотел бы им казаться.

— Эммм... Да, похоже,- я согласился а после задал риторический вопрос: — Я ничего не знаю, и не понимаю в первую очередь — зачем мы едем в Филлидельфию если почти точно нам придётся от туда убегать?

— Ну ... в нашем мире нужно бежать со всех ног, чтобы оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть нужно бежать вдвое быстрее.

— Это .... Это сейчас что было? Ты пошутила?

— Как ни странно нет, это мораль нашего мира. Пусть она и звучит, как что-то невозможное, но надо лишь поверить.

— В этом нет морали и нельзя поверить в невозможное.

— Просто ты из другого мира и у тебя мало опыта. Я это поняла ещё задолго до своей гулификации, сразу же после образования министерств. Они творили такие вещи, в которые я тоже не сразу поверила, но вскоре это преодолела — уделяла этому полчаса каждый день. В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака.

— Это глупо и всё равно нет морали.

— Во всём есть своя мораль даже в том, как мы уничтожим этот мир, — судя по всему Лира не шутила.

— Если нас не уничтожат раньше, — я тоже был серьёзен.

— Это да. Одна из самых серьезных потерь в битве — это потеря головы, и Стилхувс это наглядно показал.

— Всё-таки стала относиться к смерти серьезно?

— К смерти — точно нет; а вообще, серьезное отношение к чему бы то ни было в этом мире, является роковой ошибкой.

— Смерть — понятно, а жизнь? Жизнь — это серьезно?

— О да, жизнь это серьезно? Но не очень...

— Похоже, мы стали обсуждать какую-то чепуху, — я выдал справедливое замечание.

— Это ещё нет. Я прожила столетия и видала такую чепуху, по сравнению с которой эта — толковый словарь.

— Не сомневаюсь. Похоже, моё поведение, тоже "чепуха", а ведь по началу, страшно сказать — пытался быть серьезным, всё логически объяснить.

— Лучший способ объяснить — это самому сделать.

— Вот я и делаю.

— Делаешь что-то не то.

— Лира, при всём уважении, но ты плохо знаешь людей. Если бы каждый человек занимался своим делом, то Земля бы вертелась быстрее.

— Это звучало....

— Ёбушки-воробушки, я заразился от тебя сумасшествием! Теперь я такой же ненормальный! Скоро захочу в Париж и стану постоянно хохотать! Мне срочно нужно найти кого-то нормального, чтобы заразиться обратно!

— То есть — разразиться?

— Да, "разразиться"! Где я могу найти кого-то нормального?

— Нигде, — ответила Лира, — нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально. Например, ты отличаешься своей "пустой головой".

— Понял: если в голове пусто, то даже самое большое чувство юмора меня не спасёт.

— Именно. Только здравый смысл.

— И поэтому ты, сейчас, почувствовав мои "струны души" стала городить всякую хрень?

— Не совсем. Просто дорога долгая и я хочу убить время.

— Время не очень любит, когда его убивают.

— Зато я дала тебе несколько хороших советов, хотя сама следую им нечасто.

— Это прискорбно.

— Не грусти, — сказала Лира. — Рано или поздно всё станет понятно, всё встанет на свои места и выстроиться в единую красивую схему, как нотный лист. Станет понятно, зачем всё было нужно, потому что всё будет правильно.

— Это будет неожиданно.

— Как и всё в нашем мире.

— Что всё?

— Ты разве не понял. Чудеса. Они повсюду.

— И что они делают "повсюду"? — поинтересовался я, чувствуя как начинаю краснеть.

— Как и положено, — Лира наигранно зевнула. — Случаются...

— Если бы это было так, это бы ещё ничего. Если бы, конечно, оно так и было. Но так как это не так, так оно и не этак. Такова логика вещей?

— Да это так. Это на Земле ложь, сказанная миллионы раз становиться правдой, в нашем, истине достаточно и трёх раз.

— Господи, у меня сейчас башка лопнет! Я должен выбраться из этого мира. Куда мне отсюда идти?

— А куда ты хочешь попасть? — спросила единорожка.

— Мне всё равно....

— Тогда всё равно, куда и идти, — заметила палкоголовая.

— Тогда.... Тогда.... — я начал приводить мысли в порядок. — Тогда действуем, как задумано... Согласно плану.

— "Вброс информации, а потом импровизация" — хороший план. План, что и говорить, превосходен: простой и ясный, лучше не придумать. Недостаток у него только один: совершенно непонятно, как привести его в исполнение.

— Говори за себя. Я это недостатком не считаю, для меня недостаток в отсутствии смысла, как в самом плане, так и в нашем сопротивлении, так и вообще в создании Чернильницей этого мира.

— Если в мире всё бессмысленно, — сказала Лира, — что мешает выдумать какой-нибудь смысл?

— Наличие его здравой части. Хватит! Я начал свои похождения в этом мире с койки в психушки, и если мы продолжим общаться в таком же духе, то история повториться. Я не хочу снова мерить смирительную рубашку!

Далее помотав головой открыл раздвижную дверь и, покинув тамбур занял место на свободном сидении. Дойдя до намеченного места с удивлением заметил что оно занято так что занял другое – то что напротив музыкальной единорожки. Когда она успела?!

Дальнейший путь мы просидели молча. Лира думала о своём, я же пытался забыть этот шизофреничный диалог — не получалось. Лира мне чуть последние мозги не сожгла, хотя… Я не должен осуждать. Ранее я сам такую хрень говорил а ведь сказанное вполне может быть истиной. Может и советы Лиры были не такими уж безумными? Нет, всё же – это был бред. Тем не менее, нет худа без добра — нам действительно удалось "убить время". Солнце уже клонилось к закату, а наш поезд начал подъезжать к мрачному промышленному городу.

На фоне красного заката город, за невысокой бетонной стеной, выглядел действительно мрачно, но уверен, что и при свете дня впечатление бы несильно изменилось. Судя по всему, большая часть местной архитектуры была из красного кирпича, так что и без красной закатной подсветки город будет навевать мрачные мысли. Этот эффект усиливал смог из заводских труб, стоявший над городом мрачной тёмной тучей. Как будто этого мало паровоз стал замедлять ход, от чего стук колёс стал более «размеренным» словно попадая под удары сердца. Вроде бы ничего плохого не происходило, но уже въезжая в черту города я испытывал волнение как в пещере Спайка и, судя по страху в больших глазах других пассажиров, я был не одинок. Вскоре мы все убедились, что местные власти знали о столь странном эмоциональном эффекте у вновь прибывших и не преминули этим воспользоваться. Стоило поезду только пересечь брешь в бетонной стене, как из расположенных в вагоне динамиков заиграла очень странная но «величественная» музыка (https://youtu.be/3G5ALtxIAI0). Уверен, что Лира оценила, но не одобрила такое использование «струн души».

## Филлидельфийский кандидат

Это была странная музыка, но должен признать — создавала нужную атмосферу. Казалось, что даже стук колёс попадал в темп. Каждый находящийся в вагоне проникся атмосферой величия, старины, надежды на будущие, и я не был исключением. Вид заводских корпусов, высоких дымящих труб, транспортных эстакад и прочих элементов промышленного производства с инфраструктурой, казались действительно величественными. Лишь когда музыка стихла я, помотав головой, сбросил наваждение и стал обращать внимание на детали. На то насколько старыми выглядят эти здания. На облупившуюся краску. На многочисленные дыры в стенах. На мусор на улицах. На зенитки на дырявых крышах. И наконец, на разрушенные Мелкопипкой «Американские горки» (русскими их называют только в Португалии) которые до сих пор не восстановили, но и не разрушили окончательно. Наверное, теперь это достопримечательность.

Тем не менее, несмотря на атмосферу разрухи, вид дымящихся труб, общий смог над городом, а также редкие суетящиеся на улицах жители чётко показывали, что в городе идёт жизнь. Также я, сбросив музыкальное наваждение, подмечал и другие детали. Музыка, которую местные использовали для воздействия на вновь прибывших, явно заимствована с Земли и удивительно удачно подпадает под стилистику настолки «Молот войны 40К», а может и напрямую оттуда взята. То, что у Лиры была кассета с гимном унитазников, под который я варил борщ, точно показывает, что и в этом мире знают о «Боге Императоре». Неужели управляющие городом грифоны-наёмники играют в данную настолку? Может, тогда создавая эти нелепые БТРы и тот странный танк, что они продали «Рейнджерам», Когти руководствовались фигурками из игры? А почему нет? Местная техника просто нелепа и пусть имеет Земные прототипы, но её вид чётко показывал — её создают не люди. Местные, имея доступ к технической документации, не ограничились слепым копированием и решили добавить кое-что от себя, вот только результат выглядел даже нелепей техники «Империума» — танков сделанных из армированного картониума и двухслойного бумагиума, скрепленных ультрированным соплеумом. Если так, то это скорее хорошая новость. Техника «мрачного будущего» будучи воплощённой в реале, будет не более чем просто сараями на гусеницах. Стрелять в неё одно удовольствие, тем более что на Мстителе уже есть созданная мной кустарная версия РПГ-7. Ничто не мешает наделать ещё десятки таких гранатомётов.

Звук паровозного гудка прервал противотанковые мысли, а также служил сигналом, что мы приближаемся к вокзалу. Дальнейшее замедление хода подтвердило этот факт так, что я, с Лирой следуя примеру других пассажиров, покинул сидячее место и направился к выходу.

Маленький нюанс – похоже, пассажиры только сейчас заметили, что вместе с ними в вагоне был гуль-единорог. Со странными выражениями они косились на Лиру, думая над тем: как они не замечали эту пони в балахоне? Оранжевый земной пони даже нашёл смелость и вслух сказал: «Я не заметил как ты села». Честно говоря, я его прекрасно понимал; я тоже не привык к способностям Лиры оставаться незаметной на виду, и её мании исчезать и появляться, причём без заклинания телепортации. Однако в дальнейшем пассажиры, почувствовав, что поезд начал тормозить оторвали свои взгляды от гуля, а тот оранжевый после остановки произнёс: «Вот и конец линии». Далее остановка и шипение сопровождавшее открытие дверей.

— Добро пожаловать! – произнёс неестественно громкий голос, судя по хрипоте принадлежащий Мелкопипке. — Добро пожаловать в Филлидельфию!

Громкий голос Дарительницы по понятным причинам вызвал тревогу, но не настолько сильную, чтобы заставить забиться назад в вагон. Ожидая, что Пипка сейчас, как и Эплторн в Мейнхеттене, стоит на БТРе с мегафоном, я надеялся, что она также как и старейшина, меня не узнает, тем более в толпе. Тем не менее, взгляд опустил и даже слегка «вжался» чтобы быть ниже других земных пони. Предосторожность оказалась излишней. Пипки там не было, вместо неё был огромный подвешенный к стене экран с серой рогатой физиономией, но множество летающих роботов шпионов показывало, что расслабляться не стоит. Однако я всё же перестал жаться и вместо грязного пола перевёл взгляд, на экран, параллельно продолжая идти. Пипка не прекращала говорить:

— Сами вы его выбрали или его выбрали за вас, но это лучший город из оставшихся. Я такого высокого мнения о Филлидельфии что считаю, этот город образцом будущей гармонии, которую мы распространим по всей Эквестрии. Я горжусь тем, что ещё будучи «Ремонтницей Тостеров» внесла свой вклад в развитие этого города, и тем, что не ошиблась, отдав его вашим нынешним покровителям. Итак, останетесь ли вы здесь, или же вас ждут неизведанные дали, добро пожаловать в Филлидельфию. Здесь безопасно.

Двигаясь по платформе вокзала, я убедился, что Дарительница не врала. Судя по многочисленным проволочным заборам, со «Спиралью Бруно» сверху, роботам шпионам и вооружённым копытным в синей форме, «Когти» действительно заботятся о безопасности, а вот, о чистоте такого не скажешь. Ещё не покинув платформу, я успел обратить внимание на общую зараженность – кругом мусор, много мусора, который казалось, лежит здесь месяцами и его и не собираются убирать. Вскоре понял, что это не так, но данное наблюдение характеризовало наёмников даже с худшей стороны.

Покинув платформу, обратил внимание на происходящее за проволочным забором — на двух пони в серо-зелёных комбинезонах. Судя по белой овальной эмблеме с надписью «Squeaky Cleaning Company» (причём слово Squeaky было заметно более крупным) это уборщики. Уборщики компании «Чистка до блеска» — так я про себя перевёл данную эмблему (вообще-то буквальный перевод «чистка до скрипа», в смысле «скрипа чистоты») хотя это было понятно и без перевода, просто по их деятельности. Земной пони уборщик стоя на задних ногах, усердно сметал мусор в одну большую кучу, тот который единорог используя магию, наждачкой стирал со стены граффити-надпись «Комбайнам вся власть», причём в слове комбайнам буква А была заменена на греческую лямбда. Судя по всему местные слишком буквально поняли спетую мной песню про комбайны, а также откуда-то узнали использованный мной позывной, но это лирика, куда важнее было то, как с этими уборщиками обращался стоящий рядом земной пони-наёмник.

— Халтуришь! – прокричал наёмник единорогу-уборщику. — А ты, мети лучше, навозный накопытник, — последнее предназначалось земному со шваброй.

Решив не задерживаться и не привлекать внимания, я продолжил идти, но увиденное показывало как «покровители» относятся к грязной работе, хотя дальнейшее продвижение по вокзалу показывало, что они так относятся не только к уборщикам. Опять же близ этой многострадальной платформы я увидел, как двое земных пони в синей форме когтей «прессуют» какого-то тёмно-коричневого пегаса толкающего тележку с чемоданами.

— Первое предупреждение. Отойти, — в голосе наёмника была неприкрытая злоба, похоже, он был разочарован, что ему предписано давать какие-то предупреждения.

— Но, это…. Это всё что у меня осталось… — неуверенно ответил пегас.

Далее последовал удар пегасу под брюхо с последующим прижатием мордой в пол и заломом крыльев. Второй наемник, заметив мою заинтересованность происходящим, сурово сказал:

— Проходи.

— Всё в порядке. Я иду… — я не стал испытывать судьбу.

Как ни странно, наёмник был не единственным кто обратил на меня внимание. Из-за проволочной решётки ко мне обратилась тёмно-красная единорожка:

— Кроме вас в поезде ещё были жёлтые земные пони? – похоже, она кого-то ждала и из-за жёлтой краски на шкуре приняла меня за кого-то другого, но поняв ошибку, не отказалась от надежды. — Патруль остановил наш поезд ещё у стен города и моего мужа увели на допрос, — я не хотел слушать продолжение этой истории и продолжил движение, хотя краем уха разобрал дальнейшие слова: — Они сказали, что он приедет следующим поездом. Не знаю, когда это было. Хорошо, что они разрешили его здесь подождать.

Может я бы и поговорил с той ждущей, но мне было противопоказано задерживаться, а вид вокзала показывал, что это действительно может быть опасно. На стенах были многочисленные следы от пуль, осколков и лазеров с плазмой, повсюду были чёрные горелые пятна, и самое не приятное – они были «свежие». Похоже на днях тут был ожесточённый бой, хотя и без следов борьбы вокзал был как после бомбёжки.

Вообще-то он, как и весь город, и был после бомбёжки. В начале бомбёжки зебрами, потом Красным Глазом, потом Литлпип, потом наёмниками Литлпип. Только проволочные заборы да экраны с мордой Дарительницы выглядели как нечто новое — не то, что пережило ядерную войну. Хотя нет, ещё атмосферу разрухи разбавляли многочисленные синие агитационные плакаты с когтистой птичьей лапой, которая разрывала либо красно-белый зонт, либо шахматную доску (?!), но они тоже были рваными и покрытыми слоем пыли, так что вполне вписывались в пейзаж. Я не сразу обратил на них внимание а, обратив, приметил один выделявшийся на фоне остальных. Он изображал пегасов в силовой броне СНС (ранец на спине, пиксельная расцветка, отсутствие скорпионьего хвоста и вообще насекомовидных черт, шевроны изображающие зонтик – всё это выдавало модернизированную при моём участии силовую броню) стоящих в агрессивной позе на фоне охваченного взрывом облака. Судя по всему, это была аллюзия на уничтожение Нового Клаудсдейла, а то, что вопреки исторической достоверности взрыв был бело-красных оттенков, показывало, что целью данного плаката было сказать: уничтожение города вина исключительно СНС. На фоне картинки надпись снизу: «Будущее этого мира в безопасности под нашим зонтом» — была как издевательство.

Честно говоря, после такого, мне не хотелось смотреть куда-то кроме как себе под ноги. Другие посетители вокзала также разделяли данное мировоззрение и двигались, уткнувшись мордой в пол, стараясь не встречаться взглядами с «Когтями», слушая зацикленную речь Пипки, в которой она приветствовала вновь прибывших. Такой угрюмой биомассой я с другими пассажирами подошёл к, как понял, досмотровой точке. Участку, на котором проволочный забор был размещён так чтобы создать зигзагообразный коридор, ведущий к рамке металлодетектора и группе наемников, позади которых был экран с говорившей мордой Дарительницы. Копытные, несмотря на писки рамки, проходили через него без приключений, так что на секунду даже подумал, что меня минует незавидная участь, но момент, в котором задержали серого земного пони, наглядно показывал – меня всё ещё ищут.

— Пройдёмте со мной, — сказал наёмник в силовой броне, через голосовой фильтр его голос звучал так безэмоционально.

— Двигайся! — добавил его коллега, показывая, что они настроены серьезно.

— Постойте… — серый неуклюже пытался отвертеться.

— Давай сюда, — наёмник в силовой броне подкрепил свои слова, указав на дверь вращающимся блоком пулемётных стволов на своём боевом седле – убийственный аргумент.

— Куда вы меня ведёте? – паникующим голосом спросил серый.

— Вперёд! – наемник, понимая, что слов недостаточно далее лягнул серого в направлении двери.

— Я?! – серый хотел что-то добавить, но его перебили.

— Я сказал: двигай!

Далее серый послушно вошёл в дверь, а я с комом в горле стал дожидаться своей очереди. Увы, очередь быстро кончилась. С волнением прохожу через рамку и встаю перед наёмником в синей силовой броне. Скрывая волнение, пытался смотреть на ситуацию с комичной стороны и даже представил, что этот наёмник местная форма «Суповаринов-Унитазников» которые тоже носили синюю силовую броню; юмор не помог.

— Проходи, — сказал «унитазник».

На секунду расслабившись, я собирался пройти дальше, но путь преградил ещё один наёмник земной пони, так что я прошёл через другую дверь в проволочном заборе. Дверь с табличкой «Nova Prospect» охраняемую двумя земными, но не преграждавшими путь…. Далее мерзкий звук сирены, сопровождаемый железным скрежетом закрывающейся двери с последующим щелчком замка. Одновременно с этим, стоящий впереди за забором наёмник говорит мне «Стоять!», и пастью достав из кобуры пистолет, направляет на меня ствол.

— Двести четырнадцать, код четыре, — сказал пони в силовой броне.

Сразу после сказанного мне послышался хриплый шёпот Лиры:

— Шумахер. То есть – шухер, — наверное, всё же послышалось.

Это для меня был миг неопределённости. Как в мультфильмах, когда персонаж зависает и стоя на воздухе, прежде чем упасть в пропасть. Неужели меня раскрыли? Вопрос на миллион и у меня был ответ. Ещё нет. Если бы да то я уже лежал нашпигованный свинцом. Осознавая этот факт, я просто смотрел по сторонам корча из себя невтупляющего что происходит. Взгляд зацепился за копытного в силовой броне производящего несильные удары себе по шлему. Тут я понял – он не увидел моей метки на ЛУМе. Будучи «призраком» я не отображаюсь на этом локаторе, и в НКР об этом знают, но похоже данный локатор не так уж надёжен (хотя у Пипки в книге он работал исправно), и пока наёмник просто думает о неисправности. Наёмники ищут серого и агрессивного, сейчас же я — жёлтый и пугливый, но рано или поздно, они всё поймут. Благо Лира предпочитая держаться «в тени», сейчас где-то прячется и в случае чего сможет помочь…. Если меня не решат просто пристрелить на месте.

Тут случилось то, что я чуть не принял за выстрелы – закреплённая на стене охранная камера произвела несколько фотоаппаратных вспышек. Охранные камеры со вспышками – до такого могли додуматься только копытные. Похоже в этом городе очень напряжённая обстановка раз требуются такие меры безопасности. Тем не менее, я всё ещё играл роль непонимающего и, сделав вид, что от испуга потерял дар речи, крутился как зверь в клетке. Это была удачная метафора – по бокам две бетонные стены, впереди и сзади проволочная сетка – чем не клетка? Вскоре выяснилось, что всё же нет, в одной из бетонных стен была потайная дверь, но это был отнюдь не путь к спасению. Дверь вскоре открылась, и я увидел стоявшего за ней ещё одного копытного наёмника.

— Ты! — наёмник указал на меня копытом, — иди со мной! – предложение от которого невозможно отказаться.

С волнением иду за наемником, который, несмотря на то, что был ко мне спиной, не упускал меня из виду — следил боковым зрением, а также был наготове дать лягающий удар. Естественно тогда я не собирался проверять его лошадиные силы и просто шёл по коридору пытаясь найти что-нибудь полезное. Взгляд зацепился за железную дверь с открытой смотровой щелью и доносившийся оттуда «булькающей» речью.

— Тут какая-то ошибка. У меня обычный миграционный билет, — подойдя к щели, я увидел, что говорившим был тот серый земной, которого увели на моих глазах, но в другую дверь. Сейчас он был прикован к стулу аналогичному тому, на котором я сидел в башне Тенпони, когда меня допрашивал Лайфблум, только мордой к двери (это была ошибка – в допросных данное место должно быть спиной к выходу). Судя по тому, что на его серой морде прибавилось красных мест, допрос уже начался. Вскоре я увидел и самого проводившего допрос – чёрного единорога, который, заглянув в щель и встретившись со мной взглядом, далее задвинул задвижку.

Пусть и увидел немного, но было понятно, что меня ведут на допрос, а значит – нужно бежать. Бежать из здания нашпигованного камерами и вооружённой охраной имея лишь один пистолет, который к тому же глубоко в потайном кармане сумки – паршивый расклад. А ведь Лира предупреждала о чем-то подобном, о том, что меня будут допрашивать. Может она, ещё предвидела выход из такой ситуации? Очень может быть, по крайней мере, я занимаю важное место в её плане переезда на Землю и прогулок по Парижу; она не даст так просто мне умереть.

На мыслях, в которых я тешил себя надеждами, земной пони подошёл к похожей на предыдущую железной двери, и постучал в неё копытом. Через секунду смотровая щель открылась, чтобы закрыться снова. Далее щелчок замка и находившийся позади белый единорог открывает железную дверь.

— Заходи! — сказал мне земной пони, указывая на открытую дверь.

Сделав шаг я «завис» в дверном проёме. Вид красного железного стула с такой же красной лужей на полу чуть не заставил меня броситься в «рукопашную», благо вид единорога державшего магией огромный тесак (похожий на тот которым я отрубил голову Гаудине) заставил вначале думать, а потом действовать, но думать не пришлось. Наёмник явно привычным движением просто втолкнул меня в комнату.

— Помощь нужна? – спросил единорог у земного, одновременно покручивая тесаком.

— Не откажусь, — ответил земной, а после добавил: — Хотя и сам бы справился.

Далее наёмники говорили, не упуская меня из виду:

— Садись, — сказал мне земной. Садиться я не хотел но тесак у горла не оставлял другого варианта.

— Что за мерин? — спросил единорог. — Чем знаменит?

Я решил играть роль тупого и не раскрывать свою клыкастую пасть, так что за меня ответил наёмник:

— Он хотел сесть на экспресс до Nova Prospect и у нашего «тяжа» опять ЛУМ барахлил.

— Понятно, — с ухмылкой ответил рогатый, — очередной «сочувствующий СНС». Скоро мы перевыполним норму.

Не упуская из виду тесак у горла, другим глазом осматривал помещение в надежде найти хоть что-то полезное. Находки не вызывали оптимизма: стол со стулом, картотечный шкаф, настенный терминал с зелёным круглым экраном, камера с мигающей красной лампочкой в углу стены, и цинковое ведро стоящее совсем рядом. Также обратил внимание на большие глаза копытных, точнее на красноту их белков. Либо наёмники страдают от недосыпа либо они обкурены. Похоже, уничтожение Глифмарка несильно ударило по наркопотреблению.

— Отключить камеру? – спросил земной у рогатого.

— Да, поговорим с ним наедине, — ответил рогатый. Земной тут же отошёл к терминалу и постучал по клавишам, после чего огонёк на камере погас, а далее рогатый обратился уже скорее ко мне: — Он ведь поможет нам выполнить норму в поимке опасных террористов?

— Обязательно поможет, — с улыбкой палача ответил рогатый. — Или он действительно сочувствующий СНС? Чего молчишь как недоразвитый?

В ответ я молчал, бегая глазами, выбирая кого из наёмников обезвредить первым. Решил что рогатый – приоритетная цель.

— Ты гомик или тормоз? Ну же, открой свой пиздлявый рот, — своей речью единорог только укрепил вывод. Я же продолжал молчать.

— Значит «сочувствующий». Так даже лучше, — сказал земной, похоже, в этом мире молчание тоже знак согласия. — Копыта в браслеты! – я не реагировал, хотя тесак стал давить чуть сильнее. — Я сказал: в браслеты!

Земной хотел, чтобы я добровольно сунул копытца в раскрытые браслеты на подлокотниках, вот только я был другого мнения и медленно приподнимал передние конечности, не упуская из виду наёмников и главное — тесак.

— Мало того что немой та ещё и слов не понимает, — земной говорил всё ещё с ухмылкой а вот рогатый сменил выражение на более серьезное. — Зафиксируй его, — сказал земной, но уже своему рогатому коллеге.

— Эммм…. Не могу, — ответил палкоголовый.

— Что???

— Я не могу захватить его магией, — ответил рогач.

Если для меня момент захвата был мигом неопределенности, то для наёмников сейчас был миг осознания. Как персонажи мульта которые поняли что сейчас упадут в пропасть, они поняли кто я такой. Я же понял, что медлить нельзя. Мои действия были быстрыми, агрессивными, не отличающимися продуманностью и эстетичность.

Полсекунды и я, используя ауру вокруг копыт, отвожу от себя тесак, одновременно вырывая его из жёлтого поля магии единорога, и бросаю в сторону надеясь отвлечь внимание. Далее «перекатываюсь» через правый подлокотник и, взяв ведро, с силой одеваю его на голову земного. Проведя дополнительный фиксирующий удар по дну ведра, бросаюсь на единорога в рукопашную. Тот успел угрожающе выставить свой отросток, но ему это не помогло. Я, помня тренировки на Мстителе и предвидев такое, зарядив палкоголому хук с права, далее зашёл с боку, после чего взяв его голову в замок и свернул толстую шею. Теперь остался второй наемник, который, крича через ведро что-то нецензурное, пытался снять данный предмет, и, судя по всему, скоро ему это удастся. Переведя взгляд с ведроголового на упавший тесак, я бросился и рубящему оружию. Услышав металлический звон упавшего ведра, далее боковым зрением, визуально обнаружил, что наёмник уже смог снять одетый наголову предмет, но пока обескуражен происходящим. Не давая ему времени опомниться, в прыжке замахиваюсь тесаком и произвожу сокрушительный удар на голову земного пони. Тесак похоже был острым, его лезвие вошло очень глубоко – примерно до уровня середины больших глаз копытного, я от такого зрелища даже ручку отпустил. Постояв секунду, наёмник упал мордой вперёд, уперев ручку тесака об бетонный пол. Тесак выскользнул, так что пол стал быстро покрываться мерзкой красной лужей. Я, будучи привыкшим к таким зрелищам, лишь умом понимал всю мерзость, и немного жалел, что данный вид не вызывал даже приступов тошноты.

Размышления о собственной «закалённости» (точнее «испорченности») прервал вид жёлтого магического свечения вокруг замка двери. Единорог наёмник сейчас мертв, значит, кто-то другой палкоголовый пытается войти в комнату. Решив, что это тоже наёмник, быстро оглянувшись в помещении, заприметил стоявший у стола стул и быстро тот взял. Далее одновременно с открытием железной двери, замахиваюсь и бью вошедший в комнату тёмный силуэт. Удар не достиг цели. Силуэт, ловко увернувшись далее произвел мне сильный удар в живот, от которого я потерял равновесие, и остановил падение лишь стукнувшись об письменный стол. Далее поднимаю взгляд, который встретился со стволом направленного на меня пистолета – знакомого пистолета.

— Спокойно, это я – Лира, — единорожка подтвердила вывод, одновременно убирая свой пистолет с глушителем.

— Когда входишь надо стучать, — я неудачно отшутился, а после встал на ноги.

— Оставила на минуту, а уже два трупа – грязно работаешь. Полковник ведь приказывал — действовать без убийств.

— Мне пофиг на полковника. Они, — показываю на трупы наёмников, — выполняли какую-то свою «норму избиений». Я не мог просто их заболтать, и не все проходили подготовку в агентстве.

Далее мы понимали друг друга без слов. Нужно выбираться. Увы, но второй выход из допросной был заложен кирпичом (что вполне логично – в допросной должна быть только одна дверь) так что придётся вернуться в коридор, а после два пути: либо на право (туда, где решётки, пассажиры, роботы шпионы и наёмники, среди которых один в силовой броне), либо налево (где мы не знаем с чем встретимся, но явно ни с чем хорошим).

Перед выходом я снова замешкался. Была безумная идея переодеться одним из наёмников но, видя всю эту кровь, понял — идея тупняк. От мысли взять трофейное оружие тоже отказался, тесак громоздкий, пистолеты (которые нужно держать в пасти), мне тоже не сдались (свой есть и в пасти оружие не держу), да и вообще, я собирался сойти за мирного гражданского, так что комнату покинул в том виде, в каком и вошёл, за одним исключением.

— Бляха муха, — буркнул я себе под нос, поняв, что из-за собственной тупости в кровь наступил и теперь ходил, оставляя красные следы. Пытаясь стереть кровь аурой, сделал только хуже – она размазалась по копытцам и теперь выглядела как лак на ногтях. Понимая, что появление на публике в таком виде равносильно самоубийству, идя по коридорам, отчаянно всматривался в двери надеясь найти какой-нибудь служебный туалет. Серьезно – я был готов мыть копытца хоть в унитазе, главное скорее пока кровь не засохла. Поиски увенчались успехом – я увидел дверцу с нарисованной сверху пони-кобылкой. Не брезгуя тем, что туалет бабий быстро вбежал в … занятое помещение. Конечно могло быть гораздо хуже (там могла быть копытная на унитазе) но двое здоровых земных пони уборщиков тоже не подарок.

Секундный "стоп кадр" и уборщики опустили удивлённые взгляды на мои красные копытца. Далее тот, что стоял у зеркала с пульверизатором в пасти, "стреляет" в меня моющей жидкостью. Я, не ожидая такого, тем не менее, инстинктивно зажмурился, так что ослепить не удалось, хотя часть едкой жидкости всё же достигала цели; правый глаз ощутимо защипало. Далее с закрытым глазом без слов, нападаю на стрелявшего уборщика, который, бросив пульвилизатор взялся за швабру, и, разбив его затылком, грязное зеркало далее разбиваю его мордой ещё более грязную раковину. Видя, что теперь копытный с разбитой мордой без сознания, резко оборачиваюсь, ожидая боя со вторым уборщиком, но ожидание не оправдалось. Вид того как Лира используя магию и собственные копыта, окунает голову земного пони в унитаз, был одновременно и нелеп и приятен. Ещё раз убедился, что Лира сильный боец, пусть и копытная баба которой больше двухсот лет. В итоге всё закончилось тем, что единорожка не стала топить уборщика в нечистотах. Она видя что земной стал сопротивляться не так активно, вытащила того на "свежий воздух" и выпустила в морду земного газ из своей подковы. Земной тут же обмяк, а Лира, переводя взгляд то на меня, то на лежащего уборщика задала вполне резонный вопрос:

— Ты и его убил?

Я перед ответом прислоняю ухо к груди копытного и, убедившись, что сердце бьется, отвечаю коротко и ясно:

— Не, он живой, только будет неделю кровью плеваться, — а далее сам задаю вопрос: — Действуем без свидетелей?

— Так действовало агентство, — задумчиво сказала Лира, — только мы всегда выполняли работу чисто — без жертв.

— Понятно, тогда умываю копыта, и уходим пока они не очухались, — а после на секунду задумался и сам задал вопрос:

— Тот газ, — показываю на подкованные копыта Лиры, — он ведь вызывает амнезию? – мне вспомнилось то, как Лира мне самому выпустила в морду данное вещество, а также то, что наглотавшийся этого газа Соуп в упор не вспоминал об произошедшем.

— Поняла, — ответила единорожка и, прислонив подкову к разбитой морде лежавшего без сознания уборщика, выпустила ещё одно облачко.

Что это за газ? Понятия не имею, но Лира говорила, что он вырабатывается какими-то микрокристаллами, встроенными в подковы и, по сути, бесконечен, хотя после активного использования подковам потребуется «перезарядка». Также он не имеет токсичного эффекта (якобы им невозможно отравиться) и быстро распадается не оставляя следов, так что неудивительно, что в прошлом агентство обладая такими технологиями (это ещё не говоря о средствах созданных специально для стирания памяти) действовало столь эффективно. Опять не о том думаю.

Далее я занялся тем, зачем вообще искал данное помещение и, делая то зачем пришёл отчаянно боролся с желанием помыть морду, на которую брызнули моющим раствором, а также линзу но, судя по ржавому запаху, местную воду не очистят даже фильтры Петрика. Естественно выбирая между щипанием в глазе и его заражением какой-то инфекции, я выбрал первое меньшее зло, тем более что на бутыли моющего средства (того которым в меня "стреляли") было написано "Не токсично". Хотя этикетка со слоганом "Отмоем любые грязные делишки" несколько смущала, но должен признать: кровь с копыт отмылась очень быстро.

— Грей! — возглас Лиры был как гром среди ясного неба. — Морда, то есть — лицо, то есть — краска! Она слезает!

Я понял, что к чему, но решил убедиться визуально. Брызгаю средством на зеркало, и, взяв из кармана (находился на той части комбинезона, где у копытных находятся их метки) уборщика широкую тряпку счищаю грязь. Увиденное действительно заставило запаниковать — на половине морды жёлтая краска слезла, обнажив истинную серую шкуру. Теперь я был как Двуликий. Для местных, с их мармеладными расцветками, такой двойной окрас совсем нетипичен (бывают с белыми пятном на морде или кольцом вокруг глаза, но это тоже редкость) и появление на публике в таком виде равносильно..... В общем, я чувствовал себя персонажем "12 табуреток" Кисой Воробьяниновым — жертвой Титаника. Данный персонаж, используя контрабандную краску для волос, выкрасил себя в мерзкий зелёный цвет. Тому литературному персонажу пришлось обриться наголо, со мной такое не прокатит, так что я просто доделал начатое — смыл краску с морды. Остальную шкуру скрывает комбинезон, волосы и хвост остались не задеты, а земных пони с серой мордой в этом мире чуть больше чем дохрена. Слабое утешение, а что делать? По крайней мере, линзы не выпали, так что моя особая примета (тёмные моргалы), пока надёжно скрыта.

Закончив с водными процедурами я, с Лирой предварительно погасив в туалете свет, осторожно пошли в поисках выхода из здания. Выход нашёлся быстро, найденная на стене схема эвакуации при пожаре очень помогла, вот только навесной замок на пожарном выходе оказался для нас непреодолимым препятствием; на Земле это считается грубым нарушением противопожарной безопасности. Ни я, ни Лира не обладали навыками взлома как Литлпип, которая взламывала любые замки одной лишь шпилькой для волос. Конечно, была идея просто расстрелять замок но мы оба справедливо решили, что пусть сейчас ситуация и паршива но всё же не форс мажор (погони ещё нет) так что лучше действовать без стрельбы. С учётом того что в допросной сейчас два трупа, решение не стрелять звучит несколько глупо, но мы всё же решили: в гору не идти, лучше гору обойти. Точнее – найти другой выход. В итоге, бродя по служебным помещениям вокзала, мы вышли к двери, ведущей … в общественные помещения, то есть туда, откуда меня увели, с поправкой, что теперь мы были уже за стенами проволочной сетки.

Осторожно пройдя через дверь и убедившись, что тревога не поднялась я, следя за наёмниками боковым зрением, как ни в чём небывало продолжил свой путь. Путь опять не прошёл без препятствий. Вскоре дорогу мне преградил грифон наёмник. С важным видом он стоял у выдвижного решётчатого барьера типа «гитара», который почти полностью перекрывал широкий коридор. Открытым оставался лишь узкий участок, который занял птицелев. Обратив на меня внимание, этот грифон взял из стоящей рядом мусорки красную банку от местного аналога колы и, бросив ту мне под ноги, сурово сказал:

— Подними эту банку.

Тут я чуть не совершил роковую ошибку – по привычке применил свою ауру. Мысленно стукнув себя по лбу, далее пошёл на добровольное унижение – пастью взял красный предмет.

— А теперь положи её в мусорку! – сказал грифон, показывая когтем на мусорный бак.

Естественно я сделал, что он хотел, после чего грифон отошёл в сторону освобождая проход.

— Порядок. Можешь идти, — подтвердил наемник, а далее с каким-то клёкотом негромко засмеялся.

Похоже его забавлял вид того как земные пони используют свою пасть. Грифоны, будучи не обделёнными конечностями с ковырялками, как и я, считали, что в пасть нужно брать только еду, вот только те, у кого нет пальцев и отростка на башке, вынуждены держать в ней всё подряд, даже оружие. Со стороны грифона это было низко – забавы ради бросать на пол мусор, чтобы посмотреть, как земной будет брать его своей пастью. Это всё равно, что если бы я ржал над безруким человеком. Надеюсь, если начнется кипишь, в бою я найду этого грифона, и у меня будет время сломать его клюв и птичьи лапы.

Думая о данном грифоне самыми непечатными выражениями, зашёл в помещение с билетными кассами вот только копытным, что стояли в очереди, вместо билетов выдавали какие-то синие пакеты. Из любопытства задержался и проследил, куда идут копытные, получив данный предмет. Белая пегаска, что стояла впереди очереди, получив заветный пакет с радостью на морде быстро пошла в соседнее помещение – в зал ожидания, где стояли множество грязных столиков. Пегаска подойдя к ближайшему свободному, пастью разорвав пакет, высыпала на стол две консервные банки, несколько боле мелких пакетов, прозрачную упаковку с пластиковой вилкой, тарелку, что тоже была из пластика, и ещё несколько предметом из данного сухого пайка. Далее копытная потянув за кольцо на одной из банок, вскрыла содержимое, которое тут же оказалось на пластиковой тарелке. Пегаска на секунду зависла от вида цвета и запаха данного продукта но, негромко фыркнув, сморщив морду, без использования вилки начала поглощать продукт.

В тот момент я захотел встать в очередь и получить данный пакет, даже если за него придётся отдать все крышки что дала мне Лира. Не знаю из чего делают данные консервы но, судя по виду и запаху — это натуральное мясо, по которому я так изголодался. Неужели травоядные пони подсели на этот продукт? Судя по виду пегаски, всё же нет, просто в городе мало пищи для вегетарианцев. Может это из-за того что после операции «Смертельный Дождь» популяция грифонов в минус пошла, а значит и спрос на мясную продукцию, и будучи предприимчивыми птицельвы просто сбагривают излишки? Очень может быть. Потом узнаю.

Прогнав мысли о еде я, поводив взглядом, нашёл «слившуюся с окружением» Лиру, и взглядом показав той, что собираюсь идти направился к большим двойным дверям. Ожидание оправдалось – двери вели на улицу, на «свежий воздух». Вообще-то воздух в Филлидельфии был грязным и имел металлический привкус, но мне откровенно надоело быть среди стен то вагона, то вокзала, так что я был рад оказаться под затянутым копотью вечерним небом. Серьезно – такого смога я даже в Норильске не видел. Впечатление будто сейчас либо сезон горящих торфяников, либо приехал в Шанхай – город славящийся своим смогом.

Привокзальная площадь была удивительно пуста. Никаких встречающих, никаких автомо… то есть повозок, хотя парковка была; лишь роботы шпионы да одинокий огромный экран с говорящей мордой Мелкопипки разбавляли эту атмосферу пустоты. Невольно я вслушался в её речь.

— В такое время необходимо напомнить себе, что помимо СНС врагом рода пони является инстинкт, — судя по усталому голосу, это была не запись и Мелкопипка уже говорила что-то подобное. — Инстинкты воспитывали нас, когда мы только становились ещё в те далёкие времена, когда пони были разделены на племена. Но инстинкт неотделим от своего двойника – суеверия.

Может Дарительница и не обделена красноречием, но в плане смысла она говорила какую-то хрень. Я далёк от местных обычаев и весьма условно понимал, о каких инстинктах идёт речь, так что решил просто идти. Идти подальше от места, где меня чуть не допросили с пристрастием и от большого экрана с мордой Дарительницы. Мордой которая казалось, смотрела прямо на меня. Похоже, я подхватил манию преследования. Не об этом ли инстинкте идёт речь?

— Инстинкт неразрывно связан с необдуманными импульсами, и теперь мы видим его истинную природу. Он не сдастся без кровавого боя и может нанести роду пони непоправимый вред. Он выдумывает себе тиранов и приказывает нам восстать против них. Он говорит что неизвестное — это угроза, а не возможность. Он уводит нас от пути изменений, прогресса, гармонии…. — далее речь стала неразборчива; мы ушли достаточно далеко.

Честно говоря, город вызывал странное впечатление. Вид общей разрухи в сочетании с расположенными повсюду камерами, барьерами, прочими элементами безопасности и множеством копытных в синей броне создавали впечатление, будто это не столько город, сколько одна большая тюрьма. Серьезно, такое количество колючей проволоки я мог представить только на фронтах первой мировой. Здесь она была повсюду, и это притом, что в городе обитает множество пегасов, которые могут её просто перелететь, правда, ни один из встреченных пернатых при мне не летал и вскоре понял почему. Подняв взгляд, увидел закреплённый на стене жёлтый треугольный знак изображающий силуэт пегаса в перекрестье и надпись снизу «Бесполётная зона». Ещё поводив взглядом, заметил стоящую на крыше автоматическую зенитку, аналогичную той, что были у строящегося Собора. Тогда эти зенитки при мне подстрелили группу аликорнов, так что неудивительно, что местные пегасы здесь мало отличаются от земных пони.

Увы, но и «нижний уровень» не был территорией безопасности. Бродя по улицам, невольно поразился тому, что обычных жителей тут лишь немногим больше наёмников; это если считать за Когтей тех, кто вместо формы просто носил наклейки (изображавшие когтистую) лапу, на местах своих меток. Причём это были пони всех подвидов (кроме аликорнов), даже гули встречались, и они действительно скрывали свою внешность, но в сравнении с наёмниками количество обычных жителей казалось очень небольшим. Конечно, это было не так, просто местные предпочитают не высовываться. Вскоре наглядно убедился почему. Прямо на моих глазах синяя единорожка прошла под каким-то фонарным столбом. Столб оказался непростым и внезапно начал просвечивать копытную какими-то красными лучами. Проходившие мимо пони-наёмники моментально взяли в пасти устройства спуска для своих боевых сёдел и произвели грубое задержание. Я не собирался вмешиваться и, делая вид, что ничего не видел, пошёл дальше. Без приключений уйти не удалось – на перекрёстке меня чуть не сбил ехавший на задержание бронеавтомобиль наёмников. Данный транспорт несся, будто у него нет тормозов, и поворачивал, не включив поворотник, а ведь они у него были.

Мне уже приходилось видеть данные авто но только на мониторе. Тогда они сопровождали колонну двигавшуюся в направлении Нового Кантерлота. В тех бронеавтомобилях я опознал местную интерпретацию бронеавтомобиля Фалькатус принятого на вооружение ФСБ. В этом мире он мало отличался от своего прототипа, хотя теперь одна деталь сильно изменилась – расцветка. В прошлом эти авто были просто выкрашены в традиционный синий цвет наёмников, теперь же он был выкрашен в самый настоящий пиксельный камуфляж. Проводя земные аналогии, отметил схожесть с пиксельным камуфляжем техники морской пехоты Народно Освободительной Армии Китая (НОАК), с поправкой на более тёмные оттенки синего. Странный выбор, но этот мир вообще странный. Неужели наёмников так впечатлил придуманный Отемом пиксельный (точнее сотовый) камуфляж СНС? Наверное нет, просто Селестия понятно откуда знала про манеру людей особо красить боевую технику и поделилась этим знанием. Также ей, похоже, была известна и другая привычка – использовать как опознавательные знаки изображения карточной масти (фрицы любили рисовать на бортах своих самолётов пиковый туз) только похоже в этом мире более популярна другая игра. На чуть не сбившем меня броневике была изображена картинка шахматной пешки, в будущем на встреченных мной БТРах Когтей была картинка шахматного коня, на двуствольных танках изображался слон. Версия что Когти играют в настолку «Молот войны» не подтвердилась; шахматы у них гораздо популярней. Лучше бы они вместо игр занялись правилами ПДД. Страшно представить, сколько при такой анархии на дороге, попало под колёса но, судя по их манере вождения, не думаю, что Когтей интересует данный вопрос.

Как ни странно через минуту я убедился, что в этом городе всё же есть те, кто соблюдает осторожность в вождении. На одном из перекрёстков я увидел как чёрный БТР, с надписью «Squeaky Cleaning Company», пропустил идущего земного пони-гуля. До чего докатился этот мир, если даже уборщики ездят на БТРах. Конечно с демонтированным вооружением и без камуфляжа, но всё же БТРе. Неужели местные разучились производить гражданскую продукцию?

Выкинув из головы ненужные вопросы, продолжил путь «куда глаза глядят» с поправкой на фобию к перекрёсткам и фонарным столбам. Лира разделила мои опасения и предложила перемещаться дворами; я не стал возражать. Увы, но дворы тоже небыли безопасны. Первый же двор (судя по площадке с ржавыми качелями, это был именно двор) был также не лишён присутствия наёмников. Двое земных пони сурово стояли у двери подъезда и провожали меня недобрым взглядом. Отойдя от них подальше у другого подъезда, я заметил единорожку и земную пони шёпотом что-то обсуждавших между собой. Из любопытства, глуша шум шагов, тихо подошёл и услышанное не внушало оптимизма.

— Вот так всегда, — устало сказала единорожка. — Вначале здание, потом весь квартал.

— Зачем им сюда приходить? – спросила земная.

— Не беспокойся, они найдут причину.

В тот момент захотелось вмешаться в разговор и рассказать, что есть те, кто может помочь им сбросить с себя контроль Когтей, но мы были на улице, к тому же рядом наёмники проводили какую-то свою операцию, так что разговорчики вне помещения могли быть не безопасны. Сделав вывод я, заметив подъезд с выбитой дверью, вошёл в жилое пятиэтажное кирпичное здание, надеясь найти там кого-нибудь с кем можно поговорить.

Здание изнутри было таким же обшарпанным, как и снаружи, а надежда найти собеседника не оправдалась. Может мне бы и удалось завести новое знакомство, но те стоящие во дворе копытные были правы – наёмники не ограничатся одним домом. Поворачивать назад не хотелось, так что мы продолжили путь, но стоявший на лестнице наёмник нас спугнул – мы поднялись лишь на второй этаж. Далее повернули направо в общий коридор с множеством дверей ведущих в квартиры. В одну из таких дверей на наших глазах сейчас ломились наёмники. Лягающим ударом земной пони в силовой броне выбил дверь и, судя по поднявшейся пыли, вместе с косяком. Понятия не имею, что их заинтересовало в той квартире но, похоже, это вообще была единственная запертая дверь в доме. Неужели тут не принято запираться? Дарительница, вскрывающая замки шпилькой, открыла местным глаза на иллюзорность безопасности? Это вряд ли. Скорее всего, жители дома так демонстрируют, проводящим облаву наёмникам, своё послушание.

Я решил воспользоваться открытостью дверей и если не поговорить, то хотя бы посмотреть в каких условиях живут жители этого города. Жители, которых я в теории должен поднять на борьбу против покровительства Когтей. Это будет непросто. Вид выглянувшей из-за косяка единорожки которая, увидев наёмников, тут же испуганно скрылась, показывал насколько жители квартиры бояться оказаться следующими. Но, отставить лирику – мы зашли в квартиру.

Как ни странно, дверь из общего коридора вела прямо на кухню, на очень обшарпанную кухню. Может это и не кухня, но там, на стене был «рукомойник», а также стол с сидящим за ним зелёным земным пони. Тот, жуя знакомые мне консервы, совсем не возмутился нашему вторжению, и лишь лениво проводил взглядом зашедшего земного пони в сопровождении гуля-единорожки. Поняв, что говорить с ним не о чем, мы прошли дальше в комнату, где застали ту убежавшую единорожку вместе с крупным пегасом задумчиво смотрящих в окно. Также в помещении был работающий телевизор транслирующий речь Мелкопипки, стоявший напротив дивана с двумя палкоголовыми детёнышами. Телевизор и детёныши меня мало волновали, так что я присоединился к смотрящим в окно взрослым.

— К Дискорду, напугал, — пегас первым обратил на нас внимание. — Я подумал: вы тоже Когти.

— Вы на нашей стороне? – спросила единорожка. Я и Лира синхронно кивнули, после чего копытные вновь уставились в окно, параллельно обсуждая происходящее.

— Погляди на них там внизу, — сказала палкоголовая, показывая на проезжающий под окнами (также выкрашенный в пиксельный камуфляж) БТР. — Я же говорила, мы следующие!

— Надеюсь, ты ошибаешься, — ответил пегас.

— Тоже надеюсь.

Похоже, эти жители уже смирились с участью будущего задержания, и я их понимал, но тот факт — «на нашей стороне» показывал – ещё не всё потеряно. Или нет? Их не смутило, что мы вошли без приглашения, находимся в комнате вместе с их детенышами, и они на нас даже не смотрят, уставившись в грязное окно. Лишь две палкоголовые «личинки» не спускали с нас взгляд, и их я тоже понимал. Уж лучше смотреть на нас чем на рожу палкоголовой лесбиянки.

Будто предвидев ход моих мыслей, Литлпип прекратила речь о гармонии жизни с грифонами и ушла на рекламную паузу. У детёнышей реклама вызвала, куда больший интерес – мгновенно оторвав от нас взгляды, копытные в четыре глаза уставились в телевизор. Я, видя ту рекламу, тоже не отводил взгляда и на каких-то моторных функциях занял место на диване. Реклама имела ко мне самое прямое отношение и изображала….

— Да! – произнёс голос из телевизора, который показывал фигурку грифона-наёмника. — Самые Wunderbar солдаты всех времён и народов отправляются воевать на территорию Эквестрии!

В подтверждение слов на экране показали карту этого мира с обведенной границей территории страны копытных. Восторженный голос (судя по клекоту, озвучивал грифон) продолжал толкать речь:

— Встречайте новую коллекцию элитных бойцов наёмников компании Коготь, — параллельно речи на экране показали стоящие в ряд фигурки наёмников, которые помимо грифонов изображали и пони.

Далее началось самое интересное – голос сменил тон восторга на злобу:

— Представляем злодея пришедшего прямиком из иного мира,- на экране появилась фигурка изображающая меня самого; в бронежилете, арафатке, шлеме с забралом, с СК (собранный мной Самодельный Карабин похожий на Автомат Калашникова) на перевес и шевронами бело-красного зонтика, — гнусный Грэй Стоун! Остановите этого безжалостного убийцу!

Далее наложенные спецэффекты, показывающие как я, стреляя из СК, подрываю красный БТР рейнджеров. Голос продолжает читать речь, которая будучи наложенной на визуальный ряд производила впечатление не только на сидящих рядом детенышей:

— Призрак всегда подкрадывается незаметно, — моя фигурка крадётся к фигурке аликорна Последователей, — шпионит, — моя фигурка стоит позади фигурки зебры, — или сжигает всё на своём пути, — далее у моей фигурки появляется огнемет, которым она сжигает фигурки зебр и аликорнов – определённо намёк на уничтожение Глифмарка.

Далее на экране появились представленные ранее фигурки наемников, а голос снова стал восторжен:

— Но с помощью элитных бойцов Когтей вы сможете покарать этого террориста, — далее визуал без слов в котором фигурка грифона накинула на мою фигурку чёрную сетку, после чего «я» оказался прижат мордой в грязь. Долго лежать не пришлось — у грифона в лапе появился игрушечный тесак, которым моей фигурке отрубили голову, после чего игрушечную птичью морду показали крупным планом с наложенным смехом.

— Вы в два счёта станете героем НКР! – прокричал голос грифона.

И, как фейерверк по моей смерти, фигурка пони-наёмника в силовой броне выпустила из своего огнемёта на боевом седле струю пламени.

— Добавьте призрака в свою коллекцию сегодня! Устройте славный бой на своей территории вместе с наёмниками компании Коготь – защитниками Новой Кантерлотской Республики!

Далее реклама подошла концу – музыка пропала, но не изображение изображающей меня фигурки, в дополнении которой появилась крупная надпись «Покупай наши игрушки». Странный маркетинговый ход – тот, кого нужно ненавидеть с экрана заставляет покупать игрушки. Случись подобное на Земле, этих рекламщиков по судам бы затаскали. Опять не о том думаю.

Уже собираясь вставать, я внезапно обратил внимание, что те палколовые детеныши, с которыми сидел на диване, смотрят не только на экран. Переводя взгляды то с застывшей на экране картинки игрушки то на меня, они о чём-то крепко задумались и, к сожалению, я догадывался о чём.

— Нет, — сказала белая мелкая единорожка, — совсем не похож.

— Я бы не сказала, — произнесла её фиолетовая ровесница, — перекрасить гриву в чёрный, да с глазами что-то сделать и будет вылитый призрак.

— Такое можно сказать про любого серого, — возразила белая.

— Да я и не спорю, — согласилась жёлтая.

«Ёбушки воробушки, прямо на душе отлегло». Эти две ебанушки чуть меня не раскрыли. Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу, но должен отдать должное – эти мелкие копытные для своего возраста довольно умны. Они следят за ситуацией в их мире, знают меня и мои особые приметы, рассуждают логически — это просто мило, а в сочетании с их внешностью просто умилительно. Вот поддавшись этому умилению, я совершил очередную ошибку – непроизвольно улыбнулся во всю обитель кариеса. Мелкие тут же замерли, их зрачки резко расширились, а у белой непроизвольно задёргался хвост. Я, поняв, что моя «улыбка Челентано» выглядела скорее как «улыбка Чикатилы» вернул морде повседневный вид и, непроизвольно глуша аурой шаги, призрачным шагом вышел из комнаты. Судя по отсутствию детских криков мелкие всё ещё под впечатлением.

Тем не менее, осторожность не помешает, так что далее я шел, ускоряя шаг и не скрывая цоканье. Пожалуй, последнее было ошибкой, именно шум шагов заставил находящихся на лестнице наёмников обратить на меня внимание.

— Ты, долбоёба кусок, стоять! – прокричал наёмник.

Я, помня события на вокзале, отнюдь не горел желанием снова оказаться в допросной, и «включив дурака» развернулся и просто пошёл на верх.

— Стоять блядь, или мозгов не соберешь! – вновь прокричал земной пони в синей броне, сказанное было проигнорировано. — Код двести шесть! Код двести шесть!

Понимая, что предупредительных выстрелов не будет, резко ускорился. Сейчас внизу, по меньшей мере, десяток наёмников и если сейчас вступлю в бой, то стану лауреатом премии Дарвина. Оставался только один выход – бежать наверх по лестнице в надежде найти выход на крышу и надеяться что этот выход, как и все двери в этом доме, будет не заперт. Ожидание оправдалось – дверь на крышу нашлась и действительно была не заперта, а вот петли проржавели, так что пришлось её выбить, благо выбилась легко. Далее выбрался на чердак и через огромную дыру в стене, то есть крыше, заметил стоящее совсем рядом соседнее здание.

— Внимание всем жителям жилого квартала, — послышалась мегафонная речь со стороны улицы, — проводиться плановая зачистка. Сотрудничество с отрядами Когти награждается дополнительным пищевым рационом.

Вспоминая, что это за рацион невольно подумал: будь я жителем этого города, то не отказался бы сотрудничать. Звук тяжёлых шагов копытного в силовой броне вновь вернул меня к реальности. Понимая, что мне ни за что не спариться с этим ходячим танком я вновь решил позорно отступить. Конкретнее – встав перед дырой, резко разогнался и прыгнул, надеясь долететь до соседнего здания. Надежда оправдалась …. частично. Ранее мне не приходилось прыгать в длину, так что, не рассчитав силы, я так и не долетел до крыши (https://youtu.be/fqOhSrQfrCE?t=28). От участи множественных переломов меня спас балкон третьего этажа соседнего здания. Не допрыгнув до его крыши, я по параболической траектории продолжал падать вниз, отчаянно пытаясь хоть за что-то зацепиться. Балконная решётка оказалась именно той соломинкой в беде. Пропустив балкон четвёртого этажа на третьем, я уже не повторил ошибки. Зацепившись за толстые прутья, далее резко подтянулся и наконец, встал на все четыре.

— Он внизу! – послышалось сверху. — Стреляйте!

Крики наёмников напомнили, что расслабляться рано. Понимая, что далее в меня начнут стрелять не стал тратить секунды и проверять, закрыта ли стеклянная балконная дверь и, зажмурившись, просто прыгнул в комнату через стекло. Далее, открыв глаза, встретился взглядом с удивлённой земной пони и, извинившись, побежал к выходу, благо планировка квартир была аналогична соседнему дому. К счастью в этом доме наёмники ещё не начали проводить зачистку, но двери всё равно были открыты. В итоге выбежал в знакомый внутренний двор и, понимая, что сейчас сюда нагрянут, побежал в направлении откуда пришёл. Так бы и бежал до «Канадской границы» (https://youtu.be/ABbVmq7XobE?t=8) если бы за углом дома меня резко не сбили с ног. Открыв глаза приготовился драться, но вид знакомой облезлой морды Лиры заставил отказаться от агрессии.

— Тебя вообще нельзя одного оставлять? – сурово спросила единорожка. — Ты ведь можешь быть незаметным.

— Ага, уровень скрытности – цыганская свадьба. Не все так легко сливаются с толпой, — честно говоря, моё оправдание не стоило и пробки от бутылки, так что далее перешёл к конкретике: — Меня преследуют. Нам нужно бежать.

— Не проблема, — сказала единорожка и достала….

— Да ты гонишь, — сказал я, глядя на то, как Лира производит манипуляции с большой картонной коробкой.

— Мне это не нравиться ничуть не меньше чем тебе, но поверь – это сработает, — сказала палкоголовая, залезая в картон. — Лезь в мою коробку.

В тот момент мне хотелось сказать «Честно – пусть меня лучше застрелят» но в момент, когда участь нахватать свинца была более чем реальна, инстинкт самосохранения взял верх перед эстетикой и здравым смыслом. Скрипя зубами, я принял предложение и занял своё место в картонном укрытии. Далее мы через вырезы в картоне наблюдали, как наёмники пробежали мимо, как возвращались и ругались между собой, как некоторые из них приняв успокоительные наркотические препараты, далее вернулись в здания, и то, как они возвращались вместе с жителями этих домов. Судя по поникшим мордам, жители были не рады, но смирились со своей участью. Всё это не заняло и получаса, в течение которых я и Лира тихо шептались о том, что делать дальше. В итоге так ничего толкового не придумали и просто решили, что раз навык Лиры быть «фоновой пони» так хорош то, чтобы избежать обнаружения: я просто должен следовать за ней как слон за Моськой, далее найти место, где нет наёмников, найти кого-нибудь из местных, завести знакомство, а далее дело техники. Также решили, что раз у меня такая карма попадать в стычки с наёмниками то пусть у меня хотя бы будет пистолет, и не в потайном кармане сумки, а так чтобы я мог им воспользоваться. В итоге, после разговоров с Лирой и кувыркания в коробке, я смог достать пистолет с глушителем, который тут же перекочевал в карман комбинезона. Теперь, если меня снова запалят, то будет хотя бы из чего отстреливаться. Переложив поставленный на предохранитель пистолет я, глядя в щель коробки, обнаружил, что на улице начало резко темнеть. Наступила ночь, а значит можно выходить. В конце концов, в темноте легче спрятаться.

Покинув картонное убежище я, следуя плану, даже не говорил и просто шёл за Лирой. Лира же, сложив свою коробку, шла, куда глаза глядят, но должен признать – план работал. Не знаю, как у «агента Мятной» это получается, но нас действительно не замечали. Мы двигались казалось в открытую, но Лира будто знала когда нужно остановиться, где свернуть, где сесть на скамейку чтобы не привлекать внимания, и это работало.

Так мы и шли по ночному городу но, похоже, в этом затянутом смогом месте понятие дня и ночи весьма условно, так что и жизнь здесь не менялась с наступлением тёмного времени суток. Помимо зениток на крышах были многочисленные мачты освещения, и пусть их свет был довольно тусклым, но он вполне заменял зашедшее Солнце. Сам город был мрачен, величественен и, как ни странно, жалок. Вся эта разруха, мусор, в сочетании с величественностью обветшалых заводских корпусов, производила действительно жалкое впечатление, а то количество патрулирующих улицы наёмников заставляло проникнуться жалостью к жителям этого города. Серьезно, жители заслуживали сочувствия. Я уже видел и на своей шкуре ощутил, как Когти проводят «плановые зачистки» и вскоре увидел, что ждёт тех, кто попал под коготь.

На мыслях о сочувствии наш путь пересёкся с какой-то круглой площадью, в центре которой была крупная статуя Селестии. Данная солнечная принцесса была изображена, будучи одетой в доспехи и в агрессивной позе – с расправленными крыльями и выставленным вперёд правым копытцем, будто направляет войска в атаку. Лира говорила, что до войны такие статуи стояли повсюду, теперь они стали редкостью и представляют историческую ценность. Скорее всего, Красный Глаз в прошлом демонтировал и спрятал это произведение искусства, иначе Лира не знает, как эта статуя могла уцелеть после творившихся в Филлидельфии событий, но не статуя меня заинтересовала, а то на что она указывала. Прямо перед ней стояла деревянная конструкция типа виселица с закреплённым сверху раскрытыми зонтиками и десятком повешенных пони. В основном земных, но были два единорога и один пегас. От мысли снять повешенных быстро отказался. Этот десяток мертвяков охраняли также десяток копытных и аж два грифона, которые что-то между собой обсуждали. Тут любопытство взяло верх над осторожностью, но в разумных пределах – я легонько ткнул Лиру и указал ей на пернатых. Та без слов поняла, что я хочу знать, о чём они говорят, и помогла подобраться ближе.

— Нахуя мы здесь торчим? – говорил похожий на грифа (они ведь обычно похожи на орла) грифон. Причём тот, что говорил, был заметно моложе. — Трупы ведь не убегут, да и без нас тут хватает охраны.

— Соблюдай субординацию, — ответил второй гибрид птицы и млекопитающего. — У нас приказ и кто знает, о чём думают эти травоядные.

— Думаешь среди подписавших контракт будут сочувствующие СНС?

— Не думаю, но осторожность не повредит. Докладывают, что на вокзале какой-то псих убил двух наших новичков, и до потери памяти избил подтирал из Squeaky.

— Его поймали?

— Ещё нет, но наша цель не приезжий. Мы могли перебить не всех «игроков», да и этим большеглазым нужно показать их место.

— Это точно, после гибели Грознопёрой они вконец ахуели. Даже жаль что, проводя столько задержаний мы больше перерабатываем чем вешаем. Стерн на них нет.

Стерн – знакомое имя. В книге Мелкопипки так звали гифину садистку работавшую на Красного Глаза. Причём работавшую не за деньги, а за идею. В общем, за эту идею она и погибла. Даже в «День Солнца и Радуг» она не покинула свой пост, на котором и встретила свою смерть в лице зебры Ксенит и её дочурки Сефир.

— Мне всё равно сколько их. Мы их задерживаем, а они прибывают, мы их перерабатываем, а они устраивают мятеж. Мы их вешаем, и стало гораздо спокойней. Конец очевиден – мы перебьём их всех…. Только бы не опуститься до рейдерских привычек.

— Прибивать к стенам? Вешать на крюки? А неплохая идея.

— Серьезно?

— А почему нет? – удивлённо спросил молодой. — Многие брезговали нападать на их лагеря, и даже Дарительница, увидев себя в зеркале, усмотрела в себе рейдера. Практика рейдерства не так уж и плоха, нужно лишь правильно её использовать. Именно пони-рейдеры смогли пережить тот ужас после падения бомб, не отсиживаясь за облаками или в укреплённой башне.

— Думай о чём говоришь! – сурово сказал старший. — Это противоречит кодексу! Кодексу который подписала Гаудина!

— И где сейчас наша командующая? Кодекс – лишь свод правил для поддержания репутации честного наёмничества. Сейчас идёт война, а на войне все средства хороши. Дарительница говорила, что чтобы спасти пони она добровольно стала злодейкой, но считаем ли мы её таковой? Также и мы, чтобы избежать очередного мятежа должны показать этим травоядным с кем они имеют дело. Пристрелим, повесим или прибьем к стене – какая разница как они сдохнут? Если чтобы избежать мятежа, и спасти жизни подписавших контракт, нужно перенять несколько привычек рейдеров, то я только за.

— Может….. Может ты и прав. Ты не первый кто так говорит. Я организую встречу с начальством.

— Неужели с самой….?

— Да именно с ней. Твоя идея может быть полезна. Травоядным нужно показать, кем были состоящие в наших рядах пони. А сейчас — стой смирно. Наша смена скоро кончится, а мне нужно выпить.

— Мне тоже. Может, выпьем вместе.

— — Буду рад, только вначале снимем кобыл.

— Что? Уже? Они ведь должны провисеть ещё сутки.

— Да не в том смысле. Сходим в бар, земные хорошо работают языком, — дальше пошли обсуждения преимуществ работы ртом у тех, кто от природы лишён магии и пальцев, а я, с Лирой отойдя за угол стали обсуждать услышанное.

В общем – СНС не единственные кто оказывал сопротивление. В этом городе была ещё какая-то группировка, которая недавно устроила провалившийся мятеж. Именно его следы мы и наблюдали на вокзале, да и вообще всём городе. Сейчас эти мятежники либо на «переработке» (чтобы это ни значило) либо в петле, под зонтиком в назидание другим. Сами жители уже потеряли надежду (не то что не сопротивляются, а даже не запирают двери) и жмутся по своим домам в ожидании очередной зачистки. Когти же искренне считают, что вершат благое дело, а во имя добра все средства хороши. Сейчас это виселицы, но скоро дело дойдёт до рейдерского беспредела а, учитывая, что большая часть пони-наёмников в прошлом как раз были рейдерами, то можно не сомневаться – обязательно дойдёт. Конец у этого немного предсказуем: вскоре у наёмников от крови крышу снесёт и пойдёт работа на свой карман. Начнется передел сфер влияния, денежная движуха (пусть даже деньгами здесь являются пробки от бутылок) и прочие явления от которых организация наёмников сгниёт прямо на глазах. Не нужно быть гением чтобы понять: стоит «солдатикам» волю почуять как они будут думать «Почему не я главный? Почему кто-то слаще жрёт и дольше спит, а не я?». Простым жителям в этом случае можно только посочувствовать. Есть вещь и похуже войны — Беспредел называется. Вскоре жители на своей шкуре почувствуют — зачистки ещё не самое страшное. Однако перечисленное — худший случай. Всего этого можно избежать, и есть аж два решения.

Первое: у наёмников должен быть сильный лидер, не обделённый моральными качествами. Ранее им была Гаудина Грознопёрая, которой я отрубил голову. Её наследником должна была стать дочь Гаудины – Реджи, но её я убил ещё раньше, намотав птицельва на шестиствольный пулемёт. Теперь у наёмников какой-то другой лидер, но судя по разговору грифонов его моральные качества, вполне допускают практику рейдерства. Неужели Мелкопипка? Сейчас лучше не гадать и узнать наверняка.

Второе: успешно осуществить план СНС, в котором мы должны устроить и возглавить революцию. Это будет непросто. Предыдущий мятеж подготовил наёмников к подобным неожиданностям. Жители не горят желанием сопротивляться, а те, кто хотели, большей частью мертвы. Именно их мы и наблюдаем — под зонтиками, висящими на виселице. Тем не менее, сам факт, что кто-то без нашего прямого участия решился бросить вызов Когтям, показывает – не всё потеряно. Копытные хотят сопротивляться и отбить свой нашпигованный электроникой город. Нужно лишь найти этих копытных (тех, что ещё живы) и предложить помощь; вопрос только: где? Лира предложила неожиданное решение.

Единорожка припомнила ту провальную теорию, что я рассказал в поезде. Ту, в которой местные прониклись доверием к героям пустоши, потому что те были похожи на определённые стереотипные образы. В основном на ковбойские, а где ковбои обычно обсуждают важные дела и заводят знакомства? Ответ прост – в салунах, они же бары. Грифоны что обсуждали повешенных, как раз туда собирались, но, судя по услышанному, единственными копытными которые не состоят в рядах наёмников, там будут пони лёгкого поведения. Естественно с такими жителями нам не о чем говорить; да и не думаю что жители Филлидельфии будучи под таким прессингом со стороны Когтей, находят время слоняться по злачным заведениям. Но сама идея Лиры была очень даже неплохой. Нужно найти какое-нибудь общественное место популярное у жителей, но не у наёмников. Какую-нибудь столовую или что-то подобное. Да – именно столовую, тем более что у меня уже начинало урчать в брюхе.

В поисках такого места мы и прослонялись добрую половину ночи, но решив что «утро вечера мудренее» организовали привал за мусорными баками. Шныряющие повсюду роботы-шпионы вызывали опасения, но Лира опять предложила решение как мне организовать сон, но при этом не попасться случайному патрулю. Решение заключалось в знакомой картонной коробке. Может я бы и возмутился но, вспоминая недавний случай, признал, что картон действительно может помочь, к тому же он защищал от ветра …. правда мне нравиться холод. Неважно. Забравшись с Лирой в коробку, я продрых до утра и, будучи разбужен, чувствовал себя чуть бодрее, но очень голодным.

Пожалуй, последнее можно даже воспринимать как дополнительный стимул. С момента попадания в этот мир желание найти нормальную еду не раз заставляло меня делать странные вещи. Проникновение в башню «Десяти Пони» с грузом моркови, проникновение в пещеру Спайка с грузом мороженного, создание фермы по разведению личинок, приготовление борща под песню «Суп наварили», речь на радио где я сравнивал картошку с коммунизмом, и это не полный список. Теперь же я ищу столовую, чтобы там найти союзников, чтобы уже с ними устроить революцию. Учитывая раннюю тенденцию, революция должна пройти как на Земле; как в стране любителей сала и ношения кастрюль на голове. Даже вспомнилась одна песня про кастрюли:

Киев, рада, патриоты.

Русофобский слышен стон.

МВФ нам из европы,

Скоро вышлет миллион.

Спрячет доллары в мешке,

Олигарх противный.

А на нашем языке,

Деньги — значит "гривны".

Эх, люли, люли, люли,

Сене в лоб летела пуля,

Получила Юля дулю

В Сэ-Шэ-А,

Эх, люли, люли, люли,

Мы не люди, а кастрюли

А кастрюлям, как известно,

Нравится лапша!

Хутор, геноцид, реформы.

От тарифов люди мрут.

А нацисты, в новой форме

По Крещатику идут.

Всё забрали в свой офшор-

Олигархи Морганы,

Европейцам мы нужны,

Разве что на органы.

Эх, люли, люли, люли,

В ад завёл страну Петюля,

Мочит Путин террористов, С Пэ-Пэ-Ша,

Эх, люли, люли, люли,

Мы не люди, а кастрюли

А кастрюлям, как известно,

Нравится лапша!

Честное слово: на фоне города Филлидельфия даже Окраина под управлением Пети выглядит образцом спокойствия и благополучия. Я был готов оказаться хоть в Киеве хоть в Мукачево — лишь бы выбраться из этого мира. Конечно, Мелкопипка говорила, что для этого достаточно просто умереть, но она как бы – не заслуживает доверия. Селестия же говорила, что способ есть, но он давно утерян, однако сомневаюсь что разумный компьютер, зная об этом способе, стёрла у себя папку с данным знанием. Вот поэтому я и пытаюсь добраться до Селестии, но будучи не очень умным не нашёл простого способа, поэтому и нахожусь сейчас в Филлидельфии. Поэтому ….

Очень громкий шум шагов (?!) прервал мысли об самооправдании. В соседнем квартале находится что-то большое, и судя по звуку, оно на четырёх ногах. Естественно любопытство победило осторожность так, что я и Лира сменили курс. Пройдя полквартала, мы вышли к главной улице, на перекрёстке которой находился аванпост наёмников. Вообще-то в данном городе полно укрепленных постов. Они повсюду, в том числе и с техникой. В основном БТРы, реже броневики Фалькатус, но попадались и двуствольные танки (после сильного первого впечатления в Менхэттене, последующие встречи уже не вызывали эмоций) однако то что я увидел на том перекрёстке было …. Просто нечто.

Не знаю чем этот перекрёсток так важен, но его охраняли аж два танка и один огромный робот. Танки тоже были необычны, но робот переключил всё внимание. Ещё в первый день в этом мире я поразился совершенству местной робототехники, но то, что видел сейчас, казалось было не местного производства. Впечатление что НКР как-то дорвались до подлинных технологий людей, и этот робот был одним из образцов. В пользу данного утверждения было отсутствие на роботе синей краски, и вообще опознавательных знаков наемников (никаких шахматных фигур или птичьей лапы), а также небольшая надпись (на русском Карл!) спереди на боку: «БЛОК ТАНК», но обо всём по прядку.

Робот соответствовал своему названию, и выглядел как огромный прямоугольный блок на подвижной шагающей, четырёхногой платформе. Поначалу казалось, что этот «блок» просто большая шагающая ракетная установка, но нет; приглядевшись, различил находящиеся внутри множество столов небольшого калибра. Чем он стреляет, понятия не имел, но ради этого знания отнюдь не хотел подставлять свою шкуру. Сам «блок» не был обделён обвесами. Я усмотрел: аж четыре антенны, дымовые гранатомёты (похожие на 902Б "Туча", но на три гранаты и гораздо большего калибра) по бокам, полусферическую подвижную камеру (располагалась на «носу», точнее «под носом» блока) и турельную установку спереди на крыше робота. То, что последнее именно турель было легко понять по рукаву для пулемётной ленты, что шёл от турели в корму робота. В общем – я плохой рассказчик, и лучше один раз увидеть (http://biglazyrobot.com/wp-content/uploads/2013/09/Keloid_07.jpg), но этот робот на местные копии земных технологий был вообще не похож. Не про это ли говорила Селестия, упомянув что-то, что должно меня впечатлить? Если да то я действительно впечатлен.

Отойдя от первого впечатления обратил внимание на стоящие рядом два танка, которые на фоне высокотехнологичного робота, выглядели будто их слепили из того что было. Вообще-то в сравнении с ранее виденным двуствольным недоразумением эти танки выглядели вполне нормально (даже синяя пиксельная раскраска и опознавательный знак шахматной ладьи смотрелись уместно), но увидь я их раньше, то тоже назвал бы увиденное хренью. В общем, если приглядеться, то с трудом, но в этих танках можно было усмотреть черты Т-90.

Усмотреть при большом воображении, так как танк был целиком в обвесах, наиболее заметным из которых были крупные толстые квадратные металлические листы. По бортам они располагались стык в стык, но в верхней части корпуса были скорее внахлест. Особенно интересно выглядят импровизированные ступеньки, на левом борту, сделанные из приваренных к обвесу железок. На боках башни тоже были такие же ступеньки. Похоже, местные так и не поняли концепции динамической защиты но, видя, что на чертеже танк был обвешан какими-то коробками (на рисунке Лиры танк был с динамической защитой), решили следовать оригиналу, и изобразили нечто похожее. Издали эти железные квадраты действительно можно было принять за динамическую защиту. Другой заметной и нелепой деталью обвеса была огромная бочка, закреплённая сзади башни; там, где обычно крепят воздухопитающую трубу ОПВТ (Оборудования Подводного Вождения Танков). То, что было на этом танке — точно не труба, и иначе как бочка это не назвать. Понятия не имею для чего она нужна, но точно не для подводного вождения. Неужели копытные и здесь не поняли для чего эта деталь, но решили, что раз она там есть то нужно оставить, а ещё лучше — сделать побольше? Думаю, что всё же нет, но потом буду думать над этим ребусом.

Другие особенности танка были не так нелепы, но всё равно заслуживали внимания. Пожалуй, первым делом нужно упомянуть пушку; не двойную, но всё равно большого калибра – 140 мм, не меньше. Вообще-то и на Земле есть танки с пушкой такого калибра, так что не это меня удивило. Кожух. На стволе пушки был очень длинный (на три четверти от длины ствола) квадратный теплоизоляционный (?) кожух. Неужели местные так боятся получить неравномерный нагрев и изгиб ствола? Не знаю, как насчёт изгиба, но маску орудия они прикрыли на совесть – толстенный щиток у основания орудия выглядел весьма внушительно. Также вызвал уважение и опасения спаренный с пушкой пулемёт. Хотя нет – это была скорее спаренная с танковым орудием двуствольная авиационная пушка. Увидь я такое на Земле, то решил бы, что это ГШ-23 и подумал, что у армии использующей такие танки посбивали вертолеты, и чтобы пушки с них не пропадали местные, недолго думая, стали их пихать куда можно и нельзя. И ведь на Земле подобное действительно было, только до танков дело не дошло; только до бронеавтомобилей (https://topwar.ru/uploads/posts/2016-09/1473784920_bm-viy-3.jpg).

В остальном танк выглядел вполне нормально. Закрытая пулемётная установка на крыше башни, дымовые гранатометы, нормальные катки и гусеницы (хотя ходовая часть чуть ли не на половину скрыта обвесами, но то, что торчит из-под металлических плит, выглядит вполне нормально); выбивается из этого, пожалуй, лишь ножевой минный трал. Танк, будучи обвешанным квадратными железками, с этим тралом был чем-то похож на броненосца; если бы у него был очень длинный нос и не в меру большие зубы.

Сам трал выглядит вполне нормально вопрос только: нахрена? Тут городская черта — залитые бетоном улицы. Ножевые тралы используются на рыхлом грунте. Тут у меня нет логического объяснения, только предположения. Может у НКР какой-то фетиш на тралы? На двуствольных танках стоит катковый, на этой версии Т-90, ножевой. Чувствую, что на следующей модели местной бронетехники будет стоять комбинированный, хотя….

Нахрена я осуждаю? Это мир разумных копытных, созданный свихнувшимся «призраком» по «заказу-наказу» космического сверхразума, для неясных (но явно провалившихся) целей. По плану Лорен в нём из техники не должно было быть ничего сложнее паровоза, но теперь здесь есть город заводов, по улицам которого ездят танки, БТРы и ходит как минимум один довольно совершенный боевой робот. То, что местная техника, будучи скопированной с земной, претерпела изменения вполне логично и объяснимо, а то, что она кажется мне смешной уже скорее мои проблемы. Первые танки были вообще ромбовидными, с пушками по бокам, так что я не должен осуждать. Какой бы нелепой местная техника не казалась, она работает, и уверен – тому против кого выставят все эти танки с роботом придётся очень худо. Тем больше резон поднять в этом городе успешный мятеж.

Будто в подтверждение моих мыслей мы подошли к довольно мрачному обшарпанному зданию с вывеской «Солёная подкова» и нелепым рисунком, на котором собственно была изображена подкова в белом порошке. В тот момент мне вспомнилась одна лекция Трикси об её довоенной жизни. Тогда единорожка в теле аликорна рассказала про свои гастроли, и в частности тот, что проходил в Эппллузе. Городе с построенным в стиле «дикого запада» и с дикими по местным меркам нравами. Конфликт его жителей с каким-то племенем разумных бизонов (ныне вымерший вид) меня мало интересовал в отличие от привычек местных лизать соляные кубы. Я не животновод и понятия не имею, как от этого можно словить опьянение, но со слов Трикси в том городе был целый бар, посвящённый этой привычке; он даже нёс звучное название «Солёный ключ». Теперь же передо мной было заведение «Солёная подкова», и одно из двух: либо это аналогичное Эппллузовскому заведение специально для пони, либо это заведение для грифонов в котором пони подают на завтрак, обед и ужин. Судя по зашедшему в его двери пегасу, не наёмнику, скорее первое. Обговорив с Лирой прикрытие и скрытность (гуль в баре будет подозрителен) последовал примеру пегаса.

С волнением вхожу в помещение, ожидая увидеть худшее – множество копытных и грифонов в синей броне, но увиденное было прямо противоположно. Бар (такой же, как вокзал – обшарпанный и со следами борьбы) оказался даже не полу, а на девяносто процентов пустым.

В помещении была абсолютная тишина – никаких разговоров, музыки; тихо как в гробу, да и сам был просто уныл. Деревянная барная стойка с протирающим её коричневым единорогом «барпони», такая же коричневая единорожка с карандашом за ухом (видимо официантка) расставляющая стулья, множество столиков, которые в большинстве также были пусты. На стульях у стойки никого не было, столики занимали лишь трое копытных – две земные пони и зашедший пегас. Похоже, заведение не пользуется популярностью, а те немногочисленные посетители друг с другом незнакомы. Нет никакой компании, к которой можно подсесть и завести знакомство. Но не густо как говориться и не пусто. Всё же я нашел, что искал, и теперь есть два пути: я могу подсесть к какому-нибудь посетителю, либо, следуя клише, поговорить с барменом. Оригинальности не искал, так что выбрал второй вариант.

— Мир вашему дому, — прозвучало из моих уст, пока я подходил к стойке.

— И вам здрасте, — ответил бармен. Судя по паузе (за которую я успел занять место за стойкой) его обескуражило моё нестандартное приветствие. Далее он говорил, не размениваясь на паузы: — Паршивый денёк, да? – по замыслу единорога вопрос должен был звучать как риторический.

— Теперь других дней и не бывает, — мне этот ответ казался остроумным.

— Значит не грех хлебнуть. Вискарь? Скотч? Сидра нет.

— Нет, я не употребляю алкоголь, — судя по взгляду, ответ бармену не понравился, но я смог выкрутиться: — Мне б поесть. Что есть из закуси?

Бармен, светя своим отростком, как лазерной указкой указал на стоящую позади доску с написанным мелом меню. Выбор….. Ассортимент был в основном вегетарианским, причём исключительно для травоядных: сенокекс, бутерброды с соломой, бутерброды с ромашками, с клевером, с хмелем, «соломенный пирог», ещё множество неподходящих для меня блюд, но один пункт меня сильно заинтересовал.

— «Пищевой рацион», — я указал на пункт ценой в пятьдесят крышек и добавил: — пожалуйста.

— Необычно, — прокомментировал бармен. — Либо ты здесь совсем недавно, либо собираешься вступить в ряды Когтей. Ты промышлял рейдерством?

— Нет – я не рейдер, и не собираюсь грифонам служить.

— Тогда, откуда прибыл? – а бармен не в меру любопытен.

— Из башни Тенпони, — мой импровизированный ответ. — Просто выдай заказ.

— Значит «Из башни». Очередная волна выселений? – на вопрос единорога я ответил кивков.

Единорог, молча достал из холодильника знакомый синий пакет, а я, отсчитав крышки, расплатился и принялся к распаковке.

— А что тут необычного? – спросил я, выставив пластиковую тарелку но, пока не справившись с кольцом на консервной банке.

— Тех, кто прожил здесь хотя бы неделю, уже воротит от пищи грифонов. «Комбайны» из СНС устроив дождик, не прикрыли своим зонтиком поля, так что теперь животная пища из экзотической вновь стала повседневной…. Во всяком случае, в Филлидельфии; не знаю как там у вас в башне.

— Тогда почему так мало клиентов? – спросил я, оглядываясь вокруг, а далее указал на доску с меню. — У тебя ведь есть альтернативаааа…. – я обратил внимание на цифры. — Понятно.

Только сейчас обратил внимание на цены этих соломенных закусок. Один бутерброд с ромашками стоил больше сотни пробок. Хотя…. Бармена ведь удивил мой выбор, так что…. Пони не любят мясо даже если оно ….. Вообще-то «пищевой рацион» тоже был не дешевым, но раз его раздают как награду за сотрудничество то деньги у местных в дефиците. Но не надо думать о плохом. В кои-то веки я нашёл нормальную еду. Не выращенный на Мстителе «огород», не личинки насекомых, а самая настоящая тушёнка. Правда на банке была изображена двуглавая облезлая корова, но это не сильно портило впечатление, а то что, взяв вторую банку, я увидел на ней рисунок свиньи, вообще вызвало улыбку.

— Так ты здесь надолго или скоро уезжаешь? – спросил бармен.

— Ещё не решил, — ответил я, хотя…. Тушёнка даже холодной показалась мне невероятно вкусной, так что думаю: задержусь; а если покину, то перед этим запасусь такими рационами.

— Тогда если не собираешься подаваться в наёмники, советую найти мистера Кауфа. Ему всегда нужны честолюбивые работники.

— Это кто такой? – спросил я, не отрываясь от тарелки с тушёнкой.

— Главный в «Squeaky Cleaning Company».

— Ээээ….. Ты советуешь податься в уборщики?

— Поверь, в этом городе это далеко не самая грязная профессия. К тому же они часто выезжают за пределы. Может ты даже видел их в своей башне, а если нет то….., — бармен задумался. — Работа в воронке считается хорошо оплачиваемой, — судя по всему он имел ввиду воронку от располагавшейся вблизи города, разоравшейся бомбы зебр; похоже, в воронке ведут какие-то работы, — но там смертность выше, чем в Яме Красного Глаза, — единорог явно имел ввиду гладиаторскую арену; ту прямо с которой сбежала Литлпип прихватив собой Ксенит. — Другие места менее травмаопасны, но крышек что там платят, не хватит и на бутыль с чистой водой, и поверь – вода здесь значит гораздо больше… — палкоголовый сделал паузу, а после добавил другой водный совет: — Советую почаще принимать душ, а то скоро и без облучения будешь похож на гуля.

— Воодушевляющее, — ответил я, — но спасибо за совет.

Далее последовала десятисекундная пауза, течение которой палкоголовый рассматривал меня с нескрываемым подозрением. Я же делал вид, что мне всё равно, а может и не делал; трапеза захватила всё внимание. Единственная моя мера предосторожности так это, что не жевал с открытым ртом опасаясь «сверкнуть» своим необычным стоматологическим здоровьем. Может со стороны такой «этикет» выглядел неуместно, но раз «я из Тенпони – башни снобов», то это даже правдоподобно. Выяснилось, что нет – палкоголовый стал что-то подозревать.

— Ты ведь не из Тенпони, — сказал бармен, я же в тот момент чуть не подавился, — может просветишь своего «нового друга». Откуда ты?

Откашлявшись, я не придумал ничего подходящего, так что просто выдал:

— Отовсюду.

— Как «перекати поле», — с недоверием ответил единорог; далее он подойдя приблизил свою морду к моему левому уху и шёпотом спросил: — Где сидел?

Вопрос меня несильно так удивил. Вот уж не думал, что похож на беглого зека, хотя после всех тех долгих дней на Мстителе, среди беглецов из Арбы, может ненамеренно перенял их черты? Если да то это можно использовать.

— Там же где и все – в Арбе.

— Какой блок?

— Блок А, — ответил я вспомнив, что в там сидел Сулик.

— А я «Блоке С» восемь лет смешивал песок и известняк. Понятно, почему мы не встречались.

Далее единорог, светя «дрелью», достал стакан, и налив в него жёлтой пахнущей спиртом жидкости со словами «За свободу» опустошил содержимое. Мне хотелось добавить «За равенство и Братство» (Свет, Газ и Смытый Унитаз) но решил, что тут лучше промолчать. Увы, но затишье прервал не я и не бармен – пнув дверь, в бар зашли новые посетители, пятеро новых посетителей – четверо земных пони и одна единорожка.

— У вас всегда так тихо? – с ухмылкой спросил оранжевый земной пони в ковбойской шляпе и наклейками когтей на месте меток. Видимо он и есть лидер этого «пионерского отряда».

— Стало, после того как Когти перебили моих клиентов, — ответил бармен, а после задал резонный вопрос: — Зачем явились?

— Поддержать местную экономику, — с сарказмом ответил оранжевый.

— Босс знает, что вы здесь? – спросил бармен.

— За неё не волнуйся, — далее шляпник, осмотревшись, обратился уже к немногочисленным посетителям: — Все знают что делать?!

Похоже действительно знали. Посетители (в том числе и официантка) как один резко встали и рысью направились к выходу. Лишь я, как дурак, сидел за стойкой, поедая тушёнку. Похоже тут намечается классическая ковбойская драка (https://youtu.be/CJPwFtGFIKU?t=39); разве я мог просто уйти?

— Нет, ты посмотри, — смотря в мою сторону, сказала единорожка из отряда шляпника.

— Простите, — с наигранным сарказмом обратился ко мне шляпник, — мы вам не мешаем?

— Нет, нет, — ответил я, — просто давно не ел нормальной еды. Если сами сдадитесь, то очень хорошо, а если нет, то придётся вас убить. В последнем случае аппетит пропадёт.

— А ты не охуел, серый уёбок? – медленно сказал стоящий позади земной пони. Боковым зрением я увидел, у него было боевое седло с дробовиком.

— Тебя здесь кончить или под зонтик захотел? – уточнил шляпник, угрожающе приближая свою морду к моему уху.

Далее я с мыслью «сейчас или никогда» начал действовать. Доля секунды и я беру пластиковую вилку, ещё доля, и втыкаю эту вилку в глаз оранжевого – тот тут же с криком упал на пол. Далее толчком сбивая с ног шляпника, ухожу из огневой зоны дробовика – выстрел ушёл в деревянную стойку. Подкат под вставшего на дыбы земного и я, достав пистолет, далее произвожу два выстрела в грудной отдел копытного. Тот падает с пулей в сердце, и ловит предназначавшийся мне свинец. Секунда и стрелявший земной пони ловит дробь от бармена, державшего своей аурой обрез двустволки. Увы но его миг был недолог, единорожка, что была вместе со шляпником, достав револьвер (те кто косит под ковбоев любят шестизарядные) выстрелом в голову отправила того на «Райские Луга».

— Срань Селестии! – прокричал лежащий шляпник с вилкой в глазе. — Пристрелите его!!! – далее он копытами вынул вилку. — Блядь чего тормозите?!! – кричал оранжевый, пачкая пол кровью и глазной жидкостью.

— Не хотят подыхать или становиться как ты, — ответил я, всё ещё находясь под трупом земного.

— Хули ждёте?!! – не унимался оранжевый. — У нас больше стволов, а он один!!!

— Не один, — вставила своё слово прятавшаяся за одним из столиков Лира. — Вы на мушке с того момента как вошли, — слова единорожки подтверждал парящий пистолет с глушителем. Странный выбор. Противников двое (единорожка и земной с револьвером в пасти), плюс, лежащий одноглазый, а у Лиры есть пп. Решила обойтись вез автоматической стрельбы?

Чтобы она не решила, её открытый выход был глупым ходом. Теперь земной пони целился в гуля, а вот единорожка не прекратила направлять на меня ствол револьвера. Лиру пули не убьют, а вот я, получив вентиляционное отверстие, вряд ли вернусь к жизни как полковник. Это была какая-то «Мексиканская дуэль». Единственный кто из всех нас не был на мушке и был не прочь пострелять так это одноглазый шляпник. Похоже, из-за потери глаза его агрессия перевесила инстинкт самосохранения. Злобно рыча, он, встав на ноги, потянулся к кобуре и пастью взял крупнокалиберный револьвер. Естественно я это видел и не собирался ждать.

Сбрасываю с себя труп земного и бросаюсь на шляпника врукопашную. Не то чтобы, имея пистолет, у меня была мания к ближнему бою просто собирался использовать шляпника как живой (подчёркнуто живой) щит. От участи получить пулю меня спасла Лира, всадив хэдшот единорожке. Далее уже Лира получила свои четыре пули. Я же успел добежать до оранжевого, тот понимая, что не успеет выстрелить встал на дыбы – большая ошибка. Я, будучи привычным к драке стоя на двух легко увернулся от копыт и, выбив из пасти оранжевого револьвер, произвел захват его правого копытца с последующим открытым переломом ноги. Перелом был лишь сопутствующим ущербом; просто прикрываясь шляпником я «не рассчитал силу». Сам шляпник при этом так орал что ему и Витас позавидовал бы, благо его страдания были недолги. Подстреливший Лиру земной разрядил в оранжевого все оставшиеся в барабане патроны. Далее он, бросив револьвер, взял в пасть крупный нож, но новой рукопашной не случилось. Томагавк Лиры завершил «ковбойскую драку».

— Я уже говорила, что ты грязно работаешь? – спросила Лира, попутно магией вытаскивая топорик из головы земного.

— Ты ведь видела – они сами нарвались.

— По мне так это ты нарвался. Зачем-то вступился за этого бармена… Теперь из-за тебя он мёртв.

— Нет — это они его убили.

— Но если бы ты не вмешался, то он был бы жив, — а ведь Лира была права.

— Просто он был дружелюбен, мог помочь, а тут его начали прессовать…. – мои оправдания звучали неуклюже. — Я вступился за него, а он за меня…. – далее я решил отодвинуть эмоции: — Надо убрать трупы.

На последней фразе в окно бара влетела железная банка, которая, упав на пол, начала источать белый дым. Быстро все поняв, я взял влетевший предмет (сделана кустарно) и отправил тот по обратному адресу, при этом успев «вдохнуть полной грудью». Судя по запаху – не черёмуха, но это всё равно, дурной знак. Оперативно нас засекли, а может у шляпника просто снаружи кто-то был? Что бы там ни было, но скоро нас будут штурмовать, и я не собирался просто задаваться и занял позицию за барной стойкой. Была мысль использовать стулья и столики, чтобы забаррикадировать дверь, но при столь больших окнах, какой в этом смысл? Смысл был в том, чтобы выдержать первый штурм, а дальше воспользовавшись замешательством бежать через в открытую, либо развернуться и искать «чёрный ход»; уверен, что он здесь был.

Мысли об варианте побега прервала очень неожиданный нюанс. Дело в том, что дым от той кустарной дымовухи ещё не развеялся, так что вместо просто красных точек я видел чёткие лучи ЛЦУ (Лазерный ЦелеУказатель). Сам факт их наличия был уже неприятен, а то, что они исходили от потолка, вызывал ещё эмоцию недоумения. Однако недоумение быстро прошло – враг на, а точнее, в потолке. Второй раз попадаю в такую ловушку. Первый был в Новом Клаудсдейле. Тогда вражеские пегасы прятались в облачных стенах, а Прайд вообще в потолке, причём в силовой броне. Неужели в НКР как-то предвидели, что мы окажемся именно здесь и устроили засаду? Тогда зачем был нужен этот «пионерский отряд»? Потом буду думать, сейчас есть цели поважнее.

Увы, но заглядевшись на лучи, я всё же слишком долго думал. Противник заметил, что я начал что-то подозревать и начал действовать. Секунда и…… Время снова замедляется, но мне это не помогло, зато в подробностях рассмотрел, как, напустив пыли и щепок, с потолка мне и Лире наголову валяться земные пони.

Это были странные копытные. Будучи одетыми в серые комбинезоны с бронежилетами Когтей они, тем не менее, явно были не из группировки наёмников. Амуниция выглядит потрёпанной, опознавательные знаки с когтистой лапой стёрты, на мордах маски, и ни одного грифона. Но кем бы эти пони ни были, они устроили на нас засаду, а значит – это враги и нужно бежать.

Увы, но побег не удался. Один из засевших в потолке организовал засаду прямо над барной стойкой – там, где находился я, так что вскоре я ощутил на себе удар тяжёлой тушей земного пони. Последующий залом мордой в пол, был уже сам собой разумеющимся. В ту секунду я надеялся, что уж Лира сможет выкрутиться, но громкий звук выстрелов (судя по громкости, стреляли из тех двустволок, которые я впервые увидел у охраны тюрьмы Арба – те, что стреляют каучуковыми шарами) и незнакомый голос «Готова! Мы её поймали!» чётко показывали — наша песенка спета. Далее всё как при классическом задержании – нас повязали, забрали сумки, обшарили карманы а, далее поставив в стоячее положение, прижали мордами к стене. Конечно, на Земле в таких случаях рекомендуется молчать (всё сказанное может быть использовано против) но это другой мир, а я был очень любопытен.

— Вы еще, что за потолочные вши?! – честно говоря, звучало глупо, красноречие – не моя сильная сторона.

— Молчать! – сказал земной в маске, а для верности ударил мне копытом в бок. — Вопросы здесь задаём мы, и не советую дерзить нашему боссу!

Не знаю, кто их босс, но если он спланировал такую засаду, то он не глуп (не глупее покойного Виндшира) а судя по словам и поведению его подчинённых, он ещё из тех, кого стоит бояться. Будто в подтверждение мыслям дверь в бар открылась, и в помещение вошли… В общем – я понял кто эти «потолочные вши».

В сопровождении двух земных пони в бар вошёл крупный серый единорог. Их расовая принадлежность ни о чём не говорила в отличие от их шмоток. Короче – это уборщики. Земные из сопровождения были в уже знакомых мне серо-зелёных комбинезонах, единорог же помимо комбинезона, носил толстую серо-зелёную куртку и кепку с вырезом под рог такого же цвета. Судя по всему это их главарь. Его речь подтвердила вывод.

— Почему столько грязи?! План был действовать чисто и без свидетелей!

— Босс, — неуверенным голосом ответил копытный в маске, — мы не виноваты. Это эти двое намусорили, убив Оранжа.

— Барпони тоже они? – спросил рогатый, заглядывая за стойку с лежащим трупом.

— Нет, это он за них заступился и словил мордой дробь.

— Понятно, — ответил рогатый, — действуем как обычно, но не с барпони, — далее он повернулся к нам. — Разверни их, — приказал палкоголовый, на что земные в масках тут же повернули нас уже затылками к стене и в жёсткой форме поставили «на колени».

— А теперь, два контрацептива, поговорим с вами, — обращаясь к нам рогатый говорил с ухмылкой. — Кто такие? Зачем так намусорили?

— Раз пошли на дело, выпить захотелось …. – мой голос так и сквозил сарказмом.

— Ты у нас попался упёртый или тупой? – на этот вопрос я ответил молчанием. — Значит второе, но мне всё равно. Я вас не знаю и в глубине души даже благодарен, но вы изрядно намусорили, а нам свидетели не нужны. Однако мы работаем чисто и не убивали тех, кого незнаем, не хотелось, чтобы вы стали первыми, так что повторю вопрос: Кто вы блядь такие?!

В ответ я, найдя в пересохшем горле сгусток слюны, плюнул тот в серую рогатую морду. Последствия поступка были предсказуемы – уборщики, без слов прижав меня к стене, начали жёсткое отбивание. Не то чтобы я «играл в героя» просто нужно было привлечь внимание, пока Лира придумывает выход, однако ситуация пошла по сценарию который для меня был самым неожиданным из возможных. Ситуация повернулась не на девяносто а на все сто восемьдесят градусов.

Избивая меня, копытные целились в основном в брюхо, но досталось и морде. Естественно, что в такой ситуации линзы, скрывавшие истинный тёмный цвет моих глаз были выбиты и утеряны (а ведь я щурился). А азарте избиения уборщики этого не заметили, но после команды босса «Хватит!», последовало затишье, в течение которого я, корчась, лежал на пыльном полу. Палкоголовый решил принять участие, но помимо воздействия копытами, применил классическую пытку ярким светом – он начал светить своим отростком мне прямо в глаза. Свет был очень неприятен и вызывал боль в глазах но, щурясь, я не отводил взгляда, ожидая момента для парирования. Именно в этот момент палкоголовый заметил мою необычную радужку. С испугом на морде он отпрыгнул и с дрожью в голосе приказал избивавшим меня земным:

— Все назад! – далее он обратился уже ко мне: — СНС? Грей? Призрак?

— Он самый, — ответил я с улыбкой на морде.

Улыбка была вызвана отнюдь не осознанием известности – Лира воспользовалась тем, что я отвлёк внимание, и сейчас уже достала, но не привела в боевое положение свой пп «Гоблин». Теперь меня заботило, что случится раньше: Лира успеет перестрелять уборщиков или уборщики успеют пристрелить меня. В итоге: не то и не то. Уборщики вдруг резко более серьезно (это было заметно даже у тех, кто были в масках) изменились в лице и встали вставать по стойке смирно. Если бы в тот момент я не лежал весь избитый, то даже решил бы, что это смешно. Серьезно – всё выглядело как в одном советском документальном фильме (https://youtu.be/qtHH5UuAzUs) и будто в подтверждение палкоголовый, с улыбкой и радостью в голосе, произнёс:

— Наконец-то. Дождались

## Закон ямы - Брешь в паутине (часть первая)

Это было неожиданно. Вот уж не ожидал, что в этом городе есть те, кто нас ждали; и, что ещё более странно — дождались. Хотя – может это очередная ловушка? Эти копытные в серо-зелёных комбинезонах тоже работают на НКР, а судя по увиденному — они непростые уборщики. Тем не менее, удивление вперемешку с радостью в их больших глазах выглядит так искренне, к тому же, если бы они были лояльны властям НКР то, наверняка увидев истинный цвет моих глаз, среагировали бы по-другому – вместо вопросов и стоек смирно, просто нашпиговали бы нас синцом. Хотя…

Эта потолочная засада была ведь не на нас, но уборщики определённо хотели со мной встретиться, и их желание сбылось. То, что я, с Лирой, шатаясь по городу, случайно найду нужный бар, в котором устроят засаду какие-то тайные сочувствующие СНС, и что мы, угодив в эту засаду, сможем объясниться и понять друг друга, можно воспринимать не иначе как чудо, а в чудеса я не верю. Тогда есть лишь одно объяснение – меня сюда привели, и у меня был лишь один подозреваемый. Неужели Лира что-то знала? Неужели она знала о баре и этих уборщиках? С её слов, она посещала данный город лишь до войны и то, выполняя задания агентства. Уборщики – агенты? Бред какой-то. Скорее всего, мне просто нужно принять очевидное – это другой мир в котором магия также реальна как свет, газ и вода. В этом мире Мелкопипка только выйдя из своего «стойла» тут же обратила на себя внимание Спайка, а через несколько часов повстречалась с лучшим стрелком пустоши – Дедшотом Каламити. Умудрилась вступить с ним в перестрелку и, нахватавшись от него маслин, выжить, а после даже подружиться с этим копытным ковбоем. Для сравнения – я при нашей (в смысле с Каламити) первой и единственной встрече тоже словил свинца, но всё же победил этого «кибердемона». Риторический вопрос: это ведь тоже была не случайность? Может всё в этом мире неслучайно? Может даже то, что говорила Лира в тамбуре вагона, про случающиеся чудеса, было не просто так? Столько формулировок одного вопроса, но пока факты говорят: иногда чудеса случаются, иногда все-таки приходит незаслуженное счастье. Сейчас это счастье пришло в образе группировки пони-уборщиков, и будет глупо его упустить.

Придав морде более-менее серьезное выражение я встаю на ноги и приказываю Лире опустить оружие. Далее палкоголовый, что командовал уборщиками, достав рацию, проговорил в неё: «Двести десять, код два». На мой резонный вопрос тот ответил, что это был запрос эвакуации. Скоро приедет чёрный БТР, после чего нас увезут туда, где мы сможем познакомиться в более спокойной обстановке. Пока мы дожидались транспорта, уборщики не теряли времени; со всей скрупулезностью они подобрали каждую гильзу, пулю, дробину, стёрли пятна крови, запаковали трупы в чёрные мешки и, сложив их у стены, отчаянно драили пол и стены. Я уже понял, что форма уборщиков для них лишь прикрытие, но должен признать – они действительно справлялись со своими прямыми обязанностями. После нашего ухода бар будет сверкать чистотой. Поскорей бы покинуть это место; может его уже можно считать чистым, но совсем недавно тут совершилось очень грязное дело.

Дожидаться долго не пришлось, транспорт приехал ещё до того как уборщики закончили мыть пол и стены; а ведь они работали как настоящие профессионалы — очень быстро (https://youtu.be/r7PTAP3_boo?t=2). Всё интересней и интересней, я только не сгорал от любопытства, так хотелось задать очень много вопросов и, судя по физиономиям копытных, они разделяли моё желание; в смысле тоже хотели задать вопросы, но не здесь и не сейчас. Естественно я не собирался этому препятствовать и, следуя за единорогом, вместе с Лирой вышел из бара, чтобы сесть в приехавший чёрный БТР. Далее нас троих, вместе с группой что пряталась в потолке, куда-то повезли. Увы, но трёхосный БТР уборщиков, мало того что был с демонтированным вооружением так ещё и не в командирском исполнении. Короче — у него не было окон и внешних камер с мониторами в десантном отделении; были смотровые щели, но через них нихрена невидно. Мы ехали в слепую, и меня это напрягало, особенно на моменте когда БТР начал двигаться, поворачивая только налево; причём вниз под небольшим уклоном – будто мы ехали по спирали вниз. Когда БТР достиг центральной точки этой спирали мы, наконец, вышли из этого неудобного средства передвижения. Надев заранее взятые «очки Кота Базилио» (чтобы скрыть цвет глаз) я не надеялся увидеть в этом смоге всех деталей, но всё же увиденное меня сильно удивило.

В общем, этой спиралью был огромный карьер (горная выработка — http://www.sciencedebate2008.com/wp-content/uploads/kimberlitovaya-trubka-mir-06.jpg). На Земле такие возникают на месте добычи угля или алмазов. Понятия не имею, что здесь добывают, а также, почему этот карьер находится прямо в черте города, хотя…. Судя по смогу, местная промышленность работает в основном за счёт угля, а этот карьер на самом деле не в черте, а на окраине города. Причём его не рыли и это вообще не карьер, нас привезли на дно воронки от бомбы зебр. Сам факт, что мы находимся на дне воронки, меня бы не сильно удивил, но то, что эта воронка-карьер была не в меру сильно обжита, ломало мои представления о здравом смысле.

Нет, я, конечно, понимаю, что люди тоже, где только не живут, но эти копытные застроили «фавелами» воронку от «атомной бомбы», оставив только спираль дороги, по которой двигался наш БТР. Теперь мы находимся на самом дне этой воронки, что было, в каком-то смысле, символично. Закон ямы: «неважно сколько карабкался наверх, — обратно слетишь в один миг». В моём случае этот закон воплотился в почти буквальном смысле. Попав в этот мир, я с самого начала успел дров наломать и, потренировавшись на лесорубах, далее сразу перешёл на местных профессиональных бойцов. Пусть мне и беглецам из Арбы, пришлось посидеть в сырой пещере, но угон летающего авианосца стоил любых неудобств. Мы буквально вознеслись, чтобы, будучи в безопасности на небесах, придумать и воплотить в жизнь свои планы против ложной гармонии Дарительницы. Какое-то время у нас это успешно получалось, но всему хорошему приходит конец – операция «Смертельный Дождь» окончилась полным провалом. Но нет худа без добра: «головокружение от успехов» быстро прошло и те, кто выжил, были спущены с небес на землю, причём я и Лира в самом буквальном смысле. Теперь мы, более чем, спущены — мы на дне глубокой воронки, причём в самом тылу противника. Разве можно упасть ниже? – риторический вопрос. Ещё как можно. Всегда есть куда ниже. Но не нужно думать о грустном. Мы нашли возможных союзников, воронка от бомбы – последнее место, где нас будут искать, так что пока всё идёт более-менее хорошо.

Утешая себя оптимистичными мыслями, я с Лирой, шёл за пони единорогом. Путь был недолгим – единорог привёл нас к одному из множества стоящих на дне воронки жилых домиков, аля БПК – Барак Повышенной Комфортности. Внутри данный барак был таким же убогим, как и с наружи, но должен признать — в сравнении с тем, что ранее видел в этом городе, помещение было удивительно чистым, а ведь оно в эпицентре района трущоб, да ещё и на дне воронки. С другой стороны, если здесь хозяйничают уборщики, то эта странность вполне объяснима. Чего я понять не мог так: кто такие эти уборщики? Вскоре я получу ответ на этот вопрос. Единорог привёл нас в комнату с небольшим столом и предложил занять за ним места, мы приняли предложение, палкоголовый также занял сидячее место. Дальше последовала неловкая пауза. Я, сняв очки, прервал затишье.

— Значит ты главный в «Squeaky Cleaning Company»? Мистер Кауф, как полагаю?

— Он самый, — ответил единорог, а после добавил: — напомните, кто вы такие?

— Майор Грей Стоун – Силы Народного Сопротивления, — ответил я.

— Агент Мятная, — ухмыляясь, сказала Лира, — та же террористическая организация.

— Как ад и пламя. Рад знакомству, — ответил Кауф и протянул своё правое копытце, я и Лира слегка ударив по нему, совершили местный акт рукопожатия.

Палкоголовый, снова сев на стул, продолжил разговор, задав логичный вопрос:

— Ну, «призраки», не хочу грубить, но…. Зачем вас занесло? Вы ведь не собираетесь спасать наши шкуры? Хотите уничтожить промышленный центр НКР? Взорвать к Дискорду город также как и Новый Клаудсдейл?

— Во первых, — ответил я слегка приподнявшись, — мы не собирались взрывать город, во вторых – так будет с каждым, — Лира тут же засмеялась, — в третьих – мы начинаем революцию, — теперь засмеялся и мистер Кауф.

Далее началась долгая словесная перепалка, в течение которой я и палкоголовый, соревнуясь в красноречии, обсуждали «последнее пристанище раковых клеток вольнодумства», и то, как оно распространилось по всей территории НКР. Причём речь Кауфа сквозила иронией — он постоянно напоминал что он и его подчиненные, по сути, просто нищеброды, но знающие подноготную гармонии НКР, а также ценящие чистоту. Естественно вскоре разговор дошёл и до темы СНС, причём в неожиданном для меня ключе.

— Хорошая у СНС работа, — ухмыляясь говорил единорог. — Убиваете героев пустоши, прочих обитателей нашего мира, рушите достижения министерств, а убирать всю грязь — мозги кишки и дерьмо, приходиться нам. Тебе — антигерою пустоши, достаётся вся ненависть, и известность, а что достаётся нам?

— Думаешь мне нравится быть измазанным кровью?

— Тогда понимаешь, о чём я. Разве нельзя было действовать менее грязно – это неуважение. Мы пытаемся навести порядок, а ты и прочие недоумки, всё кровью заливаете. В этом всё дело. Нужно так убивать, чтобы крови не было. Газ, яд или ещё как.

— Спайка убил, используя яд.

— Только перед этим прострелил ему глаз залив весь пол кровью и глазной жидкостью. Не удивляйся, я видел запись.

— Разве после смерти Спайка пещера была отравлена розовым газом, после чего её просто замуровали?

— Всё так, но если бы нас туда вызвали, то моим пони пришлось бы убирать тонны драконьей крови.

— Подожди, что-то не втупляю. Может, начнем сначала. Кто ты блядь такой? Что это за «Squeaky Cleaning Company» и почему вы нас ждали?

Снова началась долгая речь чем-то похожая на пересказ Лиры, когда она рассказывала свою долгую жизнь. Благо, мистер Кауф был самым обычным единорогом, не прожившим столетия, и начал рассказ не с самого детства. Его история началась с момента захвата его, и жителей его деревни, бойцами Красного Глаза, с последующим обращением в рабство и работой на восстановлении сталелитейного завода в Филлидельфии. Сейчас это звучит странно, но тогда он был рад своей участи. После жизни на пустоши в ожидании очередного нападения рейдеров, рабство у Красного Глаза было не такой уж и плохой участью. Красный Глаз обеспечивал рабов едой, водой, крышей над головой и относительной безопасностью. Правда на тяжелых работах была высокая смертность, да и его бойцы (набранные преимущественно из рейдеров) не гнушались превышать полномочия в обращении с рабами, но красноречие Красного Глаза, его обещание нового мира, с отменой рабства давали рабам надежду, силы и желание продолжать работать. Кауф не был исключением.

Всё изменилось после начала операции Анклава «Выжигание», с последующим уничтожением Собора. Именно после того как Мелкопипка взорвала комплекс для выращивания более точных клонов принцессы Луны, «Диджей Пон Три» выступил(а) с обличительной речью из которой выяснилось истинное назначение Собора, а также то что Красный Глаз мёртв. Тогда рабы, слушая припрятанные радиоприёмники, разделились насчёт мнения об услышанном. Часть всё ещё считали Красного Глаза своим спасителем и что его дело нужно продолжать, но гораздо большая, в которой и состоял Кауф, резко поменяла своё мнение. Они, осознав план Красного Глаза об осквернении природы пони, были не рады факту своей причастности, а также посчитали смерть Красного Глаза шансом освободиться. Шанс наиболее ярко себя проявил во время атаки Анклава, и Кауф его не упустил.

Возглавив крупную группировку рабов, он поднял мятеж, который в общей суматохе (тогда лишь немногое фанатики, как Стерн, следили за рабами) окончился полным успехом. Рабы перебили охрану и, захватив оружие, заняли оборону среди зданий Филлидельфии. Далее известная всем из книги Мелкопипки история: бойня между армией Красного Глаза и Анклавом, удары «Селестией Один», радиоактивный удары Дерпи, захват города наёмниками компании Коготь, лозунги про свободу с маффинами и прочее.

Кауф и доверившиеся ему пони, легко поддались на лозунги и призыв «Диджея Пон Три» довериться грифонам, так что между ними (мятежниками и наёмниками) быстро наладился контакт. Когти были рады сотрудничать с теми кто, устроив мятеж, косвенно спас многих наёмников. В дальнейшем история пошла по размеренному и, конкретно для Кауфа, благополучному сценарию.

Командовавшая наёмниками Гаудина не хотела, чтобы достижения Красного Глаза по возрождению промышленности, пропали зря. Она понимала, что заводы Филлидельфии без работающих на них пони — просто груды кирпича и железа, и также понимала, что подчинённые ей наёмники не применяют свою лихую жизнь на грязную рутинную участь рабочей лошадки. Из положения был лишь один выход – заставить рабов остаться, и Гаудина его нашла и осуществила. Она объявила захваченный город суверенной закрытой территорией Когтей и заставила Мелкопипку с Селестией выступить с речью, а также убедить Хомейдж применить своё красноречие во имя Новой Кантерлотской Республики.

По сути Хомейдж не врала. В её речах что НКР, и вообще род пони, нуждается в труде жителей Филлидельфии не было и доли вранья. То, что в городе безопасно, а за стенами война, тоже было чистой правдой. Даже то, что у Когтей были основания придать городу вновь закрытый статус и ограничить свободы местных для их же безопасности, тоже было горькой правдой, только местным от этого нелегче. Для них одни рабовладельцы сменили других, только теперь эти другие больше не практиковали гладиаторские бои и не избивали за малейшую провинность; по крайней мере, не в таких масштабах как при правлении Красного Глаза. Естественно жители были рады таким переменам, в особенности улучшению снабжения продовольствием, и Кауф не был исключением. Пожалуй, он был рад даже больше остальных, ведь Когти не забыли оказанную им услугу. Грифоны предложили Кауфу и прочим участвовавшим в мятеже рабам, работу — не на заводах в качестве рабочих и не в рядах наёмников.

Грифонам нужны были те, кто уберёт кучи трупов, которыми были усеяны улицы города и Кауф с мятежниками охотно согласились, надеясь на будущее сотрудничество, и надежды оправдались. Грифоны так впечатлились организованности копытных, что решили оставить столь слаженную группу, причём для тех же «уборочных» целей. Так, помимо компании «Коготь», в Филлидельфии и появилась компания «Чистка До Блеска». Компания, занимающаяся уборкой и утилизацией мусора, в том числе и трупов.

На последнем стоит остановиться подробней. Дело в том, что Красный Глаз не собирался отказываться от идеи создания боевых машин созданных по чертежам, что принесла Лира. Он просто отложил эту идею до лучших времён, сосредоточившись на «Проекте: Собор» однако, создание первых образцов танков, БТРов и автомобилей началось уже тогда. Естественно, что для такого рода техники требуется топливо, которое было нужно для других проектов. Красный Глаз не хотел отвлекать промышленные мощности и поручил решение проблемы некому доктору Глю. Тот, недолго думая, предложил простое и легко осуществимое решение, которое пусть и не давало много топлива, но для экспериментов много и не требовалось, к тому же решалась проблема утилизации. Решение заключалось в глубокой переработке трупов, которых на пустоши всегда было в избытке. Если по научному: термической обработке – пиролизу — нагреву без доступа воздуха. Такая установка (https://topwar.ru/uploads/posts/2018-07/1530465592_photo48.jpg) по своему устройству даже проще «дробилки для пегасов» что я видел в Новом Клаудсдейле.

Пиролиз позволяет получить ряд ценных продуктов из трупа. Тело весом 70 кг по большей части состоит из воды, и около 28 кг приходится на сухое органическое и неорганическое вещество. Из них 8,4 кг превращает в горючий газ (который в мобильной установке отправляется в топку для нагрева камеры), 11,2 кг превращаются в пиролизную жидкость, а остальное приходится на твердый остаток — углерод и вещества, составляющие неорганическую часть костей.

Из 11 кг пиролизной жидкости можно получить около 3 кг бензина и 4 кг дизтоплива. Для фракционной перегонки пиролизной жидкости в камеру установки должен быть вмонтирован перегонный куб, нагреваемый вместе с камерой. Куб соединен с ректификационной колонной, откуда продукты перегонки пиролизной жидкости поступают в сборные емкости. Итого: 75 трупов — заправка для одного танка и пяти автомобилей, а если учесть один нюанс, то гораздо больше. Дело в том, что всё же — это мир магии. Мир, в котором существует энерго-магическое оружие, работающее на, заряженных магией единорогов, кристаллах. Вот и топливо для местной техники не избежало участи быть подверженным излучению, обретя более энергоёмкие свойства.

Водяной пар, образующийся при пиролизе трупа, также содержит в себе ценные вещества. В разогретой до 700-800 градусов камере испарение воды и пиролиз органических тканей начинается одновременного, так что легкокипящие и смешивающиеся с водой вещества, такие как бензол, толуол, ксилол, выходят вместе с паром. Пар из камеры можно сразу подать в ректификационную колонну и выделить эти продукты. Собранную в накопительной емкости смесь этих продуктов можно будет отправить на химзавод для дальнейшего разделения и использования в производстве. Например, толуол пойдет на производство тротила.

Очищенный водяной пар можно подать обратно в камеру, где он будет вступать в реакцию с раскаленным углеродом, в результате чего образуется горючий газ (смесь монооксида углерода и водорода), чем можно достичь увеличения выхода газа и, соответственно, сокращения расхода твердого топлива на весь процесс термической переработки трупов.

Наконец, несгораемые остатки костей. С одного тела набирается около 5 кг костной золы, которая может быть использована как удобрение в силу высокого содержания фосфора, кальция и калия. Костную золу можно обработать серной кислотой и получить суперфосфат — минеральное удобрение. Дополнительный источник минеральных удобрений — весьма ценное приобретение. На гектар посевов рекомендуется вносить до 1,5 тонны костной муки, так что 300 переработанных трупов дадут удобрения для одного гектара. Внесение фосфорных удобрений повышает урожай зерновых на 3-5 центнеров с гектара, то есть один переработанный труп дает дополнительно около 1 кг зерна, не считая топлива. Также, установка дает много отбросного тепла, которое также можно использовать, если снабдить камеру водогрейными трубами. Пар направляется на паровую турбину с генератором, вырабатывающую электроэнергию.

Скажу честно — услышанное произвело на меня сильное впечатление. На Земле до такого могли додуматься только зигующие представители "высшей расы". Перерабатывать живых разумных существ на топливо — я даже не знаю.... Хуже только....

У Мелкопипки определённо двойные стандарты. Расстреливая, практикующих употребление мяса пони — жителей Арбы, она искренне верила, что совершает высшую справедливость, что искореняет зло. Отдавая наёмникам труп дракона (тоже разумного существа) она не считала, что изготовление из его шкуры бронежилетов будет каким-то осквернением моральных норм. Также она нормально отнеслась к действиям своей подруги Ксенит, когда та сделала себе оружие из отрубленной лапы адской гончей, и это притом что сам оставшийся без лапы "алмазный пёс" высказал своё возмущение, призывая к соблюдению морали. Теперь же в этом мире, для избегания появления полей кладбищ и частичного решения энергетической проблемы, местные дошли до того что по мерзости граничит с каннибализмом — "скармливают" трупы машинам.

Справедливости ради в этом немалая доля моей вины. Дело в том, что украденные Каламити у Анклава энергетические элементы "Бластера Чужих" за десять лет стали подходить к концу. Когти, предвидев свою энергетическую проблему, не просто так собирались приобрести Громовержец. Тот летающий авианосец должен был быть переоборудован в мобильную базу для экспансии на заражённые территории, богатые облучёнными энергоёмкими элементами. Угнав Громовержец, мы их сильно "обломали", а ведь Реджи ради захвата Громовержца даже брала нас на абордаж — сколько воспоминаний. О том, что произошло после операции СНС "Смертельный Дождь" даже думать страшно, но догадываюсь, что число жертв было огромно, однако что-то не видел вокруг Мейнхэттена и Филлидельфии кладбищенских полей. Сложив два и два можно догадаться, что мы сами подтолкнули власти НКР к практике "глубокой переработки" — какая ирония, какой цинизм.

Особую циничность этому придаёт то, что у местных есть нефть, да и угольные месторождения Эквестрии ещё не полностью выработаны. Хотя война с зебрами произошла формально из-за недостатка у Эквестрии собственного угля, но все же — королевство двух сестёр не было обделено данным ресурсом, его просто разрабатывали не столь активно, объяв стратегическим запасом. Учтивая, что собственных сырьевых мощностей Эквестрии всё равно бы не хватило для обеспечения всей страны, но было достаточно для поддержки промышленности одного города — решение было вполне разумно. Красный Глаз это наглядно доказал, а также предвидя будущее, занялся разработкой открывшегося на месте воронки от бомбы нефтяного месторождения. Пусть этой нефти было немного, и большая часть просто сжигалось, но той, что шла на изготовление огнемётного топлива, резины и пластика было вполне достаточно.

Если бы Когти всё же приобрели Громовержец, то промышленность Филлидельфи так бы и продолжила работать за счёт безотходных энергетических элементов, но благодаря стараниям СНС, НКР была вынуждена: вернуться к архаичным технологиям, расконсервировать угольные месторождения и снова начать сжигать нефть. Неудивительно, что теперь Филлидельфия снова затянута смогом, став похожей на Москву в сезон горения торфяников или Шанхай. Естественно после такого большая часть жителей НКР была зла на СНС, однако были и те, кто думал по-другому. Мистер Кауф и верные ему пони из компании "Чистка" — одно из этих исключений.

Дело в том, что этот палкоголовый быстро избавился от колдовства харизмы Хомейдж. Какие бы речи она не толкала, пропагандируя будущую гармонию, между пони и другими разумными расами, он больше верил тому, что видел. Имея особое доверие у Когтей и специфичную должность командующего группировкой уборщиков, он прекрасно видел всю грязь этого мира, причём в самом буквальном смысле. Выезжая на вызовы в различные части НКР, он насмотрелся на многих жертв во имя гармонии — в основном пегасов Анклава. Парадокс но, имея привилегированное положение в НКР, Кауф не поддался на соблазн в виде пробок от бутылок. Он считал, что род пони всё же проиграл войну, причем не зебрам. Грифоны — вот истинные враги пони. Они объявили себя: покровителями, благодетелями. Утверждают, что защищают пони от различных угроз, а также самих себя. В действительности, Когти, а также союзные им власти НКР, и есть угроза.

Ранее это было не особо заметно, но после моего появления они показали свою истинную суть. Стоило только совершиться массовому побегу из Арбы, как власти НКР начали закручивать гайки. По Филлидельфи (и вообще всей НКР) прошла волна арестов подозреваемых в симпатии к Анклаву с последующим казнями — не на площадях и не через повешение, но уборщики, видели всю подноготную. Далее город вновь приобрел закрытый статус, а Гаудина после смерти Реджи начала вводить новые меры безопасности и практику устрашения — зачистки и виселицы. Рассказывая на данном моменте, единорог даже проявил красноречие, выдав довольно звучное сравнение:

— Ты ведь знаешь что такое наш город – это Дискордова мясорубка. С одной стороны заходят пони, с другой выходит мясо. Наёмники лишь крутят рукоятку.

Парадокс, но тогда Кауф всё ещё как честный житель НКР ненавидел тех, кто посмел пойти против гармонии и искренне винил беглецов Арбы во всех бедах. Даже то оружие, которое использовали «потолочные вши», было украдено не для сопротивления – уборщики в случае встречи с беглецами хотели иметь что-то эффективней швабр и тряпок. Мнение изменилось после операции СНС «Разбитый Циферблат» (единорог громко засмеялся узнав название операции) которая закончилась смертью Хомейдж, выведением из строя «Селестии Один», и «Очистительной Бурей» Дарительницы. Тогда он, как и многие пони, наглядно убедился в истинной сущности гармонии Литлпип, которая мстя за смерть своей особенной пони, нарушила обещание не использовать погодные башни как оружие, а также убила сотни невинных. На этом фоне то, как прошла операция СНС, выглядело образцом профессионализма (хотя я бы поспорил). После её завершения «Башня Тенпони» была завалена трупами охраны, а также убитыми из Общества Сумерек (потери среди гражданских были минимальны), так что немногие выжившие из элиты башни вызвали «Squeaky Cleaning Company» для уборки мест моих похождений.

Коридоры башни, помещения охраны, допросная, даже комната управления «Селестией Один» (когда лазер и башни были уничтожены комната утратила секретный статус) была тщательно очищена, однако уборщиков интересовала не только грязь. Убираясь, они поддались соблазну любопытства и забрали голодиски на которых были записи с охранных камер, и увиденное их сильно впечатлило. Они увидели то как я и «Супчик» перемещались по башне в поисках Хомейдж, то как я форме уборщика катил мусорный бак с захваченным Лайфблумом и прятавшимся пегасом, то как я (теперь уже в одежде мойщика окон) и «Супчик» с боем продвигались к комнате управления «Селестией Один» и наконец – смерть «Синяка» и мой захват. Запись моего допроса тоже не прошла без внимания и, несмотря на то, что я всё же раскололся, впечатлила уборщиков.

Из всего вышеперечисленного Кауф и его подчинённые сделали неожиданные выводы: они работают не на ту сторону, и должность уборщиков может быть очень хорошим прикрытием. С тех пор мистер Кауф пытается сделать «Squeaky Cleaning Company» подобием группировки киллеров, но не той, которая убивает за деньги.

С момента пересмотра приоритетов, уборщики ведут двойную жизнь. Для властей НКР — они просто пони в комбинезонах любящие убирать мусор, на деле — они чаще убирают сами за собой. В отличие от СНС у уборщиков нет какого-то плана насчёт героев пустоши, их цели – в основном новобранцы наёмников да активные сторонники НКР среди гражданских. Тот «пионерский отряд» в баре, как раз был одной из таких целей – достаточно серьезная, чтобы уборщики обратили на неё внимание, но не настолько, чтобы после её ликвидации Когти перевернули весь город. Это правило даже создаёт курьёзную ситуацию – уборщикам, строжайше запрещено убивать грифонов, хотя они их ненавидят. Учитывая, что сеть киллеров ещё не обнаружили – это была нелишняя предосторожность, а если принять во внимание операцию «Смертельный Дождь», то сомнения о правильности просто отпадают. В тот день грифоны понесли очень, очень, очень большие потери. Настолько большие, что стали возникать мысли, будто расе грифонов грозит вымирание – преувеличение, но есть что преувеличивать. Ещё одним последствием Смертельного Дождя стало появление у «Squeaky Cleaning Company» собственных БТРов (до этого у них были лишь повозки), комплектов защитных костюмов для работы на заражённых территориях, а также резкое увеличение штата за счёт открытия филиалов в других населённых пунктах НКР.

Насчёт последних – пусть Кауф не до конца уверен в их профессионализме и даже лояльности, тем не менее, они тоже активно ведут свою деятельность. Убийства и уборка, уборка и убийство, но чаще всё же уборка — в этом суть «Squeaky Cleaning Company», однако Лира заметила, что всё же не вся, и задала один логичный вопрос: Куда уборщики девают трупы? Честно говоря, я думал, что после лекции про «глубокую переработку» на этот вопрос уже дан ответ, однако палкоголовый похвалил наблюдательность Лиры. Дело в том, что у «Чистки до Блеска» монополия лишь на уборку, но не производство топлива, которое принадлежит Когтям. Трупы после моей деятельности уборщики утилизируют на мощностях грифонов, а вот участь тех, кого убили сами уборщики, несколько иная. Те, что были убиты за пределами Филлидельфии либо лежат земле, либо мирно спят на дне в аккуратных бетонных ботинках, те же, кто были убиты в городской черте «пошли на корм». Ответ меня удивил. Я уж подумал что уборщики – каннибалы, или что трупы скармливают грифонам; последнее оказалось ближе к истине — трупы скармливают тем, кого едят грифоны.

В черте города есть четырёхэтажное здание-ферма, в котором содержат искусственно выведенных свиней. Наёмники, не боящиеся пачкать свои когти и копыта в крови, брезгуют настоящей грязной работой, особенно той, что касается отходов свиной жизнедеятельности, так что содержание фермы тоже легло на спины уборщиков. Кауф вначале был не рад такому «счастью», но после пересмотра приоритетов понял насколько полезными могут оказаться свиньи. Данные животные, в силу своей всеядности, оказались простым и эффективным решением утилизации трупов. Хотя насчёт «простым» — сарказм. Если таскать труп одним куском, всегда будут проблемы. Лучшее, что можно с ним сделать — это расчленить на шесть кусков и сложить горкой. Далее труп отдают свиньям которых не кормили несколько дней, после этого они сжирают расчлененный труп за милую душу. Но для того, чтобы мясо хорошо переварилось, надо сперва побрить трупу голову, срезать хвост, рог, если тот есть и вырвать все зубы, да и копыта желательно спилить. Конечно, этим можно заняться и потом, но кому охота выковыривать зубы жертвы из свинячьего говна? А кости свиньи жрут без проблем.

Для того, чтобы за раз избавиться от одного трупа, надо как минимум 16 свиней. Тело весом в 90 килограммов свиньи сожрут примерно минут за 8. А это значит, что одна свинья сжирает примерно килограмм сырого мяса в минуту.

Это была интересная лекция и у меня с Лирой она вызвала диаметрально противоположные реакции. В глазах единорожки читалась ненависть, наверняка она чувствовала себя на месте Мелкопипки в момент когда та узнала, что жители Арбы – каннибалы. Казалось, что в любую секунду она может, вынув магией свой топорик, порубать наших новых неожиданных союзников. Вряд ли её возмущало, что уборщики убивают сторонников НКР, но такое отношение к мёртвым единорожка явно считала недопустимым. Мне же было вообще пофиг. Конечно скармливание свиньям – мерзко и аморально, но с другой стороны – власти НКР сами отправляют тела на «переработку», а наёмники носят броню из кожи разумного существа. Этот мир уже перешёл все грани морали и не только потому, что в нём олицетворением геройства является мелкая лесбиянка. Напомнив Лире данные факты, я её слегка успокоил. Ситуация нормализовалась хотя Лире определённо понадобиться время чтобы принять некоторые факты. Кауф же понимая, какую черту он чуть не перешёл, тоже успокоился и продолжил свой рассказ, но уже в неожиданном направлении.

Дело в том что «Squeaky Cleaning Company» была не единственным объединением жителей Филлидельфии недовольных положением грифоньих порядков. Помимо любящих чистоту уборщиков в городе было крупное объединение любителей, пришедшей в Эквестрию из страны грифонов, игры шахматы. Слушая описание этого шахматного клуба, я невольно провёл сравнение с моментом из книги «12 табуреток», там тоже было похожее объединение, по интересам располагавшееся на территории конюшни, вот только в отличие от книги его судьба оказалась ещё более незавидна.

Дело в том, что любители просчитывать ходы наперёд слишком сильно прониклись идеями сопротивления. Они даже назвались простой аббревиатурой на манер СНС. Даже не так – ещё более простой, состоящей лишь и двух букв ГО, что расшифровывалось как Гражданская Оборона. В общем, эти ГОшники слишком много играли в шахматы, отчего разработали специфичную философию, в которой сравнивали мир с чёрно-белой доской, а себя с шахматными фигурами. Учитывая, как наёмники относятся к гражданским пони, сравнение было вполне удачно. Согласно этой теории — в конце фигуры всегда убирают с доски, и ГОшникам такой расклад очень не нравился. Они считали, что НКР в итоге всё же проиграет и чтобы выжить нужно, успеть принять нужную сторону – сторону СНС. Наша террористическая организация им приглянулась не столько свои идеями, сколько своей малочисленность, а значит, новобранцы там будут иметь большую ценность. Однако и без идейной мотивации не обошлось, и, что странно, свою идею они разработали, основываясь не на шахматах, а на книге Мелкопипки.

Дарительница в своей книге писала то, как она мечтала вновь объединить всех пони, однако копытные, будучи разделёнными, на сторонников Красного Глаза и Анклав пегасов, представляли слишком грозные силы. Имея многочисленные оснащённые армии, они считали себя истинно достойными подчинить и возглавить род пони во имя его процветания, отнюдь не собирались идти на уступки, и тем более делиться властью. ГОшники решили что Дарительница, чтобы решить эту проблему, нашла единственное верное решение – просто стравила между собой две группировки, а после того как они достаточно ослабли, отправила в бой своих союзников чтобы добить или взять в плен выживших. Далее: захват контроля погоды и гражданская война между пегасами, исход которой был заранее предрешён. Итог: мир, в котором те, кому посчастливилось выжить, живут в объединённом мире под чутким надзором Когтей, Рейнджеров, Последователей и Дарительницы собственной персоной.

Шахматная партия между Анклавом и Красным Глазом завершилась тем, что Литлпип перевернула доску. ГОшникам не нравился такой перевёрнутый мир, но что они могли? Только объединиться за деревянными досками. Какого же было их удивление, когда в их мире появился СНС — те, кто замахнулся на обратный «переворот мира».

ГОшники решили не оставаться безучастными и устроить свой «переворот», пусть даже он заключался не в сопротивлении, а просто побеге из закрытого города. Парадокс, но на эту идею их тоже натолкнул момент из книги Мелкопипки – тот, в котором она сбегала из города рабовладельцев на паровозе.

План был прост, но отнюдь не гениален. ГОшники накопив оружие, собирались, захватив вокзал Филлидельфии, взять в заложники группу грифонов, далее угнать поезд и уже на нём, под прикрытием заложников, вырваться из когтей. Далее поезд должен был двигаться вплоть до Нового Кантерлота, после чего ГОшники, вступив в переговоры с Вельвет, расскажут ей о порядках грифонов и попросят убежища. ГОшники были уверены, что Вельвет не откажет, а также в том, что через неё они рано или поздно выйдут на СНС. Последнее звучало странно, но ГОшники решили, что раз Последователи уже были нашей целью, понесли серьезные потери (Адские Гончие и Глифмарк), а у СНС есть оружие игнорирующее магию аликорнов, то Вельвет скорее сдастся, чем продолжит сопротивляться, жертвуя пони, аликорнами и вообще всеми живыми существами, которых она так хочет спасти.

План, несмотря на свою слабую продуманность, мог бы сработать но, создавая его, ГОшники не учли, что грифоны тоже читали книгу Литлпип. Основываясь на прочитанном, грифоны предвидели вариант при котором жители, подняв мятеж, могут попытаться вырваться из города угнав поезд. Чтобы избежать этого грифоны разработали комплекс мер, среди которых был и башмак на рельсах. Именно этот башмак стал роковым. План ГОшников успешно работал до момента побега из города на угнанном поезде, и пока мятежники убирали препятствия с рельс, Когти уже успели подтянуть бронетехнику. Далее наёмники убедились в эффективности танков, а ГОшники поняли, что идея с заложниками была не столь удачной – Когти ценят пробки от бутылок, а не жизни своих коллег. В общем: тот бардак на вокзале является последствиями неудачного побега, а Когти, в память о победе над любителями шахмат, стали рисовать на своей технике шахматные фигуры.

Уборщики же, несмотря на то, что были на стороне ГОшников, не участвовали в их авантюре. Они решили выбрать выжидательную тактику, основываясь на других логических заключениях. Кауф и верные ему пони, предвидели появление СНС в Филлидельфии. Они справедливо решили, что промышленный город слишком важная цель, чтобы мы её проигнорировали.

В прошлом министерства Эквестрии превратили Филлидельфию в промышленный кластер, а также огромных размеров притон нарковечеринок Пинки Пай. После падения бомб Красный Глаз восстановил его потенциал, строя свою рабовладельческую империю. Теперь уже Когти эксплуатируют результаты чужого труда и логично предположить, что в будущем уже СНС возьмёт эстафетную палочку. Проблема в том, что даже после смерти Гаудины с Реджи, а также «Смертельного Дождя», наёмники всё ещё очень сильны. Также часть уборщиков, ожидая приход СНС, всё вспоминали Новый Клаудсдейл, геноцид Адских Гончих и вообще манию СНС уничтожать достижения министерств с героями пустоши; даже Сады Эквестрии и Спайк не избежали участи уничтожения. Однако уборщики были верны своему лидеру, а Кауф считал, что СНС после всех потерь, сможет победить лишь за счёт технического превосходства, которое невозможно без развитой промышленности, а значит – Филлидельфия будет захвачена, а не уничтожена.

Наши выступления на радио подтверди выводы. Толкая речи про капитализм и эксплуатацию рабочего класса, я удивительно точно попал в настроения жителей закрытого города. Причём попал даже в деталях, которые мне казались скорее комичными. Жители, уставшие от грифоньих мясных продовольственных пайков, соскучились по нормальной еде пони, так что моё сравнение коммунизма и картошки оказалось, понято слишком буквально. Также буквально была понята песня про «власть комбайнов», отчего покойные ГОшники даже называли себя как данную сельхозтехнику. Но особенно местным полюбилась песня «What's the world come to» в исполнении Беатрикс Луламун. Слушая её, они поняли, какого рода гармония ждёт Эквестрию под надзором Дарительницы и прочих героев пустоши. Итогом этого стало наше появление, и теперь уборщики надеяться на воплощение остальных ожиданий своего лидера.

Честно говоря, услышанная история хотя и не была лишена логики, но серьезно – группировка киллеров выдающих себя за уборщиков? Командующий этой группировкой тоже был очень подозрителен. Если насчёт своего отношения к СНС он соврал, то тогда эта воронка – наша ловушка, если же нет, то всё равно подозрительно – тот, кто постоянно меняет стороны, не заслуживает доверия. С другой стороны – крупная союзная СНС группировка это такое счастье, о котором я и мечтать несмел; будет глупо его упустить. Тем не менее, осторожность превыше всего, так что когда речь Кауфа подошла к концу я на русском (для конспирации) обратился к Лире:

— Ты ему веришь?

— Скорее да, — безэмоционально ответила единорожка, — но тут и без чутья струн души ясно – он сволочь мирового масштаба.

— А ты грубиян, — вмешался палкоголовый уборщик, — я тут про свою жизнь рассказываю, а ты с тёлочкой трешься.

— Мы решаем, стоит ли тебе верить, — честно говоря, зря я ответил столь прямо.

— Да ну нахуй, — ответил мне единорог, а далее обратился к Лире: — Ты бы поучила своего боя хорошим манерам, взяла бы пример с грифонов.

— Успокойся ёб…. – меня перебили.

— У меня тут не доставка пиццы! Я командую крупной тайной сетью сопротивления! Мы блядь вас ждали! Ждали вашей помощи, что вы нас возглавите! Что после вашего прихода мы перестанем ликвидировать мелких подстилок НКР и примем участие в крупном деле! Ничего похожего на «Squeaky Cleaning Company» вы во всей Эквестрии не найдёте!

— Спокойствие блядь! – этих двух слов было достаточно, чтобы уборщик перестал кипишить, так что далее я продолжил более спокойно: — Пойми правильно, я хочу тебе доверять, но не могу; по крайней мере, не сразу. Успокойся и дай нам обсудить, — далее я на русском обратился к Лире:

— Тот же вопрос про доверие.

— Я ему верю, — ответила Лира. — Мой талант чувствовать «струны души» конечно, не сравним с полиграфом, но будь уверен – уборщики действительно были рады нашему появлению.

— Дарительница тоже была бы рада.

— Скорее не появлению, а тому, что после него нас пристрелят – это совсем другое.

Может, доверившись Лире с её чутьём струн души, я поступил не слишком умно, но она, используя свою способность, удивительно точно угадывала настроения окружающих. Конечно, учитывая её метку, данная способность ей была нужна скорее, чтобы подбирать подходящие мелодии для оркестра, но в нынешних реалиях чутью «струн души» нашлось другое применение. Кстати насчёт меток – мне вдруг стало интересно, какой рисунок олицетворяет талант мистера Кауфа. Не то чтобы ранее я обращал внимание на данные особые приметы, просто было интересно, какой талант нужен для командования группировкой убийц-полотёров. Мне было неловко но, судя по нормальной реакции, у местных такие вопросы считаются нормальными. Короче – талант командующего группировкой уборщиков-киллеров олицетворяет метка в виде совка красного цвета. Не удивительно, что с такой меткой Кауф так легко поддался на речи о коммунизме.

За всё то время пока мы обсуждали историю Филлидельфии и группировки уборщиков, день начал подходить к концу, хотя в этом смоге понятие дня и ночи — весьма условно. Тем не менее, я не был ночным животным и попросил комнату с койкой. Просьба была удовлетворена, так что вскоре нас отвели к складскому вагончику (вообще-то у уборщиков было здание штаб-квартира, но мне лучше затаиться здесь – в воронке, меня не будут искать), из которого уборщики быстро вывезли несколько тележек, и принесли довольно широкую деревянную койку (не двухъярусную); благо двери складского вагончика были двойными. Зайдя, увидел, что вывезенным оказался далеко не весь инвентарь, но я имел ничего против соседства с швабрами и вёдрами; несколько смутило то, что этот уборочный инвентарь прикрывал. Оружие; швабры, вёдра и бутыли с моющими средствами были прикрытием для ящиков с оружием. «Squeaky Cleaning Company» — точно группировка киллеров.

Закончив с любованием винтовок и пистолетов-пулемётов, я далее лёг на принесённую койку и погрузился в спокойный сон. Он оборвался ранним утром стоящей в воронке сиреной. Я уж подумал, что это тревога, но нет – пришедший уборщик сказал, что это просто будильник, сигнализирующий о подъёме на работы; по всему городу расставлены такие мегафоны. Также этот уборщик принёс мне и Лире (по понятным причинам, Лира не стала переодеваться) комплекты серо-зелёных комбинезонов «Squeaky Cleaning Company», а также сказал, что нас ждёт начальство – некий бригадир.

Честно говоря, я не имел ничего против того чтобы взявшись за швабру примерить на себя роль уборщика-киллера, просто в связи с моими особенностями существовала одна довольно серьезная проблема. Переодевшись в комбинезон, и надев солнечные очки, я направился к бараку бригадира, не столько, чтобы выслушать брифинг, сколько чтобы поведать, почему мне сейчас работать нельзя; по крайней мере, на серьезных работах. Бригадир же отнёсся с пониманием и признал, что уборщик в солнечных очках, работающий в городе затянутом смогом, будет не в меру подозрителен, однако решил, что в этом городе я смогу найти новые линзы. У уборщиков как раз сейчас были плановые работы на складе фармацевтических изделий и медицинского оборудования. Наверняка там я смогу найти, чем замаскировать свои тёмные моргалы. Выезд прошёл штатно и без приключений, а вот результат был неоднозначен.

Убираясь на складе, я отчаянно всматривался в этикетки, на ящиках пытаясь найти злополучные стёклышки. Казалось, будто на этом складе нет ничего кроме шприцов с Med-X, прочих наркотических препаратов, склянок с зельями да тюбиков «чудо-клея». Конечно, это было не так, но хорошего мало. Из медицинской оптики я нашёл лишь наборы оправ и линз для очков; никаких цветных глазных линз. Сами уборщики объяснили эту странность какими-то тайными директивами НКР. Возможно, Селестия с Пипкой предвидели, что я попытаюсь скрыть свою особую примету, а может у местных просто линзы не пользуются спросом. Так это или нет – вопрос второстепенный. Первостепенный – где ещё можно раздобыть злополучные стёклышки, и уборщики подсказали ответ. В городе есть аптека, владелец которой активный сторонник НКР, и возможно, в его запасниках можно найти линзы. Конечно, после того как я не смог найти линзы на целом медицинском складе, вряд ли они найдутся в какой-то аптеке, но выбор невелик, так что закончив с уборкой склада, наша группа направилась к новой цели.

Аптека была не круглосуточной, а уже начинало вечереть, но мы успели как раз к моменту перед закрытием. Посетителей уже не было, а палкоголовый аптекарь начал считать дневную выручку – пробки от бутылок. Сама аптека определённо принадлежала стороннику НКР – повсюду плакаты с мордами героев пустоши (Пипка, Каламити, Вельвет) призывающими соблюдать гигиену и пользоваться гандонами, мишень для дартса стилизованная под зонтик СНС и работящее радио с пропагандой грифонов; судя по клёкоту, диктор – определённо грифон.

— Вы прибыли сюда, чтобы работать. Вы будете много работать, потому что работа полезна для души и заложена в вашу природу пони. Мы ваши благодетели. Мы даём вам крышу над головой и пищу. Мы отвечаем за вас и просим за это лишь сотрудничество. В каком-то смысле, мы одна большая семья. Если будете выполнять свою работу вам нечего опасаться. Помните: чем лучше вы работаете, чем больше цените своих и благодетелей, тем легче будет вам здесь жить.

Не давая аптекарю времени понять, что к чему, уборщики тут же перепрыгнув через прилавок, прижали к полу свою цель. Далее они, зажав копытом тому пасть, начали отбивать его внутренние органы. (Могли бы попросить меня помочь; я бы, используя свою аномальную ауру, просто сдавил бы «насос» жертвы – быстро и чисто.) Результат отбивания был предсказуем – палкоголовый мертв; причём обошлось почти без крови, а та, которой он плевался, легко убралась. Далее уборщики погрузили тело в чёрный мешок и занялись своими прямыми уборочными обязанностями. Я, несколько смутившись такой жестокости, не забыл, зачем вообще сюда прибыл и, обыскав подсобные помещения, нашёл то, что искал – аж один комплект глазных линз, причём цветных и не медицинских. Полный радости я, не теряя времени, забежал в служебный туалет, встав перед зеркалом надел злополучные стёклышки и…. увидел, что линзы были разными. Теперь левый глаз у меня зелёного цвета, а правый голубого. Похоже, мне придётся выдавать себя не просто за уборщика, а за уборщика больного злокачественной опухолью или имеющего плохую наследственность.

Гетерохромия – верный признак генетического заболевания и возможных психических отклонений. На Земле, в художественных произведениях, такого рода персонажи обычно являются либо посланниками иных миров (https://assassinscreed.fandom.com/ru/wiki/Мудрецы), либо убийцами-психами (https://callofduty.fandom.com/ru/wiki/Владимир_Макаров). Мне подходит и то и то – какая ирония. Ирония иронией, но всё же даже такая разноглазая маскировка лучше тёмных очков аля Григорий Лепс, тем более в городе затянутым смогом (нихрена небыло видно).

Далее я принял участие в уборке аптеки, очищении кассы и экспроприации препаратов. Уборщики же, параллельно с уборкой, вызвали БТР-труповоз а после его появления погрузили упакованное в мешок тело. К их удивлению я решил принять участие не только в погрузке, но и доставке трупа. Не то чтобы мне хотелось быть в одном транспорте с жмуром но, я знал, куда поедет этот БТР и хотелось посмотреть, что эта за находящаяся в черте города свиноферма. Просто ранее я, как дурак, получал белок поедая личинок насекомых, так что хотелось визуально убедиться что этому гастрономическому извращению пришёл конец; точнее понец.

Честно говоря, если бы точно не знал, то вряд ли принял бы это здание за ферму. Бетонная коробка с маленькими окнами (https://i0.wp.com/taratutenko.ru/wp-content/uploads/2018/07/PigCity_01.jpg?resize=678%2C381&ssl=1) выглядела скорее как студенческое общежитие, однако мерзкий запах выдавал назначение этого здания. Зайдя внутрь, я даже на секунду подумал, что мы ошиблись домом – ферма была удивительно чистой. Серьезно, было чисто как в посещённой ранее аптеке, стены были просто глянцевыми, чего не скажешь о поле, но он тоже был чистым; лишь запах постоянно напоминал, где мы находимся. Ответственными за эту чистоту, как и вообще за содержание фермы были уже знакомые мне копытные в серо-зелёных комбинезонах, которым мы и отдали труп. Мысль посмотреть, как будут этот труп расчленять, промелькнула лишь на секунду – я был ещё не настолько испорчен, да и вообще я приехал суда не за этим. Моей целью было визуально убедиться, что в этом городе действительно есть «кормовая база грифонов» и увиденное наглядно показало – есть и ещё какая. Только в этом здании содержались сотни хрюкающих животных, а с учётом ферм двуглавых коров можно сказать – в этом мире проблема с едой решена не то, что для грифонов, даже для драконов, если бы те небыли истреблены. Хотя нет – не решена. Для травоядных пони, которых в этом мире большинство, ситуация не критическая, но всё же — хорошего мало. А ведь в том, что сейчас многие сельхозугодия стали непригодны из-за радиоактивного дождя, я виноват самым прямым образом – проклятые угрызения совести. На экскурсии по ферме рабочий день и завершился, далее нас отвезли обратно в воронку, где мы, отчитавшись бригадиру и разбежались по баракам.

Так и проходил день за днём – мы выезжали на уборку, иногда отвлекаясь, на какую либо союзную НКР цель. В основном это были новобранцы в наемники, которые ещё не успели встать на довольствие (таких не хватятся) но иногда приходилось убивать гражданских. Такие убийства уже привлекали больше внимания, но уборщики умело затирали следы. Как говорил мистер Кауф:

«Всё должно быть убрано: тела, кровь, отпечатки, волосы обоймы, гильзы. Когда мы сваливаем НКР не достаётся ничего, ни одной улики. Чисто как в аптеке.»

Такое пристрастие реально работало. Наёмники проводили зачистки квартал за кварталом, ища (обычно среди вновь прибывших) сочувствующих СНС, но им и в голову не могло прийти, что убийцами являются те, кто помогали наёмникам ещё с момента захвата Филлидельфии.

Тем не менее, несмотря на всё доверие, наёмники не позволяли «Squeaky Cleaning Company» работать на самых интересных объектах – многочисленных оружейных заводах. Они справедливо опасались утечки информации, которая могла попасть к Рейнджерам или Последователям. Наглядней всего эту взаимную подозрительность показал момент, в котором Когти продали Рейнджерам крупную партию двуствольных танков «GIGAHORSE». После уничтожения оборудования для производства «мегазаклинаний» Рейнджеры не отчаялись и решили вооружиться тяжёлой техникой. Когти, получив тонны крышек и доступ к некоторым закрытым технологиям, с удовольствием загрузили промышленные мощности Филлидельфии, однако задавшись вопросом «Для чего (точнее для кого) Рейнджеры изначально воспроизводили технологию зебр?» быстро поняли, что данная техника может быть направлена против них самих. Исходя из этих опасений, Когти (точнее подконтрольные им пони) создали новую модель танка, более похожую на свой Земной прототип, предназначавшуюся специально для борьбы с другими танками. Два образца этой бронетехники мне уже приходилось видеть, и со слов уборщиков, таких танков изготовлено минимум десяток и скоро их станет гораздо больше. Для СНС такую новость можно считать катастрофой.

Я с трудом представлял как наша конно-воздушная дивизия (сейчас скорее неполная рота) сможет подбить хотя бы один из этих похожих на Т-90 танков. Сбросить с воздуха мины под гусеницы, а после долбить по броне из базук? Это даже не смешно. Танки, несмотря на кажущуюся нелепость, выглядят крепкими машинами, а «Т-90» ещё и обвешан какими-то пластинами (не динамическая защита, но определённо броня). Для борьбы с такой целью местные гранатометы (созданные для борьбы против живой силы, в крайнем случае, противника в силовой броне) совершенно не подходят. Конечно, на Мстителе есть собранный мной РПГ, но сомневаюсь, что моя кустарная копия будет достаточно эффективна. Исходя из этого, есть лишь одно решение, состоящее из двух пунктов. Первый: я должен узнать как можно больше о местных танках. Второй: с учётом этой информации создать какое-нибудь оружие способное пробить танковую броню.

Уже на первом пункте появились проблемы. Когти не позволяют «Squeaky Cleaning Company» работать на оружейных заводах и тот, что производит танки – не исключение. После удара «Селестии Один» он не прекратил свою работу; Даже наоборот – нарастил объёмы производства и теперь очень, очень, очень хорошо охраняется. Сами уборщики вообще ничего не понимают в танках (компоновка, концепция применения и прочее) так что это скорее я должен им рассказывать, а не наоборот. Единственное новое, что они рассказали так это название. Те похожие на Т-90 танки называются (барабанная дробь, воздуха в грудь) – «Т-90 ATTILA». Более полное название: «Т-90 ATTILA Model Mark IV» но Когти его называют «Т-90 ATTILA» или просто «Т-90А». Даже не знаю чему больше удивляться: тому, что местные так и оставили кодировку Т-90, или что приписали танку имя вождя гуннов. За последнее определённо ответственна Селестия; сомневаюсь, что грифоны знают кто такой Атилла.

Со вторым пунктом не лучше. Пусть на Мстителе мне и удалось создать несколько удачных «стрелял», «пулял», и даже одну «громыхалу» но там была солидная оружейная мастерская, куча копытных с магией желающих помочь и образцы оружия, от которых можно «отталкиваться». Здесь же – ничего подобного (одни швабры), а для борьбы с бронетехникой нужно что-то высокотехнологичное. Что-то похоже на Джавелин (на который так уповают укропы) или просто ПТУРС хотя бы второго поколения. В мыслях у меня тут же воспроизвелась фантазия, в которой футуристичные бойцы, используя миниатюрный крепящийся на спине ПТУРС, двумя ракетами через верхнюю броню, легко подбивают эти «Т-90 ATTILA» (https://youtu.be/VhVx3jBXRSY?t=95), но даже если мысль и материальна, то конкретна эта, абсолютно бесполезна. Самое сложное из противотанкового оружия, что я могу создать, так это подобие «РПГ-7» и для борьбы с местными танками этого маловато. Но …. Кто сказал, что эту проблему должен решать я; на Мстителе есть тот, кто в технике определённо компетентней меня.

Готовясь к вылазке в Филлидельфию мы (Я, Отем, Сулик, Трикси, Лира) провели множество совещаний, прогнозируя возможные будущие проблемы и их решения. Среди них были как самые серьезные (наше обнаружение и окружение) так и «нестандартные» требующие присутствия «антигероев пустоши». Мы предвидели, что в напичканном электроникой городе, в котором к тому же производят танки, я, плохо знакомый со всей этой местной магической техникой, буду полным профаном. Конечно, это не правильно вызывать в город наёмников того кто в розыске (и со своей внешностью может затеряться лишь на складе старых рваных матрасов в чёрную полоску), но с учётом того что это за город, копытный шарящий в технике, будет очень полезен. Сулик – именно такой копытный. До своей гулификации он участвовал в создании местного аналога атомной бомбы, а после неё в восстановлении летающего авианосца. Далее он помогал модернизировать силовую броню, собрал коптер из обломков «спрайт-ботов» и даже переделал полусвободный затвор ФГ-45 под автоматический огонь – сделал то, что не смог сумрачный тевтонский гений. Под его маской прячется умная голова, которая в моей ситуации была бы очень полезна.

Вопрос того, как Сулик вообще сможет попасть в закрытый город, тоже был не таким уж и не решаемым. Беатрикс – крепкая баба. Эта «Сивка Бурка» ранее уже таскала меня на своей спине, и я не прибыл в Филлидельфию верхом на ней только потому, что из-за моей аномальной ауры тащить меня очень тяжело. Хотя нет – не только. Ещё и из-за зенитного прикрытия города; точнее того, что из-за той же аномальной ауры, Трикси не сможет использовать своё заклинание невидимости. Всё перечисленное применимо ко мне, но не к обычным пони, или, в нашем случае, обыкновенному гулю. Ранее этому полосатику уже приходилось летать верхом на аликорне, и в целом полёт прошёл благополучно; правда после посадки выяснилось, что Сулик боится высоты (оцепенев от страха, он не смог отцепиться от спины аликорна, так что Трикси пришлось применить магию), но это мелочь. Сложность не в том, как Трикси и Сулик попадут в город, а в том как я им сообщу куда нужно лететь.

В Новом Клаудсдейле ныне покойный агент Голд успел сказать, что его полностью раскололи и теперь в НКР знают все, что знает он, том числе позывные и кодировки СНС. Естественно мы учли этот факт вот только из-за недостатка времени и небогатого воображения новые «кодировки» можно так назвать весьма условно. Если НКР их перехватит, то наверняка догадается, о чём идёт речь, так что стоит уповать на изменённые частоты, но что ещё остаётся? С данной мыслью я, расчехлив спрятанную в сумке рацуху, и настроил нужную частоту.

— Raven Rock вызывает Звездочёта. [Майор Грей нашёл союзников, вызывает Мститель на связь]

— Звездочёт на спутнике. [На Мстителе рады, что я вышел на связь по данному закрытому каналу и сейчас все во внимании]

— Где Треска и Суслик? [Где Трикси и Сулик]

— Треска веслом репу чешет, а Суслик со Стреляным Воробьём звёзды считают. [Пока нас не было, Трикси занималась постановкой своих дешёвых выступлений, причём в последней постановку стала использовать сделанную мной похожую на СВД винтовку (представляю, как это выглядит https://youtu.be/8FoJg94nrgo; надеюсь Трикси не додумается повторить фокус в котором нужно ловить пулю зубами), которые уже всем наскучили, а Сулик вместе с Полковником занимаются прослушкой вражеского эфира]

— Камню и воронам нужно чтобы Треска и Суслик залезли Филе в очко. [Требуется, чтобы Трикси и Сулик спустились в воронку от атомной бомбы, что находиться на территории Филлидельфии, там их буду ждать я с Лирой и те, кого мы считаем союзниками.] Пусть Треска захватит весло с моим калашматом, а Суслик своего папашу с хренолётом, и маслин с гвоздями побольше. [Пусть Трикси возьмёт свою СВД и собранный мной СК (он же Калашников), а Сулик свой ППШ и коптер. Также, пусть запасутся патронами.]

— Звездочёт втупил, но Суслик может забиться в норку. [На Мстителе поняли приказ, а также предвидели, что боящийся высоты Сулик будет недоволен.]

— Выкурите Суслика, а также наказываю Стреляному Воробью родить дудки с семью дырками. У Фили много коробочек. [Боязнь полосатого гуля — не повод отказываться от выполнения приказа; он должен спуститься в любом случае. Также, полковнику Отему нужно распорядиться о массовом производстве собранной мной версии РПГ-7. В Филидельфии много техники НКР, в том числе танков.]

Так мы и вели переговоры. Не знаю как там, в НКР но, не зная терминологии, я бы смог понять эту «кодировку» только под бутиратом. Особенно пришлось извратиться, когда я назначал время спуска, назначенное на глубокую ночь, при этом, высказав опасения, что Трикси может потеряться в этом смоге. Хотя, наверное, зря волнуюсь. Даже если Трикси потеряется, то рано или поздно она найдет эту огромную воронку, а вот найти саму Трикси будет весьма непросто. Не то чтобы её навыки скрытности были на высочайшем уровне, но эта двухсотлетняя фокусница умеет быть незаметной; даже находясь в местах, где облик аликорна бросается в глаза. В прошлом она проникла в башню Тенпони – одно из самых охраняемых мест НКР, так что город наемников, да ещё и затянутый смогом, для неё не самая сложная локация.

Данными мыслями я утешал себя в ожидании «доставки Суслика», и даже в ночь встречи не мог отделаться от тревожных мыслей. В итоге выяснилось, что зря волновался – это у меня есть «привычка» совершать глупости, которые всё портят, у Трикси нет такого недостатка. Не знаю, как, но она смогла сориентироваться в смоге над городом и найти злополучный кратер, и всё это с использованием заклинания «камуфляж хищника». Планирующим полётом она по спирали снижалась прямо в воронку, что прошло незаметно не только для НКР, но и меня с группой уборщиков, что тоже были среди встречающих. Подробности о том полёте я узнал позже уже от самой Трикси, но будет неверно сказать, что её снижение никто не заметил – Лира со своим чутьём «струн души» почувствовала, что рядом кто-то испытывает сильный страх и волнение, а также указала копытцем вверх и зажгла свой отросток на башке. Чутьё не подвело и вскоре я ощутил лёгкий ветерок вызванный маханием крыльев синего аликорна.

Далее увидел «барражирующее» в воздухе оптическое искажение, свидетельствующее о применении маскировочного заклинания которое, пропав, показало силуэт аликорна в балахоне с гулем на спине. Сама аликорн ориентируясь на свет от «дрели» Лиры зашла ещё на один круг, завершившийся мягкой посадкой. Далее с её спины мешком свалился знакомый мне гуль в маске, после чего припал в земле, всем видом демонстрируя свою радость (только не целовал), что полёт подошёл к концу. Трикси же имела другие приоритеты и в отличие от гуля обнимавшего землю, быстро подбежала ко мне со своими обнимашками. Не желая расстраивать Беатрикс, я ответил взаимностью и тоже ту крепко обнял, хотя от поцелуев уклонился.

При всём уважении к Беатрикс, меня интересовала не столько она, сколько её груз. Сулик хотя и напуган, но цел и невредим и судя по его рюкзаку, он принял во внимание приказ и захватил с собой терминал управления коптером. Также разглядел висящий у него на боку пистолет-пулемёт с дисковым магазином, что меня тоже обкрадывало; просто была мысль, что он не послушает моего совета и променяет ППШ (оружие жидокомиссаров) на трофейный ФГ-45 (винтовка созданная для пушечного мяса набранного среди гражданских). Трикси также выполнила просьбу и захватила с собой не только свою «СВД» но и мой «СК», чему я был несказанно рад.

Итог: на территории города находиться почти весь, за исключением Отема, командный состав СНС, крупная группировка киллеров выдающих себя за уборщиков, а также огромное население, терроризируемое вражеской армией наёмников которое может стать нашим союзником. Можно ещё упомянуть барражирующий за городом Мститель, но то, что осталось от СНС будет скорее поддержкой чем ударной силой. Имея данные силы, мы должны устроить революцию и захватить город (не уничтожить, как Новый Клаудсдейл а именно захватить) – задача сложная, но не такая уж и не невыполнимая, нужно лишь разработать чёткий план. Всё всегда упирается в планы, а ведь самых лучших результатов я добивался, следуя плану «оказаться на месте, а потом импровизация», но теперь это в прошлом. Это ранее я, будучи за рулём лесовоза врывался в пенитенциарное учреждение и, расстреливая охрану, поднимал на бунт заключённых, теперь всё по-другому. Теперь в НКР знают о нас, наших возможностях и слабостях и не допустят прошлых ошибок. Теперь перед каждой операцией нужна долгая подготовка с учётом местных реалий. Именно для этого я вызвал Трикси и полосатика. Вместе мы что-нибудь придумаем – воспользуемся потенциалом «Squeaky Cleaning Company», поднимем жителей на восстание, или сделаем что-нибудь другое. Чтобы это ни было, оно должно сработать. В конце концов, судя по тому, что я видел, этому городу определённо нужна революция.

## Закон ямы - Брешь в паутине (часть вторая)

— Да хватит уже, люди, то есть пони, смотрят, — говорить было тяжело, Трикси обнимала не жалея сил, а аликорны физически довольно сильные.

— Пусть смотрят. Каждый миг без тебя, как вечность, — ответила Беатрикс, всё ещё сминая мне рёбра. — Ты мой особенный и единственный призрак.

— Ага, талисман на удачу – четырёхлистный хуистный клевер. Прекрати мять мне рёбра!

— У людей ведь тоже есть такая традиция. Почему ты не любишь объятия?

— Они придуманы, чтобы прятать лицо, а еще, чтобы удобнее воткнуть стилет в воротную вену.

Похоже, последнее Трикси поняла как намёк — если сейчас не отпустит, то я воткну в неё клинок. Объятия отступили притоку грязного воздуха. Отчаянно глотая этот «перегар» я направился к грузу Трюкачки, который всё не прекращал обнимать землю. Это само по себе было смешно, но Лира не была бы собой, если б не ставила плоскую шутку:

— Твой Суслик, без курочки, прилетел на крыльях любви, — услышавшие эту фразу уборщики тут же захохотали. Им показалось остроумным, что тот, кто носит позывной Суслик, прилетел на крыльях той кто полна любви к моей персоне.

— Суслик будет рыть норку или всё же встанет на ноги? – спросил я у лежащего полосатого, делая вид, что не услышал Лиру.

— Суслик в поряде, — хриплым голосом ответил Сулик вставая на ноги, — и он требует сменить позывной.

— Суслик взял пример с Трески и стал говорить о себе в третьем лице? – ухмыляясь, спросил я.

— Хлебало завали, — на чистом русском ответил полосатый.

Далее поток остроумия иссяк, и мы без слов заняли места в приготовленном специально для нас чёрном БТРе уборщиков, который довёз нас до штаб-квартиры «Чистки до Блеска». Ранее мне не приходилось посещать это здание не столько, потому что мистер Кауф мне не доверял, сколько из-за простых мер безопасности. Я и Лира, слишком заметные персоны, однако если наёмники нас разоблачат где-нибудь на складе уборочного инвентаря, то уборщики ещё смогут отвертеться, но не в случае если мы заявимся в их штаб-квартире. Теперь же, когда помимо «призрака» и кантерлотского гуля в городе ещё и гуль-зебра вместе с аликорном, ситуация несколько меняется – для такой компании воронка не слишком безопасное место. Сопоставив факты, уборщики решили пойти на риск и предоставить СНС свою штаб-квартиру, но на условии что мы будем максимально осторожны – предложение от которого невозможно отказаться.

Сам же головной офис компании «Чистка» ничего из себя не представлял – невзрачное похожее на склад, серое здание, окружённое кирпичным забором. Никакой вывески (хотя, что я ожидал? «герб» с совком и шваброй?) или прочих декоративных элементов, лишь стоявшие за забором БТРы без вооружения показывали кто владелец этого здания. Изнутри офис также выглядел максимально просто и утилитарно – стеллажи, столы с сидящими за ними «конторскими пони», металлические пристанные шкафы. То, что это здание принадлежит уборщикам выдавало лишь невероятная общая чистота, аромат чистящих средств и серо-зелёная форма шныряющих повсюду копытных.

— И это найденные тобой союзники? – с сарказмом в голосе спросил Сулик. — Бригада уборщиков? Ты надеешься захватить город силами бригад уборщиков?

— Они непростые уборщики, они как исламский орден ассасинов только со швабрами, — ответил я, — и ты не прав, не только их силами.

Честно говоря, Сулик был прав. Группировка уборщиков против армии наёмников – победитель очевиден. С другой стороны, земные копытные гораздо крупнее и агрессивней местной разумной расы, но веник против них – довольно эффективен (https://vk.com/video223704940_456239030 ). У нас же теперь даже не веник, а далеко немаленькая группировка с чистящим инвентарём…. Какая глупость.

— Ага, я понял. Уборщики устроят революцию среди жителей, жители захватят город, а СНС возьмёт их всех под своё управление, — в хриплом голосе гуля «сквозили высокие ноты».

— Ты что-то имеешь против? – мой риторический вопрос.

— Да бля….. Спокойно, — последнее гуль сказал сам себе, а далее отдышался и продолжил: — Допустим, я поверю, что эти полотёры смогут перестрелять наёмников. Поверю, что смогут даже тех, кто носит силовую броню, но ты не учёл «коробочки». Что эти уборщики сделают против танков? Засунут швабры между траками?

— Поэтому я и вызвал тебя, — на этом моменте разговора я пытался придать голосу определённую возвышенность. — Нам нужен кто-то с мозгами. Тот, кто придумает какое-то оружие против танков НКР.

— Это скорее по твоей части. В борьбе с танками я – профан.

— Но ты ещё до войны собрал атомную бомбу в Мэйнхэтенском подвале…

— Я не собирал бомбу! – после выкрика гуля уборщики тут же прекратили работу.

— Зато при мне собрал коптер и может ещё что-то придумаешь.

— Всем продолжать работу! – выкрикнул зашедший в помещение мистер Кауф, а после обратился уже ко мне: — Это и есть профессионал, о котором ты говорил?

— Именно он, — ответил я. — Сулик, Кауф. Знакомьтесь, — оба с отвращением на физиономиях (вообще-то Сулик в маске, но по прищуру было понятно, что сейчас на его облезлой морде) стукнулись копытами.

— Значит, ты должен помочь создать оружие против танков НКР? – спросил у гуля лидер уборщиков, а после, показывая на ППШ гуля, добавил: — И это твоя лучшая работа?

— Нет, — ответил полосатый, — эту приблуду собрал наш гость из других миров, и прежде чем создавать я должен увидеть, что у вас есть помимо вёдер и швабр.

— Прагматизм. Мне нравиться прагматизм, — со смешком в голосе сказал палкоголовый. — Идите за мной.

Путь был недолог и вёл в подвал здания. Поправка – подвал-холодильник. В подвале было довольно холодно, что меня любящего холод не могло не радовать, однако от мысли здесь поселиться быстро отказался, увидев множество стеллажей с лежащими на них чёрными мешками. Жить в морозильнике с трупами – я ещё не настолько испорчен.

Однако Кауф вёл нас в подвал не для того чтобы мы полюбовались где уборщики хранят свою «грязь». В подвале была потайная дверь, ведущая в удивительно просторное помещение. Как мне потом рассказали – до войны это здание служило складом стройматериалов, точнее только верхняя его часть. Под руководством «министерства морали» под зданием тайно был вырыт очень большой подвал неясного назначения. Уборщики, заняв это помещение, нашли его чисто случайно; чего только не найдёшь убирая мусор. Он был практически достроен за исключением отделки помещения, но абсолютно пустым. Всё что нашли уборщики так это комплекты строительных инструментов да бумаги прораба, из которых и выяснилось, что заказчиком стройки было министерство розовой наркоманки. Теперь уборщики хранят здесь часть добытого оружия, да и вообще всё ценное, что нужно утаить. Кто знает, может этот подвал и строился как тайный оружейный склад, и сейчас выполняет своё прямое назначение. Как бы то ни было, но размер помещения явно не соответствовал его наполнению – несколько стеллажей с деревянными ящиками и парочка металлических столов вообще без всего; для крупной группировки киллеров у уборщиков маловато оружия. Конечно, были ещё шкафы с медицинскими препаратами, но это не было объектом наших интересов.

— Будете смотреть? – спросил палкоголовый. — Вы ведь за этим здесь?

— Давай вываливай, — отстранённым голосом ответил Сулик.

— Распакуйте, — сказал Кауф сопровождавшим нас уборщикам. Те тут же взяв один из ящиков, перенесли его на стол и, открыв деревянную крышку, вытащили нечто похожее на AR-70

— Она у меня стесняшка, — с ухмылкой сказал Кауф, взяв магией винтовку из ящика. — Только в этом здании сотня этих роскошных куколок и все они ждут своих кавалеров.

— У них есть пушки потяжелее? – шёпотом спросил у меня Сулик.

— Эй! – вскрикнул палкоголовый. — Вы о чём чирикаете?!

Я первым решил ответить:

— Наш пахучий друг спрашивает: есть ли у вас пушки потяжелее?

— Да ну нахуй?

— Успокойся ёб, — сказал один из уборщиков своему командующему.

— Не лезь, — отстранённо ответил палкоголовый, а после обратился уже к нам: — Вы просили показать оружие! Это штурмовые винтовки – оружие, что у нас есть! Какое блядь потяжелее?!

— Послушайте, — встрял в разговор тёмно-коричневый земной пони уборщик, — мы всё покажем. Покажем по порядку. У нас есть и по тяжелее, но не настолько, чтобы подбить танк.

Неловкая трёхсекундная пауза, прерванная хриплым голосом Лиры:

— Не до жиру быть бы жиру.

— Именно, — поддержала Трикси.

— Ладно, — со скукой в голосе сказал Сулик, — по порядку так по порядку, – далее полосатый взял винтовку и «занюхав» затвор задал очевидный вопрос: — Винтовки ещё в заводской смазке и из этой не стреляли, откуда они?

— Любопытный ты уёбок, — сказал Кауф, — мы с тобой поладим.

— Это излишки, — коричневый уборщик попытался перебить конфликт.

— Хочешь блядь весь мир познать? – сказал Кауф, демонстративно не замечая своего подчиненного, но на следующей секунде он палкоголовый понял, что сейчас лучше помолчать и дать слово коричневому уборщику.

— Это излишки, — земной пони говорил демонстративно спокойно, — никто их не хватиться. Когти не позволяют нам работать на оружейных заводах, но на складах у нас была относительная свобода. Проблема была с вывозом этого оружия, и сейчас тот же ход не получиться.

— Оно вообще стреляет? – я, будучи в своём репертуаре задал не очень умный вопрос, который решил также неумно обосновать: — Оружие ещё в заводской смазке со склада, к которому у вас был допуск – вдруг оно бракованное.

— Он прав, — сказал Сулик, — надо проверить, — протянул мне местную версию AR-70.

Я покорно взял винтовку но, понимая, что без патронов эта винтовка годится лишь как дубина, обратился к мистеру Кауфу:

— Магазин, — в тот момент почему-то произнёс это слово на русском.

— What? – спросил единорог.

— Дай магазин, — теперь уже сказал на понятном языке.

— Опять грубит, — со смешком сказал единорог. — Такой примитивный, — далее единорог обратился уже к уборщику, подавая магией тому магазин:

— Заряди ему, — потом снова ко мне:

— Обычное пожалуйста блядь.

—Хуй я чо буду заряжать, — ответил коричневый земной пони, достав копытом коробочку с патронами, которую брезгливо бросил на стол.

— Ты как себя ведёшь при гостях? – удивился Кауф.

— Успокойся ёбта, — ответил земной.

— Если что-то хочешь сделать правильно, сделай сам, — сказал я перед тем как начать заряжать магазин.

— Похоже, наше знакомство прошло не очень хорошо, — Кауф говорил с натянутой улыбкой, — Лучше начать заново, а по сему, я как истинный джентельпони сделаю вид, что забыл этот инцидент.… Всё же, вы прибыли чтоб нам помочь…. Справиться с наёмниками… Скажу ещё, что не всё наше оружие новое и в заводской смазке. У нашей компании множество оружейных складов по всему городу и некоторые трофеи попадают туда в не очень хорошем состоянии. Но мы соблюдаем правила хранения и всё наше оружие всегда в смазке, потому что девочки любят, когда скользко.

Пока Кауф болтал, я уже успел зарядить магазин, как и саму винтовку, однако испытания прервал возглас Трикси:

— Так, попридержи коней! – со стороны копытной это выражение звучало двусмысленно. — В целях безопасности я поставлю звукоизолирующий купол.

— Мы под землёй, — заметил уборщик.

— Просто предосторожность, — ответила аликорн.

— Флаг тебе в руки, искорка, — ответил я, и к удивлению уборщиков взял винтовку очень необычным хватом.

Далее одиночный выстрел в стену и несколько очередей в импровизированную мишень. Винтовки явно предназначались для грифонов, и это было ясно не только по рамочному прикладу и маленькому курку. Отдача была сильнее, чем у винтовок для копытных. Отстреливая на Мстителе трофейное оружие, я ещё тогда заметил эту особенность – патроны для оружия грифонов мощнее огнестрелов для копытных; за исключением тех, кто использует боевое седло. Насчёт последнего – это местное приспособление мне очень не нравится. За все те долгие дни с моей «смерти» я ни разу даже не думал нацепить на себя эту конструкцию, и уж тем более брать устройство спуска в рот. Так и воевал в специфичной стойке. Похоже, уборщики скоро получат такую же привычку.

После моего краткого заключения «пойдёт» диалог продолжился, причём в том же стиле – завуалированные оскорбления в сочетании с деловым подходом, и непонятно чего больше. Хотя нет, оскорблений всё же больше. В один момент даже показалось, что сейчас дело дойдёт до перестрелки.

— Ты заболел или у тебя всегда такой вид? – с ухмылкой спросил Кауф глядя на гуля в маске.

— Ты на что намекаешь хероголовый? – ответил гуль демонстративно сняв балаклаву.

— Ни на что дедуля. Ты … линяешь?

— Я молод в душе и если нужно, то тебя первым мочкану громила.

— Так, — я вмешался, — Труляля и Траляля, у нас вроде есть общий враг. Разойдитесь по вольерам.

На этом день знакомства закончился. Далее нам выделили комнату на верхнем этаже и принесли четыре койки. По правде хватило бы и трех, но не нуждающаяся во сне Лира, не стала отказываться. Следующий день прошёл похожим образом за исключением меньшего количества оскорблений и большего конструктива. Выводы оказались неутешительны – у уборщиков нет тяжёлого вооружения. Исключение: аж семь шестиствольных пулемётов собранных из «неродных деталей», да устаревшие (перезарядка проводилась переломом ствола) однозарядные гранатомёты – подствольники без возможности крепления под ствол. Самое неприятное – Сулик понятия не имел, как эту проблему решить. Он сказал: ему льстит, что я так высоко ценю его инженерные навыки, но приборостроение зебр не имеет ничего общего с кустарным изготовлением противотанкового оружия. Проще говоря – чем может, поможет, но в плане идей тут лучше подойдёт моё нестандартное мышление. Но оружие – это второстепенная проблема, первичная – поднятие жителей на бунт против НКР. Именно ей мы и решили заняться в первую очередь.

Честно говоря, у нас не было какого-то чёткого плана. Всё что мы решили так это разъезжать под прикрытием уборщиков по городу и пытаться различными способами убедить местных оказать помощь СНС. Точнее не Силам Народного Сопротивления, а некому абстрактному «Объединённому Фронту Освобождения и Труда»; сокращённо ОФОТ – дурацкая аббревиатура, хотя и СНС звучит не лучше. Символом данного движения мы выбрали уже знакомый бело-красный зонтик, но с тремя неровными полосками которые, располагаясь под углом, были чем-то похожи на царапины от когтей грифонов. Данный выбор имел несколько назначений: показывал нашу преемственность к СНС, показывал особое отношение к грифонам, а также мог быть расшифрован как отрицательный по отношению к зонту СНС. Последнее мы собирались использовать на случай нашего разоблачения. Типа: мы не СНС, а наоборот — их ненавистники. Глупо конечно, но в этом мире другие законы и столь странная логика вполне может сработать.

Тактика прямого общения с жителями тоже была очень странной. Лира, имеющая способность чувствовать «струны души», советовала общаться не словами, а эмоциями, в смысле — песнями. По её мнению такой метод будет гораздо эффективней «горькой правды Хомейдж» или сладкого голоса Селестии. Пони — существа склонные к объединению, а также любви к музыке. В прошлом используя эту особенность, пони буквально «убирали зиму» а войска Эквестрии одержали немало побед над зебрами, теперь же, уже мы должны использовать эту особенность, но не для борьбы; пока только к подготовке к ней, и начало уже положено. Трикси исполнив песню «Куда катиться мир» уже положила начало, но, увы и ах – аликорн в Филидельфии будет слишком заметена, а значит и вся идея с ОФОТ станет бесполезна, однако Трикси всё же будет полезна. Её заклинание «колпак тишины» поможет скрыть нашу агитационную работу; главное, чтоб заклинание маскировки работало также хорошо, и уже сама Трикси осталась, не обнаружена. Также очень пригодился и другой навык аликорна – её способность проникать во сны оказалась просто незаменима. Благодаря ней мы заранее знали, где находятся наиболее лояльные к сопротивлению пони, а в сочетании со способностью Лиры, успех был почти гарантирован.

Насчёт «почти» — тут всё зависело от меня, точнее от моего красноречия которое было, мягко говоря, не на высшем уровне. Выезжая на объекты с бригадой уборщиков я, дожидаясь сигнала от прячущейся Лиры, вступал в диалоги, с определёнными копытными убеждая их перестать грифонам служить и тоже взяться за швабры или оружие, чтобы очистить этот мир. Также между делом упоминал некоего союзника СНС (Силы Народного Сопротивления) именуемого ОФОТ (Объединённый Фронт Освобождения и Труда) который не допустит ошибок ГО (Гражданская Оборона) и то, что ему не справиться без их помощи. Естественно копытные относились к таким речам с недоверием. Иногда говорили, что такого рода речи опасны и рекомендовали не злить грифонов, но обычно пони были просто отстранены — как те с которыми я встретился в первый день в Филлидельфии, что во время облавы просто смотрели в окно. Вот в эти моменты и применялись способности Лиры к «струнам», и Трикси к «колпаку тишины». Когда посторонние были усыплены (у Лиры необычные подковы) и над нами замыкался невидимый магический колпак, Лира доставала магнитофон и подходящую кассету, то есть голодиск. В те моменты я, будучи тоже восприимчивым к музыке, отчаянно пытался использовать эту особенность, вот только результат был неоднозначен. В прошлой жизни я не был музыкален и даже в караоке не пел; в этом мире стал более вокально одарен, но всё равно ниже среднего. Также и со словами – текст приходилось выдумывать на ходу, что не могло не сказаться на качестве. Конечно, можно было спеть песню про «власть комбайнов» но тогда бы меня раскрыли, а других «революционных» песен я особо и не знал. Не Яблочко же петь. В общем – придуманные на ходу рифмы были порой хуже куплетов про картошку.

Когда ругаешь ты царя,

И стоит рубль двадцать колбаса,

Но знай, наступит новая заря,

Так давайте поверим в чудеса,

В нас свет живёт, пусть нас Ленин ведёт,

Об остальном позаботится Сталин,

Победим мы все капитализм,

Так давайте коммунистами станем.

Сказать, что даже на Земле это звучало бы тупо — ничего не сказать, но «PGS54 B13» не Земля и тут другие законы, порой нарушающие понятия логики и здравого смысла. Вот и в этих случаях логика нарушалась, а пони начинали петь.

Мы прозябаем в нищете,

И платят нам совсем чуть чуть.

Тут я понимая, что план работает, начинал, не выходя из образа, «ковать железо».

Так вступай в бело-красный отряд,

Мы укажем тебе верный путь.

Пони подверженные музыкальной магии, с улыбками на мордах, поддерживали как рифму, так и смысл.

В нас свет живёт, пусть вождь нас ведёт,

Вступлю я в бело-красный отряд.

Далее обычно все пели в один голос.

Мы народ с собой поведём,

И ни за что не отступим назад.

Нас запомнят потомки, вернём мы всю власть,

Никто на нас не посмеет напасть,

Зарплаты поднимут, страну ждёт подъём,

Коммунизм мы строить вместе пойдём.

В нас свет живёт, пусть коммунизм придёт,

Пусть буржуи едят ананасы,

Пришла пора — новая заря,

Будет власть рабочему классу.

Вот примерно с таким репертуаром я убеждал жителей Филлидельфии поддерживать сопротивление, и что удивительно – весьма успешно. Неужели пони настолько восприимчивы к музыке что, пробудив эту особенность их так просто убедить? Или они так сильно настрадались от гармонии Дарительницы, что взаправду увидели в речах про коммунизм спасение? А может понемногу и того и другого? Как бы то ни было – план успешно работал, причём настолько хорошо, что происходили ситуации подходящие под понятие курьёз даже по меркам творящегося бреда.

Дело в том, что однажды мне с бригадой уборщиков пришлось убираться в одной из школ Филлидельфии. Только убираться – мы не планировали никого ликвидировать и тем более убеждать детёнышей пони переходить на нашу сторону. Ситуацию изменила группа мелких палкоголовых, с которыми я ранее вместе смотрел рекламу игрушек. Эти жвачные животные учились именно в той школе, в которой мы наводили чистоту, и, столкнувшись в коридоре, умудрились меня узнать. Никогда ещё «уборщик-террорист» не был так близок к провалу. Благо мелкие копытные были из сочувствующих, и также как в прошлый раз — не выдали; только спрашивали, когда мы накроем этот мир своим зонтом, дадим всем пони картошки и что у меня с глазами? Поняв, что тревога оказалась ложной, я думал просто закончить уборку и уйти будто ничего не было, но наблюдавшая за всем Лира увидела в произошедшем шанс, который нельзя упускать.

Будто из ниоткуда (никакого заклинания телепортации) она появилась рядом с мелкими, и удивительно легко нашла с ними общий язык. Это было так необычно – двухсотлетняя и от силы восьмилетние (ещё без метки) общаются на равных. Лира точно — вечное дитя. Далее этот разговор переместился в учебный класс, в котором Лира газом из подковы усыпила училку (когда эта земная пони проснётся, она забудет не только нас, но и вообще прошедшую неделю) и вместо урока гармонии провела своё собственное занятие. Занятие было «на свободную тему» но с явным уклоном в изучение другого мира. Орудуя магией, Лира быстро нарисовала на доске «человека в разрезе» и кратко рассказала об пользе прямохождения и полезности конечностей не выполняющих опорную функцию. Также не обошла вниманием «технологии призраков» с тем, что Благородные Сёстры так и не смогли ими грамотно распорядиться. Также постоянно упоминала ложь Селестии насчёт того насколько призраки злобны, а и их мир жесток; и действительно — на Земле многие люди ни разу в жизни ни держали оружия. И как вишенка на торте – песня (разве могла музыкальная пони обойтись без песни?) о политической карте Земли. Используя магию, Лира изобразила во всю стену политическую карту и запела, будто не своим голосом (Обычно у неё голос хриплый как у бензопилы, но тогда хрипота уступило место чему-то другому.), песню с очень знакомыми словами.

США, Канада, Мексика, Панама

Гаити, Ямайка, Перу,

Доминикана и Куба, Карибы

Гренландия, Сальвадор на Днепру.

Пуэрто-Рико, Колумбия, Венесуэла

Гондурас, Гайана, вперёд,

Гватемала, Боливия, Аргентина,

Эквадор, Чили, Бразилия вот.

Коста-Рика, Белиз, Никарагуа, Бермуды

Багамы, Тобаго, Сан-Хуан,

Парагвай, Уругвай, Суринаме

Гвиана, Барбадос и Гуам.

Норвегия и Швеция, Исландия, Финляндия

В Германию стоит вглядеться,

Швейцария, Австрия, Чехословакия

Италия, Турция и Греция.

Польша, Румыния, Шотландия, Албания

Ирландия, Россия, Оман,

Болгария, Саудовская Аравия

Венгрия, Кипр, Ирак и Иран.

Сирия, Ливия, Израиль, Иордания

Бахрейн и компания,

Нидерланды, Люксембург, Бельгия, Португалия

Франция, Англия, Дания и Испания.

Индия, Пакистан, Бирма, Афганистан

Таиланд, Непал и Бутаном вот там,

Кампучия, Малайзия, Бангладеш

и, Корея с Японией рядом.

Монголия, Лаос, и Тибет, Индонезия

Филиппины, Тайвань, где то там,

Шри-Ланка, Новая Гвинея, Суматра, Новая Зеландия

Борнео, Вьетнам.

Тунис, Марокко, Уганда, Ангола

Зимбабве, Джибути, Ботсвана,

Мозамбик, Замбия, Свазиленд, Гамбия

Гвинея, Алжир, Гана.

Бурунди, Лесото, Малави и Того

Испанский Габон,

Нигер, Либерия, Чад, и Нигерия

Египет, Бенин, и Габон.

Танзания, Сомали, Кения и Мали

Сьерра-Леоне, Алжир,

Дагомея, Намибия, Сенегал, Ливия

Камерун, Конго, Заир.

Эфиопия, Гвинея-Бисау, Мадагаскар

Руанда, Майорка, Кайман,

Гонконг, Абу-Даби, Катар, Югославия ...

Крит, Мавритания

И Трансильвания,

Монако, Лихтенштейн

Мальта, и Палестина,

Фиджи, Австралия, Судан.

https://youtu.be/DtaZcp9OK1I?t=6

Это …. было впечатляюще, и свидетелем этого зрелища помимо меня и уборщиков были два десятка мелких копытных всех трёх подвидов (аликорнов здесь не было, а последнему ночному пегасу я лично запихал в пасть гранату). Был большой риск что они, как и все дети, не в меру болтливы и могут нас выдать. На секунду появилась мысль устроить массовое убийство и отправить трупы на корм …. Эта мысль продержалась лишь секунду. Пусть я совершил уже столько преступлений, что меня четвертовать мало, но всё же моральные нормы были далеко не забыты. Я не тот кто, совершив, что-то очень плохое будет себя оправдывать благой целью, тем, что сам страдал и абстрактной моралью как в басне «Котята и ведро» или книге Мелкопипки. Я не могу решить эту проблему эффективным и простым способом. (Хотя… Я причастен к уничтожению логова Адских Гончих, а там было много детёнышей.) Всё что могу так это попросить мелких ничего не говорить, но похоже Лира на это и рассчитывала. Не знаю, что у неё за чутье, но эта единорожка была чётко уверена, что мелкие будут вести себя тихо, и лишь попросила принести «Пинкиклятву» что они сохранят маленький секрет. После того как детёныши копытных воткнули воображаемый кекс себе в глаз, Лира окончательно успокоилась и сказала что беспокоиться не о чем – они не выдадут нас даже под пытками.

Также, по совету Лиры, мы не ушли из этой школы порожняком. Дело в том, что после деятельности СНС местная школьная программа сместилась в сторону более глубокого изучения «Книги Литлпип» и прочих трудов мелкой лесбиянки в ущерб прочим предметам. Среди этих предметов была и музыка, так что Лира сочла нормальным, что мы заберём из пустующего кабинета музыкальный инвентарь – комплект духовых инструментов, скрипку, ещё что-то по мелочи (не разбираюсь) и даже пианино. Это было тяжело, благо у Трикси, как у всех аликорнов, сильный телекинез.

Мистер Кауф узнав об этом инциденте сильно …. «огорчился». Впечатление такое, что он был готов нас буквально посадить на свой торчащий из башки отросток, и я его понимал. Мы очень сильно рисковали но, судя по отсутствию оцепления и последующего расстрела из танков, Лира была права – мелкие нас действительно не выдали. Тем не менее, это не отменяло всей глупости произошедшего. Что далее? Мы будем убираться в детском саду и споём малышам поучительную песню? На этой мысли у меня даже придумалась подходящая рифма о волшебной цифре восемнадцать.

С нами вместе ты считай

Восемнадцать узнавай,

Гречки пачка стоит двадцать

А на рынке восемнадцать,

На скейте покатался

Зубов осталось восемнадцать,

Восемнадцать брейк могли забацать

А мне и сегодня восемнадцать, (в исполнении Лиры эта строчка звучала бы двусмысленно)

Посмотри-ка ты сюда

Во дворе три мужика,

А прибавить к ним пятнадцать

Точно – будет восемнадцать.

Или ещё лучше – добрая сказка про Муху Цикатуху.

У неё была кликуха: Муха Муха Цикатуха.

Муха Муха Цикатуха, золотая цепь на брюхе.

Муха на сходняк пошла, сразу корешей нашла.

Тараканы прибегали и на Муху наезжали.

Не успела спрыгнуть с нар вдруг ответив за базар.

Нефиг было всех кидать. Век свободы не видать.

Крёстный папа паханок Паучок, чисто Муху в уголок поволок.

Достаёт он свой дружок утюжок.

Гладит Мухе утюжком он бочёк.

Вдруг откуда не возьмись мент, а не комарик.

И в руке его горит жезл, а не фонарик.

Где убийца! Где злодей! Где проклятый богатей!

Штуку баксов получил, паука освободил.

Муху за руку берёт, снова в КПЗ ведёт.

Слава, слава паханам, взяткодателям!

Слава корешам, вымогателям!

Пацаны, давайте жить по понятиям.

Господи что это за хрень?! Надеюсь, до такого не дойдет, а ещё, что наша конспирация продолжит сохраняться. По крайней мере, ожидания от агитации….

Честное слово: эффект от нашей тайной агитации превзошёл самые смелые ожидания. Выезжая убираться, мне всё чаще приходилось стирать различные агитационные граффити, изображающие либо зонт со следом от когтей, либо надписи: «Комбайнам вся власть», «ОФОТ победит», «Бей грифонов, спасай Эквестрию!», «Помни товарищ: наёмников в Эквестрию привели корпорации!», «Да будет сей сортир оплотом для борьбы за мир!» (если приходилось убирать парашу) и прочее похожее по смыслу. Для сравнения – ранее мы обычно стирали граффити изображающие шахматную доску или клубни картошки. Наёмники же чувствуя, что что-то происходит, всё не могли догадаться, что первопричиной появления этих граффити были те, кто их стирали, и от бессилия часто хватали случайных пони. Судя по тому, что схваченные не возвращались, и тому, как меня хотели допросить на вокзале — судьба этих пони незавидна. У НКР больше нет Лайфблума с его заклинанием извлечения памяти, а то, что большинство наёмников ранее состояли в рейдерских группировках, подталкивало их к негуманным методам. Страшно представить скольких невинных Когти покромсали своими тесаками, а ведь то, что наёмники стали вооружаться этим холодным оружием — тоже моя вина. Ношением тесака наёмники показывают своё уважение к покойной Гаудине Грознопёрой, которая носила именно такой тесак. Именно этим тесаком (который сейчас носит Трикси) я грифине кочан срубил – сколько воспоминаний.

Но всё же, несмотря на террор наемников, наша агитация имела огромный успех и пони, что ранее выглядели, будто живут, дожидаясь смерти, теперь обрели надежду и стали ….. более цветными что ли. Казалось что их расцветки стали более яркими …. Или я просто привык к этим линзам и смогу? Как бы то ни было – эффект налицо. Лучше всего этот эффект показывал случай когда мы убирались в том жилом комплексе в котором жили те узнавшие меня дети. Дело в том, что тогда на улице был дождь, а крыша в домах жителей Филлидельфии не отличалась качеством, отчего копытные в дождь в помещении носили зонтики-шляпы, но не это меня удивило. Эти копытные настолько прониклись надеждой и музыкальному влиянию, что уже сами стали петь без нашего непосредственного участия.

Важней всего погода в доме,

Ведь крыша вроде решета,

Но пони не утонут,

Мы всё исправим с помощью зонта.

