# Fallout: A Post Nuclear Equestrian Story

V0ldo

Цветущие зелёные поля Эквестрии уступили место бесплодной пустыне, таящей в себе множество загадок и опасностей. Кто-то из выживших пони пытается пробиться в самые верха пост-ядерного общества, а кто-то просто старается выжить – всё идёт своим чередом. Но однажды в жизнь радиоактивных пустошей приходит хорошо скрытая, но от того не менее серьёзная угроза, способная изменить к худшему этот и без того настрадавшийся мир…

Так уж сложилось, что с фоллаутом меня связывают приятные воспоминания из молодости. Я не мог пройти мимо этой темы и не совместить две свои любимые вселенные. Этот фанфик не имеет никакого отношения к Fallout Equestria и является независимым рассказом.

## Родное гнёздышко

«Эквестрия! Неужели ты всегда была бесплодной пустошью, таящей в себе множество смертельных опасностей? Неужели ты всегда была столь ужасным местом, утопающем в мародёрстве, преступности, разврате и предательстве? Неужто с самого начала времён, ты несла всем своим обитателям лишь смерть и отчаяние?

Некогда мы были, не побоюсь этого слова, страной – единой, могучей и самодостаточной державой, способной дать врагам достойный отпор, а своим гражданам – свободу и веру в светлое будущее. Вместе мы обустраивали нашу жизнь, вместе трудились во имя общего процветания, вместе осваивали новые горизонты…Теперь же нет никакого «мы», теперь, каждый сам за себя.

Нет в том нашей вины, что у нас оказались последние крохи жизненно важных ресурсов, не мы повинны в том, что остальные государства развернули на нас свои орудия, не мы нажали на красную кнопку, в конце концов.

Но я скажу вам, в чём заключается наш самый тяжкий грех, который мы каждый раз тщетно пытаемся искупить кровью: Мы позволили новому миру впасть в пучину безумия, мы позволили хаосу поглотить наши сердца и души, мы уподобились тем, кто двести лет назад подписал этому миру смертный приговор.

Только успев выйти на свет после шокирующего коллапса, мы сразу же встали на рельсы, ведущие к самоуничтожению. Неужели старый мир погиб только ради того, чтобы потом повторить свою незавидную судьбу?

Я искренне верю, что мы сможем вырваться из безумия, в котором погрязли по собственной вине, но для этого мы должны снова стать единым народом, осознать себя, как одну большую семью, уважающую законы чести и морали.

Помните, всё зависит только от нас. Каждый раз, когда одна община будет идти на войну с другой, или когда ваш жеребёнок будет в страхе забиваться в угол, напуганный душераздирающими криками жертв рейдеров, спросите себя: А что я сделал для того, чтобы избежать этого?

С вами было независимое радио пустоши «Ударная волна» и ваш старый знакомый – Смарт Фокс. Услышимся уже этим вечером, дорогие друзья, а пока я поставлю вам трек одной из самых популярных довоенных групп, не скучайте!»

Как только голос ведущего замолчал, Клэр тут же вскочила с дивана, чтобы выключить радио. Аккуратное копыто щёлкнуло по маленькому чёрному рычажку и из динамиков приёмника вырвалось приглушённое шипение, после чего он замолчал, погрузив небольшое помещение в тишину. Слушать Фокса с его пафосными речами, это одно, а вот тратить время на приевшуюся до тошноты музыку – совсем другое.

С трудом преодолев желание завалиться обратно на диван, хрупкая кобылка кремовой масти сделала несколько неуверенных шагов в сторону окна, потянулась до хруста в затёкших суставах и протяжно зевнула, а затем несколько раз тряхнула головой, чтобы прогнать одолевавшую дремоту.

Наконец, когда Клэр окончательно проснулась, она осмотрела своё скромное жилище, окинула взглядом невзрачные металлические стены и остановила взор на рабочем месте – не очень большом верстаке, заваленном инструментами для тонкой работы, схемами, транзисторами, платами, и катушками проводов. Среди инструментов даже был паяльный аппарат, работающий на микроядерной батарее – подарок от знакомого мастера на все копыта.

Весь этот технический бардак, никогда не исчезал с верстака, даже несмотря на то, что рации в поселении 35 ломались крайне редко. Что тут скажешь, аккуратностью выходцы из убежищ никогда не были обделены. Тем не менее, иногда радиотехник всё же был нужен. Таким радиотехником и была Клэр Уитли. И в ней пожалуй не было ничего примечательного, кроме того, что она находилась под крылом смотрителя поселения.

Мать Клэр умерла от послеродовой травмы, а её отец, бывший смотритель убежища, погиб в перестрелке с рейдерами, напавшими на поселение, когда Клэр была ещё совсем ребёнком. Перед смертью Уитли старший поручил управление поселением 35 своему лучшему другу и попросил его заботится о Клэр. Из-за этого все окружающие относились к ней по особенному, но она никогда не старалась выделить себя на фоне остальных, она просто жила тихой размеренной жизнью и выполняла свою работу с совестью.

Вглядевшись в беспорядочное нагромождение всевозможных деталей, Клэр обнаружила среди них несколько наушных раций, которые ей вчера притащил на ремонт Рассел, сержант службы безопасности периметра. Что же, работа была сделана в срок и, должно быть, заказчик уже не мог дождаться, когда же ему вернут его бесценные игрушки.

Клэр быстро накинула на себя синюю куртку с жёлтыми полосами, на спине которой была изображена цифра 35 и рассовала по карманам недавно починенные переговорные устройства. Надо сказать, что с этими рациями Клэр пришлось изрядно повозиться, ведь она никогда не имела дела с таким типом устройств. Эта работа оказалась куда сложнее и интереснее, чем ремонт домашних радиоприёмников, которые ей приносили со всего поселения.

Счастливые обладатели Пип-Кольтов – персональных устройств, носимых над копытом и помогающих в работе, могли настроить их на нужную волну и слушать радио в любом месте и в любое время. Остальным же приходилось пользоваться жутко древними приборами, которые частенько выходили из строя.

Даже несмотря на то, что Клэр была дочерью бывшего главы поселения, ей Пип-Кольт не достался. По плану создателей убежищ, по достижению трудоспособного возраста каждый резидент должен был получать свой личный Пип-Кольт. Но по непонятному стечению обстоятельств, убежище 35 получило только малую их часть, которой никак бы не хватило на всех обитателей. Кто-то поговаривал, что эта нелепость результат вражеской диверсии перед началом ядерной атаки, кто-то просто ссылался на спешку и общую некомпетентность довоенного правительства. Как бы то ни было, жизнь без Пип-Кольтов оказалась вполне возможной и убежище продолжило развиваться несмотря ни на что.

Спустя девятнадцать лет после того, как жители убежища 35 ступили на радиоактивную землю, чтобы начать строительство поселения и изучение переродившегося мира, часть Пип-Кольтов окончательно вышла из строя из-за пагубного влияния внешней среды. Поэтому их стали выдавать только тем жителям, которые действительно не могли обойтись без них, например охранникам, или торговцам.

