# В сердце Бури

DarkKnight

После окончания школы трое подруг — ночных пони возвращаются на борт "Селены" и узнают, зачем капитан Сильвер Шейд, она же принцесса Луна, раз за разом направляет летучий корабль в самый центр штормов...

Рассказ является продолжением фанфика "Город Тысячи Мостов", рекомендуется ознакомиться сначала с ним.

Повествование перекликается с сюжетом «Поступи Порчи» и «Радужного рыцаря», а также с циклом фанфиков-статей от ChaosCrash13 «Поня: военное дело».

Кроме того, присутствует отсылка к серии фанфиков Romuald «Сказки небесного домика» и рассказу «Соломинка» MadHotaru (по согласованию с авторами или, по меньшей мере, с молчаливого согласия).

В рассказе присутствуют отрывки и каверы песен «Веселый ветер» (автор В.Лебедев-Кумач) и группы «Дом ветров», творчество которой вдохновило на этот рассказ

Рассказ содержит пасхалки, легкий флирт и, скорее всего, не может оскорбить чувства тонких натур. Разрешен к прочтению не слишком маленьким детям, не очень большим дуракам и даже большей части светлых паладинов... наверное.

## Глава единственная

Обложку нарисовал ANTI_MOZG, а оформил Dalagar Видео, вдохновившее на этот рассказ

[Изображение: https://img00.deviantart.net/03c2/i/2018/077/0/8/intheheartofstorm_dalagar_by_darkknightthestral-dc69x9o.png]

…Лоудстар, прикрыв глаза от удовольствия, подставила мордочку порыву свежего ветра.

Тот, в свою очередь, попытался растрепать белую гриву кадета-штурмана, но ничего не вышло: распрямленные магией еще в жеребячестве волосы были стянуты в недлинный хвост. «Ботанский», как называла его подруга Ария Миднайт.

Грива которой всегда больше напоминала зачесанное на сторону воронье гнездо.

«Селена» скользила в ночном небе над залитыми лунным светом пушистыми облаками, в которые так и хотелось с разбега бултыхнуться, попрыгать, раскинуться в прохладной мягкости... Пусть даже для этого понадобилось бы применить специальное заклинание.

Но безмятежность облачных массивов обманчива.

Там, внизу, буквально через пару часов польет дождь, и скоро, очень скоро это все превратится в ужасную грозу. Шторм. Возможно, даже ураган.

Никакие пегасы не справятся с такой бурей: раскинувшейся на половину Восточного моря, могучей, неудержимой.

«Три красных круга!» — предупреждает погодная служба. А это значит, что запрещены работы в небе, полеты пегасов и даже тяжелых воздушных судов.

Сидите дома, летуны, пока бушует неподвластная вам стихия! Не смейте подниматься в небо, воздушные левиафаны-корабли!

С дороги урагана уходят все: это правило и даже закон. Клаудсдейл, город пегасов, всегда отодвигают подальше от краев, куда должен прийтись удар стихии.

И даже в Старспайре, городе фестралов, висящем, вроде бы, на недосягаемой высоте, стараются без крайней нужды не перелетать с острова на остров, когда снизу жадно смотрит «глаз бури».

Но для «Селены» испокон веков неписаны любые запреты.

Лоудстар, как и ее подруги, Грей Маус и Ария Миднайт, пока не знала, зачем корабль идет в самый центр шторма, в этот наполненный ветрами, струями воды и молниями тартар.

Принцесса Луна, на борту выступающая в облике капитана Сильвер Шейд, обещала все рассказать, а команда лишь посмеивалась, когда ментатка спрашивала.

Правда, аликорн в последнее время не прибегала к маскировке: то ли тому виной были недавние перемены, то ли еще что.

Не то чтобы ночная единорожка боялась такого отчаянного шага — влететь в центр шторма. С научной точки зрения, подобное было даже интересно, а уж принцесса явно знала, что делает. Тем более, опытные члены экипажа по этому поводу не беспокоились. Наоборот, чувствовали какое-то радостное возбуждение, как перед трудной, но любимой работой.

Вон, Ария Миднайт вообще считала, что такое смелое и крутое дело в любом случае заслуживает одобрения.

Но юную ментатку снедало любопытство. Пони вообще любознательный народ, а уж бойкие юные кобылки…

Лоудстар перевела взгляд и в очередной раз подивилась устройству, установленному на носу воздушного корабля. Недавно люк в палубе раскрылся, и наверх выехала непонятная машина, более всего напоминающая древнюю гарпунную пушку.

Вот только зачем все эти кабели, обмотки, трубы и металлические шары? И если обвес устройства предполагал отведение электричества, то гарпун тогда зачем?

Не собирается же принцесса Луна и вправду охотиться в небе? Да и на кого? Не на гигантов-булгасаров же?

Этих небесных левиафанов, похожих на кожистые купола со щупальцами, Лоудстар видела даже до того, как попала на «Селену». Гиганты периодически приближались к Старспайру, привлеченные дождевыми облаками погодной службы.

Булгасаров от обитаемых островов всегда уводили. Они, конечно, не были опасными для пони хищниками, но из-за своих размеров могли причинить немалые разрушения, даже не желая этого.

Но охотиться на них крылатым пони не приходило в голову и в древности.

Во-первых, толстую и грубую шкуру было невероятно сложно повредить даже с нижней, более уязвимой стороны. Во-вторых, если бы это и удалось, наполняющий раздутые тела булгасаров водород мог спровоцировать сильный взрыв. Наконец, в-третьих, всеядные фестралы никогда не охотились на добычу крупнее себя даже в самое голодное время: степень риска никак не оправдывала возможную удачу.

Гораздо проще прогнать мимо гигантов полное воды облако, за которым они все бы потянулись: на их коже растут лишайники, вырабатывающие нужные исполинам питательные вещества. И все, что этим попутчикам нужно взамен – это влага. Ну а из излишков воды булгасары делали свой летучий взрывающийся газ.

Так что было совершенно неясно, на кого принцесса-капитан собралась охотиться в штормовом небе. Гарпуны древние фестралы использовали, по большей части, чтобы ловить и вытаскивать в стратосферу дождевые облака.

Но вопросов ментатка больше не задавала. Жизнь и служба на небесном корабле, как три подруги очень скоро убедились, полнились множеством тонкостей. Кроме того, любая задача раньше или позже объяснялась, а излишнее любопытство только вызывало снисходительные улыбки и шутки над «салагами».

Нет уж.

За неполные пару месяцев, что две фестралочки и одна ментатка проходили практику на воздушном судне, они уже стали свидетелями множества увлекательных и странных вещей.

Например, «посвящение», во время которого всех трех «Меткосталкеров» вытащили из коек после утомительной первой вахты и бесцеремонно искупали в большой лохани с дождевыми тучами.

В присутствии капитана и вообще всей команды.

Лоудстар усмехнулась воспоминаниям. За то время, что Меткосталкеров не было на борту «Селены», принцесса Луна изменилась. Не внешне, нет. Но в бирюзовых глазах будто потух тот озорной огонек, что всегда сопровождал воздушные приключения. Принцесса часто становилась задумчивой и даже угрюмой, и довольно часто в ее общении стал проскакивать нехарактерный раньше официоз.

Но тогда, во время посвящения, она как будто ненадолго стала прежней: веселой и даже озорной кобылицей, что иногда строила из себя пирата Черную Гриву, будучи в облике царственной пегаски Сильвер Шейд.

Когда прошел первый испуг, и мокрые новобранцы, отряхнувшись, уже выпили крепкого, «взрослого» пунша и вытирались заботливо поднесенными полотенцами, любознательная ментатка поинтересовалась:

— Капитан, а Вас тоже так посвящали?

— А как же, — рассмеялась тогда принцесса. — Набрала в команду матерых небесных бродяг, в первом же рейсе меня, Повелительницу Ночи и Лунного Пирата, точно так же посвятили.

— И они осмелились? — удивилась Грей Маус.

Аликорн подмигнула:

— Не помогла даже команда «Отставить макать капитана».

…Лоудстар вздохнула. Они с подругами поступили в экипаж «Селены» после того, как окончили образовательный курс в Старспайре. Ария Миднайт, как и хотела, стала частью палубной команды, чтобы всегда быть на острие событий. Саму Лоудстар капитан взяла к себе на стажировку в штурманы, ну а скромная Грей Маус заступила на должность младшего механика, учитывая ее тягу к всяческим механизмам.

После этого начались приключения. Причем сразу.

Оказывается, принцесса использовала «Селену» уже очень и очень давно. Еще с тех времен, когда небесные корабли были редкостью не только в небе Эквестрии, но и в Империи грифонов, и в более отдаленных краях.

Бывало, что на грот-мачте «Селены» развевался даже пиратский флаг, хотя принцесса Луна всегда уклончиво отвечала на вопросы о похождениях Лунного Пирата.

Но с тех пор минули века, и о грозном прошлом напоминал лишь траченный молью «Веселый Роджер» под стеклом в капитанской каюте да некоторые традиции команды. Сменившейся с той поры много раз, понятное дело.

Только Сильвер Шейд оставалась неизменной, хотя в легендах утвердилась версия, что это имя берет себе каждый новый капитан «Селены».

Конечно, команда всегда знала правду.

Лоудстар припомнила, что же произошло за то небольшое, в общем-то, время, что трое подруг-Меткосталкеров состояли в экипаже.

«Селена» поднималась в самые верхние слои атмосферы, пролетая сквозь полярные сияния, перламутровые и даже серебристые облака. Экипаж несколько раз встречался с высотными разведчиками – особыми пегасами, что могли с легкостью парить в разреженном воздухе на огромной высоте, тяжелой даже для жителей Старспайра.

Лоудстар тогда видела одну такую кобылку – высокую и стройную, но с огромными и длинными крыльями.

А Ария Миднайт рассказала историю, как мечтала стать одной из таких разведчиц, благодаря которым пегасы и фестралы имеют подробные карты местности и воздушных потоков, точные прогнозы погоды и много чего еще интересного.

Конечно, стать кем-то из высотных разведчиков можно только родившись с редкой патологией крыльев, которая, впрочем, лишь делала подобных пони особенными. Примерно как ментатов среди ночного народа. Но среди фестралов еще не было ни одного случая.

Потом команда «Селены» проводила исследования небесной фауны: пути парящих булгасаров или же загадочных обитателей полярных сияний, состоящих из света. Безмолвных и бесплотных.

Но неимоверно прекрасных.

Лоудстар еще жалела, что ни одна кисть не в состоянии запечатлеть эту эфемерную красоту: струящиеся очертания, короткие вспышки света как средство общения, а главное – тихую и почти неслышную песню, что выводили обитатели высот в своем загадочном и холодном царстве…

…Из раздумий вырвал голос подруги где-то в такелаже:

— А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер,

Веселый ветер, веселый ветер!

Моря и горы ты обшарил все на свете

И все на свете песенки слыхал!

Лоудстар улыбнулась. С тех пор, как Ария получила свою кьютимарку Поющей-в-Ночи, Музыка Мира с удивительной легкостью откликалась на призывы бойкой фестралочки.

И действительно, стоило прислушаться, как к голосу светло-серой кобылицы будто добавились звуки горнов и фанфар, которым, конечно, неоткуда было взяться на борту «Селены»:

— Кто привык за победу бороться,

С нами вместе пускай запоет:

Кто весел — тот смеется,

Кто хочет — тот добьется,

Кто ищет — тот всегда найдет!

Ментатка задрала голову и увидела, как подруга, распевая свою боевую песню, не забывает летать около баллона и крепить какие-то узлы, карабины и еще Дискорд знает что. Лоудстар в этом пока плохо разбиралась: все ее время занимала работа над картами воздушных течений, особенно последнее время.

Кадет-штурман же, хотя и поставила себе задачу изучить «Селену» досконально, в своих изысканиях была последовательна.

Слова песни удивительно подходили самой Арии, которая всегда и во всем хотела быть первой.

А главное, была на все сто уверена, что сможет. И, зачастую, действительно могла.

— Спой нам ветер про чащи лесные

Про звериный запутанный след,

Про шорохи ночные,

Про мускулы стальные

Про радость боевых побед!

Лоудстар уже подумала, не подпеть ли, но рядом раздался голос боцмана:

— Ария Миднайт станет отличным аэронавтом, если захочет, — сказал Гранит Кэнди, проследив взгляд Лоудстар. – Но сдается мне, судьба ее другая.

Рыжий земнопони, весь грозный вид которого портили только белые веснушки на морде, был главным наставником кадетов. Кроме того, руководил палубной командой, а иногда оккупировал камбуз и готовил умопомрачительные леденцы, сырьем для которых служили самые обыкновенные камни.