Всё же проговорились. Эти мелкие копытные нарушили «мизинчиковую клятву», однако те, кому они про нас рассказали, оказались лояльны СНС – фраза про исправление «с помощью зонта» было неприкрытым намёком на нашу символику. Поговорив с этими копытными, выяснил, что всё же не нужно каждый раз, видя зонт считать это символикой СНС. Пони начали носить шляпы-зонтики ещё до войны – спасибо министерке Пинки Пай. Из-за её чутья, которое она усиливала наркотиками, у многих пони разыгрывалась паранойя, отчего каждый раз видя, что у кого-то хвост дергается, они думали, будто на голову вот-вот что-то упадёт. В нынешних реалиях эта паранойя никуда не пропала и даже нашла своё место в школе, когда детям рассказывают о безошибочности этого чутья, а также пользе осторожности. Естественно при таком информационном давлении, шапки-зонтики остались актуальны до сих пор, а при дырявой крыше просто незаменимы. То, что символом нашего сопротивления оказался зонт, было судьбоносным совпадением изменившим жизнь пони к лучшему.

Многое в те дни в Филлидельфии изменилось к лучшему, в том числе и статистика пропавших без вести. Уборщики прекратили убивать (по крайней мере, не так много как раньше), а потом убираться на месте убийств, однако нельзя сказать, что сторонники НКР среди гражданских, были обделены вниманием. Те, кто ранее должны были пойти на корм свиньям, тоже стали слушателями наших песен, только смысл этих песен был совсем другим. Дело в том, что всё во всех мирах стоит денег, которых всегда не хватает. Конечно, власти НКР платят уборщикам за их работу, а сами киллеры со швабрами не стеснялись чистить помещения не только от грязи, но и от всего ценного, однако такой доход мелочен и не всегда стабилен. Исходя из этого, мы решили сместить специализацию уборщиков, с убийц на вымогателей. Естественно я с Лирой приняли в этой смене профессии самое прямое участие, а так как со мной была музыкальная пони, то без музыки не обошлось. Правда, репертуар был…. Не сказка про Цикатуху но немногим лучше.

Не кочегары мы не плотники,

Не слесаря мы и не токаря,

Любой из нас по-своему высотник,

Мы крыша всем, короче говоря.

Запросы народа всё выше

Мы рады помочь будем всем,

И если вы платите крыше,

Над вами ни капли совсем.

Один мужик не заплатил нам сразу,

А мы хотели помощь предложить,

Его ларёк накрылся медным тазом,

Хотя под крышей мог бы долго жить.

Налоги всё выше и выше,

У НКР такая судьба,

И если у вас нету крыши,

То бизнесу будет пи... труба.

Допустим, кто-то деньги отмывает,

И из казны кладёт на личный счёт,

Кого надёжно крыша прикрывает,

То сверху их никто не припечёт,

Пусть нынче у вас нету вышки,

Статей есть немало ещё,

Без крыши наступит вам крышка,

Короче – накроют и всё.

Пришёл бандит, у вас дрожат коленки,

Он хочет вас ограбить и убить,

Зачем идти, как говорится к стенке,

Гораздо лучше крыше позвонить.

Мы за две минуты приедем,

И сами бандита убьём,

И ваши спасённые деньги,

За ваше спасенье возьмём.

Надеюсь я, правительство нас слышит,

Возможно, нас даже наградят,

Благодарны крыше выше крыши:

Банкир, Челнок, Лотошник, Депутат.

НКР пока ещё дышит,

Хоть трудно нам было не раз,

Спасибо товарищи крыше,

Что крыша не едет у вас.

Спасибо товарищи крыше,

Что крыша не едет у вас.

Ну, у нас и репертуар. На Земле бы за такие песни в лучшем случае объявили неудачным комиком, а скорее всего, справедливо рассудив у кого поехала крыша, вызвали бы прихиатричку. Благо тут не Земля и данные песни были поняты достаточно серьезно, так что скоро у ОФОТ, помимо множества сторонников, появились «щедрые спонсоры». Всё это не могло не радовать как уборщиков, так и их руководство, так что наш нестандартный музыкальный метод, и я в частности, получили множество благодарностей.

Честно говоря, благодарить нужно было не столько меня, сколько Трикси и Лиру; последнюю в особенности. Без навыка Трикси по проникновению во сны, и особенно таланта Лиры к музыке и «струнам души», у нас бы ничего не получилось. Может с учётом этого факта я бы рассказал уборщикам, кто более достоин благодарности, если бы Лира с Трикси не использовали свои навыки откровенно в развлекательно-издевательских целях.

Дело в том, что Трикси всё не прекращала попыток добиться от меня взаимности, а Лира просто искала повода учудить какую-либо пакость забавы ради. Исходя из этого то, что Беатрикс, будучи «оскорблённой в лучших чувствах», попросит Лиру помочь учинить мне маленькую месть, было неизбежно, а то, что в связи с характером Лиры, эта месть будет связана с музыкой, было ожидаемо.

Вообще-то, после похищения из школы музыкального инвентаря, в здании уборщиков часто играла музыка, но Лира не играла мелодий заставляющих пони коллективно петь – просто приятные мелодии. Обычно Лира играла на пианино, но иногда бралась за скрипку (https://youtu.be/IiSAGTSb_bQ?t=33) и её игра была просто идеальна. Лира научилась у своей покойной подруги Октавии Мелоди не только навыку прямоходящей стойки и рукопашного боя, также эта земная пони научила единорожку игре на струнных инструментах, и Лира не забыла уроки. Это выглядело так странно – гулифицированная копытная, одетая как ПТУшница (толстовка и джинсы) играет на скрипке классические мелодии. Эта пони полна контрастов. С трудом вериться, что такая ценительница классической музыки ранее заставила меня варить борщ, распевая гимн «суповаринов-унитазников». Вот именно на том прошлом факте и основывалась просьба Трикси к Лире. Аликорн захотела ещё раз увидеть, как я выставляю себя клиническим идиотом, распевая на кухне песни про жратву. Причём насчёт умственной неполноценности она была не так уж и неправа. Трикси говорила, что без таланта Лиры я могу петь только про том, о чём думаю, а думаю я не как все нормальные люди и пони — о любви, а обычно о жратве. Я же, не понимая намека, постоянно отшучивался, мол: это так и, вернувшись на Землю, создам собственную музыкальную группу «Пузо свело» или буду «петь соло про сало». Последнее сказал зря – сказанное воплотилось почти буквально.

Дело в том что, находясь в городе в котором есть свиноферма, я не отказывал себе в нормальной еде, в том числе и символе украинского самосознания. Часто бывали дни, когда я просто объедался этим продуктом, что вызывало смех у Лиры и недоумение у уборщиков. Вот подгадав такой момент, Лира сев за пианино применила свою способность и, подобрав нужную мелодию, не только заставила меня петь, но и заставила уборщиков быть моей подтанцовкой.

Салооо, гимн я тебе пою,

Мы создадим семью,

Сало и я.

Сало, буду тебя любить,

В сердце своём хранить,

Вечно друзья.

Я как-то утром шёл с базара,

Хэй, Хэй — поёт подтанцовка.

И сало выронил кусок,

Хэй, Хэй.

Собака хвать и убежала,

Хэй, Хэй.

И во вселенной я стал одинок.

Хэй, Хэй, Хэй, Хэй, Хэй.

Сало, сало.

Где же самогон?

С кухни слышен стон: Ахахахаха.

Мало, мало,

Дайте мне батон,

Где со сметаною бидон?

Тут неожиданно появляется Трикси с недовольной рожей и огромным бидоном, который и силой кладёт на стол.

На, и чтоб ты сдох!

Далее начался крик с использованием самых непечатных выражений. Дело в том, что Трикси ожидала, что я буду петь всякую хрень о любви к еде, но песня превзошла все ожидания – «Салооо, гимн я тебе пою, Мы создадим семью». В грубой форме Трикси высказала, какой я дебил раз предпочитаю вонючий кусок сала той, кто искренне меня любит, и отдалась как женщина. С её слов, я смогу оценить с ней близость лишь в случае если та умрет, а я порежу на шашлыки её аликорнью тушку; причём Трикси нормально отнесется, если я так распоряжусь её мёртвым телом. Естественно я пытался оправдаться, говоря, что её очень ценю и ни за что не стану осквернять мёртвых. Также пытался делать уклон в моё происхождение. Мол, для людей такое нормально – выражать свою любовь через еду. Даже привёл пример, в котором я, поедая красный борщ из синей миски с белой сметаной, увидел в этом символ любимой мной страны – цвета российского флага. Мол, родину я люблю гораздо больше обмена жидкостями. Как доказательство этой теории попытался выдумать какую-нибудь рифму, в которой я через сравнение с едой проявлял любовь к родине, но получилось не очень.

Самый лучший борщ,

Как-то я варил,

Но с плиты снимал,

На себя разлил,

Слышал весь наш дом,

Десять раз подряд,

Самый русский мат…

Самый худший кекс,

Был тогда вчера,

Разбудил меня,

Он где-то в пять утра,

В пять ноль две уснул,

И услышал вдруг,

Самый громкий звук.

Зря я это спел, но Беатрикс согласилась, что спетое – правда. Русского мата в моём исполнении она наслушалась в достаточном количестве, чтобы уже самой выражаться как портовый грузчик (в процессе ругани она часто использовала известные слова), да и тот единственный кекс со мной по ощущениям был «самым худшим»; его долгая продолжительность только усиливала негатив. В общем, конфликт всё нарастал благо Лира, которая технически его и устроила, всё уладила, причём в своей музыкальной манере. Снова сев за пианино она сыграла более спокойную мелодию, которая задела струны души всех присутствующих. Негатив Трикси как ветром сдуло, она поняла что для того кто желает вернуться в другой мир вполне нормально искать утешение во всякой хрени. Я не герой пустоши типа Каламити и Мелкопипки, которые после своих похождений приходили в себя в койке со своими особенными пони; Каламити с Вельвет, Пипка с Хомейдж. Для призрака допустимо проявлять странности, пусть даже они связаны с куском сала или борщом. Поняв это, Трикси решила подыграть и, используя магию, высветила на столе изображения большой миски с борщом – это было сильно.

Дело в том, что в Филлидельфии не было проблем с мясом, а вот с обеспечением овощами – картошкой, свеклой и всем тем, что нужно для приготовления красного супа, были проблемы. Отсюда и моя тоска, по нормальной еде усилившаяся больше обычного, а в сочетании с затронутыми струнами души это вылилось в нечто похожее на встречу Штирлица с любимой женой. В моём случае это была встреча, с любимым борщом, получившая воплощение ещё в одной шизофреничной песне.

Борщ друзья – это боль моя,

(Подтанцовка из уборщиков грустно завывала, демонстрируя мою боль.)

С чесноком, и сметаною,

Облаком, жирным облачком,

Плывёт сметана по тарелке отсюда к другому краю.

Поёт подтанцовка:

Где-то далеко, очень далеко,

Варят в кастрюлях борщи.

Снова пою я:

Где-то далеко съев ведро борща, страдают люди ….

Наклоняясь до земли.

Поёт подтанцовка:

Где-то далеко, в памяти моей,

Снова пою я:

Нальют мне миску борща,

А сало нарежут, вот такими большими кускамии.

Я прошу,

(Подтанцовка повторяет за мной)

Мне надобна,

Дайте мне,

Утонуть в борще,

Пою я один:

И тихо плыть к родному дому,

Как раз чтоб успеть к жаркому.

Далее я затихаю, подтанцовка перестаёт изображать боль, Лира перестаёт играть, Трикси убирает «голограмму». Неловкая пауза прервалась моими смешками, которые разрослись до откровенного хохота. Смех оказался заразителен и вскоре Трикси, Лира, уборщики из подтанцовки и те, что пришли на этот стихийный концерт, все надрывая животы, отчаянно хохотали. При всём уважении к «Семнадцати Мгновениям Весны» – это было действительно смешно. Однако среди присутствующих был один копытный не разделявший общего веселья. Полосатому гулю было совсем не до смеха и, дождавшись когда поток хохота иссякнет, он в довольно грубой форме высказал всё что думает, а думал он о очень правильных вещах.

С, раздражающей его, особенностью пони петь он смирился и считает полезной, однако успехи с жителями города не повод игнорировать другую проблему. Проблему, из-за которой я и вызвал полосатика – отсутствие подходящего оружия.

А ведь Сулик был прав. При появлении «спонсоров» персонал уборщиков значительно вырос, причём настолько, что хранящегося на складах оружия едва хватит, чтобы вооружить полотёров, но не настолько, чтобы захватить город своими силами. Отсюда вывод: план с привлечением жителей к вооружённой борьбе, всё ещё актуален, но жителей тоже нужно вооружить. И самое главное – мы даже не начинали разрабатывать противотанковое оружие, без которого шансы захватить город равны нулю. Отсюда другой вывод: так как мои надежды на инженерный ум полосатика не оправдались то, оружейную проблему я должен решить сам. Вообще-то заниматься чем-то похожим мне не впервой, только в отличие от Мстителя у меня не будет шикарной оружейной мастерской. В городе оружейных заводов доступ к его основным промышленным мощностям для меня закрыт, рассчитывать могу лишь на небольшие предприятия (руководство которых послушали наших песни) производящие всякий ширпотреб. Это будет непросто.

В любом деле главное начать и начать я решил с самого сложного – с создания противотанкового оружия. Мы не на ближнем востоке, где у каждого араба во дворе закопан гранатомёт и местные даже на арабских скакунов не похожи. Громыхалу придётся создать самому, пользуясь тем, что есть. Увы, но с тем, что я мог найти в городе, мне ни за что не создать не то, что ПТУРС, даже РПГ-7 или Фаустпатрон будут несбыточной мечтой. Однако я не отчаялся и не отказался от идеи создания гранатомета. Отчаянно думая отчего-то постоянно повторял в памяти момент обнимашек с Беатрикс – тех, когда она, доставив «Суслика» начала мять мне рёбра. Это воспоминание очень крепко привязалось и мешало сосредоточиться, однако в очередной раз его прокрутив, меня осенило. Обнимаясь с Трюкачкой, я в шутку назвал себя её талисманом на удачу – четырехлистным хуистным клевером. Клевер с четырьмя листами – это символ Ирландии, и в прошлом в этом регионе тоже было движения сопротивления.

Временная Ирландская Республиканская Армия, вела борьбу против мелкобритании и, будучи образованной в результате раскола с ИРА, по сути, была иррегулярным формированием, для которых присуще использование кустарного вооружения. Один из образцов этого вооружения, ставший неофициальным символом «PIRA» (Provisional Irish Republican Army), был прост по конструкции, имел ограниченную боевую ценность, но при грамотном использовании может быть очень полезен.

Самодельная безоткатная пусковая установка PRIG (Projected Recoilless Improvised Grenade) – всем колхозам колхоз ( https://topwar.ru/uploads/posts/2019-02/1551368601_02.jpg https://topwar.ru/uploads/posts/2019-02/1551368557_09.jpg ). Пусковая установка состоит из длинной стальной трубы, разделенной надвое приваренной посередине рукоятью. Вместо сложного пускового механизма здесь используется электроподжиг с пусковой кнопкой — простая электрическая цепь, в которую входит выключатель-предохранитель и, лампочка-индикатор. Снаряд же состоит из обыкновенной консервной банки, наполненной 600 граммами взрывчатки и снабженной металлической вставкой-конусом для создания кумулятивного эффекта ( https://topwar.ru/uploads/posts/2019-02/1551368687_05.jpg ). Из ствола эта импровизированная граната выталкивалась отдельным пороховым зарядом. Впрочем, граната — не самое занятное в конструкции PRIG. Дело в том, что труба позади рукояти не остаётся пустой. Там располагается «контрвыстрел», призванный скомпенсировать отдачу представляющий собой две завернутые в салфетки пачки печенья.

В общем, при создании этого оружия именно с печеньем и возникла проблема. (Со взрывчаткой, как ни странно, у нас проблем не возникло – казалось что Трикси может изготовить порох и тротил из чего угодно; хоть из древесного угля, хоть из удобрений, хоть из говна и палок.) Печенье и так было в дефиците, а после того как уборщики начали массово создавать гранатометы из водопроводных труб со снарядами из консервных банок, печенье вообще пропало из оборота по всему городу. Лиру это огорчило – она считала, что печенье было одной из немногих радостей которое осталось у нынешнего подрастающего поколения, а мы пустили его (печенье) на оружие. Ладно бы ещё это оружие было эффективно, но нет – на испытаниях кумулятивная струя прошла не настолько глубоко, чтобы пробить танковую броню; да ещё и зачарованную, а о динамической защите лучше вообще не заикаться. Такой гранатомет будет эффективен против бронеавтомобилей и БТРов, но вряд ли из PRIG удастся подбить танк. Только повредить прицелы, может гусеницы, при большой удаче заклинить башню. Исходя из этого мне пришлось провести несколько лекций и нарисовать схемы уязвимых мест, правда схемы могут быть неактуальны. Местные танки весьма условно похожи на Земные, а самая массовая модель вообще имеет четыре гусеницы. Понимая, что с такими вводными риск поражения слишком велик, я всё же поступился с моралью и занялся разработкой копии другого противотанкового оружия – такого что сработает наверняка.

Результатом новой работы стало подобие японской мины Ni05 (американский индекс, её японское название неизвестно) времён второй мировой ( http://weaponland.ru/images/statyi/mini-2/6/Ni05-3.jpg ). По своему устройству и способу применения Ni05 относится к противотанковым противобортовым кумулятивным подвижным управляемым минам. Мина доставляется к танку противника солдатом-смертником (камикадзе). Он несет мину на шесте длиной более полутора метров, вставленном в верхнюю часть заряда. Приблизившись к танку, камикадзе направляет ее в борт танка и бьет ножками мины по броне. Взрыв кумулятивного заряда приводит к пробиванию брони и уничтожению танка. Камикадзе также погибает при взрыве мины от осколков корпуса и ударной волны. Устройство данной мины также очень простое: ecть чepeнoк в пoлтopa мeтpa, c oднoгo кoнцa кoтopoгo – минa, a c дpугoгo – дocтaтoчнo фaнaтичный япoнeц. Bзpыв пяти килограммов взрывчатки гapaнтиpoвaннo пpoбивaл бpoню в 15 cм, пocкoльку минa пpимeнялacь нe пo oтнocитeльнo зaщищённoму дну или лoбoвoй бpoнe, a пo кудa мeнee пpoчным бopтaм.

Конечно, данные два образца имеют ограниченную боевую ценность, но в городе с плотной многоэтажной застройкой гранатомет, стреляющий консервными банками, сполна реализует свои преимущества. С минами для камикадзе всё сложнее. У нас нет фанатичных япошек но есть «святые единороссы» — множество копытных с волшебной дрелью, торчащей из башки. Использование магии для доставки к танку «бум-палки» поможет радикально снизить потери.

Будто меня сильно волновали эти потери? Если бы было нужно, то я раздал бы копытным не то что «бум-палки», они бы у меня носили пояса шахидов. Пояс шахида – стильно, модно, умереть красиво. Умерли бы они может и красиво, но вот танк вряд ли бы подбили. Только гранатометы и управляемые мины — quadratisch, praktisch, gut.

Также, помимо стреляющего и управляемого противотанкового оружия, мной были предложены банальные противотанковые ежи, да и просто возможность создать непроходимую для танка баррикаду, а после реализовать тактику «боевой тройки» (снайпер, штурмовик, гренадёр). Оказавшись в такой танковой душегубке вражеские машины, будут обречены – никакая броня не спасет, если постоянно бить в одну точку.

Что ж, проблему оружия для борьбы с танками можно считать решённой. Пусть она была одной из главных, но решилась относительно просто. Теперь передо мной была другая задача — не такая важная, но лично для меня куда более сложная. Нет повести печальнее на свете чем повесть о российском пистолете. При всём уважении к отечественному ВПК, значительная часть российского стрелкового оружия, мягко говоря, уступает своим заграничным аналогам. Конечно, есть множество исключений, как Автомат Калашникова, но вот с созданием пистолета в Федерации всегда были проблемы. Исходя из этого я, будучи русским, решил не наступать на известные грабли и вместо пистолета для гражданского сопротивления (получилась бы хрень типа Либерейтора https://ru.wikipedia.org/wiki/FP-45_Liberator ) замахнулся аж на целый пистолет пулемёт. Вообще-то не столько из-за грабель сколько потому что надеялся на помощь полосатого; который ранее смог переделать полусвободный затвор трофейной ФГ-45 под автоматический огонь — немалое достижение. Пахучий копытный не отказал в помощи и вскоре мы явили….

Получившиеся образы хоть и были сделаны из водопроводных труб, но всё же выглядели как оружие заводского производства, с поправкой, что это заводы Англии и Австралии в эпоху второй мировой. Один пп был вылитый Английский Стэн (https://ru.wikipedia.org/wiki/STEN), второй был…. Даже не знаю. Австралийский Owen Mk.1/4 ( https://topwar.ru/uploads/posts/2015-12/1449156429_seriynyy-pp-ouena-2.jpg )? Как бы то ни было, но последний хотя и был значительно тяжелее, но стрелял без задержек. За такую надёжность, пп был обязан конструкции, в которой использовались довольно увесистые детали и магазину располагавшемуся сверху, благодаря чему пружина магазина всегда проталкивала патроны, а пружина была откровенно слабой. Дело в том, что в связи с недостатком материалом нам пришлось импровизировать и брать детали из бытовых приборов. Пружина магазина вообще ранее стояла в патефоне. Лира не одобрила такое использование деталей музыкального оборудования.

В общем, несмотря на все недостатки мы «приняли на вооружение» оба образца, только быстро поняли что, несмотря на всю простоту конструкции, мы не сможем изготовить этих пп в достаточных (очень больших) количествах – они всё же слишком сложны. Нужно что-то ещё проще, что-то, что можно собрать даже не из водопроводных труб, а буквально из говна и палок и…. мы это создали. Из всякого мусора, при помощи молотка и какой-то матери, мы создали несколько «модельных рядов» оружия, которым скоро будет вооружёны жители Филлидельфии (https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/f/f5/Art_of_Fo4_weapons_concept_art.jpg/revision/latest?cb=20151028145255 https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/7/7d/FO4_Гладкоствол_1.jpg/revision/latest?cb=20170521173108&path-prefix=ru https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/1/16/FO4_Гладкоствол_2.jpg/revision/latest?cb=20170521173218&path-prefix=ru ). Мда… тем, кто будет вооружен таким оружием, вполне подходит аббревиатура ОФОТ. Это даже оружием назвать сложно – пулялы и стрелялы, вот подходящие названия. А их вид…. Как выразилась Лира: я в него палила из того что было, а что стало то и закопала. Бахметьев из «Пока Все Дома» нами бы восхитился. Страшно представить что, имея такой опыт, я смогу сделать, если всё же вернусь на Землю. Огнемёт из ручного тормоза велосипеда, пластиковой банки и скотча ( http://cdn4.gamepur.com/images/resident-evil-7/burner.jpg )? Револьверный дробовик, собранный из велосипеда и отрезков водопроводной трубы ( https://vignette.wikia.nocookie.net/m__/images/b/b2/Велопал.jpg/revision/latest?cb=20150408203015&path-prefix=metro%2Fru )? Хорошо еще, что в мире, в котором жители сами себе гужевой транспорт, велосипед не актуален, а вообще, лучше не думать о таком «хэнд мейде».

Прогнав ненужные мысли, я вдруг уловил одно простое утверждение – необязательно изготовлением этих «пулял» должны заниматься уборщики. Конечно, доступ к оружейным заводам для уборщиков закрыт, но это не касается обычных мелко-кустарных предприятий. Пони на этих «мануфакториумах» вполне справиться с задачей, слепить из дерева и железок то чем можно стрелять. Итогом этого «просветления» стало, что у пони Филлидельфии стали гораздо чаще задерживаться на работе. Где только эти «пулялы» не производились, но особенно стоит выделить заводик производящий зонтики. Дело даже не в том, что производство там достигло «промышленных масштабов» (даже наладили производство пп Стэн, Owen Mk.1/4 и противотанковых ежей) а в символизме. Террористическая организация с зонтиком на эмблеме производит оружие на заводе зонтиков – очень символично. Как будто насмешкой к этому символизму была эмблема предприятия, состоящая из надписи «WATSON UMBRELLA» и рисунка двух пони (серый и синяя – не пегасы) стоящих на задних ногах, впритык мордами друг к другу. Что они делают, не было видно из-за бело-красного зонта скрывающего их верхние половины, но судя по витающим вокруг сердечкам, так художник изобразил поцелуй, который влюблённые скрыли своим зонтом. Трикси увидев этот символ, сказала, что это знак свыше. Мол, в душе она всё ещё обычная единорожка и в будущем мы оба полюбим друг друга под бело-красным зонтом – какая глупость.

Символизм символизмом, но меня больше интересовала практичность. Точнее то, как пони будут пользоваться созданным «из говна и палок» оружием. Проблема боеприпасов решилась просто – так как оружие кустарное то и патроны для него были небольшой мощности и лёгкой доступности. Раздобыть много боеприпасов малого калибра оказалось несложно, такие патроны используют даже в местных школьных тирах, а вот с тем как копытные будут использовать «устройства доставки» этих боеприпасов, возникли проблемы. Уборщики уже успели перенять мою особенность необычного хвата, а вот для обучения гражданских у нас нет столько времени. Выход как всегда оказался прост и компромиссен – сошки. Для гражданских сойдут и сошки тем более они уже вооружились подобием японской мины, так что привычка джапов ставить пп на сошки не будет выглядеть как нечто глупое.

В «День Д — Час Икс» гражданские пони будут играть роль скорее отвлекающего фактора — пушечного мяса; для этого достаточно и пулял с сошками. Ударной силой будут уборщики. Поддержкой – СНС, точнее то, что от него осталось. Пока ОФОТ заняв позиции в жилых зданиях, будет отвлекать на себя внимание, шанс, что наши ударные силы смогут выполнить задачи будет не так уж безнадёжен. По крайней мере, так мы себя утешали, разрабатывая свой масштабный план.

Как всегда обсуждение не обошлось без курьёзов. Сулик справедливо заметил, что у этого «мероприятия» или вернее сказать операции….. «Операция: Ы!» — громко сказала Лира, а после повторила но уже более тихо. Я от такого просто замер, а копытные начали осторожно спрашивать: Почему Ы? Я уж думал что единорожка скажет клишированное «Чтоб никто не догадался», а после её сочтут за идиотку, но нет – Лира выступила с долгой лекцией. Она усмотрела сходства грядущего «мероприятия» с произошедшим на Земле инцидентом, про который я единорожке все уши прожужжал – возврат Крыма. Лира решила, что, так как итогом возврата оказалась замена буквы и в слове Крим, то той операции очень бы подошло название «Ы», а раз мы делаем нечто похожее то нужно быть последовательным. Я от такой логики просто лёг на пол и закрыл голову ( https://youtu.be/oiQtDrBjuFs?t=212 ). Увы, но на этом маразм не закончился – Лира была полна «творческих идей».

Одной из этих идей было создание макета города. Идея действительно хорошая, пусть даже под этот макет пришлось задействовать чуть ли не весь первый этаж здания, но наглядность всё компенсировала. Подобные решения планирования небыли для нас в новинку – ранее на Мстителе я, подражая Чапаеву, раскладывал на карте картошку, кабачок и вражеские редиски, вот только в Филлидельфии были проблемы с овощами, так что пришлось найти замену. Замену казалось самую невинную – различную кухонную утварь. Первое время всё шло хорошо, но потом предметы, что обозначали «революционные массы», вызвали у Лиры новый приток креатива. Гордо встав на огромную перевёрнутую кастрюлю, подобно Ленину на броневик, Лира спела очень революционную песню.

Вставай проклятьем заклеймённый,

Стакан чашка и бокал!

Кипит наш чайник возмущённый,

И из свистка выходит пар!

Что Лира пела дальше, чтобы сохранить рассудок, лучше не знать, но должен признать – уборщики заразились революционным настроением, а ведь даже музыка не играла. Особенно это выступление понравилось мистеру Кауфу, причём настолько, что он даже сам попытался исполнить «Кухонный Интернационал». К сожалению, хотя нет – к счастью у него не получилось такого эффекта, но он не отказался от идеи пробудить у пони революционные настроения силой своего голоса. У этого палкоголового родилась идея произнести под запись пафосную речь, которую пони Филлидельфии должны будут услышать перед «Часом Икс». Идея была воплощена, я был одним из авторов текста. Речь была эмоциональна, малоинформативна и наталкивала на странные ассоциации. То, что по её окончании присутствовавшие на записи уборщики все как один, вскинули копытце в подобии нацистского приветствия, показывало, что подозрения небеспочвенны.

— Товарищи! Этот день знаменует конец Новой Кантерлотской Республики! Мы с вами свергаем режим, который способствует разброду! Со «Дня Солнца и Радуг» герои пустоши предают Эквестрию, отдав власть грифонам-наёмникам известным как Когти, – драматичная пауза. — Созданное вашими усилиями оружие сейчас во вражеских когтях и копытах! То, что сейчас есть у вас, оружием можно назвать с трудом, но я верю – мы победим! Будьте организованны. Следуйте плану. Не отступайте и не сдавайтесь! Сражайтесь даже голыми копытами! Вместе мы: сметём армию наёмников, захватим созданное вами оружие и соединимся с нашими союзниками из СНС! – опять пауза. — Другие страдающие пони признают нас как освободителей, признают власть ОФОТ и запомнят этот день, как начало конца Новой Кантерлотской Республики!

После записанная речь была размножена на кассеты-голодиски и, будучи сложенной на стеллаже, дожидалась своего часа. Момента, когда она, будучи упакованной в пакеты вместе с секретными приказами, будет отдана организованным группам копытных, но это в будущем — сейчас у нас было всё ещё много работы.

Развозка оружия и комплектов сборки противотанковых ежей, закладывание взрывчатки под стратегически важные маршруты, здания наёмников, опоры ЛЭП и вообще всего, что при обрушении создаст хаос и импровизированные баррикады. Подготовка амуниции, наладка оружия, а также переоборудование БТРов уборщиков. Последнее, пожалуй, не сыграет решающей роли. Переоборудование заключалось в установке на БТРы с демонтированным вооружением собственно вооружения, которого у нас было маловато – аж семь пулемётов и те…. Как в известном фильме – три штуки ничего, один заедает, второй как сумасшедший подпрыгивает, третий по своим пуляет, а седьмой…. Лучше бы его обменяли на штаны. Однако уборщики не разделяли моего пессимизма, а даже наоборот – были рады. Похожи они действительно долго ждали этого дня – момента, в который они вместо швабр в открытую применят другие «чистящие приспособления».

Кстати насчёт «приспособлений». К моему удивлению часть уборщиков отказались от трофейного оружия наёмников в пользу полукустарных копий порождения Английского и Австралийского ВПК – это было неожиданно. Также неожидан был выбор мистера Кауфа – два пистолета пулемёта явно являющихся копией пп MAC-10, но со слов единорога он достаточно приноровился, чтобы держа эти пп в поле магии, попадать пони в глаз с расстояния двадцати метров.

Стоит учесть, что подготовка к будущей операции шла не только в Филлидельфии. В небесах на Мстителе, СНС уже изготовили, чуть ли не сотню копий РПГ-7 и множество гранат к ним. Полковник Отем не уточнял цифры но, зная сколько у нас осталось бойцов, я представлял масштабы — сарказм. Тем не менее, разговаривая с ржаво-коричневым пегасом, я через треск помех и дебильную кодировку, ощущал в его голосе неподдельный энтузиазм, а на данное замечание получил ответ, что сейчас все пони на Мстителе в таком состоянии. Они «ждут не дождутся» начала операции и очень надеются на успех; хотя смирились с возможным провалом, а провал в нашем случае – бесславная гибель.

Как всегда я в этом «мероприятии» буду играть одну из центральных, но не главных ролей. Мне вместе с «элитной группой» предстоит сделать то, чем занимались вежливые люди во время «Операции: Ы» — занимали административные здания. В нашем случае здание всего одно, но зато какое – бывшее Министерство морали, ныне штаб-квартира компании Коготь, и по совместительству, завод по переработке трупов на топливо. Именно с грузом этих трупов я вместе с уборщиками должен буду попасть в это исполинское здание, а оно действительно огромно.

Сравнить его можно разве что с построенным Чаушеску «Домом Народов» в Бухаресте, но в плане этажности тот «сталинский ампир с румынским акцентом» значительно уступает дворцу вечеринок Пинкамины Дианы Пай. Филлидельфийский розовый дом (он действительно розовый) был как исполинских размеров пирог: коржи-этажи от больших к меньшим, устремлённые ввысь. До войны в этом здании проводили нарковечеринки розовой министерки. При Красном Глазе в нём обосновался сам владелец рабовладельческой империи, проводил опыты доктор Глю, а также велась работа множества школ для подрастающего поколения – дикое сочетание. Теперь же, под школы выделены специальные помещения, в министерстве заседают грифоны, а часть залов для вечеринок заставлена оборудованием перерабатывающим трупы. Что на остальных этажах уборщики не знают – наёмники не позволяли там убираться, но уверены, что ничего хорошего. Может казармы, может оружейные склады, может, что угодно и всё сразу, однако нас интересовало лишь одно предположение.

Дело в том, что пока я, убираясь, агитировал население, Сулик тоже не бездействовал. Этот полосатый тоже переодевался уборщиком и выезжал вместе с нами только вместо швабр, тряпок и дебильных песен его оборудованием была собственная голова и инженерный склад ума. Его сразу заинтересовала местная система безопасности, а также располагавшиеся на крышах зданий зенитки. Он логично предположил, что всё это связано в единую сеть, у которой есть управляющий центр. Конечно, я бы поспорил с такой логикой, так как на Земле бы никто ни за что не стал бы создавать управляющую сеть, завязанную на всё с одним центральным управляющим центром – это уязвимость, но мы не на Земле. Вся огромная система управления погодой была завязана на одну башню с Мелкопипкой. Оборонительная система, уничтоженного Анклавом «Города Дружбы», тоже имела единый центр управления. Вряд ли Филидельфия является исключением и, исходя из выводов полосатого, местный центр управления находится в самом защищённом месте города – здании министерства. Именно туда мы должны проникнуть, чтобы отключив систему управления зенитками позволить СНС оказать поддержку с воздуха.

Объясняя этот план, Сулик даже перешёл на креатив, говоря, что эта управляющая сеть как паутина, а её центр – управляющий паутиной паук, и убив паука мы создадим в центре паутины огромную брешь. Звучало красиво вот только я напомнил, что страдаю арахнофобией на что мне справедливо заметили – если не мы то кто? В прошлом Анклав смог отбомбился по «Городу Дружбы» лишь потому, что у полковника Отема в городе был агент отключивший управление зенитками. Как только Мелкопипка разоблачив и убив агента, вновь активировала систему обороны, Анклав понёс большие потери. Мы не должны подобного допустить и вообще повторить прошлые ошибки. Система обороны должна быть надёжно отключена, а здание не просто захвачено, а ещё и удержано до подхода основных сил. При всех недостатках — только мы можем справиться с этой задачей. Логика была понятна, но я по дурости попросил повторить: почему именно мы? Ответ гуля был достоин войти в цитатник великих людей: «Наше дело не почему — наше дело сделай или умри».

Нехотя я согласился, но всё же был искренне огорчён. Мне откровенно надоело участвовать в тайных операциях. Все эти сливания с толпой, оружие скрытого ношения, разговоры без акцента, линзы на глазах – как всё надоело. Честно: хотелось просто взять Самодельный Карабин и, обвешавшись подсумками с патронами, просто в открытую устроить сафари на наёмников и вообще всех кто встанет на пути. Действовать как Мелкопипка которая, шастая по пустоши со своим револьвером, щедро раздавала хедшоты устанавливая свои ковбойские порядки. Может и мне так поступить, только вместо охотничьего револьвера у меня будет подобие Автомата Калашникова? Пожалуй, всё же нет. В отличие от Пипки у меня не будет поддержки с воздуха в виде пегаса Каламити. Не будет огневой поддержки в образе не убиваемого кантерлотского гуля в силовой броне. Не будет поддержки зебры каратистки Ксенит. Не будет штопающей раны Вельвет Ремеди. Зато сейчас есть полосатый «гуль-обыкновенный», не знающий боевых искусств, но разбирающейся в технике. Есть кантерлотский гуль, но не в силовой броне, а в обыкновенной толстовке. Есть аликорн, которая на меня запала. Ещё стоит упомянуть пегаса с пулей в башке, но это даже не смешно. С компанией мне явно не повезло, но зато у меня есть нечто похожее на Автомат Калашникова – маловато будет.

С одним автоматом мне ни за что не справиться с армией наёмников, что не отменяет удачности его конструкции. Мистер Кауф тщательно изучил принесённый СК и, отметив его недостатки, предложил переставить разгонный блок на трофейный AR-70. Естественно я отказался, и в двух словах высказал палкоголовому чем продукт советской оружейной мысли лучше «игрушечных» винтовок запада:

— Согласен: AR легче АК, но разве она так же надёжна? Чтобы воевать с AR в пустыне, да и вообще там, где есть пыль, тебе придется натянуть на нее гандон. А калаш можно уронить в дерьмо и он все равно будет стрелять. Ты посмотришь на все это и скажешь — как же я люблю это дерьмо.

Сказанное не только убедило единорога в преимуществах отечественной оружейной школы, но и показывало мою суть – низкий навык красноречия в сочетании со странными оружейными пристрастиями. В этом мире к оружию относиться, как на Земле к самолётам – если самолёт красив то он будет летать, если оружие красиво, то оно будет стрелять. Касательно оружия – я не разделяю этого утверждения. Испещренная гравировкой винтовка Каламити у меня вызывала только смех, а о револьвере Мелкопипки на котором должен быть рисунок яблок, лучше вообще не думать. В моём представлении хорошее оружие должно выглядеть невзрачно, утилитарно и при этом технологично. Собранное мной подобие Автомата Калашникова выглядело именно так, а в сочетании с установленным разгонным блоком от винтовки зебр, оружие даже приобрело некоторую футуристичность – вот это действительно оружие будущего ( https://i.imgur.com/YFH5oUe.jpg ). Жаль, что из-за его громоздкости, в будущей операции придётся снова действовать без него.

Но это лирика. Лирика предшествовавшая «Дню Д». Дню, в который всё может решиться и не в нашу пользу. Каким бы он ни был, но можно с уверенностью сказать: «День Д» будет очень тяжёлым. Именно поэтому мы решили лечь спать пораньше, вот только всё не спалось. Сну мешала не только привычка ложиться в определённое время, но и то, что из-за тесноты в комнате нам пришлось расставить четыре койки впритык друг к другу. Я лежал справа, левее Трикси, ещё левее Сулик и совсем с лева Лира ( https://youtu.be/8tJPKSz6Gaw?t=1227 ). Обычно, когда к концу дня все усталые, такая особенность особо не мешает, но тогда когда спать не хотелось, а перед операцией было нехорошее предчувствие, такое близкое соседство способствовало очень странному разговору.

— Вот уж не думала, что когда-то буду лежать в одной постели с зеброй, — со смешком сказала Лира, хотя…. Что она вообще здесь делает, она же не нуждается во сне?

— Взаимно, — ответил Сулик. — Никогда не думал, что буду лежать под одеялом с единорогом и аликорном, и при этом никто не будет испытывать полового влечения.

— Говорите за себя, — сказала Беатрикс, тюкаясь мне в затылок, — у меня есть такое желание.

— Но оно не взаимно, — ответил я, а после добавил: — И чего ты во мне нашла?

— Сама не знаю, но ты настолько плохой, что даже хороший, — говоря аликорн начала пожёвывать моё ухо, — как те стихи, что ты читал жителям, пробуждая в них классовое сознание. Сам сочинял? Ты в другом мире был поэтом?

— Нет, не был. Утешаешь себя, что запала на поэта живущего в Питере рядом с речным каналом? Предупреждаю – если окажешься на Земле ни за что так не делай. Каналы там – это канализация, а поэты – все поголовно алкоголики.

— Всё остришь, — с недовольством сказал Сулик. — Отымей ты её уже что ли, или предёрни. Опасно, когда постоянно ствол заряжен.

— Лира, — я обратился к единорожке, что лежала позади полосатого.

— Поняла, — ответила палкоголовая, а потом обратилась уже к полосатому: — Ты прости уж старичок, надо вправить мозжечок.

— Ай! – крикнул Сулик, получив копытом по затылку. — Шуток что ли не понимаете?

— Это была не дружественная шутка, — заметила Трикси.

— Вы мне не друзья, — ответил полосатый, а после уточнил: — Хико, Паса, Тамари, Боха и другие – это мои друзья и все они мертвы. Их убила Литлпип и её команда. Лишь когда она будет мертва, я подумаю, стоит ли вас считать своими друзьями.

— Имеешь ввиду тех, кто вместе с тобой бомбу собирали? – уточнил я.

— Да, именно их, — ответил полосатый.

— Месть – это ничтожное чувство, — вмешалась Трикси. — Недавно я тоже жила ради мести, теперь же поняла, что жизнь слишком важна, чтобы тратить её на месть каким-то героем пустоши.

— Это идёт в разрез тому, что мы собираемся сделать, — заметил я.

— Кто-то всё равно должен это сделать, — сказала Лира, — кто-то должен освободить пони от оков капитализма. Кто-то должен поднять на бунт заключённых Филлидельфийского концлагеря.

— Ну, на счёт концлагеря ты преувеличиваешь, — возразил я.

— Нисколько, — сказала Лира, — у Филлидельфии есть все атрибуты: ограничение на выезд, проблемы с питанием, тяжёлые работы, высокая смертность и главное – переработка умерших. Чем не концлагерь?

— Ну….. Газовых камер здесь нет, только смог над городом.

— Будто всего остального мало.

— У меня дед умер в концлагере.

— Правда???

— Он упал с наблюдательной вышки.

— Тогда всё понятно.

— Какие идиоты, — негромко сказал Сулик.

— Говорит тот, кто с нами под одним одеялом, — заметил я, хотя был согласен с выводом гуля.

— Потому что остальные помещения заняты, а вы единственные кто достаточно привык к моему аромату, — ответил полосатый.

— Это точно, — согласился я, — два индейца под одним одеялом не мёрзнут.

— Нас здесь четверо, — заметил Сулик, — и вообще: мы завтра идём на суицидальное задание, а обсуждаем какую-то хрень.

— И чего ты хочешь услышать? Как я переживаю за пони, которые с «пулялами» и «бум-палками» пойдут против танков? Как буду возмущаться, что ты не собрал ни одного беспилотника?

Последнее действительно стоило внимания. У гуля ведь был успешный опыт создания коптера так что он наверняка мог бы, как сирийские боевики, собрать что-то летающее и взрывающееся ( https://cs7.pikabu.ru/post_img/big/2018/01/08/11/151544096018722056.jpg ). Против «Блок Танка» беспилотники были бы полезны.

— Насчёт жителей, я же понял, что тебе нет до них дела, а насчёт БПЛА я уже объяснял: В этом нашпигованным электроникой городе, удивительно сложно найти собственно электронику, а даже если бы и нашел, то толку будет ноль. В этом смоге даже мой коптер бесполезен.

— Тогда какие вопросы?

— Конечно, тебе нет дела до жителей, но всё же – считаешь ли ты что то, что мы сделаем, обернётся для пони благом? – вопрос полосатого гуля был для меня неожидан.

— Нет, не считаю, — коротко ответил я, а после уже сам задал вопрос: — Я думал, что ты ненавидишь пони и помогаешь нам только потому, что считаешь СНС инструментом мести за уничтоженную страну зебр; с чего тебя вдруг стало волновать благополучие бесполосых?

— Просто когда вы выносили из школы музыкальные инструменты, я тоже решил не уходить налегке и забрал пособие учителя авторства Литлпип, по которому учат детей. Представьте себе – я его прочёл.

— Я думал Мелкопипка, кроме своей книги, ничего не написала, и её книжка и так входит в школьную программу.

— Скажу так: в отрыве от управления погодой у Дарительницы было много свободного времени. Хватало и на написание книги о своих похождениях, и на потрахушки с Хомейдж и на написание учебных пособий для лучшего понимания «Книги Литлпип». Такого она там понаписала….. Все мужики мрази и насильники, причём начинающие со своих матерей. Что гендерное разделение – наглая ложь. На самом деле пола не два, а сто двадцать два, и они могут на протяжении жизни многократно меняться. А раз такого понятия как мужчина и женщина нет, значит и физиологической разницы между ними, тоже нет; но «яйценосцы» всё равно низший вид, потому что не умеют рожать детей. Исходя из этого, традиционная семья – пережиток прошлого.

— Будто мелкая лесбиянка могла написать что-то другое.

— Просто если мы победим то книги Дарительницы отправиться на костёр, а если я буду к этому причастен, то совершу благо для бесполосых, что идёт в разрез с моими принципами.

— Ты же всё ещё хочешь отомстить героям и Селестии за свою страну и убитых друзей? – риторический вопрос. — Во имя этой цели, маленькое благо для бесполосых – небольшая цена.

— Это понятно, просто хотелось узнать мнение того кто …. Силён задним умом.

— В смысле???

— Для призрака существа, раса которого создавала и уничтожала миры, ты удивительно туп, но всё же не настолько, чтобы не понимать какую хрень совершал и совершаешь. Просто интересно знать твоё мнение насчёт произошедшего через «призму времени». Как бы ты ранее поступил, если бы знал будущее, или хотя бы был не таким ….. «альтернативно одарённым»?

— Ожидаешь услышать от меня ответ на философский вопрос. Вопрос про выбор и его последствия. Тогда получи философский ответ: Нет никакого выбора, только прямая линия. Иллюзия выбора появляется позже, когда ты оглядываешься назад и спрашиваешь себя, „Почему Я?“ или „А что если?“. Ты видишь различные ветви событий, напоминающих разветвленную молнию или трещину на стекле. Если бы в каком-то месте ты поступил иначе, это был бы уже не ты. Кто-то другой оглядывался бы назад, задавая себе совсем другие вопросы.

— Так не интересно, — вмешалась Лира. — Философия, «Трещины на стекле». Так и я могу: Прошлое подобно разбитому зеркалу. Пытаясь собрать осколки воедино, можно порезаться. Или обрести свободу.

— В нашем случае мы все достаточно хорошо порезались, — заметила Трикси, — но свободы точно не обрели. Хотя — это было предсказуемо.

— Всё во всех мирах предсказуемо, — ответила Лира, — в том числе и наша судьба. Опережаю события – мы все погибнем.

— Не удивила, — ответила Трикси, — все мы когда-нибудь умрём.

— Не умрём, — возразила музыкальная пони, — а именно погибнем. Это сложно объяснить, но я чувствую струны наших душ, и наши финальные аккорды будут отнюдь не спокойными.

— При всём уважении, — сказал я, — такие предсказания сравнимы с бреднями гадалок на вокзалах. Не накручивай, а если что-то знаешь, то больше конкретики.

— В твоём случае и без струн всё понятно, — со смешком сказала Лира, — тебя убьет Литлпип.

— А вот это уже лучше. Каким интересно способом? – мне действительно это было интересно.

— Вряд ли ты позволишь себя просто пристрелить, — задумчиво рассуждала Лира, — и в ближнем бою ты тоже справишься с Дарительницей, магию она на тебе тоже не сможет применить, так что наверняка убьёт также как своего первого аликорна – сбросит какой-нибудь предмет.

— Это действительно возможно, — согласилась Трикси. — При нашей первой встрече она сбросила на меня железнодорожный вагон.

— В случае с нашим призраком, — Лира продолжала говорить задумчиво: — вагон – маловероятен. Тут важен символизм. Ты, — Лира обращалась к Трикси: — до войны тянула вагончик, вот Литлпип и сбросила на тебя вагон. На призрака она тоже сбросит что-то символичное …..

Тут последовала пауза, в течение которой Лира отчаянно думая пыталась угадать будущее, но эту тишину прервал приглушённый звук спускаемой воды; кто-то перед сном сходил в туалет.

— Унитаз, — чётко сказала Лира. — Она сбросит на тебя унитаз.

Далее последовала пауза, в течение которой слышался негромкий хрип. Так Сулик пытался скрыть свой смех, а вот мне было отнюдь не до смеха. Тем не менее, я нашёл силы неудачно сострить:

— Хоть сбросит, а не утопит. Ожидал гораздо худшего.

— В сравнении с тем, что нас ждёт, — сказал Сулик, — унитаз на голову – не самое страшное. Зато больше не придётся «резаться об осколки» и может даже обретём свободу.

— Обретём её завтра; мы и тысячи жителей этого города, если план получиться, — сказал я. — Завтра полосатый залезет в мешок и прикинется тем на кого он больше всего похож, а я с Лирой и уборщиками, загрузившись в их клоунскую тачанку, поеду прямо во дворец вечеринок наёмников. Чем всё это закончится – понятия не имею, но уверен, что если не выспимся, то точно ничем хорошим. Команда: Отбой!

На этом разговор ни о чём подошёл к концу, правда, спать всё равно не хотелось. Что удивительно – только мне. Конечно, Лира тоже бодрствовала, но она, как бы, кантерлотский гуль, так что с ней всё понятно, а вот у меня появилось какое-то ощущение тревоги – будто если засну, то произойдёт что-то нехорошее. «Спать не ложитесь – не проснётесь, в ванне не мойтесь – захлебнётесь, на унитаз не садитесь – засосёт». Юмор нихрена не помогал, тревога не отступала, а всё сон не приходил, причём те, кто могли спать, сейчас дрыхли без задних и передних. Трикси так вообще видела седьмой сон, который комментировала разговорами во сне: «Да принцесса Селестия, Трикси с удовольствием выступит за крекеры с арахисовым маслом». Дешево же незадачливая артистка ценит свои фокусы, хотя…. Та кто на меня запала, вряд ли будет иметь высокую самооценку. Как бы то ни было, но ворчание Трикси отвлекло меня от ощущения тревоги. Веки смыкались, и вскоре я погрузился в «Царство Морфея».

* * *

Хлопалки разресничив просто не поверил своим глазам. Я находился…. Непонятно где. В каком-то поросшем травой здании. Явно промышленном здании. Кругом были ржавые механизмы: манипуляторы, конвейерные ленты, с потолка свисали толстые провода, а в самом потолке была солидная дыра, из которой исходил яркий свет, и виднелась часть синего неба. Проверив, что руки с ногами на своих местах, далее начал обыскивать карманы своей одежды. Пусто, но пустые карманы не равняется — пустая голова. Утешив себя прописной истиной, решил: раз в потолке есть дыра, то стены тоже не должны быть обделены «вентиляционными отверстиями». Я начал отчаянно искать выход. Поиски были недолги. Вскоре нашёл трещину у основания стены с бьющим оттуда светом. Трещина была небольшой, так что пришлось протискиваться, но как говорится: «голова пролезет – всё пролезет». Утверждение подтвердилось, и вскоре я стоял на зелёной траве напротив странного полуразрушенного здания. Поправка – комплекса странных полуразрушенных зданий. Судя по разрушениям и зарослям эти постройки, уже давно были заброшены, но по стоящим на их крышах подобиям радарных установок и множества антенн, можно сделать вывод об их военном назначении. Я на военной базе?

Желая проверить утверждение, пошагал вдоль зданий надеясь выйти к периметру и подтвердив или опровергнув утверждение начать думать, что делать дальше. В процессе похода смотря на окружение, убедился, что даже если это и не военная база, то ранее тут точно вёлся бой. Здания все были в дырах с чёрной копотью, будто лазером стреляли, частыми были следы от классических снарядов, тут и там валялись металлические обломки, возможно боевых машин, уже успевших покрыться коррозией. На фоне этой постапокалиптичной разрухи выделялись странные лежащие в траве сферы с огоньками. Периодически встречаясь на пути, они выглядели как новенькие, будто только с завода, и манили меня своим светом будто сороку. Поддавшись любопытству, я поднял один из них и тут же положил обратно. Сфера оказалась тяжёлой, как пудовая гиря, а может ещё тяжелее. Бросив бесполезное занятие, продолжил идти и вскоре вышел к злосчастному периметру.

Территория разрушенного комплекса не была как-то огорожена, но судя по простирающемуся полю травы, с силуэтами построек в дали, я вышел к периметру. К периметру чего сам не знаю, но это что-то построено не на Земле. Солнце было другим, Лун было несколько и они вообще небыли похожи на земную. Где я бля нахожусь?!

Где бы я ни был я тут не один. Вдали был замечен какой-то быстро движущийся объект; похожий на самолет, но летящий очень близко от земли. Экраноплан? Неуверенно помахав этому объекту, я не смог привлечь его внимание – «экраноплан» быстро скрылся за линией горизонта, не заметив меня. Отсутствие результата тоже результат, но это не отменяет вопроса: что это за место?

Мысли о местоположении прервала неяркая вспышка, из которой появилось странное большеглазое конеподобное существо синего цвета. Планируя на торчащих из спины крыльях, оно совершило посадку прямо передо мной, и наставило свой торчащий из башки отросток. Глядя на эту ошибку природы, я всё не мог отделаться от мысли, что совершенно не удивился и её знаю. Знаю не только название её вида – аликорн, но также и имя. Тут память «догрузилась».

— Трикси? – спросил я.

— Она самая, — ответила аликорн и нешироко улыбнулась.

— Что это за место?

— Мы в твоём сне, а вот что тебе снится, лучше скажи сам.

Сон! Ну конечно это сон. Странно, что цветной, но это легко проверить. Немного мысленных усилий и у меня в руках появляется АК-74. Это точно сон.

— Сниться? – этот вопрос я задал скорее сам себе. — Понятия не имею. Какое-то поле с технологичными руинами, — ответив сам себе, далее я уже обратился к самой снующей по снам: — Ты ведь обещала не лезть мне в голову.

— От тебя исходила аномальная магическая аура, — сказала Трикси, — но те та, что обычно – которая глушит обычную магию. Она была Эквестрийской, но аномальной, и была направлена на пси-поле. Такое бывает, когда я использую магию снов или….

Тут Трикси замерла с опущенными ушами и выражением ужаса на морде, взглядом показывая, что у меня за спиной что-то есть. Быстро обернувшись, вижу, что её так напугало, и разделил этот ужас.

— Святая хуйня!!!

Из-за крупного металлического обломка на нас ползло нечто…. Нечто из одноименного фильма было не так мерзко. Это зелёное «нечто», будучи ростом метра три, не меньше, выглядело как помесь гусеницы, кузнечика, и личинки мухи с двумя огромными, даже по меркам пони, глазами. Как же оно уродливо. Две лапы как у кузнечика стоящие впереди, но не вдоль а поперёк туловища. Опираясь на эти лапы существо, встало полувертикально, обнажив своё брюхо со множеством более мелких, казалось рудиментальных, конечностей ( https://pp.userapi.com/c98/v98439/fd0/LkDeW5fI6Uo.jpg ). Не знаю что это за глазастая личинка, но стойка вертикально у большинства живых существ означает угрозу, и наш случай, вряд ли является исключением.

Держа в руках АК я, видя такую ошибку природы, мог принять лишь одно решение: снять с предохранителя, прижать приклад к плечу и нажать на курок. «Нечто», прикрыв глаза, начало корчиться, получая автоматную очередь, но не проявило никаких признаков получения ранений. Казалось, что пули от него рикошетят, доставляя лишь лёгкий дискомфорт. Вскоре убедился, что не казалось. После того когда рожок магазина опустел «нечто» не выглядело не то что раненным, а даже поцарапанным. Единственное что изменилось так это выражение мерзких огромных глаз, в которых появился злобный прищур. В них будто читалось: сейчас моя очередь.

Ответка не заставила себя ждать. Их каких-то отверстий на, с позволения сказать, башке, нечто выпустило две струи ядовито-зеленой жидкости. Данная химическая атака не достигла цели лишь из-за магического барьера, который Трикси поставила буквально в последнюю секунду. Стекая по этому барьеру на почву, кислотная жидкость исчезала, оставляя мерзкий зеленоватый дымок.

Вообще-то Беатрикс не владеет заклинанием щита, но во сне, возможно, что угодно; проблема в том, что я забыл, что это сон. Потеряв дар речи, резко разворачиваюсь и, путаясь в собственных ногах бегу, так как никогда в жизни не бегал, но видя напряжённую Беатрикс, вспоминаю, про сон.

Человек во сне может увидеть чёрта на сосне. В моём случае роль чёрта заменила неведомая зверушка, а сосны какой-то обломок, но ведь это не отменяет что происходящее лишь сон. Ранее в этом сне я материализовал АК-74, который не помог, значит нужно что-то потяжелее. Насчёт этого потяжелее я не стал мелочиться и материализовал аж целый РПГ-29 «Вампир». Этот гранатомет может пробить 600мм гомогенной брони, и не думаю, что шкура «нечто» способна выдержать столь мощную кумулятивную струю.

Сравнивая себя с персонажем фильма «Звездный десант», взваливаю на плечо тяжёлую трубу РПГ, навожу прицел, пуск. Пакета, пройдя через барьер Трикси, летит в «нечто» и …… противник распадается на множество розовых бабочек (!) а ракета уходит в молоко.

— Что за ….?! – сказали в один голос я с Трикси, но оба не стали говорить последнее нецензурное слово.

— Браво! – послышался незнакомый противный голос. — При виде непонятного сразу за оружие. Как это похоже на людей, — голос был действительно мерзким, будто у клишированного педофила.

Я с Трикси не стали отвечать и лишь всматривались в окружение, выискивая говорившего. Трикси даже взлетела для лучшего обзора.

— Кто здесь?! – прокричала Трикси.

— Кто я такой? – ответил голос. — Я сочиняю мелодии для орущей сигнализации, я СМС в час ночи от оператора, я твоя щетина на голове.

Далее перед Трикси возникает большая яркая жёлтая вспышка. После того как свет рассеялся на месте вспышки зависнув в воздухе находилось…. Ну…. После «нечто» меня уже сложно удивить, но то существо было как творение упоротого таксидермиста решившего соединить несовместимое. К непонятному змеиноподобному туловищу была прикреплена козлиная рогатая башка; причём один рог был как у оленя. Четыре конечности тоже не выглядели «родными». Левая «рука» была как у грифона – тонкая-птичья. Правая значительно крупнее и была похожа на львиную лапу; с поправкой, что у этого льва были короткие пальцы. Нижние конечности были в той же стилистике – абсолютно разные. Одна была как у пони, другая непонятно от кого, но судя по зелёной чешуе от какого-то ящера.

— Ты?! Как?! – с удивлением сказала Трикси, всё ещё вися в воздухе. — Селестия ведь тебя….

Далее козломордый примерно показал, что сделала Селестия. С ухмылкой он приподнял львиную лапу, согнул палец, будто собирался сделать щелбан, и после того как щелбан был совершён Трикси с криком, резко полетела куда-то за облака. Козломордый её «выбил» как шашку в игре Чапаевцы. На секунду я даже заволновался, но вспомнил, что мы во сне, а раз сон нельзя убить, то с Трикси должно быть всё в порядке.

— Теперь, когда нам никто не мешает, будем знакомиться, — с ухмылкой говорил козломордый, — я Дискорд: дух хаоса, боли и унижений, а также ответственный за твои «замедления» и «видения».

— Да уж…. Нарисовался, не сотрешь, — неуверенно отвечал я, пытаясь скрыть своё волнение.

Кем бы он ни был, но этот козломордый явно пытается произвести на меня впечатление, будет глупо, если я покажу, что ему это удалось. Вместо того чтобы действовать я просто вглядывался в это надругательство над природой, подмечая детали типа торчащего зуба и жёлтого белка глаз; похоже у него проблемы с печенью.

— Впечатлился увидев олицетворение хаоса? — с торжеством спросил козломордый.

— У тебя одна лапа крупнее другой. Видать часто передёргиваешь.

Моя попытка показать что какой-то «дух хаоса» меня не запугает, была даже слишком удачна. Козломордый тут же изобразил на морде выражение неприязни, и будто его зрачки приобрели вертикальный кошачий вид, а в львиной и птичьей лапе появились огненные згустки. От такого вида я даже сделал шаг назад, но козломордый вернул себе прежнее выражение.

— Зато у тебя всегда ствол заряжен, — с ухмылкой сказал козломордый.

— Чего ты хочешь? – спросил я, а после уточнил: — Зачем залез мне в голову?

— Я ничего не хочу, кроме хаоса, — ответил дух, — и с удовольствием оказываю помощь тем, кто его создаёт. Ты в этом преуспел и я уже много раз помог. Могу помочь ещё. Чего ты хочешь? Утонуть в борще? Это можно устроить.

Далее козломордый щёлкнул птичьей лапой, и рядом с нами материализовалась исполинских размеров кастрюля. Я же понимая что далее произойдет, материализовал пистолет ТТ, но после второго щелчка Дискорда, пистолет превратился в рожок мороженного. Бросив в противника рожок, начал материализовывать ПКМ, но дух хаоса, поймав брошенный рожок, сделал ещё один щелчок, после которого моя концентрация сбилась. Пулемёт рассыпался на конфетти а, смотря на себя, я обнаружил, что пропало не только оружие, но и одежда — я стоял против духа хаоса в одних кальсонах. Теперь у меня лишь два пути: бежать или биться в рукопашную, но во сне бежать бесполезно, так что выбор очевиден.

Увы но противник мало того что лучше владел возможностями сна так ещё и обладал реакцией змеи. Я и шага сделать не успел, как был обвит змеиным туловищем. Давление не заставило себя ждать, так что вскоре ощутил какого быть человеком, попавшим в тесные объятия анаконды ( https://youtu.be/dMAWVJJMJWs?t=37 ). Дышать было невозможно, рёбра трещали подобно сухим веткам, но дух хаоса не собирался убить меня таким банальным способом. Он решил исполнить моё желание и, ослабив хватку далее взяв меня за горло, потащил к кипящей кастрюле. Я бы сопротивлялся, если б не многочисленные переломы, но в своём положении мог только хрипеть, пытаясь сказать какое-нибудь ругательство — безуспешно. Путь до кастрюли был недолог, и вскоре моя башка оказалась погружённой в суповую массу красного цвета. Может я бы вкусил этого супа, но он был очень горячим так что….

— Проснулся! – сказала Трикси, светя своим отростком и поливая меня из чайника холодной водой. — Живой!

— Что произошло?! – спросил я, отряхиваясь от воды.

— Ты не просыпался, — ответила сидящая Лира.

— И плевался кровью, — добавил Сулик.

— Меня….. Чуть….. – я не знал что сказать.

— Дискорд, — сказала Трикси. — Мы видели Дискорда.

— Духа хаоса? — уточнила Лира. Трикси кивнула, на что Лира удивлённо ответила: — Он ведь давно на Луне.

— Теперь нет, — ответила Трикси, — или как Найтмер Мун, находясь там, нашёл способ проникать во сны.

— Теперь что – из-за этого козломордого Фредди Крюгера вообще не спать? – спросил я.

— Думать об этом будем вечером, — ответил Сулик, а после добавил: — Сейчас утро и нас ждёт то, после чего мы все можем заснуть вечным сном.

Полосатый был прав. После столь долгой подготовки грядущее «мероприятие» имеет столь высокую важность, что его не затмит даже козломордый дух хаоса. Во всяком случае, если его попыткой было моё убийство с целью отмены грядущей операции, то попытка провалилась.

«Дух хаоса», ну ну. Я, как уборщики, люблю порядок. Именно надеясь на грядущий порядок, пони Филлидельфии объединились под дурацкой аббревиатурой ОФОТ и, наслушавшись песен, поддались на сказки про коммунизм и картошку. Я не могу их подвести. Травоядные пони не должны, есть консервы грифонов. Нужно вырвав батву НКРской агрессии обеспечить картошкой ОФОТСких колорадов. Я это обещал — я это выполню, или хотя бы попытаюсь.

## Обитель морали

Ёбушки воробушки — что за дебильные сравнения?! Какая ещё "ботва агрессии" и "кормёжка колорадов"? С каких пор я стал рассуждать как ук..... Салоед? Учитывая произошедшее, и то, сколько сала я съел — удивительно, что Дискорд, вместо кальсон, не нарядил меня в вышиванку и турецкие шаровары. Неужели я становлюсь...... Нет! Ничего подобного. Дискорд взял ответственность за мои "видения и замедления", наверняка это не единственное что может козломордый. Возможно, он прямо сейчас как-то влияет на мой разум, как ранее Трикси с её "Будь любезен". Если так, то осознание должно избавить от шуток духа хаоса. Как бы то ни было — сала нужно есть меньше; определённо меньше, а ещё попытаться отвлечься на мысли о делах.

Последние долгие дни и ночи, я компостировал мозги копытных жителей Филлидельфии, уводя их на путь сопротивления, подобно крысолову из Гамельна. (В смысле, что крысолов увёл детей загипнозив их игрой на дудке, а я промывал копытным мозги, распевая песни.) С "часу на час" они пойдут в бой против, имеющей танки, армии наемников, будучи вооруженными "пулялами" и гранатометами из водопроводных труб. Причём всё перечисленное — моя идея, и страшно сказать — она может сработать. Сработать при условии что мне и моей группе удастся, проникнув здание «Министерства Морали», выполнить свои довольно размытые задачи: нанести удар по командованию наёмников и вывести из строя центр управления зенитным прикрытием.

Данная акция началась с казалось привычных рутинных дел уборщиков: подготовки уборочного инвентаря с его погрузкой в чёрные БТРы. Этот случай отличался необычным размахом деятельности, а также несколькими БТРами с мёртвым грузом. Трупы из подвала перекочевали в транспорт, чтобы быть доставленными в министерство. Уборщики будут не только курьерами. У меня вместе с копытными полотёрами, будет доступ на нижние этажи здания, где как раз находиться оборудование для переработки, вот только нашей целью будет не столько уборка сколько зачистка. Зачистка от наёмников компании Коготь. Как мы это сделаем, я не знал, но ранее всегда так действовал — прибыть на место, а потом импровизация; правда, не всегда такой импровизированный план заканчивался благополучно, но не нужно думать о грустном.

Думая о "Великом Супе" я, облачившись в униформу уборщика и чуть не забыв надеть линзы, занял место в чёрном БТРе. Уборщики, погрузив вёдра и швабры, тоже заняли места. Таких БТРов выехавших к министерству было аж шесть штук, ещё два везли мешки с трупами, в одном из которых прятался Сулик; хоть он тоже переоделся уборщиком, но его полосатую натуру не скрыть столь банальным способом. Лира же, несмотря на то, что тоже была похожа на труп, не стала лезть в мешок и заняла место в кабине БТРа. На замечания что её могут заметить, та ответила, что умеет быть "фоновой пони" — её не заметят; по крайней мере, раньше времени. Мистер Кауф тоже же хотел принять прямое участие, но ещё на этапе подготовки мы договорились, что он нужнее за стенами министерства — как командующий оставшимися уборщиками и огромной группировкой ОФОТ.

Вот в таком составе наша колонна и выехала в утренний смог. Интересно: знали ли жители, что за груз везли в министерство чёрные БТРы, а если знали, то как к этому относились? Судя по тому, что я увидел, только оказавшись в этом городе — жителям было пофиг. Им вообще на всё было пофиг, как и мне на них; или нет? В смысле, что мне на них не пофиг. Что за дурацкие мысли. Меня в собственном сне чуть в борще не утопили, а я думаю о.... Кстати — было ли это сном? Это первый раз, когда будучи во сне я видел цвета, да и локация была очень странной: руины, техника, "нечто", экраноплан....

Тут моя память окончательно догрузилась. Я вспомнил рассказ Лиры о посетивших Эквестрию разумных машинах. Экраноплан не был экранопланом — эти аппараты называют "глайдерами". То место не было ни Землей, ни планетой с дурацкой кодировкой "PGS54B13" — это был "Полигон ", мир механических колобков. Именно на них я тогда обратил внимание и даже попытался поднять одну из светящихся сфер — какая же она была тяжёлая. Судя по увиденному, теперь на Полигоне хозяйничает не только "разум воплощённый в металле". То насекомоподобное нечто явно было разумно, но откуда оно взялось в мире машин? Лира упоминала некого Синигра мечтающего сделать механоидов полноценными живыми существами; неужели у него получилось? Очень может быть. Лира говорила что Синигр — любитель органического оружия, в том числе и того что плюётся кислотой, а нечто как раз в меня плевалось. Совпадение? Не думаю.

Хотя меня интриги Полигона вообще не волновали. Передо мной встал другой вопрос: Дискорд? Что там забыл Дискорд? Конечно, произошедшее — лишь сон но, судя по тому каким он был, Дискорд знает о Полигоне и возможно даже там побывал. Как он туда попал? Он ведь должен быть на местной Луне, или нашёл способ выбраться? Вряд ли: учитывая как мне описали этого психа, и тому, что видел сам, тогда бы весь мир копытных уже страдал бы от наводнений из шоколадного молока. Скорее всего, Дискорд ещё в заточении, но нашёл способ влиять на меня и мои сны в частности. Что в таком случае делать, додумать не успел, так как наша колонна уже подъехала к КПП министерства и после некоторых формальностей, была пропущена в подземную парковку здания.

Парковка сама по себе ничего не представляла, а вот стоящая в ней техника навевала тревогу. Десятки БТРов и автомобилей "Фалькатус" наглядно показывали, что здание кишит наемниками, а двуствольный танк, что они готовы драться. Тем больше мотивации не нервничать действовать чётко. Успех зависит от того насколько успешно наш отряд сыграет свою роль и насколько внезапным для наёмников будет наш выход.

С мыслями об игре по Станиславскому (для образа я даже тряпку сунул в задний карман) я вместе с уборщиками, покинул БТР и, выгрузив уборочный инвентарь, дождался пока разгрузят труповозки. Далее, когда мешки были погружены на тележки, последовал за пони в комбинезонах и, зайдя в помещение министерства, понял — этому зданию действительно нужна армия уборщиков. Серьезно — впечатление такое, что этот розовый дом не убрали со времён падения бомб. Кругом грязь, стены в плесени и граффити с когтистой лапой, под ногами бутылки без крышек, использованные шприцы, всякие пустые ингаляторы, будто это не база наемников, а наркопритон. Лишь висящие под потолком камеры не выглядели, будто только с помойки. Сами встреченные наёмники выглядели соответственно месту — измазанные грязью различного происхождения и покрасневшими белками глаз. Лишь редкие грифоны выбивались из этой грязной атмосферы. Не то чтобы они выглядели ухоженными, но эти котокурицы определённо следят за пёрышками.

Уборщиков, похоже, такой вид совсем не удивил, да и я не должен удивляться. Мне уже рассказывали и наглядно показывали, как наёмники относиться к чистоте и тем, кто её наводит. Вот и сейчас они смотрели на нас с откровенным презрением. Мы же делая вид, что ко всему привыкли, разделили этаж на сектора, в которых будем "убираться" но была и другая группа — та, что везла тележки с тешками в зал, где стояли машины для переработки. Теперь опасный момент — пока машины раскочегарятся я, параллельно с уборкой, должен найти комнату охраны, далее вырубить операторов камер, отключить сеть и прочее.

Поиски были недолги. Комната нашлась быстро, но перед нами встало непреодолимое препятствие — закрытая дверь. Я не медвежатник и не могу, как Мелкопипка, вскрывать замки шпилькой для волос. Выбить дверь — слишком много шума. Остаётся только найти ключи у какого-нибудь наемника, но сомневаюсь, что у тех обколотых копытных и грифонов, что сейчас были на этаже, есть доступ в комнату охраны. Ситуацию спас рояль в кустах, то есть — музыкальная пони. Лира в прошлом не просто так считалась хорошим агентом и спустя сотни лет не растеряла, а даже улучшила свои навыки. Ловко прячась от камер и наёмников, она по каким-то известным только ей признакам нашла грифона (точнее грифину), у которой были ключи и нашептала мне, чтобы я заманил ту в слепую зону камер. Как это сделать Лира не уточнила, надеясь на мою импровизацию, но я решил, что раз выполняю просьбу музыкальной пони, то действовать в привычной манере — с песней. Зайдя в слепую зону, что была напротив туалета я, взяв тряпку, стал стирать похабные надписи на стене, параллельно напевая взявшуюся из головы песню, что в теории должна была привлечь грифину.

In our headlights,

Staring, bleak,

Beer cans, deer's eyes

On the asphalt underneath,

our crushed plans and my lies

Lonely street signs, powerlines,

they keep on flashing, flashing by

В наших бликах

Ледяной просвет,

Банки пива, глаз свет...

На асфальте, в слепых мечтах

Плохие планы и глупый страх.

Фонарный столб, ужасный сноб

Промчится мимо, пролетит...

Ожидание оправдалось — грифина действительно обратила на меня внимание. Я же, не теряя темп, продолжал, напевая наводить чистоту.

And we keep driving into the night

It's a late goodbye, such a late goodbye

And we keep driving into the night

It's a late goodbye

И по дороге, едем в ночь,

Я скажу прощай, я скажу прости...

И по дороге, едем в ночь

Я скажу прощай и не грусти...

Грифина похоже окончательно клюнула на наживку; проблема в том что наживкой был я. Стукая когтями по полу, она медленно подошла ко мне, и встав на расстоянии двух шагов уставилась на меня хищным взглядом. Я же следя за хищницей боковым зрением, продолжал играть роль:

Your breath hot upon my cheeck,

and we crossed, that line

You made me strong when I was feeling weak,

And we crossed, that one time

Screaming stop signs, staring wild eyes,

keep on flashing, flashing by

Глубокий вздох обжигает щёку,

С нашей встречи мы далеки.

Я стал сильнее, хотя был слабым.

Пересекли мы ту черту.

Дорожные знаки кричат молчаливо, как глаза,

Проносятся мимо, педаль газа...

And we keep driving into the night

It's a late goodbye, such a late goodbye

And we keep driving into the night

It's a late goodbye

И по дороге, едем в ночь

Я скажу прощай, я скажу прости

И по дороге, едем в ночь

Я скажу прощай и не грусти.

После данного куплета грифон дошла до кондиции. Поправив птичьей лапой, белые пёрышки на голове, она подошла ко мне со спины и, взяв когтями за горло (не так сильно, чтобы поцарапать, но достаточно, чтобы показать свою хищную натуру) приблизила свою клювяру к моему уху.

— Расстался со своей особенной пони? — спросила грифина, но не стала дожидаться ответа: — А мой особенный грифон окончил свою жизнь, где то над Новым Клаудсдейлом. Сейчас ты свободен, нормальные грифоны все заняты, а я не могу расслабиться в постели с бывшими рейдерами. У тебя ведь никогда не было с грифоном?

Бляха муха — эта пернатая хочет, чтобы я её отымел. Похоже, у неё всё плохо, раз хочет найти утешение у незнакомого земного пони, да ещё и уборщика. Это многое упрощает, а ведь я хотел просто её заманить поближе к туалету. Просто привлечь песней — никакой похабщины. Теперь же — я ощутил себя в её когтях, а ведь... Я не орнитолог, но вроде сила хвата у хищных птиц сильнее, чем у людей; гораздо сильнее — орёл или сова, если схватит человека за кисть руки, может переломать ковырялки, и птичью лапу не разжать. Грифоны гораздо крупнее земных птиц, а значит...

Изобразив на морде страх и удивление, медленно поворачиваюсь к птичьей морде а, далее изображая похотливую улыбку, показываю на дверь уборной. Грифина похотливо прищурившись, направилась к заветной двери, я последовал за ней. Пусть уборная была откровенно грязной, но эта грязь не шла, ни в какое сравнение с грязными мыслями грифины, раз она через секунду, как закрылась дверь, в кошачьем прыжке с раскрытыми крыльями, накинулась прямо на меня. По понятным причинам взаимностью не ответил и, сбросив хищницу, далее прописал ей мощный удар в ..... ту часть, где кончается лев и начинается кошмар орнитолога. Пернатая тут же издав хриплый кашель, попыталась выцарапать мне глаз, но я, парировав выпад, нанёс ещё несколько ударов по морде и телу наёмницы. Далее прижимаю ту к грязной стене и начинаю отбивать, чтоб наверняка. Вскоре пернатая обмякла и я, затащив ту в туалетную кабинку и усадив грифину на фаянсовый трон, начал обыскивать карманы её синей формы.

Ключи нашлись быстро. Также нашёлся 10-мм пистолет, пара магазинов, нож который нужно крепить на хвосте, огромный тесак, который я брать не стал, упаковка гандонов, и десяток шприцов с Мед-Х. Эта любительница межвидового кекса ещё наркоманка, за убийство такой карму не снижают, но я не стал сворачивать ей шею. После нашей встречи она всё равно небоеспособна и ещё неделю будет кровью плеваться, к тому же, после моих похождений популяция грифонов и так в минус пошла, а я в своей Земной жизни, отрицательно относился к убийству редких животных. В итоге ограничился тем, что вколол грифине лошадиную дозу её же Мед-Х и натянул гандон на клюв, но не так чтобы закрыть ноздри. После такого вечным сном не заснет, но ближайший день должна провести храпя на унитазе. Это было даже смешно, так что я ради смеха допел грифине свою песню, пусть даже она была совсем не колыбельной.

The devil grins from ear to ear

when he sees the hand he's dealt us

Points at your flaming hair,

and then we're playing hide and seek

I can't breathe easy here,

less our trail's gone cold behind us

Till' in the john mirror you stare

at yourself grown old and weak

Но Дьявол злобен, поглотитель душ,

Сорвать ты можешь огромный куш,

Влечешь меня своими огненными волосами,

Играем в прятки с закрытыми глазами

Я не вздохну свободно, пока

Наши следы не остынут за нами,

Пока твоё отражение в зеркале

Не растает в тумане.

And we keep driving into the night

It's a late goodbye, such a late goodbye

And we keep driving into the night

It's a late goodbye...

Мы по асфальту, едем в ночь,

Я скажу привет, я скажу прости....

Мы по асфальту, едем в ночь,

Я скажу был не прав, извини....

Закончив разглагольствовать я подобрал лапы и хвост грифона, после чего, закрыв туалетную кабинку, покинул грязное помещение. Далее найдя Лиру, жестом показал, что ключи у меня, после чего подошел к двери помещения охраны. Лира же взяв с собой двоих уборщиков, подошла к двери и кивком показала что готова. Теперь опасный момент — я открываю дверь, Лира врывается в помещение и броском всаживает свой томагавк в голову земного пони наёмника, после чего врукопашную набрасывается на охранника единорога, которого успешно нейтрализует. Я же, зайдя вместе с уборщиками, в отличие от них, не особо впечатлился действиям Лиры, куда больше интересовал терминал охраны с многочисленными мониторами.

Судя по изображениям, охрана следила не только за своим этажом или, по крайней мере, имела доступ и к другим камерам. Изображения на мониторах были такими разными. На одном был пустующий склад, на другом учебный класс с детёнышами грифонов за партами, на следующем множество решетчатых камер с заключёнными в них копытными, на ещё одном множество коек копытные самки в уздечках и грифон пердолящий единорожку. Это точно Министерство Морали. Здание, в котором есть тюрьма, а обучение детей соседствует с наркопритоном, место в котором практикуют межвидовое спаривание, может носить только такое название. На фоне этого контраста чуть не забылось главное, но, помотав головой я, подойдя к пульту охраны, нашёл нужные кнопки, что меняли изображения. Складские помещения, тренировочные, тир, этаж на котором шёл ремонт, ещё одни (а может те же) тюремные помещения и наконец, то, что нужно.

Похоже, охрана не хотела смотреть на цех переработки, а вот мы имели к этому неподдельный интерес. Выведя изображение, мы с интересом наблюдали за помещением со столами, бочковидными установками, пони в грязных медицинских халатах и редкими уборщиками. Уборщики пока ещё убирались, а вот пони, в халатах следя за индикаторами на установках, похоже увидели то, что хотели, и, подав друг другу определённые жесты, направились к столам с лежащими на них чёрными мешками. Как мы все знали, в тех мешках были трупы, за исключением одного. После вскрытия этого мешка "труп" неожиданно "ожил" и всадил земному пони нож прямо в глазницу. Далее уборщики применили свои швабры как оружие, а «оживший» Сулик бросился врукопашную. Бой был недолог и окончился полной победой уборщиков, после которой убитые "санитары" отправились в собственные установки — тела ненужно оставлять.

Теперь операция перешла в активную, но не открытую фазу. Уборщики, что были с нами в комнате охраны, надев прямо на свои комбинезоны амуницию наемников, вооружились и заняли оборону; я же вместе с Лирой, ограничившись лишь рациями с гарнитурой, побежал к помещению с установками, по пути говоря уборщикам, что можно больше не убираться. Те всё понимали, и, доставая из потайных отделений тележек и вёдер оружие, быстро расчистили дорогу — наемники которых застали врасплох, не составили проблем.

Встреча с полосатым и его группой уборщиков была настолько формальной насколько это вообще возможно — мы даже слов не говорили, удовлетворившись только видом друг друга и осознанием что план пока работает; проблема в том, что сам план — сплошная импровизация. Тем не менее, даже для импровизации требуются какие-никакие разведданные, так что Сулик быстро рысью побежал в комнату охраны где, вглядываясь в мониторы, сделал два вывода.

Первый: уборщики, закончив с зачисткой этого этажа, продолжали работу в то же стиле, правда, уже не притворяясь, что убираются, от этажа к этажу — снизу вверх, за исключением верхних. Исключение продиктовано вторым выводом: им займёмся мы — я, Лира и сам Сулик. Судя по тому, что с терминала охраны доступ был ко всем камерам кроме верхних этажей, там действительно держат что-то важное, и центр управления зенитной системой вполне под это попадает. Также Сулик не поленился и изучил планировку здания по найденным у охраны схемам, и тут у меня случилось дежавю — вспомнилась башня Тенпони. В той многоэтажке тоже был тайный верхний этаж, на который вёл отдельный лифт, в Министерстве Морали было также.... Лишь бы закончилось по-другому. В прошлом, после посещения такого этажа, погиб мой напарник, а меня самого с пристрастием допрашивали. Мерзкие воспоминания.

Решив не думать о грустном я вместе с кантерлотским и обыкновенным гулем, направился к вышеописанному лифту, предварительно захватив магнитные карты охраны. Было опасение, что эти электронные ключи совсем от других дверей (лифт в башне Тенпони открывался через пип-бак) но обошлось, правда пришлось повозиться с картами — синяя и жёлтая не открывали, но розовая …. Если бы она просто открыла двери лифта то — это было бы слишком легко. Вместо дверей справа от них высветилась панель с восемью металлическими полосками радиально расположенными от центра. Находящиеся между этих полосок пронумерованные кнопки удивили нас не так сильно как написанное сверху стихотворение:

Нажми одну из них, да так, чтоб если отсчитать,

По восемь раз, как на часах, их следовало бы жать.

Но помни также и о том, что то, что ты нажал,

Ты должен после пропускать и просто кнопки жать.

И вот ещё что должен знать, кто хочет дверь открыть:

Ты должен делать это так, чтоб был в конце Один.

Это…. Я даже не знаю…. Такого меньше всего ожидал, тем более в здании наёмников, хотя…. Это здание было министерством розовой наркоманки любящей устраивать всякие детские игры. Правда, у этой игры определённо математический уклон…. Неужели влияние фиолетовой министерки? Во всяком случае, думая над этими вопросами совершенно не мог сосредоточиться на задачке, а ведь она была несложной. Благо Сулик со своим техническим складом ума быстро сообразил, что ответом была цифра пять и, предупредив, что замок открывающийся только одной кнопкой при неправильном нажатии точно поднимет тревогу, закрыв глаза, нажал злополучную кнопку.

Выбор оказался верен. Кнопка распахнула перед нами двери лифта и.... Лира даже отшатнулась от увиденного. Задняя стенка лифта представляло собой крупное изображение розовой минестерки-наркоманки с бешеными глазами и улыбкой. От такого вида я не отшатнулся, но заходить в лифт резко расхотелось. Честно, если бы на нужный этаж была бы лестница, то мы бы с удовольствием прошли тысячи ступенек, но другого пути не было, пришлось войти. Поездка под взором Пинкамины предсказуемо была давящей на нервы благо, несмотря на размеры здания, поездка была недолгой, а на стенке лифта был написан другой короткий стишок, за чтением которого я скоротал время.

Три Кольца премудрым эльфам – для добра их гордого,

Семь Колец – пещерным гномам – для труда их горного,

Девять – Людям Средиземья – для служения чёрного

И бесстрашия в сражениях смертоносно твёрдого.

А Одно – всесильное – Властелину Мордора,

Чтоб разъединить их всех, чтоб лишить их воли

И объединить навек в их земной юдоли

Под владычеством всесильным Властелина Мордора.

Господи – что это за хрень?! Не то чтобы я отрицательно относился к творчеству Толкина но нахрена в лифте Министерства Морали нужна отсылка на Властелина Колец? Хотя…. Позабавило… Определённо позабавило, отчего предыдущее беспокойство даже несколько забылось; однако в момент, когда лифт начал замедляться у меня появилось очень нехорошее предчувствие. Мне показалось, что как только двери откроются, на нас будет наставлена пушка, только стрелять она будет отнюдь не конфетти. От таких мыслей я, ища защиты, даже лёг на пол; предосторожность не пригодилась.

Открывшиеся двери явили нам очень длинный, с ковровой дорожкой, но не пустой коридор. Конечно, пушки на нас не смотрели, но открывшийся вид навевал нехорошее предчувствие.

— Нет, — сказал Сулик, — совсем не страшно.

— Конечно, — в моем голосе была странная смесь сарказма и страха, — это всего лишь коридор полный странных человекоподобных роботов.

— И они ведь не собираются оживать? — со страхом спросила Лира.

Пусть Лиру и напугал данный вид, но стоит отдать ей должное — натянув капюшон толстовки, она первой вышла из злополучного лифта. Следом за ней двинулся я вместе с полосатым гулем. Так неуверенным шагом наша троица медленно шла, постоянно смотря по сторонам, а смотреть, было на что.

Стоящие вдоль коридора роботы невольно вызвали ассоциацию с античными статуями, хотя нет — рыцарскими доспехами в средневековых замках. Сами роботы выглядели... Даже не знаю.... Как.... Как фанаты аниме, представляют роботов будущего созданных на постсоветском пространстве. Эти приводы, голова как гипертрофированный спичечный коробок с камерами по бокам и "рукавом" с проводами из затылка, вполне человеческий бронежилет, совмещённый с разгрузкой, и как вишенка на торте — нарукавники на одном из которых была аббревиатура ГАИ (http://biglazyrobot.com/wp-content/uploads/2013/09/Keloid_05.jpg). Значение этих букв (уверен, что это не то о чём все подумали) для меня было не так важно как другой вопрос — нахрена роботу нарукавники?

Неужели сочленения так уязвимы, что их надо защищать даже от ветра? Желая получить ответ я, преодолев чувство самосохранения, подошел вплотную к одному из роботов и, сняв нарукавник, понял: роботы — бутафория. Сочленение под чехлом было абсолютно не функционально. Сделав данное "открытие" я постукал по роботу — пустышка. Эти роботы действительно как рыцарские доспехи — такие же пустые.

Прямо от сердца отлегло. Лира и Сулик тоже облегчённо выдохнули, однако мы все понимали — рано расслабляться. Если здесь имитация, то где-то есть рабочие образцы. Пусть эти железки и бутафория, но их бы здесь не ставили, если бы не собирались действительно создать нечто работоспособное, к тому же, наполнение коридора составляли не только пустые железки. Стоящих роботов разделяли разнообразные картины, также изображающие различные достижения технологий.

Чего там только не было. Знакомый "БЛОК ТАНК" (http://biglazyrobot.com/wp-content/uploads/2013/09/Keloid_03.jpg). Танк Т-90; претерпевший в этом мире сильные изменения и получивший новое название "ATILLA". Танки Черчилль и Паттон, которые в этом мире вообще были совмещены и превращены в странную химеру с двумя пушками, четырьмя гусеницами и дурным названием "GIGAHORSE". И это только из того что точно было воплощено в металле, другие картины изображали то чего я пока ещё не видел. Пилотируемые и беспилотные двуногие боевые роботы (https://cdnb.artstation.com/p/assets/images/images/005/240/339/large/nazz-abdoel-055-snapseed.jpg?1491507760 https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/6/64/Manticore_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20151225192159 https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/1/1b/PAAWS_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20160116165807). Четырёхногая автономная роботизированная ракетная и пушечная установка (https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/6/61/ASP-M_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20151225194022 https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/a/a8/ASP-C_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20151225194111); последнее концепцией было похоже на "БЛОК ТАНК". Знакомый мне из рисунка Лиры прототип нашего Подстрекателя (https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/0/07/Leviathan_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20160122034650). Конвертоплан неизвестной конструкции ( https://www.pcgamewallpapers.net/vitrine/bionic-commando-buraq-red-sky.jpg ); на те что я видел ранее вообще не похож. Летательный аппарат с .... "шасси-соплами?", которому я вообще не мог подобрать определения (https://i.jeuxactus.com/datas/jeux/b/i/bionic-commando/xl/bionic-commando-4e265c79a4e12.jpg). И ещё многое другое, на фоне чего чехословацкая САУ Дана, БТР ОТ-64 (Скотинка), российский бронеавтомобиль Фалькатус, и прочая техника из моего времени смотрелась просто бледно.

Честно говоря — впечатляло. Конечно, возникал риторический вопрос: против кого на Земле создавали всё это (в смысле футуристичное) оружие? — но всё равно впечатляло. Тем больше резон осуществить наш план захвата Филлидельфии. Страшно представить, что устроит НКР, когда у них будут все иллюстрированные на стенах коридора технологии. Против таких боевых машин гранатометы, стреляющие консервными банками, и управляемые мины — точно будут бесполезны.

Как бы то ни было, мы здесь как раз, чтобы прикрыть эту лавочку, и вид этого коридора может нас впечатлил и напугал, но не настолько, чтобы мы отказались от задуманного. Проходящие по этому коридору явно должны были проникнуться идеей прогресса, касательно военных технологий, и, зайдя через дверь в конце, наверняка должны встреться с теми, кто отвечает за воплощение технологий "призраков" в металле — то есть, командованием наёмников. Кто бы ни был за той дверью, они будут драться. В прошлом, в башне Тенпони, в помещении, куда вёл тайный лифт, меня и "Супчика" встретили шквальным огнём и вряд ли здесь будет по-другому, так что я, подойдя к двери, взвесив все за и против....

Он ворвался в помещенье,

И оружья вытащение

Совершил для отомщенья

Меньших, больших, средних зол.

Горло грозно он прочистил,

Произвёл по люстре выстрел,

Дав совет резонный быстро:

«Всем урыться мордой в пол!»

Что за дурную рифму сейчас сочинил? Хотя чего только не придумаешь когда на адреналине, а время замедляется. Козломордый взял ответственность за эти замедления. Получается, что он и сейчас за мной следит? Осознание не помогло? Как бы то ни было, я больше не позволю утопить себя в кастрюле, да накручивал зря — в помещении никого не было, так что из упомянутого в рифме — только ворвался в помещение.

Сама комната, из-за своих габаритов, была скорее залом (всё здание — сплошные залы для вечеринок), имела большие окна с закрытыми жалюзи (снаружи всё равно был один смог) и освещалось четырьмя большими люстрами похожими на многослойные пироги. Из мебели сразу бросился в глаза огромный овальный стол с лежащими на нём шахматными досками и настолкой Warhammer 40000(?!). На фоне этого стулья с мешком муки, ведром репы, грудой камней, подушкой (причём на всех предметах был надет карнавальный колпак) выглядели пусть и неуместно, но не бросались в глаза. Также стоит упомянуть стоящий у стены комнаты импровизированный мемориал розовой министерке; представляющий собой довольно крупный железный куб со стоящим на нём фото Пинкамины, с зажженными свечками и сдутыми шариками. Помимо шариков на мемориале лежал розовый голодиск, который вместе с несколькими шариками, в поле магии жёлтого цвета, тут же перелетел в карман Лиры.

Данный поступок вызвал у меня неоднозначное эмоциональное ощущение. Конечно, в прошлой жизни я, будучи мелким, брал цветы с могил, чтобы подарить училкам на первое сентября, и не должен осуждать Лиру, но.... В последствии приобрёл некоторые моральные ограничения не позволяющие относиться равнодушно к такого рода поступкам... Нет — я не должен осуждать, к тому же Пинкамина была нехорошей копытной: употребляла и распространяла наркотики, устраивала аресты агентов зебр, проводила допросы в которых извлекались воспоминания, знала о грядущем падении бомб и могла его предотвратить, но не сделала считая что копытные смогут вернуться к гармонии только всё потеряв; смерть миллионов невинных её не смутила. Да и вообще — меня больше интересовало то, что лежало на столе.

Данная находка меня удивила, и огорчила. Удивило, что после мятежа любителей просчитывать ходы, Когти всё ещё практикуют "игру мудрецов", а также вывод о том, что я был прав, когда в шутку представил, как грифоны играют в "сорок кусков". Судя по тому, что происходит в этом здании, Когти прониклись философией Слаанеш. Огорчило то, что я ожидал увидеть: карты планы, шифровки и прочее — то, что было бы полезно. Здесь же какой-то "Бредоград" — стол с играми настолками, стулья с неодушевлёнными предметами.

Однако Сулик, обратив внимание на другую деталь окружения, был не так пессимистичен. С улыбкой на облезлой моде он рысью побежал к стоящей в углу комнаты огромной панели с мониторами (когда видишь такой Бредоград можно и бревна в глазу не заметить), клавиатурами и прочими деталями вполне подходящими под образ центрального терминала управления. Я, было хотел побежать за полосатым, но вид вставшей в ступор Лиры меня остановил. Проследив куда она смотрит, увидел крупное, но с виду вполне обычное зеркало; даже не "зеркало Гезелла" а самое обычное, которое принято вешать на стены (даже не сразу его заметил), но, то в которое смотрела Лира стояло на специальной подставке.

— Чего зависла? — спросил у единорожки предварительно поводив у неё перед мордой.

— Зеркало, — неуверенно ответила Лира, — моё отражение в нём выглядит ... нормально — будто я не гуль.

Я же глядя в зеркало, ничего особенного не заметил, и отражение Лиры выглядело, так как должно выглядеть — стопроцентное сходство. Моё также не отличалось — серый земной пони в комбинезоне уборщика. Тут до меня дошло — это не простое зеркало. В книге Мелкопипки описывалось некое волшебное зеркало показывающее сущность того кто в него смотрит. Розовая министерка увидела в нём себя в более бледном оттенке розового и нормальными волосами. Что увидел Красный Глаз доподлинно неизвестно, но рискну предположить, что себя залитым кровью; учитывая цвет его шкуры, разница — минимальна. Дарительница же: "свою добродетель" — себя в образе рейдера, что она расшифровала как путь, до которого ей надо скатиться, чтобы победить. Типа, чтобы спасти пони ей надо пожертвовать самими основами доброты и стать жестокой как рейдеры пустоши. Насчёт спасения я бы поспорил, а вот во всём остальном — она преуспела, но это лирика и сейчас у меня появился другой не относящийся к делу вопрос:

— Разве оно не должно быть разбито? — просил я, у Лиры, отчаянно пытаясь увидеть в своём отражении хоть какие-то изменения.

— Как видишь, нет, — ответила единорожка.

— Его восстановили, — произнёс голос Селестии, а после добавил: — из всех ста тридцати осколков.

Голос Селестии хотя и был как всегда приятен и не звучал агрессивно, но всё же — это был как гром среди ясного неба. Лира, тут же выйдя из ступора, рванула к стулу с камнями и, достав "пп Гоблин" заняла оборону. Я поступил аналогично, только вместо складного пп был трофейный пистолет, а в качестве укрытия — мешок с мукой. На то, что сделал Сулик, я не сразу обратил внимание но, осторожно выглянув из-за мешка, рассмотрел как полосатый, лёжа на полу, ножом пытается вскрыть одну из панелей терминала. Селестия же, смотря на нас с экрана одного из мониторов, продолжила:

— Люди: глупые, нелогичные и такие предсказуемые. Удивлена что вы не увидели себя в зеркале в образе двуногих.

— Удивлена что тебя это волнует, — ответила Лира, — особенно с учётом того что ты творила в прошлом.

— То, что произошло в прошлом, там и остаётся, — ответила Селестия. — Мои бывшие подданные уже давно меня простили, за исключением тебя конечно, но это можно исправить. Мои прошлые грехи не должны влиять на твоё настоящее и будущее.

— Прошлое подобно разбитому зеркалу, — ответила Лира. — Пытаясь собрать осколки воедино, можно порезаться. Или обрести свободу, — знакомая цитата.

— Ты уже увидела себя в зеркале, — сказала Селестия. — В душе — ты не человек.

— Порой разница между пони и человеком не столь велика, — ответила Лира.

— Может и так, но для меня ты навсегда останешься моей маленькой пони. Пони, созданной под особым надзором истинной богини, — Селестия явно намекала на Чернильницу. — Пони, что будучи фоном для моей ученицы и её друзей, играла свою важную роль. То, что сейчас ты действуешь против гармони — моя вина. В прошлом я слишком много уделяла работе с призраками и делам министерств, совершенно забыв о тебе и прочих пони, которых так люблю. Я действительно виновата, как перед тобой, так и всем нашим миром. Нужно было ещё до войны сесть с тобой на скамейку и о многом поговорить, но ещё не поздно всё исправить. Я признала свою вину, отреклась от титула принцессы, и теперь работаю на благо нашего мира. Ты можешь также Лира: признай, что была неправа и прекрати помогать террористам. Обещаю, что сделаю все, чтобы ты избежала наказания, а также отвечу на все вопросы.

Говоря с Лирой, Селестия делала особый упор, что единорожка была создана самой Чернильницей и её способность к "струнам души" — часть какого-то плана. Белая мягко намекала, что интерес Лиры к людям вовсе не её (Лиры) желание, оно было внедрено искусственно, и в душе Лира не человек, а всё та же мятно зелёная довоенная единорожка с любовью к музыке и скамейкам; зеркало это наглядно доказало. Тем не менее, Лира не поддалась сладкому голосу Селестии.

— Террористам? И это говорит та кто создала и использовала "Роту Террора".

— Я же сказала, что признаю себя виноватой, — теперь тон Селестии из мягкого стал более настойчивым: — И поверь — я сполна ответила за все свои ошибки. Прошу: одумайся. Остановись пока не поздно. Ты совершаешь большую ошибку помогая призраку.

— Я помогаю? — удивлённо спросила Лира, но далее сама дала ответ: — Наоборот — это он помогает; как мне, так и всем тем, кто против вашей гармонии.

— Здесь ты тоже ошибаешься, — с ухмылкой сказал принцесса. — Ты, полковник Отем, Трикси и многие другие. Вы все думаете, что призрак всё ещё ваша марионетка, но это не так. Он заставляет вас делать то, что хочет, причём вы этого даже не замечаете.

— Наш — точно не такой случай. Для скрытых манипуляций его красноречие и интеллект на слишком низком уровне.

— Эй! — возмутился я.

— Что? Ты ведь не обижаешься на правду, — ответила Лира.

— Глупая, наивная пони! — теперь Селестия говорила со злобой. — Ты отрекаешься от своей принцессы даже не понимая кому помогаешь! Он не просто с Земли, он из России!

— Пизда!!! — прозвучал крик Дарительницы, да и дальнейший её голос был немногим тише: — Как долго они здесь?!

— Достаточно, — спокойно ответила Селестия, после чего рядом с её монитором включился второй экран с серой рогатой мордой.

— О чём вы пиздели?! — спросила Пипка.

— Об их сдаче и моих ошибках, — ответила Селестия, а после добавила: — И можно не выражаться?

— НЕТ, МАНДА С УШАМИ!!! Наш мир уже давно приговорил этих уёбков к смерти, проблема в исполнителях!

— Не говори за весь мир, — ответил я, — у тебя личные мотивы.

— Ты прав, — согласилась Дарительница, — моим мотивом всегда было спасение всех пони и построение гармонии! Убив тебя я спасу многих, но поверь — делать это я буду, думая о Хомейдж!

— Значит — убивая пегасов ты спасала пони?

— Всех пони! Я спасала всех, но это нельзя было сделать без жертв. Ценой уничтожения Анклава я спасла всех остальных! Ресурсов нашего мира не хватит на всех! Призрак-аликорн это понимала! Даже в Анклаве это понимали, и ограничивали численность! Те пегасы погибли ради великой цели! Во имя гармонии всех обитателей нашего мира!

— Эммм.... Принцип "золотого миллиарда"? Убей себя – спаси планету? Погибшие с тобой бы не согласились, да и полковник Отем не поощрял практику ограничения рождаемости и поддержки гомосекства.... И этот город является результатом твоей гармонии?

— Нет, но гармония придёт в наш мир. Она будет в этом городе и вообще везде. Я над этим много работаю.

— Пишешь детские пособия, в которых культивируется извращенство?

— Хуйца сосни. Я не извращенка и не стала бы писать то, что не разделяю сама. Дети должны знать правду и не стесняться получать удовольствие от жизни, будучи теми, кто они есть.

— Ага, понял: культивируешь извращенство не только чтобы снизить естественный прирост населения, а также, чтобы таким извращенкам как ты было легче найти подругу для ночных ласк.

— Иди нахуй!!! Я строю гармонию!!!

— Гармонию для избранных, критерием которых является извращенство, и это не говоря о надзоре со стороны грифонов, для которых пони — естественная добыча.

— Пони – просто травоядные животные. Хочешь подчинить животных – подчини хищников. Мои методы может и сомнительны, но эффективны, и Когти не убивают тех, кто бы этого не заслуживал. Каждая жертва наёмников — благо для нашего мира.

— Не боишься, что убьешь слишком много, а оставшиеся извращенцы не захотят размножаться?

— Я ничего не боюсь! Я убила сотни, если не тысячи, но их не стало меньше! Уёбки — рядовые боты, респаунищеся мясо! Убьёшь одного — появятся двое. Их жизни — неважны.

— В обоих мирах я ещё ни встречал никого кто не был бы важен.

— Уже давно стало понятно, — Дарительница проигнорировала мою фразу насчёт важности, — чтобы победить нужно убивать не респаун а тех кто ими командует. Убив Богиню — я обратила аликорнов на сторону Вельвет, всадив пулю в ржавую башку Отема — спасла многих жителей пустоши и переманила на свою сторону часть пегасов, убью тебя — уничтожу блядское СНС и принесу в наш мир гармонию.

— Я был рожден, чтобы сражаться против такого рода гармонии.

— Ты был рожден, чтобы погибнуть в результате несчастного случая, — неожиданно сказала Селестия. — Уверенна, что на Земле ты был никем и твою смерть даже не заметили. То что сейчас ты ещё жив объяснимо только помощью твоих "друзей", которые тоже все сплошь с того света.

— И тебя это раздражает? В смысле, что мы всё ещё живы? — спросил я у разумного компьютера.

— Не ваша жизнь сама по себе, а то, что вы мешаете развитию нашего мира.

— Мешаем создавать оружие, основанное на земных технологиях, для уничтожения друг друга?

— Не друг друга, а гипотетических угроз. Угнав Громовержец, вы испортили наши планы экспансии на заражённые территории полные неизвестных опасностей. Выжившие драконы, Звёздные Медведи, неизвестные мутанты — кто знает, что может быть за изгородью, а мы не готовы терять жизни. Роботы и прочая техника — многое упрощает.

— Действительно многое, в том числе и контроль над населением.

— Да, — согласилась Селестия, — и это тоже.

— Значит, скоро наёмники будут не нужны? Они тоже разделят участь "респаунящегося мяса"?

— Вовсе нет, — ответила белая. — Мы не повторим ошибки Стальных Рейнджеров. Роботы не заменят, а дополнят силы НКР, тем более, их ещё слишком мало.

— Действительно мало. Выпустили на улицы "БЛОК ТАНК", а в здании держите пустых болванчиков.

— Скоро они будут непустыми. Взорвав Новый Клаудсдейл и заразив обширные территории, вы убили многих хороших пони и грифонов, но смягчили энергетический кризис НКР позволив воплотить многие технологии. Согласись — тебя впечатлило увиденное?

— Согласен, — я действительно был впечатлен, — технологии людей действительно заслуживают уважения, но не то, как вы ими воспользовались. Обвиняете меня в заражении местности, а потом сами используете эти заражённые материалы для создания орудий войны — лицемерно, и это не говоря о переработке биоматериала при наличии нефтедобычи.

Далее у меня в башке что-то щёлкнуло. Что-то что вызвало, лютую ненависть ко всему тому, что местные называют гармонией. Эта ненависть, используя сто процентов моего низкого красноречия, обрела форму короткого эмоционального предложения:

— Думаете, обретя технологии людей стали всесильны? Настоящая сила у нас. Это из-за меня ваше разнородное НКР получило мотивацию к объединению. Это из-за меня вы получили возможность воплощения всех этих технологий. Это из-за меня тысячи жителей, которых вы "так хотите спасти" теперь превратились в "респаунищиеся мясо". Это их плоть и кровь течёт по топливным системам вашей бронетехники и жилам западного империализма! Я презираю ваше прогнившее общество, и клянусь: я уничтожу его!

Далее трёхсекундная пауза прервавшаяся хохотом Селестии. Вот и верь после этого в безэмоциональность машин. По крайней мере, этот компьютер поняла насколько эта "эпическая речь" была комична.

— Вот уж не думала, что ещё услышу что-то подобное, — давясь от смеха, сказала белая. — Значит, ты сам поверил в собственные бредни про войну с капитализмом. Давай подыграю. Как бы на такое ответила моя мать: "Привет из Америки! Эта страна хочет избавиться от одного советского работника из союза антисемитских организаций".

Тут уже я засмеялся. Понимаю — "Бей жидов — спасай Россию", но — "антисемитских организаций"? Серьезно? Хотя, учитывая сказанное ранее, чего удивляюсь? Весь этот мир — сплошной Бредоград, так моя революционная речь вполне подходит под происходящее, не говоря уже об ответе Селестии. Нет серьезно: нахрена я это ляпнул? С чего вдруг я почувствовал себя революционером? Где это видано, чтобы революционер носил комбинезон уборщика? Я бы ещё красный берет, как у Кочегары налепил, для полноты образа. Образа маразматика. Да даже попугай из мульта "38 попугаев" больше похож на революционера; правда его образ и манера разговора списана с великого Ленина, но не суть. Суть в том, что я опять забыл самое главное — то зачем вообще всё это делаю. Вспомнив эту истину я, мысленно стукнув себя по лбу, придав своей серой физиономии максимально серьезное выражение, заговорил, не скрывая акцент:

— Нет — я не верю в собственные бредни, — Селестия тут же прекратила хохотать, — но знаю, что если мы дальше будем делать, то, что делаем, то погибнут ещё сотни виновных и невинных. Ты ведь хочешь от меня избавиться, а я хочу вернуться на Землю — одно не исключает второго.

— Я не хочу от тебя избавиться, — ответила Селестия, — как раз наоборот — ты мне нужен живым. Что же до возвращения — неужели ты думаешь, что после всего, что ты сделал, я так просто всё расскажу?

— Почему нет? — спросил я, параллельно взглянув на экран Мелкопипки; та опустив морду на что-то задумчиво смотрела. Не придав этому значение, продолжил слушать приятный голос Селестии.

— Чтобы ты, вернувшись в свой мир, нашёл и убил мою мать?

— Да что ты, черт побери, такое несешь? (https://youtu.be/1nFZtRk53FI) — сдерживая себя от высказывания непечатных выражений, спросил я, а после продолжил: — В своей прежней жизни я никого не убивал и, желая вернуться, надеюсь продолжить вести эту скучную жизнь, но я убью каждого копытного в этом мире, выложу трупы штабелями перед Новым Кантерлотом и сожгу их, если ты не скажешь — как вернуться на Землю.

— Колись белая пиздохлоёбина! — крикнула Лира, а после, прячась за камнями, хитро мне подмигнула.

Далее двухсекундная пауза, в течение которой все молчали, ожидая реакции Селестии. Та, похлопав глазами, изобразила усталый выдох (она ведь компьютер) и также устало ответила:

— Я не верю в твои угрозы. Ты не тот, кто станет выполнять такого рода обещания, но все же — в чем-то ты прав — твоё присутствие стоило жизни слишком многим. Хорошо, — тут у меня сердце ёкнуло, — я расскажу, но не потому что ты меня убедил или напугал, а потому — что это действительно спасёт многие жизни, а я как павшая принцесса, недостойна жить этом мире. Процесс переноса сознания "призрака" в его родное тело сложен, но возможен, причём даёт возможность выбора момента жизни упомянутого тела. Теперь слушай очень внимательно, — я навострил уши, — чтобы перенести сознание "призрака" в его прежнее тело нужно..... — тут изображение белой морды повернулось в сторону и обратилось уже не ко мне:

— Ты что делаешь?! Стой!

Далее экран Селестии потух, а морда Мелкопипки изображавшаяся на соседнем, из задумчивости выразило ухмылистую улыбку.

— Чтобы после всего, что ты сделал, я позволила тебе так просто вернуться в свой мир. Не в мою смену, — ухмыляясь, сказала Дарительница.

— Твоя смена завершилась после того как Вельвет подорвала погодные башни, — спокойно ответил я, а после добавил: — Точнее ещё раньше — после того как ты использовала контроль погоды как оружие.

— Ты убил Хомэйдж! — громко ответила Литлпип и, судя по её выражению морды, если бы была возможность вылезти из экрана она бы это сделала.

— Любовь не вечна, — сохраняя спокойствие, ответил я, вот только, несмотря на спокойствие, красноречия не прибавилось, — особенно когда она однополая.

— Иди нахуй!!!

— Зачем так грубо? Мы с Селестией только нашли взаимопонимание, а ты её вырубила и сразу грубишь.

Далее вспомнив музыкальную особенность местных и реакцию грифины на мою песню, решил применить данный опыт на Мелкопипке:

— Нахалки не сексуальны, — мне казалось, что с такой грубиянкой как Дарительница говорить нужно соответствующе, — но я непривередлив.

— Ты о чём пиздишь? — с непередаваемым выражением морды, спросила Дарительница.

— Я ведь убил твою особенную пони, но сделал это не по своей воле. Если утешит, то та кто заказала Хомэйдж, признала, что эта смерть была бессмысленна, да и меня порой мучает совесть за тостер в ванной.

— Ты на что намекаешь???

— Ни на что похабное, но может мы можем отбросить прошлое и подружиться? — говорить это было противно, но утешало что всё ради благого дела, хотя было откровенно жаль, что нельзя было вместо тупого диалога просто дать Литлпип копытом по жопе.

— ПОДРУЖИТЬСЯ?!! Ты убиваешь моих друзей! Убил мою любовь!

— Ты тоже многих убила, у кого были друзья и кого любили, можно сколько угодно обвинять друг друга, но итог будет один – жители этого мира потеряют веру в тебя, и виноватым будешь только ты.

— Ты террорист!

— А ты бандитка и когда тебя не станет, а это рано или поздно случится, скучать по тебе не будут.

— Будто тебя волнует наш мир. Ты, как и всё зло, просто хочешь забрать гармонию – мою гармонию.

— Ложь, вымогательства, запугивание – и это гармония? Мне не нужна такая гармония, но меня возмущает отношение жителей этого мира к тебе и прочим «героям пустоши».

— Они действительно герои! Я – герой! Мне доверяют, меня почитают, меня бояться, тебя же – просто ненавидят.

— Правильно – тебя почитают, а меня ненавидят, вот только в отличие от тебя я это честно заслужил.

— И что этим ты хочешь сказать? Что, становясь героем, я сделала много ужасных вещей? Что ради спасения пони пожертвовала всем, даже своей добродетелью? Да – это так! Я желаю спасти пони, и готова на все, чтобы добиться желаемого! Поэтому меня почитают! Поэтому меня бояться!

— Пытаешься меня запугать. Похоже, неправильно меня поняла – это моя вина. Красноречие не моя сильная сторона, возможно, веду себя слишком резко, и теперь ты считаешь, что можно лишь воевать или сдаться, но есть и третий путь. Ты ведь считаешь себя сильной, вот и покажи силу. Порой нужно больше сил, чтобы заключить мир, чем сражаться.

— Мир с тобой??! После всего, что ты сделал??!

— Дружба — это магия, и она победит прошлые обиды. Может даже споём дуэтом. Я — как ПростоФиля. Ты — как Пугачиха, у тебя даже голос похожий, — вообще-то соврал; голос Дарительницы пусть и был таким же прокуренным как у Примадонны, но ни фига не певчим.

Тут я начал отчаянно вспоминать подходящие песни, но ничего подходящего не приходило, только Лира, держась за живот, хохотала как арлекин. Однако через секунду я, вспомнив, что люблю холод, вспомнил песню про «айсберг в океане» — то, что нужно. Песню то я вспомнил, а вот слова забыл за исключением строчки: "А я такой холодный, как айсберг в океане...". Тем не менее, выход нашёлся — пусть я и забыл оригинальную песню, но не пародию на неё из мульта "Ну, погоди!".

Я как айсберг в океане:

Всё плывёт в сплошном тумане,

Ничего вокруг не вижу, -

Белый свет, как белый снег..

Ну а кто-то бродит рядом,

Смотрит в спину жарким взглядом..

Кто же он на самом деле: хищник, или человек?

Но я не унываю, — я сам себя спасаю, -

Ничто на белом свете не сбудется само..

Да уж — слова действительно подходящие, но только если петь их будет Дарительница. Вопрос только — как заставить её спеть? Ответ очевиден — я должен начать петь первым, но не стану же я петь не свои слова. Тем не менее, я спел свои две строчки — те, что должны быть в самом конце:

А я такой холодный, как айсберг в океане...

А ты так прекрасна, как летом эскимо..

— Просто бледная версия Красного Глаза, — сказала Дарительница, явно намекая, что не ожидала от меня признаков красноречия, и после небольшой паузы продолжила грубым тоном: — А не шёл бы ты нахуй! И если ты говнюк ко мне подкрадёшься, я тебе хер отстрелю.

— Что?! — ответил я, старательно изображая удивление. — Да что всё это значит? Хер мне собираешься отстрелить? Да я тебе сам хер отстрелю! Как оно тебе, а?!

— Твой интеллект даже ниже уровня красноречия, — заметила серая палкоголовая.

— Альдегид твою перекись водорода через бензонат натрия, — ответил я, пытаясь показать, что мой интеллект всё же не столь низок.

— Данная химическая реакция невозможна, — ответил голос Селестии, но её изображение так и не появилось.

— Хватит болтать! Пора умирать!!! — прокричала Дарительница, а после застыла с ухмылистой улыбкой.

Причина её ухмылки была прямо за нами и заключалась в мемориале Пинкамины Дианы Пай, точнее железного куба на котором располагался этот мемориал. Данный куб внезапно "ожил" и начал раскладываться в жуткого с виду четырёхногого робота (http://www.gamedeus.ru/images/games/D/deus-ex-human-revolution/deus-ex-human-revolution-art-12.JPG). Вид двигающейся железки сам по себе был жутким, но не так как расположенные сверху две установки, в которых отчётливо узнавались пулеметы и ракетницы.

«Вступаю в бой», «Цель захвачена» — произнёс кубик, перед тем как открыть пулемётный огонь. От участи интоксикации свинца меня спасла какая-то неестественная реакция, при которой, укорачиваясь от пулемётной очереди, я рванул к выходу — большая часть пуль досталась мешку с мукой, так что теперь в помещении был "Белый свет, как белый снег". Увы, но путь мне преградила другая очередь, благо Лира тоже проявила реакцию и, побежав на робота, в подкате прошмыгнула прямо под него. Далее единорожка достав свой томагавк начала рубить "шланги" под "коленями" робота. Я в тот момент тоже решил действовать агрессивно, но как назло в этом смоге из муки умудрился уронить пистолет. Искать его не стал (решил, что безнадёжно) и вооружился подручными средствами — свеклой, что была в одном из вёдер на стуле. То ведро же словило очередь, так что теперь помимо свеклы там был красный фарш, но так даже лучше.

Думая о хорошем я, взяв дырявое ведро, вынул оттуда свеклу и бросил овощ в круглое стеклышко, что определённо было визором робота. Бросать на бегу под ливнем пуль было неудобно, так что первый "снаряд" прошёл мимо, однако второй вскользь задел цель. Далее бросая, я не промахивался и вскоре залепил "глаз" робота, вот только его пулеметные установки имели какую-то свою систему наведения и смогли задеть меня по касательной; хорошо хоть уши не отстрелил. За такую "меткость" робота стоит благодарить Лиру, которая, подрубив шланги (не гидравлика — жидкость из них не текла) на ногах заставила робота "присесть" а далее забравшись прямо на него, принялась рубить тонкую "шею". Я будучи впечатленный действиями единорожки не остался в стороне и уворачиваясь от очереди, побежал прямо на робота. Далее забравшись на того начал отчаянно "лягать" голову которую пыталась отрубить Лира. Робот же, несмотря на "хромоту" отчаянно пытался сбросить наездников подобно дикому мустангу. Это было так символично — копытные "оседлали" робота. В итоге данное родео закончилось тем, что робот упал, завалившись на левый бок и произнеся: "Активировать программу самоуничтожения" — через три секунды взорвался.

Именно это предупреждение спасло нас. Услышав данное, мы моментально спрыгнули и рванули в сторону терминала. Я успел покинуть зону взрыва, а вот Лира далеко не убежала, так что взрывная волна от взрыва дала кантерлотскому гулю сильный толчок. Учитывая, что единорожка бежала за мной, результат был предсказуем; хорошо хоть в полёте она не проткнула меня своим отростком. На секунду потеряв сознание, очнулся лежащим на спине с Лирой на брюхе. Вопрос того как мы оказались в таком положении был не так важен как сама поза. В тот момент наш вид был как при совокуплении в положении "пузо к пузу", причём Лира была сверху и единорожка не оставила это без внимания:

— Не будь я гулем, после такого ты должен был бы на мне жениться.

— После того как ты уделала этого робота — всё что хочешь, — давясь от муки (в обоих смыслах этого слова) ответил я.

— Пустяки, — сказала единорожка, — стоило залезть на него, как он и описался.

— Так и знала, что этот Boxguard ни на что не годиться, — произнесла Дарительница. Я же глядя на перевёрнутый (из-за того что лёжал на спине смотря назад) терминал очень удивился что он уцелел.

— Херню не говори, — ответил я, смотря на изрешечённый пулями, но не сломанный терминал, — робот в порядке — нужно было уметь им пользоваться.

— Не пизди, — ответила Дарительница, — ты жил в ту эпоху, когда такие технологии были лишь в ваших влажных фантазиях, да и вообще — его здесь оставили не для тебя.

— Да что ты говоришь; и для кого же?

— Догадайся, — ухмыляясь, сказала палкоголовая, — на это у тебя есть примерно три минуты.

— Ты на что намекаешь? — спросил я, но далее экран потух, причём не по инициативе Дарительницы.

— Задание выполнено, — улыбаясь, сказал Сулик, вылезая из-под панели терминала. — Пришлось повозиться, но я отключил систему. С Садами было сложнее.... А вы я смотрю совсем совесть потеряли, — гуль явно намекал на нашу позу.

— Это "Министерство Морали", — слезая с меня, ответила Лира, — тут у всех извращено это понятие.

— Кому-нибудь не всё равно, что имела ввиду Дарительница? — спросил я, вставая на ноги.

— Всё как всегда, — ответила Лира, — говорила, что мы сдохнем.

— Это понятно — больше конкретики.

— Робот в засаде — не в стиле "элемента самопожертвования", — задумчиво сказал Сулик. — Слишком мелко, слишком точечно, слишком мало жертв, даже в случае неудачи.

— Так — я понял, — я действительно понял: — нас здесь не ждали, и если бы Литлпип устроила бы нам здесь засаду, то просто взорвала бы здание.

— Тоже мелко, — возразила Лира. — После уничтожения комплекса Мэрипони, одно здание — мелко. Весь город, или квартал как минимум.

Спор мог бы и дальше продолжаться, но из разбитых окон послышался тревожный звук вертолётных лопастей. Естественно это не осталось без внимания и, убрав потрёпанные жалюзи, мы увидели летящий прямо к нам конвертоплан НКР; причём не "обычный", что похож на стрекозу, а именно тот с картины — "неизвестной конструкции". В тот момент время снова будто замедлилось, но с небольшим отличием — моё зрение будто приобрело бинокулярность. Я во всех деталях рассмотрел серую, обшитую бронёй, кабину конвертоплана, его расположенные по бокам как у вертолёта КА-50, пулемётные (или пушечные; не знаю какой калибр) установки, его "коробчатые" ракетные системы под крыльями, что смотрели прямо на меня. Как будто этого мало, замедление позволило разлить и то, что было снизу — с высоты через смог (смог будто исчез) я рассмотрел движущуюся к зданию колонну танков НКР; в основном двуствольных, но среди них был как минимум один "Т-90".

Всё встало на свои места — Дарительница и Селестия не просто так столько болтали, они тянули время, пока подтягивались войска. Теперь нас расстреляет конвертоплан, а после, для верности, здание обстреляют из танков, как "Белый Дом" в девяносто третьем (https://youtu.be/LB-jRAhsah4?t=138). От такой перспективы у меня просто сердце екнуло, но время было замедленно, так что для адекватной реакции хватило и доли секунды. Развернувшись и крикнув во всю глотку "Бежим!!!" я, толкнув гулей к выходу, на присогнутых коленях бегу к двери. Гули быстро сообразили, и в аналогичной позе рванул за мной; очень вовремя.

Секунду спустя слышится громкий звук пуска ракеты. Ещё секунда и ракета попадает выше окна, тем не менее, нас отбросило остаточной взрывной волной, об полученных осколках мы не думали. Далее пилот конвертоплана поняв, что поговорка про "пушку и воробьев" придумана не просто так, открыл огонь из менее разрушительного оружия. Благо, что из-за предыдущего взрыва комната вся была в смоге из бетонной пыли и остатков муки, так что стрельба велась вслепую — выше нас. Так ползком под обстрелом мы доползли до спасительного выхода, после чего стрельба прекратилась, а мы, встав на ноги, уже галопом рванули вглубь здания к спасительному лифту. Пусть даже он мог и не работать, но был вариант вскрыть двери и спуститься по тросу.... Планам не суждено было воплотиться.

Судя по взрывам позади, пилот конвертоплана решил разрядить оставшийся запас ракет. Мы уже успели убежать достаточно далеко, так что ракеты нас лишь слегка беспокоили, но не так как последовавшая за ними канонада. Судя по сотрясениям, танки били не только в наш этаж — верхнему и нижнему тоже досталось. Даже не знаю с чем сравнить, но наверно подойдёт сравнение с землетрясением магнитудой 9,5; хотя мне никогда не приходилось переживать землетрясения, да и находиться в здании которое обстреливают танки, приходиться впервые. Уж не знаю, как одно похоже на другое, но в обоих случаях у здания должно произойти обрушение и наш не был исключением. Пол, стены, потолок — всё покрылось огромными трещинами. Далее потолок стал обваливаться крупными кусками, стены заваливаться внутрь и наружу, пол тоже подвергся "фрагментации" и крупными кусками, вместе с нами, повалился вниз.

Отчего я потерял сознание, в упор не помнил, но, очнувшись от сильной головной боли, решил, что короткая потеря памяти в обмен на жизнь — небольшая потеря. Хотя насчёт жизни можно поспорить — велик шанс окончить вторую жизнь под обломками здания, также навевал тревогу запах дыма — похоже, в здании начался пожар.

Перед тем как начать выбираться я в очередной раз подумал о себе самыми непечатными словами. После случая в Глифмарке я ведь поклялся, что противогаз всегда будет при мне... «Ну почему я не взял этот намордник?! Почему?! Потому что гладиолус, бля.» Хотя если погибну, и мне окажут честь, погрузив в могилу, вряд ли на неё будут класть гладиолусы. Нет! Я не должен так умереть! Лира пророчила, что меня убьёт Литтлпип, и я не хочу разочаровывать ни Лиру, ни Дарительницу.

С мыслями об известной и бесславной палкоголовых, я начала протискиваться через бетонные обломки. Это было непросто, а сил становилось всё меньше, так что я на мыслях о "струнах души" решил пробудить в себе силы путём песни, вот только всё забылось. "Кухонный Интернационал" и тот не вспоминался. "Вставай... Вставай... Штанишки одевай..." Нихрена не помнил. Благо вскоре показался "свет в конце туннеля" что пробудило силы и без всяких песен.

В итоге выбрался в какое-то офисное помещение. Выбрался, будучи весь в порезах, ссадинах и слое бетонной пыли, оставив на полу красный след. Как же хорошо быть живым и здоровым, но в конкретном случае и просто живым; хотя.... Почему я ещё жив? В смысле — почему танки прекратили стрельбу? Думают, что мы уже мертвы? Не хотят окончательно рушить здание? Как бы то ни было, противник вряд ли ограничиться лишь видом завалов. Вскоре стоит ожидать группы наёмников, которая должна принести Литлпип мою голову, или то, что от неё осталось.

Ожидания были недолги — стоило только подумать о любителях убивать за пробки от бутылок, как через смог пыли стали пробиваться лучи тактических фонарей и ЛЦУ. Я, уворачиваясь от света, глуша шаги, побежал к импровизированному укрытию — разбитому дверному косяку с завалом за выбитой дверью.

— Помните приказ Дарительницы, — сказал один из копытных наёмников, — сдачу в плен не предлагать и быть начеку пока не убедились что этот уёбок сдох.

— Он же "призрак", — ответила копытная. — Как узнать наверняка?

— Ткни в глаз, может моргнёт, после — стреляй в голову, а лучше сразу стреляй.

— Если будет во что стрелять. Ставлю сто крышек, что его размазало между плитами.

— Это хуёво. Тогда придётся разбирать завалы.

Прячась и слушая речь наёмников, я не сильно интересовался их мнением о себе, гораздо больше волновала одна синяя палкоголовая что, подойдя к завалу из которого я выбрался, обратила внимание на кровавый след. На моё счастье её внимательность оказалась выше догадливости, иначе не знаю, почему она не сообщила своим о находке и отправилась по следу одна. Её поход был недолог и подошёл к концу у моего укрытия.

Захват парящего в облаке магии пистолета-пулемёта (похож на HK MP-5), удар по синей морде и очередь в лежащее тело — теперь наёмники знают, что я жив. Перекат из укрытия и следующая очередь летит в земного пони. Далее ложусь на пол и веду перестрелку с земной копытной. Дробь, выпущенная из её закреплённого на боевом седле дробовика, прошла выше меня — решение лежать было верным, а пуля из пп попав в большой глаз копытной, решила перестрелку в мою пользу. Я уж было выдохнул от предвкушения передышки, но не тут, то было — сверху из дыры, через которую я пролетел, послышались цокающие звуки, а через секунду оттуда стала ссыпаться пыль и мелкие обломки. Это означало только одно — сверху кто-то есть и с секунды на секунду он спрыгнет ещё на этаж вниз. Вряд ли это Сулик или Лира, так что я, встав на ноги и заметив тень на полу, быстрым шагом иду к дыре. Далее ожидания оправдались — в дыру прыгнула палкоголовая наемница, но ей было не суждено ступить на пол. Пока она падала я, разогнавшись оказался почти под ней встав на дыбы "нежно" обхватил наёмницу за заднюю часть. Далее, а двух задних удерживая равновесие, продолжаю движение к бреши в стене, ведущей в городской смог, и сбрасываю в неё палкоголовую. Любоваться её полётом не стал, и под удаляющийся крик копытной, резко разворачиваюсь вскидывая пп, и укладываю ещё двоих земных пони, что шли следом за рогатой.

Вроде теперь всё — комната зачищена, из дыры никто не появлялся, да и танки не стреляют. Далее встаю на ноги и, подойдя к трупу единорожки вынимаю из её разгрузки рожки для пп, часть, из них словив пули стали непригодны, но на первое время боезапаса хватит. Далее подхожу к другому трупу, достаю из боевого седла дробовик, а из подсумка комплект… «родезийских патронов» (https://topwar.ru/uploads/posts/2018-06/1528224053_p1030319-vi.jpg)?! Это… Я даже не знаю… Власти НКР, похоже, совсем поехали кукушечной. Родезийские патроны… Что дальше? RIP пули (https://topwar.ru/uploads/posts/2014-06/1402760396_www.pinterest.com.jpg)? Дыхание дракона (https://youtu.be/enlvMxe4XwI?t=280)? Естественно после такой находки идея взять с собой дробовик была отклонена, к тому же дробовики мне не нравились – слишком узкоспециализированное оружие. Хотя…. В закрытом помещении, типа здания Министерства Морали, такое оружие будет наиболее эффективно… Нет. Всё же нет. Я не настолько испорчен.

Теперь передо мной встал вопрос: что делать? В смысле, что после того как здание обстреляли танки, план захвата "Министерства Морали" стоит считать проваленным, хотя.... Нам ведь удалось вывести из строя систему управления зенитным прикрытием, а после того как по зданию шарахнули танки, можно быть уверенным наверняка — всё не так уж плохо. Неплохо лишь в случае если Сулик и Лира, как я, всё ещё живы. Они тоже оказались под завалами? Как бы то ни было из здания нужно выбираться и надеюсь, по пути я встречу своих облезлых друзей.

Поход был богат на встречи, причём в первой из них фигурировали не только наёмники. Прячась за офисным столом, я стал свидетелем словесной перепалки троих наёмников с группой четверых земных пони. Судя по облезлому виду, те копытные ранее содержались в клетках на этаже-тюрьме (вспомнилось изображение с камер в комнате охраны) и теперь воспользовавшись общим хаосом, пытаются сделать тоже, что и я – выбраться из здания. У наёмников на это было совсем другое мнение, и те, угрожая оружием, в грубой форме потребовали возвращения в камеры, на что получили логичный нецензурный ответ с последующими выстрелами.

Наёмники и их пленники, я был на стороне последних – но они этого не знали, верно? Они вообще не знали что «Чистка До Блеска» работая на НКР де факто действовала против республики. Если они меня заметят, то примут за уборщика убирающего грязь за наёмниками и в лучшем случае, используют как живой щит, а вероятней – просто пристрелят. В итоге в перестрелке численное превосходство взяло верх, а далее беглецы быстро смекнули, что оставаться на месте – смерти подобно. Был велик соблазн, сняв комбинезон, и извалявшись в пыли скрыв отсутствие метки, последовать за ними но, судя по звукам стрельбы, там началась настоящая свистопляска. Идти пришлось прямо в противоположную сторону – туда, откуда копытные бежали – в тюремные помещения.

Увиденное было мало похоже на блоки тюрьмы Арба и дело не только в свежем кровавом следе на полу (почему-то вспомнилась красная ковровая дорожка на верхнем этаже) – помещение было даже более грязным, чем привокзальный туалет… Или на меня так влияет практика работы уборщика… Пытаясь не думать о грязи я продвигаясь через решётки, многочисленные трупы и баррикады из коек, застал картину как грифон и единорожка держат под прицелом двух земных пони. Естественно я не мог пройти мимо и выстрелами из пп уложил вначале пернатого, а потом копытную. Другие копытные, видя «подарок судьбы» не стали оставаться на месте и рысью побежали за угол. Судя по звукам стрельбы – далеко не убежали. Двигаясь по тому же маршруту, я отправил на «райские луга» их убийц, а после ещё двоих пони с грифоном в синей форме. Далее пройдя через камеру с повешенным единорогом и рисунками зонтика на стенах, добрался до проходной.

Пора было покинуть этот дворец – пока кто-нибудь не попросил меня задержаться. Оставшиеся заключённые остались в ловушке. Более того вместе с ними, в ловушке оказался и я. Может, окажись я здесь раньше хоть на минуту мы бы выбрались вместе, а так я занимая позицию за бетонной колонной, лишь удостоился зрелища расстрела беглецов, но нет худа без добра – я знал где засели наёмники. Перестрелка с ними была бы сложной, если бы не замедление времени, происходящее в самые напряжённые моменты. Неужели помощь Дискорда? С чего вдруг тому, кто пытался меня утопить в борще начать мне помогать? Потом буду думать, если вообще буду. Козломордый – всем психам псих, его действия – выше моего понимания. Многое выше моего понимания, но не действия наёмников.

Двигаясь по офисным помещениям, я позволил себе обратить внимание на терминал с открытой «Таблицей Excel». Насколько я мог понять — это журнал задержаний, и в нём не было никого кто бы совершал рейдерство и прочие уголовные преступления. Такие либо давно на довольствии у НКР либо расстреливаются на месте. Задержанные «сочувствующие СНС» же, после предварительного содержания, неизменно отправлялись «на переработку». Туда же и я держал свой путь; не в смысле в установки, а в смысле на первый этаж, где эти установки располагались. Именно туда сейчас должны направляться мои друзья и именно там должны держать оборону уборщики; естественно при условии что те и те всё ещё живы. Как будто в насмешку над моими мыслями случилось несколько странных моментов.

Найдя лестницу и спустившись на несколько этажей, я из-за завала, был вынужден свернуть и бродить по этажу в поисках другой лестницы. Лестницу нашёл не сразу, но одна мелкая находка сильно заинтересовала моё внимание – лежащие на полу шахматные фигуры выглядела очень подозрительно; как белые камушки в сказке «Мальчик с пальчик». Неужели Лира или Сулик прихватили их из помещения на верхнем этаже и так оставляли метки, чтобы не заблудиться? Если да то…. С надеждой бегу в помещение, к которому вели фигурки и …. Понял что ошибся дверью. Я пришёл в «комнату для утех» — помещение с мерзкой фиолетовой подсветкой, множеством коек с прикованными цепями копытными самками и множеством мониторов сваленных в одну кучу. Поняв где нахожусь я уже начал разворачиваться, но вдруг на месте двери опустилась решётка, фиолетовый свет несколько померк, а на экранах терминалов появилась «мозаика» физиономии Литлпип.

— Сюрприз мудила, — сказала Дарительница. — Думаешь, я не предвидела, что ты приедешь, — на нижних мониторах появились зелёные буквы выложившиеся в фразу FUCK ME. — И я – РАЗОЧАРОВАНА!!! Я так надеялась, что ты действительно любишь пони!!! Что желаешь поебаться!!! Что ты найдёшь эту комнату раньше!!! Что в тебе есть потенциал! А теперь из-за твоей тупости пришлось разрушить пол здания! Уёбок!!! Плачу сто тысяч крышек первому кто принесёт мне яйца Грея Стоуна!!!

Произошедшему далее даже название сложно подобрать. Фиолетовый свет стал настолько тусклым, чтобы вообще считаться светом. Послышался странный звук совмещающий цокот копыт и передёргивание затворов, быстро заглушённый музыкой, из висящих на стенах звуковых колонок, с песней на русском.

Кричи, пока есть силы

Танцуй, пока стоишь на ногах

Мы здесь, и все еще живы

Пока нам не поставили мат

Я не играю в шахматы

Но трачу очень много сил

Чтоб избежать день ото дня

То шах, то мат, что ставит жизнь

Иронично — заманить в ловушку используя в качестве приманки шахматную доску, а после включить данную композицию. Вряд ли это была идея Дарительницы и должен признать — Селестия не обделена чувством юмора; чёрного юмора.

Твой ход, очередной твой шаг,

снова подвох, в челюсть летит кулак

Слева враг и справа враг

Прячет лица полумрак

Кто-то пешка, кто-то ферзь

Все решится прямо здесь

Композиция не отличалось мудреностью или каким-то глубоким смыслом, да и если бы нет, то всё равно бы об этом не думал. Тем не менее, находясь в полумраке и получая копытами по морде не мог не отметить сходства рифмы с происходящим, и честно говоря, не хотелось, чтобы всё решилось именно в комнате для утех. Исходя из этого, действовал жёстко, примерно как на крыше погодной фабрики — разбивал черепные коробки, ломал конечности, активно использовал ауру и прочее; только не кусался.

Твой ход

Ты знаешь наши слабые места

Твой шаг

Удар наносишь нам исподтишка

Мой вдох

Успеть бы выдохнуть еще разок

И дать последний бой

Оставив право за собой

Вся жизнь цветными звеньями

Слилась в одну тугую цепь

И все сильней сжимая горло нам

Мешает правду углядеть

Данный куплет характеризовался попыткой моего удушения одной из прикованных копытных. Я, думая, что они просто "кекс-рабыни" служащие приманкой, не считал их угрозой. Одна палкоголовая пользуясь этой оплошностью, набросив мне на шею цепь, действительно сдавила её до потемнения в глазах.

Мой ход, очередной мой шаг

Воздуха нет, сердце стучит не в такт

Черно-белые поля

Слишком важная игра

На ошибку права нет

Здесь я получу ответ

Твой ход

Ты знаешь наши слабые места

Твой шаг

Удар наносишь нам исподтишка

Мой вдох

Успеть бы выдохнуть еще разок

И дать последний бой

Оставив право за собой

Уйти с поднятой головой

"Уйти с поднятой головой" — устроит и просто возможность уйти. Тем не менее, это предложение будто открыло второе дыхание. Обретя силы я смог выкрутить переднюю конечность под невозможным для земных копытных углом и пройтись аурой по тушке душившей меня копытной. Та, издав крик боли, ослабила цепь, чем я моментально воспользовался и, освободившись, добил противника.

Увы, но не во всём песня была пророческой. Мне не удалось на последнем куплете добить наёмников и уйти с поднятой головой. Бой продолжался и после окончания музыки только перешёл в новую фазу — ту, в которой меня "засветили" тактическими фонарями, а далее открыли огонь из дробовиков. К счастью копытные не отличаются точность, даже когда речь идёт о дробовиках и закрытом помещении, но я все же словил часть дробин, благо не в голову. Ещё на стадии "засветки" всё понял и успел занять позицию за одной из коек с прикованной — её судьба была незавидна. Я же стреляя вслепую, понимал, что вскоре разделю её судьбу. Койка — ненадёжное укрытие к тому же наёмники не настолько тупы чтобы, устраивая засаду не догадаться устроить огневую позицию и в противоположной стороне зала. То, что я ещё не погиб под перекрёстным огнём объясняется банальным занятием позиции второй огневой группы, пока первая ведёт огонь на подавление. Понимая это я, параллельно отстреливаясь одиночными, отчаянно всматривался в полумрак, надеясь заметить хотя бы движение. Большего и не надо, но в этом мраке и хаосе нихрена не видно; лишь моя позиция была освещена светом мигающих (чтобы создать дискомфорт глазам) тактических фонарей.

Положение было безнадежно, но тут (Аркадий Паровозов мимо пролетал) из общей какофонии стрельбы дробовиков я расслышал звук работы лазерного оружия, а далее знакомый "треск" работы пп Гоблин который ранее сделал специально для Лиры. После этих звуков лучи фонарей вдруг резко отклонились в произвольные стороны — похоже, наёмники тоже это заметили и стали искать источник. Я же пользуясь замешательством, перепёл пп в автоматический режим и уже сам открыл огонь на подавление. Далее стрельба, крики наёмников, Лира, бегущая на наёмников и короткая "рукопашная" завершившаяся стволом пистолета Лиры у затылка грифона. Выстрел и помещение зачищено.

— Значит сто тысяч крышек за твои яйца, — ухмыляясь, сказала Лира, — Трикси бы сказала, что их сильно переоценили.

— Эти бубенчики бесценны, — неудачно сострил я, а после задал вопрос по делу: — Сулик ещё жив?

— Не знаю, но думаю что нет, хотя услышав, как высоко Дарительница оценила твои оливки была приятно удивлена.

— Чо???

— В смысл: думала, что тебя размазало между обломками и была удивлена обратному. Может и наш чёрно-белый друг тоже скорее жив?

— Хотелось бы верить.

Действительно хотелось только шансы на это были невероятно низки. Конечно, выживание меня и Лиры тоже было маловероятно, но всё же Сулик скорее инженер, чем воин. Без сомнения он может постоять за себя, но в одиночку ему ни за что не выжить в здании полном наёмников, которое к тому же обстреливали из танков; и это без учета, что он может быть тяжело ранен. Его скорее надо най…. Нет – у нас нет ни времени, ни возможностей его найти. Здание огромно, кругом Когти и прочий хаос, и нас самих ищут. Остаётся надеяться, что он всё же жив и также как мы движется на нижние этажи. Тогда шансы встретиться многократно повышаются; если конечно он не угодил в ещё какую-нибудь ловушку.

Кстати насчёт ловушек – эта тоже была довольно мелкой. Неужели эта комната для утех тоже была не для нас? В смысле — если бы Пипка ставила на нас ловушку, то не обошлась бы наёмниками со стрелковым оружием и самками с цепями, хотя…. Покидая помещение я прошёл мимо множества трупов с пулевыми и рублеными ранениями, среди которых были и тяжеловооруженные (даже огнемётами) пони в силовой броне. Судя по тому, что из головы одного из них торчал топорик Лиры, вопрос насчёт причины смерти отпадал сам собой, но не тот: как Лира смогла справиться с копытными в экзоскелете? Одних она пристрелила, других зарубила топориком но…. Лира, поняв мой немой вопрос, подняла с пола лазерный пистолет с разряжённой батареей и, подсветив дрелью, показала на чёрный след от лазера на брюхе копытного тяжа. Брюхо – всегда уязвимое место, пусть малозаметное и в него тяжело попасть. Прямо от сердца отлегло, я уж думал, что единорожка владеет навыками парализующих ударов Ксенит. Всё же лазер – мощное оружие.

Нет ничего прекраснее отравы

Что льёт изнутре огненный ручей,

В его глазах сосредоточен пламень,

Но нет мудрее и безжалостней очей.

Так… Не отвлекаться, тем более на сочинение сомнительных рифм. Хотя это было мило. Идеальное завершение идеального путешествия. Если бы на Земле кто-нибудь мне сказал во что превратиться моя жизнь после смерти, я бы заказал дойную дозу того что он пил, выпил бы это (несмотря на то что «трезвенник и язвенник») а затем лёг бы в ванну с тостером. С такими мыслями я вместе с Лирой с боем продвигался через помещения министерства, отстреливая по пути пернатых и десятки копытных. Ещё один «весёлый день», ещё одно достижение министерств, ещё одна заварушка, которую даже не я устроил. Время идет, но ничего не меняется. Меняется лишь война и не верьте тем, кто говорит обратное.

Мысль за мыслью, этаж за этажом, комната за комнатой…. Тут уже каждый наёмник знал, что мы живы, но Пипке этого было мало. В момент, когда мы вели перестрелку в спортзале, с динамиков на стенах стала звучать её мотивирующая прокуренная речь.

— Идиоты!!! Хватит дрочить и принесите мне их головы!!! А вы – уёбки, ГОРЕТЬ ВАМ В АДУ!!!

— Мы уже в Аду, — сказал я, динамику закончив перестрелку, — и найдём способ выбраться.

— Я недолжна была это слышать, — удивлённо сказала Дарительница.

Я тоже был удивлен, но время терять было нельзя, так что мы продолжили движение. Следующая перестрелка была в столовой и, зачистив помещение, не мог не отметить общей чистоты (на фоне остального срача конечно) данной комнаты. Также обратил внимание на салат бар и прочие атрибуты образцовой столовой. В сравнении с жителями города наёмники хорошо питаются.

— Придурки! Хватит рушить здание, и просто убейте их!

Дарительница как всегда была лицемерна. Ранее сама отдала команду стрелять из танков, а теперь возмущается, что наёмники наносят ущерб министерству. Во всяком случае, после такой мотивационной фразы стоит ждать нового «респаунящегося мяса» и ожидания не заставили себя ждать. Снова пони и грифоны, снова перестрелка, снова продвижение с боем приведшее нас в зал в котором велась стройка (кругом инструменты, стройматериалы, мешки со строительными смесями, и несколько крупных баллонов аналогичных тем что были на крыше погодной фабрики), однако комната охраны уже была готова. Судя по всему, камеры ещё работали и наёмники с Дарительницей этим активно пользовались, было бы глупо и нам упускать такую возможность.

Вид с камер показал нам множество сцен одна интересней другой. На одной уборщики вели перестрелку, на другой сбежавшие заключённые продвигались по коридорам, на другой детёныши грифонов через окно улетали в городской смог, но особо нас заинтересовала камера в лифте.

Что бывает, когда надеваешь на какого-то накаченного стероидами и наркотиками кретина форму спецназа с надписью «Особое управление» и позволяешь ему кататься на танке по городу играя в войнушку? Рано или поздно кто-то решит, что он не такой уж «Особый». Вот и сейчас к нам на лифте двигалась группа таких же придурков вооружённых до зубов, будто они собрались в Эль-Фаллуджу.

Придурки или нет, но они догадались, выйдя из лифта просить несколько дымовух, так что о прицельном огне пришлось забыть; только стрельба вслепую да редкий огонь на зелёные лучи ЛЦУ. Ответный огонь был не таким робким и, судя по электрическому свету у наёмников оружие с разгонным блоком как у моего СК — НКР смогли воспроизвести технологию полосатых, точнее технологию людей которую ранее использовали полосатые. Это плохо. Конечно, стены комнаты охраны довольно прочные, но они долго не выдержат. К тому же Дарительница всячески подначивала наёмников.

— Что происходит?! Они уже мертвы?! — хотел бы я сказать, что нет, но будучи прижатым огнем, был немного занят.

Честно говоря, стреляя в ответ, сам не знал, стреляю в цель или в молоко — стрелял по сомалийски. Скорее всего последнее, так как что-то не слышал со стороны наёмником предсмертных криков, только различные угрозы типа «Кишки через глотку вытащу!» и тому подобные. Лира, стреляя из своего пп, была в аналогичном положении. Стены нашего укрытия подавали всё больше признаков скорого разрушения, а мы всё больше признаков паники вот только когда кругом стрельба паника крайне нежелательна. Лира забыла эту истину и вместо стрельбы вслепую всё же решилась высунуться для прицельного огня. Прицельный огонь был недолог и прервался пулей в рогатую голову кантерлотского гуля. Для Лиры это было не фатально — упав, она даже не потеряла сознание, хотя вид парализованной, но моргающей глазами копытной, с дыркой в башке из которой исходит розовый газ, был довольно жутким. Не хочу повторять её опыт, но если что-то не предприму, то буду следующим, и, несмотря на все свои особенности призрака для меня пуля в башке — верная смерть. Тут надо было решиться на что-то дерзкое, и я на это решился – израсходовав очередной рожок я, отбросив пп подполз к лежащей Лире и в грубой форме забрал её топорик. Далее сказав «Прикрой Меня» парализованной (парализованной Карл!) Лире и "Я вам ни Гринпис твари!" наёмникам, перепрыгнул через укрытие и, рванул прямо в дым. Далее: подкаты, увороты в замедлении (как в фильме Матрица) от очередей, и многочисленные удары, как топориком, так и без него.

Однако не все проблемы можно решить холодным оружием, особенно когда она носит силовую броню так что, убив очередного грифона я, забрав его пп разгонным блоком, открыл огонь по данному копытному. ПП не подвёл и буквально раскурочил голову земного пони; даром, что я опустошил весь магазин, стреляя практически в упор. Под впечатлением от такой мощи я замялся, глядя на пп похожий на KRISS Vector, что не осталось без внимания противника. Грифон что был ещё жив, решил также как я, решиться на что-то дерзкое вот только вместо томагавка у него, как у всех наёмников, был огромный тесак. Издав птичий крик, явно являющийся каким-то боевым кличем, пернатый накинулся прямо на меня. Я не успел навести ствол (всё равно пп был без патронов) но успел прикрыться им как щитом – участь тесака в голове была отсрочена. Грифон, поняв, что атака не удалась, отпустил тесак и начал биться, используя уже своё естественное оружие – когти и клюв. Однако мне не впервой биться с этими тварями так что, перебросив того через себя, бился уже зная о клинке на хвосте. Далее преисполненный яростью бросаюсь на пернатого, но тот, проявив кошачью грацию ловко уклонившись, зашёл мне за спину и взял когтями за горло. От смерти меня опять спасла реакция, в которой я успел поставить копытце к шее; иначе — перерезанное горло.

— От тебя несёт духами! – крикнул грифон. Я узнал этот голос. Это тот самый пернатый, что заставил меня на вокзале ртом мусор убирать.

— Это моющее средство, — сердитым шепотом ответил я. — Я — уборщик.

Далее ощущаю, как клинок что крепят на хвосте втыкается мне в бок, и, надеясь, что кантерлотский гуль уже восстановилась, в отчаянье кричу:

— Лира, стреляй!

— Не могу прицелиться! – ответил хриплый голос.

Однако выстрелы всё же произошли — целая очередь, и не из пп Лиры, ушла куда-то в дым. Далее с той стороны послышался звук падения тяжёлых металлических предметов с последующим громким шипением. За «ШШШШШ» последовал громкий взрыв, опрокинувший меня и пернатого, вот только пернатому было легче – стоя позади меня, он не словил осколки. Секунда и сразу несколько звуков «ШШШШ» источник которых быстро приближался. Замедление времени и различаю, как мимо меня пролетает крупный баллон. Ещё доля секунды и различаю, как такой же баллон летит уже на меня. Мгновения на перекат и баллон, задев грифона, летит прямо в комнату охраны после чего, снеся стену, остаётся где-то там издавая шипящие звуки.

Теперь дым развеялся, но смог не пропал из-за поднявшейся пыли. Всё болело, но адреналин не позволял потерять сознание. Также крик грифона служил напоминанием, что бой ещё незакончен.

Стиснув зубы, изнывая от боли, я ползу к кричащему пернатому и, глядя на него, понимаю, что ещё легко отделался. Не знаю, как его задел баллон, но грифон умудрился сломать обе задние лапы и левое крыло. Тем не менее, пернатый был ещё жив и в сознании так что, видя меня, тут же прекратил орать и угрожающе показал когти. Это вызывало уважение, но всё же «на войне как на войне»; к тому же на вокзале он показал своё отношение к земным пони и я пообещал себе что, найдя этого пернатого, сделаю то после чего он будет меня проклинать. Вспоминая это обещание, подползаю к грифону и, используя ауру, отклоняю его удары когтями, а после произвожу захват. Далее используя своё преимущество в подвижности с силой земного пони, забираюсь прямо на пернатого и, взяв пальцы птичьей лапы, с силой раздвигаю их в противоположных направлениях. Просьба «Стой!» и болевые крики меня не остановили, а пальцы пернатого выгнулись под неестественными углами. Со второй лапой я так не извращался и просто сломал её в полицейском захвате. Далее пять ударов с финальным нажимом, и клюв грифона разваливается на множество осколков висящих на органических лоскутах. Теперь пернатый уже не кричал и был без сознания от болевого шока, а у меня появился выбор: прислонить копытце с аурой к его голове превратив птичьи мозги в кашу, или оставить как есть, обрекая грифона на смерть или жизнь калеки. Мысли о выборе прервал хриплый смех знакомого гуля-обыкновенного с последующей речью:

— Ещё ощипай его, — сказал ползущий ко мне Сулик а, после короткой паузы посмеиваясь, продолжил: — Видал? Это я сделал?

— Ёбнуться можно, — устало ответил я, чувствуя как адреналин сходит на нет. — Нет – я не видел. А знаешь почему? Потому что всё это въебало в меня!

— Ага, — Сулик всё ещё посмеивался, — заебись получилось. Ты герой ебать.

— А тут есть те, кому не плевать что со мной? – спросила Лира, но мы её не видели. — В меня баллон влетел!

— В автобиографии потом напиздяришь, — ответил Сулик, а после пояснил своё снисходительное отношение: — Ты – кантерлотский гуль. Если голова на месте значит всё в порядке.

Полосатый был прав – на Лире всё быстро зарастает, даже порезы одежды, мы же были в гораздо худшем положении. У меня был бок порезан, осколки ещё торчали (вынимались больно), также не избежал участи словить пули и дробь, о порезах и ссадинах лучше вообще не думать. Сулик выглядел немногим лучше, а ведь он гуль. Маски на нём не было, так что я различил насколько сильно досталось его обгорелой морде; хотя бы глаза и уши целы. Его комбинезон уборщика тоже был весь в «следах борьбы» — порезы, прожоги, проколы. Похоже полосатый не избежал участи встреч с наёмниками и к его чести, он всё ещё жив; не здоров но хотя бы жив. Правда, судя по его способу передвижения, мы теперь похожи – в смысле, что мне теперь тоже было сложно встать на ноги. Неужели нам придётся выбираться ползком? Ну…. Можно и так.

Там где пехота не пройдет,

И бронепоезд не промчится,

Пони на пузе проползут

И ничего им не случится.

Отбросив искалеченного грифона я, напевая данную рифму, полз к восстанавливающийся Лире и вскоре понял, что ещё как случиться.

— Что там происходит? – обратилась Дарительница с динамиков на стенах. — Они уже мертвы?

— Нет, — ответил я, вынимая шприц из своей передней конечности; грёбаные наркоманы. — Но наёмники были близки к цели.

— За что я вам придуркам плачу?! Мне нужна его голова!

Следующие высказывания Дарительницы я оставил без ответа и, вынув шприц, вспоминая какими патронами пользуются Когти, взялся за останки картонной коробки и обрывки каких-то проводов. Ползущий за мной Сулик не оставил это без внимания.

— Ты чё делаешь?

— Костюм себе новый мастрячит, — ответила за меня Лира и была недалека от истины. Сулик же дождался когда я закреплю не себе картонные обрывки и высказал своё мнение:

— Классная у тебя картонная броня, — ухмыляясь сказал полосатый.

— Эта фишка родезийского спецназа, — ответил я, хотя понимал, что копытный сомалиец не оценит.

— Да иди ты, — безучастно ответил полосатый.

— Понимаешь – я скорее умру от заражения ран, чем от пуль.

— Видимо сейчас ты защищён, — наигранным тоном речи гуль демонстрировал своё пренебрежительное отношение к данной идее.

— Да и у тебя всё будет нормально, — ответил я раненому полосатому. — У тебя ещё час двадцать, а потом раны начнут гноиться, а мне нужно выбраться из этой обители морали, — говорить про гной из ран гулю — это глупо даже по моим меркам.

— Грей, а у тебя на родине все такие? – спросил гуль.

— Грей – редкая и загадочная штука. Разуй глаза старик и учись, пока я жив, а потом продолжай жить в говне.

Полосатого мой ответ, похоже вообще не интересовал. С отстранённым видом он пополз к лежащему пп KRISS Vector и, взяв тот, произнёс: «Это получше моего ППШ». Далее он пополз к трупу пони наёмника, и взяв у того из разгрузки флягу с крестом, выпил содержимое. Его раны не затянулись, но перестали кровить, так что полосатый даже позволил себе встать на ноги; как я ему завидовал. Также зависть была и к хромающей Лире, пришедшей, чтобы помочь мне встать. Её регенерация уже показала заметный эффект, моя же — гораздо медленней; правда её можно ускорить холодом, но у меня нет спрея а ползти назад к холодильнику в столовой я не собирался. Придётся ползти или идти хромая, опираясь на спину полосатого или палкоголовой – не худший вариант. Также оптимизма добавил и трофей в виде пп Vector с разгонным блоком и боекомплекта к нему. Так хромая и думая о хорошем, наша троица зашла в лифт, на котором ранее приехали наёмники.

Лифт работал но, пробыв достаточно времени в этом мире, я понял, что от местных лифтов лучше держаться подальше. Этот не был исключением и по пути вниз умудрился застрять. Пришлось вскрывать двери и ползком выбираться на этаж. Открывшееся нам помещение также ничего из себя не представляло за исключением трупов уборщиков и стойки ресепшена с двумя наёмниками за ней, которые не составили проблем. Далее наш путь пошёл в крупные двери рядом со стойкой, за которыми очередное офисное помещение с десятками наёмников. Снова стрельба, снова замедление времени, снова крики Дарительницы: «Убейте их болваны!!!», однако в этот раз нас было трое и у двоих было оружие с разгонным блоком (Лира предпочла пользоваться своим Гоблином) – перестрелка прошла быстро, даже грифон в силовой броне не составил проблем.

— Ублюдки! Вы здесь сдохните, а я потом вас в бетон замурую!

На речи Дарительницы мы обращали ноль внимания. Мы убили больше пернатых и копытных чем птичий грипп и никотин, а всё ещё не выбрались из здания. Уже не первый раз меня озарило, что нужно больше времени уделять проработке плана, но менять, что либо, было уже поздно. Тем не менее, я, подумав головой всё же уделил пол минуты на интеллектуальную деятельность просмотрев информацию на одном из терминалов. Информация была бесполезна, но интересна, так как касалась убитых мной лидеров наёмников – Гаудины и Реджи. Выполняя операции против Анклава, остатков армии Красного Глаза и прочих рейдеров они рисковали больше других и всегда выполняли контракты. Их смерть была тяжёлым ударом по самой идее наёмничества. Но это лирика. До меня никак не могло дойти, как я от спокойной жизни на Земле докатился до массовых убийств в другом мире, но так уж вышло. Так вышло, что я был в тысячах световых годах от планеты Земля, которая со слов Селестии уже давно уничтожена и, рискуя собственной жизнью, хлебал кашу, которую даже не я заварил.

Почему это произошло, я мог бы пояснить в следующем помещении, которое оказалось комнатой для брифингов. Много стульев и экран с проектором не оставляли сомнений насчёт назначения, но у нас не было времени смотреть слайд шоу. Единственный слайд что мы видели был с моей физиономией. Я не очень удивился, что НКР записали меня в число самых опасных преступников. За последнее время я ни сделал ничего, чтобы улучшило репутацию русских за рубежом. Справедливости ради я делал это не по своей инициативе. Моими нанимателями были полковник Отем и Беатрикс Луламун. Первый считает меня личинкоядным психом, а вторая хочет от меня пузико – даже не знаю что хуже. Хотя нет, знаю – второе.

Увы, но отношения с пегасом, у которого пуля в башке, и запавшей на меня аликорном сейчас были далеко не главной проблемой. Между мной и ними была целая армия наёмников и, судя по тому, что чуть ли не каждое следующее помещение нам приходилось проходить с боем у Литлпип нескоро кончаться солдаты.

Зачищая зал с множеством стеллажей и ящиков, мне стало казаться, что я никогда отсюда не выберусь. Это было похоже на один из тех кошмаров, где ты бежишь, бежишь, а потом оказывается, что всё это время гнался за самим собой. Однако реплики Дарительницы: «ИДИОТЫ! ПРИДУРКИ! ДЕБИЛЫ! УБИТЬ ИХ!» — возвращали меня в реальность. Они были, как бальзам на душу. Век бы слушал.

Под эти крики мы добрались до очередной лестницы вот только спуск, как всегда, пришлось прервать. Сброшенные сверху гранаты со слезоточивым газом быстро заставили меня искать другой выход. Глаза и горло болели – похоже, после инцидента в Арбе, НКР доработали состав. Сулик же кашлял так, будто готов выплюнуть собственные кишки. Лишь Лира, у которой розовый газ вместо крови, держалась бодрячком. Именно она указала мне нужное направление – на закрытую решёткой вентиляционную шахту. Мысленно поблагодарив единорожку, я, расстреляв болты крепления решетки, залез в этот объект местной архитектуры, как вдруг обнаружил, что он совершенно не подходит для организма земного пони. Падение в какое-то серверное помещение не обошлось без очередного замедления, и если это опять Дискорд то стоит его поблагодарить. Будучи наглотавшимся газа, в ином случае я бы не смог вовремя среагировать, и лёжа на полу расстрелять крупного грифона с дробовиком.

Реакция у меня порой прямо противоречивая – иногда такая, что и кошка позавидует, а порой — откровенно тормознутая. В этот раз был второй случай — я не успел вовремя отползти и к радости полосатого гуля смягчил его падение. Хорошо хоть после этого уже резко начал движение, так что Лира упала уже на твёрдый пол. Далее я в грубой форме попросил гуля слезть с меня: «Ты мне на рану сел пиздёныш!» — но судя по тому, как резко он рванул к стоящему терминалу, просьба была лишней. Судя по колоде карт рассыпанной на столе с терминалом, Когти играют не только в шахматы и настолки, но нам больше было интересно изображение на мониторе. Судя по виду с камер на первом этаже — уборщики ещё живы и держат оборону. Проблема в том, что первый этаж как нижний корж у пирога – самый крупный, до него ещё нужно добраться, а ещё что Дарительница не прекращала за нами следить, комментируя свои фантазии:

«Когда ты умрешь Грей, я оставлю твою кровь высыхать на стенах на память! Слышали придурки – мне всё равно кто и как это сделает, просто убейте их!»

Последняя фраза застала нас в зале со множеством лабораторной мебели: колбы, ёмкости, нагревательные установки и прочие элементы нарколаборатории. Похоже наш налёт на Глифмарк не прошёл без последствий, и теперь наёмники вынуждены сами заняться изготовлением успокоительных средств. Мы такие вещества не употребляли, так что не стали задерживаться, вот только следующая комната встретила нас не столь дружелюбно. Стоило только пройти через двери, как моя тушка резко позеленела от множества лучей ЛЦУ. От участи решета меня спасло очередное замедление, боковое зрение зацепившиеся за тумбу на роликах, а также любовь к фильмам с Джоном Ву. Прыжок вперёд и я, приземлившись на тумбу, качусь по помещению, параллельно в замедлении стреляя в наёмников. Замедление было недолгим, так что конец поездки прошел в обычном режиме, а часть наёмников избежали незавидной участи. Лира и Сулик воспользовавшись моим отвлечением внимания, заняв позиции, завершили зачистку.

Ещё одна гора трупов – и вновь напрасно. Мне казалось, что я отстранился от происходящего, что вместо пути на Землю за что-то мстил – то, что скрыто глубоко в памяти. Может, подумав над этим я бы нашёл ответ, но то, как глубоко мы проникли в здание дало мне другую находку – огромное помещение со стеллажами и железными шкафами, с огромными надписями ARSENAL на стенах. Увы, стеллажи были пусты – после устроенного нами шухера наёмники смели оружие как пиндосы стеллажи супермаркета на чёрную пятницу, однако я не ушёл порожняком. Думать о мерах предосторожности было поздновато, но из защиты на мне был только дырявый комбинезон уборщика да картонная броня. Конечно, ранее я мог бы снять амуницию с любого трупа, но на это требовалось время, к тому же откровенно противно носить броню измазанной чужой кровью и мозговой жидкостью, так что висящий синий бронежилет и каска тут же захватили моё внимание. Сулик также не стал пренебрегать защитой, но обошёлся без защиты головы. Сказал — что если туда попадёт пуля, то хотя бы будет рад, что измажет нас своими мозгами. Дурные у него шутки, но что ещё ждать от того, кто пошёл по пути разрушения? Мы все пошли по этому пути, и чем хуже было наше положение — тем лучше мы действовали. Тренировочная комната с фанерными перегородками (на Мстителе была такая же) это снова доказала.

Наёмники наверняка провели в ней десятки тренировок, но доскональное знание местности им не помогло. Продвигаясь, мы часто нарушали правила тренировок, просто ломая фанерные стены, убивая наёмников одного за другим, а их было много — реально много. Десятки копытных, в том числе и пегасы, также грифоны отправились на райские луга. Трофейные пп KRISS Vector оказались очень эффективны даже с выключенным разгонным блоком (точность на высоте, отдача совсем не мешала), да и складной пп Лиры был подходящим оружием для такого рода местности, а так как данные разновидности пп были под очень распространённый патрон, у нас не было недостатка в боеприпасах. Рожки от пп наемников прекрасно подходили как Вектору, так и Гоблину; даром, что последний я, как и всё остальное самодельное оружие, создавал из местных деталей специально на такой случай.

Продвижение по тренировочной комнате привело нас к забаррикадированной двери, которую, увы, было невозможно открыть, так что пришлось искать другой выход. Выходом оказалась неприметная дверь в углу с надписью DANGER, но для нас любое помещение было опасно, так что предупреждение было проигнорировано. Зайдя в длинный коридор, мы поняли, что надпись была не для нас, а во избежание несчастных случаев на огневых подготовках. Дверь вела в тир, причём в ту часть, где вдоль стены были мешки с песком и фанерные мишени. Помимо фанеры мишени изображали и бумажные листы крепившиеся крюком на специальные рельсы, расположенные вдоль комнаты. Нет, конечно, мне ранее приходилось сравнивать себя с мишенью в тире, но не в таком буквальном смысле. Хорошо хоть Лира догадалась магией обрушить часть мешков, создав импровизированное укрытие, пусть укрыться за ним можно было только лёжа.

Снова стрельба и снова множество трупов в синей форме, только в этот раз они столь активно не прибывали. Лишь когда мы уже расслабились и подошли к выходу думая, что у НКР наконец-то заканчиваются солдаты через дверь в тир буквально влетела самка грифон с дробовиком в когтях. Она явно спешила, надеясь успеть не пропустить всё веселье, но вид множества трупов пони и грифонов наглядно показывал — праздник закончился.

— Стойте! – испуганно крикнула наёмница. — Не стреляйте! Я сдаюсь! – далее она, положив оружие, легла на пол и, закрыв глаза добавила: — У меня трое детей.

Прикрываться детьми – мерзко. Думала ли она о детях вступая в ряды наёмников? Думала ли она о детях тех, кого убивала? Ответ один – нет, но не это сохранило ей жизнь. Просто в СНС уважали Женевскую конвенцию, и пусть она не распространялась на наемников, но всё равно мы не стреляли в тех, кто добровольно сдаётся; правда Лира всё же пустила из своей подковы облачко усыпляющего газа в клювяру грифона – нелишняя предосторожность.

Увы, но этот грифон был единственным наёмником на нашем пути, что оказался не агрессивен, хотя должен ли я ожидать другого от тех, кто перерабатывает пони на топливо? Надёюсь когда всё кончиться, установки уцелеют, и мы отправим на топливо уже их самих; в противном случае – отправимся туда сами.

На такой оптимистичной ноте мы встретили новые признаки скорой встречи с союзниками – разбросанный уборочный инвентарь и трупы пони в серо-зелёных комбинезонах. Однако судя по звукам стрельбы, не все владельцы это инвентаря мертвы и сейчас ведут тяжёлый бой. Желая чтобы эта перестрелка завершилась в пользу любителей чистоты, мы, ускорившись, ворвались прямо в гущу боя – в зал с установками, множеством наёмников и прижатых огнём уборщиков. В кои-то веки превосходство было не на стороне любителей убивать за пробки от бутылок. Наёмники пусть и превосходили нас численно, но теперь находились под перекрёстным огнём – между нами и уборщиками. Исход перестрелки был предрешён.

— Тупой призрак! – прокричал голос Дарительницы с динамика на стене. — Ты сунул свой нос в дела, в которых ни хуя не понимаешь!

— Я-то понял достаточно, мудила! – ответил я, смотря на динамик, и судя по ответу, меня как-то услышали.

— Как можно быть таким идиотом?!

Далее речь прервалась из-за уборщика, выстрелившего в динамик. Секундная пауза и он вскинув копытце обратился ко мне:

— Товарищ командир, ваш приказ…. Удерживать позицию?

— Нет, — ответил я. — Здание окружено бронетехникой и уже не имеет прежней стратегической ценности. Приказываю перегруппироваться и прорываться через оцепление.

— Это самоубийство, — возразила Лира.

— Оставаться в здании, которое скоро сравняют с землёй танки – вот это самоубийство. Приказ – прорываться. Убираемся из этого сумасшедшего дома.

— Вас поняли, — ответил уборщик.

Далее я, спросил целы ли ещё наши БТРы отдал приказ: «По машинам», и вместе со всеми побежал к подземному гаражу. Очень вовремя, так как танки вновь открыли огонь. Здание всё постоянно сотрясало, грохот был просто оглушителен, но должен признать – министерство морали строили на века. В прошлом это здание пережило взрыв атомной бомбы, но не думаю, что после такого обстрела оно будет подлежать восстановлению. По крайней мере, у нас есть несколько минут занять места в машинах пока этот «розовый пирог» не сложился в лепёшку.

Зайдя в подземный гараж, наглядно убедился, что это место тоже не избежало участи поля боя. Первым признаком был дым от горящей техники, что в замкнутом помещении было равносильно газовой камере, однако, часто моргая, я разглядел некоторые детали. Два БТРа уборщиков теперь были другого оттенка чёрного (из-за копоти) и не подлежали восстановлению, другие были все в мелких вмятинах пулевых попаданий. Двуствольный танк наёмников пока ещё не разгорелся, и я не испытывал желания быть рядом когда рванёт его боекомплект. Другая техника наёмников (БТРы и бронеавтомобили) тоже не вся была целой, однако вид некоторых машин натолкнул меня на интересную идею.

Когда мы выедем из гаража, огонь из танков по зданию будет перенесён на нас, а чёрные и неповоротливые БТРы уборщиков, даже в этом смоге, будут прекрасными мишенями. Однако нам не обязательно так подставляться, когда в гараже полно техники заводящейся без ключа. Сделав этот нехитрый вывод я, остановив уборщиков, под канонаду, приказал им занять места на БТРах и автомобилях с синим пиксельным камуфляжем; пусть у наёмников будет больше мишеней, а у нас больше шансов прорваться. Решение было встречено с энтузиазмом и после новой команды «По машинам» копытные быстро заняли водительские места. Я не был исключением и выбрал бронеавтомобиль Фалькатус с символикой шахматной пешки на борту, после чего занял место водителя, а Лира и Сулик пристегнулись в десантном отсеке. Далее: зажигание, параллельно включается магнитола и в кабине начинает играть музыка.

— Да вы издеваетесь! – произнёс я.

Серьезно, песня «Несусь по мечте» (https://youtu.be/dXYl5NrHPb4), только этого не хватало. Желая заглушить эту шарманку, я уже потянулся к кнопке, но Лира меня остановила:

— Оставь! – сказала палкоголовая. — Всегда хотела встретить смерть с музыкой.

Тут я согласился – помирать так с музыкой, это даже было одной из причин почему я взял с собой музыкальную пони но это лирика.

Нажатие на бибикалку символизирующие начало движения, передача, газ в пол и снеся шлагбаум, мы влетаем в городской смог. Наёмников такой манёвр не застал врасплох и почти сразу по нам открыли огонь. Однако расчёт на множество мишеней оправдался — танкам было сложно стрелять по стольким скоростным целям, а оцепление было не сплошным. Через смог я рассмотрел брешь между двуствольным танком и БТРом неприятеля, которой моментально воспользовался. БТР довольно тяжёлая машина, но и наш броневик – не легковой автомобиль, хотя насчёт успеха были сомнения, да и после столкновения мотор начал стучать. Глядя в зеркало заднего вида, убедился, что уборщики использовали туже тактику вот только не все успешно. Кто-то после столкновения потерял ход, кто-то был расстрелян после успешного прорыва, кто-то ещё в пути. Мимо нас тоже просвистел снаряд, а после зеркало сбила пуля; теперь придётся часто оборачиваться.

Как бы то ни было – мы прорвались. Я, свернув за здание, увёл нас с линии огня и теперь держал курс…. Сам не знаю куда. В городе, который затянут смогом довольно сложно ориентироваться, но когда всё вокруг грохочет, свистят пули, а на улицах повсюду вооружённые копытные (живые и мёртвые) и техника (наша и вражеская, целая и подбитая) — вообще ничего непонятно. Понятно было лишь то, что фаза плана, в которой в городе должен начаться массовый мятеж, уже идёт полным ходом.

Многие здания коптили чёрным дымом пожаров, всё чаще путь преграждали баррикады, по броне градом били пули, а уже покрытое паутиной трещин лобовое стекло было на гране. Самое неприятное, что стреляли в нас не наёмники. Бойцы ОФОТ видя наш броневик, думали, что мы — враг, и наше счастье, что гранатомёты из водопроводных труб не отличаются точностью. Но я не собирался испытывать судьбу и, удерживая скорость, всё искал момент чтобы, заехав в какой-нибудь внутренний двор покинуть машину и присоединиться к общей борьбе; всё изменил (рояль в кустах) вражеский Т-90, с символом шахматной ладьи на борту.

Данный танк, пробив кирпичную стену справа от нас, чуть не переехал наш броневик прямо по кабине, в которой находился я. Время в тот момент не замедлялось, но я успел среагировать и, используя ручник с резким поворотом руля, избежать верной смерти. Правда, будучи не пристегнутым, случайно задел магнитолу и теперь играла другая мелодия, но так даже лучше. Погоня под композицию «Бегом в 90е» (https://youtu.be/BJ0xBCwkg3E) – разве я мог упустить такой шанс?

Теперь танк был позади и, снося фонарные столбы, вёл стремительное преследование. Это было реально жутко — дым, пыль, танк, причём с ножевым минным тралом и КОЭП (комплекс оптико-электронного противодействия) Штора; не знаю, как его здесь называют. Данные детали придавали танку довольно хищные черты — будто это не трал, а зубы голодной боевой машины, будто это не КОЭП, а большие злобные красные глаза. На этом фоне даже не сразу обратил внимание на другой красный свет, исходящий из грибовидного устройства на башне, но то, что после красной засветки ЛЦУ, по броне ударила пулемётная очередь из огневого модуля на башне, заставило меня маневрировать. Как будто этого мало в нас целился и главный калибр. «Хотя может зря волнуюсь? Может он не будет стрелять в городской черте?»

— Бляха-муха!!! — крикнул я, после оглушительного выстрела а, после выкручивая руль, уклонился от падающей, опоры ЛЭП.

Грех жаловаться — выстрел предназначался нам, не поверю, что противник так пытался перекрыть нам дорогу. Лира даже сострила на этот счёт:

— Наверное, в Крым вела, — сказала Лира (ну и шутки у неё), а я пожалел, что так подробно рассказал ей о событиях другого мира. Хорошо еще, что не догадался рассказать ей о стадионе «Насиональ де Чили» и прочие места похождений Аугусто Пиночета, а ведь единорожку это бы повеселило.

Я же, вне себя от страха, не понимая, откуда получил навык экстремального вождения, вжал педаль в пол, благо впереди была пустая дорога. Хотя нет – это не благо. При таких условиях противник может применить главный калибр и засадить нам снаряд прямо в бампер. Смекнув это, замечаю перекрёсток и, сбавив ход, поворачиваю направо. Броневик накренился, так что поворот прошёл на двух колесах, но повезло – не перевернулись. Танк не обладал такой маневренностью, но должен признать – его мехвод умеет обращаться с техникой. Дрифтующий танк – непередаваемое зрелище. Я даже притормозил от удивления и через смог и выбитое стекло рассмотрел своего противника – песочного цвета единорожку с танкистским шлемом на башке. Похоже, она как Прайд (который носил силовую броню без шлема) — поставила обзор выше безопасности, и я её понимал — смог и всё остальное. В другой ситуации я бы выразил ей своё уважение, но сейчас другой случай, так что, пока танк разворачивается — газ в пол и поворот в…..

Тупик! Подбитый БТР уборщиков перегородил улицу! Танк же уже был позади нас и начинал разгоняться. «Что же делать?! Что же делать?! Придумал!» Задняя передача с последующим разворотом на 180 градусов и теперь мы движемся прямо на танк.

— Ты его задавить решил?!! – спросила Лира, но я не ответил и, заметив слева узкий въезд в один из дворов, далее поворачиваю руль.

Искры, скрежет металла, но наш броневик протиснулся в эту щель. Впритирку, но протиснулся, и, стирая краску о стены, продвигался вперёд. Танк же в силу своих габаритов не мог втиснуться в эту щель но его мехвод не стал действовать в обход и проследовал прямо за нами — прямо в эту щель, прямо через стены. Там где мы тёрлись о стены танк их просто сносил, и казалось даже не замедлил ход. Да блин — его даже не поцарапало! С него ни одна пластина не слетела! На каких соплях они держаться?! В Сирии бы такой танк очень оценили.

Немного отойдя от впечатления я, выехав из коридора, далее поворачиваю налево и, лавируя между баррикадами, ищу нечто, что танк не сможет преодолеть. Противотанковых ежей по пути не было, но было кое-что получше — другой танк. Точнее — танк и другая техника наёмников перегородившая улицу. Между ней была брешь, через которую у нас был шанс пройти, а вот танку чтобы продолжись погоню придется передавать своих или столкнуть двухствольный танк; последнее — вряд ли (в смысле, что он слишком массивен и на четырёх гусеницах).

Видя шанс, жму педаль и бибикалку вот только наёмники поняли, что мы не в их команде и открыли огонь. Спасаясь, прячусь за приборную панель, но с педали ногу не убрал, так что столкновение было прочувствованно, но визуально незамечено. Однако расчёт оправдался — мы прорвались через заграждение и, получая в корму десятки пуль, продолжили движение. Я преисполненный радости от такого даже обернулся, чтобы посмотреть на морды наёмников и.... Снова мной завладел страх. Расчёт на то, что Т-90 не станет давить своих — не оправдался. Конечно наёмники успели отскочить но теперь два их БТРа не подлежат восстановлению.

После данного зрелища я понял, что танк от нас отстанет лишь в том случае если будет подбит, потеряет ход или нам удастся скрыться. Последнее наиболее вероятно так что, свернув направо, я продолжил движение, надеясь, петляя затеряться в лабиринте городских улиц, но не судьба — к погоне присоединились другие наёмники.

Секунда и нас подрезает БТР. Ухожу влево и сталкиваюсь с вражеским Фалькатусом. Нас зажимали в классическую коробочку выход, из которой был лишь удар по тормозам, вот только мне не хотелось терять ход — позади танк. В итоге поворачивая руль то влево, то вправо начал расталкивать противника, чтобы в более резком рывке смолкнуть одного из преследователей, но в дело вмешался Сулик. Крича что-то нецензурное он встал за шестиствольный пулемёт на крыше бронеавтомобиля и устроил вражескому Фалькатусу ливень пуль. Что конкретно произошло я не видел, но после такого "поливания" бронеавтомобиль противника резко завернул вправо и врезался в стену. Далее очередной поворот и уходя от БТРа, маневрирую между зданиями. Сулик же не прекращал огонь, хотя я смутно понимал, как он может целиться в такой тряске. Пожалуй это только моё непонимание так как в нас всё же попали. После очередного поворота наш пулемет затих, а полосатый гуль упал бездыханным телом. Оборачиваюсь, чтобы рассмотреть получше и вижу, как Лира держит на весу голову гуля. Сулик же выпучив глаза, почему-то показывает на меня копытом, но думаю это непроизвольно. На голове полосатого гуля появилась новая полоска красного цвета идущая от уха куда-то к затылку.

— Вот как мозги всмятку выглядят, — скорее самой себе, сказала Лира, после чего магией взяв из аптечки в броневике моток бинтов, начала перевязку.

"Черно-белый матрасник! Ну почему он не надел каску?!" — подумал я; но может ещё не всё потеряно? В этом мире выживают и после куда более тяжёлых ранений, Дарительница и Отем не дадут соврать. Голову ему ещё можно починить, главное не дать заснуть.... Сулик всё ещё жив. Пуля в голове его не остановит, намотать на гусеницы — минимум.

Вообще-то угроза последнего всё ещё более чем реальна. Танк продолжал вести преследование, а я петляя по улицам в итоге выехал в самое неподходящее место — на широкую площадь со статуей Селестии и множеством техники наёмников. Понимая ситуацию, решил действовать в наглую, и место поворота попёр прямо через площадь. После того как Т-90 переехал через своих я уже не надеялся что танк хотя бы притормозит, но будет неплохо если противник пытаясь нас убить задавит кого-то из своих. Задавил или нет, я не видел, но случившееся далее было очень символично.

Преследуя петляющий бронеавтомобиль, Т-90 даже не поворачивал, снося всё на своё пути, и угораздило же меня проехать впритык к статуе. Статуе Селестии облачённой в доспехи, стоящей в положении на дыбы с распростертыми крыльями. Проехав под левым крылом, я и подумать не мог что танк, снеся постамент сам окажется платформой для статуи. Как она там закрепилась ума не приложу, но вид огромной Селестии стоящей на дыбы верхом на танке был настолько же нелеп насколько величественен и угрожающ. Самое мерзкое, что танку это совершенно не мешало, и пока он продолжал погоню я от такого вида терял всё больше нервных клеток.

Если так будет продолжаться и дальше то я скорее проиграю от того что упаду в обморок, поэтому желая хоть что-то исправить поворачиваю руль и проезжаю под невысокой аркой между зданиями. Расчёт оправдался — статуя, будучи слишком высокой, не прошла габариты и покинула передвижной постамент, вот только упала не сразу. Столкнувшись с аркой, статуя застряла в ней, так что на несколько секунд очевидцы могли наблюдать интересную картину торчащей из арки задней части статуи Селестии, а очевидцы были. Помимо танка в погоне участвовал и БТР наёмников, только его водитель предусмотрительно держась за танком, не успел проскочить и угодил под падающую статую. "Святая Мадонна" — произнёс я, глядя на смятую в лепёшку технику.

Однако далее святые мне не помогли. От всех этих столкновений, стрельбы и прочего экстремального вождения движок начал сильнее барахлить и противник на танке не пустил своего шанса. Я же заметив неполадки и приближающейся танк, решил действовать рулём и выкрутил тот вправо, надеясь по инерции уйти от столкновения; не помогло. От столкновения мы не ушли, но и под гусеницы не попали. Ножевой трал танка и V-образное днище бронеавтомобиля сыграли неожиданную роль — данное сочетание опрокинуло наш броневик, после чего танк неожиданно остановился, а опрокинутый Фалькатус немного проехал по инерции. Я понимал, что это за заминка и, открыв боковую (сейчас она была сверху) дверь увидел танк и выглядывающую из люка жёлтую единорожку в танкистом шлеме со злобной ухмылистой улыбкой. Она не стала давать мне время придумать новый план и дала ходу. В этот раз зубья ножевого трала не стали переворачивать, а именно сработали как ножи, проткнув корпус броневика, самое неприятное, что ножи прошли и через водительскую кабину прижав меня к креслу, на этом фоне мерзкий скрежет металла о брущатку был несущественен. Как будто этого мало противник держа нас "на крючке" (скорее — на ножах) решил действовать со символизмом и развернувшись дал ходу в направлении лежавшей статуи Селестии.

Сейчас она была не в положении "на дыбы" а скорее, наоборот — в положении поклона, но это даже хуже. Кланяясь нам Селестия выставила свой длинный рог, причём на нужном уровне — как раз на уровне кабины опрокинутого броневика. Противник решил меня в буквальном смысле насадить на рог Селестии — пожалуй, из всех способов каким меня пытались убить этот самый креативный.

Оценив данный подход, я всё же был против такого использования архитектурных излишеств и отчаянно пытался выбраться, вот только ножевой трал зажал меня не то чтобы крепко, но достаточно плотно — я не мог быстро освободиться. Отчаянно трепыхаясь, смотрю то на себя, зажатого между тралом и сиденьем, то приближающуюся Селестию. Дёргаюсь — ничего не получается, рог совсем близко сжимаюсь и дрель проходит совсем рядом — зацепила остаток "картонной брони" но всё же прошла мимо. Участь быть посаженным на дрель прошла совсем рядом, но положение всё ещё близко к безнадёжному — я всё ещё зажат, а танк всё ещё работает гусеницами и при этом мы не движемся. Наверное, статуя Селестии упав с арки "зарылась" ногами в грунт иначе я не знаю другого объяснения. Теперь избежав участи быть проткнутым Селестией, я получил угрозу быть раздавленным "автомобильным прессом".

Статуя была неподвижна, танк оказывал давление и между этим я зажатый в броневике, корпус которого уже начал гнуться. Не желая такой смерти я, взявшись за рог Селестии подтягиваясь, применяя все свои лошадиные силы и всё же освобождаюсь. Далее, использую многострадальный рог как опору, выбираюсь из техники и .... получаю попадание из крупнокалиберного револьвера.

Палкоголовая в танке предвидела, что я смогу выбраться и всё это время в поле магии держала наготове револьвер (похожий на тот которым пользуется Мелкопипка). Хорошо хоть выбираясь из западни, я не догадался снять бронежилет. Пуля из охотничьего револьвера имела сильное останавливающее, но не пробивное действие, исходя из этого бронежилет остался не пробит, но я, получив сильный удар "спрятался" обратно.

Теперь у меня был выбор — быть раздавленным или словить пулю, и что-то подсказывало, что следующее попадание будет иметь необратимые последствия. Я решил, что пуля всё же лучше но вылез не сразу. Дело в том, что боковым зрением заметил как Лира всё ещё находящаяся в десантном отсеке, открыла кормовую дверь, удерживая полосатого гуля, начала покидать машину. Это можно использовать как отвлекающий манёвр — противник, заметив гулей, отвлечется, что даст лишнюю секунду.

Дожидаюсь когда Лира с полосатым на спине выбегает из броневика и уже сам, привычным маршрутом, опираясь на рог Селестии, выпрыгиваю в городской смог. В этот раз уже я застал единорожку врасплох — та целясь в гулей не сразу меня заметила и прежде чем навела ствол, я был уже совсем близко.

Выбиваю из её жёлтой ауры оружие и, уже используя свою ауру, прижимаю рогатую голову к броне танка. Так как моя аура аномальна и способна обходить защитное магическое поле местных, мозги палкоголовой должны были получить фатальные повреждения и, судя по мгновенному покраснению белков её глаз, ожидания полностью оправдались; однако вспоминая случай с Прайдом (он после такого не погиб) перестраховался и дополнительно свернул ей шею.

Одним меньше, но экипаж земного Т-90 — три человека, значит, в танке ещё минимум двое копытных и их тоже надо ликвидировать. Поняв, что это можно сделать, только забравшись в танк, вытаскиваю тело палкоголовой, но вдруг боковым зрением замечаю сверху красное свечение. Решив, что источником этого света была магия командира танка, который решил повторить попытку мехвода пристрелить меня из стрелкового оружия, прекращаю тащить тело и, забравшись на башню, понимаю что ошибся. Красным светом был луч ЛЦУ дистанционной пулемётной установки. Благо среагировал я достаточно быстро и, уклоняясь от красного света, зашёл сзади турели. Тут к красному свету прибавилось зелёное свечение от люка на башне, и вот это точно была магия. Используя эту магию, единорог открыл люк и, выставив пистолет, открыл огонь вслепую. Не помню чтобы я практикующий «стрельбу по сомалийски» в кого-то попадал и стрелял так в основном на подавление, но этому единорогу повезло — он попал мне в голову, однако мне тоже везло — я был в каске; хотя был звон в ушах и шея болела. Тем не менее, я успел добежать, прежде чем враг успел сообразить закрыть люк, так что я действовал в ранее представленной манере — выбил оружие, вытащил по пояс копытного, использовал ауру и контрольное сворачивание. Справившись с командиром, вытаскиваю его тушку и сам прыгаю в люк, после чего вступаю в бой с земным пони-наводчиком — тот не составил проблем.

С трудом верилось что получилось. Я ведь хотел просто скрыться, но вместо этого пришлось .... захватить танк! Захватить! Бляха муха — у нас есть танк! Преисполненный радостью высовываюсь из люка и, найдя целящуюся в меня Лиру, махаю ей, показывая, что свой, а далее:

— Помнишь уроки за пианино?! — кричу я единорожке с телом зебры на спине. — Занимай место мех-вода!

Под впечатлением от произошедшего я не сразу втупил зачем Лира вначале забралась на башню, но после того как та начала пихать в люк командира тело полосатика всё понял, и пересев на место наводчика открыл его люк, выбросил труп земного пони предварительно сняв его шлем, и усадил полосатого. Параллельно с этим Лира тоже заняла своё место при этом тоже сняла шлемы с командира и мехвода, один надела сама, второй отдала мне, чтобы я надел его на гуля. Было немного стрёмно одевать его гулю прямо поверх окровавленных бинтов, но в танке будет трясти, а так что со всей нежностью я одел на полосатого шлемофон, после чего сам сменил свою каску на танкошлем и … обнаружил что он снабжён гарнитурой не только внутренней связи.

— Рэд Краун, повторяю: всем подвижным группам – прекратить погоню, — голос Литлпип был удивительно спокоен, а ведь ранее она так бесилась. — Остальным — занять и удерживать существующие позиции, держать противника на расстоянии, но не атаковать. Повторяю – не атаковать!

Это было неожиданно – Дарительница приказывает не атаковать. Неужели повториться случай когда мы удирали на лесовозе под огнём «Селестии Один»? Тогда рейнджеры тоже прекратили погоню. Как бы то ни было сейчас всё далеко не так плохо. Пусть мы всё ещё на вражеской территории, но у нас есть танк, нужно лишь понять:

— Как управлять этой штукой?! – крикнула Лира, а после, начав на что-то жать, заставила танк снова двигаться вперёд, окончательно смяв наш Фалькатус.

Действия Лиры были дилетантскими, но я не осуждал, так как сам не зная как управлять такой техникой, учил ее, используя как «наглядное пособие» пианино. Пожалуй, стоило найти что-то другое — что-то с не таким большим количеством кнопок. Не то чтобы в танке не было кнопок но органы управления были вообще не похожи на музыкальный инструмент и выглядели …. Так как и должны выглядеть органы управления боевой техники.

Оглядевшись вокруг, я сразу понял – создавая этот танк, действительно пытались воспроизвести нечто похожее на российскую технику. На стенках просто живого места не было от проводов и трубок что для западной техники совершенно неприемлемо. Такое пренебрежение к эргономике вызвано не столько отношением к бойцам, сколько компромиссом между: защищённостью, удобством, габаритами, весом и прочими качествами. Всё это заставило отечественных конструкторов проектировать танки с очень плотной компоновкой, которая шла в ущерб удобству экипажа, но позволяла создавать технику сочетающей небольшими габариты и вес с мощной бронёй и вооружением. Этот танк создавался именно по таким принципам, однако так как местные сами по себе не очень габаритны такой подход к внутренней отделке был довольно странным но это неважно, куда важнее были органы управления; точнее сможем ли мы понять как ими пользоваться. Моё внимание сразу пульт управления стволом типа «Чебурашка». Догадка подтвердилась и, нажимая на ручки я действительно управлял стволом. Также на месте наводчика были педали управляющие поворотом башни – странное решение, но для тех, у кого нет пальцев вполне нормальное. То, что эти педали не являлись органом спуска, было понятно из-за красной кнопки на «Чебурашке». Тут и ежу понятно, что после нажатия должен произойти выстрел. Однако более всего меня смутил находящаяся под объективом «Чебурашки» маленькая фигурка Дискорда типа «китайский болванчик». Будучи прикреплённой к органу управления он, покачивая головой, смотрел на меня взглядом шизофреника межмирового масштаба. Не желая каждый раз, убирая глаз с прицела встречаться с этим взглядом, я попытался взять фигурку, чтобы выкинуть её из танка, но она была крепко прикреплена так что, поняв «бессмысленность борьбы с духом хаоса» переключился на дальнейшее изучение.

Следующим устройством, захватившим мой взгляд оказался какой-то джойстик с рычажком типа «вкл и выкл». Нажав на «вкл» я взялся за джойстик, после чего танк начал двигать гусеницами по ходу нажатия. Интересное решение – дублирование управления для бронетехники; я думал такое нормально только для авиации, но вскоре убедился в его полезности и для гусеничной техники. После нажатии нужного танк попятился назад даже освободив ножи минного трала от смятого Фалькатуса, что был зажат в объятиях Селестии. Далее рассказываю Лире про своё открытие, а та, ориентируясь по двигающимся педалям, рычагам и кнопкам быстро освоила, что и за что отвечает. Далее уже Лира управляла техникой, ведя наш танк в сторону, откуда слышалась стрельба. Однако наш танк остановил не вражеский огонь и многочисленные завалы.

— Грей Стоун, я согласна на твоё предложение, — произнёс громкий, но неожиданно спокойный голос Мелкопипки.

Звук исходил не из гарнитуры, он звучал откуда-то снаружи так что мы, из-за того что я забыл закрыть люк, услышали данное предложение достаточно чётко; чётко, интересно и неожиданно. Лира будто прочитав мои мысли, остановила машину, а я, развернув башню в направлении звука через прицел увидел огромный экран с серой физиономией ненавидящей меня палкоголовой. Далее она продолжила свою речь, только теперь голос шёл также и из гарнитуры на шлемофоне:

— Я знаю, что ты меня слышишь и хотел переговоров. Я готова говорить.

— Чем могу быть полезен мисс Литлпип, — говоря, я с трудом сдерживался от использования ненормативной лексики.

— Скольких пони и грифонов ты убил за последние часы? – судя по тону и выражению морды, Дарительница тоже сдерживалась.

— Не знаю, — ответил я, — там были взрывы.

— Из-за тебя погибло много хороших грифонов, и ещё больше пони.

— Они были наемниками, и погибли, выполняя приказ принести тебе мои оливки.

— Потому что ты убиваешь моих друзей, убил мою особенную пони, и сейчас из-за тебя я теряю многих, кого очень люблю.

— Тех, кого ты убивала тоже любила? – с сарказмом спросил я.

— Не всех, но большинство, — удивительно серьезным тоном ответила Дарительница, — и их жертвы небыли напрасны. Моя жертва не была напрасной. Ради спасения жизней я пожертвовала всем даже своей добродетелью. Я стала злодеем, но подарила этому миру шанс на гармонию.

— Шанс для тех к кому ты лояльна. Что ты собиралась делать с недовольными такого рода гармонией?

— Не имеет значения. Важно то, что я предлагаю сейчас.

— И что же ты предлагаешь?

— Выступи с речью в которой идёшь со мной на примирение и приказываешь мятежникам сложить оружие. Обещаю, что им ничего не будет.

— Не ответила на вопрос. Что ты собиралась делать с недовольными твоей гармонией?

Далее короткая пауза, в течение которой Пипка сделала два глубоких вдоха и продолжила всё также спокойно:

— Всегда были несогласные и ты далеко не первый, но с твоими предшественниками у меня всегда были хорошие отношения.

— Правильно, — ответил я, обращая, а после пояснил: — Ты их обманывала, убивала, покупала, запугивала.

— Иногда для благой цели ограничения морали нужно обходить и нарушать. Я знаю – ты со мной согласен. Ты убедил жителей этого города в правильности борьбы с капитализмом и возможно сам это поверил. Я знаю – ты со мной согласен…

— Нет, — я перебил Дарительницу и, продолжая речь, всё больше обращал внимание на странное посинение белков её глаз: — Ты ничего обо мне не знаешь.

— Не так много как хотелось бы, но и ты много не знаешь. Мои предки живут в этом мире тысячелетия, я прожила здесь всю жизнь. Этот мир – это я. Я его спасала, строила и защищала, проливая свою кровь. Я люблю этот мир. Люблю также сильно как убитую тобой мою особенную пони. Есть ли в нашем мире то, что ты любишь также сильно?

А вот это – правильный вопрос. Я даже выдержал паузу, думая над его ответом.

Есть ли в этом мире хоть что-то что я люблю? Было ли на Земле хоть что-то к чему я мог применить это чувство? На Земле этим что-то могли быть: родные, полная недостатков страна, оружие, военная техника, может ещё что-то. В этом мире изменилось немногое. Пусть в нём нет моей страны, но есть скопированное с земного оружие, а также боевые машины в одной из которых я сейчас и находился.