Являясь сплавом магии и технологий, Пип-Кольт имеет массу полезных функций, таких, как отслеживание состояния здоровья носителя и рекомендации по лечению в случае получения травм, глобальную карту с пометками и маршрутами, радиоприёмник, счётчик радиоактивного заражения, фонарик, а также огромное количество места для заметок и аудиозаписей. Неудивительно, что Пип-Кольт всегда был желанным трофеем на пустошах.

Клэр застегнула куртку и со спокойной душой направилась к выходу на улицу. Одно нажатие копытом на маленькую светящуюся кнопочку и автоматическая дверь с небольшим запозданием раскрылась перед хозяйкой комнаты.

Не успела Клэр, и ступить за порог своего жилища, как прямо перед ней возник тёмный силуэт округлой формы. Кобылка отшатнулась назад от неожиданности, но сразу же успокоилась, когда услышала знакомый звук работы реактивного двигателя. Расставив в стороны свои манипуляторы, в воздухе висел робот-помощник.

Машина оглядела хозяйку своим треснутым визором и обратилась к ней учтивым голосом дворецкого.

— Добрый день, мисс Уитли, надеюсь, я вас не напугал?

Клэр улыбнулась самому старому жителю поселения и плавно отодвинула его в сторону копытом.

— Нет, Виктор, всё в порядке, — сказала она, стоя спиной к роботу. – Что ты хотел?

— Меня послал сюда господин смотритель и попросил передать, что хочет вас видеть. У него для вас есть некое поручение.

Клэр вздохнула и обернулась.

— Что, у мисс Аллен снова сломался радиоприёмник?

Дворецкий резко вскинул манипуляторы и замотал всем своим корпусом.

— Нет, нет, мадам, на этот раз случилось что-то серьёзное и вам следует поторопиться, не хорошо заставлять смотрителя ждать.

— Хм, говоришь, что-то серьёзное? – Перед тем, как развернуться Клэр слегка нахмурилась и с интересом посмотрела на своего робо-слугу. – Тогда действительно стоит поторопиться.

— Мадам? – Дворецкий окрикнул быстро уходящую пони и подлетел к ней.

— Что?

— Я могу что-нибудь для вас сделать?

Клэр слегка призадумалась, а затем ответила.

— Можешь. Собери мою гриву в хвост.

Чтобы дотянуться до головы хозяйки Виктор подлетел ещё ближе и потянулся своими манипуляторами к ярко рыжим волосам кобылки.

— А я уж думал, что вы не вспомните, — довольным тоном произнёс дворецкий. Клэр была уверена, что если бы Виктор мог, то он бы сейчас улыбался.

Холодные металлические руки аккуратно собрали мягкие пряди в хвостик и затянули его резинкой, а затем с не меньшей осторожностью, робот поправил чёлку хозяйки, постоянно лезшую в изумрудные глаза, и пригладил торчащие во все стороны огненно-рыжие волосы.

— Готово! – Радостно заявил Виктор и моментально поднёс маленькое зеркальце к мордочке кобылки.

Клэр недолго разглядывала своё отражение: Задрав мордочку к верху и, несколько раз хлопнув ресницами, пони отвернулась от зеркала и поблагодарила своего механического помощника.

— Спасибо, Виктор, а теперь я пойду, — Клэр быстро развернулась и торопливо зацокала копытами по металлическому полу.

— Удачи, мисс Уитли! – Крикнул робот своей хозяйке в след, когда она уже вышла на улицу.

В глаза ударил яркий дневной свет, а шкурка почувствовала игру тёплых солнечных лучей. Клэр вдохнула полной грудью, улыбнулась небу и зашагала прочь от своего дома.

На единственной улице поселения как всегда было не очень оживлённо, лишь трое ремонтников покинули свои дома и о чём-то толковали на пороге салуна, да несколько маленьких сорванцов резвились на дороге, под пристальным взглядом своих родителей. Остальные, наверное, работали, или просто прятались в домах от палящего солнца пустоши.

Клэр почти удалось дойти до ратуши и не привлечь к себе лишнего внимания, но по дороге она вспомнила, что должна вернуть охране отремонтированные рации и свернула с улицы.

Клэр почти сразу наткнулась на высокую защитную стену и нескольких охранников, стороживших входные ворота. Среди стражей порядка стоял и сержант Рассел.

— Офицер Рассел! – Прикрикнула Клэр, приближаясь к блокпосту.

Рослый жеребец, облачённый в чёрный бронежилет и шлем с защитным стеклом, повернулся на голос и зашагал навстречу кремовой пони.

— Приветствую вас, мисс Уитли. Надо полагать, рации готовы? – Офицер слабо улыбнулся.

— Да, всё готово. Всю ночь с ними провозилась, но зато теперь они как новые, — Клэр вынула из кармана куртки все три рации и протянула копыто офицеру.

Рассел неторопливо поднял забрало шлема и по очереди переложил зубами в свой подсумок начищенные до блеска приспособления.

Клэр осмотрела всех солдат находившихся на блокпосте и, поймав их укорительные взгляды неуверенно спросила сержанта.

— Какова обстановка на заслоне?

Неожиданно Рассел изменился в лице и нахмурил брови.

— Знаете, если наши винтовки смогут стрелять без патронов и смазки, то дела у нас отлично.

— Вы говорили с...

Клэр перебил хриплый голос, донёсшийся с постовой вышки.

— В последнее время атаки мутировавших животных и рейдеров происходят всё чаще.

Рыжегривая пони подняла взгляд наверх и увидела охранника-единорога. Свесив задние ноги, он сидел на крыше вышки и левитировал в воздухе снайперскую винтовку. Рядом с оружием, окружённым полупрозрачной зелёной аурой, в воздухе висела тряпка, которая периодически сближалась с винтовкой и протирала её.

— Нам банально начинает не хватать боеприпасов, чтобы справляться со всей этой швалью с пустошей. — Единорог отложил в сторону своё оружие и в доказательство своих слов продемонстрировал стоящим внизу пустые патронные сумки.

Клэр перевела взгляд на сержанта Рассела и слегка наклонила голову в сторону. Офицер лишь несколько раз кивнул в ответ на непонимающий взгляд.

— И вы говорите об этом только сейчас? – Удивилась Клэр.

— Это дело смотрителя, поэтому вам мы об этом не говорили, — ответил офицер Рассел.

— Но сейчас ситуация обострилась, — подхватил единорог с вышки. – В эту Дискордову глушь забредают только самые отчаянные торговцы, и то по праздникам. А теперь, когда рядом поселились ещё и рейдеры, регулярное снабжение мне только снится. Да я бы с себя последнюю рубашку снял, чтобы купить патронов, но мне просто не у кого это сделать!

— Клестус! – Рявкнул на единорога сержант. – Не повышай голос на кого попало!