— Зачем мы идем этим курсом? – спросила Лоудстар. — Когда мы первый раз попали на «Селену», капитан тогда тоже прошла прямо сквозь шторм…

Ария тем временем продолжала распевать где-то в районе баллона с подъемным газом:

— Кто привык за победу бороться,

С нами вместе пускай запоет:

Кто весел — тот смеется,

Кто хочет — тот добьется,

Кто ищет — тот всегда найдет!

— Сердце Грозы, — коротко ответил боцман.

— Что? – навострила ушки ментатка.

- Сердце Грозы, говорю, — повторил жеребец. – Магическое средоточие любого шторма и, тем более, урагана. Если нам удастся его поймать, шторм превратится в обычный циклон, с которым уже по силам справиться достаточно крупному погодному патрулю.

Темно-фиолетовая ночная единорожка удивленно уставилась на боцмана.

— Ты серьезно?

— Серьезнее некуда. Поэтому тебе с подругами надо подготовиться.

— К чему? – не поняла ментатка.

— О, — земнопони отечески приобнял юную кобылицу и подавил желание взъерошить ее, как Арию Миднайт. – К самому впечатляющему приключению. По крайней мере из тех, что были…

— Тогда я точно в деле, — раздался сверху голос подруги.

Лоудстар подняла взгляд и увидела Поющую-в-Ночи, которая висела вниз головой, уцепившись за ванты хвостом.

— Ты хоть слышала, о чем мы говорили? – нахмурилась ментатка.

— Я слышала про приключение, — отозвалась Ария и свалилась на палубу, ловко встав на ноги с дробным перестуком копыт, — а остальное не важно.

Лоудстар закатила глаза, а боцман повторил то, что рассказал немного раньше, после чего продолжил:

— …но даже не Сердце Грозы каждый раз – цель капитана. Но что… она не говорит.

— Тогда откуда ты знаешь? – поинтересовалась Лоудстар.

— Поживи с мое, маленькая мэтресса, и тоже будешь понимать чувства пони по глазам, — улыбка сурового боцмана стала отеческой. – Каждый раз капитан высматривает в гуще самых сильных ураганов что-то… или кого-то. Всегда, сколько я себя помню здесь. Особенно сейчас.

— Я скажу Мышке, — сказала Ария. – А то она совсем не выходит из машинного отделения. Скоро будет такой же ботанкой как ты, Кудряшка.

— Вовсе я не ботанка, — привычно отозвалась Лоудстар и шутливо топнула копытцем.

— Знаю, — подмигнула Ария. – Но ты так мило сердишься… это просто бесценно!

С этими словами она поскакала к надстройке, провожаемая фырканьем подруги.

Гранит Кэнди же сказал:

— При таком ходе мы будем на месте через пару часов. Если будешь соваться на палубу, штурман, не забудь о мерах предосторожности. Свалишься за борт в такой шторм – даже тушку твою потом не найдем. И парашют в такой ветер бесполезен.

— Да, сэр, — улыбнулась Лоудстар, затем перевела взгляд красных глаз на приближающиеся тучи. – Дело будет жарким, да?

— Еще как, — кивнул боцман, но продолжать не стал.

— И? Ничего больше не расскажешь?

— Это не передать словами, — улыбнулся земнопони. – К тому же, не хочу портить тебе впечатление.

— Я же буду в рубке! – напомнила ментатка.

— Если я что-то понимаю в пони – ненадолго, — решительно заявил боцман. — Да и в иллюминаторе впечатлений хватит

Лоудстар не удержалась и благодарно обняла огромного жеребца. Тот всегда готов был дать кому-то из новичков совет, поддержать и помочь. А непоседу-Арию вообще взял, образно выражаясь, под крыло.

Впрочем, возможно, он так поступал со всеми новичками и практикантами.

* * *

В недрах «Селены» Ария чувствовала себя не очень уютно. Были ли тому виной одни из первых воспоминаний, когда пробравшихся «зайцами» Меткосталкеров повязала команда судна, или же просто угнетало полнящееся механизмами замкнутое пространство, фестралочка не знала.

Но кто здесь себя точно чувствовала в своей тарелке, так это Грей Маус, Мышка. И, конечно же, ее наставница, старшая механик Джир Райя, эффектная серебристая единорожка с фиолетовой гривой и пронзительно-голубыми глазами.

Небесные корабли — сложные техномагические механизмы. Будь то изящные яхты знати, неуклюжие грузовики или даже обычные пассажирские лайнеры.

Но «Селена» была настоящим произведением искусства: стремительная, подвижная, и при этом лишенная хрупкости прогулочных яхт.

Все три подруги имели честь удостовериться в этом еще в первый свой визит на судно Лунного Пирата, когда лютый шторм за бортом отзывался в каюте лишь легкой качкой.

Ария и вовсе ничего не заметила, продрыхнув как ни в чём не бывало всю ночь. Только потом Грей Маус ей рассказала, что подобная буря разметала бы обычный дирижабль в клочья.

Фестралочка огляделась. Полумрак машинного отделения ей не мешал, как и более чем половине членов команды: ночные пони прекрасно видят в темноте даже при тусклом свете звезд. А солнце, наоборот, без темных очков слепит непривычных к яркости дня жителей Старспайра.

Размеренная работа двигателей и рулевых механизмов наполняла помещение деловитым гулом, в котором можно было различить и голоса:

— ...цать процентов. Но такой режим опустошает накопители гораздо быстрее, чем при обычном ходе. И чем сильнее форсаж, тем быстрее иссякает энергия. Смекаешь?

— Да. КПД уменьшается по мере возрастания мощности форсажа.

— Умничка...

Ария пошла на голоса, помотав головой. Ее эта заумь волновала слабо. На палубе хватало забот и без того, чтобы думать о том, как именно работает скрытый в недрах корабля движок. Крылья, рули и паруса Ария изучила куда как лучше.

Раньше было непонятно, зачем на «Селене» такие традиционные движители. Но потом Гранит Кэнди объяснил, что парусами пользуются в спокойную погоду, когда нет смысла жечь энергию накопителей, а большая скорость перемещения не требуется.

Грей Маус и Джир Райя обнаружились у рядов каких-то стеклянных цилиндров, внутри которых поблескивали натянутые толстые тросы. В двух сосудах по ним периодически пробегали маленькие молнии, причем в одном гораздо чаще, чем в другом..

Ария нетерпеливо дождалась окончания лекции про какие-то «накопители», про форсаж двигателей и прочую магомеханическую муть, после чего подала голос:

— Джир Райя, мэм, разрешите обратиться к кадету Грей Маус.

По уставу корабля механик была офицером, и в рабочее время следовало соблюдать субординацию. Даже если приходишь по личному вопросу.

— Обращайтесь, — отозвалась старшая пони, потом снова обратилась к своей подопечной. — Как закончите, проверь и в случае необходимости смажь тяги кормовых рулей. Потом доложишь.

— Да, мэм.

Ария отметила про себя, что здесь, среди механизмов, с Грей начисто слетает вся ее стеснительность и скромность.

И действительно, робкая во всех остальных случаях пони бодро подлетела навстречу с горящими от восторга глазами:

— Привет! Как там на палубе? Хорошо, что ты заглянула!..

Бывшая звеньевая улыбнулась, чувствуя, как в груди разливается тепло привязанности к подруге детства.

— Ты знаешь, куда мы летим? — спросила Ария, надежно прерывая начавшуюся было восторженную трескотню темно-серой фестралочки о всяких непонятных механизмах.

— Конечно, — ответила Грей, отбросив от мордочки непослушную прядь бледно-фиолетовых волос. — Мы сейчас проводим полную проверку всей ходовой, а это значит, скоро войдем в район штормов.

Подумалось было, что подруга удивительно точно описала ситуацию, не выходя на палубу, кажется, уже неделю или полторы.

— Точно. А знаешь, зачем?

Темная фестралочка показала на накопители:

— Известно, зачем. Молнии. Они нужны, чтобы работал двигатель.

Ария поджала губы, но сдаваться не собиралась и решила удивить подругу:

— Не просто молнии. Мы будем охотиться за Сердцем Грозы!

Теперь, кажется, юную помощницу механика удалось удивить.

— Ты уверена, что тебя не разыграли? Это ведь сказка…

Ария фыркнула:

— Только не Гранит Кэнди. Я бы еще засомневалась, если бы Молчун или кто из команды… но боцман никогда не шутит о службе.

Мышка была вынуждена признать правоту подруги, но на вопросы о странном устройстве на палубе только беспомощно развела копытами:

— Увы…  Я еще не полностью изучила все агрегаты… их тут много даже для самого сложного воздушного судна. Принцесса Луна… то есть капитан сильно переделала корабль за все время его существования. А оно, как ты понимаешь, не маленькое…

Арии в который раз подумалось, что прежняя, скромная и стеснительная Грей сейчас бы покраснела, стушевалась, а может, и убежала бы.

— К тому же, — Мышка показала на накопители энергии, — после последней грозы не заполнился полностью даже второй. А их тут четырнадцать. Я даже боюсь представить, что за буря должна быть, чтобы заполнить их все… и не представляю зачем.

— Не ты ли говорила, что молнии нужны для двигателей?

Темно-серая фестралочка покачала головой:

— Если заполнить все накопители и идти полным ходом, мы сможем долететь до Луны, не меньше.

Ушки Арии навострились:

— А может, и вправду?!..

Грей Маус было открыла рот, чтобы ответить, но потом задумалась. Собеседница нетерпеливо переступила на месте, но прерывать раздумья подруги не стала.

Наконец, та покачала головой:

— Не уверена. У «Селены» нет замкнутого цикла жизнеобеспечения. А многие узлы и агрегаты потребуют пустотных работ. Плюс чрезмерное давление в баллоне в условиях вакуума потребует демонтажа всего модуля…

Ария поморщилась:

— А если по-эквестрийски?

Взгляд золотистых глаз Грей снова сфокусировался на собеседнице:

— Что? А, прости. Я говорю, «Селена» не сможет подняться так высоко.

— Так бы и сказала. А то ты мне иногда напоминаешь Кудряшку.

Темная фестралочка не обиделась и только улыбнулась. Арии подумалось, что жеребяческая застенчивость переросла в такую очаровательную скромность, на которую падки многие жеребцы. Грей уже несколько раз звали на свидание члены команды, но та, как прежде, не находила в себе смелости даже вымолвить что-то вразумительное.

Впрочем, и опыт самой Арии не отличался разнообразием.

В прошлый раз, когда Меткосталкеры были на борту «Селены», они были всего лишь жеребятами. Но сейчас, после окончания школы, уже превратились в очень красивых кобылиц… по крайней мере, им всем об этом сказал боцман, когда знакомил с одним из обычаев корабля Лунного Пирата.

Команда «Селены» состояла как из кобылиц, так и жеребцов. И принцесса понимала, что это так или иначе будет способствовать романтическим чувствам между членами экипажа.

Поэтому на корабле появился своеобразный обычай: все свидания назначать путем передачи анонимных записок, а проводить их во внеслужебное время, в портах.

И конечно, находили такие записки и бойкая Ария, и скромная Грей, и даже заучка-Лоудстар, сейчас гордо носящая звание кадета-штурмана.

Конечно, первая не отзывалась на подобные «понячьи нежности»: было не до того, ведь впереди ждали приключения! Вторая не нашла в себе решимости, а третья, скрывая смущение за напускным недовольством, заявила, что «не намерена совмещать службу и личную жизнь».

Хотя ей никто не поверил.

Но Меткосталкеры дали слово не подтрунивать по этому поводу друг над другом и вообще не обсуждать до возвращения в Старспайр.

Ария, вынырнув из воспоминаний, поняла, что от этих мыслей ее щеки малость порозовели. Но Грей не подала виду, и только напомнила, что ей пора работать.

Попрощавшись с подругой, Ария Миднайт вернулась на палубу, чтобы увидеть, как прямо по курсу «Селены» вырастает огромная черная гора туч.

Молнии сверкали в недрах этого монстра, а несколько секунд спустя доносились тихие раскаты грома.

Уже наученная опытными матросами, Ария прикинула, что до чудовищного шторма еще многие километры… А он даже с этого расстояния казался огромным.

По мордочке расплылась довольная улыбка. Это приключение и впрямь могло стать самым впечатляющим…

* * *

…Грей Маус, проводив подругу, вздохнула.

Она и сама ощущала растущее напряжение в команде, совсем не похожее на ту общность, возникшую еще несколько лет назад.

Тогда трое подруг лишь мимоходом прикоснулись к этому чудесному чувству, влившись в экипаж всего лишь «временными юнгами», и то в силу обстоятельств.

Но сейчас, когда они вернулись на судно Лунного Пирата по окончании учебы, казалось, что-то неуловимо изменилось.

И очень скоро выяснилось, что именно.

А точнее – кто.

И Грей Маус подозревала, что за всеми изменениями Луны стоит Дарк Кристал.