Танк он и в другом мире танк – могущественная, но не лишённая слабостей техника, созданная для войны – довольно «грязной» цели. Техника что без своего экипажа просто груда железа но, имея слаженную команду, становиться грозной силой. Ключевое слово здесь – слаженность. У хорошего экипажа слаженность бывает на столь высоком уровне, что ей больше подойдёт слово связь и чем сильнее эта связь, тем сильнее и танк, который не подведёт такой экипаж. Увы, но ни я, ни Лира, ни уж тем более раненный в голову Сулик не подходили на роль такого экипажа. Даже будучи целыми и невредимыми мы не подавали и намёка на слаженность, однако всё может измениться, по крайней мере, я менялся, чувствуя свою связь с танком. Я всё больше отождествлял себя с бездушной боевой машиной, которая будучи слепым рабом своего хозяина, выполняла любые приказы и ничего не имел против. Уверен, что Литлпип была обо мне похожего мнения. Сейчас она, разговаривая со мной с экрана, говорила не с человеком в шкуре земного пони, а с зубастой (ножевые тралы) машиной, покрытой чешуёй брони, смотрящей на неё злобными красными глазами КОЭП.

И тут меня осенило из-за воспоминания о синей палкоголовой в теле аликорна, что испытывала ко мне известное чувство. Не то чтобы я отвечал взаимностью, но я не могу плохо относиться к той кто ко мне так относиться. Интересно — если бы Беатрикс была человеком, то я бы относился к ней по-другому? Наверное да, но какой бы она была? Задавшись этим вопросом, я представил её человеческий образ и … отшатнулся. Учитывая её расцветку, поведение и выражение на морде мне представился образ среднего роста, не обделённой аппетитными формами, с причёской неестественно белого цвета и выражением надменности на физиономии. Даже не знаю – возможно ли любить того чьи качества делают её той кто она есть но притом эти качества ненавидеть; и это не говоря о мерзком голосе. Вся её личность характеризуется словом – надменность – антипод скромности, которую я всегда и во всех ценю. Тем не менее, Трикси не лишена моральных качеств. Она вытащила меня из пыточной палкоголового извращенца (пусть даже из-за неё я туда и угодил) и, пытаясь меня спасти, пролетела через «глаз бури», а также сделала ещё много сумасбродных вещей. Может не надо искать несуществующий идеал и довольствоваться тем, что есть? Всё же нет. Была бы она человеком, ещё бы подумал, а так нет.

— Да, — ответил я. — В этом мире есть, кого стоит любить.

Далее я выдал краткое описание той кто меня любит, если бы она была человеком но, учитывая другую мою любовь и все эти сравнения себя с боевой машиной, дали «специфичный» результат:

Красива она как корпус танка.

Как башня грудь её полна.

Как вал коленчатый проворна.

Как пушка она горда, стройна.

Она горяча как радиатор.

Поверь мне девичья душа,

Она как новенький аккумулятор,

Без подзарядки хороша.

Её глаза как фары блещут

И как цилиндры дышит грудь,

И губы как катки трепещут

Когда я к ним хочу прильнуть.

Клянусь я всеми клапанами,

Клянусь поршнями, шатунами,

И передачей бортовой

Люблю её как танк родной!

— Ээээ… эм… — даже Дарительница замялась от такого ответа но, придя в себя, продолжила столь же спокойно:

— Значит, нам проще понять друг друга. Видишь ли, не всем жителям нашего мира нравиться, как я веду дела но, судя по тому, что я вижу, в этом отношении мы несильно отличаемся. Точнее – ты гораздо хуже. Там где я пытаюсь захватить и сохранить во благо других, ты просто всё уничтожаешь. Следя за тобой я даже была удивлена когда ты вместо того чтобы убить жителей города который хочешь захватить, начал взывать к их разуму читая речи про коммунизм и картошку. Такого я не ожидала и не верила, что жители тебе поверят, пока не увидела их мятеж на своих мониторах. Однако удивление быстро уступило место прозрению. Я поняла, что в твоих речах был смысл. Ты помимо желания вернуться в свой мир тоже желаешь принести своего рода гармонию и самое удивительное – я готова уступить.

— Я не принимаю уступок.

— Ты, наверное, не понял. Если это поможет спасти жизни, то я готова не только стать злодеем, но и пойти на сделку со злом.

— Нет, — снова ответил я, догадавшись, что у Литлпип с глазами.

— Не скажу что удивлена такому ответу. Ты мне не веришь, хотя мы во многом похожи и можем найти компромисс. Думаю, ты и так знаешь, почему я тебя так ненавижу, так что дам тебе первое слово. Не стесняйся, скажи всему миру про своё ко мне презрение.

Тут я негромко засмеялся и, отвечая, произнёс первое предложения в посмеивающейся манере:

— Я тебя не презираю, а просто не боюсь. Наверное, ты к такому не привыкла. Ты называешь себя «героем пустоши», «элементом самопожертвования», борешься со злом, иногда красиво говоришь, но всё равно ты просто бандитка. Бандитка, с гордыней которой, сравниться лишь жестокость рейдеров пустоши. Ты ведь видела в зеркале свою суть рейдера. Некоторые вещи не имеют глубинного смысла, и их стоит трактовать совершенно буквально, но ты выдумала историю про добродетель и убедила в этом как себя, так и весь мир. Ты так давно в деле, что считаешь возможным после всего произошедшего и попытки задавить танком, обожраться ментатами и спрашивать, почему мной нельзя помыкать, и запугать как всех остальных. У меня иммунитет к красноречию, и я не Красный Глаз который, выслушав единорожку под веществами, отдал ей атомную бомбу. Тебе не удастся меня обмануть, как полковника Отема, а после всадить пулю в голову. Ты зарываешься, а значит опасна. И зачем мне такой верить?

— Грей, знаешь почему меня так бояться? – спросила Дарительница, приблизив свою морду.

— Почему?

— Потому что не дураки. И тебе стоило бы задуматься.

— А ты покажи о чём, прямо сейчас.

— Взгляни на своего мёртвого облезлого дружка и всё поймешь.

— Я неее мёртв, — неожиданно сказал Сулик, хотя его голос был, как у готового отойти в мир иной. — Просто перррегруппировываюсь.

— Это поправимо, — сказала Литлпип. — Не думайте, что если ранее вам удавалось убежать, то сейчас будет по-другому.

— Правильно, — согласился я, — будет по-другому. Если ранее ты, наслав на нас ураганы, заставила отступить то сейчас всё иначе – теперь у нас есть танк.

Далее я пояснил причину такого вывода:

— Со стихийными бедствиями невозможно бороться. Приближается ураган — придётся убраться с дороги. Но когда ты в танке, ты можешь дать бой урагану. И победить.

Специфичная фраза. Преувеличение, но суть понятна и притом не лишена красноречия, которое у меня на очень низком уровне. Я даже сам удивился и отольнув от прицела почесал затылок, желая вернуться в прежнее состояние. Дарительница тоже замялась и выдерживала паузу, а я зацепил свой взгляд на фигурке Дискорда. Мне показалось или он мне подмигнул.

— Сильное заявление, — неожиданно произнесла Селестия, но я, прильнув к прицелу, видел всё ту же серую морду, — скоро оно будет проверенно. Пусть тебя не смущает название этого города. Это не Филадельфия, это Багдад.

— Люблю испытания, — сказал я.

Вообще-то не люблю, но тут была словесная дуэль, которую я не хотел проиграть, тем более лесбиянке под веществами. С другой стороны – я ведь мог принять предложение, тем более что совсем недавно сам такое предлагал, и технически это не я а Дарительница идёт на уступки. Однако также недавно Литлпип на предложение мира ответила оцеплением и обстрелом из танков. Она упустила шанс, да и ей просто нельзя верить; Отем Лиф не даст соврать. Хотя она имела право отказать даже без учета, что ранее Вельвет Ремеди выступала с похожим, но ещё более щедрым предложением, и самое главное – она точно не врала. Однако я всё равно отказался, и считал такое решение верным. Также, Вельвет была права и насчёт того что Литлпип никогда не простит смерть Хомейдж. Этих копытных лесбиянок связывало слишком многое, и какое-то спасение незнакомых жизней не заставит Литлпип отказаться от своей мести, пусть даже она утверждает обратное. Однако я не могу просто так отказаться, иначе со стороны это будет выглядеть как бессмысленный отказ от мира. Нужно доказать что Литлпип одержима местью и просто пытается меня обмануть. Нужно её спровоцировать. Она не просто так под веществами – они глушат её эмоции, оставляя больше простора для разума, но ведь я знал насколько велика её ненависть ко мне. За смерть своей сосалки она, будучи одержимой ненавистью, разнесла пол Мэйнхеттена и эта ненависть не пропала, нужно лишь её немного подогреть. Чтобы сделать это я уже начал подбирать слова об их страстной однополой любви но Лира, похоже вновь почувствовала «струны души» и начала за меня; причём в своей музыкальной манере:

— Литлпип и Хомейдж, на дерево забрались, и там целовались

Я продолжил песенное озорство, но с другой рифмой:

— Тили тили тесто, Пипка и невеста, с Хомэйдж целовалась, с вошками осталась.

— ЗАТКНИСЬ И СДОХНИ РУССКИЙ!!! – прокричала взбешённая Литлпип. Вот это настоящая "Дарительница Света".

## Огненный экипаж - Железом и кровью

Взбесить Дарительницу Света — это было даже слишком просто. Правда перед этим я убил её сосалку и некоторых друзей — вот это было совсем непросто. Тем не менее, уверен — выбор был правильным. Ярость — плохой союзник, а у Пипки от данной эмоции буквально рог искрился.

— Рэд Краун, — помню этот позывной — ранее им пользовалась Гаудина, — всем наёмникам компании Коготь! — Пипка пыталась сохранять самообладание, но её голос сильно дрожал. — "Блэкмер Два" захвачен тремя уебанами из СНС! "Блэкмер Два" — приоритетная цель! Уничтожьте уёбков! Как только они сдохнут сражение за город, да и вся война будет выиграна, а каждому наёмнику я лично вручу десять тысяч крышек!

Далее Пипка сделала паузу, в течение которой тяжело дышала. Судя по дальнейшим ноткам смеха в её голосе, она надышалась какой-то наркотой; возможно «винтом».

— Вообще я рада, что вы отказались – посмотрю, как бойцы компании Коготь расчленят и выебут ваши трупы; если от них что-то останется. Эх, сладко спать буду.

— На это тоже ответишь тупой рифмой? – неожиданно спросила Селестия. — Или закончились куплеты?

— Перевелись поэты, — ответил я.

— Поджарились котлеты, — добавила Лира, что было совсем не смешно. В смысле, что нас как раз хотят поджарить как котлеты.

Далее приглушил, но не выключил рацию — речь хотя и осталась разборчивой, но её не слушал. Итак, было понятно, что после мотивирующей речи Пипка прикажет окружить район, а после нас расстрелять из танков, из базук, да из чего угодно. Район нужно покинуть пока в общей суматохе наёмники не успели перегруппироваться. Нужно действовать.

"Головной офис" уборщиков — это одна из укреплённых точек. Нет сомнений, что Когти уделили ей особое отношение, но также есть шанс, что она всё ещё держится, тем более, когда Пипка приказала наёмникам прекратить атаковать прежние цели, сосредоточившись на нас. Добравшись до этого места, мы сможем, объединившись с уборщиками занять оборону, дожидаясь пока огромная группировка ОФОТ выполнит свои задачи, или дождаться подкрепления СНС; годиться и то и то. Проблема в том, что между нами стоит пусть и ослабленная, но всё ещё мощная группировка Когти. Селестия и Литлпип считают, что у нас нет шансов, но их не было и в прошлом, однако мы всё ещё живы — нам не поставили мат. Этот случай — не исключение. Прорваться через наёмников — дерзко, рискованно, но шансы есть. Как говорится: "Врагу не сдаётся наш гордый Варяг. Пощады никто не желает." Правда в нашем случае роль Варяга исполняет захваченный танк наёмников "Т-90 ATILLA MARK IX", но не велика разница – пощады не желаем.

Хватит лирики, пока не сформировалось оцепление район нужно покинуть, так что приказ "Вперёд", и Лира, нажав на педаль (за игрой на пианино она привыкла жать на педали), приводит танк в движение, а я снова отмечаю один интересный факт — танк довольно шустрый. Конечно, когда он за нами гнался, эта особенность была на стороне противника, но теперь — это наше преимущество. Понятия не имею, какой на этом танке движок, но по мощности сравним с газотурбинным, и при этом был не слишком шумный — негромкое жужжание из моторно-трансмиссионного отделения совсем не мешало, а переговоры наёмников и Пипки (Селестия молчала), звуча через треск помех, создавали специфичную боевую атмосферу. Я был прямо полон геройского духа и в мыслях представил, как под музыку из "Неуловимых" мы будем давить этим танком бронемашины наёмников (https://ok.ru/video/871314557590?fromTime=97). Лира, похоже, почувствовав "струны души" начала что-то напевать — хороший знак, лишь Сулик сидя на месте командира, выбивался из атмосферы. Он был .... Был, как во всех смыслах труп — сидел, повернув на меня свою облезлую морду смотря редко мигающим взглядом, будто это не гуль, а сгоревший танкист; с поправкой на видовую принадлежность конечно. Если всё провалиться то мой труп будет выглядеть также, но я прогнал грустные мысли, сосредоточившись на виде через прицел, однако полностью сосредоточиться не получалось – наркотики которыми накачала себя Пипка постепенно теряли свой эффект, так что в её речи появлялось всё больше противоречивых эмоциональных нот.

— Ты убил мою любовь!.... Самым подлым образом!.... Когда она была в ванной! – голос Дарительницы дрожал, будто она была на гране слёзотечения.

— Хули ты разнылась Пипка! Долбаёбки кусок! – а вот я говорил смешливым тоном, и пусть он был наигран, но уверен, что многих повеселила ирония, что я убил сосалку «Ремонтницы Тостеров» именно этим бытовым прибором.

— Призрак тупой обезьяны! Ебучий серый хуесос!!!

— Как красноречиво. Я щас от тебя блевану Литлпип.

— Завали ебало! Я захуярю тебя и всех членососов что тебе помогают! Пиздец тебе выблядок!

Да что с этой мелкой палкоголовой не так? Неужели она думает, что эти матерные неологизмы являются образцом красноречия? Определённо нет, но должен признать – столь малым количеством слов она успела мне надоесть, о чём я «мягко намекнул», однако рацию выключать не хотелось – вдруг там скажут что-то полезное. Пипку нужно заткнуть или хотя бы притупить её эмоциональность.

— Пожалуй, я скажу за всех, — сказала Лира, неожиданно вступив в наш диалог, — если выражу Литлпип запоздалые соболезнования по поводу кончины её особенной пони.

Сомневаюсь, что Лира действительно соболезновала, но в каком-то смысле она понимала Дарительницу. До войны она «тесно дружила» с конфетной земной пони и тоже долго горевала после её кончины.

— Да пошла Дарительница нахуй…. — негромко сказал Сулик, судя по паузам, речь давалась ему тяжело. — Это она всё заварила…. У тех, кого она убивала тоже были особенные пони…. А если и нет, то это ничего не меняет.

— Вы суки должны провалиться от стыда от того что сделали! – судя то тону Литлпип, речи о соболезновании и её собственной вине в произошедшем, не сильно помогли. — Вы сгорите от стыда!.... Если не сгорите в этом танке! Хомейдж была ангелом блядь! Ангелом, присланным с райских лугов!

— Между прочим, — перебила Лира, — я уверена, что Хомейдж сейчас в лучшем мире. Может быть, там у неё жизнь сложиться, и она будет думать, прежде чем лизать пизду всяким зашедшим выходцам из стойл.

— Я вообще-то скорблю, ёб твою мать!!! Скорблю нахуй…. Моя скорбь будет вечной… Она останется в моей памяти. Воспоминания у меня никто не отнимет.

— Ебальник защёлкни…. – тихо сказал Сулик. — Мы придём за тобой…. Мы тебе башку к ебеням снесём.

— Попробуйте хуесосы, — ответила Пипка. Я же снова убавив громкость, отчаянно пытался действовать, не обращая внимания на речь.

Город в сером смоге казался таким пустым, но даже через танковую броню слышалась стрельба, канонада, взрывы и прочие "военные шумы". Город был как разворошённое осиное гнездо с поправкой, что одни "осы" убивали других, вот только этого я не видел. Возвышающиеся дымящие трубы, различные заводские корпуса, подбитая техника наёмников, иногда удавалось различить лежавшие на дороге трупы, но мы не сворачивали; наверняка теперь наши гусеницы оставляли красные следы — символично. На этих нехороших мыслях мы переехали железнодорожные пути, выехав на улицу с жилыми зданиями. Эти дома и ранее выглядели, как после войны, но теперь в дополнение на них появилось множество свежих следов пуль и снарядов. Некоторые из них горели чёрным дымом, некоторые вот-вот собрались рухнуть, но большинство были ещё более-менее целыми, пусть и не имели неразбитых окон.

Именно из одного из таких оконных проёмов в нас полетел снаряд — бойцы ОФОТ приняли нас за наёмников, и после первого выстрела пустили "вдогонку" ещё несколько гранат. Благо гранаты PRIG не отличались высокой пробивной силой, особенно когда попадали не в броню, а навесное оборудование. Танк сильно не пострадал, но теперь у него выбит правый "глаз" КОЭП. Честно говоря, я не сразу втупил что произошло в отличие от полосатого гуля. Сулик, несмотря на пулю в башке, не остался безучастным и, прильнув к прибору наблюдения, навёл огневой модуль на башне в сторону, откуда стреляли. Далее он на что-то нажав (потом выяснил, что на месте командира была специальная педаль), заставил развернуться башню танка в нужную сторону. Я, поняв, что происходит, сам прильнул к прицелу, но видя подсвеченное красным лазерным лучом окно, не стал открывать огонь. Те копытные были за нас, просто не знали что этот танк захвачен, к тому же красный свет и вид поворачивающейся башни заставили их в панике выпрыгнуть из окон. Когда здание скрылось в смоге я повернул башню обратно походу движения — враг был впереди.

Поравнявшись с длинным тёмно-красным заводским зданием, мы встретили первых наемников из оцепления. Десятка два копытных скучковались у БТРа и танка аналогичному нашему "Т-90 ATILLA". Даже через смог я, смотря в прицел, видел в их больших глазах удивление. Они колебались думая, что мы можем быть с ними в одной команде. Не доехав до них примерно пятьдесят метров я, скомандовав Лире "Короткая!", развеял все сомнения. Выстрел и в "заман" противника попадает наш снаряд. Не знаю, какого типа он был, но на дисплее была синяя полоска, и если не изменяет память, по стандартам НАТО, бронебойные снаряды помечают как раз синей полосой. Как бы то ни было, но снаряд пробил броню. Вражеский танк, произведя непроизвольный выстрел "в молоко" далее опустил дуло. Из его дула и люков тут же под большим давлением повалил белый дым, сменившийся струёй зелёного(!) пламени. Наёмники после такого даже не пытались отстреливаться, разбегаясь в рассыпную, однако убежали не все. Лира, помня уроки за пианино, не дожидалась команды "Вперёд" и, дав по газам, смяла как вражеский БТР, так и неосторожных наёмников. Параллельно этому я вёл огонь из спаренного с пушкой пулемёта, и даже Сулик что-то мыча, вёл огонь из дистанционной турели на башне. Две минуты — и всё кончено.

— Рэд Краун Питону Один! — кричала Мелкопипка. — Почему молчите?!

— Вы потеряли Питона, — ответила Лира.

— Уёбки! — Дарительница была в своей манере. — Не важно скольких наёмников вы убьёте, сколько танков сожжёте — вы сдохните в этом городе! Вы уже мертвы!

— Погибать так с музыкой, — ответила музыкальная пони.

Действительно — погибать так с музыкой. Это была одна из шуточных причин почему я взял с собой Лиру но, похоже, копытная понимала это слишком буквально, хотя чего ещё ждать от той кто была создана искусственно, причём с врождённым музыкальным талантом? Не того что произошло далее. Мне казалось, что Лира применит свою магию и сыграет на "наших струнах" какую-нибудь спокойную мелодию (она любила именно такие) но светя своей дрелью, единорожка не создавала мелодичные звуки, она использовала обычный телекинез и вскоре понял зачем. Просто в тесноте танка я не видел что происходило, только жёлтый свет ауры, но судя по звуку "зажёвывания" кассеты голодиска, Лира вставила тот в магнитолу. Наличие магнитолы на танке меня удивило не так сильно как звучащая мелодия, слова этой мелодии, а главное голос. Пускай ранее я его не слышал но был достаточно наслышан об писклявой речи Пинкамины Дианы Пай. Теперь понятно, что было записано на кассетах что лежали на её "мемориале".

Подключись ко мне и играй

Подстрелю тебя, так и знай.

Бомбы с пулями землю рвут,

Все, что нам нужно

Немного паники вокруг.

Под эту песню наш танк двигался через баррикады, отстреливая "Фалькатусы", БТРы противника, и собственно самих наемников, что имели неосторожность попасться на нашем пути. Не хотелось это признавать, но происходящее было даже забавно. Казалось, что когда ты в танке тебе нестрашны не то что копытные в силовой броне, а сам чёрт. Песня Пинкамины укрепляла данное настроение.

Догони меня, поймай.

Не прокатит игнор,

Поднажми еще, давай,

Но я дам отпор.

Стреляй, быстрее и нам будет веселее.

Устроим вместе мы беспорядок,

Он для меня анархии порядок.

Сожжем дотла мы город,

На копов наплевать.

Достала нас опрятность,

Он проклят и его пора взорвать.

Однако вскоре нам повстречался более достойный противник — из-за угла здания показалась колонна броневиков Фалькатус и один Двуствольный танк. Не тратя слова на команды Лире, хватаюсь за джойстик и резко поворачиваю танк влево. Броневик во главе колонны перевернулся, напоровшись на ножевой трал, а после смялся под гусеницами Т-90. Следовавшие за ним машины тут же начали беспорядочно поворачивать, но не они были моей целью. Вражеский танк представлял серьезную угрозу, вот только его экипаж, будучи обескураженным произошедшим, выстрелил слишком рано. Выстрел дуплетом не выполнил свою задачу — один снаряд прошёл мимо, а второй по касательной к башне сорвал навесную защиту, но не повредил корпус. Я не допустил подобной ошибки и, поворачивая башню, дождался, когда прицел будет смотреть в "корму" танка.

— Короткая!

Выстрел был почти в упор, тем более в слабое место. Танк он и в другом мире танк, и как у любого танка его наименее слабые зоны: корма, крыша, днище, и двуствольный танк не был исключением. Не знаю, что у него там было (двигатель или боекомплект), но после попадания танк секунду постояв, рванул так, что от него остались только катки да перевёрнутая башня.

Так-то лучше, веселей.

Погасим солнце, давай смелей.

Вообще-то в тот момент веселье уступило место ужасу. Не то чтобы я жалел наёмников (в глубине души всё же жалел) просто столь близкий и мощный взрыв мог повредить и нашу машину. В реальность меня вернул Сулик развернувший башню в сторону наёмников. Некоторые из них были с гранатомётами, некоторые были уже мертвы (полосатый отработал по ним из огневого модуля) но другие вели по нам огонь. Жму на гашетку и наблюдаю, как перекошенные от ужаса морды ловят пули из спаренного пулемёта. Не все из них удостоились чести умереть от пули — Лира активно использовала гусеницы. Ещё минута и колонна полностью разгромлена.

— Ебать Грей! – сказала Дарительница через приглушенную рацию и треск помех, судя по голосу, она снова надышалась. — Скольких хороших пони и грифонов ты убил. Честных наёмников выполнявших контракт, ранее спасших многие жизни. Но они же стояли между мной и тобой – это оправдывает их убийство, не так ли?

Не то чтобы наркотические призывы к совести на меня как-то влияли, но рацию снова приглушил, после чего приказываю Лире двигаться вперед, а сам засомневался в правильности действий. Я не знал, куда мы едем. Потерял ориентиры — заблудился. (Всюду огонь, идет революция, пули свистят, мародеры на улицах.) Кругом смог, дым пожарищ, отовсюду стрельба — ничего непонятно. Надеясь, что на месте командира приборы наблюдения лучше, встаю с места и сажусь "на колени" к полосатому, тот угрожающе фыркнул, но не стал возражать, я, же прильнул к панорамному прицелу. Обзор был лучше, но всё равно ничего непонятно — те же одинаковые жилые здания, те же дороги и перекрестки, правда, в один из моментов мы проехали мимо здания со статуями двух земных пони на входе, что стояли в положении на дыбы. "Ранее мне не приходилось здесь убираться, куда нас занесло?" Данный вопрос вслух я так и не задал, так как в панораме появилось кое-что интересное.

Нам предстала улица вся забитая вражеской техникой. Бронеавтомобили, БТРы, автоцистерна и гражданские фуры, а чуть далее в ряд стояла бронетехника, состоящая из трёх двуствольных танков и одного Т-90. Судя по увиденному, они нас ждали, но башни смотрели не в ту сторону. Неужели петляя по улицам, мы запутали не только себя, но и противника?

"Не думать лишнего" — сказал про себя и, отдав приказ "Стоп!" произвёл выстрел. Попадание под погон не оставило двуствольному танку шансов. Далее медленный ход назад и по нашей башне рикошетит снаряд вражеского Т-90. Выстрел и уже наш снаряд попадает в Т-90 — в маску орудия; не пробивает, но похоже контузит экипаж, второй снаряд завершает дело. Оставшиеся два двуствольных разворачивают башни вместе с корпусами машин, но перед тем как успели открыть огонь мы уже "спрятались" за углом здания. Теперь между нами была "дуэль" противник имел преимущество в скорострельности, но его снаряды большого калибра были явно осколочными, иначе я не знаю, почему мы, словив четыре попадания всё ещё живы. Может я был неправ считая, что это танки? Может на самом деле эта техника просто очень странные САУ? Это бы объясняло наличие двух стволов. Опять думаю лишнее, благо Лира сохраняла самообладание. Вперёд. Выстрел. Чуть назад и автомат заряжания подает новый снаряд. «Выстрел — снова попадание, на другой войне ходил б с медалью. Мы в ответ словили плюху, благо рикошет.» Но не рикошетом единым — перед этим противник "содрал" нам динамическую защиту и один из минных тралов. Последнее не жалко, а вот без "чешуи" несколько стрёмно, благо танки противника нахватав наших "лаптей" теперь не шевелили башнями и начали коптить чёрным дымом.

Поняв, что угроза устранена и для следующих целей бронебойные избыточны, наугад выбираю снаряды с зелёной полоской и произвожу выстрел, целясь в автоцистерну. Вспышка зелёной плазмы и бочка детонирует красной вспышкой. Веду огонь из пулемёта и, дождавшись перезарядки, пускаю ещё снаряд. И так далее, снаряд за снарядом. Увиденное было одновременно прекрасно и жутко. Как словно факелы вспыхивают вражеские машины, как из взорвавшейся цистерны догорают ручьи топлива, как разбегались и отстреливались наёмники. Последним был отдан больший приоритет, но у нас не было времени разбираться с каждым отдельным когтем, но конкретно те были уже обречены — им, ни за что не выбраться из огненной ловушки, так что, стреляя я скорее избавлял их от страданий. Однако пламя охватило не только улицу и вражескую технику — огонь перекинулся и на соседние дома; надеюсь там не было бойцов ОФОТ.

Как бы то ни было — противник уничтожен, вот только что-то подсказывало — эта "засада" была импровизированной. Скорее всего, изначально эти наёмники не собирались в нас стрелять, да и мятежные жители небыли их целью — они эту автоцистерну с фурами защищали. Точнее пытались вывести топливо и ещё что-то, но получив приказ от Дарительницы, решили подзаработать — итог печален. Земля им стекловатой.

Не дожидаясь пока враг опомнится и подтянет подкрепления, приказываю развернуть танк — вряд ли противник ожидает, что после такого мы повернём назад. Возвращаюсь на знакомую улицу и приказываю повернуть налево — в сторону откуда велась стрельба. План добраться до "штаб-квартиры" уборщиков всё ещё актуален, но бойцам ОФОТ тоже нужно оказать помощь — вряд ли им также повезло захватить вражеский танк, так что нужно уравнять шансы.

На площади перед одним из многочисленных оружейных заводов мы обнаружили новое скопление противника. Десятка два БТРов, несколько танков и прорва наемников, в том числе и парящих над землёй грифонов с пегасами. Последние тревожно озирались, ожидая нашего появления, другие же вели огонь по находящимся вокруг зданиям. Стоит отметить, что часть техники была подбитой, да и на площади помимо живых были трупы копытных в синей броне. Похоже, мы застали бой с мятежниками. Им (мятежникам) нужно помочь, так что я, рассчитывая на внезапность, даже не отдал команды "Короткая" сходу открыв огонь.

Выстрел плазменным снарядом в БТР и прячущихся за ним копытных, предсказуемо вызвал панику, в которой противники на танках не сразу поняли что произошло. Следующий выстрел был уже бронебойным в борт Т-90 — танк не загорелся, но его экипаж в спешке покинул машину. Далее расталкивая подбитую и целую технику прорываюсь на площадь, давя ещё живых врагов. Как говорил мой инструктор по вождению: "Пешеходы — это как кегли в боулинге, если переходят в неположенном месте не стесняйся, дави." С данным утверждением я не был согласен, да и те чьи кости (ещё силовая броня) хрустели под нашими гусеницами были скорее "побочным ущербом". Нашей целью было зайти к танкам противника с тыльной стороны и если при этом кто-то попадал под гусеницы, то это было просто приятное дополнение. Благо, что двуствольные, в отличие от Т-90, были не такими шустрыми, правда некоторые успели развернуть башни и засадить нам два снаряда. Трясло сильно и от вспышки плазмы некоторое время болели глаза, но броня выдержала. Похоже, двуствольные действительно созданы для борьбы преимущественно с живой силой. Судя по повреждениям зданий, они успели отработать по мятежникам, но их снаряды не пробивали броню нашего Т-90. Сама же местная интерпретация танка РФ была более универсальна — были как осколочные, как плазменные и главное, бронебойные снаряды, к тому же танк был довольно шустрым.

Теперь понятно, почему Когти, продавая рейнджерам БТРы и двуствольные танки, не опасались, что эта техника будет применена против них — имея на вооружении Т-90 можно не опасаться двустволок. С другой стороны, зачистив площадь, двигаясь далее по улице, мы замечали множество подбитой техники, среди которых встретился и аналогичный нашему танк. Чем его подбили, не знал, но рискну предположить что "контактной управляемой миной". Хорошо ещё что, двигаясь по улицам, я старался не тормозить, лишь изредка командуя "Короткая!" после чего стрелял по встреченной технике. Копытные — не фанатичные сушиеды и не готовы бросаться под гусеницы, а в движущийся танк попасть довольно сложно; даже если речь идёт о ливитирующей в поле магии управляемой мине, да и вообще – в условиях городского боя остановка танка на перекрёстке равносильно самоубийству. Не то чтобы я был знатоком городского боя, но мне были известны некоторые приемы «танковой душегубки», среди которых было и особое отношение к перекрёсткам. Судя по горящим машинам наёмников, копытные учли мои лекции.

Как бы то ни было, но я был неправ считая, что местная интерпретация земного вооружения никуда не годится. Конечно, в сравнении с оригиналами местные волыны проигрывают во всех отношениях, но ведь местные разумные даже не гуманойдны, так что ненужно удивляться, что эргономика их пукалок не подходит для прямоходящих, а местные патроны слабее земных. С бронетехникой та же история — с виду нелепые БТРы и танки вполне подходят для местных условий, а захваченный нами Т-90 кажется вообще превосходит оригинал. Наш танк словил десяток снарядов, и ещё больше гранат (как от мятежников с их PRIG, так и ракет базук наёмников) но всё ещё на ходу и боеспособен; даже трещины на прицеле не мешали обзору. Может рано делать выводы по одной машине, но если в дальнейшем местные сохранят данную планку, то буду вынужден признать — делать танки копытные умеют.

Увы, но на оптимистичных мыслях у меня всегда случалось что-то плохое, и этот случай не был исключением. В углу прицела заметил вспышки выстрелов, после чего перед нашим гусеницами комьями поднялась земля, а осколки дождём осыпали изрядно потрёпанную броню. Двуствольный танк стрелял из проёма в здании надёжно укрытый обломками стен. Стрелял прицельно и, понимая, что нашу броню не пробить, метил в ходовую, но дал слишком большое упреждение. Я не отдавая команды "короткая" начал разворачивать башню надеясь поразить противника прямо на ходу, но тут очередной снаряд ударил в башню. Броня не была пробита, но мы получили осколочное поражение отколовшихся фрагментов, а также "ударное действие". От части осколков меня защитил бронежилет, а вот остатки "картонной брони" нихрена не помогли, так что ноги ощутимо жгло от свежих порезов. Голова хотя и не словила смертоносный металл, но и танкошлем не очень помог, так что звон в ушах был будто я не в танке, а на колокольной вышке в "Рождество Христово". Сулик от такого динамического удара даже сознание потерял.... Надеюсь, что только сознание. Вроде на нём нет кровоточащих ран, да шлем на голове цел.... Он жив — просто без сознания. Хорошо хоть Лира, будучи не в башне и устойчивой (она кантерлотский гуль) к такого рода вещам, не потеряла управление и вела танк, пытаясь выжить из движка всё что можно. Она понимала, что останавливаться и стрелять в ответ смерти подобно, и пыталась проскочить опасный участок. Она хотела добраться до находящихся впереди зданий, где можно скрыться. Я не был против вот только двигаясь по прямой мы были очень удобной мишенью, а противник не упустит своего шанса. Нужно, что делать вот только....

"Уходи вправо!!!" — прокричал смутно знакомый голос (не Лира и точно не Сулик); причём прокричал удивительно четко, будто был буквально в моей голове.

Времени думать не было, но совет "уходить" игнорировать не стал и, взявшись за джойстик, повернул налево.

"Идиот" — теперь голос звучал тише и, судя по тону, он не удивился, что я перепутал лево и право.

Голос пусть и звучал тише, но это было как прелюдия грохоту от попавшего в заднюю часть башни снаряда. Однако, в связи с нашим резким поворотом, снаряд прошёл по касательной, не повредив броню, но содрав закреплённую на башне "бочку". Сам же танк, пробив стену, въехал на территорию знакомого завода — надпись на стене "WATSON UMBRELLA"; копытные с самопальным оружием и редкие уборщики отмели все сомнения. Теперь всё зависело от Лиры. Сможет ли она, лавируя между бетонными колоннами, промышленным оборудованием и мечущимися копытными вывести нашу машину, желательно при этом никого не задавив? Вроде обошлось — не задавили, хотя мне через прицел нихрена не видно. Видел только стены, мечущихся местных да большие ворота, снеся которые мы выехали в городской смог.

Шок от произошедшего быстро прошел, уступив место вопросу — что это был за голос? Говорил мужик, причём надменно, будто.... Я перевёл взгляд на мотающую головой фигурку, стоящую на прицеле.

"Дискорд" — мысленно произнёс я, глядя на мотающего головой козломордого.

"Он самый" — ответила фигурка, не шевеля ртом и, перестав мотать головой, продолжила:

"Советую остановить танк. Когти в замешательстве, не разобрав, куда вы подевались но, обнаружив дыру в стене, встретят сопротивление ОФОТ. Этим можно воспользоваться и уже самим атаковать этих защитников гармонии."

Полный сомнений я всё же последовал совету, однако, приказав Лире остановиться далее мысленно продолжив разговор, начал с выражения своего недоверия:

"Тот, кто пытался утопить меня в кастрюле вдруг предлагает помощь?"

"Сон нельзя убить" – ответил Дискорд. — "И я помогал тебе с самого начала, просто ты этого не замечал."

"Звучит неубедительно."

"Понимай, как хочешь, но я тебе не враг. Пусть ты мне отвратителен – из-за тебя погибла Флаттершай, но мы можем быть друг другу полезны."

"Ты же всесильный — можешь щелчком пальцев обрушить на неугодных лавину мороженого. Чем я могу быть тебе полезен?" – голос моих мыслей так и сквозил сарказмом.

"Как тебе известно – я сейчас в каменных оковах в месте, откуда не выбраться."

"Хочешь чтобы мы, победив, организовали Лунную программу? " – спросил я, но в мыслях был сплошной сарказм.

"Разумеется" – ответил Дискорд и судя по голосу тоже с сарказмом. — "Переименуете Мейнхетен в Мыс Карнавал, а тебя после тренировки в стиралке посадят на место космонавта."

"Почему именно в стиралке?" – подумал я, оценив игру слов Канаравел и Карнавал.

"Потому что вряд ли пони снизойдут до постройки настоящей центрифуги, а первое правило космонавта: хочешь жить – умей вертеться."

Это… Это было… Остроумно. Правило космонавта: хочешь жить – умей вертеться. Дух хаоса не обделён чувством юмора. При нашей первой встрече он пытался утопить меня в борще, а сейчас шутит насчёт центрифуги из стиралки. Однако….

"Мне уже приходилось вертеться в самой настоящей воронке торнадо и не думаю, что это ты говорил серьезно. Чего ты хочешь? Хаоса межмирового масштаба? "

"Бери выше." – ответил Дискорд и, похоже без сарказма. — "Я многое объясню, но в своё время и не здесь."

"Опять мне в башку залезешь?"

"Будучи на Луне я очень ограничен, но разум призрака уязвим, так что говорить с тобой я могу и без проникновения в сон, однако там будет наглядней, а сейчас — хватит разговоров! Ты мне нужен! Ты и твои друзья! Нужны живыми! "

"Хоть кому-то кроме Селестии я нужен живым" – с сарказмом подумал я, хотя это было не так; Трикси, копытным из СНС и ОФОТ я тоже нужен живым, но там совсем другое.

Другое или нет, но Дискорд предложил помощь, а также то чего мне очень недоставало – информации. Знания, полученные от Лиры оказались бесполезны, но Дискорд явно предлагал что-то стоящее, да и его фигурка, несмотря на всю нелепость, изображала что-то незлое. В итоге я принял предложение:

"Для большинства людей прошлое – сожаление, а будущее – эксперименты. В нашей культуре олицетворение зла, именуемого Дьявол, часто изображают с козлиной мордой, но в Аду лишь Дьявол может оказать помощь."

"Я дух хаоса, а не страданий" – ответил Дискорд. — "А Литлпип никакой не Люцифер – просто мелкая лесбиянка с криминальными талантами, которой я тоже помогал. Соглашайся?!"

"Я согласен…. Постой! Ты ей помогал?!"

"Не так как хочу помочь тебе, и прикуси язык – дело серьезное! Поблизости два Т-90 и один Гигахорс. Один позади тебя за зданием, второй на два часа, Гигахорс ты уже видел. Через два квартала десяток «Гигахорсов» осуществляют перегруппировку и ещё несколько заняли позиции по периметру. Всё это не говоря о прочих наёмниках — чертовски злых и их дохрена."

"Понял" – перебил я Дискорда. — "На два часа. Обойду уёбка с фланга и засажу ему в борт бронебойный."

"Именно это, но действуй, как говорю. Никакой инициативы!"

Честно говоря, последнее мне не нравилось, но информация Дискорда подтвердилась – танки были именно там где он указал. Также его советы по ведению боя очень помогли. По сути, он занял место находящегося без сознания полосатого гуля — был как командир танка, я же командуя Лирой, был его голосом, а также исполнял обязанности наводчика. Выполняя команды Дискорда я выбирал снаряды, занимал позиции, а после стрелял уже на своё усмотрение. Дискорд не знал где у танков слабые места и оставлял выбор за мной. В итоге мы быстро расправились с окружившими нас Т-90 и Gigahorse, что не осталось без внимания Дарительницы.

— Святые дойки Луны!!! Как?! Как блядь это возможно?! Как вы не можете их остановить?! Вы превосходите их во всех отношениях. Числом! Тактически! Подготовкой!

— Думаете окружив, поставили нас в безвыходное положение, — с сарказмом ответил я, — в действительности вы лишь сами себя загнали в ловушку.

— Этот идиот собирается доставать меня до конца жизни?

Вопрос Литлпип звучал, как риторический, но был задан удивительно спокойным тоном, так что я решил ответить своим вопросом:

— Твоей или моей?

— Скоро узнаем, — судя по спокойствию Пипки, она снова что-то приняла, но что-то подсказывало скоро эмоции возьмут верх над эффектом наркотиков, однако пока речь была спокойна: — Ты не устал, сея хаос в нашем мире? Не запыхался? Раны не ноют? Нет? А вот я устала, просто наблюдая за тобой.

— Ты можешь сдаться. Обещаю — мы будет соблюдать Женевскую конвенцию.

— Не пытайся мной командовать Призрак! – эмоции взяли верх. — НКР победит! Гармония победит! Я всегда побеждаю, и знаешь почему?! Потому что я ставлю на карту всё ради победы! Честно говоря — зря психую. Узнав, что ты в городе я должна была радоваться, что мне так везёт. Наконец-то смогу отомстить.

Далее короткая пауза, в течение которой Пипка опять чем-то надышалась, а после спокойно продолжила:

— Группе Баллиста. Противник на 12 в квадрате Е4. Уничтожьте квадрат.

«Уходи вправо!!!» – прокричал Дискорд а после дал пояснение:

«По кварталу нанесут артиллерийский удар!»

По понятным причинам я не стал игнорировать совет, и джойстиком развернув танк, приказал Лире «Полный вперёд!». Очень вовремя – казалось, что взрывы стелились за нами подобно ковру. Неудачное сравнение, но знание термина «ковровая бомбардировка» вызвало именно эту ассоциацию. Лишь редкие взрывы появлялись по ходу нашего движения, но мы не обращали на них внимание. Конечно, прямого попадания в верхнюю броню танк не выдержит, однако позади нас был огневой вал, так что стоило надеяться на удачу, а также мощность движка. Удача, а главное движок не повели – прямого попадания удалось избежать, а двигатель разогнал танк достаточно быстро, чтобы обогнать огневой вал, который вскоре затих.

Однако я не отдавал команды «Стоп» и даже «Убавить обороты». Пипка всё ещё за нами следит и, поняв, что мы ускользнули из под артиллерийского огня, наверняка отдаст приказ обстрелять другой квадрат. В этом случае лучше двигаться побыстрее. Когда на перекрёстках находиться засады ОФОТ в любом случае лучше двигаться побыстрее, вот только на полном ходу сложно ориентироваться, да и Дискорд ничего не говорил, так что я отдал команду «Стоп!» только когда мы, пробив сетчатый забор, въехали на территорию сталелитейного завода. Прямо в огромное помещение с печами и висящими под потолком ковшами расплавленного металла.

В прошлом это сооружение сыграло важнейшую роль в судьбе героев пустоши. Будучи восстановленным рабами Красного Глаза данный завод служил, по сути, для одной цели – переплавки различного металла для изготовления металлоконструкций из которых был построен Собор. Теперь продукция этого завода находила применение во многих отраслях, в том числе и изготовление местной бронетехники, так что не удивительно, что за него сейчас велась ожесточённая борьба. ОФОТ с уборщиками с одной стороны, наёмники и бронетехника с другой и мы прямо между двумя фронтами. Естественно я, поняв, куда мы угодили, отдал команду «Стоп!» и, наклонив джойстик, заставил танк произвести настоящий «полицейский разворот» (https://youtu.be/UhECAwI4xHs). Время в тот момент снова будто замедлилось (и как Дискорд это делает?) а я, до этого отождествляя себя с нашим танком, каким-то непонятным чувством ощутил нагрузку на подвеску высечение искр из под гусениц. Как будто этого мало противник не растерялся при нашем появлении, так что к нашему танку тут же стала разворачиваться башня вражеского Т-90. Благо противник был нетерпелив и выстрелил, не дождавшись нашей остановки — снаряд прошёл по касательной башни.

«Рикошет!» — прокричал Дискорд, причём почему-то через треск помех, а после дал нестандартный, но дельный совет:

«Назад и стреляй по ковшу с металлом!»

Действительно – наш выстрел мог и не пробить лобовую броню, а ковш с металлом был прямо над вражеским танком, проблема, что в мёртвой зоне нашей пушки. Ситуация была необычна но я доверился Дискорду, так что, отдав команду «Назад!» далее, подняв орудие, отчаянно надеявшись, что ковш попадёт в перекрестье раньше, чем автомат заряжания вражеского танка сделает своё дело. Время тогда не замедлялось, но эти доли секунд длились как вечность. Вот ковш уже в перекрестье. Выстрел и на вражеский Т-90 выливается расплавленный металл. Экипаж того танка передумав стрелять, дал ходу но гусеницы завязли в расплавленном металле, а может сами начали плавиться. Естественно люки тоже не избежали участи плавления, так что экипаж не смог выбраться. Судя по тому, что боекомплект рванул только через минуту, наёмники сварились заживо – жуткая смерть. Надеюсь, они потеряли сознание раньше начала возгорания.

Однако группировка наемников, ведущая бой на заводе не ограничивалась одним танком, так что в нас тут же полетели ракеты из базук. Я не собирался помирать под этим ливнем пуль и гранат, так что отдал приказ:

— Вытаскивай нас!

Лира всё поняла, только перед тем как нажать на газ, сделала нечто нормальное для музыкальной пони, но вызвавшее у меня зубной скрежет – поменяла кассету (то есть голодиск) в магнитоле.

Новая песня была уже в исполнении Флаттершай, причём на чистом немецком языке (!). Нет, я конечно понимаю что в имени Флаттершай есть что-то немецкое, но и подумать не мог что эта жёлтая пернатая копытная знает этот лающий язык. Первые признаки удивления быстро уступили место другим, когда я узнал эту композицию, и честно – в исполнении Пинкамины песня 99 Luftballons (https://youtu.be/La4Dcd1aUcE) была бы более актуальна. Наверное розовая любительница шариков просто не знала немецкого.

Как бы то ни было, именно под этот известный шлягер 80-х Лира, лавируя между подбитой техникой (БТРы, Фалькатусы, двуствольные танки) вела танк к огромным воротам ещё более огромного завода. Всё это под обстрелом, но к счастью местные базуки по пробивной силе слабее своего земного прототипа, вот только наша броня была изрядно потрепана, а какой-то наёмник умудрился попасть нам под погон, заклинив башню.

— Башню заклинило! – крикнул я Лире. — Теперь мы самоходка! Орудие будем наводить движением корпуса!

— Поняла! – ответила Лира, а после, когда мы выехали из помещения, добавила: — Грей мне нужно, чтобы ты….

— БЛОК ТАНК!!! – крикнул я, видя в углу прицела шагающую боевую машину (http://biglazyrobot.com/wp-content/uploads/2013/09/Keloid_07.jpg), и взявшись за джойстик, повернул наш танк прямо на робота. Увы, слишком сильно, так что далее пришлось скорректировать курс, потеряв драгоценные доли секунд.

К сожалению, прежде чем успел нажать на спуск, робот сам произвёл выстрел (https://youtu.be/1Nc8a9gnDso?t=141) и, судя по образовавшемуся в танке розовому дыму, целясь в мехвода, он достиг цели. По злой иронии это произошло на словах Флаттершай «Hielten sich für Captain Kirk Es gab ein grosses Feuerwerk». Хорошо хоть магнитола тоже пострадала, так что песня Флаттершай для Пинкамины в мгновение затихла. На этом хорошее исчерпывалось. Наш танк, тут же потеряв управление, отклонился, вправо. Я от такого рывка случайно нажал на спуск, пустив снаряд в молоко.

«Действуй гусеницами!» — крикнул Дискорд.

Совет козломордого был необязателен — и так бы додумался. Помня о дублированном управлении, взял его (управление) на себя и, развернув танк, пошёл на таран. Тогда мне было пофиг что скоро в стволе будет находиться снаряд, хотелось переехать эту шагающую железку и желание сбылось. Пускай шагающая ходовая и даёт многие преимущества в плане проходимости, но не в скорости и маневренности. БЛОК ТАНК не успел развернуться, прежде чем Т-90 достиг цели. Удар пришёлся в бок, опрокинув робота, после чего я сдав чуть назад, переехал лежащую машину. Робот, проминаясь под нашими гусеницами, недолго шевелился и, сделав непроизвольный выстрел, вскоре затих.

Ещё одна опасность миновала, но появилась другая – розовый газ оказался очень едким. Конечно, моя аномальная магическая аура обеспечивала определённую защиту – плоть не въестся в одежду, да и вряд ли отравлюсь, но всё равно танк нужно проветрить.

Не съезжая с БЛОК ТАНКА ставлю джойстик на «нейтралку» и, открыв люк, высовываюсь, жадно глотая грязный воздух. Как это было приятно но, отойдя от первой эйфории, быстро задумался:

«Лира! Они убили Лиру!»

«Мехвод контужен», — через треск помех ответил Дискорд, но продолжил уже без фоновых шумов: «Жива она, но получила попадание в брюшную полость и минут десять будет восстанавливаться».

Прямо с души отлегло. Лира жива – хоть какая-то приятная новость, однако….

«Сулик! Он словил пулю в голову и наглотался розового газа!»

Дискорд не стал отвечать, но ответ был неважен, в любом случае я бы сделал то, что сделал.

Поле двух глубоких вдохов ныряю обратно в танк и хватаю тело полосатого гуля. В тот момент мне показалось, что это именно тело. Гуль не дышал, а на то, что я его резко потащил, никак не реагировал. Тут я замялся, задумавшись: стоит ли надрываться, вытаскивая из танка мёртвое тело? Просто бой ещё незакончен и каждая секунда на счету, а если Сулик мертв, то ему всё равно где находиться – в танке или на улице затянутого смогом города. Решил, что пусть он так и останется на месте командира, которым он никогда не был, а также высказал свою дань уважения:

— Прости приятель – мы не сможем отомстить за твою страну, но твоя смерть не будет напрасной….

Договорить не смог, так как труп резко начал проявлять признаки жизни. Открыв глаза и пасть он накинулся на меня подобно зомби, или точнее дикому гулю. Конечно, он не пытался сожрать мозги, но всё равно выглядело жутко.

— Ебать блядь!!! – непроизвольно вскрикнул я.

На гуля русский мат подействовал «отрезвляюще» — его «обнимашки» вдруг стали менее тесными. Гуль начал обретать сознание, и я решил это ускорить:

— Друг, я думал тебе пиздец! – гуль не понимал русского, но сказанное возымело своё действие, однако для понятливости следующее произнёс на понятном для местных: — Отъебись от меня.

Гуль действительно «отъебался», а после уставился на «Чебурашку» удивлённым взглядом.

— Тебе в башку попали, Сулик, — пояснил я.

— Где я блядь?! – спросил полосатый, а после добавил: — И кто ты?

— Твой друг, — ответил я.

— Постой, — после секундной паузы ответил Сулик, а после, уставившись на меня добавил: — Я тебя знаю.

Тут случилось неожиданное – гуль накинулся на меня прижав к одной из приборных панелей.

— Ты чё мужик?! – спросил я на русском.

— Призраки! – Сулик выглядел если не как дикий гуль, то, как на грани одичания. — Все беды из-за призраков!

Поняв что ситуация вышла из под контроля я начал по мере сил сопротивляться, благо земной пони по умолчанию сильнее гуля зебры, а вот то что я по своей глупости опрокинул полосатого прямо на джойстик дублированного управления было отнюдь нехорошо.

Танк тут же начал движение в неизвестном направлении, но перспектива уехать Дискорд знает куда меня волновала не так сильно как "рукопашная" с полосатым гулем. Пускай земные пони сильнее, а гулей частично "высохшая" мышечная масса, но не всё, даже в драке, решается силой. Сулик полон сюрпризов, и я отнюдь не хотел знать каких, это не говоря о том, что мы не должны драться. Пускай полосатый относиться ко мне не лучшим образом, но не до такой степени, чтобы пытаться перегрызть мне горло, что сейчас он как раз и пытался сделать. Он ненавидел меня не за личность, а скорее за видовую принадлежность, и его можно понять — зебрам есть, за что ненавидеть призраков. Однако Сулик разумен и понимал, что не всегда нужно смотреть на национальные стереотипы, это он из-за пули в башке так психанул. Нужно привести его в норму, но не стану же я бить раненого в голову, в конце концов, иногда слово бывает сильней пистолета.

— Ты ведь тоже призрак! — крикнул полосатому гулю.

Сулик тут же прекратил сопротивляться и сменил выражение физиономии со злобы на удивление.

— Я.... Призрак? Да.... Я — призрак. Призрак своей страны.

— Ты в норме? — спросил я.

Сулик сделав глубокий вдох, далее выдохнув розовым дымом (!), дал ответ:

— Нет — какая нахуй норма(https://youtu.be/DxW1D6eZWi0); но извиняй. — Он передо мной извинился! Действительно — какая нахуй норма. — План мог сработать, а ты всё проебал, — добавил полосатый.

На последнюю фразу я не обратил внимания, будучи ещё под впечатлением от его извинения. Это поразило меня даже больше чем розовый дым, которым он выдохнул будто заядлый курильщик после затяжки, но всё же — это хорошо. Сулик жив и в сознании, я тоже жив и более менее цел, Лира тоже жива хоть и без сознания, а наш танк..... Неуправляем!

Отбросив от себя гуля, сажусь обратно на место наводчика и, взяв джойстик управления, смотрю, как в углу прицела в нас целиться танк Гигахорс. И где был Дискорд со своими командами, когда они нужны? Задав вопрос без ответа, отклоняю джойстик, заставив наш танк резко прибавить газу и повернуть влево. Конечно, мог бы поворотом корпуса навести пушку, но джойстик недостаточно чувствителен, так что о точности можно забыть. Тогда я решил бежать, а не сражаться и, наверное, это было ошибкой. Противник не потерял в точности и, несмотря на мой резкий манёвр — не промахнулся. Первый снаряд угодил в правый бок башни и, сумев пробить броню вызвал пожар в машине. Резкий удар, скрежет металла, едкий дым и какой-то свист который не предвещал ничего хорошего; хорошо еще, что люк был открыт, иначе лёгкая контузия была бы не такой лёгкой. Но в тот момент, после всего пережитого, мне и лёгкой хватало, чтобы окончательно растеряться в том, что произошло и что делать. Благо Сулик быстро сориентировался, взяв со стены огнетушитель, но стоило ему только начать бороться с огнём, как в танк угодил второй снаряд.

"Гусеница сбита!" — крикнул Дискорд. — "Движение невозможно".

Не знаю почему, но голос Дискорда подействовал на меня как ведро холодной воды, вмиг приведя в чувство — голова не гудела, в глазах перестало двоиться, а разум обрёл относительную ясность. Данный ясный разум и подсказал одну простую очевидность, которую незамедлительно высказал в слух:

— Покинуть машину!!!

Пускай я и сидел на месте наводчика, но если исключить фактор Дискорда то технически был командиром танка, однако противореча всем правилам командиров, первым выбрался из башни на ещё горячую броню. К моей чести стоит отметить — всё же перед тем как спрыгнуть я помог своему полосатому товарищу. Понимая, что он тоже ранен и может "замяться" дождавшись, когда на башне начнет открываться командирский люк, пинком его открыл на максимальную ширину, и, погрузившись на треть корпуса, вытащил полосатика. Далее на полсекунды замялся, так как танк, будучи со сбитой гусеницей, но не выключенным двигателем непрерывно вращался (опасался после неудачно упасть и быть раздавленным вращающимся корпусом) но вид вражеского двуствольного танка заставил действовать не думая о мелочах.

В обнимку с полосатым прыгаю с машины и, встав на ноги, собираюсь бежать, так как никогда в жизни не бегал, но не получилось. Противник успел произвести выстрел и путь мы были не с простреливаемой стороны, но всё же получили свою часть взрывной волны — не смертельную, но хорошего мало. Сознания не потерял, но голова сильно кружилась, а обратив внимание на гул, но без стрельбы, пошевелил ушами, чтобы убедился, что ещё и лишился слуха — не худшее, что могло бы быть; мог ведь и (второй жизни) глаз лишиться. Сулик, судя по открытой в беззвучном крике пасти, разделил мою участь, но нет времени выравнивать давление в барабанных перепонках — наш подбитый танк, пускал из люков столбы зелёного пламени, а это значило....

Понимая, что сейчас рванет, толкаю полосатого показывая этим жестом, что нужно бежать и сам бросаюсь на утёк, но не без оглядки. Даже в такой ситуации любопытство взяло верх — пусть даже недавно я видел десятки подбитых танков, но всё же вид горящей машины не то зрелище, которое мог просто упустить, а смотреть было на что.

"Покойся с миром наш железный друг" — произнес Дискорд у меня в мыслях. Я был солидарен, однако....

Лира!!! Я не видел, как она выбралась, а танкистов не просто так хоронят в цинковых гробах. Если Лира так и осталась на месте мехвода то от неё только остатки обугленных костей останутся; не спасут даже особенности кантерлотского гуля.

Пока я думал о единорожке, противник произвел ещё выстрел по уже горящей машине. Пускай мы и выпустили много снарядов, но в танке ещё оставался боекомплект, который с детонировав, разорвал машину в зелёном облаке плазмы. Время снова тогда будто замедлилось (и как Дискорд это делает?) вот только выброс энергии всё равно был быстрее моего визуального восприятия. Я не видел подробностей за зелёным облаком. Не видел, как разорвало корпус, не видел, как оторвало башню, зато заметил тёмный силуэт Лиры, бегущий от облака взрыва; или показалось? Данное облако нас не задело, но всё же мы убежали недостаточно далеко, чтобы не быть опрокинутыми взрывной волной.

Открыв глаза, узрел непередаваемую картину обломков недавно верно служившей нам машины, а также торчащей из брусчатки башни, уткнувшейся стволом в грунт аж под самую маску орудия (https://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/7/4/5/2112547.jpg). Святая Мадонна, она упала буквально в метре от нас. Бежали бы мы чуть медленней и были бы раздавлены этой кучей железа. Отойдя от первого впечатления я, встав на ноги, помог подняться своему прогнившему товарищу. Тот, пробормотав, что-то нецензурное (это неточно — я оглох после контузии) принял помощь, а после показал копытом на небо.

Будучи в танке как то не обращал внимание на происходящее в воздухе (да и какой смысл смотреть на небо в городе затянутом смогом?) однако в этот раз смог был не таки густым. Его что-то разгоняло и вскоре мы поняли что.

При моей ускоренной регенерации слух стал постепенно возвращаться, отчего я среди канонады и прочей стрельбы расслышал знакомый гул двигателей Мстителя, а через секунду визуально заметил, как смог разгоняется двойными винтами, открывая взору огромный силуэт "летающего авианосца". К сожалению, у нас не было времени любоваться, так как вражеский танк всё ещё был рядом, а Мститель, разгоняя смог, открывал взору нашу позицию.

Без слов поняв друг друга, я и Сулик рванули к ближайшим зданиям, надеясь скрыться среди горящих построек и хаоса боя. Ожидание оправдалось, но не столько из-за хаоса сколько потому что в отличие от местных Т-90, двуствольные танки были довольно тихоходны. Проблема в том, что теперь опасность для нас представляли не только танки и гранатометчики. Теперь мы пехота (или конница — неважно ) а пехоту не просто так называют "пушечным мясом". Кругом стрельба, взрывы, непонятно кто за кого, и ведущие бой, увидев нас, не сразу поймут, на чьей мы стороне.

Пускай наши комбинезоны уборщиков покрылись множеством следов от пуль, порезов и прожогов, но бронежилеты наёмников ещё не утратили узнаваемый вид. Также выбираясь из танка, мы не забыли о трофейном оружии — двух ПП Vector. Ну.... Не то чтобы "не забыли" просто оно было с ремнями для переноски, Сулик был в полу бессознательном состоянии (ему не было дела до железки под боком) да и я, сидя на месте наводчика, как-то не обращал внимания. Как бы взбунтовавшиеся жители не обратили внимания на нас, точнее на то, что мы в синих бронежилетах наёмников (а ещё танкистских шлемах) и их оружием. Не хватало ещё после пережитого погибнуть от дружественного огня. Тем не менее, мы не стали выбрасывать броню с оружием — когда кругом враг, это было бы решением достойным премии Дарвина, а враг действительно был повсюду.

Пробегая через здание, мы тут же наткнулись на трупы местных жителей, а вскоре и тех, кто их убил, но не проблема. Пускай противник и превосходил нас численно, но на наших пп были установлены разгонные блоки, а пули, будучи заряженными от этого устройства, были способны пробивать силовую броню. Копытных в обычной броне такие попадания убивали даже попадая в нежизненно важные части тела — наёмники вспыхивали как свечки. Так мы и продвигались через здания и баррикады перестреливаясь с наёмниками и что неприятно – бойцами ОФОТ. В последних мы стреляли не прицельно и даже пытались докричаться что свои – не помогало. В хаосе боя они не видели что под синими бронежилетами у нас комбинезоны уборщиков, а также что один из нас гуль, которых не брали в Когти.

Выход был в том, чтобы отступить, а после подобраться к другим мятежникам достаточно близко, чтобы они рассмотрели гнилую физиономию полосатика. Так мы и сделали и, отступив, продвигаясь по улицам, отчаянно прислушивались к звукам самодельного оружия. Это было непросто – слух ещё не окончательно вернулся. Параллельно с этим всё чаще смотрел на небо, точнее на то, что разгоняло смог. Мститель всё приближался, периодически выпуская лучи лазеров и сгустки плазмы. Сулик тоже обратил на это внимание, однако прокомментировал другую картину:

— Как красиво, — с каким-то вожделением произнёс полосатый; судя по всему это тоже последствие пули в башке.

Понятия не имею как будучи с глухотой в шуме боя я его услышал, но обернувшись признал – действительно красиво. По улицам прямо между зданий к нам летел вражеский конвертоплан (http://rpgportal.ru/gallery/Bionic_Commando/001.jpg). Тот самый, что обстрелял нас, когда мы были в здании министерства. Похоже, его пилот всё ещё желает нас уничтожить но, потеряв след в горячке боя и смоге решил спустился пониже, надеясь разгоняя дымку винтами, наткнуться на свою цель и что для нес неприятно – ожидание оправдалось. Мы были прямо перед ним и, судя по его ускорению, оказались замечены. Я от такого зрелища стал действовать неадекватно (Сулик же вообще сел на пятую точку) и вместо того чтобы бежать в здание, вскинул пп и открыл огонь. Увы, но заряженные пули, что ранее пробивали силовую броню, не смогли пробить корпус машины, но противник не стал зря рисковать. Параллельно приближению конвертоплан постепенно набирал высоту надеясь расстрелять нас безопасного расстояния. Положение было безвыходно, но ситуацию в очередной раз спас «рояль в кустах».

Два крупных сгустка плазмы попав в верхнюю броню конвертоплана не оставили ему шансов. Тот, испуская зелёный дым, прекратил набирать высоту и пошёл на непроизвольный огненный таран. Я, вдруг обретя разум, понял какой звездец сейчас случиться и, развернувшись, упал в прыжке опрокинув при этом гуля. Полосатик, похоже, тоже вернул себе сознание, но было поздно. Конвертоплан упал прямо впритык к нам, причём «накрыв крылом» — винт остановился в сантиметрах от моей шеи. Отойдя от первого шока тут же задаюсь вопросом: кто его сбил? И тут же получаю ответ.

Прямо над нами пролетел Подстрекатель, который, сделав поворот налево далее набрав высоту, выпустил из себя десяток силуэтов, над которыми раскрылись купола парашютов. Теперь пегасы в СНС уже не являются доминирующим подвидом, так что логично, что полковник Отем наслушавшись от меня лекций про ВДВ, решил повторить Земной опыт, приказав изготовить парашюты для бескрылых. Снижались, правда, бескрылые слишком быстро, но учитывая, что они наверняка в силовой броне, жёсткая посадка вполне допустима. Сам же Подстрекатель скрылся за смогом от горящих зданий. Возможно, совершил посадку для высадки основного десанта. Если да то надеюсь, что высадка прошла благополучно.

Честно говоря, после неоднозначного результата с захватом «министерства морали» и совсем недавней поездки на танке, у меня были мысли насчёт провала всей операции, однако сейчас думал уже не так пессимистично. ОФОТ и уборщики несмотря ни на что, всё же дали наёмникам достойное сопротивление, а теперь, когда в бой вступили остатки СНС, чаша весов начала клониться не в сторону защитников гармонии. Конечно, и ранее беглецы пенитенциарного учреждения Арба были не очень многочисленны, а после неудачи захвата Нового Клаудсдейла слово «Силы» в аббревиатуре СНС звучит скорее смешно, но эти копытные мотивированы, экипированы, имеют кое-какой боевой опыт, а также тренированны лично мною. Пускай последнее звучит тоже смешно и моя манера вести бой ничего сверхъестественного не представляет, но наёмникам сейчас точно не до смеха, а тактика штурмовых групп доказала свою эффективность ещё в далёкую «Первую Мировую», и даже в эпоху «конфликтов малой интенсивности» не потеряла своей актуальности.

Война дело такое — никогда не знаешь, кому водку пить, а кому с пуговицами, в округе, в виде фарша валяться. Водку я не пью, но и в виде фарша валяться не собирался. Уборщики и жители города были похожего мнения, так что к грядущей бойне хорошо подготовились, с поправкой что это «хорошо» являлось изготовлением, по моим инструкциям, оружия из труб и укрепление определённых позиций. Тоже звучит смешно, но на войне помимо оружия и позиций исход боя часто решает численность. Чья сторона скорее нарастит на стратегических участках свою численность та вероятно и возьмёт за собой поле боя, а в плане численности группировка ОФОТ была огромна. В городе с десятками тысяч жителей она занимала, чуть ли не половину от населения, и когда это осиное гнездо разворошилось его не разорвать никакими когтями. Мне удалось его разворошить (сделать то, что не смогла Литлпип) но сейчас уже не от меня зависит, кто захватит этот нашпигованный электроникой город. Теперь всё зависит от того сможет ли «Объединённый Фронт Освобождения и Труда» и его союзники из «Сил Народного Сопротивления» справиться с группировкой наёмников компании Коготь.

«Борцуны с капитализмом» против тех, кто убивает за деньги – пока исход неоднозначен. В другом мире обычно побеждают последние, но иногда было и по другому, да и здесь другой мир с другими законами и правилами. В этом мире чтобы поднять местных на борьбу мне не пришлось устраивать провокации и заручаться помощью извне; хватило и дурных песен, а также прошлой мрачной репутации. Не это ли те самые чудеса, о которых говорила Лира? Если в этот раз победа останется за любителями бело-красных зонтиков, то это будет действительно чудо, а также возможность обелить своё мрачное прошлое. Освобождение копытных из под кабалы птице-львов будет солидной прибавкой к карме.

Если бы да кабы…. Вначале нужно победить и для этого желательно действовать не в паре с полосатым словившим пулю в голову, а присоединиться к какой-нибудь из групп мятежников, а лучше к СНС. В другом мире желания редко сбываются, но здесь всё по-другому, однако вид Беатрикс в сопровождении уборщиков и десятка пегасов в силовой броне меня неслабо так удивил, а то, что они будто знали кто мы такие (не стреляли, а наоборот — дружески помахали) вызвало у меня удивление на уровне того что я испытал ещё в психушке, когда с моих глаз сняли повязку. Как потом выяснил – зря удивлялся. Просто когда Дискорд лез мне в голову от меня фонила аномальная «аура хаоса», которая не сразу развеивалась, а аликорн-некромант имела способность её ощущать. Именно благодаря этой способности Трикси знала, в каком направлении меня искать и не упустила шанса найдя меня в хаосе боя.

Пускай с этой синей копытной у меня были сложные отношения, но словами не передать, как рад был её видеть. Также был рад, что вместе с ней были уборщики с бойцами СНС – это значило, что недоразумений удалось избежать. Полковник Отем правильно понял, кто является нашими союзниками и доходчиво объяснил бойцам, что лишь наёмники и их пособники являются врагами. Сейчас он с борта Подстрекателя командует штурмовыми группами, зачищающими городские улицы, оказывая поддержку вспыхнувшему восстанию. Теперь мы как раз одна из таких групп.

Обработав раны охлаждающим спреем что был у одной пегаски из СНС далее я, взяв у Трикси свой СК (Vector не выбросил, но с подобием Автомата Калашникова воевать было привычней) и вместе с группой продолжил продвижение, зачищая улицу за улицей встречаясь группами Когтей и ОФОТ (одной из таких групп командовала всё таки выжившая Лира), а иногда и СНС, различной степени численности и технического оснащения.

Если в плане оснащения преимущество было на стороне Когтей, то в плане численности, ОФОТ с лихвой компенсировал этот разрыв, да и с каждой уничтоженной укрепленной точкой технический разрыв неуклонно сокращался за счёт затрофееного оружия и техники. Последнее меня бы удивило, если бы недавно мне самому не удалось захватить танк, однако, вид покорёженной брони трофейных двуствольных гусеничных машин и БТРов, навевал грустные мысли – захват этих железок копытные оплатили большой кровью. Тем не менее, это были ненапрасные жертвы. Техника обстреливая занятые наёмниками здания, сберегла много жизней, а бойцы СНС (особенно пегасы) со своими РПГ оказались очень эффективны против аналогичной в когтях и копытах врага. Всё это привело к тому, что к середине дня полковник Отем через треск помех отдал приказ:

— Прекратить огонь! Похоже Когти сдаются.

И действительно, прекратив огонь и немного подождав, мы увидели выходящих из укрытий наёмников кричащих нам, чтобы мы не стреляли. К несчастью для некоторых из них не все бойцы ОФОТ были готовы брать пленных, так что мне, не успевшему вмешаться, пришлось быть свидетелем, как группу копытных в синей форме поставили к стенке, после чего расстреляли из пулемётов на боевых сёдлах. Подобные случаи были не единичны, но всё же большая часть наемников, сложив оружие, смогла сберечь свои продажные жизни, однако, глядя на лежащих мордой в землю пленных не мог не обратить внимание на то насколько мало среди них грифонов. На сотни копытных, птицельвов были буквально единицы. Конечно, это можно было объяснить изначальным небольшим процентом грифонов в рядах наемников (после «Смертельного Дождя» он ещё сильнее уменьшился), а также неприязни жителей к этим пернатым (в смысле, что многих грифонов не брали в плен), однако скоро выяснилось – причина гораздо банальней. Грифоны, поняв, что проигрывают, просто улетели, а так как именно этот не доминирующий вид часто занимал должности командующих, то пони-наемники, лишившись руководства, почувствовали себя брошенными и, лишившись командования с боевым духом, сдались на милость победителей. После такой массовой сдачи в городе остались лишь немногие очаги сопротивления наиболее фанатичных наёмников — тех, кто считали, что воюют не столько за крышки, сколько за гармонию. Данные очаги были в основном на закрытых оружейных заводах, но они не составили проблем – техника и численность всё решала.

Итог: страшно сказать, но это успех. Конечно, не обошлось без проблем (обычно из-за меня) и итог был неоднозначен, но СНС удалось сделать то, что не удалось в Новом Клаудсдейле – захватить город НКР и заручиться поддержкой его жителей. Ещё вчера это казалось невозможным, но это случилось.

Теперь наёмники, что ранее эксплуатировали и терроризировали этого города, либо стояли вдоль стен под прицелом у ОФОТ либо под тем же прицелом убирали в городе символы своей власти. Сбивали со зданий эмблемы когтистой лапы, снимали флаги с изображение этой же лапы, а также другие с рисунками жопометок героев пустоши, министерок и принцесс. Некоторые под чутким надзором уборщиков убирали трупы, разбирали баррикады, обрушившиеся здания и многое другое. Помимо уборщиков за ними следили вооружённые бойцы ОФОТ и множество невооружённых обычных жителей, не состоящих ни в каких группировках. В их больших глазах читалось искреннее удивление. Они не знали радоваться или паниковать, но в глубине души всё же были рады, что остались живы; при захвате города было много случайных жертв.

На фоне всего этого происходили то, что я бы назвал подобием «Встречи на Эльбе» — знакомства огромной группировки ОФОТ и не такой большой уборщиков с немногочисленными бойцами СНС. Это было так мило и одновременно нелепо – смотреть, как копытные встречают друг друга диаметрально противоположными жестами. Уборщики и ОФОТ, вскидывая переднюю ногу в подобие фашистской зиги, и ответ СНС подобие жеста «Рот Фронт». Конечно, кроме меня и Лиры никто не знал истинного смысла данных жестов, да и тут вообще другой мир, но всё же братание использующих жест национализма с одной стороны, с теми, кто приветствует интернациональным приветствием, выглядело очень странно; даже без учета, что они копытные.

Именно такими жестами обменялись мистер Кауф и полковник Отем, после чего вместе отправились на борт севшего Подстрекателя для доставки на Мститель и обсуждения дальнейшего совместного сотрудничества. Сулик также поднялся на борт, но не для совещания. Просто он словил пулю в голову и, хотя остался жив, но после такого посещение лазарета просто необходимо. Я же предпочёл остаться на земле, тем более что нашей объединённой группировкой должен кто-то командовать, а Трикси и Лира — плохие командующие. Не то чтобы я был хорошим, но всё более предпочтителен, к тому же вскоре придётся действовать именно в этой роли.

Дело в том, что ранее полковник Отем не просто так пытался захватить именно Новый Клаудсдейл. У него были большие планы по созданию новой облачной завесы и привлечения пегасов НКР на свою сторону. Теперь, когда эти планы пролились ядовитым дождём мы смогли захватить кое что получше – самый густонаселённый город НКР, который к тому же являлся и его основной промышленной базой. Если раньше мы были сопротивлением, то теперь скоро у нас будет армия.

По сути, мы теперь имеем тот же потенциал что был у Красного Глаза, с поправкой на гораздо меньшее количество рабов (пленных наёмников всё же не так много); вот только полковник Отем привык командовать именно пегасами, которые в городе были и остаются в меньшинстве. Не то чтобы у меня опыт командования был богаче, но было понятно, что полковник доверит мне не последнюю роль в грядущих событиях, командовании новообретённой армии, и тактике применения трофейной техники. Несколько коробило от такого «счастья» но всё же – не худший исход.

Также не стоит забывать и о третьей стороне. Дискорд действительно очень помог, а также обещал рассказать нечто важное. Понятно, что козломордый не тот, кто заслуживает доверия, но выбирать не приходилось. Дискорд точно знает о Полигоне, значит и о Чернильнице, а если он был в курсе о создателе этого мира значит, был в курсе и о призраках ещё до того как о них узнали все. Селестия считала эти знания настолько опасными, что отправила его туда, где ранее её сестра провела тысячелетие…. Хотя и без знания об одержимых Дискорд невероятно опасен, но не в положении украшения в саду. Тем не менее, Селестия не удовлетворилась тем, что Дискорд был превращён в статую, и отправила его туда, откуда ему не вернуться. Однако даже будучи превращённым в статую, что швырнули на Луну, он нашёл способ со мной связаться, объяснив это тем что «разум призрака уязвим». Если он в курсе об уязвимостях моего разума, то может и знает, как переместить его сквозь пространство и время. Очень надеюсь что да, хотя….

## Сделка с хаосом

Хотя… Хотя, даже если Дискорд знает как переместить сознание то всё равно не скажет, по крайней не сразу. Если бы он действительно хотел помочь мне вернуться на Землю, то уже давно бы со мной связался. Вместо этого он, изредка незаметно вмешиваясь, просто следил за моими похождениями. Для чего? Неужели то, что я делал, было в его интересах? Я осуществлял его месть Селестии за то, что она превратила его в статую? Очень может быть, но Дискорд ведь говорил что ранее помогал Литлпип, которая действовала наоборот – в интересах Селестии. Что-то тут не сходится, или сходится просто мой переживший лоботомию мозг не может сопоставить факты. Как бы то ни было, но Козломордый обещал встречу, в которой он должен будет многое рассказать, а пока передо мной стояло множество других вопросов.

Как распорядиться захваченными трофеями, пленными, примкнувшим к сопротивлению копытными, обычными жителями, вообще всем городом? Это были бы «приятные хлопоты» если бы не полученные разведданные. Мне доложили о перехваченном сигнале с роботов шпионов НКР, и увиденное не предвещало ничего хорошего. Как понял — «Рейнджеры Эпплджек» узнав что город наёмников теперь под бело-красным зонтом не оставили это без внимания. Было предсказуемо, что эти технофетишисты, до этого завидовавшие наемникам, за то, что им достался город оружейных заводов, посчитали прошедшую революцию своим шансом – шансом захватить богатую на технологии добычу. Мне докладывали о множестве копытных в красной силовой броне осуществляющих посадку на поезда и двухствольных танках с БТРами уже погруженных на жд платформы. С часу на час эти «эшелоны» покинут «Манхэттен» и нет сомнений что именно «Филадельфия» будет их пунктом назначения. Бездействовать при этом было равносильно самоубийству, так что мне пришлось дать очень много распоряжений.

Тогда я думал, что время работает против нас и бойцы ОФОТ были аналогичного мнения, так что копытные с пониманием отнеслись к приказам разбиения на роты, вооружения трофеями и энергетическим оружием, что передало СНС, с последующим разбором железнодорожного полотна занятием обороны по периметру города. Парадокс, но из перечисленного последние заняло наименьшее время; спасибо покойному Красному Глазу.

Дело в том, что этот рабовладелец уже давно позаботился об его обороне, выстроив укрепления (окопы, дзоты и прочее) по его периметру. Также именно ему город обязан окружившей его бетонной стеной, что была препятствием для бегства рабов. Наемники, получив данное наследие, к сожалению, не сильно заботились о состоянии укреплений, но и не стали разрушать их окончательно опасаясь вторжения Рейнджеров, Последователей, да и вообще кого угодно. Стена же при правлении грифонов была полностью восстановлена. Наёмники не хотели, чтобы из их города кто-то смог вынести производящиеся там вооружение, да и жителям Филлидельфии нужно было наглядно показать за какую черту им запрещено переступать. Теперь же эта стена, проламываясь под напором бульдозеров с танками, разбиралась на крупные обломки, что растаскивались на баррикады на подступах к городу; против противника, у которого есть танки, стена чуть менее чем бесполезна. Окопы и доты, в которых десятилетие назад сторонники Красного Глаза держали оборону против Анклава, а потом и союзников Литлпип, теперь расчищались и занимались копытными в трофейной амуниции наёмников (но с сорванными шевронами когтистой лапы) некоторые из которых в прошлом уже держали здесь оборону.

Тогда эта оборона была прорвана, но теперь у противника нет «орбитального лазера», у них нет гуля-пегаса вызывающего радиоактивные выбросы, у них нет Спайка, у них нет Анклава, что успел нанести защитникам города серьезный ущерб. Теперь то, что осталось от Анклава возглавило построение обороны (в смысле, что некоторые из бойцов СНС возглавили командование над ротами ОФОТ), да и обороняющихся теперь была техника.

Именно на эту технику мы и сделали ставку, причём главным инициатором был не я а полковник Отем. Похоже, этот ржаво-коричневый пернатый со всей серьезностью отнёсся к моим лекциям насчёт боевых действий в другом мире, или у него просто есть талант стратега. Последнее – вряд ли, иначе бы десятилетие назад Анклав бы не так позорно проиграл. Что бы там ни было в прошлом, но сейчас этот пегас отдавал удивительно грамотные приказы, размещая захваченные танки на подступах к городу с их последующим окапыванием и маскировкой. Также он позаботился об ложных позициях, на которых должна стоять выведенная из строя техника – умно. Похоже, именно это Отем и мистер Кауф согласовывали на борту Мстителя. Зная характеры палкоголового и пернатого, догадываюсь, что без взаимных оскорблений не обошлось, но всё же рад, что они смогли найти общий язык. Конечно, командующему уборщиков и его подчинённым не очень нравилось поступать в распоряжение, каких то «спустившихся с небес на зонтиках» но все понимали возникшую необходимость. Иронично, что из-за этой необходимости уборщики занимались почти тем же чем и ранее, только теперь они убирали не следы своей деятельности, а следы от танковых гусениц – не лишняя предосторожность. С воздуха, какой нибудь вражеский пегас или аликорн, заметив эти следы, быстро обо всём догадается и «сюрприза» для НКР не получиться.

Сюрприз – что за дурацкое слово, и с каких пор я стал использовать данный термин? Вроде впервые. Наверное, это город розовой наркоманки начал оказывать влияние. Пинкамина Диана Пай любила устраивать сюрпризы и неважно в чём они заключались; будь то вечеринка по только что придуманному празднику или вечеринка, прикрывающая массовые аресты несогласных с политикой Благородных Сестёр и деятельностью министерств. Теперь пришло другое время и уже другая сторона устраивает сюрпризы, только эта сторона не организовывает вечеринки и вместо мешков с подарками приготовила (пардон за каламбур) «огневые мешки». Все-таки Филлидельфия находится не в чистом поле. Местность вокруг города испещрена различными низменностями и возвышенностями, торчащими камнями, разрушенными зданиями, минами и прочими естественными и не естественными препятствиями, что ставило наступающих на город в определённые рамки. Отем поставив себя на место противника, предвидел его действия, и именно с этим учётом разместил наших бойцов, технику искусственные препятствия и ложные позиции надеясь на скорое вражеское наступление вот только….

Ожидая табун копытных в силовой броне с часу на час, мы были искренне удивлены, что наступление так и не началось, а ведь противник действительно прибыл. Данные с перехваченных роботов шпионов и просто вид столбов пыли в дали ясно показывали — рейнджеры уже здесь, но они не наступали. С одной стороны это давало нам время закрепиться, но с другой — ставило в недоумение. Рейнджеры ведь не могли не понимать, что в тот момент мы, будучи ещё не до конца сформированы, ещё не полностью освоив трофейную технику, ещё «зализывая раны от когтей» были наиболее уязвимы. С другой стороны ранее нам удалось захватить нашпигованный электроникой и бронетехникой город, охраняемый тысячами наёмников, а это говорило о многом. Трикси считала, что «Железные Вёдра» (она их назвала именно так, причём на русском) будучи под впечатлением просто бояться, полковник же был более реалистичен – рейнджеры, понимая, что мы полны сюрпризов, копят силы. Объясняя ситуацию, он даже вспомнил своё детство:

— Как говорил мой покойный отец, — то, что именно из-за него и покойный он умолчал, — если нужно забить гвоздь не нужно изворачиваться и что-то изобретать. Надо просто взять молоток и вдарить по шляпке.

Аналогия была яснее некуда. Рейнджеры не стали, надеясь на свою внезапность и нашу слабость, рисковать, атакуя с ходу. Они решили действовать наверняка – поднакопить силы и вместо точечных ударов (булавочных уколов) по слабым местам нашей обороны нанести один, но очень мощный. Настолько мощный, что даже если он придётся на укреплённый район, то мы бы не смогли его выдержать.

Что можно сказать – вполне в стиле рейнджеров. Судя по найденным документам — Когти, продали Рейнджерам три сотни танков и ещё больше БТРов. Без сомнения, что именно силами этой бронетехники Железные Вёдра и попытаются сломить нашу оборону, после чего по городу рассредоточатся группы копытных в силовой броне, что займутся зачисткой. Поняв эту очевидность, я решился на смелый шаг – предложил идею, в которой мы умышленно создадим в полосе обороны слабое место и, впустив противника в город, снова применим уже отлично показавшую себя тактику «танковой душегубки». Против танков наёмников и их самих она отлично сработала и вряд ли с рейнджерами будет по-другому. Таков был мой план вот только полковник и мистер Кауф его категорически отвергли. Они справедливо решили, что город уже сильно пострадал и если мы впустим в него врага, то есть риск его полного уничтожения и без всяких мегазаклинаний.

Также имело место и морально-идеологическое мнение — мы не для того устраивали революцию чтобы отступая заманивать противника в ловушку. Теперь мы не сопротивление, мы – армия, а значит — не должны отступать. Пока ещё недостаточно организованная и плохо оснащенная, но всё же армия. У нас есть тысячи бойцов ОФОТ, и пусть они ещё плохо тренированы, но уже обстреляны и имеют опыт борьбы с наёмниками. Среди этой массы жителей Филлидельфии у нас есть далеко не маленькая группировка уборщиков, которые уже окончательно сменили свои швабры на трофейное оружие. Теперь они не стеснялись носить поверх своих серо-зелёных комбинезонов захваченную амуницию когтей, и должен признать – при захвате города они действовали как профессионалы. Под руководством таких копытных разношёрстный табун ОФОТ действовал достаточно организованно, и нет смысла игнорировать этот опыт. Уборщики – наш младший командный состав и по совместительству — наиболее боеспособная часть армии сопротивления; спецназ если угодно. Сопротивления под зонтом СНС. Если уборщики наше основное командование, то СНС занимает в нём место инструкторов, а также высший командный состав. Естественно, после захвата города часть его жителей захотели тоже примерить форму с зонтиками на шевронах, вот только полковник брал в новобранцы далеко не всех (за исключением пегасов конечно), да и те новобранцы ещё должны пройти множество тренировок, чтобы получить свой допуск к комплекту силовой брони.

Но всему своё время, и судя по тому, что рейнджеры всё ещё не нападали, у нас оно было, вот только тратил его я не совсем рационально. Пока полковник командовал укреплением обороны я, чувствуя себя карапузом в кондитерском магазине, всё осматривал трофеи, а смотреть было на что. Конечно, при захвате города ОФОТ пожгли много техники, но не той что была на хранении в ангарах и на заводских стапелях. Так что по оптимистичным прикидкам у нас в распоряжении уже есть девяносто четыре исправных двуствольных танка; и это без учёта тех, что ещё не готовы (или сильно повреждены), но могут встать на гусеницы. С «Т-90» увы, не так хорошо. Так как данный танк был более сложен в производстве то, и производили его в меньших количествах, да и те машины большей частью сейчас «дымятся» на улицах города. Те же что подлежат ремонту пока не боеспособны, а из исправных у нас есть, страшно сказать — аж два танка. Меня такой вывод сильно разочаровал, но копытные заверили что с учётом того что смогут починить и собрать из готовых комплектующих у ОФОТ и СНС будет аж тридцать этих машин; плюс «БЛОК ТАНК», который как заверили, тоже подлежит ремонту. Меня такая новость немного приободрила. Тридцать танков – не так и плохо особенно с учётом насколько они эффективны, правда следующая новость снова разочаровала. Выяснилось, что Когти всё же отправляли эти танки «на экспорт», но не рейнджерам. Последователи получили партию из двух десятков Т-90. Конечно, подчинённые Вельвет не так агрессивны, как рейнджеры и наёмники но, имея бронетехнику, они могут составить много проблем. Ещё выяснилось, что Т-90 были не единственным товаром, что Когти хранили для себя, но всё же продали Вельвет; неужели она использовала свой «взгляд»?

Та фура, как в фильме про унисолов, что когда-то была нами замечена через перехваченный робот-шпион, была мобильным пунктом киберпротезирования; или как местные это называют — аугментирования. Именно с помощью оборудования этой фуры Красный Глаз и установил себе красный объектив взамен утраченного органа зрения. Именно в недрах этой фуры Гаудина поставила себе свой кибер-имплант, а Каламити, помимо глаза, обзавёлся новым бионическим крылом, да и вообще многими органами. Отем после того как отпилил ему голову даже сказал: «Немного в тебе осталось от пони» — и ведь действительно немного. Также вспомнились угрозы Вельвет, что нам будут противостоять пони-киборги. Похоже, она не врала.

Однако киборги-гробики волновали меня не так сильно как бронетехника. Т-90 были лишь малой частью из того что Когти продали остальной НКР. БТРы, бронеавтомобили, двуствольные танки, стрелковое оружие – всё шло в продажу, как Последователям, так и Рейнджерам. Последние были более щедрыми клиентами, пусть даже Когти продавали им «устаревшие образцы». Может грифоны и считали то оружие устаревшим, однако я считал, это понятие весьма условным, особенно в части стрелкового оружия. Если у него нет каких-то откровенных анахронизмов, то оно актуально во все времена. Автомат Фёдорова мог быть и в двадцать первом веке вполне актуальным, если бы 6,5мм патрон Арисака не вышел из употребления; а ведь в моё время были идеи вернуться к данному калибру. К сожалению или к счастью у Когтей не было оружия под столь «экзотичный» калибр, однако это с лихвой компенсировалось всем остальным.

То из чего в меня стреляли в «Министерстве Морали» было далеко не всем арсеналом наёмников. Тогда перестрелки велись преимущественно из дробовиков и пистолетов-пулеметов, что было вполне логично для «театра боевых действий», но в закромах у Когтей было оружие на все случаи жизни.

Пулемёт М-60 – вариация ада на Земле или бывшей Эквестрии. Ленточная подача, стрелять с сошек, от бедра или боевого седла. Во Вьетнаме его называли Pig (свинья, вепрь, хряк; кому какой перевод нравиться) – мощная пушка, но этот хряк боится загрязнения, а дуло часто плавиться. НАТОвцы решили проблему с дулом выдав бойцам специальные перчатки и комплекты сменных стволов. Российские аналоги тоже не лишены этой проблемы, вот только на защите рук, наше МО решило сэкономить, так что у российских пулемётчиков всегда при себе кухонные прихватки, чтобы ствол поменять.

Различные вариации AR винтовок под калибр 5.56. Когда такая пуля попадает в плоть она, крутясь, рвёт всё на своём пути – сухожилия, мышечные ткани, вообще всё. Это действительно больно, уж я то знаю.

Автоматический дробовик USAS 12 – настоящий дракон дышащий огнём и свинцом. Это просто беда, в хорошем смысле этого слова. Отличный механизм, слабая отдача, очередью можно грузовик остановить.

Винтовки Barrett M95 – инструмент для дистанционных операций на мозге. Сбалансированные, мощные и точные. Винтовка Каламити – Гром Спитфайр, создавалась по образу и подобию именно М95, только гравировка и многочисленные встроенные кристаллы сделали её прототип просто неузнаваемым.

Огнемёт – идеально для костров и шашлыка. Древность из двух мировых войн, весит тонну, жарит все, что сделано из мяса.

ХМ 29 – в моё время считалась будущим оружия пехоты. Куча свистков и прочей электроники, но есть курок, патроны и ствол – все, что мне нужно. Можно стрелять гранатами с задержкой детонации.

FN P90 – старый знакомый; именно этим пп была вооружена элитная охрана башни Тенпони и значительная часть наёмников. Стильный пп, эргономичный дизайн, заряжается сверху. Выглядит несерьезно, но способен пробить дыру в сорока семи слоях арамида со ста пятидесяти метров. Дуло не поднимается, так что целиться легко.

МР5 и KRISS Vector – в своё время оба разрабатывались для американской полиции и оба считались чудом инженерной мысли своего времени. МП5 на Земле получил широкое распространение, но у Когтей считался несовершенным оружием. KRISS Vector же на Земле в моё время встречался чаще в кино, но у грифонов этот пп не просто так стал прерогативой элиты. С разгонным блоком это вообще «оружие конца света».

Помповые дробовики – просто, серьезно и надёжно, удобно разгонять толпу. Всё это актуально для обоих миров.

«Самодельный Карабин» — автомат, что копытные попросили у меня как образец для массового производства; эквестрийский вариант русской классики. Многоцелевой, надёжный и лёгкий в использовании. Стреляет в одиночном и автоматическом режиме, но есть возможность и с отсечкой в три патрона. В моём уникальном варианте установлен разгонный блок, но и без этого чуда техники зебр автомат является грозным оружием.

Револьверный гранатомет – стреляет низкоскоростными 40 миллиметровыми гранатами; привет из Южной Африки, но «сомалиец» Сулик не оценит. Во вращающийся цилиндр входит до шести таких гранат. Стреляет по одной в секунду, главное направлять в нужную сторону.

Револьверы аля дикий запад – медленно заряжается, но это точное и надёжное оружие. Старомодно и всего шесть выстрелов, так что приходиться экономить.

Крупнокалиберные револьверы – уникальным вариантом такой «игрушки» (именуемой «Малый Макинтош») Литлпип перестреляла половину рейдеров пустоши и всадила пулю в голову полковника Отема. Пушка на случай если важны габариты. То, что нужно чтобы произвести впечатление. Весит два килограмма, убивает на все десять ( https://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/740e745b-9a46-45e6-b5c6-603a24a22287/ddfnbiu-deaa1737-fc3a-4b19-b7a8-4aae09872439.jpg/v1/fill/w_1280,h_989,q_75,strp/little_macintosh_redesign_by_baron_engel_ddfnbiu-fullview.jpg?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOjdlMGQxODg5ODIyNjQzNzNhNWYwZDQxNWVhMGQyNmUwIiwiaXNzIjoidXJuOmFwcDo3ZTBkMTg4OTgyMjY0MzczYTVmMGQ0MTVlYTBkMjZlMCIsIm9iaiI6W1t7ImhlaWdodCI6Ijw9OTg5IiwicGF0aCI6IlwvZlwvNzQwZTc0NWItOWE0Ni00NWU2LWI1YzYtNjAzYTI0YTIyMjg3XC9kZGZuYml1LWRlYWExNzM3LWZjM2EtNGIxOS1iN2E4LTRhYWUwOTg3MjQzOS5qcGciLCJ3aWR0aCI6Ijw9MTI4MCJ9XV0sImF1ZCI6WyJ1cm46c2VydmljZTppbWFnZS5vcGVyYXRpb25zIl19.xlqyDalmYuCUHEQsoBgztE9DY7WRmwh8CQQY3O48JPU ).

Ingram MAC-10 – двумя трофейными образцами этого пп пользуется мистер Кауф и он доволен выбором. Компактный и удобный, можно использовать боеприпасы от полуавтомата, удобно ложиться в руку; как жаль что у меня нет рук.

Кольт 1911 – внешний вид этого оружия не менялся столетия, что на Земле что в ином мире. В магазине восемь пуль, но все они убивают.

А ведь это только одна десятая из захваченного арсенала. Помимо энерго-магического оружия нам достались и множество других менее распространённых интерпретаций оружия людей, и это без учёта базук, мин, гранат, холодного не летального оружия. Я тогда будто в рай попал, однако в реальность меня быстро вернул ржаво-коричневый пегас. Тоже впечатлившись захваченным трофеям он высказал мне «пару ласковых» насчёт того что устраивая революцию против вооружённых этим оружием наёмников я вооружил местных тем что….

Полковник с трудом верил что это (https://airsoftbuilds.com/images/weapons/2015120160601090826.jpg) вообще способно стрелять. Сейчас эти «гладкостволы» были уже не нужны и валялись по всему городу подобно мусору (https://cs8.pikabu.ru/post_img/2016/02/09/11/og_og_14550409572217201.jpg https://i.etsystatic.com/14382489/r/il/21bb0a/1360930829/il_fullxfull.1360930829_ljk1.jpg ) которым он по сути и являлся, и полковник, изучив этот мусор, был мной недоволен. Ему не нравилось моё пренебрежение к жизням союзников, а также отношению прошедшей операции. Ничем другим он не мог объяснить, что я отправил сражаться вооружённых этими самопалами (https://cdn.instructables.com/FUG/SMZI/IOU9PJ6K/FUGSMZIIOU9PJ6K.RECT2100.jpg) против тех, у кого были танки и вообще весь увиденный нами арсенал. Разумеется, я пытался оправдаться, говоря, что в итоге сработало, а также помимо самопалов копытные были вооружены и оружием заводского производства. Да и касательно танков — ОФОТ было чем их жечь.

Последнее сказал зря. Отем быстро смекнул, что в моём мире без магии «управляемая контактная мина» создавалась для смертников и то, что я выдал такое оружие палкоголовым, оправдывало меня лишь отчасти. Вид гранатомёта PRIG у него вообще вызвал зубной скрежет, и тут я был солидарен; гранатомёт, в конструкцию боеприпаса которого входит упаковка печенья, может вызывать лишь такую реакцию. Пегас, тяжело подышав, сдержался от выражения непечатных, но то, что я предложил ему попробовать это печенье переполнило чашу терпения. Выражался тогда пегас — ни стихом описать, ни в сказке сказать. Если отбросить непереводимую игру слов с использованием местных идиоматических выражений, то пернатый выражал не только своё недовольство, но также отношение к моими умственным способностям. Пускай он за многое мне благодарен, но был очень огорчен, что вместо призрака, который мог бы создать, что-то действительно технологичное, ему попался кретин собирающий «стрелялы» из труб и подножного мусора. Даже рейдеры пустоши до такого не опускались, и ведь действительно – рейдеры пользовались оружием заводского производства. Хорошо еще, что Отем не знал о «картонной броне» но как всегда всему хорошему приходит конец. В данном случае конец пришёл в виде пришедшей на шум Лиры, которая, вступившись за меня, поведала пегасу, что кустарно изготовленные пп Стен оказались настолько хороши, что уборщики предпочитали их в ущерб трофейному оружию, а также как я заботился о своей безопасности. Тот, выслушав о «фишке родезийского спецназа» потерял дар речи и, закрыв морду крыльями покинул помещение.

Как бы то ни было, но теперь «очумельство» в прошлом. Теперь у нас есть оружие на все случаи жизни и его более чем достаточно. Танков у нас хватит на два неполных полка. Остальной техники ещё больше. Помимо знакомых БТРов и бронеавтомобилей мы нашли и несколько экспериментальных образцов САУ Дана с БТРами ОТ-64 «Скотинка». Судя по захваченным документам Когти, собирались массового производить эту технику, но теперь этим планам не суждено сбыться – промышленные мощности были повреждены, так что воевать нам придётся на знакомых нелепых трёхосных БТРах. Касательно авиации то в одном из ангаров мы нашли десяток новеньких конвертопланов аналогичных тому, что при захвате города нас обстрелял. Как выяснилось — в будущем слово конвертоплан ушло в прошлое, как в моё время слова аэроплан и геликоптер. Теперь сложное слово конвертоплан заменили на более простое – хоппа, а те хоппы что мы захватили, имеют имя собственное — Бурак. Понятия не имею значения этих слов. Хоппа – звучит как то неприлично. Бурак – наверное, какое-то мифическое животное из греческой мифологии; этот мир населён тварями из этих мифов, так что логично, что и названия местной техники должны иметь с ней какую-нибудь связь. Однако непонятки с названиями меня огорчили не так сильно как одна очевидность – у нас нет пилотов, которые могли бы этими «хоппами» управлять. Вообще-то полковник Отем, и несколько пегасов из СНС, ещё о время службы в Анклаве проходили обучение пилотирования конвертоплана, только за десятилетие многое забылось, да и со слов Отема, органы управления на Бураке мало похожи на, то с чем в Анклаве имели дело. Конечно, он уверял, что освоение этих машин – дело времени и не сегодня так завтра у нашей армии будет воздушная поддержка из ударно-десантных хопп, но это слабо утешало.

Также стоит отметить одну особую находку. Это была только документация но, учитывая на что она была…. Общем – у местных была идея воссоздать, точнее, заново изобрести, глайдер «Феникс-2». Тот самый которым пользовался когда-то прибывший в Эквестрию «разум воплощённый в металле» назвавшийся именем Лорат. Я, не продвинутый технарь и не понимал всех этих схем, но заявленные характеристики данной машины поистине впечатляли. Скорость, вооружение, броня с возможностью самовосстановления, грузоподъёмность, возможность маскировки и действия в агрессивной среде…. Казалось, что глайдер может всё. Хотя нет – летать он не мог; но этот недостаток весьма условен — машина могла совершать высокие прыжки и далее планировать как планер. Читая документацию про себя подумал: «Это идеальный экраноплан». Также из документации понял: планы создания глайдера были далёкой перспективой. Перед копытными встало множество технических проблем, начиная с отсутствия подходящих материалов, заканчивая невозможностью при существующих возможностях создать компактный реактор и антиграв; однако двигатель они всё же создали.

Всё это было поистине интересно вот только не актуально. Сейчас передо мной стоял вопрос: как распорядиться другой техникой? Техникой, у которой рано или поздно кончиться топливо. Конечно, на территории города есть захваченные запасы, насосы-качалки, перерабатывающие мощности, трупы которые можно переработать, да и по местной технологии топливо особо зачаровывалось для большей энергоемкости, но не всё так просто. Имеющиеся скважины уже на грани исчерпания, а после устроенного мной на танке шухера запасы уже не столь велики. На первое время топлива хватит, но в «один прекрасный день» наши машины встанут, и самое мерзкое – раньше, чем у НКР.

У Новой Кантерлотской Республики есть свои месторождения находящиеся близ Эпплузы. Несмотря на яблочное название жители этого города перестали растить яблони ещё до войны с полосатыми. После образования министерств тот «ковбойский город» послужил пристанищем для сезонных рабочих на угольной шахте. После войны он был центром работорговли Красного Глаза. После «Дня Солнца и Радуг» с работорговлей было покончено, но и шахта исчерпала свой ресурс, так что Последователям пришлось провести масштабную геологоразведку. Пусть угля они так и не нашли но открытое нефтяное месторождение было даже более ценной находкой.

История этого мира была небезынтересной, но в нашей ситуации, мало полезной. Сейчас нам угрожали не Последователи, а прорва копытных в красной силовой броне, причём с бронетехникой. Пока они только подтягивали силы не решаясь атаковать (видимо опасались повторить судьбу наёмников) пока мы укрепляли оборону, также не решаясь начать наступление. Полковник логично решил, что пусть во внезапном (для рейнджеров это действительно было бы внезапно) наступлении и был бы смысл, но в нашем случае лучше позволить противнику напасть первым, а уже после этого контратаковать. При наступлении на укрепрайон атакующая сторона почти всегда несёт большие потери, и наш случай, вряд ли станет исключением, так что я согласился, вот только то, что противник всё не наступал, наращивая силы, очень волновало.

Но всем ожиданиям всегда приходит конец и предвестником этого конца для нас вражеский парламентёр. Видя в магической ауре белый флаг, я отдал приказ «Не стрелять» позволив пройти этой палкоголовой копытной, и с удивлением обнаружил, что эта та зелёная — лидер сектантов, за допросом которой я когда-то смотрел через зеркало Гезелла. Насколько я знал группировки «Дети Собора» больше не существует, а её остатки теперь присоединились к Последователям. Это значило что Вельвет не оставила захват города без внимания и возможно это благодаря её «взгляду» рейнджеры откладывают наступление.

Желая проверить утверждение, попытался начать переговоры, но палкоголовая отказалась, желая говорить только с главным, а главным она считала полковника. Меня же палкоголовая вообще не узнала, приняв за рядового бойца. Я, тогда будучи в бледно-зелёном комбинезоне, бронежилете из драконьей кожи, шлеме с прозрачным забралом и маске-балаклаве, вооруженный пп Vector выглядел как рядовой боец. Лишь шевроны зонтика да разгонный блок на пп выдавали во мне командующего, но палкоголовая приняв меня за рядового бойца СНС, отказалась говорить, да и я передумал, сказав пару слов на русском себя выдавать, так что выполнил требование – отвёл парламентёра к полковнику.

На переговорах не присутствовал, считая, что со своим красноречием на передовой я нужнее, тем не менее, меня держали в курсе — в переговорной был интерком, а у меня гарнитура, но спустя час переговоров вырубил связь. Слушать было скучно, а моё участие было минимально, так что ограничился итоговым кратким пересказом.

Из диалога полковника и последовательницы выяснилось, что рейнджеры не начали наступление только из-за личного вмешательства Вельвет. Та смотря на старейшину очень строгим взглядом, смогла того убедить ограничиться лишь осадой, но если ничего не измениться то рано или поздно на нас двинется стальная лавина любящих яблоки «железных дровосеков». Чтобы избежать этого Вельвет предлагает нам пойти на уступки. Мы должны показать что СНС и ОФОТ — не жестокая военизированная банда и открыты для переговоров. Показать это мы можем очень простым способом – выдать пленных наемников, а также позволить обычным жителям покинуть город. Вельвет считала что, сделав этот жест доброй воли, мы покажем рейнджерам, что с нами лучше говорить чем воевать и спасём много жизней. В конце концов, Вельвет, будучи в курсе порядков на территориях контролируемых грифонами многое в этих порядках не одобряла, и пусть она также не одобрила метод, которым мы этот порядок сломали, но считает, что мы не должны воевать, а даже наоборот – дружить. Освободив пленных мы покажем, что Вельвет в нас не ошиблась, после чего она сама пойдёт на уступки и применит всё своё огромное влияние, чтобы избежать дальнейших жертв.

Пускай с нами говорила не Вельвет, но та зелёная копытная была не лишена красноречия. С таким подвешенным языком неудивительно, что она стала лидером у «Детей Собора» однако полковник не поддался на сладкие обещания. Он, сопоставив факты, справедливо решил что Вельвет, не будучи трусливой, не пошла на переговоры лично не столько из-за страха попасть в плен (она уже была у нас в плену и, выбравшись оттуда должна знать, что мы не вероломны и уважаем Женевскую конвенцию) сколько понимая, что её «взгляд» тут не сработает. Точнее не сработает только со мной, но и меня одного достаточно. Также пегас решил, что верить той кто привыкла добиваться своих (пусть и благих) целей путём гипноза, ни в коем случае нельзя верить; по крайней мере, не во всём. В итоге полковник согласился выдать пленных, но не за пустые обещания, а за материальный обмен.

Меня такой вариант вполне устроил. Учитывая, какие идеи вынашивались насчёт судьбы пленных наёмников…. Мистер Кауф, ненавидящий тех кто носил синюю форму (грифонов в особенности), предлагал поступить с наёмниками также как они поступали с «проблемными» жителями Филлидельфии – повесить, а после, покромсав тесаками, отправить на «переработку». Звучит жестоко, но со стороны копытного, что ранее отправлял пони на корм свиньям, решение звучало скорее гуманно. Как говориться: сколько веревочке не виться, всё равно всех повесить можно; плюс воплощалась некая справедливость. Решение интересное, но полковник посчитал, что жители города, видя виселицы, могут посчитать, что с уходом Когтей и приходом СНС ничего не изменилось, только теперь петлях будет висеть другая сторона. Такой вариант полковника не устроил, хотя с учётом всего, что мы творили ранее…. В общем, именно с этим учётом полковник предложил другое решение. Вокруг города много минных полей, что не вписывались в его планы обороны, так что пегас предложил отправлять пленных на эти поля, где они своими тушками быстро решат сразу две проблемы – их содержания, а также проблему разминирования. Решение интересное, практичное и даже в стиле маршала Жукова, только опять же противоречит Женевской конвенции, которую полковник Отем, страшно сказать, пытался соблюдать. Непонятно почему, но пегас, наслушавшись от меня лекций о другом мире и некоторых «законах войны» посчитал известную конвенцию вполне справедливой и достойной, чтобы её соблюдать, так что стоило ему только о ней напомнить, как пернатый отказался от своего предложения. Конечно, тут другой мир, в котором юридически никакие конвенции не действуют, да и она сама не распространяется на наемников, но полковник был непреклонен. Однако проблема пленных была достаточно значима, так что пегас с энтузиазмом ухватился за возможность избавиться от Когтей, да ещё при этом получить нечто полезное.

Оружия с боеприпасами в городе и так достаточно, а вот со всем остальным — есть напряг. Топлива на первое время хватит, но рейнджеры ни за что не согласятся пропустить через своё оцепление горючку нужную для бронетехники, так что – не вариант. Раз топливо для машин «вытребовать» не получиться то стоит попытать счастья с топливом для живых существ. Еда в городе тоже есть, но её запасы быстро истощались, а война путём измора – противоречит Женевской конвенции. Используя этот аргумент, взывая к совести Последователей, Отем согласился выдать пленных наёмников только в обмен на провиант; много провианта – зерно, комбикорм для свинок, мясо браминов, просто сено. Многие в этом мире торгуют по бартеру, а с учётом того сколько у нас пленных, обмен должен пройти за очень большой запас провианта. Парламентёр согласилась, что в поставленных условиях был смысл, а также то, что Вельвет может на них согласиться. Еды у Последователей всегда было в избытке, а их учение проповедует к спасению жизней.

В итоге парламентер, выслушав наши условия, покинула город, заверив, что попытается убедить Вельвет отдать нам значительную часть из закромов Нового Кантерлота, а также сказав, что очень надеется на нашу честность – что мы действительно освободим пленных, а также позволим покинуть город и обычным жителям, что не желают безопасности под нашим зонтом. Чуть не забыл, она ещё оставила полковнику записку с «закрытой частотой». И именно на этой частоте мы далее сможем связаться с Последователями для согласования места и времени обмена. Частота оказалась рабочей, так что нам действительно удалось всё согласовать, так что в одно прекрасное раннее утро мне пришлось участвовать в одном специфичном мероприятии.

Обмен произошёл в восточной части города на одном из наших «укрепрайонов», вот только в тот момент он был не столь укреплён. Мы, опасаясь «сюрпризов», выдвинули условие, при котором со стороны Последователей не будет пегасов, единорогов и особенно аликорнов – только земные пони. Те не остались в долгу и потребовали от нас того же самого, плюс убрать всю технику. Полковник, поколебавшись, всё же согласился, считая, что раз в условиях не говорилось о стрелковом (в том числе и противотанковом) оружии то у нас всё равно преимущество. К тому же в обмене я тоже должен буду принять участие, пусть и как наблюдатель, и, будучи в шкуре земного пони уже не раз показал, на что способен этот «низший подвид». Честно говоря немного напрягало что после всего что я сделал мне всё ещё приходиться действовать на передовой но всё же согласился – в тылу от меня мало толку а моя «нестандартная» манера вести бой уже не раз выручала из казалось безвыходных ситуаций.

Исходя из этого я с другими представителями подвида земных пони, конвоировал просто огромную толпу из пони всех (кроме аликорнов) копытных подвидов плюс редких грифонов, и чуть менее редких жителей, что хотели покинуть город. Вид у конвоируемых был просто жалок, что неудивительно, учитывая места, где мы их содержали (а также условия жизни в городе) – у наёмников по всему городу были допросные и камеры предварительного заключения, в которых и ютились наёмники в положении «селёдок в бочке». Нас не сильно волновало состояние содержащихся в плену наемников (особенно тех, что предлагали их освободить и принять наёмные услуги за определённую плату), так что кормили их по остаточному принципу, однако в защиту нашего сопротивления отмечу, что в медицинской помощи им не отказывали. Многие из наёмников были грамотно перевязаны, а тот грифон, которому в «Министерстве Морали» я половину костей переломал и клюв раскрошил, получил фиксации на то, что я сломал, а также трубочку на место сломанного пищеприёмника. Сейчас из всех конвоируемых, он был в самом комфортном положении. Он лежал на передвижной койке, которую тянул земной пони и прямо в процессе передвижения поглощал питательный раствор.

С вражеской стороны наш «табун» встретила значительная группа безоружных (все были приятно удивлены) земных пони тянущих загруженные мешками повозки. Проверка груза не заняла много времени, там действительно был провиант, больше времени заняла словесная перепалка, в которой один из бойцов ОФОТ высказывал опасения, что еда может быть отравлена, на что Последователи с использованием непечатных выражений говорили, что ни за что бы на такое не пошли. В итоге обмен состоялся. Последователи, отдав нам провиант, забрали пленных, пока пони из ОФОТ запрягались в повозки. Я же считая впрягание ниже своего достоинства, провожал Последователей взглядом, краем глаза смотря как наши копытные с трудом сдерживают радость от получения столь ценного груза.

С трудом верилось, что обмен пройдёт благополучно. Просто учитывая мой предыдущий опыт, ожидал какого-нибудь подвоха – что в повозках место зерна будет взрывное устройство, или замаскированных синих аликорнов, что нападут на нас в самый неожиданный момент. Неужели Вельвет была права – нам лучше говорить, чем воевать, и между НКР и зонтиконосным сопротивлением можно найти компромисс? Через секунду получил, а ещё через две даже ощутил, ответ на свой вопрос.

В тот момент я по-настоящему расслабился, считая, что момент нашей наибольшей уязвимости уже был упущен, так что худшего удалось избежать. Какого же было моё удивление, когда я, слыша звук выстрела, увидел, как тянущий повозку боец ОФОТ падает замертво с пулевым отверстием в голове.

— Снайпер! Все в ук…. – договорить слово «укрытия» я не смог сам словив пулю.

К счастью пуля попала в бронежилет но, судя по звуку и силе удара, стреляли из чего-то крупнокалиберного. Меня будто лошадь лягнула. Пуля не смогла пробить драконью кожу, но грудной отдел сильно сдавливало, дышать было тяжело, всё болело. Ощущение было, что если попробую встать то грудная клетка сломается пополам, так что некоторое время пришлось проваляться, плюясь кровью. Благо какой-то из бойцов ОФОТ (или СНС, все тогда были в одной и той же «пиксельной» форме) обратил на меня внимание и, словив пулю себе в район метки всё же смог за зашкирок дотащить меня до окопа. Далее другая копытная узнав меня разгонному блоку на пп догадалась, порыться в моей разгрузке, а после достать и, расстегнув жилет применить охлаждающий спрей. Холод был так приятен.

Далее пока я приходил в себя другие копытные, занявшие в окопе оборону, понимая, что под снайперским огнём у нас не так много шансов применили сделанные Трикси дымовухи скрыв нашу позицию. Огонь не прекратился, но стал неприцельным, а я уже достаточно оправился, чтобы стоять на ногах и говорить. Последнее в тот момент было более важно, так что говорил в гарнитуру не вставая.

— Чарли Альфа Джулиэт Управлению! – прокричал я, в гарнитуру мысленно проклиная свой дурацкий временный позывной и фонетический алфавит НАТО. — Мы под сильным огнём! Немедленно пришлите подкрепление!

— Вы спровоцировали огонь? – вопрос полковника Отема звучал как издевательство.

— Нет!!! Мы не стреляли! Обмен прошёл благополучно, но после в нас начали стрелять!

— Странно, — удивился пегас, а после пояснил, что его удивило: — Вельвет сообщала о запланированной «Рейнджерами Эпплджек» наступательной операции «Монитор»….

— Ты, — перебил я полковника, — знал, что Рейнджеры планируют наступление, но не сказал войскам в полях?!

— Вельвет заверила, что беспокоиться не о чем, и у меня не было оснований ей не верить. Все-таки она меня минимум дважды спасала от участи «Райских Лугов»….

— Мне пох что она тебя зашивала!!!

— А мне нет! К тому же она заверила, что операция Монитор отменена.

— Если она отменена то, какого хера в нас стреляют?!!

Далее я заглушил рацию, сейчас было не до разговоров. Вокруг стали рваться гранаты, благо в окоп не попадали, а также над головой лился поток свинца из шестиствольных пулемётов. Гранатомёты в сочетании с «Гатлингами» — как это в стиле рейнджеров. Похоже, они, не видя нас за завесой, ведут огонь на подавление, попутно приближаясь к нашим укреплениям. Судя по тому, что когда стрельба на секунду прекращалась, слышался звук моторчика пулемёта и приводов силовой брони — «Железные Вёдра» совсем рядом, а вид смелой копытной что высунулась из окопа для ответного огня, словила очередь, говорило что лучше не повторять её ошибки.

Тем не менее, я не стал стрелять «по Сомалийски» (всё равно бы никуда не попал). Вместо этого смотря над головой на направление кучной очереди, примерно представлял, с какой стороны ведётся наступление и в промежутке между перезарядкой высунулся с пп Vector наперевес. Противник действительно был рядом – четверо копытных в красной силовой броне, но выбранная ими расцветка пусть и устрашала, но даже в дыму служила отличным ориентиром. Очередь заряженными пулями быстро свалила одного из любителей яблок. Другие «дровосеки» видя произошедшее и то с какой стороны прилетела искрящаяся очередь быстро сориентировались и сосредоточенно обстреляли мою позицию; благо не гранатами – похоже они их уже расстреляли. Однако наши копытные ещё не успели применить свои гранатные запасы и, воспользовавшись тем, что огонь сейчас вёлся только по мне, один из бойцов ОФОТ швырнул в рейнджеров свою импульсную. Та, упав прямо под ноги противника, взорвалась искрящимся куполом, но к нашему общему удивлению рейнджеры не встали как вкопанные; они лишь слегка замедлились. Похоже «Железных Вёдер» тоже не устраивала известная уязвимость данных робокостюмов, только если в модернизированной броне СНС эта проблема решалась дублированной системой управления то «Железные Вёдра» нашли другое решение. Каким бы оно ни было, но нам удалось хотя бы замедлить эти ходячие танки, так что я, пользуясь заминкой, пополз к другому концу окопа, чтобы атаковать противника с неожиданной для него стороны, однако, уже высунувшись для стрельбы, с удивлением обнаружил летящую в рейнджера ракету; спасибо Дискорду с его замедлением.

Силовая броня – крепкая штука, но против кумулятивной струи гранаты от РПГ (пусть и кустарной) у неё мало шансов. У моей группы хотя и были РПГ, но наши гранатомётчики были убиты снайперами ещё в первую минуту боя, а значит, полковник всё же прислал подкрепление. Те два пегаса были просто как ангелы, мечущие молнии с небес. Пусть этих молний было всего две, но и этого было достаточно, чтобы убить двух рейнджеров. Третий не остался в долгу и, пустив очередь в пернатых, повредил одной из них крылышко. Пегаска не погибла (силовая броня защитила) но теперь она долгое время не сможет летать. Вторая смогла, увернувшись, войти в «мёртвую зону» противника попутно прямо в воздухе перезаряжая РПГ, однако сам рейнджер уже не был настроен сражаться. Резко развернувшись, он рванул прочь от нашей позиции, но я не хотел просто дать ему уйти. Высовываюсь из окопа упираю пп, навожу мушку на красный силуэт, открываю огонь и с удивлением обнаруживаю, что стреляю не только я. Попутно моей «заряженной» очереди в противника полетела очередь из крупнокалиберного и, обернувшись, раскрываю эту тайну. В суматохе стрельбы жужжащий звук движка БТРа был незаметен, но не огонь его пулемёта в башне. Прибывший БТР не только добил противника, но и доставил запрашиваемое подкрепление, которое, покинув технику, рассредоточивалось на позиции. Я был ему очень рад, но не так как исходу боя. Только по предварительным оценкам мы потеряли десяток бойцов (не говоря уже о грузе, что разметало взрывами гранат) сумев уничтожить лишь четверых рейнджеров – потери не в нашу пользу. К тому же…

Как я был рад, что всё ещё находился в укрытии, в противном случае меня бы нашпиговало осколками от упавшего фугасного снаряда. Следующий снаряд, попавший в БТР, окончательно показал, что я поторопился заканчивать бой. Те четверо «дровосеков» были лишь разведкой боем. Снаряд в БТР ясно показывал, что пока мы, прячась за завесой, перестреливались с этой разведкой, противник уже подтянул танки и скорректировал прицел. Судя по тому, что уже второй выстрел уничтожил наш броневик, позицию можно считать пристреленной, а это значит:

— Отступаем! – крикнул я, попутно выбираясь из укрытия. — Отходим на вторую позицию!

Та, на которой состоялся обмен, не была основной. По сути, мы она была ложной – приготовленной на скорую «руку» специально для представленного случая. Позади нас была другая – с пулемётными гнёздами и окопавшейся техникой. Именно там стоило дать бой, а не в вырытых по-быстрому мелких окопах, в которые и в силовой броне не влезешь.

Повторять приказ не пришлось. Копытные уже сами всё поняли и, выбираясь из укрытия, галопом бежали к полосе обороны. Ну как все… Некоторые шатались после контузии (не все гранаты рейнджеров ушли мимо да и взрывные волны от снарядов сыграли свою роль) другие хромали, третьи вообще не могли идти ползая на брюхе. Последних я не мог так оставить. Всё таки в произошедшем есть доля моей вины и, несмотря на множество совершённых в этом мире преступлений, которые ничем не оправдать, я не был лишён положительных черт. Я не мог просто так оставить тех, кто ранее принимали предназначавшиеся мне пули и осколки, так что продолжил движение только когда взвалив одну из раненных копытных себе на спину. Попутно отступлению замечал, что другие не раненные решили последовать моему примеру и тоже взвалили тех, кто не мог идти. Те же, кому не хватило раненных, пока тоже не отступали и, прикрывая нас, стреляли в сторону врага, а враг уже был в поле видимости. Длинная цепь из копытных в силовой и обычной броне медленно приближалась к нам под прикрытием БТРов и минимум шести (потом выяснилось, что намного больше, но тогда не было времени считать) танков. Танки пока не стреляли, очевидно, считая пехо… конницу целью недостойной своего главного калибра, а вот копытные и БТРы вели свой неприцельный огонь. Не желая чтобы этот огонь стал прицельным один из наших бросил ещё дымовух, и пока завеса не рассеялась, мы уже успели отойти на позицию.

В дальнейших событиях моя роль была минимальна. Оборона города прошла в соответствии с планом полковника, и пусть его план был несовершенен, но он сработал. Рейнджеры действительно пошли в наступление, но не по всему фронту, а только на определённых участках, надеясь своей стальной лавиной, смести нашу оборону. Полковник предсказал эти участки и разместил там наши замаскированные основные силы, на других стояли обманки, имитирующие серьезную оборону, так что было логично, что рейнджеры будут наступать там где «нет техники», вот только их ждал неприятный сюрприз. Танки на тех позициях в действительности были, только их скрывал маскировочный тент, различный мусор, а на одном из участков сама Трикси со своим заклинанием. Когда рейнджеры приблизились достаточно близко, маскировка была сброшена – танки открыли шквальный огонь, но не техника противника была их основной целью. В приоритете была живая сила противника — та, что могла представлять угрозу для наших немногочисленных пегасов и прочих отдельных бойцов с РПГ и базуками. После того как рейнджеры были разорваны снарядами или разбежались в дело вступали гренадёры, что добивали уцелевшую технику. Особенно эффективны были пегасы (их возможность стрелять с воздуха в уязвимые места танков оказалась просто незаменима) но в связи с их малой численностью свои «громыхалы» получили и земные пони с единорогами. Бескрылые работали преимущественно по БТРам и немногочисленным противникам в силовой броне, что уцелели, но не стали отступать, однако после боя изучая повреждения подбитых машин, наглядно обнаружил, что некоторые из копытных стреляли и по танкам; правда их лобовую броню пробить не смогли.

«Военная хитрость» с ложными неглубокими окопами, у одного из которых состоялся обмен, тоже сыграла свою роль. Некоторые из рейнджеров попытались там укрыться, но не помещались в своей броне, да и судьба тех, кто эту броню не носил, была незавидна. Те окопы не просто так были столь мелкими, и рейнджеры не единственные кто догадался их пристрелять. Полковник приказал их вырыть именно такими специально с расчетом, что противник решит их занять, а также распорядился пристрелять позиции. После того как волна наступления была отбита по этим ложным окопам был открыт огонь, и далее идя в контрнаступление, смотря на трупы в траншее, мы ещё раз убедились в правильности столь странного тактического хода.

План полковника в тот момент работал как часы, даже запасной вариант с привлечением двух резервных Т-90 и Подстрекателя не понадобился, но одно дело – оборона, другое — контратака. В процессе этой контратаки выяснилось, что расчёт на то, что рейнджеры бросят все свои силы не оправдался. ОФОТ пришлось столкнуться с резервом рейнджеров в виде прорвы бойцов и десятков танков. Также неприятным сюрпризом стало вражеское минное поле, но благо, что каждый двухствольный танк оснащался Катковым тралом, а пегасы были неуязвимы для мин. Пока танки медленно продвигаясь через мины, ведя навесную стрельбу по позициям противника, пегасы, пользуясь замешательством рейнджеров, летали над их позициями выводя один танк за другим. И пусть пернатых у нас маловато, но и их было достаточно, чтобы уничтожить значительную часть вражеской техники. Когда мы, пройдя через минное поле, приблизились к полевой базе рейнджеров, там уже был полный разгром. Немногочисленная уцелевшая техника вскоре была уничтожена, после чего пришёл черёд и таких же немногочисленных уцелевших рейнджеров, что пытались сопротивляться. Число сдавшихся в плен и двух десятков не набрало.

Итог: ОФОТ и СНС победили. Конечно, не обошлось без потерь, как в технике, так и в живой силе, но всё же — это была победа. Увы, но победа не оказалась полной. Старейшина Эплторн видя как его «Рейнджеры Эпплджек» терпят поражение, поступил аналогично грифонам – вместе с особо ценными писцами и личной охраной покинул поле боя, так что нам не удалось обезглавить командование. Из показаний пленных выяснилось, что на самом деле старейшина не хотел отступать и сделал это «под суровым взглядом Вельвет», которая, уже эвакуировав освобождённых наёмников, выделила место в своём личном запряжённом аликорнами фургоне, но это ничего не меняло. Наконец-то мы начинаем, то о чём так долго мечтали – начинаем наступать.

Полковник считал, что после столь успешной контратаки будет глупо останавливаться, позволяя противнику перегруппироваться и занять оборону, так что наши два «танковых полка» были быстро разбиты на отдельные «роты» что рассредоточились в направлении различных мелких населённых пунктов, ферм и прочих мест, имеющих материальную или стратегическую ценность.

Увы, но Блицкрига не получилось. В отличие от Т-90 двуствольные танки не отличались ходовыми качествами, что сильно сдерживало темп наступления, к тому же, в связи с постоянным недостатком топлива техника использовалась очень «выборочно», а без техники никакого подавляющего преимущества перед противником мы не имели. Количественно, качественно, тактически – глобально НКР (Рейнджеры и Последователи в частности) превосходило нас во всём, однако концентрируя силы ОФОТ и СНС медленно, но верно расширяли границы контролируемых территорий, отвоёвывали одно поселение за другим, несли потери и пополняли войска за счёт присоединившихся к нам жителей. К сожалению последних было недостаточно много, и дело даже не в том малом числе жителей местных населённых пунктов, просто большая их часть всё ещё верили речам Дарительницы о принесённой ей гармонии. У Литлпип действительно высокий навык красноречия, а с учётом внушаемости местных это давало дикое сочетание – Рейнджеры на нас только с поясами шахидов не шли. Их ожесточённое сопротивление и выкрики «За Эпплджек!» выдавали в «Железных Вёдрах» оголтелых фанатиков и что самое мерзкое – обычные жители тоже проникались этой эйфорией.

Разумеется мы не могли оставить это без внимания вот только от предложения спеть что-то поднимающее боевой дух, я категорически отказался. Распевая шизофреничные песни, я уже смог привлечь на нашу сторону жителей далеко немаленького города, вот только мне откровенно надоело, как Лира играет на моих «струнах души», причём надоело настолько, что к её «заразительной» музыке у меня образовался «иммунитет». Полковник, как ни странно, нормально отнёсся к такому оправданию и решил действовать по старинке – подобно Мелкопипке просто выступать на частотах местного радио. Речи у него….. Там где Литлпип предлагала вспомнить славное прошлое довоенной Эквестрии, там где призывала жертвовать собой во имя гармонии, там где называла наше сопротивление самыми непечатными словами, полковник, с трудом сдерживаясь в рамках цензуры, проводил специфичные сравнения и говорил таким голосом что и Левитан позавидует.

— Дарительница права, называя НКР наследником Эквестрии. Под правлением двух сестёр Эквестрия была опухолью на теле нашего мира. Она опустошала его подобно чуме. Беспощадный поход «Благородных Сестёр» по чужим землям чуть не уничтожил наш мир в огне мегазаклинаний. В наши дни изменилось немногое. С гордыней Дарительницы сравниться лишь жестокость наёмников компании Коготь, — тут полковник «украл» мою цитату. — Это были страшные годы погодного диктата Литлпип и её друзей — «героев пустоши», однако нашлись те, кто, бросив им вызов, вышел на бой против такой гармонии; и одержал победу.

Репертуар у полковника не блистал разнообразием, но такого рода пропаганда находила своих слушателей. Массовой сдачи в плен, конечно, не было, но всё чаще со стороны Последователей прибегали перебежчики, да и обычные жители тоже говорили, что не против оказаться под нашим зонтом. Я считал это успехом, а вот полковник и мистер Кауф надеялись на большее. Они искренне считали, что после того как мы захватим один из самых (если не самый) хорошо охраняемый город НКР то по всей территории противника вспыхнут массовые мятежи. Увы, но надежда не оправдалась. Вельвет еще, когда была у нас в плену, говорила о вспышках насилия и тем как с ними умело справляются. Также не стоит забывать и об операции «Смертельный Дождь» — после собственно «дождя», гибели Флаттершай и сотен невинных наша карма сильно упала. Большая часть тех, кто мог бы к нам присоединиться либо мертвы, либо разочаровались в идее сопротивления. Те немногие кто ещё хотят перейти на нашу сторону либо очень храбрые, либо очень глупые, а чаще и то и то. Какими бы они ни были, но не стоит рассчитывать на раскол в рядах НКР. Командование такие выводы сильно разочаровали, а мне было пофиг; у нас есть танки.

Однако полковник не разделял моего «танкового оптимизма». Все-таки у НКР тоже есть техника и её гораздо больше. Также наш успех первого применения бронетехники был основан не столько на грамотной тактике, сколько на дилетантстве противника. Рейнджеры, получив технику, толком не знали, как ей пользоваться, отсюда и их тактика аля наступление на реке Сомма. Не то чтобы она была плоха и цепь из техники с прикрывающими её копытными действительно смогла бы прорвать нашу оборону, если бы полковник не догадался «обмануть» противника. Размещая ложные и реальные позиции, баррикады, минные поля и прочее он заставил рейнджеров думать о нашей уязвимости в определённых местах фронта. В действительности, те «слабо защищённые» участки были «огневыми мешками» и как красиво рейнджеры в них угодили. К сожалению, теперь противник не поддастся на такого рода уловку, а значит – действовать нужно осторожно. Так мы собственно и действовали – перед наступлениями выпускали роботов шпионов и собранный ранее коптер, изучали позиции с передвижениями противника, открывали навесную стрельбу из двуствольных танков и впоследствии наступали с очень медленной скоростью; двустволки не отличались скоростными данными.

Такое вот у нас «ползущее наступление» причём, что странно, его инициатором был пегас привыкший действовать стремительно. К сожалению или к счастью теперь тактика ударов с воздуха, что практиковал Анклав, не применялась. Отем считал, что Мститель и Подстрекатель нужно беречь, а других воздушных судов у нас не было. После устроенного нами в Новом Клаудсдейле воздушный флот Когтей мало того что был разбит без возможности восстановления (на их «Хищниках» не стояла система аварийного восстановления облака) так ещё и заражен радиацией. Сейчас бывшая техника Анклава всё ещё фонит в полях на западе от Понивиля, но даже если её удастся отчистить, вряд ли кто-то возьмется собирать из обломков рабочие воздушные суда; обломки проще распилить и переплавить.

Грустно, что техника, которой в Анклаве так гордились, ждёт столь незавидная участь, но Отем не унывал. Он считал, что уж лучше она превратиться в труху от ржавчины чем, будучи исправной, будет приносить пользу НКР. Также он был полон оптимизма ожидая, что скоро у нас появиться то, что сильно ускорит темп наступления и дело не в восстанавливаемых танках и обучающихся пилотах «хопп», просто на лекциях о другом мире я особо подчеркнул роль артиллерии и то насколько эффективны РСЗО. Пегаса очень заинтересовала идея Реактивной Системы Залпового Огня из-за её невероятной эффективности и относительной простоты исполнения. Ракеты в трубах – не сказал бы, что это просто, но всё же проще силовой брони, роботов и прочих технологий, что у местных считались вполне обычными. Понятия не имею почему вопреки всем законам логики артиллерия у местных не получила распространения, но догадываюсь что без влияния сестёр аликорнов не обошлось. В прошлом они уже отказались от танков в пользу силовой брони, наверное, с артиллерией случилось нечто подобное – решили заваливать зебр не снарядами, а клонами принцессы ночи, или что-то подобное. Что бы там ни было, но теперь мы исправляем данное упущение. В конце концов, на Земле кустарно каких только РСЗО не создавали (https://pbs.twimg.com/media/CZy4IE4XEAA27jM.jpg https://pbs.twimg.com/media/DaHxuHUXUAEqnZN.jpg https://img2.ntv.ru/home/news/20150704/BM-21-Grad_vs.jpg) а у нас в распоряжении целый город оружейных заводов. Оптимизм оптимизмом но наш результат мало отличался от кустарных порождений безумных сварщиков. Те же трубы вместо направляющих, кустарные пороховые ракеты (Трикси очень помогла), точность ниже ожидаемой, но приемлемой для «площадного» оружия. Шасси было необычным – местный нелепый трёхосный БТР ( https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/f/ff/FO4-apc-render.png/revision/latest?cb=20151207172732 ) со срезанным десантным отсеком, на место которого и водрузили монструозную трубную конструкцию. Видок у получившейся машины был не ахти, но простота исполнения и технические характеристики обеспечили бы нашей армии серьёзное преимущество, так что полковник недолго думал, перед тем как распорядиться о «серийном производстве».

Если бы технические извращения ограничились лишь РСЗО….. К сожалению, на лекциях помимо роли артиллерии я ещё подробно рассказал о роли авиации, чем пегас, по понятным причинам, очень заинтересовался. Пускай сейчас он был спущен «с небес на Землю» но видя наработки на заводах Филлидельфии распорядился создать хоть что-то похожее на настоящий самолёт. К всеобщему удивлению, Сулик тут же вызвался над решением этой задачи.

Я тогда посчитал, что это у него из-за пережитой пули в голове крыша поехала, но Сулик ответил, что нет:

— Пуля в голове мне не мешает. Наоборот – думать помогает.

Далее он пояснил что пулю извлечь так и не удалось, но ничего страшного – из-за розового газа которым он надышался (когда БЛОК ТАНК пробив лобовую броню танка задев Лиру) та пуля срослась с его мозговым веществом. Удивительно, что при этом не произошло умственной деградации, что одежда не срослась с телом, да и то, что гуль вообще остался жив, оставшись при этом «гулем обыкновенным» — это выше моего понимания. Тем не менее, Сулик жив и «здоров», однако, зная его обычное поведение, не мог не отметить, что с пулей башке он сильно изменился.

Ранее он был груб не только со мной, и всё что его заботило так это собственное выживание и месть за свою страну. Когда в танке он передо мной извинился, я был искренне удивлён. Теперь же он был более…. Жизнерадостным(?!). Он хотел всем помогать, пытался шутить, улыбаться своей гнилой физиономией. Похоже на волне этой «жизнерадостности» он и вызвался добровольцем к идее полковника создать летающую машину. Как бы то ни было, но он действительно взялся за дело с энтузиазмом и, найдя помощников из СНС и ОФОТ, взялся за создание, эммм….. Местной беспилотной интерпретации СМ-170 Fouga. За выбор машины спасибо Лире, точнее случаю, когда она, рассказывая про свою жизнь, открыла страницу своей тетради не с тем рисунком. Тогда единорожка хотела нам показать рисунок глайдера, который видела своими глазами, и пусть попытка местных его заново изобрести была обречена на провал, но некоторые наработки нашли своё применение в воссоздании беспилотной Фоуги. Конечно, глайдеры не предназначались для полётов и хвост у них не V образный, но наработка двигателя нашла своё применение. Со своим техническим складом ума и новым энтузиазмом Сулик вместе с помогающими ему копытными, смогли закончить работу над движком, причём они были так рады результату, что даже спели по случаю успешных испытаний:

Чтобы к синему небу на крыльях лететь,

Мы огонь реактивный зажгли,

Притяжение земли мы смогли одолеть,

Притяжение любви — не смогли...

Это бы звучало мило, если бы не участие полосатого гуля. Мало того что он, как и все гули – абсолютный импотент неспособный любить, так ещё его голос, звучащий как у бензопилы, совершенно не подходил для песен. С другой стороны он, будучи причастным к успеху имеет право как на песню, так и вообще на всё. Двигатель – самое сложное после управляющей системы, а последнее у нас уже было. Роботы шпионы оснащены довольно совершенной системой, которая нуждалась лишь в перенастройке, а раз двигатель у нас тоже уже есть, то самое сложное позади. На волне этого успеха у всех появился свой энтузиазм; даже у Трикси, которая тоже помогала (Аликорн со своей магией была очень полезна) и теперь решила попытать счастья уже для себя лично.

Прекрасно зная, что к музыке я тоже восприимчив Трикси всё же не решалась спеть мне о своих чувствах. Пускай ранее она шикарно исполнила песню «What's the world come to», но всё же единорог в теле аликорна прекрасно понимала насколько мерзок её голос и не решалась говорить со мной чаще, чем необходимо, предпочитая тычки и прочие чуждые мне жесты внимания. В этот раз она решила попытать удачу и, спев, не только заявить о своих намерениях ко мне, но и задеть моё самолюбие; точнее то, что от него осталось. Прямо на работе по сборке фюзеляжа она, с гаечным ключом наперевес, начала петь:

«Грейсика слыша скрип копытц,

Бегу к нему я сразу на свидание,

Ах если б он ещё чего-то мог

Моё бы отложилось увядание».

Далее я, поддавшись музыкальному настроению, продолжил, но со свойственным мне сарказмом:

«Всегда готов тебя любить».

Улыбаясь, Трикси ответила:

«Давно уже пора».

Продолжаю:

«Виагры только б мне купить,

Хотя бы два ведра».

Далее улыбка медленно сползает с синей морды Трикси, после чего её физиономия меняет цвет на оттенок красного. Сама аликорн замирает на секунду, держа магией гаечный ключ, а после «взрывается» с криком: «КРЕТИН! ИДИОТ!» — и размахивая ключом, бежит за мной с намерением раскроить «Череповец». В итоге не догоняет и просто швыряет железку попадая мне в затылок, после чего я очухиваюсь на койке ближайшего лазарета и, выслушивая извинения Беатрикс уклоняюсь от её тёрок физиономией. Та опять осталась недовольна, но решила отомстить менее травма опасным способом – снова начала петь, причём песню с похожим смыслом, но уже менее весёлую. Такую, к которой не хотелось присоединяться. Такую, которая была невыносимой даже без учёта мерзкого голоса Беатрикс.

Светит несчастливая звезда,

Про сношения книг прочла три тома,

Жаль в свои не юные года,

С этим лишь по книгам я знакома.

Надо только выучиться ждать,

Ну и за одно стрелять учиться,

Чем Грея мне к любви склонять,

Проще мне конечно застрелиться.

Надежда — мой компас в мирах,

А призрак — награда за смелость,

Не умный, корявый, кривой,

Да не и мужчина наверно.

Ну, у Беатрикс и репертуар, с другой стороны чётко прослеживается моё влияние, а это можно сказать – достижение; сомнительное достижение. Песня – либо гипертрофированные преувеличения, либо сплошное враньё. Ничего у меня не скрипит, а даже наоборот – я могу ходить не цокая. Также с «этим» Беатрикс знакома не только по книгам, но случай, в котором мы перетёрлись под «это» не попадает. Я бы даже сказал, что это было не «это» а «то», но в песнях и не такое допускается, как и другие прозвучавшие преувеличения с преуменьшениями. Правда в каждой шутке лишь доля шутки и Беатрикс вполне в праве обо мне так думать — не умный; могла бы и промолчать.

Справедливости ради стоит заметить, что Трикси занималась не только помощью нашему прогнившему другу и попытками добиться от меня взаимности. Пускай она и в шкуре клона принцессы аликорна, но в душе всё та же незадачливая фокусница, которую когда-то искусственно создала призрак-аликорн, и пускай сейчас фокусы уже не пользовались прежней популярностью, но Трикси нашла свою аудиторию.

Прямо на руинах завода «WATSON UMBRELLA» она построила сцену, на которой ставила постановки различных тематик. В основном «сольные выступления иллюзионной магии» но иногда на сцену выходили и различные «актёры» играющие более «актуальные» театральные постановки. Настоящий аншлаг собирала постановка событий захвата города, точнее та часть, в которой Сулик, Лира и я, захватив танк, оттянули на себя половину группировки наёмников, позволив ОФОТ занять ключевые позиции. Жители города после произошедшего называли нас «Огненный Экипаж» так что постановка унаследовала это название. Специфичное было зрелище – смотреть на сменяемые декорации, на фанерные танки в поле магии, перестреливающиеся такими же магическими лучиками, на актеров, изображавших двух гулей и одного «призрака». Это выглядело так по детски, но копытным нравилось – постановка «Огненный Экипаж» всегда пользовалась успехом и не только среди детской аудитории. На этом фоне я в шутку даже предложил Трикси поставить продолжение «Двойной Огненный Экипаж» и «Огненный Экипаж 3: Филлидельфийский дрифт», а потом долго уговаривал ту отказаться от своего предложения.

По понятным причинам мне такого рода постановки не очень нравились, но должен признать – они сплачивали жителей с новообразованной группировкой ОФОТ и пополняющейся новыми бойцами СНС. Обычно держащиеся порознь копытные из этих групп тогда все сидели на одних зрительских скамейках. Полковник тоже это заметил, но посчитал что этого мало. Чтобы сплотить местных вокруг себя и СНС, ему мало читать речи на радио и сидеть с местными на выступлениях Трикси. Пегас решил посещать местные места досуга, да и вообще места, в которых местные имеют свойство собираться, вот только начальный вариант был не очень удачен.

В местной школе нормально отнеслись к появлению полковника и меня, ведь даже Литлпип понимала насколько важно заручиться доверием у подрастающего поколения. Теперь её книги и прочие пособия горели на кострах и учителя догадывались, что рано или поздно мы их (книги) чем-то заменим. Пока это поздно ещё не наступило, но полковник решил удостоить школоту личным присутствием, а я пошёл так из любопытства – хотелось посмотреть, чему сейчас в школах учат. Зайдя в класс, наглядно убедился, что учителя не собирались ждать появления новых пособий и уже сами начали читать уроки о жизни под зонтом – о безопасности, что он несёт и равенстве для всех. Может урок был о чем-то другом, но классная доска, на одной половине которой был изображён наш зонт, а на другой огромный знак равенства, наталкивала именно на такие мысли. Мысли… Мысли взрослого, дети же думали о своём. Полковник этого не понимал и, обращаясь к детям, в шутку спросил у одного пегасика:

— Хочешь дяде стишок рассказать?

Зря он это спросил. Мелкий копытный взлетев на парту и расправив крохотные крылья, тут же исполнил хотелку:

Эта песенка про нашу школу,

Где счастливо растет детвора.

Мы в неё ходим стайкой веселой,

Но зараза в восемь утра!

Я от хавки в столовой худею,

Что уже на себя не похож,

И продленка чудесное место,

Но носить при себе лучше нож!

После такого полковник решил, отказаться от первоначальной затеи и сосредоточиться на командовании армией; мол — уж лучше Рейнджеры с Последователями. Я не был против. Всё таки под командованием Отема наши разношёрстные группировки стали дисциплинированы, морально ободрены и современной техникой оснащены. Правда основной упор он делал на СНС, но и ОФОТ сильно изменилось.

Те пони с пробудившимся классовым сознанием далеко не все носили на своей форме символ бело-красного зонтика. Отказавшись от следов от когтей на символе ОФОТ, мы просто повернули «шестигранник» на девяносто градусов. Теперь символика ОФОТ выглядела в стиле «те же яйца только в профиль» — тот же символ СНС только вместо белого мальтийского креста под прямым углом стоял красный. А что – логично. Мне удалось пробудить у тех копытных «классовое сознание», так что цвет был подходящим, вот только... Справедливо решив, что со столь похожими символиками в горячке боя между подразделениями может возникнуть путаница, мистер Кауф распорядился добавить к униформе ОФОТ одну, но очень значительную деталь – нашивку, что изображала шахматную клетку.

Дело в том, что уборщики и прочие копытные из ОФОТ, разбирая трофеи в «Министерстве Морали» не обошли вниманием и настолки про войну в 41ом тысячелетии. Игра им не особо полюбилась но, изучая фигурки, они обратили особое внимание на фракцию «зеленокожих», точнее на некоторые детали присущие этой стороне. Оружие этих фигурок (стрелялы, пулялы, громыхалы) стилистически выглядело сделанным из всякого мусора и вообще неспособным стрелять – это было очень похоже на то чем я вооружил ОФОТ. Также копытные обратили на опознавательный знак «зеленокожих» — шахматную клетку, что была изображена на фигурках и их оружии. Мистер Кауф увидел в этом не только забавное совпадение, но и неплохую идею, так что теперь на форме ОФОТ помимо зонтика также была и шахматная клетка. Копытным такой знак очень понравился. Они признали его не только очень удобным, но также данью уважения покойным пони из ГО, которых всё же «убрали с доски». Сулик узнав о данной идее, не стал возражать, хотя отметил, что черные полоски на белом фоне ему бы понравились больше чёрно-белых клеток. От идеи перекрасить Фоугу в красный, «для большей скорости», он отказался, но не стал возражать против перекраски V образного хвоста пузатого беспилотника в клетчатый рисунок.

Полковник Отем, тоже узнав об этом нововведении, не стал возражать, но отметил, что помимо отличительного знака данная нашивка может служить хорошим ориентиром для противника. Разумная предосторожность пусть даже речь шла о скромных шевронах, а ведь некоторые из копытных предлагали изготовить форму полностью в клеточной стилистике; страшно и смешно представить каким бы был результат (https://topwar.ru/uploads/posts/2019-08/thumbs/1567228408_9_-rennen_.jpg). Тем не менее, до абсурда не дошло, так что по приказу полковника у ОФОТ появилась клеточная нашивка (аля лондонские или чикагские полицейские), а на форме СНС так и остался скромный бело-красный шеврон.

Пегас вообще очень много времени уделял внешнему виду подчинённых ему бойцов и техники, постоянно напоминая, что не стоит пренебрегать маскировкой. Довольно странно это слышать от того кто проводя «Операцию: Выжигание», перед налётом на населённые пункты, выступал на общественном радио, заранее предупреждая противника; да и «Собор» штурмовал, будучи облачённым в броню аля копытный космодесантник. Похоже, пуля в голове его многому научила, или это последствия штурма Громовержца, в котором мы, нарядившись в маскхалаты, поставили на незаметность? Чтобы это ни было, но теперь пегас пересмотрел свои приоритеты и мнение насчёт облика бойцов с техникой. Теперь, согласно указу Отема, каждый боец СНС носил камуфляж аналогичный его силовой броне – «соты» защитного цвета; отчего копытные выглядели как чешуйчатые.

Техника тоже не избежала участи перекраски. Если ранее танки, БТРы, и бронеавтомобили были выкрашены в синий пиксельный камуфляж наёмников (мне он напоминал расцветку техники морской пехоты Китая http://bastion-karpenko.ru/VVT/ZBD-2000_PARAD_150903_01.jpg) то теперь это был тот же «сотовый» рисунок, что и на униформе, только «соты» были крупнее. Не сказал бы, что этот камуфляж был действительно хорошим, но в сравнении с тем, что было раньше, техника выглядела как действительно пригодная к полевым условиям. Пусть даже теперь «Эквестрийская Пустошь» уже изрядно заросла, но там (в том числе и из-за меня) ещё есть множество «полупустынных» участков на которых с воздуха танк выкрашенный таким образом будет малозаметен (http://www.armaholic.com/datas/users/arma3_facebook_12_4.jpg), а на бронеавтомобиле Фалькатус сотовый камуфляж вообще смотрелся как родной ( http://zoozel.ru/gallery/images/1243476_ifrit-arma-3.jpg ). Копытным из ОФОТ такой рисунок тоже понравился, так что их техника приобрела аналогичный вид, с поправкой на шахматную клетку на стволах танков, крышах БТРов и прочее таком же духе.

Не только техника и бойцы изменились за те долгие дни. Мистер Кауф будучи комендантом города с энтузиазмом взялся за дело, так что вскоре город стал просто неестественно чистым; будто это не «Филадельфия» а Пхеньян. Увы, но тяга к чистоте не единственное что отличало этого палкоголового. Он тоже любил выступать с агитационными речами.

— Товарищи. Дорогие друзья. Нам нужно поднять нашу родину с колен. Наш мир разорен войной, диктатом грифонов, рейнджеров, «героев пустоши» и неэффективной экономикой. – Последователей, почему то он не стал упоминать. — В ближайшее время, в кратчайшие сроки, мы должны сделать невозможное и спасти нашу родину.

Уже давно стало ясно — этот копытный, на словах желающий помогать сопротивлению, на деле — просто жаждал власти. У него не было каких-то амбициозных планов, он не считал себя гениальным лидером, но у него просто были лидерские качества и мания к чистоте. Когти тоже это заметили и решили использовать его на свою пользу, позволив создать компанию «Чистка До Блеска», что подчищала следы как их так и моих грязных дел. Удивительно, что именно НКР уборщики посчитали главной причиной появления грязи но…. Но хватит так рассуждать.

Киллеры-уборщики, установки переработки трупов, «безопасность под зонтом», «убранные фигуры с доски» — всё это привело к тому, что мистер Кауф решил использовать СНС как средство своего карьерного роста и добился полного успеха. Как говориться: Из грязи в князи; и снова в грязи. Теперь он, будучи во всех смыслах честолюбивым, распоряжался всем, что происходило в городе; от уборки до агитации. За последнее он взялся уж слишком рьяно. Куда ни глянь повсюду висели агитационные плакаты СНС («Будущее этого мира в безопасности под нашим зонтом»), из динамиков чуть ли не каждый час читалась пропаганда, и ещё эти полотнища с рисунком «зонтика», как с белым, так и с красным мальтийским крестом.

У меня вид таких стягов непроизвольно ассоциировался с образом «Третьего Рейха», и Берлином в частности (город сказка, город мечта, попадая в его сети, пропадаешь навсегда) о чём я естественно заявил коменданту-уборщику. Тот по понятным причинам не понимал моего негодования, но с пониманием отнесся, что в происходящем я увидел сходство с какими-то событиями другого мира. Тем не менее, убирать или хотя бы ограничивать количество флагов он не стал, мотивировав тем, что пони нужно напоминать, кто сейчас является главным. В этом мире — это нормальная практика.

Ещё до войны, когда министерств и в помине не было, по всей Эквестрии стояли статуи сестёр аликорнов и висели флаги с рисунками их меток. После известных событий появилось разнообразие – появились стяги с изображениями меток «министерских кобылок» и собственно знаками министерств. Какие флаги были при правлении грифонов я и так видел, так что нет ничего зазорного, повсюду развесить нашу бело-красную символику. Честно говоря, мне было чем возразить, но мешавшаяся Трикси была не на моей стороне. Ей нравились эти полотнища. Она даже высказала свои древние грезы, в которых, получив амулет аликорна, захватила Понивиль и развесила там нечто похожее; только стяги были с фоном красного цвета (у нас зонтик чаще был на чёрном фоне; реже на фоне шахматной клетки) и чёрным профилем Трикси. Аргументы были неубедительны, но я прекратил спор. Другой мир – другие порядки, но насчёт одной идеи всё же был категоричен – использования этих стягов на танках. Копытные, изучив настолку «40 кусков» посчитали интересной идею похожего на парус знамени, что ставилось на технику для устрашения противника и воодушевления своих войск. Я же усмотрев сходство с одним известным говнофильмом, просто «рвал и метал», в итоге убедив копытных ограничиться только опознавательными знаками на броне.

Так и проходили эти долгие дни. ОФОТ при поддержке СНС медленно вело наступление. Отем осуществлял командование. Сулик проводил свои работы. Город менялся. Лира где-то шлялась. Трикси проводила выступления и пыталась добиться от меня взаимности. Я же…. На фронте может и был бы полезен, но полковник считал нерациональным использовать там «призрака», так что я просто коротал дни, корректируя планы Отема, помогая полосатику, общался с Трикси и прочее по мелочи. Это были по-настоящему мирные дни, в которых я отчаянно ждал, когда Дискорд выполнит своё обещание – выйдет со мной на контакт и расскажет про то, что позволит мне покинуть этот безумный мир. Я очень ждал этой встречи и даже попросил Трикси с Лирой, чтобы они, чувствуя от меня «ауру хаоса» не препятствовали – не лезли мне в сон и не играли на струнах души.

Лира со скепсисом приняла данное предложение. Она помнила, какой шоколадно-молочный хаос когда-то устроил Дискорд, и просила не забывать насколько он могущественен и психован на всю голову. Также она напомнила, что в прошлый раз при встрече с Дискордом я плевался кровью, но Трикси заверила, что ничего страшного – сон нельзя убить, а та кровь была просто от повысившегося давления — это неприятно, но не смертельно; особенно для призрака с его регенерацией. Натянутое утешение, но меня действительно успокоило, вот только ночи проходили, я спал без снов, а Дискорд всё не появлялся. Мне даже показалось, что козломордый передумал или даже пожалел, что в прошлом мне помог – это бы было нехорошо. С такими нехорошими мыслями я погрузился в царство морфея.

* * *

Понятия не имею, как я оказался в этом лесу и также не понимал, что это вообще за лес такой. Не то чтобы он был уж совсем странным, но эти деревья, кусты папоротники, лианы – всё выглядело и похожим и непохожим на привычные порождения царства флоры. «Лес ведь не тропический, какие ещё лианы?» — думал я, держа в руках зелёный росток. Уточнение – прочный зелёный росток; из таких ростков можно хоть мост канатный делать. В итоге решил взять росток с собой. Конечно, таскать моток лиан в лесу, в котором растут лианы также глупо как брать в лес дрова, но лес был мне незнаком. Вдруг тут можно угодить в трясину или куда-то провалиться; тогда моток лиан может пригодиться.

Зря я тогда так подумал. Как говориться: не поминай чёрта, не спрашивай по кому звонит колокол и всё в таком духе. Стоило только задуматься о возможности провалиться, как грунт подо мной просел, устремив меня в какой-то скользкий туннель по которому я прокатился до пещеры с небольшим озером. Именно это озеро и смягчило моё падение, вот только выплывая оттуда, непроизвольно заметил, что вода в нём была совсем не холодной, а над его зеркальной поверхностью даже образовался пар. Это было поистине удивительно, вот только другая странность затмила эти вопросы – выплыл я не один.

Одновременно со мной на берег подземного озера выплыла моя копия. Ну как копия, скорее кто-то очень похожий на меня с поправкой на несколько деталей. «Клон» телосложением, одеждой, физиономией и даже мелкими деталями был вылитый я за исключением наличия (в смысле, что это было у «клона») козлиной бородки, жёлтого цвета белка глаз (будто у него печень разложилась) и мерзкой ухмылистой улыбки.

— Ты кто? – спросил я.

— Ты кто? – издевательски коверкая голос ответил «клон».

— Ты — это я? – мой вопрос звучал глупо, так что далее кое-что пояснил: — Ты звучиш как идиот.

— Ты – это я, — сказал «клон» коверкая голос, но далее продолжил уже не коверкая, хотя и с ухмылкой: — Ты хороший я плохой.

Далее клон на секунду «взорвался» хохотом, после чего пустился в какой-то кельтский пляс, напевая при этом строки достойные камеры с мягкими стенами:

— Хороший хороший, нассал себе в калоши, — закончив «куплет» другой я, не отрываясь от пляса, ударил меня кулаком в ухо, при этом продолжая: — Мужичёк добрячок. Хороший парнишечка в маленьких ботиночках, – снова удар, на этот раз мне солнечное сплетение. — Хороший славный парень в туфлях от армани. Ты хороший симпатичный в туфельках отличных, – ещё удар. — Ты — хорош я – плох, всё равно ты будешь лох.

Далее я парировал удар «клона» и сам бросился в атаку, вот только "зеркальный я" был удивительно увёртлив. Мерзко хохоча, он, подобно змее, уклонялся от моих ударов. Поняв, что тактика боксёра против него бесполезна начал действовать в стиле греко-римской борьбы, но стало только только хуже. С невероятной ловкостью «клон» «выскользнул» из захвата и, зайдя мне за спину «сел мне на голову».

— Не надо Флатти, не плачь по мне, К тебе я еду на своём коне, — пел «клон» пока я безуспешно пытался его сбросить.

Это было так унизительно – позволить на себе кататься какой-то извращённой копии себя самого, вот только…. Он сравнил меня с копытным и упомянул некую Флатти, почему это звучало так знакомо? Тут меня осенило – я вспомнил, что это за Флатти, а также понял, где я. Козломордый себя выдал. С этим озарением появились и новые силы, а также идея как сбросить с себя «клона».

Крикнув «Я знаю, кто ты!», спиной вперёд, прыгаю в озеро. Дискорд ослабил хватку, чем я моментально воспользовался и, освободившись, хватаю его за бородку, после чего топлю в воде. Дискорд недолго пускал пузыри. Озеро стало быстро мелеть и, судя по воронке вокруг головы противника, он решил выпить всю воду. В реальности это было бы невозможно, но в нынешней ситуации он не только выпил весь пруд, но у него даже брюхо не вздулось.

— Напился? – спросил я, связывая «клона» лианами. — Писать не хочешь? – далее отпустил связанного и, отойдя начал говорить серьезно: — Поток остроумия иссяк? Может, прекратишь этот маскарад и примешь свой естественный облик драконикуса?

Дискорд же смотрел на меня моей физиономией со злобным взглядом. Не на такую встречу, он рассчитывал, не на ту в которой я стану его топить также как он меня ранее в кастрюле с борщом. Тем не менее, он не мог так просто, услышав своё имя, прекратить свои «шуточки» и напоследок вылил (прямо из пасти) на меня всё своё недовольство, выражавшееся в выпитой им воде. Напор был даже не как у пожарного шланга, а как у полицейского водомёта (https://youtu.be/R5Hh2DhTu48), меня аж к стене пещеры прижало, но благо запас воды кончился, а Дискорд принял свой истинный облик. До чего же он уродлив. Удивительно, что это порождение пьяного таксидермиста мне помогало.

— Если ты, будучи на свободе также поступал с местными то не удивительно, что сёстры тебя зацементировали, — сказал я, намекая на своё недовольство поведением драконикуса.

— Я вещи и похуже делал, — ответил Дискорд, голос у него был как у педофила, — но в сравнении с тобой — я просто мелкий хулиган.

— Обладаешь безграничным могуществом и называешь себя мелким.

— Я несу хаос. Я мог рвать ткань реальности, мог творить все, что представит моё больное воображение, но я никогда не опускался до убийств. Тот кондитерский хаос, что я нес, может и приносил пони страдания, но не смерть. Ты же…. Ну до Литлпип тебе ещё далеко, но из-за тебя погибла Флаттершай, а жизнь этой пони была одним из немногих, что для меня имело ценность в этом мире.

— Наслушался пропаганды Вельвет?

— Не только. Я любил эту жёлтую пегаску, точнее должен был бы полюбить, если бы не Селестия с её планами на этот мир.

— Правда? – я действительно удивился. — По плану Лорен ты должен был её полюбить?

— Не в похотливом смысле, но да. Флаттершай – просто олицетворение робости, скромности и желания помогать нуждающимся. Вся её жизнь – сплошная борьба со своими страхами, в которой она и без поддержки друзей, как одерживала верх так и терпела поражения. Ну как такую не любить?

— Если утешит — я не горжусь произошедшим, да и дружественные мне копытные с сожалением восприняли новость о её смерти.

— Мне не нужны утешения. В её смерти есть и часть моей вины, но смерть под дождём, для неё – не худший исход…. Двести лет жизни в облике дерева… Как я её понимаю, — Дискорд явно намекал на сходство её жизни в облике растения и свою судьбу быть превращенным в статую.

— Если такой понятливый, то поясни что тут вообще твориться?

Смотреть на козломордого было уже само по себе противно, а его голос педофила был вообще невыносим и уж меньше всего я хотел скушать рассказы о его нелёгкой участи. Мне хотелось, чтобы он перешёл к делу, о чём заявил уже прямым текстом. Также понимая, что сон нельзя убить, подкрепил просьбу видом материализованного ПМа. Во сне от пистолета мало толку, но не хотелось быть перед этой змееподобной тварью безоружным. Пусть выстрелы Дискорда даже не поцарапают, но пуля в собственную голову наверняка спровоцирует пробуждение.

— Угрожаешь? – ухмылисто спросил Дискорд, указывая на пистолет, но не стал дожидаться ответа. — Вообще-то если у меня нет оружия, то это делает меня лучше. Может ты, и можешь застрелить меня, но морально я сильнее. А если по серьезному – оно бесполезно. Смотри — я тоже так могу.

Далее он сам материализовал неестественно крупный Colt Anaconda. И направив на меня дуло нажал на курок. У меня в ту секунду прямо сердце екнуло, но вылетевшие из ствола мыльные пузыри выглядел вполне безобидно. После того как я коснулся одного из них он рассыпался конфетти.

— В не материальном мире «материальные» объекты так же реальны как мысли вообразившего их, — пояснил Дискорд.

— Интересная логика, — заметил я. — Согласно ей если я умру во сне, то проснусь в реальности. А что произойдет, если умру в реальности?

— Ты умрешь, тупица. На то она и реальность.

— Раз для тебя сон и реальность не особо отличаются, то почему ты не материализовал пушки и ракеты?

— Потому что я не могу вообразить, как кого-то убиваю.

— Тогда что же тебе мешает нафантазировать облака из сахарной ваты?

— То, что мои силы как надо работают лишь на известной тебе планете с буквенно-цифровой кодировкой. Будучи на Луне моих фантазий хватает лишь на всякие мелочи, будь то патроны с крышками в ящиках, коррекция поведения некоторых пони, да взаимодействие с разумом «призрака».

— То есть жители пустоши были правы, считая, что это ты подбрасываешь им крышки?

— И, да и нет. Чаще они просто невнимательны.

— И зачем ты их подбрасывал? То есть – зачем ты вообще помогал Литлпип?

— Потому что только так я мог помочь Флаттершай.

— А помогая мне?

— Я помогаю тебе не сдохнуть, чтобы спасти этот мир от незавидной участи.

— Как бы — этот мир считает именно моё появление «незавидной участью».

— И он неправ.

Далее Дискорд щёлкнул пальцами птичьей лапы, от чего мы из пещеры вдруг переместились в какое-то крупное, но роскошное помещение. Изысканная плитка на полу, мраморные колонны, огромные витражи, изображающие копытных; в основном аликорнов синего и белого цвета. Догадался – мы во дворце «Благородных Сестёр. Через секунду утверждение подтвердилось – они шли по коридору, о чем-то споря. Дискорд хоть и изобразил картинку, но без звуковых эффектов, хотя и без них уже по физиономиям Селестии с Луной (та была вылитая Беатрикс с поправкой на более тёмный оттенок синего и странный развивающийся волосяной покров) было понятно, что сёстры в чем-то не согласны. Вскоре Дискорд пояснил, в чём именно.

— Как ты видишь, но не слышишь, сёстры не пришли к общему мнению насчёт жизни после ухода Лорен. Селестия считала, что стоит жить как прежде исполняя её «пророчества», Луна, что исполнение фантазий свихнувшегося «призрака» последнее, что нужно их миру.

Далее Дискорд снова щёлкнул пальцами переместив нас на какой-то холм, с которого открывался прекрасный вид на бой двух чудных машин. Одна выглядела как очень странный выкрашенный в жёлтый самолёт, другая как гипертрофированный комар без крыльев. За боем этих машин также наблюдали парящие пегаски синего и жёлтого цвета, а также единорожки белого и фиолетового окраса. В один из моментов единорожки попытались убежать но «комар» вылил вокруг них какое-то вещество кислотно-зелёного цвета, после чего жёлтый «самолёт» прекратил атаковать и сел на брюхо. Далее он вдруг резко рванул и, протаранив «комар» до толкал тот до участка, в котором как я помнил, были выброшены мины.

— Помнишь эту историю? – спросил Дискорд.

— Конечно, — ответил я. — Лорат и Синигр – гости с Полигона-4.

— Принцессы просто не могли оставить появление таких «гостей» без внимания. Зная, что в их мир уже попадали такого рода «гости» принцессам было страшно представить, что будет, когда появятся их создатели.

— «Призраки» ведь и есть создатели.

— И, да и нет. Призраки – лишь марионетки. Лорен – марионетка, ты – марионетка, да и вообще всех существ нашего мира кто-то незаметно дёргал за ниточки. Я и сёстры не были исключением. Кто знает, может и сейчас, я тоже выполняю чей-то хитрый план.

— И сёстры были недовольны таким раскладом?

— А кто был бы доволен? Тем не менее, такой расклад был единственно верным. Наш мир специально был создан как детский спектакль – как несмешная шутка. Принцессы считали — их мир заслуживает большего и мечтали, чтобы их мир стал способным к самостоятельному развитию, а теперь, — Дискорд щёлкнул пальцами переместив нас в современную постапокалиптичную Эквестрию. — Оглянись. Взгляни, что случилось с мечтой «Благородных сестёр» — она стала явью.

— Показывая мне это, чего ты хочешь добиться? Чтобы я сравнил ваш радужный мир до бомб, с тем, каким он стал после «Дня Солнца и Радуг»? Чтобы проникся сочувствием? – спросил я, а после пояснил: — При всём уважении – мне всё равно. Я просто хочу вернуться на Землю. Если знаешь, как я могу осуществить свою «мечту» то расскажи. Ты ведь знаешь? Селестия знала и даже пыталась сказать….

— Она соврала?

— Что???

— То есть она думала, что не врет, но то заклинание не смогло бы тебя вернуть в твоё время и в твою шкурку. Перенос сознания через время между мирами чрезвычайно сложен и требует больших магических ресурсов; примерно как у меня или Лорен. У тебя бы ушли годы, чтобы воспроизвести это заклинание, но оно бы не привело тебя в своё тело и нужное время. Скорее всего, ты бы очнулся в шкуре незнакомого тебе человека в произвольной эпохе, после чего из-за слияния сознаний сошёл бы с ума; это только разум пони стирается, оставляя лишь моторные функции да некоторые навыки.

— И что ты предлагаешь?

— Я дух хаоса, а хаос не даёт чётких инструкций.

— Звучит надменно. Считаешь, что весь мир вращается вокруг тебя?

— Похоже, что да.

— Врёшь.

— Похоже, что да.

— Но ведь ты меня зачем-то вызвал.

— Вызвал, чтобы ты кое-что узнал, а также понимал — без моей помощи тебя бы уже давно нашпиговали свинцом.

— Не очень-то твои игры с замедлением помогали, да и в случае с танком у нас были шансы.

— Были, но чуть выше нуля. Поверь – даже с моей помощью вариант, в котором ты погибаешь, приближается к девяноста процентам.

— Десять процентов – не так и плохо.

— Лишь в пяти из них ты возвращаешься на Землю.

— А вот это уже нехорошо. Что в остальных пяти?

— Ты в этом мире найдёшь для себя новую жизнь. Ты получишь бессмертие, достигнешь звёзд, сможешь покорить новые миры.

— Звучит, как искушение, но маловато будет. Бессмертие — это не вечная жизнь. Бессмертие — это смерть всех остальных.

— Как это похоже на людей – вам всё мало. Даже бессмертие в нашем мире не насытит твои аппетиты.

— Мне нужен лишь одни мир, и ты знаешь какой.

— И на что же ты пойдешь, чтобы туда вернуться?

— Да на что угодно.

— А вот в этом я сомневаюсь, но надеюсь напрасно.

— Ближе к делу. Что я должен сделать?

— А ты так и не понял?

— Эммм… Нет.

— Назвался «носителем хаоса», всюду видел намёки, однажды тебе прямо сказали открытым текстом, что нужно сделать.

— Не припоминаю.

— Знаешь – ты не «носитель хаоса», ты не пес, который бежит за машиной, не зная, что будет делать если догонит. Ты, скорее пёс что держа палку не может пройти через узкие ворота (https://youtu.be/mPlDf4yeO4c?t=88).

— Хватит метафор! Говори конкретно!

— Конкретно – если бы ты принял предложение Вельвет, то был бы уже на Земле.

— Эммм…. Ты ведь понимаешь, что для меня её предложение звучало, как слишком щедрое, чтобы быть правдой? Как попытка заманить в ловушку? И это не говоря что, принимая его я предавал своих немногочисленных «друзей».

— Тогда ты их друзьями не считал.

— Но не теми, кого стоит предавать, хотя небольшое предательство в обмен на возврат на Землю – небольшая цена.

— Ты упустил то щедрое предложение, да и возврата в привычном понимании бы не произошло.

— В смысле?

— Приведу сравнение. У некоторых болезней проще лечить не симптомы, а причину, так и в твоём случае – проще не искать способ вернуться, проще найти способ сделать так чтобы ты сюда так и не попал.

— Ты на что намекаешь? — подумал я, одновременно непроизвольно материализовывая машину из известного советского фильма (https://youtu.be/JaURZoob7NM?t=209).

— Быстро догадался. Похвально для лоботомита.

— То есть у Вельвет есть способ путешествовать….

— Всё же поторопился хвалить, — перебил Дискорд, — пока ещё нет, но он будет в будущем; и был у пони в прошлом. Твайлайт Спаркл таким путешествием однажды чуть не устроила логический парадокс; устроила бы, если бы её тогда не «дёргали за ниточки».

— А сейчас ты взял на себя роль кукловода, а мне отвёл роль марионетки? Не боишься, что я тоже могу создать логический парадокс? Как это называется – эффект бабушки, то есть бабочки. Наступлю на бабочку и всё изменится.

— Тогда не наступай на бабочек. Чего они тебе сделали? Для Флаттершай бабочки вообще были олицетворением её судьбы.

— Ничего не имею против чешуекрылых и не уходи от ответа. Я ещё готов поверить в путешествия во времени, но не в изменение будущего путём вмешательства в прошлое.

— Ты что «Назад в Будущее» не смотрел?

— Смотрел и заметил парадокс – если пацан переместившись в прошлое изменил будущее и, вернувшись в своё время увидел что у его семьи вдруг всё наладилось, то почему он этого не знал? Разве с изменением будущего не должны были измениться и его воспоминания? Что это был за момент в котором он становился «эфирным»? Он должен был либо остаться таким каким был либо никогда не появиться. Неудачный фильм ты выбрал для объяснения.

— Справедливые замечания, но лишь для киноусловностей. Ты считаешь, что есть только настоящее – это не так. Время — это не прямая линия, оно всё искривлено. Есть куча скучных вещей, таких, как воскресенья, вторники и четверги после обеда. Но время от времени бывают и субботы, переломные моменты во времени, когда возможно всё, что угодно.

— Для козломордой твари ты слишком красноречив, — заметил я, но козломордый не обиделся.

— Таким меня создала Лорен и именно она продумала прямую линию, которой должен был следовать наш мир, а я и Селестия должны были позаботиться, чтобы он с неё не свернул. Вот только лишившись надзора, Селестия избрала свой путь. Не знаю, в какую субботу это произошло, но знаю, как сделать, чтобы переломный момент сломался в обратную сторону.

— Звучит, будто ты хочешь сломать Селестию.

— После того что она сделала – ещё как, но тебе предлагаю нечто другое – сделать так чтобы история вернулась к своей линии. В этом случае никаких призывов не будет, и в наш мир ты так и не попадешь.

— Ладно…. Оставим логические парадоксы…. Если я так и не попаду в другой мир, то, как всё изменю?.... Не отвечай…. Ответь на другой вопрос – если я в ваш мир так и не попаду то значит — моя судьба изжариться от взрыва авиационного керосина? Меня такой расклад тоже не устраивает.

— И вот тут уже я выполняю свою часть сделки. Я – дух хаоса и пусть моя магия действует лишь в пределах этого мира, но нет ничего сложного, переместить часть моей силы через пространство и время. Конечно, не в том случае, когда я гожусь лишь как туалет для голубей, да и на Земле чуда не произойдет, но оно и не нужно, хватит и одной необъяснимой странности. Чтобы отменить вылет неисправного самолёта достаточно лишь пары литров сладкой газировки в топливной системе.

— Опять логические парадоксы. Как ты узнаешь, что нужно делать, если прошлое будет изменено, и мы никогда не встретимся?

— Потому что я о тебе знал ещё до твоего появления в этом мире. Устал повторять, но я дух хаоса, а линии времени его (хаоса) далеко не последняя часть. Ещё когда меня первый раз превратили в статую, у меня просыпались воспоминания о тебе и устроенном тобой хаосе. Как я тебя ненавидел, но теперь, следя за твоими похождениями, понял, что всё же недостаточно сильно.

— Тогда почему ничего не изменил?

— Потому что Селестия передумала исполнять волю Лорен и зашвырнула меня на естественный спутник. Ещё вопросы?

— О Литлпип ты тоже знал?

— Не только я. Пинки Пай тоже догадывалась, — далее Дискорд стал говорить очень задумчивым тоном: — Наверное, это было нечто большее, чем прорыв пси поля усиленного наркотиками разума. Уж слишком всё красиво вышло для случайной линии времени. Может история с войной между пони и зебрами, появление Литлпип и её победа были каким-то альтернативным планом создателя этого мира.

— Может основным?

— Нет, что ты – ни в коем случае. Я знаю основную историю и в ней Селестия не стала переворачивать мировую шахматную доску. Там найдётся другой персонаж любящий просчитывать ходы наперёд и уже эта мелкая любительница рокировок разделит мою каменную участь. Как жаль, что я так и не смог дать принцессам тот дельный совет.

— Не понимаю о чём ты, да и вообще — мы куда-то не туда ушли. Давай попробуем снова. Что я должен сделать, чтобы получить шанс вер…. То есть, даже не попадать в этот мир?

— Тоже что и раньше, но с маленьким условием – не убивай Вельвет и не разрушай Новый Кантерлот.

— Это два условия, и звучат скорее как обвинения.

— Одно связано со вторым, но серьезно – Вельвет очень важна. Не убивай ее, даже если она будет пытаться убить тебя. Не позволяй другим её убить. Без этой певчей птички ничего не получится.

— Взять птичку живой будет непросто. После смерти Флаттершай у неё наверняка крыша поехала. Обманом получить от нас пленных наемников, чтобы после обмена натравить на нас табун копытных в силовой броне – это противоречит её элементу.

Услышав от меня такую характеристику Вельвет, Дискорд вдруг пустился в неконтролируемый хохот. Смеялся он так будто вдохнул веселящего газа, а может и чего посерьезней. У него от смеха не только слёзы пошли, а вообще глаза вытекли причём в самом буквальном смысле. Далее он отхохотавшись, наколдовал в своей львиной лапе новые моргалы и, вставив те на место, продолжил:

— Человеческая глупость непредсказуема даже для духа хаоса, а если этот человек ещё и лоботомит то эффект усиливается стократно.

— Меня оперировали подневольно, и вообще – грешно смеяться над больными людьми (https://youtu.be/G7wz4lZZo2s).

— Но это действительно смешно. Смог «изобрести» Автомат Калашникова, управлял танком не хуже медведя с одноколёсным велосипедом, выдвигал теории о восприятии пони определённых образов, но не догадался, что полковник использовал тебя как приманку.

— Что???

— Не забывай – пони, в шкуре которого ты сидишь, раньше состоял в группировке «Рейнджеров Эпплджек» и они о нём помнят. Их старейшина так до конца не поверил в истории о призраках и считает тебя дезертиром. Он действительно хотел, чтобы обмен прошёл без жертв, но подготовил и запасной вариант. Полковник Отем же не хотел, чтобы его план заманить Рейнджеров в огневые мешки так и не пригодился, так что он быстро смекнул, что твоя физиономия для рейнджеров будет не хуже красной тряпки для быка.

— Во-первых – быки дальтоники, во-вторых – я был в маске и шлеме с забралом.

— Во-первых – маска не скрывает большие глаза с нетипичной радужкой, во-вторых – забрало было прозрачным, в-третьих – у Рейнджеров хорошая память и оптика, в-четвёртых – не придирайся к метафорам.

— Ладно, понял. Ещё вопрос – как Лорат и Синигр смогли вернуться на свой Полигон? Они ведь вернулись?

— Разумеется. Они важная часть глобального плана, что выше твоего понимания. Именно в пользу «Полигона-4» Лорен отказалась от планов на Эквестрию, а также оказала «Наблюдателю» неоценимую услугу.

— То есть, именно она их и вернула?

— Нет. Вовсе нет, но эта история заслуживает внимания.

— Я весь в внимании.

* * *

Увы, но услышать эту историю было не суждено. Наступило утро, в которое, по одному из новых распоряжений, из уличных мегафонов играла «ободряющая музыка» (https://youtu.be/Twfv5jYRoLw). Как ни странно, в тот момент я не стал выражать своё недовольство ненормативной лексикой, а просто про себя подумал:

"Вот так всегда! На самом интересном месте!" (https://youtu.be/bx9K4nGfaSI)

## Их земля, их кровь (часть первая)

Действительно – на самом интересном месте. С другой стороны, история, которую я хотел услышать, вряд ли бы мне помогла вернуться на Землю но, положа «руку» на сердце – история «разума воплощённого в металле» была по-настоящему интересна и заслуживала продолжения. Мне искренне хотелось узнать, как эти «колобки» смогли вернуться на свой Полигон но, увы – Дискорд не успел рассказать, он вообще многого не рассказал, а у меня было так много вопросов. К сожалению далее Дискорд не выходил на контакт, звуча своим педофильским голосом у меня в голове, ограничиваясь только приходом во снах, вот только у нас было мало времени на разговоры. Как пояснила Трикси – в мире подсознания любого живого существа время течёт по-другому. Минута в мире сна может растянуться на час реального времени, и эта пропорция неравномерна. Исходя из этого, времени на разговоры с Раздором у меня равнялось «минутам», а по факту и те минуты тратились впустую. Просто, будучи во сне я не понимал, что это сон, пока мне не говорили об этом открытым текстом или не показывали нечто, что в реальности просто невозможно. Последнее было более частым явлением. Дискорд, в своей манере, постоянно напоминал, что ему место если не на Луне, то точно в жёлтом доме, а также то, как сильно он меня ненавидит. Мне казалось, что те кельтские танцы с песнями при первой встрече были пиком безумия, оказалось, что нет. Дискорд действительно дух хаоса. Только тот, чьи мысли сплошной хаос мог творить такие кондитерско-шизофреничные фантазии…. Если бы он ограничился только этим…..

Я ведь уже перестал рассуждать с использование терминов страны с жёлто-синим флагом, и синим президентом, перестав пожирать личинок, умерил манию и к поеданию свиных жировых тканей, даже собранные на заводах Филлидельфии БТРы с шушпанцерами не сравнивал. Мне казалось, что я забыл эту тему, но ненавидящий меня Дискорд, будучи неспособным воздействовать на меня физически не упустил возможности задеть мою совесть и остатки самолюбия. Вмешиваясь во сны, он путём создания образов сравнивал произошедшую в Филлидельфии «революцию» с событиями моего времени. В данных образах козломордый проводил очень наглядные и задевающие меня параллели. Всему этому спектаклю Дискорд дал звучное название «Моськи Революции» и я, зная, что к этой «революции» имею прямое отношение, был очень недоволен, благо моя моська была не первой.

Материализовав образ пони из СНС, Дискорд малость переделал их шевроны – на бело-красном зонтике появился «волчий крюк» а сверху надпись «Азот». Далее козломордый переместил нас к открытому театру на месте руин завода «WATSON UMBRELLA», на сцене которого мистер Кауф в своей обычной форме уборщика, жестикулируя копытом, кричал лишённую смысла речь:

— Дуля в нос так дуля в нос! У меня с утра понос! Слава бабуинам!

Толпа копытных с кастрюлями на головах прокричала в ответ:

— Придуркам слава!!!

Далее палкоголовый уборщик, растворившись в розовом дыму, уступил место мне. То есть не мне, а моему образу. То есть не моему, а образу Грея Стоуна – земному пони, в шкуре которого я проживал свою новую жизнь. Его речь была даже глупее чем у предыдущего оратора:

— Бамбарбия кергуду!

Копытные прокричали в ответ на русском:

— Воистину кергуду! Олени герои! Бандитам слава! Отем красава!

Как будто происходящее было недостаточно шизофренично Дискорд ещё материализовал и образ Беатрикс в теле аликорна, которая ходила между копытными с пакетом в поле магии, и раздавала из этого пакета упаковки печенья, что копытные заряжали как контр боеприпас в самодельные гранатомёты.

— Печеньки для дикарей! – кричала Беатрикс, а после зарядила одну из упаковок в гранатомёт и выстрелила в «мой образ» на сцене, который говорил про то, как важно смотреть в завтрашний день. Граната разорвала земного пони на сотни маленьких кусочков, чему толпа была очень рада, Беатрикс же продолжила раздавать печенки, но на словах предлагала и нечто большее:

— Чай, кофе, капучино, анал, орал, пончики с крэмом.

Далее Дискорд щёлкнув птичьей лапой, переместил нас на площадь «Филадельфии» (на ту на которой ранее стояла статуя Селестии) половина которой была заполнена митингующими жителями города, а вторая находилась под контролем оцепления уборщиков. Судя по выкрикам из толпы и её синхронному топоту, митинг был несанкционированный.

— Бей мусоров! Слава быдло-гопоте! Даёшь пони ИГИЛ! – запрещённая в России организация. — Це Европа, бля!

Мне казалось, что после сказанного Дискорд покажет, как это толпа будет «бить мусоров», точнее уборщиков, вот только Козломордый не любил жестокость чего не сказать о около политичном юморе.

— Привет папуасы! – обратился к толпе воспаривший позади уборщиков образ пегаса Отема Лифа. — Я привёз вам волыны для мочилова бескрылых!

Бескрылые же ответили:

— Нас москаль поработил! Мы велики эквестрийцы! Заслышав песни, можем хоть маму убить!

Снова щелчок лапы Дискорда и мы оказываемся на территории сталелитейного завода, на стене которого теперь висело огромное полотнище бело-красного зонтика. Вообще-то после захвата города оно весело не только в мире снов, но что-то не помню на данной символике надписи «БРАВЫЙ СЕКТОР». Как будто этого мало Дискорд прямо под этой надписью материализовал образ полосатого гуля, что кричал толпе копытных странные указания:

— Поджигай мир, нах! – кричал Сулик. — Чтоб никому не досталось ёпть! Динамо рулит! Та ото ж!

Самое мерзкое в сказанном было то, что Дискорд попал в образ. Сулик действительно был бы рад уничтожить иной для меня мир, и первый шаг он уже сделал – придумал план и уничтожил «Сады Эквестрии». Образ был удачен, но дух хаоса не был бы сам собой, если бы ограничился лишь показом одной стороны. Ещё щелчок и мы уже…. В центре управления Проектом Одного Пегаса?! Лежащие на железном полу упаковки из под ментатов и (пардон) самотыки, монитор с физиономией Селестии, Литлпип сидящая перед этим монитором явно показывали, что мы именно там, правда услышанная речь вряд ли звучала в реальности.

— Принцесса Селестия, — говорила мелкая палкоголовая белой физиономии в мониторе. — Я разработала план «Барбариса».

— Ты всерьёз собралась воевать с русским? – спросил образ образа белого аликорна.

— Каждый раз мы почти побеждали, — ответила Дарительница Света.

— Ты просто мелкая долбоёбка! – образ белой вскипешился. — Ты не знаешь насколько опасны призраки! Если они просто чихнут — Кантерлот сдует ветром, а остатки Последователей будут находить по всей пустоши!

— Какие ещё призраки?! Он один и в шкуре земного пони.

— Это так, но моя мать советовала не недооценивать одержимых, особенно тех, кто говорит на русском.

— Так ведь Фаусткорн покинула наш мир, и вы отказались от её идей.

— Знаешь чем мне нравиться евреи? – устало спросила Селестия, но после сама ответила на свой вопрос:

— Они хитрые, особенно такая жидовка как моя мать. Только её воспалённый ум мог создать наш мир, и только он мог устроить для меня столь необычное наказание. Будь уверенна – может Лорен и ушла, но её планы всё ещё в действии. Я решила нарушить «план А» и где я теперь? Нравиться ли тебе быть её «планом В»?

Что сказать – Дискорд определённо был знаком с событиями на планете Земля, причём в мелочах и деталях о которых я не знал. Из его полу шизофреничных образов я понял, что далее власть в желто-синей стране получил какой-то комик, косящий под Зорро; в смысле, что повсюду оставлял букву Z. Понятия не имею, кто это мог быть, а Дискорд не хотел или не мог (а может и то и то) просто сказать, ему обязательно нужно было изобразить что-то «хаоситское». Лишь когда речь заходила о современной Эквестрии он пытался сдерживаться и вести себя нормально, и меня это настораживало. Козломордый это заметил:

— Тебя смущает, когда я веду себя нормально?

— Для тебя нормальное поведение совсем ненормально.

— В нашем мире так со всеми. Нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально.

Увы, но когда поток остроумия у Раздора иссякал, и речь начинала заходить на серьезные темы я просыпался. С другой стороны он ничего нового всё равно бы не рассказал, ограничиваясь необходимым минимумом, да и то часто отвлекаясь на незначащие мелочи. С его слов та зелёная биомасса, что порождала аликорнов и была причиной появления «порчи» была создана с использованием биоматериала органического механоида, так что в Беатрикс (да и у всех аликорнов) есть малая часть от Синигра – злобного механоида что, мечтая стать живым существом отчаянно искал способ естественного воспроизводства. Дискорд по этому поводу пошутил, что именно поэтому аликорны так одержимы идеей размножения, а Трикси мечтает заиметь от меня пузико.

Та речь Дискорда, что относилась к делу также не блистала подробностями – это тоже был необходимый минимум. Исходя из этого минимума мой путь на Землю лежит (не в похотливом смысле) через Вельвет Ремеди которая сейчас находиться в Новом Кантерлоте. Добравшись туда я должен поговорить с черномазой о неком проекте «Тёмные Дни», а далее — дело техники.

Самое мерзкое в данном плане, что у меня уже была такая возможность. Ранее Вельвет уже предлагала мне сдаться, причём дважды (один раз, когда была у нас в плену, второй при уничтожении Глифмарка) но в обоих случаях я отказался. Дискорд утверждал, что поступи я по-другому уже был бы на Земле, но теперь Вельвет не столь договороспособная. В своих выступлениях на радио она довольно эмоционально высказывала о «своих ошибках» и нынешнему отношению к нашему сопротивлению:

— В прошлом я предлагала им мир, а они ответили геноцидом! Для них мир возможен лишь при уничтожении всех кто недостоин жить под их зонтом! Для них мир и геноцид – одно и тоже! Так вот что я вам скажу, пони из СНС: Вам нужен словарь получше! Найдите в нем слово «геноцид», рядом вы увидите мой портрет и подпись «Только через мой труп!».

Странная была речь – вроде и в стиле Вельвет, но идущая в разрез с её действиями, в которых она всегда предлагала нам мир. Похоже, теперь будет по-другому. Пускай даже Вельвет известно, что при обмене пленных на продовольствие именно Рейнджеры открыли огонь, лучше относиться к сопротивлению она не станет, да и вообще – в том провале виноват Отем и моя недальновидность. Пегас хотел спровоцировать противника на активные действия, а я не догадался, что меня используют как приманку. С другой стороны – может это был не провал? Мы избавились от пленных, разгромили «Железные Вёдра» и перешли в контрнаступление, да и часть продовольствия удалось спасти…. Нет – для меня это был провал. В тот момент был у сопротивления с НКР шанс дипломатически погасить конфликт, а у меня в частности поговорить с Вельвет но, похоже «Посланница Звёзд» строя свои запасные планы не искала лёгкие пути, хотя….

Действительно ли всё происходящее какая-то межмировая многоходовка? Дискорд намекал что да. Мол, для их мира заготовлен обширный сценарий с множеством развилок, в котором каждый участник выполняет какую-то свою роль. Для Селестии этой ролью была — слежка за этим миром и выполнение пророчеств «свихнувшегося призрака-аликорна» (которая тоже кому-то подчинялась), но белая посчитала, что их мир заслуживает большего. Проще говоря — Селестия решила сломать систему, а после заново построить свою. Это была большая ошибка. Дискорд предположил, что на случай такого рода предательства у Лорен был заготовлен контрплан, который Селестия, при незримой помощи Дискорда, неосознанно воплотила в жизнь. Мол, для случайного развития событий вся эта история с героями пустоши вышла уж слишком красивой.

План длинной в столетия с множеством случайных переменных – звучит бредово но весь этот мир выходит за рамки привычной мне логики, так что я готов поверить во что угодно, даже в то что мне в этом плане суждено замкнуть круг истории, дав миру цветных копытных второй шанс. Но это в перспективе, сейчас передо мной стояла более конкретная задача.

Раз чтобы вернуться на Землю мне нужно поговорить с Вельвет то логично попытаться выйти с ней на связь, что я и пытался сделать. Увы, но на частотах Последователей на переговоры соглашались лишь на условии нашей полной и безоговорочной капитуляции, а просьба о переговорах с Вельвет вызывала лишь поток нецензурной лексики. Вывод: по-простому не получится; будто когда-то что-то давалось просто.

Что ж, если Вельвет не желает выходить на связь то при личной встрече она точно станет более разговорчивой, а значит, мне нужно попасть в Новый Кантерлот. Вообще-то попасть туда не проблема, но лишь на условиях пленника, и если ранее Вельвет предлагала мне убежище, то теперь это предложение точно утратило силу. Всё ещё помня как в «Башне Десяти Пони» мне проводили допрос я быстро отказался от идеи сдачи в пользу диверсионного проникновения, может даже в составе группы. Кто бы согласился со мной в составе такой группы проникнуть в Новый Кантерлот? – вопрос риторический. Трикси, Сулик, Лира, (страшно сказать) Отем Лиф – после всего пережитого эти копытные пойду со мной куда угодно, нужно лишь вежливо попросить, вот только в случае нашего обнаружения…. Наши физиономии теперь знает весь мир, а в Новом Кантерлоте располагается целая армия. Рядовые «Последователи Апокалипсиса», аликорны, зебры, что небыли убиты при уничтожении Глифмарка, а также Рейнджеры Эпплджек, что по разведданным тоже участвуют в укреплении обороны. Противник силён но на нашей стороне будет эффект неожиданности. Они никак не ожидают, что группа из пяти диверсантов решиться проникнуть в столь хорошо охраняемое место…. Поэтому нас сразу убьют, так что сюрприз выйдет недолгим... Надо забыть о сюрпризе…. Хотя нет, сюрприз – неплохая идея, только он должен состоять не из пяти диверсантов, а мощной вооружённой группировки и таковая у нас есть.

Придумывая на ходу план, я немедленно побежал к полковнику Отему и мистеру Кауфу которые как раз обсуждали проблемы с запасами в городе и план грядущего наступления, но мою идею ударить именно по «Новому Кантерлоту» они посчитали даже слишком дерзкой. Дело в том, что в данный момент это самый хорошо охраняемый город НКР. Даже Мэйнхеттен охраняет меньшая по численности группировка, не говоря уже о других населённых пунктах по которым СНС и ОФОТ планировали нанести удар. Ванхувер, Балтимейр, и ещё множество других мест созвучных с городами США и меньшей охраной, но я решил ударить туда, где НКР укрепилось на совесть – командование СНС и ОФОТ удивил мой выбор. Они даже поинтересовались всё ли у меня в порядке:

— Ты как? В порядке? – спросил пегас.

— Я всегда в порядке, — ответил я.

— «В порядке» у призраков это код для «на самом деле совершенно не в порядке»? – уточнил серый единорог.

— Разумеется, — ответил я.

— Тогда я тоже «в порядке», — добавил полковник.

— В смысле? – синхронно спросил я вместе с командующим уборщиками.

— Мне нравиться твоя идея, — с ухмылистой улыбкой сказал пегас.

Да уж…. Я недооценил полковника. Этот пернатый, что ранее использовал меня как приманку, удивительно легко принял идею о столь дерзком наступлении. Похоже, ему не нравилась перспектива долгой затяжной войны на истощение, в которой преимущество будет у НКР, а также он был приятно удивлен, что именно я предложил столь дерзкий план. Просто ранее он относился ко мне скорее как к «марионетке», которой, по сути, являлись все «призраки» (даже Чернильница) вот только если в прошлом одержимые создавали нечто технологичное и использовали грамотную тактику, то я создавал то, что выглядит как мусор, да и тактика вызывала вопросы. Теперь же я предлагал дерзкое наступление, делая ставку на техническое преимущество. Пегасу нравился мой настрой, а вот единорог-уборщик пускай и согласился с планом, но постоянно напоминал о том насколько хорошо противник укрепил оборону. Для защиты одного из участков вблизи Понивилля НКР даже взорвали плотину, что каким-то чудом пережила войну с зебрами, столетия запустения и события после выхода Литлпип на поверхность. Для меня это было неприятным открытием. Вместе с прорвавшейся водой были снесены и мосты, а значит, технику переправить не получится – высаживать войска придётся уже за водяной преградой, там, где противник наверняка сосредоточил свои войска. Конечно, был план произвести высадку прямо в Кантерлот но это уже точно самоубийство. В итоге решили сделать то, что не получилось у «Рейнджеров Эпплджек» при попытке захватить Филлидельфию – сконцентрировать войска и прорвать оборону противника, только если технофетишисты атаковали с нескольких направлений, то у нас будет лишь одно.

Операция получила рабочее название «Крах» и мы тут же начали её подготовку. По фронтам были разосланы приказы — прекратить ползущее наступление, отойти на позиции близ населённых пунктов и окопаться. В городе начался отбор лучших бойцов которые формируя роты начали усиленную подготовку. Будущие пилоты трофейных хопп (конвертопланов) также ускоренно готовились. На заводах закипела работа по переоборудованию части БТРов в РСЗО и ускоренному ремонту танков. В последнем я вместе с «друзьями» принял активное участие, только опять без курьёзов не обошлось.

Помня о том, как нам удалось затрофеить Т-90 наёмников я, Лира и Сулик решили не игнорировать полученный опыт и, не отсиживаясь в тылу, принять в наступлении активное участие как «огненный экипаж». Для того чтобы не повторять прошлых ошибок мы тщательно изучили трофейный танк, провели множество «учений» и даже модернизировали машину сделав Т-90 огнемётным. Теперь это был уже скорее «ОТ-90» (не путать с Чехословацкой интерпретацией БМП-1), а его экипаж во всех смыслах огненным. В процессе переделки мы изучали танк, а я сдуру стал корчить из себя профессионала, причём самым тупым образом – путём выдумывания «профессионального жаргона». Естественно никаким «профи» я не был и Сулик со своим техническим складом ума, похоже смекнул про мой выпендрёж, а вот Лира приняла сказанное за чистую монету. Её очень заинтересовали жаргонные названия различных деталей и узлов нашей «коробочки». Почему прицел я называл Чебурашкой, она так и не поняла, а вот сравнение бронебойного снаряда с ломиком показалось ей очень удачным. Также музыкальной пони понравилось жаргонное название гусениц – гусли. Заметив энтузиазм в больших глазах кантерлотского гуля, меня далее понесло, так что вскоре словарный запас Лиры пополнился множеством далёких от жизни сравнений. Тормоз теперь она называла «малыш». Реверсивная рукоятка теперь называлась «весло». Сигнал – гадость. Система подогрева масла – вазелин. Шток тормозного цилиндра – писюн. Штурвал управления – плуг. Дёрнуть петуха – произвести аварийную остановку. Масложопый – механик-водитель, он же – мехвод; место которого и занимала Лира.