Снайпер махнул копытом и отвернулся, продолжая чистить свою винтовку.

— При всём уважении, мадам Уитли, я всё же никак не пойму… — Сержант замялся, но потом всё же продолжил. — Ну неужели вы не видите, что творится вокруг вас?

Клэр смутилась и потопила взгляд. Действительно, в последнее время она очень редко вылезала из своей коморки, заслушивалась «Ударной волной» а общалась почти только с Виктором. Не так давно она даже поссорилась по этому поводу с напарником по работе что только усугубило ситуацию – Клэр чуть ли не полностью отстранилась от окружающего мира.

— Всё совсем плохо? – Снова посмотрев на Рассела, спросила Клэр.

— Боюсь, что да… — Выдохнул жеребец. – Я давно хотел завести с вами этот разговор, но всё никак не мог найти подходящего времени. Наши жители боятся лишний раз выходить из своих домов. Если с провизией дела пока обстоят нормально, то при постоянной пальба и неумолимо заканчивающихся патронах сложно думать на позитивной волне.

— А радио, играющее на полную катушку, не может заглушить звуки выстрелов, — задумчиво добавила Клэр.

Рассел кивнул. — Мы должны уходить отсюда и переселяться в более пригодную для жизни местность. Уж кто, если не смотритель должен это понимать?

— Вы говорили с ним по этому поводу?

— Конечно! – Воскликнул офицер. – Говорил, и не раз. Причём меня поддерживают все остальные охранники и большая часть населения. Но…

— Но? – Переспросила Клэр.

— Но мистер Стэйл не желает слушать, — упавшим голосом пояснил сержант.

Клэр подумала ещё несколько секунд и, наконец, ответила.

— Вы зря на меня надеетесь. Всё,что смотритель делал, все эти семнадцать лет, так это регулярно заглядывал в мой дом,чтобы проведать. Если он содержит меня, то это ещё не значит, что мы с ним в хороших отношениях, — с каждым сказанным словом в голосе Клэр усиливались нотки обиды и раздражения. Как всегда, все видят в ней только одно — маленькую кобылку, которая боится выглянуть из-за спины смотрителя.

— Отнюдь. Ваш отец не зря сказал, чтобы... — Рассел запнулся и слегка покраснел.. — Простите, я не хотел поднимать эту тему. — Неуверенно продолжил охранник.

Клэр снисходительно посмотрела на собеседника и еле слышно успокоила жеребца.

— Ничего страшного, продолжайте.

Рассел помолчал ещё несколько секнуд, но решился продолжить.

— Ваш отец был мудрым пони и не спроста поручил мистеру Стэйлу оберегать вас.

— Между мной и Стейлом стена непонимания. Да и потом, он правит поселением, я — сижу в каморке 3 на 4 и чиню радиоприёмники, — Клэр прервалась и вздохнула.

Кобылка отвернулась от Рассела и уставилась в пустоту. Так она простояла неподвижно несколько мгновений, а затем решительно притопнула ногой по земле и продолжила. — Хорошо, я попытаюсь убедить его покинуть это гиблое место. Даже если он, как и все вы отстранились от меня.

Не поворачиваюсь, Клэр распрощалась с офицером Расселом и отправилась к смотрителю, на этот раз прибавив шаг. Ей хотелось как можно скорее проскользнуть между домами и скрыться в здании совета, чтобы никто её не заметил и не пристал со своими глупыми расспросами и просьбами.

Но вот знойный мир остался за спиной, и Клэр спокойно впорхнула на крыльцо ратуши. Пожилой охранник бросил на кобылку суровый взгляд и нехотя открыл перед ней дверь. Клэр молча кивнула старому хмырю и прогарцевала к лестнице, ведущий на второй этаж, где и находился кабинет смотрителя.

Пока Клэр шла по тусклому коридору, к нужной двери, она несколько раз мысленно поблагодарила систему кондиционирования за прохладу, царившую в стенах ратуши. Начальству всегда достаются лучшие условия проживания.

Клэр вошла в кабинет смотрителя не по этикету. Она просто небрежно оттолкнула дверь, так, что та стукнулась об стену, заставив смотрителя вздрогнуть от неожиданности. Пожилой единорог опустил ручку на стол и поднял помутневшие серые глаза на свою гостью.

— Вызывал? – Как можно более равнодушно произнесла кобылка и зашла в помещение, прикрыв за собой дверь задней ногой.

Жеребец, привыкший к подобному поведению своей подопечной, встал из-за стола и тихо ответил.

— Я уже даже не надеюсь, что ты когда-нибудь научишься хорошим манерам, — На морщинистом лице с многочисленными проседями появилась недовольная гримаса. – И, тем не менее, присаживайся… — Смотритель выдержал паузу. — Нам есть о чём поговорить.

Вместо предложенного стула Клэр уселась прямиком на стол, за которым пару минут назад работал глава поселения. Увидав это, мистер Стэйл картинно приложил к лицу копыто, а затем отвернулся от рыжей пони и уставился в окно, выходящее на главную улицу.

— Знаешь… — как- то неуверенно начал единорог. – Я ведь всегда любил тебя, как родную.

Клэр закатила глаза и перебила смотрителя.

— Ближе к делу, ты ведь явно не ради этого меня сюда вызвал.

— Послушай меня, — речь Стэйла прервал резкий приступ кашля. Отдышавшись, единорог продолжил. – Я уже стар и слаб, все это знают. Поселению скоро потребуется новый смотритель, и… — Жеребец снова залился кашлем. – И им должна стать ты.

Услышав последние слова смотрителя, Клэр в полном смятении соскочила со стола и подошла ближе к окну. Она явно не была готова к такому повороту событий.

— Что ты сказал? – Почти шёпотом спросила кобылка.

Стэйл ответил, не отворачиваясь от окна.

— Те не ослышалась. Наше поселение переживает серьёзный кризис, и я уже не способен справляться со всеми своими полномочиями. Мне нужна смена…

— Ты это серьёзно? Мне всего семнадцать лет, у меня нет опыта в управлении, да и вообще я просто радиотехник, – Возмутилась Клэр. – Я не справлюсь!

— Нет, — отрезал единорог. — Ты справишься.

Клэр выдержала небольшую паузу и лишь буркнула в ответ.

— С чего ты взял?

— У тебя характер отца, а он был лучшим смотрителем за всю историю нашего убежища, — со вздохом произнёс Стэйл и слегка повернул голову.

— Одного характера недостаточно, тебе ли не знать…

На несколько минут в комнате повисло молчание. Клэр отвела свои изумрудные глаза в сторону и стала рассматривать стол смотрителя, заваленный различными бумагами. Стэйл тоже стоял молча и неподвижно, но наконец, решился повернуться обратно и подошёл ближе к собеседнице.

— Я буду помогать тебе, и ты быстро всему научишься, я уверен в этом, — На лице Стэйла появилось некое подобие улыбки.