Эта фестралка принадлежала к древнему ордену Ночных Кошмаров и почти везде сопровождала принцессу. Всегда – в полном доспехе и лязгая боевыми накопытниками с убирающимися когтями. Страшным оружием из древних времен, когда пони отнимали жизнь друг у друга.

Дарк Кристал была красива: темно-фиолетовая шерстка, стриженная бледно-зеленая грива-каре, кьютимарка в виде черного кристалла в ядовито-зеленом сиянии. И при этом – поджарое тело спортсменки и неимоверной глубины ярко-розовые глаза.

Вот только не было в этих глазах теплоты любви и дружбы, а лишь холод ночной стратосферы.

Как пояснили члены экипажа вновь прибывшим кадетам, молчаливая охранница появилась у капитана после того, как орден Ночных Кошмаров был возрожден для борьбы со «скрытыми угрозами».

Но от кого она охраняла принцессу Ночи здесь, среди небес и верной команды?

Это было странно, непонятно и обидно: доверие капитана было раньше тем, что во многом скрепляло экипаж судна Лунного пирата…

Грей Маус привыкла, что пони, в большинстве своем, дружелюбны и добры. Эра Раздора поглотила большинство тех, кто думал иначе: неконтролируемый хаос породил такие кошмары, что единственным оружием против них была Гармония и ее Элементы. В частности, их проявления со стороны обычных пони.

Те же, кто этого не понял, сгинули без следа вместе со старыми королевствами, империями и злыми колдунами. И чего стоило Селестии и Луне собрать воедино осколки понячьей цивилизации, о том и знали только сами принцессы.

Но Дарк Кристал как будто пришла из той, старой эпохи. И дело было не в оружии и не в холодном отчуждении любых попыток завести с ней какие-либо отношения, помимо официальных.

Все дело было во взгляде. Грей Маус никогда бы не подумала, что можно ТАК смотреть на всех пони без разбора. И лишь при взгляде на принцессу в глубине розовых озер вспыхивал огонек фанатичного благоговения…

Гранит Кэнди до недавнего времени пребывал в убеждении, что подобное поведение вызвано «нехваткой любви». Помнится, даже пытался назначить новому члену экипажа свидание, но получил категоричный и резкий отказ, причем публично, в нарушение традиций судна.

Боцман тогда попытался примирительно обнять фестралочку, но вскоре полетел вверх тормашками от силового приема.

Огромный земнопони, совершивший по палубе вынужденный полет с двойным сальто, приземлился в сложенные канаты и ящики с такелажем, и поинтересовался:

— Кристал, тебя никогда за жеребца не принимали?

Фестралка фырком откинула со лба непослушную прядь и парировала:

— Нет. А тебя?

Ария тогда спросила, помогая наставнику выбраться из канатных бухт:

— Почему ты думаешь, что у нее проблемы с жеребцами?

Тот ответил:

— Да потому что с такими манерами она будет пользоваться популярностью разве что у яков…

Лоудстар и сама пыталась интересоваться, зачем на корабле охранница. Но та лишь презрительно посмотрела на кадета и процедила:

— Я тут не ради тебя, жеребенок. Я слежу за безопасностью принцессы.

— Ей тут ничто не угрожает, — заметила ментатка, но осеклась, когда взгляд розовых глаз стал просто ледяным:

— Ничто, кроме вас.

С этими словами ликтор удалилась, оставив Лоудстар недоумевать.

Но, что самое странное, и принцесса воспринимала наличие Ночного Кошмара как само собой разумеющееся.

Стоило только вспомнить то доброе чаепитие на борту при первой встрече, веселые песни и розыгрыши, и слезы наворачивались на глаза от обиды и горечи…

По слухам, принцесса Ночи стала такой после того, как страшная катастрофа случилась с Кристальной Империей. То ли младшая аликорн винила себя в случившемся, то ли причиной тому была потеря ученицы, Бэнши Свинг, то ли еще что – никто точно не знал: Луна замкнулась в себе и больше не откровенничала ни с кем, кроме, может быть, «верного ликтора» Дарк Кристал…

Была только слабая надежда, что привычное и любимое дело во благо Эквестрии растопит этот лед…

* * *

...Когда «Селена» вошла в клубящиеся тучи, Ария Миднайт быстро поняла, что боцман Гранит Кэнди был прав: никакими словами было не передать это ощущение.

Тогда, почти шесть лет тому назад, маленькая фестралочка попросту проспала весь шторм, мирно покачиваясь в гамаке матросского кубрика.

Но если бы она только знала, ни за что не пропустила бы такое веселье!

Свет луны и звезд резко сменился тьмой, когда «Селена» пересекла границу черных туч, а ветер ударил, словно копытом, и Ария благословила штормовые тросы, натянутые тут и там по палубе.

Уши наполнились ревом, резко хлестнули струи дождя.

«Селена» стремительно пронзала потоки ветра и туч, и создавалось впечатление, что прямо из безмятежных небес Эквестрии корабль Лунного Пирата вдруг оказался посреди бурного моря.

По крайней мере, стало так же мокро, как и в бескрайних океанских просторах. Хорошо еще, вода была хотя и холодной, но зато чистой и пресной.

Но все члены экипажа подготовились: надели плотно прилегающие очки-гогглы, закрепили все, что только можно, и держались за штормтросы. А кое-кто даже привязался.

Ария, подставив мордочку ветру и дождю, еле сдерживалась, чтобы радостно не завопить.

Но когда ударила первая молния, залив все вокруг ослепительным светом, у фестралочки перехватило дыхание.

Казалось, белую дугу чистейшей энергии, видимую сквозь на мгновение потемневшие волшебные стёкла, можно взять копытом, стоит только немного взлететь...

Но Ария была уже взрослая кобылка и опытный летун, поэтому понимала: стоит на таком ветру расправить крылья, и тут же превратишься в живой воздушный змей. Унесет туда, куда Дискорд зебр не гонял.

В этот раз за штурвалом стояла сама капитан: Ария, находясь на своем посту, могла видеть принцессу, взгляд которой был устремлен вперед в поисках Сердца Грозы...

«Селена» пробила облако острым форштевнем, и фестралочка, которую обдало бодрящей свежестью, улыбнулась. Снова сложилось впечатление, что судно взошло на гребень волны. Тем более, воздушная яма прилагалась.

Ария уже давно слышала Музыку Мира, звучавшую одновременно с ревом ветра. И в этот раз — никаких тихих струн и чувственных флейт: лишь дерзкие аккорды ветра, вторящие грому барабаны...

Не шло даже ни в какое сравнение с той возвышенной радостью накануне, вызванной крутым и нужным делом!

Кобылица чувствовала, что еще немного, и музыка превратится в Песню. Достаточно будет только подтолкнуть, начать...

...Не передать, самому надо видеть,

Как усмиряют ветра….

Но было не до того: «Селену» даже при всей уникальности ее конструкции било ветром так, будто и не был это самый быстрый и прочный воздушный корабль в Эквестрии, а только листик, отданный на волю стихии. Но даже сейчас курс оставался верным: в самый центр шторма. Туда, где по легенде (и по недавним сведениям) и находилось Сердце Грозы...

Казалось, лишь многовековой опыт капитана и слаженность работы команды не позволяли кораблю стать беспомощной игрушкой ветров…

…Ария потеряла счет времени. «Селена» попросту рассекала облака, и юная фестралка, судорожно цепляющаяся за штормтрос у левого борта, испытывала по этому поводу двоякие чувства.

С одной стороны, ей было страшно. До жути. Потому что ревущий и ежеминутно освещаемый вспышками молний водоворот туч за бортом, пронизывающий ветер и бесконечный поток воды как будто со всех сторон, навевали первобытный ужас, когда пони были бессильны перед буйством стихии.

А с другой стороны юную Поющую-в-Ночи переполнял ни с чем не сравнимый восторг. Несмотря на завывание ветра, оглушающие раскаты грома и больно хлещущие ледяные струи дождя.

Ей уже несколько раз пришлось помогать палубной команде крепить начавшие сдаваться снасти, удерживающие корпус «Селены» под баллоном. Казалось бы, всё проверили перед штормом, но как ни крути, стихия вносила свои коррективы...

Капитан, отчаянно крутя штурвал телекинезом, способным двигать ночное светило, заставляла корабль лавировать между вихрями, прорываясь в самый центр шторма, сквозь настоящие горы плотных облаков. И хотя скорость уже была запредельной для воздушных судов, «Селена» медленно, очень медленно продвигалась к цели.

Плотная завеса черных туч неожиданно разошлась, и Ария даже в очках чуть не ослепла, настолько ярким оказался ударивший по глазам свет.

Волшебные стекла стремительно потемнели, и фестралочка почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

Потому что перед «Селеной» предстал сверкающий шар из молний и магии размером с небольшой парящий остров.

Сердце Грозы.

Ария, конечно, слышала сказку об этом. О сыне легендарного командора Урагана, улетевшего в страшную грозу и превратившегося в чудовище, лишь взглянув в легендарное средоточие стихийной магии...

Но одно дело – читать книжки, лежа в теплой постельке и вслушиваясь в отдаленные раскаты грома где-то там, далеко внизу, и совсем другое – воочию предстать перед воплощением колоссальной мощи…

Ария подумала, что теперь принцесса применит магию, но та и не думала творить какие-то сложные заклинания.

Повинуясь движению рычагов в копытах двух матросов, из бортов выдвинулись стальные мачты громоотводов. И если во время обычного шторма их было два, то теперь фестралка увидела целых восемь поблескивающих конструкций, превративших «Селену» в некое подобие гротескного паука.

Как будто специально дождавшись этого, фиолетовые и желтые молнии впились в стальные стержни. Глянул гром, от которого заложило уши, а нос защипало от резкого запаха озона…

Но вместо того, чтобы превратить дерзкий корабль в пылающие обломки, электрические разряды бессильно скользнули по громоотводам, и Ария как будто воочию увидела, как плененная энергия оседает в волшебных накопителях…

— Мистер Кэнди!.. – донесся сквозь звон в ушах голос принцессы.

Ария, поморгав от недавней вспышки, увидела, как Гранит Кэнди, держась согнутой ногой за штормтрос, подбегает к неведомому устройству.

Повинуясь умелым движениям копыт, ствол орудия быстро навелся на Сердце Грозы… и в это время «Селену» тряхнуло, нос корабля резко задрался, и боцман, потеряв равновесие, отлетел чуть ли не к самой задней надстройке…

Пони из экипажа с криками и ругательствами вцепились в снасти, причем громче и нецензурнее всех выругалась Ее Королевское Высочество.

…Ария вдруг поняла, что находится ближе всех к орудию, незакрепленный ствол которого теперь болтался на ветру, как флюгер.

И тогда она решилась.

Пока «Селена» восстанавливала равновесие с помощью рулей и двигателя, Ария, рискнув выпустить штормтрос, бросилась к поблескивающему устройству.

Это, конечно, не укрылось от взгляда капитана.

— БЫСТРЕЕ, МИСС МИДНАЙТ! – хлестнул Королевский Кантерлотский Глас аликорна, прекрасно слышимый сквозь рев шторма.

Ария, закусив губу, закрутила рукояти, снова наводя ствол прямо по курсу.

Сердце Грозы появилось над бортом «Селены» как белое, злое солнце. И такое же слепящее.

Фестралочке показалось, что треск молний в средоточии урагана стал другим: более резким и… озлобленным.

А еще – оно было ближе. Казалось, еще чуть-чуть – и «Селена» ткнется в этот ужас форштевнем…

— ОГОНЬ! – прогремела принцесса Ночи, и Ария судорожно вцепилась в рычаг, инстинктивно угадав нужный…

Орудие громко лязгнуло, и в сторону Сердца Грозы устремился гарпун, связанный металлическим тросом с невероятным устройством.

…Ария никогда бы не подумала, что гром может быть настолько оглушительным.

Ее отбросило от орудия со страшной силой, когда «Селена» резко рванула вперед, увлекаемая тонким, но, похоже, прочным тросом.

Гранит Кэнди, вытянув в сторону переднюю ногу, поймал мертвой хваткой катившуюся по палубе Арию, и фестралочка испытала глубокое уважение к земнопони за такую реакцию.

…Гарпун исчез где-то в недрах Сердца Грозы, и, очевидно, это ему крайне, крайне не понравилось. Мягко говоря.

В воздушный корабль ударили сразу десятки молний, наступила звенящая тишина, и пони поняла, что временно оглохла…

Но все это было второстепенно: «Селена» неслась сквозь потоки облаков с такой скоростью, что приходилось прилагать немалые усилия, чтобы удержать в копытах штормтрос.

Скосив глаза, Ария увидела ужасающую и одновременно великолепную картину.

Впереди корабля на привязи шипело, клубилось и разбрасывало молнии Сердце Грозы. Натянутый как струна трос теперь еще и сиял от электричества и магии, которые стремительным потоком устремились в удивительную машину…

Юная Поющая-в-Ночи задохнулась от переполнивших эмоций, когда только представила, сколько ТЕПЕРЬ энергии льется в накопители. Что там какие-то жалкие молнии?