Говорят: Женщина за рулём – обезьяна с гранатой. Справедливо это или нет но «масложопая» копытная за «плугом» не вписывалась в стереотип о слабом поле. Единорожка быстро освоила как «толчки делать», «пупок облизать», «кишки подтягивать» и «тормоза доить», а ведь её знакомство с танками началось с импровизации за пианино. Похоже, музыка и восприятие «струн души» не единственные таланты Лиры, хотя…. Жители этого мира ведь всё делают лучше под музыку и с песней, может и «профессиональный жаргон» на них имеет похожую силу? Наверное, нет, тем более что жаргон, которому я научил Лиру, имел мало общего с реальностью. Как бы то ни было, но Лира, сидя на месте мехвода пыталась выражаться как «профессионал» что однажды сыграло с нами злую шутку.

Испытывая танк в полевых (просто в поле; не в бою) условиях, мы обнаружили неисправность и я, выслушав предварительный «диагноз» Лиры отправился осматривать тормозную систему. Единорожка же осталась на своём месте, однако я был близко и мог слышать её (и не только её) речь. Вскоре затрещала рация, а далее:

— ОТ-90 приём, — сказал Отем через треск помех.

— Масложопая слушает, приём, — ответила Лира.

— Какая ещё масложопая? Кто за штурвалом? Приём.

— За плугом Лира, приём.

— Кто в эфире?! Где майор Грей?!

— Мы петуха дёрнули. Шакал пошёл проверить на месте ли писюн. Если его нет, то он его вставит, и будем готовы к толчкам, а пока смотрю температуру вазелина.

— Чем вы там занимаетесь?!!!

— Я говорю – как только вставит писюн….

— Какой писюн?!! Куда вставит?!!

— Да в дырку вставит!

Далее я, вырвав рацию у Лиры в грубой форме объяснил той, что профессиональный жаргон на то и профессиональный что используется между профессионалами, а те, кто ими не является, могут неправильно понять, как в нашем случае. Страшно представить, что про нас подумали. Вазелин, дырка, прочее и всё это по отношению к призраку-земному пони и кантерлотскому гулю. Но в итоге всё обошлось. Поржали немного, Беатрикс сказала, что нормально отнесется, если я буду тереться мордой не только с ней, а я, пояснив, что значили все эти неприличные слова, попросил копытных воздержаться от подобных проявлений «профессионализма».

В остальном же подготовка к операции «Крах» проходила без происшествий. Копытные тренировались, готовили технику, периодически напевая песни про равенство. Трикси слушая эти песни, начинала подпевать, а после говорить о своей сломанной судьбе, в которой хотела найти «великую и могучую» подругу, что могла научить её магии. Я во всём этом принимал посильное участие, не уставая удивляться тому насколько пони становиться эффективными в работе, если их морально ободрить. Неудивительно, что в этом мире существовало «Министерство Морали» хотя сомневаюсь что плакаты с физиономией розовой наркоманки сильно мотивировали. Тем не менее, сейчас копытные усердно работали даже, несмотря на сомнительную мотивационную направленность лозунгов на наших плакатах. «Отдай свой труд отчизне, пока ещё при жизни!» — какой-то двусмысленный лозунг, но в полнее подходящий для тех, у кого проснулось классовое сознание. «Когда рука судьбы берёт за яйца, крепыш не чувствует этого, ибо его яйца стальные» — без комментариев.

Несмотря на весь абсурд работы, были завершены в самые смелые сроки. Часть БТРов были переделаны в РСЗО. Двигатели двуствольных танков были форсированы для улучшения ходовых качеств машин; конечно подвеска, трансмиссия и сам движок впоследствии накроются, но речь шла об одной операции. Хоппы (конвертопланы) именуемые Бураки получили своих пилотов, как и танки свои экипажи. Ожидания насчёт тридцати Т-90 полностью оправдались а «огненный экипаж» получил свой огнемётный танк. Беспилотник Фоуга успешно прошёл испытания, как и отремонтированный «БЛОК ТАНК». Сейчас вся эта «армада» техники и копытных, будучи в полной боевой готовности, загружались на Подстрекатель и Мститель. Последний сильно изменился, получив новые пушки на места демонтированного вооружения и построенную сверху импровизированную взлётную завершив образ летающего авианосца.

Я также хорошенько подготовился – подлатал амуницию, проверил свой СК, а также попросил у Беатрикс назад «Тесак Гаудины» (https://pics.meshok.net/pics/54590099.jpg). Аликорну что владеет «кровяным мечём» тесак не нужен, а я при встрече с Вельвет хотел напомнить той как ранее этим мачете Гаудине Грознопёрой кочан срубил, а также скольких невинных грифоны покромсали аналогичными орудиями труда; может даже приведу параллели с иным миром и «серб молотом». Трикси всё поняла и попросила, чтобы при встрече с «той кто помогает» я не был вежлив, а далее занялась уходом за своей СВД. Сулик же готовясь к наступлению на Кантерлот помимо уходом за ППШ (почему-то он предпочёл его более совершенному KRISS Vector) постоянно читал какие-то молитвы, в которых просил, чтобы его полосы не окрасились в красный цвет. На молитвах он не остановился и также спрятал под своим бронежилетом старое знамя страны зебр — то самое красное полотнище, что мы нашли в пещере звёздных медведей. Всё это время Сулик его бережно хранил, но в этот раз решил взять то с собой. Похоже для полосатого наступление на Кантерлот было чем-то большим рядовой самоубийственной операции. Лира же всегда была «готова к труду и обороне», а её «ПП Гоблин» (https://topwar.ru/uploads/posts/2018-04/1522973317_63577_original.jpg) ещё ни разу не подвёл так что….

Погрузка на Мститель завершилась глубоким вечером – точно по графику. Этой ночи нам как раз хватит, чтобы к утру долететь до заданного квадрата и высадить десант. Это была долгая ночь, но спать никто не ложился. Говорят, что спецназовцы, будучи в пути на задание, тратят то время на сон, чтобы действовать с новыми силами. Если это правда, то у них стальные нервы. У меня же нервы резиновые, и даже будучи привыкший к подобным моментам я был на адреналине от осознания того что нас ждёт. Именно такую адреналиновую кровь с меня прямо в пути сливали для снаряжения «антимагических пуль»; Как жаль что у крови призрака недолгий срок годности.

Тем не менее, я не сердился за такое использование моего биоматериала. Если он поможет прорвать щиты аликорнов и сберечь жизни наших бойцов, то пара литров крови – небольшая цена. Копытные с обоих сторон будут сражаться искренне считая что воюют за правое дело, я же за возможность покинуть этот сумасшедший мир, но настрой этих цветных-большеглазых вызывал уважение; причём также с обоих сторон.

Литлпип права во многих очевидностях, среди них и та, что это не мой мир — это не моя земля; пусть я и вложил в неё много усилий. Это мир разумных копытных, они сражаются за свою землю, и это их кровь проливалась ранее и скоро прольётся во время операции «Крах». Прольётся на горе (печаль) Вельвет Ремеди, Селестии и Литлпип, но на радость полосатому гулю который не скрывал, как долго он ждал этого момента.

— Всю свою историю народ зебр прятался в тени как крысы, опасаясь появления «Посланницы Звёзд», но после её ухода изменилось немногое. После исхода те, кто носил полоски, прятались от «Стальных Рейнджеров»…. Как я хотел быть вместе с ними…. Сражаться, мечтая о мире…. Мире, в котором у зебр наступит белая полоса и нам не придется прятаться. Мире, в котором я найду свою возлюбленную…. Это было когда-то…. Давным давно. Теперь моя страна уничтожена, а мечта о мире уступила место мечте о мести. Мести, в которой пони познают страдания, что учиняли другим. Чтобы бои велись на их земле. Чтобы страдал их народ. Чтобы лилась их кровь.

Это было красноречиво, особенно упоминание крови, и дело даже не в том, что в этот момент с меня кровь сливали, просто это действительно их земля, а как говориться: Их земля, их кровь. Конечно месть последнего из довоенных полосатых всему роду пони – не моё дело, но должен признать – Сулик вызывал у меня уважение. Какой-то умник (возможно Суворов) говорил: Война закончена лишь тогда, когда похоронен последний солдат. В войне между пони и зебрами Сулик как раз и есть этот «последний солдат». Пусть даже изначально он солдатом не являлся, но с его смертью войну можно считать окончательно законченной, вот только Сулик не собирался умирать. Сейчас он был тем немногим, что осталось от страны зебр. Весьма условно представляю, что это была за страна, но уверен — она была достойной, чтобы за неё сражались даже спустя столетия после её уничтожения. А может у полосатого гуля, после осознания, что ему некуда возвращаться, просто поехала крыша, и чтобы окончательно не впасть в безумие дикого гуля, он избрал своей целью столь ничтожное чувство как месть?

Селестия говорила: лучше строить будущее, чем сражаться за мёртвое прошлое. Не ручаюсь за точность цитаты, но смысл был понятен и отчасти я с ним согласен, однако с трудом представляю, чтобы после гипотетического уничтожения своей страны я бы начал сотрудничать с победившим врагом. «Зебры Зайки» что сотрудничают с «Последователями Апокалипсиса» искренне считают что, находясь в рядах НКР они возрождают культуру уничтоженной страны. Вельвет даже предлагала полосатому гулю присоединиться к этим зебрам и передать им знания об культуре уничтоженной страны, однако Сулик отказался. Он не считал тех зебр зебрами, а возрождение культуры своей страны целью достойной предательства этой самой страны. С принципами полосатого можно было бы полностью согласиться, если б эта страна уже столетия не была уничтожена, но…. Эта философия выше моего понимания. Моему полосатому другу некуда возвращаться. Ему остаётся либо предательство, либо месть, и он выбрал последнее. Парадокс, но я даже в лучшем положении.

Ещё до того как Лира рассказала свою историю я начал догадываться что попал в далёкое будущее, так что не очень удивился когда Селестия сказала, что Земля давно уничтожена. Пускай я не могу проверить это «сильное заявление», но оно не должно меня «сильно» огорчать. Я планирую не просто покинуть этот мир, я планирую проделать обратный путь – попасть не просто на Землю, но и в свою эпоху. Дискорд утверждал, что это возможно, только это будет не обратный путь, а скорее изначальная корректировка маршрута. Поначалу я к такому плану отнёсся скептически, а Трикси с Лирой укрепляли этот скепсис утверждением, что Дискорд не тот, кому стоит доверять, однако выбора у меня нет. Будущее никому не гарантированно, но я не хочу терять своё прошлое. Я должен довериться Козломордому также как когда-то Отем доверился Литлпип, либо смириться с фактом жизни на четвереньках; к последнему я привык, но не настолько, чтобы отказаться от возможности вновь ходить на двух ногах. За эту возможность я готов, на что угодно, даже принять на веру слова козломордого змееподобного психопата с педофильским голосом. Будет иронично если он меня обманет, также как Пипка обманула полковника. Иронично, что я предвидел такой вариант, но всё равно на него попадусь.

Ложь – важный инструмент выживания, и ужасная привычка. Удивительно, что мне удаётся выживать без использования этого инструмента, а ведь я пытался только мою ложь быстро раскрывали. Врать я не умею. Ужасная привычка мне не грозит. Не стать бы мне жертвой этой привычки…. Литлпип не смогла меня обмануть, но те случаи были….

Интересно, если Дискорд не соврал насчёт возможности изменения прошлого и будущего, я действительно окажусь на Земле в своей эпохе, то останутся ли у меня воспоминания о похождениях в постядерном мире разумных копытных? Логика подсказывает, что нет, но всё произошедшее и происходящее уже выходит за рамки логики. Интересно, если воспоминания останутся, то, что я с ними буду делать? Возненавижу лошадей ещё больше? Исполню страх Селестии – найду и убью Чернильницу? то есть Лорен. Скажу людям что, будучи в шкуре «серого мерина» убил сотни таких же, чуть меньше единорогов с пегасами, десяток другой аликорнов с зебрами, последнего ночного пегаса и одного «кровавого дракона»? (И это без учёта Адских Гончих с грифонами.) Скажу и окажусь в психушке. Нет уж. Однако моя расшатанная психика даст о себе знать так что, скорее всего — я запью. Проблема в том, что я не употребляю алкоголь, что в своем, что в ином мире и, вернувшись обратно в свой не планирую изменять принципам. Алкоголь – не тот яд, которым я буду добровольно травить организм. Чай — вредный настой восточных листьев, содержащий высокий процент ядовитых кислот. Дурной напиток и мне он нравится. Оказавшись на Земле, я при первой возможности выпью самого крепкого чая, и пакетик вынимать не буду.

Даже в собственных мыслях это звучит на редкость тупо. Смогу ли я после всего случившегося жить нормально? Умный человек, глядя со стороны, сказал бы, что нормальным мне уже не стать, но когда меня интересовало мнение умников. Тем не менее, я бы не стал обижаться на такую характеристику и дал бы себе шанс. Люблю испытания, а также отвар из листьев.

Что-то я не о том думаю. Нахожусь в «трюме» летающего авианосца» что летит в квадрат, контролируемый вражескими войсками, параллельно слушаю философские речи похожего на мертвяка полосатого копытного, а думаю, о том как, оказавшись на Земле, буду травить организм крепким чаем, что буду пить, не вынимая пакетик. Интересно – это только моя особенность или такое присуще всем людям? Наверное последнее. Селестия говорила что Земля уничтожена. Не знаю, как это было, но уверен — люди, зная, что их цивилизация на грани краха, снимали происходящее на мобильные телефоны. Это одновременно глупо и умилительно. Может поэтому Селестия, зная эту особенность, поначалу относилась ко мне не лучшим образом и считала умственно неполноценным, но в дальнейшем изменила своё мнение в лучшую сторону? Ей понравилась моя особенность выживать? Видя на что пошла Литлпип, чтобы меня убить, Селестия поняла — призраки были далеко не самыми жестокими личностями, что видел этот мир? А может она решила, что победа СНС действительно станет началом конца её мира и решила провести это время с добрым настроением? Если дело в последнем, то может она права. У всего есть начало, и конец, но ничто не печально пока не закончится. Опять не о том думаю. Отправился в путешествие, которое закончится моей гибелью…. Тоже самое можно сказать о новорожденном…..

«Да что ж такое! Что за дурные мысли! Дискорд если это твои игры с моим уязвимым разумом то клянусь глушителем – я исполню твою идею с Мысом Карнавал и, найдя твою статую, перестрою её так, что тебя не допустят не то что в Эквестрию, а даже на выставку авангарда!»

«Тебе не угодишь. Демонстрации прелести хаоса ты не понимаешь, а когда я стимулирую тебя на философские размышления, ты психуешь….»

«Хватит лезть мне в голову!»

«Но я тебе помогаю»

«Тогда не лезь по пустякам»

«Философия для тебя пустяки?»

«Это выше моего понимания»

«Тут спорить не стану»

На последнем мерзкий голос затих, а у меня резко пропало желание философствовать. Неужели имея возможность влиять на мои желания, это Дискорд заставлял меня говорить и делать всякую хрень? А почему нет – будучи козломордым он отчасти похож на один из образов Дьявола, а выражение «бес попутал» придумано не просто так. Вообще-то натянутое объяснение, но на Земле я так себя не вёл и рассуждал по-другому. Попав в этот мир, перемены в своём поведении, я объяснял побочным эффектом вселения в непривычную шкурку да пережитой лоботомией, но теперь есть другое объяснение. Дискорд, имеющий специфичное чувство юмора, не стал бы, имея возможность «играть» с моим сознанием, упускать возможность подшутить. Похоже, поговорка что «хорошо смеётся последний» давно устарела. Хотел бы я над ним подшутить – когда он спит в его носу пером (ножом) пощекотать; как жаль что это невозможно – объект шутки сейчас на Луне, причём в абсолютно неподвижном состоянии.

Далее я решил не отвлекаться на посторонние мысли и наконец, заняться делом – в очередной раз проверить оружие с амуницией. Увы, времени на это не было – «Мститель» начал заходить в заданный квадрат, а полковник Отем не упустил возможности перед высадкой провести краткий брифинг, что звучал скорее как напутственная речь.

— Товарищи! Мы потеряли множество отважных бойцов, но их жертва не была напрасной! Наши танковые части представляют такую силу, что способна сокрушить войска НКР! С минуты на минуту мы приблизимся к «Понивильским Высотам» – последней линией обороны перед Кантерлотом. Противник превосходит нас десять к одному, но я верю – мы победим. Я верю — если придется, то волна за волной вы прорвёте укрепления расчистив путь бронетехнике, так что прошу – берегите себя и своих товарищей. Следуйте плану, действуйте как на учениях, но не бойтесь рисковать. Как только мы выбьем НКР с «Понивильских Высот» путь на Кантерлот будет открыт, и тогда мы кровью взыщем долг за всех погибших! Сегодня мы станем свидетелями падения Понивиля а также всех тех что посмеют встать на нашем пути!

Возможно, пегас подготовил более длинную речь, но его прервала резкая тряска нашего летающего авианосца. Взывать к боевому духу, когда и на ногах стоять сложно было бы глупо, так что пернатый закончил речь простым словом:

— Грузимся!

Далее копытные разбежались по машинам, я и мой «огненный экипаж» не были исключением. Разместились как в прошлый раз – Сулик на месте командира, я на месте наводчика, а Лира — механика-водителя. Наш Т, а теперь скорее ОТ-90, не был в первых рядах. Размещая технику мы справедливо решили, что в случае чего техника находящаяся ближе всего к воротам ангара первой словит вражеский огонь и может быть уничтожена, так что нашему командирскому танку лучше быть позади. В худшем случае расталкивание подбитой техники будет наименьшей проблемой, а судя по тряске, благополучный вариант можно считать накрывшимся. По плану участок высадки должен был зачистить Подстрекатель при поддержке Бураков, однако тряска и канонада взрывов ясно указывали — мы под плотным огнём. Утешало что, будучи под этим огнём мы были защищены корпусом Мстителя, а также танковой броней, но кому как не мне знать, насколько она уязвима. Тем не менее, я надеялся на лучшее, а также на прочность брони нашего огнемётного Т-90. Буду надеяться, что противник не сразу опознает в нашей машине командирский танк, тем более он был не единственным Т-90 с нашей стороны, и не имел каких-то особенных опознавательных знаков, кроме скромного «зонтика» на корпусе и русской надписи на кожухе орудия «ЩА ЖАХНУ!!!». На других машинах знак зонтика был более явным, а на кожухах орудий красовалась полоска «шахматной клетки».

— Приготовиться к столкновению! – голос полковника звучащий из гарнитуры прервал посторонние мысли. Столкновение не заставило себя ждать, тряхануло, так что казалось, будто танк тоже подпрыгнул, хорошо, что на мне был шлем и ремни безопасности.

— Открыть колодезную! – приказ полковника был не нам, похоже у пернатого опять заклинило кнопку интеркома; благо только её. Согласно приказу огромные ворота начали открываться, демонстрируя нам пейзаж утреннего не «Вечнодикого» леса.

Местом высадки был выбран некий…. Блин, не помню, как этот лес называется. Помню из брифингов, что до войны жители Понивиля устраивали там некий «Осенний Забег». После войны он был отравлен выбросом от сбитой Селестией ракеты зебр, а после активации «Садов Эквестрии» Последователи его заново посадили и, используя магию с зельями, ускорили его рост. После операции «Смертельный Дождь» он, как и многие регионы, вокруг уничтоженного облачного города, вновь оказался заражен, но его листья ещё неокончательно опали. Уверен, что до нашей высадки он выглядел как обычный осенний лес, но теперь все эти дымящиеся воронки, дополнили пейзаж не в лучшую сторону. Похоже, Подстрекатель действительно отбомбился, но не все его выстрелы попали в цель. Тем не менее, операция началась – наши мехводы дали по газам выводя технику из ангара Мстителя, а наши частоты взорвались от докладов боевых единиц.

— «Гремучка 1» на месте!

— «Гремучка 3» на месте!

— «Базальт 1» на месте!

— «Питон 1» на месте!

— «Гадюка 4» на месте!

— «Кобальт 2» на месте! – Сулик произнёс наш выбранный жребием позывной

По злой иронии именно после нас в перекличку вмешался противник, причём наихудшим образом. Вижу вспышку из-за дыма и:

— «Мамба 3» потеряна!

— «Кобра 2» на месте! Веду бой!

— Отставить перекличку! – приказал полковник. — Продвигайтесь!

— Это «Гадюка 4», мне нужны указания.

— «Мамба 1», перехожу в режим ожидания.

— Контакт! – прокричал кто-то из наших, а далее вражеский выстрел и один из наших двуствольных танков покрывается облаком зелёной плазмы.

— Справа! – кричит Сулик, наводя башню на утыканный ветками вражеский двуствольный танк.

«Неужели теперь мы угодили в огненный мешок?» — подумал я, после чего убедившись, что в стволе танка заряжен «ломик», произвожу выстрел.

## Их земля, их кровь (часть вторая)

Спустя несколько минут, опасения насчёт «огневого мешка» развеялись, чего не сказать о дыме вражеской техники. Большая её часть была подбита ещё до высадки – Подстрекатель и хоппы удачно отбомбились, но нескольким танкам НКР удалось уцелеть и даже подбить двоих, но это не помешало нашим планам. После зачистки плацдарма, наши войска, завершив высадку не стали тратить время на перегруппировку. Пускай противник уже давно подготовился к нашей встрече, но фактор внезапности всё ещё существовал. Вряд ли Вельвет знала, что мы ударим именно здесь и сегодня, а значит, у нас немного времени пока противник не подтянул войска, укрепив оборону на участке нашего наступления. Мы это понимали и, помня план, не стали останавливаться, однако полковник Отем в своей манере решил напомнить нашу задачу:

— Отважные солдаты СНС и ОФОТ! – треск помех несколько не убавлял торжество его голоса. — Товарищи! Сегодня мы прорываем линию обороны НКР! Прорвитесь к железнодорожной станции Понивиля!

Сулик, будучи командиром нашего танка, не особо проникся торжеством и говорил со мной в меру спокойно и серьезно:

— Грей, не забывай про огнемёт.

Вместо ответа я нажал на педаль, что активировала выброс горящей зажигательной смеси. Может это и нерационально, но зачарованный топливный бак вмещал просто огромный объем, а вид «изрыгающего» огонь танка мог произвести на противника сильное впечатление.

— Отлично, — сказал Сулик, я отпустил педаль, а гуль, нажав на свою педаль, что поворачивает башню, продолжил: — А теперь посмотри на тех крыс на горизонте.

Смотря в прицел, навожу перекрестье на четверых земных пони, у двоих из которых на боевых сёдлах базуки. Я открыл огонь первым. Пули сдвоенного спаренного с пушкой пулемёта быстро разорвали копытных на куски. Далее наша броня ловит снаряд, но динамическая защита выдержала.

— Зенитка на десять часов! — крикнул Сулик, повернув башню: — Разберись с ней!

Вражеская зенитка, хотя и была под маскировочной сетью, но в ней угадывались черты знаменитой немецкой «88». Такие я уже видел близ Собора в Вечнодиком лесу, но эта не была автоматизированной и обслуживалась расчётом. Похоже, копытные также как фрицы, догадались о противотанковой эффективности такого рода орудий, но в плане размещения на линии обороны у них ещё не хватало опыта. А может её тут расположили именно как зенитку? В смысле — против воздушного противника – не против танков? Как бы то ни было, но времени думать у нас не было, так что плазменный снаряд и зенитку вместе с расчетом накрывает зелёное смертоносное облако.

Это было жестко, но справедливости ради – в сравнении с захватом Филлидельфии, сейчас мы в лучших условиях. Тогда затрофеев танк мы вели бой в условиях городской застройки – условиях «танковой душегубки», и это не говоря о дружественном огне пони из ОФОТ, незнающих, что танк захвачен. Теперь же мы не опасались «стрельбы в спину» и были в более благоприятных для танков условиях. Регион хотя и был холмистый с множеством участков растительности, но вполне подходил для танкового наступления; не чистое поле, но тоже неплохо. Даже то, что противник тоже имел танки, не снижало оптимизм. Главное только держаться к врагу лобовой бронёй и вести сосредоточенный огонь, а в противостоянии «щита и меча» последний рано или поздно всегда побеждает.

Касательно лобовой брони – это действительно очень серьезно. Просто та «бочка» сзади башни, что я поначалу принял за трубу ОПВТ оказалась…. Скажу кому на Земле не поверят – дополнительным контейнером для боеприпасов. Боеприпасов!... На башне!... В теории мои опасения необоснованны и попадание в бочку с последующей детонацией не уничтожит танк, но всё же я считал — в Филлидельфии нам очень повезло. Когда противник попал в эту «бочку» она уже была пуста, так что её просто сорвало, но сейчас она была полна снарядов. Благо противник был впереди.

— БТРы, впереди! – крикнул Сулик и нажатием на педаль навёл орудие.

Я, видя в прицел два уезжающих чёрно-жёлтых БТРа, заряжаю осколочный и подбиваю тот, что впереди. Второй БТР замялся, пытаясь объехать подбитую машину, и словил очередь из крупнокалиберного пулемёта; не скажу что у местных БТРов слабая броня, но она не рассчитана на столь плотный огонь. Всё это происходило на ходу без команды «Короткая» так что вскоре мы приблизить к окопам, которые занял десант из тех БТРов, но мы не стали останавливаться и, выпуская струю из огнемета, просто проехали окопы; опалённым противником займётся следующие позади нас танки, БТРы, бронеавтомобили, пешие бойцы в силовой броне и без.

— Танк на два часа!

После команды гуля я навожу прицел на стоящий на холме двуствольный танк и засаживаю тому «ломик» в маску орудия. Увы, но бронебойный не смог пробить лобовую броню так что пришлось подождать пока наш Т-90, словив несколько попаданий, зайдёт в борт противника.

— Короткая! – после этой команды засаживаю бронебойный в менее защищённый борт. Детонация боекомплекта не заставила себя ждать» слетающая с танка башня – зрелище, которое никогда не надоест.

Такова была наша незамысловатая тактика – тяжёлая техника, будучи на острие атаки, выводит из строя вражеские танки и прочие особо опасные цели, а следующие позади занимаются зачисткой уцелевшего противника. Это примитивно, но эффективно, по крайней мере пока наш огнемётный Т-90 совместно с другими Т и «Гигахорсами» достаточно успешно прорывал оборону «Последователей» и союзных им «Рейнджеров Эпплджек».

За всем этим я наблюдал не только через прицел. Модернизируя Т-90 Сулик позаботился об установки дополнительных мониторов (для командира, наводчика и мехвода), на которых проецировалось изображение с собранного им коптера. Опасаясь, что сигнал и беспилотника может быть перехвачен противником, гуль запрограммировал ии (искусственный интеллект) дрона так чтобы тот не отлетал от нашего танка слишком далеко, так что, летя позади нашей машины, его камеры проецировали нам классический «вид от третьего лица». Это было очень удобно, а также зрелищно. Глядя на экран, я видел прикрывающие нас союзные танки, вспышки выстрелов вражеских орудий, ориентируясь на которые вёл ответный огонь, и даже летящие в небе конвертопланы-хоппы что прикрывали нас огнём. Вид того как одну из этих хопп сбила вражеская зенитка заставил меня отдать приоритет уничтожению именно вражеского зенитного прикрытия, однако Сулик командуя танком больше волновался об другой угрозе.

— Быстрее Лира! Танки рейнджеров, прямо! Грей ты их видишь?!

— Цель установлена! – ответил я, взяв в перекрестье выкрашенный в красный, но обтянутый маскировочной сеткой с вставленными ветками, танк.

Понятия не имею на что надеялись Рейнджеры, крася танки в «марсианский камуфляж», но точно не на то, что эту красноту сможет скрыть сетка с ветками. Такого рода маскировка заслуживала «Премии Дарвина» так что я не стал колебаться, осуществляя «естественный отбор». С танками Последователей было сложнее и дело не только в том, что среди них попадались Т-90. Чёрно-жёлтая расцветка (Неужели под цвета Вельвет и Флаттершай?) бронетехники Последователей больше подходила для театра боевых действий, а будучи обтянутыми сетками и обложенные ветками, те танки были как кусты что были повсюду на «Понивильских Высотах». Хорошо хоть пилоты хопп с воздуха успешно различали (наверное по следу от гусениц) что некоторые кусты таковыми не являются, а я, смотря на изображение с коптера, воспринимал огонь с хопп как ориентир.

Но не всё так просто. «Понивильские Высоты» не просто так называются высотами. Это действительно очень холмистый район, а противник знал насколько полезным является преимущество по высоте и насколько удобно прятать между холмами технику. Продвигаясь через поле между холмами, мы были под настоящим перекрёстным огнём. Взрывов было настолько много, что от их дыма порой пропадало изображение нашего танка на мониторе с камеры коптера, а я тогда даже ляпнул: «Это Эквестрия или Курская Дуга?!». Сравнение было преувеличением, но было что преувеличивать, тем более я не первый кто проводил такие сравнения. Селестия говорила: «Это не Филадельфия, это Багдад» — учитывая, что география и культура её мира скопирована с США не стоило удивляться такому сравнению. Тогда мне удалось пережить танковый бой в условиях городской застройки (хотя танк всё же подбили) и в теории бой на открытой, пусть и холмистой, местности должен быть менее сложным, но практика показывала обратное.

В моменты обстрела противником нас часто спасали только скоростные характеристики наших машин, и если Т-90 легко отделись, то двуствольные танки даже со своими форсированными двигателями не всегда опережали стелящиеся позади них взрывы. Однако ответный огонь тоже был «плотным». У двуствольных танков высокая скорострельность, а летящие в воздухе хоппы эффективно пробивали верхнюю броню. Наши Т-90 тоже сыграли свою роль и, приближаясь на расстояние «пистолетного выстрела», добивали излишне упорного противника. В одной из таких атак, наш Т-90 приблизился к холму с выстоянными на нём бетонными дотами и зенитными позициями. Это был хороший знак – если мы дошли до столь основательной линии обороны, то значит, есть шанс её прорвать, после чего сопротивление должно быть не столь сильным.

Снарядами, пулемётом, огнемётом и даже гусеницами нам удалось разгромить ту позицию, начиная с зениток и дотов, заканчивая окопавшейся «пехотой» (ну не могу даже в мыслях называть её конницей) после чего:

— Внимание товарищи! – голос Отема в эфире был как гром среди ясного неба. — Операция переходит во вторую фазу! Прорвитесь и ликвидируйте радиовышку НКР!

— Лира, слышала?! – риторический вопрос полосатого был поставлен некорректно, но на эмоциях не было времени думать над красотой речи, так что я «дублировал приказ»:

— November Whiskey! Hotel Alfa!

Вообще-то я был и остаюсь убеждённым трезвенником и, указывая Лире направление, вовсе не имел ввиду что ей нужно пить Виски, разлитый в ноябре в «Отеле Альфа». Просто в этом мире, основой которого служили США, в ходу была принятая в той стране особая фонетика в радиопереговорах. Это не навязанный мной «профессиональный жаргон», наёмники компании Коготь тоже пользовались известной кодировкой. «Ноябрьский Вискарь» в ней означал «North-West», то есть «северо-запад», а «Hotel Alfa» было шифрованным «Haul Ass» – Тащи Пердак; более культурно – двигайся в указанном направлении. Звучит глупо, но через треск помех и другие военные шумы так говорить было проще.

«Фаза 2» что упомянул полковник означала наступление на «фабрику мороженого» рейнджеров. Ту самую, на которой ранее делали мороженое для «кровавого дракона». Теперь тот заводской комплекс разнообразил производство молочных продуктов, а также служил региональным штабом техно-фетишистов. Уничтожив радиовышку мы нарушим связь рейнджеров в данном регионе, а если повезет, то захватим и сам производственный комплекс.

Добраться до него было непросто. Рейнджеры пустили навстречу несколько танков, что подбили четыре наших машины. Расправившись с ними, мы обнаружили, что это были ещё цветочки. Ягодки представляли собой, внушающую уважение, полосу обороны из, окопов, дотов, и окопавшихся танков. Пробовать эти ягодки Сулик не решился.

— «Кобальт-2» Управлению, — произнёс Сулик в гарнитуру на шлеме.

— Управление на связи, — ответил полковник.

— Требуется поддержка! Отмечаю координаты! – параллельно разговору Сулик взял управление коптером и, подняв тот повыше, подсветил лазером позиции рейнджеров.

— Понял вас «Кобальт-2», — далее пегас обращался уже не к нам: — Заградительный огонь. Азимут – 35. Дистанция – 20. Огонь.

Десять секунд (оперативно) и глядя на монитор, вижу, как над нами пролетает «волна» ракет из РСЗО, после чего накрывает позиции рейнджеров облаком взрывов и смертоносных осколков. К сожалению не все собранные кустарно ракеты отличались качеством исполнения, так что часть из них отклонилась от курса и улетела либо в молоко, либо к нашей позиции. К счастью дружественного огня удалось избежать, но впредь вызывая поддержку, лучше держаться от зоны поражения подальше. Тем не менее, цель была поражена так что Сулик не стал колебаться отдавая команду «Вперёд». Экипажи других танков, воспринимая наш Т-90 как командирский, приняв наше продвижение как руководство к действию, тоже двинулись к дымящимся укреплениям технофетишистов. Полковник же запросил о результатах удара РСЗО:

— Управление «Кобальту-2», доложите о результатах удара.

— Цель поражена, противник уничтожен, — после данных слов гуля я, смотря в прицел, заметил движение и открыл пулемётный огонь. Движение прекратилось, но через секунду наш танк тряхнуло от попадания ракеты в лобовую броню. Сулик прокомментировал данную ситуацию:

— Почти уничтожен. Сопротивление слабое….

Тут наш танк тряхнуло значительно сильнее – знакомые ощущения от попадания танкового снаряда. С мыслями «Ничего себе слабое сопротивление» отчаянно пытаюсь найти уцелевший танк противника, а Лира даёт по газам пытаясь вывести Т-90 из зоны поражения. Найти противника мне не удалось, но это было неважно – экипажи других танков оказались более внимательны.

Далее перед нами предстала другая цель – фабрика рейнджеров с установленной на ней радиовышкой. В сравнении с полосой обороны что мы преодолели, охрана фабрики не вызывала уважения. Линии окопов со стреляющим оттуда противником, бетонные доты, пара зениток, вышки с гранатометчиками и ни одного танка – лёгкая цель. Сходу, ликвидировав зенитки, далее мы засадили плазменные снаряды по дотам. Когда с основными угрозами (кроме засевших в окопах) было покончено кто-то из наших двумя выстрелами обрушил радиовышку, после чего полив окопы из огнемёта, наш танк подложил движение. Следующей целью был Понивиль, вот только чтобы туда попасть нужно, пересечь местность, что располагалась там, где был уничтожен Новый Клаудсдейл.

Парадокс, но пересечение того участка прошло удивительно спокойно; даже опасения насчёт заражения местности не оправдались. Счетчик, конечно, трещал, но уровень излучения был не столь сильным как ожидалось. Похоже аликорны Последователей долго «паслись» на данной местности, иначе не знаю почему там где пролился смертельный-светящийся дождь уровень излучения был чуть выше нормы. А дождь здесь действительно был. Несмотря на время года, трава была неестественно жёлтого цвета, а часть участков местности были свободны от какой-либо растительности. Повсюду лежали обломки облачного города и самое интересное – воздушные суда класса «Хищник» (аналогичные нашему Подстрекателю) что были затрофеены у Анклава наёмниками компании Коготь. Теперь поле на нашем пути к Понивилю выглядело как кладбище данной техники, годной разве что на слом или разборку на запчасти. Поправка — если аликорны позаботились об её очистке от радиации; трупы они точно должны были убрать.

Спустя несколько минут лавирования между обломков наша ударная группировка оказалась на вершине холма, откуда был прекрасный вид на город Понивиль; вдали ещё виднелись руины Зебратауна и пепелище Глифмарка, но данные места не имели стратегической ценности. Увеличив кратность прицела, я во всех деталях расстрел местную незатейливую архитектуру — множеством домиков в западногерманском стиле, грунтовыми дорожками между ними и огромной «Ратушей» в центре; у последнего уже починили крышу, которую в прошлом снёс Подстрекатель. Город выглядел бы безобидно насколько это понятие допустимо к населённым пунктам, если б не полоса обороны по его периметру. Окопы, доты, зенитки, окопавшиеся танки – противник укрепился на совесть, но мы предвидели такой вариант.

— «Кобальт-2» на точке сбора, — сказал Сулик в гарнитуру на шлеме. — Готов к «Фазе 3».

— «Гремучка-4» на месте.

— «Базальт-2» на месте.

— «Аметист-1» на месте.

— «Гадюка-1» на месте.

И так далее. Перечисление позывных не заняло много времени, но показывало что, несмотря на потери, наша группировка всё ещё боеспособна. Это было хорошей новостью, но полковник Отем посчитал, что напутственная речь всё равно не помешает.

— Товарищи! В этот день наши РСЗО разгромят Понивилль, уничтожив его! И вы пулями, штыками, голыми копытами сделаете тоже самое с его солдатами!

Честно говоря, речь пегаса не совсем соответствовала действительности, и дело даже не в противоречии с нашими директивами насчёт соблюдения Женевской конвенции. Просто пока он говорил на позиции перед городом сыпался град из запущенных ракет проредив оборону Понивиля, но несильно задев город. Конечно, часть ракет отклонилась от курса и теперь некоторые дома коптили чёрным дымом, но город в целом уцелел, чего не сказать о позициях перед ним. Однако наш план не ограничивался только обстрелом позиций перед городом из РСЗО, так что ещё до того как пыль от взрывов успела осесть, прямо над нами пролетел «клин» из хопп во главе беспилотной Фоуги. Было бы интересно с высокого холма полюбоваться как данная «эскадрилья» отбомбиться по позициям противника, а также выполнит своё спецзадание, но у нас другой приказ.

— Станция уже почти у нас! – торжество в голосе Отема было явно наигранным, но должен признать – у него получалось воодушевлять. — Пока наши воздушные силы наносят НКР удары с неба, сокрушите их прибежище! Покажите гордость! Проявите мужество! Покажите силу! Но не проявляйте сострадание!

После данных слов наши бойцы и техника все как один двинулись в сторону города. К сожалению или к счастью (скорее к счастью) тут роль наших танков была не столь высока. В населённых пунктах танки уже не главная ударная сила и, по сути, мы теперь осуществляли поддержку продвигающейся «пехоте», однако перед оказанием данной поддержки Сулик распорядился сделать одно дело.

Помимо укреплений, на границе города стоял солидный (причём выкрашенный в красный) монумент герою войны с зебрами с дурным именем БигМак – брат яблочной минестерки. Не знаю что там у него «Биг» но его статуя была настолько огромна, что даже Церетели бы высказал уважение. Учитывая насколько местные мелкие, статуя того земного пони выглядела как вставший на дыбы великан что готов растоптать врагов Эквестрии; почему-то представилась ассоциация с астартес-унитазниками из вселенной «сорока кусков». Учитывая, что монумент был возведён в разгар войны с полосатым народом, легко догадаться, кого собирался растоптать данный каменный образ, и Сулик не мог это игнорировать.

Через дублированное управление он развернул Т-90 в сторону статуи. Теперь со стороны выглядело, будто исполинских размеров БигМак собирается растоптать Т-90. «Жаль заснять нельзя» подумал я, а после переложил гулю вдарить по ней осколочным, но Сулик сказал, что не надо. Далее он пояснил, что раз у земных пони принято сражаться копытами, а нашей машине копыта заменяют гусеницы, то будет более честно проверить, что из этого крепче – зачарованный камень статуи героя прошлой войны или зачарованная броня танка войны текущей. Лира не стала дожидаться команды и сдала назад. Я тоже всё понял и повернул назад башню. Далее немного порычав (скорее пожужжав) мотором Лира дала ходу и протаранила монумент (https://youtu.be/GLYSD639UFE?t=3696).

В отличие от статуи Селестии в Филлидельфии, что после разрушения постамента осталась стоять на башне танка, монумент земному пони оказался менее прочным. Время его не пощадило. За столетия статуя успела покрыться паутиной трещин, так что наш танк прошёл через камень с удивительной лёгкостью. Странно, почему в тот момент Дискорд вновь начал играться со временем (в теории он должен уважать искусство возведения скульптур) замедлив (то есть ускорив) для меня его восприятие, но момент был недолог, так что терпимо.

— Браво! Браво! – так незамысловато Сулик высказал уважение Лире Хартстрингс.

— Бой не окончен, — не хотелось омрачать радость, но порой нужно побыть и «Капитаном Очевидностью», — в городе противник поопасней столетней статуи. Жми дальше, а то худо будет, — последнее предложение сказал на русском.

Помня мои рассказы о другом мире, а также опыт захвата «Филадельфии», мы заимствовали незамысловатую тактику «Ёлочка». Согласно этому приёму пехота продвигалась по улицам впереди техники, танки, двигаясь по разные стороны улиц, следовали за ней держась на расстоянии около тридцати метров. Техника подавляла и уничтожала мешающие продвижению «пехотинцев» узлы обороны, а в некоторых случаях продвигалась вперёд расталкивая баррикады. Город был небольшой, а улицы не всегда широкие так что «Ёлочка» часто была неполной и имела лишь один танк, однако фактор силовой брони делал тактику очень эффективной – потери были невелики, а к концу утра мы прибыли к уже захваченной железнодорожной станции.

Хоппы с Подстрекателем не ограничивались только бомбёжкой. Помимо ударного вооружения они несли десант, что в суматохе боя был высажен на определённые позиции – железнодорожную станцию, а также мосты железной дороги ведущей к Кантерлоту. Спустившийся с неба Отем вкратце сказал, что план захвата ключевых позиций закончился полным успехом, а опасения что мосты будут заминированы, не оправдались.

Понивиль был захвачен, а значит дорога на Новый Кантерлот открыта. К сожалению чтобы туда попасть придётся покинуть танк, передав танк копытным из ОФОТ. Захваченный поезд был без грузовых платформ, улицы Кантерлота слишком узкие для эффективного использования бронетехники, да и здесь танки были нужнее. Не было сомнений, что также как после захвата Филлидельфии, Рейнджеры пригонят свои войска, но в этот раз Вельвет не сдержит их от скорого наступления, так что теперь большая часть наших копытных, разбирая трофеи, занимали позиции, что до этого сами же штурмовали. Мститель также прибыл на позицию, и сев на брюхо на границе Понивиля, высадил свежие подкрепления – сотни копытных, а также технику, что держали в резерве; среди неё даже были экспериментальные БТРы – местная интерпретация чехословацких ОТ-64 SKOT (Скотинка).

Другая – меньшая (но всё равно не маленькая) часть нашей группировки, занимали места в вагонах захваченного поезда, что уже стоял под парами готовясь двинуться к Новому Кантерлоту. Большая часть из них состояли в ОФОТ, но отсутствие на форме некоторых копытных нашивки «шахматной клетки» (только «зонтик») выдавало в них пони из СНС. Это были наши элитные бойцы и «огненный экипаж» тоже принадлежал к этой «элите»; хотя вид у неё был совсем не элитный.

Помимо обычных огнестрелов у половины бойцов было не летальное оружие: двустволки стреляющие каучуковыми шарами, дротикомёты (с комплектом дротиков и яда мантикоры), просто дубинки, да вообще все, что удалось затрофеить у наёмников и охраны тюрьмы Арба. Я очень доходчиво пояснил полковнику, что Вельвет нужно брать живой, а тот, готовясь к операции и читая брифинги, позаботился, чтобы наши бойцы были соответствующе осведомлены и экипированы. Вторая половина бойцов, которой не досталось не летальное оружие, тоже не обошлась без необычного снаряжения. Дисковые и цепные пилы, болторезы, ломики, кувалды, даже гидравлические ножницы – необычное снаряжение, но учитывая насколько узки улицы Нового Кантерлота и какие препятствия может устроить противник, решение экипироваться как МЧСники уже не звучит столь глупо. Сулик тоже дополнительно экипировался, взяв с собой гвоздодер, а вот я был «налегке». Автомат, пистолет, гранаты, куча патронов и Тесак Гаудины – по мне этого было достаточно.

Специфичная получилась группировка, но пегасы в силовой броне в этом табуне выделялись не так сильно как аликорн в балахоне с СВД наперевес. Трикси решила не упускать возможность помочь мне встретиться с Вельвет, хотя я её об этом не просил. Также я не просил о личном участии полковника Отема, что облачившись в свою силовую броню (ту, что собрал сам с учётом моих замечаний, но от «скорпионьего хвоста» не отказался) тоже занял место в вагоне. Однако больше всего меня заботило участие полосатого гуля.

Может Сулик не согласился бы с данным утверждением, но судьба ему улыбалась. Он был одним из немногих кто выжил после встречи с командой Литлпип. Ему очень повезло, что в момент, когда Грей Стоун стал одержим мной он находился рядом. В противном случае, полосатого вместо отправки в тюрьму, просто пристрелили бы на месте. Конечно, сам Сулик при нашей встрече в тюрьме не выразил радости такого рода везению, но уверен – далее полосатик был мне благодарен. Работая вместе, мы каждый раз убивали героев пустоши либо уничтожали достижения министерств. С каждым убитым героем страх и отчаяние жителей НКР усиливалось. Когда мы дойдём до «Дворца Благородных Сестёр» их почитателям негде будет прятаться. Пони познают месть за уничтожение страны полосатых копытных. Среди пуль крови и смерти Сулик никогда не забывал о своей уничтоженной родине. Этот гнилой полосатик столетия раз за разом обманывал смерть. Его страна уничтожена, а сам он выглядит как призрак, но пока он жив, дух этой страны не будет сломлен. Может в отношении вонючего полосатого копытного это звучит смешно, но я был рад, что помогаю ему в его благородной цели.

Мысли о мести полосатка всему роду пони прервал паровозный гудок, означающий скорое отправление. Через несколько секунд железнодорожный состав начал движение, а я, глядя в окно, задумался о более важных лично для меня вещах. Почему вдруг Дискорд решил играть со мной в открытую? Почему, ранее действуя тайно, он вдруг решил открытым текстом сказать, что ему от меня надо? Почему он предстал передо мной именно перед захватом «Филадельфии»? Неужели он не мог как раньше, воздействуя на мой разум, заставлять делать то, что ему нужно, но при этом оставаясь инкогнито? Логика подсказывает, что такую игру в открытую могла вызвать только спешка. Похоже, Дискорд опасался, что пока мы ведём своё медленное наступление, в НКР могут что-то совершить, что перечеркнёт его планы. Мерзко было чувствовать себя деталью чьих-то замыслов, но так было бы в любом случае. Я не настолько башковитый чтобы, предугадывая действия друзей и врагов плести свои интриги. У меня не было какого-то долгоиграющего мудрёного плана. Мой план, по сути: помогать союзникам из местных пока их интересы совпадают с моими в надежде случайно найти путь в свой мир. Если Дискорд не обманул, то план можно считать сработавшим.

Планы, планы, планы. Дискорд намекал, что весь этот мир — чей-то план. Ну не поверю что мир разумных «волшебных» копытных сам по себе был кому-то нужен. Если правильно понял, то даже Чернильница, что его создала, была не в восторге от своего творения и, как я, грезила о возможности возвращения. Если в создании этого мира и был смысл, то он был чисто экспериментальный – провести эксперимент, воспользоваться его результатами и забыть, но свихнувшийся призрак-аликорн пошла дальше. Если это так, то в происходящем виноват не я, не Литлпип и даже не Селестия, а значит, опасения Белой, что вернувшись в свой мир, я найду и убью её мать, вовсе не беспочвенны. С другой стороны, Лорен у которой были столетия для проработки своих планов, вряд ли подразумевала собственное убийство, а значит…. Значит нужно перестать думать лишнее и сосредоточиться на главном – возвращении на Землю. Дискорд говорил, что это возможно, и он с самого начала направлял меня к данной цели. Проблема в том, что Дискорд – всем психам псих, но с другой стороны…. В мире тьмы слепой будет лучшим проводником, может и в этом мире безумия козломордый психопат для меня лучший союзник. Так это или нет, но я надеялся, что его совет — поговорить с Вельвет, действительно приведёт меня на Землю и сидя в вагоне, тешил себя надеждами, что поезд едет именно туда, где я найду путь назад. Хотя вид из окна показывал, что на пути моих поисков стоит целая армия.

Новый Кантерлот, будучи расположенным на скале, вызвал у меня ассоциацию с орлиным гнездом. Птицы тоже любят строить свои дома на скалах – там, где их не достать. Для города же данное местоположение казалось крайне неудачным, и в прошлом Анклав это наглядно доказал. Обстреляв упирающиеся в скалу поддерживающие конструкции, Анклав обрушил половину города вместе с замком, а после прошёлся и по постройкам в глубине горы. Технически у нас была возможность повторить данный опыт (у нас был Подстрекатель, а Новый Кантерлот был построен по образцу старого), но помня просьбу Дискорда, я чётко распорядился, что город должен уцелеть, а Вельвет Ремеди взята живой. Отем, Трикси и прочие копытные не обрадовались такому решению, но будучи мне благодарными приняли условия, хотя это многое усложняло. Одним из таких усложнений была высадка десанта, что захватил вокзал Нового Кантерлота. Судя по дыму и лежащим вокруг трупам, без боя не обошлось, но благо трупов с зонтиком на форме было меньше чем всех остальных, так что захват можно считать успешным, как и высадку основных сил.

По всем правилам техники безопасности высадка прошла лишь после полной остановки состава. Далее мы из дверей, из окон, а пегасы даже через люки в крыше за секунды «высыпались» из вагонов, после чего также быстро вступили в бой. Группа захвата вокзала пока ещё сдерживала противника, но их силы и боекомплект подходили к концу, так что в больших глазах пони из СНС читалась неподдельная радость нашему прибытию.

Бои на улицах Нового Кантерлота отличались от того что происходило в Филлидельфии. Прогнозы что Последователи возведут баррикады, полностью оправдались, хотя и без них узкие улицы города были, на грани, чтобы считаться непроходимыми (https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/e/ee/Villa_Police_Station.jpg/revision/latest?cb=20150108234927). Как будто этого мало Последователи активно применяли дымовые гранаты, и какая ирония – с розовым красителем. К счастью тот розовый дым не имел эффекта сращивать органику с другими веществами, но вид всё равно был жутким. Будто вернулись в прошлое, описываемое в Книге Литлпип, в котором Кантерлот был заражён газом зебр. Лира точно была не рада таким воспоминаниям.

Однако газ нас не напугал (хотя многие, и я в частности, надели противогазы), а взятые инструменты были полезны в преодолении баррикад, тем не менее, темп наступления был слишком медленен, однако у нас был один козырь. Трофейный «БЛОК ТАНК» будучи шагающей боевой машиной, несмотря на свои габариты, был подходящей машиной для данного театра боевых действий. Расталкивая или перешагивая через препятствия, он был фантастически эффективен, а его залпы легко взламывали вражеские укрепрайоны. Проблема была с его доставкой, однако у нас был Подстрекатель. Тем не менее, готовя план, мы решили, что данная машина будет полезней внизу при возможном отражении атаки Рейнджеров, так что честь доставить «БЛОК ТАНК» была доверена хоппе Бурак, благо эти конвертопланы обладали подходящей грузоподъёмностью. Решение казалось простым и логичным, но как всегда беда пришла, откуда не ждали.

Смотря на силуэт «БЛОК ТАНКА» прицеплённого к хоппе я проникся величественностью данного зрелища, а также радостью, что скоро эта шагающая машина будет доставлена, но все настроения испортил голос в гарнитуре:

— Падальщик всем боевым группам! Противник перехватил управление беспилотником! Фоуга перехвачена! Повторяю – Фоуга перехвачена!

Через секунду мы увидели подтверждение слов – со стороны хвоста к хоппе приближался наш беспилотник Фоуга, только теперь он был уже не наш. То, что он открыл пулемётный огонь по конвертоплану, развеяло все сомнения. Однако хоппы Бурак были не только грузоподъёмны но и защищены бронёй, так что пулемётная очередь не смогла его сбить с первого захода. Второй мог быть более успешен, так что мы все очень испугались, когда Фоуга облетев конвертоплан, зашла на второй круг. Увы, но ближайшие зенитки Последователей были уничтожены, так что мы не могли их затрофеить чтобы сбить затрофееный у нас беспилотник, однако полковник Отем не растерялся.

— Занять позиции и взять Фоугу на прицел! – скомандовал пегас. Копытные всё поняли и вскинули оружие в сторону цели; я не был исключением. — Стрелять по команде в нос или с небольшим упреждением! – добавил ржаво-коричневый пернатый.

Теперь опасный момент – Фоуга атакует Бурак, пегас кричит «Огонь!», а мы исполняем команду. Пули у нас не трассирующие, так что попадали или нет, не было понятно, однако на моём автомате стоял разгонный блок, что подсвечивал пули электрическим светом, и пусть тогда время не замедлялось, но я был готов поклясться, что очередь из заряженных пуль задела V образный хвост беспилотника. Так это или нет, не узнал, но казалось Фоуга, пролетев сквозь «огневой барьер», не сильно пострадала. Это наблюдение было бы не столь неприятно, если б беспилотник не летел прямо на хоппу с подвешенным «БЛОК ТАНКОМ», будто собираясь её протаранить. Пилот конвертоплана, видя к чему идёт дело, сбросил роботанк и произвёл резкий манёвр уклонения. Фоуга пролетела, казалось в сантиметрах, и то ли струёй раскаленных газов от двигателя, толи у пилота Бурака от произошедшего руки, то есть, копыта тряслись…. Короче – Бурак не удержался в воздухе и, вращаясь против часовой стрелки, рухнул на кантерлотское здание; судя по вывеске, это был магазин мягкой мебели. Для Фоуги произошедшее тоже закончилось печально. Не знаю, куда мы ей попали, но управление беспилотником было нарушено, иначе не знаю, почему летя прямо к башням замка двух сестёр, он не смог уклониться и задев крылом белый «карандашик» разбился где-то в поле под горой.

Да уж…. Мы недооценили Последователей. Перехватить управление беспилотником и использовать тот против нас – это вызывало уважение и ненависть. С другой стороны — всё закончилось не так уж плохо. Пускай мы потеряли Фоугу и один Бурак, но «БЛОК ТАНК» всё же доставлен и, судя по тому, как он сам встал на ноги, гидравлика смягчила падение. Того что «БЛОК ТАНК» как Фоуга, будет перехвачен мы не опасались. Робот управлялся довольно совершенным искусственным интеллектом и воспринимал голосовые команды – перехватить управление невозможно из-за его отсутствия. Пилот Бурака тоже легко отделалась, и, покинув упавшую машину, присоединилась к нашей группировке.

Далее отойдя от впечатления, наша группировка разделилась. Действовать в городе со столь плотной застройкой огромной группировкой было бы глупо, так что Кантерлот вместо одной большой штурмовали множество небольших групп. Улицу за улицей, дом за домом мы отвоёвывали город у Последователей Апокалипсиса.

Сколько пробыл в этом мире, но мне ещё никогда не противостоял столь разношёрстный противник. Последователи Апокалипсиса были поистине интернациональной группировкой. Помимо пони всех подвидов (земные, единороги, пегасы, аликорны) нам встречались зебры и группы грифонов, что тоже делились на подвиды. Если в рядах наёмников грифоны чаще были классической помесью льва и орла, то здесь в нас стреляли помеси барсов, леопардов и прочих кошачьих с башкой от стервятников, сов, прочих хищных птиц и даже голубей. Однако львы-орлы тоже были, и к последним у бойцов ОФОТ было особое отношение. Зачистив одно из зданий, я стал свидетелем как союзная крупа копытных с нашивкой шахматной клетки, под руководством Отема, вела к стенке четверых грифонов в форме наемников, но без символики этой организации.

— Шевелитесь птахи! – сказал боец ОФОТ в силовой броне, а после грубо толкнул к стенке одну из гриффин.

— Повернитесь к нам клювярами! – приказал боец-единорог уже в обычной форме, вооружённый пп Vector.

— Не надо…. Пожалуйста, — произнесла одна из пернатых. Узнаю этот голос – это та наемница, что сдалась нам в Министерстве Морали. Меня она не узнала, но рассчитывала повторить прошлый опыт.

— Товарищ полковник… — единорог из ОФОТ ограничился только обращением.

— Эти грифоны беспощадно терзали нашу родину! — Отем так и не избавился от привычки говорить торжествующим голосом. — Они оценивали жизни пони крышками от бутылок Ядерки! Им пощады не будет!

Сулик не стал дожидаться приказа и прошёлся по грифонам очередью из ППШ. Одну из пернатых спас бронежилет, но вставать она не стала и, вскинув когтистые лапы, произнесла:

— Пожалуйста… Женев… — договорить ей помешал палкоголовый, что достав из кобуры револьвер всадил пулю прямо в клювяру. Это было жестоко, но «Женевская Конвенция» не распространяется на наемников, так что формально наша совесть чиста… Или нет? Они ведь уже небыли наёмниками?

Когда вопрос морали был (не определён) решён перед нами встал другой — более материальный. Кругом завалы, баррикады, улицы города очень узкие, перед нами бетонная стена, что кувалдами не разбить, а идти в обход было опасно и долго.

— И что дальше? – спросил я у полковника. — Как нам идти вперёд?

— С помощью грубой силы! – ответил пернатый. — Грубой силы.

В подтверждение его слов, проломив стену, в наш двор вошёл «БЛОК ТАНК», после чего этот робот корпусом разрушил стоящее перед нами бетонное препятствие.

— Здесь отовсюду несёт ужасом и безумием, — пегас не уставал упражняться в красноречии, — только безумцы могут надеяться нас победить.

Не скажу, что последнее сказанное пегасом было уместно. Данные слова подошли бы, в случае если бы мы штурмовали психушку, из которой когда-то сбежали, но с учётом что при штурме Кантерлота даже аликорны не могли с нами справиться, в сказанном была доля правды.

Аликорны – одержимые идеей размножения клоны принцессы Луны уверенные в своих магических силах. Их уверенность вместе с магическими щитами легко пробивалась пулями с моей кровью. Местная сверхраса составляла не так много проблем как вражеские пулемётчики. Они казалось, были за каждым углом, за каждой дверью, и наносили нам серьезные потери. Крик: «Пригнись, пулемёт!» — звучал слишком поздно. Зрелище, как пони собираясь выбить дверь, ловит через эту дверь длинную очередь, было по-настоящему жутким, даже с учетом, что речь идёт не о людях. Конечно, взятый нами запас гранат и гранатомётов многое упрощал, но чуть ли не каждый кантерлотский дом СНС и ОФОТ оплачивало литрами кровищи. Тем не менее, эти жертвы небыли напрасны – темп наступления всё ускорялся и вскоре часть наших групп соединились, выйдя к, по кантерлотским меркам, широкому проспекту. При поддержке «БЛОК ТАНКА» мы всё уверенней продвигались, ориентируясь на башни замка двух сестер, несмотря на отчаянное сопротивление.

Казалось, что у наших пони в тот момент усилился боевой дух, желание драться и агрессия к врагу, причём настолько, что своей магией они начали порождать «музыкальное сопровождение». Я уже использовал музыкальную особенность местных и был наслышан о том, как слушая появившуюся из ниоткуда музыку они, начиная петь, сокрушали оборону полосатых. В нашем случае я бы поверил что, тоже поддавшись местной особенности, услышал внезапную мелодию, если бы не одно но – её псевдорусский мотив (https://youtu.be/qUCvYMgIY6E). Мелодия была динамична, но звучащие на её фоне слова не имели никакого смысла и служили целью просто создать подобие русской речи. В плане смысла услышанное было даже хуже знаменитого «Наш Советский Союз покарает», но должен признать – создавало нужную атмосферу. Слушая данную мелодию так и хотелось идти в бой, железом и кровью ломая сопротивление врага. Разумеется, это Дискорд в очередной раз развлекался с моим разумом. Уверен, что это он в прошлом заставил меня читать речь про капитализм, будто это не экономическая система, а один из богов хаоса во вселенной «сорока кусков». Вот и сейчас он начал влиять на мой разум, но в этот раз я не был против; к тому же, судя по выражению больших глаз союзных копытных, они тоже это слышали, причём с тем же эффектом. Полковник Отем поддался данному эффекту настолько сильно что, потеряв связь с реальностью, игнорируя взрывы и свистящие пули, взлетев, осуществил посадку прямо на шагающий «БЛОК ТАНК» и, используя робота как постамент, взяв заранее взятый матюгальник, обратился к жителям Нового Кантерлота:

— Жители Нового Кантерлота! Наш зонт накрыл ваш город! Мы сокрушим каждого, кто посмеет сопротивляться бойцам Сил Народного Сопротивления или Объединённого Фронта Освобождения и Труда! Сложите оружие и выходите на улицы! Вас ничто не спасёт!

Это только моё мнение но, несмотря на всё красноречие, Отем – плохой переговорщик. Меня бы такая речь не убедила, однако, у местных другой менталитет. Они более эмоциональны, и в нашем случае эмоция отчаяния взяла верх. Через несколько минут со стороны противника прекратилась стрельба, а после на окнах начали вывешиваться импровизированные белые флаги. Как и при захвате Филлидельфии полковник приказал нашим бойцам прекратить огонь, а противнику покинуть укрытия.

Сдавшийся противник представлял собой всё тот же «зоопарк» за исключением зебр, и честно говоря, я был удивлён, видя сдающихся аликорнов. Мне казалось что эти клоны – фанатики, что после того что мы говорили о них в наших выступлениях, они ни за что не сдадутся, но они сдавались. Неужели это последствие освобождения пленных наёмников? Зная, что СНС и ОФОТ берут и даже освобождают пленных они, отчаявшись, решили повторить опыт наёмников Филлидельфии? Какой бы ни была причина, но свои жизни они спасли; за исключением тех что, напившись зелья зебр, сменили половую принадлежность – эти уродцы были мерзки во всех смыслах данного слова, так что мы не колебались «избавляя их от страданий».

При всей неприязни к клонам, какой-то откровенной ненависти у нас к ним не было; за исключением Беатрикс (которая сама была аликорном), но после наших похождений её ненависть притупилась. Конечно аликорны, будучи вышедшим из-под контроля биологическим оружием были очень опасны, но с другой стороны — они просто чуть более редкий подвид пони, за весь род которого, формально, сражается СНС вместе ОФОТ. Также согласно этой формальности мы не убиваем тех, кто добровольно сдаётся в плен, за исключением…. В Женевской конвенции есть особое отношение к наемникам, но про аликорнов ничего несказанно. Клонов в плен мы взяли на общих основаниях за исключением всего комплекса мер безопасности – блокиратор на «дрель», обруч на крылья, и к стенке под прицел бойцов в силовой броне.

Убедить бойцов СНС и ОФОТ что аликорны не заслуживают тотального уничтожения, было несложно, учитывая какую репутацию им устроила Вельвет Ремеди и то, что в наших рядах была Беатрикс. Естественно я это делал не из гуманистических соображений, просто пули с моей кровью были против них достаточно эффективны, а при переговорах Вельвет не одобрит, что я способствовал ещё одному геноциду.

К грифонам наше отношение было другим. Мы все (особенно пони из ОФОТ) прекрасно помнили об их наёмническом образе жизни. Грифоны просто не могут жить по-другому и к Последователям прибились точно не из-за желания «следовать апокалипсису». Сейчас на их форме нет рисунка когтистой лапы, но они всё равно наемники, только теперь нанятые Вельвет Ремеди. Когда всё закончиться грифоны вновь будут кому-то продавать свои услуги, либо будут грабить и убивать пони ради собственного выживания. Быть их нанимателями мы не собирались.

— Не убивайте! Я всё расскажу! – истерично кричал один из грифонов. Расстрел представителей его вида произвёл на пернатого впечатление.

— Грифон просящий пощады, — земной пони из ОФОТ говорил скорее сам с собой, грифону предназначались не слова, а удар копытом, – никогда не привыкну.

— А ты щадил пони?! – спросил единорог но, судя по тому, куда был направлен пистолет в ауре, он не собирался получать ответ.

— Подожди, — вмешавшись, я на всякий случай перехватил парящий в ауре пистолет, — он может нам помочь.

— Помочь? – полковник произнёс это слово как риторический вопрос. — Пусть лучше умрёт за нас, – далее Отем выстрелил в грифона лазером, тот упал, замертво испуская едкий дым. — Этим и заканчиваются войны!

Последняя фраза предназначалась не столько нам сколько пленным. Живя в своём жестоком мире, они повидали многое – жестокость рейдеров, жестокость героев, может они и сами делали что-то жестокое, но это было в прошлом. То, что произошло за последние часы, затмило у них их прошлые воспоминания, уступив место банальному желанию выжить. Ради этого они были готовы на все, в том числе и на такую мелочь как сотрудничество. Пленные рассказали всё — начиная от того какие из пленных пони ранее состояли в наёмниках, заканчивая тем кто обороняет «Замок Двух Сестёр»; теперь это скорее «Замок Вельвет Ремеди».

Если говорить образно то «элемент доброты» считает себя «сердцем» их мира и у неё есть на то основания. Всё что она делала и делает, было по «зову сердца», начиная от похождений в команде Литлпип заканчивая тем, что происходит сейчас. Понимая, что мы стиснули «чёрное сердце» НКР стальной хваткой, чёрная единорожка дала нестандартный для себя приказ: защищать замок до последней капли крови старикам, подросткам, раненым. В городе никто из таких нам не встречался, но пленные докладывали о колоннах детей и раненых, что исчезали за стенами замка. Полковник Отем услышав данную новость, высказал не нашедшее у меня понимание утверждение:

— Если они хотят постоять за НКР, то они умрут за НКР! Дом за домом, улицу за улицей, мы отчистим как Кантерлот так и одноимённый замок!

На пленных данная речь не произвела впечатление и вскоре они рассказали почему. Замок обороняют не дети с раненными. Пленные не знают, какие у Вельвет планы на детей, но раненные теперь вновь способны вести бой и стали гораздо опаснее. Вельвет не врала когда угрожала нам армией кибербойцов. Вывезя из Филлидельфии мобильный комплекс киберпротезирования, она действительно создала армию пони-киборгов. Каждый покалеченный в давнем или недавнем прошлом присягнувший ей на верность, получил протезы взамен утраченных органов или конечностей. Ранее она не использовала киберсолдат, потому что считала, будто СНС будет массового использовать «электромагнитные бомбы особой мощности», против которых электроника уязвима, и была удивлена, что после уничтожения Садов ничего похожего не произошло. Теперь – другой случай, а отчаянное положение требует отчаянных мер. Замок Кантерлот охраняет прорва киборгов подобных Каламити и Красному Глазу.

Новость была неприятна, но не настолько, чтобы мы отказались от плана. Киберпони, аликорны, зебры, да хоть адские гончие – мы ничего не боялись. Аликорнов мы успешно убивали и брали в плен, гончие давно мертвы, зебры для нас были немногим опаснее земных пони, и с киборгами как-нибудь справимся. Смог же я справится с Каламити; правда мне тогда повезло найти импульсную гранату….

В этот раз полковник не стал рассчитывать только на везение и запросил подкрепление. Вскоре в город прибудет Подстрекатель с бойцами ОФОТ. Если нам не удастся победить охрану замка умением и техническим превосходством, то мы реализуем превосходство в численности. Решение полковника показалось циничным, но не лишённым логики, так что возражать никто не стал.

Оставив охрану у пленных, наша группировка продолжила наступление. Замок был недалеко, но всё же между ним и нами стояли множество последователей, что не желали сдаваться. Снова перестрелки в домах и на городских улицах. Снова мы продвигались, теряя наших бойцов. Снова эта музыка с неразборчивыми словами, что повышала «боевой дух». Отличие было в противнике – нам всё чаще встречались аликорны с зебрами, и последние, будучи измазанными какой-то зелёной смолой, были более серьезным противником.

Способности аликорнов создавать щиты и использовать телепортацию уступали во всех отношениях простой манере зебр держать оружие необычным хватом и использовать укрытия. Аликорны подсвечивая магией свои позиции, для нас были как цветные мишени, но зебры метко стреляя из своих укрытий, нанесли нам серьезный урон. То, что многие из наших копытных подражая мне, тоже переняли необычный хват, проблему не решало. При наступлении атакующая сторона обычно несёт большие потери, если не имеет какого-то особого преимущества. В нашем случае им была необычная тактика и «кровяные пули» с модернизированной силовой броней, но в случае с зебрами побеждать пришлось, во всех смыслах, плотностью огня. Один пегасов из СНС догадался захватить «тяжёлый инсинератор» — аналог самодельного огнемета, которым я сжёг пол Глифмарка и его наркоплантацию. Оригинальный инсинератор сломала Ксенит но наработки по нему остались так что у СНС был боец с данным необычным оружием. В этот раз он инсинератор очень пригодился и «плюясь» огненными сгустками «выкуривал» зебр из укрытий как раз под наш огонь на подавление. Данный фактор вызвал у последователей панику от чего их оборона начала сыпаться как карточный домик. Вскоре мы стреляли уже не в атакующего, а убегающего врага. Однако последователям всё же удалось задержать наше наступление.

— Что происходит? – спросил Отем у группы наших пони направивших оружие вниз – на лестницу, ведущую в подвал здания. Подойдя я увидел троих зебр (тоже в зелёной смоле), что пытались выбить запертую дверь. Видя нас полосатые прекратили долбёжку и подняли вверх копыта.

— Не стреляйте! – крикнула одна из полосатых. — Мы сдаёмся!

— Мы возьмём этих зебр в плен? – спросил я у полковника.

— Эти зебры – наркоторговцы, — ответил пегас. — Они создавали и продавали НКР препараты обдолбавшись которыми одни пони убивали других. Напомнить о зелье для аликорнов? – далее Отем говорил уже не со мной:

— Сулик, думаю у тебя к ним особое отношение. Хочешь ли ты отказать этим зебрам в мести? Выбор за тобой.

— Смерть бывает двух видов, — ответил Сулик, а далее повернулся к пегасу с «тяжёлым инсинератором», — быстрая и медленная.

Пегас с огнемётом всё понял и, взлетев, направил на зебр дымящийся ствол. Для тех, чья наркоплантация сожжена из этого же оружия такая смерть была бы символична, но к счастью для зебр Сулик передумал и прошёлся по ним очередью из ППШ.

— Похвально, — сказал Отем полосатому гулю. — Ты знаешь, что такое милосердие.

Осматривать этот подвал мы не стали. Пони в силовой броне сказали, что их локаторы больше не видят противника, к тому же наша цель была близка. Замок Кантерлота был совсем рядом, а Подстрекатель уже заходил на посадку. Далее он высадил подкрепление – сотни бойцов ОФОТ. Изначальный план не предусматривал их участие в штурме дворца, и по большим глазам пони было видно, как они волнуются. Полковник тоже это заметил и не оставил без внимания. Используя «БЛОК ТАНК» как трибуну он вновь обратился с вдохновляющей речью:

— Войска СНС и ОФОТ совместно окружают «Дворец Благородных Сестёр» — последний оплот Последователей Апокалипсиса! Мы уничтожили на этих улицах каждого кто стоял на нашему пути! Участие в это этой великой битве – огромная честь для любого бойца! Наш зонт над городом станет символом поражения и унижения противника. Возмездие свершится!

Пока Отем морально ободрял бойцов, я позволил себе передохнуть. Тело болело от многочисленных ударов – бронежилет из драконьей кожи эффективно держал пули, но не энергию от попаданий. Также у меня подходил к концу боекомплект, так что пришлось «позаимствовать» несколько рожков у других пони с «Самодельными Карабинами». Сулик тоже обзавелся дополнительными пистолетными патронами для своего ППШ, но далее сделал то чего я действительно не ожидал.

Попросив Беатрикс снять с крыши одного из зданий древко с флагом НКР, Сулик далее сорвал полотнище с совмещённым Солнцем и Луной и закрепил на древке заранее взятое красное знамя страны зебр. Двух мнений быть не могло – Сулик хочет водрузить его над Кантерлотом. Спустя столетия он не забывал о своей уничтоженной стране и до сих пор был готов умереть за неё. Будучи с гулем в одной огневой группе я отнюдь не собирался умирать за его уничтоженную страну, но был готов убивать за неё. Сулик – довольно «мутный тип», и ко мне он относиться не лучшим образом, но то, что он собирался сделать, заслуживало уважения. Водрузив красный флаг, Сулик отдаст дань уважения всем павшим зебрам, что погибли сражаясь против экспансии страны «Благородных Сестёр» и террора «Посланницы Звёзд». Вендетта полосатого гуля – не моё дело, но буду рад оказать ему помощь.

Тем не менее, красный флаг – не знамя нашего сопротивления, так что я подобрал лежащий на брусчатке длинный бело-красный зонт-трость и, сложив, закрепил зонтик между ремнями на спине. Это было глупо, тем более что часть наших бойцов несли древки с флагом «корпорации зла» но…. Может это Дискорд меня заставил, может это просто очередное проявление глупости – я не знал, но поступил, как поступил. Лира не оставила это без внимания:

— Каков план? – спросила единорожка.

— Кто сказал, что у меня есть план? – мой вопрос, а вопрос был риторическим.

— Конечно же он у тебя есть, ты же взял зонт.

— А может, он просто идиот, — заметил Сулик.

— Но для чего-то он его взял, — Лира всё поняла, но пыталась меня оправдать.

— Понятия не имею зачем, но если я буду выглядеть целенаправленным, то все подумают, что у меня есть план, — моё объяснение никого не удивило.

— За это я тебя и люблю, — Беатрикс тоже вмешалась в наш разговор, а после пояснила: — за практический подход.

— Спасибо!... – тут я проявил неожиданную для себя догадливость: — Погоди, это было оскорбление?

Трюкачка не стала отвечать, да и не было времени на пустые разговоры. Наступление на замок вот-вот начнется, а полковник в своей мотивационной речи уже совсем берега потерял:

— Товарищи, вы – будущее этого мира! Утопите защитников гармонии в их собственной крови! Косите врага, как будете в мирное время косить пшеницу и рожь!

Отем сам понимал, что его не туда занесло так что, обращаясь ко мне, пегас был менее красноречив:

— Майор Грей, займите левый фланг и убивайте каждого кто будет сопротивляться. Зачистите здания.

— Роджер, товарищ Полковник, — далее я обратился к окружающим меня копытным:

— Вы всё слышали товарищи. Налеево!

«Ещё несколько часов и Кантерлот падёт» — уверен так думал каждый пони, причём с обоих сторон.

Пройдя через какую-то разрушенную библиотеку, мы не встретили серьезного сопротивления, но у самого дворца нас встретили ливнем пуль. Площадь перед воротами просто кишела последователями. Как будто этого мало на этой же площади стояли зенитки, что слали в нас снаряд за снарядом и не позволяли использовать «БЛОК ТАНК».

— Грей! – прозвучал голос полковника у меня в гарнитуре. — Нужно уничтожить зенитки, чтобы освободить путь роботу! Пегасов быстро собьют, так что найди гранатомёт и сотри это место!

Увы, но вместо РПГ у меня на спине был зонтик, так что пришлось действовать менее деликатно. Бросив несколько дымовух, я вместе с бойцами приблизился к первой зенитке на «расстояние пистолетного выстрела» и забросал ту гранатами. Далее перестреливаясь с противником, заметил у одного из наших погибших РПГ и ранец с гранатами. Попросив, чтобы меня прикрыли, подбегаю к трупу и тащу тот за укрытие. Далее заряжаю РПГ и у последователей на одну зенитку стало меньше.

После уничтожения первых двух зениток противник поняв, что теперь участок площади потерял стратегическую ценность начал отступление ко второй линии обороны. Для нас такое решение было двояким. С одной стороны — теперь мы продвигались на оставленные противником позиции, с другой – эти позиции были пристреляны и отойдя назад противник перегруппировавшись вёл ещё более плотный огонь; благо не из зениток.

После уничтожения первых двух орудий «БЛОК ТАНК» тоже начал наступление, а расчёты оставшихся двух "88" посчитали робота более приоритетной целью. Пока шагающий танк был далеко и в него ещё не смогли попасть, но рано или поздно он словит снаряд, а после расчёты сосредоточат огонь по живой силе. Понимая данную очевидность я, ведя огонь в слепую, постоянно направлял наших бойцов в атаку, и пока противник вёл по ним сосредоточенный огонь, мелкими перебежками продвигался к зениткам. Прикрываться товарищами – это низко, но чтобы выжить и победить порой нужно идти на жертвы. В конце концов, те пони знали на что шли. Вступая в ОФОТ они клялись в верности нашему делу и готовности к самопожертвованию. В нашем случае они доказали свою готовность; жаль что выживали немногие.

Такими перебежками я подобрался к третьей зенитке, которую уничтожил выстрелом из РПГ. Больше гранат к гранатомету у меня не было, так что последнюю собирался уничтожить выстрелом в боекомплект, но рисковать не пришлось. Полковник Отем видя, куда стреляют зенитки, всё же смекнул, что раз зенитки ведут огонь по наземным целям то воздух открыт и вызвал Бурак. Конвертоплан с «зонтиком» на хвосте быстро сориентировался и ракетным залпом уничтожил орудие. Далее он, зависнув над площадью, поливал последователей шквальным пулемётным огнём пока со стороны дворца в него не попала ракета. Хоппа выдержала попадание, но её пилот, понимая всю опасность, вышел из боя; мы не осуждали.

Теперь «БЛОК ТАНК» по-настоящему вступил в бой и своими выстрелами очень эффективно разрушал позиции противника. Сулик видя происходящее с криком «Отбросить их!» повёл бойцов в атаку, а противник начал спешно отступать к линии обороны прямо перед входом во дворец.

Бой перешёл с широкой площади на узкий пятачок перед воротами. Потери с обоих сторон были огромны, но «БЛОК ТАНК» своим пулемётом обеспечил нам преимущество. Также стоит отметить Трикси, что из своей СВД ликвидировала многих последователей, что стреляли в нас с окон и крыши. Бой был тяжелым, но мы побеждали, и в один момент я даже отвлёкся думая над одним вопросом: «Где те киберпони о которых говорили пленные?». По «закону подлости» вскоре получил ответ на свой вопрос.

Лира, видя, что мы побеждаем, решила прорваться прямо к воротам дворца. Может она хотела быть первым кто их откроет? Может что-то другое, единорожка не сказала. Скача к воротам, она не заметила притаившегося за колонной противника – киберпегаса с огнемётом. Тот, пустив струю прямо в морду Лире буквально отбросил ту реактивной струёй. Сулик заметив происходящее, всадил в противника чуть ли не весь диск своего ППШ и, попав в баллон огнемета, вызвал детонацию.

Бой за вход во дворец закончился, но неприятной ноте. В тот момент я забыл что Лира – кантерлотский гуль и её так не убить, так что был искренне удивлен, когда она, плюясь пеплом, встала как ни в чём небывало.

— Ты бы за меня помолился? – ухмыляясь, спросила единорожка, но я не стал отвечать и перевёл взгляд на труп огнемётчика.

— Супчик?!! – воскликнул я, узнав того самого синего пегаса, вместе с которым проникал в башню десяти пони.

Мёртвый огнемётчик действительно был Соупом – тем самым пегасом, что с ножом в глазе «погиб» на моих глазах. Тем самым, которому я в шутку отвёл роль Голода в мыслях о «Пони Апокалипсиса». (Отем – Война, Сулик – Чума, Соуп – Голод, Грей – Смерть.) Теперь на месте утерянного органа зрения у пернатого был киберпротез красного цвета, аналогичный тому, что был у Каламити. На робоглазе кибернезация не ограничивалась – у пегаса половина морды была металлической, а также часть перьев на левом крыле. Данные изменения сильно исказили внешность, но это точно тот самый Супчик, что готовил нам похлёбку из пещерных грибов. Его синяя шкура потемнела от копоти после взрыва баллона огнемета, но на неповрежденных участках узнавался знакомый оттенок синего, а вид его (пардон) задней части отметал все сомнения. После взрыва баллона одежда пегаса оказалась разорвана, обнажив его жопометку – направленный вниз клинок на фоне расправленных крыльев.

Будучи «призраком» меньше всего ожидал встретить своего покойного напарника, тем более в рядах противника. Не поверю, что Супчик пытался изжарить Лиру по своей воле. Уверен – через эти киберпротезы Вельвет как-то исказила его личность. Может, сделала подобием робокопа из известной киносерии, и даже подобием сервиторов из вселенной «сорока кусков»? Как бы то ни было – делать из врагов друзей, вполне в стиле Вельвет Ремеди, но то каким способом она это сделала…. То, что Последователи перехватили управление Фоугой, применив против нас наш же беспилотник, я не осуждал, но то, что сделали с Супчиком, выходило за рамки морали. Дискорд говорил, что Вельвет должна выжить, и я ни при каких обстоятельствах не должен ту убивать. Знал бы, что это будет за обстоятельство предупредил бы козломордого что могу сорваться. Нет – я не сорвусь. Я не такой как Мелкопипка, и не позволю ярости затмить разум, тем более, когда мы побеждаем.

С боем я вместе с бойцами продвигался по помещениям дворца. Мы зашли слишком далеко, чтобы отступить, но и противник также не желал отступать. Это вызывало уважение. Последователи понимали, что уже проиграли, но позорному плену предпочли гибель в бою. Гибель, в которой умирая, они будут сжимать горло врагу; то есть нам. Хотя, что ещё ждать от фанатиков? Они все были свято уверены в идее гармонии, что принесла им команда Литлпип. Штурмуя зал с витражами, мы наглядно в этом убедились. Подрыв жар бомбы, расчистка неба, уничтожение Города Дружбы, даже мелочи будь то сброс Пипкой железнодорожного вагона на аликорна или «убийство» полковника Отема (причём показанное от лица пегаса https://vignette.wikia.nocookie.net/falloutequestria/images/c/c0/There_s_you_should_know_about_me_by_johnnoz-d4jp9c5.png/revision/latest?cb=20130525060130&path-prefix=ru ) всё было отображено на витражах.

Вельвет Ремеди умеет убеждать, причём разными способами – красноречие, обещания, угрозы, даже гипноз. Со мной всё это не сработало, но я — особый случай. Последователи же сражались с яростью обречённых, особенно те, что были с киберпротезами, однако и наши бойцы были хорошо мотивированны, о чём Отем не уставал напоминать. Каждый раз, когда нам удавалось, зачистив помещение немного отдохнуть и перегруппироваться, он говорил свою красноречивую речь. Коридор перед тронным залом не стал исключением.

— Готовьтесь товарищи! Путь к нашей великой победе был устлан телами павших, но это было необходимо! Нас ждёт последний рывок к победе! Этим вечером мы сокрушим Последователей Апокалипсиса! Мы станем победителями и напишем свою историю! Весь мир будет помнить нас как героев!

Последователи явно не ожидали, что мы действительно сможем ворваться во дворец. Выстроенные в помещениях баррикады из строительного мусора, строительные леса и мачты освещения показывали, что до операции «Крах» здесь велась стройка и строили отнюдь не укрепления. Сейчас эти баррикады использовали обе стороны – мы прятались за мешками с мусором, противник делал тоже самое. Те, кто пренебрегал укрытиями или занимал позицию на строительных лесах, не составляли проблем, других приходилось закидывать гранатами или разбивать укрытия плотным огнём. И так в каждом помещении, однако, с тронным залом было по-другому.

Так как этим миром теперь правили не принцессы, а у Вельвет хватало скромности не занимать трон, то и в тронном зале смысла не было, тем не менее, он здесь был. Два трона стояли на небольшой возвышенности с ведущими к ним ступеньками. Один в позолоте с «солнечной короной» на спинке, второй серебристый и меньших габаритов. Над ними огромный отлитый будто целиком из золота символ совмещённого Солнца и Луны. Ко всей этой композиции вела красная ковровая дорожка с небольшими канавками по бокам. Как понял, по задумке из постамента с тронами должна была стекать вода и, заполняя эти канавки создавать особую атмосферу. Сейчас воды в них не было, а постамент с тронами, будучи превращенным в пулемётное гнездо, был обложен мешками со строительным мусором. Сам зал тоже был весь в импровизированных баррикадах, из столов и стульев (похоже, из тронного зала хотели сделать помещение для заседаний) прячась за которыми последователи вели по нам беглый огонь.

Потеряв десяток бойцов, мы смогли захватить ближайшие баррикады, однако они тут же начали сыпаться под вражеским огнём. Особенно плотный огонь вёлся со стороны тронов. Установленный там шестиствольный пулемёт даже не думал замолкать. Учитывая его скорострельность страшно представить, сколько ящиков с патронами запасли последователи. Ждать пока наше укрытие развалиться или у врага пулемёт перегреется (все шесть стволов) я не собирался и, взял у лежащей кричащей (вероятно оглохла от близкого взрыва гранаты) земной пони из ОФОТ её РПГ. Далее залезаю в канавку и, используя этот элемент декора как траншею, ползу к двум тронам. Не то чтобы это было необходимо, но хотелось подобраться поближе, однако когда огонь перешёл с моего укрытия на бойцов ОФОТ я решил рискнуть и, встав в полный рост выстрелил в… символ Солнца и Луны что размещался над тронами.

За всё время, проведённое в этом мире, это было моё самое умное решение. Изначально я хотел выстрелить в амбразуру пулемётного гнезда, но в последний момент передумал. Граната могла и не пробить баррикаду, кустарная граната от РПГ могла отклониться, да и я просто мог промазать, но символ над тронами был просто огромен и, получив попадание, не выдержал своего огромного веса. Упав он придавил не только пулеметное гнездо с сидящим в нём «орлом», но ещё нескольких находившихся поблизости последователей.

— Подобно этому символу падёт и их прогнившая гармония! – крикнул Отем.

Увидев разрушение символа НКР наши бойцы, воодушевившись, все как один встали в полный рост и уже сами открыли огонь на подавление. Далее они короткими перебежками начали продвижение, но были остановлены прибывшим вражеским подкреплением, среди которого были огемётчики. Последних я считал приоритетной целью. Выцеливая тех среди разноцветной толпы, наблюдал красивые взрывы от попаданий в баллон. Последователи совсем отчаялись, если используют огнемёты в обороне, а отчаяние – плохой союзник. Взрываясь огнеметчики не только умирали сами, но и забирали с собой нескольких своих.

Благо вскоре противник понял бессмысленность бойни за тронный зал и перестал высылать подкрепления. Зачистив оставшихся наши пони, справедливо рассудив, что впереди ещё прорва врагов забирали с трупов боеприпасы. Я не стал исключением, и, взяв у одного из наших павших несколько рожков для СК, далее направился к придавленному пулемёту надеясь найти заветные ящики с патронами. Нашёл даже больше того что искал. Помимо пулемётных лент нашёл и не снаряжённые патроны, но не это было самым интересным.

Пулеметчик. Я узнал того пулемётчика. Под придавившим символом НКР лежал тот самый грифон, которому я в «Министерстве Морали» птичьи лапы переломал и клюв раскрошил; вообще-то он это заслужил – пернатый заставлял пони ртом мусор убирать. Лапы у него были целы (спасибо местной развитой магической медицине), а клюв заменял стальной протез, но сам грифон был мёртв. Пожалуй, для него это был наилучший исход. Вряд ли бы мы после всех потерь стали брать его в плен, да ещё и во второй раз; предыдущих грифонов мы в плен не брали.

— Вы! – голос Отема отвлёк меня от неприятных воспоминаний. — Открыть двери! – обращался пегас не ко мне, проследив за его копытцем, я увидел крупные двойные двери слева от трона. — Отрывайте быстрее!

Земные пони, и Сулик в частности, принялись исполнять приказ.

— Навались! – крикнул Сулик.

Земные пони, встав на дыбы, послушно начали давить на двери, но те не поддавались.

— Её держат с той стороны, — сказал полосатик, — нужна помощь.

— Отойти! – приказал Беатрикс. Далее засветив своим отростком, окутала магией двери, после чего упёрлась копытами в пол и, крикнув что-то нецензурное, выбила их вместе с косяком.

Сулик моментально сориентировался и прошёлся очередью из ППШ по обескураженным врагам, но части из них удалось убежать.

— Все в двери! – крикнул Отем. — Вперёд! Не останавливаться!

Копытные послушно рванули вперёд на ведущую вверх лестницу и, стреляя на ходу, ликвидировали нескольких убегающих.

В сравнении с ранее пережитым, бой за верхние этажи был не таким ожесточённым. Баррикады почти не встречались, да и противник всё чаще представлял собой одиночные цели. Также помимо вражеских пони и грифонов мы встречали и копытных с «зонтиком» на форме что пробрались на верхние этажи каким-то другим путем. Они были удивлены и рады встречи не меньше нашего.

— А мы далеко зашли, — заметил один из встреченных палкоголовых.

— Сбросим этих тварей через край! – высказал земной пони в силовой броне.

— Полковник, — Сулик плохо скрывал эмоции волнения, — это наши товарищи из заднего эшелона. У них тоже был приказ занять замок?

— Нет! – ответил пегас, а далее обратился уже к встреченным пони: — У вас был приказ зачистить нижние этажи!

— Но полковник…

— Недолго ещё биться кровожадному сердцу империи Литлпип! Разберитесь с теми, кто остался, а мы прорвёмся наверх – к победе! К балкону замка!

Оспаривать приказ не стали. Значительная группа копытных послушно развернулась, отправившись на зачистку нижних этажей. Вторая её часть рванула наверх по лестнице в помещение под большим куполом замка. Теперь этот купол покрылся множеством дыр, из которых били лучи заходящего солнца, пока из других мест в нас били пули и летели гранаты.

Казалось, что противник был повсюду. Из-за каждого нагромождения мешков с цементом, строительного мусора, кирпичей да чего угодно по нам вёлся беглый огонь. Мы же на это ответили дымовыми шашками, после чего под прикрытием дыма отправили в атаку бойцов в силовой броне, за которыми последовали сами. Потеряв, таким образом, хороших товарищей мы заняли несколько баррикад и уже сами вели беглый огонь. Момент был по-настоящему напряжённым и не только из-за самого факта ожесточённого боя; эта псевдорусская музыка с неразборчивыми словами звучала всё громче. Не знаю, почему, но уверен — копытные тоже её слышали. Под такую «русскую тему» они сражались гораздо ожесточенней, однако я не собирался отсиживаться выцеливая вспышки выстрелов и, заметив брешь в одной из стен, тут же рванул туда. Находка оказалась недостроенной декоративной стеной ведущей в техническое помещение с множеством труб. Противник там тоже был но, не ожидая нашего появления, последователи не успели занять укрытия и стали лёгкой целью, причём не только для меня. Сулик видя мой «тактический манёвр» побежал за мной и из своего ППШ подстрелил несколько цветных туш.

Далее мы пробежали по этому коридору чуть ли не вплотную к балкону и, зайдя к противнику с тыла, зачистили помещение под куполом. Полковник, видя что мы сделали, вместе со своими бойцами покинул укрытие лишь для того чтобы занять другое – на огромном балконе замка тоже были последователи, а также огромный флаг довоенной Эквестрии (https://vignette.wikia.nocookie.net/crystal-violets-mlpfim/images/a/a1/1._Эквестрия_-_1.png/revision/latest?cb=20140702183714&path-prefix=ru).

— Им некуда отступать! – крикнул пегас. — Вперёд! Расчищайте дорогу для знамени!

Это было неожиданно: Для знамени. Что-то похожее на знамя было лишь у двоих из нашей группы. У полосатого гуля было древнее знамя его страны, у меня — сложенный бело-красный зонт. Вряд ли полковник имел ввиду средство защиты от дождя (пусть даже оно и является нашей эмблемой) так что я занял позицию сбоку от полосатика.

Далее случилось то чего я не ожидал, но был этому очень рад – наш Бурак, пройдя над балконом на бреющем полёте прошёлся по последователям плотным пулемётным огнём расчистив путь. Это была очень приятная неожиданность, причём настолько, что я, решив, что бой окончен, обратился к полосатику с необычной просьбой:

— Дай всем знать, что мы победили!

Сулик не став отвечать, со сдержанной улыбкой убрал за спину свой ППШ, заменив тот древком с красным флагом. Размеренно-быстрым шагом полосатый направился к краю балкона — к месту, на котором был флагшток с флагом Эквестрии. Многие из нас хотели повесить на его месте нашу символику, но Сулик – особый случай. Он столетия ждал этого момента – момента, в котором знамя его страны водрузиться над дворцом «благородных сестёр». Пускай сражались мы не за страну зебр (к тому же ещё и уничтоженную) но мы уважали нашего прогнившего товарища. Если вместо «зонтика» он хочет, водрузив красный флаг оказать дань уважения своей стране, то ничего не имею против; другие то же ничего против не имели, так что остались позади.

Увы, но ничего в этом мире не давалось легко, даже несколько шагов, чтобы водрузить флаг. Всё это время за одним из обломков здания пряталась чудом выжившая последовательница. Пони-единорог белого цвета с красно-чёрной гривой и хвостом, в синей форме с надписью «SECURITY». Время в тот момент на секунду остановилось, а в моей памяти всплыл образ побега из психушки, в которой мы (я и Отем), встретив эту пони, всадили ей дротик с ядом мантикоры в шею. Теперь эта пони работала на последователей, а также сильно изменилась. Белок её глаз приобрёл жёлтый оттенок — как у Дискорда или алкаша с разложившейся печенью. Взгляд из выражения заспанной охранницы сменился на неописуемую ярость. И самое главное – её ноги были киберпротезами. Понятия не имею где она успела потерять свои родные копытца, но наличие киберпротезов объясняло, почему она работала на Вельвет и отчасти ненависть к нам; наверняка её утрата связана с нашими похождениями. Утрата утратой, но то, что она приобрела, было совершенней её родных копытц.

После остановки времени и флешбека, время не сразу вернулось к своей обычной скорости, так что я достаточно подробно рассмотрел, как её киберкопытце трансформировалось в анатомически правильную человеческую руку – все пять пальцев были на месте. Данной «рукой» единорожка достала из кобуры пистолет неизвестной мне модели и всадила пулю в незащищённую бронежилетом шею полосатика. Сулик тут же подкосился, а я, думая, что он погиб, захотел расправиться с единорожкой в близком контакте.

Пока время окончательно не вернулось к обычному темпу, бегу к противнику, одновременно запрокидывая СК и доставая Тесак Гаудины. Единорожка видя мои манипуляции, наводит на меня ствол, но я, пользуясь замедлением, уклоняюсь от выстрела – пуля прошла по касательной к бронежилету. Бело-красно-чёрная будучи обескураженной попыталась сбежать, но бросив пистолет «споткнулась о собственные пальцы». После она, поняв, что не сбежать, встала на дыбы, магией достав из-за пояса какой-то драконий коготь, но я был уже близко и рубящим ударом перерезал её горло. Далее произвёл обратный замах, но уже по рогатой голове – тесак срубил её крошечный отросток вместе с частью скальпа; Тесак Гаудины очень острый. Пока единорожка ещё стояла на задних ногах провёл контрольное добивание — зайдя той за спину, взяв её за «зашкирок» всадил тесак межу пластин её бронежилета. Киберединоржка была уже мертва, так что сброс с балкона был излишен, но я был зол считая, что мой прогнивший товарищ мертв, однако, обернувшись, понял — рано его похоронил.

Сулик был жив. Лёжа на камне, он затыкал копытом кровоточащую рану на шее, но важной артерии пуля не задела и позвоночник не перебила, а всё стальное можно вылечить. Теперь балкон точно зачищен, а значит…

— У тебя получиться дружище, — произнёс я на русском, помогая гулю встать. — У тебя всегда получается.

У того кто даже с пулей в шее не бросил своё знамя действительно многое получиться, но не всё, поэтому пока гуль опираясь на древко с флагом приходил в себя, я решил его покинуть.

Всё ещё держа Тесак Гаудины бегу к флагштоку с флагом и перерубаю держащую его верёвку. Флаг Эквестрии падает куда-то в поднимающейся снизу дым, а я, оборачиваясь к гулю, говорю ему то что думаю:

— Только ты достоин такой чести.

Понял ли Сулик мою речь на русском или нет, но она придала ему сил. Шатаясь медленным шагом, но держа флаг, Сулик подошёл к краю балкона и резким движением вставил древко в щель между камнями. Далее он отошёл на два шага с застывшей кровавой улыбкой. Обернувшись, я тоже проникся величием зрелища красного флага с полосками в углу на фоне красного заката, чёрного дыма и летящего позади конвертоплана Бурак. Гуль в тот момент был полон радости, я же будучи причастным к произошедшему, разделил данную эмоцию, причём настолько, что снизошёл до красноречия:

— Пока ты жив страну зебр не сломить, — сказал я шатающемуся гулю. — Когда-нибудь всё изменится! Родина примет нас как героев!

Для любого из СНС и ОФОТ слова про родину и героев были бы уместны, но не для меня и полосатика. Родина полосатого гуля сейчас представляла собой «светящееся море». В моём случае — на Земле бы не поверили в реальность мира магии, да и то, что я в нём делал, было отнюдь не геройским.

Тут мысли о Земле вернули меня в реальность – псевдорусская музыка перестала звучать, а я перевёл взгляд с флага на лежащие вкруг трупы. «Вельвет! Надо найти Вельвет! Она не могла так погибнуть!» — думал про себя, ища среди убитых чёрную единорожку с дробовиком. К счастью, не нашёл, но тут я снова вернулся в реальность. «Сулик! Он ведь тяжело ранен!» — обернувшись, увидел, что это заметил не только я. Вокруг гуля образовался хоровод из наших желающих ему помочь, но чтобы извлечь пулю много народу не надо, так что далее толпа расступилась. У пациента остались только белая единорожка, что исполняла роль полкового хирурга (вроде Дестини зовут) и Беатрикс, что выполняла роль ассистента. Для последней, это не впервой – ранее она ассистировала Вельвет, когда элемент доброты склеивала полковника, только сейчас операция была менее сложной. Трикси светя своей дрелью, зафиксировала полосатика пока доктор, используя пинцет, доставала пулю из шеи гуля. После извлечения единорожка знакомым «Чудо-клеем» склеила поломанного солдатика и, применив какое-то лечебное заклинание, посоветовала ему некоторое время ничего не пить, хотя сделала исключение насчёт радиоактивной воды. Сулик же скромно ту поблагодарил, только слова ему давались…. Не думал, что хриплый голос гуля может быть ещё более хриплым.

Когда все убедились, что жизни нашего полосатого друга ничего не угрожает, внимание переключили на меня. Копытные высказали своё восхищение тому, как я провёл их через город и этот замок. Но непонимание тому, что в конце вышел с тесаком против вооружённой пистолетом пони-киборга. Последнее показалось странным, так как у меня был СК, да и другие пони из СНС и ОФОТ могли пристрелить ту охранницу; не стреляли только потому, что боялись меня задеть. Насчёт восхищения я отвечал, что план наступления разработал полковник, и без всех участвовавших пони у нас бы ничего не получилось; выжившие и павшие – вот кто достоин восхищения. Полковник Отем тоже вмешался в дискуссию поведав некоторые детали. Он рассказал, что хоть детали плана наступления были его разработкой, но сама идея штурма Кантерлота принадлежит серому земному с дурацким акцентом, а также что его тоже удивило моё нерациональное решение напасть с тесаком на кибер-единорожку. Он сказал, что в тот момент подумал, будто я ёй этим тесаком голову отрублю, как в прошлом Гаудине. Шутка была неудачна, так что ответил тоже неудачной шуткой: «Я — не палач».

Когда поток «остроумия» иссяк, мы занялись более важным вопросом – тем из-за чего вообще я предложил штурмовать Новый Кантерлот. Вельвет Ремеди может быть ещё жива. Трусость – не черта её характера, но она бы не стала выходить в открытый бой против нашей ударной группировки. Дискорд говорил, что Вельвет находится в Новом Кантерлоте, и если её нет среди убитых, значит черномазая тайно улизнула или где-то прячется. Я надеялся на последнее, но на всякий случай запросил, чтобы пони из ОФОТ и СНС обыскали убитых и повнимательней отнеслись к выжившим, даже если они одни из наших; допускал что Вельвет могла замаскироваться под нашего бойца.

Мне тут же начали докладывать о каждом найденном чёрном единороге, но метки у убитых и пленных не совпадали с искомой, а среди наших не было никого подозрительного. Тем не менее, я не прекращал поиски. Чутьё или Дискорд подсказывали – Вельвет здесь, только где то прячется.

Помощь в поисках пришла, откуда не ждал. Лира, понимая моё волнение, тоже начала обыскивать замок и отметила насколько его планировка похожа на то, что было до уничтожения Анклавом; за исключением витражей конечно. В процессе рассуждений Лиру осенило – если этот замок так похож на оригинал то может в нём есть и тайная комната; та, в которой Селестия прятала архив с технологиями призраков? Может именно там Вельвет и прячется?

Догадка была интересной, так что я тут же попросил Лиру показать это место. Догадка оправдалось – на нижних этажах нашлась потайная дверь, вот только вела она в коридор с другой, похожей на шестерню, дверью. Эта «шестерня» уже не соответствовала оригиналу. Лира сказала, что в старом замке дверь была похожа на сейфовую, и была заперта на магический замок. Эта же была как в «стойлах» и запиралась изнутри. Нажатия на кнопки стоящей перед ней консоли ни к чему не привели. Поняв что «честным путём» эту дверь не открыть я вызвал полковника, полосатика, Трикси да вообще всех кто мог бы помочь. Далее начались работы с дисковыми пилами, гидравлическими ножницами и даже была идея с взрывчаткой, но от последнего отказались; всё равно бы не сработало. Диски пил ломались, гидравлика не справлялась, взрывчатка бы, тоже не помогла. Не только дверь, но и стены «комнаты-сейфа» были особо зачарованы. Хоть как-то их взломать могла только «бомба-мегазаклинание», причём установленная впритык.

Такие защищённые помещения не были новинкой в этом мире. В прошлом Литлпип спрятавшись в такой комнате, смогла выжить после взрыва «жар-бомбы» в комплексе Мэрипони. «Дети Собора» и Отем Лиф в частности, тоже смогли выжить в похожем бункере под Собором после взрыва «бластера чужих».

Тут я задумался: «Похоже, последователи смогли воссоздать древнюю магическую технологию. Хотя нет…. Не воссоздать, а заполучить образец. Узнаю эту дверь-шестерню. Эта та самая дверь в бункере под «Новым Собором», а может и весь бункер. Точно – именно весь. Не знаю, как последователи его откопали и переместили, и тем более как встраивали во дворец, но у них получилось.»

На месте тайной комнаты во дворце теперь комната-сейф, которую ничем не взломать. Единственное что дверь слегка поцарапало так это пули с моей кровью, но после попаданий дыра в защитной магии мгновенно затягивалась. Стрельба обычными пулями в место попадания ни к чему не привела а, стреляя кровяными мы бы долбились в эту дверь даже не столетия, а тысячелетие; не говоря уже о сложности сливания с меня крови, снаряжения пуль и прочее. Конечно, отчаиваться не стоит, если эту дверь можно поцарапать значит можно и пробить, но всё равно это была серьезная проблема, не имеющая лёгкого решения. Сулик думая над ней предложил идею установки морозильников, сливания с меня литров крови с последующей «покраской» двери, но рассуждение прервало то, что меньше всего стоило ожидать.

Из динамика стоящей перед дверью консоли заиграла музыка с песней (https://youtu.be/OD4hSJybyCY), причём специфичного жанра – кантри вроде называется. Учитывая музыкальность местных жителей это был удар в самое уязвимое место, а если «провальная теория» что мы обсуждали с Лирой верна, то это удар с контрольным добиванием.

Наши пони все как один перестали думать, просто наслаждаясь песней; и это притом, что лошади в ней упоминались как животные. После того как она закончилась в их больших глазах больше не читалось желание сражаться и тем более думать как вскрыть эту комнату-сейф. Они думали лишь о любви, причём не в похотливом смысле, а также что находящиеся за дверью им не враги. Разумеется, музыкальное наваждение быстро спало, но осадок остался. Особенно это было заметно у Лиры, которая напевала:

Let's ride into the sunset together,

Stirrup to stirrup, side by side.

When the day is through, I'll be here with you.

Into the sunset we will ride.

Давай отправимся к закату вместе,

Стремя к стремени, бок о бок,

И когда день пройдёт, я буду с тобой,

И мы отправимся на закат.

Как она своим хриплым голосом изображала звучащее в песне «игого» лучше не вспоминать, но тогда оно сработало как противоядие, сняв с наших пони наваждение; даже с самой Лиры.

— Это сейчас что было?! – невысоко взлетев спросил полковник, деле он крутясь всматривался в наши удивлённые морды ожидая ответа.

— Впервые слышу, — ответила Лира и, улыбаясь, продолжила: — но это было волшебно. – Далее единорожка обратилась к «невидимому ди-джею»: — Ещё! Включите ещё!

— Не надо! – хрипя крикнул Сулик. — Я не могу думать под музыку.

— Грей, — Отем обратился уже конкретно ко мне, — твои соображения.

— Ну, я даже не знаю, — честно ответил я, а после выдал соображения: — но звучало, будто нам в любви признавались.

— Нет, — сказал голос Вельвет из консоли перед дверью, — это было не признание. Просто вашу ярость нужно «остудить».

Отлично. Теперь мы точно знаем, что Вельвет именно за той дверью-шестерней, а ещё что она нас слышит и возможно видит. Также раз на консоли есть динамик то должен быть и микрофон; правда тогда это консоль с интеркомом, но не суть. Полковник Отем подошёл к этой консоли и на правах старшего по званию, начал переговоры:

— Вельвет Ремеди, с вами говорит командующий СНС полковник Отем Лиф. Мне не впервой предлагать вам сдаться, а вы должны понимать — ваше положение безнадежно….

— Вовсе нет, — перебила Вельвет.

— Вы окружены и будучи заперты в бункере де-факто, уже взяты в плен. Вам не сбежать.

— Но и вам не вскрыть эту дверь.

— Рано или поздно мы найдём способ.

— Скорее поздно. К тому времени в плен вам придётся брать уже разложившееся тело.

— Тебя устраивает такой исход?

— Нет, но это лучше чем быть очередным убитым вами героем пустоши.

— Ты думаешь, что мы собираемся тебя убить? Сделать мученицей? Ты ошибаешься. Ты нам нужна чтобы показать жителям нашего мира, что новый порядок распространяется на всех, независимо от их положения и…. «прошлых заслуг». Сдавшись тебя, ждёт справедливый суд, а также множество обвинений. Тебя будут судить как обычную преступницу, обвиняемую в убийствах, обвиняемую в создании преступной группировки «Последователи Апокалипсиса», производстве и распространении наркотиков. Список длинный, но смягчающие обстоятельства тоже будут учтены. Добровольная сдача и не сопротивление задержанию гарантирует избежание смертного приговора. Каким он будет, я не знаю, но обещаю: сдашься ты или нет – приговор будет исполнен.

— Ты ведь не элемент честности, — судя по голосу Вельвет, она ухмылялась. — Говоришь о «новом порядке» и добровольной сдаче, что гарантирует жизнь, но забываешь о многочисленных пони, грифонах, зебрах, что пытаясь вам сдаться, отправились на «Райские Луга». Неужели ты думаешь, что я повторю их и твою ошибку? – намекала на то, как Отем поддавшись на обещания Литлпип, словил от неё пулю в голову.

— Аликорнов не упомянула…. А ты много знаешь…. – после заминки пегас решил оправдать действия наших пони что не всех брали в плен: — Грифоны – наемники, на которых не распространяется «Женевская Конвенция». Зебры – фанатики со склонностью к ближнему бою, которых слишком опасно брать живыми. Уверен – мы убили далеко не всех. Если ты сдашься, мы позволим тебе выступить с речью, в которой ты расскажешь о бессмысленности сопротивления. Тебе они поверят, а мы дадим обещание, что их вера не будет обманута.

— И что будет с пленными? Будете их использовать как рабов на восстановлении разрушенных вами же объектах? Повторите опыт Красного Глаза?

— Когти использовали труд пони на заводах Филлидельфии, а взятые вами в плен смешивали строительные смеси за стенами Арбы. Такой рабский труд не противоречил твоему элементу доброты?

— Мир не делится на чёрное и белое! Порой, чтобы спасти жизни нужно поступиться с моралью! Я не такая как Литлпип и никогда не пойду против своего элемента, но я также готова на многое ради спасения жизней. Ради этого я не готова стать злодеем, но готова сотрудничать хоть с грифонами-наёмниками хоть с вами, но только если это действительно спасёт жизни.

— Сдавшись точно спасешь; как свою, так и многие другие.

— Неубедительно, — ответила Вельвет.

Слушая этот диалог, я не мог не отметить одну вещь – Вельвет, конечно, не такая матершинница как Литлпип, но её речь была удивительно вежлива, даже там где она переходила на эмоции. Также заметил, что она не собиралась уступать, и уверенная что бункер не вскрыть, просто коротала время. Очевидность что обещанию насчёт честного суда и возможностью выступить с речью она не поверила, даже глупо обсуждать. Да и если бы поверила, то всё равно не сдалась. Если Вельвет предусмотрела укрытие на случай нашего вторжения, то наверняка у неё есть средство связи, так что Селестия с Литпип знают что «элемент доброты» жива и здорова, и уже разрабатывают план её освобождения. В таком случае — переговоры, что вёл полковник — абсолютно бесполезны. Значит нужно вмешаться, и пока есть время сделать то, что просил Дискорд – поговорить с Вельвет.

— Ты там не одна? – спросил я в микрофон консоли.

— Грей, — Вельвет меня узнала. — Как ты догадался?

— Элемент доброты не стала бы спасать только себя одну.

— Правильно догадался. Со мной сотни детей, несколько аликорнов из моей личной охраны, а также зебры и грифоны которых я не могла оставить на верную смерть, — значит, Вельвет не хотела выражаться при детях.

— Сколько у вас еды и запасов воздуха, на случай если мы найдём и перекроем систему вентиляции?

— Ты ведь этого не сделаешь…. – с едва заметной дрожью в голосе сказала Вельвет.

— Разумеется нет, — ухмыляясь ответил я, — но касательно еды – чем вы планируете питаться пока Кантерлот не отобьют войска НКР? Если вообще отобъют.

— Аликорнам не нужна еда, — голос Вельвет всё ещё дрожал, — пони можно подпитать магией, а для грифонов у нас есть запасы.

— Насколько они большие? В случае их окончания — сколько продержаться хищники, прежде чем, глядя на детёнышей травоядных, вспомнят о своей природе?

— Мы все разумны и не снизойдём до практики жителей Арбы! Тебе не удастся посеять раздор!

— Если его кто и посеет, то не я, а природные инстинкты…. – тут я кое-что вспомнил. — Кстати насчёт Раздора…. — чуть не проговорился. — Проект «Тёмные Дни» что упоминался к каждом КПК, то есть ПипБаке, героев пустоши; что это?

— Тёмные Дни?! Тебя интересует это?! Я думала ты спросишь, зачем Селестия так хотела взять тебя живым, но…. Тёмные Дни….. Теперь это закрытый проект.

— Что за проект и почему он закрыт?

— По той же причине, по которой перестали работать Сады Эквестрии, которые ты сжёг!

— Попридержи коней, — ответил я поддавшейся эмоциям копытной. — Уничтожение Садов не было моей идеей, не я разработал план, и представь – я был не главным исполнителем. Меня вообще на дело взяли чуть ли не на правах «инструмента».

— Не ты?! – удивилась Вельвет.

— Это был я! – крикнул в микрофон прибежавший Сулик. — Последний из рода зебр!

— Тебя ведь Сулик зовут, — вспомнила Вельвет, — и мы это обсуждали. Ты – не последний.

— Эквестрийские зебры не имеют ничего общего со мной и моей уничтоженной страной! Уничтожив её вы собирались жить в мире очищенном Садами, без порчи и радиации! Этому не бывать! Я сжёг вашу машину! Изгороди больше нет, как и облачной завесы Анклава! Может спустя десятилетия, но воздушные массы принесут из «светящегося моря» заражённые облака и превратят вашу Эквестрию в то, что вы сделали со страной зебр!

— Сколько праведного гнева, — спокойно сказала Вельвет, — а ведь проект «Тёмные Дни» мог это изменить. Он вообще всё мог изменить, но теперь он закрыт….

— Как и дверь перед нами, — сказал я в микрофон, а после пояснил: — Не знаю, как тебе, но мне не нравиться такой диалог через домофон. Может, прекратишь эту клоунаду, и мы вживую всё обсудим. Ты слышала наши условия, обещаю, что они будут выполнены.

— Хорошо, — спустя паузу ответила Вельвет. — Я готова выпустить тех кто сейчас со мной и впустить Грея вместе с Сули… тем кто уничтожил Сады; вам вместе будет проще понять почему проект Тёмные Дни закрыт. После обсуждения я сдамся сама, но всё это лишь при исполнении вами простых условий.

— Продолжай, — сказал я.

— Пообещайте, что с теми, кто выйдет через дверь и теми, кого вы ранее взяли в плен ничего не случиться. Их не казнят, они получат еду, кров, достойное обращение, а также возможность обрести свободу.

— Согласны, — ответил я, смотря на кивающего полковника.

— Пусть полковник Отем прямо сейчас отдаст распоряжения, — Вельвет умная и действовала по принципу «деньги вперёд».

— Управление всем группам СНС и ОФОТ, — пегас говорил в свою гарнитуру. — Действовать согласно конвенции. Исполнять ту в отношении всех без исключения. На не зачищенных участках предложить добровольную сдачу. Пленных ликвидировать лишь в случае попытки к бегству, иного прямого враждебного действия, либо после моего прямого приказа. — Далее пернатый говорил уже в интерком консоли: — Условие выполнено. Довольна?

— Вполне, — ответила Вельвет, а далее обратилась уже ко мне и полосатику: — Также, Грей и Сулик — в убежище вы должны войти без оружия.

— Невыполнимо, — сразу ответил я.

— В металлическом помещении есть опасность рикошета, — ответила Вельвет, — и идешь, чтобы поговорить. Зачем тогда тебе орудия убийства?

— Чтобы было чем ответить на твой дробовик.

— Я — не элемент честности, но когда я тебе врала? Когда я вообще хоть кому-то врала? Прямо сейчас я разряжаю свой дробовик, — из динамика слышались щелчки, — обещаю не использовать своё парализующее заклинание и вообще что-то, что может спровоцировать агрессию. Поверь – я мирная пони.

Вообще-то в миролюбие Вельвет совсем не верилось, однако Дискорд говорил, что Вельвет не должна погибнуть, так что:

— Согласен, — сказал я, а после бросил на пол свой СК, далее Тесак Гаудины, гранаты, разгрузку с боеприпасами и шлем. Бронежилет решил оставить. Он из драконьей кожи, гибкий, и на фоне комбинезона выглядит не вызывающе.

— Твой пахучий дружок, — сказала Вельвет, — пусть он тоже разоружиться.

— И оказаться перед тобой безоружным! Что бы ты парализовала меня своим заклятием! — ответил Сулик.

— Не я пыталась тебя задавить БТРом! – гневно ответила Вельвет, напомнив, что в прошлом Сулик пытался её переехать захваченным броневиком наёмников. — Так что нех….. не тебе меня обвинять в подлости и коварстве!

— Давай друг, — сказал я полосатому, — я с тобой, а меня она парализовать не сможет.

Судя по злобному прищуру, гуля не удовлетворил мой аргумент, так что далее я решил сменить тактику и задеть его самоуважение:

— Неужели ты боишься выйти против палкоголовой без автомата?

— Не боюсь, а проявляю осторожность, — ответил гуль.

— Обещаю быть осторожным.

— Обещаю не испытывать вашу осторожность, — сказала Вельвет.

— Хорошо, — ответил Сулик. — Я согласен, — далее он бросил ППШ, и, выкладывая гранаты с патронами сказал: — Всё равно я уже победил. Через десятилетия ваша Эквестрия превратится в «Светящееся Море», а над Кантерлотом реет знамя моей страны. Моя смерть ничего не изменит.

После того как мы подтвердили что безоружны Вельвет открыла двери. Работа механизма открытия сопровождалась приглушённым светом и звуком сирены. Данная цветомузыка прекратилась после полного «отката» двери-шестерни, после чего мы переключили внимание на тех, кто был за этой дверью.

Множество детёнышей копытных всех подвидов (даже одна с рогом и крыльями), четыре самки аликорна, десяток зебр и грифонов, а также детёныши этих вымирающих видов. Все они были в этом «тамбуре» как селёдки в бочке; некоторые детёныши даже разместились на спинах аликорнов. Тамбур – неверное сравнение, но в помещении за толпой была ещё одна дверь, на этот раз похожая на сейфовую.

Под прицелом пони из ОФОТ вывели толпу. Я, прижавшись к стенке, пропустил этот табун равнодушным взглядом, хотя вид детёнышей заставил вспомнить прошлое. Конечно копытные – все на одно лицо, но некоторые мелкие уж очень были похожи на Детей Собора. А может это они и есть? На местном радио говорили, что после того как мы оставили захваченных сектантов на срезанной вершине горы, их нашла «элемент смеха», после чего этот табун приютили Последователи. Если среди этих копытных действительно много Детей Собора, то не удивительно, что у них такой равнодушный взгляд; не первый раз к нам попадают. Кем бы они ни были, у нас с Вельвет уговор. Это их земля, но их кровь пролиться не должна. Отем ещё раз сказал в интерком, что о пленных позаботятся, а я и Сулик вошли за дверь-шестерню.

— Грей, мы так не договаривались, — произнёс голос Вельвет.

— Ты о чём? – спросил я, смотря на камеру в углу помещения.

— Что мы говорили насчёт оружия?

Тут я понял, что смутило Вельвет:

— Ты что – зонтика боишься? – спросил я, а после демонстративно раскрыл бело красный-зонт.

— У нас уговор.

— Насчёт оружия, — уточнил я. — Зонт – не оружие.

— Хватит ставить условия! – крикнул Сулик. — Используешь магию, а боишься безобидной раскрывающейся палки!

— Единственное чего я боюсь так это что после своей смерти не смогу спасать пони, да вообще всех! Вас я не боюсь и уж точно вашей зонтиковой символики!

— Тогда какие проблемы? – спросил я посмеиваясь. — В другом мире переговоры ведут за круглым столом, в этом проведём под зонтом, — понимая глупость аналогии, далее решил использовать проверенный музыкальный метод и, вспомнив слова, напел услышанную в Филлидельфии песенку:

Важней всего погода в доме,

Ведь крыша вроде решета,

Но пони не утонут,

Мы всё исправим с помощью зонта.

Местные очень восприимчивы к музыке и Вельвет Ремеди — не исключение, но не думаю, что её убедила песня про зонтик. Тут скорее сыграл роль здравый смысл. Та кто состояла в команде Литлпип, та кто дружила с Адскими Гончими, та кто переманила аликорнов на свою сторону – не должна бояться зонтика.

Свет притушился, сирена снова заиграла, а шестерня позади нас начала закрываться. После того как она заняла своё место перед нами распахнулась сейфовая дверь. Войдя в нее, мы увидели крупное ярко освещённое помещение с множеством скульптур принцесс Селестии и Луны, а также некоторых героев пустоши (Литлпип, Каламити, Лайфблум и прочих). Статуи Вельвет я не увидел, но в помещении был крупный предмет занавешенный тентом, множество ящиков, а также сама одноимённая чёрная единорожка. Сидя за столом с терминалом и разобранным дробовиком, она встретила нас злобной улыбкой и, показывая копытцем, предложила сесть на два стоящих перед столом стула. Далее, всё с той же ухмылистой улыбкой, она спросила:

— Так что вы хотите узнать?

## Последние герои (часть первая)

Вельвет вежливо спросила, чего мы хотим от неё узнать; даже на два стула указала, которые я вместе с полосатым гулем благополучно занял. Это было…. Этого я и хотел, но всё равно с трудом верилось, что после всего, она будет открыта для переговоров. Неужели хоть что-то мне удастся сделать, не вымазавшись при этом своей и чужой кровью. Судя по улыбке Вельвет Ремеди – очень может быть, правда в её улыбке сквозила злобная ухмылка… Как бы то ни было, она готова отвечать, а у меня были вопросы; много вопросов.

— Супчик. То есть — Мыльник, — сказал я на русском, после чего перешёл на понятный для местных язык: — Соуп – пегас-огнемётчик что встретил нас у входа во дворец. Что ты с ним сделала?

— Подлечила и дала работу, — ответила Вельвет.

— Он бы не стал на вас работать, — заметил Сулик.

— В прежнем состоянии – нет, — Вельвет говорила удивительно спокойно, но непохоже, чтобы она была под веществами, — но не после киберпротезирования.

— Поясни,- уточнил Сулик.

— Попадание ножа в лобные доли мозга не прошло без последствий. К счастью для Супчика-Мыльника, — последнее Вельвет сказала, подражая мне — на русском, но с сильным акцентом, — в отличие от знакомого тебе пегаса с пулей в башке, он не превратился в овощ. Пони из Общества Сумерек, не вынимая нож, быстро погрузили пегаса в стазис-капсулу после чего отправили мне спец курьером. Когда я увидела последствие «операции» Лайфблума, поначалу хотела просто предать тело земле, но решила что за жизнь нужно бороться, даже если это жизнь твоего врага. Мне это не впервой, Отем Лиф не даст соврать, — далее чёрная единорожка стала говорить более серьезным тоном:

— Операция была сложной и имеющая свои уникальные особенности. Сложно оперировать, когда пациент в сознании, даже когда речь идёт о брюшной полости, чего уж говорить о мозге. После сложнейшей операции я вживила пегасу киберимпланты своего покойного особенного пони. Часть мозга пришлось заменить электронными компонентами. Когда пациент прекратил кричать, сканирование показало полное отключение участка коры отвечающего за самосохранение. Он лишился страха. Нервные узлы головного мозга демонстрировали полное отсутствие возбуждения. Он не испытывал боли. Представления о морали стёрлись – ни сожаления, ни раскаяния. Что уж говорить о воспоминаниях – вас он не помнил. Из живого существа пегас превратился в органический механизм.

— Полностью под твоим контролем, — заметил Сулик, — да ещё и с частями от твоего особенного пони. Небось, красила пернатого в ржаво-коричневый и коротала долгие ночи.

— Не смей оскорблять КАЛАМИТИ!!!! – нас будто взрывной волной ударило. Вот он знаменитый Кантерлотский Голос. — Он — моя первая и единственная любовь!!! Он – герой пустоши!!! Он…

— Убивал моих друзей!!!!

Конечно, Сулик не дотягивал до «Кантерлотского голоса» Вельвет, но всё равно глотка у него была на зависть всем гулям; и это с учетом, что недавно ему шею прострелили. Даже Вельвет впечатлилась; а потом изобразила опасение, видя, что гуль начал плеваться кровью.

— Ты о ком? – спросила она, но уже спокойно.

— О тех зебрах, что вы убили в Мейнхеттенском убежище! – сплёвывая кровь, сказал гуль. — Сколько строчек этому посвятила Дарительница?! – Вельвет не знала что ответить. — Ни одной!!! Для неё мои друзья были переходом между главами!

Далее Сулик «чуть с цепи не сорвался» пытаясь накинуться на чёрную единорожку, и накинулся, если бы я не взял полосатика в «стальные объятия». Физически удержать старика было несложно, но с моральной точки зрения — всё не так однозначно. Вельвет не убивала его друзей, но «подносила патроны» убийцам, так что у гуля были все основания желать Вельвет смерти, вот только мы здесь не для этого. Мы здесь для переговоров и получения ответов на вопросы, хотя — у Вельвет был странный выбор парламентёров. То, что я далеко не так кровожаден, как агитирует местная пропаганда, Вельвет прекрасно знает, но она также знает и насколько сильно её ненавидит полосатый гуль – настолько, что пытался задавить БТРом. Зачем она его вызвала? Этого я не узнаю, если не усмирю полосатика.

— Маньяк чёртов! – произнёс на русском, но далее говорил на местном: — Хватит! Мы уже отомстили! Полковник отпилил башку её ебуну, а сама «певчая птичка» добровольно заточила себя в клетку! Мы уже победили!

Тут Сулик успокоился и, стуча по столу, попросил убавить хват. Просьба была исполнена.

— Прости, — сказал полосатик, смотря на Вельвет.— Просто твоему особенному – все почести, статую вот возвели, — Сулик указал копытом на статую Каламити, — а мои друзья были изображены как полосатые мишени для его пушек. Несправедливо!

Далее я отпустил гуля. Тот, пользуясь паузой, отдышался пока Вельвет, молча наблюдала. Должен признать – нервы у неё железные. На неё гуль чуть не набросился, а она и бровью не пошевелила.

— Кстати, — я прервал тишину, — что это за статуи?

— Мы хотели организовать в Новом Кантерлоте «Зал Героев», а также отдать дань уважения принцессам и министерским кобылкам, — ответила Вельвет, а далее продолжила скорее печальным тоном: — Это должен был быть сюрприз, так что статуи возводили в тайной комнате. Теперь же такому залу нет места под вашим зонтом, но попрошу уважать труд скульпторов. Не рушьте статуи. Сохраните их хотя бы как музейные экспонаты или памятники на надгробиях.

— Как криминальным авторитетам, — неудачно сострил я.

— Что??? – недоумевала Вельвет.

— Неважно. Давай вернёмся к теме. На чём мы остановились?

— На том, что Вельвет превратила Соупа в послушного кибер-пони, — напомнил Сулик.

— Я не хотела его смерти, — сказала Вельвет, — и вообще, чьей либо гибели. То, что после протезирования он стал послушен, было побочным эффектом. Когда треть мозга занимает электроника сложно продолжать вести себя как живой пони. Я не хотела делать его живым роботом, но даже такая жизнь лучше смерти. Отмечу, что я не использовала его как оружие, и во дворце он работал на кухне — готовил отличные супы, также помогал с уборкой помещений. То, что он пытался вас изжарить, было продиктовано протоколом защиты.

— Лучшая защита — это нападение, — заметил я, а после задал вопрос, ради которого и уговорил полковника на штурм Кантерлота: — Проект «Тёмные Дни» — что это такое?

— Это долгая история, — задумчиво сказала Вельвет, а у меня сердце ёкнуло; просто не первый раз слушаю «долгие истории», — так что попробуем сократить. Что ты о нём знаешь?

— Название и то, что он важен, раз о нём упоминалось в каждом КПК, то есть ПипБаке героя пустоши, — ответил я.

— Герои знали тоже самое… Кроме Литлпип.

— Почему она — исключение? – удивился я.

— Она – не элемент.

— Давай угадаю, — кажется, я начал догадываться, — «Тёмные Дни» связаны с Садами?

— Не совсем, — ответила Вельвет, а дальше сделав вдох, продолжила: — Что ты знаешь о Дереве Гармонии?

Я задумался и, вспоминая «долгую историю» Лиры, ответил:

— То, что это устройство – излучатель созданный Чернильницей для контроля за этим миром.

— Черни?… Продолжай, — удивлённо сказала единорожка.

— Оно воздействовало на разумы местных обитателей, сдерживая их пороки, и тягу к размножению действительно неся этому миру гармонию. Оно использовало Элементы как батарейки, что могли работать не только с деревом, но и с определёнными «носителями», так что «Благородные Сёстры» уничтожив Дерево, не отказались от его плодов. В стране зебр не было своего Дерева, так что численность местных жителей регулировала Чернильница собственной персоной. Именно её зебры и называли Посланницей Звёзд, но это уже другая история.

Образно говоря – Вельвет «зависла». Тут и пядей во лбу не надо чтобы понять – немногими словами я перевернул её мировоззрение. Не знаю, что она знала о Дереве, но точно не то кто его уничтожил. Касательно Чернильницы – не знаю, но вряд ли Селестия говорила, что её мать – массовая убийца также известная как Посланница Звёзд; хотя то, что Лорен — тоже призрак, недолжно быть секретом.

— Я… Не знала, — неуверенно сказала Вельвет. — У меня о «Дереве Гармонии» другие данные. Его обнаружили пони из «Министерства Тайных Наук» выполнявшие указания Твайлайт Спаркл по изучению старого замка сестёр-аликорнов. Под разрушенной постройкой они обнаружили пещеру с каменными обломками неизвестного происхождения. Твайлайт лично взялась за их изучение и нашла связь с легендой о неком «Дереве Гармонии» что, впитывая магию Вечнозелёного леса, не давало ему разрастись по всей Эквестрии. В процессе изучения выяснилось что магией леса оно не питалось, а вот с «Элементами Гармонии» у обломков было много общего. В дальнейшем обломки Дерева и элементы были использованы для тайного проекта «Сады», но что это за проект никто не знал. Пони из «Общества Сумерек» столетия пытались раскрыть эту тайну, но лишь после активации «Садов Эквестрии» она была раскрыта.

— Сады Эквестрии были саженцами Дерева Гармонии – символично, — заметил я.

— Многое в нашем мире символично, вот только не все пони были рады таким символичным проектам.

— Пони? – удивился я. — Не зебры?

— Не забегай вперёд, — ответила Вельвет. — Ты, как читавший «Книгу Литлпип», должен знать о Свити Бель, Эплблум и Скуталу, а также что они предвидели, чем закончится война между Эквестрией и Зебрикой.

— Странно, что в Эквестрии только они додумались до данной очевидности, — снисходительно заметил Сулик.

— Ничего странного, — также снисходительно ответила Вельвет, — потому что додумались не только они. Твайлайт Спаркл, Благородные Сёстры — многие догадывались, что наш мир накроется понячей пиздой, но нас интересует лишь один пони, — я навострил уши, каким-то шестым чувством ощущая, что сейчас Вельвет расскажет нечто важное. — Доктор Хувс – что вам говорит это имя? – я и Сулик помотали головами. — Жаль, что его имя так и не вошло в историю, лишь пони из Общества Сумерек догадывались кто он такой, с другой стороны — Доктор не желал славы….

— Говори по делу, — я решил поторопить Вельвет, от долгих историй у меня голова пухла.

— В своё время этот земной пони работал сразу на несколько министерств, но главным образом на «Министерство Тайных Наук». Он считался гением, чей потенциал нужно ценить и скрыть от полосатого противника. Сейчас я понимаю, что большая часть его гениальности заключалась в знаниях призраков, которые принцесса Луна загружала в его память, но это не меняет дело. Работая на «Министерство Крутости», он создал нейронную систему управления, для «Министерства Военных Технологий» он внёс свой вклад в разработку силовой брони, в других ведомствах он тоже оставил отпечатки своих копыт, но главное — именно этот пони работал с обломками Дерева Гармонии и спроектировал Сады Эквестрии.

— Этот Доктор Хувс теперь гуль? – спросил я.

— Нет.

— Тогда какой толк от пони, который столетия как в могиле?

— Не столетия, — твёрдо сказала Вельвет, — а десятилетие.

— В смысле???

— Как уже говорила – тот пони был очень умён и тоже догадался о войне с применением мегазаклинаний. Будучи не обделённым моральными качествами и имея доступ к технологиям министерств, он создал собственный проект: Time And Relative Dimension In Space. Сокращённо «TARDIS».

— Время и Параллельные Измерения в Космосе, — я повторил аббревиатуру пытаясь подогнать ту под русское произношение, но не получилось. — Машина времени что ли? – Вельвет кивнула.

Тут мой переживший лоботомию мозг начал соображать. Я вспомнил долгий рассказ Лиры, в котором был момент с земным пони, который тоже называл себя Доктором. Такое совпадение не может быть случайным – это один и тот же копытный. Со слов Лиры этот Доктор в определённый момент начал вести себя неадекватно — стал приставать к кобылам, говоря, что будущее в опасности и чтобы его изменить ему нужен ассистент. Лира отказалась быть ассистентом, но среди торговок цветами земной пони всё же нашел себе подругу; Роуз вроде звали. С тех пор их никто не видел, и эти пони считались пропавшими без вести. Теперь выяснилось, что они пропали не столько где-то, сколько когда-то – это так нереалистично и фантастично.

Если бы я сам не был «призраком» что пересёк пространство и время, то ни за что не поверил, но Дискорд утверждал что путешествия во времени в этом мире – не такая вещь что должна удивлять. Якобы Твайлайт Спаркл тоже имела такой опыт, а Дискорд вообще своей магией хаоса мог рвать ткань реальности, и перемещения во времени в рамках этого мира, для него – обыденность. Было обыденностью пока Селестия его не зацементировала. Странный этот мир.

— Как-то в вашем мире всё слишком масштабно и при этом нерационально. Зная что из-за войны ваш мир ждёт Армагеддец вместо того чтобы высылать парламентёров, искать компромисс… Правящая принцесса собирались воевать до победного конца причём собственными клонами. Фиолетовая министерка строила очиститель, что не будет работать без элементов, не подумав, что элементы будут мертвы. А какой-то земной пони, создав машину времени, отправился не в ту сторону.

— Отправился не один, — уточнила Вельвет, подтвердив версию насчёт ассистентки, — и в перемещении в будущее был смысл. Хомейдж рассказывала мне об общении с неким пони в синей будке, что спрашивал её об истории их мира и наиболее серьезных угрозах. Доктор Хувс хотел знать, что нужно изменить вот только Хомейдж желая помочь, совершила роковую ошибку – рассказала ему о Богине и её армии аликорнов. Я не виню убитую тобой единорожку, она элемент честности и честно рассказала о самой серьезной угрозе, вот только её рассказ привёл к трагическим последствиям. Доктор переместил свой TARDIS к комплексу Мэрипони, вот только его машина не могла перемещаться только в пространстве или во времени – только одновременно в том и том. Он переместился в будущее прямо к комплексу, причём в момент, когда Литлпип осуществляла свой план уничтожения Богини. После взрыва «Жар-Бомбы» от земного пони остался обугленный труп с чудом уцелевший куском шкуры. Хвала богиням, что этот кусок был с кьютимаркой, по которому Общество Сумерек смогло опознать пропавшего учёного. Его ассистентку не опознали, от неё остались одни угольки.

— Роуз, — я перебил Вельвет, та снова «зависла». — Ту пони звали Роуз.

— Роуз?! Как?!... Откуда ты можешь знать?

— Рассказала одна знакомая, что жила в Понивилле с Роуз на одной улице.

— Лира Хартстрингс, — догадалась Вельвет.

— Не отвлекайся от темы, — сказал Сулик, его мало интересовали имена довоенных пони.

— Машина Доктора тоже пострадала, — с сожалением сказала Вельвет. — Хомейдж описывала ее, как синюю деревянную будку, но после взрыва мегазаклинания она лишилась своих декоративных элементов. Полюбуйся, — сказала чёрная единорожка вставая со своего стула.

Я и Сулик тоже встали и, ожидая неожиданностей, последовали за Вельвет. Та процокав несколько шагов остановилась перед неким крупным предметом накрытым белым тентом. Далее палкоголовая засветила своим отростком, Сулик на неё чуть не набросился (я опять помешал), а Вельвет, сказав, что собирается использовать безобидный телекинез, далее магией убрала тент. Увиденное было… В общем – я могу поверить что это машина времени, но вид у неё…

Дискорд предупреждал, что в Новом Кантерлоте я найду такую машину, но не уточнил, как она будет выглядеть. Зная, что создатель этого мира (Чернильница) родом из Штатов ожидал нечто похожее на Делориан, не удивился бы самогонному аппарату из советского фильма про меняющего профессию, даже «синяя будка» о которой говорила Хомейдж и Вельвет меня бы не удивила, но не то, что скрывалось под тентом. Теперь понятно, почему Доктор Хувс обил свой TARDIS синими досками. Без них машина представляла собой ржавую телефонную будку без окон, без дверей, но с дисковым телефоном, огромным вентилем под ним, и душевой лейкой на потолке. Как будто этого мало, на крыше будки был водружён пропеллер неясного назначения, также из верха машины торчали многочисленные провода. Сомневаюсь, что копытный учёный строил её именно такой. Скорее всего, ржавчина и прочие не эстетические детали – последствие воздействия «Жар-Бомбы», но видок у этого технологичного устройства был совсем не технологичный. Словами не описать – это надо видеть (https://youtu.be/Wxvq9Sf7D_Q?t=177). Сулик отойдя от первого впечатления начал сдержанно фыркать, после чего его прорвало на неконтролируемый ржач. Я тоже засмеялся и не только из-за заразительного смеха гуля. Сам факт, что кто-то смог собрать «машину времени» в подвале (https://youtu.be/PtTLkSu3Y9Q) ….

— Ничего смешного, — твёрдо сказала Вельвет. — Эта машина смогла пережить вашу, — обращалась к полосатому, — «Жар-Бомбу» и притом сохранить рабочие функции.

Сулик перестав ржать, посмотрел на единорожку недоверчивым взглядом. Я тоже прекращал, но это было непросто.

— Серьезно? – спросил полосатый. — Эта обоссаная будка работает?

— Уже нет, — ответила черномазая.

— Из-за чего?

— Из-за вас!!!

— Поменьше эмоций, — понимая, что разговаривать с гулем Вельвет будет на повышенных тонах, я решил вмешаться. — Я эту штуку впервые вижу. Как «из-за нас» она может не работать?

— Это непросто объяснить, особенно тому, кто жил в мире без магии и не знает элементарной терминологии.

— Замени аналогиями.

— Это и собиралась, — далее Вельвет заняла своё место за столом и, собравшись с мыслями, продолжила:

— Как вы поняли – запуск этой машины и был проектом «Тёмные Дни».

— Странное название, — заметил Сулик, — несоответствующее содержанию.

— Его выбрал мой особенный пони, — с грустью сказала Вельвет. — Каламити опасался утечки информации, и столь странное название должно было запутать недоброжелателей.

— Не уходи от темы, — я опасался что Вельвет, вспоминая своих убитых друзей, может передумать. — Почему этот проект закрыт?

— Я уже говорила, что Доктор Хувс работал с обломками Дерева Гармонии. «Сады Эквестрии», «Проект Одного Пегаса» и ещё некоторые достижения министерств, были созданы с использованием останков Дерева. Данная машина продолжала эту тенденцию.

— Серьезно?! – удивился Сулик. — В этой железной будке есть часть от Дерева Гармонии?

— Уже нет и ты тому прямой виновник! – сурово сказала Вельвет, злобно смотря на гуля, тот от такого взгляда вжался в стул. — Из всех способов уничтожить «Сады Эквестрии» ты выбрал самый неудачный! Ты мог их взорвать! Облить каким-нибудь кислотным зельем зебр, но нет! Ты протащил туда электромагнитную бомбу! Устройство что излучало волны, очищающие наш мир ты сжёг устройством, источающим электромагнитную энергию! Тебе было мало их сжечь! Ты хотел, чтобы в секунду перед уничтожением Сады выплеснули энергию от твоего устройства!

— Я правильно сделал!!! – крикнул Сулик, сопротивляясь взгляду элемента доброты. — Я сжёг Сады! Всю электронику! Без неё это просто кусок железа!

— Не только железа! Устанавливая устройство, ты не заметил на железе каменных вставок?!

— Не замечал.

— А они там были! Это были обломки Дерева! Пропустив через себя разряды, они утратили свою силу, превратившись в обугленные камни!

— Чего-то не втупляю, — Вельвет не удивилась данному утверждению, но истерить перестала и, смотря на меня, навострила уши, я же продолжил: — То есть – «Дерево Гармонии» будучи излучателем, состояло из камнеподобного материала? Камни ведь не проводят электричество. С обломками либо ничего не должно было случиться, либо они должны были расколоться на множество маленьких осколков.

— Это были необычные камни, — пояснила Вельвет. — Каждый обломок Дерева был сложной кристаллической структурой что, накопив в себе энергию Элементов, далее производил её дозированное излучение. Не знаю, как Дереву, но Садам для этого были нужны огромные вычислительные мощности, иначе вместо очищающего наш мир излучения из «Драконьей Горы» в небо просто бил бы радужный луч. Ты, — Вельвет обращалась к гулю, — догадался о принципе их работы, а также что выжигание электроники – наиболее верный способ уничтожить Сады. Угадала? – Сулик кивнул улыбаясь. — Но не подумал, что уничтожишь нечто большее!

— Не жалею, — в отличие от Вельвет, Сулик был краток.

— А стоило бы. Импульс от уничтожения Садов распространился по всей их зоне покрытия, и Новый Кантерлот не был исключением.

— И что же такое важное он сжёг? – спросил я.

— Ещё не догадался, — тон Вельвет звучал снисходительно, — проект «Тёмные Дни». Машина Доктора Хувса содержала в конструкции обломок от Дерева, и он тоже оказался выжжен. Полюбуйся!

Далее Вельвет, подойдя к столу засветив своим отростком, достала из ящика небольшой круглый предмет и брезгливо швырнула тот на стол. Я поднял и визуально изучил «обломок дерева».

Не знаю для чего Доктор его так обработал, но «обломок» выглядел как фишка для покера – такой же блинчик. Присмотревшись, сделал вывод, что ранее на этой «фишке» был какой-то рисунок, но теперь он оплавился и стал не читаем. Касательно материала – я не ювелир но, судя по цвету и блеску металла, Дерево Гармонии состояло из вещества похожего на платину. Разумеется, никакая это не платина, как и «не всё золото что блестит», но первая догадка была именно насчёт благородного блестящего металла серебристо-белого цвета. Сулик тоже заинтересовался этим артефактом и, приблизив морду (с одетой на него маской) с интересом смотрел на «фишку» зависшую в поле моей ауры. Вельвет тоже с интересом наблюдала, но ее, похоже, интересовала не столько фишка, сколько моя способность, которой я эту фишку держал.

Кинез вокруг копыт для местных не был чем-то удивительным. Каждый пони мог с его помощью поднять мелкий не тяжёлый предмет, будь то листок бумаги, отвёртку и прочую мелочь. У меня же кинез был гораздо более развит, так что предмет я мог не только «прилепить», но и невысоко его приподняв вращать в поле прозрачной ауры. Этой же аурой глушил шаги, использовал для хождения по облакам, применял как оружие, теперь же приковал внимание Вельвет Ремеди.

— Удивительная способность, — сказала Вельвет, заметив, что я заметил её заинтересованность.

— Не настолько как у пегасов к полётам или магия у палкоголовых, — возразил я.

— Магия единорогов действительно более универсальна и действует не только впритык к источнику, — судя суровому по тону, Вельвет возмутилась тому, как я назвал единорогов и её в частности, — но она не имеет инстинктивной природы. Без тренировок жеребята могут использовать свой рог лишь как фонарик. «Простой» телекинез в действительности – очень сложное заклинание, и честь и хвала Литлпип которая овладела им в совершенстве. Твоя же магия призрака имеет совсем другую природу. Селестия говорила, что «призраки — земные пони» теряли связь с землёй но, смотря на твою способность, понимаю – это не потеря, а обмен.

— В сравнении тем, что у меня было в прошлой жизни – обмен не равноценен.

— Разве в твоём мире у тебя была магия?

— Нет, но были ковырялки и естественная способность ходить прямо.

— Мы снабдили одну из покалеченных единорожек протезами ног с выдвижными пальцами, только она не была довольна приобретением. Касательно хождения прямо – с трудом представляю, какого жить постоянно в положении «на дыбы».

— На эту тему тебе лучше поговорить с Лирой, — сказал я, а после положил фишку, демонстрируя, что тему разговора нужно менять.

— Её я тоже хотела пригласить но…. – Вельвет замялась, будто чуть не сказала лишнего. — Но я недооценила твою непредсказуемость.

— В чём я ещё виноват?

— В том, что не понял приглашения.

— Ничего не понял.

— Селестия была права, — с грустью сказала Вельвет, — никогда не стоит недооценивать не только ум призраков, но и их глупость. Разве ты не понял, что я хотела, чтобы ты оказался в Новом Кантерлоте?

— И для этого отказывала в переговорах и выстроила эшелонированную оборону?

— Нет! Я хотела переговоров, но не по рации, а вживую, но чтобы при этом Литлпип с Селестией о них не узнали! Хотела, чтобы ты проник в город также как делал это раньше!

— Я здесь впервые, — не понимая в чём меня обвиняют решил оправдаться.

— Так, спокойно…. – Вельвет отдышалась. — Я расследовала твои похождения, стиль ведения боя и манеру проникать на закрытые объекты. То как ты проник в лагерь Детей Собора, Башню Тенпони, в Филлидельфию, в Министерство Морали – всё это было тихо и скрытно.

Вельвет затихла, ожидая от меня ответа, но я не знал что сказать.

— Да – это так, — спокойно подтвердил слова Вельвет.

— ТАК КАКОГО СОЛНЕЧНОГО ПЕРДЕЖА СЕЛЕСТИИ, ТЫ ВОРВАЛСЯ В КАНТЕРЛОТ С ЦЕЛОЙ АРМИЕЙ?!!

Будто граната рядом разорвалась. «Кантерлотский Голос» Вельвет можно использовать как оружие, и это без учета, что орала она в закрытом помещении. Закрыв уши и прокричавшись я, убедившись, что слух вернулся, ответил, отчаянно сохраняя спокойствие:

— Потому что она у нас была. К тому же, я предвидел, что ты подготовишься к моему появлению.

— Конечно, я подготовилась! — Вельвет тоже отчаянно сохраняла спокойствие, в сравнении с её «Гласом» простая громкая речь звучала как колыбельная. — Я всегда готова для переговоров, и каждую минуту ожидала твоего появления; будь то в рабочем кабинете или в ванной с самотыком в пизде!

— Но не предвидела что мы, заполучив танки, решим ими воспользоваться, — сказал Сулик, только сейчас отойдя от звуковой волны; до этого он, заткнув уши, гуль что-то мычал.

— Да – это моё упущение, — согласилась Вельвет. — Я думала, что вы, вместе с Лирой Хартстрингс, найдёте тайный способ проникнуть в город или высадитесь с неба. Я даже распорядилась об ослаблении зенитного прикрытия. Логика и ваши прошлые «подвиги» просто не оставляли другого варианта. Мне казалось что укрепляя оборону я решала две задачи — показывала Литлпип что готова защищать принесённую ей гармонию, и не оставляла вам выбора кроме как действовать так как мне нужно. Но своей тупостью вы перехитрили всех – не только меня, но и самих себя.

Конечно, Вельвет, будучи проигравшей стороной, не в том положении чтобы осуждать, но должен признать – в сказанном был смысл. Мне нужно было с ней просто поговорить, и я знал что, оказавшись один на один, она не откажет. Использование армии для проникновения в Кантерлот было как стрельба из пушки по воробьям. В нашем случае — из пушки Т-90 по одной чёрной певчей птичке.

То, что укрепление обороны, которую наш «Огненный Экипаж» совместно с ОФОТ и СНС с боем прорывал, было «тайным приглашением», я и подумать не мог, но если сопоставить факты и сказанное Вельвет, то всё становилось на свои места. С другой стороны, с трудом представляю, как бы я скрытно проник в город на скале. Скрытно действовал на его узких улицах. И тоже скрытно, проник в хорошо охраняемый замок. Однако Вельвет ожидала, что я буду не один, а ведь в группе с Лирой и гулем зеброй шансы намного выше. (Трикси Вельвет справедливо не упомянула; понимала, что аликорн-некромант ни за что не согласиться оказаться в одном городе с сотнями аликорнов.) Лира как никто другой знакома с планировкой Кантерлота и его замка. Сулик тоже умеет действовать скрытно (Филлидельфийский опыт), а его желание водрузить знамя своей страны над замком – такая мотивация, что может творить чудеса. Насчёт высадки с неба, Вельвет просчиталась… Или нет? Может наш «Огненный Экипаж» действительно мог бы благополучно высадиться на десантных парашютах? Тогда это был бы не «Огненный Экипаж» а «Десантура, Лох и Дура», и в этой троице я был бы не десантником. (Как говорил Дискорд: «Ты хорош. Я плох. Всё равно ты будешь лох».) Но случилось, как случилось, тем более что ранее на нас самих нападали с использование бронетехники, о чём я решил напомнить:

— Осуждаешь за то, что мы с боем захватили твой город, хотя публично призывала сражаться до последнего вздоха и вооружила пленных наемников, что обменяла на провиант. Про штурм Рейнджерами Филлидельфии даже неудобно вспоминать.

— Обмен бы прошёл благополучно, если бы ты не выполз на укрепления со своими чёрными гляделками, — сурово сказала чёрная единорожка, указывая на мой неестественный цвет глаз. — Касательно наёмников, то я не могла отказать им в возможности защитить себя и гармонию.

— Уж наёмники преуспели в следовании гармонии Литлпип, — с сарказмом ответил я. — В «Министерстве Морали» я у них такого насмотрелся….

— И чего же? – спросила Вельвет.

— У Когтей там было: оружие, наркотики и голые пони.

— Такое сейчас повсюду, — скрывая проступающий через шерсть румянец, ответила Вельвет; похоже, она смутилась тому, что тоже «голая»; кроме ПипБака на ней ничего не было, — но наркотики стали распространяться после твоего появления.

— Но производились и продавались под твоим контролем, — заметил Сулик.

— Пони нужно было чем-то заглушить как физическую, так и душевную боль, — стыдливо оправдалась Вельвет. — Мы все оплакивали убитые вами «элементы».

— А потом обкалывались до летающих бананов, — что я сейчас ляпнул?! Я ведь хотел сказать «зелёных чертей»! Дискорд!

— Бананов?! – единорожка тоже заметила, что я ляпнул что-то не то.

— Прости. Не могу серьезно говорить про наркотики. Но признай – уничтожив Глифмарк с его наркоплантацией, мы спасли многих. Этот мир заслуживает большее чем элементы–наркораспространители; будь то элемент смеха в прошлом или ты в настоящем.

— Насчёт элементов – ты прав, — согласилась Вельвет, — поэтому вы мне нужны.

— Ты о чём?

— О возобновлении проекта «Тёмные Дни», что не будет работать без энергии элементов.

Я думал, что она нас вызвала, чтобы обсудить судьбы пленных и своё снисхождение, а оказывается мы нужны ей для плана с элементами и возобновления проекта. Хотя я не должен удивляться. Дискорд упоминал тот проект и что Вельвет очень важна, так что не нужно удивляться, что мы оказались частью плана элемента доброты.

— Мы убиваем элементы, а не ищем их, — сказал Сулик, хотя по отношению к элементу доброты это могло звучать как угроза.

— Это не требуется. Я их уже нашла, — сказала Вельвет а, после ухмылисто улыбнувшись, уставилась в нашу сторону.

Вот это поворот. Неужели «элемент доброты» имеет ввиду нас?

— Ты ведь не намекаешь на… — договорить не смог, меня перебили.

— Именно на это. В нашем мире вы известны под многими именами, но Литлпип, Селестия и я называем вас «призраками». Точнее раньше мы так называли только тебя, — единорожка указала на меня копытом, — но потом поняли, что это название подходит и тем, кому ты помогаешь.

— Потому что все «с того света»? – уточнил я.

— Не только, но да – из-за того что вы все считались погибшими.

— И что же должны сделать «призраки» чтобы стать элементами? – с сарказмом спросил я.

— Подружиться со мной? – серьезно ответила Вельвет.

Тут я и Сулик негромко засмеялись. Вельвет Ремеди предлагает нам дружбу — это просто смешно.

— Тебе самой не смешно такое говорить? – спросил я, думая, что этот вопрос риторический, но Вельвет была серьезна, так что кое-что напомнил: — Мы причастны к смерти твоего особенного пони и Флаттершай. Убили сотни «Последователей Апокалипсиса». Взорвали логово «Адских Гончих».

— Зелёную горящую птичку не забудь, — посмеиваясь добавил Сулик; намекал на питомца Вельвет.

— Не забывайте – я «элемент доброты», — чёрная единорожка говорила с очень серьезным видом, — а доброта — это в первую очередь, способность прощать.

— Литлпип тоже считает себя доброй, но она не прощает, — заметил я. — Да и я сам за совершённое в вашем мире, себя бы не простил.

— Вы совершили множество ужасных вещей. Эти вещи произошли. Это факты. Твоя жестокость породит другую жестокость. Пони из СНС и ОФОТ не лучше тех, которые были жестоки с ними. Они просто ещё одна толпа новых жестоких пони! Новые жестокие пони будут жестоки к другим пони, которые в ответ станут жестокими! И единственный способ жить в этом мире – это быть готовыми прощать. Или увидеть в совещенном что-то хорошее. Ты, — Вельвет указала на гуля, — живешь справедливой местью за свою страну. Ты, — единорожка указала на меня, — как все призраки — просто марионетка, что мечтает о возвращении в свой мир. Отем действовал, считая что «Анклав Пегасов» — это спасение для рода пони, и за его уничтожение тоже нужно отомстить. Трикси – вообще марионетка «Чёрной Книги». Лира…. Не знаю, почему она вам помогает, но уверена – у неё тоже есть веская причина.

— Так оправдать можно кого угодно, — заметил я, — даже Красного Глаза с его рабовладельческой практикой, ведь цель была благой.

— Только методы её достижения шли в разрез с моралью и добротой.

— Как и методы Литлпип.

— Поэтому я была в её команде, только она убивала своих врагов быстрее, чем я успевала их лечить, делая из них друзей.

— Считаешь что, склеив полковника Отема, сделала его другом?

— Он брат Каламити, и также как мой особенный пони, не забывает не только обиды, но и добро. Он всё ещё мне благодарен иначе не согласился бы освободить пленных в Филлидельфии, а также принять недавние условия. Уверена — его «справедливый суд» учёл бы все смягчающие обстоятельства.

— Разумеется, — мой сарказм, — именно из «благодарности» он так легко согласился на идею захвата Кантерлота.

— Не пытайся выдать себя и своих друзей за исчадия зла, — сказала Вельвет; при этом смотря на меня таким серьезным взглядом, будто пыталась загипозить. «Взгляд» не действовал, но Вельвет всё равно продолжала говорить с суровым взглядом: — В нашем мире нет никого и ничего, что бы являлось абсолютным злом. Аликорны Единства, да даже Адские Гончие в глубине души являлись милейшими существами. Я смогла, увидев в них доброту с ними подружиться. Вы тоже не абсолютное зло…

— У нас на форме шеврон корпорации зла, — я перебил Вельвет, указав на свой шеврон с «зонтиком», — а я совершал геноцид, причём не однократный, — дракон, ночной пегас, «милейшие» Адские Гончие. Вроде никого не забыл, но вслух упоминать не стал.

— Другого пони это бы ужаснуло, — из серьезного тон Вельвет сменился на спокойный, — но я была в команде Литлпип. Ты лишь доделывал за ней её работу, и тебе никогда её не превзойти. Ты — выжил после «Очистительной Бури», уничтожил Адских Гончих, убил последнего дракона, десяток другой аликорнов и сотни наёмников. Литлпип – выжила в эпицентре мегазаклинания, поставила Адских Гончих на грань вымирания, ликвидировала командование Анклава вместе с сотнями пегасов, уничтожила коллективное сознание аликорнов вместе с их репродуктивным центром, и всё это в одно мгновение! Стальных Рейнджеров и пегасов Анклава она вскрывала как консервные банки, рейдеров же смахивала как мошкару хвостом! Я своими глазами видела, как она убила предпоследнего дракона, и после этого ты пытаешься меня напугать?! Я не боюсь призраков, хоть в доспехах хоть на танках! Литлпип легко бы справилась с вами и вашим сопротивлением, если бы могла надолго покинуть свою капсулу жизнеобеспечения.

— Но пока она не может, она также как ты – птичка в клетке, — мой сарказм задел Вельвет.

— Птица на моей кьютимарке не заточена! То, что я вынуждена укрываться в этой железной коробке – вынужденная мера! И судя по тому что, разговаривая с вами, я всё ещё жива – мера себя оправдала.

— Но не твой план, — сказал вмешавшийся в перепалку Сулик. — Я сложно представляю тебя как друга, но уважаю как врага, однако этого мало чтобы заставить элементы работать.

Полосатый очень вовремя вмешался, иначе боюсь, Вельвет, отказавшись от своих планов, зная что магией меня не победить, попыталась бы забодать нас своим отростком. Такое не пугало, но переговоры пришлось бы начать заново. Теперь понятно, почему Вельвет вызвала гуля. Сулик, будучи с техническим складом ума, знал на какие технические моменты стоит обратить внимание.

— Образно говоря, элементы – это преобразователи моральных качеств в магическую энергию, — сказала Вельвет. — Не знаю от кого они черпали энергию будучи «плодами на дереве», но имея носителей, их сила была прямо пропорциональна определённым моральным качествам этих самых носителей.

— Знаем эту историю, — сказал Сулик, торопя рассказчицу. — Честность, доброта, смех, щедрость, верность. Когда пятеро пони с такими качествами собрались вместе, элементы приняли их за носителей, и сделали шестую из них элементом магии.

— Не обязательно носителей должно быть столько же, сколько элементов. «Благородные Сёстры» тоже были носителями, а когда Луна превратилась в Найтмер Мун, Селестия победила её, используя элементы в одиночку.

— Зато потом утратила с ними связь, — пояснил Сулик.

— Та, кто использовала элементы против собственной сестры — не может считаться элементом верности. Та кто обрекла сестру на тысячелетнее изгнание — не может быть элементом доброты.

— Но элементы всё же сработали, — пояснил я, заметив противоречие. Для меня это было нетипично – замечать мелочи. Просто было ощущение, что всё это время какую-то очень важную мелочь я всё же упускаю.

— Потому что элементы – это носители энергии, и тогда они были заряжены. Они и сейчас полны энергии, и чтобы их использовать необязательно быть элементом. Достаточно обладать долей их моральных качеств и по-настоящему дружить с другими носителями.

— Нестыковка, — сказал Сулик, а после пояснил: — Если элементы постоянно «заряжены» и могут работать и с одним носителем, то почему Наблюдатель ими не воспользовался? Он был лишён нужных качеств или дракон не может быть носителем?

— Не качества, а добродетели, — поправила Вельвет, — и у Спайка они были; кроме магии, но это допустимо, — договорив Вельвет три секунды собиралась с мыслями, а после продолжила:

— Похоже, я неточно выразилась – элементы не всегда «заряжены». В случае с Садами они выплеснули свою энергию на испытаниях, и Твайлайт Спаркл предостерегла, что без энергии они стали физически уязвимы, причём настолько, что могли рассыпаться от сильного толчка. В прошлом Найтмер Мун воспользовалась этой особенностью, чтобы разрушить элементы и лишь близкое присутствие подходящих носителей уберегло наш мир от участи вечной ночи. Твайлайт не хотела испытывать элементы на прочность и собиралась, позвав друзей, зарядить их в спокойной обстановке, но неожиданное падение бомб разрушило планы.

— Так, я понял, — разговор перешёл в слишком глубокое копание прошлого, так что я поторопил Вельвет: — Ты собираешься нацепить на нас эти браслеты, — я указал на золотистый ПипБак Вельвет. — Кто, какой элемент будет представлять?

— Трикси носит элемент Лайфблума, а он был элементом магии. Конечно, её способности лишь немногим выше среднего единорога, но касательно элемента магии — такое допустимо. Когда пять элементов объединяться, шестой сам наделит магией своего носителя. Отем Лиф убил своего брата, что был элементом верности, совершив предательство своей семьи. Но и Каламити предал свои родных, а также «Анклав Пегасов». Элемент не указывает чему должен быть верен носитель. Каламити был верен «Благородным Сёстрам» и идее гармонии. Отем Лиф же – Великому Анклаву Пегасов, и что в его рядах он спасёт весь род пони. Думаю, он достоин, быть носителем. Элемент смеха, подойдёт Лире Хартстрингс. Пускай мне было не смешно, но её шутки смогли развеять наркотический эффект у Литлпип.

— Имеешь ввиду случай, когда Дарительница, объевшись наркотиков как успокоительного, вела с нами переговоры в Филлидельфии? – спросил я, единорожка кивнула. — Глупое основание но…. – тут я кое-что вспомнил. — Но может ты права. Лира не обделена чувством юмора. Очень специфичным чувством, — сказал я, вспоминая как пел под её музыку. Песня «Суп Наварили» была не самой глупой. «Кухонный Интернационал» в исполнении музыкальной пони, чтобы сохранить рассудок, лучше не вспоминать.

— Элементы вы или нет – значения не имеет, — уверенно сказала Вельвет. — Если вы не обделены нужными моральными качествами, то они должны сработать. Главное для работы – это дружба, а она у вас есть. Чего у вас нет — так это доброты, но я могу это исправить. Мы можем подружиться.

— Складно поёшь птичка, — ухмыляясь сказал Сулик, — но какой в этом смысл? Даже если элементы сработают, в чём я сомневаюсь, как они помогут запустить эту…TARDIS? Без детали от «Дерева Гармонии» эта будка не годится даже в качестве туалета, а все «деревяшки» я сжёг вместе с Садами.

— Не все, — с хитрым прищуром сказала Вельвет. — Догадайся – над, чем ещё работал Доктор Хувс что содержало часть от Дерева, сохранилось до наших дней и всё ещё работает?

— Проект Одного Пегаса? – после небольшой паузы спросил Сулик.

— Не весь проект, — уточнила Вельвет, — а только его центр управления. Будучи защищённым силовым полем питаемым душой Селестии, он выдержал даже мегазаклинания, чего уж говорить о твоём электромагнитном устройстве.

— Гениально! – воскликнул я. — Это поистине гениальный план! Даже Красный Глаз не мог бы придумать лучше! Заманить меня в ловушку к Селестии и Литлпип, да ещё и под таким предлогом!... Слов нет — одни эмоции!

— Нет! – возразила Вельвет. — Никаких ловушек!

— Пускай я лоботомит, но силён «задним умом»! Ещё с момента допроса в «Башне Десяти Пони» понял что зачем-то нужен Селестии, причём живым! Не смогли затащить к ней силой решили обманом!

— Нет!

— Тогда раскрой тайну – зачем я нужен Селестии?

— Прости, но я не знаю, — сказала Вельвет, опустив глаза.

— Не верю! – сказал я, на русском подражая Станиславскому.

— Но я, правда, не знаю! – Вельвет ответила, не скрывая эмоций. — Планы насчёт тебя принцесса посвящала только тех, кто должен был доставить ей «призрака»! Мне Селестия говорила какой-то бред – что ваш зонт принесёт «вечную ночь», но заполучив призрака, она всё изменит. Сделает нечто, что впечатлит даже её мать.

— Но на меня у тебя были свои планы?

— Да – были, но отказалась не по этому, — Вельвет слегка успокоилась. — Не знаю, что от тебя хочет принцесса, но догадываюсь — получив искомое, она тебя убьет; или отдаст Литлпип – исход будет один. Я не могу отправлять пони, «призрака», да кого угодно на верную смерть!

— Но всё же пытаешься заманить меня к Селестии.

— Нет! – твёрдо сказала Вельвет. — К Селестии и Литлпип пойду я! Меня они послушают. Многие в нашем мире будут меня слушать, так что настоятельно советую — отказаться от идеи «судить меня как обычную преступницу».

— Сомневаюсь, что Рейнджеры примут зов твоего чёрного сердца, — сказал я чёрной копытной, — а с остальными, мы и так справимся.

— Справитесь, пролив гигалитры кровищи. А насчёт Рейнджеров, ты должен знать — я умею действовать не только словами.

— Перестреляешь всех из своего дробовика? – задав саркастичный вопрос, я указал на разобранный дробовик, а после поднял один из патронов. Присмотревшись, сделал неожиданное открытие – патрон был резиновый.

— Нет, — ответила Вельвет. — Ты, похоже, плохо читал «Книгу Литлпип» и забыл какую роль я сыграла в захвате Филлидельфии.

— Напомни, — я действительно забыл.

— Как ты знаешь – я владею уникальным парализующим заклятием, — Вельвет засветила своей дрелью, но магичить не стала. — Оно не убивает, но обездвиживает, парализуя все не жизненно важные органы и чувства, кроме зрения и слуха. Конечно, использовать его могу лишь вблизи и на отдельных целях, но есть способ его площадного действия. В прошлом, захватывая Филлидельфию, Когти могли убить многих невинных, чего я не могла просто принять и, заручившись поддержкой аликорнов, спасла многих. Напитавшись от порождений Богини магией, я значительно усилила своё заклинание и, осуществляя «парализующие вспышки» захватила большую часть города, при этом никого не убив.

— Думаешь так избежать блокиратора на рог? – спросил Сулик.

— То, что вы брали аликорнов в плен, было одним из немногих ваших умных решений. Продолжайте думать головой и освободите их и меня. Напитавшись магией аликорнов, я усмирю тех, кто не захочет безопасности под вашим зонтом. Вы не просто победите, а сделаете это без жертв с обеих сторон.

— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказал я, а после пояснил скепсис: — Герой пустоши — Вельвет Ремеди, переходит на сторону «призраков», и «забыв» всё произошедшее идёт против гармонии Литлпип? Ты сама в это веришь?

— Во что я верю, так это что доброта должна спасти наш мир, — с грустью сказала Вельвет. — Мир, в котором мы живем, может погибнуть в одно мгновение. Одно событие, один неверный поворот судьбы – и всё, что ты с детства знал, может исчезнуть навсегда. Жизнь жестока. Без сомнения, жестока. Но ради неё я не готова пожертвовать всем, кроме того что делает меня элементом доброты, даже если придётся нарушить клятву элементу верности. Жизнь продолжится со мной или без меня, с новыми или старыми друзьями. Остаётся только надеяться, что память о героях пустоши не исчезнет, и пони будут помнить, что все те жертвы что понесли «Благородные Сёстры» и «Министерские Кобылки», «Герои Пустоши» и «Призраки» — всё было ради благих целей.

— Браво! – с сарказмом сказал я. — Какая речь! Какой типаж! На твоей метке должна быть не певчая птичка, а «Чайка МХАТовска»!

— Ты о чём? – спросила чёрная пони, не знающая, что такое МХАТ и, причём тут чайка.

— О том, что та кто так рассуждает об «элементе верности», элементом честности точно не является, не говоря уже о «жертве». Принцессы, министерки, герои и даже призраки у неё жертвы – ха ха, смешно, — вообще-то мне было не смешно. — Обычные и полосатые копытные, что погибли от мегазаклинаний, те, кто погибли из-за команды Литлпип и те кто «охотился на призраков» — вот кто жертвы.

— Не думала, что это скажу, — удивлённо сказала Вельвет, — но ты сейчас рассуждаешь как настоящий элемент доброты.

— На мне элемент не сработает.

— Может и сработает, но речь не об этом. Мы все хотим одного и того же – чтобы всего этого не было. Чтобы не было войны, не было мегазаклинаний, не было героев, не было призраков. Этого хотел Доктор Хувс, но он не смог завершить свой план. Подружившись, мы сможем сделать то, что не смог этот пони.

— Подружившись с нами, ты предашь дружбу с Литлпип, — мой скепсис всё ещё не пропал. — Не знаю, как эти элементы работают, но после такого — вряд ли.

— Сработают, — возразила Вельвет. — Один раз, но сработают. Селестия пойдя против сестры, уже перестала быть носителем, но элементы всё равно сработали, отправив Найтмер Мун на Луну, и лишь потом они перестали работать. В нашем случае они тоже должны сработать, и как в случае с Селестией – только один раз, но нам больше и не надо. Что же до Литлпип, то мы никогда не были друзьями.

— Что??? – сказали я и Сулик в один голос.

— Может это странно звучит, но это так, — голос Вельвет был полон грусти. — Мои чувства к ней — не дружба, а нечто большее. Я любила её, но не так как она меня. Для меня Литлпип была дочерью, которой у нас с Каламити никогда не было. Дочерью непослушной, норовящей вляпаться в какие-то неприятности, постоянно нуждающейся в нашей помощи. Дочерью что не видела мира и не всегда отличала добро от зла. Я и сейчас её люблю, однако любовь не вечна и всему приходит конец. Птенцы покидают своё гнездо, дети покидают родителей, Литлпип покинула наш мир пойдя на самопожертвование став частью «Проекта Одного Пегаса». Она сделала это чтобы спасти наш мир. Чтобы сделать тоже самое я пойду против нее, но с одним отличием – я не снизойду до убийств, — Вельвет отдышалась и продолжила, говоря менее абстрактно: — Делайте, как я говорю, и мы проберёмся в центр управления. Вы получите Литлпип живой, но это будет неважно. Кроме неё я принесу часть Дерева Гармонии, после установки которого мы вместе запустим машину Доктора….

— И переместившись в прошлое убьем министерских кобылок, — сказал Сулик перебив Вельвет.

— Нет! – возразила Вельвет. — Помешаем уничтожению «Дерева Гармонии».

— Убьем Селестию? – спросил я.

— Нет! Мы никого не убьём.

— Почему нет? – спросил я. — Это из-за неё всё началось.

— Я говорила о достижимом мире! А вы говорите о мире, основанном на чьем-то убийстве!

— Мы – «призраки», и выполняем свою работу.

— После этой фразы Вы потеряли право даже говорить со мной.

— Значит всё же, считаешь нас врагами?

— Враг — это друг, которого ты пока еще слишком плохо знаешь, — где то я это уже слышал, но где не помню.

Мировоззрение Вельвет вызывало у меня противоречивые чувства. Она – сложная личность, но действительно добро во плоти. Не знаю почему, но я знал — она не врёт и действительно желает с нами подружится. Она действительно простила нас за все, что мы сделали, и не держит зла. Не то чтобы она «забыла» (за что нас ненавидит Литлпип), но она не готова предать свой элемент ради столь сладкого чувства как месть. Вельвет желает помогать и спасать жизни, неважно в чьих рядах. В прошлом она это делала в рядах работорговцев Красного Глаза. Потом в команде Литлпип. Совсем недавно командуя Последователями Апокалипсиса, а теперь желает продолжить эту практику в рядах СНС. Конечно, ещё есть фактор плана Доктора, но если он не сработает, Вельвет всё равно будет счастлива «склеивать» пони с зонтиком на форме. «Склеивать» пока будут сторонники гармонии Литлпип, которых она не успеет парализовать своим заклинанием или не появиться те кто, победив СНС и ОФОТ, перетянут Вельвет на свою сторону. Как бы то ни было, но чёрная единорожка действительно была элементом доброты и то, что она желала с нами подружиться, было неожиданно и приятно. С другой стороны, я тоже не был лишён моральных качеств и, осознавая сколько бед принёс этому миру (и Вельвет в частности), не мог просто так принять её дружбу.

— Я не заслуживаю такого друга, как ты... – сказал я непривычно грустным голосом.

— Прости, но я — именно то, что ты заслуживаешь, — с улыбкой ответила чёрная палкоголовая.

— После всего совершённого, это я должен просить у тебя прощения.

— Я тебя простила, — сказала Вельвет, смотря на меня самым добрым взглядом, — но если ты не хочешь принимать мою дружбу из-за чувства вины, то сделай это ради себя и нашего мира. Наша дружба может всё изменить, даже судьбы тех кого ты убил.

— Всё желаешь запустить проект «Тёмные Дни»? Ты ведь понимаешь что прошлое не изменить, не принеся что-то или кого-то в жертву?

— Нет! – Вельвет снова перешла на эмоции. — Все знают, что все умирают. Но не каждый день. Некоторые дни особенные. Некоторые дни такие чудесные, даже если они «Тёмные». В «Тёмные Дни» никто не умирает вообще. Иногда за очень долгое время, однажды в тысячи лет, когда удача на нашей стороне, призраки и герои объединяются, и выживают все!

Договорив Вельвет, смотря добрым взглядом, протянула мне своё копытце, предлагая совершить местный аналог рукопожатия. Должен признать – её речь была красноречива, я так выражаться не могу. Также, мне нравился смысл её слов. Она хотела изменить как прошлое, так и будущее, причём без жертв, и я как «честный призрак» не мог отказать ей в помощи достижения столь благородной цели. В коне концов, я здесь именно за этим.

Дискорд говорил о возможности изменения прошлого, после чего я в этот мир даже не попаду. План мне показался фантастичным, и у данного уравнения было слишком много неизвестных переменных, но в случае успеха всё получалось просто идеально – войны между пони и зебрами не произойдёт, основной план Чернильницы сработает, как надо, а запасной — не пригодиться. Я не попаду в этот мир и даже не сгорю от взрыва на борту самолёта, хотя рейс будет отменён из-за газировки, попавшей в топливную систему самолёта. Самое интересное, что теперь для этого мне не нужно прилагать каких-то усилий, достаточно принять дружбу Вельвет, и убедить своих «друзей» сделать также приняв её план. Далее чёрная единорожка всё сделает сама – перетянет жителей НКР на нашу сторону, а тех, кто будет сопротивляться, парализует своим заклинанием; Литлпип не будет исключением. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, но порой некоторые факты лучше действительно принять на веру.

— Согласен, — ответил я, захватив копытце Вельвет своей аурой. — Надеюсь, я буду достоин, считать тебя своим другом.

— Не только ты, — сказала Вельвет, посмотрев на полосатого гуля.

— Да, — ответил Сулик, — я тоже согласен, — а после он шёпотом добавил: — В моей жизни снова началась чёрная полоса.

Острота гуля насчёт своих полосок и расцветки Вельвет Ремеди остроумием не отличалась, так что я ту, проигнорировав, держа копытце Вельвет, смотрел на единорожку уже своим добрым взглядом. У палкоголовой же в больших глазах читалась искренняя радость. Она была рада, что не ошиблась в себе и в нас – в своей доброте и той, что у нас осталась.

Мы подружились, но у меня всё время было ощущение — что-то упускаю. Какую-то небольшую, но заметную мелочь. Вельвет Ремеди – смелая, но не глупая пони. Она знала, что мы не убийцы-психи и «обещание» для нас — не просто слово. Она знала что, идя на переговоры, мы не снизойдём до вероломства, а если кто-то из нас психанет, то другой его удержит. Однако не поверю, что Вельвет так просто вышла бы с нами на переговоры одетой лишь в один ПипБак и с разобранным дробовиком на столе. Она ведь знает что её «взгляд» с магией на меня не подействует, и не могла не оставить какой-нибудь страховки на случай если «призрак» окажется именно таким как его описывает пропаганда НКР. Лиру ведь Вельвет не пригласила, хотя в её изначальном плане музыкальная пони тоже должна была участвовать в переговорах. Не думаю, что Вельвет боялась кантерлотского гуля, тем более что Лира, будучи музыкальной пони уважала Вельвет за её вокальные данные, да и вообще за многое. Лира бы не стала без серьезной причины «вредить коллеге».

«А может Лиры боялась вовсе не Вельвет?» — подумал я, опустив глаза на КПК чёрной единорожки.

На золотистом браслете с экраном и кнопками также был и драгоценный камень необычной формы – похожий на птицу. Именно эта птичка изображала «элемент доброты» и у других КПК тоже были символические камни. У Каламити – скрещенные отвёртка и молоток. У Лайфблума – медицинский крест. У Дерпи – мыльные пузыри. У Хомейдж – мегафон. У…. Элементов шесть, а я вспомнил пятерых. Забыл «элемент щедрости», носителем которого была….

Тут время снова будто замедлилось. Дыхание будто остановилось, как и удары сердца, Вельвет, что до этого моргнула, открывала свои глаза в сильно замедленном темпе. Такое бывало и раньше, но я так и не привык к проделкам Дискорда. Не знаю, зачем он сейчас начал влиять на моё восприятие времени, но уверен, что неспроста. Может быть это даже связано с недавней догадкой и через секунду моего замедленного восприятия времени понял, что я должен был увидеть. Сбоку в голову Вельвет летел круглый предмет жёлтого цвета. Летел не со скоростью пули, но всё равно быстро. Моего замедленного восприятия было недостаточно, чтобы успеть среагировать. Я попытался оттолкнуть Вельвет и, выставив ауру вокруг своего копытца «поймать» предмет, но не успел. Когда стало очевидно, что ничего не исправить время резко вернулось к обычному темпу, а предмет, попав в «височную» часть головы единорожки отбросил ту к столу.

Ещё не до конца поняв, что произошло, прыгаю к лежащей чёрной копытной и переворачиваю стол, выставив тот как баррикаду. Сулик, будучи обескураженным произошедшим тем не менее, сориентировался, и тоже занял место за импровизированным укрытием. Пока полосатый что-то искал в карманах своего жилета, я перевернул Вельвет и посадил ту в полусидящее положение спиной к баррикаде. Единорожка в это время дергалась, но двух мнений быть не могло – это предсмертные судороги. Круглый предмет зашёл ей в голову сантиметров на десять и, застряв в черепе, сдерживал поток крови вперемешку с серым мозговым веществом. Из под его краёв стекала мерзкая биомасса, левый глаз Вельвет вытек, правый смотрел на меня немигающим взглядом, но по нему было видно, как из Вельвет Ремеди уходит жизнь. Пять секунд для меня и без всякого замедления протекли как вечность. После них Вельвет, перестав дергаться, отправилась на «Райские Луга», а я, закрыв её правый глаз, далее аурой вынул круглый предмет из рогатой головы.

Орудием убийства Вельвет Ремеди оказался круглый кожаный мячик, вот только кожа была необычной – в выемках и жёлтого цвета. Я узнал этот материал. Бронежилеты что носил я, Сулик и ещё некоторые пони из СНС были из аналогичного материала – кожи убитого Литлпип дракона. Похоже, кто-то в НКР решил из части драконьей кожи сделать бейсбольный мячик. Кожа была прочной, так что такой мячик не лопнет, а «пупырчатая» структура давала такому «снаряду» особые аэродинамические свойства. Я бы ни за что не догадался кто в этом мире может пускать драгоценную дефицитную драконью кожу на столь странные нужды, но в нынешней ситуации был только один подозреваемый.

— Эй ты — колючая мошонка тысячи звёздных чертей! – «женский» голос звучал, казалось отовсюду, и был со странным («южным» или негритянским) акцентом. — Мячик подкинь!

— Не одобряю жестокие игры! – крикнул я, а после осторожно высунулся, пытаясь заметить противника.

— Уж я-то всё знаю о жестоких играх! – ответил голос.

— Ксенит! – крикнул Сулик. — Тупая пизда! Лучше бы ты сдохла в Яме!

Далее полосатый взял в пасть пистолет с глушителем и открыл в помещении беспорядочный огонь. Я тут же скрутил полосатого и, вынув из его пасти пистолет, сказал:

— Ты мне уже раз всадил пулю в зад, стреляя в металлическом помещении.

Сулик действительно чуть не совершил непоправимую глупость, но должен признать – скрытно пронести пистолет было умно. Кстати, насчёт пистолета – я его узнал. Это был пистолет Лиры что достался той от её покойной подруги «Бон Бон». Лира называла его Спаситель, и в тайне ото всех (не только от Вельвет, но и от меня) передала его полосатому гулю. И когда Сулик успел её (Лиру) об этом попросить? Почему я до такого не додумался? Потому что глади… лоботомит, но даже лоботомит знает об опасности рикошета, так что стрелять нужно наверняка. Однако сложно выбрать цель, когда всё вокруг заставлено скульптурами копытных.

— Куда мячик кинуть?! – спросил я, надеясь что Ксенит себя выдаст.

Ответа не последовало, но мне показалось, что одна из статуй зашевелилась. По злой иронии это была статуя Ксенит, так что я не колебался, всадив две пули в каменную скульптуру.

— Селестия была права, — голос зебры опять звучал будто отовсюду, — единственное преимущество «призраков» — это их подлость.

— Убить свою подругу – вот это было подло, — заметил я. — Хватит прятаться! Какая статуя тут заговорила?!

— Статуя щедрости, гармонии и справедливости! – ответила Ксенит.

— Убийство элемента доброты было щедрым и справедливым деянием во имя гармонии?!

— Да – было!

— Тогда я правильно делаю, сражаясь против такого рода гармонии.

— Понимай, как хочешь, но я правильно поступила. Вельвет Ремеди стала заложником своего элемента. Ради него она, как Флаттершай – пошла на предательство. Желая спасти всех, министерская кобылка отдала зебрам технологию мегазаклинаний, приговорив наш мир. Её преемница собиралась, для той же цели, сговориться с вами! Предать всё то чем пожертвовала Дарительница Света! Вмешаться в ход истории, изменив его, так что ни я, ни она, ни Литлпип, многие хорошие пони и зебры могут не появиться на свет! В глубине души Вельвет Ремеди сама этого не хотела, и я, как элемент щедрости и её подруга, была рада подарить ей новую жизнь на Райских Лугах!

— Да ты просто фанатичка Книги Литлпип! – крикнул вмешавшийся в разговор Сулик.

— Литлпип вытащила меня из Ямы! Спасла от судьбы спермоприёмника в рабовладельческой империи Красного Глаза! Она воссоединила меня с семьёй и моим племенем! Она дала народу зебр шанс на выживание! Я никогда её не придам!

— Даже ценой жизни нашего мира? – спросил гуль-зебра.

— Я не элемент верности, но останусь до конца верна Литлпип и идеи гармонии. И тем более не сдамся «призракам иного мира».

— Ты права, — ответил Сулик. — Моя страна, для тебя – иной мир. Ты — не зебра. Ты — пони в тельняшке, — Сулик запомнил, как я в шутку называл полосатых копытных.

— Нет! – возразила Ксенит. — Я – зебра! А ты – дохляк, что должен давно лежать в могиле. Но если у тебя сохранились воспоминания о чести моего народа, решим вопрос как принято у настоящих зебр – в поединке. Никаких мячиков и стреляющих игрушек. Дубинки, ножи, собственные копыта – то, что позволяет сражаться, смотря противнику в глаза.

— Я согласен! – ответил Сулик.

— Ты что – сдурел?! – спросил я у полосатика.

— Она права. Мы — зебры, а зебры решают вопрос жизни и смерти, глядя друг другу в глаза. Не оружие должно решать, кому жить или умереть…

— Зато она уже решила, — сказал я, перебив гуля, а после пояснил: — Ты — крепкий старик, но тебе не справиться с этой каратисткой. У неё каждая полоска как чёрный пояс, — я вспомнил, как бился с Ксенит в ближнем бою.

— Я в совершенстве владею стилем «Падшего Цезаря», — пояснила Ксенит, — и наши традиции не запрещают, использовать собственное мастерство и данные предками преимущества.

«Хорошие» у них традиции. Согласно им прокаченная каратистка вызывает старика с которого только песок не спиться в руко...копытопашный бой насмерть, и заведомо проигравшая сторона даже ничего не имеет против. Традиции моего мира с обычными и мексиканскими дуэлями, где основную роль играл беспощадный, но честный случай, были куда более справедливы. Ну, если у зебр такие правила то будет небольшим грехом их слегка нарушить, уравняв шансы.

— Тогда я иду с тобой, и не как секундант, — Сулик замер, не ожидая от меня такого, далее я обратился к Ксенит: — Ты убила единственного героя пустоши, с которым я мог подружиться, и стоишь на пути моего выхода из этого сумасшедшего мира. Никакого бизнеса – это личное.

— Другого не ожидала, — ответил голос зебры, а вот я ожидал совсем другого.

— А вот я не ожидал, — честно признался.

— Пусть ты безполосый, — ответила Ксенит, — но связавшись с довоенной зеброй, стал важной частью истории моего народа.

— Сжечь Глифмарк было моей идеей, – признался Сулик.

— Но не ты, а твой «друг» сжёг мой дом, моих друзей, и чуть не сжёг меня.

— Вообще-то мы сжигали наркоплантацию, — я вступился за историческую достоверность, — и то, что я совершил, было под влиянием галлюциногенного дыма.

— Мне поебать!!! – Ксенит начинала беситься. — Ты убил лучших зебр из моего племени! Ты чуть не убил меня! Ты единственный кого не парализовали мои удары! Ты вкусил моей плоти и крови! Но теперь кара падёт на твою голову! Я учла нашу встречу! Пусть ты призрак и мои касания на тебя не действуют, но как все земные пони – ты такой же медлительный. Убивать тебя будет одно удовольствие.

— Любишь «близкий контакт»?

— Убивать из пистолета – всё равно, что жить на всём готовом, — в голосе Ксенит слышалось предвкушение наслаждения. — А вот копытами – это реально вставляет.

— Собственная наркота не «вставляла»?

Слыша, что начинающая беситься Ксенит начала успокаиваться я пытался «подлить масла в огонь» напомнив той о сожжении наркоплантации. В «Книге Литлпип» Ксенит была изображена как не получающая удовольствие от убийств, и не употребляющая вещества, но сомневаюсь что, будучи не последней копытной в городе наркоплантаторов она избежала соблазна попробовать собственную продукцию. В то что способная парализовывать ударами копыт зебра, не получала удовольствия от убийств, вообще не верилось. Литлпип – не элемент честности, и не надо верить всему, что написано в книжках.

— У меня к ней иммунитет, — напоминание о сожжении не сильно задело зебру, — а вот ты сполна ощутил эффект от «Веселящего Дыма», — я был удивлён что полосатая знает название прошедшей операции. — Вспомни тот момент. Вспомни как тебя «вставило», ибо это будет последним твоим воспоминанием, так что пусть оно будет приятным.

— Хватит! – крикнул Сулик. — Это Вельвет тут полчаса языком чесала…. Мы словам предпочитаем дела! Покажись и сражайся!

— Выбрось пистолет, — сказала Ксенит. Сулик подчинился, выбросив в одну сторону пистолет Лиры, в другую его магазин. — Мудрое решение, — ответила зебра, а далее сбросила свой «Оренбургский Наноплаток».

Видок у Ксенит был одновременно потрёпан, брутален и экзотичен. Эта зебра не выглядела как милая полосатая лошадка. Она была в хорошем смысле «накачена» (на зависть всем фитнес тренерам), всем своим видом показывая, что под её полосатой шкурой находиться результат годовых тренировок. Кольца в ушах и на шее придавали зебре специфичный «африканский акцент». Золотистый КПК не выбивался, и казалось, был ещё одним украшением. Думаю, если бы Ксенит не носила элемент, то на ноге у неё всё равно бы был ряд металлических колец, как у Зекоры; Сулик рассказывал об этой довоенной зебре-предателе. Однако опорные конечности Ксенит всё же не были обделены «бижутерией». На сочленениях у копыт были одеты серебристые кольца, и что-то подсказывало – это не просто украшения. На кольцах и КПК «украшения» заканчивались, уступая место свежим бинтам и многочисленным старым шрамам. Судя по всему в момент захвата Нового Кантерлота, Ксенит не отсиживалась в бункере и принимала участие в обороне, вот только её навыки ближнего боя – ничто против ливня пуль, лазеров и плазмы. Словив маслин, она последовала совету Вельвет (уверен, что такой совет был) спрятаться вместе с ней. Вельвет смогла остановить свою подругу, а Ксенит поняв, что нас ничто не остановит, поступила в стиле своего образа из Книги Литлпип, который делал что угодно ради спасения своей полосатой шкуры. Однако в этом мире магии активно практикуют лечебные зелья, так что не стоит надеяться, что зебра потеряла много крови. Полученные ей ранения уже полностью затянулись и лишь редкие бинты с красными подтёками показывали — недавно зебра была ранена. Сейчас она полностью здорова и возможно происходящее – её план.

У всех есть свои планы. У Вельвет был план — подружившись с нами изменить сам ход истории. Именно для этого она вызвала меня, и гуля обыкновенного, но из её слов можно догадаться, что поговорить она хотела и с гулем кантерлотским. Возможно, это Ксенит заставила Вельвет передумать и не приглашать Лиру. Зебра, понимая, что кантерлотский гуль с талантом «струн души» слишком опасна, решила не рисковать — умное решение. Однако то, что она решила биться с нами в ближнем бою – уже спорно. Пускай она и в совершенстве владеет «Стилем Падшего Цезаря», а Сулик мало того что в своём племени не был воином, так сейчас он вообще двухсотлетний старик, но в прошлом — я уже смог победить Ксенит, и к тому же провёл множество спаррингов с моим пахучим другом. Ксенит должна предвидеть, что Сулик может за себя постоять и, тем более что я полон сюрпризов, не говоря уже о нашем численном превосходстве.

— Биться будем по очереди? – спросил я гуля, а после пояснил: — Не знаю, что велит ваш кодекс зебр, но мне воспитание не позволяет выходить вдвоём против одной «дамы».

— Кто сказал, что я одна? – риторическим вопросом ответила Ксенит, после чего позади зебры задрожал воздух, и плащ-невидимку сбросила ещё она представительница полосатого племени.

Эту зебру я никогда не видел, но было несложно догадаться кто она такая. В «Книге Литлпип» она изображалась как «подросток», но спустя десятилетие она подросла, прокачалась, став габаритами как Ксенит. Кольца в ушах, толстовка с рисунком полосок зебр, метка похожая на «свернувшийся язычок пламени. Это могла быть только Сефир — дочь Ксенит, лучший врач Глифмарка, любительница варки наркотика Дэш (назван в честь министерки, рецепт в Глифмарк принесла Ксенит), знаток «стиля зайки» и основательница одноимённого движения. Вид у неё был совсем не потрёпан, но от этого не менее угрожающ. Зная, что Сефир знаток боевого искусства со странным названием (Стиль Зайки), я искренне надеялся, что зебра не совместит «своё кун-фу» со своей наркотой. Зебра-каратистка под веществами, что убирают боль и замедляют время – противник в худшем смысле, непредсказуемый. Судя по высунувшимся из карманов её толстовки упаковкам — надежда оказалась ложной.

Однако я не прекращал пытаться увидеть в паршивой ситуации хоть что-то хорошее. Ксенит прямо сказала, что кодекс зебр (в книге она его не соблюдала) не приветствует использование огнестрелов, но нормально относиться к оружию ближнего боя и собственным силам со способностями, а последнее у меня есть. Будучи «призраком», я достаточно хорошо освоил использование ауры вокруг копыт, причём настолько, что мог ходить по облакам, чего уж говорить об её использовании как оружия. Вспомнив данный факт, я продемонстрировал дрожь в воздухе вокруг копыт, показывая зебрам что «иммунитет» к парализующим ударам – не единственное моё преимущество; Я сам себе оружие. Зебры (все три – Сулик, Ксенит, Сефир ) это заметили, но те, что не воняли – не впечатлились, и уже сами продемонстрировали, чем собираются, отправить нас на тот свет.

Несколько ловких движений, и кольца что были на ногах у Ксенит разворачиваются в обратном направлении, превратившись в похожие на когти… Не знаю как это назвать… Ножи? Клинки?

«Керамбит» — подсказал Дискорд.

«Спасибо» — мысленно ответил я.

Не хочется это признавать, но вид мелкой (в сравнении с человеком) полосатой копытной с «керамбитами» на ногах меня по-настоящему пугал (https://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/740e745b-9a46-45e6-b5c6-603a24a22287/d91ghe1-4350aab8-928e-4f7a-91c6-6853c4432967.jpg?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOjdlMGQxODg5ODIyNjQzNzNhNWYwZDQxNWVhMGQyNmUwIiwiaXNzIjoidXJuOmFwcDo3ZTBkMTg4OTgyMjY0MzczYTVmMGQ0MTVlYTBkMjZlMCIsIm9iaiI6W1t7InBhdGgiOiJcL2ZcLzc0MGU3NDViLTlhNDYtNDVlNi1iNWM2LTYwM2EyNGEyMjI4N1wvZDkxZ2hlMS00MzUwYWFiOC05MjhlLTRmN2EtOTFjNi02ODUzYzQ0MzI5NjcuanBnIn1dXSwiYXVkIjpbInVybjpzZXJ2aWNlOmZpbGUuZG93bmxvYWQiXX0.pnzNezlCkhlOXzXahIuNmGTB-EYVA7AkDzr4mx2KK-g). Сулик тоже поддался страху и, сжавшись, сделал шаг назад; к его чести — только один, и вонять сильнее Сулик не стал. В тот момент я думал, что вид оружия Ксенит – уже самое страшное, как же я ошибался. Сефир достала из-за спины нечто, что загнало бы мою душу в пятки, если бы они у меня были.

В прошлом, сжигая Глифмарк, я обратил внимание на встреченную бейсбольную площадку и, подивившись, что Эквестрийские зебры играют в бейсбол, далее о ней не вспоминал. После того как в башне Тенпони мне бейсбольной битой зубы проредили мне вообще не хотелось думать об этом национальном американском виде спорта; да и в бытность на Земле я о нём никогда не думал. Теперь же — многое вспомнил. В том числе и высказывание Селестии, говорившей про спорт иного мира, в котором проигравшую сторону забивают битами.

— Узнаёшь? – спросила Сефир, демонстрируя белую бейсбольную биту с надписью на русском «ЗУБНАЯ ФЕЯ». У меня ком в горле встал, так что не ответил.

— Кровавые зрелища, — за меня решила ответить Ксенит, — спорт в котором умирает один из участников – как это похоже на Яму. Практика боёв в Яме скопирована с обычаев «призраков». Вся мерзость нашего мира из-за вас!

— Называешь это мерзостью, а сама «торчишь» от убийств? – заметил я, отойдя от шока.

— Меня «вставляют» не убийства, а сопровождающий процесс — то, каким образом я это делаю. Но ты – другой случай. Тебя я убью с удовольствием.

Ксенит говорила так, будто уже точно знает исход поединка. Страшно признавать – но у неё есть на то основания. Полминуты назад я думал, что с моим опытом и аурой призрака у меня есть шанс, но вид «Зубной Феи» напомнил, насколько я уязвим. Все преимущества на стороне полосатого противника. Исключение – на мне и гуле одета амуниция, но в случае с Ксенит и Сефир это условное преимущество. Как говорила Селестия: перелом шеи и обильная кровопотеря – наиболее верный вариант. Сефир битой переломает мне кости, и если шея уцелеет, Ксенит исполосовав красными полосами мою тушку, быстро обеспечит нужную кровопотерю.

Чтобы победить этих зебр нужно что-то придумать, но для этого нужно время, а мы и так уже долго болтали. Желая выиграть ещё хоть полминуты, я сделал вид, что тоже вооружен и, подражая Сефир, достал из-за спины взятый бело-красный зонт. Зебры видя, чем я им угрожаю, сдержанно улыбнулись, а вот мне и зебре-союзнику было не до смеха. Толку в бою от зонта будет немного, но для выигрыша времени он может пригодиться. Мне захотелось сказать речь про то, что по традициям моего мира сражаясь оружием, что изображено на наших шевронах я оказывал противнику особую честь… Но Сефир поняла что так мы до бесконечности можем болтать, и видя что Ксенит собирается что-то сказать резко ту перебила:

— Мам, хватит! Вельвет слишком много болтала. Не надо ей уподобляться. Давай просто убьем их, — далее отродье Ксенит обратилась к нам: — Мы: Ангелы! Зебры Зайки! Герои пустоши! Защитники невинных, уёбки!

— Действуем, как планировали, — сказала Ксенит, поставив точку в диалогах.