— Но почему я? Разве нет кого-нибудь подходящего на эту должность лучше меня? – Продолжила недоумевать Клэр.

Смотритель положил копыто на плечо кремовой пони.

— Ты единственная, кому я могу доверять.

— То, что твои подчинённые не разделяют твою точку зрения, ещё не значит, что им нельзя доверять.

Смотритель опустил копыто на пол и неторопливо зашагал к своему столу.

— Вижу, ты говорила с сержантом Расселом. Что же, позволь мне показать тебе кое-что, — Жеребец хотел сказать, что то ещё, но не успел.

В комнате раздался звук бьющегося стекла и в ту же секунду под аккомпанемент стучащих по полу осколков Стэйл грузно свалился на бок.

Клэр вскрикнула от страха и неожиданности и поспешила укрыться, вжавшись в пол. Острые осколки стекла больно врезались в шкурку кобылки, но сейчас ей было не до этого. Она подняла испуганные глаза вверх и увидела огромную дырку, зияющую в мутном стекле, сквозь которую в комнату врывался луч дневного солнца и освещал неподвижное тело, под которым медленно начало расплываться бордовое пятно.

Клэр прижалась к стенке и поползла к Стэйлу. Её дыхание участилось, на глаза навернулись слёзы, а когда на улице раздались выстрелы и крики, ужас полностью сковал сердце юной пони.

Снаружи не утихала трещотка автоматных очередей, к которой добавились ещё и взрывы, но Клэр, хоть и неуверенно, продолжала ползти к телу смотрителя, искренне надеясь, что он ещё жив.

Клэр приблизилась к истекающему кровью жеребцу и услышала слабый стон. Когда она потянулась к нему копытом, единорог захрипел, из его горла вырвался кашель, и, несмотря на серьёзное ранение, он самостоятельно повернуться.

— Открой… полка… нижняя… — с трудом прохрипел смотритель, глубоко вздыхая через каждое слово.

Не поднимаясь с пола ни на сантиметр, Уитли выдвинула нижнюю полку стола смотрителя и начала в нйе рыться. Рыская в куче бумаг, копыто наткнулось на единственный твёрдый предмет. Клэр подцепила вещицу за прикреплённую к ней петельку и вынула на свет. К удивлению, на её ноге болтался ничем не примечательный кулон из небольшого тёмно-красного кристалла.

— Это… от твоего отца… береги его…, — выговорил Стэйл, и его рог засветился голубоватым магическим свечением, которое быстро перекинулось на пип-кольт, закреплённый на его ноге.

Силы покидали единорога, но он всё ещё мог медленно шевелить губами извлекая из горла слова.

— Я… я думал, что у нас будет больше времени…, — Раненый пони в очередной раз раскашлялся, что, судя по всему, причинило ему адскую боль.

— Под моим столом… дверь… ты должна уходить, сейчас же…

Смотритель закончил возиться телекинезом со своим пип-кольтом и аккуратно надел его на кремовую ножку Клэр. Множество иголок врезалось в кожу, обеспечивая биопараметрическую связь с новой владелицей и устройство довольно пискнуло.

— Тебе… это… пригодится…

Клэр давясь слезами закивала головой и поползла под стол. Под ним действительно был довольно массивный на вид металлический люк. Посередине на нём расположилась панель с потёртыми кнопками.

— Один, четыре семь, пять, восемь, девять… — Из последних сил выдавил из себя Стэйл.

С трудом различая цифры сквозь слёзы, Клэр торопливо ввела необходимую комбинацию. Дверь щёлкнула замками, после чего приподнялась над полом и отъехала в сторону, освобождая проход в узкий тёмный тоннель, проходящий через нижний этаж и уходящий под землю.

Кобылка нащупала задней ногой холодную ступеньку лестницы и неуверенно начала спускаться вниз, как вдруг её остановил смотритель. Он прикоснулся к её плечу, оставив на нём кровавый след и еле слышно произнёс, пред тем, как без сил опустить на пол голову.

— Блэйк… Найди Себастиана Блэйка…

Клэр заплакала навзрыд и крепко обняла бездыханное тело. Она понимала, что видит Стэйла в последний раз и осознание этого давило на неё многотонным грузом. Только сейчас, покидая родное поселение, она поняла, насколько мелочны были все проблемы и разногласия между ней и этим мягким пожилым пони, старавшимся заменить ей отца целых семнадцать лет. Как же юная Уитли была слепа, глупа и невежественна, и как же поздно теперь что-либо менять.

Краем уха, Клэр услышала быстро приближающийся топот копыт по лестнице, а вскоре и по коридору ратуши, поэтому ей пришлось отстраниться от трупа и нырнуть в тёмный тоннель уходящий глубоко вниз. Сейчас кобылкой управлял страх, усиливающийся с каждой секундой. Она дрожала всем телом, а в голове, словно впитавшись в кровь, пульсировало одно короткое слово – «беги».

Клэр опускалась всё ниже и ниже, стараясь перебирать копытами, как можно быстрее. Железная дверь, через которую она попала в эту узкую шахту медленно и гулко закатилась обратно и перерезала тонкий луч света, освещавший путь. Теперь густой мрак разгоняла лишь тусклая зелёная подсветка экрана пип-кольта.

Вскоре кобылка почувствовала дуновение холодного ветра, а в нос ударил запах сырости. Судя по всему, скоро лестница должна была закончиться. Желая быстрее встать на твердь всеми четырьмя ногами, Уитли стала двигаться ещё быстрее, но её заднее копытце не выдержало столь быстрого темпа и соскользнуло со ступеньки.

Она сорвалась с лестницы и столкнулась с холодным полом, даже не успев вскрикнуть. Резкая боль прожгла каждую клеточку тела, но в ту же секунду утихла и сконцентрировалась лишь в ушибленном месте.

Потирая бок, Клэр подянлась с земли и заковыляла по тоннелю. Она понимала, что ей нужно было уходить как можно быстрее, поэтмоу она стиснула зубы и перешла на бег. Копыта выстукивали по каменному полу резвую дробь, грива развевалась на ветру, а в голове была полная сумятица.

Страх вкупе с желанием жить диктовал свои условия, старался заглушить поток любых раздумий и требовал лишь одного – бежать сломя голову, бежать без оглядки до самого конца тоннеля, и не важно, куда он приведёт, важно лишь спастись.

В конце концов, когда самое страшное осталось за плечами, безумный рой мыслей в голове Клэр пробил заслон из страха и отчаяния. Кто мог напасть на деревню настолько внезапно? Зачем это им? Выжил ли кто-нибудь ещё? И самое главное: что ей делать теперь? Клэр не знала ответа ни на один из этих вопросов.

От столкновения Клэр чудом спас экран пип-кольта, в последний момент, осветивший стену впереди. Дальше тоннель резко уходил направо. Кобылка завернула за угол и увидела в конце коридора деревянную конструкцию загораживающую выход.