Но Сердце Грозы не желало сдаваться.

Клубок стихийной магии, подобно раненому левиафану, все еще в силах был нестись по небу с немыслимой скоростью, будто щепку таща за собой «Селену».

Судно на неимоверной скорости сметало на своем пути клочья туч, перескакивало облачные гребни. И сейчас, вздрагивая от каждого удара разъяренной стихии, «Селена» уже не казалась такой «излишне» прочной.

Ария с дрожью подумала, что даже самый крепкий корабль сейчас разнесло бы в щепки… Хотя нет. Лучшим кораблем, который знала юная Поющая-в-Ночи, была как раз «Селена».

А вокруг происходило и вовсе невероятное. Шторм, магическое средоточие которого понеслось прочь с огромной скоростью, медленно и нехотя стал заворачивать следом.

При одной мысли о том, как сейчас искажается, вытягивается и утрачивает целостность весь циклон, у Арии перехватило дух.

И тучи начали скручиваться как будто в исполинскую воронку, острым концом стремящуюся догнать уносящееся прочь Сердце Грозы … за которым болтался на ветру целый корабль.

…Сохрани нас небо, я поймал тебя,

Мой гарпун натянут яростью огня…

Музыка мира явственно звучала в мироздании, но Ария не находила в себе сил петь среди этого буйства. И хотя слова приходили в голову, даже попытка что-то прокричать вряд ли увенчалась бы успехом.

Поющая-в-Ночи едва открыла рот, как все слова забило обратно в глотку ветром и водой. И как только принцесса умудрялась отдавать команды?..

Больше Ария попыток не предпринимала, чтобы не позориться.

Наконец, «Селена» пронзила облака и оказалась под куполом усыпанного звездами чистейшего неба, посреди которого сияла огромная луна...

Ария обратила внимание, что Сердце Грозы явственно слабеет: молнии уже не так мощно били во все стороны, скорость упала, да и вообще, комок магии стал как будто меньше.

«Селена» взлетала все выше, протянувшийся за ней шлейф туч отстал и начал постепенно рассеиваться. Пусть этого сейчас почти никто из команды не видел.

Когда же корабль замер в лунном свете, а Сердце Грозы, превратившееся на конце гарпуна в довольно небольшой шарик, с треском исчезло, над палубой разнесся всеобщий торжествующий рев.

— Наша взяла! – кричал кто-то.

Ария чувствовала, как по ее щекам текут слезы восторга.

Это было непередаваемо. Немыслимо.

— Лучшая. Ночь. В моей. Жизни… — тихо прошептала фестралочка.

А потом оглянулась, и, увидев как аликорн кричит и радуется вместе со всеми, взлетела и не удержалась от торжествующего вопля… И даже Лоудстар выбежала из рубки.

Некоторые из взлетевших членов команды начали восторженно носиться между натянутых канатов такелажа, словно жеребята.

…Когда же первые волны восторга схлынули, до «Селены» вдруг докатился раскат грома. Но не ослабевающий, как можно было бы подумать, а наоборот, нарастающий и будто бы полнящийся… гневом?

Не успели подруги поделиться первыми впечатлениями, как порыв холодного и мокрого ветра сдул остатки радости, а на корабль снова упала тень.

Луна скрылась за тучами, которые поднимались со всех сторон подобно океанским волнам или какой-то чудовищной исполинской пасти…

— Так и должно быть? – спросила Лоудстар у Гранита Кэнди, но тот не успел ответить.

— ОН. ЗДЕСЬ... – медленно проговорила принцесса Луна, и все взоры обратились на нее.

Черные тучи, снова скрывшие ночное небо, клубились теперь со всех сторон.

И вдруг прямо по курсу вспыхнули два синих огня, превратившие наступившую было тьму в зловещие сумерки.

Очертания клубящихся облаков осветились, и Ария почувствовала, как ее грива становится дыбом. И не только от статического электричества, наполняющего воздух…

Грозовой Пегас.

Тот самый, из страшной сказки, которую сама Ария демонстративно называла «глупой».

Грозовой Пегас и раньше, со страниц книги, пугал маленькую звеньевую, а сейчас кошмар ожил и висел в небе совсем рядом…

Рот облачного чудовища раскрылся, и раздался оглушительный грохот. До всех не сразу дошло, что это смех.

— ЧТО ЗАМЕРЛИ?! – хлестнул всех голос принцессы. — ПОВОРОТ ЧЕРЕЗ ФОРДЕВИНД! ГАРПУН В ГОТОВНОСТЬ!

Команду словно вырвало из оцепенения. Не только окрик капитана, но и то, что палуба резко накренилась, когда судно заложило крутой поворот перед самой мордой Грозового Пегаса.

Молнии снова ударили в летучий корабль, но лишь бессильно скользнули по благоразумно неубранным громоотводам: механики знали свое дело.

Команды принцессы сыпались одна за другой. И такого возбуждения в ее голосе не могла припомнить ни одна из подруг.

…Лоудстар еле успела ухватиться за штормтрос, когда палуба неожиданно ушла из-под ног.

И если не удержавшиеся на ногах крылатые взлетели, то перед ночной единорожкой мелькнула реальная перспектива сверзиться за борт с высоты пегасьего полета. А ведь парашют она так и не надела, помня слова Гранита Кэнди, который тоже пренебрег этим последним средством спасения…

Все произошло так быстро, что Лоудстар даже не успела толком испугаться.

Состоящий из клубящихся туч Грозовой Пегас разразился оглушительным ревом, но удар исполинского копыта пришелся в пустоту.

Лоудстар словно завороженная смотрела, как огромная черная нога пронеслась за кормой. Будто бы медленно, но почему-то обдав пахнувшим озоном ветром.

«Селена» заложила крутой разворот, подчиняясь воле капитана.

Пони из команды быстро сориентировались и заняли свои места. А повисший было на тросе гарпун начал втягиваться обратно, когда лебедка на пушке бешено закрутилась.

Но всем показалось, что оружие поднимается слишком медленно…

Снова грянул гром, когда расправивший крылья Грозовой Пегас одним рывком настиг «Селену» и обрушил на нее удар сразу двух копыт.

Но в этот раз принцесса была готова: вокруг корабля обрисовалась сфера из призрачного магического света, и небесное чудовище снова было вынуждено отпрянуть.

В прозвучавшем при этом оглушительном раскате Лоудстар снова послышался гнев.

Юный штурман все еще была занята тем, что судорожно цеплялась за штормтрос так, что мышцы сводило.

Конечно, она каждое утро делала со всей командой зарядку, но все же до атлетической формы той же Арии было ох как далеко.

И иногда наступали моменты, когда ментатка жалела, что не уделяла физической подготовке должного внимания.

Вот как сейчас.

Ночная единорожка увидела, как огромное чудовище заворачивает вслед кораблю, нависает над ним клубящейся черной горой…

И как навстречу ему взлетает с палубы сверкнувшая доспехами и клинками Дарк Кристал. А еще – Ария Миднайт, подхватившая с пожарного щита штыковую лопату.

Похоже, обе решили, не сговариваясь, дать Грозовому Пегасу бой.

Правда, тут вступила в силу особенность Арии Миднайт взлетать не глядя и сразу полным ходом.

Не успев толком подняться, она с разгона влетела в Дарк Кристал. Та, не ожидая столь неожиданной атаки, утратила контроль, и обе пони, сцепившись, рухнули вниз. По счастью, обратно на палубу, а не за борт, хотя еще метр-другой, и пришлось бы им дальше справляться собственными крыльями.

Ругательства ликтора Лоудстар услышала даже сквозь вой поднимающегося по новой ветра и раскаты грома.

Принцесса Луна же, рог которой ярко сиял бледно-голубым магическим пламенем, только заложила очередной маневр уклонения.

В это время гарпун с громким лязгом встал на место, и в этот раз боцман Гранит Кэнди твердо стоял на ногах.

Как ни крути, опыт команды сказывался на четкости работы, разве что пони были несколько выбиты из колеи неожиданным появлением новой опасности.

Глядя на напряженную и сосредоточенную мордочку капитана, Лоудстар подумала, что именно Грозового Пегаса так увлеченно искала принцесса. С каких пор? Не исключено, что с самого начала, когда амбициозный сын командора Урагана отправился в самый центр чудовищного шторма, чтобы заглянуть в Сердце Грозы.

— Гарпун готов! – крикнул боцман, и капитан резко закрутила штурвал.

Но не вправо, как можно было ожидать в виде продолжения разворота, а влево, одновременно уворачиваясь от новой атаки Грозового Пегаса.

Болтающаяся на штормтросе Лоудстар увидела, как Ария Миднайт и Дарк Кристал чуть не выпали за борт от резкого маневра, но успели ухватиться за фальшборт. При этом их движения были почти одинаковы: сказывалась подготовка в летной школе, не иначе.

В «Селену» ударил порыв встречного ветра, но крепкий корабль только немного качнулся. Форштевень решительно разрезал очередное облако, и Грозовой Пегас оказался прямо по курсу.

— ОГОНЬ, МИСТЕР КЭНДИ! – громыхнул Королевский Кантерлотский Глас, и гарпун устремился вперед.

Сверкнув в свете молний, металлический стержень исчез в черных тучах, составляющих тело Грозового Пегаса.

И сквозь даже не гром, а оглушительный рев раненого чудовища прорвался торжествующий голос капитана-принцессы:

— Я ПОЙМАЛА ТЕБЯ! ПОЙМАЛА!

Молнии вновь ударили в «Селену», но громоотводы исправно поглотили колоссальную энергию.

Лоудстар подумалось, что такая мощь запросто испепелила бы на месте самый грозный боевой дирижабль древности, «Гиндентрот». Который так и не был в свое время побежден, но пал как раз жертвой стихии: ураган застиг гордого гиганта в горном ущелье и бросил на острые скалы…

Было это больше четырех веков назад, еще до Эры Раздора, когда большая часть технологических достижений пони была утрачена из-за проделок Дискорда.

Дальнейшее заняло всего несколько секунд.

Лоудстар увидела, как из машинного отделения выбегает Грей Маус и что-то кричит капитану.

В стоящем грохоте и вое ветра не было слышно, что именно, но, кажется, там промелькнули слова «накопители» и «перегрузка».

А потом Грозовой Пегас взмыл вертикально вверх. Так, что прикрепленная к нему тросом «Селена» резко задрала нос и устремилась ввысь.

Некоторым пони опять пришлось при этом взлететь и срочно хвататься за штормтросы и элементы такелажа, а кого-то принцесса Луна подхватила телекинезом.

Кого-то, но не Лоудстар, которая, казалось бы, надежно держится сама. Да и вообще должна была быть в рубке.

Ментатка почувствовала, как рывком ушел из копыт штормтрос, а ноги теряют опору. Мелькнула перед взором вертикальная палуба, пронеслась надстройка…

И в тот же момент до кадета-штурмана дошло, что она падает в клубящуюся бездну черных туч…

А может, и не падает, а летит, подхваченная ветром.

Едва надежный ориентир в виде корабля пропал из виду, как стало невозможно определить ни одного направления: ветер, казалось, несет пони словно пушинку, а круговерть черных туч, освещаемых молниями, выглядела одинаково со всех сторон.

Лоудстар, душа которой ушла в копыта под ручку с вестибулярным аппаратом, попробовала закричать, но ветер не позволил.

Бескрылая пони, кувыркаясь, падала в бездну. Может, несколько секунд, а может, вечность – она не знала.

Мысли путались.

Всю свою жизнь Лоудстар привыкла полагаться на логику и последовательные размышления, но в такой ситуации все это никак не могло помочь.

Она слышала, что достаточно могущественные маги из единорогов и ментатов могут левитировать сами себя. Кроме того, существует возможность трансгрессии, которая Лоудстар удавалась неплохо.

Правда, только в спокойной обстановке, с должной подготовкой и в пределах видимости.

А какая видимость может быть тут, в водовороте туч?

Хорошо еще, очки не могли потеряться, прижатые к лицу предусмотрительно надетыми штормовыми гогглами.

…Внезапно ментатка почувствовала рывок.

В следующее мгновение верх и низ хоть и не пришли в привычное положение, но, по меньшей мере, жуткий мир штормовых облаков вокруг перестал кувыркаться.

Лоудстар обнаружила, что висит в чьей-то железной хватке, подхваченная всеми четырьмя ногами, а в ухо ей кричат:

— Держись, Кудряшка! Держись!

«Чем, интересно?» — хотела было спросить Лоудстар, но смогла лишь что-то невнятно пропищать: горло все еще сводило судорогой от страха, да и обстановка стала лишь немногим лучше.