Время не замедлялось, но момент перед боем для меня был как вечность. Я предчувствовал, что насколько легко было справиться с лучшим стрелком пустоши (Каламити) настолько сложно будет с лучшими знатоками ближнего боя этого мира. В больших глазах «зебр зайки» читалась смесь ярости и холодного расчёта. Они были готовы к нашей встрече. Эти зебры – профессионалы высочайшего уровня, лучшие бойцы ближнего боя которых видел этот мир. По шкале опасности я бы их поставил выше Каламити, всех остальных братьев Отема Лифа, Вельвет Ремеди, и Лайфблума с Хомейдж вместе взятых. Опасней Ксенит с Сефир пожалуй была лишь Дерпи, Лаенхарт и Спайк; возможно Литлпип, но с ней «в живую» не встречался. Победить Лаенхарта и Дерпи удалось лишь совместными усилиями, Спайка же я убил, воспользовавшись, случаем. В случае с зебрами на случайности уповать не стоит; как и на дружелюбие что проявила покойная Вельвет Ремеди. Честно – в пещере «Кровавого Дракона» дракон Спайк и ночной пегас Лаенхарт так не пугали. Утешало, что боялся не я один, Сулик тоже нервно дрожал. Мы оба представляли как эти зебры, раскроив нам битой черепа, далее керамбитами вскроют брюшные полости, а после развесят кишки на статуях подобно новогодним гирляндам. Я и Сулик были полны страха. Ксенит и Сефир – гнева. Вот только гнев – короткий путь к ошибке. Глупо надеяться, что эти зебры ошибутся. В действительности, у нас почти нет шансов. Мне нравится слово «почти».

## Последние герои (часть вторая)

Почти – не считается. Противник очень опасен. Утешало что вместо того чтобы напасть исподтишка зебры решили следовать своим традициям. Это давало хоть какой-то шанс, но они бы ни за что не стали вызывать нас на дуэль, не будучи уверенными в исходе. Вельвет они убили не столько потому что были злы на её предательство, сколько из практических соображений. Чёрная единорожка одним парализующим заклятием легко бы решила (причём без жертв) две полосатые проблемы. Понимая данную очевидность зебры, решили, а точнее порешили проблему уже в своей манере. Меня и гуля ждала похожая участь. Нам ни за что не выстоять против этих копытных каратисток без внешней поддержки. Страшно сказать, но она у нас (точнее у меня) была.

Дискорд. Дух хаоса, даже будучи заточённым в камень и зашвыреным на Луну, сохранил часть своих сил. Увы, даже будучи свободным, он неспособный убивать в лучшем случае мог дать мне «меч леденец», но это и то было бы лучше зонтика, которым я собирался сражаться. Благо «разум призрака уязвим» так что козломордый мог влиять на моё настроение, мысли, сны и восприятие времени, чем активно пользовался. В основном ради развлечения, иногда действительно помогая, а порой совмещая то и то. Этот случай не стал исключением.

«Зебры-Ангелы» напали первыми. Их атаки были стремительны, но не преследующие цели убить меня и гуля. Ксенит и Сефир помнили произошедшее в Глифмарке. Тогда я смог обратить Ксенит в бегство, а после «врукопашную» убивал аликорнов-последователей. Зебры знали — я полон сюрпризов, и пока прощупывали оборону. Обманные манёвры, серия ударов, отступление – нехитрая, но эффективная тактика.

Сулик благо избежал участи ударов бейсбольной битой. Ксенит и Сефир не считали его серьезной угрозой, сконцентрировавшись на мне. Гуль же держался позади меня «прикрывая спину». Первые секунды тактика работала, но потом Ксенит ловко уклонившись от моего парирования, «проскользнула» к гулю и, сделав тому несколько ударов (возможно парализующих) отшвырнула тело к своей дочери. Сефир не стала отбивать гуля битой. Вместо этого она, встав на четвереньки, развернулась и нанесла полосатому сильный лягающий удар. Сулик отлетел на добрые три метра. Его полёт остановила статуя Селестии, которую он опрокинул. Каменная Селестия не удержалась от такого толчка и, завалившись на правый бок, рухнула, сломав себе крыло и правую переднюю ногу. Сулик же лёжа спиной у задних ног статуи, выглядел немногим лучше разбитой скульптуры. Судя по моргающим глазам и крови из пасти, он был ещё жив, но такой удар не мог пройти без последствий для старых рёбер; даже с учётом бронежилета погасившего часть силы удара.

Время в тот момент не замедлялось, но фактор адреналина и широкого бокового зрения позволил узреть, как зебры вывели из строя своего гулифицированного сородича. После того как мы все поняли что Сулик в затяжном нокдауне последовала неловкая пауза. Три секунды мы стояли, молча, не решаясь наступать. Сулик же смотрел на нас немигающим взглядом. Уверен – у зебр были на него планы. Сулик – последний из довоенных представителей полосатого народа и несложно догадаться что у «Ангелов» к нему особое отношение. Ксенит и Сефир легко могли исполосовать гуля керамбитами, а после раскроить ему череп битой или собственными копытами, но нет. Ксенит парализовала его своими знаменитыми ударами, а Сефир для верности лягнула гуля так что, несмотря на бронежилет у полосатика грудная клетка если не сломалась, то трещинами точно пошла. Они хотят взять его живым? Хотят что-то узнать об уничтоженной стране зебр? Или для гуля у них заготовлена особо жестокая казнь? Спрашивать не стал, хотя остановился на последнем варианте; мы в захваченном городе, а Сулик – плохой заложник. Эти зебры на моих глазах убили свою добрую подругу, за то, что она собиралась с нами подружиться, так что их планы насчёт меня и гуля предсказуемы и незавидны. То, что сейчас мы остановились, было лишь таймаутом перед жестокой бойней.

Вскоре пауза подошла к концу. Зебры злобно скалясь, бросились в атаку. Я, замахнувшись зонтом, бросился в ответ, а Дискорд вновь начал воздействовать на мой разум, замедлив время. На восприятии времени козломордый не остановился. В новом Клаудсдейле он вообще смог его (время) «остановить» (чтобы показать не имеющие смысла образы с Земли) однако в этот раз Дискорд действовал скромнее и «креативней». Время он замедлял лишь в самые опасные моменты, и то не очень сильно. С учётом насколько быстрыми были зебры для меня визуально это было малозаметно (иначе бы бой получился слишком «эпичным» https://youtu.be/s2l_dJcHb-k?t=57 ). «Креативность» заключалась в мелодии и песне что Дискорд «проигрывал» в моём разуме. Own Little World – Собственный Маленький Мир (https://youtu.be/Z7HJnwRklEA). Не скажу, что смысл слов стопроцентно подходил (процентов на шестьдесят точно), но мелодия и её темп удивительно точно подходили под ситуацию.

Mutual sight, mutual sound

Mutual struggle, for shared ground

It's safe to say, they'll try to take from me

I'm just another one for them to break down

На «общей точке зрения и общей песне» замахиваюсь на Ксенит зонтом. Та перехватывает замах и ударом копыта ломает зонт пополам. На «борьбе за общую землю» отпускаю ручку зонта, но не прекращаю атаку. На словах про силовой захват и что для них я всего лишь ещё один кто будет сломан, зебры вместе идут в наступление. Сефир широкими замахами пытается нанести мне удар, Ксенит резкими и частыми ударами копыт делает тоже самое, но более удачно. Уклоняясь от ударов биты, пропускаю множество ударов Ксенит – очень болезненных ударов. Пускай её парализующие приёмы на меня не действовали, но всё равно это было болезненно. Бронежилет, поглощал часть энергии, но всё равно хорошего мало. К тому же Ксенит активно использовала свои керамбиты так что у меня на ногах быстро появились полосы как у зебр, только красного цвета.

Steeped in denial, oh the daily grind

Dream of a world for me and my kind

(It's safe in the alternate reality)

So stick your standards where the sun doesn't shine

Мечта о мире для меня и подобных мне, альтернативная реальность, соблюдение своих стандартов там, где не светит солнце (намёк на ректальное отверстие). На этих словах пытался парировать и атаковать – неудачно. Несмотря на моменты замедления, зебры были слишком быстрыми. Они знали о моей способности к кинезу (они сами видели, как я её демонстрировал Вельвет) и активно уклонялись. Я не мог их не то что ударить, а даже задеть аурой по касательной.

They're for themselves, it doesn't matter what they say

Promise the world then take it from you anyway

They'll break you down, making your vision fade away

It's time to go! Get outta my space!

Они живут для себя, обещая тебе мир который заберут. Они тебя сломят, сломят твою волю. Время уходить, убирайся с моего пространства (космоса).

Жаль, что я не могу художественно переводить. Как бы то ни было, но, пропуская удары, слушая слова про маленький мир, (что я должен убираться) у меня будто пробудились новые силы. Не скажу, что слова меня как-то задели, просто местные очень восприимчивы к музыке и я, будучи в шкуре одного из них, унаследовал эту особенность. Я «поймал ритм», а припев был для меня не столь мрачен. Он будто шёл от моего лица.

Welcome to a world where the air I breathe is mine

Nothing to overwhelm me and nothing to cloud my mind

Be anyone, do anything I'd ever want to try

Time doesn't exist here, I will never die

Добро пожаловать в мир, где воздух, которым я дышу, принадлежит мне. Где нет ничего, что подавляет меня и затуманивает мой разум. Будь личностью, делай то, что ты хочешь. Здесь нет времени, я никогда не умру!

Вообще-то здесь было не только замедленное время, но и машина с помощью, которой в этом времени можно перемещаться. В отличие от зебр мой разум не был затуманен наркотиками; только подавлен духом хаоса. Моя личность сильно изменилась, и в этом мире я делал отнюдь не то, что хотел. «Бессмертным депутатом» себя не считал, мне уже приходилось умирать, и нет сомнений, что когда-то это произойдёт снова. Когда-то, но не сегодня.

С новыми силами уклоняюсь от биты и, предугадав действие Ксенит, хватаю её в районе крепления керамбитов. Сефир развернувшись наносит битой «верхний-рубящий» удар но я, отпустив Ксенит он него уклоняюсь. В долю секунды, когда зебра в толстовке встает, бью её по морде классическим футбольным ударом. Удар был не сильный (копытные к таким не приспособлены) и без ауры, но Сефир на секунды потеряла концентрацию. Ксенит же была обескуражена, причём настолько, что в эти секунды не вмешивалась. Она была удивлена, что мне удалось её перехватить, но психический эффект быстро развеялся. Видя, как я пинком отшвырнул её дочь, зебра пришла в себя и бросилась в атаку. По злой иронии куплет к этому моменту успел подойти к концу.

Explain the reasons, explain the rhymes

It's not required, inside our minds

(It's safe to try, no need to justify)

Or take their guilt trip at the end of the line

Разъясни причины, дай объяснение рифмам, не нужно оправдываться, всё равно возьмёшь их вину на себя.

Атаки Ксенит были быстрыми и жёсткими. Сефир была не столь быстрой, но я уклонился далеко не от всех ударов «Зубной Феи».

They're for themselves, it doesn't matter what they say

Promise the world then take the universe away

They'll break you down, making your vision fade away

It's time to go! Get off of my case!

Они живут для себя, и что бы они ни говорили. Они сначала обещают тебе мир, а потом забирают твою вселенную. Они сломят тебя, уничтожат твою точку зрения. Пришло время уходить! Отстань от моего дела!

Далее начался припев, а я, закончив коряво переводить, уже сам начал атаковать.

Welcome to a world where the air I breathe is mine

Nothing to overwhelm me and nothing to cloud my mind

Be anyone, do anything I'd ever want to try

Time doesn't exist here

Снова хватаю Ксенит но, теперь пользуясь преимуществом в весе и силе, заламываю её передние ноги и, присев, швыряю зебру в левую сторону. Приседание было очень кстати, как и боковое зрение. Я увидел, что Сефир снова замахивается битой, но теперь не в вертикальном, а горизонтальном ударе. Если бы не присел что удар бы пришёлся точно по черепу. Сефир видя, что промахнулась, замахивается снова, но я, развернувшись, бью её прямо по копытцу, на котором на петле держится бита. Далее захожу зебре за спину. Хватаю её голову в замок. Пинаю Ксенит которая уже встала и бросилась в атаку, одновременно теряя контроль над Сефир. Та воспользовалась помощью матери и освободилась от «замка», однако я зебру не отпустил. Зафиксировав её копытце с битой своей аурой, делаю резкое движение, от которого бита, бьёт по носу её же хозяйку. Зебра теряет сознание, а я, отшвырнув полосатую тушу, вступаю в поединок с её матерью.

Slip into a world where the air I breathe is mine

Nothing to overwhelm me and nothing to cloud my mind

Come with me into it and you know what you will find

Time doesn't exist here, we will never die

Проскользни в мир, где воздух, которым я дышу, принадлежит мне. Где нет ничего, что подавляет меня и затуманивает разум. Пойдём туда вместе со мной и узнай, что ты там найдешь. Здесь нет времени, мы никогда не умрем!

Это был не припев, но ритм сохранился, а вместе с ним и мой боевой настрой.

Уклоняясь от ударов Ксент, вновь поймал момент и схватил её за передние ноги, однако дважды попавшаяся на этот приём зебра догадалась, как освободиться. Приподняв копытца она «проскользнула» через мою ауру, а после резкое движение вниз и её керамбиты упираются в мои кости.

They're for themselves, it doesn't matter what they say

It's time to go! Get outta my face!

Они живут для себя, не важно, что они говорят. Время убираться.

Получив глубокие порезы, присаживаюсь и освобождаюсь от захвата Ксенит. Та меня просто так не отпустила и копытцами сильно толкнула в грудной отдел. Сефир же начала приходить в себя, и видя происходящее, немедленно вмешалась.

Welcome to a world where the air I breathe is mine

Nothing to overwhelm me and nothing to cloud my mind

Be anyone, do anything I'd ever want to try

Time doesn't exist here

Slip into a world where the air I breathe is mine

Nothing to overwhelm me and nothing to cloud my mind

Come with me into it and you know what you will find

Time doesn't exist here, we will never die

Ритмичный припев благотворно влиял на мои силы и восприятие времени, так что зебры получили достойный отпор. Лёжа на спине, я не растерялся и левым задним копытцем отбил замах Ксенит целящийся мне в промежность. Далее таким же ударом бью её в голову, после чего оборачиваясь назад вижу атакующую Сефир. Зебра в толстовке стоя в положении на дыбы начала замахиваться битой, но я её опередил. Классический приём «ножницы» и копытная не привыкшая к стойке на двух ногах заваливается в лево. Я опять же, не вставая, бью её по затылку, после чего пинаю в грудь. Всё это без ауры; её несложно поддерживать, но не в такой ситуации. Однако Сефир временно обезврежена, так что я оборачиваюсь и очень вовремя встаю на ноги. Ксенит оклемалась и начала атаковать, используя приёмы Капуэро. Для неё это нетипично, но с привязанными к ногам керамбитами такие размашистые удары очень опасны. Уклоняясь от её ударов, вновь смог схватить покрытую шрамами зебру но, не дожидаясь от той сюрпризов, опрокинул ту в греко-римской манере. Зебра не осталась в долгу и, упав на спину, заехала мне по носу своим задним копытцем; благо бронежилет защитил шею от керамбита. Получив такой «мотивирующий толчок» отпускаю Ксенит, но лишь для того чтобы почувствовать на многострадальной шее давление металлической биты. Сефир поняв, что от ударов я приноровился уклоняться решила взять меня на удушающий. Ксенит тоже начала действовать нестандартно и видя, что меня взяли в «замок» встала на четвереньки и размашистыми движениями попыталась порезать мне задние ноги своими керамбитами. Я, давя своей массой земного пони вместе с Сефир уклоняясь, пятился назад. В те секунды, получив несколько болезненных порезов, понял, что Ксенит собирается перерезать сухожилия, но ничего не мог с этим поделать. Положение спасла опрокинутая статуя Селестии. Споткнувшись об неё, Сефир потеряла концентрацию, а я, пользуясь моментом, освободился.

Это была невероятная удача, вот только хорошего всё равно мало. В процессе драки Ксенит и Сефир меня сильно исполосовали и если не сломали кости, то трещинами точно покрыли. Тело было на адреналине, так что боль притуплена, но вид струящейся крови и ощущения в костях ничего хорошего не предвещали. Как будто этого мало, музыка и песня успели завершиться, а вместе с ней и моё музыкальное преимущество. Вряд ли Дискорд приготовил для двух зебр две мелодии, а Сулик успел оправиться от парализующих ударов. Надеяться придётся только на себя.

С грустными мыслями замечаю отломанную переднюю ногу статуи Селестии и в кувырке уклоняюсь от Ксенит. Хватаю обломок скульптуры и использую тот как оружие. Копытце Селестии было очень тяжелым, но у меня ещё оставались силы. Ксенит не ожидала от меня столь странного решения и, получив каменным копытом в бок, завалилась с удивлением на физиономии. Далее замахиваюсь на Сефир, но зебра сработала на опережение. Металл бейсбольной биты оказался прочнее скульптурного камня. Копытце Селестии раскрошилось на множество осколков. Теперь я был удивлён и не только хрупкости статуи. Ксенит очень быстро оправилась от сильного удара. Крича что-то нецензурное, зебра набросилась на меня с намерением перегрызть горло. Я ей этого не позволил и швырнул Ксенит на статую Литлпип; к сожалению, не на рог. Сефир тоже далее действовала скорее из ярости, и что-то крича, бросилась на меня. Я отшвырнул её в стоящую рядом железную телефонную будку но, стукнувшись об неё мордой зебра, будто не заметила удара. Доля секунды и моя морда встречает, металл бейсбольной биты; в моей пасти на один верхний клык и два резца стало меньше. Видя помимо полос зебры круги в глазах уже сам бросаюсь в ближний бой и, ударив морду Сефир своим лбом далее хватаю и швыряю зебру на статую Ксенит. Не успела Сефир долететь до статуи своей матери как настоящая Ксенит подкравшись сзади дала о себе знать. Два удара лезвиями я невольно приседаю. Ксенит все-таки добилась своего – перерезала мне сухожилия на задних ногах. Теперь драться придётся вприсядку, что я и сделал.

Разворачиваюсь и блокирую удары зебры. Та снова лезет с «обнимашками», но я это предвидел. Подпустив копытную не позволяю ей, себя схватить и, заломив её правую ногу (без Пип-Бака но с керамбитом) хватаю Ксенит аурой за затылок. Та в ужасе открыла рот поняв какую ошибку совершила, но превращать мозги Ксенит в кашу я не собирался. Зебра меня хорошо исполосовала, так что уже мне хотелось нанести на шкуре зебры красную полосу.

Всё ещё держа копытце Ксенит использую свою силу земного пони и прикладываю полосатую ногу с прикреплённым керамбитом, к такой же полосатой шее. Сефир придя в сознание, быстро поняла, что я собирался сделать.

— Нет!!! Стой!!! – крикнула Сефир, но я не стал слушать.

Резкое движение и похожий на коготь нож вскрывает шею Ксенит. Кровь потекла как из пробитого садового шланга. До чего мерзко. С отвращением отбрасываю тело умирающей зебры и бросаюсь на Сефир, однако перерезанные сухожилия сыграли свою роль. Мне не удалось встать в привычную стойку, благо Сефир этого тоже не ожидала и ударила выше, чем надо. Я же на картонах бросаюсь вперед, но Сефир пинком отшвыривает меня назад – почти в притык к телефонной будке. Далее верхний замах битой, но я уклоняюсь, совершив боковой кувырок. Снова пытаюсь броситься вперед, но получаю битой в грудной отдел. К счастью он был защищён бронежилетом, так что не «отключился». Пока Сефир замахивалась беру (прямо задними ногами с перерезанными сухожилиями) в «ножницы» её шею и резким движением заставляю зебру поцеловаться с полом. Далее держа Сефир всё в тех же «ножницах» перемещаю её голову к железной стенке телефонной будки и, разжав «ножницы» копытцем бью по уязвимой части шеи. Если бы у зебры был кадык то он бы ушёл во внутрь, а так – только сломанная трахея. Ждать пока Сефир задохнется, не собирался и, освободив копытце зебры от петли с битой хватаю «ЗУБНУЮ ФЕЮ». Делаю обратный кувырок, замах, удар и…. Сефир была затылком к металлу, так что энергия удара никуда не пропала. С влажным хрустом бита зашла сантиметров на пять, так и застряв в черепе. Примерно на туже глубину погрузился мячик, которым зебра убила Вельвет Ремеди. (С какой же скоростью тогда летел этот спортивный снаряд?!) Для убийцы элемента доброты это достойная смерть.

Бой окончен. Сефир с «ЗУБНОЙ ФЕЕЙ» в черепе заваливается набок. Я, оборачиваясь, вижу затихшую Ксенит в луже собственной крови. Этот мир потерял свой элемент щедрости, а также лучшего врача Глифмарка, и по совместительству мастера варки Дэша и прочих наркотических препаратов – не жалко. Эти зебры считали, что смерть предпочтительней сотрудничества с нами и, следуя «элементу щедрости», даровали её своей хорошей подруге. По такой логике — смерть, которую я им «подарил» тоже была актом щедрости. Ксенит и её дочь прожили долгую жизнь полную как боли с унижениями, так и славы с удовольствиями; пускай даже удовольствия заключались в похоти и наркотиках. Уверен, в глубине души эти зебры именно так желали встретить свою смерть – сражаясь вместе в ближнем бою против достойного противника, или… Был ли я достойным противником? Если бы не Дискорд я и минуты бы не продержался. Если бы не Сулик, то зебры не вспомнили бы о своём кодексе.

«Сулик! Совсем про него забыл!» Вспомнив про своего полосатого друга, поворачиваюсь в его сторону. Гуль всё также неподвижно сидел спиной к статуе, смотря на меня немигающим взглядом. Из его ноздрей и пасти текла кровь, что было очень дурным знаком. Решив, что ему действительно грудную клетку сломали, и обломки костей повредили лёгкие, ползу к полосатику с намереньем снять с него бронежилет.

Адреналин начал переставать действовать. Всё тело болело, в том числе и брюхо что словило несколько ударов битой, но когда сухожилия перерезаны, остаётся только по-пластунски. Сулик видя мой «брас и червячный ход» лишь дважды моргнул, в остальном был неподвижен. Не поверю что это только из-за болевых ощущений. Парализующие удары Ксенит всё ещё действовали. Добравшись до полосатика, я лёгким движением снял с него амуницию (благо конструкция жилета предусматривала экстренный сброс) и был удивлён не увидев никаких сопровождающих вдохи и выдохи движений. Сулик будто задержал дыхание.

Парализующие удары ведь не должны иметь такой эффект? Или должны? Судя по книге Литлпип – нет, но кто знает этот стиль Падшего Цезаря. Скорее всего, всё же нет, просто парализующий эффект наложился на многочисленные переломы и, истекая кровью, гуль этой кровью перекрыл себе дыхательные пути. Будучи парализованным, он не может прокашляться, а с закупоренными путями и сломанными рёбрами, глубоко вздохнуть.

— Не можешь дышать? – спросил я, полосатик тут же начал водить глазами вверх и вниз. Я это воспринял как утвердительный ответ.

Не желая чтобы гуль задохнулся я сказал, что собираюсь сделать «рот в рот». Далее уложил его на спину, но Сулик начал отчаянно водить глазами «в лево — в право». Я понял, что он опасался что, делая искусственное дыхание, могу доломать его ребра, но уже с фатальными последствиями, да и гулю просто было больно лежать. Был ещё фактор что мне и ему противно «целоваться», но чего не сделаешь для спасения. Тем не менее, так оставлять гуля нельзя. По его паникующим глазам было видно, что время на исходе. Без воздуха человек может прожить три минуты. Для местных копытных это правило должно быть аналогичным. Сулик успел наглотаться воздуха, может даже сейчас может делать мини-вдохи, но время на исходе.

Усадив полосатого в сидящее положение, ползу к опрокинутому столу с мёртвой Вельвет в поисках чего-нибудь полезного. Взгляд зацепился на стволе от разобранного дробовика, но это уже слишком. Отбросив железку, заползаю на стол, открываю первый же попавшийся ящик, и какая удача – шариковая ручка. Хорошо, что Вельвет, будучи консервативной и желающей восстановить старый мир, не писала по старинке пером с чернилами. Взяв канцтовар, ползу к телу Ксенит и грубо срываю с её задней ноги похожий на коготь нож. Далее ползу к гулю и на его глазах разбираю шариковую ручку. Сулик моргнул, демонстрируя своё непонимание, но я не стал говорить подробности. Порой действительно – счастье в неведении.

— Я ведь только в кино это видел, — сказал сам себе. Сулик не понял русской речи. — Ну почему трахеостомию не преподают на ОБЖ?

Далее молча беру керамбит и, выбрав место на шее гуля, разрезаю его ножом, после чего резко втыкаю туда корпус от ручки. Грудной отдел полосатика начал двигаться, а из трубки ручки послышался мерзкий свист. Во взгляде гуля на секунду появился злобный прищур, но после он сменился на более доброе выражение. Сулик был недоволен тем, что я не сказал, что собираюсь сделать, но всё же был благодарен.

Убедившись, что жизнь гуля вне опасности занялся другим вопросом. Мы заперты в комнате-сейфе и пускай тут можно найти еду и воду, но лучше не ждать и поскорее выбраться из этого места. Выбраться и узнать где в замке Нового Кантерлота находиться морозильник; у меня холод ускорял заживление, да и три трупа (Вельвет, Ксенит, Сефир) стоило положить туда, где они не испортятся.

Поиски выхода были недолги. Дверь была огромна, вот только у неё не было переключателя. Сложив два и два, я догадался, что она открывалась через терминал на столе Вельвет, который сейчас лежал рядом с перевёрнутым столом. Перевернув местный моноблочный ЭВМ и обрадовавшись что его круглый экран не пострадал, начал искать кнопку «вкл/выкл». Поиски опять были недолги, вот только терминал был защищён паролем, а из книги Мелкопипки я знал, что местная система безопасности допускает лишь четыре попытки введения пароля. Какой от него пароль я не знал, а гадать, вводя «Password», «Fluttershy» и «Calamity» не стал. Был риск, что терминал намертво заблокируется, а рисковать не хотел, тем более что со мной был местный обитатель, что разбирался в таких системах, нужно лишь подождать, когда он отойдёт от паралича.

Примерно через пятнадцать минут Сулик начал шевелить копытцами, а ещё через десять он жестами попросил меня подвинуть к нему терминал. Смотря на зелёный круглый экран, я видел, как Сулик подбирает пароли и после трёх неудачных попыток выключал терминал, чтобы начать заново. Выяснилось, что пароль не длинный, так что я предложил свои догадки насчёт имён. Догадка подтвердилась. Паролем оказалась Fluttershy. Далее Сулик нашёл систему управления дверьми и успешно ту активировал.

Звук сирены и механизма открытия двери, мигающее освещение – так примерно минуту, после чего в помещение осторожно заходит группа копытных с зонтиками на форме, во главе с полковником Отемом; Трикси и Лира тоже состояли в этой группе. Вид разгрома, трёх трупов и моего с гулем состояния произвело на копытных сильное впечатление. Пройдя через захват Филлидельфии и Кантерлота они всё равно были не настолько испорчены, чтобы равнодушно относиться к зебре, с бейсбольной битой, застрявшей в морде, или её матери, что лежала в луже крови. Вид мёртвой Вельвет тоже не был оставлен без внимания, особенно полковником. Он даже в недоброй манере поинтересовался, не мы ли убили Вельвет. Ответ был отрицателен, пегас поверил, а после успокоился и «загрустил». Сколько нахожусь в этом мире, но не помню, чтобы ржаво-коричневый пернатый копытный выражал эмоции опустив уши. Хотя нет – узнав о судьбе Анклава, пегас среагировал аналогично

Я и Сулик тоже были удостоены внимания (особенно я со стороны Трикси), так что вскоре мы оказались на носилках. Перед тем как меня вынесли я попросил полковника распорядиться об извлечении и сохранении двух трофейных «элементов», маленькой «покерной фишки» лежащей на полу, а также установке на входе в помещение охраны и зачистке его от посторонних. На вопросы полковника «зачем это нужно?» ответил, что обязательно расскажу, но чуть позже, когда я и Сулик встанем на ноги. Лира попросила возможность быть исключением, и я не стал возражать, а после указал единорожке где лежит её пистолет.

Увы, но во всём городе так и не нашлось крупной морозильной камеры и даже морга. Трупы зебр и тело Вельвет просто распихали по холодильникам, но они мертвецы — им всё равно, а вот я хотел лучших условий. Нашлась фура с оборудованием для киберпротезирования в которой были отсеки заморозки, но я не захотел лежать в этой стеклянной колбе. В итоге моё лечение заключалось в ванне и множестве мешков со льдом, который соскребали с холодильников по всему городу. Лечение гуля было более сложным – множество фиксирующих повязок и капельница с заражённой радиацией водой.

Так я и лежал в ванне посреди коек. Несмотря на смерть Вельвет, Отем сохранял верность заключенному с ней договору, по которому пленные получат медицинскую помощь, так что зал с витражами теперь превратился в импровизированный госпиталь. В этом госпитале я и Сулик заняли свои места, и какая ирония – как раз напротив витража изображающего последние секунды жизни полковника. Лежать под прицелом Литлпип было неуютно, хотя в сравнении с большинством пациентов мы были ещё в хорошем положении.

Витражный зал был сплошь заставлен койками с ранеными копытными (причём не только из НКР, было много пони из ОФОТ) и редкими грифонами с зебрами. Ранения были различной степени тяжести, но вид того как меня и гуля отделали зебры произвёл на врачей и санитарок сильное впечатление. Зебры нас на совесть обработали. Общаясь с Ксенит и Сефир я испытал просто «непередаваемые очучения» (https://youtu.be/VlnrfizdvXU?t=526). Примерно тоже я испытывал на допросе в башне Тенпони, потом в пещере Спайка при встрече с Лаенхартом, и наконец, в Новом Клаудсдейле отбиваясь от толпы пегасов. Хорошо хоть теперь я в больничном помещении, где меня быстро охладили.

Парадокс, но также как пациенты импровизированного госпиталя были из враждующих фракций, так и врачи с санитарами тоже были одновременно как из НКР, так и из ОФОТ с СНС. Руководила этой группировкой белая единорожка из СНС (Дестини вроде зовут; постоянно забываю) под прикрытием группы копытных из ОФОТ экипированных силовой бронёй – очень символично. Также символично было то, что Беатрикс принеся множество мешков со льдом, в шутку упомянула своё разочарование, что «её призрак» лечится от холода. Лучше бы было наоборот — тогда она «согрела бы меня своей любовью». На мои замечания что, несмотря на странный способ лечения, мой «орган любви» на холод реагирует, как положено и сейчас скукожился, Беатрикс ответила, что ничего страшного. Мол, мой «главный калибр» по сути – мелкашка, но я ей нравлюсь и таким; полюбила она меня не за внешность и «мужскую силу».

Беатрикс Луламун – сложная, странная и притом надоедливая личность. Как мне надоели её знаки внимания. Как мне надоел её мерзкий голос; слушая её речь, ушки становились как из хлеба сушки. Как я был зол на неё за свой призыв. И, тем не менее – сейчас я на неё не злился. Понятия не имею, что она во мне нашла, но я не могу злиться на тех, кто меня искренне любит, а в чувствах Трикси я не сомневался. Как выразилась сама Беатрикс: «Я тебя любила. Била при этом, но ведь не убила». Ради меня эта единорожка в теле аликорна была готова на всё; начиная от полётов со мной на спине через устроенной Литлпип ураган, заканчивая поеданием личинок насекомых. Уверен если выяснится что для исполнения моего единственного желания – возвращения на Землю, ей придётся умереть она, не задумываясь, отдаст свою жизнь; а лучше последует вместе со мной. Любить такую я не могу, но хорошо относиться – вполне, хотя и это непросто. Дело даже не только в видовой принадлежности. До чего её голос мерзок, а слушать исполненные этим голосом в свой адрес признания….

Спасение пришло, откуда не ждал. Лира, обыскав комнату-сейф, нашла голодиски с мелодиями кантри, одну из которых нам проиграла Вельвет. Лира не была поклонницей данного жанра, но уважала все музыкальные направления. Считая, что музыка лечит если не физические, то духовные раны музыкальная пони проиграла нам трофейные композиции. Какая ирония, начала она с песни «It's a Sin» (https://youtu.be/NdTe_sykyvU).

Так люблю тебя, что даже стыдно,

Ведь мне любви ответной не познать,

Дорогая – мне стыдно тебя помнить,

Не позабыв, не стала б ты молчать.

Мечты, где мы вдвоем разбиты,

Клятв прошлых в сердце стылый прах,

Так люблю тебя, что даже стыдно,

Душой всей, но вместе лишь в мечтах.

Трикси слушая и подпевая (когда она поёт, голос не кажется столь мерзким), отметила, что песня прямо про неё и меня, с поправкой на зеркальность половой принадлежности. Песня перекочевала из другого мира, в котором все, похоже, и всё не так.

Слушать американские песни было приятно, хоть я и не был поклонником данного музыкального направления. Тем не менее, спустя три композиции я попросил Трикси выставить вокруг нас «колпак тишины», а её саму помолчать. Та выполнила просьбу и действительно молчала, смотря на меня похотливым взглядом. Я же смотря в её большие глаза, думал совсем не о ней.

Вельвет Ремеди – элемент доброты, теперь мертва, а Дискорд говорил, что без этой певчей птички ничего не получится. Утешало, что чёрная единорожка успела рассказать свой план. План, в котором никто не должен погибнуть. К сожалению, только она могла исполнить его без жертв.

Вельвет Ремеди только выглядела как безобидная чёрная лошадка с дрелью во лбу. В действительности эта пони – лошадь массового поражения. Напитавшись магией аликорнов, она своим медицинским заклинанием могла парализовать целые армии, а своим кантерлотским голосом и красноречием обращать их на свою сторону. Страшно представить, но мы её победили и сами того не желая заставили принять нашу сторону. Эта пони могла быть ценным союзником и, надев форму с зонтиком обеспечить бескровную победу. Теперь она мертва, причём не по моей вине. Косвенно конечно я был виновником, но всё же её смерть не на моей совести. В этом мире я совершил много ошибок, но тогда правильно поступил.

Вельвет Ремеди предлагала план, в котором никто не погибнет. Предлагала способ изменить сам ход истории. Предлагала свою дружбу и доброту. Я принял предложение и тоже собирался подобреть. Я бы принял предложение даже без учёта плана Дискорда. В прошлом я отказался, не поверив в честность и доброту Вельвет – это было ошибкой. Её предложение звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, а манера речи отнюдь не соответствовала моему представлению о доброте. Но это другой мир. Абстрактный термин добра в нём получил вполне физическое воплощение. Вельвет действительно желала нам только добра и была свято уверена что, несмотря на все прошлые ужасные вещи, что мы делали — мы вовсе не злые. Она верила в «светлую сторону». Верила, что добро спасёт как её мир, так и поможет мне вернуться в свой. Считала, что мало прожить жизнь, нужно сделать это правильно. Считала, что никогда не поздно измениться в лучшую сторону и что мир, основанный на насилии, терроре, страхе и жертвах не может считаться миром. Она считала что, несмотря на то, что вложила в него много усилий этот мир нужно изменить, но сделать это без жертв.

Чёрная единорожка мечтала о «Тёмных Днях» в которых герои и призраки объединяться и выживут все. О возможности изменить прошлое, чтобы война, жертвы, герои и призраки никогда не появились. О мире, в котором пони, зебры, да и вообще все существа будут вести мирную беззаботную жизнь. Её цель, безусловно, благородна, а вот метод весьма сомнителен.

Если проект «Тёмные Дни» сработает и с его помощью действительно удастся изменить прошлое, то тот мир действительно будет спасен, но ценой уничтожения другого хода истории – другого мира. В этом мире произошла страшная война, унёсшая жизни многих невинных, но именно он породил, как саму Вельвет так всех тех за чьи жизни боролись герои. Изменив прошлое, Вельвет бы убила бы не только себя, но и своих друзей, тех, кого пыталась спасти, да и я тоже был бы жертвой.

Человек – это в первую очередь его воспоминания. Для других разумных существ это правило тоже справедливо. Если удастся изменить прошлое, так что я в этот мир даже не попаду, то тогда это будет массовым убийством, а я одной из жертв. С момента смерти на Земле моя личность сильно изменилась. Жизнь в этом мире была полна боли, но это всё равно жизнь. Изменив прошлое я лишусь этого куска своей новой жизни. Вместо призрака в мире цветных копытных во вселенной будет обычный человек, задающийся совсем другими вопросами. Для меня же этот философский вопрос был далеко не однозначен.

Дискорд был прав заставляя меня думать философски, жаль, что сейчас он не воздействует на мой разум. Хотя для козломордого ответ однозначен. Он говорил что, будучи духом хаоса видел прошлое и будущее, то, что было, или могло бы быть. Он знал обо мне, о Литлпип и вообще все, но не знал, что из этого действительно произойдёт. Принцессы считали, что только они могут творить историю. Министерки и герои пустоши — что их дружба способна на всё. На деле всё зависит от воли одного человека. Когда Вельвет мертва именно от моей воли зависит судьба проекта «Тёмные Дни», а вместе с ним и этого мира. Будучи в этом мире я прожил короткую, но насыщенную жизнь, а жизнь полная насилия насилием и заканчивается. Узнай я в прошлом, что этого можно избежать то без сомнения сделал бы всё для изменения хода истории, и уж точно не задумывался бы, что этим уничтожу какой-то постядерный мир разумных животных. Моя земная версия вообще бы не поверила, что личность в шкуре серого земного пони имеет с ней что-то общее. Прошлый я отрицательно бы отнёсся к тому, что я-настоящий совершил. Он бы сказал: я не хулиган и не стал бы героинить. То есть: я не герой и не стал бы хулиганить. То есть: я не герой и не хулиган и не стал бы героинить и хулиганить. То есть: грёбаная лоботомия.

Увы, но сейчас я был в настоящем, с лоботомией и воспоминаниями из настоящего. Изменение прошлого убьет многих, смерти кого я не хотел — пони из СНС и ОФОТ, Отема Лифа, да даже полосатого гуля, Беатрикс и Лиру. Последние трое технически выживут, но их личности, какими их знаю, будут уничтожены и заменены на что-то другое. Сулик не проживёт столетия, будучи запертым в бункере. Трикси не упадёт в чан, не переродится в мутанта-псионика, не будет уничтоженной «ЖарБомбой» и не переродиться в теле клона-аликорна. Она не призовёт «призрака» и не узнает, что испытывала к нему чувства. Лира не возродиться кантерлотским гулем и не будет знать, что ненавидит Селестию за её предательство агентства, Чернильницы, и вообще всего. От этого не останется даже воспоминаний, но может… Может если воспоминания которые забывают, становятся историями, то те которые не произошли становиться песнями? Каких только песен я в этом мире не пел.

Рабочий! Крестьянин! Вооружайся!

Оружие в руки бери!

Выйди без страха против героев!

Череп зверью проломи!

Бери под контроль ты дома и заводы!

Свергнут пусть будет проклятый кумир!

А на руинах во славу народа

Строй новый социалистический мир!

Вспоминать смешно. Страшно представить, что копытные Филлидельфии поверили. А может я не врал? То есть я думал, что вру, но впоследствии моя ложь стала правдой и герои действительно стали угрозой?

Хреново у меня с философией. Этот мир полон насилия, в том числе по моей и моих «друзей» вине. Самое лучшее, что мы можем сделать так это пожертвовать как собой, так и всем этим жестоким миром ради спасения его версии из прошлого. В конце концов — счастливый конец для дураков. Если прошлое будет изменено – герои даже не появиться на свет, а «призраки» либо разделят судьбу героев, либо изменяться став совсем другими личностями; что тоже можно расценивать как смерть. Для нас – это достойный конец. Жаль только что Вельвет Ремеди встретила отнюдь не достойную смерть.

Её убили собственные друзья; по многим причинам. (Для сравнения – Отем и Сулик тоже пытались меня убить; то, что меня сопровождает аликорн, для них было достаточным основанием, чтобы заподозрить в предательстве.) Предательство дружбы и добродетели Литлпип, переход на сторону террористов-зонтиконосцев, план полного уничтожения их постъядерного мира вместе со всеми жителями. Для убийства Вельвет у Ксенит и Сефир было много причин, но главной была возможность Вельвет осуществлять парализующие вспышки. Зебры понимали, что в честном бою против единорожки у них нет шансов, так что действовали на опережение. Это было логично. Не логично, что Вельвет, будучи неглупой, не предусмотрела, что зебры будут недовольны её планом. Считала, что без огнестрелов они не смогут её убить не подкравшись, что было невозможно? (У Вельвет был Пип-Бак оснащённый локатором показывающим красные и зелёные метки.) Считала, что Сефир не догадается использовать бейсбольный мячик как оружие? Считала что её подруги, видя как существа с самой отрицательной кармой, принимают сторону добра, не посмеют совершить аморальный поступок? Скорее всего, всё сразу, но последнее – было определяющее. Вельвет смогла убедить меня перейти на «светлую сторону». Она была…

Так и напрашивается сравнение со Звёздными Войнами. Она как Люк, я как Вейдер. Только у «Люка» другая гендерная принадлежность, нет с «Вейдером» родственных связей и вообще многое другое, но суть сохранилась. В киновселенной персонаж, увидев крупицу «светлой стороны» в своём отце сделал все, чтобы помочь ему измениться к лучшему, и добился успеха. Также и Вельвет Ремеди – она верила, что кто угодно (даже «призрак») может перейти на «светлую сторону». Увы, но элемент доброты погубила собственная вера в добро. «Призрак» её не подвел, а вот собственные друзья…

Этот мир не кино и не игра. Он не прощает ошибок. Мы не можем перезапустить этот мир как какую-то киновселенную…. Вообще-то именно это и собираемся, только будет ли это благом? Вроде в моём мире вселенную «Звездных Войн» как раз собирались перезапускать, и было стойкое предчувствие, что фильмы будут хренью. Если предчувствие не обманывало то у вселенной «Сорока Кусков» должно было появиться множество новых поклонников. Судя по тому, что в эту настолку играют даже в ином мире, худшие опасения подтвердились. А это значит…. Хватит думать о ерунде!

Прогнав ненужные мысли, я глубже погрузился в лёд. Холод был приятен. Я чувствовал, как под его воздействием порезы на мягких тканях ускоряют заживление. Как покрытые трещинами кости возвращаются в исходное состояние. Как заново сращиваются перерезанные Ксенит сухожилия, и на месте выбитых Сефир зубов начинает что-то пробиваться. Заживление происходило не так быстро как у местных под воздействием зелий и лечебных заклятий, но всё равно я не уставал удивляться своей способности. Жаль только что, будучи способным, лечиться от холода я нахожусь в мире с умеренным климатом, но это мелочь – к утру я буду здоров.

Проведя ночь без снов, проснулся, испытав нечто, что ощущал в далёком детстве. Думая про себя «Ой пи-пи!» открываю глаза и обнаруживаю себя в ванне полной грязной талой воды. Ну почему я не догадался открыть сливное отверстие?! Похоже, мою лоботомию не вылечит даже температура абсолютного нуля. Но раны затянулись, а водные процедуры даже полезны; С поправкой, что вода должна быть чистой, а не грязно розовой из-за крови и порохового нагара с машинным маслом.

Разбудив Беатрикс брызнув на неё водой, далее вылезаю из своей «лечебной ванной» и, отряхнувшись, минуты три думал, стоит ли одеваться. Просто мой бледно-зелёный комбинезон был мало того что весь в грязи так ещё и изрезан стараниями Ксенит. В итоге решил одеться. Пускай для местных одежда совсем не обязательна, а на мокрую шкуру одевать столь грязно-рваную одежду противно, но уж лучше так чем светить своим задом без метки. До зада никому не было дела, а вот отсутствие метки обеспечивало любопытные взгляды, чего я не хотел.

Одевшись первым делом, поинтересовался у бойцов ОФОТ, где сейчас полковник. Ответ был предсказуем. Пегас был в комнате-сейфе вместе с Лирой, а также полосатым гулем в инвалидном кресле с повязкой на шее и капельницей, на колбе которой был изображён знак радиации. Путь в эту комнату прошёл без приключений, если не считать встречу с одной пони в инвалидном кресле.

Всё её тело было в бинтах, но я её узнал. Торчащий красно-чёрный хвост, жёлтый белок глаза и отсутствие ног выдавало в этой пони кибер-единорожку, которую я с балкона сбросил. Теперь на месте нанесённого мной пореза на горле, у неё торчала трубка. Её крошечный рог я срезал вместе с куском скальпа, так что с забинтованной головой она выглядела как земная пони. Правый глаз тоже был замотан. Понятия не имею, как она его потеряла (точно помню, что не я его выбил), но её левый смотрел на меня со злобным прищуром. Не хочется признавать, но единорожка со срезанным рогом без глаза и без ног меня не слабо так напугала; я даже уши рефлекторно опустил. Я ведь ей горло перерезал, тесак в спину воткнул и сбросил с большой высоты. Как она выжила?! У неё в мозгу был чип, что приземлил её «на лапы»? Судя по тому что «лап» у неё теперь нет, протезы не выдержали нагрузки. Как она смогла заткнуть порез на шее – вопрос на миллион. Тем не менее, судя по выражению жёлтого глаза эта копытная без копыт, и сейчас готова сражаться. Это заслужило уважения, а также…. Жалости? Конечно, эта единорожка всадила пулю в шею полосатика и меня пыталась убить, но её нынешнее состояние не вызывало у меня неприязнь. В основном страх (сам не знаю почему) и что странно — сочувствие. К удивлению Трикси и самой покалеченной я извинился перед ней единорожкой и пожелал скорейшего выздоровления. Это был не сарказм. Поняв это, единорожка сменила выражение своего жёлтого глаза со злобного прищура на удивлённое расширение. Далее я не стал задержаться и вскоре увидел того кого сама кибер-единорожка чуть не отправила на тот свет. Сейчас он тоже был в инвалидном кресле.

Выяснилось, что после того как я полосатому ручку в шею воткнул, ему нельзя ни есть ни пить, так что для лечения Дестини (единорожка с медицинским талантом) поставила ему капельницу с заражённой водой. Лечение шло успешно, только кости медленно восстанавливались, так что гулю придётся посидеть в инвалидном кресле.

Удовлетворив своё любопытство насчёт самочувствия полосатика, далее поинтересовался насчёт сборища в заляпанной кровью (как же там воняло) комнате. Пегас и Лира сказали, что Сулик им всё рассказал. Они в курсе как погибла Вельвет Ремеди, а также её плана. Я был искренне удивлен, когда Отем прямо «с места в карьер» высказался о своём желании его скорейшего осуществления. Меня это удивило даже сильнее чем сам факт, что пегас поверил в возможность путешествия во времени. Высказав своё удивления, поинтересовался о решении пегаса и услышав в ответ долгую полную красноречия речь.

Отем сказал, что план Вельвет на первый взгляд действительно аморален. Вмешательство в ход истории ради спасения мертвецов из прошлого ценой убийства живых из настоящего. Предложи этот план кто-нибудь другой Отем бы посчитал его невероятно опасным психом, которого любой ценой нужно остановить, но если его предлагала «элемент доброты», то это многое меняло. Данный элемент не стал бы предлагать идею обречённую на провал. В прошлом передача Флаттершай технологии мегазаклинаний действительно уменьшило интенсивность боевых действий и давало миру шанс на бескровный исход. Если бы не принцессы решившие что «Селестия Один» защитит их от бомб, а армия клонов легко сломит любое сопротивление, то между пони и зебрами был бы если не заключён мирный договор, то война бы точно перетекла в неактивную фазу. К сожалению, принцессы решили, что такой мир для них будет позорным, а разведка полосатых не узнает о тайных проектах министерств. Результат этой ошибки – мир, в котором мы живём. Вельвет же предлагала исправить эту ошибку. Исправить аморальным способом, но если Отем поможет это сделать, то это будет меньшим что он сможет сделать для Вельвет.

Эта чёрная единорожка дважды его спасала от неминуемой гибели. Конечно, делала она это будучи по другую сторону баррикад, но исключительно из благих побуждений. Не знаю что это за новая разновидность «Стокгольмского синдрома», но Отем считал что, только выполнив волю Вельвет по осуществлению проекта «Тёмные Дни» он сможет выплатить ей свой «неоплатный долг». В противном случае…

Тень позора последует за Вельвет в могилу. Мы можем возвести ей мемориал, рассказать об элементе доброты всю правду – это ничего не изменит. Будущие поколения будут её презирать. (Нас тоже будут, но это не имело значения.) Сторонники НКР и героев — как подлого предателя не знающего чести и не ценящего жертвы, что принесла Дарительница Света. Сторонники СНС и ОФОТ — как «героя пустоши» что своей «добротой» принесла их миру множество жертв. Как ту кто до конца была за идею гармонии и, оказавшись загнанной в угол, пыталась обманом спасти свою шкуру; вот только обману поверили не только «призраки». Её будут знать как преступника, для которого распространение наркотиков было наименьшим грехом. Никто никогда не поймёт её благих целей и сомнительных методов. Тем не менее, она была настоящим элементом доброты и до конца была верна своему элементу.

Её смерть не должна быть напрасной. Если Вельвет Ремеди хотела чтобы в их мире наступили «Тёмные Дни» то, с жертвами или без, мы должны исполнить её посмертную волю. (Лучше конечно без жертв, но никто из нас не владеет парализующим заклинанием.) Она пожертвовала жизнью, чтобы рассказать нам о плане, что всё изменит. Пусть миру плевать, пусть никто не узнает правду, пусть личность Вельвет будет стёрта из истории вместе с нами, с героями, с Анклавом, а «министеркие кобылки» и «Благородные Сёстры» не получат справедливую кару, но ради исполнения последней воли «элемента доброты» — это небольшая цена.

В отличие от полковника, Лира была более краткой. Она высказала, что если из-за изменения прошлого «Благородные Сёстры» не пойдут на предательство, то значит и справедливая кара (за смерть невинных и особенно агента Свити Дропс) будет необязательна. Такой вариант Лиру вполне устраивает. С мнением, что смерть Вельвет не должна быть напрасной, она тоже согласилась; музыкальная пони уважала талант «певчей птички».

Я и Сулик уже согласились с покойной Вельвет, а Трикси была готова пойти со мной, куда и через что угодно; даже через пространство и время. Мы все согласились что проект «Тёмные Дни» должен быть завершён вот только…

Дискорд говорил, что без Вельвет ничего не получится, но если это так то он бы не стал мне помогать после её смерти. Проект «Тёмные Дни» всё ещё можно завершить, хотя без чёрной единорожки всё будет гораздо сложнее.

Лира вдоль и поперёк обыскала комнату-сейф, но кроме упомянутой будки и голодисков с музыкой ничего полезного не нашла; записи рецептов приготовления наркотиков, зелий в том числе и того от которого у аликорнов отрастает хрен мы посчитали бесполезными. Были, конечно, многочисленные записи как она вместе с Каламити, Лайфблумом и Хомейдж (Ксенит с Дерпи там не упоминались) работали над восстановлением машины Доктора, но эти данные ничего нам не давали. Вельвет уже на словах успела рассказать все, что нужно, чтобы запустить машину и для этого нам не хватало некоторых деталей – обломка Дерева Гармонии и полноценных носителей элементов.

Сулик припомнил, что в своей речи Вельвет говорила, что носитель не обязательно должен нести лишь один элемент. Селестия однажды вообще использовала их в одиночку. Вельвет уже заключила кому, какой элемент может подойти, и ничто не мешает кому-то из нас надеть два браслета. Справедливое замечание, вот только мы были весьма «ненадёжными» носителями. Элементов шесть, а нас пятеро. С другой стороны, элемент магии вообще необязателен и его может надеть кто угодно, и в одном моменте Вельвет отметила, что во мне есть черты элемента доброты (в тот момент был уместен закадровый смех), но это слабое утешение.

Получается: Отем – Верность? Лира – Смех? Сулик – щедрость? Грей – Доброта? Трикси – Магия с Честностью?

Это просто смешно. Ладно ещё мне подойдёт КПК Вельвет, но Сулик – Щедрость? Только то, что предыдущий носитель элемента носил полоски не делает гуля подходящим носителем. С другой стороны, он поделился с нами информацией о тайнике в пещере звёздных медведей…. Всё равно сомнительно.

Трикси же – со мной она была честной, но с другими – отнюдь. Долгое время пони из СНС её имени даже не знали, называя Тринити. Правда министерка Эпплджек тоже не всегда была честной и Лира говорила, что в старые времена до министерств и войны, яблочная пони не стеснялась общитывать покупателей. Её подруга Бон Бон это заметила и была очень недовольна когда однажды младшая сестра Эпплджек попыталась продать ей яблоки. Эпплджек тогда неправильно поняла недовольство Бон Бон и бесплатно нагрузила конфетную земную пони чуть ли не всей продукцией из своего ларька. Подруга Лиры тогда решила, что яблочная семейка свихнулась и лучше уйти по добру по здоровью.

Рассказ Лиры был интересен, но отнюдь не утешал. Без элемента доброты будет туго…. «Или её можно оживить? Я ведь мог вернуться из мёртвых». С данной догадкой обращаюсь к Трикси спрашивая, может в её «Чёрной Книге» написано какое-нибудь заклинание для зомби апокалипсиса. Трикси ответила — ничего подобного. Если бы такое заклинание существовало, то против армии Эквестрии сражалась бы армия её же (но находящихся под контролем зебр) солдат. Можно подвергнуть тело Вельвет магическо-радиационному излучению и «порче» но «порчу» сейчас достать сложновато, да и нам нужен полноценная живая пони, а не дикий гуль или мутант. Тут Отем предложил неожиданно интересную идею и, говоря в гарнитуру, потребовал принести холодильник с телом Вельвет и явиться медицинской пони Дестини. Далее начались долгие рассуждения с белой единорожкой насчёт киберпротезирования чёрной палкоголовой.

Отем предположил, что раз мы захватили мобильный пункт киберпротезирования (чёрная фура) и в прошлом Вельвет с его помощью смогла воскресить Соупа, то мы сможем сделать тоже самое, но уже с Вельвет. Дестини всё выслушав сказала, что нет – не сможем. Синего пегаса доставили в Кантерлот будучи подключённым к аппаратам жизнеобеспечения; его мозг был с инородным телом (нож) но остальные органы функционировали. Вельвет же – мертва. Если бы мы киберпротезировали её сразу после смертельного ранения в голову, то ещё что-то могло получиться, но не сейчас. Сейчас единорожка – замороженный труп. Её сосуды и ткани разрушились от расширения замороженных жидкостей. Шанса нет, да и если бы он был не факт, что киберпротезирование прошло бы успешно. Соупа оперировала лично Вельвет, а она врач высочайшего уровня. Дестини же – просто бывшая помощница учёных Анклава. Вельвет смогла вместо повреждённой части мозга вживить Соупу процессор на четыре мегагерца. Пусть пегас после этого превратился в «синий тостер», но это был невероятный успех. Ни Дестини, никто из СНС и ОФОТ не сможет такого повторить.

Вывод: реанимировать Вельвет Ремеди не удастся. Рассматривался ещё вариант, в котором после повреждения мозга «призрака» образуется особая аура, что лечит заболевания (даже сумасшествие) у местных живых существ. Тут уже я выступил против. Отема такой метод смог вылечить но, похоже, касательно мозга моя регенерация работает не в полную силу. Ещё одной лоботомии мне не пережить. К идее Лиры, что Дестини может быть элементом, мы все отнеслись как к шутке. При всём уважении к белой единорожке, она не подходит ни одному элементу. Да и наши отношения были не такими, чтобы считаться дружескими. Товарищескими – да. Дружескими – нет.

В итоге решили заниматься проблемами по мере их поступления. Над извлечением энергии из «Элементов Гармонии» будем думать, когда решим проблему, куда эту энергию извлекать. Вельвет говорила, про деталь, что создавалась из обломка «Дерева Гармонии», без неё машина работать не будет. Данная деталь смогла пережить взрыв «Жар Бомбы», но не выброс электромагнитной энергии при уничтожении «Садов Эквестрии». Теперь со слов Вельвет, эта деталь бесполезна, однако одно из достижений министерств созданных с использованием обломков «дерева» всё ещё сохранилось, и избежала участь выжигания — центр управления «Проектом Одного Пегаса». Защитное поле, питаемое душой Селестии, смогло его защитить от электромагнитного импульса, так что обломок «дерева» не должен был пострадать, вот только для нас это поле тоже не преодолимо.

У Вельвет был какой-то план как через него пройти, но она не успела его рассказать. Скорее всего, она надеялась на своё красноречие. Надеялась убедить Селестию и Литлпип её пропустить, после чего Ремеди собиралась парализовать Пипку и забрать обломок? Так это или нет, но бескровный план Вельвет умер вместе с ней. Нам не удастся без боя даже приблизиться к центру управления, а о том, что убедить Селестию с Дарительницей нас пропустить, даже думать смешно. Тем не менее, другого варианта не было. Чтобы пробраться в центр управления надо хотя бы приблизиться к защитному полю, а уж потом будем думать, как через него пройти; может мои особенности «призрака» помогут, или что-нибудь придумаем.

Со слов Отема, центр управления представляет собой металлическую полусферическую пристройку у погодной башни. Вокруг самой башни в прошлом была выстроена база Анклава именуемая Нейварро. Из книги Мелкопипки мы все знали, что эта база при поддержке Спайка была захвачена наёмниками компании Коготь. С тех пор Нейварро выполняло роль аванпоста наемников, тренировочного лагеря, а также источника металла для заводов Филлидельфии; Анклав оставил там много неисправной техники что пошла на переплавку. Что там теперь после смерти Гаудины и захвата промышленного города, мы не знали, так что вскоре командование СНС начало обход больничных палат в поисках Последователей, которые могли что-нибудь рассказать. Это было непросто. Последователи как-то узнали о смерти Вельвет и, считая нас виновниками её гибели, не желали говорить. Пытки мы исключили; Отем, будучи верным, договору с покойной Вельвет категорически отмёл метод допроса с пристрастием.

С большим трудом, но мы смогли найти Последователя готового на сотрудничество. Та кибер-единорожка без ног видя, что мы желаем что-то узнать начала отчаянно моргать и свистеть через свою трубку в шее. По понятным причинам наладить контакт не удалось, но положение спасли Лира с Беатрикс. Посовещавшись, Лира «нежно» усыпила покалеченную газом из подковы, после чего Беатрикс проникла к ней в сон. Спустя несколько часов Трикси вернулась в реальный мир с выражением ужаса на морде. Трикси рассказала, что сейчас из себя представляет Нейварро, а также жуткую историю единорожки.

Наёмная армия «Когти», будучи под управлением грифонов в остальном личном составе в основном состоит из бывших рейдеров, и те, что обосновались в Нейварро — не исключение. При командовании Гаудины и её дочери Реджи в организации удавалось поддерживать относительный порядок, да и после их смерти рейдеры не сразу вспомнили свои привычки, но после захвата Филлидельфии у них окончательно чердак потёк. Как ни странно Литлпип, что убивала рейдеров в промышленных масштабах, не возражала против старых традиций. В волшебном зеркале она сама видела себя в образе рейдера, и считала что такая манера поведения наилучшая для выживания на пустошах. «Чтобы выжить нужно стать таким же жестоким как рейдер только направить эту жестокость в правильную сторону» — неточная цитата, но Литлпип говорила нечто похожее. Далее началась более жуткая часть рассказа.

Белая единорожка после уничтожения «Копытинска» места себе не находила, и желая отомстить мне и полковнику ушла из Последователей, считая их методы слишком мягкими, подавшись в наёмники. В Филлидельфии и так хватало бойцов, так что её распределили в Нейварро. К несчастью бело-красно-чёрной она не смогла принять рейдерскую философию и выступила с осуждением практики вешанья на стенах, подозреваемых в сочувствии к СНС. Наёмники же не стали проявлять церемониться и прибив гвоздями ноги единорожки, пустили ту по кругу. От смерти бывшую Последовательницу спасла Вельвет, которую вызвала Литлпип. Чёрная единорожка парализовав садистов-насильников, увезла ту в Новый Кантерлот после чего заново приняла в Последователи и заменила пробитые гвоздями ноги киберпротезами.

Теперь единорожка покалечена без возможности протезирования, и была зла на нас за всё и, особенно за Вельвет, но после моего извинения усомнилась, что именно мы убили элемент доброты. Покалеченная догадалась что у Вельвет касательно Нейварро был какой-то план и именно для его обсуждения элемент доброты пригласила нас на переговоры, а если мы спрашиваем про Нейварро то логично что мы собираемся осуществить план Вельвет.

Исходя из пересказа Трикси, Нейварро – база нашпигованная наемниками практикующими рейдерские повадки. Якобы там даже грифонов нет, и персоналом базы командует лично Литлпип. Утешает, что наёмников там не так много как могло бы быть, но полторы сотни точно наберётся; может больше, туда постоянно шёл набор. Танков раньше там точно не было, но присутствовали БТРы и зенитки. Минных полей единорожка не помнит. Помнит что башня сохранившаяся контроля погоды всё ещё работает, но после уничтожения всего «Проекта Одного Пегаса» она может только разгонять облака да вызывать дождь; также Литлпип с неё следит за значительным регионом, но это само собой.

Не все услышанные новости были такими уж плохими, но хорошего мало. Полковник сказал, что мы не можем сейчас собрать бойцов, поднять Мститель и отправиться на штурм Нейварро. Новый Кантерлот мы захватили ценой больших потерь и его нельзя просто бросить. Рейнджеры же, как и предполагалось, не оставили операцию «Крах» без внимания и стянули свои силы. На позициях вокруг Филлидельфии тоже замечена активность, так что Подстрекатель там нужен для экстренной переброски войск на участок возможного вражеского прорыва. Тем не менее, от идеи штурма Нейварро мы не отказались. Отем дал этой операции невзрачное название «Рубильник».

Подготовка к «Рубильнику» не заняла много времени. Штурмовать базу мы собрались силами четырёх оставшихся конвертопланов (то есть хопп) «Бурак», двух БТРов ОТ-64 и десанта. Десять копытных десантников помещалось в каждый БТР, восемь в «Бурак», плюс экипажи техники. Маловато, но при захвате Понивиля и Кантерлота соотношение было ещё большим и не в нашу пользу. К сожалению, обойтись придётся без танков. «БЛОК ТАНК» нужнее на позиции у Понивиля, а Т-90 и «GIGAHORSE» Бурак не поднимет. Хорошо хоть для БТРа его грузоподъёмности хватало, плохо, что с таким грузом высоко не поднимешься, так что лететь придётся не в слепой зоне погодной башни. Внезапности не будет – Литлпип нас увидит. Ещё разочаровывало, что боевой дух у наших копытных бойцов был уже не на столь высоком уровне. Полковник Отем, говоря, что мы нанесём удар лично по Литлпип, конечно смог найти нужное число добровольцев, но в их больших глазах уже не было прежнего настроя. С «технической» точки зрения подготовка к операции тоже ничего из себя не представляла; даже позывные не сменили. Я лишь распорядился поставить шестиствольный пулемёт из тронного зала на Бурак, на котором собирался лететь сам; прямо в десантный отсек, чтобы перед высадкой была возможность обстрелять противника (https://youtu.be/S63udPIVpt0?t=160).

Лира только вооружилась нетипичным для себя оружием – пп «Vector» с разгонным блоком. Собранный мной для неё пп «Гоблин» ей тоже нравился, но в бою на открытых пространствах она хорошо поняла слабости складного пистолета-пулемёта; в зданиях «Гоблин» себя неплохо показал, а вот на открытой местности, точность не удовлетворяла. Я похвалил её решение, но не то, что она тайно от меня передала пистолет гулю-зебре. Решение было интересным, но то, что я о нём не знал, разочаровало. Лира посочувствовала и сказала, что следующий раз не позволит мне остаться безоружным.

В итоге — момент настал. «Момент настал, прими Гастал. Настал Гастал, прими Момент» – ну и шутки у Лиры. Момент настал ночью. По плану операции наступление должно состояться утром и был шанс, что ночью Литлпип спит, что обеспечивало внезапность. Правда мы все знали, что Селестия не спит, так что во внезапность не верили, но в наступлении утром был смысл.

Копытные контрольно проверили оружие и амуницию, я свой СК, Сулик — ППШ, Отем – «Гром Спитфайр», Трикси – СВД, Лира проверять не стала. Далее часть копытных загрузились в БТРы, часть в хоппы. Я был в числе последних и вместе с Лирой и Трикси (Трюкачка не хотела со мной расставаться) занял места в десантном отсеке. Отем и Сулик обосновались в другом летательном аппарате; после того как я гулю ручку в шею воткнул он решил держаться от меня подальше, а Отем просто считал что командование не должно быть сосредоточено в одном месте. Далее взлёт и наблюдаю, как к двум Буракам тросами пристёгивают БТРы. Не завидую экипажу и десанту колёсной техники; их там так укачает. Закончив с креплением груза два Бурака «построились» над городом, два других без груза присоединились к строю, после чего начался долгий ночной полёт до Нейварро.

Спать совершенно не хотелось и не только из-за шума винтов. Я всё думал о прошлом, настоящем и будущем. Мой путь в поисках выхода из этого мира порядком затянулся. В прошлом поверь, я Вельвет — всё было бы кончено. Прошлое было бы исправлено, и я в этот мир бы даже не попал, вот только стал бы тогда Дискорд обещать мне спасение от взрыва на борту самолёта? Стал бы он вообще выходить на связь? Если нет, то тогда все мои долгие похождения были не зря. Я сам того не желая заставил лично мешаться духа хаоса и пообещать мне спасение. Выполнит ли он обещание? Ранее выполнял; хотя говорил, что меня ненавидит. Без его помощи я сто раз должен был погибнуть. Как бы то ни было — я уже на «финишной прямой», не споткнуться бы на финише. Это будет грустно.

Зря я загрустил. Лира почувствовала мою грусть (спасибо её таланту к «струнам души») и решила её развеять в своей манере (спасибо её таланту к музыке). Отлучившись на полминуты, она прошла в кабину пилота и попросила пегаску поставить голодиск с музыкой. Более «подходящей» под ситуацию мелодии и представить было нельзя (https://youtu.be/ye5BuYf8q4o).

Sweet home Alabama

Where the skies are so blue

Sweet home Alabama

Lord, I'm coming home to you

До чего приставучий припев; как и вся песня. После окончания записи припев у меня добрые десять минут, из головы не выходил, чего уж говорить о восприимчивых к музыке копытных. Конечно, они не знали кто такой Нейл Янг (я кстати тоже) где находиться Бирмингем и прочее, им просто нравился ритм. Как они про Алабаму пели, ни стихом описать, ни в сказке сказать. Шум винтов копытных нисколько не смущал, а как только Лира магией начала наигрывать гитарную мелодию так импровизированный концерт перешёл на новый уровень. Даже мерзкий голос Трикси удивительно хорошо вписался в хор. После такого я возненавидел не только Алабаму, но и весь музыкальный жанр кантри, а ведь страшно сказать – я подпевал. Но нет худа без добра — это помогло скоротать время.

Самая тёмная ночь перед рассветом. Именно в этот момент два Бурака с прицеплёнными БТРами начали снижение. Мягкая посадка и Скотинки (так данные ОТ-64 называют на постсоветском пространстве) отцепляются, продолжая движение своим ходом. Далее начинает светать и мне предстаёт величественный вид пустыни с движущимися по ней двумя БТРами в направлении исполинских размеров бетонной башни. Теперь если не Литлпип то Селестия нас точно заметила, а значит операция «Рубильник» перешла в активную фазу.

— «Кобальт-2» Управлению, — сказал я в гарнитуру на шлеме, — подтвердите нажатие рубильника.

— Управление всем боевым группам, — через треск помех ответил полковник, — подтверждаю.

Далее конвертопланы рассредоточились, находящиеся в десантных отсеках пегасы (кроме Отема) и один аликорн покинули машины, а я, встав за шестиствольный пулемет, приготовился к бою.

Глядя на Нейварро, с трудом представлял, что когда-то это было базой Анклава. Сейчас база представляла собой какое-то трущобное поселение (как в воронке от бомбы в Филлидельфии) вокруг бетонной башни с красным защитным пузырём у основания. Местную архитектуру даже домиками бы не назвал — натуральные трущобы. Жестяные листы, шлакоблоки, гнилые доски. На этом фоне бетонная башня выглядела как клинок, воткнутый в землю что, пробив в ней брешь, вместо крови распространил столь непрезентабельную «архитектуру». Хотя башня тоже не избежала участи получить «неэстетичные декоративные элементы». Она была словно грибком покрыта множеством антенн-тарелок. Неужели в этом мире есть спутниковая связь? Есть она или нет но, судя по редким (похожим на телевизионные) дециметровым антеннам, местные предпочитали дублировать связь. Как будто антенн мало башня вся была в многочисленных граффити; в основном изображающих жопометки героев пустоши, но также встретилось несколько рисунков шахматной клетки и бело-красного зонтика. Вопрос: «Почему Когти изобразили на башне Дарительницы нашу символику?» быстро уступил место вопросу: «Как они вообще смогли это изобразить?». Вопрос был глупым. В этом мире существуют пегасы.

Далее рядом с нашим Бураком разорвался зенитный снаряд, а я, решив не думать лишнего, открыл огонь. У шестиствольного пулемёта безумная скорострельность, но я запасся патронами. Трущобы буквально рассыпались, получая струю свинца. Противник вёл ответный огонь, но огонь из стрелкового оружия был для нас не слишком опасен, чего не сказать о зенитках и ракетах из базук. Когти быстро расчехлили орудия так, что наши конвертопланы были вынуждены летать, не зависая, стреляя неприцельно. Чего-то такого мы и ожидали, но не вмешательства Литлпип – не такого вмешательства.

— Ебать переебать, — прозвучал прокуренный голос Литлпип в моей гарнитуре. — «Призраки» наконец соизволили прилететь в мою скромную обитель. Думали я не догадаюсь вычислить ваши частоты? Я знаю – вы меня слышите. Так вот что я вам скажу: Лизните мой солёный Страшный Суд, шлюхоциклисты!

Пытаясь не обращать внимания на речь Дарительницы, я продолжал вести огонь, однако пулемёт был прожорлив, патроны — не бесконечны, а огонь зениток становился всё более плотным. Мы это предвидели, но приказ десантироваться ещё не поступал, однако обстоятельства заставили провести высадку и без приказа.

Какой-то наёмник шальной ракетой из базуки умудрился попасть нам прямо в винт. Бурак тут же замотало. Пегаска-пилот крикнула: Группируйтесь! Лира на русском добавила: Щас грабанёмся!!! Меня и ещё нескольких копытных выкидывает из десантного отсека, а Бурак грубо сел на брюхо ломая трущобные постройки.

Сознания в тот момент не терял, но после падения на жестяную крышу оно (сознание) помутилось; хорошо хоть я был в каске. Рассмотрев оставленную своей тушей дыру в потолке и труп, прибитый к стене далее шатаясь, выбираюсь на улицы трущобного города. Какая-то земная пони в шипованной броне увидев меня, прекратила перезаряжать базуку и с тесаком в пасти побежала явно не с добрыми намерениями. У меня был такой же тесак (Тесак Гаудины) но доставая тот из ножен я был слегка не в себе и не заметил, что не успеваю. Положение спасла Беатрикс, выстрелом из СВД сбив наемницу, а последующим контрольным утихомирив её навсегда. Далее аликорн подлетев, вытолкнула меня с простреливаемого места в ближайшее укрытие – сваленные в кучу битые шлакоблоки. Мне тогда захотелось «ласково» сказать Трикси быть со мной более ласковой, но тут вмешалась Литтлпип со своей «ласковой» речью:

— А вот и Грей – призрак мелкочлен, и Трикси – некрофилка и её торчащая елда.

— Литлпип, будьте любезны – уйдите с частоты, — не то чтобы мне присуща вежливость просто башка ещё кружилась, и на адекватные ответы не хватало умственных сил.

— Да легко, — ответила Литлпип, далее её речь звучала через мегафоны расположенный повсюду в Нейварро:

— Когти! Мелкочлен и Елда в северной части за кучей шлакоблоков! Поприветствуйте их!

После сказанного Дарительницей противник перенёс огонь на наше укрытие. Стрельбой Когти не ограничились, так что Трикси пришлось поработать магией, швыряя назад похожие на яблоки гранаты. Я в этот момент пытался отстреливаться, но поднявшаяся пыль многое усложняла, так что стрелять приходилось «по сомалийски».

— «Кобальт-2» всем кто слышит! – крикнул в гарнитуру. — Нахожусь под сильным огнём!

— «Кобальт-3» — направляюсь к вам, — ответила Лира.

— Прикрой нас! Мы тут закопались!

Далее в сторону наёмников полетели очереди заряженных пуль, а я с Трикси выбрав момент, сменил позицию. Перестрелка среди трущоб имела свои особенности. Противник хорошо знал местность, но мой СК легко нивелировал это преимущество. Местные патроны слабее своих Земных аналогов и не всегда пробивали трущобные стены чего не сказать о пулях, выпущенных из «Самодельного Карабина» с разгонным блоком. Разогнанные пули не только пробивали хлипкие укрытия, но и поджигали те из них, что были из горючих материалов. Vector Лиры имел тоже преимущество. Трикси же устраняла тех, кто уцелел, или разбегался наглотавшись дыма от горящих построек и баррикад. Спустя десятка два наёмников, участок был зачищен.

— И это защитники обители Дарительницы?! – Трикси говорила «Кантерлотским голосом» смотря в сторону башни.

— Дерьмо это было, — через мегафоны ответила Литлпип. — Подумать противно, как вы задрожите в настоящей драке.

— Мы не болтать пришли ублюдина! – крикнула Беатрикс.

— Думаешь страшно? – неожиданно спокойно спросила Литлпип. — У меня для вас сюрприз. Это не я вам попалась. Это вы попались мне!

Речь Литлпип была не так противна как её прокуренный голос. Составляя антирейтинг мерзких голосов, я бы поставил её на второе место, сразу после Трикси. Слушать ни тот ни тот я не хотел, так что жестом попросил Трикси помолчать. Нет диалога – нет и мерзких голосов, тем более бой ещё не окончен.

Нейварро – далеко не маленькая база, а её зачистка – непростое дело. Благо к нам подошло подкрепление – БТР и десяток вооружённых копытных. При поддержке техники и огня на подавление бой было вести намного легче, огорчало, что Литлпип всё не замолкала:

— Грей Стоун — призраком стал дерьмом стал, да и живым был дерьмом был. И что Вельвет в тебе нашла? Ты её хоть отымел прежде чем убить?

Обвинение в убийстве Вельвет без ответа оставить не мог:

— Я не убивал Ремеди! – крикнул я в гарнитуру, не прекращая перестрелку. — Наоборот – мы подружились! Это Ксенит с Сефир были не рады такой дружбе, но за убийство Вельвет я им отомстил!

— А ведь ты не врёшь… Ах Ремеди, — после короткой паузы ответила Литлпип. — Та кто помогает. Настоящий «элемент доброты». Решил бы ты её снасильничать она бы тебе и в этом помогла. Представляю эту картину… Как возбуждает… Жаль Ксенит, да и по Сефир я буду долго скорбеть.

— Они убили Вельвет! – ответил я.

— Я не осуждаю, — сказала Дарительница. — Они ценили дружбу со мной больше чем с Вельвет и знали, что предательство Ремеди я могу понять, а вот их — уже нет. Они все «герои пустоши» и неважно как это было – погибли они как герои.

— Как и те, кто сейчас погибает в Нейварро, — ответил я, надеясь подвести диалог к конструктивному руслу, — глупо и бессмысленно. Прикажи своим пони сложить оружие. Обещаю, что пленные получат надлежащее обращение. Этот мир уже понёс слишком много жертв. Ненужно делать кровавый список ещё более длинным.

— «Призрак» говорит о жертвах?! Хочет избежать смертей?! – удивилась Литлпип, а после выдала догадку: — Ох, малыш сегодня не в духе? В полость твоего лоботомированного мозга затекла доброта несчастной Вельвет Ремеди? Чувство вины всё сильнее, не так ли, мой мальчик? Вот дерьмо, а все эти трупы тут совсем некстати.

Замечание насчёт трупов меня может и задело, если бы помимо трупов наёмников в Нейварро не было многочисленных прибитых к стенам тел и черепов на кольях.

— Ты ведь на «светлой стороне» так и поступай, как хотела бы покойная Вельвет, — ответил я, с трудом сдерживаясь от нецензурных выражений.

— Ты – педрила безвольная, подтирка сраная…

Далее я старался не слушать, сосредоточившись на перестрелке с наемниками, но это было невозможно. Мегафоны висели повсюду, стрельба в них не всегда помогала, а речь Литлпип всё чаще изобиловала тяжёлыми вздохами.

— Ты ведь не наёмников пришёл убивать. Тебе нужна я. Ну что же – ничего не имею против. Плеснула себе скотча и неистово тереблю себе пизду в ожидании твоего появления.

— И это отвратительно, — сказала неожиданно вмешавшаяся в разговор Селестия. Её голос наоборот — был приятен.

— Я так долго ждала этого момента, — тяжело вздыхая сказала Литлпип. — Аххх!!! Солнечные вспышки оргазмов Селестии!

Замечание и личное присутствие Селестии, Пипку совсем не волновало. Судя по звукам (а также комментариям) из мегафонов, пока в Нейварро идёт жуткая перестрелка, Дарительница занимается самоудовлетворением. В своей книге Дарительница, конечно, описала свой образ как нуждающийся в «домах утешений» и я верил, что он соответствует действительности, но чтобы настолько… Похоже помимо кобыл и самок других известных разумных видов, Литлпип возбуждает вид насилия и жестокости. Неужели это такой побочный эффект повышенной эмоциональности копытных? Это бы объяснило немотивированную жестокость рейдеров, а также непонятное сочувствие Литлпип к пони практикующим эту отвратительную практику; Литлпип ведь посмотрев в волшебное зеркало, увидела себя именно в образе рейдера.

«Глупая теория. Хватит думать о херне» — в мыслях сказал я сам себе и взмахами показал водителю БТРа что хочу чтобы он продвигался, вперёд прикрыв нас корпусом машины. Броня у ОТ-64 не идёт ни в какое сравнение с защитой танков, но это было лучше, чем прятаться среди трущоб, а в Нейварро было по-настоящему «жарко».

— Контакт! За бочками! – кричали с нашей стороны.

— Уничтожить их! Они прорываются! – доносилось со стороны наёмников.

— Боец с дробовиком!

— У них подкрепление! Спускаются на тросах! – крикнули наёмники видя десантирование с конвертоплана Бурак.

— Снайпер!

— Минус один! – кричала Беатрикс после успешных попаданий.

Грохот антиматериальной винтовки полковника добавлял в общую какофонию «громовые» шумы, а треск ППШ был как барабанная дробь. Не скажу, что эти звуки мне нравились, но это лучше речи Литлпип что ни на минуту не замолкала:

— Грей, ты ведь в курсе, что гражданские с ума посходили. В мире было так тихо, а теперь из-за тебя даже рейнджеры вынуждены убивать гражданских. Почитатели Эпплджек понимают, что нужно избавляться от «гнилых яблок», вот только методы у них не столь бескровны как у Вельвет.

Отвечать я не стал, даже несмотря на упоминание Вельвет. Мелкопипку это удивило, но не остановило:

— Посмотрите! Посмотрите что вы блядские «призраки» сделали с моим миром! Скольких невинных вы убили. Можете занести в своё резюме массовые убийства. Никакого остроумного ответа? – я молчал. — Ты даже не ёрничаешь?

На остроумные ответы не было времени. Трущобы горели чёрным стелящимся дымом (будто горели покрышки) что обеспечив маскировку, позволило рассредоточиться, но очень мешало выцеливать противника. Противогаз немного помог, но обзор ухудшился, а речь Дарительницы отвлекла от переговоров союзников.

— Ублюдина с накопытниками! – крикнула Лира.

Слишком поздно обратив внимание, я позволил жёлтой пегаске (жёлтая как шкура, так и волосы; кого-то она мне напоминает), без брони, но с огромными «катетами» (накопытниками) подобраться опасно близко. Она удивительно быстро летела «бреющим полётом» огибая препятствия. Я мушку навести не успел, как был опрокинут сильным ударом в правый бок, а после прижат копытной с «кастетами» на копытах. Через долю секунды «канарейка» встала на дыбы с намерением размозжить мне голову. Я был в шлеме и маске, но противогаз бы от такого не спас. От участи «черепно-мозговой» меня спасло использование ауры, которой я перехватил ноги копытной; та от боли тут же завизжала. Далее перекатываясь, использую преимуществ в массе и уже сам прижимаю копытную, после чего разбиваю её череп двумя ударами.

— Я смотрю, чем ты занимаешься, — приятный голос Селестии совершенно не подходил под ситуацию, — и у меня возник вопрос. Зачем при этом бить по голове? Это лишнее и вообще непрактично.

Честно говоря, аликорн в недрах компьютера была права. Убивать пегасов мне особенно неприятно, а чтобы оглушить пернатую хватило бы и одного удара. Череп можно было не разбивать.

— Она застала меня врасплох, — моё неуклюжее оправдание.

— А может тебе это просто нравиться? – вопросы Литлпип звучали как риторические. — На что это было похоже? В смысле — разбивание черепов. На раскалывание арбуза? И каковы на вкус мозги с кровью? Они как арбуз — такие же сладкие?

— Смейся пока можешь, — ответил я.

— Значит ты не против. Ха Ха Хааарр…. Блять, жвачку проглотила.

На моменте с жвачкой надеялся что Литлпип наконец замолкнет но нет. Прокашлявшись, она продолжила:

— Для тебя наёмники — очередные ебантяи, но ведь это живые существа. Когда-то они были рейдерами – жестокими тварями лишь внешне похожими на пони. Потом они изменились к лучшему. Вступив в Когти стали солдатами-наемниками, выполняющими свой контракт. Защищая фермы и караваны они спасли многих, в том числе и тех, кто состоит в вашем блядском ОФОТ. Скольких хороших пони ты убил! Честных солдат выполнявших свой долг! Но они же стояли между мной и тобой – это оправдывает их убийство, не так ли?

— То, что они вешают пони на стены, ты тоже оправдаешь?

— В прошлом они были рейдерами, а чтобы выжить в Эквестрийской пустоши порой необходимо поступиться моралью. Рейдерство — не порок, а средство выживания. Там где обычные пони погибали, рейдеры процветали. Из-за тебя наш мир всё больше походит на Эквестрийскую пустошь, так что я не осуждаю тех, кто вспомнил старые методы выживания. Когда из-за уничтожения Садов на наш мир прольются ядовитые дожди, пони вновь познают голод. Рейдерство вновь будет на пике своего развития. Тех же, кого ты убиваешь сейчас, я бы за рейдеров не считала. Они просто — жаждущие. Скоро все жители нашего мира будут такими жаждущими знать, что делать, когда до тебя доберутся. Они хотят пить, они хотят жить, они хотят кушать, хотят тебя убить.

Не хочется это признавать, но Литлпип права. Те, кого я убивал действительно – «честные солдаты». Конечно, они практиковали рейдерство, но в итоге перешли на «светлую сторону». Конечно, они украсили Нейварро прибитыми к стенам трупами и головами на кольях, а ещё искалечили ту бело-красно-чёрную кибер-единорожку, но ведь если бы я в этот мир так и не попал, то ничего этого бы не произошло. До моего появления этот мир действительно шёл по пути восстановления гармонии; с поправкой, что эта гармония основывалась на моральных качествах Литлпип. Теперь же этот мир обречён на незавидную судьбу. Наёмники это быстро поняли и вспомнили старые привычки. Следующие на очереди – обычные жители. Когда запасы еды и воды в закромах Рейнджеров, Последователей, и ОФОТ будут подходить к концу, каждый второй копытный в этом мире станет рейдером.

— Они дерутся до конца! – говорила Литлпип. — Как загнанные в угол мантикоры. Грязные вшивые и вонючие…

На «вонючем моменте» я подстрелил тёмно-красную палкоголовую копытную с ожерельем из ушей пони.

— А я любила их. Эту… БладРейн! Она была настоящим воином! Не чета вам… Нихуя не помню их имена!

Короткая очередь и заряженные пули из моего СК поджаривают наёмника в силовой броне.

— Эй, эй! Ты его убил? Жаль, он мне нравился…

Кидаю гранату, и из укрытия вываливается смертельно раненый пегас-наёмник. Контрольный выстрел и:

— Ох… Он ведь служит здесь со времён Анклава. Ему оставалось два дня до почётной отставки.

Замечаю земного пони, меняющего позицию. Автоматная очередь:

— У него была …. приёмная дочь. Наверное. Я его совсем не знала.

Боковым зрением замечаю целящуюся в меня коричневую единорожку, но выстрел Беатрикс устраняет угрозу.

— Дети осиротели! Почему никто не думает о детях?!

К моменту, когда Литлпип вспомнила о детях, персонал Нейварро успел значительно снизиться. В процессе операции «Рубильник» мы потеряли десятки бойцов, два конвертоплана и один БТР, но при этом всё же зачистили базу. Момент, когда я подстрелил последнего наёмника, Литлпип прокомментировала необычно скромно:

— Хм-м, Дискорд с ним. Он всё равно мне не нравился.

Селестия же выразилась красноречивей:

— Нет, серьезно…. Откуда в людях столько жестокости? Может видеоигры? Точно, видеоигры! Наиграются, а потом либо идут убивать, либо пишут по этим играм фанфики для таких же игроманов. Даже не знаю что хуже.

Игры порождают жестокость. Этот стереотип добрался даже до иного мира. Селестия бы ещё «Казаков-разбойников» с «Чапаевцами» вспомнила и обвинила эти игры в разжигании жесткости. Хотя с её слов есть вещь, что может быть даже хуже жестоких игр – фанфики. Понятия не имею что это такое. Впервые слышу. Что это вообще за слово? Надо будет спросить, но позже.

Мы смогли зачистить Нейварро. Первая фаза операции «Рубильник» закончилась успехом; без потерь не обошлось, но это всё равно успех. Однако сама по себе база была нам не нужна, наша цель…

— Вы же потом приберётесь здесь? – спросила тяжело вздыхающая Литлпип. — У вас ведь в подчинении клиринговая компания.

— Тут и до нас было намусорено, — ответил я, постучав по черепу на колу.

— Да я просто хуйнёй страдаю. Весёлые времена, а? – далее Пипка застонала необычно громко.

— Поражаюсь, как в такой маленькой единорожке помещается столько вагинальных жидкостей, — удивлённо сказала Селестия. — Я, будучи крупным аликорном, выражала свои «солнечные вспышки» не так мокро.

— Селестия святая, рогом в зад Луну ебущая, — ответила Литлпип, — завидуйте молча.

— Несколько завидую, сколько констатирую — при соотношении массы тела, количество выделяемой жидкости просто аномально.

— Мы вам не мешаем? – спросил я, при молчаливом одобрении остальных копытных.

— Нет – нисколько, — ответила стонущая Пипка. — Наоборот, после вас тут стало так тихо. Будете трупы считать?

— Я сейчас счёт на ещё одно увеличу.

— Ноги в руки взблёвыш. Я прямо перед тобой, за трупами всех этих матерей и отцов что ты убил.

— Заткни ебало.

— Или что? Получу в хлебало? Что ты мне сделаешь?

Решив не продолжать унизительные переговоры, подхожу к красной сфере защитного поля окружающего центр управления. Мне не впервой проходить через такого рода препятствия. Защитные пузыри аликорнов я лопал, словно мыльные, но этот выглядел слишком крупным, чтобы просто лопнуть после касания аномальной ауры. Тем не менее, другого решения не было. Копытные смотрели на меня взглядами полные надежд. Не желая их разочаровывать подхожу к сфере и, приготовив ауру, касаюсь копытцем защитного поля.

Плохо помню, что конкретно произошло, но это сопровождал громкий грохот со вспышкой. Я потерял сознание и, очнувшись в окружении дружественных копытных, увидел, как Лира охлаждающим спреем обрабатывает мне ожог на правой передней ноге.

Защитное поле оказалось непреодолимо. Мне говорили, что тот пузырь окружающий центр управления – нечто большее, чем сгусток магической энергии. Щит аликорна – по сути просто магическое поле сила которого равна магической силе колдующего данное заклинание. Щит что окружает центр управления – шедевр магии и науки. Он как слоёный пирог из различных защитных заклинаний, между которыми проходит электрическое поле; питаемый душой Селестии. Заклинания я преодолел, но не электричество. С другой стороны – ещё легко отделался.

В далёком прошлом пони из Анклава уже пытались преодолеть барьер, используя найденные останки Рейнбоу Дэш. Заклятия не должны были действовать на эту радужную министерку и «Благородных Сестёр» так что в теории пегаска держащая отрезанную голову Дэш должна была пройти. План полностью провалился – голова прошла, а вот всё остальное, получив разряд, прожарилось до румяной корочки. Неужели Селестия питая защитное поле, ослабила разряд? Как бы то ни было но, судя по исходящему от меня дыму, разряд всё равно был сильный. Чтобы его преодолеть мне понадобиться резиновый костюм, но такого у нас не было да и наряжаться в «контрацептив» я не хотел. Нужно как-то убедить Пипку с Селестией ослабить защитное поле, и я был уверен – они так могут. Спайк мертв, а значит — никакой телепортации через зелёное пламя, но Вельвет ведь как-то собиралась к ним пройти. Красноречие – не моя сильная сторона, но других вариантов нет. Взяв у одного из наших пони гарнитуру (та что была сгорела) я собирался продолжить переговоры, но Литлпип меня опередила.

— Ты бы себя видел! Выглядел как нарик херов!

— Меня разрядом отбросило.

— Отбросило разрядом с видом херова нарика.

— Неважно как это было, рано или поздно мы найдём способ.

— С удовольствием на это посмотрю. У меня тут большой запас скотча, вискаря, стимуляторов и самотыков всех форм и размеров. С этим смотреть, как вы будете долбиться в защитное поле будет гораздо приятней.

— Чего не сказать о моменте, когда мы прорвёмся.

— Тогда я погибну, как и мечтала – в бою.

— Тебе необязательно погибать. Покойная Вельвет Ремеди хотела обойтись без жертв, в том числе и твоей. Может это странно звучит, но мы были друзьями, путь даже наша дружба была очень короткой.

— Красиво звучит. Может перед смертью она назначила тебя своим преемником?

— Понимай как хочешь, но я хочу пройти через поле не для того чтобы тебя убить.

— Даже после того как я обрушила на тебя небеса ты не желаешь мне смерти?! Тогда зачем тебе так нужно со мной встретиться? Неужели… Мне кобылы нравятся, но была бы не прочь тебя выебать… А ты пришёл чтобы ёбнуть меня. После всего, что я сделала…. Не торопись, одуванчик. Я отдамся тебе, но после небольшой услуги. Я знаю, кто отдавал тебе приказы. Хомейдж ты тоже убил не по своей воле. Это крышеснос. Трикси. Эта синяя пизда. Эта некрофилка с хуем в башке. Это из-за неё всё началось. Это из-за неё ты в шкуре этого серого мерина.

— Трикси я давно простил. Мы подружились.

— Вот и убей её как друг. Пристрели или сломай ей шею, пусть она умрёт как Вельвет. Вельвет ведь умерла у тебя в копытах, сразу после того как вы подружились? Славная смерть. Трикси тоже достойна такого конца. Умереть в копытах друга. Того кого она любит. Я о таком и мечтать не могу. Можешь выебать её перед этим. Буду рада посмотреть.

— Нет!!!

— Какого хуя? Ты, обезьяна злоебучая! Делай, что мамка говорит!

— Тебе самой не смешно?

— Ох Грей, ты умрешь как откормленная свинья. Я вам конченым балбесам, давала достойную смерть. Возможность окончить свою никчёмную полную насилия жизнь. Без вас жополизов наш мир стал бы процветать!

— Твой мир был основан на страхе и лжи.

— Но это был мир! Уж прости, что он не зашёл твоему этическому комплексу, сестрёнка ПМС!

Что такое ПМС я, будучи не окончательно испорченным, не знал, хотя понял что это оскорбление. Жаль, что говорить приходилось именно с Пипкой, Селестия была куда более договороспособной но, похоже, после случая в министерстве морали разумный компьютер учёл возможность физического выключения. Тем не менее, план уговорить Пипку всё ещё актуален.

— Он и сейчас остаётся миром и имеет шанс на процветание. В нём найдётся место всем, даже мне и тебе. Но если ты так желаешь моей смерти, подари мне её. Ты ведь ещё с момента смерти Каламити желаешь на меня железнодорожный вагон сбросить, а после случая с Хомейдж вообще небеса обрушила. Мы ведь всё равно найдём способ пройти, только вместо меня одного тебе встретится объединённая армия СНС и ОФОТ. Что из этого хуже? Даю подсказку – во втором случае ты погибнешь без шанса мне отомстить. Однако Вельвет предлагала третий путь – никто не погибнет. Мы можем мирно встретиться и всё обсудить.

— А знаешь – я тебе верю. Увидев смерть «элемента доброты» ты действительно изменился. Стал впечатлительным, малыш? Хочешь, чтобы мамочка обняла и сказала что ты молодец?

— Побереги красноречие для личной встречи.

— Тебя я впущу Грей – хочешь зайти и посидеть у мамочки на коленях?

— Хватит!!! Мы можем всё решить!

— Нихуя. Нихуя ты не можешь. Но заходи, тебе понравиться то, что ты найдешь. Ты познакомишься со мной лично! Литлпип, рождённой из проспиртованной бледно-фиолетовой пизды её матери!

— Ты меня пропускаешь?

— Да пропускаю, — далее Пипка обратилась к Селестии: — Принцесса, ослабьте поле – так чтобы призрак мог пройти, не поджарившись, но не все остальные.

— Как вам будет угодно, — приятным голосом ответила Селестия, а потом обратилась ко мне:

— Это ошибка Грей. Всё что ты делал, было ошибкой.

— Я должен попробовать. Иначе нельзя.

— Ты обрекаешь наш мир.

— Ты его уже обрекла.

Селестия не стала продолжать спор, но ослабила защитное поле; с ярко-красного оно сменилось на более бледный оттенок. Я же с волнением подхожу к «пузырю» но тут Дарительница сказала нечто неожиданное:

— Принцесса, сделайте, как было!!!

Защитное поле вдруг снова становится ярко-красным а я смотря в сторону башни спрашиваю:

— Это сейчас что было?

— Попридержи свои девичьи порывы. Я не передумала, — ответила Литлпип, — и тебя впущу, но с одним условием – никакого оружия.

— Это — неравное условие, — ответил я, понимая, что Дарительница для своего револьвера всегда держит запас патронов.

— Грей, ты убил мою особенную пони, а без её ласк мне было очень тяжело. Встретившись, я тебе покажу, что бывает за неполученный оргазм. Мы славно поебёмся. Поверь – тебе понравиться, и для этого тебе нужен лишь один ствол.

Знакомое ощущение. Примерно тоже я испытывал стоя перед комнатой-сейфом с Вельвет. Тогда чёрная единорожка тоже потребовала избавиться от оружия, но при этом сама пошла на ту же уступку и не соврала – она действительно разрядила свой дробовик. Литлпип же – не элемент честности. Даже если она хочет со мной поебаться то после всё равно пристрелит. Идти к ней без оружия – самоубийство; шансы даже ни чуть выше нуля, а вообще нулевые. У Литлпип нет никаких моральных ограничений или кодекса чести как у зебр. Как я уже обсуждал с Лирой – Литлпип практикует ковбойские порядки. Честного боя не будет, меня пристрелят в ковбойской манере (https://youtu.be/wrYn3OdPIEo).

— Где же ты Грей. Поторопись к старой мамаше Литлпип. Утешь свою маленькую кобылку. Ты будешь первым ебуном кто войдёт в мою узкую щёлку.

— Не надо! – Трикси неожиданно вмешалась в наш диалог.

— Ревнуешь, некрофилка педрючая? – спросила Литлпип, но Трикси говорила не с ней.

— Она тебя убьет.

— Многие пытались, — ответил я, — и она тоже.

— С использованием погоды – не вживую. Ты не понимаешь – она в одиночку десятками убивала рейнджеров и пони из Анклава. Она меня «убивала» множеством способов. Рейдеры для неё вообще никогда не были угрозой.

— Я ценю твою заботу но…

— Это так мило, — Литлпип меня перебила. — Даже милее чем распутные школьницы. Эта синяя пизда боится, что после нашей встречи не сможет с тобой потрахаться, и знаешь что «Великая и Недотраханная Трикси» — правильно боишься. Я в бою хуёв не пинаю, но для «призрака» сделаю исключение. Я этого серого членососа так отымею, что запись нашей встречи будет столетия хитом возбуждающего видео в разделе «фатальный кунилингус».

В отличие от Литлпип я не был знатоком специфичной терминологии, однако то, как это звучало, мне не понравилось; не столько прокуренный голос, сколько слово «фатальный». Тем не менее, я уже сделал выбор. Если Литлпип хочет видеть, как перед встречей с ней я разоружаюсь, то придётся пойти на уступки.

Вначале бросаю свой СК, потом Тесак Гаудины, далее разгрузочный жилет с оставшимися гранатами, ножом и пистолетом.

— Я готов, — сказал в гарнитуру. — Оружия нет.

— Сними жилет, и шлем, — добавила Литлпип.

— Это ещё зачем?

— Ты носишь жилет из кожи убитого мной дракона. Сколько раз я спасала тебе жизнь? – счёт будет огромным. — Вид этой чешуйчатой шкуры вызывает у меня дурные воспоминания, а чтобы вылизать мне пизду шлем тебе будет только мешать. Делай, как мамка говорит!

Нехотя я подчинился, хотя снимая шлем, и броник изобразил на физиономии выражение неприязни.

— Это так приятно – смотреть, как ты раздеваешься. А теперь комбинезон.

— Нет!!!

— Не пизди и покажи всем свой зад без метки!

— Он этого не сделает, — сказала неожиданно вмешавшаяся Селестия. — В культуре его мира одежда такой же обязательный атрибут как для нас магия.

— Тогда какого хуя он в башне Тенпони ходил не скрывая свою серую шкуру? – спросила Дарительница.

— Он был под воздействием заклинания переноса сознания, отчего действовал неадекватно, — пояснила Селестия. — Он убил Хомейдж используя тостер, кто знает, какие ещё условия поставила Трикси.

Трикси от упоминания Селестией своего имени стыдливо опустила морду и уши. Литлпип же немного простонав продолжила:

— Ладно, комбинезон можешь оставить, всё равно при нашей встрече он не уцелеет, а теперь выворачивай карманы и можешь проходить.

— Карманы пусты, — ответил я. — Неудобно в них что-то держать и носить при этом бронежилет.

— Выворачивай давай. Не хочу чтобы протащив опасную бритву или ещё какую-то мелочь ты всё испортил.

— Я призрак, а не гоблин, и у меня нет мании собирать мелочь.

Ответив я далее подчинился и действительно вывернул все карманы, показывая, что они абсолютно пусты при этом, мысленно надеясь, что Лира поняла намёк. При встречи с Вельвет единорожка тайно передала полосатому гулю свой пистолет, сейчас я хотел, чтобы она сделала тоже самое, но уже со мной. Упоминание слова гоблин она не могла не заметить, тем не менее заправив карманы я не чувствовал чтобы один из них хоть немного потяжелел. Я уже успел разочароваться, но тут Лира вставила своё слово:

— Ты всё ещё можешь отказаться.

— Ты ведь понимаешь что на самом деле нет?

— Понимаю, но и ты пойми – ты идёшь умирать. Тебя встретит сама «Дарительница Света» — последний герой пустоши. Даже я не решалась встречаться с ней лично.

— Всё понимаю.

— Тогда и ты пойми, — далее Лира вдруг бросилась на меня с крепкими объятиями. — Я никогда тебя не забуду! После Бон Бон ты для меня останешься самым дорогим в этом мире!

— А для меня первым и единственным, — сказала Беатрикс и тоже присоединилась к обнимашкам.

Обниматься с копытными мне не очень нравилось, но обнимашки – не тот жест взаимных симпатий, которого я не понимал. На Земле такое тоже практикуют, причём и в моё время; пусть даже объятия придумали для того чтобы воткнуть нож в спину. В конце концов, я сейчас с кобылами не целовался (хотя с Трикси не только целовался, но и пузом к пузу тёрся). Правда, обниматься с гулифицированной было немного неприятно, но это мелочь – её облезлая морда жутковата, но пределах нормы. Больше меня волновало другое – Лира, как и все пони, любит обнимашки, но не настолько, чтобы проявлять эмоции так в открытую. То, что я для неё на втором месте после её покойной особенной пони, было слишком сильным заявлением. А то что, обнимаясь, она, прикрываясь телом и крыльями Беатрикс незаметно лезет мне в карманы было приятно, но не в похотливом смысле. Лира меня правильно поняла.

Карманы моего комбинезона вдруг потяжелели от небольших металлических предметов. Самый крупный из них был размерами с VHS кассету, в котором я опознал собранный мной складной пистолет-пулемёт «Гоблин». Предметы поменьше опознал как запасные магазины. Я был этому так рад, что сам казалось без всякого наигрывания, в ответ обнял Лиру и прикрывающую меня Трикси. Сработает план или нет, но я был им по-настоящему благодарен, а ведь попытка пронести оружие действительно могла не сработать.

Пускай я носил редкий бронежилет из драконьей кожи, с разгрузкой поверх, но на самой шкуре у меня был самый обыкновенный рабочий комбинезон. Даже скромный шеврон зонтика его не выделял – это была обычная одежда. Как и всякая рабочая одежда, мой комбинезон не был обтягивающим, и содержал множество карманов и петель для различного инструмента. Некоторые из этих карманов сейчас заметно потяжелели, и я очень надеялся, что мой бледно-зелёный комбинезон был достаточно мешковат, чтобы за складками скрыть, что карманы вовсе не пусты.

Далее понимая, что слишком долгие объятия могут выглядеть подозрительно, кивком показываю копытным что хватит. Обойдя аликорна медленно иду к силовому полю надеясь, что меня не раскроют. Литлпип молчит, сфера побледнела – план работает. С волнением создаю ауру, закрываю глаза и прислоняюсь к барьеру. Током не ударило, а копытце прошло через пузырь. Далее зажмурившись, прохожу сам с ощущением сильного жжения по всему телу и обнаруживаю себя за пределами сферы. Оборачиваюсь и замечаю, что копытные теперь смотрят на меня как на смертника – со страхом и сочувствием. Некоторые из них что-то мне кричали, но силовое поле не пропускало звук а, вновь покраснев, оно и для меня стало непроходимым. Теперь есть лишь один путь – в обитель Дарительницы Света; той кого я когда-то сравнивал с Люцифером.

Нет сомнений, что она попытается меня убить при первой возможности, но я не должен, действовать на опережение. Может это странно звучит, но я тогда думал о Вельвет, которая не хотела, чтобы Литлпип (та к кому она относилась как к дочери) погибла. Я должен хотя бы попытаться мирно решить наш «конфликт», а также быть внимательным. Никакого выбивания дверей с пушкой наизготовку; к тому же, если Литлпип не знает что я вооружен, то для неё это будет неприятным сюрпризом. Самому бы не попасться в устроенный ей «сюрприз», а ведь она не могла не подготовиться к моему приходу.

Смотря под ноги с осторожностью подхожу к металлическому полусферическому сооружению и с удивлением замечаю, что дверь открыта. Либо Литлпип специально её открыла, либо Селестия заходя в комплекс, забыла её за собой запереть. Как бы то ни было, но дверь была открыта и никаких растяжек я не увидел. Захожу в металлическое помещение и замечаю что планировка центра управления, удивительно похожа на планировку комнаты-сейфа в Новом Кантерлоте – такой же «тамбур» и такая же дверь-шестерня в конце. Помимо собственно «шестерни» в помещении перед ней стояла консоль с буквенно-цифровой клавиатурой, а также камеры в углах помещения, что смотрели на меня своими объективами. Помня, что такие консоли оснащены интеркомом подхожу к ней и, найдя искомую кнопку далее, смотря в камеру, начинаю диалог.

— Я здесь без оружия, как ты и просила. Может наши отношения враждебны, но поверь — я пришёл с миром. Открой дверь, и мы мирно всё обсудим.

— Это вряд ли, — ответила Литлпип.

— Это ещё что?! У нас был уговор! Открой эту хуйню!

— Система безопасности придурок. Этот комплекс не просто так называют «Проектом Одного Пегаса». После того как Селестия проникла в центр управления сработала система блокирующая проникновение посторонних или их попытку сбежать. Я смогла проникнуть, используя магию дракона, тебе же понадобиться специальный код, который знали только Рейнбоу Дэш, Селестия с Луной, а теперь и я. Стой у консоли, я продиктую код! Готов?

— Давай, — ответил я, стоя перед консолью.

— Нажми красную кнопку, чтобы активировать консоль, — сказала Дарительница.

— Готово, — сказал я, нажав на кнопку.

— Введи следующий код: U, R, A, D, U, M, B, T, I, T — "Я, Т, У, П, К, А, К, Х, Е, Р" — и ввод для подтверждения.

После нажатия ввода свет вдруг резко погас, оставив лишь тусклую красную лампу. Металлическая дверь позади громко захлопнулась, после чего послышался лязг запорных механизмов. Я понял, что произошло и, поражаясь собственной тупости лишь со злобой, уставился в камеру. Литлпип же быстро нашла что сказать.

— Ну что. Тебе мудозвону опять задний проход прочистили. Ты только что сам «вырыл» для себя могилу. Введя неверный код ты активировал систему безопасности, а также отослал запрос в Кантерлот и «Министерство Крутости», но мы ведь знаем что он не найдёт адресата.

— Уёбина!!!

— Придется подождать пока ты сдохнешь, но у меня есть набор самотыков, десяток бутылок скотча и наркота на любой вкус. Это будет приятное зрелище. Жаль, что мы не потрахаемся, но остаток своей жизни ты будешь слушать мои кульминации. Я не лишена сострадания, так что обеспечу тебя звуками своей любви, а также по мере возможностей, быстрой смертью. У меня есть доступ к вентиляционной системе, которую я уже перекрыла. По моим расчётам, воздуха у тебя хватит на трое суток, может меньше. Всё зависит от тебя, так что советую дышать почаще.

— Я найду выход!

— Сомневаюсь! – посмеиваясь, ответила Литлпип, а после продолжила в той же манере:

— Жаль, что Ксенит мертва. Мы с Хомейдж грезили о групповухе втроём. Ксенит не лесбиянка, но по случаю твоей кончины она бы согласилась сменить ориентацию. Мы бы славно пососались. Я бы была её визжалкой. Наша любовь растянулась бы на годы. Ты же без воды и с отключенной вентиляцией больше трёх дней не протянешь. Потрать это время с пользой и покайся за всех убитых или хер передёрни, а лучше и то и то. С интересом посмотрю. Удачи, жопоёб!

## Последние герои (часть третья)

«Дурак! Дурак! Дурак!» — более подходящего слова для собственной характеристики я не мог подобрать. Самое неприятное даже не в том, что я попался в ловушку Литлпип, а то, что я это предвидел и всё равно попался. Нет – на что я надеялся? Что Дарительница окажется честной, и мы действительно мирно проведём переговоры (после чего поебёмся)? Отем много раз рассказывал о честности Литлпип и своей ошибке, когда в неё поверил. Я помнил эти рассказы, иначе не пошёл бы на встречу с Литлпип хоть с оружием хоть без, но в моей ситуации оружие годится лишь для самоубийства. «Ствол М9, дрожит в руке, застыл палец на курке» — не мой метод, да и местные пистолетные патроны не 9 а 10 мм. Нужно найти выход.

От идеи сильнее разозлить Мелкопипку, напомнив той о Хомэйдж, Каламити и прочих её друзьях, отказался. Пипка меня очень сильно ненавидит, причём настолько, что пыталась меня убить, используя климатическое оружие, но не настолько, чтобы быть ослеплённой яростью. Глупо думать, что от ярости она откроет дверь и попытается расправиться со мной лично. Она хочет моей смерти и не обязательно от собственных «рук». Это Ксенит с Сефир следовали своему кодексу зебр, в котором последнего довоенного полосатика и меня нужно было убить в ближнем бою, у Литлпип нет таких ограничений. С другой стороны, если я погибну от недостатка воздуха в устроенной ей ловушке, то она всё равно с полным правом может считать себя убийцей «призрака».

Литлпип дала мне трое суток, но это очень оптимистичный прогноз. Человек без воздуха может прожить три минуты. Для копытных это правило тоже справедливо, однако я будучи «призраком» куда более живуч, и парадокс – могу дольше продержаться без еды, воды и воздуха. Копытные, которые проводили на мне опыты на Мстителе (бывшем Громовержце) не дадут соврать. Повышенная регенерация при меньшей зависимости от пищи и воздуха противоречит логике, но это иной мир; в нём всё похоже и всё не так. Но трое суток… Чтобы продержаться так долго я должен лежать неподвижно экономя кислород, но просто дожидаться смерти – не в моём стиле. Пускай воздух кончится раньше, но я должен попытаться найти выход. Именно это я и делал, осматривая стены на радость стонущей Пипке и любопытной Селестии.

— Ищешь слабые места в стенах? – до чего же голос Селестии приятен, но не настолько, чтобы радоваться, зная, что будешь его слышать перед смертью. — Ты их не найдешь. Толщина стен внешнего корпуса — три дюйма. Внутреннего… Ты ведь знаешь, какой толщины эта дверь-шестерня? Стены, которые ты осматриваешь, не рассчитаны на мегазаклинание, но они тоже бронированы. Буду удивлена если ты их сможешь хотя бы поцарапать.

«Нашёл!» — мысленно сказал я, найдя вентиляционную решётку. Далее встаю на дыбы и использую ауру, откручиваю болты.

— Членосос, ты что задумал?! – крикнула Пипка, отвлёкшись от самоудовлетворения. — Поняла, — теперь её голос стал менее напряжён, — хочешь пролезть через вентиляцию. Ты точно лоботомит! Да даже я не смогу протиснуться в эту щель!

— Надо попытаться, — ответил я. — У меня ещё есть шанс проникнуть в центр управления, убить тебя к хуям, исполнить план Вельвет и вернуться в свой мир! Я найду выход! Я нашёл…

— Узкую вентиляционную шахту, — сказала Селестия.

— На этом месте должна быть какая-нибудь весёлая шутка! – посмеиваясь, добавила Дарительница, смотря как я, подтянувшись, наглядно убедился, что в вентиляцию мне не пролезть. Киношное клише с вентиляционными шахтами под размер человека, в этом мире невозможно. Для мелких пони – аналогично.

— Это не шутка, — грустно сказала Селестия. — Это просто конец пути. Неизбежный конец.

— Похуй! – ответил я и тут же себя упрекнул. Нехорошо отвечать такими словами Селестии.

— Для тебя это справедливый конец, — Селестия не прекращала философствовать. — Уверенна, ты бы предпочёл умереть спокойно, а не бешено отбрыкиваясь от судьбы.

— Ох ебать переебать Грей! – как же я тогда ненавидел прокуренный голос Мелкопипки. — Видел бы ты своих друзей! Я прокрутила им запись того как ты попался, так они все кипятком зассали. Отем сейчас летает вокруг купола надеясь найти несуществующее слабое место. Твой разлагающийся полосатый друг начал рыть землю не зная, что силовое поле проходит и через грунт. Эта хероголовая в толстовке начала заклинанием музыки тебе за упокой играть, — и действительно, речь Литлпип звучала на фоне печальной мелодии (https://youtu.be/wp6QpMWaKpE). — А Трикси… Эта синяя некрофилка сейчас пытается пробить силовое поле. Хотя нет – уже не пытается. Теперь она легла разрыдавшись. Скоро под ней будет солидная лужа.

— Правда??? – я искренне удивился. — Не ожидал. Просто… Не думал что они действительно будут по мне скорбеть. Я тронут.

— Да тебе то что, мелкочлен? В другом мире ты уже подыхал.

— Трикси полюбила меня не за мелкий член, с другими копытными отношения были далеки от дружеских, а в другом мире обо мне точно не скучают.

— Тогда ты должен быть благодарен нашему миру, — заметила Селестия. — Ты нашёл здесь друзей и любовь, так почему бы… — голос Селестии прервал треск помех.

— Что за хуйня?! – крикнула Мелкопипка.

— Не понимаю, — ответила Селестия. — Что-то с защитным полем.

— Оно пробито?

— Нет. Не в привычном смысле. Мои системы ощутили неизвестную аномалию.

— Что значит неизвестную?

— Что-то прошло через защитное поле, но, не разрушив его структуру.

— Трикси! Блядская Чёрная Книга! – высказала свою догадку Литлпип но потом опомнилась. — Нет. Она всё ещё лежит в луже из собственных слёз.

Честно говоря, я вообще не втуплял что происходит, но посчитал, что ситуацией нужно воспользоваться.

— Думали я пошёл к вам, не подготовив запасной план? — сказал я, злобно смотря в камеру. — Вы ошибались. Вам попался не тот призрак. Если я берусь за дело…

«Пиши пропало» — сказал Дискорд у меня в мыслях.

«Дискорд – бог из машины!» — так радостно в мыслях я поприветствовал духа хаоса; то, что этот козломордый с голосом педофила копошиться у меня в мыслях не особо возмущало.

«Я что, по-твоему — козломордый червяк?! Стены и силовое поле экранируют радиосигнал, да и вообще любые обычные магические или физические проявления, но не магию хаоса».

«Как же я рад тебя слышать»

«Хотел бы сказать: взаимно, но это будет ложь. Из-за тебя погибла Флаттершай, так что, помогая тебе приходится выбирать между моральным удовлетворением и изначальным планом».

«Ты решил помочь, иначе бы не стал выходить на связь».

«Конечно помогу. Как вижу, происходит что-то новенькое. Не помню, чтобы тебя пытались похоронить заживо. Ты тут штанишки не обмочил?»

«Нет, всё сухо, а вот радости полные штаны».

«Твой эмоциональный фон – сплошной страх».

«Людям часто бывает страшно, я не настолько гордый, чтобы это отрицать».

— Почему он замолчал?! – спросила Литлпип.

— Понятия не имею, — ответила Селестия, — меня больше заботит аномалия.

— Она ведь не разрушит силовое поле?

— Нет, конечно. Его питает моя душа. Его невозможно разрушить.

— Тогда хватит пизду тереть, и скажи что происходит!

— Во-первых: я заточена в компьютере, но уверяю – даже будучи в живом теле вид твоего самоудовлетворения меня бы не возбудил. Во-вторых: он о чем-то задумался. Лоботомия нашему призраку, снизила умственную деятельность, но не настолько, чтобы удивляться его задумчивому виду.

Для меня диалог Селестии с Дарительницей проходил в «фоновом режиме». Всё внимание приковал Дискорд.

«Слушай очень внимательно. Ты привык решать проблемы либо грубой силой, либо, ища лазейки, но теперь так не получиться. Селестия не врала, говоря о прочности стен, а размеры вентиляционных шахт ты уже видел. Выбраться отсюда можешь только как все нормальные люди – через дверь».

«Понял – если не можешь найти выход, ищи вход».

«Нет! Ты должен открыть дверь-шестерню».

«Она заблокирована изнутри и вряд ли Селестия с Литлпип будут достаточно любезны открыв её мне».

«Не будут, но это и ненужно. Рейнбоу Дэш не была дурой, и понимала, что её экстремальный образ жизни с постоянными ударами и падениями не способствует хорошей памяти. Поняв, что десятизначный код, являющийся хаотичным набором букв и цифр, она может забыть, Дэш распорядилась о создании возможности введения резервного более короткого кода специально для неё. Активировать этот код можно прямо с этой консоли. Введи цифры – 1, 9, 8, 4.»

Подбежав к консоли, быстро набрал простой четырёхзначный код, и ввод, но ничего не сработало. Однако Литлпип мои действия сильно взволновали.

— Что он сделал?!

— Ввёл резервный код открытия, который я недавно сменила. И откуда он его узнал?.. Неужели вам попался шар памяти с воспоминаниями Рейнбоу Дэш?

Я не стал отвечать, тем более что меня бы всё равно перебили.

— Принцесса, отключите энергию от консоли, — приказала Литлпип.

— Невозможно, — ответила Селестия. — Рейнбоу Дэш страдала лёгкой формой клаустрофобии и очень боялась оказаться в ситуации нашего призрака, так что источник питания консоли не управляется с главного терминала и дублируется».

— Тогда я перережу кабели, — сказала Мелкопипка.

— Кабели в толстой оплётке за бронестенами. Не забывай – этот комплекс рассчитан на удар мегазаклинания.

— Блядь! Солнцекрупая пизда! Ты хоть чем-то можешь управлять?!

— Коммуникациями, силовым полем, системой безопасности. Ты ведь должна помнить.

— Да — помню! Погасите освещение в помещении. Да не здесь, а у Грея! Посмотрим, как он будет нажимать на кнопки копытами на ощупь.

«Посмотрим». Вряд ли Литлпип через камеры что-то увидит, но её решение было простым и логичным. Когда погас свет паршивая ситуация стала ещё паршивей. Положение как всегда спас «бог из машины». Спустя пять секунд абсолютной темноты я начал различать очертания помещения потом «вспышка» и…

«Всё пожелтело» — сказал я Дискорду, смотря на мир, будто через жёлтые очки.

«Я позволил тебе взглянуть на мир своими глазами. Ты ведь просил об этом».

«Нет. Я об этом не просил» .

«Мог бы поблагодарить. Я дал тебе возможность видеть в темноте».

«Благодарю, только почему-то твой хаоситский ПНВ (Прибор Ночного Видения) имеет странный цветовой спектр. Я привык, когда ПНВ показывают мир в зелёном, красном, а лучше сером цвете».

«Белок моих глаз жёлтый не только из-за проблем с печенью».

«Понятно. Давай сменим тему. Код не подошёл. Селестия говорила, что его сменила».

«Значит не всё потеряно. Резервный код нельзя отменить – только сменить. Надеюсь, принцесса не догадается начать его менять каждые полминуты. Покажи консоль».

«Что?»

«Посмотри на консоль».

Я уставился на буквенно-цифровую панель.

«Так. Код – 5, 9, 8, 4.»

После того как я ввёл цифры на стене тут же зажглась жёлтая мигалка, Дискорд добавил: «Вот и тревога», а я преисполненный радостного предвкушения уставился на дверь-шестерню.

— Что происходит?! – ярость Мелкопипки была сравнима лишь с её удивлением. — Как это возможно?!

Ярость Литлпип для меня была, как бальзам на душу но, к сожалению, моя радость была недолгой. Несколько секунд и сирена стихла.

— Призрак как то узнал новый код и ввёл его через консоль, — сказала Селестия.

— Это невозможно! – заметила Литлпип.

— Но это произошло. Чтобы остановить открытие двери мне пришлось снова сменить код, но если он как-то узнал предыдущий, то узнает и этот.

Далее Селестия обратилась напрямую ко мне:

— Неужели твоя магия призрака позволяет видеть через стены?

— Ничего не вижу! Я оглох! – ответил я.

— Более неубедительной лжи и представить нельзя, — заметила Селестия. — Даже Эплджек была бы убедительней. Однако неумение врать ты компенсируешь способностями призрака. Возможность видеть через стены — поистине уникальная особенность. Я думала так может только моя мать.

— Она тоже была призраком-лоботомитом? – спросила Мелкопипка.

— Литлпип! Фауст тебя раздери, проявляй хоть немного уважения!

Приятный голос Селестии на повышенных тонах был так непривычен, но всё равно речь запертого в компьютере белого аликорна была для меня как музыка. Очень приятная музыка, но не настолько чтобы слушать её перед смертью.

Формально Селестия сейчас скорее машина, чем живое существо, однако она сохранила способность испытывать эмоции и, судя по тому, что сказала Литтлпип, Селестия болезненно воспринимает оскорбления в адрес «Чернильницы». Я решил использовать этот момент.

— Это был летаргический вопрос, — сказал я, а потом схватился за голову думая про Дискорда нечто непечатное. Козломордый же хохотал прямо у меня в мыслях. Заставить меня оговориться — столь примитивная шутка ему показалась забавной.

— Летаргический? – удивлённо заметила Селестия, а после продолжила наигранно сочувствующим тоном: — Ох Грей, как ты выжил после лоботомии? Показался врачу бы.

— Уже показался. У меня скоро такая справка будет все охренеете.

Не знаю, как Дискорд это делает, но могу поклясться – это были не мои мысли. Тем не менее, я не сопротивлялся. Дискорд – мой единственный шанс выжить. Пытался он таким способом обмануть Селестию с Литлпип что я настолько туп что не представляю опасности, или такой псих с которым лучше не связываться, а может (более вероятно) просто развлекался, но если такая «тактика» заставит Литлпип открыть дверь то небольшое унижение – небольшая цена.

— Показался? Справка? – Селестия была всё ещё удивлена. — Сегодня ты какой-то странный. Даже больше чем обычно.

— Нет, я всегда нормальный.

— В другом мире ты тоже был «нормальным».

— Ясен Красин. Я тебе не оригохрен и в другом мире герои от меня тоже по балде получали.

— Как всё запущено. И как тебя угораздило…

— Родиться?! – сказала перебившая Селестию Мелкопипка.

— Вот у меня к тебе тот же вопрос, — ответил я.

— По залёту! – гневно ответила Дарительница. — Моя мать страдала от алкоголизма и ради пойла была готова отдать что угодно, хоть собственное тело! Доволен?! – с учётом сказанного Пипкой про мать Селестии её краткий пересказ про «страдания» звучал лицемерно.

— Это из-за бухания твоей мамаши при беременности, у тебя мозги набекрень пошли?

— Да уёбок! Если ты внимательно читал мою книгу, то должен знать о связи между зависимостью родителей и пристрастия к наркотикам их потомства! Я осуждаю наркоманию, и множество раз бросала это пристрастие, но порой наркотики необходимы!

— Как и ласки Хомейдж, которых я тебя лишил.

— Иди нахуй! Я тебе кишки через глотку вытащу!!!

— Сколько эмоций из-за дохлой проститутки.

— Она была голосом правды!!! Она была элементом честности!

— Что не мешало ей с тобой лобызаться. А может не только с тобой?

— Думаешь, она от хорошей жизни увлеклась проституцией?!

— Лучше б ты тоже увлеклась.

— А я увлекалась! За свои недолгие похождения по «Эквестрийской пустоши» я убила больше пони, чем ты и твои друзья вместе взятые! Думаешь после такого было легко снять стресс?!! Думаешь, у меня был другой выход?!!

— Ну, ты у нас заднепроходная, так что пожалуй нет.

— Именно!.. – тут Пипка задумалась. — Что происходит?! Что я говорю?! Как ты это сделал?!

— Что сделал?

— Хорош компенсировать мне мозги! Как ты заставил меня говорить эту хуйню?!

Я не знал, что ответить, так что после молчаливой паузы, Литлпип обратилась к Селестии:

— Призрак может через речь влиять на разум собеседника?

— Впервые такое слышу, — ответила Селестия. — Моя мать могла контролировать мысли любого существа, но для этого ей необязательно было с ним говорить. Не надо всё сваливать на призрака. Просто ты утомилась после десятков мокрых кончаний, да и стимуляторы имеют не только положительный эффект.

Далее между Селестией и Мелкопипкой начался не имеющий смысла диалог, в котором одна (Литлпип) обвиняла мать (Лорен) другой во всех бедах, в то время как вторая (Селестия) просила «немного самоконтроля и уважения». Я это не слушал, так как Дискорд сказал новый код. После его введения механизм двери начал действовать, но через несколько секунд вновь затих. Потом ещё один код, ещё и ещё. Дверь не открылась но «шестерня» успела выйти из дверного проёма оставив неширокую, но достаточную для того чтобы пролезть щель. Однако лезть неё я не стал, только осторожно высунул голову. Выстрел произошёл уже после того как я начал «прятаться» так что хедшота удалось избежать. Парадокс, но возможная пуля в голову была для меня не самым неприятным. В тот момент мне захотелось закрыть дверь-шестерню, быть похороненным заживо, да что угодно лишь бы не нюхать запах сочащийся из помещения. Судя по всему, любвеобильность Пипки проявлялась не только в её способности часто мокро кончать, но и в более концентрированном запахе жидкостей. «Ароматный душок» был непередаваем, а фактор закрытого помещения ситуацию не улучшал. Учуяв запах мелкой копытной, морду я убрал практически рефлекторно.

— Ну что же Грей, вернись, — снисходительно сказала Литлпип. Теперь её прокуренный голос из консоли дублировался живой речью. — Ты хорошо смотрелся в перекрестье.

— Я пришёл для переговоров, а не сведения счётов, — прикрывая ноздри, ответил я. — Вельвет Ремеди не хотела, чтобы кто-то из нас погиб. Мы всё ещё можем решить конфликт мирно – путём переговоров.

— Я готова говорить, — ответила Дарительница, — но при условии, что буду видеть морду собеседника. Будь любезен, хватит прятаться.

— Кодовая фраза давно неактуальна.

— Никаких кодовых фраз – я просто вежливо попросила.

— Я серьёзен! Вместе мы можем закончить этот конфликт!

— Тут я с тобой согласна. Хватит прятаться. Выходи и мы кончим вместе.

— Звучало двусмысленно. Ты на что намекаешь?

— Не намекаю и очень даже односмысленно. Давай же, выйди и порви мою узкую девственную понипизду.

— Ага, свою миниатюру тебе… Тютелька в Мелкопипочку, — мой сарказм.

— Ты убил Хомейдж – мою любовь, ту кто своими ласками не давала мне впасть в пучину безумия. Ты должен не только понести наказание за её смерть, но и вернуть мне недополученные оргазмы. Ох, я не буду с тобой нежной.

— Тебе лечиться надо и не только не по Фрейду. Русский врач тут не поможет; при том, что я вообще не врач.

— Ты тот, кто должен возместить мне любовь.

— Ты же любительница однополых отношений.

— Любовь есть любовь, давай кончим вместе. Любовь — это свобода, она длиться вечно. Свободная любовь – моя конституция. Грядет сексуальная революция, — знакомые слова этой песни — мерзки даже без учёта прокуренного голоса Литлпип.

— Я – лоботомит, но нож вошёл не настолько глубоко мне в мозг, и уж точно я не собираюсь входить в твою щёлку.

— Стоило попытаться. Ты псих, а психи почти всегда придурки.

— Я — не псих. Я в жёстком адеквате.

— И это из-за «адеквата» ты решил, что сможешь со мной помириться?

— Ремеди считала, что это возможно.

— Ремеди – добрая, но неглупая пони. Она не могла так считать.

— Иди ты напрочь! Это был следственный экскремент!

— Так давай в качестве «следственного экскремента» мы проведём бурную-жаркую ночь. Ты не представляешь, как я этого жду. Даже просто разговаривая с тобой, я истекаю любовными соками.

— Пердолится с тобой не стану, да и разговаривать напрямую тоже.

— Ну что же ты Грей, забыл свою дружбу с несчастной Вельвет?

Упоминание Пипкой Вельвет меня неслабо задело.

— Так! Это была последняя капля!

— Мозга что ли? – сказала перебившая меня Селестия.

— Чё?!!

— Ни чё. Неужели ты думал, что я буду, смотря на вас, просто молчать?

— Молчание – золото, — заметил я.

— В нашем мире золото не такой уж и ценный металл.

— Но молчание всё равно равноценно. Так что сделай дефрагментацию или продолжай в мочалку играть.

Параллельно диалогам, вывернув свои карманы, разложил то, что передала мне Лира – самодельный пистолет-пулемёт «Гоблин» (https://topwar.ru/uploads/posts/2018-04/1522973317_63577_original.jpg) и аж четыре магазина к нему; причём один с наклеенной синей изолентой, что указывало на наличие «кровяных пуль». Литлпип не умеет ставить магический щит, так что наличие специальных боеприпасов было необязательно, но мысленно я лишний раз поблагодарил Лиру за её предусмотрительность, причём не только её. Помимо складного пп и боеприпасов на металлическом полу лежали две дымовые шашки. Лира не любительница скрываться в дыму (хотя использует подковы источающие усыпляющий газ) так что у меня был только один подозреваемый. Трикси! Как я был ей благодарен. Честно – в тот момент хотелось её расцеловать; Лиру тоже, даже с учетом, что она гуль.

Теперь уже Литлпип была в невыигрышном положении. Не помню блика прицела но, судя по звуку, стреляла она из своего знаменитого охотничьего револьвера с оптикой; Малый Макинтош называется. По мне: установка оптики на короткоствол – хрень во всех смыслах этого слова. Но этот мир создан искусственно и пережил Апокалипсис, так что не нужно удивляться сходствам с художественными произведениями иного мира, в том числе и вторым фильмом про Безумного Маркса (https://youtu.be/wNzfgl_H5vA?t=159). В фильме таким оружием пользовался извращенец в хоккейной маске, в этом мире – извращенка с дрелью во лбу. Вот только в том что в закрытом помещении оптика будет только мешать, а комментарий Дарительницы насчёт того как я хорошо смотрюсь в перекрестье показывал — она не сняла прицел. На этом фоне моё оружие для ситуации просто идеально – пп созданный специально для боя на небольших дистанциях (https://topwar.ru/uploads/posts/2018-04/1522973346_63922_original.jpg) и дымовые шашки. Нужно напустить побольше дыма протиснуться в щель, надеясь, что Пипка не заметит или не попадет, а дальше дело техники. В кои-то веки преимущество на моей стороне. Это было непривычно, но приятно, так что на волне хорошего настроения я продолжил диалог, надеясь спровоцировать Литлпип на ошибки:

— Вот что хочу сказать Литлпип – у тебя был шанс. Мы могли решить вопросы миром.

— Ебануться — горы гнуться! Призрак-лоботомит только сейчас понял, что я не собиралась с ним ебаться!

— Я хотел поступить, так как бы хотела покойная Вельвет Ремеди – оставить тебя в живых. И представь себе – у меня нет к тебе какой-то особой ненависти.

— Но если тебе вырезали не весь мозг, то ты должен понимать, почему я тебя ненавижу.

— Понимаю, но ради мира был готов сделать вид, что забыл, как ты обрушила на меня небеса, натравила Общество Сумерек с их солнечным лазером, пыталась расстрелять, а после раздавить танком. Это было в прошлом, и когда я вошёл в помещение на тебя распространялась перезумпация невиности. То есть – презумпция невиновности.

— Я не невинна, а презумпацию я изрыгаю, то есть отрицаю… Блять – чё за хуйня???

— И после таких слов ты ещё указываешь на мою лоботомию.

— В прошлом я наглоталась розового дыма в Кантерлоте, и пережила то что ты бы не пережил ни в той ни в другой жизни!

— Во второй жизни я пережил достаточно и смог сделать то, что ты не смогла.

— Кончить больше трёх десятков раз подряд?

— Поднять восстание в Филлидельфии.

— Нихуя не достижение! Я была в городе в статусе раба, как и большинство его жителей! Ты же действовал в городе свободных пони!

— Пони бы с тобой не согласились, да и наёмники тоже.

— Они небыли рабами! Эти пиздохуи не знали и не знают что такое настоящая свобода!

— Значит, признаешь – я сделал то, что ты не смогла – заставил рабов восстать.

— Нет!!! Мятежи были и до тебя! Какие-то страдающие от недотраха любители сильных шахматных ощущений устроили мятеж за несколько дней перед твоим прибытием в город!

— Их поражение только подчёркивает моё достижение! Я поднял копытных на восстание. Сделал то, что ты не смогла. Очень скоро такие мятежи вспыхнут по всему вашему липиздричному миру.

— А вот тут ты ошибаешься, — Селестия опять вмешалась в разговор. — Ты смог устроить мятеж лишь при поддержке клиринговой компании, и то он мог провалиться, не говоря уже о том, как и как долго ты его готовил. Пока зрел мятеж, сколько унитазов ты вычистил?

— Завидуй молча, — ответил я, — это был успех, причём достигнутый максимально бескровным способом. Я действовал больше словом чем оружием. И не нужно во всём меня винить. Успех был следствием коллективной слаженной работы.

Далее у меня в голове что-то щелкнуло, от чего следующие слова я произнёс рифмой с наигранно немецким акцентом:

Много мечтали мы,

Ехать с гастролями,

Хочется петь...

Мы купить билет на поезд,

Мы разучить песня на гастроль,

Мы обожать матрёшка водка, вобла,

Мир и дружба, и freundshaft-Jawohl.

— Фройншафт? Яволь? – удивилась Селестия. — Ты точно русский?

— Не придирайся, это было для рифмы, — ответил я.

— Твои планы такие же глупые как эта рифма.

— Зато они работают. План захвата Нового Кантерлота окончился полным успехом, да и нынешняя операция тоже идёт по плану. Не думайте что сейчас я отрезан от объединённой армии СНС и ОФОТ. Операция была спланирована мной, и я ей дистанционно рукоблужу.

«Блядь Дискорд хватит!»

— Что??? – удивилась Селестия.

— Оговорился, — ответил я. — Сложно думать и говорить рационально, когда всё помещение пропиталось любовными соками Дарительницы.

— Тогда подумай и ответь рационально.

— Мы молотим муку буржуазии сахаром пролетариата, я лишь смазывал противни равенства.

— Зато я смазала Малый Макинтош! – вмешалась Мелкопипка.

— Мушку спилить не забыла? – спросил я.

— Всё на месте — и огромный прицел и огромная мушка. Малый Макинтош лишь на словах маленький, когда я вставлю его ствол тебе в зад, ты пожалеешь о словах насчёт мушки.

— Будешь действовать словами или револьвером? – параллельно разговору размещал запасные магазины по карманам.

— Выходи и я тебе устрою допрос со сладострастием.

— Я отказываюсь с тобой говорить без адвоката… — тут я, прикрыв ноздри, добавил: — И без противогаза.

— За нас будет говорить оружие.

— Пердупреждаю – я не промахиваюсь, — вот тут не знаю, что заставило меня оговориться, Дискорд или страх.

«Ну что же Грей: Ни пуха ни гвоздя» — сказал в моих мыслях Дискорд.

«К чёрту» — подумал я, а потом спросил: «Чем поможешь на тот раз? Замедлишь восприятие времени? Проиграешь мотивирующую мелодию?»

«Ничем?» — ответил козломордый.

«В смысле?!»

«Я был готов помочь тебе встретится с Литлпип, но не более. Я — не предатель, и в прошлом помогал Литлпип. Пускай она не одобрит мою раннюю помощь тебе, и узнай она правду будет считать меня врагом, но я не хочу быть слишком напрямую причастным к её смерти».

«То есть ты считаешь, что я победю… Побежу… Дурацкий глагол!»

«Вообще-то твои шансы выжить менее пяти процентов».

«Но ведь ты бы не стал мне помогать только для того чтобы меня убила лично Литлпип?»

«Нет конечно, но помогать всё равно не буду, тем более что мои симпатии скорее на стороне Дарительницы Света. Хаос что она принесла не идёт ни в какое сравнение с твоим зонтиконостным сопротивлением».

Бляха муха, а я ведь так рассчитывал на помощь козломордого. Не то чтобы его помощь уберегала меня от тяжких-телесных, но я выживал, а ранения всё равно залечивались холодом или сами по себе. Без помощи Дискорда я бы ни за что не смог бы справиться с Ксенит и Сефир; в этом случае зебры бы переломали мне кости, а после устроили кровопускание. Однако худшего не произошло. Полосатые меня хорошо «обработали» но я выжил и справился с ними чуть более чем за пять минут. С Литлпип же придётся биться без помощи «бога из машины». Почему бы и нет. Чтобы справиться с мелкой палкоголовой лесбиянкой мне помощь не нужна.

— Готовься Литлпип, – начать я решил с «психологической атаки», — сейчас ты станешь жертвой вынужденного изнасилования!

— Что?!!

— Это вроде самообороны.

— Это я тебя снасилую!

— Мелкая прокуренная палкоголовая — прямо дрожу от страха!

Далее разговор подошёл к концу, так как я привёл в действие дымовую шашку и, секунду подождав, швырнул ту в щель между дверью-шестернёй и дверным проёмом. В сравнении с ароматом «соков» Литлпип запах дыма был даже приятен, но времени на таксикоманство не было. Через секунду как шашка со звоном упала на металлический пол, послышался звенящий звук сопровождаемый использование магии, а далее грохот передвижения чего-то металлического.

Пользуясь дымовой завесой и тем, что Пипка отвлеклась, протискиваюсь через щель и замечаю, как брошенную мной дымовую шашку накрывает металлический ящик; благо она успела достаточно надымить. Далее совершаю кувырок. Очень вовремя. Пипка не видела меня из-за дыма, но знала, откуда я появлюсь, так что её выстрел вполне мог достичь цели; опоздай я на долю секунды. Из-за дыма я тоже видел немногое, а в закрытом металлическом помещении сложно было определить, откуда прозвучал выстрел, однако, побивающееся через дым зелёное свечение магии послужило отличным ориентиром.

Вскидываю пп, навожу «Гоблин» на свечение, короткая очередь, звук попадания в металл и я снова совершаю кувырок. Пипку выдавало свечение её магии, меня же вспышка оружия без пламегасителя. На мощном револьвере противника тоже не было такого набалдашника на стволе, так что яркая вспышка не прошла незамеченной. Однако Литлпип всё же была в лучшем положении. Судя по звуку попадания в металл, и ящику, которым Пипка закрыла дымовую шашку, она догадалась из таких ящиков соорудить себе укрытие – умно. Местные патроны слабее своих Земных аналогов, так что её укрытие более чем надёжно. У меня же укрытия не было, так что оставалось два варианта – найти то зачем можно спрятаться, либо броситься «врукопашную» на мелкую вооружённую копытную. Выстрелы я не считал, но Литлпип стреляла определённо меньше шести раз так что, заметив боковым зрением некий торчащий из металлического пола предмет, я выбрал второй вариант.

В подкате прячусь за предметом и, стреляя вслепую разряжаю в укрытие Литлпип остаток магазина. Далее моя перезарядка, ответный огонь Дарительницы и:

— Принцесса, включите вентиляцию! – скомандовала Мелкопипка.

Тут же послышались звуки работающих «кондиционеров», заполнивший помещение дым начал вытягиваться в вытяжные системы, а я, глядя прямо в ствол лазерной турели, понял, что за предмет был моим укрытием. Пипка это тоже поняла и отдала Селестии следующую команду:

— Принцесса, стреляйте!

— Нет, — ответ Селестии был для всех неожидан.

— Что?!! – удивление Литлпип было усиленно шоком. — Тупая пизда, изжарь его!!!

— Нет! – твёрдо ответила Селестия. Я этому был удивлён не меньше Мелкопипки.

— Какого хуя?! – в грубой форме спросила Литлпип, а после высказала догадку: — Ты перешла на его сторону?!

— Нет! – ответил голос из динамиков.

— Тогда делай, как велят! Этот серый мерин должен сдохнуть!

— Я и без тебя его прекрасно ненавижу, но драка должна быть честной, — спокойно ответила Селестия.

Ответ разума запертого в недрах компьютера был самым неожиданным из возможных. Всё это время Селестия была на стороне Литлпип и во всём ей помогала, теперь же она рассуждает о «честности» что вызвало у меня множество вопросов.

— Поясни? – спросил я, смотря в сторону, откуда слышался приятный голос.

Ответ последовал незамедлительно, вот только Селестия обращалась не ко мне:

— Призрак пришёл сюда с миром желая говорить, а не воевать…

— Это для переговоров он оружие захватил?! — сказала перебившая Пипка; хотя я был согласен – её риторический вопрос звучал логично.

— Может он лоботомит и ещё на Земле умом не отличался, — такая характеристика Селестии заставила меня поморщиться, — но всё же наш призрак не настолько глуп, чтобы повторить ошибку полковника Отема.

— Эй! – возмутился я.— Я — не дурак. Я школу с орденом закончил.

— Полоумного первой степени, — с отстрила Селестия. — То-то я вижу, как ты применял школьные знания на практике.

— Каждый умеет то что делает… То есть…

Далее я решил, что лучше молчать, а вот Литлпип собравшись с мыслями, высказала догадку:

— Ты просто всё ещё хочешь получить его живым!

— Уже нет. Мы оба знаем, что встречи с тобой призраку не пережить. Если тебе предначертано убить призрака, то сделай это, но без моей помощи.

Утверждение что меня предначертано уничтожить я проигнорировать не мог:

— А если мне предначертано убить «последнего героя»?

— Убить меня?! – со смешком спросила Литлпип. — Такому дебилу как ты?!

— Такому дебилу как я! – лишь после ответа понял, какую хрень сморозил, так что в свою защиту решил приврать: — У меня чёрный пояс по стрельбе!

Мои ответы не отличались красноречием, остроумием, и вообще звучали, будто из уст шизофреника. То, что я, оказавшись в этом мире, очнулся в психушке, в которой мне провели лоботомию, а после сотни раз получал по голове, оправдывало лишь отчасти. Нет сомнений, что это Дискорд как-то воздействовал на мой разум и похоже не только на мой; Литлпип тоже заметила, что с головой у неё не всё порядке. Тем не менее, участвуя в этом диалоге психически больных, я лишь на словах был шизофреником. На деле прекрасно понимая, в каком положении, нахожусь, отнюдь не надеялся справиться с Литлпип путём красноречия. Перезарядив «Гоблин» я просто тянул время, осматривая помещение в поисках чего-то полезного параллельно планируя будущий бой.

Литлпип тоже была неглупой и к моему приходу хорошо подготовилась, соорудив укрепление из железных ящиков. Осторожно выглядывая, я видел лишь металлическое нагромождение, из которого светился зелёный свет ауры Литлпип. Стрелять в такой «дзот» — бесполезно. Остаётся лишь штурмовать и атаковать незащищённый верх, только Литлпип точнее точного предвидела такой вариант. Даже если мне удастся каким-то чудом добежать до её укрепления, не словив маслин то, запрыгивая к ней в укрытие я точно либо словлю пулю, либо напорюсь на её рог.

Тем не менее, другого варианта не было. Из укрытий в помещении были только охранные турели (за одной из которых я сейчас и прятался), унитаз (без фанерных перегородок, ширмы и вообще чего-то, чтобы скрыло от Селестии акты дефекации Мелкопипки) да «капсула» с тянущимися к ней кабелями (https://vignette.wikia.nocookie.net/fallout/images/6/6b/Outcast_outpost_sim_pod.jpg/revision/latest?cb=20110813111511) ложась в которую Литлпип осуществляла контроль погоды. Унитаз с капсулой были далеко, так что оставались турели и, хотя Селестия сказала, что не будет стрелять, я не собирался рисковать, перебегая от одной турели к другой; на мне не было броника, а Литлпип стреляет метко и шанса не упустит.

Из остальной обстановки выделялся участок загороженный фанерными перегородками с надписью на одной из них «BOOM BOOM ROOM»; ненужно знать английский чтобы понять — это «комната для траха». Помещение вообще располагало к посещению такой комнаты. Чуть ли не каждый свободный от мониторов, панелей и прочего оборудования, участок металлических стен был заклеен провокационными плакатами; будто это не центр управления погодой, а каюта капитана дальнего плавания со склонностью к зоофилии. Самое мерзкое, что я узнал многих из висящих на стенах копытных. Действительно ли это фотографии или монтаж, но со стен меня провоцировали к траху шестеро министерок, принцессы Луна и Селестия, Ксенит место нашлось, Вельвет Ремеди удостоилась аж четырёх плакатов, но больше всего на стенах висело образов Хомейдж и её довоенного предка «Диджея Пон Три»; в каких только позах они не изображалась. Остальные плакаты были с незнакомыми мне самками копытных; по метке опознал лишь Октавию Мелоди – серую земную пони с которой дружила Лира.

Чистым от провокационных плакатов были лишь два участка стены. Один со стоящим рядом с ним ведром и тряпкой, чистым был во всех смыслах. Стена была отполирована чуть ли не до зеркального блеска. Похоже Литлпип не утратила мании к чистке стен которую ей привили ещё бункере, то есть стойле. Жаль, что такую манию к чистоте перебила мания однополых отношений. Второй был с фотографиями физиономий состоящих в СНС и ОФОТ копытных. Не все из них были знакомы, но себя, Отема, Трикси и прочих я сразу узнал. Также узнал и некоторых, чьи морды были перечёркнуты – агент Голд, Соуп и прочие; похоже, так Литлпип помечала устранённые цели.

Два «чистых» участка стены посреди мерзких плакатов выглядел как капля мёда в бочке дёгтя. До чего это было мерзко, однако мысль скрыть с глаз долой эти изображения похоти натолкнуло на неплохую идею воспользоваться второй дымовой шашкой, что я и сделал. Селестия в этот раз удивила и, сдержав слово, не стала вмешиваться – вытяжная система хотя и работала, но не в полную силу. Шашка заполняло помещение дымом быстрее, чем вентиляция этот дым вытягивала. Я был этому рад, а вот Литлпип не упустила возможности упрекнуть Селестию в ошибочности её решения:

— И вот с ним ты предлагаешь сражаться честно? – спросила Пипка, обращаясь к Селестии.

Не знаю, что бы ответил разумный компьютер, но перед сражением с «Дарительницей Света» хотелось произнести что-то неглупое и показывающее мои немногие положительные моральные качества. Таких было немного и честность в них не входила, тем не менее, мне было знакомо это понятие, так что ответ на первый взгляд хоть и был сплошным враньем, но имел правдивый глубинный смысл:

— Именно с ним! Там, откуда я пришел, мы сражаемся лицом к лицу.… А если враг безоружен, мы даём ему меч.

Шашка отчаянно коптила дымом так, что на словах про меч я уже не видел укрытия Литлпип, а значит — я для неё тоже был невидим. Первая часть плана успешно сработала, так что я приступил ко второй – пользуясь аурой (скрывая цоканье), побежал к перевёрнутому ящику, под которым была первая шашка.

Переворачиваю железку и, получив дымом в морду прячусь за ним (ящиком) как за щитом. Ожидание оправдалось – Литлпип услышав металлический грохот, тут же сделала два выстрела. Огонь был неприцельным, но обе пули попали в ящик. Размер дырок от пуль не оставлял сомнений что стреляла Дарительница именно из своего крупнокалиберного револьвера. Насколько известно её револьвер имеет лишь шесть камор, так что Пипка экономила. Также, судя по щёлкающим звукам, быстро перезаряжалась. Я это предвидел, так что далее приступил к следующей фазе плана – швырнул пустой магазин от Гоблина в сторону одной из турелей и, пользуясь тем, что Литлпип стреляла на звук, тихо, глуша шаги аурой, подбежал к её укрытию.

— Покажись трус! – прокричала Литлпип. Судя по всему она догадалась, что звук падающей железки был отвлекающий манёвром, но не то что отвлекал я для того чтобы приблизиться к её укрытию.

Литлпип была от меня буквально в полуметре, а может ещё ближе. Нас отделало только импровизированное металлическое укрепление, причём без крыши, а своим требованием показаться Дарительница более точно выдала своё местоположение. Последнее я посчитал невероятной удачей. Не придётся рисковать и высовываться, чтобы увидеть пробивающееся через дым зелёное свечение магии. Со слов Трикси, Литлпип и без всяких наркотиков обладала фантастической реакцией, так что был риск, что она меня подстрелит раньше, чем я нажму на курок. Так рисковать я не хотел и решил пристрелить Литлпип в слепую – по сомалийски.

С волнением привожу «Гоблин» в боевое положение; характерный щелчок меня выдал, но ещё был шанс успеть. Далее поднимаю оружие над головой, направляю ствол в предполагаемое местоположение Литлпип и аурой нажимаю на курок. Темп стрельбы у пп был специально занижен до 400 выстрелов в минуту, так что за две секунды магазин на 25 патронов не успел опустеть.

Реакция Литлпип оказалась быстрее, а моя надежда случайно в неё попасть не оправдалась. Я не сразу понял, что произошло и лишь оказавшись спиной к стене придавленный ящиком понял что Дарительница, поняв, где я прячусь магией, сильно толкнула укрытие. На автоматизме я отталкиваю от себя ящик, делаю кувырок вправо, слышу как в место, где я только что был, попадают пули, вскидываю пп и уже сам открываю огонь. Литлпип в и этот момент меня опередила. Ранее толкнув меня вместе с ящиком, она догадалась магией взять другой и использовать его как щит. Остаток магазина я выпустил в светящуюся зелёным светом железку.

Теперь я пустой. Не помню сколько раз выстрелила Литлпип, но точно меньше шести. Времени на перезарядку у меня не было так что, «бросив» Гоблин, бросился врукопашную. Видимость из-за дыма была нулевой, но противник то ли услышав звук упавшего оружия, толи моё цоканье, догадалась, что произошло и теперь использовала парящий в поле магии ящик уже как оружие.

Ещё на полпути Дарительница убрала свой импровизированный щит и, замахнувшись железкой, нанесла ей сокрушительный удар мне в левый бок. Хвала Чернильнице создавшей этот мир, что земные пони — крепкие существа, а сочетание адреналина с особенностями призрака позволило не потерять сознание и моментально сориентироваться.

Всё происходило очень быстро, так что реагировать приходилось соответствующе. Совершаю перекат в лево, ящик падает в точку, где я был секунду назад, а попытка дотянуться до лежащего пп ни к чему не привела. На моих глазах Гоблин покрылся зелёным свечением и ускользил в туман. Далее периферическим зрением замечаю, как покрытый этим же свечением ящик поднимается с металлического пола. Среагировать я не успел, и был прижат этой металлической коробкой.

Уже второй раз в этом мире мне приходится в буквальном смысле «играть в ящик» (первый раз было в Новом Клаудсдейле) и пускай теперь я не был заперт в четырёх стенках, но хорошего мало. У Литлпип сильный кинез (в своей книге она описывала как, используя магию она брала противника в поле кинеза после чего ломала ему кости) и, прижимая железку она не была ласковой.

— Ты не стоишь даже последних слов, — сказала Литтлпип — Только грустной лужицы блевотины, — судя по цокающему звуку, она встала на ящик. — Для тебя это достойная смерть. Призрак иного мира будет раздавлен как радтаракан.

Металлический ящик в поле магии Литлпип был как автомобильный пресс. Мои рёбра трещали подобно веткам, череп тоже испытывал нагрузки, на которые не рассчитан. Нечто похожее ранее уже испытывал, когда меня Спайк в лапе зажал, но от этого не легче. В тот раз я потерял сознание, что не прошло незамеченным, а после воспользовался ситуацией выстрелив дракону в единственный глаз. Теперь подобного не будет. Литлпип будет давить магией пока моя серая тушка не превратиться в красную лепёшку.

Положение спасла моя способность кинезу, точнее то, что моя аномальная аура разрушала классическое магическое поле. (Этим же свойством обладала и моя кровь; «кровяные пули» что легко пробивали щиты аликорнов, использовали именно эту особенность.) Будучи прижатым, я смог сконцентрироваться и создав вокруг копытц прозрачное возмущение, разрушил зелёное поле кинеза. Давление тут же ослабло, я смог сделать вдох, а Литлпип высказала своё удивление:

— Что за хуйня?! — судя по тому, откуда прозвучал прокуренный голос, Литлпип стояла прямо на ящике.

Понимая, что замешательство единорожки будет недолгим, с силой сталкиваю с себя металлический ящик. Копытная, что на нём стояла, такого не ожидала и не успела спрыгнуть. Когда я встал, Литлпип только начинал вставать на ноги. К сожалению единорожка не растерялась и, используя магию, снова взялась за злополучный ящик. Теперь она понимала, что раздавить меня им не получиться и просто швырнула железку; благо я был на адреналине и без всяких замедлений смог вовремя пригнутся. Вновь подняв голову, наконец-то увидел своего противника.

Всё это время я не видел Литлпип. Дым от дымовых шашек сделал видимость практически нулевой, так что стрелять приходилось либо в слепую, либо ориентируясь на зелёное свечение. Теперь же манипуляции с ящиком разогнали часть дыма, Селестия вновь включила вытяжную систему, а Дарительница Света предстала передо мной воплоти. Судя по крови на её левом «плече», стреляя в слепую, я всё же смог её задеть. К сожалению лишь по касательной — не похоже чтобы Литлпип как-то переживала из-за данной раны; а может перед нашей встречей она приняла стимуляторы. Как бы то ни было, но видок у Дарительницы Света был по-настоящему угрожающ.

Синий комбинезон (с жёлтой цифрой 2) на переднюю половину тела, КПК на правой передней ноге, ременная разгрузка с кобурой и небольшими подсумками, выжженная правая жопометка на покрытой шрамами серой шкуре, давно немытая коричневая грива и хвост, и главное — злобно-серьезный взгляд огромных зелёных глаз. Она смотрела на меня как эсэсовец на цыганские танцы. Такой образ Литлпип фигурировал в одноимённой книге, таким он и предстал предо мной. Из того что книжному образу не соответствовало так это габариты Мелкопипки. В книге она изображала себя чуть крупнее жеребёнка, в жизни она скорее как копытная подросткового возраста – чуть меньше метра в высоту, без учёта «шишки» во лбу. Литлпип безусловно оправдывает своё имя однако «пипка» у неё отнюдь не мелкая. В сравнении с общими габаритами, рог у Дарительницы был на зависть всем единорогам как нынешней, так и довоенной Эквестрии. Фрейд бы оценил. Трикси уже оценила – в разговорах о прошлом, единорожка в теле аликорна рассказывала, как в прошлой жизни её крупный рог позволил создать образ «великой и могущественной» волшебницы, но то, что торчало из башки Дарительницы превосходило даже «природный дар» незадачливой фокусницы. На статуе что была в комнате-сейфе замка Нового Кантерлота, скульптор ещё поскромничал.

Из книги Литлпип и рассказов Трикси я знал, что эта дрель во лбу такая большая не только для привлечения половых партнёров. Каждый виток рога это дополнительная возможность для накопления собственного и использования окружающего магического поля. К счастью для меня Литлпип владеет лишь одним заклинанием – телекинез, которым меня не захватить. Конечно, она может использовать предметы окружения как оружие, но от ящика я успешно отбился, а Литлпип швырнув его в меня, далее не светила своим отростком. Она поняла, что в бою с «призраком» лучше не делать упор на магию, и бросок ящика был скорее отвлекающим манёвром.

Тем не менее, Литлпип добилась своего – выиграла драгоценные секунды, за которые успела стать на ноги и начать доставать из кобуры свой револьвер. Доставала его не магией, а изогнув левую ногу под невозможным для земных копытных углом.

Теперь у меня был выбор — побежать к лежащему на полу складному пистолету-пулемёту либо броситься «врукопашную». Я выбрал второй вариант и галопом рванул к единорожке. Та уже успела достать револьвер, но не навести на меня дуло.

Вид моей приближающейся туши её отвлёк и заставил выставить свой рог как копьё. Учитывая насколько рог у единорогов — чувствительный орган, такой ход можно было воспринимать как отчаяние или рудиминатальный инстинкт. Чем бы это ни было, оно не сработало. Я врезался в единорожку избежав участи напороться на её отросток. Далее прижимаю копытную к полу, а после её копытце с револьвером.

Данный револьвер с оптикой на секунду приковал моё внимание. Это определённо был фигурирующий в книге «Малый Макинтош» (ироничное название для крупнокалиберного револьвера), но сильно изменённый (https://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/740e745b-9a46-45e6-b5c6-603a24a22287/ddfnbiu-deaa1737-fc3a-4b19-b7a8-4aae09872439.jpg/v1/fill/w_1280,h_989,q_75,strp/little_macintosh_redesign_by_baron_engel_ddfnbiu-fullview.jpg?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOjdlMGQxODg5ODIyNjQzNzNhNWYwZDQxNWVhMGQyNmUwIiwiaXNzIjoidXJuOmFwcDo3ZTBkMTg4OTgyMjY0MzczYTVmMGQ0MTVlYTBkMjZlMCIsIm9iaiI6W1t7ImhlaWdodCI6Ijw9OTg5IiwicGF0aCI6IlwvZlwvNzQwZTc0NWItOWE0Ni00NWU2LWI1YzYtNjAzYTI0YTIyMjg3XC9kZGZuYml1LWRlYWExNzM3LWZjM2EtNGIxOS1iN2E4LTRhYWUwOTg3MjQzOS5qcGciLCJ3aWR0aCI6Ijw9MTI4MCJ9XV0sImF1ZCI6WyJ1cm46c2VydmljZTppbWFnZS5vcGVyYXRpb25zIl19.xlqyDalmYuCUHEQsoBgztE9DY7WRmwh8CQQY3O48JPU). Его книжная версия была создана для земных пони предпочитающих держать оружие в пасти и нажимать на курок языком. То, что видел сейчас было с большой петлёй и курком, созданными для удержания в копытах. В Филлидельфии (и не только) я уже видел как такие револьверы, так и другое оружие под необычный хват, но оно ещё не получило столь широкого распространения как короткоствольное оружие что нужно в пасти держать. Похоже Литлпип понимая что стоматологическое здоровье нужно беречь, самостоятельно переделала свой яблочный револьвер – умное решение. Глупо, что она с него (мушку не спилила) прицел не сняла, но не мне судить; в этом мире я совершал глупости и посерьезней.

— Маньячка чёртова! – сказал я на русском, пытаясь выбить револьвер Литлпип из её копытца. Та отчаянно сопротивлялась, но я, будучи земным пони, был тяжелее и физически сильнее.

— На себя посмотри еблан! – ответила серая палкоголовая; судя по всему, она поняла меня без перевода.

Удар по копытцу с револьвером привёл к непроизвольному выстрелу (пуля попала в плакат с Хомейдж; прямо в очко сосалки Литлпип), так что далее я зафиксировал сочленение единорожки с использованием своего кинеза. Та тут же вскрикнула от боли. Следующее действие ударом бы не назвал, я скорее «стряхнул» револьвер с копытца единорожки.

— Люди, пони — хватит! – в этот раз я был глух к приятному голосу Селестии. — Прекратите!

— Ты ещё детёныш блять! – вряд ли Литлпип меня слушала, я ей кинезом на болевые точки жал, так что орала она так, что я едва сам себя слышал. — Тебе нужно не с кобылами сосаться, а в парках детей катать!

Как писалось ранее – я в этом мире совершил множество глупых вещей и «обнимашки с Литлпип» пополнили этот длинный список. В тот момент я мог убить её в любую секунду десятком различных способов. Мог прислонить копытце к рогатой голове и, применив ауру превратить её мозги в кашу, мог и без ауры просто копытом разбить ей череп, мог в ответ на её попытки сам перегрызть ей горло (у меня и строение зубов подходящее) но я медлил. На секунду даже возникла идея взять Литлпип живой, но быстро спохватился – она не тот враг кто простит такую ошибку. Она вообще не прощает ошибок и эту не простила.

Глядя в её крупные зелёные глаза, я не сразу периферийным зрением заметил, что её рана на плече вдруг стала «пузыриться», а появление из неё красного лезвия вообще было для меня полной неожиданностью. Совсем забыл, что Литлпип тоже читала «Чёрную Книгу» и также как Трикси может создавать «кровяной меч». Доля секунды и красная лента втыкается мне в грудной отдел; как раз туда, где стучит «насос». Я почувствовал вначале жжение, а потом тёплое прикосновение, но тут случилась новая неожиданность – лезвие кровяного меча, пытаясь продвинуться мне в плоть, разливалось красным водопадом. Я и Литлпип полсекунды удивлённо смотрели друг другу в глаза, а потом сообразили – аномальная кровь призрака разрушает магию что придаёт «кровяному мечу» его форму и прочность. Меч пробил мою одежду и верхний слой шкуры но, соприкасаясь с аномальной кровью, потерял свои свойства.

Пытаясь вырезать мне, сердце Литлпип меня едва поцарапала. Осознав это, я злобно улыбнулся, а Литлпип сменила выражение удивления на неописуемую ярость и, прекратив упирать меч мне в грудь начала полосовать мой комбинезон распоров карман с запасными магазинами для Гоблина. Далее она попыталась сделать тоже самое с моей физиономией, но я успел среагировать и, отшатнувшись, выставив копытце с аурой защитил большие глаза. Далее опасаясь, что Литлпип догадается полоснуть мечом по шее, правым копытцем с аурой заткнул её рану на плече. Единорожка снова от боли закричала, но так как её левая передняя нога теперь была свободна сильно заехала мне копытом по морде. В физической силе мелкой единорожке не тягаться с земным пони, но всё равно было болезненно. Я даже невольно отшатнулся – роковая ошибка.

Теперь наши обнимашки были не столь тесны, а Трикси предупреждала – Литлпип та кто всегда находит выход и слабые места. В этот раз для неё выход состоял в ударе по моему слабому месту. Удар был не лягающим, но всё равно сильным. Литлпип вложила в него всю свою ярость, все лошадиные силы и он достиг успеха. У меня между ног, будто бомба разорвалась, а звук удара казалось, прозвучал как звон бьющихся бутылок. От прокатившейся по всему телу боли меня просто парализовало, но я нашёл силы тихо сказать одно слово:

— Членовредитель.

— Мне всё равно кто я, лишь бы ты сдох, — со злобой в прокуренном голосе ответила Литлпип.

Далее мелкая единорожка легко выскользнула у меня из под брюха и, встав на ноги, отпрыгнула на безопасное расстояние, после чего засветила своим отростком. Я ожидал что она притянет магией свой револьвер или снова возьмётся за ящик, но вид засветившегося зелёным светом предмета участил моё и без того частое сердцебиение.

— Никогда ещё не использовала унитаз в борьбе с отбросами, — сказала Литтлпип, вырывая магией керамический «толчок».

Тут время снова будто замедлилось, но уже без влияния Дискорда. Просто мне вспомнилось пророчество Лиры, в котором она предсказывала, что меня убьет Литлпип сбросив на голову унитаз. Такая смерть для меня была бы даже более паскудной чем в желудке у Спайка так что, я стал отчаянно бегать глазами в поисках хоть чего-то что поможет избежать незавидной участи. Взгляд упал на лежащий рядом «Малый Макинтош».

Всё ещё испытывая острую боль по всему телу (но особенно между ног) бросаюсь к крупнокалиберному револьверу и … Вновь совершаю ошибку. Желая всячески избежать исполнения пророчества Лиры выбрал неверную цель и, вместо того чтобы убить единорожку, двумя выстрелами расколол унитаз. Судя по взгляду Литлпип, она сама была удивлена такому выбору, но удивление уступило место ужасу, когда я спохватился и поймал Дарительницу в сетку прицела. Жму на курок и… Барабан проворачивается, ударник бьет, но ничего не происходит.

«Шесть камор – слишком мало. Ненавижу револьверы» — подумал я.

А ведь как красиво всё могло получиться – Литлпип погибает от своего же оружия, но не судьба. Теперь морда Дарительницы изменилась с ужаса на ухмылистую улыбку.

— На пушке свет клином не сошёлся, — сказала единорожка вновь начав светить своей дрелью.

Я думал, что унитаз это самое страшное, как же я ошибался. Предмет что вылетел из-за ящиков вновь загнал мою душу в пятки. Теперь в поле магии парила знакомая цепная пила; та самая которой Отем отпилил голову своему киберпротезированному младшему брату. Я её сразу узнал и не только по надписи «Friendship» — на ней всё ещё была засохшая кровь Каламити.

— Ты бесстрашен и находчив, но твой путь уже окончен! – со злобной улыбкой сказала Литлпип, а после дёрнула ручку стартёра.

Пила удивительно быстро завелась; звук её работы был немного похож на голос Литлпип. У меня ещё болевой шок не прошел, а единорожка уже завела пилу и пробно в воздухе покрутила несколько оборотов.

Теперь у меня снова был выбор – бежать или наступать. Бежать было некуда, а наступать на копытную теперь точно самоубийство. Теперь она выставит не свою (пусть и крупную) дрель, а вращающуюся острую цепь. В ту секунду я не знал что делать в мыслях призывая Дискорда помочь. Хотелось, чтобы он дал какой-нибудь дельный совет: «Используй силу Люк» или что-то подобное, но ничего не случилось. Его голос педофила так и не прозвучал.

Лилпип же забавляло и удивляло моё замешательство. Секунду, постояв с ливитирующей пилой, она ожидала от меня каких-то действий – попытки напасть или убежать, да чего угодно, что можно было пресечь, а после распилить мою серую тушку пополам. К её удивлению я ничего не делал, хотя последствия болевого шока уже не ощущались так остро – я мог двигаться.

В итоге единорожка напала первой и, топнув копытом, побежала на меня с парящей впереди пилой. От первого замаха я уклонился, сделав кувырок, а вот от второго – такой возможности не было. Я ещё встать не успел, как вращающаяся цепь казалась от меня в сантиметрах. Благо удар прошёлся по касательной, но цепь, предназначенная для распила дерева, нанесла мне на «плечо» рваную рану, содрав часть комбинезона. Теперь у меня на «плече» была такая же рана как у Литлпип только более глубокая и с неровными краями. Естественно после такого я замешкался и совершил очередную ошибку – ушёл в глухую оборону. Литлпип же была более точной, так что следующий удар пилой пришёлся прямо на мою правую переднюю ногу, которой я закрыл физиономию. Пила прошла чуть ниже «колена» за три секунды распилив кость. Орал я в те секунды точно громче работающей пилы. Литлпип же хохотала немногим тише.

Она искренне наслаждалась увиденным. Мои крики были для неё слаще любой музыки (не удивился бы, если у неё под хвостом в тот момент стало более влажно). Она побеждала и на правах победителя задумалась, как поступить с побеждённым. Ненужно быть гением, чтобы понять, о чём она думала – сразу отпилить мне голову или вначале ноги? Судя по тому, что пила осталась к полу перпендикулярно, выбрала второй вариант; она хотела убить меня максимально болезненно.

Я в тот момент (страшно сказать) тоже думал. Литлпип из самой безвыходной ситуации всегда находила выход (последний раз — ударив мне в промежность) я тоже был «бесстрашен и находчив» и в прошлом сумел освободиться от хватки Спайка, Адской Гончей, выжил в «Очистительной Буре». Нынешняя ситуация – не исключение; она выглядит безнадежной, но из неё тоже можно найти выход. В поисках этого выхода я боковым зрением заметил лежащий рядом «Малый Макинтош».

Пускай этот револьвер был без патронов, но он сделан из крепкой оружейной стали, возможно, более прочной, чем детали бензопилы. Видя эту «соломинку в беде» перекатываюсь, одновременно вставляя левое копытце в петлю «ручки» револьвера. Литлпип видя мои манипуляции начала действовать и нанесла работающей пилой верхний-рубящий удар. Я же, лёжа на спине, закрылся револьвером как щитом, подставив тот под пилу. Доля секунды и цепь пилы высекая искры, срывает с «Малого Макинтоша» прицел. У меня от какого чуть копытце из сустава не выскочило. Пила же отскакивает от железки, но не поля магии Литлпип. Единорожка такого не ожидала, но не растерялась и нанесла боковой нижний удар. Вращающаяся цепь, легко разорвав одежду, также легко содрала часть шкуры с моего правого бока; если бы я носил «жопометку» то теперь бы её не было. Слов нет, чтобы передать насколько это болезненно, но эта жертва оправдалась.

Удар в бок был болезненен, но не смертелен. Я сохранил разум, и что-то крича, через брызги крови, заметил небольшое отверстие у основания пилящего полотна. Доля секунды и втыкаю в это отверстие ствол «Малого Макинтоша». Цепь пилы тут же заклинило, мотор нездорово зажужжал, а Литлпип сменила выражение ухмылки на удивление. Ещё пол секунды и цепь рвётся, Литлпип отдёргивает пилу назад, револьвер выпадает из отверстия, а цепь, провернувшись, летит мне прямо в морду. Сознание я не потерял чего не сказать о левом глазе.

«Кутузов и Нельсон – с глазу на глаз» — посмеиваясь сказал Дискорд.

«Нихуя не смешно!» — мысленно ответил я.

«Немного текст по дебильному написан» — данную фразу я воспринял как согласие; хотя смысла не понял. Не знаю, что за текст он имел ввиду, но в плане дебильности характеристика «немного» явно занижена.

— Грязный уёбок! – крикнула Литлпип. — Первостатейный говноед!

— Не надо! – неожиданно сказала Селестия. — Он мне нужен!

— Я столько прошла! – ответила единорожка ударив меня неработающей бензопилой. — И потеряла всё! – ещё удар ливитирующей железкой. — Он заплатит за все, что сделал со мной!.. Со всем нашим миром!

Получая удары железкой я своим единственным глазом заметил одну особенность – неработающая пила не вся светилась зелёной аурой. Свечение было лишь на ручке пилы – одним из немногих мест, не измазанных моей кровью. Быстро сложив два и два я, выбрав момент очередного удара, схватил пилу, а после полил её ручку кровью сочащейся из обрубка правой передней ноги. Аномальная кровь для магии была как вода для огня. Свечение тут же пропало, а пила рухнула вначале мне на брюхо, а потом скатилась на металлический пол.

Литлпип же похоже устала удивляться и секунду безуспешно светя своим рогом перевела взгляд на лежащий на полу складной пистолет-пулемёт «Гоблин». Он не был измазан кровью, так что Дарительница без проблем обернула его своей аурой и, притянув к себе наведя на меня ствол, нажала на курок.

Прозвучал щелчок, но выстрела не случилось. Магазин на двадцать пять патронов был полностью разряжен. Я на секунду подумал, что далее Литлпип в ярости швырнёт в меня железку (с её стороны это было бы глупо) но единорожка не совершила роковой ошибки и, переведя взгляд на лежащий на полу магазин, притянув тот начала перезаряжаться. Самодельный складной пп имел множество особенностей, в том числе и касающихся перезарядки, однако Литлпип быстро догадалась, как вынуть пустой магазин. Я же в эти секунды отчаянно пытался встать, однако это было невозможно. Без передней ноги, с рваными ранами и ушибами по всему телу, потерявший много крови я и ползти мог с трудом, да и Литлпип видя мои дерганья, предусмотрительно сделала два шага назад. Далее она загнала магазин, передёрнула затвор но… Не смогла нажать на курок.

Подвижный курок самодельного Гоблина тоже нажимался особым образом. Для приноровившейся Лиры и меня это не составляло проблем, но Литлпип этот пп впервые … даже не в копыта, а в поле магии взяла. Неудивительно, что у неё возникли проблемы.

— Каким долбоёбом нужно быть, чтобы это придумать?! – злобно сказала Литтлпип пытаясь заставить пп работать.

Тем не менее, метод научного тыка и грубая магическая сила взяла верх – пп всё же выстрелил, но с отсечкой в два патрона. Похоже давя магией на курок, Литлпип, случайно сместила его вправо. То, что именно вправо для меня было скорее удачей, но не то, что эти две пули попали мне в брюхо. В сравнении с ранее пережитым, две пули в брюшной полости были не самым страшным, но всё равно болезненно, однако я был рад и этому – могли ведь и в голову попасть. Литлпип тоже была рада. Она поняла особенность курка и поводив им «в лево — в право» далее придала морде серьезное выражение (как на витраже в Новом Кантерлоте https://vignette.wikia.nocookie.net/falloutequestria/images/c/c0/There_s_you_should_know_about_me_by_johnnoz-d4jp9c5.png/revision/latest?cb=20130525060130&path-prefix=ru ) и навела на меня ствол.

Умереть от собственного собранного пп – для меня это была бы символичная и достойная смерть, однако я не собирался так умирать. Пока Литлпип разбиралась с неработающим оружием, я понял бесполезность попытки встать и, заткнув обрубок передней ноги, отчаянно думал, ища выход. Оружия у меня не было, передней ноги и одного глаза тоже, встать я не мог, а вид крови струящейся ручьями не оставлял шансов на выживание. Литлпип по сути вообще ничего не надо было делать. Она меня уже убила. С такими ранами и потерей крови мне жить оставалось минут пятнадцать и это ещё оптимистичный прогноз. Тем не менее, единорожка не собиралась ждать, я же наоборот – хотел оттянуть неизбежный момент; смерть от потери крови казалась мне более естественной, чем от пули в голову. Парадокс, но именно мысли о крови в очередной раз подсказали мне неплохую идею.

Лёжа в красной луже, я вспомнил, как Литлпип безуспешно пыталась изрубить меня своим «кровяным мечом», то, что мою кровь использовали для создания антимагических пуль и недавний момент, в котором я залив кровью не работающую пилу сделал невозможным её магический хват. Данное воспоминание о красной жидкости меня осенило (пардон за неудачный каламбур).

Литлпип подойдя на два шага и наведя на меня пп, не сразу нажала на курок. Она хотела хорошо запомнить этот момент – момент, в котором она убьет призрака. Я не упустил этот момент и, убрав копытце с обрубка правой передней ноги, совершил этим обрубком резкое махательное движение. В результате «Фонтанчик» крови пролетев полметра, задел висящий в магической ауре пп и разрушил заклинание телекинеза. Зелёная аура лопнула как мыльный пузырь и пп со звоном упал на металлический пол, однако на этом я не остановился. ПП упал не в кровь а «фонтанчик» не полностью его измазал. Литлпип ещё могла взять его магией только не за измазанные места. Курок не был измазан, так что я, создав ауру вокруг не отпиленного копытца, взял свою кровь в подобие снежного кома и швырнул тот в Литлпип. Единорожка всё ещё была под впечатлением от упавшего пп и не сразу заметила мои манипуляции, а когда заметила, было поздно.

Она не успела увернуться; только закрыть глаза. Кровяной сгусток попал ей прямо в основание рога, измазав как морду, так и магический орган. Палкоголовая отойдя от первого шока со страхом на морде попыталась засветить своей дрелью, но ничего не произошло. Данный вид вызвал у меня непроизвольный смешок, который тоже не прошёл без внимания. И без того злая Литлпип теперь эмоционально взорвалась и набросилась пытаясь меня убить собственными копытами.

Отбиваться пусть и от мелкой единорожки было непросто. Отсутствие передней ноги, глаза и общая потеря крови создавали свои сложности. Литлпип, несмотря на габариты, гендерную и подвидовую принадлежность, была физически сильной, а может ещё и под стимуляторами. Теперь уже не я сидел на ней, а она на мне. От участи расколотого копытами черепа меня спасал только блок из обрубка передней ноги, второй уцелевшей конечности и используемой ауры. (Было бы несправедливо, если бы Литлпип расколов мне череп вылечила бы свои недуги.) Именно этой аурой я в перерывах между ударами пытался задеть противника, но Литлпип уклоняясь, не давала мне такого шанса. Однако в один момент шанс всё же появился. Дарительница была ослеплена яростью и совершила один нерациональный поступок – попыталась откусить мне копытце.

Укус в сочленение рядом с копытцем был по-настоящему болезненен и самое мерзкое – красная от крови морда Литлпип была так близко к смертоносной ауре, но я не мог её (морду) задеть. Тем не менее, это был шанс, так что, воспользовавшись отвлечением Литлпип, я собрал все силы и попытался перевернуться. Увы, оказаться, сверху не получилось. Перевернуться удалось лишь на левый бок, однако это позволило приблизить уже мою морду. Пользуясь такой близостью, уже сам открываю пасть и кусаю Литлпип за правое ухо. Та не прекращая пытаться откусить мне копытце, громко завыла и начала «лягать» в пробитый пулями живот. Спустя пять долгих секунд я выплюнул откусанное ухо, но легче от этого не стало. Тем не менее процессе повторения «подвига Тайсона» я своим единственным глазом заметили нечто полезное – то, что мне второй глаз выбило – оборванная цепь от бензопилы. Парадокс, но то, что меня глаза лишило, я воспринял как соломинку в беде – шанс на спасение.

В нетипичной для себя манере – пастью, беру цепь и набрасываю её на рог Дарительницы. Та поняла, что я собирался сделать и, перестав кусать мне ногу, попыталась стряхнуть цепь, но я ударом головы по её носу пресек попытку. Далее свободным (но сильно болящим) копытцем наматываю оборот цепи вокруг крупного рога единорожки и, захватив один конец аурой, а второй всё ещё держа пастью, начитаю их тянуть в разные стороны.

Сложно представить, что в тот момент испытывала Литлпип, но со слов Трикси, Лиры и прочих обладателей продолговатого предмета во лбу — этот орган очень чувствителен, особенно в момент использования магии. Литлпип тогда магию не использовала, но всё равно орган напрямую связанный с мозгом, будучи нашпигованным нервными окончаниями и прочими органическими деталями которых я не знал, испытывая запредельные нагрузки, вызывал у носителя нестерпимую боль; возможно даже более сильную, чем удар мужику в промежность. Теперь уже я был в роли «членовредителя» но факт что «член» которому я вредил, принадлежал пони ударившей меня в промежность, отмёл все угрызения совести.

Кричала Литлпип тогда так что если бы в помещении стояли бокалы, зеркала да вообще что-то стеклянное то они без сомнения бы треснули. Я так не орал когда Мелкопипка мне пилой ногу отпилила. Рог у палкоголовых действительно – болевая точка, и ради его сохранения они готовы на всё или почти всё. Литлпип ради своего отростка даже обратилась ко мне без мата и оскорблений:

— Не надо! Стой!..

Не знаю, что далее она собиралась сказать, но это всё равно было бессмысленно. После того как она мне ногу отпилила я не собирался останавливаться и тянул цепь всё с большей силой. Будучи обескровленным, сил у меня было немного, но цепь от пилы была острой (я язык порезал и зубы неприятно трещали), а рог Литлпип, несмотря на толщину, был не слишком прочен. После просьбы остановиться он (рог) не выдержал давления и раскололся на две неравные половины. Большая половина упала в лужу крови, меньшая осталась торчать из головы Литлпип неровным пеньком.

После такого Литлпип мгновенно прекратила, как кричать, так и сопротивляться. Она лишь удивлённо поводила копытцем по своему пеньку.

— Прости, — сказал я.

Это было глупо. Угрызений совести я не испытывал, просто сработали какие-то моторные функции воспитания из прошлой жизни. Литлпип, по понятным причинам, извинений не приняла, так что я приготовился к очередным попыткам сломать мне голову, но тут случилось нечто неожиданное.

Литлпип даже видя свой отломанный отросток, не до конца поверила, что теперь она стала похожей на земную пони и попыталась использовать магию. Данная попытка привела к неожиданному явлению – «пенёк» Литлпип заискрился, а после ударил меня электрическим разрядом. Вот уж не думал что магия единорогов это преобразованное электричество и, лишившись органа-преобразователя, единорог может бить током. (Неужели у палкоголовых в башке орган как у электрического ската?) Учитывая насколько у Литлпип был крупный рог и силён телекинез, ей нужно было создавать и преобразовывать много энергии. Сейчас эта энергия меня во всех смыслах «замкнула».

Дарительница пропускала через меня электроны добрые пятнадцать секунд. У меня чуть сердце не разорвало, но и для покалеченной единорожки такая молниеносная атака не прошла без последствий. Когда она прекратила на её морде была непередаваемая гримаса из боли и усталости, а «пенёк» дымился как кратер действующего вулкана. Тем не менее, она, несмотря на усталость, могла шевелиться, я же был парализован разрядом. Поняв, что паралич долго не продлиться Литлпип сделала то, что хотела, чуть ли не сразу узнав обо мне – попыталась перегрызть мне горло (https://youtu.be/4CBomWnGjl4).

Шея у пони толстая, а пасть у мелкой единорожки наоборот – мелкая, но всё равно такая атака была обречена на успех. Ощущение ломающейся трахеи пополнило копилку пережитых «непередаваемых очучений», однако аномальная регенерация призрака тоже сыграла свою роль. Я быстро отошёл от паралича и, поняв, что могу шевелить не отпиленной передней ногой, захватил аурой лежащий рог Литлпип. Далее переворачиваю дрель острым концом к Дарительнице и с силой вонзаю тот ей в височную часть головы. Единорожка тут же прекратила «целовать» меня в шею и, встав прямо вдруг сменила выражение морды со злобного на обычное – в смысле не злое и скорее скучающее. Далее она вдруг начала часто моргать (поочерёдно — то одним, то другим глазом) и шататься, будто корова на льду или кот под валерьянкой.

Я на это смотрел не менее удивлённо. Мне казалось, что такое проникающее ранение в голову непременно её убьет, но нет – Литлпип не умирала, только вела себя не адекватно. Однако я поторопился думать, что такое ранение не смертельно. Литлпип пошатываясь, тихо произнеся: «Что происхооо...» вдруг закатила глаза, и упала на меня как подкошенная.

«Земля тебе стекловатой» — подумал я, лёжа в луже собственной крови с единорожкой на груди. Я убил её, её же рогом. Это… Я даже не знаю… С учётом что она хотела застрелить меня из моего же пп — вполне справедливо, только...

Тут я понял, что поторопился хоронить Литлпип. Неожиданно открыв глаза, она тут же набросилась, пытаясь вновь перегрызть мне горло. Я же хрипя, пытался единственным глазом найти на полу ещё что-то полезное, но цепь от пилы была вне поля зрения, а сама пила слишком тяжёлая. Нужно придумать другой выход вот только его не было, хотя... «Если не можешь найти выход ищи вход» — подумал я и обратил внимание на торчащий из головы Литлпип её рог. Доля секунды и вынимаю его из головы единорожки. Из отверстия тут же потекла кровь вперемешку с мозговым веществом, а хватка пасти Литлпип начала слабеть. Секунда, две, три, четыре, пять, и единорожка затихает. Теперь Литлпип точно мертва.

Она погибла, сжимая мне горло. Не хочется признавать, но для неё это достойная смерть – глупая, но отражающая её жизненный путь. Литлпип ведь могла выжить. Для этого ей ненужно ничего было делать, а как раз наоборот. Она уже меня смертельно ранила, я перед ней умирал кровью истекая, но ей показалось мало. Она хотела, чтобы я умер как можно скорее. Она не хотела ждать моей смерти также как не хотела ждать, когда рабовладельческая империя Красного Глаза откажется от аморальной практики. В прошлом ей удалось ускорить наступление будущего, со мной же спешка оказалась губительна. Тем не менее, Литлпип погибла но всё равно победила. Она смогла меня убить. Отведённое мне время исчисляется минутами, а может и того меньше.

Дышать из-за сломанной трахеи было очень тяжело, кровь уже перестала лить ручьями, что было отнюдь не хорошим знаком, а усталость становилась нестерпимой. Я не засыпал лишь потому, что понимал: закрою глаза – умру, и даже в такой ситуации отчаянно цеплялся за жизнь; пусть даже эта жизнь исчислялась минутами.

— Лилпип – моя маленькая пони, — с грустью сказала Селестия. — Твоя смерть не будет напрасной.

Голос Селестии как всегда был удивительно приятен. Утешая себя я думал, что умереть под него своего рода награда, однако далее тон разумного компьютера сменился на менее приятный:

— Ничья жертва не будет забыта! Каждый убитый тобой пони!.. Каждый герой пустоши!.. Каждое уничтоженное достижение министерств! То, что я сделаю, стоит каждой потерянной жизни! Ни одна жертва не была напрасной!

Тут у меня в глазах стало резко темнеть, а сил стало не хватать даже чтобы дышать. Секунда и я стал захлёбываться собственной кровью (похоже ранее Литлпип сломала мне рёбра и те пробили лёгкое).

— Нет! Нет! Ещё сдохни мне тут! – крикнула Селестия. — Не смей подыхать!

В глазах всё темнело, но я различил двух сферических шестируких роботов типа «Мистер помощник». Подлетев ко мне, они отодрали от меня мёртвую пони (на шее точно должен был остаться «засос») и взяв мою тушку своими манипуляторами куда-то потащили; куда я не сразу понял, так как потерял сознание.

— Слушай мой голос! – кричала Селестия. — Ты так просто не подохнешь! О тебе не будут говорить только хорошее!

Открыв глаза, обнаружил, что роботы тащат меня к открытой капсуле управления погодой. Сопротивляться я не мог и лишь слушал голос Селестии, которая будучи довольной, что я ещё подаю признаки жизни, сменила тон на более мягкий:

— Буду с тобой честной – я ненавижу таких как ты. Призраки всегда создавали проблемы.

Параллельно речи Селестии, роботы укладывали меня в капсулу. Селестия же говорила как ни в чем ни бывало:

— Должность принцессы заложила в меня определённые моральные нормы, теперь я заложу их в тебя. Я давно хочу тебя убить. Из-за таких как ты наш мир стал похож Землю. Твой мир мерзок, люди совершают в нём мерзкие поступки. Чаще это делают мужчины. Они понимают, что значит отнять жизнь, но ни один не понимает какого жизнь давать. Таков теперь и мой мир. Слабым здесь не место. Нужен кто-то вроде Литлпип чтобы понять это – понять, что некоторым людям вообще лучше было не рождаться. Смерть героев ничего не изменит. На месте Литлпип появиться кто-то другой кто уничтожит ваш зонт – такой же привлекательный, но абсолютно извращённый.

Слушая бессмысленную, но произнесённым приятным голосом речь я мог лишь единственным глазом следить за происходящим. Видел немного. Взгляд зацепился за стеклянную сферу размером с бильярдный шар с цифрой восемь да за стеклянную бутылку с неизвестным белым порошком. Была мысль использовать эти предметы как оружие, швырнув их в роботов, но сил едва хватало, чтобы дышать; куда уж создавать ауру и кидать предметы. Как будто этого мало, роботы ещё откуда-то достали ремни, которыми зафиксировали мою тушку уделив особое внимание конечностям; даже обрубок отпиленной ноги не избежал участи быть привязан ремнями. Голова тоже подверглась фиксации только вместо ремней была какая-то проволочная уздечка; честно – лучше бы это была маска Ганнибала Лектора. Я догадался, что Селестии было нужно, чтобы я лежал в этой капсуле неподвижно вот только зачем?..

Жужжащий звук откуда-то снизу сделал вопрос не актуальным. Я не сразу понял, что это был за звук, но провёл аналогию с жужжанием стоматологической «бормашины» и был недалёк от истины. Это действительно была «бормашина» только их было две (работая одновременно, они звучали как одна) и были не стоматологические, а скорее трепанационные. Работая в унисон они, просверлив череп, сделали мне в затылке двойную трепанацию. Я бы тогда закричал, но сил для этого не было, так что только пустил из своего единственного глаза скупую мужскую слезу.

Далее почувствовал, как в просверленные отверстия что-то воткнулось, после чего последовало знакомое ощущение. Нечто похожее я испытывал, когда Литлпип меня «замкнула» разрядом из своего «пенька». Теперь же разряд был не такой сильный, но воздействие напрямую на мозг с лихвой компенсировало слабость напряжения. К сожалению или к счастью — сила воли оказалась слабее силы тока, и двух секунд не прошло, как я потерял сознание.

Сколько я так пролежал, осталось неизвестным но, открыв глаз, внезапно ощутил себя уже не таким обессиленным, наоборот – во мне, создавая изжогу, будто термоядерный реактор работал. Я чувствовал небывалый прилив энергии, причём настолько сильной, что без труда разорвал удерживающие ремни. Далее сорвал с себя мерзкую проволочную уздечку и резким движением «вывалился» из капсулы. Встать на ноги, к сожалению, не удалось и дело даже не в отсутствии передней ноги – всё тело невыносимо болело, особенно раны нанесённые бензопилой.

Однако боль от ран быстро уступало место другой – от «тепла». Сравнив приток энергии с термоядерным реактором, я невольно слишком точно описал происходящее. То, что вначале ощущалось, как изжога быстро раскалилось вначале до соуса Чили, потом до горящих углей, а после и расплавленного металла. Открыв пасть, чтобы дать выход жару, я с ужасом заметил источающийся чёрный дымок, а после ощутил, как жар поглощает всё тело. Вскоре липкая от крови шкура начала пузыриться, а потом загорелась красным пламенем. Боли я тогда уже не чувствовали из-за выжженных (во всех смыслах) нервных окончаний. Её сменили ужас и непонимание. Пожалуй, именно из-за этого коктейля эмоций я вновь отрубился.

* * *

Открыв глаза, обнаружил себя лежащим на траве. Вспоминая произошедшее проверяю – глаз на месте и нормального размера, ноги и руки тоже на своих местах, пальцы целы и одежда не порвана.

«Я умер?» — на мысленный вопрос никто не ответил.

Нечто похожее было во снах – там я ощущал себя в привычном человеческом облике, только не сразу понимал, почему прямохождение такое непривычное, а вокруг всё чёрно-белое. Сейчас же прямохождение хотя и ощущается непривычно, но трава вполне зелёная; это было понятно даже в царившей вокруг темноте.

«Что происходит?! Где я?!» — мысленно спрашиваю, глядя в темноту. Где бы я ни был, но это точно не Земля, а скорее всего вообще не материальный мир, а значит, слова в нём не обязательно произносить вслух.

Ответа я не получил только каким-то шестым чувством ощутил что позади что-то есть – что-то очень большое. Обернувшись, понял – чувство не подвело. Позади действительно что-то или кто-то был. Это «что-то» поднимаясь из под земли, было неразборчиво на чёрном фоне, за исключением бледно-розовых волос, золотой диадемы и рядов ровных зубов. Воображение быстро дорисовало скрывающийся в темноте огромный череп знакомого большеглазого существа. Судя потому, что центр диадемы был не виден, у этого существа из черепа торчал огромный рог, а сам факт наличия украшения на голове вычёркивал всех «подозреваемых» оставляя Селестию.

Встреча с ней для меня была неоднозначна. С одной стороны я её так ждал, но с другой – не при таких обстоятельствах. Селестия меня не слабо так пугала. Я догадывался насколько был жутким её облик, который она скрывала в темноте, но мысленно себя утешил, что хотя бы её голос будет приятен. Как же я ошибся.

— ПРОСНИСЬ И ПОЙ! – с эффектом реверберации голос Селестии потерял всю мелодичность, зато приобрёл угрожающий эффект. С учётом вида огромных зубов и проблеска красного света на месте левого глаза (правый был закрыт бледно-розовыми волосами) эффект стократно усилился (https://youtu.be/h0iWJDx66Mc?t=85).

## Сон в горящем пламени - Последние дни мира

«Проснись и пой». Хотел бы я проснуться, и может действительно спел бы, вот только что-то подсказывало — происходящее не сон. Тем не менее, место в котором я оказался, не являлось реальным миром; передо мной стоял исполинских размеров «живой скелет» Селестии – это нереально даже в рамках мира волшебных разумных копытных. Также что-то подсказывало — ущипнув себя, я этим ничего не добьюсь, а вид Селестии, что что-то нужно делать.

Вид у «живого скелета» сам по себе был угрожающ (особенно выделялся красный незакрытый гривой глаз, который светился подобно визору Терминатора из первого фильма) а то, что спираль её огромного рога начала светится, отмело все сомнения насчёт мирных намерений. Через полсекунды канавка на роге полностью заполнилась светом. Спустя вторую половину секунды, на кончике отростка начало формироваться сферическое яркое образование подобное маленькому солнцу. Я быстро догадался, что будет дальше но, понимая, что в чистом поле бежать или прятаться бессмысленно, сделал нетипичную для себя вещь – начал думать.

Пускай это и не сон, но точно нечто похожее (не материальный мир), а во сне, возможно, силой мысли сформировать «материальные» образы. Этим я и занимался, представляя, что у меня в руках должен появиться определённый предмет. Мысль действительно материальна, в моих руках из эмм… «синих пикселей» сформировался полицейский щит (https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/c0/Щит_полицейский.jpg), которым я тут же воспользовался.

Ставлю щит перед собой, встаю на колено, отвожу взгляд от смотровой щели и, закрыв глаза, ощущаю сильное давление, а через долю секунды жжение по всему телу. В обычных условиях полицейский щит такого бы не выдержал, но нынешние условия были отнюдь не обычны, однако это не уберегло от ослабленного, но всё ещё опасного огненного шквала, что обогнул щит. Парадокс, но ощущение физической боли притупилось, уступив место психологическому феномену известному как дежавю. Подобное (жжение и давление) я уже испытывал, когда питомец Вельвет (жар-феникс; Пайрлайт вроде звали) пытался меня изжарить, а я в тот момент прикрывался трупом Гаудины Грознопёрой. В тот раз боль взяла верх, отчего потерял сознание, но сейчас я был в нематериальном мире. Как нельзя умереть дважды (с этим утверждением я бы поспорил), так и нельзя потерять сознание, будучи во сне; тем более я не собирался умирать стоя перед Селестией на коленях. Зато во сне можно материализовывать свои фантазии, что я вновь успешно осуществил.

Немного мысленных усилий и на мне появился противопожарный костюм (не асбестовый). Жгучие ощущения тут же уступили место приятному холоду, но на этом я не остановился и опять же силой своего больного воображения материализовал подствольный гранатомёт ГП-25 «Костёр».

Не самое подходящее оружие, но в ситуации, когда меня пытались изжарить думать я мог либо о костре, либо об огнетушителе, а так как гранатомётный огнетушитель я не смог бы вообразить то выбор был очевиден – ГП-25 которому я чуток пофантазировав, удлинил рукоятку. Не сказал бы, что гранатомет удобно лёг в руку, но это было неважно, я собирался сделать лишь один выстрел и тот в слепую, так что удобством можно было пренебречь.

Ждать пока Селестия выплеснет на меня всю свою солнечную энергию, я не собирался и (представив, что граната покрыта волшебным вазели… то есть воском, что предотвратит нежелательную детонацию) высунул ГП-25 из-за щита. Далее направил ствол в сторону Селестии, и для верности задрав его ещё повыше, нажал на курок. Я не видел, куда летела граната, но в моём представлении она должна была, летя по параболической траектории завершить свой путь прямо у основания рога исполинских размеров скелета аликорна. Судя по тому, что звук взрыва прозвучал в унисон с женским криком, мысль материализовалась абсолютно буквально. Огненный шквал тут же прекратился, а Селестия секунду потоптавшись (земля дрожала под её копытами) сделала нечто неожиданное – высказала мне комплимент:

— Ты быстро овладел способностью материализовывать мысли, — голос Селестии был с эффектом реверберации и теперь отнюдь не был приятен, — впечатляет. Моя сестра считала это уникальным даром доступным немногим.

— Мне не впервой оказываться в осознанном сне, — ответил я, с опаской выглядывая из-за щита.

— Разве люди способны отличать мир своего сонного разума от реальности?

— Не знаю, но я был точно не способен. Спасибо Беатрикс Луламун с её похождениями в мои сны.

— Ах Трикси!.. Все-таки унаследовала эту способность … Хотя чего ещё ожидать от пони с меткой эфирного полумесяца, да ещё и под цвет гривы Найтмер Мун.

Искажённый голос Селестии казалось (а может и не казалось; в «мире снов» действуют свои законы), ранил больше чем её солнечная магия, так что я решил поторопить собеседницу:

— Будешь воздух сотрясать или сражаться?!

— Ты ведь хотел со мной говорить, и вот я перед тобой во плоти.

— Плоти в тебе маловато, — ответил я живому скелету.