Сквозь бревна и неровно приколоченные доски пробивалось множество солнечных лучей. Они расчерчивали каменный пол тонкими штрихами и выхватывали из полумрака кружащиеся в воздухе пылинки.

Уитли подошла к выходу и аккуратно проскользнула в расщелину между деревянными брусьями. От непривычно яркого света она зажмурилась и открыла глаза только тогда, когда копыта почувствовали жар раскалённого песка.

Глаза уколол свет, уши дёрнулись, уловив завывание ветра, а перед взором выстроилась удушающая картина полного запустения и разрухи, простирающаяся на многие мили вдаль, до самого горизонта. Клэр осталась наедине с диким и жестоким миром радиоактивных пустошей.

## Старая игра, новые правила

Клэр стояла на небольшом каменистом пригорке, обдуваемая тёплым ветром, разносящим по округе радиоактивную пыль. С возвышения открывался хороший обзор на округу, правда зрелище было удручающим. На много километров вперёд вытянулась разбитая и потрескавшаяся асфальтированная дорога, вдоль которой словно сгоревшие спички, торчали иссохшиеся и почерневшие стволы деревьев.

Шоссе скрывалось за высоким холмом, из-за которого выглядывала огромная гора, возвышающаяся над высохшими лесами и каменистыми полями. На одном из её выступов расположились руины некогда величественного Кантерлота – столицы Эквестрии, которая и приняла на себя большую часть ядерных ударов. Это обстоятельство заставило территорию вокруг выглядеть так, словно война произошла вчера, а не два столетия назад.

Конечно, о том, что из себя представляет нынешняя Эквестрия Клэр знала с самого раннего детства, но так случилось, что она никогда не покидала стен родного поселения. Из-за этого вид на уничтоженную столицу, на её обвалившиеся башни, разрушенные и уходящие в пустоту железнодорожные рельсы, произвёл на неё очень сильное впечатление.

Никакие рассказы путешественников и торговцев не могли передать полноту картины окружающего мира, поэтому сейчас Клэр стояла заворожённая ужасным зрелищем. Весь этот огромный мир давил на неё, окончательно спутывал и без того разрозненные мысли и даже нагнетал панику.

Из лёгкого транса кобылку вырвало неожиданно раздавшееся где-то вдалеке завывание и последующая за ним стрельба. Клэр всхлипнула и смахнула с глаз слёзы. Она понимала, что теперь стала частью местной экосистемы и чтобы не стать обедом какого-нибудь зверя, или не попасться в копыта рейдерам, ей нужно двигаться дальше.

Уитли всхлипнула и, в последний раз оглянувшись, начала медленно спускаться вниз с пригорка. Постепенно, кобылка успокоилась и задумалась над тем, что же делать дальше.

В голове Клэр не утихал хриплый голос смотрителя, с трудом произносивший одну единственную фразу – «найди Блэйка». Она не имела ни малейшего понятия, о том, кто такой этот Себастиан Блэйк и уж тем более она не знала где его можно искать.

Когда Уитли отошла достаточно далеко от выхода из тоннеля, она решила присесть в тени проржавевшего до основания грузовика, навеки застывшего поперёк дороги, но её вовремя остановил треск, донёсшийся из пип-кольта. Клэр отшатнулась от сильно «фоняшей» груды металлолома, дозиметр успокоился и перестал истошно пищать

— Да, многому ещё предстоит учиться… — Тихо сказала она сама себе и в первый раз посмотрела на пип-кольт с того момента, как он «украсил» её ногу.

На зелёном экране светилась надпись: «Добро пожаловать в подземное убежище – величайшее достояние компании Волт-Тек! Для начала работы нажмите на кнопку запуска ещё раз и следуйте инструкциям»

Металлическое устройство с грубым дизайном выглядело великовато для маленького копыта новой хозяйки, и непривычно тяжелила ногу во время ходьбы, но все эти минусы были ничтожны в сравнении с достоинствами пип-кольта.

Клэр быстро пролистала несколько страниц с совершенно бесполезными теперь правилами поведения в подземном бомбоубежище и встала по правую сторону дороги, тревожно поглядывая по сторонам.

Когда устройство подключилось к новому владельцу, оно автоматически перезапустило всю систему и удалило старые файлы, в чём Уитли быстро убедилась. К её сожалению не сохранились и пометки на карте, оставленные смотрителем – всё нужно было начинать с нуля.

Судя по довоенной информации, дорога на которой сейчас сидела Клэр, вела прямиком в пригород Кантерлота – некий Понивиль. В это же время от дороги ответвлялись ещё несколько путей, которые дальше закручивались в многочисленные спирали, углубляющиеся вся дальше и дальше в пустоши.

Глаза кобылки зацепились за пометку на карте с названием «объект 21», и она увеличила масштаб. Некогда объект 21, или как его называли солдаты — «Марипоза» был военной базой. После войны её покинул весь уцелевший персонал, а пару десятков лет спустя её заняли местные пони, превратив в населённый пункт. С годами поселение стало крупнейшим городом в окрестностях столицы, и за ним закрепилось название «Новая Марипоза»

Путь до бывшей военной базы был не близок, но это было единственное действительно безопасное место в округе, поэтому Клэр решила идти именно туда. К тому же, Марипоза была единственным городом, который продолжал хоть как-то контактировать с её родной деревней. Немногие торговцы, что захаживали к забаррикадировавшимся выходцам из убежища, делились рассказами о том, как величественен их город, особенно его центр. Также они с непритворной гордостью упоминали, что именно в Марипозе находится студия ударной волны, хотя об этом знал каждый, кто хоть раз включал радио.

Конечно же, Уитли не верила всем байкам о том, насколько прекрасна Новая Марипоза, но ей всегда хотелось побывать там, и, пожалуй, сейчас было самое время. К тому же, город мог стать отправной точкой в поисках этого загадочного Блэйка.

Перед тем, как отправиться в путь, Клэр решила получше рассмотреть медальон, который она взяла в кабинете смотрителя. Это был ничем не примечательный маленький и плохо обработанный осколок красного кристалла – явно не похоже на дорогое украшение, как и вообще не похоже на что-то важное.

Уитли спрятала медальон под одежду и встала с асфальта – пришло время двигаться дальше. Она решила идти по дороге, ведь в последние несколько месяцев караваны по ней ходят крайне редко и вряд ли бандиты, или рейдеры будут их караулить.

Огибая изредка встречающиеся ржавые машины, Клэр аккуратно шагала по асфальту, ускорялась с каждым шагом и постоянно оглядывалась по сторонам. Ей было чертовски страшно, уши прижались к голове, а к горлу подступил ком.

Из-за каждого куста, из-под любого камня могла выползти одна из многочисленных диких тварей и наброситься на одинокую путешественницу. Или что ещё хуже, ей могли попасться пони с недоброжелательными намерениями, а у неё даже нет оружия. Хотя никакой пистолет не спасёт тебя от целой банды рейдеров, особенно если ты имеешь весьма поверхностное представление о том, как им пользоваться.