Ментатка была уверена, что ее спасла Ария. Но в следующее мгновение штурман обнаружила, что держащие ее ноги – темные, кажущиеся черными в полумраке грозы.

«Мышка! — подумала Лоудстар со смесью благодарности и страха. — Вот дурёха!»

Она скосила глаза наверх. Действительно, за спиной, отчаянно маша перепончатыми крыльями, висела Грей Маус. На мордочке кадета-механика читалось невероятное напряжение, но не было ни капли страха или паники…

У Лоудстар вертелись на языке вопросы, но она даже не пыталась их задать. Кроме того, для ответа подруге пришлось бы сбить дыхание, а полет в таких условиях и без того дается непросто.

Поэтому ментатка как можно крепче ухватилась за ноги Грей Маус и постаралась не шевелиться. Даже хвост поджала, чтобы не портить аэродинамику.

Вокруг по-прежнему клубились тучи и сверкали молнии. Вой ветра периодически прерывался раскатами грома, а струи дождя хлестали словно колючие ветки.

«Селены» нигде не было видно.

Ни верха, ни низа больше не существовало, а ураганный ветер как будто и не замечал отчаянных попыток Грей хоть как-то выровнять полет.

Три красных круга – в такую погоду полеты неспроста запрещаются всем. Даже самым отчаянным и крутым летунам вроде «Вондерболтс».

— Я… скоро… не выдержу! – тяжело дыша, прокричала Мышка в ухо Лоудстар.

— Брось меня! – отозвалась та. — Путь хотя бы одна спасется!

— Ни за что!

В голосе Мышки слышались отчаяние и слезы.

Лоудстар еще подумалось, что принцесса Луна, наверное, и не заметила, что с палубы вдруг пропали две пони.

Ведь цель всей ее жизни была перед ней: Грозовой Пегас, пораженный гарпуном…

* * *

«Селена» неслась сквозь шторм, намертво сцепленная с добычей стальным тросом.

Но в этот раз скорость не шла ни в какое сравнение с той, что была во время охоты на Сердце Грозы.

Состоящий из туч Пегас летел как ураган, резко менял направление полета и закладывал немыслимые фигуры в воздухе.

Корпус трещал, снасти натянулись подобно струнам и вообще корабль стонал, будто живой…

Но принцесса Луна, казалось, не замечала всего этого. Сжав зубы, она не отрывала взгляда от несущегося впереди Грозового Пегаса.

Десятки, сотни лет поисков и охоты, и вот, наконец-то, надменный Юный Гром настигнут и загарпунен!

Ревела буря вокруг, ревела Музыка Мира, воздух звенел от электричества и магии…

…Владыка шторма казался проворным, но твоя воля сильней!

И чаша весов повернулась в сторону смелых и сильных поней!..

— …Капитан! Капитан! – вторгся в песню охоты надрывный голос, в котором аликорн не сразу узнала Арию Миднайт.

Принцесса скосила взгляд и увидела отчаянно цепляющихся за штормтрос фестралочку и верного ликтора Дарк Кристал. У обеих почему-то по одному крылу не были прижаты к спине, а безвольно хлопали перепонкой на ураганном ветру. У Арии левое, у Дарк – правое.

— Пони за бортом! – крикнула Поющая-в-Ночи, указывая копытом за корму. — Две пони!

В душе той, кто тысячу лет назад была известна под именем Лунного Пирата, схлестнулись два чувства: охотничий азарт и чувство долга перед командой.

Вернуться сейчас – означало загубить результат мнговекового поиска того, кто предал свой народ и превратился в чудовище из-за глупых амбиций. И сколько горя принес он после этого всем пони, ни один смертный не мог счесть. А сколько принесет еще, пока снова представится возможность встретиться в небесах?

Но, с другой стороны, в таком шторме долго не протянет никто: наверное, даже трех красных кругов было бы мало для обозначения этого кошмара!

— Капитан! – снова крикнула Ария, видя терзания на мордочке Луны. — Там Лоудстар и Грей!

— У нас не будет другого шанса, госпожа! – вдруг подала голос Дарк Кристал. — Он в наших копытах!..

— Заткнись! – перебила Поющая-в-Ночи. — Там живые пони, в этом грозовом тартаре!

— Все знали, на что шли!

Казалось, кадет была готова накинуться на Дарк Кристал, но сейчас копыта обеих были заняты штормтросом.

— Мы не найдем их, если не пойдем на помощь прямо сейчас! – пошла в отчаянную атаку Ария, видимо, решив не тратить время на пререкания с ликтором.

Принцесса Луна, которая была уже готова продолжить погоню, вдруг вспомнила, какое всепоглощающее чувство потери испытала с гибелью верной ученицы, Бэнши Свинг.

Вспомнила эти золотистые глаза, полнящиеся восторгом и вдохновением, звучащие под звездами песни… которых больше не будет.

Дарк Кристал хотела еще что-то сказать, но Грозовой Пегас снова неожиданно сменил направление полета, и корабль, повернувшись почти под прямым углом, издал особо громкий стон, на этот раз сопровождающийся треском дерева и звуками лопающегося такелажа.

В заключение из-под копыт чудовища вновь ударили молнии, но в этот раз громоотводы не поглотили заряд, оставшийся танцевать на металлических конструкциях жуткой иллюминацией. Внутри же корабля что-то громыхнуло, и даже сквозь бурю послышался звон разбитого стекла и металлический скрежет.

Ария видела, как мерцающий свет выхватил из мрака мордочку Луны, на которой отражались непривычные злоба и досада. И как будто взгляд стал тоже злым и холодным… точно, как у Дарк Кристал.

На мгновение, всего на одно, фестралочку даже посетила мысль, что капитан сейчас откажется от спасения двух Меткосталкеров. А ушибленное при неудачном взлете крыло не позволит броситься на помощь самой…

— РУБИТЕ КОНЕЦ, МИСТЕР КЭНДИ! – громыхнул вдруг Королевский Кантерлотский Глас. — НЕМЕДЛЕННО!

Боцман, цепляющийся за орудие, услышал. Он зубами дотянулся до какого-то рычага, и натянутый подобно раскаленной струне металлический трос только жалобно тренькнул, исчезая в круговерти шторма.

На сердце Арии потеплело. Она восторженным взглядом видела, как штурвал, повинуясь магии принцессы, резко закрутился влево…

«Селена», скорость которой резко упала, снова заложила поворот, но при этом нос наклонился вниз, и корабль перешел в стремительное пике…

* * *

…Лоудстар никогда бы не подумала, что умрет вот так: в круговерти шторма посреди нигде, не успев совершить ничего стоящего. В возрасте неполных восемнадцати лет, даже ни разу в жизни не поцеловавшись…

Ментатка оборвала эту мысль. Ну что за глупости в голову лезут на пороге смерти!

А как мама с папой расстроятся…

Хотелось надеяться, принцесса Луна найдет для них слова утешения.

Грей Маус за спиной явно теряла силы: крылья взмахивали все реже, а по телу проходила напряженная дрожь.

Бросившись вслед за упавшей с палубы подругой, кадет-механик не особо представляла, что будет делать потом.

Мысль о том, чтобы привязаться линем, посетила фестралочку уже в полете, когда нельзя было ничего изменить. Да и Лоудстар в этот момент почти пропала из виду…

Вокруг по-прежнему была круговерть шторма. И хотя ветер явно начал стихать, Грей чувствовала, что уже не дождется того момента, когда можно будет обрести хоть какой-то контроль над полетом. Или хотя бы спланировать вниз, в Эквестрию.

Пока же всех усилий хватало лишь на то, чтобы не начать беспомощно кувыркаться.

Неожиданно сквозь темные тучи стала просвечивать приближающаяся громада.

Грей Маус и Лоудстар одновременно вздрогнули, только представив себе гнев Грозового Пегаса, разъяренного дерзкой охотой…

Но облачная завеса расступилась перед показавшимся через мгновение острым форштевнем «Селены».

Маневр, что совершил корабль, мог бы войти в учебники.

Двое Меткосталкеров, болтавшихся между небом и землей, вдруг осознали, что находятся между баллоном и палубой, а «Селена», повернувшись, несется бортом вперед.

А в следующий миг обе пони оказались в спасательной сети.

— Поймали! – крикнул кобылий голос, после чего судно со скрипом и, судя по всему, с немалым трудом выровняло курс прежде, чем ветра сумели сильно сбить полет.

Лоудстар подумала, что такие маневры кончились бы плачевно для любого корабля, что воздушного, что морского. Но «Селене», казалось, подобный «дрифт» никак не повредил.

Впрочем, было видно, что произведению воздухоплавательного искусства и без того досталось: порванный такелаж, от вспомогательных парусов остались одни лохмотья, а ровная палуба местами пошла трещинами. Кроме того, отсутствовали два внешних поглотителя энергии, а остальные выглядели оплавленными.

Лоудстар и Грей Маус не стали сразу выпутывать из сети, а сперва закрепили противоположный конец где-то на палубе. Очевидно, чтобы пони снова не оказались за бортом.

Когда же все еще не верящая в чудесное спасение ментатка скосила глаза на капитана, то увидела холодный взгляд бирюзовых глаз и сжатые в гневе губы.

Лоудстар похолодела, но принцесса Луна не успела ничего сказать.

Потому что Грозовой Пегас вернулся.

…Взоры всей команды были обращены к левому борту, с которого поймали сетью падавших пони.

Но справа тучи как будто сгустились, и в следующий миг Грозовой Пегас возник совсем рядом.

Принцесса Луна увидела опасность, но среагировать уже не успела.

Два огромных копыта нанесли по «Селене» страшный удар в борт, сопровождавшийся оглушительным громом, треском молний и досок, скрежетом сминаемого металла и звоном чего-то разбитого…

— НЕ-ЕТ! – раздался полный ярости и отчаяния крик принцессы Луны, когда из недр корабля вырвался голубоватый свет, а в следующее мгновение послышался взрыв в двигательном отсеке.

А потом «Селена» стала падать, провожаемая громом-хохотом грозового чудовища. Сперва медленно, будто нехотя, затем все быстрее и быстрее….

К счастью, пони из команды не запаниковали. «Селена», так или иначе, была крепким кораблем и даже после столь чудовищных повреждений не развалилась.

Дальнейшее Лоудстар помнила смутно. Болтаясь в сети вместе с Грей Маус, она видела мелькающих в поле зрения пони, слышала звуки разрушения, рев ветра и треск электрических разрядов. Сквозь всю эту какофонию изредка прорывался Королевский Кантерлотский Глас принцессы, а потом...

Потом раздался удар, треск, и наступила тишина. Относительная: на краю слуха шумел дождь, доносилось эхо удаляющихся раскатов грома и перекликающиеся голоса.

Почему-то подумалось, что от падения с такой высоты удар должен был быть куда сильнее. Но произошедшее было хотя и жесткой, но посадкой.

Лоудстар лежала и смотрела в заполненное тучами небо. Сверху лилась вода, а мысли слегка путались.

«Как же здорово жить! – думала ментатка. — Дышать, чувствовать дождь на мордочке… Интересно, когда они распутают сеть…»

В следующее мгновение до Лоудстар дошло, что у «Селены» отсутствует баллон, большая часть такелажа, да и вообще корабль, похоже, переломился пополам: палубу разделила внушительная трещина.

Ментатка почувствовала, как ее поднимает в воздух бирюзовое сияние магии.

«Капитан», — успела подумать Лоудстар, и в следующее мгновение почувствовала, как трещит разрываемая сеть.

Самого же кадета-штурмана резко рвануло в сторону и немного грубо поставило на палубу перед принцессой Луной.

Лоудстар подняла взгляд и уже открыла рот для доклада, но осеклась, перехватив взгляд глаз принцессы.

Глаз, зрачок которых стал вертикальным, как у ночного народа.

— Ты… — проговорила Луна сквозь зубы. — Сотни лет! Сотни лет поисков, охоты, и все зря!

Ночная единорожка опустила взгляд и уши. У нее еще не прошла эйфория от чудесного спасения, но при этом навалилось чувство вины, а также давно, казалось бы, забытое осознание того, что она… всех подвела.

Капитана, друзей, команду… Старспайр и всю Эквестрию, если на то пошло: сколько еще бед принесет Грозовой Пегас, скольким пони будет являться в кошмарах после случайной встречи…

Лоудстар почувствовала, как глаза противно щиплет, а по щекам покатились слезы.

— Какого сена ты вылезла на палубу, кадет, если неспособна удержаться за штормтрос?! – продолжала неистовствовать расправившая крылья аликорн. — Где твое место по боевому расписанию?!

— В-в рубке, — тихо пролепетала ментатка надломленным голосом, чувствуя, как белый хвост жалко поджимается.

Раньше принцесса Луна никогда не кричала на членов экипажа. Да, Королевский Кантерлотский Глас звучал над палубой «Селены», но просто играл роль рупора: никто не мог бы сказать, что не услышал команду капитана.