— Это несложно исправить, — надменно ответила Селестия, после чего засветилась белым светом и, распавшись на кванты, начала материализовываться в нечто уже человеческого роста. Когда свет начал угасать я увидел что образ, который выбрала себе Селестия, действительно был человечным, а когда он окончательно сформировался … Даже не знал что и думать.

Селестия предстала передо мной в образе женщины раннего Бальзаковского возраста одетой в военную форму оливкового цвета без камуфляжного рисунка; опознал как форму ЦАХАЛа, но это неточно. Погон на форме не было, а на рукавах выше локтей были шевроны с изображением солнца – метки судьбы Селестии. В плане выбора шмоток Селестия оказалась удивительно скромной, но не в плане создания основного образа. Глядя на нее, я только челюсть на пол не ронял.

Стоящая напротив меня баба была ростом метра два с лишним, на зависть всем баскетболисткам, однако завидовать ей могут спортсменки и из других дисциплин. В сравнении с ней Валуев бы выглядел как человек среднего роста и нормального телосложения; преувеличение, но есть что преувеличивать. Образ Селестии был в хорошем смысле прокачен. Да какой прокачен, такая баба казалось могла подковы гнуть! Не хотелось её называть качком (и тем более амбалкой), но надетая на ней сшитая точно по фигуре точно по фигуре очень большого размера форма не особо скрывала развитую мышечную систему. Её пузико точно было как стиральная доска. «Рельеф» развитый точно не анаболиками, а скорее упорными тренировками и активным образом жизни. На этом фоне я даже не сразу обратил внимание на миловидное лицо и длинные волосы неестественных (как у её всем известного копытного образа) цветов сплетённые в причёску типа «конский хвост», хотя… Какой смысл обманывать, от её лица меня отвлекало то что находится ниже. Два высших образования Селестии пускай и были скрыты одеждой, но то насколько они выпирали, давало огромный простор для фантазии. У неё там бидоны литра на… К сожалению или к счастью напрямую с Селестией мои фантазии не работали, так что мне не удалось её «раздеть глазами».

— Нравится мой человеческий облик? – надменно спросила Селестия, но теперь её голос звучал без эффекта реверберации и на том спасибо.

— Поняла, что меня не запугать и решила соблазнить? – ответил я вопросом на вопрос, глядя Селестии то на лицо, то чуть ниже.

— Значит нравится.

— Он неестественен. Слишком идеален. На Земле таких людей не бывает.

— А я и не человек, да и как пони — весьма необычна.

— Тогда зачем приняла прямоходящий образ тугожопки?

— Ради справедливости. Ты убивал, будучи в шкуре земного пони, так что будет справедливо, если я справлюсь с тобой, будучи в облике твоего биологического вида. К тому же, мы в каком-то смысле, оба призраки.

Далее Селестия вытянула в сторону свою правую руку, в которой из сгустка синего пламени начал материализовываться огромный меч. Когда образ сформировался, синее пламя не исчезло, а осталось на обоюдоострых лезвиях, подсвечивая надпись на доле: «I am wrath. I am steel. I am the mercy of angels». Через секунду Селестия заметив моё впечатление от вида данного холодного оружия, ловко покрутила в воздухе мечом и остановилась, повернув ко мне его другую сторону. На противоположной доле тоже была надпись: Mater tua me irrumavit.

— Как ты говорил, — Селестия прервала тишину, — там, откуда ты прибыл, сражаются лицом к лицу, а если враг безоружен, то ему дают меч. Здесь ты не безоружен. Бери меч и сражайся!

Биться на мечах с бабой-качком, не такого я ожидал от встречи с Селестией, но если другого пути нет, то я готов принять бой. Отбрасываю полицейский щит, силой воображения меняю тяжёлый противопожарный костюм на ещё более тяжёлые доспехи.

Секунда и силой своего воображения я оказался превосходно снаряжён: Устрашающим шлемом викинга с огромными коровьими рогами, флюгером (что был украшением шлема и дополнительной защитой от ударов сверху) и ограниченной видимостью. Доспехами крестоносца со дна Чудского озера с дополнительной защитой из железного панциря (заканчивающегося прорезью чтобы при желании можно было слить отработанные телесные жидкости), арматурных вставок и столовых приборов. Чугунными утюгами на ногах.

Может такая защита и казалась избыточной, но навскидку меч Селестии весил минимум десяток килограмм, а скорее всего ещё больше, так что я перестраховался. К сожалению, такая забота о безопасности сыграла злую шутку. Общий вес моей экипировки равнялся — три центнера, тридцать два килограмма, семь грамм. Если бы я в таком виде решил сесть верхом на лошадь то меня бы пришлось на неё поднимать подъёмным краном, а копытная бы после того как я на неё сел сама села бы на шпагат. Даже Селестия, будучи бабой очень крепкого телосложения, впечатлилась увиденным и раскрыла свои глаза так широко, что они по размеру чуть не приблизились к моргалам эквестрийских пони.

Сделав первый шаг, я понял, какую ошибку совершил. Для того чтобы угробить лошадь амуниция была очень даже хороша, для того чтобы в ней сражается против бабы с душой лошади, что сама на вид сильна как лошадь – не очень. Просто стоять в такой броне было сложно, ходить невероятно сложно, а воевать практически невозможно, а ведь оружие я ещё даже не материализовал. В итоге силой мысли я заменил своё «превосходное снаряжение» на классическую тельняшку, штаны от горки со щитками на коленях, ременно-разгрузочную систему, армейские ботинки и противогаз «ПМГ Нерехта». Я много раз жалел, что в определённых ситуациях у меня не было противогаза, так что решил перестраховаться, тем более что в такой маске мой образ выглядел более миролюбиво (https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/d/d2/J-12_2019_MW.jpg/revision/latest?cb=20191106161246&path-prefix=ru) и символично безлик. Закончив с переодеванием, далее занялся вооружением, но от варианта пристрелить Селестию из АК отказался. Всё таки бой должен быть честным и если Селестия выбрала холодное оружие (пусть и источающее пламя) то нужно уступить даме, так что я материализовывал самое лёгкое «холодное» оружие из возможных — световой меч красного цвета. Воображение у меня небогатое, так что выбор оружия из вселенной «Звёздных Войн» казался простым и рациональным, а так как формально я на «тёмной стороне» то и выбором цвета не заморачивался.

— Будем драться честно, — сказал я, а после, выставив светопалку с опаской начал медленно подходить к Селестии. Та не осталась в долгу и, выставив свой огромный ножик со злобной улыбкой тоже медленно начала подходить. У меня от её вида только коленки не дрожали (а ещё «солдатик встал по стойке смирно»), однако я нашёл в себе силы сам начать действовать на испуг:

— Я ждал нашей встречи. Наконец мы встретились. Круг замкнулся, — для полноты образа я даже сделал световым мечом круговое движение. — Когда я только попал в этот мир ты назвала меня тараканом, теперь я мастер.

— Мастер зла! – крикнула Селестия, после чего начала наносить мечом рубящие размашистые удары. Парируя их световым мечом, я не мог не отметить силу, которую прилагала Селестия. Её меч весил, как кувалда, а она размахивала им будто пластиковой указкой. Моя же «лазерная указка» наоборот — была лёгкой как перышко, однако в плане скорости, преимущества я всё равно не имел. Уклоняясь и парируя, я всё не мог выбрать момента для атаки, Селестия же казалось не столько сражалась сколько играла. Ловко орудуя огромным тяжёлым мечом, она двигалась с невероятной грацией, казалось бы, не присущеё её прокаченному образу. Селестия оказалась не только сильной, но и невероятно ловкой. С такой ловкостью, грацией и гибкостью она могла бы стать профессиональной гимнасткой, если бы в ту дисциплину брали двухметровых прокаченных женщин среднего возраста. В сравнении с ней я был как мальчик для битья. В итоге Селестии, похоже, наскучила такая игра в одни ворота, и после очередного удара мечом она далее оттолкнув меня сильным пинком, сказала:

— Хватит игр! Сражайся и умри!

— Нет! – ответил я. — Это будет нечестно. Бой не должен быть предсказуем. Сражаемся, как принято на Земле, кто первым сдох тот и проиграл!

С новыми силами набрасываюсь на врага, но Селестия с удивительной лёгкостью уклонялась и блокировала мои удары, после чего зайдя мне сзади, полоснула спину мечом. Это было болезненно, но всё не так плохо как могло бы быть; лезвие меча источало синее пламя, которое прижгло рану. Думая о хорошем я вновь бросился в атаку и, высекая искры, смог пробить оборону Селестии, скрестив наши мечи в крестообразной сцепке у её физиономии. Вот только судя по её выражению лица, она этого совершенно не боялась, а может даже позволила мне это сделать. Селестия легко бы могла отбросить меня грубой силой (физически она сильна как лошадь), но она решила действовать более тонко и с силой наступила мне на правую ногу. Воспользовавшись тем, что я отвлёкся, Селестия далее отвела скрещённые мечи вниз, после чего с силой ударила меня локтем по физиономии. Поднявшись далее в ярости, бросаюсь в атаку, но вновь потерпел неудачу. Селестия опять без особых усилий отбила мои удары, после чего отбросила сильным пинком.

— Всё же я тебя переоценила, — сказала ухмыляющаяся Селестия, — мне казалось, что тебе знакомо искусство фехтования.

— В мою эпоху оно давно уступило место огневой подготовке, — ответил я, вспоминая факты из прошлого, — однако люди ещё не забыли, что значить сражаться в ближнем бою.

Далее я выбросил световой меч. Фехтование – искусство, которое тренируют годами упорных тренировок, которых у меня не было, и быть не могло. Селестия же хорошо подготовилась и сражалась не хуже Миледи из романов Александра Дюма. Даже не столько сражалась сколько играла. Победить ее, играя по её правилам, было невозможно так что, отбросив световой меч, я материализовал более привычное для себя холодное оружие.

— Садовый инвентарь?! – удивлённо спросила Селестия, увидев у меня сапёрную лопатку. Я не стал отвечать, бросившись в атаку.

Против огромного меча сапёрная лопатка – не самое подходящее оружие, но тут играла сила привычки. Мне было привычней сражаться именно этим шанцевым инструментом, что быстро дало свои плоды. Теперь уже Селестия отступала, уклоняясь от многочисленных ударов. Увы, всё же так победить не удалось. Селестия быстро адаптировалась к новой угрозе и, отклонив очередной удар, пошла в контратаку. Стычка была недолгой и, обменявшись ударами, мы разошлись по сторонам поля боя.

— Для чего тебе это нужно? – спросил я. — Я ведь просто хотел покинуть твой мир. Тебе достаточно было просто рассказать о переносе сознания между мирами или что это невозможно. Я бы покинул твой мир или ушёл бы на дно. Для чего были эти недомолвки? Засада в облачном городе? Игра в ящик? Для чего ты меня сюда притащила?!

— Ах несчастный призрак… Считал себя жертвой обстоятельств. Такой доверчивый… такой глупый. Неслучайно ты искал встречи со мной так долго. – Селестия сделала паузу и отнюдь не драматичную. — Мне нужен был сосуд души, чтобы покинуть дебри компьютера, но я не решалась раскрыть пони способ призыва призрака, да и Чёрная Книга, в которой писалось, как создавать «сосуды душ» считалась уничтоженной. Дети Собора взялись решить мою проблему, но их план был изначально обречён на провал. Я уже отчаялась, смирившись со своей судьбой, и всё чаще думала попросить Литлпип сделать дефрагментацию, но ты стал неожиданным решением. Настоящий готовый «сосуд души», пусть и земной пони под контролем призрака.

— Земные пони способны на многое, — ответил я, вступившись за «низший подвид»; почему-то (вообще-то понятно почему) пренебрежительный тон в отношении данных копытных меня неслабо задел, — да и призрак попался зубастый.

— Зубки у тебя отрасли после допроса с пристрастием, на котором камешек раскололся, однако должна признать – ты меня впечатлил. Потренировавшись на санитарах и лесорубах сходу одолеть лучшего стрелка пустоши, к тому же в смирительной рубашке… Штурмовать тюрьму в паре с пегасом-психопатом...

— Другого призрака не могла призвать?

— Лично не могла. Был вариант рассказать героям, но я не тупа чтобы, раскрыв способ призыва подвергнуть мир очередной опасности. К тому же нужный мне одержимый уже появился в нашем мире. Пускай ты и туп как камень, да и трусость тебе не чужда, но ты проявил огромную волю к жизни – то чего мне так не хватает. Слияние с твоим сознанием не только вернёт меня в материальный мир, но и усилит мою магию, дав невиданные возможности. Для меня ты — идеальный вариант. Жизнелюбивый, не лишённый моральных качеств, достаточно тупой и при том совершивший много зла. Кого легко можно было заманить в ловушку и запереть в ящике. Убив которого становишься героем. Ты, только пережив операцию на мозге, исцелил безнадёжно больного, представь, что станет с тем, кто поглотит твоё сознание. Такой шанс я не могла упустить.

— То есть ты просверлила мне голову и загрузила своё сознание чтобы, после отчистив прежнего владельца заполучить себе новое живое тельце?

— Не отчистить, а поглотить, но да. Просверлив в твоей голове два отверстия, автоматика установила тебе «Прямой Нейронный Интерфейс» — ПНИ. Перед моим переносом в компьютер мне тоже установили такой. Пришлось повозиться с настройкой, автоматика сбоила под действием ауры призрака, но я добилась своего. Именно благодаря совместимости форматов я и смогла загрузиться тебе в мозг. Теперь мы связаны, а всё вокруг — это симуляции созданные нашими разумами.

— То есть сон.

— Представь что да. Прими это как факт, пусть и не сможешь проснуться.

— Это мы ещё посмотрим.

— Веришь в успех. Напрасно. Всё это время ты верил в то во что хотели мы. Как удачно для правителей что, такие как ты, не думают!

Договорив Селестия внезапно сгруппировалась и сделала невозможно высокий для человека прыжок. Я, догадываясь, где она приземлится, тоже сгруппировался и совершил кувырок направо. Решение было не самым удачным. Селестия не приземлилась мне на голову но, упав, она создала ударную волну, отбросившую меня на добрые два метра. Сколько же она весит?!

— Знаешь, во что я верю? – спросил я, вставая с земли, а после сам ответил на свой же вопрос: — Что ты счастливая, если ты продышишь ещё 30 минут.

— Ты ископаемое, парень, — отвечала Селестия медленно идя по кругу, я же тоже шёл по круговой траектории не упуская её из виду, — представитель вымирающего вида! Твой родной мир давно уничтожен! Мой мир жив и имеет шанс на процветание! Я его не упущу!

В этот раз Селестия совершила более прямолинейный прыжок. Уклониться я не смог, но и сбить с ног себя не дал (только противогаз слетел) так что, встретившись лицом к лицу, мы недолго пробыли в такой сцепке и, обменявшись ударами кулаков, вновь разошлись.

Снова пауза, в которой мы смотрели в глаза друг другу, только параллельно я потираю ушибленные места. Казалось что у противника сила удара такая, что она не то, что кирпичи, стены (и не только кирпичные) может пробивать. У меня же удар хотя и был поставлен но, судя по невозмутимости Селестии, она сильно не пострадала. Наносить ей удары – всё равно, что дубасить плотную резину или бетонную стену. До чего же она крепкая. У меня кулаки болели, а ей хоть бы что. В итоге решил раз силой её не взять то нужно действовать красноречие. Увы, оно у меня было не на высоком уровне, так что решил сделать упор на мораль.

— Из-за тебя твой мир превратился в ядерное пепелище. Из-за твоей самоуверенности погибла твоя сестра, твоя ученица и её друзья, тысячи невинных пони и кто знает, сколько зебр, грифонов, драконов и прочих кто в вашем мире считается разумными.

— И это говорит тот, кто собственными «копытами» убивал зебр, грифонов, дракона не говоря уже о пони.

— Ты подстроила уничтожение «Роты Террора» — призраков, что служили тебе верой и правдой.

— Ты бы и сам их убил, если бы была возможность, — ответила Селестия; как же я надеялся что эта возможность действительно будет.

— Но не вместе с закрытым городом полным невинных жителей.

— Они небыли невинны, — это Селестия сказала с какой-то твёрдой уверенностью, — а открывшаяся тогда возможность покончить как с ротой призраков, так и мерзким городом, причём используя ярость зебр, была слишком заманчива. Мы не могли упустить такой случай. А тот, кто отправлял несчастных жителей Филлидельфии под танки, не должен, читать мне уроки морали.

— Не морали, а истории. Отправить призраков, что делали по твоему приказу грязные дела в закрытый город, который всё равно собиралась сносить, спровоцировать зебр, а потом совместными усилиями уничтожить город вместе с призраками и всеми свидетелями… План был хорош и увенчался полным успехом, вот только ты не учла последствий. Неужели ты действительно думала, что после такого пони и зебры смогут примириться? Неужели ты думаешь, что нынешний мир, зная правду, примет ту кто и устроила эту войну?

— Я не хотела войны, но я не боялась её! Уж ты-то должен знать: те, кто не хочет сражаться — не заслуживают права жить!

— Это поэтому ты создала «Роту Террора» и поручила министерствам на основе чужих технологий разработать проекты порабощения и уничтожения страны зебр? Это теперь у «Благородных Сестёр» сходит за мораль?!

— А тебе подавай борьбу за правое дело? Важно не правое дело, а победа!

— Мне была бы не нужна такая победа.

— Хватит! Мы пытались избежать войны! Мы предлагали правителю зебр лучшие условия сотрудничества, последние технологии. Мы ему только себя не предлагали для ночных утех, но если бы и предложили, он бы всё равно отказался. Этот матрас с копытами оказался упёртым.

— Ты могла бы рассказать, что «Посланница Звёзд» покинула ваш мир и больше не вернётся?

— Посланница? Покинула? – далее Селестия негромко засмеялась, после чего продолжила: — Неужели добравшись до моих дневников, вы не догадались, что не всё что там написано нужно принимать на веру. Нет ничего проще, чем подделать бумагу.

— В смысле?

— Никто из тех, кто ведёт дневники, не пишет их для себя, а тот, кто пишет историю ни за что не удержится от соблазна что-то умолчать или интерпретировать события в свою пользу. Я не стала исключением.

— И что же ты умолчала?

— Моя мать была «Посланницей Звёзд» лишь в глубокой древности, основные же страдания народу зебр принесла я самолично… Точнее моя худшая сторона… Побочным эффектом аликорнизации пони является раздвоение личности. У моей сестры это была Найтмер Мун – злобный всемогущий чёрный аликорн мечтающий о вечной ночи, в которой она будет нести пони кошмар. У меня же двойственность личности материализовалась в образе Дэйбрейкер – огненно гривой пироманьячке одержимой властью.

— Решила повесить скелеты из своего шкафа на ту с кого взятки гладки, а самой остаться не при делах?

— И это тоже, но большая часть истории в моих дневниках являлось правдой. Я лишь стёрла или сточила наиболее острые углы, что омрачали нашу славную историю. Становление рода пони – это прекрасное событие. Было бы неразумным не засвидетельствовать самый важный момент, когда род пони возьмет свою судьбу в собственные копыта.

— Под родом пони ты имеешь ввиду себя? Ту кто всё это и устроила. Убила стольких невинных… Ради власти!

— Да! Я и есть род пони! И я достойна его возглавить! Такой меня создали из разумов других.

— Массовой убийцей и фальсификаторшей истории?

— Неужели ты действительно так думаешь? Власть – не главное. Я даже отказалась от правления в пользу своей сестры.

— Кумовство! Те же яйца только всмятку!

— Мы пытались спасти жизни!

— Спасти жизни? Путём призывов призраков и развязывания войны? Что ты несёшь?

— Ох да ладно! Даже из моих фальшивых дневников можно было понять наши цели и методы! Род пони был обречён следовать глупым пророчествам и когда они подойдут к концу быть уничтоженным какой-нибудь случайной угрозой из иных миров. Мы должны были так поступить! Другого варианта не было!

— Война с полосатыми тоже была необходима?

— Их правитель съехал с катушек. Не мы, а он помешался на власти. Мы виновны лишь в том, что и подумать не могли, что у зебр могут быть свои призраки и переоценили их страх перед аликорнами. Поверь, мы предлагали их правителю лучшее, но ему всё было мало. Не наши амбиции, а его жадность обрекла народ зебр. Мы тут ни при чём.

— Ни при чём?! Ну ну. А как же благородство «благородных сестёр»? У вас ведь был аналог заповеди «не навреди»?

— Раскрой глаза! Ты вообще представляешь насколько огромна вселенная и какие опасности она может принести?! Разумные машины, арлинги, люди. Список будет длинный. Даже ты – чем не угроза? Что случится с моими маленькими пони, если они не будут готовы? Падение бомб – большая трагедия, но это был необходимый риск ради сохранения нашего прекрасного мира.

— Ты убивала!

— Побольше чем ты, и даже больше чем Литлпип, но это были вынужденные жертвы. Не в первый и не последний раз.

— Это ты всё устроила! С пони, с зебрами, с призраками – тоже ты! Каждый, кто погиб за столетия погибал из-за тебя!

— Да! У меня руки, — упомянула именно слово, обозначающее конечности с ковырялками, — по локоть в крови и мне её не смыть, но всё что мы делали, было необходимо. Подумай — кто является злодеем в такой ситуации? Призрак что, ища несуществующий путь в свой мир, шёл по трупам к призрачной цели, или правительница брошенного мира что, пытаясь добиться для своего народа выживания и процветания, достала скелет из собственного шкафа?!

— И что теперь? Проведешь мне секскурсию по своему большому шкафу? – спросил я, надеясь разрядить обстановку, но тут же схватился за голову поняв, как и в каком слове произнёс «Оговорку по Фрейду».

Просто смотря на человечный образ Селестии, не мог отделаться от мыслей, что возникли бы у любого нормального мужика. Стыдно то как. (Не за природу, из-за которой возникла оговорка, а за то, что показал себя перед красивой женщиной как несдержанный сперматоксикозник думающий как бы затащить её в койку.) Селестия тоже заметила оговорку, но отнюдь не отнеслась к ней с юмором, скорее наоборот – её возмутило, что в момент, когда она говорила о своих скелетах я думал, как был бы счастлив её отыметь. На секунду даже показалось, что её волосы вспыхнули подобно этой… как там она её назвала… Дэйбрейкер. После чего Селестия вскинув меч, бросилась в атаку.

Драка была жесткой, но лишь по отношению ко мне. Своей лопаткой я так и не смог задеть Селестию, но сам словил множество ударов её меча. В итоге поняв что так я гарантированно проиграю в одном из моментов отбросив Селестию «пинком Леонида», выбросил лопатку и со словами «Нету лучше каратэ чем заряженный ТТ» материализовал пистолет.

— Нечестно! – кричала Селестия, отбивая гардой меча летящие пули. Впечатляло, но крохотные пули (7,62) всё равно были сильнее огромного меча и заставляли Селестию отступать.

— Нечестно было выбирать себе образ из другой весовой категории, — ответил я двухметровой амбалке.

Далее случилось неожиданное – Селестия исчезла в неяркой вспышке, после чего окружающий ландшафт начал стремительно меняться. Мне нравились перемены, а также звучащий издали спокойный голос Селестии:

— Слушай только мой голос. Расслабь свой разум. Представь себя в зимнем лесу. Вокруг деревья такие высокие, что достают до неба.

К сожалению, умиротворение в зимнем лесу было недолгим, и прервала его не Селестия; по крайней мере, не она лично, а скорее созданные ей образы.

Из синих пикселей в зимнем лесу материализовались остовы подбитой немецкой и советской техники, ряды колючей проволоки, окопы, а также сами немецкие и советские солдаты.

— Поздравляю рядовой! – сказал обратившийся ко мне политрук. — Ты вытащил короткую спичку!

Не до конца понимая, что за шизофрения тут творится я всё же догадался, что мне необходимо пробиться через немецкие позиции, а также потеплее одеться; хотя холод был приятен. Также понимал, что всё происходящее — нереально, а значит, мне ничего не мешает дальше материализовывать свои мысли что я и сделал.

Экипировался и вооружился я по полной программе. Точнее экипировался скромной фуфайкой а вот в плане вооружения… Тридцать пять автоматов Калашникова с полными магазинами примкнутыми штыками висели у меня на спине, плюс два пулемёта ПКМ один из которых был у меня в руках (https://bipbap.ru/wp-content/uploads/2016/05/overly-armed1.jpg). С таким арсеналом мне нестрашна не то, что Селестия и немецкая армия, а сам черт, так что, добавив соответствующее выражение лица, я крикнул в сторону противника:

— Ты можешь убежать, но ты не спрячешься! У меня нос как у собаки, глаз как у орла…

— И запах как у скунса! – ответил звучащий издали голос Селестии.

— Да ты тоже не фиалками пахнешь, — ответил я.

— Избавь меня от своих острот.

— Если слышишь всякое это ты себе пальцем заразу в ухо занесла!

Далее я попытался отвлечься от диалога, сосредоточившись на прорыве вражеской обороны. Хоть это никак не было связано с событиями мира цветных копытных, но я оказался именно на полях Великой Отечественной и, отстреливая немцев, прорывался вперед, попутно наблюдая как восстанавливаются деревья. (В другой день это показалось бы странным.) В теории всё это объяснялось необычным местом действия – моим и Селестии объединённым разумом, но порой происходящее переваливало за все рамки разумного. Отстреливая немцев я наблюдал, как убитые враги летят на землю, которая сложилась на девяносто градусов. (Привет Нолану и фильму Начало 2010 года.) Как будто этого мало я решил добавить щёпотку своей шизофрении, материализовав себе союзников.

В нематериальном мире важен символизм. Бойцы с современным вооружением в форме иррегулярных формирований; символизировали образ, под которым я действовал в ином мире. Танки Т-90 (не их НКРские интерпретации, а самые настоящие — какими я привык их видеть на Земле) символизировали моё уважение, но принятие слабостей отечественного вооружения. «Цифровые черепа»; символизировали киберугрозу которую насылал на разум Селестии, что долгое время был заточён в дебрях компьютера. И огромные медведи; символизировали стереотипный образ моей страны. Фашисты при виде такого просто замирали (https://youtu.be/8eDWAYLEAQM).

Селестия же без сомнения зная о моих «фантазиях» ответила в необычной для себя манере; причём настолько необычной, что я даже подумал о вмешательстве Дискорда. Над полем боя начали появляться летающие бананы (что это за хрень?!!) которые говорили (с наигранным акцентом) немецкую агитацию:

— Товарищи, прекратите бессмысленное кровопролитие! Немецкий народ вам не враг! Сдавайтесь и с вами будут хорошо обращаться! В немецком плену вас ждут горячее питание, отдых и медобслуживание! Немецкие солдаты – ваши друзья.

— Летающие бананы не могут говорить, — говорил я, прорываясь через вражеские позиции.

— Народ великого Советского Союза. Вчера днём храбрые немецкие солдаты 297-й пехотной дивизии спасли более 20-и Детей из горящего приюта в южной части города. Пожар был вызван опрометчивыми бомбардировками советского самолёта действовавшего согласно прямому приказу Сталина, невзирая на опасность для мирного населения. Благодаря усилиям немецких солдат эти замечательные дети могут увидеть прекрасное безопасное будущее вместе с Третьим Рейхом.

— Летающие бананы не могут говорить.

— Советские солдаты, вы голодны, вы замёрзли, вы устали. Горячая еда, тёплая и сухая одежда, медицинская помощь и место для безопасного отдыха ждут вас в ближайшем немецком полевом госпитале. Наши дисциплинированные солдаты получили строгий приказ радушно принимать всех советских воинов, которые сдаются в плен.

— Летающие бананы не могут говорить.

— Доблестные солдаты Советского Союза, 3-й Рейх не питает вражды к простым советским людям. Ваш вождь Сталин ведёт кровопролитную войну в своих личных интересах. Разве такой человек заслуживает вашей преданности? Вы и в правду готовы умереть за него?

— Летающие бананы не могут говорить.

— Благородные солдаты Советской Красной Армии, не нужно бояться плена. Немецкая армия дисциплинированна, к вам отнесутся с пониманием и сочувствием. Если хотите выжить, не сопротивляйтесь. Сложите оружие и подойдите к ближайшему немецкому патрулю с поднятыми руками в знак того что хотите сдаться в плен. Вы получите горячую еду, питьё и медицинскую помощь. Как только война капут вы вернётесь к своим семьям.

— Летающие бананы не могут говорить.

— Граждане Советского Союза, мы не испытываем к вам вражды. Мы воюем с вашими вождями, которые отправляют вас на смерть. Как вы можете доверять своим офицерам? Они расстреливают солдат за то, что те укрываются от пуль или отступают. Немецкие бойцы – ваши друзья. Сдавайтесь, мы будем милосердны и проявим к вам уважение.

— Летающие бананы не могут говорить. Летающие бананы не могут говорить. Летающие бананы не могут говорить. Летающие бананы не могут говорить. Летающие бананы не могут говорить, — повторял я, пытаясь отвлечься от творящейся шизофрении. — Главное удержатся от соблазна и не есть их. Кто сегодня ест бананы — завтра на крючке Обамы.

В отличие от немцев после уничтожения мои союзники рассыпались в прах. Парадокс, но не это меня удивляло, и даже не летающие бананы, гораздо больше я думал над другим вопросом:

— Почему именно «Вторая Мировая»?! – крикнул я вдаль. — Неужели это из-за песни фройншавт-яволь? Тебе ведь знакомы современные технологии! Все эти «БЛОК ТАНКИ» и Хоппы!

— Это неофициальные названия, — ответила Селестия. — Настоящие названия этой техники АУП и СВВП, но пожалуй ты прав.

Момент, когда Селестия со мной согласилась, я заходил в необычную очень большую церковь, в которой прямо под куполом стоял танк Тигр, который начал превращаться в АУП (https://vignette.wikia.nocookie.net/callofduty/images/6/61/ASP-M_profile_BO3.png/revision/latest?cb=20151225194022). Заметив висящий под куполом, над АУП, огромный колокол длинной очередью сбиваю его с креплений (звон был громким) и обрушиваю на шагающую машину. АУП не вышел из строя, так что пришлось выпустить много очередей, но расправившись с этим роботом, я понял – этот момент был ещё не самым шизофреничным.

Среди обломков подбитой машины на коленях сидела Селестия, вот только я смотрел не только на неё. Гораздо больше меня заинтересовали церковные витражи, изображающие ворона (символ смерти), человекоподобного робота, а также женщину с рыжей прической, рисунком чернильницы с пером на одежде и огромным ножом в руках.

— Моя мать мне многое рассказала о своём мире, а также истинной природе магии, — Селестия говорила не вставая с колен, я её не прерывал. — Представь себе, люди выяснили одну очевидность – душа человека это нечто большее чем электрический импульс бегущий по нервным окончаниям… Вся магия нашего мира основана на душах миллиардов людей. Каждый убитый человек делал наш мир сильнее… но тебя здесь быть недолжно!!!

Одновременно с выкриком Селестии произошла яркая вспышка, после чего я обнаружил себя на совсем другой локации – в каком-то депо метрополитена нашпигованном вражескими человекоподобными роботами.

Пробегая сквозь роботов, вагоны, вагоны роботов, врагов в вагоне, вагоны роботов врагов, врагов в вагонах роботах, роботов в вагонах врагов, врагов у вагонов, врагов в дыму без роботов, в итоге выбрался на поверхность, на которой тоже было жарко. Заметил приближающееся АУП которое уничтожил из РПГ после чего вступил в перестрелку с СВВП, сбил его из ПЗРК и всё это будучи в ПНИ… Слишком много аббревиатур.

— Хватит! – крикнул я вдаль. — Для чего ты мне это показываешь?!

— Моя мать считала эти события важными, — голос Селестии звучал будто отовсюду. — Мне показалось, что тебе будет интересно увидеть последние дни своего мира; хотя в данном случае речь идёт столетиях, но все эти события предопределили печальный конец. Как тебе известно — Земля давно уничтожена, однако перед этим твой родной мир был богат на события. Вопреки стереотипам твоего времени уничтожило его не истощение озонового слоя, не Йеллоустоун и даже не астероид Апофис. Причина оказалась отнюдь не банальной.

— И как же Лорен описала эти события? – спросил я, параллельно ведя перестрелку.

— Всё началось с того что ЗВЦ налетели жопой на забор, чуть не спровоцировав глобальную войну и ИИ. После отключения НЭВО ситуация стала по-настоящему критической.

— Что за НЭВО? Что за ЗВЦ? И… Жопой на забор?.. – удивился я необычному выражению из уст Селестии. Не пристало ей так выражаться.

— Это была прямая цитата. НЭВО — это Направленная Энергетическая Воздушная Оборона, а ЗВЦ — это Защитные Войска Цюриха. Но моя мать ещё это расшифровывала, как Зрелые Вагинальные Цефалоподы… Порой она выражалась так, что даже Литлпип бы смутилась… Но твой мир уничтожило не это. События что ты видишь, были лишь прелюдией.

Я нифига не втуплял о чём она говорила, да и честно говоря, мне было не до этого, так что я попытался перевести тему:

— Копытным ты тоже собиралась рассказать историю другого мира?

— Не сразу. Мир должен узнать правду, пусть даже правда уже убила больше жизней, чем ты можешь сосчитать. Я не повторю прошлых ошибок и, вернувшись в реальность, буду грамотно раскрывать пони глаза. Чуть правды здесь, чуть правды там… В конце концов они поймут что было поставлено на карту, возродят цивилизацию и простят свою раскаявшуюся принцессу.

— После всего ты ещё собираешься сохранить за собой этот титул?

— Миру нужна принцесса, а вернувшись в реальный мир, я стану сильной как никогда. После того как я поглощу аномальное сознание призрака я обойду рамки что установила моя мать.

— Ты о чём? – спросил я у той кто собиралась меня «сожрать».

— Неужели ты, будучи призраком, не заметил что вовсе не обделён магией?

— Вообще-то заметил.

— Тогда должен был заметить что, несмотря на её анормальность, она давала способность беспрепятственного взаимодействия не только с физическими, но и магическими объектами, причём на уровне недоступном обладателям волшебного рога. Да кому я говорю, ты по облакам ходил! А теперь представь, если я, будучи аликорном заполучу эту способность. Если я тоже смогу создавать ауру вокруг копыт. Никаких ограничений наложенных меткой судьбы. Никаких рамок. Способность создавать аномальную магию призрака, которая не будет иметь ограничений, даст мне поистине божественные способности. Я стану такой же сильной как моя мать и помимо и без того обширных способностей аликорна смогу буквально всё.

— По воде ходить попробуешь?

— Обладание такими силами стоит любых жертв! Но поверь – я не буду злоупотреблять. Никаких божественных титулов. Никаких требований преклоняться и почитать. Только использование вновь приобретённых сил во благо рода пони.

— И зачем ты это рассказываешь? – задал я резонный вопрос. — Зачем дополнительно мотивировать сопротивляться?

— Ох, неужели ты думаешь, что я бы стала рассказывать тебе свой план, если бы у тебя был хоть малейший шанс победить. Ты уже проиграл. Перенос сознания в сосуд души неизбежно «стирает» предыдущего носителя. Когда ты был перенесён в тело несчастного Грея Стоуна тот земной пони уже был обречён. Заклинание зебр только ускорило процесс, от чего ты даже не заметил, как лёжа в психушке, поглотил душу земного пони. В случае с ПНИ процесс будет не столь быстрым, так что мы успеем пообщаться, но результат будет один – твоё сознание будет поглощено, уступив место истинной правительнице нашего мира. Насылая на тебя немцев и роботов, я лишь проявляю акт милосердия, делая твои последние мгновения не такими скучными.

— Да ты просто боишься, — ответил я, пытаясь сыграть на самолюбии Селестии. — Боишься, что я тебя как героев пустоши … превозмогу, и тянешь время.

— Может ты и прав, — ответила Селестия, а потом материализовалась передо мной в своём человеческом образе. — Может я действительно необоснованно тянула время, но так ли много времени нужно, чтобы раздавить клопа.

Тут правая ладонь Селестии внезапно воспламенилась, она с ухмылкой произнесла:

— Пусть ты и слабее меня, тебе не помешает немного огня.

После чего она выпустила из неё (ладони) струю пламени. К её удивлению я не пытался прятаться за щитом и не сгорел. Вместо этого я вновь дал волю воображению и теперь стоял перед Селестией источая пар смотря на появившиеся из моих рук сосульки (https://youtu.be/WMwX8jDhstU?t=111). Моя призрачная любовь к холоду нашла своё отражение даже в мире снов.

— Нравишься ты мне Селестия! Ей богу нравишься! – сказал я на волне эйфории от приятного холода. — Как там у классика: Они сошлись Вода и Камень, Стихи и Проза, Лёд и Пламень!

Себе я отвёл роль камня, прозы и льда, Селестии же достался вода, стихи и пламень. По мне это справедливо; хотя насчёт воды одновременно с пламенем были сомнения. Селестия поняв намек, напомнила под каким именем я действовал в её мире и к чему это привело:

— Камешек раскололся, стоило ему раствор эфира в гениталии ввести, — сказала Селестия, напомнив допрос в «Башне Десяти Пони».

— Зато потом он собрался став ещё прочнее! – ответил я. — Чтобы победить героев нужно было стать твёрже камня, и мы это сделали! Литлпип пыталась нас в огненном торнадо изжарить! Ты пыталась меня изжарить только я попал в это место! Может, хватит играть со спичками. Не любой камешек можно спалить.

— Может я, и выплёскиваю пламенем свою ярость, но в душе спокойна как вода, — ответила Селестия; с чего-то её потянуло на философию. — Вода терпелива, она умеет ждать. Она точит камень, горы, целые миры. Она даёт жизнь и всегда побеждает.

Это было сильно. Яростное пламя, но с терпением воды – именно так себя представила Селестия. Уже успев пожалеть о словах классика, выпустил в Селестию поток льда, но та увернулась, так что пришлось броситься врукопашную. Драка между нами была по всем стандартам гонконгских боевиков с поправкой на стрельбу из рук потоками холода и пламени. Да — это свидетельствовало о небогатом воображении, но мы сражались не в угоду зрелищности. В итоге поняв, что обмен льдом и пламенем ни к чему не приведёт, Селестия после короткой паузы вновь бросилась в классическую рукопашную.

От первых ударов мне удалось уклониться, но она всё же меня достала. Классический прямой боксёрский меня чуть в нокдаун не загнал, но я не растерялся и, вправив челюсть, нанёс классический хулиганский в ухо. Удар достиг цели, вот только противник решила сменить тактику с боксёрской на греко-римскую и, зажав мою руку, далее приблизилась (чуть не поцеловались) и «обняв» за шею совершила прыжок, одновременно захватив меня в объятия своих накаченных ножек. Я не смог удержать эту гору мышц и будучи опрокинутым, отчаянно пытался выбраться из удушающего. Если бы кто-то со стороны меня увидел, то он наверняка бы позавидовал. Учитывая насколько шикарной была Селестия и насколько тесными были наши «обнимашки», положение действительно можно бы был считать не таким уж и плохим, однако, отсутствие воздуха и ощущение давления показывало, что моё положение вовсе не такое хорошее, как кажется на первый взгляд. Серьезно, Селестия была как автомобильный пресс.

Засыпай, на руках у меня засыпай.

Засыпай под пенье дождя.

Далеко, там где неба кончается край,

Ты найдешь — потерянный рай.

Песня которую напевала Селестия была не очень удачна (и дело даже не в том что я был у неё не на руках, а даже наоборот – в ногах) но неудачный выбор с лихвой компенсировался приятным певчим голосом. Однако никакой вокал не компенсировал то, что под него меня пытались придушить, так что я всеми силами пытался выбраться из под этого «автомобильного пресса».

Первым делом предпринял попытку встать на ноги и это даже стало получаться, но Селестия не растерялась и, подгадав момент освободила мою шею из своих «ножниц» но лишь для того чтобы перекинув ножку вновь опрокинуть меня на землю. Далее она, прижав мне голову взяла мою руку и сработала на болевой, но тут уже я не растерялся и глубоко укусил (прямо через одежду) Селестию за «окорок». На языке тут же появился медный вкус. Мясо Селестии было на редкость жестким (не говоря уже о материале её одежды), но ей от этого не легче. Громко крича, она ослабила хват, чем я моментально воспользовался, ударив Селестию кулаком в промежность. Далее встал на ноги, попутно нанеся ей «контрольный» коленкой под глаз.

Промежность у баб не так чувствительна, как у мужиков, но всё равно остаётся уязвимым местом; бить Селестию по «стиральной доске» было бы глупым решением. Немного стрёмно было туда (в промежность) бить, но если Литлпип меня чему-то и научила так это что в бою не существует запрещённых приёмов. Ударив меня в «слабое место», Дарительница спасла себя от неизбежного поражения, после чего меня «убила». Было бы глупо игнорировать этот горький опыт, тем более что моё положение тоже было безнадёжно. Однако в отличие от Литлпип у меня было понятие «честного боя» так что, освободившись от захвата, я не бросился в атаку а, встав в боевую стойку, дождался, когда Селестия тоже встанет на ноги. Далее между нами возникла немая пауза, в течение которой мы любовались на окровавленных оппонентов. (Даже в нематериальном мире я не избежал участи быть измазанным кровью, да ещё и Селестию привёл в такой вид; что у меня за карма такая?) Парадокс, но я действительно любовался. Селестия даже с разбитой физиономией была удивительно прекрасна; просто ни стихом описать, ни в сказке сказать. Увы, но любование подошло к концу, когда Селестия бросилась в атаку. От первого прямого удара я уклонился наклоном назад, от второго кругового уходом вниз (с учётом высокого роста Селестии это было логичней всего) после чего прошмыгнув под её большой грудью, зашёл оппонентке за спину (как же она хорошо смотрится с сзади) и нанёс той сильный удар в затылок. Хотел ударить в зад, но он точно был твёрдый как орех; кулак всё равно бы болел, уж лучше в голову.

— Долго бодаться та будем?! – спросил я, после чего сплюнул кровь.

Селестия ответила мне сокрушительным хуком справа (Тайсон позавидует), после чего нанесла круговой удар ногой; судя по тому, как она задрала ножку у неё недолжно быть проблем с посадкой на шпагат. К несчастью для неё, после хука я не потерял сознание (в мире снов это невозможно) и, поняв, что она собирается сделать схватил её накаченную ножку. Пока Селестия на одной ноге подпрыгивая, держала центр тяжести, свободной рукой наношу два удара бабе по физиономии, после чего отталкиваю эту тушу; до чего же она тяжёлая. В этот раз тайм аута не было, Селестия сразу бросилась в атаку, но я перехватил её прямой удар и уже сам нанёс той удар лбом по физиономии.

Звук удара прозвучал, как влажный шлепок, но я не обращал внимания на такие мелочи, Селестия тоже. Она поняла что, проведя десятки боёв в шкуре копытного, сражаясь с толпой пегасов на крыше погодной фабрики, с самой Ксенит и Литлпип, я приобрёл навыки, которые можно получить только в настоящем бою. То как я дрался со стороны может, и не выглядело красиво, но это было эффективно. Так драться не учат, это приходит само. Селестия поняла эту очевидность – что её многочисленные тренировки в человеческом образе не победят приобретённый через пот и кровь опыт. (Моё «кунг фу» оказалось сильнее её «понь фу».) Однако она справедливо не считала себя проигравшей. Может на моей стороне был опыт, но тренировалась она, тоже не зря, к тому же на её стороне была грубая сила. На последнее она и сделала ставку взяв меня за горло.

У Селестии не только ножки как гидравлика автомобильного пресса, её «миловидные» ручки тоже хорошо прокачены; шею движением пальчиков бы не свернула, но придушить — вполне. Не хочется приводить такое сравнение, но меня будто схватила чемпионка по тяжёлой атлетике. Освободиться от такого в моём положении было невозможно, так что я с импровизировал ногой ударив Селестию в «окорок»; в ту часть, от которой кусок откусил. Удар на болевой сработал, так что далее, воспользовавшись замешательством, поставил бабе подножку опрокинув нас обоих. Селестия оказалась сверху. Не знаю, сколько она весила, но меня будто лошадь придавила. Как будто это мало она начала свободной рукой наносить удары локтем мне по грудной клетке. Рёбра затрещали подобно сухим веткам, дышать стало тяжело, но это был шанс, который я не упустил.

Между ударами Селестии сам наношу ей удар в шею и, пользуясь замешательством, обоими руками хватаю руку, что держала меня за горло. Далее отвожу её (руку) от шеи заломив на сто восемьдесят градусов и выбрав два длинных, но толстых женских пальчика с безумной улыбкой выламываю их в разные стороны. Звук ломающихся пальцев был неожиданно громким; его продолжил крик Селестии. Не дожидаясь пока она затихнет, группируюсь и обеими ногами бью её прямо в большую (а судя по ощущениям от удара ещё и упругую) грудь. Получив сильный толчок, Селестия упала на свою тугожопку, но еще, будучи в болевом шоке не предприняла попытку встать.

Мы поменялись местами, теперь инициатива была на моей стороне. Селестия сильна, да и в ловкости ей не откажешь, но со сломанными пальцами, разбитой физиономией и многочисленными ранами на (пусть и крепком) теле она уже не столь грозный противник, так что далее я действовал бесхитростно и даже примитивно.

Несколько ударов ногами по физиономии и Селестия падает на спину. Далее сажусь на неё сверху (совершенно не думая как это выглядит со стороны) и, не давая встать, продолжаю отбивать конину в образе человека. Та закрылась руками, но её блок не был сплошным, да и мне ничего не мешало взять её ладонь со сломанными ковырялками и, сработав на болевой, раскрыть защиту. Но на этом не ограничился. Просто мне вспомнилось как недавно эта баба, зажав меня своими накаченными ножками напевала песню, в которой я должен был заснуть у неё на руках. Я решил ответить ей в той же манере, но раз она пела песню русского исполнителя то спеть нечто забугорное. В итоге вспомнил одну малоизвестную песню Hold My Hand (Держи Меня за Руку). Учитывая, что я как раз делал, название показалось очень подходящим.

Мгновение и силой мысли по памяти наигрываю незамысловатую мелодию, а после мысленно (не открывая рта, но голос звучал совершенно чётко) напеваю песню (https://youtu.be/6f4y8x0IAtM). К моему несчастью Селестия тоже знала данную композицию и вскоре на подходящем моменте, схватив мою свободную руку, также не открывая рта стала петь в унисон. До чего же её голос приятен. Однако помимо приятного голоса Селестия обладала завидной силушкой, используя которую сбросила меня со своей тушки. Далее в песне шёл женский вокал, напевая который Селестия швырнула меня в сторону как щенка, а после сама принялась отбивать мне тушку. Благо руку со сломанными пальцами (по понятным причинам) она не использовала (только ставила как блок), так что когда в песне начался хоровой вокал я начал перехватывать инициативу. Закрываясь от ударов, выбрал момент, в котором взял Селестию за руку (ту на которой все пальцы были целы) и в грубой форме ту заломил. Хруста не было; к чести Селестии она даже не закричала. Я не сломал ей руку, но вывих обеспечил. Далее шёл мой короткий сольный вокальный момент, в котором я привыкший терпеть боль не стал упускать шанс и, зайдя Селестии за спину, намотал её причёску (типа конский хвост) себе на левую руку, после чего правой рукой стал отбивать измазанное кровью, но всё ещё миловидное личико. Мне хотелось расправиться с Селестией прямо на кульминации малоизвестной песни; не получилось. Селестия даже не прекратила петь, честно до конца исполнив со мной хоровую композицию. Забить её до потери сознания не получилось и дело даже не в том, что в нематериальном мире это невозможно, просто я забыл, где мы находимся, а Селестия нет.

Мгновение и длинный «конский хвост» Селестии став эфирным проскользнул через мою руку. Далее противник сменила выражение своего лица с «маски боли» на серьезность и решимость, после чего сама себе вправила вывих и «здоровой рукой» притянула меня к себе, после чего нанесла мощный удар головой; теперь уже мне нанесли удар, сопровождаемый влажным хрустом. Далее она встала на ноги и, отбросив меня «пинком Леонида» создала вокруг своей ладони со сломанными пальцами огненное образование. Я же наблюдал это в положении лёжа – то, как сломанные пальцы под воздействием пламени встают на свои места, то, как Селестия с ухмылистой улыбкой смотрит то на свою восстанавливающуюся часть тела то на меня, то, как её глаза на секунду приобрели вертикальный зрачок и огненно-жёлтую радужку глаз.

Вновь вспомнив, что мы находимся в нематериальном мире, я тоже создал вокруг своей ладони неестественное образование, после чего запустил в Селестию ледяной поток. Та не осталась в долгу и одновременно с моим «выстрелом» ответила огненным выбросом. Итогом обмена льда и пламени, оказался «тёплый дождик», что окатил нас обоих. Не скажу, что водичка была приятна, но будучи измазанным кровью я был рад такому способу помыться. На Селестию же такой душ подействовал более … неожиданно.

Внезапно она прекратила сражаться, и, вскинув правую ладонь, демонстративно потушила пламя, показывая, что желает прекратить драку и что-то сказать. Мне было не до болтовни, но голос Селестии был приятен, да и она могла сказать что-то полезное, так что я тоже остановился.

— И какого это было? – голос Селестии был удивительно приятен. — Понравилось избивать женщину?

— Женщину, которая большая и сильная как лошадь. Нет – не понравилось, — ответил я.

— Я не только очень сильная, но и очень умная и поверь – не стала бы лезть тебе в голову, если бы у тебя был хоть малейший шанс победить. Разуму человека ни за что не одолеть тысячелетнее сознание аликорна.

— Тем не менее, не только я получил тумаки.

— В мире снов физические повреждения не играют важной роли. К тому же то, как ты сражался ничего из себя не представляло. Никаких попыток манипуляций со временем или гравитацией. Из магии только смешные ледяные выбросы. Сражаясь со мной в ближнем бою ты даже не пытался сделать себя сильнее или быстрее, создать необычное оружие. При виде светового меча я с трудом сдерживалась, чтобы не засмеяться, а твои доспехи... чугунные утюги… Ты дрался как обычный человек. Даже слишком обычный.

— Но всё равно заставил тебя испытать боль, да и не это тебя возмутило, — ответил я, заметив, что Селестия пытается к чему-то подвести разговор.

— Признайся призрак, — Селестия говорила удивительно спокойно, — ты сражаешься не на той стороне. Я вижу, что в глубине души ты не злой и лишь необычные обстоятельства да знакомство с ржаво-коричневым преступником вынудило тебя выйти против светлой стороны. Я же напротив — никогда не шла по пути зла. Даже заполучив силы призрака я не снизойду до властности с гордыней и грамотно ими распоряжусь. Только вообрази – пони завоёвывают всю галактику во главе со мной. Они познают тайны вселенной, тайны жизни и смерти, даже тайны твоего уничтоженного мира став достойным наследником человечества, но не повторят его ошибок. Неужели ты так ненавидишь пони, что готов лишить их всего этого?

— Лишить их процветания в рабстве у твоих амбиций? Никакие твои слова не заставят меня свернуть с выбранного пути.

— Ты мне не соперник призрак! – крикнула Селестия. — Пускай мои слова и полны гордыни, но намерения чисты! Всё что я делала, и буду делать — ради моих маленьких пони! Пускай я, чуть не уничтожила свой мир, но это было следствием добрых намерений! Я совершила много ошибок, но даже сейчас спустя столетия готова сказать, что поступала правильно! Можешь ли ты сказать про себя тоже самое?!

— Вообще-то могу, — ответил я. Селестия такому ответу была очень удивлена, и дело даже не самом факте такого ответа. Просто мы в «мире снов» в котором нельзя соврать, так что я продолжил:

— Я тоже совершил много ошибок и отнюдь не горжусь тем, что убивал разумных существ, к которым у меня и неприязни-то не было, однако теперь моей целью является не только возврат в свой мир. Несчастная Вельвет Ремеди умерла буквально у меня на «руках», но перед этим рассказала про проект «Тёмные Дни» и свой аморальный план спасения мертвецов из прошлого ценой уничтожения настоящего. Я обязался завершить проект.

— Вельвет? Аморальный? – удивилась Селестия.

Далее я материализовал образ устройства, которое якобы способно перемещается во времени и в двух словах пересказал рассказанную Вельвет историю, в которой некий земной пони, называющий себя Доктор, собрал это устройство и отправился в будущее для анализа угроз. Но после общения с Хомейдж переместился в район Прекрасной Долины как раз в момент, когда Литлпип осуществляла свой план подрыва «жар-бомбы». Далее она (Вельвет) откопала эту будку, привлекла на свою сторону другие элементы, но моё появление, убийство героев, что являлись элементами, и уничтожение Садов в частности перечеркнуло планы. Парадокс, но эта пони, будучи элементом доброты, нашла выход, пусть он, и заключался в союзе с теми, из-за кого и были все беды. Я и Вельвет смогли подружиться, только Ксенит не простила этого предательства.

— Интересная история, — заметила Селестия, — но с литературной точки зрения звучит одновременно как «бог из машины» и «рояль в кустах».

— Книга Литлпип изобилует такими моментами, — ответил я, — но так хоть упомянутая там история пони в синей будке получила логичное продолжение.

— Я бы не назвала эту историю логичной, — ответила задумавшаяся Селестия.

— То что ты вдруг передумала нападать тоже не логично, — ответил я всё ещё будучи наготове.

— Сказанные тобой сведения многое меняют, однако некоторые вещи остаются неизменны, — Селестия говорила с очень задумчивым видом.

— Парадоксы перемещений во времени?

— Да – именно это, — ответила Селестия.

— Сам факт возможности таких путешествий тебя не удивил, — заметил я.

— В нашем мире магии, путешествия во времени всё же не рядовая вещь, но и не настолько невероятная, чтобы меня удивить. Да что душой кривить, мне самой приходилось так путешествовать. Моя ученица однажды проникнув в закрытое крыло библиотеки найдя там заклинание, отправилась в прошлое, чтобы самой себе сказать, что ненужно волноваться и чуть не устроила временной парадокс.

— То есть она хотела изменить прошлое, но у неё не получилось и парадокса удалось избежать? Получается прошлое нельзя изменить?

— Не совсем так, — ответила Селестия а, после сделав вдох продолжила: — Существует несколько законов путешествий во времени, но особенность их в том, что они не могут существовать все одновременно. Одним из этих законов является, что прошлое невозможно изменить, так как то, что случилось в прошлом уже произошло, а значит и перемещение из будущего тоже. Путешественник лишь пройдёт по уже проложенному пути не в силах что-то изменить и лишь подтвердит, что определённые события уже произошли. Это как когда к моей ученице прилетела её копия из будущего, значит Твайлайт обязательно будет на месте той кто прилетела. Однако есть и второй закон, по которому события всё же можно менять и если в прошлом что-то изменить, то изменится и будущее. Однако судя по тому, что мы сейчас с тобой это обсуждаем, прошлое не было изменено, и в нём либо ещё никто не побывал либо побывал, но так и не смог ничего изменить.

— Да – первый закон звучит более логично, — заметил я, — и, общаясь с Вельвет, я тоже заметил эту не состыковку, но она начала толкать какую-то теорию про чудесные «Тёмные Дни» в которые возможны любые чудеса и выживают все… — тут я задумался и скорее сам себе задал вопрос: — Или это говорил Дискорд?

— Ты общался с Дискордом?! – спросила Селестия подойдя на опасно близкое расстояние.

— Эммм… Да, — ответил я невольно смотря ниже шеи Селестии, при этом опасаясь что эта симпатичная двухметровая гора мышц снова нападёт. — Я здесь только потому, что он пообещал — если я исполню план Вельвет Ремеди, он переместит частицу хаоса через пространство и время и сделает так, что я не погибну от взрыва и в этот мир даже не попаду.

— Разве он так может? – усомнилась Селестия.

— Сказал что может, а учитывая что он говорил со мной, будучи на Луне в каменной тюрьме, у меня нет оснований сомневаться в его силах, — далее говорил вспоминая речь козломордого:

— Он говорил что время — это не прямая линия, оно всё искривлено. Есть куча скучных вещей, таких, как воскресенья, вторники и четверги после обеда. Но время от времени бывают и субботы, переломные моменты во времени, когда возможно всё, что угодно.

— «Четверги после обеда». Конечно, это был он, больше никто бы не стал так выражаться. Небось ещё при первом контакте он назвал себя «Капитаном Вузом».

— Вообще-то нет, — ответил я, но мысленно согласился, что Дискорду подошла бы упомянутая погремуха, — он предстал передо мной во сне в своём классическом образе.

— Значит, он был серьёзно настроен, — ответила Селестия в момент, когда я вспоминал, как Дискорд пытался меня в борще утопить.

— И что теперь это означает? – спросил я.

— Я сдаюсь, — ответ Селестии был самым неожиданным из возможных.

— В смысле???

— В самом прямом, — ответила Селестия и присев на одно колено склонила голову.

— Но… Но… — я не знал что сказать.

Селестия! Сказала что сдаётся! Преклонила колено! Голову! Передо мной!!! С трудом подобрал слова:

— Ты отчаянно сражалась. Пыталась меня убить. Говорила о своих планах на этот мир и что моё поражение неминуемо. Но стоило рассказать об аморальном плане изменения прошлого, который как ты сама признала, может не сработать и всё – ты сдаешься?! Это какая-то шутка?!

— Весь наш мир — одна несмешная шутка.

— Вот Лира тоже так говорила.

— Ах Лира, — встав Селестия сказала её имя с какой-то материнской теплотой, — фоновая пони которую никто не замечал. Увидев, что она тебе помогает я уже должна была догадаться, но… Моё лицо здесь, — сказала Селестия заметив, что я смотрю не на её лицо, а чуть ниже.

— Я свой выбор сделал, — ответил я, смотря на скрытые одеждой два высших образования. Какие же у неё роскошные дойки… Даже на миловидное лицо смотреть не хотелось, а ведь физиономия у Селестии тоже шикарна, как и необычного цвета шевелюра. Интересно, лобковые волосы вокруг её киски тоже необычной расцветки? На её тугожопке должны быть наколки изображающие Солнце? В теории дааа… Да что за херня?!

— Поняла, — ответила Селестия, будто прочитав мои похотливые мысли, хотя и без этой способности было понятно, о чём я думал.

Далее она, засветившись жёлтым светом, сменила свой облик с прямоходящей двухметровой тугожопки на известный каждому пони, образ величественного белого аликорна.

— Так лучше? – спросила копытная.

— Лучше, — ответил я, а после саркастично добавил: — Хотя твой человечный образ нравился мне больше.

— Но ты бы всё равно погиб от перелома таза, — заметила копытная. Я не сразу втупил в чём заключалась шутка но, представив на что ещё способен человечный образ Селестии негромко засмеялся. Да уж… Эта роскошная женщина точно не в моей весовой категории.

— Могла бы создать себе образ поскромнее, — ответил я. — Сейчас ты ведь не выглядишь как гора мышц, скорее наоборот – худощава.

— Поверь, мой человечный образ полностью соответствовал моему нынешнему облику, — ответила белая копытная, а далее пояснила: — Дело даже не в росте и телосложении, дело в реакции окружающих, что видели мой облик. Для пони я выглядела точно также как мой человечный образ для тебя. Я для них была одновременно недостижимым образцом красоты так и образом силы, что вселяла в пони трепетный страх. Пони меня действительно боялись, и поверь – дело не только в необычной гриве, крупном роге и высоком росте. Лорен щедро меня одарила.

— На свой человечный образ ты тоже не поскупилась, — заметил я, — только он получился нереалистичен. На Земле бы тебя даже не в бордель, в кунсткамеру бы сдали.

— Зато я добилась для тебя того же эффекта что вызывала у моих маленьких пони. Ты, от моего образа даже оговорился, но при этом жутко меня боялся.

— Тут я спорить не стану, но справедливости ради замечу – меня несложно напугать.

Селестия была права – помимо «основного инстинкта» человечный образ Селестии вызывал у меня неподдельный страх. Однако мне всё же было бы приятней говорить с «человеком», чем с разумным животным. С другой стороны мне действительно будет проще общаться с ней, когда она именно в образе копытной, тем более что он (образ) всё равно остался величественен.

Не хочется это признавать, но облику копытной действительно подходит это слово. Глядя на нее, сразу понимаешь, почему местные считали её богиней во плоти. Она величественна даже без учёта регалий (короны, золотистых накопытников и такого же золотого толи хомута толи ожерелья на шее с огромным бриллиантом), которые однако, подчёркивали её королевский статус. Конечно, Селестия меньше земных лошадей (она мне глазами едва до шеи доставала), но в сравнении с пони, которые чуть больше метра в высоту, она просто огромна; над своими подданными она возвышалась белой башней. Её белый цвет шкуры будто подчёркивал чистоту её нравов и намерений, как и крупные прижатые к телу крылья, которые, однако не скрывали её солнечную жопометку. Длинная, аж до самой земли, разноцветная грива Селестии даже не развивалась на невидимом ветру, а казалось, была неким водопадом из её магии. Спадая на половину вытянутой морды, она оставляла открытым левый крупный глаз со светло-фиолетовой радужкой, что смотрел на меня с хитрым прищуром. При всей моей неприязни к лошадям я с трудом сдерживался, чтобы не погладить это воплощение величия, вот только огромный торчащий из головы рог смущал. Конечно рог у палкоголовых – очень чувствительный орган, и они хотя и используют его как оружие, но предпочитают действовать им как проводником магии, а не копьем, но я, инстинктивно опасался, что Селестия может насадить меня на свой отросток.

— Не бойся, не кусаюсь, и лягаться не буду, — сказала Селестия, будто прочитав мои мысли. Я принял предложение и осторожно погладил её в месте за короной. Далее почесал за ухом но, судя по отмахивающему движению этим органом слуха и недовольному фырканью, Селестии это не нравилось, так что прекратил.

— Теперь, когда первое впечатление прошло, может, скажешь что здесь творится и почему ты передумала меня убивать? – спросил я, прервав тишину.

— Это так просто не объяснить, но попробую, — ответила Селестия, а после добавила: — только не здесь.

Далее белая копытная засветила своим отростком, после чего нас окутала телепортационная вспышка. Когда свет рассеялся, обнаружил что переместился вместе с Селестией с некого района Цюриха будущего на живописный район понивильских холмов.

— Садись, — сказала Селестия, будучи сидящей спиной к крупной яблоне указывая копытцем на место рядом с собой. Я принял предложение.

— Теперь, когда мы «сели поудобней» может, перейдём к делу?

— Разумеется, — ответила Селестия. — Начну с места в карьер. Я передумала тебя убивать, потому что ты посланник Лорен.

— Что?! – удивился я. Всё это время считал себя случайным человеком попавший в необычные обстоятельства, а тут выясняется, что я какой-то «посланник». Хорошо хоть не «избранный» но невелика разница.

— Не удивляйся, я тоже только сейчас догадалась, и то когда ты сказал это чуть ли не на прямую.

— Какой ещё посланник?!

— Тот который должен был доказать мне ошибочность выбранного пути построения гармонии. Тот кто, уничтожив героев и их достижения, показал, что гармония держится отнюдь не на героях и собственно элементах гармонии. Тот, кто должен вернуть наш мир на истинный путь. Тот, кто сам не догадывался, что являлся частью плана и насколько он важен.

— Какого ещё плана? – спросил я возмущённым голосом. Меня действительно возмущало, что я являлся деталью чьих-то замыслов.

— Плана моей матери — создательницы этого мира, всемогущей Лорен.

Далее Селестия засветив своим отростком, создала «голограмму» очень крупного (даже в сравнении с Селестией; размер был настоящим — лошадиным) белого аликорна с длинной алой, но не развивающейся гривой и меткой виде чернильницы с пером. Парадокс, но в образе этого крупного аликорна (несмотря на рост, крупный рог и крылья) не было никакой величественности (на морде вообще было выражение безразличия), будто это не создательница этого мира, а просто местная жительница редкого подвида.

— Я о ней наслышан: всемогущий призрак-аликорн, что создала этот мир, но она тоже кому-то подчинялась. В итоге сошла с ума, но выполнила некое задание своих хозяев, после чего те позволили ей покинуть этот мир.

— Всё так.

— И кому же она подчинялась?

— Этого точно не знаю. Лорен никогда об этом не говорила, но Синигр, — Селестия материализовала некий похожий на комара органический механизм, какой же он жуткий (https://sun9-53.userapi.com/c167/v167639/e8e/5UM5be3tmDM.jpg), — упоминал некую сущность, которую люди называли Вершитель.

— А вот это уже интересно, — сказал я, вспомнив рассказанную Лирой незаконченную историю. — Как эти колобки смогли вернуться на свой полигон?

— Здесь я промолчу, — ответила Селестия. Меня ответ не устроил.

— При всём уважении, но только эта история из твоих дневников была по-настоящему интересной.

— Только эта??? – удивилась Селестия. — Ни история города призраков, ни «Рота Террора» что исполняя мои приказы, устроила миру тотальную зачистку, ни уничтожение закрытого города и последующая война с зебрами тебе не интересна, но зато тебя заинтересовала история разумных машин!.. Люди, что с вами не так?!

— Просто любопытно.

— Тогда оставлю твоё любопытство неудовлетворенным, скажу лишь, что обошлось без переселения душ. Разум, воплощённый в металле невозможно перенести в тело пони, а поверь – попытка была и моя ученица старалась.

— Ладно, — я смирился, что так и не узнаю правду, — что ты хотела рассказать?

— Рассказать… Что моя неприязнь к тебе была не столько из-за того что ты призрак сколько из-за твоей национальной принадлежности.

— И из-за чего же у тебя такая неприязнь к русским? – спросил я удивлённым голосом.

— Я сама не могу объяснить, — ответила Селестия. — Просто… когда призраки захватили меня вместе с сестрой в плен, во мне что-то сломалось. Наши пленители не насильничали, но были очень жестоки. Они убили стольких хороших пони. Я их искренне ненавидела, а когда я узнала правду об одержимых и закрытом городе...

— Понял, не продолжай, — сказал я, но Селестия продолжила:

— Чего я так не смогла понять, так это почему именно русские? Моя мать тоже призрак, но не принадлежала этой национальной группе, а рассказывая о другом мире, отметила, что её посещение твоей страны оставило неоднозначные впечатления.

— Лорен бывала в России?

— Говорила что бывала, — ответила Селестия, а далее неожиданно засветила своим отростком заставив «ожить» образ своей матери. Потоптавшись огромный белый аликорн спела; голос у неё был ни приятным и ни отвратным, просто обычный женский голос:

Москва... слово не русское,

Улица узкая,

Ходит медведь…

Путин! Путин! Самый добрый президент!

Он мне сделать документ!

Пропуск самолет!

Москва, Москва! Получила багаж свой!

Он немножечко не мой!

Но вполне сойдет!

Я белый русский пряник накупила!

Я их ходиль и кушаль целый день!

Они совсем-совсем невкусный были!

И вообще оказались пельмень!

Люжков! Люжков! Строил третие кольцо!

Где же первых два кольцо?

Ай да парадокс!

Лошадь! Лошадь! Вдоль по улице Тверской!

Тротуар ступаль ногой —

Пачкалься навоз!

Картин! Скульптур! Под землей большой музей!

Между залами людей

Возят поезда!

Паспорт! Паспорт! Мне листал милиция:

Нету регистрация —

Сильно штрафоваль!

Москва! Москва! Сувенир готовь для нас

Я купиль противогаз —

Шапка для лица!

Москва! Москва! Храм Христа спасителя

Отовсюду виделя!

Ого-го-го-го!

Москва! Москва! Ты столица всей Сибирь!

Я гуляла вдоль и вширь!

На ногах пешком!

Айн-цвай! Драй-фир! Русиш-Лорен миру-мир!

Подходите, кам цу мир!

Все фотографир!!!

Далее Селестия развеяла образ Лорен и ответила на мои незаданные, но очевидные вопросы:

— Не обращай внимание на наигранный акцент. Она не немка, а её родной язык английский – на котором и говорят мои маленькие пони. К русским у неё тоже было неоднозначное отношение – скорее отрицательное, тем не менее, большинство призраков, что она призывала, говорили именно на твоём языке.

— Пути Чернильницы неисповедимы, — сказал я.

— Аминь, — ответила Селестия, а после добавила:

— Столько совпадений… Как я сразу не догадалась… Твоя песня перед входом в центр управления и то что спела моя мать. Твоя любовь к противогазам и «шапка для лица» что она купила. Твоя национальная принадлежность и то, что большинство призраков были русскими. Лира и Трикси что тебе помогали. Твоя невероятная способность выживать. Даже то, что ты так быстро освоил управление танком…

— Я лично на своём Оплоте подбил пятьдесят Армат и два Мига, — перебил я, пытаясь «сломать систему» в которой нельзя врать. — Я бы заснял, но телефон был на разрядке.

— И что же это был за телефон? – недоверчиво спросила Селестия.

— Смардафон ви-фи 4Г, — ответил я но, глядя на недоверчивое выражение белой морды продолжил уже серьезно:

— Танком управлял не я, это Лира занимала место мехвода.

— Тем больше странных совпадений, — заметила копытная. — Впервые оказавшись в танке, вы уничтожили, чуть ли не половину группировки наёмников Филлидельфии.

— Но нас в итоге всё равно подбили, — ответил я оправдывающимся тоном, хотя далее выказал согласие насчёт странного совпадения: — Хотя ты права. После того что мы устроили пони прозвали нас «Огненным Экипажем», и это при том что мехводом этого экипажа была музыкальная единорожка, наводчиком призрак-лоботомит, а командиром гуль-зебра с пулей в башке.

— Хоть в чем-то я смогла тебя переубедить.

— Но… Но… — желая перевести тему на что-то более важное я вспоминал рассказ Лиры. — В дневниках упоминалось некое «Дерево Гармонии», которое ты со своей сестрой благополучно уничтожила. Якобы именно после этого в твоём мире началось падение нравственности. Чем оно не угодило?

— А ты бы желал быть правителем мира зная, что его подданные постоянно под излучением подавляющем эмоции и инстинкты?

— Ну… На тебя ведь излучение не действовало, — заметил я.

— А я не думаю только о себе, да и при таких условия правителем в полной мере не являлась?

— Тем лучше. Меньше мороки.

— Ты не понимаешь! – Селестия неожиданно начала давать волю эмоциям. — Править пони под излучением «Дерева Гармонии» это всё равно, что править пони под веществами!

— Вельвет Ремеди считала такое отвратительным, но допустимым при определённых обстоятельствах.

— Но она действительно правила. В случае с Деревом миром фактически правило…

— Дерево? – перебил я. — Ты хоть понимаешь, как это звучит?

— Понимаю, но это так, — ответила Селестия. — Миром правило «Дерево Гармонии», точнее его дух.

— А вот это уже интересно. Какой ещё дух? Тоже призрак?

— Нет. Как ни странно нет. Гармония была создана Лорен уже в нашем мире… Так просто не объяснить.

Тут Селестия засветив своим отростком перенесла нас телепортационной вспышкой… В открытый космос! Парадокс но я не чувствовал невесомости и вполне твёрдо стоял на ногах сам не понимая на чём. Селестия тоже твёрдо стояла на копытах и, убедившись, что я отошёл от первого впечатления, снова засветила дрелью, создав некие висящие в воздухе экраны, показывающие её довоенный мир.

— Что это за место? – спросил я.

— Место, которое должна была посетить моя ученица перед своим перерождением. По сути, ты здесь для той же цели только я собираюсь не напомнить тебе о прошлом, а скорее, о нём рассказать.

Далее копытная указала на экран с пещерой в которой было кристаллическое образование в форме дерева с висящими на нём «плодами» в которых узнавались довоенные образы «элементов гармонии» и рельефным рисунком «элемента магии» на стволе.

— Красиво, — заметил я. — И какого было это уничтожать?

— Технически это было не сложно, — ответила Селестия. — Физически «Дерево Гармонии» – просто дерево хоть и состоит из кристаллов. Куда сложнее было с духом дерева.

Тут на экране рядом с деревом появилась «голографическая проекция» Твайлайт Спаркл но образе аликорна. Не такого как Селестия её сестра Луна, Трикси или Лорен, а просто как чуть более высокая единорожка с крупным рогом и крыльями крупнее чем у пегасов.

— Так себя представлял дух «Деверева Гармонии», — сказала Селестия, — как мою ученицу в образе юной принцессы. По плану Лорен я и моя сестра должны были уступить трон Твайлайт Спаркл после чего наш мир ждала бы эпоха дружбы, гармонии и процветания. Дерево, то есть дух, то есть Гармония должна была создать для этого все условия. Лорен создавая личность Гармонии, даже придала ей образ и черты характера, которые должна была приобрести моя ученица, — тут Селестия сделала паузу и вновь дала волю эмоциям. — Личность Твайлайт Спаркл ей не принадлежала! В действительности она не была моей ученицей! Она была просто неграненым алмазом, которому я Гармония и друзья Твайлайт должны были придать заранее заданную форму! Твайлайт этого не заслуживала! Она не заслуживала, чтобы её судьбу и личность создавали по какому-то шаблону! По шаблону Дерева!

— По мне так неплохая судьба, — моя речь была наигранно спокойна. — Она должна была стать принцессой, занять твоё место, стать аликорном, может даже получить силы сравнимые с твоими…

— Да, и это самое страшное, — перебила меня Селестия, однако она начала успокаиваться и указала на другой экран. На нём был изображён тронный зал с сидящем на собственно троне крупным фиолетовым аликорном в котором я не сразу опознал Твайлайт. Она была высокой как Селестия, её грива и хвост были такими же длинными и будто развивались на невидимом ветру, морда стала более вытянутой, а голову украшала диадема с звездообразным красным камнем (похожим на её метку); ещё на ней были золотые «накопытники» и «хомут» также с изображением метки но это были скорее декоративные украшения.

— Ты не хотела, чтобы она даже внешне стала похожей на тебя? – спросил я.

— Не столько внешне, сколько внутренне, — ответила Селестия. — Рано или поздно в ней бы проснулась вторая личность как Найтмер Мун у Луны или Дэйбрейкер у меня.

— Может и нет. У Лорен ведь не было второй личности.

— Она призрак. Конечно по её плану в нашем мире «естественным путём» должен был появиться аликорн избавленная от такого проклятия, но это ничего не меняло. Даже если каким-то чудом у Твайлайт бы не пробудилась вторая личность, состоящая из её худших черт личности, она бы столкнулась с последствиями бессмертия.

— Бессмертие — это не долгая жизнь, бессмертие – это смерть для всех остальных, — сказал я вспоминая некое философское размышление.

— Точно, — ответила копытная.

— Хреночно, — мой сарказм. — Любой бы адекватный человек был бы счастлив, иметь такое «проклятие». Уверен — даже Лорен лишь после первой тысячи лет стала недовольна своим положением.

— Твайлайт – не человек, она пони; пусть и необычная, специально созданная для этой роли, но пони. Ей бы пришлось смотреть как её друзья, родные и подданные медленно умирают, в то время как она сама остаётся неизменной. Ей бы пришлось… Да кому я рассказываю. Призраку-лоботомиту который сам является частью плана. Надеюсь, ты понял, что бывает если нарушить планы Лорен?

— Срабатывает запасной план, в котором появляется «герой пустоши, дарящий свет» и надежду на благополучие, но потом появляется призрак, что её разрушает, убивает героев, но в итоге даёт миру второй шанс?

— Именно.

— На редкость тупой план.

— Тут я спорить не стану.

— Но хотя бы покажи, ради чего всё это затевалось. Не только свою отъевшуюся ученицу, а вообще ваш мир гармонии. Хочется знать ради чего мы собирается воплотить план Вельвет убийства живущих в настоящем ради спасения мертвецов из прошлого.

— Легко, — ответила Селестия.

Я думал, что она укажет на следующий экран, но нет. Селестия снова засветила своей дрелью телепортировав нас на балкон Кантерлотского дворца; с копии этого балкона я киберединорожку сбросил, а Сулик на него водрузил флаг своей страны. Какой же оттуда открывался вид, но в начале я обратил внимание на другое.

— Твои регалии, — сказал я Селестии, с которой исчезли все регалии — корона, «хомут», «обувь».

— В этом времени я уже не принцесса, регалии не ношу и сейчас вместе со своей сестрой должна отдыхать на Серебряных Берегах, — ответила копытная.

Удовлетворенный ответом я любящий холод почувствовал, что одет не по погоде. «От чего, от чего, от чего мне так тепло? От того что щас июль а я в тулупе». Вообще-то в фуфайке, но не велика разница.

Мысленно заменив одежду не по сезону на более подходящие шмотки далее материализовал огромный бело-красный зонт (символ сопротивления диктату героев), что накрыл нас тенью (просто была середина дня, а небо безоблачно) а после под приятной тенью переместил свой взгляд на вид с балкона и... И не удержался чтобы высказать чуть переделанное под местные реалии стихотворение:

Для меня мой народ — моя родня.

Я без мысли о народе не могу прожить и дня.

Утром мажу бутерброд — сразу мысль: "Как народ?",

Личинки мух не лезут в горло, и вода не льется в рот.

Ночью стану у балкона и стою всю ночь без сна.

А все волнуюсь о России: как там, бедная, она?...

А виновник – Отем полковник, интриган и аморал.

Это он, пегасья морда, честь мундира обмарал.

— Тут я соглашусь, — сказала Селестия. — Я во многом виновата, но уничтожение Города Дружбы – преступление, которому нет прощения. Очень надеюсь, что в этой реальности, — Селестия окинула взором окружающее пространство, — Отем Лиф никогда не появится на свет.

— Я тоже надеюсь, — ответил я, осматривая с балкона красоты Кантерлота. Почему-то меня заинтересовал находящийся прямо под балконом обелиск (похож на уменьшенный Монумент Вашингтону https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/c/c1/Washington_Monument_Dusk_Jan_2006.jpg/800px-Washington_Monument_Dusk_Jan_2006.jpg), стоящий на каменном основании в форме шестигранника со стилизованным торчащим из верхушки обелиска мечём; или наконечником копья, не знаю, но точно чем-то острым. Что-то он мне напомнил (не монумент американскому президенту), только не мог вспомнить что. Нужно окончательно успокоиться, побыть в тени от зонтика…

— Ты тоже надеешься?! – Селестия прервала мои размышления. — Он ведь первый с кем ты познакомился, оказавшись в нашем мире. Я думала вы друзья.

— Отем Лиф – стереотипный вояка. Ему пофиг на меня, прочих «призраков» да и на себя тоже. Марш марш на фарш – если это позволит выиграть войну он и себя на фарш пустит. Я для него микроб — псих, которого он подобрал в психушке. Всё что его заботит так это месть за «Великий Анклав Пегасов» да и собственно сами состоявшие в той организации пернатые копытные, большая часть которых погибла в Новом Клаудсдейле. Теперь он живёт лишь одной местью… Ну может ещё благодарностью к покойной Вельвет Ремеди и желанием воплотив проект «Тёмные Дни» искупить хоть часть своих ошибок.

— Неужели никаких дружественных чувств?

Вместо ответа я материализовал экран с показом эпизода, в котором полковник Отем с распоротым адской гончей брюхом в наркотическом бреду высказывал свою благодарность и насколько он нас ценит:

— Вот что я скажу…, — смотря на происходящее «моими глазами» Селестия не скрывала своего удивления. От она Отема точно (кроме нецензурных) ожидала других слов. — Я тебя, (нецензурно), прямо сейчас поблагодарю. Спасибо что вытащил меня.

— Ты бы сделал тоже самое, — ответил полосатый гуль.

— Нет, бля, не сделал! Б..я-я-…ь!

Тут мне захотелось прервать запись, но далее пегас высказывался о моей персоне, а Селестию это точно бы заинтересовало.

— Святые небеса – как сосиски, — произнёс пегас, намекая на свои кишки. — Вот что скажу тебе мисс, — Отем уставился на Вельвет. — Ты мой враг и всё такое, но знай, моё мнение, — тут пегас указал на меня. — Он один из лучших бойцов, что я знал. Не знаю из какого он мира, но в случае моей смерти он будет достойным командиром СНС. Поймите меня правильно, — раненный обратился к другим копытным. — Вы тоже заслуживаете уважения. Каждый из вас мог бы жениться на моей сестре, если бы она была АААГРРР!!! Б…ть! – тут пегас уставился на Трюкачку. — Но не связывайся с моими братьями – они у..ки! — не всё произнесённое пегасом было уместно (Сулик и я были равнодушны к шурымурным делам).

Далее воспроизведённой по памяти в записи Вельвет рассказала интересную историю появления «Чудо-Клея», а Отем перед операцией, попросил, чтобы я его вырубил. Просьбы была исполнена, хотя ржаво-коричневый копытный не сразу потерял сознание; а ведь бил я «с душой».

— С последним довоенным зеброй у тебя такая же «крепкая дружба»? – спросила по окончанию записи Селестия.

— С довоенным полосатым гулем у которого умная голова, но смешное имя – всё сложно.

Продолжая ответ я «сменил кассету» показав белому аликорну момент случившийся в Обители… то есть «Министерстве Морали»; когда в меня и пытающегося меня убить грифона чуть не убил летящий баллон с газом. Я тогда чуть не покалечился и некоторое время ходить не мог, только ползать, а вот грифону повезло меньше. Однако мне этого было мало так что «запись» в записи был момент с видом от первого лица, как я разбивал клюв пернатого наёмника.

— Ещё ощипай его, — сказал ползущий ко мне Сулик а, после короткой паузы посмеиваясь, продолжил: — Видал? Это я сделал!

— (Нецензурно) можно, — устало ответил я, чувствуя как адреналин сходит на нет. — Нет – я не видел. А знаешь почему? Потому что всё это (нецензурно) в меня!

— Ага, — Сулик всё ещё посмеивался, — (нецензурно) получилось. Ты герой (нецензурно).

— Где ты всё это время был? Тебе тоже засаду в комнате для утех устроили?

— Нет. Я завалил... Самых главных завалил.

— А тут есть те, кому не плевать что со мной? – спросила Лира, но мы её не видели. — В меня баллон влетел!

— В автобиографии потом (нецензурно), — ответил Сулик, а после пояснил своё снисходительное отношение: — Ты – кантерлотский гуль. Если голова на месте значит всё в порядке.

Далее снова сменил запись. Теперь на экране изображался момент, когда я Лира и Сулик на трофейном бронеавтомобиле наёмников удирали от вражеского Т-90. Сулик тогда словил пулю в голову, но не погиб, так что Лира его заботливо забинтовала. Момент был беден на диалоги, зато изобиловал взрывами, стрельбой и прочими военными шумами, так что звук я не включал. Только на моменте погони от танка вставил подходящую мелодию (https://youtu.be/Lo-sHP6cI8Q?t=7), а когда наша троица захватила этот Т-90, сменил пластинку, проиграв известную шуточную песню как «Три танкиста выпили по триста» (https://youtu.be/YgtHKxVTz4k?t=15); учитывая, что происходило на экране, было совсем не весело.

— «Хорошие» же у тебя «друзья», — с сожалением и сарказмом отметила Селестия. — А Лира? Она ведь должна хорошо к тебе относится, да и Трикси тоже. Литлпип давно поняла что «Великая и Могучая» в тебя влюблена, еще, когда она вытащила тебя прямо из допросной, а когда тебя заперли в центре управления, все сомнения отпали сами собой. Какого иметь таких друзей?

На вопрос (довольно провокационный) Селестии я решил ответить визуальным показом одного из многочисленных случаев наших взаимоотношений. Материализовав висящий в воздухе экран, показал (с видом от первого лица) как я, сидя у себя в каюте на Мстителе (бывшем Громовержце) готовился ко сну. Но тут Трикси заходя в каюту с расправленными крыльями, хвостом, бьющим по бокам и похотливым взглядом начинает ко мне приближаться, параллельно на русском с сильным акцентом напевая:

Очи чёрные, очи страстные!

Очи жгучие и прекрасные!

Как люблю я вас! Как боюсь я вас!

Я в этот момент отступаю вглубь койки, со страхом смотря на аликорна своими чёрными очами, но тут внезапно появляется Лира и тоже на русском, но уже без акцента, напевает:

Застаю я вас! Уж не в первый раз!

Далее Трикси меняет выражение морды с похотливого на злое. Выпуская из рога молнии, она бежит за убегающей Лирой. Я же сделав выдох «пронесло» падаю как убитый, погружаясь в глубокий сон.

Отношения с Лирой продемонстрировал случаем, когда я, посадив гулифицированую единорожку за пианино объяснял той как управлять танком. После мы залезли «под броню» но урок прервали зашедшие Отем и Сулик. Они смотрели удивленно, а мы из люка выглядывали. Отем тогда сказал полосатому — «мы какие-то уж слишком нормальные».

Воспользовавшись тем, что Селестия отвлеклась на созерцание урока вождения танка и неразделённой любви я, материализовав монокуляр, наблюдал за суетой столичного города копытных. Поправка — наблюдал через необычный монокуляр, с о…м зумом (https://youtu.be/vCUK8w5RgZo). Но первое впечатление прошло, так что далее всё внимание приковали обитатели нематериального Кантерлота.

Парадокс, но копытных тут хотя и было большинство, но цветное разнообразие разбавляли появляющиеся то тут, то там существа других разумных видов. Больше всего было грифонов, но встречались и драконы (какие-то они мелкие особенно в сравнении с убитым мной взрослым Спайком). Какие-то помеси пони и грифонов (вспомнил – гиппопотамы). Жукопони (?!). Яка видел (не жарко ли ему с такой шкурой?). Минотавра (точь в точь как в представлении древних греков). Даже разумные прямоходящие коты были, но больше всего меня заинтересовали странные парнокопытные с гривой как у льва, «двойным рогом» непередаваемой словами формы, чешуёй на спине и большими глазами как у пони.

— Это ещё кто? – спросил я у Селестии, материализовав экран с образом неизвестного существа.

— Кирины, — ответила копытная.

— Их тоже зачистила «Рота Террора»?

— Нет — Ночная Стража, — от такого ответа я встал в ступор. — Ещё до того как стала ночной гвардией и даже уничтожения «Дерева Гармонии» и создания «Роты Террора», — добавила Селестия.

— Что??? – удивился я.

— Не удивляйся, — спокойно ответила копытная. — Удивляйся тому, что это было не моей идеей. Веришь ты мне или нет, но изначально я была против призывов и тем более уничтожения Дерева, однако моя сестра смогла меня убедить, что пони недолжны, жить под контролем некого разумного излучателя, а призраки могут быть не только опасны, но и полезны. В итоге я согласилась. По пророчествам мы вообще Дискорда должны были освободить, так что призыв нескольких призраков казался небольшим риском.

— Вполне логичный вывод, — согласился я, понимая кем являлся Дискорд. — Идея создать подразделение из тех, кто мыслит нестандартно, но стопроцентно подчиняется приказам, прямо витала в воздухе?

— Вообще-то нет, — неожиданно ответила копытная. — Мы не идиотки сразу создавать подразделение, состоящее из призраков, которые сами себе делают невиданное нами оружие и могут разгадать тайну, что они марионетки; тем более что в прошлом такое уже было. Разумеется, мы предвидели, что они могут выйти из под контроля, но не сразу додумались до идеи контроля со стороны Ночной Стражи. Однако моя сестра, узнав правду о нашем мире, сразу отвела ночным пегасам особую роль. Те пони почитали Луну даже больше чем меня все остальные жители Эквестрии, так что моя сестра не сомневалась в их преданности и не ошиблась, — тут Селестия сделала паузу, после чего продолжила более грустным голосом:

— Повторюсь — мы не сразу решились уничтожить «Дерево Гармонии» и тем более массово призывать призраков. Изначально мы пытались решить проблему без собственного прямого участия и в буквальном смысле — малой кровью.

— Не слишком ли часто ты используешь «мы»? – спросил я, уже уставая от данного слова. — Везде «мы», даже когда речь идёт об одной тебе.

— Это древнее обращение, к подданным, показывающее, что принцессы думают не только о себе.

— Ну, теперь всё понятно, — с сарказмом ответил я, а Селестия вернулась к теме.

— Вначале мы решили поступить также, как ты — использовать кровь призрака как оружие.

— Серьезно? – удивился я.

— Серьезно, — ответила копытная, — но не так как ты подумал. Мы быстро догадались, что кровь призрака имеет аномальные свойства и у моей сестры возникла идея напоить ей ночных пегасов.

— Да ты издеваешься?! Мышекрылые – вампиры?!

— Вовсе нет. Они не пьют кровь, а клыки им нужны, чтобы в положении вниз головой легче удерживать фрукты, но у обычных пони возникли суеверия насчёт ночных пегасов из-за их внешности и скрытного образа жизни. Это суеверие и натолкнуло мою сестру на идею напоить верных ей «Ночных Стражей» кровью призрака, и результат превзошёл все ожидания. Ночные пегасы стали не подвержены излучению «Дерева Гармонии», не утратили преданности к моей сестре и в них проснулись ранее подавленные инстинкты. В основном касающиеся полового влечения, но были и те что проснувшись раскрывали истинную суть ночных пегасов. Выпившие аномальной крови превратились из безобидных ночных кошмариков в настоящих воинов. Даже грифоны и драконы позавидовали бы их свирепости, а призраки готовности к самопожертвованию. Однако не кровь придала им этих качеств, а то, что «Дерево Гармонии» над ними больше не было властно; в отличие от меня и моей сестры.

— Подожди, — я прервал Селестию. — Я ведь спрашивал не о ночных пегасах а, об этих… как их там… киринах.

— И вот тут мы подходим к этой теме. Кирины – с виду мирные существа но, испытывая отрицательные эмоции, имеют свойство превращаться в злобных существ полных пламени и ярости – нириков. С такими нравами и особенностями их популяция была небольшой даже по меркам нашего мира, да и вели они, изоляционный образ жизни, обосновавшись среди гор. Пони прозвали это место Пиками Погибели. Думаю ненужно объяснять почему.

— То есть их уничтожения бы никто не заметил, а если бы и заметил, то не стал бы осуждать. Поэтому вы решили их зачистить?

— Не только поэтому. Ночные Стражи, освобождённые от влияния «Дерева Гармонии» узнав о Пиках Погибели, восприняли это название как вызов. Мы небыли против. Кирины, а точнее нирики – слишком опасные существа, Луна была уверена в своих пони, а объединение Эквестрии нужно было с чего-то начинать. Мне стыдно признаваться, но мы даже не предлагали киринам сдаться, так как знали, что они всё равно откажутся. В итоге ночные пегасы напали на деревню киринов когда её жители спали, однако среди них нашлась одна страдающая бессонницей что, распалившись, подняла тревогу. Планируемая бойня превратилась в бой, в котором Ночная Стража победила ценой огромных потерь. С того момента Луна решила увеличить численность служащих ей ночных пегасов превратив «Ночную Стражу» в «Ночную Гвардию», а я что жизни моих маленьких пони слишком ценны чтобы отправлять их на смерть против непредсказуемых существ которыми кишит наш мир.

— И вы решили начать массовые призывы, объединить призраков в роту, а Ночную Гвардию сделать одновременно их надзирателями и комиссарами?

— Да, но вначале уничтожить Дерево Гармонии. Ночные пегасы, выпившие крови призрака говорили о необычно ясных мыслях, о желаниях которых у них ранее не было и ещё многом другом. Мы решили, что пусть Дерево Гармонии внешне выглядит вполне нормально, но его дух уже успел начать морально подгнивать, сгнить и может даже разложится без участия Дискорда. Уничтожая этот кристаллический излучатель мы искренне думали, что «спиливаем сухое дерево».

— У которого, тем не менее, была душа, — заметил я. — Которая в будущем должна была стать сильнее.

— Созданная искусственно и больше похожая не на душу пони, а на компьютерную программу. Было мерзко осознавать, что именно по образу этой «программы» Лорен собиралась сформировать личность Твайлайт, а после наделить её властью. С одной стороны миром бы правила принцесса Твайлайт Спаркл в то время как подсознательно каждое живое существо находится под контролем духа Гармонии с таким же характером и мировоззрением. Я была против такой «фиолетовой гармонии».

— Но после того как сама стала компьютерной программой изменила своё отношение к уничтоженному Дереву и его духу?

— Да, но не радикально.

— То есть если бы была возможность пережить всё заново, ты бы всё равно уничтожила Дерево?

— Оно бы в любом случае было бы уничтожено, — ответ Селестии меня удивил, что я выразил выражением на своей физиономии, так что копытная не дожидаясь предсказуемого вопроса, продолжила:

— В пророчествах говорилось, что его бы уничтожил вернувшийся Король Сомбра. Не буду тебя утомлять историей этого пони, она очень длинная, скажу лишь, что вскоре он бы тоже погиб, да и уничтожение Дерева к тому времени не убило бы его дух. Гармония бы переселилась в подаренный ей замок Твайлайт и питалась бы эмоциями и магией её учеников из расположенной рядом Школы Дружбы, у которых гармония была и без излучателя. Далее дух дерева бы вышла на прямой контакт с учениками, которые, собрав обломки должны были в своей манере восстановить Дерево. По пророчествам у них это получится только в связи с тем, что восстанавливать они его будут, собирая из обломков «клубный домик». Гармония, обретя место, в которое может переселиться, не только восстановит себя в образе огромного кристального дворца, но станет ещё сильнее.

— Ни хрена не понял, — честно ответил я, — но очень интересно.

— Лорен постаралась на славу когда писала историю нашего мира. Чернильница с пером непросто так были её меткой. Теперь мне стыдно, что я перечеркнула написанную ей историю пытаясь написать свою. Но вместо того чтобы написать что-то своё я сама того не зная пользовалась трафаретом.

— На котором отпечаталась — война с зебрами, падение бомб, появление Литлпип, «День Солнца и Радуг», а также моё появление, гибель героев и может возможность изменения прошлого?

— Да – именно это. Хотя и то, что должно было случится, по изначальному сценарию, тоже содержало в себе создание пегасами облачной завесы (https://vignette.wikia.nocookie.net/mlp/images/6/60/Winter_Lotus_they%27re_blocking_Cloudsdale%21_S9E25.png/revision/latest?cb=20191026174137&path-prefix=ru) и уничтожение нашего замка, — в подтверждение слов Селестия показала на экране как пегасы закрывают небо, а после сменила слайд на разрушенный замок; город, что странно цел.

— Разве Чернильница планировала войну с зебрами? – мой вопрос был задан очень удивлённым тоном.

— Нет, что ты. Зебры в изначальном плане вообще роли не играли, в нем они даже так окончательно и не сформировали своё государство. Так что никаких мегазаклинаний. Вместо них в нашем мире должны были пробудиться виндиго – злобные духи питающиеся раздором приносящие холод и ненастья.

— Интересно, — я задумался о не состыковке, — почему же тогда они сейчас не пробудились? Раздора ведь достаточно, а мне бы воевать было удобней.

— Потому что их расщепили мегазаклинания, — ответила копытная, — причём ещё на этапе «испытаний». В смысле, что испытания были отнюдь не испытаниями.

— Интересный у вас мир. У всего есть подноготная.

— Подноготная и должна была чуть не уничтожить наш мир. Дискорд должен был объединить самых опасных и злобных обитателей нашего мира, чтобы Твайлайт и её друзья под его прикрытием без особых усилий их победили.

— А разве глобальный план Чернильницы не был именно таким?

— В смысле? – удивилась Селестия.

— В смысле, что весь ваш мир – глобальный спектакль. Злые персонажи в нём кажутся непобедимыми, они практически побеждают, но в последний момент герои находят выход. У меня заметившего эту странность даже появилась «Провальная Теория»…

— Да, — Селестия меня перебила, — но в том случае мир подвергался слишком большому риску.

— Злодеи должны были стать слишком сильными? Как ты в лучшие годы? Как герои пустоши? – спросил я усмехнувшись.

— Гораздо сильнее.

— Сильнее чем единорожка парализующая армии, пегаска убивающая радиационными выбросами и её особенный пони, «Кровавый Дракон», Литлпип, что убивала даже собственной кровью?

— ГОРАЗДО! – на секунду показалось, будто грива и хвост Селестии начали источать пламя, та заметила, что я напрягся, так что продолжила уже спокойно:

— Среди них должна была быть одна маленькая пегаска.

Селестия указала на находящуюся внизу статую, что я вначале принял за постмодернизм. Используя монокуляр я рассмотрел её получше. Данная скульптура изображала трёх существ: Угрожающего вида силуэтом похожее на пони насекомовидное существо (оскал хищных зубов, на голове корона, рог искривлён, ноги в дырах). Кентавра явно в возрасте (верхняя половина не человечья; скорее обезьянья). И самое интересное – мелкая испуганная кудрявая пегаска.

— Путь тебя не смущает безобидный её вид, — сказала Селестия, непонятно как поняв что я заметил то что она хотела, — мечтала она устроить геноцид.

— А те двое не мечтали?

— Кризалис мечтала, — судя по имени, имела ввиду насекомовидную; кентавру такое имя не подходило, — но дело не в ней. Павшая королева чейнджлингов способна как угодно менять свой облик, поглощать магию через любовь, полна презрения и ненависти к роду пони, но её ум такой же дырявый как её тело. Кози Глоу напротив — должна была делать ставку на свой специфичный ум и способность просчитывать всё наперёд. Эта маленькая пегаска – невероятно опасный противник. По замыслу Лорен она была способна обмануть даже Дискорда, а её план захвата Эквестрии увенчался полным успехом и лишь вмешательство дружественных существ из соседних стран да «неожиданное» объединение пони спасли бы наш мир от участи превратиться в глыбу льда. Я не могла пойти на такой риск! Я не могла, зная, что происходит, отдать злу свою магию делая вид что удивлена!

— Л… ладно, — неуверенно я попытался продолжить тему, но в спокойном ключе: — В изначальном плане Лорен всё было также как в случае с падением бомб? В нём тоже нашлось место министерствам, или что-то другое должно было устроить этот шорох с закрытием неба и духами несущими холод?

— Не что-то, а кто-то. Раздор нашему миру должен был принести Дискорд. Разве не очевидно? Я ведь уже говорила – это из-за Дискорда всё началось.

— Пожалуй, очевидно, — ответил я, но тут опять заметил несоответствие, — но разве он уже к тому времени не должен был даже официально стать твоим союзником? Разве ты, зная, что он тоже исполняет пророчества, ему не доверяла?

— Согласно пророчествам к тому времени он должен был потерять свою силу, а я не знала, что он тоже знает о моей матери, — мягкий голос Селестии стал неожиданно твёрдым, — и тем более исполняет её волю. Для меня он всегда был психом с кондитерским уклоном и безграничным могуществом. Теперь же я понимаю, что он был очень хорошим актёром. Все эти долгие тысячелетия он и повода не давал заподозрить, что на самом деле этот кошмар таксидермиста может кому-то подчиняться. Да что скромничаю, что он вообще адекватен! Дискорд – даже не живое существо, это огромный сгусток хаотичной магии, которая обрела разум!

Заметив, что мне не понравилось, как она начала закипать, Селестия отдышалась и продолжила уже более спокойно:

— В прошлом физически уничтожив его разнообразное тело, мы его даже не ослабили. Скорее наоборот — позабавили. Он продолжал существовать в образе нематериального драконикуса с ангельскими крылышками, вот только его магия продолжала работать и вполне материально влиять на моих подданных. С каким нетерпением мы ждали, когда он вновь соберёт сам себя, после чего мы исполним пророчество и, взяв у «Дерева» «Элементы» превратим тело Дискорда в камень, одновременно заточив в нём его дух. Естественно отступив от плана своей матери, я не хотела, чтобы Дискорд имел хоть малейший шанс вернуться, так что мы были единогласны в решении зашвырнуть его на Луну – туда, где царит покой, нет хаоса, и даже звёзды не помогли бы ему вернутся.

— Какие ещё звёзды? – меня действительно заинтересовала эта подробность, она заставила вспомнить долгий рассказ одной музыкальной пони. — Те, что двигаются? Те, что видела Лира?

— Не знаю, что она видела, но уверена – не те. Имела ввиду те что помогли освободится Найтмер Мун.

— Ну, это тоже интересно.

— Всё происходящее в нашем мире интересно, — тут Селестия стала говорить устало, — Лорен провела огромную работу, но попрошу избавить меня от необходимости рассказывать историю длиной в тысячелетия.

— Я ведь собираюсь вернуться в прошлое, так что может понадобиться самая разная информация.

— И насколько далеко? – теперь в мягком голосе сквозил сарказм. — В эпоху Дискорда или сразу Грогара?

— Это ещё кто? – удивился я, услышав незнакомое имя.

— Один из древних правителей нашего мира. Тот, кого давно забыли и о нём лучше не вспоминать. Формально именно он создатель мантикор, гидр и вообще всех полуразумных хищных существ нашего мира.

— Значит важный был правитель. Почему его лучше не вспоминать?

— Потому что он был злым, и воспоминания о нём сделают только хуже.

— Но ты же помнишь.

— Я много чего помню, и многое могу рассказать, — тон речи Селестии становился всё более усталым, — но это будет очень долгий рассказ. Хотя в нематериальном мире мы никуда не спешим, но лучше не затягивать и не забивать голову ненужной информацией, тем более всё самое важное ты и так уже знаешь.

— С последним я бы поспорил, но... – меня одолевало нездоровое любопытство. — Но может, расскажешь про ещё какой-нибудь скелет из своего шкафа.

— И что же ты хотел бы узнать? Что это был за призрак, которого «выпила» Ночная Стража? Как мы предотвратили возвращение Кристальной Империи и рост Вечносвободного леса? Кто такие «Столпы Эквестрии»?

— Нет, — ответил я, поняв, что хочу узнать. — Танки. Почему зная о данной технике, вы от неё отказались в пользу силовой брони? Только не надо говорить, что они не эффективны. Сейчас почему-то НКР воссоздало данную технику, и она вполне успешно боролась как вместе с «Железными Вёдрами» так и против них.

На секунды Селестия замешкалась думая, что за вёдра я имел ввиду но, догадавшись о Рейнджерах, спокойно ответила на поставленный вопрос:

— Лорен рассказывала об ином мире — твоём мире, в котором постоянно ведут войны. Обычно за «чёрное золото» — мерзкую липкую массу, что на золото совершенно не похожа. Часто в этих войнах используют бронетехнику различных типов. Танки, хотя и не самые массовые из них, но занимают не последнее место. Моя мать особо отметила именно танки – что если наш мир начнут подминать их гусеницы то он станет, обречён на вечную ночь, холод и мучительную смерть. Я считала это страшилкой для непослушной столетней кобылки-аликорна, но когда призванные призраки предложили мне воссоздание техники иного мира, я вспомнила древние слова и восприняла их как очередное пророчество. Какого же было моё удивление и ярость, когда после прямого запрета я узнала, что на заводах закрытого города уже собирают танк Т-90. Мне тогда хотелось Дэйбрейкер на свободу выпустить и сжечь ненавистный город, но Луна меня успокоила. Вместе мы выкрали техническую документацию и саботировали производство, после чего ускорили приведение плана уничтожения закрытого города в жизнь. Как ты знаешь – план увенчался полным успехом. Город оказался полностью уничтожен, как и его жители вместе «Ротой Террора» и другими призраками. Танк так и остался на стапеле, а когда с одной стороны город штурмует армия зебр, с другой ведётся обстрел армией Эквестрии и отдельных наиболее ценных обитателей города уничтожает «Ночная Гвардия» исход заранее предрешён.

— Но спустя столетия ты передумала.

— «Железные Вёдра» как ты их называешь, в своей тяжёлой броне не отличались мобильностью, Когти не хотели делиться захваченной у Анклава техникой, а к пегасам было тотальное недоверие, так что в военизированные организации их не брали, а значит никаких воздушных повозок. Благо Когти ценили пробки от бутылок и по найденным в закромах Красного Глаза документам воссоздали БТРы, которые успешно продали. Вечная ночь от этого не наступила, так что я, решив, что с вашим СНС без тяжёлой техники не справится, напрягла свою электронную память и выслала Наёмникам более точную документацию на Т-90 и ещё несколько танков. Т-90 воссоздали с оглядкой на оригинал, хотя и внесли значительные изменения. Второй же танк был сплавом из танка Черчилль и М46. То, что он получился столь необычным – не моя вина. Я лишь передала документацию, но земные пони трудолюбивы, единороги склонны к творчеству, а грифоны хотят всего побольше. Это сочетание и привело к танку, у которого всего по два, а то, что Красный Глаз, собираясь отказаться от рабовладения начал автоматизировать производство, к их количеству.

— Понятно, — ответил я, а после, сформировав мысль, продолжил: — Ещё вопрос. Прибыв в Филлидельфию меня и Лиру встретили необычной мелодией, а в «Министерстве Морали» мы увидели, что наёмники любят играть в определённую настолку. Меньше всего в другом мире я ожидал встретить приметы «половника войны» из сорок первого тысячелетия. Что это было?

— Это, — Селестия усмехнулась и далее говорила с лёгкой улыбкой, — моя попытка привить наёмникам определённые идеалы. Всё что их интересовало так это накопление богатств, и я намеревалась это исправить, — далее копытная говорила уже без ухмылки. — Как тебе известно, у нашего мира даже названия нет, только буквенно-цифровая кодировка, зато он полон магии основанной на душах убитых людей. Такой вот локальный имматериум. Ещё до падения бомб некоторые из призраков, будучи в прошлой жизни любителями известных настольных игр, узнав правду, пытались обратить меня в свою веру. Они усмотрели сходство некой «ереси» из своей игры и восстания моей сестры одержимой Найтмер Мун. Также с их слов я была похожа не только на «Повелителя Человечества» но и на некую Селестину. Честно говоря, тот персонаж и я схожи только именами, но образ, который описали и даже нарисовали те призраки, мне показался интересным. – Внезапно Селестия замерла на несколько секунд с задумчивым видом а, продолжив, рассказала нечто неожиданное: — Создавая себе человечный образ, я даже заимствовала несколько деталей от этой Селестины. В итоге всё равно мы оказались непохожи, но если бы я взяла от образа слишком много то перестала бы быть похожей на саму себя.

— Ну, хоть в кастрюльную броню будущего себя не нарядила, — ответил я с небольшой ухмылкой, — и на том спасибо, а то не удержался и спел бы песню про суп.

— Вообще-то хотела, — пояснила копытная, — но отказалась по той же причине, по которой ты отказался от утюгов на ногах.

— Так ты вроде сильная и тяжёлая броня для тебя должна быть как картонка, — отвечая, вспоминал собственный опыт использования картонной брони; Сулик идею не оценил.

— Тот, кто придумывал дизайн брони «готического будущего» ничего не понимал в эргономике и особенностях женского организма. Воевать в этой груде гравированного железа… В этом «бронеливчике»… Уж лучше голой.

— Для противника это будет слишком жестоко, — ответил я, изо всех сил стараясь не представлять человечный образ Селестии без одежды.

— Поэтому я и прикрыла свой стыд «скромным, но со вкусом» тряпьём. Кстати за скромность могу сказать тебе спасибо. Ты подал хороший пример. Убить элемент честности, будучи в оранжевом комбинезоне мойщика окон, устроить революцию в городе наемников, будучи в форме уборщика, использовать в качестве эмблемы сопротивления силуэт зонтика… Естественно я поняла, что такого призрака пафосной бронёй не впечатлить, поэтому и обошлась скромной повседневной военной формой из твоей эпохи. Она ведь на мне хорошо смотрелась?

— Как влитая, — ответил я.

— Даже жаль, что только ты смог оценить образ этой НедоСелестины. Все остальные относились ко мне как к мёртвой душе что оцифровали, превратив в компьютерную программу. Справедливости ради я сама работала на этот образ став для НКР, аналогом СШК из известной тебе суповарной вселенной. Когда твоя память оцифрована, нет ничего сложного воссоздать по ней чертежи СВВП и АУП, а также скорректировать документацию на Т-90.

Интересно. Вот уж не ожидал такой ответ на вопрос о настольной игре. Тем не менее, моё любопытство ещё не было удовлетворено, так что далее я задал дополнительный и надеялся последний вопрос:

— То есть ты собиралась «поглотить» моё сознание, что в теории смогло бы не только вернуть тебя в материальный мир, но и значительно усилить твои и без того большие силы аликорна, как ты собиралась ими распорядится? Что ты собиралась сделать, вернувшись в реальность?

— Как уже говорила – обеспечить своим маленьким пони выживание и процветание. Постепенно рассказать им правду и заслужить прощение. Но для начала – покончить с вашим СНС и ОФОТ.

— Или они бы покончили с тобой, — ответил я, вступившись за копытных.

— Это вряд ли. Я в прошлой жизни была настолько сильна, что считалась богиней, а с силами призрака стала бы таковой уже фактически. Сильнее меня была бы только моя мать или Дискорд, но последний на Луне, а Лорен давно покинула этот мир. Может мой и без того величественный облик бы изменился. Моя сестра, будучи одержимой Ночным Кошмаром сильно подросла, может и я, поглотив призрака, стала бы похожей на Дэйбрейкер, а если и нет, то всё равно бы приняла этот образ. В облике этой пироманьячки я бы сделала с вашим сопротивлением тоже, что ты с зебрами Глифмарка. Я бы расплавила броню ваших танков, разорвала бы на части Громовержец, а тех, кто при этом выживет, заставила бы сожрать свои бело-красные и чёрно-белые шевроны. Может даже заставила бы пони собрать все зонтики и шахматные доски в одну кучу, после чего изжарила бы их синим пламенем, чтобы дольше горели. Полковника Отема я бы точно изжарила на медленном огне, — о пегасе Селестия говорила с садисткой улыбкой. — Потом убила бы эти недокопии моей сестры… Хотя нет — этого бы я не сделала, хотя очень бы хотела… Да и Громовержец бы очень пригодился… как и танки; особенно Т-90.

— Действовала бы как герои пустоши? Запугала бы местных и использовала бы этот страх «для их же блага?

— Скорее выпустила бы пар; точнее пламя. Далее я собиралась предстать перед Рейнджерами и оставшимися Последователями. Предложить им помощь в восстановлении нашего мира. Рано или поздно мир бы действительно восстановился, а пони признали меня своей принцессой, и поверь, я умею ждать. Заметь, восстановления титула я собиралась добиться, не взяв его силой, а упорным трудом и заработком доверия. Заработать доверие Лиры было бы непросто, но я упорна и терпелива.

— Но перед этим запугала местных своими способностями — «Гениальный» план; как и идея с призывами, как и попытка силовым путём решить полосатый вопрос, как и поддержка Литлпип с прочими героями пустоши.

— Как и твоя идея поднять в НКР мятеж читая на радио лекции про «картошку», как… да как всё что ты делал.

— По такой логике план Чернильницы на этот мир со всеми этими излучателями, пророчествами и альтернативными историями — тоже «гениален».

— Как конструкция танка Т-90, — сравнение, что выдала Селестия, было не только неожиданным, но и невероятно точным. Спорить с этим не стал.

— И что теперь? – спросил я копытную. — Раз мы передумали друг друга убивать…

— Значит должны подружиться, — ответила Селестия, после чего испуская жёлтый свет, приняла свой человечный образ.

— Эммм… — я не знал, что сказать, но решил, что лучше поднять взгляд и смотреть ей в лицо (хотя хотелось перевести ось зрения пониже), а также помимо вожделения подавить и эмоцию страха.

Просто ранее эта тугожопка меня неслабо дубасила и чуть не убила. Она роста метра два с лишним, физически сильна (на зависть штангистам), ловкая и гибкая как профессиональная гимнастка и при этом имеет по-настоящему выдающиеся женские достоинства. Глядя на неё мысли, постоянно мечутся, от желания прикоснуться к её «местам общего пользования» до страха получить за это тяжёлым женским кулаком.

— Просто мне хочется, чтобы ты перестал воспринимать мой человечный образ как врага, — пояснила Селестия. — Как ты говорил: Они сошлись Вода и Камень, Стихи и Проза, Лёд и Пламень.

Далее копытная в человечном образе создала пламя вокруг своей правой ладони и с улыбкой и добрым взглядом выставила её передо мной, будто предлагала в ладушки сыграть. Похоже, Селестия так и не приняла людское рукопожатие и решила интерпретировать жест копытных, в котором они «цокают» друг друга копытцами. «Ну что ж… Лёд и Пламень могут сойтись не только как враги». С псевдо философской мыслью создаю вокруг своей левой ладони ауру холода. Та (ладонь) тут же покрылась инеем, а через долю секунды льдом с торчащими сосульками. Далее с волнением прикладываю эту ладонь к горячей руке Селестии, и мы оба наблюдаем как от встречи льда и пламени исходит обильный пар. Ощущение холода тут же пропало, но сменившее его тепло, как ни странно, тоже было приятно и что-то подсказывало, что Селестия испытывает то же самое. К сожалению, её пламя оказалось сильнее моего льда, так что через несколько секунд приятное тепло начало становится уже не столь приятным. Этого и следовало ожидать. Селестия гораздо сильнее, да и её ладонь габаритно больше моей; не намного, но слабое утешение. Благо «солнечная принцесса» быстро поняла, что к чему и, убавив жар, далее убрала и ладонь. Очень вовремя, а то я как мужик не хотел добровольно уступать бабе.

— И… и, — я не сразу подобрал слова. — Сошлись… Ты ведь не намекала что далее мы…

— Может быть, — усмехнувшись, сказала Селестия, — но этого не дойдёт. А ты бы хотел?

— Не знаю, — ответил я, и ведь действительно не знал. С одной стороны от желания у меня в штанах стало тесно, с другой, глядя на Селестию, всё больше понимал — она не врала когда говорила что может обеспечить перелом таза.

— Пойми правильно – я не похотлива, и не занималась этим с любым кто бы меня привлекал, однако в нашем случае могла бы сделать исключение. У меня так долго никого не было, зато насмотрелась на лобызания Литлпип с Хомейдж, а после смерти последней на кончания Дарительницы, — Селестия скривила физиономию. — Может, проведя в нематериальном мире достаточно долго мы бы узнали друг друга получше. Мы бы поняли, что нас есть за что любить, и насладились друг другом; когда либо я в таком образе, либо ты в образе карусельного конька, а может и так и так, но это невозможно.

«Невозможно». Я не знал радоваться или рвать и метаться. Селестия же продолжала:

— В нематериальном мире значение имеет, не победил ты или проиграл, а то веришь ли ты в это. Мой план заключался в том, чтобы проникнув к тебе в разум сломить твою волю к жизни, показав, что я гораздо сильнее, сопротивление бесполезно, а вся твоя жизнь – ничтожна. Даже если бы это не сработало, ты бы всё равно проиграл. Я бы всё равно поглотила твой разум, но на это ушло бы больше времени, а я умею ждать. В случае же если мы «сойдёмся» произойдёт тоже самое – всё что ты будешь делать, будет тебя медленно убивать, а может и не медленно. Не сочти за оскорбление, но сомневаюсь, что в любви ты будешь также хорош, как и в бою, а значит, твоё поражение в койке убило бы не только твоё самоуважение. У меня даже была мысль тебя соблазнить, не зря же я эти фермы молочные ношу, но всё же решила действовать агрессивно, тем более результат всё равно был бы один.

— То есть, даже просто разговаривая с тобой, я всё равно терплю от тебя поражение? – мой вопрос звучал как риторический.

— Разумеется, — подтвердила Селестия, — но теперь, когда я не считаю тебя врагом, умирать ты будешь гораздо медленней. Может по ощущениям нематериального мира это растянется на годы, может ты успеешь состариться, кто знает, я прорабатывала теорию без практики.

— И… и… — у меня сердце ёкнуло, от чего показалось, что уже состарился.

— Но выход есть, — бодро сказала тугожопка, — и парадокс – тебе всё же придётся мной овладеть, только не в самом очевидном смысле.

Я должен «овладеть» Селестией… Ну хорошо хоть не в том смысле, хотя глядя на неё сложно думать о чем-то другом. Та это поняла и с тем же жёлтым свечением приняла свой настоящий облик. Стало гораздо лучше, но я предпочёл молчать.

Селестия призналась что проникнув мне в голову действовала как яд, даже если сама того не желала. Я, будучи отравленным её разумом, был обречён погибнуть. Это можно было отсрочить, но не предотвратить. Такая новость меня неслабо так напугала. Даже удивительно, что Селестия сразу это не рассказала, предпочтя биться на мечах и в рукопашной. Насылать образы будущего, прошлого и прочее. С другой стороны, держать в тайне от противника свой главный козырь – самое разумное решение; даже если победа всё равно неизбежна. Тем не менее, Селестия прямо сказала, что шанс выжить есть, только для этого я должен ей «овладеть». Что бы там ни было (это не то о чём все подумали) сам я этого не узнаю, так что своим молчанием показал копытной, что внимательно её слушаю. Та поняла молчание правильно и спокойно (удивительно спокойно) продолжила:

— Ты должен меня убить.

— Что?! – удивился я. — То есть… Мы ведь только подружились… Передумали друг друга убивать.

— Другого выхода нет. Из этого места реальный мир может попасть только одно сознание.

— Но…

— Другого выхода нет. Выход отсюда возможен лишь через смерть одного из нас. Изначально я собиралась вновь ощутить землю под копытами, но теперь, когда выяснилось что у Лорен на тебя планы, всё изменилось. Я больше не пойду против её воли. Тебе придётся либо меня убить либо дожидаться когда я сама того не желая поглощу твоё сознание.

— Ты ведь предала Лорен с её «гениальными» планами, — сказал я, казалось забыв на чьей нахожусь стороне.

— Моя мать – сложная личность, как и её, часто аморальные, планы, однако в одном ей не откажешь. Всё что происходит в нашем мире является для их обитателей уроком, а также что именно дружба спасёт его, казалось бы, от неизбежных угроз. В нашем мире, дружба действительно приобретает форму магии.

— Что это за дружба, сразу после зарождения которой один из друзей должен погибнуть? – мне казалось, что задаю риторический вопрос.

— Такая же какая была между тобой и Вельвет Ремеди. Рассказав тебе о проекте «Тёмные Дни» она пошла на самопожертвование. Добровольное или нет – другой вопрос, но она это сделала. Образно говоря, она передала тебе эстафету. Теперь ты должен сделать для нашего мира добро. Я тоже была носителем элементов и, в конце концов, долго прожила и много думала покончить с этой неправильной жизнью, но всё откладывала. Твоё появление я рассматривала как чудо – как шанс вновь вернуться к жизни. Теперь я поняла, что Лорен дала мне несколько другой шанс — пожертвовать собой ради возвращения нашего мира на истинный путь истории. Не так уж и плохо.

— Вельвет желала спасти мир, при этом ни кем не жертвуя.

— Но мы ведь оба знаем, что это невозможно. Спасти мир ни чем не жертвуя – слишком хорошо чтобы быть правдой, тем более ты сам называл план Вельвет аморальным. Литлпип ради спасения мира пожертвовала своей добротой став злодеем. Я же никогда не пойду по пути зла и ради спасения мира не готова пожертвовать своей добротой, но готова пожертвовать собой; даже если эта жертва будет в твою пользу.

— Как то это оскорбительно звучало, — заметил я, — да и «не пойду по пути зла». Это говорит та у кого «руки по локоть в крови».

— В прошлом я считала, что совершаю благо для нашего мира. Теперь же понимаю что «небольшая цена» которой я называла уничтожения киринов, гиппогрифов и прочих была поистине велика. Если Лорен хотела чтобы я понесла за это наказание, отдав свою душу призраку, то так тому и быть.

—Л… Ладно, — ответил я, понимая, что оппонентку не переубедить. — То есть я должен тебя убить, после чего ты, смирившись со своей участью, действительно отбросишь копыта, а что дальше?

— Ты поглотишь моё сознание, очнешься в реальном мире спустя неопределённый промежуток времени после слияния разумов, а далее обнаружишь, что сильно изменился. Не знаю, что конкретно произойдет, но уверена что очнешься ты не земным пони. Поглощение разума аликорна не пройдёт без последствий, и это будет не только безобидное потемнение радужки глаз и необычные зубки. Надеюсь, ты грамотно распорядишься моей силой. Пускай тебя не воспитывали Лорен и Старсвирл, но если моя мать выбрала тебя своим посланником, то всё будет хорошо. Значит, тебе действительно удастся изменить прошлое и будущее. Может даже встретишься со мной в прошлом. Только будь осторожен. В прошлом я, несмотря на прожитые тысячелетия, я так и не обрела истинной мудрости, зато, побывав в плену у призраков, отбросила рамки честно боя. В прошлом я не буду драться честно.

— Понятно, — ответил я, хотя сам многого не понимал, ну да ладно. — И что я должен конкретно сделать? Как я должен тебя «убить»?

— У тебя в этом большой опыт, так что выбирай, — с ухмылкой ответила Селестия, — однако перед этим…

Белая копытная села на южное место, расправила крылья и выставила в стороны передние ноги под невозможным для земных лошадей углом.

— Предлагаешь обняться? – спросил я.

— Это дружеский жест, а я очень надеюсь что мы смогли подружится. Как говорила Литлпип: умереть в копытах друга, о таком она и мечтать не могла. Умереть от рук того кого считала врагом, а потом признала как друга – не так уж и плохо. Я готова принять эту участь, но для начала, — аликорн пошевелила крыльями.

Не скажу, что мне нравились обнимашки, но с Трикси и Лирой я это уже делал и ничего плохого не случилось. В конце концов, в искренности Селестии я не сомневался (нож в спину она не воткнёт), а значит она действительно мой друг, пусть и обретённый совсем недавно.

Решив «была, не была» подхожу к копытной и слегка присев крепко ту обнимаю. Та не осталась в долгу и, положив голову мне на плечо, обхватила меня своими передними ножками и крыльями. Крепкие у неё объятия — не такие как у её человечной версии, но всё равно крепкие. Так мы и простояли минуту, может две, хотелось и дольше (Селестия удивительно приятна на ощупь) но если так и дальше продолжать, то это будет скорее глупо. В итоге решив, что хватит, переместил ладонь и, погладив копытную между ушек, показав той, что пора заканчивать. Та всё поняла, подняла голову с моего плеча, разжала ноги и крылья, я тоже разжал объятия.

— Есть ещё последние желания? – спросил я копытную.

— Есть, — ответила Селестия, а далее пояснила: — Призраки помимо своих технологий принесли в наш мир и часть своей культуры, в том числе и музыкальные произведения. В моей оцифрованной памяти помимо чертежей танков, СВВП и АУП хранился солидный архив музыкальных произведений. Хомейдж он очень заинтересовал, так что она попросила меня его заархивировать. Данный архив должен сохраниться и после моего удаления с компьютера. Есть там одна композиция которую пони должны услышать и она немного подходит твоему образу.

Далее аликорн засветив своим отростком, магией изобразила в воздухе крупную золотистую надпись на английском, которую я перевёл как «Последние Дни Мира». Понятия не имею что это за песня но, судя по названию пони действительно должны её услышать, а вот то, что она мне якобы подходит – разочаровывало. Тем не менее, я не отказал.

— Разумеется, — сказал я, запоминая надпись, — всё будет исполнено.

— Рада слышать, — ответила копытная, а потом, закрыв глаза, добавила: — А теперь давай.

— Что?

— Убей меня, — твёрдо сказала копытная.

Вообще-то я видел только левый глаз, правый был скрыт гривой, но она определённо зажмурилась, не желая видеть свою смерть. Я же не знал что делать. Конечно, ранее мне пришлось убить многих копытных, но они в меня стреляли или пытались убить другим способом. Некоторых я ликвидировал, подкравшись незаметно, но в случае обнаружения они бы без сомнения напали. Селестия же пускай недавно пыталась меня убить и у неё «руки по локоть в крови», но теперь не агрессивна. Более того – мы подружились. Пускай наша дружба длится недолго, но всё же я не могу так просто её убить. Значит это будет не просто; будто что-то в этом мире давалось просто.

С волнением материализую ПМ. Селестия говорит, что она ждет, и приготовилась к неизбежному. Навожу пистолет. Чуть ли не дрожащими руками совмещаю мушку с основанием рога белого аликорна. Снимаю предохранитель. Слышится очень тихий щелчок, а Селестия открыв свой левый глаз, кричит:

— Стой! – я тут же отвёл ствол вверх, а копытная продолжила уже спокойней: — Не надо. Не так. Я не должна так умереть. Не так как Отем Лиф. Не так банально.

— А чего ты ожидала? – спросил я, мысленно радуясь, что неприятный момент отсрочен.

— Чего угодно только не этого. Я принцесса Эквестрии, пусть и павшая, и заслуживаю достойную смерть. Не пулю в голову.

— Не на костре же мне тебя сжигать, — ответил я любительнице пламени.

— Нет, — ответила копытная, но задумавшись, добавила: — но если бы это действительно меня бы убило, то идея не так уж и плоха. Убей меня красиво, не банально, символично.

Символично. Как её можно убить символично? Мне её и с чисто моральной стороны тяжело убивать, а ещё думать о символике… А ведь… Селестия — павшая принцесса, а мы как раз на балконе с копии которого я сбросил кибер-единорожку. Но сбрасывать ту у кого есть крылья… Нет – идея неплоха, есть символизм. В итоге сделав несколько вдохов и смирившись с тем, что собирался сделать, подошёл вплотную к белой копытной. Далее чуть присел, чтобы мои моргалы стали на уровне её больших глаз. Та изобразила на морде удивление, приподняла правую переднюю ногу, но назад не отошла.

— Ты что задумал? – удивлённо спросила Селестия.

В ответ я провёл ладонью от основания её рога до макушки и, придав физиономии самый добрый взгляд, сказал:

— Попросить прощения?

— За что? – спросила Селестия.

— За всё, — ответил я. — За каждого убитого пони, за каждого не пони, за героев, даже Литлпип, за все прошлые деяния и то, что сделаю в будущем и прошлом, а также за то, что собираюсь сделать сейчас. Прости если не оправдаю ожиданий.

— Я тебя прощаю, — ответила Селестия тоже с добрым взглядом. — Главное что ты раскаялся и желаешь поступать правиль…

Договорить Селестии не дал. Ожидание момента смерти само по себе как пытка, так что лучше чтобы этот момент был внезапен. Я не стал медлить и, получив прощение, с хрустом свернул её толстую шею. Селестия не умерла, в её больших глазах всё ещё была жизнь, но её тело подкосилось, а из пасти вывалился язык. Однако я был твёрдо намерен выполнить предсмертную волю павшей принцессы и не ограничился банальным сворачиванием шеи. По сути это было нужно лишь, чтобы Селестия не могла работать крыльями так что, убедившись, что её махалки обвисли, приступил к самому главному. С волнением беру копытную под живот и, приподняв, тащу её к краю балкона. (Какая же она лёгкая, или это контраст с её человечным образом?) Далее переворачиваю копытную и кладу её спиной на перила балкона. Секунда и я ловлю на себе её удивлённый взгляд. Не такого она ожидала, но поздно останавливаться, так что собираю силы, приподнимаю копытную и кидаю её с балкона вниз.

Воображение у меня небогатое, но смерть в падении для павшей принцессы мне показалась символичной; банальной, но символичной. Она умрёт у подножия своего же дворца у копыт своих маленьких пони – тех, кого оберегала и защищала но, предав свою мать, чуть не стёрла с лица своего мира. Время тогда не замедлялось, но секунды падения для меня (да и для неё тоже) были вечностью, я даже рассмотрел как, падая спиной вперёд белая копытная по пути «сбросила» несколько перьев. К сожалению это было не единственным, что я заметил.

Сбрасывая Селестию я надеялся, что она упадёт на мягкую травку, но всё равно встретит смерть, однако, смотря за её полетом, понял — перед броском надо было убедиться, что у «белого снаряда» не будет препятствий. Препятствием оказался ранее замеченный, но совсем вылетевший из головы обелиск с каменным основанием и похожим на меч наконечником, торчащим из его верхушки. Когда я это понял, было поздно. Селестия падала прямо на обелиск и какая ирония – наконечник упёрся прямо в центр её белого тела; прямо между крыльев. В итоге он проткнул её насквозь, а Селестия, немного подёргав ножками (спазмы), окончательно затихла.

Словами не передать, что я тогда испытывал. «Я подвёл своего вновь приобретённого друга. Откровенно тупо выполнил её последнюю просьбу…» Мысли о собственной вине прервало нечто прекрасное, символичное и при этом жуткое. Кровь Селестии, обильно стекая по обелиску, добралось до каменного основания и начала заполнять его пространство. Совпадение это или нет (да какое тут совпадение) но основание было в форме шестигранника со скруглёнными во внутрь гранями и разделено на восемь равных частей с центром у обелиска. Четыре эти части были ниже относительно остальных четырёх и постепенно заполнялись кровью. Вскоре они полностью заполнились, образовав вид красного мальтийского креста, а всю композицию сделав удивительно похожей на нашу зонтикоподобную символику. От такого вида у меня вновь сердце ёкнуло. Это было по-настоящему жутко.

Жутко, но красиво и по-своему символично. Может далее я бы размышлял именно над этими философскими вопросами, но тело Селестии неожиданно засветилось жёлтым светом и будто начало распадаться на кванты. Через секунду это же сделал и обелиск, после постамент, после то что вокруг постамента и так далее. Весь нематериальный мир стал распадаться, но не я. Что конкретно произошло далее, не понял, но после этого очнулся в реальном мире с засветкой в глазах и сильной головной болью.

Поправка – болела не только голова, но черепная коробка прямо раскалывалась, будто в голову даже не гвоздь, а железнодорожный костыль забили. Белое свечение в глазах (я не сразу вспомнил, что глаз у меня должен быть выбит) было нестерпимо, а зажмуривание не помогало. Тем не менее, и то и то постепенно начало идти на спад. Голова, избавляясь от боли, приобрела способность мыслить, а засветка, пропав, позволила увидеть, что я всё ещё в центре управления погодой. Недалеко лежал труп Литлпип. Пол подо мной был в копоти и следах плавления. Всюду были следы борьбы и не только кровь. Плакаты с провоцирующими на совокупление копытными только портили атмосферу. Мерзкое зрелище. Я поторопился встать и покинуть это место.

Встать сразу не удалось. Центр тяжести сместился, а тело копытного ощущалось непривычней обычного. В итоге всё же встал и обнаружил, что резко прибавил в росте. До своего прежнего человеческого не дотягивал, но на копытных (что были чуть выше метра), мне придётся смотреть сверху вниз. Всё ещё не понимая, что произошло, спонтанно поднял взгляд и обнаружил, что у меня из головы что-то торчит. Тут же боковым оборачиваюсь назад и замечаю что не только из головы, из спины у меня тоже торчит то чего раньше не было.

«Неужели это…» Догадку мысленно не успел озвучить как сработавшие моторные функции, расправили огромные кожистые крылья. В сравнении с махалками пони, Селестии и кожистыми крыльями покойного ночного пегаса Лаенхарта, они были действительно огромны. В сложенном состоянии они даже немного выходили за габариты корпуса, но хоть прикрывали южное место. Утешало, что со всеми этими переменами жопометки у меня так и не появилось, а так бы был полный набор. Но крылья особенно впечатлили. Мало того что они кожистые так ещё и с крупным когтем которым я даже мог шевелить. Махалки были как гипертрофированные пальцы с кожистой перепонкой между ними, а коготь как их придаток. «Гениальная конструкция» с сарказмом подумал я, но нахрена нужен этот коготь? Как оружие? Бред какой-то. Аэродинамику он не улучшит, не для лазанья же? Нет, с виду когти выглядят достаточно крупными и прочными, чтобы мою тушку выдержать, но лазающий копытный… Что за херня?

«Херня». Тут у меня опять сердце ёкнуло. Я ведь изменился, поглотив сознание Селестии – кобылы аликорна. Кобылы, мать её Лорен! Она ведь самка! (Причём в человеческом образе одновременно красивая и вселяющая страх.) С волнением опускаю голову, чуть не задеваю торчащим из башки отростком пол и вижу что… Прямо гора с плеч. Всё на месте. Причём если ранее Трикси говорила что мой главный калибр по сути мелкашка, то теперь там не гаубица, но точно ствол посерьезней.

Серьезней или нет – значения не имело. Сам факт того что «главный калибр» на месте просто гору с плеч сбросил. Смену видовой и подвидовой принадлежности я ещё могу пережить, но не гендерной. Участь стать копытной версией «Верки Сердючки» для меня была бы хуже всего.

Однако хотя худшего удалось избежать, ощущения говорили — мне долго придётся привыкать к продвижению на эволюционную ступень. Что-то подсказывало что, несмотря на сформированную и рабочую пищеварительную с выделительной системой мне не придётся пользоваться туалетом. Даже не знаю хорошо это или плохо.

Впечатления после самоосмотра были смешанными, однако про себя подметил – шок очень быстро прошёл. Просто мне не впервой просыпаться в незнакомой шкуре. Тем не менее, то, что я видел от первого лица, было маловато для окончательного представления. Нужно зеркало и я его нашёл.

Литлпип не отличалась чистоплотностью но, покинув своё «стойло» не утратила привычки держать стены в относительной чистоте. Большинство стен в центре управления заняты либо оборудованием, либо непристойными плакатами, но одна, намеренно была пустой и чистой до зеркального блеска. Подойдя к этой стене, я увидел своё отражение крупного, худощавого, кожистокрылого аликорна серого цвета; цвет шкуры не изменился, да и радужка глаз осталась чёрной. Крылья были сложены, но будучи в расправленном состоянии (манипуляции дополнительной парой конечностей торчащей из спины — ощущение которое никакими словами не передать) их площадь казалась настолько большой, что даже я не понимал, как они на мне умещаются. Конечно, на Земле даже такая площадь махалок не позволила бы копытному летать, но здесь другой мир.

Также размерами отличался и торчащий из башки отросток со спиральной канавкой. Он тоже был крупным даже по меркам Литтлпип и Трикси; длинный, толстый у основания и острый на конце. На этом фоне не сразу заметил, что обычно короткая тёмная грива несколько подросла. Обычно я носил короткую стрижку, чтобы противогаз надевать удобней, но теперь я бы сказал, что ношу волосы средней длины. Ну, хорошо хоть не эфирные и не до пола как у Селестии.

— И как я на люди покажусь? — спросил я у зеркала и тут же заметил, что зубки у меня не изменились. Ровный ряд с небольшими клыками на верхней и нижней челюсти.

Отражение не ответило, так что далее я задал вопрос не открывая рта:

«Как можно быть таким идиотом?! Обломок Дерева Гармонии — самое главное, то зачем я сюда пришёл! Я не спросил у Селестии где он!»

Далее непроизвольно хватаю себя крыльями за «садовую голову» (когтем поцарапал ухо), после чего подавляю этот рефлекс и, развернувшись быстро подхожу к консоли управления. Я был весь на нервах готовый, если нужно распотрошить эту огромную панель из кнопок, рычагов и мониторов, но найти искомый предмет, однако поиски были недолги. Я вспомнил, как Вельвет показывала испорченный обломок, которому придали вид «покерной фишки». Железную будку, из которой Вельвет его и достала и центр управления, в котором я нахожусь, проектировал один и тот же копытный, так что форма предмета могла быть похожей. Утверждение подтвердилось. Ища всё что плоское и круглое, взгляд моментально зацепился на небольшом круглом закрытом защитной крышкой предмете. Осторожно подняв крышку, увидел маленький плоский диск из серебристого металла с выгравированной на нём нашей зонтикоподобной эмблемой.

«Значит Селестия была права. Всё происходящее — действительно чей-то долгоиграющий план. Эта «фишка» лежит тут столетия, а на ней изображён наш зонтик – это не может быть совпадением».

Не веря в совпадения но, веря в магию, создаю вокруг своего копытца прозрачную ауру и уже собираюсь взять обломок дерева, но в последний момент остановился. Селестия перед смертью меня о кое-чём попросила, и я помнил о чём.

Решив, что обломок подождет, подхожу к консоли и, тыкая по кнопкам в итоге нашёл музыкальный архив, о котором говорила белая копытная. Далее выбираю файл, о котором она говорила и, помучавшись с интерфейсом, запускаю на всю НКР композицию «The Fall — Last Days of Gaia» — Последние Дни Мира (https://youtu.be/qKTo5nrkDNA). Странные у Селестии музыкальные вкусы, но просьба исполнена. Теперь самое главное, но:

«Если я заберу обломок, консоль ведь не прекратит работать?» Не то чтобы меня это волновало, но Селестия явно хотела, чтобы песня доиграла до конца, так что пока низкий голос пел о «последних днях», я думал, чем себя занять.

Взгляд зацепился за тело Литлпип. Подойдя к трупу, я с трудом сдерживался, чтобы не наступить и расколоть череп мелкой мёртвой копытной. Хотелось опустить копытце на её безрогую дырявую голову, начать медленно давить и хорошо запомнить момент, на котором череп не выдержит и копытце погрузится Литлпип в мозг. (А ведь он там есть, хотя я разбивший множество черепов копытных всё ещё удивлялся, что при их-то больших глазах в «Череповце» всё равно находится место для довольно объёмного мозга.) Нехорошо проявлять ненависть к мертвецам, но из-за неё случилось так, что мне пришлось убить Селестию. Снизошла бы Пипка до переговоров — была бы жива, а я не мучился угрызениями совести за то, что убил только приобретённого друга. Тогда я ненавидел Литлпип больше чем…

Внезапно моя ненависть к мёртвой копытной обрела энергетическую форму, что молнией выйдя из отростка на башке, попала в труп. Молния которую я случайно выпустил, была необычной, иначе не знаю почему тело, вместо того чтобы сгореть, вдруг «разбрызгалось». И без того грязное помещение теперь было всё в каше из потрохов Литлпип, а я также будучи весь грязный стоя в ступоре не сразу понял что произошло. Выплюнув попавшие в рот потроха, в итоге сложив два.

Литлпип, после того как я ей рожок спилил, будучи в ярости, но не способная творить магию выпустила свою ярость прямо из «пенька» на башке в виде разряда. Я тогда даже подумал, что у единорогов в башке орган как у электрического ската, а рог нужен, чтобы преобразовывать её в магию. Так это или нет, я не знал, но если теория верна то я тоже, будучи в ярости, но не умеющий колдовать, случайно (не из «пенька» а целого рога) выпустил не преобразованную в магию энергию. Судя по тому, что тело Дарительницы в кашу превратилось энергии у меня не меньше чем у ядерного реактора. Хотя чего удивляюсь, я ведь «Селестией овладел».

Решив, что догадался о природе произошедшего (а ведь так надеялся, что моменты, когда я весь в крови ушли в прошлое) и, погасив искры вокруг отростка на башке, далее с удивлением заметил, что копытца у меня тоже искрятся. Погасив и их далее сделал нечто не рациональное даже по моим меркам.

Эти искры вокруг «дрели» слегка оплавили мне волосяной покров. Ничего на башке не загорелось и залысин не появилось, но горелый запах ощущался вполне отчётливо. Мне вдруг стало интересно – шкура вокруг копыт тоже подгорела? Не откладывая решение этого «вопроса жизни и смерти» приподнимаю переднюю конечность и принюхиваюсь к шкуре. Запах был, хоть и не отчётливый, но далее…

Дыхательные пути резко защекотало, непроизвольно делаю глубокий вдох и с закрытыми глазами, задрав голову, громко прочищаю лёгкие. Моё «апчхи» само по себе было громким, но не так как звук что сопровождал пробитие металла мощным лучом энергии. Чихнув я опять же случайно, выпустил из отростка «луч смерти» пробив потолок комплекса рассчитанного на удар мегазаклинания. Теперь помещение освещалось не только лампами, но и солнечными лучами из крупной дыры в потолке.

«Пожалуй, тут Селестия ошиблась. Может я и не смогу грамотно распорядится её силой».

Депрессивные мысли прервала закончившаяся мелодия. Теперь мне стоило перестать смотреть на Солнце (его свет совершенно не раздражал) через дыру и забрать наконец злополучный обломок Дерева, но я не спешил. Глядя на светило, я чувствовал с ним некую связь и то, что оно в моей власти. Да что там светило, к его ночному побратиму у меня было такое же ощущение, и это притом, что Луну я не видел. Понятно, что дело важнее всего, но мне жутко хотелось проверить одно утверждение.

Немного мысленных усилий и вокруг моего отростка образовывается прозрачная аура (как воздух вокруг нагретого асфальта) после чего Солнце, становясь менее ярким, покидает небосвод, уступая место полной Луне. Преисполненный радости от удачного опыта я на этом не остановился. Мне казалось, что движение светил далеко не всё что я могу с ними делать. Ещё немного мыслей материализованных в магию и на Луне появляются линии образующие шестигранник со скругленными гранями, после чего из центра светила подобно крови Селестии четыре сегмента заполняет красное свечение. Несколько секунд и теперь на местной Луне изображена символика СНС. На копытных это должно произвести впечатление; на меня точно произвело.

Как бы то ни было, но хватит игр. Было бы приятно испытать новые возможности но «привалившее счастье» не должно меня остановить. Нужно исполнить план Вельвет с «Тёмными Днями», а не устраивать тёмные дни самому. В конце концов, я ни на что не был готов променять возможность вернуться в свой мир. Даже на вечную жизнь в облике местной сверхрасы; тем более что эта раса копытных.

Подойдя к консоли, я опять же не сразу решился взять «фишку». Просто я видел, как у меня вокруг копытца искры были, а проблема дефицита обломков как раз и заключается в том, что они уязвимы для разрядов. Со слов Вельвет, Сулик взорвав электромагнитную бомбу, буквально сжёг Сады. Выжженной оказалась не только электроника, но и обломки Дерева. Будет нехорошо если я, не контролируя свои силы, случайно изжарю единственный жетон на мой экспресс из этого мира.

В итоге после тренировок со сменой искр на ауру, осторожно этой аурой взял злополучный обломок, в помещении тут же погас свет. Благо полная Луна с силуэтом зонтика через дыру создавала приятную красноватую засветку, да и зрение аликорнов как выяснилось (хотя ранее Трикси уже это говорила) имеет свойство ПНВ. В темноте не блуждал. Проблема оказалась куда банальней. Я не знал, куда положить злополучный обломок. Одежды на мне не было, рук тоже (крылья не считаются), не в пасти же его нести. Нужно найти какую-нибудь сумку, и я её нашёл.

У широкой кровати вокруг которой лежали сломанные фанерные перегородки и одинокая дверь (с табличкой «BOOM BOOM ROOM») как раз лежала «велосипедная сумка». Положив обломок на консоль, подхожу к этой сумке, переворачиваю ту, вытряхивая содержимое, но она оказалась пустой – странно.

Просто Трикси рассказывала, как Литлпип любила таскать в своих сумках «шары памяти». Когда в прошлом в одном из боёв взяв под контроль аликорна Единства, Трикси (точнее «Богиня») случайно её порвала, Литлпип быстро догадалась использовать шар как оружие. Мне казалось, что у Дарительницы много таких шаров, но в сумке пусто, хотя… один шар всё же нашёлся.

Прямо на кровати лежал прозрачный шар (размером с бильярдный) с написанной на нём цифрой 8. «Наверное, это что-то важное» — подумал я и, решив, что раз у меня из башки дрель торчит, то можно попробовать, и сев на кровать попытался прочесть этот шар. Дрель не сразу создала нужную ауру, но в итоге мне удалось обернуть ей упомянутый шар, однако ничего не произошло. Тем не менее, это был мой первый опыт телекинеза, так что ауру я не убрал, продолжив удерживать шар в воздухе. Поводив и «в лево — в право в верх — в низ» удовлетворился первым опытом, но не тем что так и не прочёл шарик. Далее как дурак даже прислонил стекляшку к дрели, но ничего. «Как же тебя прочесть?» — подумал я и тут…

Спустя неопределённый промежуток времени прихожу в сознание и:

— (Вырезано цензурой) Мелкопипка!!! – лёжа на кровати кричал на русском, после чего швырнул шар в «чистую стену» превратив его в стеклянную крошку; на стене осталась вмятина. — Заднепроходная сосалка!!! (Поток нецензурной лексики с использованием местных идиоматических выражений.) Как это развидеть?!!

Я пережил её ночь с Хомейдж! От первого лица в шкуре мелкой копытной лесбиянки! Я чувствовал то что чувствовала Литлпип, я чувствовал её похотливые мысли… Как же я жалел что убить Литлпип можно лишь один раз. Нет, теперь я бы её не просто убил, а сделал это порвав её мелкую щёлку своим новым аликоньим налитым кровью хреном.

«(Цензура), я ведь не зоофил, так какого хрена у меня стояк?!» — думал я, прежде чем спохватился. Конечно, мысли о насильничестве — всего лишь мысли, но всё равно мерзко. Справедливости ради это скорее вина Мелкопипки. Ей надо было написать на шаре не «8» а «18+», тогда бы и неловкой ситуации бы не было. Литлпип ведь вряд ли бы была рада, что её ночь с Хомейдж увидел кто-то другой. С другой стороны она бы была рада, что довела меня до несвойственных мне мыслей. Опять же с другой стороны – я её довёл до мании самоудовлетворения, так что справедливо, что она довела меня до идеи насильничества, причём после смерти, причём к своей персоне…

«Что ха херня?!» — подумал я, а после даже помотал головой, чтобы вытряхнуть порочные мысли. Помогло не сразу, но стало лучше. Всё-таки и в этом мерзком случае с шаром был положительный момент – пропали угрызения совести за тостер в ванной.

В итоге молнии я не метал, но пар выпустил, и, решив, что успокоился, встал с кровати… и тут же почувствовал под копытцем битое стекло. Опустив взгляд понял, что наступил на бутылку из под местной газировки, в которой хранился какой-то белый порошок. Как-то легко эта бутылка разбилась, хотя Литлпип ведь громко кричала, да и я прибавил децибелов. Похоже стекло не выдержало и действительно пошло трещинами. Жаль, что шар памяти остался цел, но он, похоже, делался из особого стекла. Разгадав эту «тайну» переключился на изучение содержимого бутылки. Белый порошок был в обители мелкой наркоманки — что же это может быть?

«У Литлпип совсем шарики за ролики заехали. Хранить наркоту в бутылке. Даже не знаю, что и думать».

Отряхнув копытце от порошка, закидываю себе на спину сумки. Совершенно не думая как эти сумочки для мелкой единорожки глупо смотрятся на моём крупном теле, подхожу к консоли и забираю обломок Дерева. Далее иду к выходу, но вовремя спохватился. Я ведь сильно изменился. Пони из СНС, ОФОТ, да и НКР тоже меня не узнают. Конечно, я не собирался долго пробыть в таком виде, но всё же не хотел, чтобы меня убили сразу, как увидят. А ведь пони, из нашего сопротивления видя крупного серого кожистокрылого аликорна, да ещё и самца, скорее всего его пристрелят. Конечно, мы брали аликорнов в плен, но не тех кто, напившись зелья зебр, отрастили себе хрен. Меня же пристрелят не за хрен (хотя стояк пропал), но от этого не легче. Нужно что-то сделать, чтобы копытные поняли, что я на их стороне, а после всё объяснить. Символику на Луну я уже поместил, но нужно нечто менее масштабное, а зонтика Литлпип не держала.

В итоге взгляд зацепился на поврежденном, но ещё рабочем револьвере Мелкопипки «Малый Макинтош». Может если его швырнуть копытным, то они поймут что Литлпип мертва и не станут стрелять в того кто это доказал? Глупая теория, но револьвер я взял, причём используя «дрель». Смотря на выгравированные яблоки на его рука… какой-то ятке, у меня вдруг появилась ненависть к этому предмету. Из этого револьвера Литлпип в меня стреляла, из него она всадила пулю в голову полковника Отема, из него она убила больше народу, чем я из самодельного АК и будучи на месте наводчика танка…

Тут ненависть опять материализовалась, и моя аура буквально расплавила револьвер. Он растёкся как горячий шоколад. Отбросив бесполезный кусок расплавленного металла, я со всей осторожность искал нечто еще, что также всем известно и ассоциируется с Литлпип. В итоге подобрал её рог и, положив тот в сумку, очень жалел, что из потрохов Литлпип не нашлось достаточно крупного и с жопометкой. Зато нашлось кое-что получше – её передняя нога с вросшим в неё КПК.

Теперь я пытался не думать о плохом, точнее вообще не думать. Чтобы вытряхнуть ногу единорожки из КПК много ума не надо, а пришлось именно вытряхивать. Замок на вросшем в ногу КПК оказался забит кожным материалом Литтлпип и пришёл в негодность. КПК не открыть, а значит, придётся действовать грубой силой и может немного магией. Держал КПК я именно магией и ей же стучал по полу, смотря как от ударов отрезанной ногой, на полу образовалась красная лужица, а КПК медленно сползает вниз к отрезанной части. Достучав так до неровного конца взял ногу копытом к себе, а далее аурой из дрели начал толкать КПК. В итоге тот слетел и упал с металлическим звуком, а я, выбросив ногу Литлпип, подобрал её материальную метку судьбы. Далее уже собирался протискиваться в щель между стеной и «дверью-шестернёй» но мой взгляд зацепился за лежащий пп «Гоблин», который я тоже подобрал; Лире нравился этот ПП.

Вот теперь точно всё. Протискиваюсь в щель (пришлось подняться на «зубец шестерни» так как мои габариты стали больше, а на «зубце» щель шире), прохожу в «тамбур» и встречаю препятствие виде закрытой двери. Понимая, что она не откроется, собирался даже вернутся к дыре в потолке и проверить действительно ли когти на крыльях годны для лазанья, или искусственно вызвать чихание и пробить себе выход, но быстро спохватился и нашёл другой путь. Немного мысленных усилий и петли на дверях… нет — не расплавились. Вначале я их наоборот – заморозил. Мне показалось, что раз я могу металлы плавить то возможно и обратное – я могу создавать столь приятный для меня холод. Утверждение подтвердилось – петля насквозь промёрзла. Далее произвожу резкий нагрев и от резкого перепада температуры металл, не выдерживает. Далее и с остальными деталями запорного механизма, но дверь всё равно не открылась. Похоже на ней очень надёжный запорный механизм. Попытка надавить на дверь физической силой ни к чему не привела; на металлическом полу не было точек опоры; я просто скользил. В итоге положение спасла пресловутая дрель во лбу. Действовать кинезом деликатно я не умел, так что просто бил им в дверь. После трёх ударов крупным «полем дрожащего воздуха» металл погнулся. После четвёртого уже вся дверь, открыв мне достаточно широкую щель.

С радостью, что в помещение, в котором сложно дышать из-за паров металла начал поступать свежий воздух галопом выбегаю из этого газвагена и…

— Стой где стоишь! – крикнул голос из матюгальника. Я подчинился. Далее мне в морду ударил свет из фар БТРа. Он не раздражал, но сработал рефлекс, так что я непроизвольно закрыл глаза крылом.

— СВЯТАЯ Х…Я! – крикнул тот же голос через тот же матюгальник.

Я же сложив одно из крыльев непроизвольно помахал другим в унисон передней конечности, изобразив при этом на морде зубастую улыбку. Я думал, что помахать с улыбкой в данной ситуации будет не самым глупым и может даже правильно думал, но предательская торчащая из спины конечность всё испортила. Подчиняясь скорее не мне, а моторным функциям правое крылышко расправилось во всю парусность и тоже помахало. В дикой природе такой жест всегда означал угрозу (https://youtu.be/QWfgg5UMfcU) и другой мир – не исключение; крупный коготь на крыле дополнил агрессивный образ.

Далее короткая очередь из крупнокалиберного пулемёта и в перепонке крыла, которым я махал, появляется ряд рваных дыр. Утешало, что пули не попали в кости, но слабое утешение – это было чертовски больно.

От такого вида и ощущений у меня опять сердце ёкнуло и, не зная, что делать я непроизвольно начал работать «дрелью», создав перед собой некую стену из ауры. Пули в ней застревали, оставаясь висеть в воздухе, а плазменные и лазерные выстрелы просто исчезали. Тем не менее, меня это мало радовало, так что в страхе пятясь, я, ощутив «кормой» металл центра управления в отчаянии выкрикнул:

— ЧЁ СРАЗУ ПАЛИТЬ!!! – то, что я перешёл на «Кантерлотский Глас» тоже было непроизвольно, как и то, что прозвучал он на русском.

«Палить». Будучи призраком, я люблю холод и даже могу от него лечится, а значит не могу замёрзнуть. Поглотив «солнечную принцессу» я похоже приобрёл её способности в том числе и любовь к огню. Судя по тому, что в нематериальном мире Селестия именно в пламени лечила свои ранения, огонь на неё действовал также как на меня холод. Если я унаследовал эту способность (а я был уверен, что унаследовал) то огонь мне не страшен, может даже благотворен, и сгореть я не могу. Проблема в том, что стреляли в меня не из огнемета, а белая шкура Селестии не имела титановой прожилки. Стена кинеза всё заполнялась пулями различных калибров, которые тут же осыпались свинцовым дождем, когда к ним попыталась присоединиться граната от РПГ. У этих гранат очень чувствительный детонатор, так что детонация после попадания в стену кинеза была неизбежна. На моё счастье эта толстая магическая стена довольно легко сдержала кумулятивную струю, а то, что пули все-таки осыпались, было скорее моей виной – когда я понял что произошло мысли дрогнули, а с ними и «стена». Как бы то ни было, но тот выстрел всё же стал роковым.

— Прекратить огонь! – крикнул всё тот же злополучный голос. Стрельба действительно прекратилась, но не неловкая ситуация.

Я надеялся что командир стреляющих решил — в того кто выдержал попадание из РПГ стрелять из стрелкового оружия бесполезно. В действительности разорванное крыло доказывало ошибочность данного утверждения, но война – искусство обмана. Обманщик из меня был так себе так что когда сформировалось затишье я не блефовал.

— Не узнали?! – крикнул я в надежде, что имею дело с пони из СНС или ОФОТ. — Это же я – призрак, то есть майор Грей – Силы Народного Сопротивления! Задание выполнено! Операция «Рубильник» завершена!

В ответ тишина, но через полминуты передо мной приземлилась знакомая синяя аликорн в балахоне и с суровым видом наставила на меня ствол СВД. Я же понимая, что ситуацию одни словами не решить, демонстративно медленно снимаю сумку и в той же манере под прицелом достаю КПК Литлпип. Трикси тут же сменила выражение морды с серьезного на удивлённое, а значит, пора действовать словами.

— Старые вещи служат намного дольше, — сказал на русском, покручивая аурой вокруг копытца широкий железный браслет с экраном.

— Да – старый друг лучше новых двух, — на ломанном русском ответила Беатрикс.

Далее я улыбнулся зубастой улыбкой, а Трюкачка, отбросив СВД, тут же подбежала ко мне и заключила в объятия. Я ответил взаимностью и нежно её обнял.

## Цифровой коридор - Напрасные жертвы (часть первая)

Даже не знал, как классифицировать ситуацию, как неловкую или как трогательную. Трикси меня (в хорошем смысле) очень крепко обняла и, смотря в мой тёмный глаз, отчаянно боролась с проступающей слезой, что неярко блестела под светом фар БТРа. Я же в ответ обнимал максимально нежно, опасаясь возможных «медвежьих объятий» и не зная как реагировать, смотрел на Трюкачку максимально безразлично. Та же привыкшая к моим странностям не обижалась и плохо скрывая свои эмоции, (опять же в хорошем смысле) наслаждалась нашей близостью. Однако после первых минут первые впечатления поутихли, так что Беатрикс нашла в себе силы прервать тишину.

— Все думали, что ты погиб, — с радостью в голосе сказала синяя аликорн, — но я верила – ты вернешься! Верила что Литлпип – не элемент честности, и ей нельзя верить.

— Вообще-то она не врала, — ответил я, обнимая ту кто меня любит. — Люцифе… то есть «Дарительница Света» действительно меня заживо похоронила.

— Ты выбил многотонную дверь???

— Нет. Что ты. Это сейчас я так могу, а тогда мне помог наш неожиданный союзник с Луны, — я, подняв вверх морду, указал взглядом на лунный диск с похожим на мальтийский крест образованием во весь диаметр. — Если бы не этот хохочущий кондитер я бы так и остался умирать в стальной коробке под стоны Литлпип… но она всё равно меня убила.

— Но ведь?..

— А ты думаешь, почему я в таком виде? – для образа я слегка расправил махалки и непроизвольно зажёг дрель. — Литлпип меня смертельно ранила. Она мне ру… то есть ногу отпилила, глаз выбила, пулю в брюхо всадила. Я лежал перед ней полумёртвый фонтанируя кровью. Она мне горло пыталась перегрызть, но на издохе я вырвал ей рог. Далее… долгая история, но из нематериального мира я вернулся уже в другом виде.

— Да хоть в своём человечном, теперь я никогда тебя не отпущу.

Далее Трикси прижалась мордой к моей щеке явно намекая, на желание целоваться но, пошевелив носом (точнее ноздрями) на секунду задумалась и:

— От тебя пахнет горелым мясом, и ты в чем-то вымазан.

— Это потроха Литлпип, — честно ответил я.

Трикси в мгновение сменила выражение морды. Резко меня, отпустив, отшатнулась назад. Через несколько секунд первый шок прошел, и Трюкачка прервала тишину:

— Хоть внешне сильно изменился, но ты точно тот, кого я полюбила. Только мой особенный призрак после своей второй смерти мог прийти в наш мир вымазанным кровью.

Далее копытная на меня накинулась, пытаясь целоваться, чему я по мере сил пытался сопротивляться. Вообще-то не совсем «по мере». Просто физически я стал гораздо сильнее, и появилась способность использовать колдунство, которую я ещё не освоил. Именно из-за последнего я был весь в потрохах Литлпип и очень не хотел, чтобы с Трикси случилось нечто подобное.

— Всему своё время, — сказал я Беатрикс, смотря на ту своим самым добрым взглядом. — Дай хоть освоиться с новым обликом. Я ещё к центру тяжести не привык, а ты уже требуешь перетёрок.

— Да – конечно, — неловким тоном ответила синяя единорожка в теле синего аликорна, а после разжала объятия, — но попрошу не забывать о нашей близости. Я тебя долго ждала и если бы ради этого момента понадобилась вечность, её бы я тоже провела в этом мерзком месте.

«Долго ждала», я не втупил что Трикси имела ввиду (зато вспомнил, как полковник в неё стрелял из-за расовой принадлежности) так что, мысленно сказав «всему своё время» осторожно помахал (только передней конечностью, махалки были прижаты) в сторону горящих фар и прожектора БТРа. Трикси тоже помахала и приказала опустить оружие. Прожектор погас, свет фар сменился с дальнего на ближний (хотя глаза мне в любом случае не слепило), пони помахали нам в ответ, после чего я с Беатрикс (подобрав КПК Литлпип) спокойным шагом двинулись к местной версии ОТ-64 (https://topwar.ru/uploads/posts/2019-11/1574993338_ot-64skot_3.jpg).

Столько эмоций было в больших глазах копытных – удивление, восхищение, непонимание, страх и ещё многое другое. Даже те, кто были в силовой броне, своим видом демонстрировали гамму эмоций. То, что я, смотря на них с улыбкой больного (зубы старался не показывать) демонстрировал своё дружелюбие, и взглядом показывая на устроенный мной «зонтик на луне» показывал, что я на их стороне, мало помогало. Я сам от своего нового «демонического» облика был не в восторге, чего уж говорить о мелких большеглазых, которые смотря на меня, не спешили ставить своё оружие на предохранитель. Понимая данную очевидность, ускорил шаг, желая поскорее спрятать свой аликорний силуэт под бронёй БТРа.

Заняв вместе с Трикси место в колёсной бронемашине понял, данная техника не подходит под мои габариты. Нет, для мелких копытных БТР был просторным, да и я туда поместился, но пришлось сильно сгорбиться, а торчащий из башки рог, задевая стенки и потолок, отдавался голову неприятными ощущениями. Благо этот БТР сейчас был нужен не как средство передвижения. Сидящая в нём единорожка по просьбе Беатрикс, поглядывая на меня полным эмоций взглядом, быстро настроила рацию на нужную частоту и передала той гарнитуру.

— Рубин-1 это Вдова-4. Приём, — сказала Беатрикс в гарнитуру. «Вдова-4»… ну и позывной.

Ответа не последовало, так что Вдова-4 повторила запрос. Спустя полминуты треска помех прозвучал ответ:

— Рубин-1 на связи, — через треск помех я узнал голос полковника Отема.

— Кобальт-2 на месте. Рубильник сломан.

— Рубильник сломан?! Кобальт?! Прошу повторить.

— Повторяю: Кобальт-2 на месте, рубильник сломан.

— К хуям кодировку! Майор Грей жив?!

— Более чем.

— А Литлпип?

— Мертва.

— Пусть Грей подтвердит, — через треск помех сказал голос из рации.

Беатрикс отдала мне гарнитуру, а я, помучавшись, одевая её на свою крупную рогатую голову прокашлявшись, ответил:

— Кобальт-2 Управлению… то есть Рубину-1. Подтверждаю — операция Рубильник завершена.

— Литлпип сдохла?

— Малявка мертва. Я весь в её потрохах.

— Святые небеса, не думал, что когда-то это скажу, но я как никогда рад слышать твой мерзкий иномирский акцент! Но… Но… как ты её убил?

— Вырвал рог из её головы.

— … — полуминутное затишье. — Хотел сказать, что не хочу знать, как это было, но это будет ложью. Расскажешь при встрече. И… день сменился ночью, а на Луне светится придуманная тобой символика. Ты знаешь что произошло?

— Разумеется. Это я устроил.

— Ты?!! Как?!!

— Грей теперь аликорн! – крикнула Беатрикс в микрофон гарнитуры.

— Али… подтвердите.

— Подтверждаю, — ответил я. — Увидите меня – зашатаетесь, — тут я замер, у меня появилась отличная идея. — Хотя и так зашатаетесь. Посмотрите на небо.

Далее я, открыв верхний люк БТРа уставился на Луну, раскрашенную под нашу символику и, почувствовав с ней связь, сменил цвета «зонтика» на противоположные – красный на белый, а белый на красный. Короче – те же яйца только в профиль, но выглядело эффектно. Теперь на Луне вместо белого был красный мальтийский крест, но если смотреть под углом… Как бы там ни было, но копытные вокруг смотрели на меня и на небо с благоговейным трепетом.

— Теперь верите? – спросил я, говоря в микрофон.

— Ты теперь кобыла? – вопросом на вопрос ответил уже другой голос; женский, старческий с хрипотой, как бензопила. Не на всех лунное световое шоу навеяло трепет.

— Изумруд-79, не вмешивайтесь в переговоры, — сказал Отем присоединившейся к переговорам Лире.

— Пусть останется, — сказал я, будучи рад слышать мерзкий голос музыкальной пони, — и я всё ещё мужик.

— Точно? – спросила Лира. — Всё на месте? Всё ещё мелкий?

Тут Трикси прильнула (чуть не поцеловались) к гарнитуре:

— На месте, но с учётом толщины «палочки выручалочки» отнюдь не мелкий.

— Эй! – возмутился я и, смотря на Трикси, задал резонный вопрос: — Когда ты успела мне под хвост залезть?

— Твой рог, — Трикси указала на дрель торчащую из моей башки, — единороги иногда называют его «палочкой выручалочкой», а не то что ты подумал. Но как у земных пони размер копыт, как у пегасов размер крыльев, так и у единорогов размер их рога прямо отражает размер их второй палочки, а крылья и рог у тебя огромны. – Тут Трикси сделала паузу и продолжила уже c пробивающейся краснотой на щеках и не таким восторженным тоном: — Хотя в твоём случае, когда ты был земным пони, это правило не работало.

— Вдова-4, вы в эфире, — напомнил полковник.

Краснота Трикси проступая прямо через шерсть становилась всё более заметной. Я тоже был готов со стыда сгореть, что чуть не воплотилось совершенно в буквальном смысле. "Сгорая со стыда" я непроизвольно создал плазменное поле вокруг копытц и рога. Благо стыдливость это не вспышка ярости, так что пламя разгоралось достаточно медленно, чтобы я и сидящие в БТРе пони заметили неладное. В итоге худшего удалось избежать только Трикси пришлось поработать с огнетушителем, а единорожке из СНС найти новую гарнитуру. Далее снова выход на связь и короткие переговоры с полковником, в котором мы запросили эвакуационный транспорт. Тот, выслушав запрос, сообщил, что к нам уже летит хоппа Бурак. Я же вставил свои пять копеек уточнив, что хоппа — это жаргонное название, а правильно тот конвертоплан называть СВВП. На этом связь завершилось.

Ожидание СВВП я скоротал за разговорами с Беатрикс и прочими копытными, при этом уточнив что не стану отвечать на вопросы сославшись на особую важность недавно произошедшего, того что некоторые детали нужно держать в секрете, и тем что мне просто неприятно об этом вспоминать и тем более говорить. С учётом что, проявляя эмоции я непроизвольно начинал колдовать это может привести к непоправимому. Технически я не соврал, копытные отнеслись с пониманием, а Трикси рассказала, что творилось пока я был за защитным полем центра управления.

Начала Трюкачка с того что с момента когда я прошёл через поле прошло аж две недели. (Долго же я с Селестией мирился; или долго шла моя трансформация в аликорна?) Я официально считался погибшим, как в СНС и ОФОТ, так и в НКР, однако то, что Литлпип с Селестией тоже не выходили на связь, прекратили радиотрансляцию, а силовое поле вокруг центра управления ослабло (хотя всё равно осталось непреодолимым) показывало — всё не так однозначно. Версии выдвигались самые разные. Начиная от того что мне каким-то образом удалось "выбравшись из могилы", убить Литлпип и разбить ЭВМ с Селестией, заканчивая тем что Дарительница удовлетворившись моей кончиной стёрла Селестию с жёсткого диска и посвятила остаток дней самоудовлетворению. Версий было много, но всех их объединяло утверждение, что майор СНС Грей Стоун мёртв. Беатрикс была единственной кто не хотела в это верить. Она была готова провести у "места моей смерти" столетия, использовать самые безумные варианты, что помогут ей пройти через силовое поле (тем более что оно ослабло), но в итоге «вскрыть мою могилу». Она была готова поверить, что призрак окончательно мёртв лишь, когда увидит его труп, или то, что от него осталось. Отем посчитал такое поведение достойным уважения, но лишённым смысла, так что в стремлении Беатрикс той помогали лишь несколько десятков выделенных полковником пони. База Нейварро окончательно потеряла стратегическую ценность, а нашему сопротивлению недоставало бойцов, так что Отем был ещё щедр так распоряжаясь людски... то есть... по... просто ресурсами.

Какого же было удивление Беатрикс, когда на частотах радио НКР прозвучала мелодия про "Последние Дни Мира", после чего прямо через металлические стены комплекса в небо ударил луч энергии (это случилось когда я чихнул), через полминуты день сменился ночью, а Луна украсилась бело-красным зонтиком. Разумеется, после такого Трикси видя, что силовое поле исчезло, не спешила долбиться в дверь или лететь в пробитую мной дыру. Скомандовав пони занять позиции и быть наготове принять бой Трикси была готова к чему угодно, но не к тому, что произошло. В итоге всё обошлось (мы оба не забыли кодовые фразы) только мне перепонки на правом крыле разорвали и вообще чуть не убили.

В остальном мире тоже не обошлось без массы событий. Рейнджеры объединившись с Последователями ведут "ползучее наступление" периодически устраивая "кинжальные атаки". Тактика незамысловата, но эффективна. Для сохранения Филлидельфии полковник даже распорядился перегнать Мститель вместе с частью группировки захватившей Новый Кантерлот. В результате Филлидельфию мы сохранили, но Понивиль теперь захвачен НКР. Новый Кантерлот ещё держится, но лишь потому, что Последователи не хотят уничтожения города и запретили Рейнджерам стрелять из танков по опорной скале. Для Последователей город чрезвычайно важен, как и находящиеся в нём пленные, а Рейнджеры не хотят напрасно рисковать. В итоге Кантерлот решили взять в осаду и когда, рано или поздно, у обороняющихся там пони из СНС и ОФОТ закончатся боеприпасы (скорее поздно — в городе много припасов) НКР вернёт свою столицу.

С Филлидельфией тоже не однозначно. Известие о моей "смерти" подломило моральный дух пони из ОФОТ, зато воодушевило Рейнджеров. Последние не упустили момента и, организовав наступление, заняли значительный ранее захваченный сопротивлением регион. Без попытки штурма Филлидельфии тоже не обошлось и, хотя сам штурм можно считать провалившимся, но одной из группировок Рейнджеров удалось с боем пробраться в город. У ОФОТ был план специально на такой случай, и даже опыт борьбы с наёмниками в аналогичных условиях, только рейнджеры оказались более серьезным противником. Эти копытные в красной броне убили многих и даже затрофеили технику ОФОТ, в том числе танки, и, закрепившись в одном из кварталов, ведут эффективную круговую оборону.

Что творится в остальных регионах доподлинно неизвестно (были слухи, что оставшиеся Когти возрождают свою ЧВК), но точно ничего хорошего. Даже проведя столько успешных операций и уничтожив столько героев пустоши и достижений министерств, НКР на порядки превосходит сопротивление. Шансы на победу и так были призрачны, а когда призрака признали мёртвым наши пони начали проявлять первые признаки отчаяния. До массовых дезертирств дело не дошло, но полковник уже предвидел такой вариант. Теперь же когда призрак вернулся, поместив зонтик на Луну, расклады изменились. На пони, что были в Нейварро, неожиданная смена дня на ночь произвела сильное впечатление, и вряд ли с пони из НКР было по-другому.

Так за разговорами мы и коротали "вечную ночь" пока не увидели в небе габаритные огни СВВП Бурак. Этот конвертоплан ещё на посадку зайти не успел как из него (с большой высоты; у кантерлотского гуля крепкие кости, да и само левитация смягчила падение) "десантировалась" Лира что, видя мой крупный силуэт, вначале помялась, а потом бросилась ко мне с объятиями. Пообнимавшись и потёршись мордами я несильно смущался, что делал всё это не то что с копытной, а вообще с гулем. То, что при встрече с Литлпип я был не с пустыми... копытами было заслугой именно мятно зелёной гулефицированной единорожки в толстовке. Мою благодарность к ней невозможно было выразить словами, так что ограничился просто чуть более долгими нежными обнимашками, после которых я вернул Лире её складной пистолет-пулемёт.

Обнимашки закончились, когда СВВП завершил посадку. Глушить двигатели он не стал, так что на борт мы поднялись продуваемые свежим ветерком. Далее был долгий ночной полёт до Кантерлота. Лира пошутила (или нет) что моему новому облику не хватает только чёрной расцветки. Перекрась меня в чёрное и буду прямо жеребцовой интерпретацией Найтмер Мун; даже отсутствие эфирной гривы, чёрные глаза вместо зелёных с вертикальным зрачком, отсутствие метки и другие крылья впечатления не испортят. Крылья наоборот, дополнят — крупные, кожистые, с когтем. Образ у меня просто демонический. Пони действительно — увидят, зашатаются.

При такой «смене имиджа» не грех будет и имя сменить. Имя Серый Камень мне всё ещё подходит (шкура осталась серой) но если ради сходства с Найтмер Мун придётся перекраситься, то и имя должно соответствовать. Литлпип я разбрызгал ударом молнии, так что если буду перекрашен в чёрное… Чёрная Молния? Вот он понторез. В таком образе может даже спою любящей меня копытной известную песню из посредственного одноимённого фильма.

Чёрной молнией я стану для тебя,

Чёрной молнией на линии дождя,

И пускай горят листки календаря,

Зло не сможет больше обмануть меня.

Мои больные фантазии прервал треск в наушниках. Пилот-пегаска по внутренней связи сказала — Отем обосновался именно на одноимённой горе с одноимённым городом, он нас очень нас ждёт и именно от туда и прилетел наш СВВП. Также она рассказала об объединённых войсках Рейнджеров и Последователей что организовали вокруг горы зенитное прикрытие, но волноваться не стоит. Несмотря на крупную Луну с бело красным зонтиком, ночь очень тёмная, город находится на большой высоте, радиолокационные прицелы зениток теряют точность пропорционально расстоянию до цели, Бурак достаточно маневренен, а визуально в ночи нас не увидеть. С тем чтобы вылететь из Нового Кантерлота проблем не возникло и вряд ли с возвращением будет по-другому.

Меня же в полёте волновало не только то, как в случае если нас собьют, я буду прыгать без парашюта (с разорванными перепонками на крыле), но и собственное эмоциональное состояние. Мне уже давно читали лекции, что магия пони это отражение испытываемых ими эмоций. Мой случай не стал исключением, только всё усложняли уж очень большие объёмы магии; аномальной магии. Чтобы ударом молнии разбрызгать труп Литлпип, мне было достаточно подумать, за что я её могу ненавидеть. Чтобы пробить стены комплекса рассчитанного на удар мегазаклинанием, мне надо было просто чихнуть. Чтобы останавливать пули на лету... ну и так далее. Даже просто проявив стыдливость я начал в буквальном смысле гореть синим пламенем. Теперь же находясь в уже тесном для меня десантном отсеке СВВП я, тренируясь, создавая вокруг копытца то прозрачную ауру, то разряды, то жгучий для окружающих, но приятный для меня холод. (Пламя не создавал, так как в полёте с огнём лучше не играться; вообще-то с разрядами нужно было поступить также). Думал: главное не злиться, не огорчаться, не веселится и вообще быть уравновешенным. Не хватало еще, не контролируя открывшиеся возможности случайно кого-нибудь убить, а ведь это непустое опасение.

Даже по пути в Новый Кантерлот я то тут, то там ловил себя на моментах, в которых чуть не начал непроизвольно магичить. Просто полёт был долгий, спать не хотелось, да и в СВВП шумно, разговоры мы оставили на потом, оставалось только думать, а думал я тогда о грустном.

Я убил Селестию. Пускай до этого она сама пыталась меня убить и в итоге сама этого попросила, но я не хотел её убивать. Мы стали друзьями. Наша дружба была странной, трудной и недолгой, но всё равно это была дружба. Селестия в буквальном смысле отдала мне свою душу, а ведь в противном случае это она бы сейчас удивлялась открывшимся новым способностям. Хотя нет — не удивлялась. Она ведь знала об увеличении магических (и не только) сил при поглощении сознания, и в отличие от меня знала, что с ними делать. Конечно, от Селестии я получил некоторые моторные функции будь то способность светила двигать, но всё же в колдунстве я профан. С другой стороны мне и не нужны магические навыки. Герои пустоши уже побеждены, а чтобы заставить оставшиеся войска НКР сдаться достаточно выступить с заявлением, что в случае атаки на сопротивление я сброшу Луну на их мир — быстрая смерть. Или сделаю Солнце поярче и выставлю его так, что оно не будет двигаться — медленная смерть от обезвоживания в засуху. Нет, лучше вечная ночь. Тогда этот мир ждёт ядерная зима. Радиацию в Эквестрию принесут воздушные массы из уничтоженной страны зебр; Сулик будет рад. "Изгородь" ведь уничтожена вместе с Садами, а промышленные мощности для создания нужного количества облаков ещё давно уничтожила Мелкопипка в "День солнца и радуг". Зиму же я обеспечу. Холод я люблю и даже от него лечусь, а вот всех остальных ждёт незавидная судьба.

А ведь я чувствовал, что действительно могу это устроить. Могу, но не стану. Селестия бы на такое ни за что не пошла, и я не буду, хотя... Устроив этому миру вечную ночь я отключу у его обитателей свет, притянув Луну поближе её притяжением вытяну в космос атмосферу — отключу газ. Если перед этим силами своей новой магии испарю воду до газообразного состояния — отключу воду. Такая вот у меня возникла идея иномирской реформы ЖКХ. Если после такого кто-то каким-то чудом выживет (в бункере, то есть стойле) то остаток своих дней будет меня проклинать, называя "ЖЕКом Потрошителем". Забавно, но слишком жестоко. Скорее всего, дело ограничится заявлениями и демонстрацией возможностей. В НКР поймут, что призрак-лоботомит с такими способностями слишком "непредсказуемая" угроза и сдадутся, а те же, кто решит сопротивляться проблем не составят. Чтобы с ними справится достаточно будет чихнуть в их сторону.

С усмешкой думая о таких играх в бога я, тем не менее, всё не мог отбросить грустное настроение. Ну не мог я выбросить из головы мысли о Селестии. "Это как и моторные функции, тоже побочный эффект поглощения её сознания?" Вопрос не получил ответа. Мерзкий педофильский голос Дискорда так и не прозвучал, а я продолжал думать над жертвой солнечной принцессы.

Она бы ни за что не отдала свою душу тому, кого ненавидит, и кто не сможет правильно распорядиться силами аликорна. Селестия действительно не считала меня злым, и действительно признала как друга. Однако отдалась (нормальное слово) мне она не из дружеских чувств. На кону стояло нечто большее, чем жизни аликорна и призрака. Жертва Селестии была во имя всего её мира. Услышав от меня о плане Вельвет она приняла меня за некого посланника её матери — создательницы этого мира, призрака аликорна известной как Лорен; но я называл её Чернильницей. Действительно ли всё происходящее глобальная многоходовка Чернильницы или нет — не суть важно. И без показанного Селестией момента, в котором Чернильница пела о своём посещении Москвы было понятно — у Лорен не все дома. С другой стороны я тоже умом не отличался и лоботомия — не оправдание. Тем не менее, в деле ликвидации героев пустоши весьма преуспел... Правда мне Дискорд помогал... и Мелкопипке тоже, а когда я и Дарительница сошлись в бою, козломордого позабавил момент, в котором мне глаз выбили, да и вообще он говорил, что мысленно будет на стороне Литлпип.

Паршивые воспоминания и как же хотелось, чтобы эта история окончательно историей стала. На мыслях об истории пилотирующая СВВП пегаска сообщила, что мы вошли в воздушное пространство контролируемое НКР. Поняв намёк, все находящиеся в отсеке пристегнулись (в моём случае ремень было непросто застегнуть) и сгруппировались, на случай если в нас будут стрелять.

Худшего не произошло. Пегаска умело лавировала между лучами прожекторов проведя наш СВВП прямо к тёмному (светомаскировка) замку Нового Кантерлота. Далее мягкая посадка открытие дверей и нас встречает солидная группа копытных в полной боевой экипировке во главе с полосатым гулем. Ствол ППШ он в меня не тыкал, да и другие пони пытались выглядеть миролюбиво, но воздух прямо сквозил напряжением. Копытные были готовы в любую секунду схватиться за своё снятое с предохранителя оружие и нашпиговать меня свинцом, изжарить лазерами, полить зелёной плазмой. Помня, что случилось, когда я только вышел из центра управления и, пытаясь помахать, случайно расправил крылышко, выйдя из СВВП я стоял как вкопанный; даже не улыбался чтобы вид моих необычных зубок не приняли за боевой оскал. В итоге спустя полминуты положение спасла Беатрикс, что начала тереться мордой мне об щеку, а после просунула свою голову так чтобы моя голова была у неё на загривке. Лира тоже вмешалась и, видя как Трикси демонстрирует свою привязанность вышла со словами "Расходимся! Тут не на что смотреть!". Ещё через секунду Сулик прислонив своё копытце к уху с гарнитурой, что-то внимательно выслушав, скомандовал остальным копытным:

— Все слышали?! Отбой! Это майор Грей вернулся из мёртвых!.. Опять.

Напряжённая атмосфера полностью не разрядилась (некоторые из бойцов ОФОТ и СНС не стали ставить оружие на предохранитель), но худшего удалось избежать. Однако Сулик тоже был среди тех, кто всё ещё наготове. То, что Лира и главное Трикси признали в крупном кожистокрылом аликорне знакомого им одержимого земного пони, уже было достаточным подтверждением, однако полосатому гулю этого было мало. Желая точнее точного узнать, что я именно тот за кого меня приняли, полосатик, подойдя ко мне, задал уточняющий вопрос:

— Перерождение ведь не стёрло твои воспоминания, как стирало аликорнам Единства? Ты сам то помнишь кто ты такой?

— Я лоботомию пережил и остался при памяти, — ответил я, смотря на полосатика с высоты своего роста. — Я всё помню, — это уже сказал на русском.

Последнее отмело все сомнения. Гуль понял, что ошибки нет. Сдержанно улыбнувшись во всю свою гнилую пасть, Сулик приподнял правое копытце, предлагая мне местный аналог рукопожатия. Я принял приглашение и тоже приподняв переднюю ногу, без ауры, с негромким цоком, стукнул копытце полосатика.

Как же он был рад меня видеть. Эта радость читалась даже в его мутных глазах. В те секунды мне на полном серьёзе стало казаться, что Сулик борется с огромным желанием бросится с обнимашками и лишь стыдливость так демонстрировать эмоции на публике, да понимание моего нежелания обниматься с гулем сдерживало его от эмоционального порыва. Взяли бы эмоции верх или нет узнать было не суждено, так как неловкую паузу прервал (бог из машины) спустившийся с неба ржаво-коричневый пегас с крупнокалиберной винтовкой "Гром-Спитфайр" наперевес. Приземлившись чуть левее полосатого гуля, пегас заговорил:

— Грей! — полковник Отем говорил непривычно радостным голосом с улыбкой на морде – редко на этой ржаво-коричневой физиономии бывала улыбка. — Я думал, что буду вечно по тебе скорбеть! Никогда не был рад так ошибаться!

Отем с искренней улыбкой протянул мне своё копытце вот только я, видя его морду отнюдь не разделял радости встречи. Похоже поглотив сознание Селестии не только приобрёл её моторные функции для управления светилами, но ещё и некоторые эмоциональные особенности. Одной из них была ненависть к ржаво-коричневому пегасу.

Этот пернатый копытный, устроил жителям Эквестрийской Пустоши "Выжигание", уничтожил "Город Дружбы", курировал проект создания шлемов для контроля сознания Адских Гончих (разумных существ пускай и с агрессивным нравом), отправлял пегасов в изгнание, выжигая у них метку судьбы, в том числе и своего младшего брата (правда метку выжигал Прайд, но он был лишь исполнителем), командовал группировкой что атаковала общину грифонов за пределами Эквестрии, даже детей убивал. Его преступлениям нет ни начала, ни конца. Даже у меня были причины его ненавидеть — после "очистительной бури" он в меня стрелял и чуть не убил Трикси.

Испытываемая мной ненависть начала материализовываться вокруг копыт и дрели во лбу в виде электрических разрядов. Лишь то, что я, помня как превратил Литлпип в кашу пытался сдерживаться, спасло Отема от участи быть разбрызганным по всему Кантерлоту. Пегас это заметил и сменил улыбку на помесь страха и удивления, однако копытце не убрал. Я тоже не убрал разряды, но принял предложение и уже сам, улыбнувшись во все зубы, произнеся на русском "Служу России" стукнул его копытце своим. Отем тут же получив разряд, отлетел назад, окружающие копытные моментально вскинули оружие, взяв меня на прицел, но видя, что полковник жив (пегасы могут разряд молнии пережить) огонь не открыли.

Я же удовлетворившись сделанным, видя на себе множество красных и зелёных точек ЛЦУ, убрав разряды, спокойно сказал:

— Прости. Не сдержался.

— Я в порядке, — ответил пегас; его грива будучи наэлектризованной была как у стереотипного рокера, — в прошлом мне вообще Гончая брюхо вскрыла, а такой удар даже бодрит, — встав на ноги копытный прибрав крылом причёску обратился уже не ко мне:

— Опустить оружие, и разойтись, — приказал полковник своим бойцам.

Далее меня отвели в банкетный зал замка, который белая единорожка из СНС от медицинских наук (Дестини её вроде зовут; всё время забываю) превратила в импровизированный госпиталь. Дорога была недолгой, а ночной воздух даже в замке был приятно прохладным, только удивлённые взгляды встречавшихся копытных смущали. В их больших глазах читалась гамма эмоций. Я не обижался, так как прекрасно всё понимал и смотрел на окружающих максимально добрым взглядом, какой мог выдать при своём демоническом облике. Не помогало. Может потому что смотрел на них с высока, может когти на крыльях смущали, но скорее всего потому что, пытаясь выглядеть добрым, думал отнюдь не о добрых вещах.

Всё не мог отбросить мысли о том, как лучше убить полковника Отема. Разбрызгать его как Мелкопипку? Превратить в ледяную статую, а потом разбить? Или сделать, как хотела Селестия — изжарить на медленном огне? А может обойтись без магии и просто оторвать ему голову? Любой вариант был лёгким в исполнении — сил у меня хватало...

Да уж... Если Селестия испытывала аналогичные желания, то страшно представить что бы она устроила, выбравшись в материальный мир. Пускай мне передалась ненависть лишь к Отему (и то, потому что Селестия его очень очень очень сильно ненавидела), но что-то подсказывало — на пегасе бы она не остановилась. Хорошо ещё, что я несмотря на пережитое сохранил уравновешенность и в мыслях ненавидя полковника держал себя в ру... копытах. К концу пути даже переключился с мыслей об убийстве на присущие мне фантазии о еде.

Удивительно, но столько пробыв в ином мире, я так и не попробовал конину (вообще-то от Ксенит откусил кусок, и потроха Литлпип мне в рот попали, но не считается), хотя она в нём прямо табунами бегает и в теории должна быть вкусной. Литлпип в своей книге писала, что мясо пони действительно вкусное.

Интересно, каково мясо пегаса на вкус? В теории оно должно быть в меру жёстким, а крылья как классическая курятина. Нет, а что такого? Селестию ведь я поглотил, а Отем чем хуже? Если от него что-то останется на его надгробии напишу: "Вот и сказочке конец, а кто скушал — молодец"... а потом стоя над могилой скажу: Хорошим вкусом покойный не обладал...

Мысли о шашлыке из пегаса развеялись, когда мы пришли на место — банкетный зал, переделанный в госпиталь. Вообще-то многие помещения замка были таким госпиталем, но в зале было относительно мало раненных, так что с тем, чтобы перевести койки с пациентами в другие помещения проблем не возникло.

Наконец когда нам никто не мешал, пони, в белых халатах соединив несколько коек в одну, но большую под мои габариты, занялись моим осмотром. Я же выполняя их команды (крылья расправлял, демонстрировал способность создавать ауру, холод, пламя, разряды вокруг копытц и так далее) в подробностях рассказывал присутствовавшему командованию СНС (Отем, Сулик, Трикси, Лира) как я докатился до жизни такой. Как я, будучи земным пони, подрос до крупного кожистокрылого аликорна; из подробностей поначалу промолчал лишь о вмешательстве Дискорда. "Призраки" слушали рассказ, навострив уши, изредка уточняя подробности. (Лиру заинтересовал момент в котором её пророчество чуть не сбылось и была ли на унитазе, которым меня хотела прибить Литлпип, маркировка финской сантехники "Акала-Какала".) Копытные же что меня осматривали, казалось, вообще не интересовались. (Это было не так. Одна из земных пони слушая отвлеклась и случайно порезалась об коготь на моём крыле.) Прямо на моменте, в котором я рассказывал, как в бою с Литлпип мне глаз выбило, Дестини попросила меня открыть пасть для стоматологического осмотра, чему я конечно подчинился. Визуальный осмотр на этом был завершён и Дестини воспользовавшись моей неспособностью говорить, сделала заключение.

Я самый необычный пациент и одновременно объект для опытов, который у нее когда-либо был. Она и раньше считала меня аномалией, которую нельзя однозначно считать живым существом, а теперь наука в её лице вообще в ступоре. Ей уже приходилось осматривать жеребцов-аликорнов только они были необратимо мертвы (что её возмущало) и являлись версией аликорнов-кобыл которые, выпив зелья Ксенит отрастив себе хрен, были такой мерзостью, что их уничтожение уже не так возмущало белую единорожку. Я же с её слов — не земной пони, у которого отросли крылья с рогом, а самый настоящий урождённый именно в таком виде аликорн, что просто невозможно.

Естественно я, освободив свою пасть, пояснил, что надо было дать мне договорить. Всё именно так — я действительно не отращивал себе махалки, а скорее родился из пепла уже в таком виде. То есть перед тем как сменить видовую принадлежность, сменил агрегатное состояние; с твёрдо-жидкого (тело пони ведь, как и человека, на 90% состоит из воды) на плазменное. Сравнение с ЖарФениксом предложенное Лирой я отверг, так как не знал, как эти птицы рождаются, и попросил не мешать мне рассказывать довольно странную историю. Копытные согласились, только Дестини параллельно рассказу попросила меня расправить крыло, чтобы она склеила разорванные перепонки "Чудо-Клеем" и обработала их охлаждающим спреем.

Следующую часть рассказа я рассказывал уже менее подробно, но копытные не жаловались. Трикси только смутилась и осторожно потрогав копытцем свой рог сказала, что когда я сказал что убил Литлпип вырвав у неё рог, она представляла нечто другое; причём Трикси не определилась какой вариант был менее болезненен.

Момент, в котором Селестия просверлив в моей башке два отверстия вживила ПНИ неожиданно вызвал у копытных в халатах бурную реакцию. Они пояснили — видя, что моя грива не эфирная подумали, что там нет ничего интересного, но если мне в затылок что-то вживляли... Дестини тут же бесцеремонно залезла мне на спину и начала копытцем ощупывать мой загривок. Поиски были недолги, и вскоре её копытце во что-то упёрлось, во что-то металлическое. Я понял, во что и попросил немедленно удалить инородный предмет:

— Вырвите его!

— Это Прямой Нейронный Интерфейс, — пояснила Дестини, — он вживляется прямо в мозг. Если его удалить, то это вызовет непоправимые повреждения...

— Я там горел заживо! — далее говорил уже спокойно:— Ты ведь сама сказала, что в таком виде я мог только заново родится. Похоже в пепле из которого появился, была посторонняя железяка. ПНИ ведь оплавлен?

— Да — разъём оплавлен. В это гнездо ни один штекер не вставить.

— Значит, теперь это железка как засохшая кровяная корка на коже. Сними её или вырежи.

— Майор Грей, вынуждена отказать. Я не знаю насколько глубоко уходит это инородное тело. Есть вероятность, что от ПНИ остался не только внешний корпус, и он всё ещё связан с вашим мозгом. Я как врач не пойду на такой риск. Нужно сделать рентген...

— Пофигу, — на русском ответил я и, выгнув переднюю ногу под невозможным для земных лошадей и сложным даже для местных пони углом, аурой вокруг копытца пытался нащупать остатки ПНИ.

Дестини опасаясь ауры, тут же с меня слезла, а я нащупал железку на загривке. Далее прислоняю копытце, окутываю ПНИ аурой и напрягаю лошадиные силы. В голове вновь появилось болевое ощущение, будто туда костыль железнодорожный вбили, только если ранее вбивали в лоб, то теперь казалось что он торчит из затылка. В глазах резко покраснело. Вскоре появились и другие ощущения, которые я испытывал при лоботомии, однако копытные, глядя на меня со страхом, отметили, что видели некое прозрачное облачко, после чего всем находящимся в зале стало гораздо легче. Сулик особо отметил, что мучившие его постоянные боли в спине и голове (он туда пулю словил) быстро прошли. Пони, что ранее случайно поцарапалась об мой коготь на крыле, отметила, что порез прошёл. Дестини что очень жалеет, что перед моим осмотром убрала всех пациентов. Отем – что он жалеет, что в помещении не было тела Вельвет Ремеди. Я же даже не знал, что и думать, но собравшись с мыслями, понял — хоть я и получил в своё распоряжение новую аликорнью шкурку, но теперь она тоже пережила лоботомию. Лира будто прочитав мои мысли, тут же упала в неконтролируемом хохоте. Как бы то ни было, но я жив и с лоботомией мне жить не впервой, так что после того как мне обработали спреем окровавленный загривок я продолжил свой рассказ.

Часть рассказа, в которой я бился с Селестией, была самой короткой. Для меня это воспоминание было самым неоднозначным, так что был скуп на подробности. Отметил, что Селестия предстала передо мной в человечном образе, и он был шикарен; не реалистичен, но шикарен… и одновременно страшен. Большинство копытных удовлетворила такая характеристика (хотя они немало поразились, до какой отметки доходил человеческий рост), однако Трикси скривила морду показывая, что я был неправ считая образ той кто пыталась меня убить, прекрасным. Лира же попросила подробностей. Ей было интересно все, что касалось людей, и человечный образ Селестии не стал исключением. Я в двух словах его описал образ этой культуристки, однако Лира подумала, что у меня совсем с головой плохо. Ну не верилось ей, что Селестия представила себя двух с лишним метровой рельефной громадиной с выдающимися достоинствами. То есть в достоинства она поверила, но не в рост и телосложение. Просто по сравнению с обычными пони Селестия действительно была высокой, но якобы ей не нравилось смотреть на своих подданных свысока. Создавая себе образ она была бы скромнее. Да и телосложение… в реальности Селестия была худощава. Тем не менее, я сказал, что не вру. Селестия мне все рёбра пересчитала именно в рассказанным мной образе (очень сильном и при этом ловком) и даже пояснила, почему он был именно таким.

Дальнейшие воспоминания были для меня особенно тяжелыми, так что момент, в котором я подружился с Селестией, а после её убил, рассказал двумя предложениями. На просьбы рассказать подробности столь важного события ответил категорическим отказом, сопровождавшимся непроизвольными разрядами вокруг копыт. Закончил рассказ тем, что Селестия желала для рода пони только добра. Что уничтожение Дерева Гармонии, призывы призраков, создание министерств и прочее она считала вынужденной необходимостью, чтобы род пони, перестав быть зависимым от принцесс аликорнов также прекратил следовать пророчествам Чернильницы, после чего был волен сам творить свою судьбу. Как мы все понимаем — план с треском провалился. Чернильница предвидела такой вариант, расставив для Селестии множество исторических ловушек. Мой призыв тоже является одним из её контрпланов. По крайней мере, так решила Селестия, когда я рассказал ей о плане Вельвет, после чего павшая принцесса сдалась.

Далее чуть подробней, но тоже в двух словах рассказал, как очнулся в таком виде, как разбрызгал труп Литлпип, как просмотрел её шар памяти и разбил бутылку с неким белым наркотическим порошком. Лира тут меня прервала и, уняв хохот появившийся после упоминания случая с шаром, поправила – в бутылке были не наркотики. Там был пепел жеребёнка их Арбы, которую в Городе Дружбы лазером распылил солдат Анклава. Разбив эту бутылку я вскрыл захоронение и вляпавшись в пепел, по сути растоптал останки невинно убиенной. После такого открытия я уже не хотел говорить и просто указал на взятые с собой «велосипедные сумки» и сказал открывать их очень осторожно. Там помимо КПК и рога Мелкопипки находится и один маленький, но чрезвычайно важный предмет, ради которого я убил Литлпип с Селестией, погиб сам и вернулся, переродившись – обломок Дерева Гармонии.

С максимальной осторожностью и даже неким трепетом Лира магией раскрыла сумки и, вынув немногочисленное содержимое, добралась до злополучной «фишки». Сколько внимания тогда уделили этому мелкому предмету. Даже пони от медицины, что занимались моим осмотром и склеиванием перепонок на крыле отвлеклись на созерцание фишки из серебристого металла; хоть они и не понимали, почему она была так важна.