Но Клэр шла всё дальше и дальше, а вокруг не было никаких признаков жизни. Лишь ветер гулял по округе, поднимая в воздух крупинки песка. Хотя, Уитли и понимала, что пустоши безжизненны только на первый взгляд. На самом же деле война за существование ведётся в каждую минуту и на каждой пяди этой проклятой земли, поэтому она не теряла бдительности.

Когда кобылка вынырнула из-за очередного разбитого в хлам автомобиля, она увидела слегка накренившееся здание и решилась приблизиться к нему.

Этот домик оказался заправочной станцией – большой редкостью для старых времён, ведь топливный кризис, повлёкший за собой войну, заставил всех ездить в машинах на магической тяге. Точнее сказать не всех, а состоятельных пони, которые могли себе это позволить. Хоть раньше в Эквестрии было множество талантливых единорогов, производить принципиально новый вид двигателя с помощью одной только магической энергии оказалось хоть и возможно, но весьма трудно.

Клэр минула давным-давно опустевшие резервуары для топлива и подошла к обветшалому дому. Все стёкла были выбиты, а входная дверь заколочена.

Осмотрев помещение внутри сквозь окна, Уитли убедилась, что внутри никого нет. Возможно это была глупая идея, но она решила забраться внутрь через пустую оконную глазницу.

С лёгкостью преодолев невысокую преграду, рыжегривая пони запрыгнула в дом и пошла вдоль стенки к прилавку. По дороге ей встретилось множество стеллажей, видимо раньше тут можно было не только расплатиться за бензин, но ещё и закупиться едой.

Все полки былиуже давно обчищены, на них не было даже пустых коробок, только толстенный слой пыли, скопившейся тут за многие годы.

— Ожидаемо… — с досадой выдохнула Клэр и продолжила осматриваться в помещении, стараясь найти хоть что-нибудь полезное.

Но как она ни старалась, кроме обрывков каких-то бумажек, разбросанных по полу, ей не попадалось ничего, что могло пригодиться в будущем. Удивительно, что это одинокое и никому не нужное здание до сих пор не разобрали на доски для обогрева.

Убедившись, что в торговом зале пусто, Уитли зашагала к прилавку, по-прежнему стараясь передвигаться, как можно тише и аккуратнее.

Клэр подошла к старому кассовому аппарату и сдула с него пыль. Сероватое облачко взмыло ввысь и засверкало на солнце роем крутящихся точек.

Не удивительно, что и касса оказалась совершенно пустой, поэтому Уитли не стала задерживаться и, фыркнув, спешно зашагала прочь. Проходя мимо изорванного довоенного плаката, на котором можно было различить лишь несколько букв, кобылка заметила как внизу, что-то поблёскивает.

Наклонившись, пони увидела лежащий на полу патрон. Она подхватила его копытом и, поднеся к самому носу начала внимательно разглядывать.

Клэр не разбиралась в калибрах, но судя по небольшому размеру патрона, он предназначался для пистолетов, или для какого-нибудь другого относительно маленького оружия.

Боеприпас отправился дожидаться лучших времён в карман куртки, а Уитли приблизилась к двери, которую, она ещё не успела осмотреть. На ней висела табличка с надписью «только для персонала». Поскольку сейчас уже не осталось никого, кто мог бы упрекнуть Клэр в нарушение правил, она слегка приоткрыла скрипучую дверцу и шмыгнула в образовавшийся проём.

За дверью оказалась невысокая лестница, ведущая на чердак. Клэр ступила на первую ступень и несколько мгновений простояла прислушивалась, но никаких звуков со второго этажа не доносилось.

Уитли сглотнула и продолжила свой путь по сходням. С каждой новой ступенькой взору открывались всё большие и большие куски верхней комнаты, и вот когда минул последний выступ, Клэр в ужасе отшатнулась назад. На полу, посреди пустого помещения лежал труп.

Тело некогда было гулем, весьма потрёпанной и обветшалой наружности. Его гнилая бурая кожа была усеяна язвами, а от шерсти осталась лишь пара островков не очень бурной растительности. Он лежал на спине, раскинув ноги в стороны, и смотрел стеклянными серыми глазами в потолок.

Собравшись с духом, Клэр решила подойти к гулю и рассмотреть его поближе, но стоило ей поднять копыто, как в затылок упёрлось, что-то твёрдое и холодное.

Несколько секунд спустя из-за спины послышался низкий и открытый голос:

— Медленно сделай несколько шагов вправо и положи копыта на стену так, чтобы я их видел.

Рыжегривая кобылка мысленно выругалась, но приказ выполнила. Она плавно, выделяя каждое своё движение, побрела к правой стене и, встав на задние ноги, оперлась копытами на голые доски. Невидимый пленитель зашагал за ней.

Не сказав больше ни слова, он обыскал Клэр и вытряхнул всё содержимое из её карманов, в том числе и недавно найденный патрон.

— Щеголяешь по пустошам, а в карманах нет ничего кроме пары шурупов да пистолетной пули? Тут, знаешь ли, без оружия опасно.

Клэр достаточно натерпелась за этот день, и умирать в богом забытой дыре заполненной тошнотворным запахом разлагающейся плоти ей не хотелось. Ею постепенно начала овладевать паника, но она вовремя взяла себя в копыта и равнодушно спросила:

— Убьёшь?

— Повернись, — уверенно ответил мужской голос.

Клэр охотно выполнила просьбу и увидела жеребца взявшего её на мушку.

Это был довольно молодой пегас тёмно-серой масти с многочисленными коричневыми пятнами по всему телу. Из-под козырька его чёрной кепки торчали пряди грубых русых волос, под которыми расположились ярко-зелёные живые глаза, один из которых был выделен ободком коричневой шерсти.

На нём болталась военная полевая рубашка с закатанными рукавами, на одном из которых была красная повязка со странным знаком похожим на крест. Довершали весь его незамысловатый наряд лётные очки, которые висели на шее.

Пегас стоял полу боком, вытянув копыто, к которому было привязан пистолет-пулемёт, но из-за бинтов на бёдрах увидеть его метку было невозможно. От курка автомата тянулась тонкая верёвка, которую кольт зажимал в зубах, готовый в любой момент дёрнуть шеей и выпустить на свободу пару пуль.

Но самым интересным во всём облике незнакомца было то, что его крылья подняты кверху и плотно привязаны друг к другу толстой верёвкой.

— Ты ведь из убежища, да? – Процедил пегас сквозь зубы. – А теперь объясни мне, какого сена ты тут делаешь.

Кобылка облегчённо выдохнула – судя по всему, незнакомец не собирался её убивать

— Меня зовут Клэр, Клэр Уитли. Я – радиотехник из города-убежища, что неподалёку, — всё ещё дрожащим голосом произнесла она и повернулась боком в подтверждение своих слов. На её боку действительно было изображение башни, испускающей радиоволны.