— Как ты намерена открывать новые земли, если не можешь следовать элементарным вещам?!

Лоудстар уже не знала, куда себя деть. Помимо воли она легла на палубу, тихо содрогаясь от беззвучных рыданий и желая лишь одного: оказаться где-нибудь еще, только не здесь.

— Капитан! – вдруг раздался звонкий голос.

Лоудстар, которую перестал подавлять гнев принцессы, рискнула открыть глаза. Первое, что она увидела – хвосты Арии Миднайт и Грей Маус, что стояли между ментаткой и аликорном.

На мгновение показалось, что принцесса попросту сметет дерзких пони, посмевших встать на пути королевского гнева, такой она выглядела грозной и неумолимой. Казалось, даже шерстка аликорна стала темнее.

Или это разыгралось воображение юной ментатки?

— Капитан, вины Лоудстар в случившемся нет! – решительно заявила Ария Миднайт.

— Да? – капитан после секундного колебания переключилась на новых собеседников. — А ну-ка, объясните это утверждение, кадет.

— Я готова дать объяснения, капитан! – подала снова наполнившийся решительностью голос Грей Маус.

Сверкающие гневом бирюзовые глаза тут же обратились не нее, но темная фестралочка спокойно выдержала взгляд принцессы Ночи:

— Если помните, капитан, я выбежала на палубу перед самым падением Лоудстар, чтобы доложить о критических неполадках в машинном отделении.

— Помню. И что?

— А то, что «Селена» не выдержала бы еще одной бешеной гонки! И то, что судно хотя бы относительно уцелело после схватки с Грозовым Пегасом – это лишь благодаря тому, что трос гарпуна был отстрелян!

— Это твое личное мнение, кадет?

— Никак нет, капитан. Это велела мне срочно передать старший механик Джир Райя, как раз обрисовав перспективы перегрузок шпангоутов, корпуса, такелажа и прочих элементов.

Всем троим друзьям на мгновение показалось, что на мордочке капитана отразилась какая-то игра теней, сложившаяся в непонятную злобную гримасу.

Но лишь на краткое мгновение.

— Хорошо, — сказала принцесса Луна более привычным спокойным голосом. – Ваше объяснение принято, кадет.

С этими словами она повернулась и пошла к надстройке, провожаемая взглядами друзей.

Сейчас всем Меткосталкерам одновременно вспомнился их первый визит, когда принцесса нашла в себе смелость извиниться перед тремя жеребятами, которых тогда не на шутку напугала.

И что с того, что те пробрались на «Селену» зайцами?

Дарк Кристал, до того незаметной тенью торчавшая неподалеку, двинулась вслед принцессе, бросив на Меткосталкеров тяжелый взгляд.

Лоудстар почувствовала, как глаза снова наполняются слезами. На этот раз – благодарности к друзьям, которые готовы всегда заступиться, даже перед лицом самой Повелительницы Ночи.

— Не плачь, Кудряшка, — сказала Ария, обнимая подругу и помогая подняться. – Капитан, конечно, гораздо опытнее нас, но и она может в сердцах наговорить того, о чем потом пожалеет.

— Мы всегда будем с тобой, — добавила Грей Маус, присоединяясь к обнимашкам с другой стороны. – Меткосталкеры вместе навсегда. Ты же знаешь.

— Знаю… — всхлипнула Лоудстар, смотря в палубу, затем облегченно вздохнула в объятиях друзей. — Спасибо, девочки… Мне и правда не следовало выходить.

— Ты не виновата, — уверенно сказала Ария. – Мы все уже думали, что всё закончилось…

Между тем команда понемногу приходила в себя. Раздавались голоса перекликающихся пони, кто-то уже начал более детальный осмотр повреждений корабля.

— Интересно, где мы? – спросила Мышка, оглядываясь вокруг.

«Селена» лежала в каком-то редколесье, к счастью, во время посадки чудом не врезавшись в достаточно толстое дерево. За кормой виднелась длинная борозда вспаханной земли, прочерченная килем.

Похоже, корабль все же не переломился, как показалось раньше: трещина поперек корпуса затрагивала только палубу и часть обшивки, а киль и внутренние помещения пострадали, в основном, от взрыва.

Как вскоре выяснилось, вызванный высвобождением молний пожар уже удалось потушить: «Селена» была построена на совесть, а доски были пропитаны какой-то алхимической субстанцией, замедляющей горение и износ.

Стоили такие материалы астрономических денег даже сейчас, что уж было говорить о древних временах, когда будущий легендарный корабль еще строился?.. Это Лоудстар вычитала из книг в каюте капитана.

Ария же отпустила подруг и сказала:

— Я сейчас. У меня тут незаконченное дело осталось.

И с тем рванула вслед за капитаном и Дарк Кристал, что скрылись в надстройке.

Лоудстар же спросила:

— Мышка, это правда?

— Что?

— Что «Селена» могла не выдержать.

Темно-серая фестралочка покачала головой:

— Не «могла», а просто не выдержала бы. Накопители громоотводов заполнились почти полностью еще на Сердце Грозы. Да и потрепало нас знатно. А Грозовой Пегас оказался просто не по зубам ни кораблю, ни, да простит она меня, принцессе.

Лоудстар вздохнула. Она-то и вправду подумала, что стала причиной неудачи всей команды. Еще бы принцесса так не думала…

— Капитан в последнее время сама не своя, ты не заметила? – спросила Грей, и ментатка кивнула:

— Мне даже пару раз показалось…

— …что она внешне изменилась?

Повисла пауза, когда подруги переглянулись.

«Что-то тут не так», — читалось в глазах обеих.

— Я закопаюсь в книги, — сказала Лоудстар. – Наверняка что-то похожее где-то упоминалось. В крайнем случае, спрошу магистра Блю Сейджа, когда мы вернемся в Старспайр.

— А я расспрошу Молчуна, — сказала Мышка, и ментатка кивнула: со вздорным попугаем у скромной фестралочки получалось ладить лучше всего. По крайней мере, не нарываясь на насмешки…

* * *

— …Дарк Кристал! – раздался за спиной громкий голос.

Ликтор, уже идущая вслед за принцессой к каюте, остановилась.

Нападения она не боялась: вся команда только строила из себя крутых воздухоплавателей, но на самом деле это была лишь игра, как показала недавняя встреча с Грозовым Пегасом

Пони, за исключением Ночных Кошмаров, совершенно забыли, что такое сила.

Кобылица обернулась и закономерно увидела Арию Миднайт. Эту глупую выскочку, которая буквально недавно помешала атаковать Грозового Пегаса. И главное, как неудачно сшиблись – крыльями! Не то чтобы критично для обеих, но скоростной полет отныне становился довольно болезненным занятием на денек-другой.

— Ты! – выпалила подбежавшая Ария. — Ты советовала принцессе бросить моих друзей! На верную смерть!

— Да, — спокойно ответила Дарк Кристал. – У тебя какие-то проблемы с этим?

— Как ты вообще посмела такое предложить принцессе?!

— А как посмела ты, присягнувшая принцессе на верность, препятствовать ее священной миссии?

— Что?! – опешила Ария.

Дарк Кристал фыркнула. Эта кобыла вела себя просто как маленькая.

— Принцесса, по-твоему, обязана прервать вековую охоту ради двух никчемных жизней, которые и без того принадлежат ей?

— А ты будешь говорить за нее?!

Дарк Кристал вздохнула. Ее этот разговор начинал раздражать:

— Что тебе нужно, жеребенок?

Вихрастая фестралочка впилась в Кошмара испепеляющим взглядом.

— Я… Я вызываю тебя, ясно?!

Ночной Кошмар удивленно вскинула бровь и подняла переднюю ногу, где на поноже с лязгом раскрылись стальные когти – традиционное оружие адпетов ордена.

— Ты проиграешь, девочка, — сказала Дарк Кристал.

— Ты с ума сошла?! – Ария даже расправила крылья от возмущения. — Что это за состязание, когда надо лить кровь?

— Боишься?

— Да брось! Просто если ты продуешь, кто будет охранять нашу принцессу?

— Ладно, — Дарк, сдерживая улыбку, поставила ногу на место, и когти убрались на место, — что ты предлагаешь?

— Все просто. Полет-марафон. Кто быстрее покроет маршрут. Приземляться нельзя.

— У тебя ушиблено крыло, — заметила Дарк Кристал.

— У тебя тоже, — парировала Ария Миднайт, — так что все честно.

— И в чем смысл этого меряния… крутостью?

— Проигравшая признает, что была неправа. При всех.

— Предлагаешь мне выбрать между долгом перед принцессой и каким-то дурацким соревнованием? – уточнила Ночной Кошмар, подняв бровь. — К чему этот фарс?

Но у Арии Миднайт и на это был готов ответ:

— Тот, кто победит, покажет большее стремление в своем видении служения принцессе.

Розовые глаза Ночного Кошмара недобро сверкнули.

— В таком случае, ты проиграешь.

— Прежде, чем съесть, придется поймать, — ответила Ария поговоркой ночного народа. – Как только кончится дождь, на закате.

— Нет, — сказала Дарк Кристал, и ее улыбка не сулила ничего хорошего, — сейчас.

Если бы она знала Арию Миднайт, то ни за что бы не стала пытаться смутить ее нестандартными условиями.

— Идет!..

…Ликтор Ночных Кошмаров была вынуждена признать про себя, что эта выскочка, даже если и не обладает силой адептов ордена, то, по крайней мере, не уступает в целеустремленности.

Ушибленное крыло немилосердно болело от нагрузки, но снизить ее означало тут же отстать от Арии, которая упорно держалась вровень.

На мордочках обеих пони сейчас было похожее выражение: напряжение, боль и злость.

Дарк Кристал рассчитывала, что «изнеженная поняша» не выдержит полета на больном крыле, к тому же, под дождем, и быстро сойдет с дистанции, но та проявляла попросту удивительное упорство.

И если Ночных Кошмаров учили терпеть боль, то откуда берется мужество у этой?..

Дарк Кристал обратила внимание, что Ария вырывается вперед. Медленно, но верно. И, судя по выражению мордочки, напрягая все силы до полного предела.

А до финиша, в роли которого выступал не очень высокий утес, возвышающийся в отдалении, было уже не так много.

Ликтор стиснула зубы и рванулась вслед за Арией, но от боли в ушибленном крыле в глазах потемнело, и пришлось замедлить темп.

И лишь тогда Ночной Кошмар поняла, что проиграла. Проиграла этой девчонке, неполный год назад окончившей школу.

Что с того, что Ночные Кошмары не тренируются специально для того, чтобы летать быстрее всех. Но это подразумевается: что, если придется гнаться за кем-то, для кого воздушные гонки – профессия?.. Впрочем, погоня уже подразумевает провал: Ночной Кошмар должен наносить один-единственный удар, который обязан стать последним для жертвы.

…Когда Дарк Кристал подлетела к финишу, то увидела, что соперница лежит на плоской вершине, тяжело дыша и подставив мордочку струям дождя.

Ликтор приземлилась рядом. Похоже, что молодая пони выложилась полностью: бока тяжело вздымались, а крылья бессильно раскинулись по земле.

Но на мокрой мордочке Арии играла торжествующая улыбка.

— Ты выиграла, — констатировала Дарк Кристал, стоя над фестралочкой.

— А знаешь… почему? – спросила та, постепенно восстанавливая дыхание. — Я не оставила сил на обратный путь. Всё… ради принцессы Луны.

В розовых глазах ликтора мелькнуло было что-то зловещее.

Ария даже подумала, что вот здесь, сейчас, кроме неё и Ночного Кошмара никого нет. И если некоторые слухи правдивы…

На мгновение фестралочка даже испугалась. Ну, почти.

Но на мордочке недавней соперницы появилась лишь кривая усмешка:

— Дура ты, мелкая. Принцессе Луне нужны те, кто всегда будут рядом и кто думает головой. А ты себе шею свернешь подобными выкрутасами.

— Знала бы ты, как часто мне это говорили, — Ария гордо отвернулась, чтобы скрыть недавний страх. Понятное дело, безуспешно.

Неожиданно она поняла, что ликтор встала прямо над ней.

Арии уже захотелось сказать что-нибудь о личном пространстве и соответствующих понятиях, а то и оттолкнуть кобылицу. Впрочем, на последнее уже не было сил.

— Давай, обхвати мою шею и летим домой, — Дарк Кристал чуть наклонилась и фыркнула, — победительница…

* * *

…Гроза ушла, и на небосклоне вновь показалось солнце, поднятое Селестией.

Но на «Селене» уже кипела работа: предстояло сделать многое, чтобы чудесный корабль смог хотя бы просто подняться в небо.