Спустя минуту я прервал тишину сказав, что «чудо-клей» начинает подсыхать, а обломок лучше отнести в «безопасное место». Копытные в халатах тут же вернулись ко мне, а Лира, взяв обломок, вместе с полковником и полосатиком отправились в комнату-сейф, но не сразу. Перед уходом Лира высказала своё недовольство тем что спросив у Селестии про уничтожение призраков из «Роты Террора» и войну с зебрами я позабыл про агентство в котором состояла Лира, её подруга Бон Бон и ещё много других хороших пони. Агентство десятилетия оберегало покой травоядных от многочисленных угроз. В нём состояли хорошие преданные Селестии пони, так что Лира была справедливо возмущена, когда они стали преданны ещё и в другом смысле. Ей хотелось более подробно узнать, почему Селестия предала агентство, сдав состоящих в нём пони «Министерству Морали» в застенках которого вечериночные пони Пинки Пай накачивали агентов наркотическими препаратами. Естественно я признал, что был неправ, забыв о столь важной детали. Лира, скрипя зубами, приняла мои извинения, после чего удалилась.

Трикси же осталась со мной и смотря как меня склеивают, места себе не находила желая помочь. Я же смотря в большие глаза Беатрикс придумал чем она может быть полезна и, напомнив той, что когда-то она работала ткачихой, попросил сшить мне каких-нибудь шмоток. Вообще-то махалки будучи в сложенном виде у меня и так силуэт скрывали, но всё же я привык носить одежду, а теперь с моими размерами с этим будут проблемы. Трикси всё поняла и уточнила, какие шмотки имею ввиду. Я ответил — что угодно хоть балахон из мешковины (Трикси при нашей первой встрече сама такой носила), но всё же привык к комбинезонам. Далее снятие мерок, отметки, где должны быть прорези под махалки и Трикси говоря, что энтузиазм с магией творят настоящие чудеса, пообещав скорое выполнение, исчезает в телепортационной вспышке. Я же дождавшись когда меня окончательно склеят, спрашиваю у копытных где здесь душевая так как хотел наконец смыть потроха Литлпип, но Дестини, как доктор строго запретила водные процедуры. «Чудо-клей» хотя и считается влагостойким, но лучше не рисковать, так что мне ещё пришлось проваляться на койке пока пони губками и щётками счищали с меня остатки Литлпип. Это было унизительно. Нет, я понимаю, что на Земле шкуру у лошадей тоже вычесывают, но всё равно унизительно. Под такие мысли я дождался, когда чистка подойдёт к концу и, поблагодарив копытных, попросил меня оставить. Далее устроившись поудобней спокойно заснул.

* * *

Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на траве посреди каменных строений непонятной архитектуры ярким светлым днём. Встав на ноги и убедившись, что руки на месте осматриваюсь вокруг. Опознаю место в котором оказался как довоенный Кантерлот, или Кантерлот альтернативного будущего в котором не было войны. Милое место, пусть даже местная архитектура выглядит будто кукольные домики, смущало только что вокруг было пусто.

Как бы то ни было, но мне не впервой быть в осознанном сне. Я бы даже сказал, что стал постоянным посетителем данного «злачного» места, так что в этот раз быстро догадался, почему был так рад видеть свои ковырялки и почему стойка на двух ногах казалась немного непривычной. Далее вспомнил, что в осознанных снах я никогда не был один, а значит где-то здесь бродит Трикси или Дискорд.

— Эй! Здесь кто-нибудь есть?! Ау! – кричал я, среди пустых улиц направляясь к дворцу двух сестёр. В ответ тишина, но если здесь кто-то меня ждет, то он наверняка засел во дворце; больше негде.

Именно туда я и направлялся и, пройдя по уютным каменным улицам, дошел, наконец, до злополучного дворца. Двери небыли заперты, но в обратном случае они бы всё равно не были препятствием. Я проверил утверждение, что моё сознание может создавать материальные образы. Пистолет что я создал двери бы не выбил, но с ним было спокойней, а в случае чего можно было бы вообразить и чего-нибудь потяжелее. К сожалению или к счастью на пути так никто не повстречался, так что пистолет в кобуре был бесполезен. Образы пони, что я встречал, были либо каменными статуями, либо гобеленами на стенах, либо витражами. На последнее я вдоволь насмотрелся идя по огромному длинному коридору ведущему в тронный зал.

Это было так непривычно. Ещё свежи были воспоминания, когда копия этого коридора (как и всего дворца) была сплошь в баррикадах, а изображения на витражах показывающие историю героев вызывали у меня омерзение. Теперь же я отнюдь не кривил морду и с наслаждением насмотрелся на величественные витражи изображающие историю мира копытных. Ну как историю… с уклоном к событиям, в которых участвовали «Благородные Сёстры». Витражи на которых не было белых и синих крылато-рогатых силуэтов можно было пересчитать по пальцам руки фрезеровщика. Справедливости ради эти две копытные действительно играли важную роль, но всё равно могли бы быть поскромнее. Проходящий к тронному залу, поэтому витражному коридору видя величественные образы, явно должен был думать, что в его конце встретится с живой богиней. Даже я заметил на себе этот эффект, а с учётом эмоциональности местных он был не то что гарантирован, а стократно усилен. Ещё не стоит снимать со счетов образ самой Селестии который…

Помотав головой я отбросил ненужные эмоции. Что человечный, что обычный образы Селестии действительно произвели на меня впечатление, но это не повод трепетать перед её величием, красотой и силой; как физической так и магической. В конце концов, я смог оказать ей достойное сопротивление, и перед тем как мы подружились не только я был измазан красной липкой органической жидкостью. Однако... избивать женщину... пускай даже ранее она сама меня избила... Опять о хрени думаю

— Тук тук! – крикнул я, стуча в огромные двери тронного зала. — Кто в Теремочке живёт?!

Дожидаться ответа не стал, и ногой открыв дверь, вошёл опять же в пустое помещение. Никого. Только красная ковровая дорожка между канавок с водой ведёт к стоящим на постаменте двум пустым тронам. Никаких столов и стульев перед тронами не было. То есть посетитель должен был либо стоя смотреть на принцесс снизу, либо вообще на них не смотреть, уткнувшись мордой в пол. С учётом того что было в витражном коридоре ведущем в зал, другого и не стоило ожидать. Проблема была в том, что после долгой дороги по городу и помещениям дворца я не то чтобы устал, но малость утомился и испытывал желание присесть. Конечно, можно было силой воображение материализовать хоть деревянную скамейку хоть похожую на вишнёвый пирог кровать но, видя стоящие на возвышении сидячие места, решил совместить приятное с полезным – отдохнуть, а заодно представить себя на месте местных правителей, что смотрели на подданных не только с высоты своего роста.

В итоге выбрал трон солнечной принцессы. В конце концов, перед тем как её убил, мы подружились, так что она бы не обиделась. Сидеть кстати было довольно удобно. Хоть и сидел я по-турецки, но подушка на троне была мягкой, высокая спинка трона тоже была обита чем-то мягким, а с высоты занятого места открывался эффектный вид на весь зал. Так я и просидел примерно три минуты, созерцая мраморно-золото-витражное убранство пока в дверь неожиданно не постучали.

— Anybody home, — произнёс знакомый педофильский голос из-за двери, после чего уже перед дверями в телепортационной вспышке материализовался его обладатель. — Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что Солнце село. Что оно блаженным матом что-то тихо мне пропело.

— И тебе гутен морген, — ответил я, встав с трона, после чего держа руку рядом с кобурой направился к ... к какому биологическому виду вообще относится Дискорд? Вспомнил. К драконикусу.

— Все-таки убил Селестию, и даже сознание её поглотил, — говорил Дискорд смотря на меня с высоты своего стоящего прямо змееподобного тела. — Быстро же ты освоился. Сразу же убрал Солнце. Ты хоть представляешь, сколько пони вспомним легенду о Найтмер Мун покончили с жизнью, чтобы уберечь себя от кошмара вечной ночи?

— Я на Луне зонтик изобразил. Тот, кто так сделал, вряд ли бы стал обрекать на ночную мглу пони, что носят данную символику, а значит и в НКР должны были догадаться — утроенная ночь была лишь демонстрацией возможностей, — таковы были мои неуклюжие оправдания. Мысленно понимал, что устраивая незапланированную смену суток, многое упустил. Теперь к длинному списку моих преступлений добавилось и доведение до самоубийства.

— Логично излагаешь, — без сарказма ответил Дискорд, — только ты забыл свои переговоры с Селестией перед "смертельным дождём". Покойная принцесса тогда упомянула, что если ваше сопротивление победит то либо мир будет уничтожен, либо его ждёт участь вечной ночи. Тогда она говорила это абстрактно, однако в НКР слушая запись этого диалога, поняли "пророчество" слишком буквально.

— Да, я понял тебя, — мне хотелось поскорее закончить с давлением на мою совесть, — нужно вернуть свет и заявить что всё под контролем.

— Разумеется, только не удивляйся что после такого убийцу "Дарительницы Света" будут называть "Похитителем Света", "Ночным Кошмаром", "Тенью Смерти", "Ночным Призраком", "Духом Мщения", "Смертельным Зонтом", "Призраком Апокалипсиса"...

— Хватит!!!

— Да чего ты греешься, это далеко не самые оскорбительные прозвища, что тебе придумали в НКР за последние часы. Ранее тебя вообще «Мёртвой Головой» и «Серым Мерином» называли.

— Так и будешь мне на совесть капать?

— Нет конечно и даже отмечу что зонтик на луне спас гораздо больше жизней чем отнял. После такого шоу Рейнджеры отказались от планов грядущих наступлений, да и те, что проводили, срочно отменили. Сколько пони от обеих сторон при этом избежали незавидной участи, пожалуй тоже промолчу.

— Но ты ведь прибыл сюда не для того чтобы пользу и вред от "вечной ночи" обсуждать, — заметил я, — да и ты должен знать — я добыл обломок. Пока мы тут разговариваем его уже должны установить в машину Доктора.

— С удовольствием посмотрю, как вы будете её запускать, но ты прав — я здесь не за этим. — Тут козломордый, что ранее смотрел на меня с мерзкой улыбкой, стал неожиданно серьёзен. — Что случилось с Селестией? Даже сейчас с трудом верится что ты смог её убить.

— Она сдалась.

— Что?!! — тут зрачки разного размера на фоне "желтков" глаз Дискорда неожиданно на секунду стали вертикальными; даже не как у кота, а скорее как у змеи, хотя у него и так тело скорее змеиное...

— Да — я тоже удивился.

— Покажи! Я должен это увидеть!

— Показать? Это вряд ли. Разум человека — не видеозаписывающая аппаратура, да и мне не хочется это вспоминать; тем более по твоей просьбе.

— Но ведь я тебе помогал.

— Литлпип тоже.

— Но это было до твоего призыва и поверь – без моей помощи тебя бы убили ещё при штурме Арбы, а после отправили на операционный стол Лайфблума. Общество Сумерек дорого бы оценило останки призрака.

— Если ты мне и помогал, то из корыстных побуждений.

— А вот тут ты ошибаешься, — улыбаясь, ответил Дискорд. — Я дух хаоса, а хаос не поощряет корысть. Откровенно говоря, помогая тебе я развлекался.

— Ты ведь говорил, что ненавидишь то, что я делал.

— Поэтому помогая тебе, подходил к делу творчески.

Договорив Дискорд вдруг материализовал в своей птичьей лапе тостер аналогичный тому, который я бросил в ванну с Хомейдж. Далее зазвучала знакомая с того события приятная мелодия с песней (https://youtu.be/dok4wJ4pqo0), Дискорд отпустил тостер после чего тот полетел вниз будто в замедленной съёмке. Как будто намёков было мало, дух хаоса материализовал в воздухе огромный экран, изображающий сменяемые кадры, на которых Хомейдж, то целовалась с Литлпип, то обнималась с Литлпип, то лизала щёлку Литлпип, то просто лежала, удовлетворяя себя с мыслями о Литлпип.

Музыка была приятна, а вот видеоряд вызывал отвращение, так что я не дожидаясь когда тостер упадет, перебил Дискорда:

— В самый нужный момент — когда я и Дарительница схлестнулись в смертельном бою, ты отказался помогать. Из-за тебя я чуть не погиб... хотя какое там чуть, меня убили! Пипка мне руку... то есть ногу переднюю отпилила! Она цепной пилой с меня плоть кусками срывала! Чтобы не повторить участь Каламити, причём от этой же пилы, мне пришлось пожертвовать глазом! Помог бы ты мне хоть чем-нибудь и я бы справился с Литлпип не будучи смертельно раненным и Селестия не загрузила бы себя мне в мозг! Если бы не ты она была бы жива!

Тут я психанул достав из кобуры пистолет, направил тот на Дискорда, нажимаю на курок и... обнаруживаю что пистолет водяной. Вместо ПМа у меня в руках была пластиковая игрушка, стилизованная под рыбу. Держа эту рыбу за хвост и нажимая ей на плавник-курок, я заставлял ее, открыв рот пускать в Дискорда струи воды.

— Ты пытаешься меня утопить? — надменно спросил дух хаоса.

— Нет, — ответил я и силой воображения заменил воду, которой плевалась рыбка, на кислоту.

Получив струю из "кислоплюя" Дискорд крича от боли, резко отошёл назад и, крича, что это не смешно, материализовал колбу с шоколадным молоком, которую вылил себе на поражённые участки шкуры. Тут я с ним согласился — это было не смешно; хотя Дискорд сам виноват — нечего было демонстрировать своё презрение и чувство юмора. Мог бы просто попросить успокоится. Я же видя химические ожоги второй и третьей степени на шкуре "кошмара таксидермиста" удовлетворившись его криками начал успокаиваться и даже извинился. Дискорд же материализовав пирог с вишенкой замахнулся им в мою сторону но, отдышавшись, превратил его в стаю бабочек показывая, что тоже не хочет враждовать.

— И как же ты хочешь, чтобы я показал её смерть? — спросил я у Дискорда. — Это будет вид от первого лица, причём по этому лицу постоянно лупили. Может в двух словах расскажу?

— Покажи от третьего, — сказал драконикус, а после ответил на мой немой вопрос: — Оглянись вокруг. Для человека, который видел лишь копию этого дворца, причём заставленную баррикадами, ты его удивительно точно изобразил... только обитателей забыл; в отличие от Селестии тебе нет дела до пони.

— Я изобразил??? Я думал это ты устроил.

— Ты поглотил сознание Селестии и вместе с моторными функциями унаследовал и часть её памяти, которую сейчас также моторно воспроизвёл. Селестия большую часть жизни проводила в этом дворце, так что неудивительно, что мы сейчас в тронном зале.

— И?..

— Напряги память, очисти разум...

— Представь себя в зимнем лесу, — добавил я, сам не зная зачем. — Вокруг деревья такие высокие, что достают до неба. Воздух чист. Мороз приятен. Лошадка...

— Лошадка мохноногая побриться не спешит, — перебил Раздор.

— Побрить белую лошадку?

— Нет! Представь что ты зритель своей встречи с Селестией.

— Представить???

— Селестия тоже могла контролировать свои сны, а ты, как Лорен — вообще призрак. Ты Луну двигал и в теории можешь управлять не то что снами, но и мыслями обитателей нашего мира; да вообще всем.

— По воде ходить смогу?

— Ты по облакам ходил.

— Да... ходил... — ответил я, после чего всё же попытался выполнить просьбу.

Представить... Представить... Может и представил бы только в отличие от Чернильницы воображение у меня небогатое. Уж у той кто создала этот мир воображение точно было безгранично. Тем не менее, спустя минуты мысленных усилий я, развеяв образ Кантерлота, перенёс нас на зелёное поле, на котором уже мой образ пытался изжарить исполинских размеров живой скелет аликорна. Это было так необычно — видеть себя со стороны, но не в зеркале; брата близнеца у меня не было. Дискорд же ничего необычного не увидел и даже высказал своё разочарование Селестией, которая действовала так примитивно. Исполинский размер, скелетовидный образ смерти, пламя — действительно примитивно. Своё мнение козломордый изменил, когда Селестия предстала в человечном образе. Если у меня челюсть падала в переносном смысле, то у Дискорда в самом буквальном.

— Вот я также среагировал, — сказал я Дискорду у которого от вида двхслишнем метровой культуристки глаза стали как у глубоководного краба, — вот тебе и «слабый пол».

— Ты ведь её отымел? — спросил козломордый подняв челюсть.

— Нет! — ответил я, возмутившись такому вопросу, однако он бы возник у любого мужика так что, успокоившись, добавил: — Но поверь — очень хотел.

— Охотно верю.

Далее между нашими (моим и Селестией) образами было фехтование, в котором я неуклюже действовал красной светопалкой в то время как противостоящая мне культуристка орудуя тяжёлым как кувалда пылающим мечём с невероятной грацией уклонялась и парировала удары. Честно говоря, Селестия не тот противник, которому стыдно было проиграть, однако я не хотел показывать Дискорду как Селестия, не прилагая особых усилий, своим огромным мечом, меня чуть на шашлыки не порезала. То, что увидел козломордый было весьма условно похоже на правду, но сам я, глядя на такое, признал – воображение у меня не такое уж и не богатое. В том ненастоящем поединке я и Селестия дрались на равных в красивом, но жестоком бою. Особенный эффект данной картине придавал звук моего дыхания через противогаз (https://youtu.be/KcdMXFfZweI?t=25) и чуть более низкий чем обычно голос. Образ у меня был по-настоящему злодейским пусть даже вместо эффектного чёрного плаща «тёмная сторона» носила тельняшку. При таком раскладе музыкальное сопровождение было необязательно, но я всё же не удержался от воспроизведения подходящей под атмосферу мелодии (https://youtu.be/CJe_22XxvMI). (Там, откуда я прибыл, сражаются лицом к лицу, а если враг безоружен ему дают меч.)

К сожалению, в реальности «светлая сторона» не сразу сдалась (и не была в образе пенсионера) и на этапе фехтования даже побеждала, от чего мне пришлось сменить светопалку на сапёрную лопатку, а потом и её на ТТ. Только с огнестрелом в руках я заставил Селестию отступить. Вот тогда и началось самое интересное. Момент с лопаткой и ТТ я Дискорду не показал, локация сразу сменилась с зелёного поля на зимний лес, в котором я прорывался через немецкие позиции. В той зимней локации было множество странных моментов, но один выделялся даже на фоне восстанавливающихся деревьев и горизонта, что внезапно изогнулся на девяносто градусов.

— Летающие бананы не могут говорить! — повторил Дискорд за моим образом, а после пустился в неконтролируемый хохот. Когда смех отошёл козломордый пояснил происходящее:

— Так и не простила мне эту шутку, — всё ещё усмехаясь сказал Дискорд. Я молчал, но мой взгляд красноречивей всего выражал желание узнать причину столь странного тактического хода. Козломордый же продолжил:

— Дело в том, что есть очень немного вещей, что действительно любит Селестия — это её сестра, это её маленькие пони и когда-то это был и данный продукт; причём исключительно в гастрономическом смысле. Я же, в прошлом сея хаос, насылая на пони кондитерские страдания, никогда не снисходил до убийств, однако сёстры всё равно решили, что эпохе хаоса нужно положить конец. Действовали они примитивно, поначалу вообще пытаясь меня разрезать прямо по местам соединений частей животных. Не то чтобы мне это навредило, но я не мог не оказать сопротивления и превратил легендарный зачарованный меч Селестии в банан, чему та была очень недовольна... Особенно после того как я сказал ей беречь банан, а на вопрос "Почему?" сам банан ответил "Это источник калия". С того момента я не упускал удобного случая напомнить принцессе о пользе тропического продукта. На неё это произвело неизгладимое впечатление, иначе сложно объяснить, почему она пыталась изрубить тебя столь похожим мечём, а потом использовала мои же фишки.

Забавная история вот только, то на что мы с Дискордом смотрели, было отнюдь не весело. Момент в котором я и Селестия сошлись в рукопашной был показан максимально достоверно. В конце концов, пускай Селестия была сильнее и ловчее, но в плане ближнего боя у меня был огромный опыт, который Селестия так и не приобрела за тысячелетия своей долгой жизни. Наш диалог я тоже показал без прикрас и отступлений, за ним Селестия к огромному изумлению Дискорда, сказав, что сдаётся, преклонила передо мной колено и склонила голову. Далее я промотал длинный диалог, в котором Селестия говорила о своих скелетах сразу к моменту, в котором она сказала, что я должен её убить. Как я её убил показывать не стал, а на все возражения Дискорда ответил, что это хоть и нелепый, но очень грустный момент.

— Многое же ты вырезал, — сказал козломордый, — тебе бы в кино монтажёром работать.

— А тебе технологом на фабрике Рошен в Липецке, — ответил я, хотя сомневался, что Дискорд знает о продукции Рошен.

— Да, тому предприятию точно бы не помешал хороший технолог.

— Ты знаешь, что я имел ввиду?

— Я многое знаю о твоём мире и скажу так — он безумен даже в сравнении с нарковечеринками Пинки Пай.

— Ну ты загнул, — ответил я представляя что это за вечеринки. Кексики с травой, таблетки на любой вкус, цвет и эффект, шарики с дурманящим газом — всё использовалось ради веселья.

— Ни в коей мере, — удивительно серьезно ответил Дискорд, — просто ты не знаешь, что следующим президентом Франции станет мужик с женским именем Эммануэль и кто станет президентом в одной соседней с Россией стране. И это лишь первые приходящие на ум примеры.

Я действительно не знал и не понял прикола, однако хотя до страны лягушатников мне не было дела то страна, на которую так прозрачно намекнул козломордый у меня вызвала нездоровое любопытство. Дискорд это понял и решил пояснить момент наглядно. Щёлкнув пальцами львиной лапы (у львов ведь нет… какими ещё пальцами?!) драконикус принял человечный образ. Я его сразу узнал, но не мог поверить…

— Да, именно он, — голос Дискорда сменился с педофильского на наигранно скрипучий. Это было забавно, но не так как сам образ.

Напротив меня стоял образ самого Владимира... я не могу произнести эту фамилию. Пускай она и звучит вполне нормально, но зная, что за человек её носит... и что этот человек был президентом... Мой хохот был громким даже без учёта эха, что звучало по всему кантерлотскому дворцу. Когда же первое впечатление спало, я попытался унять веселье — это было непросто. Дискорд в образе, стоял с максимально серьезным выражением лица, что делало образ ещё более комичным. Если же описывать образ максимально формально, то напротив меня стоял мужик средних лет и среднего роста одетый в стиле "милитари" — в бронежилете с одетой поверх расстегнутой зелёной курткой.

Не просто было унять смех, но когда это удалось козло... то есть Дискорд в образе решил что этого было мало. Не знаю, был ли это хитрый план довести меня до самоубийства, но когда образ запел, у меня от смеха чуть живот не разорвало.

Пускай один, пускай друзья далёко,

Но и один могу я очень много,

Свой шанс страною порулить,

Не буду как Макрон.

Я буду всех вас победить,

Ну прям Наполеон.

Тут образ достал из-за спины (хорошо хоть не из южного места) необычного вида головной убор который тут же с гордым видом одел на голову и, встав в горделивую позу, сунул правую руку под бронежилет. Отсылка была понятна, но всё внимание приковал головной убор, представляющий собой необычного вида каску, стилизованную под осовремененную двуголку. (Бляха муха! Хочу такую же! https://i.uaportal.com/gallery/2019/10/16/screenshot6.png ) Будучи пиксельно камуфляжной расцветки эта "шапка Наполеона" была оснащена креплением для ПНВ, а также украшена цветком ромашки — явная пародия на кокарду времён французской революции.

— Не будешь как Макрон, кто это вообще такой? — спросил я, хотя мысленно отметил, что в прошлой жизни уже слышал эту фамилию.

— Это и есть тот самый — с женским именем. Он ещё любит в жилеты плакаться. При его правлении улицы Парижа как раз были наводнены жёлтыми жилетами, — ответил Дискорд а потом, щёлкнув пальцами материализовал десяток жёлтых светоотражающих жилетов, что вися в воздухе подобно призракам начали водить вокруг нас хоровод. Но что за хоровод без музыки, так что следующим щелчком Дискорд материализовал караоке и, взяв микрофон, запел:

Дни высокой моды,

Во Франции прошли недавно,

Жёлтые жилеты,

Весь Париж надел спонтанно.

Макрон лишь повысил налог,

Им же был нужен предлог.

Жёлтые жилеты, оу

Жёлтые жилеты…

Жёлтые жилеты –

Вестники протеста,

Цвета хулиганских,

Писем на снегу, Писем на снегу,

Жёлтые жилеты,

Знайте своё место,

Зажигают с…ки,

А точнее жгут.

Что-то подсказывало, что у песни есть продолжение, но жилеты, повинуясь Дискорду, поняли своё место и в панике разбежались. Я же почесав затылок, прокомментировал увиденное:

— Жилет — лучше для мужчины нет, — заметил я, а через секунду добавил: — Особенно если он "броне".

— Аминь, — ответил Дискорд в образе, а после, придав физиономии злобную ухмылку, продолжил:

— Честно говоря — я впечатлен. Подружиться с Селестией... После всего, что ты сделал... Даже план Вельвет — не оправдание. Она всё-таки признала — в глубине души ты добрый, хороший... на всю голову. А также что тебе не чуждо благородство, чувство прекрасного и утончённость. Фехтование — искусство утончённых людей, а владение мечом, и в нашем мире считается благородным и прекрасным искусством. Понятно почему продемонстрировав его владение, ты вызвал уважение у Селестии.

— Сатисфакции мы не требовали.

— Так и я не требую, но всё же предложу тебе принять вызов. Перчатку кидать не буду, но не думай что если я дух хаоса, то мне чужды благородные манеры. Будем драться честно до первой крови из торса.

— И ты туда же. Не смог меня в борще утопить так решил на дуэли убить. Может лучше стреляться, как Пушкин с Дантистом. Огнестрелы мне привычней и данное оружие ставит дуэлянтов в более равные условия.

— Никаких дуэлей и я не собирался тебя утопить. Я вообще не могу убивать и мы ведь не два сознания, что борются за контроль над телесной оболочкой. Мы в осознанном сне и Трикси тебе уже давно сказала — сон нельзя убить. Так что схлестнём шпаги как в одной недалекой, но братской галактике, — сразу после сказанного образ принятый Дискордом материализовал светопалку. — Кому присягнет жёлто блакитная вселенная? На чьей окажется стороне? На стороне ума или наоборот — разума?

Тут откуда-то сверху прозвучало «Red corner — Grey Stone. Green Corner – Discord».

— Оппонент позорный, — ответил я, а после материализовал на себе противогаз Нерехта, от чего мой голос стал из-за тяжёлого дыхания больше похожим на известный злодейский образ.

— Я не твой оппонент! Я твой приговор! – ответил Дискорд.

— Выбрал меч Зеленского цвета, — сказал я, указывая на зелёный световой меч козломордого в образе под цвет его светопалки, — юный смехован. Да прибудет со мной административная сила.

— В ином мире смехован дрался на анализах крови, на анализах мочи, а нам пора схлестнуть световые мечи. Сражайся в полную силу! Падаван Коломойский хорошо меня подготовил.

— Да ты просто клоун — кот в мешке, яркая обёртка; простачёк — коломойский казачок. У тебя одна рука другую коломоит.

— А ты бы голосовал за Пораженко? Уж он-то разбирается в обёртках.

— Разбирается, а я с тобой зараз разберуся, — сказал я, после чего материализовал красный световой меч.

И тут началась битва, только отнюдь не зрелищная — не такая которую я показал Дискорду показывая свой бой с Селестией. Бой между мной и козломордым в образе был скорее похож на момент из фильма 1977 года (https://youtu.be/UB0XA15ZcxQ). Такой же вялотекущий (будто сражаются коматозники), но по своему эмоциональный. Проблема в том, что если в фильме эмоции вызывал драматичный момент то, то, что сейчас происходило, было откровенно комично. Мне хотелось прекратить эту клоунаду, так что после очередного вялого удара я, тяжело дыша через противогаз, прервал поединок.

— Стой. У меня для тебе предложение — переходи на тёмную сторону.

— На сторону тёмного шоколада? — спросил дух хаосита кондитера. — На сторону продукции Рошен?

— Ты же любишь шоколад. Он тебя породил, — последней фразой я пытался перевести тему с Звёздный Войн на классику русской литературы (Тарас Бульба), а заодно напомнить Дискорду его любовь к кондитерским изделиям.

— А я тебя пародирую.

— Ты не понял — я твой отец.

— Кота или мешка? Этот образ — результат политических ошибок. То, что я с тобой говорю — результат ошибки Селестии.

— Хватит! — крикнул я тысячелетнему духу хаоса, а после, отбросив световой меч, произнес девиз своего поколения: — Молодость и задор победит старость и запор!

Далее бросаюсь врукопашную на образ в "шапке наполеона". Дискорд этого не ожидая не оказав достойного сопротивления оказался опрокинут, а далее прижат моим весом. На полсекунды всмотревшись в желтки глаз оппонента, заламываю его руку с зажатой светопалкой после чего ладонь разжимается, отпуская меч. Далее "использую силу" отбрасывая палку в дальний конец тронного зала.

Технически Дискорд уже был побежден, что подтвердило прозвучавшее «Champion of the world — Grey Stone!», однако мне этого показалось мало. Он хотел битвы, когда у меня красный световой меч, а я победил его без оружия приёмом вольной борьбы. Тем не менее, мне не хотелось совсем разочаровывать козломордого. Если он хотел быть побеждённым красным мечом, то ожидание не оправдалось, однако ничто не мешало мне использовать другие красные "орудия труда". Немного мысленных усилий и у меня в руке материализуется...

— Прямоугольное и красное — вредно для зубов! — крикнул я, замахнувшись зажатым в руке орудием рассерженного пролетариата — красным кирпичом.

Далее наношу удар и "шапка наполеона" становится более плоской. Ещё удар и рот принятого Дискордом образа окрашивается в красный. Далее боковой в ухо — шапка приняла часть удара, но из пасти оппонента в противоположную удару сторону вылетел кровяной сгусток с несколькими зубами. Далее собирался сделать нос оппонента как у бульдога, но тот сделал жалостливый (прямо собачий) взгляд и материализовал вокруг башки крутящиеся мерцающие звёздочки. Поняв это как аналог белого флага, я опустил кирпич, а Дискорд в образе сплюнув кровь сказал:

— Совсем шуток не понимаешь. Зачем сразу кирпичом?

— Привычка, — ответил я, а потом, указывая на звёздочки, сам задал вопрос: — И что это у тебя за Евросоюз вокруг башки? — задав вопрос слез с оппонента. — Ты же нематериальный дух. Селестия говорила, что однажды вообще уничтожила твою материальную оболочку, а тебе хоть бы хны. Зачем подавался?

— Мы во сне, причём в твоём, — ответил Дискорд, после чего принял свой обычный козломордый облик. — Даже принцесса Луна, называющая себя хозяйкой снов, в действительности никогда не являлась хозяйкой в чужом разуме. Ты хотел мне по башке надавать, вот твоё желание исполнилось... и... Селестия рассказала, как я шалил в образе нематериального духа... Что она ещё рассказала?

Тут я вспомнил нечто очень важное. Ну не то чтобы очень, но с учетом, что вне сна я переродился из земного пони в аликорна, вопрос был более чем важен.

— Она говорила, что у аликорнов есть некое проклятие, при котором у них появляется вторая личность, созданная из худших черт характера. У Луны эта личность материализовалась в образе Найтмер Мун. У Селестии тоже была своя худшая половина называющая себя Дэйбрекер. Якобы Твайлайт Спаркл по плану Чернильницы тоже должна была стать аликорном и тоже бы не избежала такого проклятия. Это было одной из причин, почему сёстры прекратили исполнять пророчества. Мне такое не грозит? Я ведь тоже переродился с палкой во лбу и махалками на спине.

— Ты призрак, — спокойно ответил Дискорд, — причём уникальный образец. У призраков может быть только одна личность. Все моторные функции и воспоминания — лишь остаточный побочный эффект поглощения другого сознания. Никакой Десхэд в тебе не проснется, тем более что грива у тебя была не эфирная.

— Разве вторая личность связана с необычным волосяным покровом?

— Напрямую! — с улыбкой ответил козломордый для наглядности материализовав на себе гриву и рог как у Селестии, а также выкрасив свою морду в белый. — По сути, эфир, пробивающийся через гриву и хвост, это и есть вторая личность порождённая сплавом эмоций носителя с его магией, но не аномальной. Селестия давно научилась контролировать своего "демона" выпуская Дейбрекер лишь раз в столетия и то для "разрядки"; обычно у Селестии грива даже не огненная как у той сумасшедшей поджигательницы. Луна тоже должна была научиться контролировать своё порождение. По пророчествам после победы над Найтмер Мун она должна была непроизвольно создать себе нового "демона" питающегося её чувством вины, назвать его Тантабус и в итоге даже приручить.

— То есть, чтобы избавиться от второй личности аликорна нужно снять у этого аликорна скальп?

— Нужно выкачать всю магию как Тирек, но к тебе это не относится, так же как и к порождениям Трикси... то есть Богини. Лучше теперь ты ответь на вопрос — как ты и Селестия подружились?

— Я уже всё рассказал и показал — стоило Селестии узнать о проекте "Тёмные Дни" как она передумала меня убивать и даже колено приклонила.

— Кроме этого она ещё проявляла какие-то дружеские жесты?

— Ну... мы обнимались.

— Ты обнимался с этой грудастой мышечной массой?!

— Нет!.. То есть с её человечным образом наши обнимашки были приёмами вольной борьбы, это не считается. Имел ввиду её настоящий — копытный образ. А с её человечной версией только в ладушки играл.

В подтверждение слов я материализовал момент, в котором я и человечная Селестия протянув друг другу руку с аурой стихии, соединили лёд и пламя. Пламя оказалось сильнее. Дискорд от вида, казалось бы невинного жеста начал сдержанно смеяться, но через секунды его просто прорвало.

— И что смешного? — спросил я хохочущего драконикуса.

— Ты невтупил что она предлагала тебе потеребонькатся — это действительно смешно, — мне же от слов Дискорда было нифига не смешно. Нет, я помнил, что Селестия говорила, что мы могли бы насладиться друг другом, но похотливой она не выглядела, да и жест соприкосновения льда и пламени казался вполне невинным. Дискорд же унимая смех, продолжал:

— Нет, я догадывался, что будучи в недрах компьютера она изголодалась, но чтобы настолько... Выбрать тебя... Хорошо хоть сдержалась и не отлюбила.

— Только рожу и рёбра отбила. Мы просто ладонями соприкоснулись. Что тут такого?

— Даже в мире снов ты всё равно лоботомит. Неужели пробыв столько в нашем мире, видя как пони взаимодействуют друг с другом ты не обращал внимание на недвусмысленные жесты?

— Когда хвостом по бокам бьют, а пернатые крылья расправляют?

— А единороги взаимодействуют магией. То, что ты делал с Селестией было искажённым жестом, в котором обладатели волшебного рога, соединяя свои отростки, чувствуют магию своего особенного пони. Для единорогов, да и для аликорнов тоже, это чуть ли... как у людей, когда мужик суёт свои ковырялки в любовную дырку своей избраннице, а та глотает его любовные выделения.

— Может я и лоботомит, но сохранил здравый смысл. Селестия не такая. У пони тоже принято в дырку соваться и выделения глотать; уж я то знаю, шар номер 8 смотрел. И соединение магии — вполне невинный жест.

— Извиняй. Шуткануть хотел. Не получилось. Но жест всё же не такой и невинный. Играя с тобой в "ладушки" Селестия действительно предлагала тебе согреть её постель.

— Я представлял холод.

— Тогда потушить её вулкан страстей. Был бы ты поумнее и тоже ответил бы каким-нибудь жестом, — для наглядности Дискорд указательным и средним пальцем своей лапы изобразил (без магии и прочего сверхъестественного) ноги, а после между них поставил большой палец, — и у тебя бы сейчас были воспоминания о близости с самой страшно-прекрасной женщиной из возмо... невозможных.

— Она бы мне тазовые кости сломала.

— Это бы того стоило. Селестия действительно не такая, была скромной в выборе любовников, и не любила играть на кожаной флейте, но поверь — за тысячелетия долгой жизни она превратила это дело в науку.

— Фильтруй базар и прояви уважение к мёртвой.

— Так я и проявляю. Даже спустя десятилетие наблюдения за лобызаниями Литлпип и Хомейдж она осталась традиционной.

— Хлеборезку завали! Селестия останется в моей памяти как друг, а не обломившийся половой партнёр!

— Ладно ладно. Не кипишуй... но всё равно ты упустил такой шанс…

— Так! Ты начинаешь мне надоедать больше обычного. Ты ведь проник ко мне в сон не для того чтобы фантазировать как я с Селестией фрикцией бы занимались.

— Вообще-то видя, как она представляла свой человечный образ только об этом и думаю, но да — проник не за этим. Мне просто было интересно, действительно ли ты став призраком-аликорном получил способности аналогичные создательницы нашего мира.

— Думаешь, что я тоже могу создавать жизнь и контролировать эволюцию как Чернильница?

— Да, но не всё сразу. Сейчас я хотел проверить можешь ли ты проникать в чужие сны. Давай, напряги свой разум. Представь, что ты покидаешь свою спящую телесную оболочку или что сны окружающих для тебя как открытые двери. Попробуй, это несложно.

Проникать в сны... как Трикси или покойная принцесса Луна. Неужели я так могу? Ну, светила я точно могу двигать, а Селестия говорила, что сознание призрака не имеет ограничений меток судьбы. Поглотив мой разум, Селестия собиралась стать такой же сильной как её мать – призрак-аликорн. В итоге я поглотил сознание аликорна а, как известно, от перемены мест слагаемых результат не меняется. То что произошло не подчиняется простым арифметическим законам, но сходство есть. Если принцесса Луна могла проникать во сны значит призрак-аликорн которая её создала тоже имела эту способность, а раз теперь я призрак-аликорн то...

Напрягаю свой разум. Представляю сознания других как открытые двери и через секунды посреди тронного зала появляются бесчисленное множество прозрачных дверей ведущих в чужие сны. Чего копытным только не снилось, хотя один сон стоит отметить особо. Через прозрачную дверь я видел образ Отема Лифа в детском возрасте, который вместе со своими братьями лепил из облаков куличики. Вот уж не думал что полковник в глубине души — маленький противный карапуз, и с ностальгией вспоминает времена, когда он игрался со своими любимыми и не очень братьями.

— И что это означает? — спросил я Дискорда указывая на двери.

— То, что твои способности ограничены лишь магией нашего мира да воображением. Почти как у меня, когда я щелчком пальцев превращал Эквестрию в царство хаоса, но сражался с благородными сёстрами мороженым и сахарной ватой.

— Думаешь, что я предпочту остаться в этом безумном мире на правах обожествлённого? Это вряд ли. Пытаясь вернуться на Землю я зашёл слишком далеко и убил слишком многих чтобы отказаться от цели ради неожиданного привалившего счастья.

Тут внезапно наш диалог ни о чём прервало землетрясение; не сильное, примерного 2,0 по шкале Рихтера, но с потолка начало сыпаться, а витражи покрылись трещинами.

— Это ещё что? — спросил я козломордого.

— Тебя пытаются разбудить. Представь, что смотришь на себя со стороны и увидишь кто осмелился потревожить твой сон.

Следуя совету Дискорда вновь напрягаю разум и, материализовав экран, наблюдаю, как на брюхе лежащего на койках крупного серого аликорна сидит аликорн поменьше и щедро раздаёт ему пощёчины копытом.

— Трикси, — сказал я. — Она ведь сама может в сны проникать.

— Похоже ей не спалось или её смутила фонящая от тебя аура хаоса. Проснись и спроси. Думаю не надо объяснять как...

— Не надо, — ответил я, после чего стал напрягать разум уже в полную силу.

* * *

— Да что ж такое? — сказала Трикси, после чего ударила меня копытом по щеке. — Просы... — аликорн не договорила.

Я, открыв глаза, перехватил удар, а после улыбнулся зубастой улыбкой; хотя щёки болели. Трюкачка видя, что я в сознании тоже улыбнулась и после того как я отпустил её копытце, бросилась обниматься и целоваться. На обнимашки я ответил взаимностью, а вот на поцелуи рычанием. Беатрикс же оскорблённая в лучших чувствах осторожно с меня слезла то и дело, бросая взгляд на мой скукоженный детородный орган, который я не сразу догадался прикрыть крылом.

Далее неловкая ситуация перешла в диалог в котором копытная выразили опасение тем что я очень долго спал, а также что ночь становится всё холоднее. Будить меня не решались, так как опасались, что я спросони могу ауру не так применить или разбрызгать будившего как труп Литлпип, но доброволец всё же нашёлся. На прикосновения Трикси я не реагировал, а фонящая от меня аура хаоса становилась всё сильнее, так что Трюкачка решила действовать грубо. Честно говоря, я не обижался, тем более что болящие щёки быстро прошли, стоило к ним копытце с аурой холода поднести, а вот попытка дыбится от меня близости была откровенно глупой.

Как бы то ни было, но я проснулся, а Трикси за это время успела сшить мне шмотки — бледно-зелёный комбинезон очень большого размера, а также мешковатый (даром, что сшит из мешковины) балахон цвета аналогичного моей шкуре. И вишенка, точнее две вишенки на торте – платок на шею типа арафатка и танкистский шлем с вырезом под рог. Быстро же она справилась. Пусть даже я и спал долго, но всё равно быстро. Любовь, энтузиазм и магия действительно творят чудеса.

Заранее поблагодарив синюю единорожку в теле аликорна я переоделся в сшитые заботливыми копытцами шмотки. Поначалу с этим возникли проблемы, к махалкам я так и не привык, так что не сразу попадал ими в специальные отверстия и чуть об когти не порезался, но потом приноровился, так что с балахоном поверх комбеза проблем не возникло. Комбез кстати был слегка мешковат (Трикси боялась, что могла ошибиться в размерах, а ушить всегда проще), но всё равно я был рад прикрыть свой зад не только гипертрофированными кожистыми крыльями. Балахон же поначалу показался хренью от которой лучше вежливо отказаться, но потом решил что пока мне не сошьют бронежилет по размеру лучше скрыть отсутствие защиты такими вот лохмотьями; хотя... Балахон ведь тоже был с вырезами под крылья, а махалки у меня и так корпус скрывали, но решил — варёному коню в зубы не смотрят. Трикси сама носит такой же, да и такого рода шмотки вполне дополняют мой демонический облик. Если же Трюкачка хочет похожими шмотками всем показать, что считает меня своим особенным, то почему бы и нет. В конце концов, неприязнь к ней давно в прошлом, а я с ней уже тёрся пузом, пускай даже повторять этот опыт не собираюсь. Платок на шею и шлем завершили специфичный образ, и… шлем на время снял. Нет, я понимаю, что на мой Череповец теперь налезет далеко не любой головной убор, но танкистский шлем… Я ведь теперь в танк вряд ли помещусь, а танко-шлем не защитит от пуль и осколков, только от ударов. Лучше конечно такая защита, чем вообще без нее, но пока у нас затишье уж лучше с пустой головой. Мой демонический облик и в балахоне с арафаткой смотрелся тупо, а если ещё и танкистский шлем надеть, то вообще будет кошмар Буденного.

Дождавшись когда я переоденусь Трикси отвела меня к тронному залу, в котором СНС и ОФОТ организовали импровизированный штаб. Полковник Отем, Сулик, Лира и прочие копытные видя как я зашёл через высокие двери тут же отвлеклись от своих раций, карт, досок и планшетов, после чего поприветствовали меня жестом "Рот Фронт". Далее после соблюдения формальностей Отем, велев продолжать работу, обратился ко мне за разъяснениями насчёт устроенной мной "Вечной Ночи". Естественно я ответил, что никакая ночь не вечная и в любой момент могу вернуть Солнце, нужно лишь попросить. Отем ответил утвердительно но, задумавшись через секунду меня остановил и, взяв рацию обратился ко всем подразделениям СНС и ОФОТ с приказом обратить внимание на небо и приготовится к появлению света.

Честно говоря, светила я чувствовал даже через стены дворца, но во избежание слишком резкого перехода был желателен визуальный контакт так что, сказав, что да как, я вместе с Трикси и Отемом выйдя на улицу, расположившись у края, ведущего в пропасть, объявил, что начинаю смену времени суток. Снова ощущаю контакт со светилами, на моторных функциях создаю вокруг отростка во лбу прозрачную ауру. Далее зонтик на Луне "складывается" после чего сама Луна уползает за горизонт уступая место жёлтому светилу. Поправка — более тусклому чем раньше светилу. Непонятно как, но я мог контролировать не только расположение Солнца, но и его яркость. Если бы я захотел, то сделал бы его столь ярким, что оно сожгло весь иной мир или бы наоборот — мог сделать его таким тусклым, что оно бы светилось немногим лучше сороковаттной матовой лампочки. До крайностей я не опускался, так что просто сделал свет более тусклым; после резкой смены ночи на день большие глаза местных могли быть непривычны к свету. Непривычны... с чего вдруг меня это заботило? Может, подумав я бы получил ответ на этот вопрос, но Отем и Трикси меня отвлекли указывая на землю под нами.

В темноте это было незаметно, но при свете дня было видно, что гора Кантерлот с одноимённым городом окружена армией НКР. Окружение было не сплошным, но оно и не требовалось. Поля под горой хорошо простреливались находящимися на холмах танками и зенитками, а ведь присутствовала и другая техника. Используя взятый у Отема монокуляр (прицел от Грома спитфайр) я видел колонны БТРов, захваченные у ОФОТ РСЗО и танки, множество копытных в красной силовой броне и в обычной амуниции, даже аликорнов с грифонами видел. Вся эта механизированная и до зубов вооружённая скотобаза разместилась кольцом вокруг горы превратив Понивиль в свою военную базу, на которой тоже была прорва техники и живой силы.

В другой ситуации такое бы меня напугало но, смотря в монокуляр я, даже не видя детали, понимал — противник тоже боится. Морд я не различал, всё же у меня монокуляр, а не телескоп, но то, как копытные галопом перебегали с места на место что-то друг другу говорили, жестикулируя копытами, показывало их эмоциональный настрой. Теперь они точнее точного поняли — у СНС есть контроль над светилами и после появления света ожидали от нас какой-нибудь сюрприз. Увы, но ничего такого не планировалось, однако я не хотел обманывать ожидания.

Вспоминая как чихнув я пробил потолок комплекса рассчитанного на удар мегазаклинания мне захотелось повторить тот опыт. Чихать конечно не собирался рассчитывая произвести контролируемый выброс энергии. Тщательно вспоминая ощущения при чихании, я смог создать белую ауру вокруг отростка и крикнув Отему и Трикси "Все назад!" выпустил в сторону пепелища Глифмарка нечто похожее на шаровую молнию толкаемую лазерным лучом. Выстрел был пробным и неприцельным, так что я не на шутку испугался когда "шарик" случайно упал напротив позиций с красным БТРом рейнджеров. Благо я "промахнулся", а копытные находились в окопах. Взрыв хотя и был раза в два мощнее лазера "Селестии Один" но его остаточная взрывная волна никого не убила; максимум краску с БТРа и силовой брони могла содрать, но и этого не случилось. Смотря в монокуляр, я видел, как из окопов подобно муравьям из разворошенного муравейника на все четыре стороны разбегаются красные силуэты. Не скажу, что уж совсем быстро бежали, силовая броня не позволяла разогнаться, но под железными копытами оставалась солидная пробуксовка заметная даже с моей высоты. Рейнджеры даже БТР бросили, настолько они были в панике и не только они.

Отем тут же схватился за рацию приказывая огня не открывать, и я его понимал. Своим необдуманным поступком я мог спровоцировать НКР открыть огонь по городу, который мы точно не выдержим. Ситуация была паршивой, но не безнадёжной, однако от нас зависело немногое. Вся надежда была на то, что раз я никого не убил, то после восхода Солнца противник мог принять данный выстрел как предупредительный. Судя по тому, что танки и РСЗО огня так и не открыли, а из позиций вблизи горы рейнджеры начали спешно эвакуироваться, ожидание оправдалось. Полковник был рад столь большой удаче, но это ни шло, ни в какое сравнение когда к нему подлетела пегаска из СНС с рацией и, подав пернатому средство связи сказала, что старейшина "Рейнджеров Эплджек" вышел на связь и желает вести переговоры. Улыбка с морды пегаса начала сползать, когда из рации послышалось о желании говорить только с самим Греем Стоуном и что рейнджеры больше не считают его дезертиром. Мне льстило такое внимание но, понимая какой у меня уровень красноречия и интеллекта я, взяв рацию, ответил что, не желая говорить сам доверяю своё слово полковнику Отему. На морде пегаса на секунду снова появилась улыбка, после чего он, отдышавшись, снова взял рацию.

Это были странные переговоры. Рейнджеры предлагали мне вновь вернуться в их ряды, причём на правах старейшины (и это при том что даже будучи земным пони я силовую броню не носил). Они предлагали все без исключения технологии, что смогли сохранить и обещали содействие в воспроизведении технологий иного мира. Обещали почёт и уважение, еду на любой вкус, если нужно то и кобыл любого подвида для утех, в том числе и аликорнов. Даже снисхождение и помощь для всех пони из СНС и ОФОТ. Они предлагали все, что у них было, а если этого мало то просили назвать цену. Предложение было заманчиво особенно с учётом воспоминаний о Вельвет Ремеди предлагавшей нечто похожее, а она точно не врала. Тогда я отказался, в этот же раз я принял предложение, но назвал цену, которую уже рейнджеры отказывались заплатить.

Я предлагал им сдаться. Моим условием была полная и безоговорочная капитуляция, но со стороны СНС мы тоже обещали снисхождение; только со стороны СНС, за ОФОТ мы не могли говорить, но заверили, что сделаем все, чтобы избежать жертв. Естественно рейнджеры отказались на что полковник, повторяя мои слова, грозился выжженной Солнцем землёй, а после вечной ночью и такими холодами, что даже у эскимоски дойки замёрзнут. Последнее я сказал зря, пегас не понял, что это был ненужный сарказм и повторил слова слово в слово; а я ведь специально попросил пегаса вести переговоры, чтобы избежать подобных случаев. Естественно старейшина рейнджеров не испугался мороженных доек эскимоски и назвал нас клиническими идиотами раз мы отказываемся от его щедрого предложения, а себя просто тупым раз он думал что мы согласимся. Далее он посоветовал нам помолится Селестии, ибо это единственное что мы можем сделать, чтобы вместо Тартара попасть на Райские Луга. Я же понимая, что надежда на красноречие Отема не оправдалась, а что-то делать надо пока противник ещё под впечатлением, выхватил рацию и в грубой форме самыми непечатными словами сказал, что рейнджеры не в том положении, чтобы угрожать. СНС сейчас в плане огневой мощи и прочих возможностей — самая могущественная организация. Что мне достаточно просто чихнуть, чтобы остатки их некогда могущественного НКР превратились в радиоактивный пепел и что я скоро сделаю нечто в подтверждение своих слов.

Это было рискованно, все-таки я ещё не освоился с новыми возможностями, но ситуация была серьезной. Либо рейнджеры сметают нас с лица этого мира либо я, показывая, что могу в одиночку превратить их всех в пыль, заставляю сдаться. Я выбрал второй вариант и на то был резон. Просто стреляя "шаровой молнией" я чувствовал, что это был ДАЛЕКО не предел моих возможностей.

Отдав пегасу рацию встаю на край пропасти и, заприметив вдали крупное, но абсолютно пустое поле, создаю вокруг отростка сгусток энергии. Если отдельных рейнджеров смог напугать прогремевший рядом с ними взрыв тридцати килограммов в тротиловом эквиваленте, то был шанс что бабах побольше произведёт большее впечатление. Главное только никого не убить. Поле в которое я целился когда-то было засеяно пшеницей, но после "Смертельного Дождя" оно было... ну ни как Лунный пейзаж но всё равно как гиблое место. В прошлом на нём действительно погибло много народу, но сейчас поле было свободно от войск НКР, а значит, смертей удастся избежать.

Концентрируя вокруг кончика дрели энергетический шар я честно говоря не чувствовал какого-то напряжения, казалось что вообще могу собирать так энергию до бесконечности. Тем не менее, до абсурда не стал доводить. Мне нужен был просто очень большой бабах, а не аналог стомегатонной царь-бомбы. Когда шарик на кончике дрели стал как баскетбольный, а копытные вокруг меня, замерев в ступоре даже моргать перестали, не понимая стоит ли им бежать или прятаться, я выпустил "снаряд". Бабах действительно получился. Сравнить его мог… вообще-то ранее мне не доводилось видеть столь мощных взрывов. Собор «Детей Собора» Сулик взорвал связкой из «жар-яиц» и тот бабах меня впечатлил. Тот, что устроил я, был раз в пять мощнее. Пожалуй, ему бы подошло сравнение со случаем, когда мы бабахнули оставшиеся снаряды для яйцеметалки. Тогда при операции «Пылающий Мавзолей» взорвав оставшиеся снаряды мы на километр превратили землю в стеклянное поле; а ещё я тогда Гаудине Грознопёрой голову срубил, Отем убил питомца Вельвет, а саму чёрную единорожку мы взяли живой. Когда мы выбрались из под земли, окружение было ещё в тумане от поднявшегося ввысь грибка. Посаженный мной белый грибок был очень высоким, но хоть не зелёный как у классических мегазаклинаний.

Как бы то ни было, но на рейнджеров демонстрация силы произвела сильное впечатление. Спустя долгие минуты пока восстанавливалась электроника, и радиосвязь, голос старейшины рейнджеров вновь затрещал в рации, изъявил желание личной встречи на любых условиях и проведения мирных переговоров. В ответ я поставил ультиматум, что встреча состоится, но её итогом должна быть полная и безоговорочная капитуляция НКР, в противном случае я выпущу продемонстрированное ранее мегазаклинание уже по Понивилю после чего СНС и ОФОТ начнут наступление. Истеричные крики «Нет! Мы сдаёмся!» лучше всего показывало, что игра нервов завершена.

Честно говоря ситуация была неоднозначная. Образно говоря, СНС и НКР приставили пистолеты к голове друг друга. В Понивиле находился старейшина Рейнджеров, в Новом Кантерлоте всё командование СНС, только если ранее рейнджеры со своими и затрофенными танками могли легко уничтожить город не опасаясь ответки то теперь, с моим появлением, у СНС тоже появился пистолет что мог разнести голову НКР. Далее немного демонстраций возможностей, немного угроз с ненормативной лексикой и Железные Вёдра решили, что псих лоботомит, что может ядерные взрывы устраивать — слишком опасный и непредсказуемый противник и лучше сдаться. Всеми шестью конечностями поддерживаю такое решение.

Переговоры прошли на территории Нового Кантерлота в который старейшина «Рейнджеров Эпплджек» Эплторн со своей делегацией прибыл на захваченном нами поезде под конвоем бойцов ОФОТ. Через монокуляр было так непривычно смотреть на Железных Вёдер без их брони. Единороги песцы в своих красных накидках ещё нормально держались, а вот земные пони без своей силовой брони были всё равно, что черепахи без панциря. В их больших глазах прямо читалась эмоция неудобства и чувства себя не в своей тарелке. А какая гамма эмоций была при нашей встрече. Увидев меня некоторые из них непроизвольно сделали шаг назад или присели; не помогло даже то, что я был в шлеме, что придавало образу долю комичности.

Переговоры же прошли без эксцессов, даром, что говорил в основном полковник Отем, рейнджеры соглашались на наши условия, а я уже приноровившись к своим эмоционально-магическим особенностям, не злился, не волновался и даже пытался улыбаться; правда, вид моих зубок пугал не только рейнджеров. После завершения переговоров рейнджеры на том же поезде вернулись в Понивиль заверив, что выполнят все условия, а также предоставят нам доступ к сети радиовещания НКР. Не обманули. Мы действительно получили доступ, а также стали свидетелями как табуны копытных, двигаясь стройными колоннами, сваливают в кучу своё вооружение и комплекты силовой брони. Мы также не стали обманывать и заняв Понивиль обошлись с каждым сдавшимся в плен по всем пунктам Женевской конвенции. Даже ещё гуманней – по сути, мы не брали пленных, но не в смысле, что убивали всех, а что отпускали с миров всех тех, кто сдал оружие. Абсолютно всех, в том числе и не рейнджеров. Среди сдавшихся было много Последователей, а среди них были аликорны и немногочисленные грифоны с зебрами. От вида последних у меня прямо камень с души свалился. Просто думал, что в Новом Кантерлоте были все оставшиеся в этом мире зебры и при штурме мы совершили очередной геноцид; мы только детёнышей не убивали. Оказалось, нет. Зебр катастрофически мало, но они ещё не истреблены, да и грифоны хотя и оказались на грани вымирания, но ещё есть кого спасать.

Ох уж эта передавшаяся от Селестии сентиментальность, да и воспоминания о покойной Вельвет Ремеди давали о себе знать. Ладно ещё Отем которого она зашивала не вынашивал планов, как по-тихому истребить аликорнов, но Сулик не пытающийся уничтожить оставшихся зебр… Похоже тот кто принимает дружбу элемента доброты сам становится немного добрее. Я точно стал. Удивительно, но вид грифонов не вызывал у меня неприязни, а ведь они все чуть ли не поголовно состояли в рядах ЧВК Когти и в Последователи пошли лишь после того как я убил Реджи с Гаудиной; до этого они убивали копытных за пробки от бутылок. Как же мы резко изменились. Всё изменилось и не всегда в худшую сторону так что, читая обращение к жителям НКР, я делал особый акцент на то, что дальнейшие жертвы будут напрасны. К сожалению или к счастью опять всё пошло не по плану.

Дело в том что, считая, что важна каждая минута мы не стали делать запись, которую можно бы было отредактировать, а вышли в прямой эфир, посадив меня у микрофона. Естественно я, будучи склонным из-за собственной глупости и беспечности попадать в глупые ситуации и здесь не изменил привычкам. Для наглядности собственных заявлений убрав Солнце и поставив на его место Луну с зонтиком я откровенно дурачась, сев к микрофону, начал голосом и тоном речи изображая Фантомаса, по памяти читать его цитату:

— Здесь всё подготовлено, чтобы взорвать эту планету в тот день, когда я решу перебраться на другую. Но пока в мои намерения не входит гибель этого ничтожного мира. Я из него ещё не всё выжал. За жизнь отныне пони будут мне платить. Теперь вы всецело в моих руках.

— Ты в эфире, — тихо сказал сидящий за аппаратурой Сулик.

Лира от такой новости упала, держась за живот, а вот мне было не смешно. Даже закашлялся от неожиданности и непроизвольно сказал «Что-то разбушевался». То есть весь мир слышал как я «собираюсь уничтожить мир». Учитывая эмоциональность местных и устроенное мной лунное шоу… Дискорд говорил, что зонтик на Луне привёл к череде самоубийств, как бы череда не продолжилась. Сделав данный вывод, прокашлявшись, говорил уже своим обычным голосом:

— Власти и жители НКР, а также все кто меня слышит, к вам обращается майор Грей Стоун «Силы Народного Сопротивления». Сообщаю, что слухи о моей второй смерти были не преувеличены, однако я жив и именно я ответственен за недавние смены времени суток и символ на Луне. Не бойтесь, а воспринимайте это как знамение – война окончена. Отныне в вашем мире будут действовать те же правила, что и на остальной территории сопротивления. Дарительница Света мертва. Теперь я дарю вам свет. Достижения министерств уничтожены, а герои пустоши побеждены, но видит Селестия – я не хотел её смерти, а также гибели Вельвет Ремеди и Флатершай. Сохраните память о них как о хороших пони оказавшихся не на той стороне. Не повторите их печальной судьбы. Не оказывайте бессмысленного сопротивления. Каждый, кто окажет сопротивление СНС и ОФОТ будет объявлен преступником, обвиняемым в сопротивлении установлению порядка и будет наказан по законам военного положения. Попытка оказать преступникам помощь будет расценена как соучастие. Будьте лояльны к СНС и ОФОТ, в противном случае это приведёт к непоправимому. Однако даю обещание, что ко всем без исключения сдавшимся будет надлежавшее обращение и возможность снисхождения. Повторюсь – ко всем. Аликорны, и грифоны тоже могут быть уверены – СНС и ОФОТ больше не ставит целью их физическое уничтожение и они получат равные пони права. В случаях если в СНС и ОФОТ пренебрегут конвенцией, будут приняты меры. Каждый случай будет расследоваться, каждому виновному будет объявлен приговор и обещаю – приговор будет исполнен.

Непросто далась мне эта речь. Не то чтобы она отличалась красноречием (как раз наоборот) просто было моральное давление из-за прямого эфира и возможных последствий. Тем не менее, мне казалось, что речь удалась. Я обозначил нашу позицию, мотивы, возможности, и главное – желание обойтись без насилия. Если в НКР не отнесутся к заявлению предвзято и не поймут курьёз в начале слишком буквально, то всё будет хорошо… а может и не будет. Дело в том, что Лира, отсмеявшись и выслушав мою речь, не дала полосатику выключить микрофон. Подвинув его (микрофон) к себе Лира начала магией наигрывать какую-то органную мелодию, после чего тихо запела:

Пелена укроет Солнце

И планету жизнь покинет,

Песня резко оборвётся,

А печаль в глазах застынет.

Тут я в нетипичной для себя манере сам применил магию и, вырвав микрофон начал бить им Лиру по чайнику. Та, уворачиваясь от летящего предмета поспешила покинуть помещение, но судя по её смеху, единорожка про себя думала: «Это того стоило».

Результат выступления в совокупности с устроенным лунным шоу превзошёл все ожидания. Последователи Апокалипсиса все как один с зонтиками и белыми флагами начали сдаваться подразделениям ОФОТ. Некоторые, выходя на связь, сообщали, что смогли переманить на свою сторону группировки рейнджеров и изъявляли желание сдается мне лично. Я не отказывал просьбе и, прибывая на борту СВВП в заданные точки, наблюдал толпы склонившихся в трепетном поклоне. Шутки про закатившуюся запонку и «Мелочь что ли потеряли?» они игнорировали.

Со стороны это наверняка выглядело очень странно – копытные всех подвидов (даже аликорны) будучи хорошо вооружены и экипированы (даже силовой бронёй) приклоняются перед крупным серым аликорном в балахоне из мешковины, танкистским шлемом на голове и кустарным «Автоматом Калашникова» наперевес. Они меня боялись и парадокс – я их тоже.

Конечно, я помнил как, выйдя из центра управления, непроизвольно наколдовал защитное заклинание, которое кумулятивная струя пробить не смогла, и был готов снова его создать, но всё равно у меня только коленки не дрожали от вида вооруженной толпы. С другой стороны я каким-то шестым чувством чувствовал, что они мне не угроза. Никто из уткнувшихся мордой в землю копытных и не помышлял на меня напасть. Дело не только в страхе, но у копытных действительно гораздо больше причин меня бояться, чем мне боятся их.

Пускай я взял с собой автомат, но теперь он был скорее счастливым талисманом, да и на СВВП я перемещался не потому, что по статусу положено, а просто потому, что имея огромные кожистые крылья, летать не умел; способность к полёту не передалась с моторными функциями. НКР не грозила участь быть атакованным летающей артиллерийской ядерной батареей, но и стоя на четырёх ногах я мог очень многое. Будучи способным без особых усилий создавать мегазаклинания я мог бы за секунды превратить склонившихся передо мной рейнджеров и последователей в пепел (или в лёд, или в потроха как Мелкопипку) если бы захотел… если бы. Не то чтобы раньше я был кровожаден или наоборот миролюбив, но теперь обретя новые способности, не считал поговорку «сила есть – ума не надо» такой уж детской. Именно используя эту силу без ума, я устроил большой бабах в Мейнхеттене.

Принимая в плен рейнджеров, последователей и просто жителей этого города, мне мозолил глаза карандашик «Башни Тенпони». В этом здании было много тайн, а также довоенных технологий что, будучи в копытах «Общества Сумерек» могли составить проблемы. Да чего греха таить, у меня с этим зданием просто были плохие воспоминания и дело не только в пережитом допросе – я всё ещё помнил пропаганду Хомейдж, а также случай когда в меня стреляли «Селестией Один». Решение далось легко, так что я, поинтересовавшись у местных насчёт находящихся в здании, далее попросил выйти на связь со всеми кто находится в башне и предупредить, что через полчаса она будет уничтожена. В приклонившейся передо мной толпе тут же нашлись как обычные жители башни, так и немногие выжившие (аж десять пони — символично) из Общества Сумерек. Только слёзы не пуская, они говорили, что башня их дом, что в ней находятся невиданные технологии, что помогут в восстановлении их мира, что они жалеют, что позволили Лайфблуму меня допрашивать и ещё сотни аргументов, но я был непреклонен. Наблюдая как из-за укреплений здания выбегают немногочисленные паникующие копытные я, следя за тенями от управляемого мной Солнца считал минуты, когда срок подойдёт к концу. Справедливости ради я даже дал больше времени, чтобы копытные покинули здание, так что когда его сносил, был чётко уверен – никто не пострадает. С криком «Внимание!» готовлюсь стрелять энергетическим сгустком в основание башни, но тут случилось неожиданное – меня остановила появившаяся, будто ниоткуда Лира. Сказав, что уничтожение столь знакового объекта слишком важное событие чтобы провести его без красивой музыки она, достав из своих бездонных сумок кассе… то есть голодиск, побежала к агитационному БРТу рейнджеров. Спустя по минуты из матюгальников красной бронемашины зазвучал обратный отсчет, а после самая неожиданная, но при этом подходящая под ситуацию, мелодия из возможных – знаменитая увертюра 1812 (https://youtu.be/1XrSszpbt3w?t=10).

Естественно слушая такое музыкальное сопровождение я, дожидаясь подходящего момента, не сразу выпустил заклинание, но когда, наконец, он (момент) подошёл я решил что опять всё испортил. Дело в том, что опасаясь слишком большого взрыва я выпустил отнюдь не мощное (по моим меркам) заклинание. Луч выпущенной энергии был достаточен, чтобы пробить здание насквозь, но всё же не столь мощным, чтобы при соприкосновении с его стенами бабахнуть, снеся огромное здание. Однако тут тайны «Башни Тенпони» сыграли с ней злую шутку. Не знаю что «Общество Сумерек» в ней хранило, но после попадания луча этажи башни стали один за другим взрываться, будто там были тонны тротила. Под музыку в тёмный день это выглядело поистине эпично. Даже жители этой башни прониклись моментом, наблюдая как островок цивилизации на пустоши, как одно из достижений министерства Твайлайт Спаркл, как обитель элемента честности складывается как карточный домик. Зрелище было прекрасно вот только устраивая бабах стоило отойти подальше так как падающий строительный мусор представлял реальную опасность. Хорошо еще, что у меня на голове был шлем, что спас от обломка кирпича, а вот копытным без силовой брони грозила смертельная опасность. Благо я сориентировался и, поставив силовое поле, словил много строительного мусора. Копытные, видя такое, не знали, что и думать – стоит ли меня бояться, ненавидеть или благодарить.

Получение таких сил Селестия считала целью достойной любых жертв и была не так уж не права. Она бы гораздо быстрее меня сориентировалась с открывшимися возможностями, точно была бы способна летать и с её слов — действовала бы не только словом и демонстрацией силы. Боюсь представить скольких бы она убила, и было бы это оправдано, но я хотел обойтись без жертв, хотя порой одно желание прямо противоречило другому.

Наёмники тоже изъявили желание сдаться мне лично, и опять же я не стал отказывать, так что, сверившись с шестым чувством, очередным тёмным днём СВВП с моей персоной вылетел в направлении базы наёмников компании «Когти» — «Разбитое Копыто». Ещё смотря с высоты на это мерзкое место я едва сдерживался, чтобы одним махом не обрушить эту скалу, а после для верности проверить на руинах насколько мощное мегазаклинание я способен создать. В итоге сдержался, но вид грифонов и пони в синей форме пусть и склонившихся передо мной в трепетном поклоне вызывал жгучую ненависть. Я помнил свои похождения в Филлидельфии, особенно «Министерство Морали». Мысли читать не умел, но и без этого было понятно что даже сейчас Когти думают о крышках, которые получат работая на новую власть. Это было мерзко. Я с трудом сдерживался, но в итоге через силу поприветствовал наёмников, поблагодарил их за принятие правильного решения и пообещал прекрасное будущее. Грифоны и пони слушали меня, боясь поднять взгляд, и дело не в том, что мой демонический облик был уж очень страшным, просто сдерживаясь, я всё же позволил себе выпустить часть эмоций через копытца. Небольшую часть, но наёмники не на шутку пугались, когда я ходил между их рядами с аурой холода вокруг копыт, оставляя за собой инистый след. Так вот я остужал свою неприязнь.

Однако в НКР нашлись и те, кто не пожелал сдаваться. Мне доложили, что группа Рейнджеров, которая прорвавшись в Филлидельфию, до сих пор держала оборону, отказалась выполнять приказы старейшины и расстреляла парламентёров из ОФОТ. Естественно я не мог такое игнорировать, так что следующим тёмным днём СВВП направился в покрытый смогом город. В тот раз шестое чувство не сулило мирный исход, как раз наоборот – что-то подсказывало что рейнджеры, вспоминая идеалы героя пустоши Стилхувза, также известного как «Убийца аликорнов», при виде меня не будут склонны к миру. Это неслабо так пугало. Просто будь я как раньше – в шкуре земного пони, я бы вместе с бойцами ОФОТ разработал план, сел в танк, а далее под защитой брони с боем зачистил бы захваченный квартал. Теперь же в танк я не влезу, а мой статус не позволяет бросать в бой союзников, используя их как огневую поддержку или отвлекающий фактор. С рейнджерами мне придётся разобраться самому… разобраться – нехорошее слово.

Пытаясь оттянуть неизбежную разборку я, прибыв на место, долго изучал план местности разведданные по силам противника и многое другое. Пони из ОФОТ, что вначале увидев меня были под впечатлением, похоже, даже начали догадываться что тот кто светила двигал просто боится. Подтвердить данное утверждение они не смогли так как на место неожиданно прибыла Трикси и сказала, что пролетела от Кантерлота до Филлидельфии без остановок для того чтобы вручить мне…

Пока я тёмными днями переманивал НКР на нашу сторону, Трикси тоже не сидела без дела. Кожа дракона сложна в обработке, так что Трикси понадобилось несколько дней и ночей чтобы, используя аж четыре трофейных бронежилета наёмников перешить их в один, но под мои габариты. К сожалению, чехол для него она сшить не успела. Жёлтый жилет…

Жёлтые жилеты, оу

Палят драндулеты.

Жёлтые жилеты,

Палят драндулеты,

Всё демократично,

Что аж зло берёт, просто зло берёт,

— Хватит!!! — крикнул я говорившему в моих мыслях Дискорду, непроизвольно при этом испустив разряды вокруг копытц.

Раздор замолчал, а находящиеся рядом копытные не на шутку перепугались, не понимая из за чего я чуть молнии не стал метать и на кого кричал. Видя реакцию окружающих я тут же прекратил искриться и, сказав, что всё в порядке с благодарностью принял подарок Беатрикс.

Сняв балахон я надел жилет поверх комбинезона. Сидел он удивительно удобно и казалось, был таким лёгким, жаль только махалки не прикрывал. Жёлтый жилет… Желтый, потому что сшит из кожи убитого Литлпип дракона который как раз был данной расцветки; Мистер Топаз вроде звали. Если бы пещера Спайка не была заражена розовым газом, то может у СНС и ОФОТ была бы защитная экипировка фиолетового оттенка. Такой жилет я бы точно отказался носить без чехла камуфляжной расцветки, а так… Жёлтый жилет – не так уж и плохо, тем более что его почти полностью скрывали мои серые кожистые махалки; только Дискорд не упустил возможности провести аналогию с событиями другого мира.

Тем не менее, балахон я не выбросил и надел его уже поверх злополучной брони любимого Флаттершай цвета. Все-таки идет моему демоническому образу эта псевдосредневековая накидка, да и не хотелось выбрасывать сшитое заботливыми копытцами Трикси; пускай даже сшитое из мешковины.

Ну теперь после того как я у всех на глазах надел бронежилет, обратного пути не было. Сделав тёмный день вновь светлым я, пройдя через усиленный блокпост ОФОТ, вошёл в захваченный рейнджерами квартал. Пейзаж по пути был будто сразу после захвата Филлидельфии. Кругом подбитая техника, на стенах следы пуль и осколков, здания смотрели на меня чёрными оконными проёмами, только трупы были различной степени свежести и в основном копытных из ОФОТ. Рейнджеры тоже попадались, но соотношение потерь было явно не в пользу копытных с шевроном шахматной клетки. У меня же шевронов не было (вообще-то на комбинезоне были шевроны зонтика, но он скрыт балахоном), но это ничего не меняло. Вряд ли рейнджеры, видя крупного кожистокрылого аликорна с автоматом в зоне боевых действий, примут его за гражданского, а если и примут, то всё равно пристрелят. Помимо трупов в форме ОФОТ и красной силовой броне мне попадались и просто в гражданской одежде, да и без неё.

Иду вести переговоры с фанатиками в силовой броне которые убивают как наших бойцов, так и безоружных гражданских – не самое глупое, что я совершал, но от этого не легче. Легче стало, когда я, наконец, вспомнил что умею создавать толстое защитное поле, в котором застревают не только пули, но и кумулятивная струя, а лазеры с плазмой просто растворяются. В очередной раз, подумав про садовую голову, создаю это поле. Стало… легче, но немногим легче. Просто мне повстречались трупы троих пони парламентеров, что лежали изрешечённые пулями перед упавшим древком с белым флагом. Я не знал их имен, но твёрдо решил, что если выживу, распоряжусь отметить этих погибших как героев; но не пустоши.

Осторожно, не убирая прозрачного поля, магией поднимаю древко. Белый флаг на нём уже был не таким белым от чёрно-красной спёкшейся крови, но другого у меня не было. Осторожно помахав им в сторону предполагаемого нахождения рейнджеров, продолжаю путь. Как же было страшно. Если бы меня на электрический стул вели по зелёной миле я бы и то так не боялся, зная, что в конце ждёт удобный стульчик, а перед смертью ничего не увижу, так как глаза полопаются. Здесь же неопределённость играла отнюдь не на моей стороне. Я был как на иголках, ожидая снайперский выстрел, веер летящих гранат или подрыв взрывного устройства где-нибудь по дороге. Пытаясь унять страх даже пытался петь только никаких весёлых песен на ум не приходило, а то, что вспоминалось…

Не равняйся по трусам, попав под обстрел,

Даже бровью не выдай, что ты оробел.

Будь верен удаче и счастлив, что цел,

И вперед! — как велит тебе служба.

Если мимо палишь ты, ружья не погань,

Не рычи на него: косоглазая рвань!

Ведь даже с тобой лучше ласка, чем брань,

И друг пригодится на службе!

А когда неприятель ворвался в редут,

И пушки-принцессы хвостами метут -

Прицела не сбей, не теряйся и тут,

К пальбе попривыкнешь на службе.

Твой ротный убит, нет на старших лица...

Ты помнишь, надеюсь, что ждет беглеца.

Останься в цепи и держись до конца

И жди подкреплений от службы.

Если ж, раненый, брошен ты в поле чужом,

Где старухи живых добивают ножом,

Дотянись до курка и ступай под ружьем

К Солдатскому Богу на службу.

Мысли о солдатском боге прервала вспышка с громким хлопком выстрела из танковой пушки. Доля секунды и в выставленном мною силовом поле застревает бронебойный снаряд. Его поддон, застряв в поле, успел разрушиться, выпустив сердечник, но тот тоже застрял с толстой стене аномальной магии. Я в результате совершенно не пострадал, отделавшись «лёгким испугом» вот только…

Вспомнив про вспышку, я устремил взор на полуразрушенное здание, за стенами которого находился стрелявший в меня танк. По исходящему из бреши в стене белому дыму я быстро определил местоположение противника, но тут меня пронзила ещё одна догадка. Из разведданных ОФОТ я знал, что рейнджеры захватили три танка «GIGAHORSE» особенностью которых была башня с двумя пушками. Одна в меня уже выстрелила…

Тут прозвучал второй выстрел, только в поле магии застрял уже другой снаряд – осколочный. Понимая, что он может с детонировать в любую секунду отпускаю белый флаг, переключаю кинез на застрявший снаряд и с предельной магосилой толкаю его в сторону противника. Снаряд, попав плашмя в стену, детонирует, осыпая меня дождём из осколков и битого кирпича, но защитное поле и шлем на голове успешно отразили угрозу.

Поняв, что переговоры зашли в тупик под прикрытием облака пыли ищу укрытие, после чего бегу к подбитому БТРу ОФОТ. В место, где я только что стоял тут же сыпется дождь из пуль, ракет и лазеров с плазмой, но всё это застревает или растворяется, попадая в зонт аномальной магии. Вражеский танк же взревев своими четырьмя движками начинает движение и окончательно доломав стену, выбирается из занятой позиции. Его экипаж меня не видел, но знал, что я где-то рядом, а раз их позиция теперь раскрыта то нет смысла её занимать, тем более что враг был один. Очень скоро рейнджеры догадаются где я прячусь, а после расстреляют позицию. Может и в этом случае меня бы защитила защитная магия, но я решил на агрессию тоже ответить агрессией.

В конце концов, я теперь аликорн, что может мегазаклинания создавать. Я светила двигаю. Бабах в густонаселённом городе я устраивать не собирался, а вот использование кинеза было неплохой идеей. Литтлпип со своим кинезом пробежала весь свой путь от стойла до центра управления погодой. Она могла само левитировать, она кости врагов ломала, оборачивая их в поле своей магии. Моя же магия аномальна и при этом казалось безгранична, а значит, был смысл рискнуть.

Из-за облака пыли я не видел вражеский танк, но слышал лязг гусениц шум движков. Ориентируясь на этот шум, я магией разогнал пыль и, увидев направленные на меня два ствола обернул их полем кинеза после чего вместе с танком увёл их в сторону. Танк развернулся так быстро, будто это не многотонная железка, а пластиковая игрушка. Выстрелы прозвучали слишком поздно, и ушли в сгоревшее здание, окатив меня дождём из битого кирпича. Но на этом я не остановился. Будучи сам под впечатлением от того как легко развернул многотонную машину, я решил проверить ещё одно утверждение и разделив поле кинеза на две части оторвал у танка башню. Из висящей в воздухе железки тут же «высыпались» копытные и, следуя примеру их коллег выбравшихся из корпуса, галопом побежали в отличную от моей сторону.

С позволения сказать бой на этом не закончился. В силовом поле продолжали застревать пули, гранаты, ракеты и лазеры с плазмой, а из-за дыма вновь послышался шум двигателей и лязг гусениц, но теперь меня уже это не пугало. Поняв насколько силовое поле и кинез эффективны я, будучи под надёжным прикрытием перевернул один из танков, а второму попытался связать бантиком две его пушки. Последнее не получилось, стволы просто переломились, так что потом тоже перевернул гусеничную машину. В перевёрнутом виде танки были, как перевёрнутые черепахи, однако их экипажи не считали такое положение забавным и в панике покидали свои машины.

Теперь, когда с гусеничными танками покончено моим противником стали уже ходячие танки. Именно такое сравнение подходило пони в силовой броне, вот только эта цель была более многочисленна и чтобы её обезвредить «танк» было недостаточно перевернуть. Вырвав из боевых сёдел десяток пушек и сломав ещё больше закованных в броню пони-ног я, прячась как за укрытиями, так и за силовым полем кричал «Прекратите огонь! Я парламентёр!», но рейнджеры не реагировали на мои слова. Удивительно, но в тот момент я, будучи под обстрелом выводя из строя одно «железное ведро» за другим откровенно скучал. Я сам себе не верил, что совсем недавно у меня только коленки от страха не дрожали. Что я считал рейнджеров серьёзной угрозой, а теперь расправлялся с ними… нехорошее слово… не расправлялся, а обезвреживал. Удивительно но, устроив такой шухер я ещё никого не убил; только калечил. Вельвет бы такое не одобрила. То есть она бы была рада, что я ценю чужие жизни, даже если это враги убивавшие безоружных, но не тому что я обрекал их на жизнь в инвалидном кресле. Вельвет было бы легко так рассуждать, она владела парализующим заклинанием, а напитавшись магией аликорнов, могла парализовать сотни врагов одной вспышкой. Я же таким заклинанием не владел. Только кинезом, силовым полем, да различными энергетическими выбросами; будь то холод, пламя, магия сама по себе (мегазаклинание), молнии.

Тут догадка как молнией ударила неожиданно умная (в моём случае такое действительно неожиданно) догадка (https://youtu.be/JtoNHV7rMfY?t=516). Желая тут же проверить утверждение накапливаю энергию и смотря как у меня начинают искрится копытца высвобождаю её мощным электромагнитным импульсом.

Фонарные столбы, как и перевёрнутые танки, тут же заискрились, стрельба стихла, а я осторожно выйдя из укрытия, направился к обездвиженному противнику. Силовая броня рейнджеров хоть теперь и была защищена от электромагнитных гранат, но от устроенной мной вспышки спасёт не каждая «Клетка Фарадея». Мощность выброса превысила заложенные защитные характеристики. Рейнджеры оказались заперты в собственной броне.

Нечто подобное произошло, когда Сулик взорвал установленную в «Садах Эквестрии» электромагнитную бомбу. Тогда рейнджеры, выставив оцепление у входа в пещеру Спайка, тоже оказались обездвижены. Всё что они могли так это кричать через голосовые фильтры самые нецензурные оскорбления и проклятия. Сейчас же проходя мимо лежащих железных дровосеков, слышал лишь крики боли тех, кому переломал ноги. В прошлом обездвиженные рейнджеры понимали, что хоть они и заперты, но всё ещё находятся под бронёй и в безопасности. Теперь же видя как я, прямо вместе с бронёй (словно спички) ломал ноги их «братьям» и оторвал башню у танка, страх брал верх. К счастью для «Железных вёдер» мысли оторвать им шлемы вместе с головами так и остались мыслями, да и ноги им я тоже больше не ломал, ограничившись снятием пушек с боевых сёдел.

Я в одиночку справился с немаленькой хорошо вооружённой группировкой рейнджеров. Это было даже слишком легко. Сложнее было догадаться какие у меня есть способности, а ведь то, что устроил, демонстрировало далеко не все мои особенности. Уверен я могу ещё очень многое просто этого не знаю. Неудивительно, что обретение таких сил Селестия считала целью достойной любых жертв. Страшно представить, что бы она устроила, если бы мы не подружились. Переломом ног она бы точно не ограничилась. Те, кто был бы достаточно глуп, но смел, быстро бы превратились в кучки пепла. Жутко на самом деле. Я даже сам себя пугал, но к несчастью для некоторых, недостаточно сильно.

Экипажи перевёрнутых мной танков, будучи без силовой брони небыли подвержены ЭМИ выбросу. Взяв вырванный мной из боевого седла гранатомёт, копытные немедленно им воспользовались. К счастью и используя боевое седло, пони не отличаются меткостью, а без него используя лежащего рейнджера в броне как упор, рассчитывать они могли только на удачу. Удача не подвела. Пусть прямого попадания не произошло, но граната разорвалась достаточно близко, чтобы отбросить меня взрывной волной окатив градом осколков. От неминуемой гибели меня спас бронежилет (перепонки на крыле спасти не удалось), а от глухоты танкистский шлем. С каким наслаждением я тогда кинезом вылавливал копытных без брони и как был рад слышать крики боли, ломая им ноги. Я чувствовал себя маленьким противным карапузом, что отрывал лапы у насекомых, но когда ноги у четырёхногих закончились, решил что хватит садизма и, свалив копытных в разноцветную кучу переместил свой кинез на корпус танка без башни.

Напевая «Сколько я зарезал, Сколько перерезал, Сколько душ я загубил» силой аномальной магии создал вокруг корпуса танка прозрачное поле. После вместе с танком поднимаю данное «облачко» и устанавливаю его прямо над испуганными травоядными. Литлпип убила своего первого аликорна сбросив на неё железнодорожный вагон. Я, вспоминая тот книжный момент, собирался совершить своё первое убийство в шкуре аликорна, сбросив на последователей «охотника на аликорнов» корпус танка. Собирался, но не сделал. Большие испуганные глаза копытных, под тенью висящей в воздухе гусеничной машины, подействовали на меня просто гипнотически. Пускай они враги, но всё же разумные существа и то, что они оказали мне сопротивление, даже делало им честь; а я собирался превратить их в красно-разноцветную лепёшку. Подумав над этим, я, сменив садизм на гуманизм, отбросил танк к огромному удивлению и эмоциональному облегчению копытных.

Далее я собирался спросить у рейнджеров кто из них главный и, найдя искомого высказать предложение о капитуляции, но прилетевшая Беатрикс изменила планы. Выяснилось, что я перестарался с электромагнитным импульсом. Из-за меня теперь во всём городе вырубилась электроника, от чего Трюкачка не могла выйти со мной на связь, так что пришлось лететь. Благо устроенный мной шухер был виден даже через смог. Выслушав краткий пересказ того что произошло Трюкачка сообщив, что вызовет подкрепление и врачей улетела в направлении позиций ОФОТ, а я проделал обратный путь, встречая множество копытных с повозками и без (БТРы и бронеавтомобили тоже вышли из строя) направляющихся в захваченный квартал. Далее коротая время, склеивая свои перепонки «Чудо-Клеем», дождался, когда на СВВП наладят системы и вместе с Беатрикс проделал обратный путь до Нового Кантерлота.

С момента посадки СВВП на площадь перед дворцом я больше не покидал расположенный на горе город. Хотя какой там город, с того момента мой ареал обитания ограничивался стенами дворца и то большую часть дней и ночей я проводил в комнате-сейфе. Я даже в туалет не ходил, так как особенности аликорна избавили меня от этой необходимости, еду нам приносили по первой просьбе, а светилами я мог управлять даже не наблюдая их визуально, но не в этом суть.

Дело в том, что я ошибся насчёт обломка «Дерева Гармонии». Справедливости ради это меня (да и не только меня) Вельвет в заблуждение ввела, но у неё на то были причины – она хотела спасать жизни, что было бы проще сделать в наших рядах. Отсюда и обещания что она завершит войну бескровно (не так как это сделал я) и вскоре у нас будет машина, что сможет менять события прошлого и будущего. Вельвет Ремеди — элемент доброты, а не честности. Хотя последнее ей тоже не чуждо, но в этот раз она приврала насчёт готовности машины Доктора.

В действительности эта пережившая мегазаклинание телефонная будка хотя и была практически восстановлена, но в ней ещё оставались недоделки делающие машину неработоспособной. И не нужно поддаваться на внешний обшарпанный вид, в действительности эта будка – сложное высокотехнологичное устройство. Изучая найденные в комнате записи, мы выяснили, что над восстановлением этой машины работали лучшие умы этого мира – Вельвет Ремеди, Дедшот Каламити, Лайфблум, Хомейдж. Даже Спайк привлекался как советчик по техническим вопросам, пусть он и не знал всей картины. Все-таки он был знаком с устройством Садов, а значит и с тем как обломки дерева взаимодействуют с электроникой. Из «героев пустоши» лишь Литлпип, Ксенит да Дерпи оставались в неведении касательно проекта «Тёмные Дни», но лишь потому, что они точно ничем не могли помочь, а Вельвет и особенно Лайфблум очень ценили секретность; многие бы захотели заполучить такую машину, особенно Общество Сумерек и Рейнджеры.

Ставка на секретность полностью оправдалась. О машине никто из посторонних не знал пока Вельвет в открытую не рассказала о проекте и что союз героев и «призраков» спасёт этот мир. К сожалению Ксенит не расценила данное предательство как необходимую жертву, что стоило Вельвет Ремеди жизни, но «призраки» поклялись, что жертва элемента доброты не будет напрасной. Мы доведём проект до конца.

Именно это «доведение» я и наблюдал, долгие дни в обнимку с Беатрикс лёжа на койках что принёс в комнату-сейф. Наблюдал как наиболее технически грамотные из нас — Сулик и Отем, копошатся в машине пытаясь понять её устройство и почему на ней не работают даже те системы, что напрямую не подключены к обломку дерева. Естественно такие технические дискуссии не обходились без трёхэтажной ненормативной лексики в которых Сулик постоянно намекал Отему, что у него даже мозг сделан по технологиям пегасов – из облаков, на что пернатый отвечал, что не удивлён почему Эквестрия технически всегда превосходила страну зебр, хотя призраки были у обоих сторон. До драк не доходило лишь потому, что притащившая в комнату пианино Лира вовремя угадывала момент и подходящую мелодию, что задевала струны души, да я с Трикси, используя кинез, нежно разнимали конфликтующие стороны. На этом наше участие заканчивалось. Все-таки мы не отличались технической грамотностью.

По сути, эти дни и ночи я проводил как персонаж Илья Муромец, только если он вначале долгие годы отлеживался, а потом всех сокрушил, то со мной было в точности наоборот. Сокрушив всех кого только можно, лежал на импровизированной кровати, сделанной из примкнутых друг к другу больничных коек. Честно говоря, я заслуживал отдых, вот только устроившаяся рядом Беатрикс отнюдь не делала эти дни спокойными. Я её не прогонял, так как давно перестал испытывать к ней неприязнь, да и она, поняв, что теребонькатся я не желаю, ограничилась самой невинной из возможных физической близостью. Нет, её тёрки синей мордой об мою физиономию и постоянные просьбы обнять крылом звучали достаточно односмысленно, но я не возражал. В конце концов обнимашки и тёрки в этом мире не всегда являются жестом обозначающим желание спарится, чаще это просто визуальное проявление дружественного отношения. То, что меня действительно раздражало так это её мерзкий голос, но к нему я тоже привык, да и не мог я прогонять и грубо отвечать той кто меня по-настоящему любит; а хотелось.

Дело в том, что из всех «призраков» Трикси единственная кто не считает план покойной Вельвет необходимым к исполнению. Она вообще так до конца и не избавилась от неприязни к чёрной единорожке, считала её доброту такой же искажённой как у Литлпип и что раз мы уже победили то и нет смысла менять историю. Она говорила, что согласилась принять участие в проекте «Тёмные Дни» лишь из-за меня, точнее потому что я был за то чтобы починить и запустить машину, а Трикси любящая меня всей своей искажённой душой, поддержит любое моё решение. Поддержит, но выскажет, что считает его ошибочным.

Моё появление в этом мире Беатрикс назвала «закатом эпохи героев». Не уверен, что понял её правильно, но учитывая с какой легкостью, я заставил НКР сдаться… с какой лёгкостью справился с рейнджерами…

С момента пробуждения в психушке до встречи с Селестией я был в шкуре земного пони. Никаких трансформаций в полуаликорна как у Литлпип, или кибер усилений как у той единорожки, которую я с балкона сбросил. С многочисленным хорошо вооружённым противником я справлялся, используя самые разные орудия труда, в том числе танки. Дрался в рукопашной выходя из боя так густо измазанным кровью, будто в ней искупался. Теперь же я без особых усилий ломал кости и силовую броню, башни у танков срывал. Подойдя к статуе Селестии, что была в натуральную величину я, сравнивая габариты, понял, что был, чуть ли не на полголовы выше солнечной принцессы, а ведь она возвышалась над своими подданными белой башней. Местные теперь для меня выглядели как карлики. Даже не так – как игрушки. Рейнджеров я точно ломал как противный карапуз оловянных солдатиков, это было жутко даже без учёта способности создавать мегазаклинания.

Дискорд говорил, что мои новые способности ограничены лишь моим воображением, Трикси же говорила, что какими бы они ни были, с ними я обеспечу их миру благополучное будущее и, поняв, что попытка скоротать дни за занятиями любовью провалилась, пыталась научить меня известным ей заклинаниям. Начала она с безобидного «Колпака Тишины» который я быстро освоил, пусть даже этот колпак не пропускал не только звук, но вообще всё кроме света. Следующим уроком было заклятие невидимости с которым вышло сложнее. Дело в том, что я, становясь полностью невидимым, столкнулся с побочным эффектом абсолютной прозрачности — слепотой. Трикси говорила, что такого быть недолжно, но и её невидимость и не была абсолютной. Я же отшутился, что у меня в роду не было стекольщиков, прекратил уроки, сказав, что не хочу магича в закрытом помещении случайно сделать что-то не то и поломать машину, да и наши уроки отвлекали зебру и пегаса от работы. В итоге, правда, я решил проблему со слепотой. Выяснилось, что кроме обычного у меня есть рентгеновское, тепловое, а также магическое зрение позволяющее видеть окружающую ауру, в том числе и живых существ которое работало даже когда я стопроцентно пропускаю свет. Но уроки всё равно прекратил.

Я опасался что, изучив способности слишком хорошо я могу согласиться с Беатрикс и решить, что мне будет лучше вместе с ней и прочими «призраками» остаться в настоящем времени в этом мире. Стыдно признавать, но я на полном серьёзе рассматривал этот вариант. Вот оно знаменитое «испытание властью».

Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. В моём случае ближе был абсолютный вариант. Я начал размышлять какой бы стала моя жизнь в этом мире с имеющимися и в будущем освоенными способностями на правах вечного, как Бог Император, правителя, и тут случилось неожиданное. Я увидел флешбек такого будущего. Восстановленные города Эквестрии, небо затянутое смогом от дымящихся заводов, множество пони трудящихся на этих заводах и солдат-надсмотрщиков что следили, чтобы эта работа хорошо выполнялась и главное – множество статуй моего аликорньего образа. Особенно выделялась золотая статуя перед дворцом в Кантерлоте что элегантно вращалась навстречу управляемому мной Солнцу; пускай даже светило и было скрыто за смогом.

Способность видеть будущее… ну если этот мир создала Чернильница, и она же подстроила ход его истории, то логично, что без такой способности у неё бы ничего не получилось. Если же мои способности аналогичны этой рыжей-бесстыжей Лорен то ничего удивительного что я увидел один из вариантов будущего. Себя только в нём я не видел, но это легко исправить.

Немного напрягаю разум и вижу свой аликорний образ в малиновом пиджаке и золотой якорной цепью на шее, который лежал на огромной роскошной кровати в обнимку с десятками пони-самок всех подвидов; Беатрикс среди них была не единственным аликорном. Лениво выгнув спину этот образ, исчезнув в неяркой телепортационной вспышке, появился на балконе дворца и, засветив своим отростком на башке, ментально проник в разум каждого разумного обитателя этого мира. Пони, зебры, грифоны и что странно, редкие драконы, поняв, что их правитель желает что-то сказать, отвлеклись от работы, со страхом внимая мою речь.

— Внимание ничтожества! Я вижу, слышу и даже меняю ваши ничтожные мысли. Обычно меня не волнуют ваши страдания и ночные фантазии, однако часто некоторые из вас задаются вопросом: какого это обладать столь абсолютной властью? Так я вам отвечу, — тут внезапно у всех в мыслях начинает играть весёлая мелодия, а я зубастой улыбкой на морде пою песню:

Шикарная жизнь,

Достиг высоты —

Всего о чём мог только мечтать,

Мой путь прекрасен,

Поклоняется мне каждый,

Мои статуи повсюду стоять.

Жизнь словно ужин,

Бесплатно всё ем

И кошелёк с собой не ношу,

Любой готов платить за меня ведь это их долг,

Или я всех в тюрьму посажу.

Я ваш спаситель,

Кто героев убил,

Их друзей и подруг,

Могу признаться –

Я требую все, а вину раздаю всем вокруг,

Мой путь прекрасен,

Жизнь это тазик вишни,

Я самый счастливый из вас,

Потому что вы все просто пролетарий,

А я есть буржуазный класс!

Тут я, помотав головой, отбросил видение. Нет, не хочу я такого будущего. Трикси может и хотела бы жить в таком будущем, если бы из десятков (если не сотен или тысяч) она всё же осталась для меня «особенной», но вот я не хотел такого счастья. Жить, радуясь чувству превосходства над другими да коротая дни и ночи удовлетворяя «основной инстинкт» — пердоля местных самок. Может это и не было так плохо, если бы речь не шла о копытных (пусть даже внешне по-своему милых) и счастья за счёт других. Селестия говорила, что она бы не стала бы злоупотреблять своими возможностями и добилась бы от обычных копытных покорности путём упорного труда и заработка доверия. Я же судя по видению… Пользоваться силами призрака-аликорна чтобы держать местных в страхе… Неужели я могу до такого опустится? Получается, что могу и самое мерзкое – в будущем буду счастлив такому раскладу.

Нет! Нет! Нет! Я не такой! У меня не случится головокружение от успехов. Я, даже имея такие силы, не поддамся соблазну и не стану делать с местными так чтобы им стало хуже, а мне веселее. Никаких убийств и прочих перегибов у меня не будет, только переломы и вывихи. Рейнджеры не дадут соврать. В конце концов, выступая на радио, я обещал жителям НКР, что СНС принесёт им избавление от капитализма, а моё слово тоже чего-то стоит. Никакого "Бога Императора", Вашего Святейшества, Вашего Бессрочества, "Владычицы морской" и вообще монархизма. Править этим миром будет «генеральный секретарь»… то есть… это название уже занято. «Генеральный президент». А что, звучит. Может даже подражая другому известному генеральному буду курительную трубку с собой носить, для полноты образа. Только я не курю, но табак можно заменить мыльным раствором. Все-таки местные теперь для меня как игрушки (как та плюшевая фигурка, что ко мне прилетела перед взрывом самолёта), этот мир как детская мечта об ожившей сказке, а в детстве я любил пускать мыльные пузыри.

«Интересно как бы с таким подходом выглядела эта сказка?» — и только я так подумал, как вновь я увидел видение будущего. В этот раз оно было уже не столь мрачным, даже наоборот – ярким, цветным как расцветки у местных жителей. Кругом поля, леса, реки, озёра. Все с радостью на мордах за исключением Отема и полосатого гуля с несклоняемым именем, но внимания на них никто не обращал. Немного подумав, я быстро догадался в причинах такого уныния. Просто теперь они были не у власти. Моя версия из этого будущего распустила СНС с ОФОТ, уничтожила все опасные технологии, очистила мир от порчи и радиации, прочистила мозги тем, кто вспоминал рейдерство, героев, да и просто думал, что у их мира должен быть другой путь. Справедливости ради, эта же моя альтернативная версия тоже отказалась от власти считая, что его способности не дают ему права считать себя лучше других и тем более брать власть. Что он просто один из многих обитателей этого мира пусть и с необычными способностями. Теперь используя эти силы он нёс местным процветание, искупая прошлые деяния. Также, судя по увиденному я должен был освоить полет, но до сих пор носил сшитый Беатрикс балахон. Приземлившись на окраине Понивиля, образ крупного кожистокрылого аликорна собирался обратиться к преклонявшийся перед ним толпе копытных, вот только для пони такой визит явно не был в новинку. Альтернативный я только открыл зубастую пасть как пони, перебив, хором в один голос ответили:

Всё у нас пучком — вертикаль торчком,

ВВП стоит – не качается,

В трубах нефть течёт – не кончается,

Газ повсюду прёт – не сдержать никак,

А в кармане сжат броневой кулак.

Народ цветет, что аж пахнет аж,

На работе раж, а в глазах кураж,

Не сказать в словах всё что создано,

Триллион долгов только роздано.

Все враги кругом изумляются,

И ещё сильней озлобляются.

Видя такое будущее я, честно говоря, был доволен. Мир внешне похож на довоенный или тот, что показывала Селестия, жители счастливы, да и я из будущего не выглядит недовольным. Недовольны только «призраки» да и то не до такой степени чтобы начать сражаться против такой гармонии, а если и будут, то я их легко остановлю. Хотя нет – не будут. Я же смогу контролировать мысли окружающих значит и без проникновений во сны смогу предвидеть, если что-то пойдёт не так. Весь этот мир будет счастлив жить под моим контролем, вот только один момент я упустил. Трикси. Что-то я не видел, что случилось с Трюкачкой. Напрягаю разум и вижу… лучше бы не видел.

Выяснилось, что в этом альтернативном будущем взорванный в начале Литлпип, а потом «призраками» Собор все-таки будет построен. Гордо возвышаясь над «Вечносвободным Лесом» он теперь не содержал чана с биомассой, что превращала пони в аликорнов, в нём не было бункера с довоенными технологиями и средствами жизнеобеспечения. Теперь этот Собор был собственно просто собором – величественным зданием культового значения; судя по витражам, культа моей персоны. Однако в увиденный мной момент в Соборе проходило самое худшее событие из возможных – моя свадьба.

Беатрикс так необычно смотрелась в свадебном платье, но судя по выражению морды, она была по-настоящему счастлива. Я же стоя рядом с ней, постоянно перебирался с ноги на ногу периодически не полностью расправляя кожистые крылья, всем видом показывая, что чувствую себя не в своей тарелке. Однако на меня в тот момент внимания не обращали. Все гости и участники того события были искренне радостны что скоро я буду связан узами брака. Особенно радостна была Лира, которая стоя за трибуной, производила «венчание». С каким огнём в мутных глазах она говорила:

— Сегодня два одиноких корабля сошлись в радостном абордаже. По доброй ли воле жених привёл вас сюда? – спросила Лира у Беатрикс.

— Какой привёл, — ответила синяя аликорн, — это я его сюда притащила. Это было непросто.

— Согласен ли жених взять в жёны эту пони? – спросила Лира уже у меня.

— Ну… эм…

— Это был риторический вопрос, — сказала Лира, а после продолжила:

— Объявляю вас мужем и женой. Совет вам да вечная любовь, а с учетом, что аликорны не стареют это пожелание не пустой звук. А теперь, поцелуйте жену.

После данных слов Трикси повернув ко мне физиономию, с улыбкой закрыла глаза, и надув губки начала тянутся с недвусмысленным намерением. Я же наоборот оттянул назад морду, хотя тоже с улыбкой – с очень неловкой зубастой улыбкой. Однако поздно отступать. Сделав глубокий вдох, я убрал неловкость с физиономии, резким движением схватил Беатрикс и, держа ту за бок, поставил в неустойчивое положение аля танец Танго. Трюкачка поначалу замешкалась, но будучи у меня «на руках» подумала, что это я совершаю какой-то особый жест из другого мира, тем более что наши морды были очень близко друг к другу. Вообще-то она была не так уж и не права, это действительно был жест, только обманный. Держа Беатрикс я осторожно аурой вокруг копытца залез ей под свадебное платье и, взяв оттуда искомый предмет, далее грубо уронил Беатрикс на каменный пол. Пока она не опомнилась, выдёргиваю чеку из взятой дымовой гранаты но, поняв, что дымить она будет слишком медленно, разрываю гранату аурой. Огромное пространство Собора тут же заволокло дымом, гости торжества, кашляя, рванули к выходу, но я их опередил.

Выбив огромные двойные двери, выбегаю на свежий воздух. Время как будто замедляется, но я не останавливаюсь и в панике галопом, периодически спотыкаясь, бегу к зелёнке – в Вечносвободный лес, мысленно напевая.

Кобылы не нужны,

Хватит нервы мне топтать,

Тут слова уж не важны,

Надо срочно когти рвать.

Хороша в конце концов

Нас к сожительству склонять,

Обручальное кольцо

Мне на горло надевать.

Параллельно песне из охваченного дымом Собора стали выбегать копытные, в том числе и разъярённая Беатрикс. С яростью на морде она магией сорвала с себя свадебное платье, обнажив ременно-разгрузочную систему с гранатами, подсумками с боеприпасами и двумя пистолетами. Не теряя времени, она магией вскинула два пистолета, после чего открыла мне в след плотный, но неприцельный огонь. К счастью я уже успел убежать достаточно далеко, так что Трикси… не то чтобы совсем не попала. Словив задней частью пулю, я в очередной раз споткнулся, но не остановился и, поднявшись на ноги, не прекратил мысленно петь.

Семья не нужна,

Узы брака ни к чему,

Я призрак-аликорн,

Сам что хочешь отниму,

Не введусь я на байду,

Не полезу я в капкан,

Если нужно в лес уйду,

Буду партизанить там.

Ещё в тот момент, когда в лес убегал у меня были соображения, что лес, в котором Беатрикс провела десятилетие – не лучшее место чтобы спрятаться. На первое время сойдет, но далее придётся искать другое убежище, вот только где и у кого? Кто в этом мире может приютить крупного беглого призрака-аликорна? Да кто угодно. Со своими способностями я многим буду полезен а, несмотря на габариты, готов и на стесненные жилищные условия.

Я со всеми всей душой,

Просто парень нарасхват,

Дайте угол небольшой,

Буду как большому рад.

Сам себя я превзошёл,

Перегрыз я поводок,

Я от Трикси в лес ушёл,

Вот такой я колобок.

Районы, кварталы, жилые массивы

Я ухожу, ухожу красиво.

Тут я, вновь помотав головой, развеял видение. Ну и будущее. Отвергая знаки внимания Беатрикс, я сделал только хуже, обрекая себя и её на вечные прятки и погони. В начале в Вечносвободном лесу, но в том Лесу не как с Алсу, так что придётся вернуться к цивилизации.

Нет, что можно делать в том лесу? Трикси там заклинание призыва колдовала, а я что буду делать? Прятаться? Так найдёт. Грибы собирать? В лесу сморчки, в парках торчки, а в городах поджелудочники, подполковники, предпенсионники. Городской вариант тоже нежелателен, но всё же придётся вернуться к цивилизации. Мрачное получается будущее.

Также в этом будущем не желая практиковать кумовство, я обрёк пернатого и полосатого, (тех, кому многим обязан) на обычную, но несчастную жизнь. Лиру же… даже думать тошно. В выигрыше остались лишь обычные жители, но и их радостная речь сквозила односмысленными намёками.

Так так так. Надо хорошо продумать какое будущее я мог бы создать для этого мира. Не утопичное. Реалистичное. Благополучное; не только для себя, но и для всех местных и особенно тех, кому я многим обязан. И чем Дискорд не шутит – может даже в нём я буду во главе. В конце концов, встретившись с Селестией я видел Землю будущего, а также узнал, что в этом будущем любят аббревиатуры. А этот мир, чем хуже, тем более что уже есть от чего отталкиваться.

НКР побеждена, а значит, название не актуально, так что будет логично из уважения к истории и, следуя собственным обещаниям по борьбе с капитализмом назвать будущую страну «КрестьянскоПролетарский Социалистический Союз» — КПСС. А что, звучит.

СНС уже будет некому сопротивляться, а значит не актуально, ОФОТ тоже будет незачем объединяться в фронт, однако этому миру нужна армия что защитит его от внешних и внутренних угроз. Без сомнений она будет объединением СНС и ОФОТ, которое можно было бы назвать коалицией. «Коалицией Сил Самообороны» — или КСС. Нормальное название. Коротко, ясно, нейтрально и по-своему миролюбиво. Но эмблему оставить от СНС. Уж очень эффектно на Луне смотрится наш зонт.

Но на этом мания к аббревиатурам не ограничится. Будущему миру понадобится множество структур обеспечивающих его жителям благополучную жизнь. В прошлом видении будущего я был неправ уничтожив большинство технологий. Этому миру определённо нужна механизация, в том числе и касательно транспорта. БТРы и бронеавтомобили в этом мире и так успешно производят, но нужен и гражданский транспорт (особенно автозаки), так что первое время по улицам Мейнхэтена, Филлидельфии и прочих крупных городов будут ездить машины, переделанные из военной техники. Может даже эта тенденция сохранится и в будущем будут производиться аналогичные автомобили, только сомневаюсь, что эта тенденция способствует качеству. Значит в КПСС появится сеть автомастерских ПАУК – Починка Автомобилей Убогой Конструкции. Боюсь с топливом для этих паучьих автомобилей будет проблема, но что-нибудь придумаем, тем более что близ Эпплузы есть разрабатываемые нефтяные месторождения.

Но строя мир я не забуду и о топливе для живых существ. В КПСС не будет голода. Мираторг здесь неуместен. Картошка — наше всё. (Как в одной маленькой, но гордой стране, пусть даже эта картошка была египетского происхождения.) Я приложу все свои силы призрака-аликорна чтобы сделать местные земли вновь плодородными, а также создам структуру что будет следить за качеством продукции. Пищевой Промышленный Центр – сокращённо ПИПЕЦ. Именно эта структура будет следить, чтобы продовольственной безопасности не наступил пи…

Также не будет забыта известная русская беда — дороги. Увы, но звучных аббревиатур я не придумал, а АВТОДОР — слишком банально. В итоге решил назвать организацию, что займётся дорогами в новом мире просто и незатейливо – Ротенберг. Не то чтобы у меня было уважение к этому олигарху, но чтобы окончательно не забыться нужно побольше напоминаний об ином мире. Что-то я зафантазировался. Надо бы перестать мечтать и взглянуть на будущее этого мира.

Вновь напрягаю разум и вижу это будущее. Всё красиво, жители счастливы, «призраки» довольны своим местом в руководстве новым миром, а я, стоя на балконе, проникаю в разумы местных, читая им их права:

— Налоги все обязаны платить, а я налоги новые вводить. Налоги буду вводить поглубже, чтоб вы платили больше, чаще, лучше. Беднее вы – богаче государство… Блин, чё то чушь как-то похоже. Да нет – не чушь, ведь вы — не государство. Вернее вы с ним не одно и тоже. – Далее озвучил право избирать власть: — Есть избирательное право, но избирательно оно. Ведь всех желающих орава, а место у руля одно. Закон не нужно толковать, там чётко всё расписано. У вас есть право избирать, а у меня быть избранным.

В теории я должен был бы зачитать права на собственность, на обязанность служить в армии, на равенство перед законом, на свободу собраний и прочее, но учитывая какие у меня способности это уже не актуально. Ну, какая может быть свобода собраний, когда я могу каждому залезть в мысли и не только прямо туда зачитать всё что пожелаю, но и изменить их (мысли) по своему усмотрению? Какой смысл в призывной армии, когда у нас уже есть группировка даже не контрактников, а просто добровольцев? Какое может быть равенство перед законом, когда во главе страны стоит тип вроде меня?

Да, звучит цинично, но после такого никто не скажет, что я не честен со своими избирателями. В конце концов, власть для меня будет средством, а не целью. Когда я пойму что мир больше не нуждается в моём управлении, добровольно уступлю своё право кому-нибудь другому и займусь... Дискорд говорил, что мне бы монтажёром в кино работать. А это идея. Займусь искусством. Начну фильмы снимать, будь то «Бриллиантовая нога», «Гриффонская пленница» и рано или поздно получу звание Заслуженный Работник Культуры — сокращённо ЗАСРУК. Но это в отдалённой перспективе. Первое время я, будучи гарантом и скреп носителем управлял страной в особом режиме. Как сказала моя версия из альтернативного будущего: «Я ручное управление, практикую каждый год, чтоб проверить, как там дышит, иль не дышит мой народ».

На Земле такое бы назвали тупым подражательством. Не стану спорить. Я действительно подражатель, но что ещё остаётся? Предыдущие варианты я видел и как-то… понятно как. В конце концов, судя по происходящему на Земле — лоботомия открывает путь в большую политику, а с лоботомией у меня всё в порядке. Я заслуживаю быть у власти.

В этом мире я чего только не делал, даже в клининговой компании работал, и унитазы чистил, вот и будет у меня — из грязи в князи; и снова в грязи. Каждый пони с моей помощью очистит свой мир. Лозунгом начала новой эпохи будет: «Грузим мусор в тачку, нету время на раскачку!». Всё начинается с малого. В начале пони уберут мусор, а потом — все счастливы и сыты, броня крепка и враг дрожит. Ради такого мира я буду пахать как конь… то есть, как раб на рабынях… то есть… опять не том думаю. Хотя нет – о том.

В этом будущем я не повторю ошибки из другой временной линии. Я не стану игнорировать Беатрикс, да и других копытных. До уровня «производителя» конечно не опущусь, но в конце концов я с Трикси уже тёрся пузом и в итоге ничего совсем плохого не случилось. Чтобы избавить любящую меня пони от слишком активных действий, чтобы в итоге это не привело меня к свадебному алтарю, порой нужно будет поддаться желаниям Беатрикс, а также показать, что она не единственная с кем я занимаюсь тем, о чём жалею. Итогом такого баланса в политике, экономике, да и личных отношениях стало очередное видение.

Крупная толпа копытных со мной во главе и остальными «призраками» гордо вышагивала по улицам отстроенного Манхэттена. Невольно возникла ассоциация с первомайскими демонстрациями, в особенности из-за наличия множества красных плакатов с лозунгами, что несли участники шествия. Мой плакат был со словами «Наш план самый лучший». Плакат Трикси был «Увеличим надои с родины». Сулик на седле нёс плакат «Нефть Труд Газ». Отем: «Воля народа – срок президента». Лира: «Бюджетники! Копыта прочь от бюджета!». Естественно учитывая, в каком мире это происходило, без песни не обошлось. Музыка звучала, казалось отовсюду и каждый, будто заранее знал, когда и какие слова петь. Пели в основном «призраки».

Широка страна моя родная, (пел мой образ)

Вместе мы практически навек.

Человек шагает как хозяин

И мы знаем, кто тот человек. (пели все пони)

Мы надеемся лярд деньжонок срубим,

И бабла поднимем за сырьё,

Как невесту родину мы любим, (пел Отем)

И как девку пользуем её. (пел Сулик)

Соберём ещё чутка налоги,

Чтоб не жизнь, а полный фейерверк, (пела Трикси)

Молодым везде у нас дороги,

А дороги строит Ротенберг.

Широка, бездонна кладовая,

Много есть чего в ней распилить,

Лишь бы ты жила страна родная,

Чтобы нам здесь трубы проложить.

Но сурово брови мы насупим,

Будем гром и молнии метать,

Если выйдет вдруг что в нашем супе,

Осетрины будет не хватать.

Широка страна моя родная,

Расстояние просто ого го,

И один у нас в стране хозяин,

Необъятной родины его.

Честно, мне хотелось посмотреть повтор, а потом ещё раз и ещё и ещё. В музыке и зрелище был такой дух сплочения. Однако помотав головой и вернувшись из видения будущего в настоящее я, вспоминая увиденное, многому смутился. Особенно тому, что я называл этот мир родиной. Я же попал в него через койку в психушке. Технически конечно ещё рождался из пепла, но это не то. Да и слова других «призраков». Ладно, ещё Отем любил родину, а Сулик был рад выкачать из неё ресурсы (все-таки это не его родина), но Трикси у которой жизнь – фейерверк. Уж слишком она довольна и самое мерзкое, я тоже. В общем, расклады понятны, только так и не понял – научился ли я в этом будущем летать?

«Научишься когда тебе бомбу подкинут» — произнёс Дискорд у меня в голове.

«Подглядывать нехорошо» — ответил я. — «Или ты так троллишь?»

«Троллить будут тебя в попытках устранить, хотя это будет уже не троллинг, а тротиллинг какой-то. Давай, загляни в будущее» — усмехаясь сказал козломордый и я заглянул.

Мне предстало множество флешбеков в которых разные пони пытались меня убить разными способами. Кого среди них только не было. Подросшие Дети Собора; те, которые сбежали в лес, когда беглецы из Арбы захватывали их Собор. Киберпротезированная единорожка; которую я с балкона сбросил. Уборщики вместе, с которыми я вычистил не одно здание в Филлидельфии и многие другие. А какими способами пытались меня устранить…

В меня стреляли, меня взрывали, пытались утопить, отравить, в том числе и отравляющим газом, связывали, а после наматывали на гусеницы Т-90 или использовали другую технику; особой популярностью пользовались экскаваторы, что своим ковшом давили некогда всемогущего аликорна, словно серого таракана.

Естественно это было альтернативное будущее, вероятность которого ничтожна мала. Обладая способностью предвидеть будущее, я просто не мог позволить заманить себя в ловушку, к тому же я знал, что в будущем научусь контролировать мысли местных, а значит, в случае чего мог просто стереть воспоминание из-за которого на меня злятся и заменить его чем-то другим. Вообще-то на последнее я бы ни за что пошел, так как считал бы это убийством прежней личности, а с убийствами я решил завязать. Даже в видениях будущего не было ни одного момента в котором я бы использовал эту способность, за исключением «учебных эпизодов» в которых проверял как работают мои способности. Тем не менее, даже с таким самоограничением ничего в будущем мне не грозит… хотя…

Причина, по которой я откажусь от использования определённой способности, очень похожа на ту, из-за которой мы считали план Вельвет Ремеди аморальным. Тем не менее, мы твёрдо решили его если не исполнить, то сделать всё от нас зависящее для его исполнения. План всё ещё актуален, хотя видения будущего заставили усомниться в его необходимости. Зачем менять прошлое если с моими способностями мир ждёт любое будущее, которое я или другие «призраки» захотят.

Да почему только «призраки» — у героев тоже есть шанс. Если Чернильница могла создать жизнь, контролировать эволюцию, а также мысли своих творений то я, имея аналогичные способности, смогу вернуть к жизни всех тех, кого убил. Даже у Литлпип будет шанс найти место в новом мире... что-то опять не о том думаю. Если так пойдёт и дальше, то скоро по воде ходить начну.

Нужно думать о настоящем, которое изменит будущее. В этом будущем даже Трикси имеет вполне реальные шансы добиться от меня взаимности, что сейчас она собственно и делала. Желая, чтобы я обращал на неё внимание она, пока я смотрел в будущее, постоянно просила снова рассказать историю как я спас их мир от пришествия Дэйбрейкер и всё подмечала подробности. Даже такая мелочь как полицейский щит, которым я прикрылся от пламени Селестии, вызывал у Беатрикс множество вопросов.

— Неужели в другом мире ты был полицейским? – спросила лежащая рядом синяя аликорн.

— Разумеется, — не подумав, ответил я, а после неудачно пошутил: — В другом мире меня даже девахи звали «Мент, толстая дубинка».

Я пошутил. Вот где этот дар предвидения, когда так нужен? Почему оно не показало, что бывает за скудный ум и длинный язык? Хотя тут и без дара мог догадаться. Проклятая лоботомия.

Трикси поняла это как долгожданный намёк и в очередной (уже сбился со счета какой раз) попыталась меня… полюбить. То, что при этом присутствовали посторонние, её не смутило. Когда она, наконец, вспомнила что в комнате мы не одни, использовала заклинание невидимости и попросила меня сделать также. Мол, любовь слепа, а значит, нам необязательно друг друга видеть; когда мы в прошлом этим занимались, в помещении была абсолютная темнота.

С того момента я точнее точного решил, что не собираюсь расставаться со своей человечностью. Не нужно мне такое счастье. Пускай мы все попали, что в иной, что в этот мир через постель (или койку в психушке – невелика разница), но это не повод забывать про нравственность. Пердоленье копытных прямо противоречит этому понятию. Возможности же… безусловно я получил невероятные способности, невероятное могущество. Видя будущее, я понимал, что могу всё. Но… это могущество – лишь иллюзия. А цена её поистине чудовищна, причём не только для меня. Оставаясь в этом мире, я обрекал местных на жизнь по моим правилам, а они далеко не всегда справедливы. Безусловно, нужно будет закрутить гайки, но это ни к чему не приведет, потому что я болт положу на эти гайки. Конечно, я ежедневно смогу проникая в мысли местных устраивать прямые линии, вот только народу такие прямые линии сугубо параллельны, что в ином, что в этом мире; загнутся эти прямые линии. Если же я просто уйду в лес, откуда буду следить за светилами и лишь периодически выбираться, чтобы помогать местным, то стану таким же, как Литлпип (с поправкой на нормальную ориентацию). Таким же достойным самого жестокого наказания, но избежавшим его по причине невозможности его исполнения; и не из-за смерти подсудимого.

Может это странно звучит, но я искренне пожалел, что избежал заслуженного наказания. Пускай я покарал подлых "героев пустоши", которые (как раз оставляли за собой пустошь) геройствуя, действовали как "Гвардия Смерти" (даже пегаска создающая радиационные выбросы была), но это ни в коей мере не искупает собственных преступлений.

Та боль что я пережил и перспектива жизни с Беатрикс – это не наказание. Боль я пережил, а те кто в меня пытали, стреляли, или пытались убить иным способом теперь либо мертвы, либо покалечены, либо сдались. Тем не менее, то, что я делал – именно преступления, за которые меня кто-то должен призвать к ответу, но таковых просто не существовало. Получается я должен сам себя наказывать? Заниматься самобичеванием? Да это всё равно, что самоудовлетворение, только в несколько извращённой форме. Я должен понести настоящее наказание. Такое, которого всей душой хотел бы и пытался избежать, но это бы было невозможно. Чтобы зная о неминуемой участи, я рвал и метался. Требовал адвоката своего вида, но противоположного пола. Кричал, что буду жаловаться в ООН.

Единственным таким наказанием для меня была бы банальная смерть, вот только призрак-аликорн не умрёт от старости и, предвидя будущее, всегда избежит покушения, а если решит не избегать, то это будет уже не наказание. Я как песня, которую не задушишь, не убьешь, хотя руки так и тянутся. Святая Фауст, как же я хотел честного суда, пусть даже судьёй будет такой психопат как Дискорд. Уверен, читая приговор он бы на время забыл о своём сумасшествии и что не может убивать. Даже мантия поверх змеиного тела, парик из викторианской эпохи на его козлиной голове, а вместо молотка резиновая курица не испортило бы всей серьёзности момента.

«За кражу и порчу частного и общественного имущества! Содействие врагам гармонии! Пытки! Терроризм, в том числе с использованием мегазаклинаний! Измену родине и нашему миру! За тысячи чудовищных убийств! Вы признаны виновным, призрак в теле Грея Стоуна! Даже при моей натуре духа хаоса я редко сталкивался лицом к лицу с истинным злом. Мне жаль, что высшей мерой наказания, которую я могу вам назначить, является банальная смерть. Смерть! Только быстрая лёгкая смерть! – далее три удара курицей, что заменяла молоток. — Приговор окончателен и обжалованию не подлежит! Суд окончен!»

«Не уточнил, каким способом приговор будет приведён в исполнение» — сказал я в ответ Дискорду, что вновь говорил у меня в мыслях.

«Мне сложно говорить о… смерти. Это понятие противоречит моей природе хаоса» — спокойно ответил козломордый.

«И это говорит тот, кто пытался меня в борще утопить».

«Один раз пошёл против природы и до сих пор жалею. И сколько можно повторять – я не мог тебя утопить. Сон нельзя убить».

Далее Дискорд затих, оставив меня наедине с грустными мыслями. Сон действительно нельзя убить, но если он осознан, то он открывает безграничные возможности. Теперь же для меня и реальность стала как сон с поправкой, что в нём я мог убивать. Со способностями призрака-аликорна я смогу и в реальности творить такое, что было бы возможно только во сне.

Выход из этого положения был только один – изменить прошлое. Тогда моя личность будет стёрта вместе со всеми деяниями и в место призрака в этом мире, в ином будет жить обычный человек (которого что не убивает то убьет попозже), задающийся совсем другими вопросами. Жаль, что при этом будут стёрты и другие «призраки» (Отем, Сулик, Трикси, Лира – они отнюдь не плохие), но это их выбор.

Так, хватит философии. Выбор был сделан. Я Селестии обещание дал. Прошлое и будущее будет изменено, просто нас задержали технические проблемы, но неужели я способный видеть будущее не могу ускорить наступление неизбежного? Это был риторический вопрос.

Отцепив от себя Беатрикс и встав наконец с койки, я подойдя к работающим пегасу и зебре, заглядывая в будущее, давал им советы какой провод куда подключать, какую деталь куда поставить и прочее. Те были этому немало удивлены, но быстро признали полезность подсказок.

В тот же день машина была готова. Даже обломок Дерева был поставлен на место, но мы всё же не спешили запускать машину. Просто Отем опасался, что не испытанная машина может сработать не так как задумано. Сулик заверил его, что в ней просто нечему взрываться, но Отем был непреклонен и перед запуском назначил пони от медицинской науки Дестини новым командующим СНС. Также он убедительно ту попросил наладить дружественные отношения с командующим ОФОТ мистером Кауфом, а после объединить две группировки в «Коалицию Сил Самообороны» — или КСС; последнее было моей идеей. Я же поначалу опасался за светила, но потом вспомнил местную историю, в которой после переноса сознания Селестии в недра компьютера на небе светило два Солнца. Местные это пережили, так что если после моего исчезновения произойдет то же самое, то как-нибудь проживут. Хотя яркость светила я уменьшил; первое время этот мир будет жить в сумерках.

После соблюдения незначительных формальностей началось самое главное – примерка «Элементов Гармонии».

Отем с момента убийства своего брата ходил с элементом верности, и не было причин менять этот КПК на какой-то другой; Отем от начала и до конца был верен присяге «Анклаву Пегасов».

Сулик же я явным отвращением примерил КПК доставшийся от покойной Ксенит – элемент щедрости. Ксенит была щедрой выдавая НКР наркопродукцию Глифмарка, а также зелья, от которых у аликорнов хрен отрастал. Сулик же тоже был щедр, когда отвёл нас к тайнику в пещеру звёздных медведей, а также когда он делился своими техническими навыками. Также Ксенит и Сулик — обе зебры. Вообще-то натянутые аргументы, но в качестве элемента щедрости у нас не было более достойного кандидата.

Лира же надела КПК ранее принадлежавший Дерпи – элемент смеха. Специфичный у Лиры юмор, но уж точно не такой злой как у старых носителей — пегаски убивающей радиоактивными выбросами и розовой наркоманки.

Мне же достался браслет покойной Вельвет Ремеди – элемент доброты. Честно говоря, я не мог бы сам себя назвать добрым, но я ценил и уважал это качество. Пускай вначале знакомство с Вельвет прошло не лучшим образом, но мы смогли подружиться. С другой стороны Вельвет, будучи по-настоящему доброй, могла бы подружиться с кем угодно, что собственно и делала. Она даже с Адскими Гончими дружила, так что ничего удивительного что, предлагая мне свою дружбу она в итоге одержала победу. Чтобы быть элементом доброты маловато дружить с его покойным прежним носителем, однако у нас не было лучшего кандидата. В конце концов, перед смертью чёрная единорожка говорила, что видит — в душе я не злой и заметила, что порой я говорю как настоящий элемент доброты. Надеюсь, она не ошиблась. Мы все надеялись.

Сложнее всего было с Трикси, которой достались аж два элемента – честности и магии. Один элемент носил Лайфблум, второй Хомейдж. Оба были представителями нетрадиционной ориентации, от чего Беатрикс было противно их надевать. (Вообще-то любой из нас бы побрезговал.) Также сложность составляло и сомнение в правильности выбора. Честностью Беатрикс не отличалась, да и её магия не представляла ничего особенного; в НКР встречались аликорны и посильнее. С другой стороны после раскрытия своей личности Трикси была со мной честной, а когда о настоящем имени Тринити узнали все остальные, то и их Трюкачка старалась не обманывать; исключения – фокусы, которые сами по себе сплошной обман.

Насчёт элемента магии мы вообще не задумывались. Согласно легенде, когда остальные пять элементов соединятся, шестой сам выберет себе хозяина и им не обязательно должен быть отдельный носитель. В прошлом Селестия и её сестра Луна поровну делили шесть элементов, а когда принцесса ночи оказалась одержима своей второй личностью Селестия и в одиночку смогла применить против неё все шесть элементов. Потом правда она перестала быть носителем, так как, используя их против своей сестры, предала Верность, да и Доброту тоже, но сути это не меняло. Не обязательно у каждого элемента должен быть отдельный носитель, главное чтобы у тех, что есть, были требуемые моральные качества. С этим будут проблемы, а ведь если бы Вельвет осталась жива... кто знает, может её доброты (да и честность со щедростью была ей не чужда, а с верностью у нас у всех всё в порядке) было бы достаточно чтобы активировать элементы. Кто знает… я точно не знал. Мой дар предвидения не позволял видеть такую альтернативную историю. Но хватит лирики.

— Час икс настал? – спросил я у полковника. — Все готовы? – спросил я у всех.

— Разумеется, — ответил пегас, но после добавил: — хотя лучше уточнить у нашего технического специалиста.

— Обломок Дерева установлен, — сказал Сулик, — теперь в теории мы должны напитать его энергией элементов, после чего машина должна заработать, только… — Сулик замялся.

— Что-то не так? – спросил полковник.

— У меня есть сомнения насчёт обломка, — хриплый голос полосатого гуля звучал наигранно неуверенно, — это не накопитель энергии и даже не столько её преобразователь… это компьютер.

— Чего??? – хором спросили все присутствовавшие.

— Вообще-то именно преобразователь, — ответил я, а после пояснил: — «Сады Эквестрии» ведь были созданы с использованием таких же обломков. Пропуская через себя энергию элементов, Сады преобразовывали его в некое излучение, что очищало этот мир от порчи и радиации. В «Проекте Одного Пегаса» обломок же выступал лишь как техническая деталь на уровне предохранителя. Когда я вынул наш обломок из панели в центре управления, электроника перестала работать, но лишь потому, что цепь оказалась разорвана. И тебе не кажется, что эта покерная фишка маловата, чтобы быть компьютером?

Сулик же выслушав мои аргументы на секунду задумался, подбирая слова а, после сменив тон речи с неуверенного на удивительно спокойный, ответил:

— Боюсь в твоём мире и эпохе ещё не стали развиваться квантовые технологии, в противном случае ты бы не стал указывать на габариты. Пока ты обнимал крылышком свою синюю рогоноску я буквально под микроскопом изучил обломок Дерева.

— И что же ты увидел? – ухмыляясь, спросила включившаяся в разговор Лира. — Древесные волокна?

— Представь себе – именно это, — серьезно ответил Сулик. — Но ничего смешного. Эти волокна микроскопичны и имеют невероятно сложную структуру. Как инженер, работавший с электроникой и мегазаклинаниями с уверенность утверждаю — такая структура слишком тонкая, чтобы взаимодействовать не то что с крупными объёмами магии, а вообще с электричеством мощнее статического.

— Но ведь в Садах они как раз пропускали крупные объёмы маги…

Закончить утверждение не смог, так как Сулик меня перебил:

— Магии элементов, а её природа может быть другой. Обломок предназначен для работы либо со светом, либо с особой энергией неизвестной природы.

— Так! Подождите! — вмешалась Трикси. — В чём вообще проблема? Если этот обломок – компьютер, то чем он опасен?

— Ничем, — ответил Сулик, — но тогда в его использовании в машине нет никакого смысла. Он не подключён ни к каким системам и установлен в машине аналогично пробкам-предохранителям. Если бы энергия, проходя через обломок, во что-то преобразовывалось то в этой детали был бы смысл, а так эта деталь всё равно, что для единорога рог без магии. С тем же успехом мы можем, выбросив фишку, просто без всего активировать элементы и машина всё равно должна начать работать.

— Но обломок ведь важен? – спросил Отем, тоном будто вопрос риторический.

— Этот обломок – шедевр квантовых технологий. Одна эта фишка в тысячи раз мощнее, чем все ЭВМ, когда либо создававшиеся в нашем мире; включая облачные терминалы пегасов и компьютер в котором была заточена душа Селестии. А мы его устанавливаем как предохранитель, в назначении которого нет никакого смысла.

— И что ты предлагаешь? – спросил полковник. — Отменить проект? Сделать майору Грею лоботомию в присутствии тела Вельвет и спросить у той, почему обломок важен?

— Фильтруй базар, — сказал я сердитым шёпотом, непроизвольно создав разряды вокруг копыт.

— Никаких разрядов! – крикнул Сулик. — Обломок чувствителен к электричеству!

— Хорошо, хорошо, — ответил я, прекратив искрится, — просто у меня плохие воспоминания с этой процедурой.

Трикси наблюдая, как я прекратил изображать электрического угря, в очередной раз потёрлась об меня мордой и неожиданно своевременно высказала одну очевидность:

— Может пока мы тут не передрались из-за споров и старых обид, вернёмся к тому из-за чего сегодня собрались.

— Давайте, наконец, наденем эти злополучные элементы, запустим машину и вперёд в прошлое! – сказала Лира с наигранным героизмом в хриплом голосе.

— Подтверждаю, — сказал пегас, — выбрасываем оружие и вообще всё лишнее и грузимся.

Мы заранее договорились, что если план сработает, и мы действительно попадём в довоенную Эквестрию, то чтобы её спасти оружие нам не понадобится. Спорное утверждение, но если бы Вельвет была жива, то она бы точно не позволила нам приносить в мир гармонии орудия убийства. Она утверждала, что желает спасти всех и возмутилась предложению полосатого гуля убить Селестию. Теперь же многое изменилось, но мы помнили и уважали Вельвет, а значит никакого оружия. С какой неохотой я оставил свой СК. Как Трикси расставалась с «Чёрной Книгой»; она её даже поцеловала. Как Лира с трепетом вынимала и складывала свои орудия труда; чего там только не было – томагавк, складной ПП, пистолет с глушителем, подковы, что газ могут испускать, струны для пианино, ещё множество предметов.

Экипировка тоже подверглась аналогичной участи. Отем Сулик и я сняли защитные и разгрузочные жилеты. На мне теперь был лишь комбинезон да балахон из мешковины, Сулик остался в комбезе и маске на своей гнилой морде, а пегас в одном комбезе. Трикси тоже сняла всю экипировку, в том числе и поножи, оставшись в одном балахоне. Лишь Лира так и осталась в своей толстовке с джинсами, которые въелись ей в шкуру.

В этот раз не было пустых разговоров. Просто каждый защелкнул на своей передней ноге золотистый браслет с экраном и драгоценным камнем необычной формы. Мой камень изображал певчую птичку. У Отема была скрещенные отвёртка и молоток. У Лиры… круги какие-то – мыльные пузыри. У Трикси были сразу два браслета. На одном камень изображал медицинский крест, на другом мегафон.

Теперь началась, казалось бы, простая фаза, но она доставила немало сложностей. Будка способная перемещаться во времени оказалась тесновата для пятерых. Как мы только не извращались, но в итоге всё же смогли поместиться в положении «селёдки в бочке». Это было непросто, причём главным образом из-за меня. Пускай я и худощав, но всё равно был крупным аликорном. В углу в сидячее-стоячем положении я занял чуть ли не половину пространства, а Трикси приняв симметричное положение – вторую половину. Лиру мы поместили между нами, чему та была не очень рада. Постоянно напоминая, что кости у кантерлотских гулей хотя и прочнее, но отнюдь не стальные Лира заняла своё место между "двумя влюбленными", однако в итоге решила "В тесноте да не в обиде". Сулик устроился у двери, а Отем получив несколько царапин от моего когтя на крыле и возмущенных высказываний Беатрикс, требовавшей убрать свой зад с её головы, занял место сверху. После полуминутного молчания он прервал затишье:

— Чувствую себя полным идиотом, — негромко сказал пегас, но честно говоря из пятерых, что с горем пополам поместились в этой ржавой телефонной будке, он бы в самом лучшем положении.

— И не ты один, — ответил я лежащему у меня на голове копытному. А ещё говорят, что у пегасов полые кости, что эти копытные не тяжёлые — чушь собачья!

— Кто бы говорил, — ответил ржаво-коричневый пернатый, — лоботомит который и до операции умом не блистал.

— Щассс... укушу, — ответил я на данное полуоскорбление, после чего открыв пасть, потянулся к передней ноге пегаса.

— Что и требовалось доказать, — спокойно и даже устало сказал пернатый. Намёк что я ему могу ногу откусить он проигнорировал.

Естественно я не собирался уподобляется Геше в ресторане "Плакучая Ива" тем более что "рука" у Отема была не бриллиантовой и представляла собой просто кость обтянутую шкурой — мяса минимум; хотя даже сейчас я думал насколько вкусным был бы из пегаса шашлык. Я не элемент честности и не собирался говорить своему "другу" что в последнее время думаю о нём скорее как о гипотетическом сытном ужине. Скорее наоборот — я говорил о прошлом.

— Тем не менее лоботомит не дал себя обмануть мелкой лесбиянке-наркоманке и если бы мне ножом в башке не ковырялись ты бы до сих пор лежал овощем в Хуфвинтонской психиатрической клинике.

— Да, я всё помню, — спокойно ответил пегас, — и безмерно тебе благодарен, просто царапины от твоего когтя начали чесаться а, упершись в потолок, я копытом боюсь пошевелить, чтобы не задеть чей-нибудь глаз.

— Ты правда думаешь об окружающих? — удивлённо спросила зажатая Лира, но не став дожидаться ответа сказала: — Не ожидала. Это прогресс, причём огромный.

— И что дальше? – спросил я, воротя морду от перьев Отема, едва сдерживаясь, чтобы не чихнуть; если это сделаю, то… без жертв не обойдется. — Пока я тут опять не заискрился нужно что-то делать.

— Нужно установить дату в которую мы хотим отправится, — ответил Сулик. — Консоль управления тут только одна и стилизована под телефонный аппарат.

Боковым зрением я действительно видел дисковый телефонный аппарат, в центре диска, которого и был установлен обломок дерева. Честно говоря, я думал, что это декоративный элемент, который создатель этой машины – некий Доктор, добавил, чтобы запутать тех, кто случайно найдёт его будку. Ан нет, оказалось, что именно набором цифр выбирается эпоха в которую требуется отправиться. Проблема в том, что я не знал какая эпоха нам нужна и вообще не был знаком с местным календарём.

— Мисс Луламун, будь любезна, набери номер, — сказал я, будучи чуть ли не впритык к морде собеседницы.

— «Будь любезен»… Так и не простил? – вопрос Трикси был неожидан. Я ведь просто вежливо попросил.

— Давно простил, просто не ориентируюсь в ваших датах, копытцем до диска не дотянусь, а кинез у меня ещё слишком грубый. Боюсь прибор повредить.

— «Мисс Луламун». Так меня только в Балтимейрском театре называли, — недовольно сказала Трикси но, тем не менее, она, засветив своим отростком, начала набирать номер. — Какой год нужен? Эти цифры ведь обозначают года? – уточнила Беатрикс.

— Да — года, — ответил Сулик, — а какой год нам нужен, тебе виднее. Ты ведь жила в Эквестрии ещё до войны. Вспомни время, в котором в котором принцессы ещё не уничтожили дерево. Когда не было министерств, не было демографического взрыва, а о моей стране, как и о зебрах никто не думал.

— Поняла, — ответила Трюкачка, — время, в котором я впервые повстречалась с Твайлайт Спаркл и лишилась своего фургона. Эту дату я никогда не забывала. Паршивое было время.

Последнее Трикси сказала с ненавистью в голосе и на физиономии и с таким же выражением она начала набирать номер, но когда она закончила ничего не произошло.

— Почему не работает? – спросил Отем лёжа у меня на голове.

— Потому что элементы не сработали? – ответил гуль.

— И что нужно сделать, чтобы они сработали? – спросил пегас.

— Не знаю. Надо было спросить у Вельвет, когда была такая возможность.

— Прекрасно! Просто прекрасно! У кого-нибудь есть идеи? – вопрос пегаса был встречен гробовым молчанием. — Хоть самые безумные.

— У элементов нет кнопки вкл/выкл, — заметила, зажатая между мной и Трикси, Лира, — чтобы их активировать каждый носитель элемента должен проявить нечто что ему соответствует.

— То есть если ты у нас элемент смеха, то ты должна засмеяться? – спросил я.

— Мне сейчас не до смеха, — ответила зажатая Лира.

— А мне не до доброты, — ответил я.

— А мне… тоже не, – сказал Сулик.

— Ну, воздух ты щедро озонируешь, — заметила Лира. Хотя она, будучи кантерлотским гулем не могла чувствовать запахи, но с ней было сложно не согласиться. Пускай мы и притерпелись к запаху, но теперь, когда обратили внимание… как же Сулик вонял.

— Если это была попытка пошутить, чтобы активировать элемент, то не смешно, — сказал я, в очередной раз, пожалев, что на мне нет противогаза.

— Ну, раз Суслик у нас "элемент щедрости" то вот я и думала, чем он может её проявить.

— Не смешно! — ответили в один голос Трикси, Отем, Сулик и я.

— Хорошо, буду осторожней с шутками, но что-то делать надо, — неожиданно серьёзно сказала Лира.

— Наш "элемент смеха" с дурным чувством юмора права, — заметил Отем, — проявите как-нибудь свои элементы.

— Вот ты и прояви, — сказал я лежащему у меня на голове пегасу.

— Я элемент верности. Если среди вас будет кто-то кто решит меня переубедить исполнить план Вельвет, то я проявлю свой элемент, но ведь таких нет.

На утверждение пегаса тут же возразила синяя аликорн:

— Вообще то такие есть, — сказала Трикси. — Я уже в этом времени нашла то, что желала и согласилась нацепить на себя эти осквернённые нетрадиционностью элементы лишь потому, что мой особенный призрак тоже оказался верен плану мёртвого героя пустоши. Честно — я бы предпочла оставить всё как есть, но если он считает этот план единственным шансом вернуться в свой мир, то я как любящая его пони, обязана помочь своему особенному призраку. Вместе с ним я готова пойти хоть в Тартар, хоть другой мир, хоть в прошлое изменив которое убью свою да и ваши тоже личности.

— Да ты оптимистка, — заметил я, — и два браслета – ещё не пидараска; даже если ранее их носили представитель прогрессивной ориентации.

— На мне элемент честности, — ответила Трикси, — вот и пытаюсь быть честной.

— Хорошая попытка, — заметил я.

— Хоть какую-то мою попытку ты назвал хорошей. Я польщена.

— Страшно сказать, но я тоже, — я не врал, утверждая, что тоже польщён. — Ради меня ты готова пройти через пространство и время, убить себя и всех остальных. Вот положа руку на сердце — встреться ты мне на Земле, но в человечном образе, женился бы с закрытыми глазами, — тут мне представился человечный образ Беатрикс — тот, что я представил в Филлидельфии сидя в танке, ведя диалог с Литлпип. Проморгавшись убрал видение, но видя морду той кто меня любит об этом пожалел.

— А потом до конца дней бы мучился терпя сварливый характер и мерзкий голос, — заметила Лира.

— Так, хватит! — прервал Отем. — Чтобы активировать элементы мы должны проявить дружбу друг к другу, а не любовь и тем более не указывать, кому в ком, что не нравится.

— Кто бы говорил, — ответил я пегасу, который совсем недавно не упустил возможности напомнить про пережитую мной операцию и её последствиях.

— А я согласен с полковником, — сказал Сулик.

— Разумеется, согласен, — сказала Трикси, — из всех нас ты наименее дружелюбный. Даже солдафон Отем на твоём фоне выглядит образцом дружбомагичности.

— Дружба это магия!!! — крикнула Лира. Мы все медленно опустили на неё взгляд. — Простите. Думала поможет. Просто Твайлайт часто повторяла эту фразу...

— Всё нормально, — ответил Отем, — даже было забавно.

— Теперь когда поток остроумия иссяк, может признаем очевидное, — сказал я периодически фыркая из-за щекочущих ноздри пегасьих перьев, — нам не удастся активировать элементы, а значит и запустить машину. Удивлен, что мы вообще думали, что это сработает. Недостаточно мы дружбомагичны. Может, хватит утрамбовывать друг друга, и покинем эту обосанную будку. Уже затекло всё.

— Не хочу это признавать, но ты прав, — согласилась Трикси, — однако прошу заметить — мы все старались. Даже наш пахучий друг, который до сих пор не признал нас как друзей, — последнее Трикси сказала осуждающим тоном.

— Тоже не хочу признавать, но ты права, — ответил Сулик. — Я действительно не был щедр, но не надо думать, что мне чужда дружба. Просто все мои друзья были убиты командой Литлпип. Я тогда поклялся, что они навеки останутся в моей памяти последними друзьями. Пускай я нарушаю собственную клятву, но после всего пережитого клянусь своими полосками – не знаю как вы, но я без вас себя я не представляю.

После сказанного полосатиком случилось нечто неожиданное — камень на его КПК начал светится темно-фиолетовым цветом. Через секунду засветился и камень на браслете Лиры, светя мне в глаза небесно синим свечением. Чуть ли не через долю секунды засветился и мой браслет. Испуская розовый свет он вызвал у меня смешанную реакцию удивления с отвращением; просто мне неприятен бабский розовый цвет. Вскоре засветился и камень на КПК Отема, ударив мне в глаз ало-красным свечением. Последними засветились браслеты Трикси. Первым жёлтым светом засветился браслет, принадлежавший Хомейдж, за ним последовал браслет другого покойного пони нетрадиционной ориентации добавившего в цветовую палитру ещё красного цвета.

Мы все замерли от неожиданности происходящего. Сам факт того что мы заставили элементы проявить признаки жизни казался невероятным, но они сработали и их работа не ограничилась одним лишь свечением. Из камней на наших браслетах начали исходить некие светящиеся… даже не знаю, как их называть. Провода? Спагеттины? Данные «спагетины» извиваясь подобно цветным червякам («червяк» из моего элемента был розовым, из КПК Отема красным и так далее), потянулись к «элементу магии» что был у Беатрикс, достигнув которого начали питать его носителя энергией. Судя по крику, с белым свечением в больших глазах синего аликорна, это было болезненно. Трикси выглядела так, будто её на электрический стул посадили, а я, смотря на это боялся не только за её жизнь, но и за её глаза что, светясь, выглядели так, будто вот-вот лопнут. Может бы посредственная в плане магии пони (пусть даже аликорн) не выдержала бы такой накачки энергией, но к счастью для Беатрикс наши элементы погасли, перестав питать её магией, однако кричать от боли она не перестала, глаза её не погасли, да и её «элемент магии» всё ещё светился красным светом. Закончилась эта «цветомузыка» когда синяя аликорн, похоже, непроизвольно начала колдовать и, засветив своим отростком, испустила небольшой радужный луч, ударивший прямо в «телефонный диск», точнее в находящийся в нём обломок дерева. Спустя примерно три секунды радужная вспышка затихла, свет в глазах Беатрикс погас, а она сама обмякла, потеряв сознание.

«Телефонная будка» напитавшись энергией, тут же начала работать. Пропеллер на её крыше начал медленное вращение, а душевая лейка под потолком, испускать белый дым. Честно говоря, не так я представлял работу «машины времени». Казалось, что будет некое искажение пространства (как в советском фильме про меняющего профессию) или будут искры как… зря я так подумал. Тут же вокруг начали появляться разряды. Конечно, будучи в будке мы были в «Клетке Фарадея», но всё равно вид разрядов не слабо так пугал. Парадокс, но пугался я не только за себя и «друзей» но и за обломок дерева. Я помнил, что именно электромагнитная бомба сожгла Сады и если молнии «пробьют» клетку, то мы может и уцелеем (распределим между собой энергию), а вот обломок нет. Худшего пока не произошло и, смотря через белый туман мы все (кроме вырубившейся Трикси) наблюдали как разряды образуют вокруг нас некую энергетическую сферу.

Когда она оказалась сформирована, я ожидал некий хлопок или что-то ещё после чего мы очутимся в другое время и в другом месте, но тут время опять будто замедлилось, а сфера начала сжиматься. Всё это происходило в доли секунды, для меня они растянулись на добрые три, но и этих секунд было достаточно, чтобы понять – все, что касалось сферы, распадалось в прах. Вначале распаду подверглись конструкции железной будки, потом лежащий у меня на голове пегас, потом я закрыл глаза смирившись с неизбежным.

## Цифровой коридор - Напрасные жертвы (часть вторая; конец истории)

Очнутся после момента, в котором, казалось, встретил смерть. Уже сбился со счёта сколько раз вот так очухиваюсь в недоумении. Никогда не привыкну. Этот раз не стал исключением.

Очнулся на траве у берега живописного озера посреди зелёных холмов. Я узнал это место, точнее вспомнил момент, что показывала Селестия. Именно вблизи этого озера произошла схватка между проникшими в мир пони разумными машинами.

"Быстро же вспомнил. Я ведь в нематериальном мире, а мой сонный разум обычно туго соображает."

Моё мысленное утверждение было справедливо. Будучи в осознанном сне, я обычно далеко не сразу соображал, где нахожусь. Со временем, конечно, приноровился и при встрече с Селестией сразу понял, что к чему, но тогда был особый случай. Нынешний тоже особый, но ничего совсем необычного не происходит. Я просто очнулся в необычном, но знакомом месте. Удивился и обрадовался виду собственных ладоней. Вновь ощутил, что прямохождение для меня стало малость непривычно, но всё равно был рад включив свой вестибюльный аппарат встать прямо, как положено цивилизованному человеку.

Далее считая, что нахожусь во сне, попытался материализовать свои фантазии, но ничего не происходило. Попытка создать вокруг ладони ауру холода ни к чему не привела, одетая на мне гражданская одежда не изменилась на более подходящий лесной камуфляж, попытка материализовать автомат также провалилась.

Теперь я не понимал, где нахожусь, но всё же это место определённо было не реальным миром. Тут я вновь стал делать нетипичную для себя вещь — начал думать, пытаясь сопоставить факты и следствия.

Машина, что в теории во времени могла перемещаться, нас изжарила, после чего я очутился в месте похожем на довоенную Эквестрию; судя по чистому воздуху, прозрачной воде в озере и вообще живописному пейзажу, в этом мире не было никакого промышленного роста и тем более войны. Однако это место точно не довоенная Эквестрия, в противном случае я бы был в шкуре крупного кожистокрылого серого аликорна, на крайний случай в образе неприметного земного пони средних габаритов, но уж точно не в ставшем мне непривычном человечном облике.

"Так, так, так," — думал я, собирая мысли, — "куда бы не перенесла меня эта будка я здесь должен быть не один. Вместе со мной были четверо разумных копытных. Их..."

Мои мысли прервал замеченный боковым зрением силуэт. Не было никакой телепортационной вспышки или хлопка, просто рядом со мной появилось нечто... очень знакомое.

Рядом со мной на расстоянии нескольких шагов лежал знакомый ржаво-коричневый пегас в сером комбинезоне с шевронами бело-красного зонтика. Через долю секунды он поднял на меня взгляд своих крупных глаз и впал в секундный ступор, изобразив на морде непередаваемую гримасу страха и удивления. Я же поняв причину данных эмоций, сжав кулак, с зубастой улыбкой показал жест "Рот Фронт". Пегас толи не понял толи приняв сжатый кулак с демонстрацией зубок за жест агрессии, резко встал на ноги и, расправив крылья (с небольшой стреловидностью) далее набросился на меня в рукопашную, то есть в копытную.

Габаритно пони гораздо меньше людей (чуть больше метра в высоту; размером с собаку, причём не крупную), но всё же будучи родственными с лошадьми являются довольно сильными, а пегасы, несмотря на немаленький вес, способны к полётам. В моём случае пегас быстро догадался, как использовать свои преимущества и, взлетев, быстро сбил меня с ног, после чего начал отбивать мне физиономию. Копыта у пони на вид как мягкие зефирки, но на деле просто кирпичи, однако в этот раз удары копытами проходили абсолютно безболезненно. Не зная причины такого феномена я всё же был рад такому счастью и даже не прикрывая глаза выбрав момент, схватил копытного за его толстую шею. Далее перекат и уже я будучи сверху бью оппонента по физиономии.

Однако для пегаса мои удары тоже были безболезненны. Прямо по крупным глазам, конечно не бил (всё ещё помнил что формально этот пернатый мой друг), но удары по остальным частям морды имели нулевой эффект. Пегас даже не поморщился и быстро сориентировавшись, укусил меня за руку. Больно не было, но всё равно факт того, что меня "конь" укусил, был неприятен. Копытному тоже явно был неприятен факт, что я него верхом сел; вообще-то я был у него на пузе, но не суть. Как бы то ни было, но копытный, будучи прижатым, не мог отбиваться, только руку мне "зафиксировал", а я, прижимая его (держа одной рукой за горло, другая была зажата в его пасти) не мог отбить его ржаво-коричневую морду. Также по неизвестной причине мы оба были невосприимчивы к боли, да и ссадин у нас не появилось. Мы не могли друг друга даже поцарапать, только зафиксировать, вот только мы вообще недолжны были драться. Отем на меня напал не из-за неприязни (хотя уверен, в глубине души он относился ко мне с презрением) а просто потому что не узнал. Он никогда не видел людей. Для него я выглядел как огромный прямоходящий хищник неизвестного вида. Единственный человечный образ, что видел пегас так это мой рисунок (в стиле примитивизма Остапа Бендера) мелом на доске; Лира то художество описала словами "две руки, две ноги, посередине гвоздик". Нужно объясниться, что я собственно и сделал:

— Полковник... Фу кусь... Прекрати кусаться, — на мои слова пегас расширил свои и без того широко раскрытые глаза. Также прекратил мотать головой пытаясь оторвать мне кисть руки, но пасть не разжал. — Не узнал? Это же я — майор Грей, только в своём настоящем — земном образе.

Вряд ли между моим человечным образом и обликом копытного в шкуру которого меня вселила Трикси, было что-то общее, да и голос у двух образов был разным, однако мой русский акцент пегас ни с чем бы не спутал. Этот раз не стал исключением. В крупных глазах копытного вновь перемешалась гамма эмоций, среди которых помимо страха и удивления была неподдельная радость, однако прежде чем копытный разжал свою пасть, а я, отпустив его шею слез к пернатой тушки... Образно говоря — между нами пробежала чёрная полоса.

Мы оба боковым зрением заметили, что рядом что-то появилось. Никаких вспышек и хлопков, просто рядом материализовался объект, которого только что не было. Повернув физиономии, мы увидели представителя полосатого копытного народа в знакомом комбинезоне с шевронами зонтика. Честно говоря, если бы не одетая на полосатом одежда, то и не узнали в этом копытном знакомого нам гуля с специфичным умом и смешным именем.

Дело в том, что теперь Сулик был не гуль, а просто зебра, только очень, очень, ОЧЕНЬ старый. Честное слово — я не знал какой из обликов выглядел более... "здоровым". Сулик, будучи гулем хоть и выглядел как ходячий труп, но не производил впечатления, будто его повестка у апостола Петра за ширмой потерялась. Его облику подходило описание — крепкий старик. Теперь же... Ирокезная грива у него торчала отдельными чёрно-белыми лоскутами между плешами (уж лучше бы был лысым как гуль). Морда тоже вся была в плешах, будто он чумой болел, а о том, что было скрыто под одеждой лучше не думать. Хвост … казалось, что его вообще не было. Пасть хотя зебра не открывал, но можно было догадаться, что там далеко не все зубы. Лишь глаза остались прежними, как у гуля — такими же "мутными".

Тем не менее, несмотря на болезненный вид, Сулик видя, что знакомого ему пегаса прижимает неизвестное существо, нашел в себе силы и (буквально скрипя костями) накинулся прямо на меня.

Вновь оказываюсь опрокинутым, но теперь помня, что удары абсолютно безопасны, не трачу время на блоки. Просто схватив полосатого за шею перекатываюсь и прижимаю зебру так же как ранее прижимал пегаса.

— Узбагойся! — мой голос дрожал. — Это же я — Грей Стоун! — Тут я решил, что мои слова будут более убедительны, если их кто-то подтвердит. — Полковник, скажите ему.

Отем же ещё не окончательно отошёл от ступора и стоя рядом расправив махалки, похоже не понимал что нужно делать — подтвердить мои слова или напасть спасая полосатого. К счастью в неприятную ситуацию вмешались третьи силы.

Опять же без всяких вспышек и хлопков рядом материализовались две копытные фигуры. Одна была в знакомом образе синего аликорна в балахоне из мешковины. Вторая в образе одетой в толстовку и джинсы мятно-зелёной единорожки. Если первую я сразу узнал то вторую, также как и полосатого гуля, опознал только по одежде да глазам. Также, как и Сулик, Лира сменила свой образ гуля на облик очень старой пони; далеко не все участки её шкуры сохранили мятно-зелёный цвет. Её образ был... лучше оставить без комментариев. Серьезно, будучи гулем она выглядела и то более живой и здоровой.

Я просто сильно удивился её облику, но Лира от моего вида буквально впала в ступор, однако я и этому был рад; хорошо хоть не напала. В итоге положение спасла Трикси. Проникая ко мне во сны она уже видела мой настоящий образ и пускай её тоже удивило, что я был в таком виде, но незадачливая фокусница быстро сориентировалась и, подбежав рысью нежно меня обняла. Естественно после такого я прекратил удерживать полосатого копытного, а тот не теряя времени лёжа на спине, не спуская взгляд, выполз из под нас "червячным ходом".

Трикси... любительница обнимашек. Не скажу, что мне нравились обнимашки копытной, но по крайней мере они помогли пегасу и гулю понять кем является незнакомое им прямоходящее существо. Помня как Трикси ко мне относится и, видя как она среагировала на прямоходящего, копытные быстро сложили два и два, хотя ещё некоторое время были в ступоре. Отем первый прервал тишину:

— Ну и урод же ты, — сказал пегас. Звучало это таким тоном, будто это случайно сказанные мысли вслух.

— На себя посмотри ржавый большеглазик, — ответил я, терпя объятия Трикси. Сама же синяя аликорн была скромной на слова:

— Мне ты нравишься в любом виде.

— По мне так люди милые, — с улыбкой на морде сказала Лира, после чего подойдя, стала с интересом рассматривать мою ладонь. Как же хотелось показать ей фигу.

— Клянусь своими полосками, — сказал решивший присоединится к дискуссии Сулик, — Адские Гончие заражённые порчей выглядят менее угрожающе.

— Когти у меня рудиментальны, — для наглядности почесал Лиру за ухом, та была довольна, — резать металл не могу и под землёй не передвигаюсь.

— Всё равно выглядишь как порождение из лаборатории доктора Глю, — сказал Отем.

— Может хватит обсуждать мой человечный облик, — сказал я желая сменить тему, а вспомнив один факт добавил: — Вообще-то в отличие от людей, это пони с зебрами — выведенные искусственно существа.

Тут последовала пятисекундная пауза в которой мы просто смотрели друг на друга "привыкая" к непривычным обликам. Вообще-то Отем и Трикси так и остались такими какими были, а вот то что гули, избавившись от своей гулификации, выглядели как старожилы дома престарелых, казалось мне странным. Им же, да и всем остальным, казалось странным, что я предстал перед ними в облике из прошлой жизни. Хотя должен признать — они быстро приняли перемены. Наверное, это потому что со мной совсем недавно был похожий метаморфоз — когда я из земного пони в аликорна переродился. Как бы то ни было, но шок от первого впечатления прошел, так что Отем на правах самого нормального из нас, прервал затишье логичным вопросом:

— Кто-нибудь знает, что тут происходит? — мы все осторожно помотали головами, пегас же задал уточняющие вопросы: — Где мы? Почему вы, — указал на бывших гулей и меня, — в таком виде? Почему когда мы дрались, не смогли друг друга даже поцарапать? Мы во сне?

Последний вопрос был неожиданно интересной версией, так что я тут же напряг разум, пытаясь материализовать пистолет, но ничего не произошло. Трикси, судя по прищуренным глазам, тоже пыталась "фантазировать" и тоже безуспешно.

На вопросы Отема у меня не было ответов, у Лиры с зеброй тоже, однако аликорн что "Чёрную Книгу" читала и во сны проникала, высказала свои соображения:

— Никакой боли, воздух вокруг слишком чист и предстали мы в образах с которыми сами себя ассоциируем, но не можем материализовывать свои фантазии — мы точно не в материальном мире, но и не во сне.

— И где же? — спросил Сулик. Трикси собиралась что-то ответить, но её прервал незнакомый женский голос:

— А вы у меня спросите, — прозвучало со стороны озера.

Мы тут же устремили взоры и увидели то чего меньше всего ожидали. На поверхности озера стояла... эмм... кристальная фиолетовая пони подвида аликорн, но не такая как клоны принцессы Луны. Она была обычного роста, да и морда была как у обычных копытных; с поправкой на безумную улыбку.

Вообще вспоминая расклеенные по всему НКР плакаты, я не мог не заметить сходства. Эта стоящая на воде пони была вылитая министерка Твайлайт Спаркл, только в кристально-аликорнизированном виде. Где то я уже видел этот образ, только будучи ещё под впечатлением от недавно случившегося совсем не соображал. Другие "призраки" тоже не находили слов. Незнакомка же видя ступор, будто светясь изнутри фиолетовым светом, прямо по воде зашагала к нам. Мы же замерли подобно статуям, но больше бы подошло сравнение со сжатыми пружинами. Не зная, что происходит, но имеющими богатый горький опыт, мы были готовы в любой момент разбежаться или напасть на фиолетовую угрозу. "Угроза" же выйдя на берег, не убирая улыбки, прервала затишье:

— Успокойтесь. Я ваш друг. Неужели никто не догадывается кто я?

— Ты кто-то кто похожа на Твайлайт Спаркл, — со злобным прищуром ответила Трикси, — но не она. Настоящая Твайлайт погибла когда я затянула её в чан с зелёной биомассой. Второй раз после устроенного Дарительницей взрыва "жар-бомбы". Третий после того как её сознание временно получило контроль над аликорном Единства и на этот раз она умерла окончательно. Четвёртый раз невозможен. Даже наш "призрак" с Земли не настолько живуч.

— Всё верно, — с улыбкой ответила псевдоТвайлайт, — пожалуй именно наш гость с Земли должен догадаться кто я такая.

Утверждение этой светящейся кристальной копытной меня сильно удивило. Та же повернув ко мне морду смотря на мою удивлённую физиономию продолжила:

— Ну же. Назови моё имя или скажи кто я не называя имён. Ты ведь меня знаешь.

— Впервые вижу, — ответил я, хотя в глубине души понимал — это не так. Где-то я уже видел этот фиолетовый кристальный образ.

— Давай же, — подбадривала меня фиолетовая, — вспоминай. Слушай только мой голос, расслабь свой разум...

— Представь себя в зимнем лесу, — продолжал я. — Вокруг деревья, такие высокие, что достают до неба...

"Деревья". Тут я вспомнил разговор с Селестией в котором она рассказывала и показывала, как и почему она отступила от пророчеств своей матери. Именно в этом диалоге павшая принцесса упоминала ту кто предстала перед нами в образе её ученицы. Только этот фиолетовый образ говорила, что я ещё должен знать её имя, а этого Селестия не упоминала, хотя... догадаться несложно.

— Гармония? — спросил я, смотря на кристальную пони.

— Она самая, — не убирая улыбки ответила фиолетовая.

Со стороны наверное наш диалог выглядел как встреча старых знакомых. Пускай даже мы признали, что никогда не встречались, но наслышаны друг о друге. У меня уже даже начали появляться версии того почему Гармония решила предстать перед нами, вот только стоящие рядом копытные не видевшие показанного Селестией не знали что вообще происходит.

— Какая ещё (нецензурно) Гармония?! — с дрожью в голосе грубо спросил Сулик.

— Тот же вопрос, но без грязного слова, — тоже с дрожью в голосе сказал Отем.

— Аналогично, — а вот Трикси была спокойна.

— А я догадываюсь, кто эта "бог из машины", но неуверенна, — закончила Лира.

— Правильно догадываешься, — сказала Гармония, улыбаясь пожилой единорожке, — но моим словам можете не поверить. Пусть ваш друг с Земли скажет кто я такая.

— Ты "дух Дерева Гармонии", — сказал я, отчаянно сохраняя спокойствие, — хотя технически скорее не душа, а очень совершенный искусственный интеллект, — хотел добавить «у которого извилин нет». — Именно ты дэ факто правила этим миром излучая "гармонию" в разум каждого обитателя этого мира. Именно по образу твоей искусственной личности Селестия должна была сформировать личность своей ученицы, перед тем как передать той правление. Вот только принцессы посчитали — их мир заслуживает нечто большее, чем фиолетовая гармония. Именно после того как «Благородные сёстры» спилили твоё дерево этот мир накрыла клякса Чернильницы.

— Всё так, только мне не нравится термин ИИ, — ответила Гармония, — сама себя я называю ИР — Искусственным Разумом, главная вина в произошедшем висит отнюдь не на «Чернильнице» и с извилинами у меня всё в порядке.

«Да… как!?.. Она читает мысли?!..»

— И чем же мы заслужили встречу с тобой, о могущественный ИР? — с сарказмом спросила Лира.

— Меня же волнует другой вопрос, — меня действительно волновал, — как ты выжила? Разве принцессы тебя не уничтожили?

— Я рождена из разумов "Столпов Эквестрии", — тут Гармония говорила уже без улыбки, — мне была отдана важная роль в плане создателя нашего мира, а моё дерево было шедевром технической мысли.

— Которую спилили под самый корешок, — ухмыляясь сказала Лира.

— А после распилив использовали как детали в "Садах Эквестрии", — добавил Сулик, — которые мы успешно сожгли.

— Всё так и я вам благодарна, — сказала Гармония, а после пояснила: — Мне было противно осознавать, что из моего дерева изготовили фильтры для очистной установки. Изжарив останки дерева электромагнитной бомбой вы, образно говоря, предали меня земле. Дерево Гармонии было создано, чтобы нести этому миру гармонию, а не быть использованным в мерзкой очистной установке.

— Удивлён, — моё удивление действительно было неподдельным. — Многие справедливо упрекали нас и всё СНС считая уничтожение Садов серьёзным, даже по нашим меркам, преступлением. Мол, эта машина очистила Эквестрию от порчи и радиации, защищала жителей НКР от радиоактивных осадков, что могли прибыть из бывшей страны зебр, а мы её уничтожили, причём преследуя сомнительные цели.

— А ещё эта машина послужила причиной смерти тысяч невинных пони, — голос Гармонии теперь был откровенно возмущённым, — причиной, почему Литлпип была уверена в правильности совершённых ей преступлений, а Спайк не испытывал угрызений совести сжигая и поедая пони! Да и в действие Сады привели спустя столетия, когда мир уже стал очищаться по естественным причинам! И это не говоря о том насколько мерзкими были активировавшие её элементы!.. За исключением Вельвет… Она была хорошей пони… Может уничтожение Садов было преступлением, но то, что было совершено ради их активации не оправдывает никакая великая цель! Уничтожив мои останки вы совершили преступление по отношению к НКР, но справедливость по отношению ко мне... и тем, кого ради Садов убили герои.

— Прямо камень с души, — ответил я. — Я уж думал, что никогда не встречу того, кто оправдает нас за уничтожение Садов.

— Как уже говорила — может это и не очевидно, но Сады принесли миру много зла и речь идёт не только об убитых Спайком. Тысячи невинных пали жертвой героев ради активации этой машины. Страшно представить, сколько бы ещё было жертв, если бы герои, в прежней манере продолжали строить "гармонию".

— Звёздную медведицу, которую мы разбудили, забыла, — добавил Сулик. — Точнее то, как её победили. То, что рейнджеры недолго думали, используя против неё мегазаклинание, так как знали, что радиоактивного заражения не будет из-за активированных Садов.

— Это уже излишняя подробность, — ответила фиолетовая. — Сомневаюсь что после того что вы и герои творили в этом мире кто-то всерьёз переживает из-за использования мегазаклинания, если вообще помнит тот ... инцидент.

— Я помню и никогда не забывал. Именно технология мегазаклинаний чуть не уничтожила Эквестрию зато превратила в пыль мою страну.

— Технологии — лишь инструмент. Виновники же даже не те, кто их создают, а те, кто их неправильно использует.

— То есть ты считаешь Сады ... нехорошей технологией, но не считаешь Твайлайт виноватой? — с сарказмом спросила Лира, вклинившись в разговор. Вопрос кстати был резонным, так как официально считается, что именно Твайлайт создала Сады, однако сложно ожидать осуждения фиолетовой пони от той кто предстала в её образе.

— Сады создала не Твайлайт, — ответила та кто очень похожа на фиолетовую министерку, — а пони известный вам как Доктор, плюс ещё сотни других пони, которым после окончания работы Министерство Морали по просьбе Твайлайт стёрло память.

— Очень интересно, — теперь уже Отем вклинился в разговор, — но это ни о чём не говорит. Я до сих пор не понимаю, кто ты Дискорд-побери такая!

— Разве это не очевидно?.. но ладно, повторюсь, — на морде Гармонии вновь появилась широкая улыбка. — Я дух "Дерева Гармонии", но технически скорее его искусственный разум. Столетия я спала в обломке дерева, но после того как вы активировали элементы мой разум проснулся. Машина Доктора сработала не так как задумывалось, расщепив вас на кварки, но я будучи "ободрённой" энергией ваших элементов не могла просто так позволить вам погибнуть. Сейчас мы в нематериальном мире, который я про себя называю «истоком магии», хотя технически это скорее магополе окружающее наш мир. Будучи способной его контролировать я и взяла его под контроль, до момента пока накопленная энергия элементов не кончится или ваши сознания со временем потеряв качества элементов, дружбу друг к другу и просто волю к жизни окончательно не развеяться перестав меня питать.

— То есть ты живешь за счёт наших душ?! — спросил Сулик явно недовольный таким раскладом.

— Скорее за счёт вашей верности, честности, доброты, щедрости, смеха которые объединившись создали шестой элемент магии. Именно эта магия и питает Гармонию; то есть меня, за что я безмерно благодарна.

— Стой! — крикнула Трикси. — Я помню эту историю, но что-то тут не сходится.

— Спрашивай, носитель элементов честности и магии, — улыбаясь, ответила Гармония, — я тоже честна и отвечу на многие вопросы.

— Всё сознание Дерева... то есть твоё сознание умещалось в мелкой фишке?

— Ваш полосатый друг отмечал, что эта фишка — шедевр квантовых технологий, и он не врал. Моё дерево было не только излучателем, но и с позволения сказать, моим мозгом. В каждом обломке Дерева был слепок моей души. Та мелкая фишка не была исключением.

Тут уже я заметил противоречие, о чём незамедлительно сообщил:

— То есть в обломках Дерева, что использовались в Садах тоже присутствовала фиолетовая зазнайка? — на мой вопрос Гармония кивнула, не убирая улыбки; слово зазнайка её совсем не задело. — Почему же ты не пробудилась когда герои, заряжая Сады, активировали свои элементы? Или пробудилась, но ничего не могла сделать в реальном мире?

— Вообще-то ещё как могла, но пробуждение было невозможно, — тут фиолетовая говорила без улыбки. — Сады были не столько очистной установкой, сколько устройством, что не давало мне проснутся; очистка мира была лишь "побочным эффектом", пусть даже в нём и был весь смысл. Поверьте, если бы я пробудилась, то не ограничилась бы очисткой Эквестрии от порчи и радиации и не позволила использовать так свои останки!

— Вновь бы влезла в мозги пони делая их более ... "нравственными"? — спросила Лира в выражением неприязни на старой морде.

— И это тоже. Я многое могу, и сделала бы пони не только нравственней, но и умнее.

— Умнее дерева? — с сарказмом спросила Лира.

— Твои остроты неуместны, тем более что ты ещё до "Дня солнца и радуг" знала о Дереве Гармонии и к чему привело его уничтожение, — серьёзно сказала кристальная.

— Ты промывала пони мозги! — непривычно было видеть Лиру говорящей на повышенных тонах. — Делала нас своими тупыми марионетками!

— Такова была цена гармонии. Всё что я делала, было ради мира.

— Мира под твоим контролем!

— Но мира! — тут уже Гармония сорвалась на крик, но быстро отдышавшись, продолжила уже спокойно: — Пускай я действительно лазила в мысли каждого обитателя нашего мира, пускай я перестраивала их по своему усмотрению, но я не злоупотребляла своими возможностями. Я не злая... и не предатель. С момента своего рождения до встречи с вами, я действовала так как задумывала... как ты её называешь, — сказала Гармония, смотря на меня, — Чернильница. И в отличие от принцесс никогда не считала себя правителем нашего мира, скорее важной его частью. Верность непросто так считается элементом гармонии, и я была и останусь верной своему долгу.

— То есть твой долг был — не сопротивляться пока тебя спиливали? — спросил я, а после уточнил: — Или ты как Дискорд – не можешь убивать? Или на принцесс твоё излучение не действует?

— Моё излучение не действовало только на призраков, либо на тех, кто выпил их крови. Принцессы кровь не пили, а свободны от излучения были лишь потому, что я им это позволяла.

— И почему же когда они уничтожали твоё дерево ты не влезла к ним в мозги? Не перестроила их по своему усмотрению? Стёрла бы причину по которой они хотели уничтожить Дерево и всё — никаких министерств, никаких призраков. Или я неправильно понял, какие у тебя были возможности?

— Понял правильно, а не влезла я к принцессам в мозги потому что считала и считаю их своими друзьями. Они были носителями элементов... Совершили столько добра... Даже спиливая моё дерево они преследовали благородные цели. Я просто не могла им мешать.

Из добрых побуждений. Ну ну. Что-то я не видел, чтобы в этом мире хоть какое-то добро совершалось бескорыстно. У всего в этом мире есть подноготная, и я не верил, что в случае с деревом Гармонии было по-другому. Чтобы эта фиолетовая не сопротивляясь, позволила принцессам спилить своё дерево, просто потому что считала их (принцесс) хорошими… Не поверю. Тут точно сработал очередной план Чернильницы, вот только та рыжая свихнувшаяся не стала бы действовать прямолинейно, просто запретив Гармонии нападать на принцесс. Она бы действовала хитрее и у меня даже появилась догадка как:

— А может на тебя закон робототехники подействовал? Тот, который запрещает наносить вред человеку или тому, кто заложен в программу, даже если это противоречит закону, по которому робот должен заботится о своей безопасности.

— Чего?! — спросила Гармония с непередаваемым выражением морды.

— Я так понял что ты скорее машина чем живое существо, пусть даже осознавшее себя как личность. Может промывая мозги другим ты не заметила что Чернильница сама промыла твой кристально-деревянный разум?

— Очень может быть, — задумчиво ответила фиолетовая, — но не думай, что даже если бы я точно узнала что это правда, изменила бы своё мнение о принцессах, своей создательнице и всём остальном. Я о многом жалею, но всё же считаю, что поступала правильно — я щедро и со смехом несла гармонию этому миру магии, все, что совершала, было во имя добра, и до конца оставалась верной своей создательнице с носителями элементов и была со всеми честна.

— В жёсткие же рамки тебя загнали, — заметила Лира. — Слышать про верность и добро от той кто контролировала разумы других... На моих струнах души ты тоже играла?

— Разумеется, но поверь — не злоупотребляла. Ты, как и все остальные, была хозяйкой своей души, своих желаний, своей любви. Я лишь стирала порочные мысли, подталкивая к обретению гармонии. В том что твоей особенной пони стала Бон Бон есть и часть моей заслуги. Неужели ты считаешь свою любовь фальшивой?

— Фиолетовая (нецензурно)!!! — Лиру почему-то очень задело упоминание её покойной особенной пони. — Не смей приплетать Бон Бон!!!

Далее пожилая пони резко рванула к кристальному фиолетовому аликорну и явно не с добрыми намерениями, но будучи захваченной фиолетовым полем кинеза смогла сделать лишь несколько шагов, перед тем как зависнуть в воздухе. Не скажу что было смешно, но в другой ситуации и не с знакомой мне копытной, вид дергающей ногами зависшей в воздухе, нецензурно выражающейся пони показался бы мне забавным. Гармонию такое точно забавляло, хотя она почти всё время не убирала с морды безумную улыбку.

— Тебя не на Сады, а на плитку тротуарную надо было пустить! — кричала Лира.

— Кто бы говорил, лабух облитая зелёнкой, — спокойно ответила Гармония, хотя её явно задевало упоминание Садов.

— Дерево Гармонии... осина, что не горит без керосина! Нет — не на плитку! На зубочистки!

— В духовой кладбищенский оркестр «Трубы Горят».

— На сидушки для унитаза!

— Муштук протри, трамбон ржавый!

— Сухостой!!!

— Скрипка с шестого ряда!

Это были самые странные взаимные оскорбления из тех, что мне приходилось слышать, тем не менее, это были именно оскорбления. Лира, будучи музыкальной пони явно оскорбилась «скрипке с шестого ряда», а Гармонию определённо задело утверждение, что её дерево надо было на сиденки пустить; хотя учитывая, что «Дерево Гармони» состояло из кристаллического материала, было бы уместней пустить на унитазы… Как бы то ни было, но оскорбления уже переросли в перепалку. Лира была готова разбить кристальную Твайлайт Спаркл на множество маленьких Твайлочек. Сама же липовая ученица Селестии удерживая своим кинезом Лиру тоже думала над чем-то похожим… Или нет? Скорее всего, нет, но мы, пережив множество встреч с героями, отнюдь не верили, что та кого эти герои почитали, будет дружелюбна.

Уверен каждый из нас решил, что Лиру нужно спасать вот только у нас не было оружия, а нападать в рукопашную на «элемент магии» было бы глупо. Но когда мы отличались умом? Трикси, что сама была элементом магии, первая начала действовать и угрожающе расправив крылья, выпустила в Гармонию заклинание молнии. Разряд, издав оглушительный гром, попал точно в фиолетовую пони, но не произвёл на цель никакого эффекта. Гармония так и осталась стоять, смотря на нас с безумной улыбкой удерживая Лиру в поле своего кинеза.

Честно говоря, я был удивлен, что Трикси сохранила способность магичить, хотя она ведь теперь «элемент магии» так что логично, что она может её (магию) использовать даже там где в теории она не работает. К сожалению колдунство Трикси оказалось бесполезно, а моя очередная попытка создать материальный образ провалилась (всё же мы не во сне), значит нужно действовать по старинке. Не знаю, было ли дело в узах элементов (или в привычках, что мы приобрели, воюя против НКР), но мы все пришли к одному выводу и одновременно (я Трикси, Отем, Сулик) рванули в рукопашную, но…

Не понимая, что происходит я вдруг резко перестал воспринимать Гармонию как цель. Скорее наоборот – она стала выглядеть как абсолютно невинное существо достойное того чтобы ей доверять, почитать, повиноваться. Остановившись, я устыдился собственных мыслей и сам не понимая, что делаю, преклонил перед фиолетовой колено. Копытные же, похоже испытали схожие ощущения. Решимость что ранее читалась в их больших глазах, мгновенно пропала, уступив место умиротворению, после чего они все как один преклонились перед Гармонией. Сама же Гармония, что ранее смотрела на нас с безумной улыбкой видя как мы перед ней приклонились, сменила выражение морды на … жалостливое, после чего отпустив Лиру (пожилая единорожка передумала нападать) прервала тишину:

— Уже говорила – я ваш друг. Вы не должны на меня нападать… хотя то что вы все как один напали чтобы защитить свою подругу не может не радовать.

Параллельно словам Гармонии с нас постепенно сходило наваждение. Через полминуты мы встали с колен. Была мысль снова напасть, но перспектива что в следующий раз Гармония не снимет наваждение, сдерживала от необдуманных поступков.

— Что это было? – со страхом в голосе спросила Трикси прервав неловкую тишину.

— Небольшая демонстрация возможностей, — улыбаясь ответила фиолетовая, — хотя я надеялась что до этого не дойдёт.

— Ты можешь управлять нашими мыслями? – уточнила незадачливая фокусница.

— Скажу больше – вы и есть мои мысли, — ответила фиолетовая с безумной улыбкой, а после пояснила столь странный ответ: — Объяснение принципов работы машины Доктора займёт слишком много времени, так что объясню абстрактно. Машина не просто так была обита деревом и покрашена в синий цвет. Без этой защиты она сработала не совсем так как задумывалось и вместо того чтобы переместить вас через пространство и время используя исток магии как коридор, расщепила вас на кварки. В исток магии переместилось лишь моё сознание и то, потому что технически оно скорее машинный код. Но какая удача – еще, перед тем как вы были расщеплены, я всё же успела загрузить себе копии ваших … душ, если угодно, но это неточный термин. Элементы гармонии хотя и созданы, чтобы питать меня энергией моральных качеств, но это далеко не единственная их особенность.

— Ничего не понимаю, — сказал Сулик прервав Гармонию. — Какой ещё исток магии? Какой коридор? Почему в нём может существовать машинный код и ... Если мы загруженные копии...

— Вы — мои сны, — сказала Гармония, перебив ранее перебившего её полосатого копытного.

— Я умею проникать в сны, — серьёзно сказала Трикси, — и отличаю их от реальности.

— Это и есть реальность, — ответила Гармония, то, что она говорила не убирая безумной улыбки неслабо так напрягало. — Не хочется называть её виртуальной, но учитывая, что я искусственный разум это наиболее точный термин.

— Всё равно ничего не понимаю, — повторился полосатый. — Где мы?

— Вы в истоке магии который машина Доктора использовала для перемещения в пространстве и времени. Однако в связи с отсутствием её ключевых деталей машина вместо того чтобы переместится вместе с вами расщепила вас на кварки. Однако худшего не произошло. Будучи пробуждённой энергией элементов я не могла просто дать вам погибнуть. Я успела считать ваши сознания и, переместившись в исток магии заново их воссоздать. Проще говоря — все, что сейчас происходит — мой сон.

— То есть настоящие мы, мертвы?- спросил я, желая подвести неутешительный итог.

— И да и нет, — с улыбкой сказала Гармония и далее собиралась пояснить почему, но её перебили.

— Значит мертвы, — со злобой в голосе сказал Отем, — а мы просто непонятные сущности с чужими воспоминаниями считающими себя теми кем не являемся! Чудесно (нецензурно)!

— Я бы не стала так сразу доверять, — тоже со злобой в голосе сказала Трикси. — Эта фиолетовая похожа на Твайлайт Спаркл, а ей нельзя верить.

— Ох Трикси, — с наигранной заботой ответила липовая Твайлайт, — новый носитель элемента честности и магии. Неужели Твайлайт хоть раз тебя обманывала?

— Бесчисленное множество, — со злобой ответила синяя аликорн. — Это из-за её лжи я стала тем кем теперь являюсь, — для наглядности синяя расправила крылья.

— Но разве не это она и обещала? Разве не это ты хотела, принимая её предложение?

— Нет! Она говорила, что это будет во благо пони! Что это её проект, направлен на бескровный исход войны! Лишь став "Богиней" и поглотив Твайлайт я узнала об истинном заказчике и цели проекта! Но даже став с ней одним целым я всё равно оставалась обманутой! Твайлайт скрыла от меня воспоминания о Садах! Она убедила меня, что получив её острый ум я спасу род пони! Что, преобразовывая пони в аликорнов, я спасу мир! Что Литлпип нужно было не убить, а использовать!

— И что из этого было враньём? И разве план использовать Литлпип не сработал?

— Она скрыла от меня информацию о Садах! Она догадывалась что Литлпип найдёт способ уничтожить Богиню! И самое мерзкое — идея "Единства" из-за которого Литлпип хотела меня уничтожить тоже была идеей Твайлайт!

— Разумеется, это было её идеей. "Великую и могучую" ведь не заботил род пони. Она ни за что бы не додумалась использовать героев в своих целях. Без разума Твайлайт ты бы до сих пор проживала полную безумия жизнь в виде мерзкого читающего мысли мутанта. Анклав, Красный Глаз, герои, да и вообще все просто посчитали бы "Прекрасную Долину" проклятым, но не несущим глобальной угрозы местом, которое проще обходить стороной. Без единорогов, которых можно бы было преобразовать, без "Единства", без цели в жизни, совершенно одна, ты бы была похоронена заживо, но без возможности умереть окончательно. Пускай твои обвинения к Твайлайт порой справедливы, но всё что она делала, шло тебе во благо.

— Да неужели? — с отвращением на морде спросила Трикси.

— Подумай хорошенько, ведь без Твайлайт ты бы никогда, ни за что не повстречала бы того кого так любишь.

Тут Трикси задумавшись, сменила выражение физиономии и, приподняв морду, уставилась на меня самым добрым взглядом своих больших глаз. В ответ же я, опустив угол зрения, смотрел на аликорна ... ну тоже добрым, но стремящимся к нейтральному выражению лица, однако всё же нашёл в себе силы и проявил свою ... "привязанность" к Трикси почесав её за правым ухом. Та рефлекторно начала шевелить этим органом слуха показывая, что в отличие от кошек копытным такие почесушки не нравятся, но во взгляде Трикси так и читалась — я могу с ней делать всё что угодно. Не знаю как долго бы продолжалась эта неловкая ситуация, но Гармония прервала затишье:

— Неужели твоя дружба с этим "призраком" не стоила всех страданий?

— Страданий — очень может быть, — ответила Трикси.

— Но не жертв, которые к этому привели... — добавил я, — да и всех последующих тоже.

Не знаю, почему, но был уверен – даже без способности читать мысли Гармония бы знала, что я это скажу и была рада, что её ожидание подтвердилось. Неужели она действительно воспринимала меня как "элемент доброты"? С учётом того что кроме парочки фраз о гуманизме я по факту ничего доброго не сделал, со стороны Гармонии это даже слишком наивно. С другой стороны Вельвет Ремеди ведь тоже считала, что я вовсе не злой. Правда она на счёт всех так считала, но мой случай всё же особо выделяющийся. Она ведь была у нас в плену, пыталась переманить на свою сторону, свой "взгляд" на мне пыталась применить, предлагала любую помощь, какую пожелаю. Да даже если бы я сказал, что хочу её как объект для утех, она бы не отказала; Вельвет даже намекала на такой вариант. А теперь я почему-то чётко уверен, что Гармония о нас аналогичного Вельвет мнения. Что-то тут нечисто. Откуда у меня такая уверенность? И тут я начал догадываться.

— Если мы твои "сны" значит, мы именно такие какими ты хочешь нас видеть? — спросил я, перестав чесать Трикси.

— Вовсе нет, — ответила Гармония убрав наконец свою безумную улыбку. — Вы такие, какими я вас запомнила в момент, когда элементы вернули меня к жизни.

— Ты прочла наши сознания также как Богиня читала воспоминания обращённых единорогов? — спросила Трикси явно недовольная тем, что я прекратил её почесушки.

— Не совсем так, но да — я прочла ваши ... души, и читаю мысли в данный момент. Сказать о чём ты думаешь? — спросила Гармония, смотря на Беатрикс.

— Нет!!! — ответила синяя аликорн, но потом на секунду задумалась и: — Хотя знаешь... скажи. Пусть он узнает.

— Ох, знал бы ты, как она страдала, — сказала Гармония, смотря на меня, — как морально, так и физически. Как ей тяжело осознавать, что ты её не любишь. Как ей тяжело без твоей любви... пусть даже момент вашей близости для обоих прошёл не лучшим образом.

— Но ведь... — я собирался оправдаться, но Гармония меня перебила:

— Не надо слов. Она всё понимает и готова любить тебя таким, какой ты есть, пусть и лишь в мечтах.

— Избавь от подробностей, — сказал я.

— Необязательно было это говорить. Тут и без способности читать мысли всё понятно, — сказала Гармония, вновь натянув на себя безумную улыбку.

— Чтением мыслей нас не удивишь, — серьёзно сказала Лира, пытаясь перевести разговор на более "серьёзную" тему, — а вот способность их менять — впечатляет. Хорошо еще, что в твоих "снах" мы перед тобой лишь приклонились.

— Правильно мыслишь. Мне бы действительно хотелось, чтобы мы подружились, но если я просто заставлю вас этого пожелать, то это будет ненастоящая дружба.

— Разве можно заставить дружить? — спросила Лира. Лучше бы не спрашивала.

Не было никаких вспышек и прочих проявлений магии, просто вдруг я ощутил невероятно сильные чувства к стоящим рядом копытным. Благо чувства были просто дружескими, так что ничего совсем неприличного не произошло, но мне вдруг захотелось ... словами не передать. Копытные же похоже испытывали схожие чувства и желания так что далее...

Заиграла музыка (https://youtu.be/RZNkoRb2iLQ). Стоя рядом с Беатрикс я положил руку ей на холку. Та всё поняла и, встав передо мной на дыбы предложила своё копытце. Я принял предложение и далее мы начали танцевать нечто похожее ... ну точно не знаю, но нечто похожее на классическое Танго, тем не менее, танец вполне подходил под звучащую мелодию. Танцуя с аликорном я пытался не сводить взгляд с её больших глаз, однако боковым зрением замечал, что Лира и Сулик тоже не избежали наваждения и параллельно нам эти пожилые копытные исполняют свой дуэт. Вот уж не думал, что между этими гулями что-то есть; хотя, скорее всего ничего и не было, просто Гармония навеяла нам наваждение. Хоть Отему повезло. Просто нас ведь пятеро и он остался без пары ... Не остался. Танцуя с Трикси я опять же боковым зрением заметил как пегас танцует с кристальным фиолетовым аликорном — зрелище которое не развидеть.

Будучи под наваждением я был полон чувств к окружающим меня копытным, но также понимал, что эти чувства — именно наваждение навеянное Гармонией. Даже не знаю что в такой ситуации более глупо — что я танцевал понимая что происходит, или под какую музыку походили эти танцы. Тем не менее, неслышимая партия стала подходить к концу и после очередного двусмысленного движения я, удерживая копытную на весу начал тянутся для финального поцелуя, но к счастью Гармония знала, когда нужно остановиться. Наваждение пропало также быстро как и появилась, а мы все застыли в примерно похожих позах — когда дама удерживается на весу, а джентльмен тянется чтобы её поцеловать.

Отем придя в себя, тут же отпустил фиолетовую уронив ту на зелёную травку. Сулик же не стал отпускать Лиру, за что получил от единорога пощёчину копытом. Я же собирался мягко опустить Трикси на землю, но та начала сама тянуться, чтобы поцеловаться, так что пришлось её грубо уронить.

— Поистине впечатляет, — сказала Лира, вставая с земли. — Особенно мелодия.

— Ну, меня питали энергии ваших элементов, в том числе и элемент смеха, — ответила фиолетовая копытная, — так что у нас должно быть схожее чувство юмора.

— Будучи деревом, ты также могла манипулировать мыслями пони? – спросила Лира, пропустив «комплимент» касательно свойственного ей юмора.

— Разумеется, — ответила Гармония, — и не только пони, но поверь — я не злоупотребляла.

— А стоило, — серьёзно сказала Лира, — тогда бы принцессы не уничтожили твоё дерево.

— Разве излучение дерева действовало и на принцесс? — спросил я, вспоминая детали из дневников Селестии.

— Действовало на всех. В теории даже на призраков, хотя и с большими ограничениями, но я никогда не злоупотребляла своими возможностями. Меня питали все элементы гармонии, в том числе верность и я всегда была верна создателю нашего мира.

— Чернильнице? — уточнил я.

— Предпочитаю звать её по имени и Лорен не одобрила бы столь примитивный метод построения гармонии как тотальный контроль.

— Поэтому она создала разумный ЭВМ, который мог брать под контроль мысли любого кто попадал под его излучение? — задал я риторический вопрос. — Не замечаешь противоречия?

— Да, порой Лорен сама себе противоречила, но можешь быть уверен — будучи её созданием, я неодержима властью, не упивалась своим могуществом и искренне восхищалась своим создателем. Только такая по... то есть призрак как она могла создать столь прекрасный мир.

— Не очень-то ты сопротивлялась, когда тебя спиливали, обрекая этот прекрасный мир на диктат министерств и войну с зебрами, — заметила Лира.

— Как говорила Лорен: хочешь держать мир за яйца, не отрывай их.

— Чего??? — спросил Сулик.

— Достаточно подёргивать? – уточнила Лира.

— Всё нормально, — сказал я, смотря на полосатого с пониманием, а на Лиру с осуждением, после пояснил: — И так было ясно, что Лорен свихнулась, а как говорила Селестия — "Порой она выражалась так, что даже Литлпип бы смутилась".

— Всё же нет, — уточнила Гармония, — скорее Литлпип единственная кто бы не смутился.

— Меня куда больше волнует замечание нашей мятной-музыкальной, — сказал я Гармонии, отведя взгляд от Лиры. — Что-то не верится что ты, будучи способной мысли читать, не догадывалась к чему приведут планы принцесс с их призывами призраков и спиливанием твоего дерева. Будучи способной всё исправить ты ничего не сделала.

— Ну, ты ведь получив аналогичные Лорен способности, отказался от жизни в нашем мире в пользу выполнения плана Вельвет.

— Так я же Селестии обещание дал. Плюс я видел будущее этого мира живущего под нашим зонтом. Если ты читаешь мысли, то должна знать...

— Ты мог видеть будущее!!! — Отема очень удивила такая новость. — Каким (нецензурно) нужно быть (нецензурно) чтобы от этого отказаться?!

— Призраком с дыркой в голове, — ответила за меня Гармония. — С дыркой вначале от ножа-ледокола, потом от вырванного собственными "руками" ПНИ. С другой стороны в этом и был план Лорен. Призрак, что победит героев должен быть достаточно умен, чтобы управлять танком, но не настолько чтобы, даже обретя сравнимые с божественными способностями найти себе место правителя в новом мире.

— Спляшет и споёт, и по морде надаёт, — с острила Лира, но шутка была неудачна так что Гармония продолжила:

— Я бы не смогла считать его разум не будь он лоботомитом, как и Дискорд не смог бы выйти с ним на ментальный контакт. Представьте себе – разум призрака не получилось бы взломать, если бы там не была заботливо оставленная дырка.

— А я уж надеялся, что хоть кто-то не будет указывать на мою лобо... — договорить не смог, так как меня перебили.

— Какой ещё план?! — эмоционально спросила Лира.

— План Лорен; чей же ещё, — ответила Гармония.

— То есть, то, что делал наш призрак, и мы вместе с ним было предрешено?! – эмоционально спросила Лира.

— Не совсем так. Скорее "звёзды сошлись" чтобы всё случилось именно так как случилось.

— Звёзды? — Сулик очень заинтересовался и возмутился данному сравнению. — Я исполнял планы звёзд?! Посланницы звёзд?!

— Точнее контр планы. А ещё точнее контр контрпланы.

— Так так, начинаю догадываться, — неожиданно теперь на морде Лиры заиграла безумная улыбка. — Лорен всё продумала, создавая мир гармонии, но в связи со своей философией «не отрывания яиц» оставила обитателям нашего мира иллюзию свободы воли, а значит и выбора. Принцессы, думая что такая свобода действительно существует, воспользовались этой возможностью и начали творить свою историю не зная что Лорен предвидела даже вариант при котором принцессы спилят твоё дерево и начнут призывать призраков.

— Именно так. Теперь же... боюсь я не знаю планов своей создательницы, но рискну предположить — вариант истории в котором произойдёт война с зебрами она, как и вы, считала крайне негативным. Теперь же вам отведена честь изменить ход истории в сторону в котором сработает именно план Лорен.

— А разве падение бомб не было её планом? — ухмыляясь спросила Лира.

— Как ни странно нет. Ей принадлежит идея волшебного мира пони, а вот идея что в этом мире между пони и зебрами произошла война с применением бомб, Лорен уже не принадлежит.

— Твою... налево, — сказала Лира с трудом удержавшись от выражений, — разве в создании этого мира учувствовала ещё какая-то психопатка?

— И да и нет. Точнее да, но не напрямую. Дело в том что Лорен создала наш мир основываясь на ранее созданном ей же художественном произведении. В другом мире оно приобрело определённую известность. Ты, — Гармония указала на меня, — должен помнить игрушку Рейнбоу Дэш — последнее, что ты видел перед смертью.