Пони запнулась, но вскоре спешно продолжила.

— На наше поселение кто-то напал буквально полчаса назад. Возможно я единственная, кому удалось выжить. В общем, я просто брела куда глаза глядят, зашла сюда, а тут…

— А тут я и старина Хребет, который подумал, что сможет так просто взять меня голыми копытами, — перебил её незнакомец и кивнул в сторону мертвеца.

Пегас опустил оружие и заговорил снова:

— Меня зовут Ротшельд О’Битердойл, но можно просто Дойл. Послушай, у меня мало времени, ты должна мне помочь – разрежь чёртову верёвку, — пегас вынул из-под рубашки нож и, протянул Клэр.

Уитли давно поняла, что ей уже нечего терять. Сейчас нужно было действовать прямо и нагло.

— Я помогу тебе, но если ты обещаешь помочь мне.

Дойл швырнул нож вниз, отчего тот впился лезвием в половицы.

— Даже так? И чего же ты от меня хочешь? – Спросил он и усмехнулся.

— Мне нужно в Новую Марипозу. Ты можешь меня сопроводить?

Дойл поднял глаза, приложил копыто к подбородку и задумчиво протянул.

— Марипо-оза… И зачем тебе туда?

— Я ищу одного пони, — парировала Клэр.

Пегас немного постоял, погружённый в раздумья, поглядел в окно, несколько раз фыркнул, а затем слегка улыбнулся и подал голос.

— Ну ладно, чертовка, твоя взяла. Будет тебе Новая Марипоза, только освободи меня побыстрее.

Клэр удивлённо наклонила голову.

— А откуда мне знать, что ты не бросишь меня посреди пустоши, после того, как я разрежу верёвку?

— Тебе просто нужно мне поверить. Если мы собираемся вместе путешествовать, то доверие это первое, что мы должны испытать друг к другу.

Уитли больше ничего не ответила, а просто взяла нож в зубы и подошла поближе к Дойлу. Действительно, никаких гарантий он дать не мог, поэтому нужно было просто выполнить его просьбу и как можно быстрее убираться отсюда.

Крылья Дойла были связаны в трёх местах, причём настолько сильно, что это явно причиняло ему неслабую боль. Те верёвки, что обвили самое основание крыльев, настолько глубоко врезались в кожу, что из-под них просачивалась кровь.

Монотонно водя головой туда-сюда, Клэр перерезала первые две верёвки, при этом оцарапав сами крылья, чем вызвала лёгкое негодование их хозяина. Ещё минуту спустя на пол свалилась последняя пенька, полностью освободив измученные крылья.

Дойл стиснул зубы от боли, но несколько раз взмахнул крыльями, чтобы размять их. Кости громко хрустнули сразу в нескольких местах, и пернатые конечности безжизненно свисли со спины хозяина.

— Подонки, били не жалея сил, — зажмурившись прошипел пегас. — Теперь несколько дней от земли не оторвусь.

Кое-как Ротшельд сложил крылья и, прижав их к бокам, зашагал к лестнице. Перед тем, как опустить копыто на первую ступень, он попросил Клэр глянуть в окно и убедиться, нет ли кого-нибудь на улице. Затолкав нож в карман куртки, кобылка выполнила поручение. Вокруг дома по-прежнему не было ничего, кроме камней и песка, поэтому она пошла вниз за Дойлом.

— Ну так… — неуверенно начала Уитли, почти спустившись с лестницы. – Может расскажешь, что тут вообще произошло?

Дойл вздохнул и, не оборачиваясь, ответил.

— На меня напал гуль, и я его пристрелил, конец истории.

— А за, что он вообще на тебя набросился?

— Слушай, я ценю твою любознательность, но сейчас не самое лучшее время рассказывать истории.

Дойл был каким-то взмыленным и даже слегка раздражённым, поэтому Клэр решила не надоедать ему расспросами, а молча подождать, пока он успокоится. То, что этот тип ни с того ни с сего согласился сопровождать её было очень странным и сильно настораживало, поэтому воздержаться от лишних вопросов было довольно трудно.

Пегас подошёл к единственному окну с уцелевшим стеклом и аккуратно выглянул в него, а затем подозвал к себе Уитли и обратился к ней серьёзным тоном.

— Раз уж мы теперь с тобой вдвоём, то для начала хочу уточнить одну важную деталь: ты должна мне полностью подчиняться и если я скажу тебе, что-либо сделать, то ты сначала делаешь, а потом уже думаешь, зачем это нужно. Понятно?

Такая постановка вопроса Клэр вполне устраивала, поэтому она молча кивнула. В конце концов, Дойл выглядел достаточно опытным и явно мог постоять за себя, значит, он знает, что делает.

— Молодец, — коротко ответил пегас и снова глянул в окно. – Я не уверен насчёт кое-чего очень важного, поэтому мы должны… Твою мать! — Дойл резко метнулся в сторону от окна, и в ту же секунду в него влетело что-то большое и чёрное, разметав в стороны обломки рамы вместе с осколками стекла.

Клэр прикрыла лицо копытом, чтобы битое стекло не попало в глаза, а когда открыла их, увидела самое страшное существо, которое ей когда-либо встречалось в жизни.

Тварь была похожа на большого чёрного волка с облезлым хвостом и взъерошенной шерстью. Из спины существа торчала пара массивных пернатых крыльев, из которых струилась кровь и торчали меленькие обломки деревянной рамы.

Какое-то время «волк» стоял неподвижно, но вскоре соскалил зубы и повернулся в сторону Уитли, которая от страха буквально оцепенела. Существо, медленно перебирая когтистыми лапами, приблизилось к своей добыче и стало обнюхивать трясущуюся кобылку. На уродливую морду этого пса-переростка упал свет, и Клэр увидела, что у него нет глаз.

Буквально через пару секунд в разбитом окне показались рычащие морды, и в комнату залезли ещё две такие псины, однако у них в отличие от первой не было крыльев, и выглядели они менее устрашающе.

Новоприбывшие мохнатые уродцы сначала попытались подступиться к Клэр, но их крылатый сородич клацнул зубами и громко рыкнул, после чего его меньшие братья поджали хвосты и разбрелись по помещению, обнюхивая всё подряд. Судя по всему здоровяк, позарившийся на Уитли, был их вожаком и не собирался уступать добычу.

Клэр окончательно потеряла веру в то, что она выйдет отсюда живой, когда пасть существа с треском и булькающими звуками раскроилась на несколько частей и из самого её нутра потянулись тонкие и усеянные крючками щупальца.

Увиденное зрелище было настолько отвратительным, что Уитли едва сдержала приступ рвоты. В отчаянии она начала пятиться назад, но быстро упёрлась в стену, — пути назад не было. Теперь ей оставалось, надеется только на пропавшего из вида Дойла.

Пепельный пегас не заставил себя долго ждать. Высунувшись из-за одного из стеллажей, он прицелился в голову крылатой твари и разрядил в неё почти всю обойму.