Механик Джир Райя внимательно осмотрела машинное отделение, и вердикт ее был неутешителен: в полевых условиях двигатель восстановлению подлежал, но и только. Множество вспомогательных механизмов, не говоря уже о системе энергоснабжения, вышли из строя частично или полностью, и восстановить корабль в прежнем величии возможно лишь на верфи.

— Во сколько это обойдется, даже думать не хочу, — решительно сказала механик, опуская планшет с отчетом. – И если бы речь шла не о «Селене», я рекомендовала бы построить новый корабль.

— «Селена» выходила и не из таких передряг, — заметила на это капитан. – Поднимите нашу посудину в воздух, мисс Райя. Это всё.

Пока шел ремонт, подруги почти не встречались: у всех было полно изматывающей работы.

Боцман Гранит Кэнди еще вспомнил, что в критических ситуациях капитан зачастую участвовала в работах вместе со всеми, но сейчас она провела в каюте почти всю вынужденную стоянку.

Однажды, заглянув в окно, Ария лишь увидела, как принцесса Луна со слезами на глазах смотрит в тусклый серый кристалл, парящий перед ней в магическом поле.

Зайти же внутрь не было никакой возможности: верный ликтор почти не оставляла свой пост у дверей каюты. И вообще непонятно было, когда она спит.

Единственное, когда она отлучилась надолго – это была гонка с Арией.

Боцман Гранит Кэнди потом сказал, что некоторые пони в отсутствие Дарк Кристал пытались говорить со своей принцессой и другом, но напоролись на ледяную стену отчуждения.

Кое-кто даже обронил фразу, что «будто подменили», и от прежней Сильвер Шейд «не осталось ничего».

И куда делась понимающая, отзывчивая и веселая кобылица? Которую всегда тяготил официоз и верноподданнические чувства окружающих?

Помнится, принцесса Ночи когда-то даже шутила по этому поводу, что «барабаны, троны и шумиху» она оставляет Селестии, а сама заслужит уважение «конкретными делами».

И действительно, были у Луны такие проекты для Эквестрии, которые могли реально переменить жизнь пони к лучшему. Чего стоила только сеть Звездных мостов подобных тому, что сейчас соединял Старспайр и Замок Сестер!..

…Когда же «Селена» снова смогла взлететь, было возвращение в Старспайр. Где чудесный корабль тут же встал в док на ремонт.

Тогда вся команда, включая капитана, стояла на причале, и все думали об одном: лихим полетам в штормовых небесах пришел конец, по меньшей мере, на полгода. И как бы не больше: двигатель «Селены» был уникальным изобретением, разработанным совместно лучшими магами-артифицерами Старспайра и самой принцессой. И был собран вкопытную в единственном экземпляре больше трехсот лет назад.

Естественно, из всех создателей двигателя в живых нынче была одна только бессмертная аликорн.

Которая, в свою очередь, не спешила делиться этими знаниями, а только смотрела на поврежденный корабль взглядом, полным боли.

Губы принцессы были при этом плотно сжаты, а в глазах блестела влага. Для нее «Селена» была не только увлечением и кораблем, но и символом, памятью и даже местом, где можно было отдохнуть от королевских обязанностей.

— Прах – к праху, — наконец, заявила ночная аликорн низким, надломленным то ли от горя, то ли еще от чего голосом.

— Неужели таков конец?.. – растерянно спросил кто-то из пегасов команды.

— Мы еще призовем всех вас на службу, — отозвалась Повелительница Ночи, смерив жеребца тяжелым взглядом.

После чего расправила крылья и взлетела, чтобы через мгновение исчезнуть во вспышке телепортации.

Команда какое-то время еще стояла молча. Затем Ария Миднайт спросила:

— И… что дальше?

— Дальше – взрослая жизнь, — отозвалась Дарк Кристал, тоже взлетая. — Я возвращаюсь в орден. Счастливо оставаться, жеребятки.

Ей никто не ответил, а укоризненных и презрительных взглядов ликтор уже не заметила, направляясь в сторону мерцающих в ночи огней одного из главных островов Старспайра – Твайлайт Айл.

Видимо, там и располагалась главная резиденция ордена Ночных Кошмаров…

А команда стала понемногу расходиться и разлетаться. Пегасы и фестралы, по одиночке и группами. Было слышно, кто-то всхлипнул, но слов больше не было.

Впрочем, большая часть осталась на месте, словно ожидая чего-то.

— Интересно, — сказала Грей Маус, — кто теперь подпишет нам практику?

— Я, — раздался скрипучий голос.

Трое Меткосталкеров одновременно повернулись и закономерно увидели Молчуна – питомца принцессы, который последние пару веков неотступно сопровождал ее.

Выглядел обычно язвительный попугай поникшим и грустным: даже хохолок на голове совсем опустился.

Птица сидела на спине Гранита Кэнди. Здоровенный жеребец тоже выглядел подавленным: для него, как и для многих других, «Селена» стала домом.

Теперь же ему предстоял путь по Звездному Мосту обратно в Эквестрию, на Каменные фермы. Просто потому, что больше некуда было идти…

— А разве ты… — начала было Лоудстар, но Молчун перебил:

— Я часто подписывал за… капитана… некоторые рутинные документы. Никто не подкопается. А вы честно заслужили свой… зачет.

— А я подтвержу, — сказал Гранит Кэнди.

Казалось бы, боцман по-прежнему уверен в себе, но опущенные уши выдавали истинные чувства. Земнопони вообще любят стабильность, а сейчас привычный мир перевернулся.

…Спустя несколько минут они впятером сидели в каком-то припортовом заведении, куда зашла залить горе некоторая часть команды. Пока официантка несла заказ, Молчун и вправду записал в табелях практики трех кадетов отличные оценки.

— Ты что написал?! – вдруг взвилась Ария.

— А чем ты недовольна? – вопросом ответил попугай.

— Что это за «Ария «Дажедра» Миднайт?! Я тебе клюв оторву!

— Надо было написать «Аурития»?.. По законам экипажей воздушных судов имя пишется вместе с судовым прозвищем.

— Мое прозвище – «Гроза Небес»! – уже почти закричала Ария, казалось, готовая броситься на наглого попугая.

— Ты так и не научилась одной важной вещи, — неожиданно серьезно сказал Молчун, и от взгляда круглых глаз фестралочка вдруг моментально успокоилась и села на место.

— Какой? – спросила она осторожно.

— Смеяться над собой. И древнефестральский так и не выучила.

Лоудстар добавила, переводя внимание на себя:

— А я в зачете «Всезнайка». А Грей – «Тихоня».

Все пони за столом синхронно вздохнули. Молчун в свое время всем раздал прозвища. Еще в тот период, когда экипаж был большой и дружной семьей.

Почему-то подумалось, что состояние «Селены» как нельзя лучше отражает и павший дух команды: вроде как форма осталось, но содержание уже не годно для прежних успехов, ранее дававшихся с легкостью…

Гранит Кэнди сказал, ставя рядом и свою подпись в качестве наставника и поверенного:

— Пусть это тоже будет памятью для вас, девочки… То, чем все мы были.

К столу подошла официантка, и вскоре перед каждой пони оказалось по огромной кружке, увенчанной шапкой из пены. И еще небольшая чашка – для Молчуна.

— Сидр? – пискнула Грей Маус.

— Ничего, — сказал Гранит Кэнди, — вы уже большие девочки, а пить лимонад в такой момент будет неуважением памяти «Селены».

— Она не погибла, — заметила Лоудстар.

Боцман поднял на ментатку грустный взгляд изумрудно-зеленых глаз:

— В последнее время я думаю, что лучше бы ей было погибнуть… — он вздохнул. – Ладно. Не обращайте внимание на болтовню старика… Какие у вас планы, девочки?

— Влезть в библиотеку, — взяла слово Грей Маус. – Я просто уверена, что с… капитаном творится что-то неладное. И что это наверняка где-то было освещено в книгах.

— Поддерживаю, — сказала Лоудстар. – Я еще поговорю с магистром Сейджем об этом…

— А я, — сказала Ария, стукнув по столу копытом, — собираюсь выбить дурь из Дарк Кристал… Она даже не извинилась, как должна была!

— «Выбивать дурь» из боевого ликтора – плохая идея, — заметила Грей Маус, а Гранит Кэнди кивнул:

— Ты видела, как она меня швырнула? Клянусь, я было подумал, что это капитан вмешалась, с такой силой меня унесло… бедный ее жеребчик, право…

Кое-кто из присутствующих смущённо отвёл взгляд, а Молчун добавил:

— Если ты попробуешь, то точно перестанешь быть Дажедрой.

— Да? – навострила ушки Ария. — Это почему?

— Потому что, считай, дракон на тебя все-таки наступит. Лучше займись делом, которое поможет нашему капитану… все же согласны, что ей нужна помощь? Никогда за все века не видел ее такой…

Все пони за столом закивали, а Лоудстар спросила:

— Молчун, все порываюсь спросить, сколько тебе лет?

— Не знаю, — ответил попугай. – Много. Даже слишком.

— Ты не умеешь считать? – поддела Ария.

— Держи карман шире, лошадка! – Молчун тряхнул головой. — В юности не умел, а потом бросил — надоело. Было мне лет триста тогда, плюс-минус…

— Когда это было?

— Помнится, Пернандо Кортес был еще жив.

Все присутствующие задумались, но первой расчеты произвела, конечно, Лоудстар:

— Даже попугаи столько не живут!

— Тут, в небе, очень хорошая экология.

Но ментатку было этим не пронять:

— Фестралы и пегасы тоже живут в небе, но не доживают до пятисот лет!

— Вероятно, в виду глупости.

— Я тебя съем сейчас! – вспыхнула Ария, но попугай не испугался, а только отозвался в своей обычной манере:

— Уж сколько раз грозилась... Много будешь знать — скоро состаришься, утратишь свою красоту, и жеребчики любить не будут.

Ария вдруг покраснела к вящему удивлению всех присутствующих. Да еще так жарко, что окрасилась вся мордочка, уши и даже часть шеи:

— Причем тут это?!

— Молчун, а ты, случайно, не феникс? – снова спасла положение Лоудстар.

— Если только частично.

— В каком смысле? – продолжала расспросы ментатка.

— В том, что бабуля моя та еще была вертихвостка. Может, и фениксы в роду у нас затесались...

— Молчун, ну скажи, в чем секрет твоего долголетия? – спросила Грей, отпив из своей кружи.

— Нет.

— Принцесса Луна сказала, что ты можешь рассказать эту историю, честно! – предприняла Ария отчаянную попытку, но та неожиданно увенчалась успехом.

Попугай издал усталый вздох и сказал:

— В обещаниях.

— Каких-таких обещаниях? – не поняла Ария.

— Когда-то… очень давно… одна юная пони спасла жизнь не слишком умному молодому попугаю. И тот пообещал, что не покинет юную кобылку, пока крепки их узы дружбы...

Попугай замолчал, и Ария подбодрила:

— И что было дальше?

— Не догадываешься? Юная кобылка была принцессой-аликорном. Бессмертной. А значит, старому попугаю нельзя умирать. Да и к тому же, кто присмотрит за нашим капитаном, если не станет меня?

Повисло неловкое молчание. У Лоудстар вертелся на языке вопрос, что же будет теперь, когда принцесса Ночи отдалилась от всех.

Но спросила ментатка другое:

— А ты видел Дискорда?

— Думаешь я бы тут сидел, если бы его видел? – выпучил глаза Молчун.

— Я имею в виду, ту эпоху?

— Да... – попугай вздохнул и отпил сидра.

Судя по заблестевшим вокруг понячьим глазищам, интересно стало всем.

— И?.. – подбодрила Ария Миднайт, чем только подтвердила подозрения попугая.

Молчун вздохнул и решил все же рассказать:

— Тогда было… всё иначе. Я видел, как пала империя Эр, и как грифоны построили свою державу на костях. Видел гибель Древней Зебрики, и как верблюды топтали остатки великой страны. Видел Эру Раздора, Темные века и Великую Зиму Вендиго, возвышение принцесс... Могу с уверенностью сказать, что пони заплатили достаточно за то, чтобы теперь жить в благополучии и гармонии. И уж точно сделаю всё от меня зависящее, чтобы наша принцесса никогда не чувствовала себя одинокой…

Всех снедало непреодолимое желание сделать для капитана что-то, что ей поможет. Вернет ту, кого любили всем сердцем все, кто давал себе труд узнать ночного аликорна поближе…

— У меня есть тост, — произнес Молчун, поднимая свою чашку в одной из ног. — За принцессу Ночи.

— За принцессу Ночи! – поддержали сидящие за столом. Получилось громко и искренне.

— За принцессу Ночи! – эхом отозвались другие члены экипажа за соседними столиками.

— За принцессу Ночи! – подхватили и в баре, и десятки кружек и бокалов взлетели вверх, чтобы потом столкнуться со стуком и звоном…

Ария, отпив сидра, улыбнулась.