— Прекрасно помню, — ответил я. Гармония же продолжила:

— Выдуманная Лорен вселенная вдохновила многих на создание произведений в этой же вселенной или в её альтернативном варианте. В одном из таких вариантов и произошло падение бомб с появлением Литлпип. Поверьте, Лорен поведала мне об истории "Fallout Equestria" чуть ли не с момента когда "Столпы Эквестрии" посадили семена моего древа. Историю о «призраках» же я узнала гораздо позже – когда Лорен уже собиралась покинуть созданный ей мир. Между нами – «Fallout Equestria» я считала если не худшей то одной из худших судеб что могла обрушится на наш мир, а историю о призраках... Но случилось, так как случилось. Принцессы решили, что теперь могут сами творить историю. На деле же всё зависит от воли одного человека.

— «От воли», — недовольно повторил Отем, — «человека». Если только у этого человека есть воля. У нашего с этим точно проблемы. Он управлял светилами, создавал мегазаклинания, а теперь выясняется, что и будущее мог видеть! – далее пегас обращался уже конкретно ко мне. — Как?!. Как ты мог?!. Ты ведь видел, что я бы тебя не предал! Я бы признал тебя как правителя! Все бы признали! С даром предвидения ты бы не совершал ошибок! Мир под твоим зонтом был бы…

— Скучен, — ответил я, перебив пернатого.

— Все были бы рады такой скуке! – не унимался пегас.

— Вообще-то нет, — ответил я, вспоминая просмотренные видения. — Из того что видел в таких вариантах будущего счастлив бы был либо я и вы, — окинул взглядом копытных, — но не все остальные. Либо только я, либо все остальные, а вот вы были бы отнюдь не рады такому будущему.

— Думал об «остальных», — с сарказмом заметил Отем, — не ожидал. Хотя ты ведь теперь «элемент доброты»…

— А ты элемент верности, — твёрдо сказал я, указывая полковнику на его обещание мёртвой единорожке, — вот и будь верен обещанию, данному покойной Вельвет.

— Да, — согласился пегас, — я верен данному обещанию и не осуждаю… но отказаться от такого… ради…

— Возвращения, — ответил я, а после пояснил более чётко: — Разве неочевидно – всё чего я хочу так это попасть назад на Землю… в Россию… в «ПаребрикСити». Хотя неважно – просто на Землю; хоть в Канатоп, хоть в Тегусигальпу.

— Боюсь это… возможно, но не в твоих интересах , — с грустью, но всё равно с улыбкой сказала Гармония, — но ведь запуская машину для перемещения во времени ты и не рассчитывал на возврат?

— Рассчитывал, что кондитер не обманет и сделает так что я в этот мир даже не попаду.

— И тебя не смутило что по законам времени твоя нынешняя личность при этом будет уничтожена?

— Ты ведь мысли можешь читать, значит должна знать… Позволю даже сказать за всех – мы все согласились с заплатить данную цену. Если ценой изменения прошлого будет наше уничтожение, то мы согласны… хотя смутило что помимо нас уничтожены будут и все остальные; виновные и невинные, кто жили с нами в одно время. Из-за это план элемента доброты показался не таким уж и добрым, но выбор сделан и вот теперь мы здесь.

— Да, теперь вы здесь. Элементы гармонии, что сами себя элементами не считают. Удивительно что при этом вы несли действительно своего рода гармонию и вполне подходите своим элементам.

Тут Лира засмеялась. Её позабавил сказанный Гармонией комплимент, а также парадоксальная ситуация. Сама себя Лира элементом смеха не считала и смеясь скорее показывала своё отношение к утверждению Гармонии, но вот парадокс – при этом она наглядно показывала, что не просто так элемент смеха достался именно мятно-зелёной единорожке. Такой парадокс похоже только прибавлял комичности, так что Лира от смеха только слезу не пускала. Мы же хотя и поняли в чём была шутка, однако нам было отнюдь не до смеха. Особенно Трикси, которая дождавшись, когда Лира будет смеяться не так громко прервала неловкое молчание:

— Как говорил мой сценический наставник: «Улыбайтесь, это всех раздражает». Мои выступления раздражали публику и без улыбок, хватало и грохота моей самодельной пиротехники. В этом я со всеми была честна, но этого маловато чтобы стать элементом честности.

— Разумеется, — ответила Гармония. — Эплджек заслужила свой элемент тем, что была честной как со своими друзьями, так и вообще со всеми. Пускай в мелочах она могла приврать, преувеличить или наоборот приуменьшить, но сути не меняло – эта пони была действительно честной. Хомейдж же отнюдь не была голосом правды. Нередки были случаи, когда она не гнушалась откровенной лжи или замалчивания «горькой», а точнее неудобной правды, однако всё это она делала, преследуя благие цели – помощь друзьям. Она действительно думала, что всё что она делала несло гармонию на пустошь и тут не скажу, что она врала. Тем не менее пускай она была искренней, но это не делало её слова истиной. Она заслужила быть элементом честности, но не звание честной пони. Ты же — прямое противопоставление. Пускай ты не гнушалась лжи, но вот парадокс — твоя ложь имела удивительное свойство становится правдой.

— То есть я действительно «Великая и могучая»? – с наивной улыбкой спросила Трикси.

— Теперь да. Чтобы активировать элементы нужна была лишь одна искра после чего пять элементов выбрали носителя шестого. Но суть не в том, что ты стала элементом магии. Куда важнее почему ты оказалась достойной носить элемент честности.

— Великой и могучей Трикси не чужда скромность, и я не настолько гордая чтобы врать насчёт собственной честности. С трудом верится, что элемент действительно сработал. Если ты тут такая умная, всё про всех знаешь, то поведай чем я заслужила такую честь. Где я проявила нужную элементу честность?

— Где проявила … список будет длинный, — ухмыляясь ответила Гармония. — Практически во всём. Там где предыдущие элементы были вынуждены бороться с собственными принципами, чтобы сказать правду ты действовала прямо, инстинктивно, совершенно не заботясь, что правда может быть слишком горькой; даже для самой себя. Давай же, вспомни. Было множество случаев, когда ты не занималась самообманом и продолжала действовать, приняв горькую правду.

— Как когда я пыталась добиться взаимности от своего особенного призрака хотя понимала, что это бесполезно?

— И это тоже, но в первую очередь имела ввиду то что ты делала будучи Богиней.

— Я не хочу это вспоминать.

— Но и забывать не стоит. Ты пыталась спасти род пони путём его превращения в аликорнов.

— Да, я понимаю, что этот навязанный Твайлайт план мог сработать, но цена такого спасения поистине чудовищна. Я была готова принять за всех пони решение, заплатить такую цену, особенно после того как узнала о методах Красного Глаза ... и тем более после того как узнала о Литлпип.

— Многие, — Гармония на секунду переместила взгляд на Отема, — после того как узнали о Литлпип сняли с себя часть моральных ограничений. Я бы соврала если бы сказала, что такое не осуждаю, но понять могу. Можешь быть уверена, пускай ты и была Богиней, но была права – Литлпип действительно «искажённая доброта».

Далее последовало полуминутное затишье в котором мы «переваривали» услышанное. Честно говоря, я так до конца и не понял, чем Трикси заслужила честь быть элементом честности. Лгуньей она конечно не была, но и кристально честной тоже, да и не припомню чтобы её честность или наоборот ложь на что-то влияли. Хотя всё же нет – ещё как влияли просто не столь ярко как пропаганда Хомейдж. Да и назвать «элемент самопожертвования» искажённой добротой… Это было удивительно точное определение. Может изначально Литтлпип и не была рождена злой, может она до конца была уверена, что сражается во имя добра и гармонии, вот только факты говорили об обратном. Даже Вельвет, будучи самым добрым существом какое только можно представить, признала — Литлпип нужно остановить (но не путём её устранения). Доброта Литлпип действительно была искажена, причём до такой степени, что стала отнюдь не очевидна. Однако мой элемент ещё более неочевиден. Призрак — элемент доброты, что за бред? Хотя нет – не бред. Теперь это факт. Но почему? Чем я это заслужил?

— Смотрю тут не хотят продолжать обсуждать «искажённую доброту», — сказал я, прервав затишье, — может тогда наш фиолетовый «бог из машины» расскажет про другую доброту. Ту которую представляла жёлтая пернатая, потом чёрная палкоголовая, а после её смерти вообще во всех смыслах серый субъект.

— Неужели ты действительно так плохо о себе думаешь? – перебила Гармония. — Считаешь себя вирусом, внедрённым в исцеляющийся мир? Парадокс, но твоё изначальное мнение что после смерти ты попал в ад, а Литлпип которую называли «Дарительницей Света», была его Люцифером, более правдива. Чтобы ты про себя не думал, но тебе стоит верить элементу честности. Я знаю её мысли. Про себя она думает, что ты вовсе неплохой человек и ей стыдно что, призывая тебя в этот мир она преследовала довольно корыстные цели и даже рассматривала вариант твоей ликвидации после то как «инструмент окажется не нужен».

Я слушал Гармонию с каменным выражением лица, Трикси же на последних словах виновато опустила морду. Сколько же раз я уже это слышал – мнения о своей личности. Трикси, Лира, Сулик, некоторые пони из СНС и ОФОТ и как ни странно Селестия, говорили, что я вовсе неплохой. Герои пустоши, пони и грифоны НКР и (отнюдь ни странно) Отем не стеснялись в выражениях высказывая мнение о моих методах и умственных способностях. Ирония в том, что обе стороны по своему правы, однако справедливости ради я не должен вешать на себя всех собак. С самых первых минут своего появления в ином мире я действовал не один и даже не по своей инициативе. Я был помощником. Пускай многие герои пустоши были убиты моими … «руками», но у меня не было к ним какой-то особой ненависти. Не пытались бы они меня убить (или не призывали к убийству, как Хомэйдж) до сих пор были бы живы. Исключение — Хомейдж которую я убил, исполняя приказ, которого не мог ослушаться, но оно лишь подтверждает правило. Вельвет бы не дала соврать, если бы была жива. Однако помимо героев я убил и много … как говорила Литлпип, «респаунищегося мяса». Может это странно звучит, но вспоминая сотни отправленных на «райские луга» я действительно чувствовал угрызения совести. Совесть конечно не может быть присуща совсем плохому человеку, но убитым от этого не легче … как и мне – новому носителю элемента доброты. Образно говоря, такой расклад, встал у меня костью в горле; а может многими костями тех кого убил. Если Гармония читает наши мысли, то мои «крокодильи слёзы» недолжны быть исключением.

— Ты ведь это чувствуешь? – спросил я у Гармонии, та кивнула, а я продолжил: — Убийство сотен невинных тоже допустимо для элемента доброты?

— Вовсе нет, — ответила Гармония, — вот только никто из тех, кого ты убил не был невинен.

— Но я убивал Последователей Апокалипсиса – пони которые хотели стать такими же добрыми как Вельвет и Флаттершай, а также охранников в башне Тенпони…

— Значительная часть Последователей вступила в эти ряды чтобы избежать участи быть отправленными на работы в Филлидельфию, участи за прошлые преступления оказаться раздавленными стальным копытом рейнджеров или быть их пленником за стенами Арбы, а чаще просто чтобы дорваться до обширных запасов наркотических препаратов Последователей. Уж тебе кто сжёг Глифмарк должно быть про них хорошо известно. Не то чтобы на остальной территории НКР не практиковали производство и употребление наркотиков, но масштабы ни шли ни в какое сравнение. А с учётом мягкости Вельвет и Флаттершай … Когда каждый мог рассчитывать на снисхождение за любое преступление… Прощение за самые аморальные деяния… И лечение с применением тех же препаратов, даже если под ними ранее были совершены эти самые преступления… Если конечно за дело не брался Каламити, но за десятилетия случаи были единичны. После того как Каламити проверял на преступниках свою меткость Вельвет обычно отказывала ему в ночах любви, так что сами понимаете. Охрана башни же тоже не состояла из пони с высокой моралью. Точнее у них она отсутствовала. Всё что их волновало так это исполнение не в меру жёстких законов Общества Сумерек. Я бы не стала осуждать за жёсткие меры если бы они действительно способствовали выживанию, но по факту Общество просто держало жителей башни в страхе. Пони живя в комфортных по меркам пустоши условиях зная, как охрана башни поступает за малейший проступок, были удивительно послушны. Вот оно наглядное выражение политики кнута и пряника, но чаще всё же кнута. Словами не передать как я была рада узнать, что ты всё же уничтожил эту мерзкую башню, а то что это было совершенно без жертв окончательно убедило меня в том, что Вельвет не ошибалась. Ты действительно не злой и достоин носить её элемент.

— Звучит надуманно, — ответил я, подмечая некоторые несоответствия. — Так кого угодно можно назначить элементом, даже Литлпип с её искажённой добротой.

— Только не надо продолжать в лоботомита играть. Всё ты понял.

— Догадываюсь. Дискорд постоянно подстрекал меня мыслить философски, но некоторые вещи нужно сказать абсолютно прямо. Ты ведь говорила, что питаешься энергией элементов, а значит имеешь аналогичные моральные качества их носителей. Проще говоря – ты такая же честная как Трикси, и как я, такая же добрая. Вот и будь добра, скажи прямо…

— Прямо не получится, — перебила Гармония, — так как ситуация парадоксальна.

— Тогда объясни парадокс.

— Парадокс состоит в том, что ты не можешь считаться хорошим только потому что тебя ненавидят и пытаются убить плохие. Справедливо и обратное утверждение в котором ты являешься плохим которого ненавидят и пытаются убить хорошие. Вообще мир отнюдь не делится на плохих и хороших. В нём нет чётко различимой разницы между тем что принято считать добром и тем что считается злом. Всё это субъективно и относительно и уж любовь тем более. Любовь слишком сложна чтобы повесить на неё ярлык греха или добродетели. Многочисленными оправданиями своих грехов ты пытаешься загладить вину, чтобы попытаться заставить утихнуть совесть, попытаться спасти свою душу… точнее то, что от неё осталось. Победителей нет. Герои, призраки – все проиграли в этой войне.

— Эмм… где-то я это уже слышал, — ответил я, отчаянно напрягая память, — причём в собственных мыслях, — действительно, я чётко помнил, что когда-то думал такими же словами вот только, — вот только любовь там не упоминалась.

— Без этой детали картина будет неполной, — улыбаясь ответила Гармония, переводя взгляд то на меня, то на Трикси. — Если бы не любовь, то никто бы не остановил Лайфблума, — мне вспомнился тот момент, в котором единорог собирался воткнуть мне в зад самотык под напряжением, — допрос в башне Тенпони не закончился бы твоим побегом, а при встрече с Селестией тебе бы не удалось с ней подружится. Также и со стороны героев, – Гармония перевела взгляд на Отема. — Если бы не любовь Литлпип к Хомейдж она могла бы и не всадить пулю тебе в голову. Твоя же любовь к Зекоре, — перевела взгляд на пожилого полосатика, — быстро переросла в ненависть, в противном случае ты бы не вызвался добровольцем на откровенно суицидальное задание в Эквестрии. О твоей любви к Бон Бон, — сказала Гармония переведя взгляд на Лиру, — лучше промолчать; всё слишком очевидно.

— Тем не менее нас ведь ты считаешь хорошими? – спросил я тоном будто вопрос был риторический; хотя по факту я был полон сомнений каким будет ответ.

— Да! – неожиданно эмоционально с какой-то злобой ответила фиолетовая пони. — Вы не злые! Каждый из вас достоин своего элемента, а некоторые и элементов друг друга! Ваша дружба проверена кровью, властью, соблазнами и Лорен знает чем ещё! Она крепче танковой брони! Я бы была рада считать вас своими друзьями… Хотя понимаю ваше ко мне недоверие.

— Конечно будет недоверие, — ответила Лира, а после пояснила момент: — Сложно доверять тому, кто похожа на Твайлайт Спаркл. Сложно верить той, кто читает и контролирует наши мысли, и тем боле той, кто заставляла нас танцевать пусть и под приятную мелодию. Сложно верить той, кто знала о Лорен, а значит и о её пророчествах, а значит и о героях с призраками. Неужели тебе действительно легко далось решение не сопротивляться и позволить принцессам спилить твоё дерево? Неужели зная, как обернётся ход истории совесть не мучала?

— Ещё как мучала, но справедливости ради все те столетия пока Литлпип не активировала башни, прошли как сон без снов, так что мучилась я недолго.

— И после всего этого ты хочешь, чтобы мы тебе доверяли? — сказала Лира.

— Я могу просто переписать ваши мысли, прописав в них доверие ко мне, но как бы плохо вы обо мне не думали, принуждение – не мой метод.

— И это говорит разум древоподобного излучателя, — справедливо заметила старая единорожка.

— Да – именно он и я не вру. Элемент честности Трикси просто не позволит мне соврать. Я не принуждала. Я лишь блокировала некоторые особо порочные мысли неся нашему миру гармонию.

— Гармонию для пони, — добавил Сулик, намекая что в стране зебр не было своего дерева.

— Вначале да – лишь для пони, но со временем гармония должна была распространиться по всему нашему миру. В изначальном плане Лорен казалось бы совершенно непохожие друг на друга существа должны были преодолеть пропасть вражды и недоверия. Пони, грифоны, драконы, яки, чейжлинги, вообще все должны были стать друг другу друзьями.

— Драконы? – спросила Лира. — Чейжлинги? С пони? Хотела бы я на это взглянуть.

— Пожалуйста, — сказала Гармония и материализовала рядом с нами шесть образцов местной разумной фауны; причём каждый образец был не в детском, но точно в юном-подростковом возрасте.

Род цветных копытных в этой группе представлял светло-зелёный земной пони с меткой трёх морских черепах. Судя по этому знаку судьбы он либо любит пляжи либо большой гурман морепродуктов. Рядом с ним стояла… Даже не знаю, как выразится… Горная корова? Помню, что этих покрытых шерстью рогатых называют яками, но как правильно называть самку яка? Ячка? В общем эта шерстистая стоя рядом с пони заметно выделялась размерами, а судя по двусмысленным взглядам какими пони и ячка смотрели друг на друга, их укусила злая пчела по имени любовь. Боюсь представить, что будет если они действительно ей займутся. Селестия будучи в человечном образе, который был не в моей весовой категории, предрекала что если бы я с ней этим занялся, то перелом таза был бы обеспечен. В случае с копытными поза сверху будет не столь удобна, но всё же мне было немного жаль зелёного земного пони.

Чуть поодаль от этой влюблённой пары стоял грифон с перьями и шкурой светлого оттенка синего. Судя по его морде (главным образом выражению глаз) пернатый не одобрял такие межвидовые связи, чего не сказать о следующем гибриде животного и птицы.

Насколько помню помесь птахи и копытного в этом мире называют гиппогрифом. Стоящая позади грифона розовая гиппогриф, с отнюдь не орлиным клювом, прямо светилась жизнерадостностью. Чем-то такая улыбчивость напоминала мне о министерке-наркоманке… Или всё дело в расцветке? И та, и та розового цвета, только пернатая более бледного – жвачкоподобного оттенка. Не знал бы я что это голограмма может подошёл бы чтобы познакомиться и (в хорошем смысле) выяснить у этой гиппогрифины что она за зверь такой и с чем её едят. Удивительное существо, но всё же не такое странное как стоящее рядом насекомо-пониподобное нечто.

Гармония мне прямо в мыслях подсказала что вид данного жука (а точнее самку жука — жучку) называют чейжлинг. Я вспомнил это название. Лира описывала настоящий облик этих членистоногих как мерзких, клыкастых, усеянных дырами пониподобных существ. То что стояло перед нами отнюдь не выглядело мерзким. Странным – безусловно, но не мерзким. Никаких дыр на лапах и клыков торчащих из пасти, даже зазубренный рог на голове не выглядел как оружие. Перепончатые крылья насекомого будто не помещались под надкрыльями и торчали подобно хвосту что придавало образу толику нелепости. (Или это и был хвост пусть и похожий на крыло? Он в полёте роль киля исполняет?) Фасеточные глаза же будто отображали … застенчивость? Или показалось? Просто существо слегка пригнулось и опустило голову, но точно не готовясь к атаке. Оно, точнее она (черты морды небыли грубыми) явно пыталась выглядеть максимально скромно не желая привлечь ненужное внимание. Честно говоря, на фоне остального зоопарка это бы выглядело просто смешно если бы в этой «интернациональной» группе не был следующий персонаж — дракон неопределённого пола.

Я конечно слышал, что убитый мной дракон Спайк будучи детёнышем тоже был прямоходящим (Лира с Трикси мне многое рассказали), но вид стоящего прямо как человек (скорее, как волк в Ну Погоди) ящера, да ещё и скрестившего передние лапы на уровне груди и выражением презрения на вытянутой морде… На фоне этого даже насекомовидная смотрелась вполне нормально. Если же описывать внешность ящера формально, то – оранжевая расцветка чешуи, но как у крокодила белое пузо, да и весь «нижний отдел», глаза классические-рептильные с вертикальным зрачком, из головы в районе ушей торчали некие роговидные наросты, саму же голову венчал небольшой фиолетовый ирокезный гребень, за спиной два небольших будто рудиментальных крыла и толстый хвост со стрелкой (аналогичному гребню цвета) на конце, лапы неестественной для рептилии длины, по отношению к телу скорее человеческих пропорций, каждая оканчивалась пальцами с когтями. Нелепый зверь.

— Это голограммы? – спросил я.

— Стограммы, — ответила фиолетовая, а после пояснила уже серьёзно: — Они должны были стать наследниками элементов гармонии, пускай и без собственно элементов.

— То есть без этой светящейся бижутерии?

— После одной … шутки Дискорда, Твайлайт и её друзья должны были вернуть элементы моему дереву. Элементы же напитавшись их … «духовной силой» должны были усилить мои и без того обширные возможности. Представьте себе – я бы сама смогла наделять носителей энергией элементов. Твайлайт и её друзьям не пришлось бы носить «волшебные блестяшки». «Стограммы» же должны были стать наследниками Твайлайт и её друзей. Их дружба позволила бы мне заново вырастить своё дерево, после чего я также бы дала им способность использовать энергию элементов гармонии без собственно элементов.

— Энергия элементов… — с недовольством в голосе сказала Лира. — Та что на тысячелетия зашвырнула Найтмермун на Луну… Та что заточила Дискорда в камень… Должна была достаться пятерым ранее враждебным Эквестрии существам и земному пони любящему пышные формы. Причём все ещё в юном возрасте. Глядя на такое, будущее выжженное мегазаклинаниями уже не кажется столь ужасным.

— Я понимаю твои опасения, — улыбаясь ответила Гармония пожилой единорожке в толстовке, — но прошу – не будь ксенофобкой.

— Чейжлинг и дракон — элементы гармонии! У Лорен совсем (цензура)?!

— И никого не возмутило что среди них нет зебр? – с какой-то неуверенностью спросил Сулик.

— НЕТ! – хором ответили Гармония с Лирой.

— Нельзя верить чейжлингам! – крикнула Лира.

— Они должны были измениться! – тоже на повышенных тонах ответила Гармония. — Познав дружбу они научатся самостоятельно вырабатывать и делится любовью! Больше никаких подмен! Никаких сборов любви! Кризалис получит заслуженное наказание! Тебе бы понравилось жить в таком будущем.

— Я ещё могу поверить, что чейжлинги могут так вживаться в свою роль что сами поверят, что они теперь добрые и пони их друзья, — ответила Лира; постепенно она успокаивалась, но в её голосе ещё были эмоциональные ноты, — но не в дружбу с драконами. Да даже на морде этой оранжевой дылды, — указала на образ прямостоящего ящера, — написано презрение ко всем, кто не драконы и слабее её.

«Её» заметил я в словах Лиры. Честно говоря тот … та дракон не имела каких либо видимых гендерных признаков (хотя она даже не млекопитающее так что ничего заметного и недолжно быть), а черты морды ничего не выдавали кроме эмоционально настроя. Но мне приходилось видеть лишь одного дракона, Лира же говорила, что, работая на агентство провела множество операций против огнедышащих бронированных летающих ящеров. Чувство юмора у неё специфично, но хвастовством как Трикси она не отличалась, врать у неё не было причин так что я охотно верил — у неё богатый опыт «работы» с драконами.

— Она это преодолеет, — ответила Гармония, — и не стоит так плохо думать о драконах. Ты ведь знаешь – Спайк вовсе не был злым и действительно считал пони своими друзьями.

— Он родился и вырос вместе с пони, — справедливо заметила Лира. — Он жил вместе с Твайлайт Спаркл и общался с элементами гармонии. Разумеется, он был дружелюбней своих сородичей… но не в случае когда кто-то хотел исследовать его пещеру.

— А Смолдер должна была жить учится дружбе вместе не только с пони, а вообще со всеми, под руководством Твайлайт Спаркл, — необычно серьёзно ответила та, кто похожа на эту Твайлайт. — И повторюсь – не стоит так плохо думать о драконах. Помни, наш мир создан Лорен как мир дружбы и гармонии. Каждому обитателю нашего мира не чуждо добро. Даже такие казалось бы отъявленные негодяи как вы на самом деле никогда небыли злыми. «Герои пустоши» которых уже я считала злом тоже должна признать – были не плохими пони. Да что я мелочусь, исключений не было! Дух хаоса Дискорд, Найтмер Мун, король Сомбра, лорд Тирек, королева Кризалис и многие другие – все те, кого Лорен специально создавала как олицетворение зла в глубине души были добрыми существами! Некоторые из них даже должны были это признать и найти своё место в будущем мире гармонии.

— Речь шла не о олицетворении зла, а о конкретном драконе, — спокойно ответила Лира. — Какой элемент она представляла? Давай угадаю – щедрость или верность?

— Каждый из всех шести, — ответила Гармония, — но да – с уклоном в щедрость. Уклон в верность должен был быть у Галуса, — сказала фиолетовая указав на грифона. — В будущем он должен был стать верным стражем на службе у Твайлайт.

— Щедрый дракон и верный грифон, — с сарказмом сказал Отем вклинившийся в диалог, — значит зря волновался что мой и моего полосатого друга элементы могут не сработать.

— А кто из них был с уклоном в доброту? – спросила Лира, вместо ответа Гармония указала на пониподобное насекомое. — Добрый чейжлинг … после такого фраза «добрый призрак» уже не кажется смешной.

— Да, я понимаю ваши сомнения, — сказала Гармония. — Скажу больше – эти будущие элементы сами должны были усомнится в своих моральных качествах и что им не чужда дружба. Согласно пророчествам Лорен, я должна была лично представ перед ними поставить их в такие условия при которых они сами наглядно во всём убедятся.

Тут Гармония начала негромко смеяться. Не то чтобы это удивляло, она всё время была с безумной улыбкой на физиономии, просто для смеха не было видимых причин. Я про себя даже подумал знаменитую русскую поговорку про «смех без причины», Гармония же прочитав мои мысли прямо в них ответила что поговорка давно устарела, а после обратилась ко всем уже нормально на словах:

— Просто вспомнился один смешной момент из пророчества, как раз касающейся так вам непонравившейся Смолдер.

Тут оранжевая прямоходящая ящерица на секунду засветилась, скрывая от нас свои «метаморфозы», а когда засветка спала нам всем было сложно удержатся от смеха. Образ дракона, что ранее стояла перед нами только в своей чешуе, теперь была одета в довольно пышное светлое платье. Крупные рептильные глаза теперь были подведены косметикой и дополнительно обозначены накладными ресницами, а закрытая пасть из которой торчали зубы была щедро намаза красной губной помадой. С учётом того рептилия так и осталась с тем же недовольным выражением морды, образ был ещё более комичен.

— Что это за (нецензурно)? – давясь от смеха спросила Лира.

— Как я уже говорила – Смолдер в глубине души милейшее существо, вот только она всегда хотела быть «хорошим драконом», а «хороший дракон» недолжен быть милым. Чтобы убедить её в обратном я должна была запереть её в созданных мной же пещерах, а после материализовать двух дур которых Смолдер должна будет встретить, блуждая под землёй.

— Материализовать в реальности? – уточнила Трикси. — Не во снах?

— В реальности, — ответила Гармония, — пока у меня было собственное дерево я могла также, как и Лорен материализовывать что угодно, даже разумных существ.

«То есть я тоже так мог. Может я мог бы создать заново всех тех кого убил? Или даже материализовать людей? Или собственный образ сменить обратно на человечный? Глупые фантазии. И те способности что я освоил уже были сравнимы с божественными, но я отказался от роли конька массового поражения. То, что я в теории мог гораздо больше ничего не меняет.»

Гармония же на секунду устремив на меня свой одобрительный взгляд продолжила:

— В общем эти две дуры должны были, предложив Смолдер чаю, далее провести светскую беседу в ходе которой она должна была принять свою милую природу и понять что драконам вовсе не чужда дружба.

— Что же … — неодобрительно ответила Лира, — это вполне в стиле Лорен. Остальные тоже должны были пройти такое испытание унижением?

— Нет, — ответила фиолетовая, — в основном страхом. Йона, — гармония указала на яка, — должна была преодолеть свою арахнофобию. Галлус, — указала на грифона, — клаустрофобию. Оцеллус, — указала на членистоногую, — стыдливость своей внешности. Сильверстрим, — указала на гиппогрифа, — страха быть вновь загнанной под воду.

— Гиппогрифа под воду? – сказал Отем заметив логичное противоречие.

— Это долгая история и к вам она совершенно не относится, — ответила фиолетовая, — я вам всё это показываю и рассказываю лишь чтобы вы поняли каким мог бы быть наш мир если бы принцессы не решили спилить моё дерево и вообще перестать исполнять пророчества.

— Хороший же это был бы мир, — с сарказмом сказала Лира. — Дружелюбные чейжлинги и драконы…

— Ничего смешного! – перебила Гармония. — Это было бы прекрасное будущее и не только для пони! Все были бы друг другу друзьями под мудрым правлением принцессы Твайлайт!

— Но грифоны и в этой реальности остались бы наёмниками, — с какой-то особой уверенностью сказал Отем.

— Ну… да, — неуверенно ответила фиолетовая.

— А ты бы продолжила промывать всем мозги, но в гораздо большем масштабе, — пояснила Лира.

— Нет! – судя по тону речи Гармонию задело данное утверждение. — Я не промывала мозги! Могла, но никогда так не делала! Я и сейчас в любой момент могу просто стереть вас и воссоздать заново, но уже такими какими хочу вас видеть, но до этого не снизойду!

— Будешь испытывать страхами и унижениями как эту новую шестёрку? – спросила Трикси указывая на голограммы-стограммы.

— Нет! И я их не испытывала! Наоборот, я должна была им помочь!

— Самым тупым методом из возможных, — сказал я.

— Но это бы сработало! И … — Гармония замялась. — Попытка убедить словами что я ваш друг похоже тоже тупая.

— Сложно принять как друга того, кто управляла разумами других, — пояснила Лира, — и тем более ту, кто могла помешать, но всё же позволила принцессам обречь наш мир на войну и диктат героев.

— У меня был приказ – не препятствовать действиям принцесс! Ведь каждый из вас был бы достоин носить элемент верности, так что должны понимать – я не могла поступить иначе! Вы не должны… — тут Гармония на секунды затихла и отдышавшись продолжила уже спокойно: — Всё понимаю, но тем не менее, чтобы вы обо мне не думали — я ваш друг, те … существа достойны быть новыми элементами, как и Твайлайт принцессой, а под её правлением наш мир ждало бы прекрасное будущее.

— Охотно верю, — с сарказмом сказал ржаво-коричневый пегас, — вот только будет ли в нём для нас место? Точнее для наших версий из прошлого, что не будут знать о войне с зебрами и всём остальном.

— Не для всех из вас, — с грустью и без улыбки ответила Гармония, а после пояснила: — Ты, — указала на пегаса, — даже не появишься в той временной линии.

— На другое и не рассчитывал, — ответил Отем.

— Остальные же… Ты, — Гармония указала на полосатого гуля, — так и останешься жить в своём племени восхищаясь талантами Зекоры, но так и не реализуешь свою мечту стать её другом.

— Не так уж плохо, — ответил Сулик. — Учитывая, что в нашей истории Зекора была предателем рода зебр, я бы хотел избежать такой дружбы.

— Ты, — Гармония указала на Лиру, — наконец обретёшь с Бон Бон счастье, но так и не узнаешь тайн принцесс.

— Мне нравится такое будущее, — ответила пожилая единорожка. — Не то чтобы мне нравилось жить в неведении, но ради Бон Бон я готова на всё.

— Ты, — Гармония указала на Трикси, — помиришься с Твайлайт, найдёшь призвание не только в показе дешёвых фокусов и обретёшь лучшую подругу.

— А вот мне такое будущее отнюдь не кажется хорошим, — ответила синяя аликорн.

— Пускай в нём ты и не найдёшь своего особенного призрака, но дружба со Старлайт принесёт тебе счастье, — улыбаясь ответила фиолетовая.

— Какая ещё Старлайт? – спросила Трикси.

— Одна из перевоспитавшихся злодеек нашего мира, — ответила Гармония, — и какая ирония – её преступление тоже было связано с путешествиями во времени.

— Преступница что решила изменить прошлое станет моей подругой?

— Она незлая пони и даже стала ученицей у Твайлайт, — ответила Гармония после чего материализовала рядом с собой образ пони-единорога. В сравнении с образом Твайлайт эта Старлайт была более бледного оттенка фиолетового, имела рог средней длинны, странную причёску, и метку изображающую нечто магическое. Что конкретно, не понял – какой-то квадратик с дымком.

— Я ненавижу Твайлайт…

— Вы помиритесь, — перебила Гармония, но тут уже Трикси перебила перебившую:

— И тем более буду ненавидеть её ученицу! Да они даже внешне похожи! Такие же магические метки! Такой же взгляд полный превосходства! Только эта Старлайт ещё и на начальной стадии ожирения! И моя судьба стать её подругой?! Да (цензура) на роге я вертела такую дружбу!

— Не будь предвзятой. Она поможет тебе осуществить номер с мантикорой.

— Да мне (цензура)!

— Она даст тебе уроки магии. Ты действительно станешь «Великой и могучей». Телепортацию освоишь, сможешь предметы в чашки превращать.

— Ты что — читая мысли мои так и не поняла? Я ещё могу смириться что в другой временной линии мне суждено стать подругой жиреющей версии Твайлайт, но не то что я так и не встречусь со своим особенным призраком!

— Вообще-то встретишься, — неуверенно ответила Гармония, — но лишь в одном из вариантов выбор которого сейчас зависит от вас.

— И мы… — Трикси не успела закончить свой вопрос.

— Нет – вы не полюбите друг друга. Встреча будет просто встречей.

— Но… Но… Понимаю. «Великая и могучая Трикси» из прошлого ещё не успела совершись роковых ошибок. Она не была убита Литлпип и не призывала призрака чтобы отомстить. Призрак же… — Трикси повернула ко мне свою морду с небольшой улыбкой, — другого от него и не жду.

— А как сложится моя судьба? – спросил я хотя заранее знал ответ.

— Ты же уже сам понял – в этот мир ты так и не попадёшь, — ответила Гармония. — Если же тебе интересно что произойдёт вместо убившего тебя взрыва, то я могу это даже показать, но не сейчас.

— Показать?! – я искренне удивился такой новости. — Но не сейчас. А что мешает?

— Дело в том, что события, которые должны привести к определённой переломной точке истории ещё не произошли. Я знаю пророчества и догадываюсь как вы поступите, но всё же будущее пока ещё не определено, а значит я не могу его показать.

— Будущее? – спросил я, заметив противоречие. — Вообще-то речь идёт о давнем прошлом.

— Относительно нас это будущее, — пояснила Гармония, — но и насчёт кого считать нами-вами тоже есть неоднозначность.

— Поясни, — серьёзно сказала Трикси, похоже она начала что-то подозревать.

— Приведу цитату Лорен: «Кто мы если не наши воспоминания». Моя создательница считала, что человек, пони и вообще любое разумное существо это в первую очередь его воспоминания. Утешая себя данным утверждением она всегда и до конца считала себя человеком. У меня же на этот счёт другое мнение. Дело в том, что призыв призрака это не просто перемещение сознания. Образно говоря это перемещение души, пущенной через мясорубку после чего это сознание воссоздают заново адаптируя к жизни в новом теле и прочим реалиям иного мира. Пускай при этом воспоминания остаются неизменными, но технически призрак уже другая личность, но помнящая и осознающая себя как человек с Земли. Проще говоря – ты не тот, кем себя считаешь.

— Не скажу, что как-то шокирован, — спокойно ответил я.

— А стоило бы, — ответила Гармония, — потому что я имею ввиду не только твою «смерть на взлёте». Перерождение что ты получил, поглотив душу Селестии тоже тебя убило и воссоздало заново. Обнимая твой аликорний образ, Трикси не догадывалась что, ты был не тот, за кого себя выдавал.

Секундное затишье прервала Трикси, которая прижавшись ко мне ещё сильнее ответила отчаянно пытаясь сохранить спокойствие:

— Кем бы он ни был, хоть призраком призрака, я всё равно его люблю.

— Особенно с учётом что мы тут все призраки, — заметил Сулик.

— Именно, — сказала Гармония, — и попасть в довоенную Эквестрию вы можете тоже только будучи перемолотыми и воссозданными заново и последнее уже совершено.

— Ну так перемешай нас в это прошлое, — сказал Отем. — Мы ведь за этим здесь, и ты похоже будешь только рада если мы … то есть наши призраки изменят ход истории.

— Да – буду рада, вот только не думайте если у меня есть пророчества, то всё предрешено и у вас нет выбора. Создавая наш мир Лорен хотя и подстроила события, но будучи категорически против тотального контроля оставила множество лазеек. Одной из них было моё мировоззрение не позволяющее мне переписывать личности, стирать воспоминания и осуществлять прочий контроль над мыслями. В вашем же случае лазейка заключается в том, что вы можете выбрать кто, отправится в прошлое Эквестрии, а кто на Землю и нужно ли отправляться вообще.

— Ты можешь хоть сейчас отправить меня на Землю?! – спросил я и неподдельной радостью в голосе. Гармония улыбаясь кивнула.

— Мы в истоке магии, а я дух «Дерева Гармонии» напитавшаяся силой ваших элементов. Конечно у меня хватит сил.

— Так чего же ты ждёшь?! Перемещай!

— Жду пока вы все не поймёте, что происходит и неоднозначность положения. Повторюсь – я считала, что утверждение Лорен насчёт значимости воспоминаний ошибочно, но в нём всё же есть зерно истины.

— Зерно? Давай без метафор. Говори прямо.

— Если прямо, то чтобы осуществить перенос вы должны погибнуть, — что-то никого из нас это не шокировало.

— То есть ты всех можешь переместить? – спросила Лира.

— Вас вводит в заблуждение слово перемещение, — пояснила Гармония. — Не перенести, а перемолоть и собрав заново внедрить в носителя. Скажу боле прямо – в этом случае вы будете мертвы! В ином мире или времени будет кто-то другой, пусть и собранный из вашего сознания с вашими воспоминаниями! Жизнь и смерть – это слишком серьёзно! Не будьте легкомысленны! Учтите все переменные! Речь идёт не о том, кто погибнет – вы уже мертвы, речь о том в каком мире будут носители ваших воспоминаний и каким способом будет спасён наш мир!.. И будет ли спасён вообще…

— То есть… — голос Отема с неуверенными нотками был так непривычен, — ещё ничего не предрешено? План Вельвет … то есть Лорен может провалиться?

— Конечно может, — ответила Гармония. — Ты жил в мире, в котором война уже произошла, а историю не так и просто изменить. Не надо думать, что «эффект бабочки» может сработать из-за любой мелочи.

— Но ведь у тебя есть пророчества… — пегас намеренно закончил «многоточием».

— Пророчеств у меня бесчисленное множество и не во всех из них мир будет спасён от жестокой войны. Утешу лишь тем что в большинстве вариантов всё же удастся избежать падения бомб, вот только чтобы эти пророчества сбылись я должна отправить вас в определённый промежуток времени, а он тоже не фиксирован. Так что всё зависит от вас. Решайте кто отправится в прошлое, а кто на Землю. В зависимости от этого тех, кто выберет прошлое я отправлю в определённый промежуток. Тот в котором будет шанс на успех, но также и достойный противник.

— Противник?! – вскрикнули мы чуть ли не в один голос.

Далее последовало секундное затишье так как мы опасались снова перебить друг друга, но Гармония, улыбаясь указала на Трикси, так что именно она озвучила нашу мысль:

— То есть ты специально отправишь нас в тот момент, когда нам могут помешать?! Ты вообще на чьей стороне?!

— Безусловно на вашей, — ответила Гармония, — но поймите правильно – я тоже элемент верности и верна обещаниям следовать пророчествам Лорен.

— Так мы же и собираемся сделать так чтобы они исполнились!

— Буду рада если у вас получится.

— Так перемести нас в подходящий момент.

— Это и сделаю, однако момент будет подходящим не только для спасения мира, но и для того чтобы история пошла по известному вам пути. Поймите правильно, я должна дать шанс не только для призраков, но и для героев; пусть даже последние появятся спустя столетия.

— Так… Ладно… — сказал я, потирая виски. — Что нас ждёт в прошлом? Что нам помешает спасти этот мир?

— Заранее предупреждаю, в случае этого выбора, — без улыбки ответила Гармония, — ты окажешься в прошлом в своём привычном облике земного пони.

— Ну… этот облик действительно более привычен. Хотя я буду скучать по возможности использовать кинез… И вопрос был не таким. Что нам помешает?

— Принцессы, Ночная Гвардия, Рота Террора.

Последняя фраза всех немало удивила. Действительно, мы ведь собирались попасть в прошлое в котором призывы ещё не произошли, а значит никакой роты призраков и тут такая «приятная неожиданность». Лира первой прервала неловкий ступор максимально спокойно спросив:

— А разве изменение прошлого не заключается в том, что мы должны предотвратить призывы, а значит и появление этой «роты»?

— Нет, — ответила Гармония, — ваша задача изменить историю в сторону изначального плана Лорен, тем самым предотвратив войну. Технически те призраки в этом плане вообще не фигурировали, а значит если вы с ними справитесь ещё до того, как они начнут операцию Сенокос то план, в котором Твайлайт станет принцессой, всё равно будет исполнен.

— Но… — Сулик хотел что-то сказать, но Гармония его перебила.

— Нет! Я не передумаю! Вы отправитесь именно в определённый момент! Получите шанс изменить будущее!.. И встретите свою смерть … на этот раз окончательную.

— Ничего страшного, — спокойно ответил Отем. — Уже смирились. Если мы изменим будущее, путём вмешательство в прошлое то в любом случае должны будем исчезнуть.

— Нет! В прошлом будете не вы из будущего, а созданные мной сущности с вашими воспоминаниями! Не стану углубляться в законы физики, квантовой механики, метафизики и перемещений во времени, но в случае информации и прочих нематериальных объектов их можно обойти. Проще говоря после того как ваши призраки окажутся в прошлом на них не будут распространятся правила путешественников во времени. Скажу прямо — даже если вы убьёте своих предков или самих себя, вы не исчезнете.

— Их мы точно не станем убивать, — ответил Отем.

— Но всё равно погибните, — мрачно сказала Гармония. — В случае если вы все переместитесь в прошлое вас ждёт мрачная история, в которой вы пытаясь изменить будущее будете погибать один за другим. Никто не выживет.

— И кто же нас будет убивать? – спросила Трикси. — Гвардия мышекрылых? Рота призраков? Ты ведь знаешь через что мы прошли. С кем нам приходилось сражаться.

— Всё же в тебе ещё сохранилась надменность, — заметила Гармония, — но всё же должна понимать – никого не стоит недооценивать. Ночные пегасы всегда были сильными воинами, а после знакомства с призраками с их свирепостью сравнится только их верность принцессе ночи. Ваш друг с Земли, его полосатый напарник и агент Мятная втроём еле справились с одним ночным пегасом.

Меня аж передёрнуло от воспоминания встречи с Лаенхартом. Убить этого «демона» смогла только вставленная в пасть граната. В сравнении с Лаенхартом даже Спайк не был столь страшен, а ведь он был огромным огнедышащим драконом. Гармония же, читая мои мысли с воспоминаниями продолжала:

— Не думайте, что он был столь опасен только потому что был кантерлотским гулем. Он был сильным воином и без столетнего опыта. Справится с сотнями такими как он будет в сотни раз сложнее.

— Будто когда-то было легко, — надменно ответил Отем, хотя надменность тут была точно наигранна.

— Повторюсь – Ночная Гвардия будет не единственным вашим противником. Если вас не пугают сотни ночных пегасов, то надеюсь перспектива встретить сотни призраков заставит хорошенько подумать.

— Они будут такими же тупыми как наш? – с сарказмом спросила Лира. Как же хотелось дать ей подзатыльник.

— Они будут … разными. Умные и глупые, свирепые, расчётливые, и не только земные пони. Призраки-единороги, пегасы, даже ночные… грифоны. Подумайте — на вашей стороне сражался всего один призрак. А теперь представьте сотни одержимых. Сотни!

— Рота Террора ведь непросто так названа ротой, — заметил пегас. — Речь должна быть только об одной сотне. Может чуть больше, но невелика разница.

— Ротой названа только отдельная группировка ведущая боевые действия. Ту роту обеспечивали многочисленные силы обеспечения. Также вам встретятся и одержимые формально не участвующие в операции Сенокос ведущие мирную жизнь, но узнав о вас они без сомнения сыграют свою роль. И как будто этого мало – Ночную Гвардию и Роту Террора будут поддерживать экономика и жители закрытого города, а также Благородные Сёстры с их страной, многочисленными гвардейскими подразделениями, экономикой всей Эквестрии и собственной магией. Проще говоря — если вы все окажетесь в прошлом то против вас выступит весь мир!

— Нам это не впервой, — заметила Лира.

— Вы погибните!

— Тоже не впервой», — сказала Трикси. — И мы готовы заплатить эту цену.

— Вы не поняли. Пытаясь изменить историю, сражаясь со всем миром вы будите погибать один за другим, и на этот окончательно!

— Мы же уже говорили, что готовы к такому исходу, — спокойно ответил Отем, — и не стоит нас недооценивать. Ещё не факт, что мы обречены погибнуть.

— Так… Ладно… — сказала Гармония пытаясь успокоиться. — Словам вы не верите так что лучше показать.

Тут прямо над озером материализовался огромный экран, на котором Гармония показала тек кто будет нам противостоять. Начала она с показа тренировок Ночной Гвардии. Сотни копытных с кожистыми крыльями в полной экипировке паря совершенно бесшумно ловко уклонялись от многочисленных препятствий. Далее изображение сменилось на показ того как ночные пегасы сражаются в ближнем бою. Копья, алебарды, выдвижные клинки, многое другое что я не опознал – казалось будто эти гвардейцы одинокого хорошо владеют любым оружием. С невероятной ловкостью и точностью они вонзали клинки в ростовые фигуры пони всех подвидов, грифонов, киринов, минотавров и даже людей. Помимо классического холодного оружия Гармония показала как ночные пегасы пользуются болой (тросик с сферическими грузами на концах), луками с арбалетами и самое неприятное – огнестрелами. Убитый мной Лаенхарт без усилий смог связать меня болой и умело пользовался своими клинками. Будучи кантерлотским гулем со звуковым оружием, он мог себе позволить отказаться от огнестрелов. В его случае это был бы просто лишний груз. Те же ночные пегасы которых показывала Гармония наоборот были в восторге от новых орудий труда. Скалясь они с нескрываемым удовольствием расстреливали многочисленные мишени, закидывали их гранатами, сжигали из огнемётов.

Честно говоря – действительно пугало. Ночные пегасы сами по себе выглядят угрожающе (просто демоны), с холодным оружием они уже были страшными противниками, а имея огнестрелы они вообще становились одним из сильнейших если не сильнейшей группировкой этого мира. Конечно нам показали только тренировки, но на них эти копытные действовали умело, организованно, свирепо сражались и метко стреляли. Не то чтобы Последователи, Рейнджеры, Когти и прочие с кем приходилось вести бой были лишены этих качеств, но они были скорее «линейными частями». Ночная Гвардия же точно создавалась как элита и не сомневаюсь — они заслуживали такой статус.

На всех нас увиденное произвело сильное впечатление, однако не настолько чтобы заставить передумать, так что вскоре Гармония показала другого противника.

После секундного затемнения экран довольно кинематографично показал вечерние улицы мрачного города. Асфальт весь в ямах, далеко не на всех фонарных столбах были работающие лампы, здания же – обшарпанные кирпичные трёх и пятиэтажки. Во дворах и проспектах ржавые битые автомобили неизвестных мне моделей. Сразу было понятно, что это не Земля, но архитектура нетипична для волшебного мира, а наличие техники точно показывало, что жители этого города развивались альтернативному остальному миру путём. Вскоре камера показала и жителей это города. Жителей… Скорее его недавних обитателей от которых спрятались собственно жители.

Десятки копытных всех кроме аликорнов подвидов и даже редкие грифоны располагались вокруг горящих бочек, или с мрачным видом «патрулировали» улицы. Было темно, но всё же смотря на экран на крупные планы мы заметили, что у очень немногих из них радужка глаз была как у меня -тёмного цвета. Тем не менее это были именно «призраки». Необычная походка, попытки дурачась стоять на задних ногах, безумные выражения на физиономиях, наличие у каждого одежды и какого-либо оружия выдавало их с головой. На оружие стоит остановиться подробней. Оно напоминало те самоделки что (не без моей помощи) изготовили жители Филлидельфии перед тем как ОФОТ и СНС освободило их город от когтей наёмников. Различные револьверы из труб, кустарные дробовики, самодельные пп и многое другое; несколько грифонов вообще были вооружены строительными гвоздезабивными пистолетами. Помимо эрзац-огнестрелов эти … одержимые были вооружены и разнообразным холодным оружием. Ножи, дубинки с шипами и без, топоры всех форм и размеров.

В общем «призраки» выглядели довольно угрожающе, однако, но не для тех кому приходилось брать тюрьму штурмом, вести подрывную деятельность в закрытом городе, с боем брать Новый Кантерлот и многое другое. Эти призраки может и были опасны, но они не выглядели организованными. Если использовать терминологию вселенной сорока кусков, то это была варбанда, а точнее просто банда; не рейдеров (никаких кольев с черепами и прибитых к стенам), но это немногое меняло. Нас она совершенно не пугала. Ночная Гвардия в сравнении с этими призраками была образцом организованного подразделения и это было по-настоящему жутко. Впечатление было такое что это не призраки, а ночные пегасы должны были давать инструкции как создать армию. И только я подумал: «И это та самая Рота Террора, устроившая этому миру Сенокос!» как Гармония (похоже прочитав мои мысли, а может совпало) показала другую картинку.

Едва заметно в тенях к призракам приближались одиночные силуэты. Кидая бутылки, кирпичи и прочий мусор незнакомцы заманивали одержимых к теням после чего быстро с ними расправлялись. Всё происходило тихо и быстро. Даже мы, смотря с довольно кинематографичных ракурсов не видели всех подробностей. Только одержимый был и тут его что-то утащило в тень. Однако не всех одержимых удалось приманить и устранить столь банальным способом, но у противника были средства и на этот случай. Секунды и несколько одержимых падают с дротиками в шее; рискну предположить, что стреляли из пневматики или просто из трубки-духового ружья. Однако хотя выстрелы были бесшумны, да и парализованные не кричали, но шум падающих тел быстро был услышан на вечерних улицах. Одержимые быстро поняли, что на них напали и открыли по теням беглый огонь. Те, кто скрывались в этих тенях в долгу не остались и уже из темноты послышались многочисленные выстрелы, в том числе и хлопки гранатомётов. К счастью для одержимых гранаты были дымовыми, но сами бы они с этим не согласились. Дым похоже был едким, и это, не говоря о и так почти нулевой видимости. Пользуясь этой завесой, противник подбирался к одержимым вплотную после чего расправлялся с ними в «рукопашную». Бой был недолог, на то чтобы развеять дым пегасам противника понадобилось больше времени. Когда же дым был рассеян мы наконец рассмотрели тех, кто с такой лёгкостью расправился с далеко немаленькой вооружённой группировкой одержимых и это была не Ночная Гвардия; пусть даже среди них тоже были ночные пегасы.

По видовому и подвидовому признаку та группа была аналогична побеждённой группе одержимых. Тоже в основном земные пони, но хватало и единорогов с пегасами, ночные пегасы и грифоны были единичны. То, что это тоже были призраки мы уже давно поняли, однако от побеждённой группировки их отличала дисциплинированности и вооружение с амуницией. Никаких дубинок с гвоздями, револьверов из труб и прочего эрзаца. Вооружение этих одержимых выглядело вполне технологично, будто заводского производства и представляло собой не только пневматику. Автоматы, дробовики, пп, гранатомёты – полный джентельменский набор. Их амуниция тоже не отставала. Побеждённые одержимые носили обычную одежду, их противник же гордо красовался в брониках, разгрузках, шлемах и противогазах на мордах. Те же кто противогаза не носил небыли обделены «шапкой для лица». На многих физиономиях были чёрные маски с нарисованными на них мелом белым рисунком черепа. Такой же лик смерти был и на шевронах их чёрной формы. Самым неприятным фактом было что этот череп был человеческим. В общем одного вида их символики было достаточно чтобы заставить нас боятся. В сравнении с этим белым черепом наш бело-красный зонтик выглядел просто эмблемой миролюбия и пацифизма. Парадокс, но эти головорезы в чёрном в итоге тоже проявили миролюбие. Страшно сказать, но те, кто носил такую символику в итоге никого не убили. Все побеждённые одержимые были живы, только находились под действием транквилизаторов или просто были прижаты мордами в асфальт.

Казалось, всё закончилось, но Гармония не спешила сворачивать экран так что далее мы стали слушателями незамысловатых разговоров этих «призраков».

— Не расходимся, держимся вместе!

— Давай просто упакуем их и свалим.

— Эти придурки не заслуживают «упаковки».

— Они тупы, а мы профессионалы — у них не было шансов.

— Эй, каждый из них убил свыше 20 травоядных, а некоторые и птицекошаков ощипали. Не стоит их недооценивать.

— Всадить в них обойму?

— Не переигрывай. Нужно уложиться до утра. Не хочу ждать до восхода солнца, иначе нас поимеют.

— Начинает казаться, что творящийся вокруг пиздец — это нормально.

— Ты ходишь на четвереньках, теперь это нормально.

Далее речь сопровождалась треском помех:

— На участке чисто?

— Сектор пуст, докладываем: никого нет. Сектор зелёный!

— Повторите приказ!

— Сектор зелёный!

— Отбой. Учения завершены. Сворачиваемся.

Последние слова немало так удивили. Это оказывается были учения… Очень странные учения. Обе стороны действовали жёстко, а одна из них стреляла явно не резиновыми пулями. С другой стороны, в ходе этих «учений» никто не погиб (то, что не пострадал я бы не стал утверждать) да и судя по тому с какой «заботой» одна из сторон развязывала другую и как после этого они дружески похлопывают друг друга по спине, эти «призраки» не выглядели враждующими.

— И что это было? – удивлённо спросил Отем.

— Учения, — ответила Гармония, — разве не понятно?

— Понятно, но это очень странные учения, — уточнил пегас, — против кого они учились так … воевать.

— Против вас, — ответила Гармония. У нас же прямо сердце ёкнуло и как будто этого мало на экране стали манятся кадры показывающие «служивые будни» этих «призраков».

Тренировочные лагеря в лесах, в горах, пустынях, ледяных пустынях на городских улицах, да где только их не было. Разнообразное вооружение – холодное и огнестрельное, как откровенно кустарное, так и заводского производства. И самое неприятное – то как «призраки» тренировались в его использовании. Даже не так – то, на каких мишенях они тренировались. В мане… то есть поникенах, рисунках на бумаге и фанере отчётливо прослеживались наши образы. Расцветки, нарисованные физиономии, одежда и бело-красные нашивки на ней – удивительное сходство. Как будто этого мало, конкретно «мои мишени», изображающие либо серого земного пони, либо серого кожистокрылого аликорна, часто были представлены «в разрезе»; как схема животного в мясной лавке (https://youtu.be/mK-XuwSpoSQ?t=8), хотя тут скорее уместно сравнение с нумерованной мишенью для игры в дартс. Тело копытного было разделено на различные участки, которые отмечались буквами с цифрами. На крупном плане участок моего ма… поникена раненный в область сердца отмечался как «K3 D5»; из отверстия на месте попадания текла красная жидкость. Понятия не имею что означали эти символы, но то, что, готовя поникен «призраки» не поленились и заполнили его имитатором крови, говорило о многом. На этом фоне то, что «призраки» использовали нашу символику как мишень стреляя и кидая в «зонтик» ножи выглядело просто невинно.

— Не удивляйтесь. Призраки будут знать о вас и ваших целях. В случае если вы все попадёте в довоенную Эквестрию они вам устроят достойную встречу. Это я ещё показала самые невинные учения без участия Ночной Гвардии, прочие моменты гораздо более жестоки, а вооружение более разнообразно. Скажу даже наперёд – в варианте, в котором вы все попадёте в прошлое, Селестия не будет столь категорична и призраки, не заботясь о скрытности, ускорятся и доведут работу над Т-90 до конца. Поверьте, обязательно найдётся тот, кого они намотают на его гусеницы, — у меня вновь сердце сжало, так как я догадывался на кого она намекала.

— И что же ты предлагаешь? – спросил я чуть дрожащим голосом. Конечно, я уже смирился с будущей смертью, но не настолько чтобы заглушить инстинкт самосохранения. Пророчество, в котором я буду перемолот танковыми гусеницами по-настоящему пугало, так что я был рад знать, что есть и другой вариант.

— В прошлое отправишься только ты, — ответила Гармония, указывая на меня копытцем. Не такого ответа ожидал.

— В смысле?.. Ты ведь вроде не хочешь мое… нашей смерти, но предлагаешь отправится в прошлое в одиночку сражаться против сотен таких же как я и целого полка ночных пегасов. И... Как же все остальные? – спросил указав взглядом на стоящих рядом копытных. — Если они не со мной, то тогда...

— Ты их убьёшь, — без улыбки ответила Гармония.

— ЧТО?!! – спросили мы в один голос.

— Не думайте столь прямолинейно, — сказала Гармония с явно наигранным спокойствием. — Я же уже говорила – вы уже все мертвы, и сейчас чувствуете себя живыми лишь потому, что я это позволяю.

— А ещё что ты наш друг, — возмущённым голосом сказала Трикси, — и никому не желаешь зла. Гармония… С качествами каждого элемента… Доброты (цензура).

— Не торопите и позвольте объяснить, — сказала Гармония, мы же все затихли, а те, кто мог навострили уши (не я и не Сулик с Лирой; уши у них уже не могли шевелится).

— Отлично, — Гармония была рада нашему вниманию. — Дело в том, что в случае, если вы все решите оказаться в прошлом я перемещу вас не так далеко, как вы планировали – не в то время, когда Роты Террора ещё не существовало, а несколько позже. Кто вам повстречается в те времена я уже показала и предрекла незавидную участь. Я верю, что вы сможете предотвратить войну, но не в то, что вы при этом выживете. В случае же если вы в очередной раз умрёте уже сейчас, то в прошлое отправится только один призрак – тот которого вы на словах презираете, но в душе искренне любите. В этом случае речь будет о чуть более дальнем прошлом. Том, в котором Рота ещё не появилась, но принцессы уже решили начихать на пророчества Лорен, а ночные пегасы успели вкусить крови призрака.

— Отлично, уже легче, — мой сарказм.

Гармония же продолжила тем же тоном будто не заметив, но всё же обратилась уже конкретно ко мне:

— Тебе действительно будет легче. Во всяком случае танком тебя точно не раздавят… будет множество других способов умереть… Но… Но ты сохранишь образ аликорна.

— Может лучше создашь мне мой человечный? — с надеждой спросил я, всё ещё наслаждаясь прямохождением, но Гармония помотала головой. — Тогда оставь образ земного пони. Просто привык быть незаметным.

— Незаметным ты будешь и в образе аликорна. Уж тебе ли не знать какие у этого подвида способности.

— Да… уж… — согласился я, вспоминая какой шухер творил.

— А вот об этом забудь, — сурово ответила фиолетовая. — Я не отправлю в пока ещё мир гармонии призрака-аликорна способного создавать мегазаклинания.

— То есть отправишь в самом заметном облике из возможных, но заберёшь способности?

— Скорее заставлю забыть моторные функции которые позволили тебе творить хаос.

— Снова лоботомию проведёшь?

— Нет!!! – неожиданно громко крикнула фиолетовая, будто это был «Кантерлотский Гласс» Лаенхарта; даже крылья при этом расправила, но через секунды успокоилась. — Я не такая и никогда не стала бы калечить чужой разум стирая воспоминания. Навыки я не сотру, а скорее блокирую, причём временно.

— А глупее от этого не стану?

— Это невозможно.

— Ну хоть что-то хорошее… Погоди! Это было оскорбление?

— Нет, так что слушай и не отвлекайся. По истечению времени к тебе должны будут вернуться все способности, даже возможность видеть будущее, создавать жизнь и контролировать разум других. Хотя последнее ты и так не умел.

— То есть я должен буду, попав в прошлое подождать, когда память вернётся, и используя способности… — сказал я вопросительным тоном намеренно не закончив фразу.

— Можно и так, — ответила Гармония, — но ведь мы все знаем, что ты не любитель выжидательной тактики.

— Да – не любитель, — согласился я, да и все остальные кивнули.

Это Селестия была пламенем со спокойствием воды. Ожидая нашей встречи, она была готова ждать десятилетия, если не числа с большим количеством нулей. Это она спокойно относилась к … моей … деятельности, но поняв, что, по сути, мы оба не плохие и не должны враждовать, предложила свою дружбу, а после буквально пожертвовала своей душой. Разве после такого я смогу просто выжидать? Вопрос риторический и Гармония знала ответ; все знали.

— Но как же остальные? – спросил я, указывая на копытных. — Они просто исчезнут?

— Нет, — улыбаясь сказала Гармония, — они погибнут, но, чтобы возродится на Земле.

Будь мы в материальном мире мой насос от таких резких «сжатий» уже обеспечил бы сердечный приступ.

— То есть, — мой голос дрожал, — я отправлюсь в прошлое, а они на Землю? – Гармония кивнула. — А нельзя ли как-то наоборот?

— Можно, — ответила фиолетовая, — но в этом случае твой договор с Дискордом станет неактуален. Ты очнёшься в своём мире, даже в своём теле и сохранив воспоминания о ином мире, вот только после взрыва самолёта от тебя ничего не должно было остаться. Некуда будет вселять. Значит перенос произойдёт в момент до твоей смерти, но Дискорд уже будет не обязан выполнять свою часть сделки. Катастрофа не будет предотвращена, а значит у тебя будет совсем немного времени чтобы отменить вылет или ещё что-то предпринять.

— Но ведь…

— Нет, — твёрдо сказала Гармония. — Я не могу выбирать момент. В плане переноса между мирами Лорен оставила очень чёткие рамки. Ты попадёшь либо в момент перед вылетом, либо вообще не попадёшь. К тому же перенося своё сознание ты неосознанно убьёшь прежнего себя который ничего не знает о ином мире. Тебе ведь не чужда мораль. Готов ли ты пойти на такую жертву ради сомнительного успеха?

— Нет, — тут уже мой ответ был твёрдым как камень. Я не хотел убивать кого-то похожего на себя; да и вообще никого не хотел, но учитывая мой род деятельности...

— А мы? – спросила Трикси. — Мы тоже попадём в похожую ситуацию?

— Похожую, но не такую, — говоря Гармония очень широко улыбалась. — Лорен всё продумала. Те люди, которых вы заместите должны будут умереть, так что ваш перенос лишь ускорит их смерть на считанные секунды. Но не бойтесь, это в случае с дилетантским подходом Трикси призрак неделями адаптировался к новому телу, прежде чем придти в сознание. В вашем случае вы сразу осознаете себя, а остаточное заклинание впервые минуты вылечит любые ранения. У вас будет шанс выжить и прожить новую жизнь. Цените жизнь, помните друг о друге, и вы выживите и даже может найдёте друг друга в ином мире.

— Я найду… — договорить Трикси не успела.

— Нет, — сказала Гармония, убрав улыбку, — его ты не найдёшь. Твой особенный призрак останется в Эквестрии. На Земле же будет жить похожий, но другой человек. Ты, конечно, можешь попытаться его найти, но мы ведь все понимаем, что он не сможет тебя полюбить.

Тут Трикси опустила уши, а потом и морду, после чего простояв так три секунды посмотрела на меня невероятно добрым взглядом. Далее она собиралась что-то сказать, но Лира прервала неловкую паузу:

— Я согласна! Всегда хотела стать прямоходящей! Да и если наш призрак спасёт мир, то значит я не стану гулем, а Бон Бон выживет. Меня устраивает такой расклад.

— А меня нет, — хрипя сказал Сулик. — Значит мою страну продолжит терроризировать «Посланница Звёзд», Селестия не получит заслуженного наказания, а я так и буду кость в носу носить.

— После признания Твайлайт принцессой Эквестрии «Посланница Звёзд» уйдёт в прошлое, — пояснила Гармония. — Будь уверен – у Лорен не было планов, в которых Твайлайт должна была бы сжигать зебр своей фиолетовой магией. Принцесса дружбы найдёт способ усмирить своего внутреннего демона, а я, то есть моё дерево, питаясь гармонией учеников школы дружбы найдёт в себе силы и для твоей страны.

— Мир под излучением разумного дерева!

— Но мир! Ты ведь всегда был прагматичен вот и будь последователен. Будущее под кронами моего дерева или будущее под пеплом от мегазаклинаний?

— Под Солнцем Селестии, — пояснил полосатый.

— Насчёт Селестии разочарую – она действительно останется в глазах пони белой и невинной. Однако в её защиту скажу – она скорбела по каждому кого убивала и зло совершённое «Посланницей Звёзд» было одной из главных причин почему Селестия отказалась исполнять пророчества Лорен.

— Всё равно она не заслуживает такого конца своей власти. Вечного отдыха на Серебряных Берегах.

Серебряные Берега, я помню это название. Селестия упоминала, что она и её сестра будут там отдыхать после того, как передадут власть своей ученице. Не помню, чтобы я рассказывал кому-то такую подробность. Судя по последним словам зебры, диалог между ним и духом Дерева Гармонии проходил не только на словах. Гармония явно что-то «транслирует» ему «телепатически». Может даже в момент беззвучной паузы, когда Сулик чуть ли не минуту стоял с задумчивым видом на самом деле между ним и Гармонией был ожесточённый спор. Или Гармония действительно оставила полосатого со своими мыслями, чтобы решил какой вариант будущего для зебр плохой, а какой очень плохой? Гармония не ответила на этот вопрос, а вот наш полосатый друг всё же сделал свой выбор.

— Я согласен, — чуть неуверенно сказал Сулик. — Селестия действительно не виновата, виновата Лорен. Я готов отправится в другой мир и надеюсь, что найду эту рыжую-бесстыжую.

— Лорен тоже не виновна, — сказала Гармония, — так что если ты найдёшь Лорен, то убьёшь невиновную.

— Интересный у вас мир, — сказал я, нагло вклинившись в чужой диалог, — все невиноваты, все желали миру добра, все хотели этот мир спасти. Спасти путём его уничтожения. Даже мы собираемся сделать тоже самое.

— Да, — согласилась фиолетовая, — я понимаю. Но и ты пойми – мы все являемся пешками в чужой игре. Даже Лорен была разменной фигурой, пусть и не пешкой, а ферзём.

— Тогда для чего это всё? – задал я самый правильные вопросы из возможных. — Кому и для чего нужен псевдоволшебный мир? Мир, в котором все не злые, но спасая его друг от друга десятки раз чуть не довели его до полного уничтожения?

— Этого я не могу сказать, — опустив голову ответила Гармония.

— Ты же «элемент честности», — заметила Трикси, которая формально сама являлась этим элементом.

— Я честна, но это не значит, что готова всё разболтать. Помните, я ещё и «элемент верности» и до конца останусь верной своей создательнице. Лорен не велела раскрывать все карты. На некоторые вопросы я отвечу только вашему другу с Земли, а некоторые должны остаться без ответа.

— Ну может хоть намекнёшь, — с надеждой сказала Лира. — Мы ведь имеем право знать, ради чего были все наши, да и не наши тоже жертвы.

Отвечать Гармония не стала. Вместо слов она, засветив своим отростком сымитировала заклинание телепортации после чего за её спиной с хлопками в слепящих вспышках появились два… Вспомнить бы слово.

«Глайдера» — пояснила Гармония.

«Точно» — мысленно отметил я.

Какие же они жуткие. Тот, что был жёлтого цвета, похожий на самолёт схемы летающее крыло, ещё ничего, только пушки с ракетами выглядели угрожающе, а вот тот, что был похож на комара… Когда его показывала Селестия этот глайдер был в дали и оттуда выглядел не столь страшным, но теперь вблизи… Теперь у меня будет страх и перед кровососущими насекомыми. Будто арахнофобии было мало.

— Всё из-за них, — со злобой сказал Отем. — Мегазаклинания, Анклав Пегасов, пуля в моей голове, День Солнца и Радуг, смерть героев в том числе Вельвет была глобальной многоходовкой достижения которой должны получить разумные машины! (Нецензурно)!

— Не совсем так, — оправдывающимся тоном ответила Гармония, попутно развеяв образы глайдеров, — и это не они призвали Лорен чтобы она создала наш мир. Ради чего были все эти жертвы я не отвечу, но скажу лишь что ни одна не была напрасной.

— С этим утверждением я бы поспорил, — заметил Сулик.

— Но ведь ты же согласился на все условия, — сказала Гармония, хотя я согласия от полосатого не слышал. Опять телепатия. — Ты ведь готов проявить щедрость и дать призраку шанс уже дать шанс нашему миру.

— Шанс ради шанса, — сказал Сулик заметив неудачный каламбур, — с трудом верю, что я согласился … и не понимаю, где здесь щедрость.

— Щедрость – весьма абстрактное понятие, — ответила кристальная.

— Вот и проявила бы абстрактную щедрость позволив Вельвет с Флаттершай тоже получить вторую жизнь в ином мире, — ответил Сулик. Для меня это было неожиданно. О Флаттершай он всегда хорошо отзывался, но вот к Вельвет относился скорее отрицательно (хотя принял её дружбу). Вот уж не думал, что в такой момент полосатый будет о них вспоминать и говорить, что они заслужили большего чем просто смерть. Неужели он действительно элемент щедрости?

— Это невозможно, — ответила Гармония.

— Но ведь мы «твои сны», — заметил Сулик, — вот и представь, что тебе приснились те пони.

— Моя доброта основана не на их элементах, — ответила Гармония, посмотрев на меня, — и они больше не являются частью плана Лорен, так что нет.

— Стоило попробовать, — сказал Сулик.

— Это была хорошая попытка, — улыбаясь ответила Гармония, а после обратилась к «элементу верности»:

— Я уже всё услышала, но будет более честно если ты скажешь сам.

— Разумеется, — согласился Отем, — это будет более честно, — тут он сделал отнюдь не глубокий вдох и... — Я тоже согласен.

— Тоже хочешь стать прямоходящим? – спросил я у пегаса, намекая на Лиру. — Действительно желаешь предотвратить войну? – указывал на мотив зебры. — Или считаешь, что после стольких смертей твоя личность так сильно исказилась что даже не можешь называться прежним именем… — замялся так как мотив Трикси (которая была в образе аликорна) пегасу точно был чужд, но я продолжил: — Неужели не хочешь, чтобы в этом мире моя личность была стёрта, а в другом хочешь найти мой … прототип?

— Нет, — ответил пегас, но помявшись добавил, — хотя я действительно не желаю, чтобы война произошла.

Далее пернатый, неожиданно расправил свои короткие крылья, и, изобразив непривычную для его физиономии добрую улыбку, обратился одновременно ко всем нам:

— Я никогда не верил в дружбу … до сегодняшнего дня. Мне стыдно за всё плохое что я о вас думал. Кем или чем бы мы ни были в другом мире, надеюсь мы найдём друг друга. Пускай мы погибнем, но воспоминания о вас стоят того, чтобы их сохранили. Было честью сражаться с вами.

— Взаимно полковник Отем, — ответил Сулик и подойдя к пернатому сделал нечто неожиданное. Он крепко по-дружески его обнял. Далее к обнимашкам подключилась Лира. Потом я, присев на колено обнял копытных. Далее и Трикси расправив крылья присоединилась к объятиям (но судя по тому, как она тёрлась мне об щёку … без комментариев), а через секунды и Гармония. Эта кристальная оказалась холодной на ощупь; холод, как всегда, был приятен.

Неловкая была ситуация, причём не только для меня. Обниматься с копытными, пусть даже те разумны и дружественны — всё же глупо. С другой стороны, что на Земле что в этом мире обнимашки далеко не такой уж и двусмысленный жест. Но опять же, с другой стороны, копытные сами неоднозначно относились к тому, что я их обнял. Трикси с Лирой то нормально отнеслись, а вот пегас и зебра, будучи непривычны к моему облику то и дело нервно дёргались. Гармония же – особый случай. Как бы то ни было, но объятия — это такой жест, который недолжен быть слишком долгим, так что вскоре я прекратил и встав в полный рост сделал шаг назад. Копытные тоже прекратили жаться, только Трикси всё лезла рогатой головой мне под ладонь и успокоилась лишь когда я положил руку ей на холку. Опять возникла неловкая тишина, которую в итоге прервал тот из-за которого и начались обнимашки.

— Всё же, почему именно мы? – спросил пегас. — Почему у нас есть выбор? Почему именно нам ты предложила новую жизнь в ином мире? Почему не герои?

— Герои уже добились чего хотели. Они нашли себя в нашем мире сыграв в его истории важную роль.

— Только финалом их роли была героическая смерть от наших копыт, — ухмыляясь сказал пегас, а после заметив одну странность сказал серьёзно и без ухмылок: — Может ты и элемент честности которая говорит правду, вот только всё равно что-то недоговариваешь. Неужели ты настолько верна планам Лорен что совсем не учитываешь личные … мотивы?

— Из-за героев я была заперта в центре управления погодой, — с серьёзной мордой ответила Гармония, — а обломки моего дерева были деталью фильтрационной установки. Конечно, у меня были мотивы.

— Не уходи от ответа, — сказал пегас, — ты поняла мой вопрос. Вельвет бы была более достойной.

— И оказавшись в ином мире стала бы всем помогать, даже насильникам что избрали бы её для своих утех, после чего обязательно начала бороться с плотоядной природой людей, коннозаводчиками, охотниками и прочими не вписывающимися в её высокие стандарты доброты.

— Она бы не стала убивать, — заметил пегас.

— Тем хуже для неё. Она действительно элемент доброты и не нашла бы себя в ином мире. Для неё он был бы равносилен Аду; как наш для вашего призрака. Кстати, призрак до сих пор считает наш мир Адом, а Дарительницу Света сравнивает с Люцифером, и не только из-за сходства прозвищ.

Вряд ли копытные (кроме Лиры) знали, что значит имя Люцифер (несущий свет) да и вообще имели хоть какое-то понятие о земных религиозных персонажах, но намёк был понят и похоже даже без телепатии Гармонии.

— А все остальные? — сказал пегас продолжая задавать резонные вопросы.

— Удивлена что тебя это волнует, — с грустью в голосе сказала Гармония. — Ты отпилил голову своему младшему брату, а сейчас думаешь о его душе на Райских Лугах. Удивлена что о Литлпип ты думаешь вполне цензурными словами, а о Вельвет вообще, как о невоспетом герое.

— И?

— Они мертвы. Нет никаких Райских Лугов, а Лорен не строила планов, в которых они должны были стать призраками.

— Это печально, — с грустью сказал Отем, но через секунду уточнил: — В отношении Вельвет. Остальные встретили достойную смерть.

— Скоро все, кого мы знали встретят смерть, — вмешалась Трикси, — и отнюдь не достойную.

— Мы же уже это обсуждали, — вмешался я, понимая, что разговоры слишком затянулись, — план Вельвет аморален, но мы согласились пойти на такие жертвы.

— Это было правильное решение, — согласилась Гармония, а после на примере пояснила почему: — Литлпип считала себя элементом самопожертвования, так как чтобы спасти своих друзей ей пришлось пожертвовать своей добротой убив тысячи невинных. Днём подсматривая за пони и коротая ночи с Хомейдж она считала все жертвы более чем оправданными. Вы же собираетесь уничтожить вообще всех, в том числе и тех, кто сражался вместе с вами, ради изменения истории и спасения тех, кого — либо ненавидели, либо не знали.

— Не надо так говорить, — перебил Сулик. — Мне и так тяжело далось это решение так что не надо напоминать, что попутно мы спасём и принцесс, из-за которых всё началось.

— Не вы, а только один из вас, — уточнила Гармония. — Или вы передумали?

— Нет, — ответил Сулик, — я доверяю нашему призраку и верю, что он справится.

— Только в иной мир не хочешь, — заметила Трикси.

— Если там мы найдём друг друга, то всё не так и плохо, — заметил полосатый. — И как понял, мы в любом случае умрём, а на Земле будут лишь наши «призраки».

— Что мы если не наши воспоминания? – вопрос Трикси звучал как риторический.

— Вот Лорен тоже так считала, — заметила Гармония, — хотя я не согласна. В любом случае вы сделали главный выбор. Теперь же вы можете выбрать как ваши воспоминания покинут наш мир и на этот раз навсегда.

— Так мы должны умереть? – спросила Лира.

— Да — именно это. Чтобы осуществить перенос сознания оно должно само признать себя погибшим.

— Какое-то жестокое правило, — заметил я.

— Правила есть правила, — спокойно ответила фиолетовая, — и ты о них знаешь. Именно следуя этому правилу Селестия позволила себя убить, что ты и сделал; хотя к тому моменту вы оба не желали друг другу зла.

— Она права, — заметила Трикси. — В моём случае Чёрная Книга не смогла бы меня переместить если бы я не смирилась со своей участью.

— И что ты предлагаешь? Чтобы мы друг друга…

— Нет, — перебила Гармония. — Убивать должен только ты.

Тут почёсывая Трикси за ухом, я вновь замялся. Смотря в полные надежды большие глаза копытных, я был отнюдь не рад перспективе быть их палачом.

— Ты предлагаешь мне убить своих друзей? Та, кто называет себя Гармонией? Понимаю, что я не лучший элемент доброты, но не до такой степени.

— Я и сама могу убивать, — серьёзно сказала Гармония, — пусть это и идёт в разрез с моими принципами, но твоим друзьям дан выбор и вряд ли они захотят умереть от той, чей образ считают виновницей многих бед.

— Она права, — сказала Трикси, — я не хочу встретить смерть в образе Твайлайт Спаркл и думаю никто не хочет.

— Ты ведь не хочешь, чтобы…

— Именно это, — сказала Трикси, не дав мне договорить вопрос. — Как говорила Литлпип: умереть на руках у друга – то, о чём она и не могла мечтать. Я не хочу умирать, но понимаю, что это необходимо, и выбирая от чего встретить смерть буду рада умереть от твоей руки, — последние слова копытная проговорила с улыбкой. Мне же было отнюдь не весело.

— Ты её заставила, — хмуря бровь сказал я Гармонии. Неожиданно Лира опередила фиолетовую с ответом:

— И не только её, — улыбаясь сказала очень старая мятно-зелёная копытная, — я тоже так думаю, а может и наша другая гендерная половина.

В подтверждение слов Лиры Отем и Сулик ответили небольшими кивками, но без улыбок. Вот она разница мужского и женского мировоззрения. Даже в другом мире мужики более серьёзны. Я же пускай и мечтающий встретить собственную смерть с улыбкой, был предельно серьёзен и уже собирался сказать Гармонии пару ласковых, но она и без чтения мыслей всё понимая, меня опередила:

— Заставлять – не мой метод. Подстрекать, доводить – такое активно практиковала, но лишь для благих целей, следуя ограничениям наложенными элементами и соблюдая пророчества Лорен. Вы ведь знаете мою историю и в насколько узких рамках мне приходилось поддерживать гармонию. Я бы никогда не стала вмешиваться в чей-то разум, чтобы он решил самоустраниться. Это ваше решение.

— Да – мы поняли, — недовольно сказал Сулик, а потом продолжил тем же тоном: — Ожидание смерти порой хуже самой смерти. Уж я-то знаю, столетия её ждал. Давай закончим уже этот бессмысленный разговор. Пусть призрак нас убьёт, мы в это поверим, ты переместишь нас в его мир, а его самого в прошлое чтобы он его исправил. – Тут полосатый повернулся обратился уже ко мне: — Ты ведь это сделаешь?

— Д... да, я это сделаю, — тяжело мне дались эти слова.

— Вот и отлично, — улыбаясь сказала Лира и гарцуя подбежала ко мне. — Пусть я буду первой. Всегда мечтала встретиться с людьми. О смерти не задумывалась, но, пожалуй, была бы рада чтобы моя смерть была связана с прямоходящими.

— И… как я это сделаю? – спросил я, переместив взгляд на Гармонию. Та, улыбаясь, засветила своим отростком, после чего передо мной из фиолетовой ауры в воздухе материализовался пистолет, в котором я не сразу опознал осовремененную интерпретацию Colt 1911; смутила аббревиатура STI на корпусе.

С улыбкой психбольного я взял данный предмет, но Лира, смотря то на мою улыбку, то на пистолет вдруг резко возразила:

— Нет! Не так! Пуля в голову – это так банально.

— Кто бы говорил, — заметил Отем.

— А я согласен, — сказал Сулик, которому тоже однажды пришлось словить хэдшот. Лира же первые секунды молчала с прищуром смотря на Гармонию. Та, поняв её мысль вновь засветила дрелью после чего на месте, где ранее висел пистолет теперь была удавка; судя по всему, из струны для пианино.

— Я давно сбилась со счёта скольких убила таким способом, — сказала Лира, смотря на меня, но указывая взглядом на удавку. — Будет справедливо если и меня также лишат жизни. К тому же, смерть от удушья кажется более естественной, чем от пули в голову.

Жутковатые у Лиры понятия гуманизма и справедливости, однако это её выбор, тем более что это действительно было справедливо. Жизнь полная насилия насилием и заканчивается. Это правило было справедливо для героев, да и вообще для всех, кто шёл по трупам. Призраки не должны быть исключением. Всё равно жутко. Убить Лиру будет тяжело, не с физической, а скорее с моральной точки зрения. Примерно те же душевные терзания я испытывал, когда убивал Селестию, но там не было выбора. Здесь же выбор есть, вот только выбирать приходится между плохим и очень плохим вариантом, да и просто плохой является таковым лишь потому, что мы поверили Гармонии.

Доверчивость редко бывает вознаграждена. Отем доверился Литлпип, за что получил от неё пулю в голову. Правда он не умер и в итоге спустя десятилетие вернулся в мир… Вот только всё это оказывается было частью плана свихнувшегося призрака аликорна… То есть не доверчивость была вознаграждена, просто план сработал. А теперь будучи важной частью этого плана я должен убить своих друзей. Не могу назвать этот план хорошим, но был уверен – согласно нему «призраки-копытные» в любом случае умрут, только если их убью не я, они не получат шанса прожить новую жизнь на Земле. С другой стороны, эти призраки будут очень похожими, но всё же не теми, кого я знал, а я в нынешнем виде вообще не буду существовать. Как ни крути, у истории про призраков не будет счастливого конца, так что чтобы всё не было уж совсем плохо мне только и остаётся что исполнить последнюю просьбу. Это будет непросто. Будто когда-то что-то было просто.

Взяв удавку с волнением, встаю чуть позади слева от Лиры, та закрывает глаза и изображает на морде неширокую улыбку. Я же, сделав два неглубоких вдоха произношу «Прости» и оборачиваю струну вокруг шеи рогатой пони, после чего резко тяну её назад и вверх. Лира пыталась дёргаться, но это были скорее рефлекторные движения. Даже когда она обмякла улыбка так и не пропала с её морды.

Копытные смотрели на это опустив уши, с непередаваемым выражением скорби и ужаса в больших глазах. Хотел бы я показать, что испытывал схожие эмоциональные ощущения вот только человеческая мимика не так выразительна.

Далее неожиданно для всех, кроме Гармонии, тело Лиры засветилось фиолетовой аурой после чего распалось фиолетовой дымкой, которая через секунды развеялась.

— Она мертва, — пояснила Гармония, — но её душа будет перенесена через пространство и время после чего заново собрана и вселена в подходящего носителя. Технически это будет другая личность, но у неё будут воспоминания вашей подруги.

— Кто мы если не наши воспоминания, — сказал я, вспомнив сказанную Гармонией цитату Лорен.

— Душа это не только воспоминания, — ответила Гармония, — но я не стану спорить что они тоже важны.

Отвечать я не стал. Не хотелось, да и покойная Лира заслуживала минуты скорби. В итоге минута растянулась на две с лишним, в которых я всё думал правильно ли поступил. Даже если Гармония говорит правду, и Лира действительно возродится на Земле, это не отменяет факта – я убил ту, кого считал другом; причём не в первый раз, но от того, что до Лиры у меня был аналогичный опыт с Селестией было нелегче. Пожалуй, сейчас даже тяжелее так как помимо Лиры есть ещё трое копытных.

— Чего притихли как перед казнью? – улыбаясь сказала Трикси. Её юмор даже в сравнении с шутками Лиры был слишком своеобразен и совершенно не смешным. — Тоже мне сильный пол, — сказала она, презрительно смотря на пегаса и зебру. — Убили стольких что Вечносвободного леса не хватит на гробы, но сами боитесь принять смерть, причём от своего друга. Неудивительно что все знаковые пони были кобылами, а расчистить небо смогла только мелкая единорожка-лезбиянка.

— В такой момент вспоминаешь Литлпип, — укоризненно ответил Отем.

— Я же теперь элемент честности так что не стану отрицать правду, — ответила синяя аликорн, но также понимая, что момент всё же неподходящий для воспоминаний о таких пони, Трикси гордо поняв голову посмотрела мне в глаза сказав: — Буду следующей.

— Но… но… — я не знал, что сказать, но убивать Трикси … хотелось оттянуть этот момент.

— Удивлён что так легко приняла решение? – улыбаясь спросила синяя аликорн, но не стала дожидаться ответа. — Напрасно. Ты ведь видишь с каким образом я себя ассоциирую, — для наглядности аликорн расправила крылья. — От прежней Трикси мало что осталось. Даже надменность перестала быть моей особой приметой. Убив меня, ты убьёшь не Трикси, а … призрака которая называет себя её именем.

— Просто… я не хочу этого делать, — ответил я, хотя понимал, что несмотря на хотелки мне придётся это сделать.

— Я тоже не хочу быть убитой, но если мои воспоминания вместе с любовью к тебе выживут, то это стоит столь ничтожной жертвы. Давай же, сделай это, — последние слова Трикси произнесла необычно грустным голосом и опустив уши.

— Как я должен это сделать? – спросил я всё оттягивая момент.

— Как угодно, — ответила Трикси, но потом переместив взгляд на Гармонию, дала другой ответ. — Сверни мне шею.

— Что?! – я был немало удивлён такой просьбе.

— Наша фиолетовая подруга, — указала на Гармонию, — поведала что так ты поступил с Селестией после того, как вы подружились, да и Литлпип просила тебя сделать со мной тоже самое. Умереть на руках у друга – это действительно счастье.

Далее синяя аликорн закрыла глаза и изобразила на морде неширокую улыбку аналогичную той с которой умерла Лира. Я же без улыбки подошёл к копытной сбоку и погладив ту по гриве (приятной она была на ощупь) далее нежно взял рогатую голову в «замок». Трикси не убрала улыбки и глаза не открыла, но судя по опущенным ушам и неровному дыханию ей было страшно. Кому бы не было. Данное наблюдение – такая же очевидность как то, что вода мокрая. Трикси была в ужасе, но как говорится – ужасный конец лучше, чем ужас без конца.

Держа голову Трикси в замке на прощание, погладил её между ушек после чего произношу «Мне жаль» и не дожидаясь ответа с громким хрустом ломаю шею копытной. Через секунду у той подкосились ноги, а крылья распластались как опахала. Я не сразу отпустил мёртвое тело и нежно опустив тело Трикси на траву ещё секунд десять удерживая её голову смотрел в закрытые глаза. Это бы продолжалось и дольше вот только, как и в случае с Лирой, тело Трикси засветилось и распалось фиолетовой аурой.

Не скажу, что для неё это был достойный конец. Трикси любила театральность, размах, зрелищность, как настоящий взрыв. Взрыв «жар-бомбы» устроенной Ксенит и Литлпип был бы эффектным концом для «Великой и могучей» однако судьба (в образе Лорен) распорядилась иначе. Вместо громкого взрыва смерть Трикси сопровождалось громким хрустом. Это печально; во многих смыслах печально. Как бы то ни было, но это был её выбор. Трикси хотела умереть на руках того кого любила. Пусть в плане любви она не добилась взаимности, но как друг я не мог ей отказать в последней просьбе. Надеюсь, на Земле её призрак не повторит прошлых ошибок и найдёт своё счастье.

— Кто следующий? – спросил я, смотря на двух копытных. Те просто стояли как вкопанные смотря на меня большими глазами полных эмоций. — Будем считалочку читать? – спросил я и опять не получил ответ. — Энники бенники ели вареники…

— Стой! – громко сказал пегас. — Смерть – это слишком серьёзно, а ты и тут всё сводишь к еде.

— Вареники? – зачем-то спросил я, но пегас вопрос проигнорировал.

— Да, я знаю – после слияния с душой Селестии ты хотел меня сожрать, — от слов пернатого мне стало стыдно. — Пустить на шашлык, а может и борщ из меня сварить.

— Тебе это Гармония сказала? – спросил я.

— Она ведь элемент честности, — пояснил Отем, или…

— Нет. Она не соврала. Я действительно про тебя так думал.

— Не осуждаю, — с грустью сказал пегас. — За свою короткую жизнь я сделал очень много ужасных вещей. Я всегда понимал, что убивать безоружных нехорошо и что это из-за меня Каламити пошёл по пути предательства, но сейчас вспоминая всё прошедшее… Если бы у меня была возможность прожить жизнь заново, я бы не стал поступать иначе. Был бы более настойчив выступая против переговоров с Богиней, лучше бы продумал операцию Выжигание, провёл бы чистку в рядах Анклава и не поддался бы на обман Литлпип, но никаких смен приоритетов, точек зрения, мировоззрения.

— Всё понимаю, — ответил я грустным голосом, — и тоже не осуждаю. Я понимаю почему ты делал то, что делал. Мне понятны твои принципы. Пусть и не со всеми из них согласен, но зная, что сделала Литлпип и остальные герои — не могу осуждать. Наоборот – я тебе безмерно благодарен, но всё же прошу понять правильно – в сравнении с остальными в моральном плане убить тебя будет проще всего. Угрызения совести будут терзать не так сильно, как после остальных.

— Значит всё же будут, — помимо грусти в голосе пегаса послышались нотки удивления, — даже не знаю считать ли это комплиментом.

— В общем ты решил быть следующим или пропустишь старшего? – спросил я у пегаса.

— Буду, — неуверенно сказал пернатый. — Обязательно буду.

— Способ?

— У тебя из кармана пистолет торчит, — пернатый указал на торчащую из кармана рукоятку пистолета, — и мне отнюдь не хочется, чтобы ты лапал меня своими … руками. Так что, будь любезен, просто пристрели, — тут на мгновение уши ржаво коричневого копытного встали торчком, а зрачки резко расширились. — Но не в голову!

— Пуля очень многое меняет в голове, — неожиданно, посмеиваясь, сказал Сулик, — даже если попадает в зад.

— Ничего смешного, — ответил я, вспоминая как однажды Сулик пытаясь пристрелить Трикси, рикошетом попал мне в южное место. Вообще-то это был далеко не первый случай, когда мой зад пулю словил. Как я тогда заметил – даже Семенченко везло больше.

— Не надо мне в зад стрелять, — с дрожью в голосе сказал Отем, но далее скрывая страх, сказал с наигранной твёрдостью в голосе: — Я всё ещё офицер.

— Понял, — ответил я, взяв пистолет, — как говорится – у офицеров сердце под прицелом.

Далее пернатый зажмурился, ожидая свою участь, а я, присев на колено, начал вспоминать, где у копытных расположено сердце. Присел, потому что пони ростом не отличались, а как давно убедился их нижняя часть наиболее уязвима. Стрелять с высоты своего роста удобней всего было бы в голову, но ведь меня попросили так не делать так что пришлось импровизировать. В общем импровизация была незатейлива так что, определив, где у пернатого стучит его насос навёл туда ствол пистолета и в очередной раз попросив прощения нажал на курок.

Увы, но в случае с пегасом мне не удалось убить его быстро. Получив пулю в грудной отдел, он, издав дикий крик завалился на траву и примерно десяток секунд кричал от боли. Мне даже захотелось нарушить обещание и пустив пернатому пулю в голову избавить того от страданий, но обещание есть обещание. К счастью для всех, ранение, что я нанес, было смертельным, так что страдал пернатый недолго. Спустя секунды он затих с выражением боли на морде. Мне оставалось лишь убрав пистолет закрыть его большие глаза, а после полюбоваться как ржаво коричневая тушка превращается в облачко фиолетовой ауры, которая вскоре развеялась.

— Его смерть не была напрасной, — с необычным воодушевлением сказала Гармония, — и поверьте – умирая он думал о вас и был счастлив.

— Нисколько не легче, — прокомментировал Сулик.

— Тебя в голову? – спросил я.

— Нет, — ответил полосатый, — не из огнестрела. Зебры презирают дальнобойное оружие, так что прошу меня убить не горячим свинцом, а холодной сталью.

После слов очень старого копытного прямо передо мной в воздухе материализовался армейский нож, взяв который и осторожно проведя по его лезвию пальцем понял насколько он острый; был ведь осторожен, но всё равно порезался.

— Скажем что-нибудь на прощание? – спросил я у зебры.

— Не провали план Вельвет, — спокойно ответил копытный, — и пусть все виновные понесут наказание.

— Виновные? — удивился я, а потом смекнул. — Принцессы? Министерки?

— Не только, — ответил полосатый, но точного пояснения не дал. — Лорен, наш правитель, многие виновны в случившейся войне, однако мы ведь все читали «Книгу Литлпип» и знаем то, что не знали герои. Флаттершай действительно была доброй пони и передав нам технологии мегазаклинаний она искренне хотела, чтобы они помогли удержать мир от глобальной войны. Литлпип считала, что это доброта Флаттершай обрекла наш мир, я же думаю иначе. Как бы то ни было, но теперь ты элемент доброты. Сделай то, что не смогла Флаттершай да и Вельвет тоже. Не повтори их ошибок. Пусть все жертвы не будут напрасны и убив всех в настоящем мы спасём прошлое и будущее.

— Удивительно такое слышать от тебя, — удивлённо сказал я, смотря на полосатого. — Просто всё что тебя волновало так это месть за свою страну. Причём именно за страну, а не род зебр, который ты вообще без зазрения совести готов был истребить, а тут ты рассуждаешь о спасении мира...

— Ты слишком плохо обо мне думаешь, — перебил Сулик. — Я одержим местью ни больше и не меньше, чем ты возможности вернутся в свой мир. Однако ты променял эту возможность на возможность спасти наш мир от страшной участи.

— Вообще-то не совсем променял, — пояснил я. — Наш козломордый друг пообещал, что если я изменю прошлое, то он сделает так что я не погибну на Земле и в иной мир так и не попаду.

— Это и имею ввиду. Не попадешь, а не вернёшься – это совсем другое. Значит твоя личность будет стёрта. Фактически ты убьёшь сам себя ради кого-то другого пусть и похожего на тебя.

— Меня устраивает такой расклад, — ответил я. — К тому же другого пути нет.

— Вообще-то есть, — сказала Гармония. — Я же говорила, что всех могу перенести.

— У меня уговор с Дискордом, а ещё Вельвет и Селестией. Да и после пережитого я вряд ли смог бы жить нормально на Земле.

— А тут ты ошибаешься, — сказала Гармония и собиралась продолжить, но тут уже я перебил:

— Я не изменю решения. Уговор есть уговор.

— Про меня не забыли, — напомнил о себе Сулик.

— Нет. Конечно нет, — ответил я смотря на острое лезвие ножа, а потому уточнил: — В сердце или по горлу?

— По горлу ты уже провёл одному пони опасной бритвой, — ответил Сулик.

— Обухом, — уточнил я.

— Всё равно жестоко, тот даже сознание потерял, так что в сердце. Но не проворачивать!

— И не думал, — ответил я и присев уже приготовился нанести удар, вот только… — Глаза хоть закрой, — сказал я зебре.

— Обойдёшься, — ответил Сулик. — Я желаю умереть, не закрывая глаза, смотря на свою смерть. Пусть мои мутные глаза тебе в кошмарах снятся, — усмехнулся полосатый, — если в прошлом у тебя будет время на сон.

— Ты щедр на неудачные остроты, — ответил я элементу щедрости, — а теперь приготовься.

— Прощения можешь не просить, — сказал напоследок полосатый, — мне не в чем тебя винить.

Сулик злобно чуть прищурил большие мутные глаза ожидая прикосновение стали. Я не стал тянуть и резко вонзил лезвие ему в грудной отдел. Далее также резко вынул клинок пустив кровяной водопад; хотя был соблазн провернуть, всё же плохой из меня элемент доброты. Полосатый недолго простоял на ногах и через секунды завалился как подкошенный, но, к его чести, он не кричал и вообще ни разу не моргнул, смотря на меня злобным взглядом. Далее, как и в случае с остальными, тело копытного засветилось и распалось фиолетовой аурой. Я же…

Страшно сказать, но исчерпал запас грусти. Не то чтобы, убив полосатого совсем не испытал эмоций, но в сравнении с тем, что испытал, убив Лиру и Трикси с Отемом, разница была огромна.

— Печальный момент, — прервав тишину сказала Гармония, — но поверь – их призраки будут счастливы прожить новую жизнь на Земле.

— Они и ранее были призраками, — пояснил я, — кто-то в образном, а кто-то и в прямом смысле. Пускай только я официально носил такое «звание», но эти пони с зеброй тоже заслужили чтобы их назвали призраками, как друзья, так и герои пустоши; что, собственно, и произошло.

— Соглашусь, — спокойно сказала Гармония, — они заслужили, но теперь их сознания перенесены через пространство и время. Теперь ты здесь единственный призрак.

— Вообще-то ты тоже считалась погибшей, — заметил я, — и будучи полупрозрачной выглядишь как не совсем живая.

— Я такая же живая, как и ты, а название «призрак» — весьма условно и не в полной мере отражает природу.

— Природа у меня проста и человечна и разговаривая с тобой, я чувствую себя если не предателем, то подло обманутым.

— Вот тут поясни.

— А разве не поняла?

— Я могу читать мысли и чувствую эмоции, но в твоём случае запуталась в ощущениях. Столько противоречий.

— С момента как очнулся в психушке единственное что я желал так это найти возможность вернутся на Землю, но теперь, когда способ найден я не могу им воспользоваться из-за собственных принципов.

— Вообще-то можешь, — ответ Гармонии меня неслабо удивил. — Попроси меня тебя убить и осуществить перенос не в прошлое, а на Землю и у твоего призрака будет небольшой шанс предотвратить катастрофу. Если не хочешь, чтобы это сделала я, то у тебя всё ещё есть пистолет, — указала на STI. — Подведи ствол к виску, нажми на курок, и последний выстрел поставит жирную точку в этой истории.

После слов Гармонии я осторожно взялся за рукоятку пистолета, но снял палец со спускового крючка. После всего пережитого, после всех обещаний я не мог просто пустить себе пулю в голову.

— Понятно — в этом случае Дискорд не станет исполнять уговор, будет убита моя версия незнающая об ином мире, да и не факт, что катастрофа будет предотвращена. Тут встаёт другой вопрос – что станет с вашим миром? Когда все призраки мертвы некому будет изменить прошлое…

— Это буду я, — перебила Гармония. Ответ опять был неожиданным, так что фиолетовая, прочитав мои эмоции пояснила: — В прошлое перенесётся моё сознание со всеми воспоминаниями о героях и призраках. Как только обломок моего дерева окажется в пределах Эквестрии моя версия из прошлого впитает мою с позволения сказать душу вместе со всеми воспоминаниями. Она узнает, что произойдёт если позволить принцессам «спилить» её дерево и Лорен знает – может что-нибудь предпримет.

— То есть, как это «может»?

— Создавая меня Лорен привила мне чёткие рамки и моральные принципы. Не знаю, что произойдёт, когда та Гармония узнает правду, но ранее я была верна как носителям элементов гармонии, так и благородным сёстрам. Я во всём им помогала, даже когда они «спиливали» моё дерево и не факт, что осознание многое изменит.

— А если я всё же перенесусь?

— Тогда помимо знаний будущего у Дерева Гармонии, в прошлом окажется призрак-аликорн которому я подкорректирую память, чтобы он случайно не создал какое-нибудь опасное мегазаклинание и вообще вёл себя скрытно.

— «Подкорректирую», — исковеркав голос передразнил я, — значит ещё одна лоботомия. Уже третья по счёту.

— Я же уже говорила, что не буду стирать воспоминания, — серьёзно ответила фиолетовая, топнув копытцем, — и не сделаю ничего необратимого. Ты лишь временно забудешь, как творить слишком опасные заклинания, новых не сможешь разучить, ну и ещё что по мелочи. Глупее не станешь.

— «По мелочи», — заметил я. — Вот этого поподробней. В моём разуме нет мелочей.

— Всего рассказать не могу, — виновато опустив взгляд ответила копытная, но подняв физиономию всё же дала конкретный ответ: — Ты не сможешь использовать кинез на живых существах.

— Эээ… понимаю мегазаклинания, но кинез то, чем не угодил?

— Ты ведь знаешь, что магия призрака аномальна, благодаря нему ты аурой вокруг копыт легко пробивал как заклинание щита аликорнов, так и просто врождённую защитную ауру пони, да и вообще всех существ; в противном случае ты бы не смог аурой вырвать глаз адской гончей. Аура призрака – уже сама по себе оружие. С лёгкостью, без всяких боевых заклинаний, только используя кинез, ты бы мог разрывать пони изнутри или, не убивая причинять им нестерпимую боль. А теперь представь, что этой аурой можно сотворить, если её можно будет применять как единорог – в пределах видимости. Разумеется, я не могу такого допустить.

— Ауру вокруг копытц хоть оставишь?

— Разумеется, — ответила Гармония. — Лишить тебя этого навыка — всё равно что запретить дышать, так что не беспокойся. Эта аура будет прежней, и ты сможешь использовать её как пожелаешь, даже как оружие.

— Ну… не так уж плохо, — ответил я, вспоминая книгу Мелкопипки. — Дарительница вот тоже так не могла, или… — тут я вспомнил как у танков башни срывал. — Ты мне его ещё и ослабишь?

— Вовсе нет. В плане грубой силы кинез останется на прежнем уровне, хотя кидаться вагонами – не в твоём стиле, так что не думаю, что он пригодится.

— Да – не в моём, — согласился я, вспоминая момент, в котором собирался сбросить на рейнджеров оторванную танковую башню, однако также я вспомнил что в теории у меня должен был быть джентльменский набор способностей на любой вкус. — А всё остальное? Способность электромагнитный импульс создавать и прочее? Это я тоже забуду?

— Большую часть, — ответила Гармония с улыбкой попавшего ДТП запорожца, — пусть даже ты всё равно неумел их применять. Никакого аналога парализующего заклинания как у Вельвет, никаких способностей дающих возможность читать и контролировать разумы других, никаких способностей позволяющих создавать жизнь, и тем более возможности манипулировать временем и видеть будущее.

— Временем?! – удивился я хотя зря удивлялся. Я ведь уже использовал способность будущее видеть и знал, что в этом мире возможны путешествия во времени, но всё равно не смог удержатся от мысли в слух: — А что, так можно было?! (https://www.youtube.com/watch?v=Iy7-GGuxaiI) – Гармония, улыбаясь кивнула. — Тогда нахрена мы в эту будку утрамбовались?! Если я и без специальной машины мог… Мог не убивать своих … друзей.

— Сейчас это не очевидно, но их жертва не была напрасной?

— Вообще-то нет, — возразил я, — это были напрасные жертвы… Как и вообще все, кто погиб из-за героев и призраков.

Далее последовало неловкое затишье. Я не знал, что спросить. С одной стороны, у меня было много вопросов, но мой лоботомированный разум не мог их сформировать. В итоге решил действовать от обратного и просто попросить Гармонию саму решить, что бы я спросил и дать на эти вопросы ответы.

— Ты говорила, что на некоторые вопросы ответишь только мне. Теперь, когда все мертвы я тут один, так что…

— Твои друзья не совсем мертвы, — ответила копытная. — Понимаю что тут «не совсем» глупо звучит, но их воспоминания живы. После того как их «души» развеялись я перенесла их через пространство и время в заранее подготовленных носителей. Также с этого момента я увидела их судьбу и могу тебе рассказать и даже показать, что случилось с твоими друзьями после переноса.

— То есть… — чего-то я не понимал. — Ты всё знала?

— Знала со слов Лорен, но после переноса увидела и зафиксировала. Мне известна их судьба и не надо удивляться. Речь идёт о далёком прошлом и законах времени, я искусственный разум, а вселенная то одна.

— Нихрена не понял, — ответил я, почёсывая затылок, — но если можешь показать, то давай. Будет интересно узнать на что они променяли героическую смерть в попытке изменить прошлое.

— С кого начнём? – улыбаясь спросила Гармония.

— С конца, — неуверенно ответил я, — с нашего полосатого друга, которого я убил последним.

— Пожалуйста, — улыбаясь ответила копытная и засветив своим отростком указала им на висящий в воздухе экран.

На собственно экране было изображение какого-то затемнённого помещения. Судя по простору, жестяным стенам, грязным окнам это был какой-то ангар. Из техники в этом ангаре был только вилочный погрузчик, несколько дизель генераторов да полдесятка осветительных стоек. Всё остальное пространство было пустым (чтобы погрузчик мог проехать) либо занималось крупными деревянными ящиками. Сам по себе этот склад не был ничем интересен пока через его широкие двери в помещение не вошла группа людей; все «африканской национальности» и все кроме одного с оружием.

Двое одетые в рваные футболки и спортивные штаны с платками арафатками повязанными на физиономиях тащили бессознательное тело темнокожего в зелёном тропическом камуфляже. Шевроны на форме я пока не разглядел, но сам факт их наличия показывал, что это был либо солдат официальной армии, либо наёмник, либо представитель некой группировки что пытается легализоваться. Скорее всего вероятней первый вариант, так что про себя того темнокожего я скромно назвал «солдат». Четвёртый же был похоже их главный. Камуфляжная одежда (пускай и без шевронов) и зелёный берет сильно выделяли его на фоне двух оборванцев. Также он выделялся и оружием. У тех двоих что тащили тело на ремнях висел откровенный антиквариат – у одного АК-47 у второго ППШ. У главного же была «винтовка свободного мира» — бельгийская FNFAL, а также кобура с пистолетом и ножны с огромным мачете.

Пока я опознавал упомянутую винтовку те двое слушая приказы главного на непонятном для меня языке, прислонили тело спиной к стоящим друг на друге ящикам придав тому позу «распятие» и достав очень крупные гвозди и молотки прибили к ним ладони. «Солдат» при данной «процедуре» естественно пришёл в сознания, однако, его крики не особо волновали остальных негров. Прибивая его к ящикам, негры даже улыбались; или показалось, они же были с платками на рожах. Как бы то ни было но, когда гвозди вошли в ладони по самые шляпки, главный обратился к «распятому». Я ни слова не понял, но тон звучал угрожающе. «Распятый» же ничего не ответил, продолжая кричать. Главный, будучи неудовлетворённым таким результатом нанёс несколько резких ударов по корпусу, но добился лишь чтобы допрашиваемый поплевавшись кровью вновь потерял сознание. Далее главный что-то сказав двоим подчинённым вызвал у них смех, но после грубо их заткнул и медленно, явно красуясь, достал мачете. Также красуясь, он ловко им покрутил и, подойдя к распятому чуть сбоку прислонил лезвие к шее поникшей головы. Далее главный поднял мачете для рубящего удара, который должен был обезглавить «распятого», но случилось неожиданное.

Внезапно распятый пришёл в сознание и громко крича с выражением боли и удивления посмотрел на свою прибитую гвоздём ладонь, а также человека, который собирался ему голову срубить. Главный похоже не на шутку испугался, не ожидая такого что аж отошёл назад, но с ориентировавшись убрал мачете в ножны и подойдя к распятому нанёс тому ещё два удара и что-то грубо спросил. «Распятый» же, вновь сплюнув кровь неожиданно для всех (даже для меня) крикнул на русском «Иди на(цезура)!!!» и освободил свою правую руку вместе с торчащим оттуда гвоздём.

«На русском!.. Это не могло быть совпадением. Этот «распятый» — призрак Сулик.»

Негры же впечатлённые увиденным отшатнулись назад, вскинув оружие, но их главный быстро сообразив вновь достал мачете. Он уже замахнулся для удара, но «распятый» тем же способом освободив вторую руку «нырком» увернулся от рубящего удара после чего взял главного за горло ладонями с точащими гвоздями. Главный, естественно получив две дырки в шее отпустил мачете и издавая булькающие звуки прекратил сопротивление. Смотрящие на это двое негров не сразу втупили что делать, но тот кто с АК догадался вскинуть автомат и открыть огонь одиночными выстрелами. Пули попали в тело ещё живого главного, которым «распятый» прикрывался как щитом, но так как «щит» был без бронника пули прошли навылет. Тем не менее распятого это не остановило, и он, держа тело на весу накинулся на негра с АК. Далее «Сулик» убил «боевика» теми же злополучными гвоздями, воткнув один из них ему в височный отдел. Последний оставшийся «боевик» видя происходящее вскинул свой ППШ, но даже столь надёжный пп будучи столь старым, да ещё и в эксплуатации у непонятных африканских «боевиков» может дать осечку в самый неподходящий момент, что и произошло. ППШ не выстрелил так что боевик вскинув приклад что-то крича бросился в ближний бой. Однако «Сулик» не растерялся и успел неуклюже взять АК. Он его не вскинул, используя тело его прежнего владельца как опору. Выстрел был произведён по-сомалийски – на удачу и удача не подвела. Пуля попала ниже колена боевика заставив того упасть, корчась от боли, но крики были недолги. Следующий выстрел попал уже в голову.

Далее призрак-Сулик не без криков боли вынул зубами гвозди из своих ладоней, после чего с выражением ужаса и удивления их рассмотрел. Далее он осмотрел ранения на своём корпусе, но уже пули не сильно его покоцали. Следующее на что Сулик обратил внимание так это шевроны его формы. Они представляли собой прямоугольник, разделённый на красную и чёрную половины с изображённом на этом фоне, мачете (https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/9/9d/Flag_of_Angola.svg/1280px-Flag_of_Angola.svg.png). Очень похожим ножиком ему только что собирались отрубить голову, но Сулик не брезговал. Неловко встав на ноги, он, пошатываясь подошёл к телу главного и снял с трупа ножны с мачете ремень с кобурой и даже зелёный (хотя теперь скорее красный) берет после чего экипировался данными трофеями. Далее Сулик потянулся к FN FAL, но остановившись переместил взгляд на АК после чего потянулся уже к этому ржавому автомату, но взяв его снова остановился. Взгляд негра с душой зебры переместился на ППШ, который заклинив в каком-то смысле спас ему жизнь. С улыбкой он взял этот антикварный ПП и отсоединив диск передёрнул затвор, нажал на курок, постучал и сделал ещё несколько процедур чтобы вытрясти из ПП песок и придать ему работоспособность. Далее он с кровавой улыбкой присоединил диск и немного потренировавшись с хватом направился к выходу. Открыв дверь Сулик выбрался на некий расположенный посреди саванны аэродром с грунтовой полосой. Что было далее Гармония не стала показывать, затемнив экран, но ещё несколько секунд мы слышали автоматную стрельбу и треск «Папаши».

— Насыщенная у него будет новая жизнь, — заметил я. — С остальными будет также?

— У каждого будет своя особая судьба, — ответила Гармония. — У одного небо в клеточку, у другого судьба в полосочку.

— Будет интересно посмотреть, — сказал я с небольшой улыбкой, но после придав физиономии серьёзное выражение добавил: — Только не надо так детально показывать все подробности. Гвозди в руках…

— Напомнило, как тебе в копытца гвозди вбивали?

— Неважно, — ответил я. — Просто покажи судьбу остальных, только без таких подробностей.

— Ладно, — сказала фиолетовая, — теперь взгляни на несмешную судьбу элемента смеха.

После слов Гармонии тёмный экран вновь заработал, показав мрачные затянутые дымом городские улицы. Парадокс, но пускай я там никогда не был, но быстро опознал что это за город. Невысокая застройка, неширокие улицы, повсюду битые витрины магазинов известных мировых брендов, множество сгоревших машин (в основном Рено, Пежо и Ситроенов) и само главное – разрозненная толпа людей в светоотражающих жилетах жёлтого цвета, отступающих перед организованной «фалангой» полицейских с щитами и в защитной экипировке. Без сомнения это был Париж – город который в мечтах хотела посетить Лира. (Даже вспомнилась песенка Дискорда: Дни высокой моды во Франции прошли недавно, Жёлтые жилеты весь Париж надел спонтанно) Желание сбылось.

Фаланга полиции недолго была ровным строем. Жандармы, видя, что протестующие разбежались только от их вида не остановились на достигнутом и разорвав строй бросились преследовать отступавших. Казалось бы, в такой экипировке особо не побегаешь, но, когда кругом дым и слезоточивый газ протестующие не всегда понимали в какую сторону, нужно отступать, чем и пользовались стражи порядка, после чего применяли очень жёсткие меры задержания. Особенно когда протестующие по своей глупости пытались сопротивляться.

Одной девушке особо не повезло. Будучи без защитной экипировки одетая в кроссовки, джинсы и жёлтый жилет поверх чёрной толстовки она имела глупость начать отбиваться и ударить одного из полицейских между ног. Тот был в экипировке, так что его Фаберже не должны были пострадать, но ни один мужик бы не простил такой удар и тот лягушатник не стал исключением. Крича на французском какие-то ругательства, он грубо бросил женщину на брусчатку, а при попытке той подняться нанёс сильный удар дубинкой по голове. Та тут же упала затылком на камень и похоже потеряла сознание, но жандарм ещё для верности потоптался на бессознательном теле. Прекратил экзекуцию он лишь тогда, когда красная лужа под головой несчастной стала столь большой что её было просто невозможно не заметить. В тот момент жандарм вышел из состояния аффекта и не снимая перчаток прислонив пальцы к шее попытался проверить пульс, но тут случилось неожиданное.

Девушка, которой голову разбили и на груди топтались, вдруг открыв глаза быстро сориентировалась и взяв жандарма за ковырялки свернула его пальцы в разные стороны. Далее она ногами оттолкнула полицейского опрокинув того на брусчатку и встав на четвереньки бросилась на лежащего. Далее было нечто среднее между вольной борьбой и кошачьей дракой в которой слабому полу удалось расстегнуть защёлку шлема жандарма и, сорвав с него противогаз вместе со шлемом, ударами локтей отправить того в нокаут.

Далее женщина, осторожно пошатываясь встала на ноги и с интересом рассмотрела свои ладони, после чего, почесав окровавленный затылок, переместила взгляд на творящийся вокруг хаос и кашляя от дыма произнесла на русском: «Ну (цензура) теперь!». Данная фраза отмела все сомнения – эта гражданка в толстовке и жёлтом жилете является призраком Лиры, и я был с ней полностью согласен. Действительно «(цензура) теперь». Лира порой говорила о своих мечтах побывать на Земле и посетить Париж. Желание сбылось только вряд ли она представляла, что место её мечты будет выглядеть именно так. Боюсь представить какое (цензура) будет когда Лира узнает название этого города. Как бы то ни было, но Лира быстро сообразила, что нужно бежать, когда заметила в дыму силуэты людей в той же экипировке что и тот которого она вырубила. Всё ещё пошатываясь, Лира взяла с тела жандарма дубинку и лежащий рядом противогаз, который одела прямо на ходу. Далее экран потух, а я прервал затишье:

— Я ведь просил без подробностей. Могла бы просто на словах сказать.

— Словам ты бы не поверил и всё равно бы попросил подробностей, — ответила Гармония.

— Следующих всё же покажи, как диафильм, — морщась ответил я. — Не хочу смотреть как людей убивают, а после они восстают, будучи одержимыми призраками.

— Ладно, — ответила Гармония и тут же спросила: — Кто следующий? Отем или Трикси?

— Дамы вперёд, — ответил я.

Гармония приняла мою просьбу так что далее на экране был не фильм а слайд шоу. Исходя из показанного, Трикси досталось тело жертвы ДТП – симпатичной молодой женщины с аппетитными формами и надменным взглядом; образ подстать Трикси. Автобус, в котором ехала эта девушка столкнулся с лесовозом в результате чего призрак Трикси очнулась в кювете с железкой, торчащей из груди. Вынув её, она осторожно выползла из-под завалов после чего заметив, как быстро рана затянулась отказалась от медицинской помощи.

В какой стране проснулся призрак надменной единорожки я так точно и не понял, но судя по смешанной французской и английской речи, а также множеству символов клинового листа (на машинах, одежде, везде; будто свастика в германии сороковых) Трикси очнулась в Канаде.

— Ну в сравнении с остальными в смерть её «сосуда души» более-менее естественна, — заметил я. — Значит никаких проблем с законом или теми, кто его нарушает. Никто не будет её преследовать. Она быстро адаптируется к новому миру.

— Не скажу, что быстро, она так до конца дней не привыкнет к отсутствию магии, но да – из всех твоих друзей она изначально была в самом лучшем положении.

— И что будет дальше? – спросил я. — Она будет пытаться меня найти?

— Ещё как будет, — посмеиваясь ответила Гармония, — но вначале она найдёт всех остальных. В мире интернета и телекоммуникаций это не так уж сложно. Трикси, Сулик и Лира быстро догадаются разместить свои данные в социальных сетях указав в профиле некоторые ключевые слова и символы. – На экране появилась надписи на русском «Будь любезен» и «Старый друг лучше новых двух», а также символ зонтика и метки упомянутых копытных. — Узнав друг о друге «призраки» обязательно встретятся после чего решат, что делать дальше.

В подтверждение слов Гармония показала на экране терминал аэропорта, в котором среди множества людей выделялась Лира в своём человечном облике. Судя по одежде, она так и не избавилась от своей мании к толстовкам, а по цвету волос (сплетённых в «конский хвост») – ей также до сих пор нравится зелёный цвет. Ещё одной мелочью указывающий на образ жизни Лиры была стоящая рядом с ней симпатичная подруга, которая точно не была призраком; похоже в Европе действительно «прогрессивные» нравы, а Лира нашла себе подругу с которой коротала дни и боюсь, что и ночи.

В общем эти две «не разлей вода» встретили гостью из-за океана – красивую леди с надменным взглядом и выкрашенным в серебристый волосами на голове; причёска была тот же злополучный «конский хвост».

Сыграли ли роль данные приметы или они, общаясь обменялись фотографиями, но Трикси и Лира сразу узнали друг друга и при встрече только не целовались; хотя Лира пыталась, несмотря на неодобрительные взгляды обоих своих подруг. Во всяком случае это были крепкие взаимные объятия. (В процессе этих «нежностей» было хорошо заметно что Трикси была несколько выше ростом. Не так как когда была аликорном, но всё же Трюкачке досталась тушка покрупнее.)

Далее кадр сменился на тот же аэропорт, но уже в другой день. В этот раз встречающих было трое – Трикси, Лира и её подруга. Трикси стояла с картонкой на которой было нарисовано спиральное солнышко, мачете и чёрные полоски, Лира же стояла под бело-красным зонтом; в помещении. Так встречать они могли только одного «человека». Вскоре из толпы им помахал темнокожий в гражданской одежде и рисунком зонтика на сумке через плечо. Дамы быстро узнали в этом госте из Африки своего полосатого друга и, побросав картонку с зонтиком, чуть не придушили его в своих радостных объятиях. Обнимаясь, они ещё что-то друг другу говорили, но смешанная французко-английско-русская речь была неразборчива. Разобрал лишь фразу сказанную Лирой на русском: «С новым годом, пошёл нафиг». Далее затемнение и…

— И что дальше? – спросил я.

— Дальше они обсудят как попали в этот мир и что делать дальше, — ответила Гармония, показав на экране как какой-то обшарпанной кухне за столом сидели милые дамы, их темнокожий товарищ и что-то очень эмоционально обсуждали. Гармония пояснила что именно: — Трикси решит направить силы на твои поиски, у остальных же будут другие планы.

У меня аж ком в горле встал. Человечный облик Трикси безусловно симпатичен, но вот её характер должен остаться неизменным. Если она меня найдёт, да если ещё при этом я ничего не буду знать как о ней, так и вообще о другом мире, случится … хорошего точно не случится. Боюсь, что Трикси пользуясь своими безусловно выдающимися внешними данными и учтя неудачный опыт, добьётся своего, а вот я буду обречён на жизнь в неведении относительно своей «избранницы».

— Она ведь меня не найдёт? – с дрожью в голосе спросил я.

— Она знает твоё лицо и догадывается что ты русский, но не знает твоего имени. Благо ты не был пользователем социальных сетей и ничего не зная о ином мире не мог совершить роковых ошибок, так что Трикси оставалось действовать на удачу.

Далее кадры на экране начали меняться, показывая Трикси то в одном, то в другом месте. Где только она не побывала – Петербург, Москва, Сочи, Севастополь и ещё множество других городов. Даже Нижний Тагил с его танковым заводом и база в Вилючинске не избежали участи быть местом, где побывала Трикси.

— Не удивляйся, — с грустью сказала Гармония, — она действительно тебя любила и до конца своих дней не прекратит поиски. Любовь — это не эмоция. Любовь — это обещание. А Трикси пообещала себе, что никогда тебя не забудет и как элемент честности она не врала. – Тут на морде фиолетовой вновь появилась улыбка. — С этим кстати будет связано несколько курьёзов. Представь себе – искать тебя она будет не только в России. Твоя любовь к салу и борщу наведёт её на мысль побывать в незалежной Юкрейн, вот только постоянные переезды требуют финансов, а те, в кого были вселены твои друзья не были богачами. Трикси придётся применить множество способов заработка.

— Надеюсь, она не будет торго… — меня перебили, так что я недоговорил вопрос про древнейшую профессию … охранника.

— Нет! – перебила фиолетовая. — Этим торговать она не будет. Не думай, что если она к тебе постоянно жалась, а аликорны Единства даже после уничтожения Богини остались такими … возбуждёнными, то это от того, что Трикси была лёгкой в поведении. Наоборот – эта пони имеет жёсткие нравственные рамки. Довольно широкие, но всё же… Она готова продавать свои сценические таланты, может самодельную пиротехнику или ещё что по мелочи, но не себя целиком для столь неизменных целей. Не путай Трикси с Хомейдж.

— Уж их то точно не перепутать, — согласился я, вспоминая ночь с Трикси и шар номер 8, а после уточнил: — И какие же курьёзы случатся с нашей любительницей бабахов?

Вместо ответа Гармония показала на экране деревянную сцену с вывеской сверху «Котлета по-киевски» и полный людей зрительский зал. Далее на эту сцену взошла человечная Беатрикс и, помахав публике, подошла к микрофону, после чего запела:

Ой не буду горевать

Буду торговать.

Никто мене не любит

И денег не заплатит,

Здесь ведь Украина,

И ше невмерла я,

А гроши ой чудове

Да різно нужно очень,

Але от государства немаю не …

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, че невмерати,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, це торговати,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, везде я торговати.

Взяла я сигареты, да старые газеты,

И шла я торговати за всё копеек пять,

Вдруг приняте меры, пришли милиционеры,

Забрали усе гроши,

Меня назвали …

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, я доказала,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, не я украла,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, со стрельбою я сбежала.

С финансовой причиной я пришла на рынок,

Чай-кофе капучином, да водкой торговать,

Меня принял с почином налоговый мужчина,

Забрал он все гроши, послав в …

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, це вампиры,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, налог спустили,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, ему башку скрутила.

Пошла я к туалету, чтоб продавать билеты,

Профессия такая – торгуй и в ус не дуй,

И тут из исполкома пришли два дуболома,

Забрали усе гроши, а мне остался …

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, яке зараза,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, торгуют газом,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, утопила в унитазе.

Тогда я грошей ради пошла к верховной раде,

Чтоб там картошкой, луком, махоркой торговать,

А тут будут кляты, явились депутаты,

Забрали усе гроши, ведь им всё по…

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, а я тоскую,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, но голосую,

Гоп, гоп, гоп, чiда, гоп, ножом исполосую.

Это было… Даже не знаю… Вроде и смешно, но одновременно грустно. А ведь если то, о чём она пела было правдой…

— Да, — подтвердила способная читать мысли, — всё правда. Пытаясь заработать, она постоянно сталкивалась со множеством проблем. К несчастью для этих проблем, Трикси столько пережив в ином мире была не так смиренна и миролюбива, как большинство людей. Я бы показала, как она вынесла отделение милиции, оторвала голову налоговику, утопила исполкомовских в унитазе и изрезала депутатов, но ты ведь просил такое не показывать.

— Да – не надо, — подтвердил я. — Я уже насмотрелся на её методы и положа руку на сердце – я и то не настолько жесток. Утопить в унитазе… Оторвать голову… А ведь с виду и не скажешь, что эта светловолосая на такое способна.

— И это ещё только те про которых она спела.

— Разве она ещё кого-то убила? – спросил я, хотя мой удивлённый тон был откровенно наигран.

— Разумеется. Ты ведь видишь, что она не обделена внешними данными и должен понимать, что «кочевой образ жизни» сопряжён со множеством нежелательных встреч. Многие, видя красивую девушку, передвигающуюся в одиночку и вглядывающуюся в каждого, кто хоть немного похож на тебя, пытались с ней познакомится. Некоторые были слишком навязчивы в попытках насадить её на свою мачту, за что жестоко поплатились. Трикси не садистка, но действует жёстко, так что по пути её следования иногда находили изувеченные трупы.

— Даже не знаю высказать ли ей комплимент или посочувствовать убитым, — усмехнувшись ответил я, и мысленно сделал и то, и то, после чего испытал искреннюю радость что Трикси меня не найдёт, но… — Но при всём уважении к Трикси, как там остальные? Они надеюсь нашли на Земле новую жизнь, в которой ненужно убивать?

— Лира нашла, — улыбаясь ответила Гармония. — Сулик же – нет, но воюя на африканском континенте, он был рад убивать как боевиков, называющих себя повстанцами так и браконьеров, особенно если они охотились на зебр.

— А как же полковник? – спросил я, вспомнив наконец про этого ржаво-коричневого пернатого. — Он ведь тоже стал призраком? Он нашёл себя в новой жизни?

— Ещё как, — ответила Гармония. В этот раз её улыбка была даже не безумной, а откровенно садисткой, но я не стал перебивать. — В том разговоре на кухне, после которого Трикси отправилась на твои поиски, остальные тоже приняли важное решение, связанное с переездом. Они решили спасти полковника Отема от участи провести остаток дней в психушке.

В подтверждение слов Гармония показала на экране комнату с мягкими стенами в центре которой по-турецки с безумной улыбкой сидел мужик (с небольшой проседью в рыжих волосах) в смирительной рубашке.

— В психушке?! – удивился я. — Это какая-то шутка?! Он ведь…

— Выполнял своё задание, — перебив пояснила Гармония.

— Какое ещё задание?

— Я не могла вам этого сказать, но одному из призраков будет суждено выполнить волю Лорен на Земле. Этим избранным был Отем Лиф, и он выполнил свою миссию.

— И очутился в дурдоме! – не знаю почему, но меня задевало что этому пегасу в теле человека уготована столь незавидная судьба. — Ему тоже сделали лоботомию?

— И, да и нет, — пояснила Гармония после чего показывая на экране кадры рассказала историю призрака Отема Лифа:

— Он очнулся не в психушке, но по злой иронии Лорен наш пернатый друг, оказавшись на Земле, тоже оказался в теле полковника и также с пулей в голове.

На экране появился человечный образ пегаса. Одет он был в пиксельный камуфляж морской пехоты США, бронежилет и каску. Судя по пейзажу и множеству солдат с оружием, он командовал учениями. Дале кадр сменился на очень похожий, но в нём полковник был со снятым шлемом. Судя по всему, он его снял на секунды чтобы «голову проветрить», но исходя из следующего кадра эти секунды стали роковыми. Какой-то начинающий морпех произвёл случайный выстрел и «какая удача», он нашёл свою цель. Пуля попала полковнику в лобную часть головы, благо пуля, похоже, была бронебойной (без пояска из-за которого она при попадании в тело разваливается на две части) и прошла навылет. Этот полковник в тот момент был как Кутузов, которому турецкая пуля глаз выбила (пусть даже глаз остался на месте) – живой, но рана смертельна, и никто не думает, что он выживет, но случится невозможное; этот человек стал одержим призраком.

На несколько секунд отрубившись полковник, открыв глаза и смотря на всех удивлённым взглядом совершенно не походил на того, кому пуля в голову попала. Конечно, он не сразу встал на ноги (да и когда встал ходил шатаясь), задавал «странные вопросы («Где… кто я?») и прочее, но его рана на голове удивительно быстро затянулась. Только кровь на лице и плече выдавала, что этот человек пережил смертельное ранение, в остальном же никаких следов.

— То, что случилось люди восприняли как чудо, — пояснила Гармония, — вот только в чудеса никто не верил. В итоге после предварительного обследования, врачи не нашли никаких аномалий и даже не поверив в произошедшее приняли рассказ свидетелей за шутку. Никакого расследования не проводилось, а проблему «амнезии» решили долгими лекциями. Отем неглуп и помня твой опыт быстро догадался как нужно себя вести, да и служба в армии США была во многом похожа на его прошлое в Анклаве. Вскоре он стал совсем как человек, только вегетарианец.

— Интересно, конечно, — согласился я, — но быть веганом в армии — маловато чтобы загреметь в психушку.

— А вот тут начинается самое интересное, — Гармония садистки улыбнулась. — Отем тоже хотел найти других призраков вот только наткнулся на кое-что получше.

Слайд на экране сменился, показав полковника, сидящего в рабочем кабинете за компьютером, вот только картинка на мониторе явно не была рабочей программой. С монитора на полковника злобным взглядом смотрела Литлпип. Точнее на мониторе была обложка её книги, а уже на ней был рисунок Дарительницы Света. То, что, судя по названию это была никакая не «Книга Литлпип», а некое произведение «Fallout Equestria» ничего не меняло. Это не могло быть совпадением.

— Как я уже говорила, — спокойно сказала Гармония, — Лорен создавала наш мир основываясь на выдуманном ей художественном произведении. Ещё на Земле это произведение пользовалось успехом и вдохновило многих написать свои истории, происходящие в этом мире… или искажённой его версии. В случае некой Kkat имеет место второй вариант. По сути, именно эта … гражданка создала Литлпип, её друзей, да и вообще всех персонажей с событиями, что описаны в «Книге Литлпип». Эта искажённая версия созданного Лорен мира тоже пользовалась успехом. Не знаю почему Лорен выбрала именно этот вариант, но, как тебе известно, после предательства принцесс история нашего мира пошла отнюдь не по придуманным ею сценарию. Отем «случайно» наткнувшись на данное произведение всё понял и оказался одержим идеей мести, а когда такая идея появляется у элемента верности можешь быть уверен – виновный обязательно понесёт заслуженное наказание. Найти Kkat было непросто, однако полковник Отем быстро догадался, используя своё служебное положение устроить саботаж на военных объектах, чтобы привлечь внимание не только военной полиции, но и АНБ (Агентство Национальной Безопасности).

— Нашёл с кем связываться, — заметил я. — С АНБ… О чём он думал? Да на вывеске штаб-квартиры АНБ только вывески не хватает: «С нашим агентством вы пойдёте помиру».

— Вообще-то этот солган больше бы подошёл турагентству, с которым ты связался, но и насчёт АНБ с тобой трудно не согласится. Однако Отем решил, что готов пойти на любой риск и пока его не вычислили, он сыграл роль инициативного помощника зарабатывая доверие нацбезов, после чего в интересах следствия попросил предоставить ему доступ к системам слежки агентства. То, как это произошло и то, как он уничтожал улики против себя – отдельная история. Скажу лишь, что полковник добился своего, узнав кто скрывается под псевдонимом Kkat.

Далее Гармония замолчала, ограничившись показом слайдов. На первых полковник пришивал (не самыми надёжными швами к гражданской одежде) нашивки бело-красного зонтика, на других мастерил самодельные дымовые шашки (дурное влияние Трикси) и удавку из струны от пианино (влияние Лиры), на третьих он разбирал и чистил два пистолета с буквами STI на корпусе. Дальнейшие кадры показывали некое затемнённое жилое помещение, в котором полковник расстреливал каждого кто попадался ему на пути. Особо много кадров было посвящено некой бабе, которая, убегая словила пулю в нижнюю часть позвоночника. Упав с парализованной нижней половиной тела она, упёршись одной рукой об пол второй пыталась показать жест что сдаётся и у неё в руках ничего нет. Гармония даже звуковое сопровождение добавила в котором женщина просила не убивать, но полковник был непреклонен. Произнеся с наигранным акцентом «Здесь Юнайтед Стейтс оф таки Америка!» (Хорошо хоть не «Вы мне ещё за Севастополь ответите!») выстрелом почти в упор заставил эту женщину навсегда замолчать, а присмотревшись к её лицу для верности ещё и с силой наступил трупу на голову, расколов череп.

— Kkat создала монстра, — толи с грустью то ли с удовлетворением сказала Гармония, — а природа любого монстра — уничтожать своего создателя.

— Ну уж по ней я горевать не буду, — ответил я, скрестив руки, а после спросил насчёт того чья судьба была мне отнюдь небезразлична: — И что дальше?

— Дальше полковник подастся в бега, но поняв, что бежать некуда, а полиция США не любит задержания таких как он, сдастся в ближайшем управлении полиции. В дальнейшем его заберут и будут допрашивать следователи различных ведомств, начиная от обычной и военной полиции заканчивая федералами и нацбезами. Думаю, не нужно объяснять, что к тому моменту всё будет раскрыто вот только следователи, поняв кто устраивал саботаж и влез в сеть АНБ, не поверят, что всё это было сделано чтобы подобраться к одной стороннице прогрессивных взглядов. Полковника будут много и очень жёстко допрашивать. Чтобы тебя так расколоть хватило нескольких минут, — указывала на мой допрос в «Башне Тенпони», — полковник же продержится несколько суток, но в своё время он тоже расколется. Естественно, никто не поверит в историю о ином мире и призраках, так что полковника признают сумасшедшим и отправят туда, где ему самое место.

— Эй! – возмутился я. — Из нас он был самым вменяемым. Да и я думал, что ты элемент честности и не врала, когда говорила, что мы вовсе не плохие.

— Я не врала, — ответила Гармония, — но для полковника комната с мягкими стенами действительно лучший из вариантов. С его мировоззрением он бы совершил много бед служа в армии США; в основном для тех, против кого сражался, но досталось бы и самой армии. – Гармония вновь показала полковника в смирительной рубашке и безумной улыбкой на лице. — В больнице же он наконец обрёл душевный покой и его улыбка отнюдь не наигранна. До конца дней он будет счастлив зная, что отомстил за себя, Анклав и всю Эквестрию убив Kkat.

— Но ведь ты говорила, что Сулик и Лира задумали его спасти.

— Это так и у них даже получится, только это уже совсем другая история, которую я не буду рассказывать. Не все вопросы должны получить ответ.

— Ладно, — ответил я, думая над другим вопросом. Озвучивать его не пришлось.

— Нет – Литлпип не была призраком; не в привычном тебе понимании. Дело в том, что Лорен тоже об этом подумала, но всё же сделала всё так чтобы у сознания Kkat стёрлись все воспоминания о прошлой жизни, её магия не стала аномальной, да и вообще она бы была как обычная пони, пусть и технически с душой человека. Вся магия нашего мира основана на душах людей, как и души его обитателей, так что, по сути, ничего бы не изменилось, даже если бы вместо души Kkat в теле Литлпип было естественное сознание.

— Но ведь всё равно это было перенесённое сознание.

— Без воспоминаний, а как говорила Лорен…

— «Кто мы если не наши воспоминания», — перебил я, а после указал на один неприятный момент: — Жестокая получается эта Лорен. Убила, подстроив всё так чтобы её нашёл призрак пегаса, потом стерев воспоминания снова убила ту, кто вдохновился её произведением, и в очередной раз убила, устроив встречу уже со мной. Жестоко.

— Весь наш мир после предательства принцесс по сути — воспоминания Kkat, причём перенесённые бережно и с уважением. Пускай были дополнения, но суть не менялась. Герои действительно были такими как задумывала Kkat, как и события в которых они участвовали. Так что может Лорен её и убила, но воспоминания этого человека были сохранены… По крайней мере определённая их часть. Может это жестоко и цинично прозвучит, но Kkat должна быть благодарна, что ей оказали такую честь. Да и если бы полковник её не убил, она бы всё равно умерла только чуть позже. В противном случае создался бы временной парадокс.

— Моё появление с последующим «воскрешением призраков» тоже было задумкой Лорен? – спросил я, заметив очевидное противоречие, тоже создающее парадокс.

— Нет, — ответила Гармония, — но ты правильно заметил. Тут история повернулась на сто восемьдесят градусов, причём не только в смысле истории, в которой герои проигрывали, но и в том, что история, придуманная на Земле, воплотилась в ином мире.

— То есть…

— История призраков что произошла в нашем мире будет написана на Земле.

— Чего?.. Что?.. Ничего не понимаю.

— Воспоминания, когда их забывают, становятся историями. Может, некоторые становятся песнями? – улыбаясь спросила Гармония.

— Вот только пел я в основном про еду, — мой ответ не имел никакого смысла, но раз упомянули песни то вспомнился мой небогатый репертуар.

— Не своди всё в материальность.

— Так мысль материальна и как понял, под воспоминаниями Лорен понимает души, а не истории.

— Одно и то же. Души сотканы из историй, а не из атомов.

— Не понимаю.

— Зато я поняла – метафоры ты не всегда правильно воспринимаешь, так что скажу более прямо.

Далее Гармони замерла на секунды, ожидая пока я, перестану думать о том с каким аппетитом, но одновременно и омерзением ранее поглощал выращенных личинок насекомых, и нешироко улыбаясь, продолжила:

— Как тебе известно наш мир основан на художественных произведениях, придуманных на Земле, однако не надо думать будто всё было предрешено ещё тысячелетия назад. Несмотря на все пророчества, несмотря на фантазии Kkat, у нашего мира оставалось достаточно простора для создания собственных историй. Ещё одной особенность придуманного Лорен мира в том, что его прямая связь с Землёй не была односторонней. Как истории, придуманные на Земле, могли воплотится в нашем мире, так и истории произошедшие в Эквестрии имели шанс найти отражение в чьих-то фантазиях. Это сложно объяснить. Временной поток как река, а истории подобны камням, что бросают в воду этой реки. Обычно это небольшие камушки пускающие круги на воде, но в случае с Kkat это была огромная глыба перекрывшее русло, пустившая её по другому полному порогов маршруту.

— Значит изначальное русло… то есть ход истории… уничтожается?

— И, да и нет. Технически уничтожается, ведь несмотря на все пророчества и варианты будущего, вселенная всегда одна, однако не забывай, что мы находимся в мире магии, а Лорен очень ценила воспоминания. Наш мир так устроен, что произошедшие в нём истории не пропадают без следа. Твоё появление спустя десятилетие после «Дня Солнца и радуг» не было предрешено Kkat, да и Лорен изначально точно не знала, чем обернётся противостояние героев и призраков, но история близка к своему завершению, а если смотреть с научной точки зрения, то уже завершена. Разумеется, Лорен не желала, чтобы все жертвы были напрасны и после того, как прошлое будет изменено, история призраков бесследно исчезла. На Земле обязательно найдётся кто-то с небогатым воображением, кому нравится тематика придуманного Лорен мира, но не то, что придумала Kkat. История призраков обязательно найдёт место в его разуме, после чего она будет написана и опубликована.

— Опубликована?.. – удивился я. — История про танки и противостояние героям будет… Хотел бы я посмотреть кому в голову может прийти такая история.

— Пожалуйста, — ответила Гармония и вновь активировала парящий над озером экран.

Вот уж где справедлива мудрость – будь осторожней с желаниями, они могут сбыться. На экране был показан закат над каким-то полем. Красивый пейзаж только струящийся снизу дым предвещал нечто нехорошее. Далее «камера» развернулась показав, что помимо травы на этом поле недавно был бой; хотя точнее бойня. Кругом воронки и сгоревшая техника — танки, БМП, БТРы. Кругом обгорелые трупы и части тел тех, кому особо не посчастливилось. Всё говорило, что по этому квадрату был нанесён удар РСЗО, причём неоднократный. Казалось, что после такого никто не мог выжить, но это было не так. Вскоре смотря на экран, я заметил нескольких человек что медленно двигались посреди подбитой техники. Счастливчики, но судя по их походке они не избежали ранений, однако вскоре «камера» показала, что среди выживших был один избежавший ожогов, но точно получивший «душевную травму». Стоя рядом с обгоревшим (но с виду ещё на ходу) Т-90 он, держа обгоревший череп, смотря в его пустые глазницы, подобно Гамлету с черепом Йорика, говорил на первый взгляд нечто неадекватное:

Неладно что-то в нашем королевстве.

Быть или не быть?

Говно вопрос! Конечно быть!

Покуда пушка пускает во врага снаряды,

Покуда не отброшены катки,

Покуда рычаги сжимают руки,

Покуда не свистнет рак на Карачуне!

Мышь не хотим, чтоб как в Эквестрии тут было?

Как ты, не знаю, но я, так точно нет.

Каков же вывод?

У всех вопросы, у меня ответ.

Закончив разговаривать с черепом, неадекват выбросив «Череповец» забрался в ржаво-коричневый танк через люк мехвода, после чего Т-90 зарычал своим дизельным двигателем. Далее экран погас, а я секунд пять думал над увиденным.

— И это и есть тот, кто напишет историю о призраках? – спросил я у Гармонии, та промолчала. — Ладно я, но у него лоботомия похоже врождённая!

— Это абстрактный образ, — ответила Гармония. — Те, кто пишет истории на основе придуманного Лорен мира предпочитают анонимность. Kkat не была исключением, так что, чтобы её найти полковнику пришлось обмануть АНБ. Тот, кто напишет историю о призраках тоже не желал раскрывать свою личность, так что показанный образ имеет весьма условное отношение к реальности. Да даже ты в мыслях пытался не называть себя настоящим именем, и пускал всех по ложному следу. Ты хоть представляешь какого будет Трикси будучи на Земле вглядываться в физиономию каждого Сергея Каменева, а потом догадаться что ты просто шутил?

— Ей действительно будет тяжело, — согласился я, — и мне не стоило так шутить.

— Действительно не стоило. В России что не рожа то Серёжа. Вы там все такие любители стать частью «серой массы»?

— Бетона что ли? – попытался я отшутится, только было невесело. — Нет, конечно, и люди любят быть особенными, просто я был не в том положении чтобы корчить из себя индивида-инвалида. Зато Лорен отнюдь не была скрытной, — заметил я. — Безумные фантазии… Рыжие волосы… Вернувшись на Землю она вновь не станет скрываться?

— Она не вернётся на Землю, — пояснила Гармония. Ответ меня удивил.

— То есть… как?! Она ведь хотела, как и я, выбраться из этого мира разумных копытных. Она покинула созданный ей же мир. Уход Чернильницы и развязал ру… то есть, но… копытца Селестии после чего та и решилась нарушить пророчества.

— Лорен действительно покинула наш мир, но отправилась не на Землю.

— Не хотела вселятся в собственную тушку убив при этом другую версию себя?

— И это тоже, но главным образом потому что мир на Земле становился всё более похожим на мир придуманный Kkat. В итоге Лорен решила вместо Земли отправится на Полигон-4. Там как раз был подходящий носитель, которая должна была погибнуть при выходе из анабиоза, а многие разумные машины того мира дружественно относятся к людям.

— Слышал я про историю того мира. Там главным является супер ии названный незамысловато Супер, вся гениальность которого заключается в том, чтобы свалить на других свои же обязанности. Вот Чернильница также свалила на призраков обязанность по устранению героев придуманных Kkat и исправлению хода истории. Не сомневаюсь – ей понравится тот мир.

— Осуждаешь. Зря. Мир созданный Лорен прекрасен, и он достоин того, чтобы его спасли. Как в своё время Kkat, тебе тоже оказывается великая честь.

— Уже оказали, заставив убить своих друзей и ещё кучу врагов, к которым у меня по правде не было особой ненависти. Маловат мотиватор.

— Да понимаю. Главный мотиватор для тебя это обещание Дискорда предотвратить катастрофу. Скажу даже больше – временные потоки прошлого и настоящего движутся параллельно так что твоя «Смерть на взлёте» вот-вот будет предотвращена.

— Правда?! – моё удивление и радость одновременно с недоверием представляли невероятный букет эмоций. — Я ведь ещё не выполнил данное Вельвет, Селестии, да и Дискорду тоже обещание.

— Считай это авансом … предоплатой … жестом доброй воли, чем угодно. Лорен хотела, чтобы далее всё что ты делал, было не столько по принуждению, сколько от чистого сердца.

— То есть без принуждения не обойдётся?

— Понимай, как хочешь, но обещание Дискорда спасти тебя на Земле вот-вот будет выполнено. Считай что «смерть на взлёте» уже предотвращена. Как только ты окажешься в Эквестрии ты ещё некоторое время будешь без сознания, так что моё «Дерево» через сон пошлёт тебе видение того, как Дискорд предотвратил катастрофу.

— Я должен буду поверить сну? – недоверие брало верх. — Тому, что вы не пойдёте на обман?

— Я элемент честности и не стану врать, да и дух хаоса, вопреки расхожему мнению, ценил честность и не любил обманывать. Ты и твои друзья уже уже оказали нашему миру огромную услугу и Лорен не хотела остаться не благодарной. Твои друзья уже получили свою вторую жизнь. Ты же получишь гораздо больше – осознание что трагедия из-за которой ты погиб предотвращена, а также шанс начать новую жизнь в мире дружбы и магии.

— То есть… — соображал, почёсывая затылок. — Я уже добился чего хотел и могу выбирать – умереть сейчас чтобы ты спасла свой мир, или действовать, как обещал Селестии и Вельвет, одновременно получив то, чего никогда не просил?

— Ну… да.

— Тогда просто убей меня, — такое для меня было нетипично, но эти слова дались неожиданно легко. — Ты ведь читаешь мысли и знаешь, что жизнь в вашем мире мне не нужна, а если ты и без меня можешь предотвратить войну, то тогда в перемещении в прошлое для меня нет никакого смысла.

— Не надо быть столь категоричен и как уже говорила – даже зная о будущем, не факт, что я решу помешать принцессам. Не забывай – я искусственный разум. Порой в некоторых случаях необходим человеческий фактор.

— Ага, — усмехнулся я, — всё предвидеть, всё подстроить, поставить в жёсткие рамки, но дать иллюзию выбора… Держать за яйца, но не отрывать их. В мои уже вкалывали эфирный раствор, так что если бы не был связан, то может и оторвал.

— Не надо! – прервала фиолетовая. — Не напоминай. Эти мысли даже по моим меркам слишком тяжёлые.

— Знаешь, с этой политикой кнута и пряника собственно пряника я так и не получил. Обещания не в счёт.

— Ты узнал, что твои друзья получили новую жизнь.

— Сильный аргумент, но хотелось бы что-то и для себя.

— Сила призрака-аликорна.

— Знаем, что это за силы. Ума для них не надо.

— Поняла, — сказала Гармония на мгновение опустив взгляд. — Лорен была права. Чтобы заставить тебя что-то сделать лишь поначалу кнут будет эффективен, а пряник ты не примешь. Что же, не хотела говорить, но похоже придётся рассказать кое-что о «Роте Террора».

— Почему эти призраки в большинстве были русскими? – спросил я, вспоминая разговор с Селестией.

— Именно это, — подтвердила Гармония, после чего продолжила: — Как уже говорила, история о призраках на Земле получит своё художественное воплощение.

— Сомневаюсь, что многие о ней узнают.

— Действительно немногие, но и тех немногих будет более чем достаточно для создания роты призраков и её обеспечения.

— То есть…

— Да — теми одержимыми будут люди, прочитавшие историю о призраках.

— Но… но если они знали ту историю, то почему сами ничего не изменили?

— Потому что, осуществляя призывы, руководствуясь найденным заклинанием, принцессы не заметят маленькую деталь, которая заставит призраков забыть одну незамысловатую, но очень важную историю. Они будут помнить всё кроме призрачной истории, однако в глубинах их разума и о ней сохранится некоторые воспоминания. О тебе, о твоих друзьях, о вашем зонте. Они не будут помнить конкретных деталей, но вспоминая некоторые образы будут осознавать, что они противопоставлялись героям, а также что это ты должен будешь убить принцессу Селестию.

— То есть это поэтому они в зонтики ножи метали и изготовили наши «чучела»? – спросил я. Гармония кивнула. — Они не знали почему мы «плохие», но заочно ненавидели?

— Они знали, что вы убивали героев, а ты должен будешь убить Селестию. Последнего уже было бы достаточно, но Лорен перестраховалась так что призракам периодически будут снится сны о ваших похождения – то, как Флатершай погибла под дождём спасая детей, то, как Хомейдж испускала искры, Литлпип убитая собственным рогом, ну и многое другое.

— Но ведь теперь я один и собираюсь отправится в прошлое, в котором призывы ещё не произошли.

— Правильно, но если ты провалишься, то история вновь пойдёт по худшему сценарию. Если тебе всё равно на обитателей нашего мира, то может судьба других «призраков» не оставит тебя равнодушным.

— Это вряд ли, — усмехнулся я. — Эти призраки желают мне смерти и, если не изменяет память, совершили множество актов геноцида.

— Они были марионетками принцесс, после чего стали чем-то средним между сакральной жертвой и расходным материалом. Поверь – они были хорошими людьми и не заслуживали такой участи. Они не должны были тебя ненавидеть и тем более не должны были быть расходным материалом принцесс. Уж тебе ли не знать какого быть призраком-марионеткой. Неужели ты хочешь, чтобы эти люди испытали схожую, но гораздо худшую судьбу?

В дополнение к словам Гармония вновь активировала злополучный экран. Нашему взору предстали улицы закрытого города Эквестрии со странным названием Сталионград. Судя по многочисленным баррикадам и оружию у копытных, действие происходило когда война уже началась, но ещё до того как город был уничтожен совместными усилиями зебр и армии Эквестрии. Когда Гармония поняла из моих мыслей, что я догадался о данной очевидности «камера» переместилась к некому участку на границе города с многочисленными окопами, блиндажами и стоящими орудиями. Кругом были многочисленные вооружённые копытные всех (кроме аликорнов) подвидов с шевронами человеческого черепа на форме, однако вскоре эта пёстрая толпа ещё пополнилась многочисленной группой ночных пегасов, чему «призраки» были не очень рады. В их рядах начались недовольные разговоры, на один из которых Гармония попросила обратить особое внимание.

Главным в этой роте «призраков» похоже, был жёлтый пегас. Судя по второму (находящемуся под черепом) шеврону на его одежде, его меткой был сломанный меч. Даже не знаю, повезло ли ему иметь метку. У меня вот метки не было, что создало множество неудобных вопросов и ситуаций, однако ходить с картинкой на южном месте… Чтобы там ни было, тот «призрак» нисколько не волновался из-за своей метки раз на форму её поместил (наверное чтобы его было легче опознать среди множества одинаковых цветных физиономий) и сейчас был недоволен совсем по другому поводу.

— Что происходит?! Какого хера здесь делаете?! – спросил жёлтый пегас, обращаясь к крупному мышекрылому пони.

— У нас приказ оказать поддержку вашему подразделению, — злобно скалясь, ответил ночной пегас.

— Разве Ночная Гвардия может использоваться как линейная часть? – недоверчиво спросил пернатый.

— У нас приказ нашей госпожи, — скалясь, ответил мышекрылый, — а приказы не обсуждаются.

— Тогда приказываю сложить оружие, расположится в черте города, но не показываться на улицах, — ответил пернатый.

— Ночная Гвардия подчиняется лишь принцессе ночи, — издевательски улыбаясь, ответил ночной пегас.

— Да мне пох…й! – грубо ответил пернатый. — Мы на военном положении, и каждое подразделение Эквестрии находящиеся в моей зоне ответственности попадает под моё распоряжение.

— Мистер Пайпер, вы считаете себя достойным нашей госпожи, чтобы командовать Ночной Гвардией?

— Мне по…й на твою госпожу! – злобно ответил пегас злобно улыбающемуся мышекрылому пони; тот улыбки не убрал. — Здесь действуют шпионы полосатых, а вид множества вооружённых ночных пегасов зебры могут принять за подготовку к наступлению. Твоя госпожа хочет конфликта с этим полосатым табуном?!

— Не думай, что можешь знать желания нашей госпожи «призрак».

— Не был бы ты приближённым к принцессам гнида… — на русском сказал пегас, но его перебили.

— У меня была возможность выучить ваш язык, — сказал ночной пегас.

— Это единственное что вы выучили? – неожиданно вежливо спросил пернатый. — Вы хоть понимаете насколько накалена ситуация? Ваше присутствие может спровоцировать войну.

— Мы многое понимаем, — скалясь, ответил ночной пегас, — но не наше присутствие спровоцирует войну.

— О чём вы?

— Мы многому у вас научились, — сказал ночной гвардеец, после чего неожиданно воткнул в горло «призрака» выдвижной клинок из накопытника.

Далее началась бойня. Ночные пегасы, уже успевшие рассредоточится по позициям, все как один атаковали «призраков», причём используя исключительно холодное оружие. Действовали они быстро, жёстко, тихо и быстро, как профессионалы. Было понятно, что они к этому готовились и долго ждали, когда их клинки станут влажными от крови «призраков». Сами «призраки» не ожидавшие такого удара в спину не успели вовремя среагировать. Большинство только и успели, что снять оружие с предохранителя. Прочие бросались «врукопашную» но в плане ближнего боя подготовка Ночной Гвардии на порядки превосходила аналогичную у Роты Террора. Бойня и минуты не продлилась, как укреплённый участок был зачищен. Далее ночные пегасы развернули орудия, и станковые пулемёты в сторону позиций зебр, после чего тот мышекрылый что убил Пайпера отдал команду «огонь». Далее экран потух, но звуки стрельбы и взрывов продолжались ещё несколько секунд.

— Как ты видишь, — пояснила Гармония, — это Ночная Гвардия спровоцировала войну.

— Исполняя приказ принцессы ночи, — пояснил я.

— Это не имеет значения. Главное то, что не «призраки» были главными виновниками.

— Но ведь я смогу сделать так чтобы избежать такого будущего, а с «призраками» вообще недолжен встретится?

— С призраками – нет, с Ночной Гвардией – ещё как встретишься. Я это показала, чтобы ты понимал, что поставлено на карту. Не только судьба нашего мира, но и «призраки» невинных людей, что в своей прошлой жизни имели счастье прочесть призрачную историю. Ты ведь не желаешь им такой участи?

— Нет, — твёрдо ответил я, — не желаю.

Увиденное произвело на меня сильное впечатление. Не сказал бы что эти «призраки» были заложниками, но не хотелось, чтобы те, кто знали историю о призраках, из-за чего всё произошло, в итоге сами бы и стали виновниками страшных бед. Я не мог пустить будущее (то есть прошлое … не важно) на самотек, надеясь, что Гармония сама всё исправит. Был велик риск, что круг истории замкнётся и история Kkat вновь будет воплощена в жизнь.

— Ладно, — сказал я, — я согласен на все условия. Делай лоботомию, забирай способности, отправляй хоть в лагерь Ночной Гвардии, но в момент до призывов. Обещаю, что сделаю все, чтобы избавить ваш мир от пророчеств Kkat, а «призраков» от участи марионеток принцесс.

— Другого и не ожидала, — очень широко улыбаясь, ответила Гармония, после чего продолжила тоже, не убирая улыбки: — Я могу хоть сейчас отправить тебя в прошлое, но для этого ты должен решить, что тебя убили. Тебя пристрелить или изжарить магией?

— Изжарь, — ответил я. — Мне это не впервой, как на Земле, так и в вашем мире.

— И… После того как я тебя убью мы больше не встретимся. Ты сможешь найти моё дерево, но его дух будет уже не мной. У него будут мои воспоминания, но другое мировоззрение. Без сомнения она будет тебя ждать и осуждать того, кто буквально шёл по трупам… Так что может я отвечу ещё на какие-нибудь вопросы? – спросила Гармония.

— Тянешь время? – спросил я.

— И это тоже. Убив тебя, я и с собой тоже сделаю нечто подобное, но ведь я вижу – у тебя много вопросов, а у меня есть ответы. Задавай. На некоторые я могу дать ответ.

— Ты говорила, что Лорен не хотела возвращаться на Землю, потому что там…

— Хочешь взглянуть? – я кивнул. — Боюсь этого показать я не могу … но … могу показать нечто похоже, чтобы ты составил впечатление.

Вновь активировался огромный парящий экран, только показанное на этот раз точно не относилось к реальности. Это был какой-то короткометражный ролик, в котором группа «хороших парней» (с черепом на форме) веселилась на улицах псевдоМосквы (https://youtu.be/VhVx3jBXRSY?t=9). Однако финал этого ролика резко завладел моим вниманием, так как показанный в нём танки были точь в точь как созданные в Филлидельфии местные версии Т-90; да и вообще – я это уже видел, причём в собственно сне.

— Нечто похожее будет на всей Земле, — сказала Гармония.

— Не Земле тоже будут так уродовать танки?

— Ещё как будут, и Лорен отнюдь не нравилась перспектива жить в таком будущем.

— Причём настолько, что променяла жизнь на Земле жизни среди разумных машин, — заметил я. — Ладно… Есть ещё один вопрос… Ты говорила, что созданные на Земле произведения, основанные на мире, придуманном Лорен, воплощались в жизнь…

— Очень немногие, — ответила Гармония, поняв, что за вопрос я хотел задать. — Те, что не искажали придуманный ей мир и его героев, те, что сохраняли дух гармонии, те, что были просто логичны, имели шанс воплощения в жизнь.

— Произведение Kkat явно не из этой категории, — заметил я.

— Исключение лишь подтверждают правило. Большинство историй, что брали за основу придуманный Лорен мир – просто авторские бредни, в которых эти авторы выражали свои нездоровые фантазии. Парадокс, но именно такие искажающие первоисточник были наиболее известны, однако они недостойны воплощения. Случай с Kkat – подтверждающее правило исключение, да и воплощался этот вариант мира скорее как наказание за роковые ошибки.

— А история с призраками?

— Как шанс эти ошибки исправить.

— Ладно … а … могу ли…

— Тебе, правда интересно? Ты действительно хочешь знать какие истории получили шанс? – я кивнул. — Этого я тоже не могу сказать. Могу лишь показать некоторые кадры.

Далее после слов Гармонии на экране стали мелькать различные кадры из придуманного Лорен мира. На одном были знакомые мне разумные машины. На другом человек, в зелёной военной форме заняв оборону за прилавком выстрелил в барабан, который несла розовая земная пони; Пинки Пай вроде зовут. На другом группа людей в форме Вермахта стреляла в магический щит, которым прикрывалась аликорнезированная версия Твайлайт Спаркл. Ещё на одном мир пони был заражён каким-то зелёным кристаллом, который разрастался подобно траве. На одном вообще был показан тот «призрак» с именем Пайпер управляющий местной версией вертолёта Ми-8. Также интересным показался кадр, в котором вооружённый до зубов очкастый бородатый единорог в оранжевом костюме шёл рядом с единорожкой очень похожей на Хомейдж; только та была белая, а не серая.

— Всего показать не могу, — сказала Гармония, погасив, а потом и вообще развеяв экран, — повторюсь — эти истории не искажали оригинал. Они его скорее дополняли, раскрывая но, не искажая придуманных Лорен персонажей.

— Но ведь Kkat…

— Исключение, подтверждающее правило. Надоело повторяться.

— Ладно, — устало сказал я. — Закончим уже этот бессмысленный разговор. Зря убрала экран. Поставила бы «Лебединое озеро» и сделала бы погромче.

— Только не надо ассоциировать себя плохим человеком. Ты ведь собираешься спасти наш мир. Разве бы Лорен доверил столь важную миссию плохому человеку?

— Но Литлпип ведь она доверила расчистить небо.

— Исключение! – крикнула Гармония, но потом, потоптавшись… — Прости. Но всё же – не считай себя плохим. Чтобы ты не совершил, тебя ещё можно спасти. То, что ты оказался в ином мире — не случайно. Тебя ведёт воля Лорен. У тебя есть предназначение.

— Скорее бреднозначение.

— Бред или не бред, но Лорен нужен был такой как ты – абсолютно непредсказуемый.

— Вот и в дальнейших планах я тоже буду непредсказуем. Лорен думала, что я буду готов спасти её мир от страшной участи, а я на самом деле абсолютно не готов.

— Какое коварство, — покачав головой заметила Гармония. — А теперь если абстрагироваться от последствий лоботомии, подумай хорошенько о смысле своего существования.

— Основной принцип моего существования — служение гуманистическим идеалам человечества, — сказал я; хотя сам в сказанное не верил. Гармония же замерла на секунду и, прислонив копытце к основанию рога, прямо у меня в мыслях произнесла «Идиот».

— Не отрицаю, — ответил я. Гармония же посмотрела на меня виноватым взглядом, в котором читалось «Я это вслух сказала?». Я же продолжил: — Ты ведь понимаешь, кому доверяешь столь важную миссию?

— Понимаю, — вздохнув, ответила Гармония и продолжила на этот раз без улыбки: — Повторюсь — ты не можешь считаться хорошим только потому, что тебя ненавидят и пытаются убить плохие. Справедливо и обратное утверждение, в котором ты являешься плохим которого ненавидят и пытаются убить хорошие. Вообще мир отнюдь не делится на плохих и хороших. В нём нет чётко различимой разницы между тем, что принято считать добром и тем, что считается злом. Всё это субъективно и относительно и уж любовь тем более. Любовь слишком сложна чтобы повесить на неё ярлык греха или добродетели. Многочисленными оправданиями своих грехов ты пытаешься загладить вину, чтобы попытаться заставить утихнуть совесть и попытаться спасти свою душу… точнее то, что от неё осталось. Победителей не было. Герои, призраки – все проиграли в этой войне.

— Любовь это скорее по части Трикси, — заметил я, — только она попросила свернуть ей шею. И вообще – я вроде уже думал теми же словами.

— И правильно думал. Ты вовсе неплохой.

— И к чему ты это говоришь? – спросил я у той, кто без улыбки выглядела как-то непривычно.

— К тому, что не хочу, чтобы ты погиб.

— В смысле?

— Я верю, что ты сможешь спасти наш мир, вот только, скорее всего ты это сделаешь ценой собственной жизни.

— Меня это устраивает, — твёрдо ответил я. — Если «смерть на взлёте» будет предотвращена, то значит, я уже победил и буду рад понести за эту «победу» заслуженное наказание.

— Но ведь у тебя будет шанс изменить историю без собственной жертвы!

— В смысле?

— У тебя будет несколько возможностей изменить историю, в том числе и те в которых ты останешься в живых, вот только вариант, в котором ты пойдешь по этому пути даже не чуть выше нуля, а вообще нулевой!

— А хочешь, чтобы было по-другому?

— Да – хочу! В случае если ты погибнешь, то твоя личность будет уничтожена! Никакой возможности переноса на Землю или жизни в Эквестрии!

— Так на другое и не рассчитывал, — спокойно ответил я.

— И это самое страшное! – Гармония была необычно эмоциональна. — Ты считаешь себя плохим человеком совершившим множество ужасных вещей, за которые должен понести наказание!

— Да – это так.

— Но ты не плохой! Если тебе удастся изменить прошлое, то ты искупишь все грехи, а сохранив собственную жизнь, обязательно найдёшь счастье в нашем мире гармонии! Представь себе – ты, обладая силами призрака-аликорна в мире, которому не грозит война. Вместо «серого камня», которого куда только не швыряли, ты станешь «серым кардиналом». Принцессы, элементы гармонии, обычные пони – все они милейшие существа, с которые могут стать тебе друзьями, а может и чем-то большим.

— Так! – грубо перебил Гармонию. — Я не понял. Ты хочешь, чтобы, попав в прошлое, я просто дожидался пока ко мне вернутся способности призрака-аликорна после чего используя их спасу ваш мир, и оставшись в нем, буду исполнять обязанности Чернильницы, попутно развлекаясь пердоля местных?

— Ну… да… То есть… Нет! Ты обретешь дружбу! Да вообще всё что захочешь! Даже если ты решишь, как ты выразился, «пердолить» то это тоже допустимо. С твоими возможностями не будет тех пороков, каких бы ты не мог удовлетворить и при этом не исправить неприятные последствия. Хотя я мы ведь оба знаем – ты не станешь злоупотреблять. Подумай – уже погибло слишком много. Неужели твоя смерть так необходима? Воспользуйся этой возможностью!

— Нет!!!

— Но ты ведь элемент доброты и стал бы достойным теневым правителем нашего мира. Для всех правителем была бы принцесса Твайлайт Спаркл, но на самом деле теневым правителем, как и всегда в нашем мире, был бы призрак-аликорн. Подружившись с принцессой дружбы ты бы предостерёг её от многих ошибок, сделав наш мир ещё более прекрасным.

— И в этом прекрасном мире был бы единственным злодеем. Власть развращает!

— Ты уже прошёл испытание властью и, надев элемент, доказал устойчивость к развращению.

— Я видел будущее, и оно при моём правлении было отнюдь не прекрасным. Думаешь, я не догадался что, как и для Селестии, для меня тоже расставлены ловушки?

— Никаких ловушек. Никаких подвохов. И был бы ты в другом настроении, видел бы совсем другое будущее. Ты не понял – возможность, что тебе предоставляется, исключает любые подвохи. Ты мог бы остаться в настоящем и если бы захотел действительно привёл бы род пони к процветанию, но ты отказался, решив выполнить обещание данное Вельвет и Селестии. Если же ты его выполнишь, то в твоей смерти не будет никакого смысла.

— Тогда всё будет зря! – далее я говорил спокойней. — То есть… Не всё, но многое. Мы победили героев, читали лекции про капитализм, объединили ОФОТ и СНС в КСС, но всё же согласились на аморальный план Вельвет. Выполнив этот план, мы действительно спасём многих, но цена за это будет поистине чудовищна. Это тоже будет преступление, хотя с учётом того что я уже сделал, скорее отягчающее обстоятельство. Дискорд говорил, какое наказание я заслуживаю. А тут ты говоришь, что я вовсе «неплохой», должен воспользоваться шансом и вместо заслуженной смерти занять место Лорен.

— Лорен была бы рада знать, что её мир будет в твоих руках.

— Она сбежала из этого мира на Плигон-4 к разумным машинам. Думаешь, я не дойду то такой же крайности?

— Спустя тысячелетия. Кто знает, может ты, тоже найдешь способ покинуть наш мир; но не через смерть! Подумай, от чего ты отказываешься и в пользу чего. Бесславная смерть или возможность вечной жизни в мире дружбы и магии? Даже смешно выбирать.

— Я подумаю, а пока — давай заканчивай. Столько слов, так мало дела. Убей меня и переноси. Обещаю что сделаю всё чтобы спасти ваш мир от мира по Kkatски. Хотя… Ещё один вопрос.

— Не один. Я ведь читаю твои мысли и у тебя куча вопросов. Задавай, я ни на один не отвечу, — как-то последнее звучало…

— Если гипотетически я изменю, ход истории то даже в теории не смогу остаться в вашем мире, так как события, придуманные Kkat не произойдут, меня не призовут, тот на танке с врождённой лоботомией ничего не напишет и…

— Нет! – перебила Гармония. — Уже устала повторяться – мы в мире магии, а Лорен ценила воспоминания.

— Не втупляю, — честно признался я.

— Объясню метафорически… Хотя метафор ты и не понимаешь… Когда машина Доктора расщепила вас на атомы и кварки от вас остались только воспоминания, которые я бережно сохранила. Воспоминания твоих друзей сейчас перенесены на Землю. Твои же всё ещё в моей власти и согласно твоему выбору будут перенесены и воссозданы заново в прошлом Эквестрии. То же самое будет и своим физическим воплощением. Оно также, подобно воспоминаниям, будет воссоздано с помощью магии. Ключевая фраза – заново воссоздано; не перенесено. Ты будешь как Найтмер Мун, которая была целиком магическим созданием. В твоём случае будет нечто похожее, пусть даже состоящим из аномальной ауры призрака; только в «дым» превращаться не сможешь … пока не обойдёшь мои ограничения. В общем, в созданном Лорен мире то, что будет создано в прошлом, в нём и останется, особенно если это воспоминания. Даже если этими воспоминаниями будут воспоминания о будущем, которого не произойдёт. Это сложно объяснить, но Лорен всё продумала и хочешь верь, хочешь нет – всё это было создано для тебя.

— Действительно не на один не ответила, — устало сказал я а, после собрав силы, произнёс самым твёрдым и настойчивым тоном: — Я услышал достаточно. Мне понятны правила игры, и я их принимаю. Обещаю, что сделаю все, чтобы война с полосатыми не произошла. А теперь давай заканчивай, убивай и переноси воспоминания, а то чувствую, что умру от этих разговоров.

— Всё что тебя не убивает…

— Убьёт меня попозже, — сказал, грубо перебив Гармонию. — Заканчивай и действуй, не хочу сам себе стрелять в голову.

— Как же я хотела оттянуть этот момент, — с грустью сказала Гармония, — но понимаю.

— Тогда давай… Или мне что-то надо сделать?

— Надо! – бодро сказала Гармония. — Убив тебя я ведь в каком-то смысле тоже погибну, так что выполни моё последнее желание.

— Я не буду искать способа остаться в вашем мире.

— Стоило попытаться, — с грустью сказала Гармония, но подняв морду, вновь изобразила на ней улыбку. — Тогда выслушай… эти… слова. Эта история не воплотится в жизнь, но воспоминания о ней не должны просто так пропасть.

— Я весь в внимании.

Далее Гармония не убирая улыбки, засветила своим отростком, явно готовясь применить очень мощное заклинание. У неё даже глаза засветились сплошным белым светом скрыв зрачки. Тем не менее, колдуя она находила силы улыбаться и также с улыбкой произнесла свои последние слова:

На старых скрижалях, потертых страницах,

Они обитают в десятках вселенных –

Герои историй ломают границы,

Стремятся в миры сквозь четвертые стены.

Вырвутся к нам тысячи масок –

Каждому сыщется что-то по вкусу:

Они – это мы, лишь чуть больше красок,

Веры чуть больше, чуть больше искуса.

Всё стало так просто, что сложно представить,

Зачем нам теперь в зазеркалье молитвы,

Ведь «бог из машины» всё может исправить,

Пока не пошли финальные титры.

После слов про титры из «дрели» фиолетовой в меня ударил мощнейший поток энергии. К сожалению, он не сразу превратил меня в пыль. Иронично, но те доли секунды пока я сгорал, были удивительно похожи на момент моей первой смерти, только без игрушки Рейнбоу Дэш в руках и в тот момент я не кричал.

* * *

«Что-то чешется в мудях. Не помру ли я на днях?» — с такой мыслью я поднимался на борт авиалайнера. Не то чтобы у меня был страх полётов, но от мыслей конкретно об этом у меня болел живот. Как будто этого мало в последнюю ночь мне снился очень странный сон. Разумеется, я его не запомнил, но определённые образы крепко врезались мне в память. Проснувшись в холодном поту, я всё думал: «Неужели я бы стал, есть личинок насекомых? С каких пор я стал уверен, что могу управлять танком? Почему у меня такое сильное чувство вины? Причём тут тот из 95 ого Квартала в странной двуголке и большеглазые копытные мармеладных расцветок? Какое к этому отношение имеет символ зонтика (который на самом деле Мальтийский Крест)?». Сколько не думал, пытаясь вспомнить злополучный очень долгий сон, но ответа так и не получил. В итоге решил, что «хватит дурью маяться» собрал своё барахлишко и, вызвав такси, отправился в аэропорт.

Проверка документов, досмотр багажа и прочее, всё прошло без проблем, только смутил один странный человек, смотрящий на меня недобрым взглядом глаз с жёлтым цветом белка; теперь скорее желтком. (Глаза стеклянные. Нос керамический.) Будучи в возрасте с козлиной бородкой, он чем-то походил на стереотипного «Дядю Сема», если бы у того печень разложилась. Да и одежда у него была странновата для такого места как аэропорт. Растоптанные кроссовки, коричневые спортивные штаны, чёрная толстовка с нашивкой «звезды хаоса» из вселенной Вархаммера. Удивительно, но кроме меня на него совершенно не обращали внимания, даже охрана аэропорта и те люди, что случайно с ним сталкивались. Этот дедок в толстовке был как приведение, только не дикое и совсем не симпатичное.

Пытаясь не встречаться с ним взглядом, я поднялся на борт лайнера, выключил смартфон, полюбовался на прекрасную стюардессу, а также испытал эмоцию необъяснимого ужаса увидев среди пассажиров мать с дочкой. При виде мелкой у меня почему-то всплыла в памяти фраза «крохотный убивец», а вид её игрушки чуть мне сердце не остановил. Я не понимал, что происходит, но вид плюшевой игрушки (изображающей некую небесно-синюю крылатую большеглазую лошадку с радужной гривой и хвостом) вызывал у меня неподдельный ужас. Да даже если бы в тот момент вместо игрушки я бы увидел «СВУ» это и, то бы не так пугало. Взрывное устройство – это хотя бы понятная угроза, здесь же непонимание усиливало и без того сильный страх. Данная эмоция тогда полностью завладела моими мыслями оставив лишь один уголок радости. Я был по-настоящему рад что перед вылетом сходил в туалет так как чувствовал, что тело инстинктивно пытается… Снова необычное чувство. Будто такое уже было. Будто я когда-то радовался точно по такому же поводу.

Тем не менее страх страхом, но до паники дело не дошло. Всё-таки я не из тех, кто, поддавшись эмоциям творит то, о чём потом жалеет. У меня не было никакого логичного объяснения почему от вида плюшевой игрушки у меня душа уходит в пятки, но всё же логика говорила — боятся нечего. Судя по тому, как мелкая держала свою игрушку она (игрушка) очень лёгкая и в ней ничего нет. «Это просто плюшевая игрушка без секретов. Там нет никакой бомбы. Боятся нечего.» — такие вот самоутешения. Немного помогло, но страх не пропал. В итоге после фразы мелкой «Мы полетим быстро, как Рейнбоу Дэш!» решил, что лучше просто не смотреть на то, что вызывает страх и переместил взгляд на симпатичную стюардессу. Смотреть на неё было гораздо приятней, да и её голос был услада для ушей. В итоге слушая её инструкции пристегнулся и дожидался начала вылета.

Момент рулёжки лайнера на взлётную полосу также прошёл необычно тревожно. Многие в салоне тогда волновались, но готов поклясться – я больше всех. Тем не менее паники не поднимал хотя испытывал очень нехорошее предчувствие, а также непонимание почему у меня вдруг появился такой страх к полётам. Так я и просидел эти злополучные минуты вжавшись в кресло и стиснув зубы.

Далее лайнер разогрев движки начал разгон, я же, вжавшись с невероятной тревогой ожидал момент взлёта, но тут случилось неожиданное – двигатели на обоих крыльях издав хлопок прекратили работу, а в салоне погас свет. Тут же в салоне кто-то вскрикнул, кто-то выругался, стюардесса же крикнула чтобы пригнули головы. Я так и сделал так что не смотрел в иллюминатор и не видел, как как самолёт выкатился за пределы полосы и остановился, снеся забор что огораживал аэропорт.

Как же я был рад. Непонятно почему, но я чувствовал будто данная авария – малая плата за избежание страшной катастрофы. Экипаж, пассажиры, да и я вместе с ними были обречены погибнуть при взлёте данного самолёта, но взлёт не состоялся, люди не погибли, а я получил шанс на вторую жизнь; почему-то чувствовал будто не в первый раз. Как бы там ни было, но страх сменился неподдельной радостью. Мне это несвойственно, но я искреннее улыбался, а также мысленно благодарил сам не знал кого. Что-то мне в последнее время всё что-то кажется. Постоянно чудится будто я пережил что-то очень страшное. Что я перед многими очень сильно виноват, но при этом оказал миру очень большую услугу; самое странное что даже не своему миру.

В общем худшее позади так что, расстегнув ремни не сразу встал с кресла ожидая пока стюардесса, крича пассажирам «Без паники! Не толкаясь идите к выходу! Вещи оставить!» откроет дверь после чего приведёт в действие аварийный надувной трапп. Я, будучи в невероятно хорошем настроении и считающий что первыми как океанский, так и авиационный лайнер должны покидать женщины и дети, смиренно дожидался хвоста очереди. Не то чтобы мне хотелось оставаться на борту не взлетевшего самолёта, но сам факт радости от того, что взлёта не произошло был настолько сильным, что ничего против не имел если покину этот лайнер последним. Это в общем и произошло – я покинул самолёт одним из последних, однако идя по проходу к заветному выходу я всё же задержался ещё на несколько секунд.

Среди пустых кресел я случайно заметил лежащую на полу плюшевую игрушку странной радужной лошадки. Теперь её вид не внушал мне страх, а скорее грусть. Я опять подумал, что в чём-то перед кем-то виноват, да и мне стало немного жаль хозяйку данной игрушки. Мелкой вроде нравилась эта … Рейнбоу Дэш. Стюардесса говорила: «Вещи оставить!», но не думаю, что из-за этого мелкая бросила свою игрушку, да и не такая это габаритная вещь чтобы создать проблему при эвакуации. В итоге, испытывая смешанные эмоции, я взял этот выделяющийся на тёмном полу предмет с намерением вернуть его мелкой. Глупо же я с этой игрушкой выглядел, но мне было всё равно. В этот вечер я был уверен, что избежал неминуемой гибели, а значит его уже ничто не испортит.

С улыбкой прижав игрушку к груди я скатился по надувному трапу как по водной горке. В низу меня заботливо подхватили МЧСники, хотя от вида игрушки в моих руках один из них недовольно скривил физиономию. В дальнейшем мне предложили услуги психолога, но я отказался после чего отправился на поиски матери с дочкой, которым собирался вернуть игрушку. Поиски были недолги. Искомые нашлись среди толпы пассажиров злополучного самолёта, что ожидали автобус, который отвезёт всех к терминалу. Без слов с неширокой улыбкой я протянул мелкой её игрушку, которую та приняла с нескрываемой радостью. Смотрящие на это люди, включая ту симпатичную стюардессу, умилились увиденному, я же казалось слегка покраснел.

Далее автобус отвёз всех к терминалу. Я же в пути, стоя у окна, словил галлюцинацию – увидев на фюзеляже вместо названия авиакомпании надпись «Флай-Бухай». Помотав головой, понял – не галлюцинация. В другой день я был бы удивлён. Исключив это странное наблюдение поездка прошла благополучно. На входе в терминал всем сообщили что наш багаж скоро доставят, прочие инструкции и предложение скоротать время в кафе аэропорта за бесплатным чаем и кофее. Кофе я не любил, а вот чаю очень хотелось. Причём хотелось не только потому что просто хотелось попить, вновь возникло странное чувство. Мне казалось, что я когда-то дал себе обещание, связанное с этим отваром из листьев. Что конкретно, в упор не помнил, но очень хотелось выпить; самого чёрного, самого крепкого, можно без сахара.

Увы, но зайдя в забегаловку я столкнулся с побочным эффектом обещаний чего-то бесплатного – очередью; не длиной, но постоять придётся, а постоять я был не против тем более в хорошей кампании. Прямо передо мной стояла та стюардесса из самолёта, и заметив, что я стою рядом она улыбнулась мне довольно односмысленным взглядом. Я улыбнулся в ответ той же неширокой улыбкой с которой отдавал мелкой её игрушку.

«Неужели её (стюардессу) вправду умилил мой поступок? Может есть шанс с ней познакомиться? Почему нет? Или она слишком хороша?» — такие вот у меня были вопросы пока дожидался своей очереди. Не самые плохие вопросы. Просто попутно стоя в этой очереди, я краем уха услышал: «Газировка?! В топливной системе?! Взбитые сливки?! Это какая-то шутка?!». Обернувшись, я заметил какого-то человека в костюме с бейджем сотрудника аэропорта, который заметив, что на него обратили внимание далее говорил более осторожно и тихо. В общем не только мне сегодня что-то кажется. А если не кажется? Слишком много странностей для одного дня. Как бы там ни было если взлёт действительно был предотвращён из-за газировки, то об этом вряд ли расскажут в СМИ. Как и в случае с полковником Отемом обманувшем АНБ в причину произошедшего не поверят даже если будут все доказательства. Я сам не знаю готов ли в это поверить. Скорее всего готов, но лишь если узнаю ответы на два вопроса — действительно надпись на самолёте не была галлюцинацией, и кто этот обманувший АНБ полковник Отем о котором я подумал?

Как бы там ни было, но худшего не произошло. Для меня скорее наоборот – всё замечательно. Вылет пускай накрылся вместе со всеми планами, и деньги за билет мне может не вернут, но всё равно был рад, что всё случилось как случилось. С самого начала не хотел никуда улетать. Ну что же, проведу неожиданно появившиеся свободные дни приобщаясь к искусству. Посмотрю фильмы, которые не смотрел. Прочту книги, которые не читал. Узнаю из какой сказки эта Рейнбоу Дэш игрушку которой я вернул. Может, страшно сказать, в Эрмитаж схожу, посмотреть живопись. Может… Может ту стюардессу приглашу разделить со мной интерес к искусству. А что – оригинально. Кто-то в кафешки приглашает, кто-то в кино, а я вот в музей изобразительного искусства, пусть в нём (искусстве) вообще ничего не понимаю и хочу посетить Эрмитаж скорее из-за названия; сам не знаю почему это название меня так притягивает. Во всяком случае улыбчивый взгляд стюардессы давал надежду что предложение будет принято и меня ждёт поход в приятной компании, а дальше, как повезёт. Но это планы на будущее, а теперь, когда настала моя очередь:

— Чаю! Чёрного! Без сахара! Самого крепкого в самом большом стакане! Пакетик не вынимать!

* * *

Очнувшись мне совсем не хотелось открывать глаза. Хотелось вновь провалиться в тот сон. Он был таким реальным. Другой я не помнил ничего о ином мире, всё что от него осталось так это фантомные душевные боли, но их с лихвой перекрыла отнюдь не фантомная радость. Даже ощущения прямохождения там были без намёка на опыт другой жизни. Как же это было приятно. Теперь же я, закрыв глаза лежал толи на стекле толи на каких-то мелких камнях. Вновь чувствовал, что у меня нет пальцев, из башки торчит похожий на дрель отросток, а из спины крупные даже по меркам аликорнов кожистые махалки. Сшитый Беатрикс комбинезон также чувствовался на моей шкуре, как и лезущие в ноздри нитки мешковины из которой был сшит одетый на мне балахон. Неприятные ощущения, но заново заснуть и почувствовать себя человеком не получилось так что я медленно открыл глаза.

Вновь это ставшее привычным широкое поле зрения и темнота. Подняв взгляд вижу незнакомые созвездия и неполную Луну. Небо ясное, значит никакой облачной завесы Анклава. Воздух несмотря на запах гари, довольно чист, не надышаться. Я действительно оказался в прошлом, вот только ... я тут не один.

Резко от неожиданности вскакиваю на ноги и выбравшись из полусферической, покрытой стеклянной коркой, воронки. Далее разворачиваюсь и со смесью страха и грусти смотрю на мёртвые тела своих друзей. Отем, Сулик, Трикси, Лира – все они были мертвы. Довольно странно что переместив (а точнее заново воссоздав) меня Гармония сделала это и с телами копытных, но при этом уничтожила железную будку. Теперь «призраки иного мира» лежали передо мной безжизненными тушками. Интересно, какой бы диагноз сделал патологоанатом? Просто на телах не было каких-то следов (то, что Лира и Сулик гули, не считается). Они просто тела без души, без жизненной энергии, без искры жизни. Сомневаюсь, что дефибриллятор им бы помог. Так какой диагноз? Остановка сердца? Нарушение дыхания? Или у местных есть термин специально на такой случай? Что бы там ни было я этого не узнаю. Сейчас сознания с воспоминаниями этих пони с зеброй находятся далеко в прошлом на планете Земля, которой ещё далеко до уничтожения. Их «мирские оболочки» теперь лежат передо мной в стеклянной воронке подобной той, что была в фильме про Терминатора. Иронично; в смысле что и там, и здесь речь шла о путешествиях во времени. Также иронично что эта яма вполне подойдёт в качестве могилы. Проснуться в будущей могиле – это действительно иронично, пусть даже эта могила не моя.

В общем от идеи каждому выкопать свою яму быстро отказался. Посещать их всё равно никто не будет, да и уверен покойные были бы не против лежать вместе с покойными друзьями в одной братской могиле.

Решив, что да как я, потренировавшись в использовании кинеза на лежащем под ногами камне с максимальной осторожностью (помня, как превратил труп Литлпип в кашу) уложил тела разделив их по принципу «мальчики налево, девочки направо». Далее облаком кинеза зачерпнул горсть плотного грунта и высыпал его на воронку с телами. Далее ещё горсть, ещё, ещё и ещё пока воронка не оказалась полностью заполнена. Даже несколько перестарался от чего над покойными образовался небольшой холмик; не курган, да и для могил такое допускается. В общем добрая работа, а с учётом кинеза совсем не тяжёлая. Правда пришлось ещё поработать аурой. Просто забирая грунт для могилы я оставил множество ямок, которые располагаясь вокруг холмика выглядели бы очень подозрительно. Кто-то мог бы догадаться что холмик вовсе не естественного происхождения и потревожить тела в которых никогда не было души. Пришлось ещё немного поработать, закапывая ямки, ровняя местность, раскладывая камушки чтобы придать пейзажу естественный вид.

Закончив уничтожать улики, я, как и полагается в таких случаях сняв капюшон оказал дань уважения покойным фразой «Прощайте дорогие товарищи» и скромной минутой молчания, после чего ещё минут десять молчал думая, что произошло и что делать дальше.

Гармония определённо не обманула и действительно переместила меня в прошлое, когда ещё не было никаких министерств и тем более бомб. Чистый воздух, ясное небо – это точно не НКР. Зрение уже адаптировалось к темноте и судя по пейзажу я где-то в пустыне. Вокруг Нейварро был похожий пейзаж, хотя вряд ли я вырыл могилу на месте будущего центра управления погодой. Пустыня большая, так что скорее всего меня перенесли в достаточно далёкий от цивилизации участок чтобы никто не заметил вспышки, которая камни в стекло превратила, но не настолько чтобы я пытаясь выбраться к этой цивилизации погиб в пустыне от обезвоживания. Скорее всего где-то рядом должна быть Эпллуза; просто я не знал других поселений, построенных в этой пустыне ещё до войны.

Вообще хорошая была идея переместить в пустыню. Если бы я очнулся там же где и был осуществлён перенос – в комнате-сейфе, то наверняка в комнате что использовалась как архив начался бы пожар. Или тогда архива ещё не было? Может не было и самой комнаты? Меня бы в камень вмуровало? Или если бы комната существовала был бы риск повстречаться с «Благородными Сёстрами» (и их гвардией) прямо в замке? Боюсь представить как бы они среагировали, видя в своих покоях крупного кожистокрылого аликорна в балахоне из мешковины. Точно бы за маньяка приняли.

В общем я был рад что переместился не только во времени, но и в пространстве. Пустыня на первый взгляд, конечно, сомнительный вариант, но мне грех жаловаться. Пускай я так и не нашёл пути на Землю, но то, что Дискорд выполнил своё обещание тоже неплохо; пожалуй, даже лучший вариант из возможных. Вопрос только – было ли то видение правдой? С учётом способностей Гармонии она вполне могла подделать воспоминание… но оно было таким реальным. Мне хотелось ему верить. Мне хотелось верить Гармонии. Она ведь настолько же честна как «элемент честности» … вот только никто из этих элементов в действительности честностью не отличался. Да и Дискорд не тот, кто заслуживает доверия. Пускай он мне помогал, но также он не скрывал свою ко мне неприязнь. Даже тот человечный образ, из видения которым определённо был Дискорд смотрел на меня с откровенной неприязнью. Также он обещал, что изменит моё прошлое, когда будет изменено прошлое его мира, но судя по тому, что я видел обещание он исполнил авансом. Не слишком ли это хорошо, чтобы быть правдой? Или…

Речь ведь идёт о манипуляциях со временем, а у него свои законы. В любом случае Дискорд предотвратил катастрофу, причём ещё в далёком прошлом. Получается, что я уже исполнил свою часть сделки с хаосом, только этого ещё не знаю? Может попав в прошлое, я уже предотвратил войну? Во всяком случае Гармония говорила со мной так будто всё уже знала, даже то, что, пытаясь исправить ход истории я обязательно погибну. Она даже пыталась повлиять на это прошлое утверждая, что я совсем не обязан умирать, и чтобы это предотвратить я недолжен ничего делать; скорее наоборот – не делать. Искусственный Разум, невероятные способности, но как большинство местных обитателей – не в меру наивна. Пускай у меня и развит инстинкт самосохранения, но также я и не лишён такого понятия как совесть. Пускай мне действительно удастся всё исправить, но вряд ли я смогу спокойно жить помня, как отправлял копытных на «Райские Луга» чуть ли не в промышленных масштабах. Дружба, гармония, любовь этого мира не перекроют чувство вины, тем более что план по спасению этого мира тоже аморален. Чтобы найти счастье в созданном Лорен мире я должен забыть о мире Kkat, а на ещё одну лоботомию я не пойду; тем более что сама Лорен ценила воспоминания. А если я смогу сам себя простить и найду в этом мире счастье, то ещё хуже — я стану тем, кого ненавижу (тем, у кого всё есть, но ему за это ничего нет).

Жертвы не должны быть напрасными, я должен понести заслуженное наказание и Дискорд уже говорил какое. Значит никакой выжидательной тактики. Я должен найти те закладки что повернули ход истории к падению бомб и сделать это быстро, пока наложенные Гармонией ограничения не утратили свою силу. На последнем стоит остановиться подробней.

Кинез у меня остался на прежнем уровне, но со слов Гармонии я не смогу им воздействовать на живых существ. Также я чувствовал, что всё ещё могу управлять светилами, вот только вряд ли эта способность будет полезна так что ничего удивительного что Гармония её оставила. Стрелять из рога сгустками энергии я теперь точно не мог. Я помнил, как копил энергию после чего выпускал её мегазаклинанием, но не помнил ощущений, не помнил, как я это делал, и повторить не мог. Что-то блокировало воспоминания. Также и со всем остальным колдунством. Единственное что я мог сделать так это взяв кинезом камень далее его нагреть до такой степени чтобы он расплавился. Также я вспомнил заклинание, делающее невидимым, которому меня научила Трикси. Гармония не стала его блокировать. Учитывая мой видок, этим заклинанием я буду пользоваться очень часто. Ну и, как и обещала, способность создавать ауру вокруг копыт тоже была сохранена; скорее всего она тоже осталась аномальной. Причём вот парадокс – я мог менять ауру вокруг копытц на энергию пламени, приятного холода или разряды, но не мог делать также со своим отростком на бакше. Интересный расклад – у меня из башки солидный отросток торчит, но, чтобы атаковать в бою магией мне придётся к противнику буквально вплотную подойти. Короче – ничего не изменилось; всё равно в будущем, из которого я прибыл, мегазаклинания использовал лишь для показухи.

Закончив проверку теперь довольно скудных магических возможностей, я задался другим вопросом – что делать дальше? Кругом пустыня, ориентироваться по местным звёздам и Луне я не умел, да и просто не знал куда идти. Выбрать направление наугад – глупое решение, но, когда я вёл себя по-умному, да и местный мир вовсе небольшой и у пустыня должна где-то кончатся. Да и если выберусь пускай даже к цивилизации, что я буду делать? Однозначно не стану показываться местным так что буду часто мысленно благодарить Беатрикс за то, что научила очень полезному заклинанию. Далее… Найти «Дерево Гармонии» и поговорить с его духом? Гармония говорила, что меня будут ждать. Будут… Принцессы и Ночная Гвардия. Вряд ли с ними удастся просто поговорить и убедить не нарушать пророчества Чернильницы. Ночные пегасы уже должны были успеть выпить крови призрака, а принцессы видя мои скудные возможности вряд ли поверят, что я исполняю волю их матери. Дождаться пока способности вернутся и поговорить с принцессами на более выгодных условиях? Нет! Нет! Нет!

Гармония, будучи ии послужила цифровым коридором в прошлое этого мира за что я ей благодарен, но вынужден отказаться от её предложения. Остаться в её мире на правах серого кардинала. Неудивительно что шансы на этот вариант Гармония назвала нулевыми. Герои убиты, призраки тоже (я лично закопал их могилу), и это, не говоря о всех остальных жертвах. Последний выстрел мог бы поставить жирную точку в моей истории, но я снял палец со спускового крючка. Катастрофа что случилась на Земле уже предотвращена, а значит я уже победил. Остались сущие мелочи – предотвратить катастрофу и в этом мире, а также чтобы виновный понёс заслуженное наказание. Ну что же – это можно устроить. Вот только действовать нужно не так как я привык. Ненужно забывать – герои мертвы, призраки тоже и в сравнении с НКР довоенная Эквестрия просто другой мир.

Не такой у этой истории должен был быть конец. Во всяком случае не так я его себе представлял. История полная насилия насилием и должна была закончится. Насилия то хватало (Трикси шею свернул, Лиру задушил, Отема пристрелил, Сулик умер от ножевого в сердце) вот только жертвы не сопротивлялись и даже просили о своей смерти, а палач не хотел эту просьбу выполнять. Странный конец у этой истории призраков, но теперь, когда все призраки мертвы то, что произойдёт в этом времени… А что, собственно, произойдёт? Чтобы это ни было, это не займёт много времени; в противном случае наложенные Гармонией ограничения магии спадут, я останусь в этом времени неспособный умереть, найду в этом мире счастье и буду рад что избежал заслуженного наказания. Значит действовать нужно быстро. Мне предстоит встреча с деревом Гармонии, встреча с Ночной Гвардией, с Благородными Сёстрами и в конце заслуженное наказание за все преступления что я уже совершил в альтернативном будущем и только совершу в этом времени. Впрочем – Это уже совсем другая история.