Сейчас ей казалось, что, несмотря на всякие затруднения, все будет хорошо… Да и что может пойти не так здесь, в звездной тишине родного Старспайра?

А еще она собиралась поговорить о состоянии принцессы с отцом. В конце концов, капитан Миднайт Блейд был командиром личной охраны ночного аликорна…

— Прошу прощения, — раздался рядом голос.

Все повернули головы и закономерно увидели Дарк Кристал, которая появилась неизвестно откуда: над дверью висел колокольчик, предупреждающий о новых посетителях, который сейчас необъяснимо промолчал.

Создавалось впечатление, что ликтор просто вышла из самого темного угла.

Но Ария была готова поклясться, что еще секунду назад там никого не было.

— Я кое-что забыла, — сказала тем временем Ночной Кошмар, которой удалось завладеть всеобщим вниманием.

Взгляд розовых глаз впился в Арию Миднайт.

— Мне необходимо при всех принести извинения, — спокойно продолжила ликтор. — Я была неправа, когда призывала бросить за бортом членов экипажа.

— Так-то лучше, — буркнула Ария, скрестив передние ноги на груди.

Ликтор смерила ее взглядом взрослого, вынужденного выслушивать жеребячьи глупости.

— Твое заслуживающее уважение стремление к цели не оправдывает заблуждения. Но я не собираюсь тебя переубеждать.

С этими словами Дарк Кристал направилась на выход.

— Знаешь, в чем твое собственное заблуждение?! – крикнула ей вслед Ария и, не дожидаясь ответа, продолжила. – Ты делаешь, что тебе велит принцесса, а мы – то, что она действительно хочет!

— Это одно и то же, — фыркнула Дарк Кристал, выходя.

В этот раз колокольчик исправно звякнул, задетый дверью.

Молчун сказал:

— За все минувшие века Ночные Кошмары так и не изменились…

— Да ну их! – хлопнула копытом по столу Ария Миднайт и снова подняла кружку с сидром. – Друзья! Я пью за нашу команду, лучшую команду в мире!.. До дна!

— До дна! – отозвался весь бар, и атмосфера дружеской вечеринки вернулась снова, будто по мановению волшебной палочки…

Ария обвела взглядом друзей и остальных членов команды «Селены».

«Мы придумаем что-нибудь, — подумала Поющая-в-Ночи. — Обязательно придумаем!»

В такой момент она была как никогда уверена в себе.

* * *

…В Большой Библиотечной башне всю ночь и половину дня сидели Грей Маус, Молчун, а еще увязавшийся за ними Найтглоу, наличие которого, к тому же, сильно облегчало работу с книгами.

«Почетный Меткосталкер» за прошедшие годы тоже изменился: из нескладного жеребенка превратился в молодого стройного ментата, которого, к тому же, миновала традиционная для студиозусов академии близорукость.

Грей поймала себя на том, что Найтглоу стал ей нравиться куда больше, чем в детстве, и даже как-то… по-другому.

Стоило только поймать взгляд этих обычных для фестралов золотистых глаз, эту улыбку… а еще скромной фестралочке нравилось, как ментат стал зачесывать свою темно-синюю гриву: на бок и назад. В сочетании с плащом Ордена это выглядело очень стильно.

Когда Гранит Кэнди ушел в Эквестрию, попугай выразил желание остаться с Меткосталкерами и искать способ помочь принцессе Луне. Которая даже не позвала старого друга с собой, покинув команду «Селены».

Лоудстар в библиотеке не было: она пошла говорить со своим наставником и куратором, магистром Блю Сейджем. Тот являлся главным библиарием Старспайра, и если даже не смог бы назвать конкретную книгу для изысканий, мог бы указать, где искать.

Ария Миднайт же отправилась вниз, в Замок Сестер, чтобы поговорить с отцом. Потому что застать капитана Миднайта Блейда где-то, кроме службы, было крайне сложно.

— …ты уверена? – спросил Молчун, который до того летал по залу библиотеки и советовал ментату и фестралочке некоторые книги по древней магии.

— Да, — сказала Мышка. – Единственное упоминание о подобном состоянии я нашла в легендах и мифах Кервидерии, страны оленей. Так что придется вплотную этим заняться…

— Подождите, — сказал Найтглоу. – У меня есть идея получше, чем лопатить замшелые тома.

Все повернулись к нему, и молодой ментат продолжил:

— Мы не додумались до очевидного. Кто лучше знает нашу принцессу, чем ее сестра? Нужно все рассказать принцессе Селестии.

— Если все действительно обстояло бы так, — сказал Молчун, — то Селестия уже давно бы все заметила и вмешалась. А может, она знает, но ничего не может сделать. Формально она старшая, но приказывать Луне может только в том, что касается дневных дел. Никаких вмешательств в дела Ночного Двора, Старспайра и, тем более, личные.

— Надо с ней поговорить! – не сдался Найтглоу.

— Я очень долго жил с Луной, — попугай вздохнул, — и боюсь, тут Селестия не поможет, в лучшем случае принцесса Дня и вовсе посмеется и напомнит, что младшая аликорн зачастую ведет себя как подросток.

— А копаться в иноземных мифах – это лучше?

— Я лично поставил бы на это, чем на Селестию, — фыркнул попугай.

— Я думаю, — сказал Найтглоу, — что нам нужно испробовать всё.

— Вот ты и займись, — сказала Грей Маус, и Молчун услышал в ее голосе уверенность, всегда возникавшую в ответственные моменты.

— Сейчас? – удивленно спросил ментат.

— Ну а чего ждать? – вопросом ответила фестралочка. — Тебе ведь не требуется помощь, чтобы составить письмо в Королевскую канцелярию?

— Скорее уж, в Тайную стражу, — заметил Найтглоу, видимо, немного удивленный таким напором.

— Вот видишь, — Грей улыбнулась столь обворожительно, что собеседник даже не подумал о каких-то возражениях. – Кто лучше тебя справится с этим?..

При этом щечки кобылицы слегка покраснели, что смутило юного ментата еще больше. Он даже подался было к кобылке, но все же не решился и сказал:

— Ладно. Тогда я пойду… напишу письмо, да?

— Конечно.

Когда же за Найтглоу закрылась дверь, Молчун спросил:

— Ну, и что это было?

— Это был повод его отослать, — ответила Грей и решительно захлопнула книгу о мифах Кервидерии. – А мне нужно время, чтобы собраться.

— Куда?

— В Кервидерию, конечно.

— Ария Миднайт на тебя плохо влияет, — пробурчал попугай.

— А почему не Дажедра? — поддела фестралочка.

— Потому что она уже давно не глупый жеребенок и в состоянии думать головой, — наставительно заметил попугай. — Просто порой надо с нее сбивать спесь, а то распухнет самомнение, как... хм-м-м...

— Как у тебя? – снова не удержалась Грей Маус, которая встала из-за стола.

— Да. Как у меня. И я еду с тобой.

— Зачем? – спросила фестралочка, когда попугай перелетел ей на спину.

При этом Грей почувствовала, как ее сердце сжалось: точно так же Молчун сидел на спине капитана Черной Гривы, или Сильвер Шейд, в образе которых выступала на корабле принцесса Луна.

— Хочешь, чтобы я тебя отпустил одну в такую даль? Олени, конечно, затворники и местами жуткие зануды, но с этим можно справиться. Особенно если помянуть, что это нужно принцессе Луне: ее в Кервидерии должны помнить…

— Да? – навострила уши Грей. — А почему?

— Долгая история, — отмахнулся попугай. – Просто Лунный пират одно время сильно помог Кервидерии во время разгула грифоньих корсаров и работорговцев Камелу… давно это было и в летописи не вошло: очень уж щекотливая история получилось.

- Так может, олени тоже забыли?

— Олени, — наставительно сказал попугай, — не забывают ничего и никогда. И помнят как добрые дела, так и обиды, тысячелетиями. Потому что их знания хранят деревья. А что такое для леса сто лет, двести, тысяча?..

Вопрос был риторическим.

— Не забудь взять достаточно денег, — сказал Молчун. — Надеюсь, они у тебя есть?

— Есть… — тихонько пискнула пони, чья семья принадлежала к древнему фестральскому роду и никогда не чувствовала стеснения в средствах.

— И перед отъездом не забудь кое-что сделать, — продолжал наставлять Молчун.

— Что?

— Написать родителям и друзьям, куда едешь, и зачем! – строго велел попугай. — Ну как жеребенок просто…

Вскоре за ними закрылась дверь Большой Библиотеки Старспайра. Как будто отсекая всю прежнюю жизнь…

…Позднее, стоя на борту дирижабля, что должен был доставить пассажиров через Море Вечности, Грей Маус смотрела на отдаляющиеся в вышине огни Старспайра, мерцающую дугу Звездного моста и ярко освещенный Замок Сестер.

Ей не хотелось верить своему предчувствию, так многократно описанному в приключенческих романах: будто видишь родной город в последний раз.

Скромная фестралочка изо всех сил гнала страх перед неизведанным, потому что еще сильнее был страх за тех, кто был и стал Грей Маус дорог. И за принцессу. Потому что если с ней случится что-то плохое, то и ночному народу не будет больше спокойной жизни…

* * *

Лоудстар, когда ты это прочитаешь, я буду уже на пути в Кервидерию. В библиотеках слишком мало практической информации, и Молчун сказал мне, что у оленей есть способ длительно хранить знания без искажений.

Но для этого мне придется посетить Кервидерию.

Прошу тебя, не рассказывай до времени Арии и Найтглоу, чтобы они не бросились за мной. Равно как я прошу тебя саму не ехать следом, а продолжать изыскания там, где тебе действительно нет равных.

Будь сильной, Звездочка.

Помни, Меткосталкеры не ищут, а идут прямо к цели. И хотя мы расстаемся до времени, но всё равно остаемся едины.

Всецело твоя

Грей Маус.

PS

Передай Найтглоу, что я вернусь и поцелую его, если он захочет ждать.

PPS

Расскажи Арии, что значит ее прозвище. Я так и не решилась.

Лоудстар почувствовала, как глаза противно щиплет, а перед взором все расплывается.

Поговорив с мэтром Блю Сейджем, она получила доступ в запретный раздел Большой библиотеки Старспайра, где содержались знания, для неокрепших умов нежелательные и даже опасные.

И юная ментатка действительно нашла упоминание некоторых признаков того, что сейчас происходило с принцессой.

В древних преданиях Темных веков, последовавших за Эрой Раздора, упоминалось о пони, начавших из страха поклоняться Дискорду или даже более темным и загадочным сущностям.

Одной из таковых являлась Порча. Имя аватара Лоудстар прочитать не смогла: оно было тщательно вымарано копытом неизвестного ментата, а сноска гласила, что имя это неназываемо и проклято.

Известно было лишь то, что Порча может искажать саму сущность бытия, множить страх и страдания, и даже… погубить весь мир.

И что поселившись в душе живого существа, Порча будет изводить носителя кошмарами и играть на эмоциях, взращивая чувство вины, зависть, страх и депрессию.

Но главное, все воздействие Порчи было обратимо вербальным путем, только если воля носителя еще не была сломлена, и тот не взял себе новое имя…

* * *

…Принцесса Ночи защищает от кошмаров всех жителей Эквестрии, но кто защитит ее саму?

Тьма, злоба, безумие…

Когда была пересечена эта грань?.. Когда кончится этот ужасный сон?..

— Никогда.

Темно-синий аликорн резко оборачивается… и ничего не видит, кроме блестящих в темноте глаз с вертикальным зрачком.

— Ты опять пришла мучить меня, наваждение?!

— Не заблуждайся, ибо ты – это я.

Копыто принцессы Ночи со стуком опускается на… землю, пол?

— Ты – не я!  Я проснусь, и ты исчезнешь!

— Мы – единое целое. Смирись.

— Никогда!

Но тьма только издевательски смеется:

— «Скоро», ты хотела сказать?

— Я Луна Эквестрийская, Повелительница Ночи и истребитель кошмаров, приказываю тебе исчезнуть!

— Ты не отречешься от меня, ведь я – это ты!

— Твое имя – ничто!

— НАШЕ имя…

…Принцесса Луна распахнула глаза и резко села на ложе. Лучи полуденного солнца пробивались сквозь плотные шторы: день не так давно начался, и до заката было еще далеко.

Из зажмуренных в отчаянии бирюзовых глаз принцессы Ночи потекли слезы, прочертившие на щеках дорожки.

Сегодня имя вновь не прозвучало.

Сны возвращали принцессу Луну в прошлое, где Тьма подступала всё ближе и ближе. Не просто кошмары, обычно в страхе бегущие от сияющего серебра ночного светила, но что-то иное.

С каждым разом младшая аликорн всё больше боялась, что не проснется. И наполненный страхом и отчаянием сон никогда не кончится, стоит только прозвучать этому имени…

…Найтмер Мун…