Комнату заполнил грохот выстрелов вперемешку с предсмертным завыванием, и Клэр обдало брызгами мутной крови. Лишившись головы, волк повалился на землю и, задёргав ногами начал кровоточить свежими ранами.

— Беги! – Только и успел крикнуть Дойл, перед тем, как на него набросилась, и повалила на пол одна из псин.

Вожак стаи больше не претендовал на Клэр, поэтому вторая тварь на всех парах устремилась к ней, злобно рыча и клацая зубами.

Пони резко метнулась в сторону и пустилась бежать к выходу, попутно стараясь ухватиться зубами за рукоять ножа, болтающегося в кармане. С третьей попытки ей это удалось и она вынула на свет своё единственное оружие.

Мохнатый монстр быстро нагонял свою жертву — клацанье его челюстей слышалось всё ближе и ближе. Уитли быстро поняла, что далеко ей не убежать, поэтому вместо того, чтобы выпрыгнуть в окно, она повалилась на спину и, зажмурившись, выставила перед собой нож.

Хищник навалился на Клэр всей своей внушительной массой, но вскоре его свирепое рычание сменилось глухим шипением – лезвие ножа глубоко впилось в его шею.

Получив, казалось бы, смертельное ранение, пёс не желал сдаваться и, дёргая лапами, продолжал с силой напирать на нож, приближая свою зубастую пасть к лицу кобылки.

Клэр вынула нож из шеи пса и, зарычав больше от испуга, чем от ярости принялась один за другим наносить по чёрной морде удары ножом. Когда пёс, наконец, замер и перестал сипеть, Уитли навалилась на истекающее кровью тело всеми четырьмя ногами и скинула его с себя.

Встав с пола, Клэр выпустила изо рта окровавленный нож и завернула за стеллаж, из-за которого доносились крики Дойла, щедро приправленные отборным матом.

Пегас продолжал бороться с ещё одной чёрной бестией, которая прижала его к стене и, придерживая лапами, обвивала свои щупальца вокруг его ноги.

Судя по всему, пёс не хотел убивать Дойла. Вместо этого он присосался к плоти пегаса и задрожал всем телом, издавая при этом чавкающие и хлюпающие звуки, словно пытаясь высосать кровь из тела своего противника.

В какой-то момент тварь задрожала ещё сильнее и перестала обращать какое либо внимание на удары. Под её кожей что-то зашевелилось и вскоре на её спине выросли две пульсирующие опухоли, из которых вырвались и потянулись вверх жёлтые кости.

Из-под образовавшихся расщелин на коже пса стали выползать мельнике существа похожие на червей и облепливать кости твари, которые росли буквально на глазах. Когда червей стало слишком много, они плотно прижались друг к другу и срослись, образовав собой некое подобие мышц, за которыми моментально начала расти голая кожа. Без сомнения – тварь пыталась отрастить себе пару крыльев.

Клэр громко позвала Дойла по имени и пнула в его сторону лежащий на полу нож. Пегас подхватил оружие копытом и одним резким ударом обрубил щупальца монстра.

Пёс взвыл от боли и, захлёбываясь зеленоватой жидкостью, потёкшей из обрубков начал пятиться назад. Освободившийся Дойл вскинул копыто и угостил раненую тварь очередью из автомата.

Финальным аккордом в прощальной арии агонизирующей твари стал короткий, но громкий вдох. Существо обмякло и завалилось на бок, поджав лапы. Оба пони, наконец, смогли облегчённо выдохнуть.

Дойл попытался встать, но его быстро остановила подскочившая Клэр.

— Погоди вставать, ты рану то свою видел?

Пегас повернул голову и уставился на свою ногу, по которой стекали бордовые струйки. Чуть выше автомата каплями свежей крови сверкал глубокий разрез, вокруг которого раскинулись маленькие чёрные точки.

Дойл молча потянул зубами за выпроставшуюся верёвку и размотал свой автомат. Оружие свалилось на пол, громко звякнув пружиной затвора.

— Тебя надо перевязать, — продолжила Уитли, и скинула с себя куртку. – У тебя вода есть? – Спросила она, потянувшись за ножом.

— Да, немного, — тихо ответил Дойл и протянул Клэр небольшую фляжку, которую достал из кармана.

Клэр отрезала от своей куртки кусок рукава и раскроила его на несколько лоскутов, попутно приказав Дойлу промыть рану.

На какое-то время в комнате повисла тишина, лишь изредка нарушаемая дуновениями ветра, гуляющего за окном. Клэр молча перематывала рану своего напарника плотной синей тканью, часто поглядывая на него снизу вверх.

Напарник… Да, пожалуй это слово подходит, чтобы охарактеризовать отношение Клэр к своему попутчику. Хоть они и знали друг друга меньше часа, было очевидно: они нужны друг-другу, и вряд ли бы вышли из этой передряги живыми по одиночке.

— Почему ты согласился мне помочь? – Не глядя на пегаса спросила Уитли.

Дойл незамедлительно ответил таким тоном, словно ждал этого вопроса.

— Одному бродить по пустошам дело не хитрое, но выжить при таком раскладе куда как сложнее. Я просто понял, что без моей помощи тебе не справится, и, чёрт возьми, какой же я джентлькольт если брошу тебя тут?

Клэр закончила перевязку и посмотрела прямо в глаза Дойлу. Она слегка наклонила голову и чуть приподняла правую бровь.

Пегас почесал шею и откинулся назад, прислонившись к стене.

— Ну, а ежели отбросить лукавство, то я просто не хочу быть один. – Дойл пожал плечами и улыбнулся. Уитли еле слышно усмехнулась и села рядом с ним.

— Что это за уроды? – Клэр ткнула копытом в сторону мёртвого пса.

— Это малкари — мерзкие сукины дети, наводнившие пустоши в последние пару месяцев. Они могут получать способности тех, кого сожрут, или хотя бы посмакуют. Сильные твари, но при этом слишком трусливы, чтобы нападать на большие группы пони.

— Это всё конечно очень интересно… Но может ты всё-таки расскажешь хоть немного о себе?

Пегас натянул козырёк кепки на глаза и сложил копыта на груди.

— Что ж, за нами уже никто не гонится, поэтому я расскажу тебе всё, что ты так хочешь узнать. Устраивайся поудобнее и слушай внимательно…

## Новая Марипоза

Дойл отстранённо смотрел в окно, сложив копыта на подоконнике. Несколько минут он просто молча стоял, переминался с ноги на ногу и изредка поглядывал по сторонам. Наконец он слегка опустил голову и заговорил.

— Ты наверняка заметила эту повязку на моём рукаве, – пегас приподнял ногу и сорвал с неё чёрно-красный кусок ткани. Материя медленно опустилась на пол и Клэр, наконец, смогла разглядеть её получше.

На красном фоне был расположен слегка наклонённый чёрный крест, грани которого пересекали по две дополнительные линии. Дойл продолжил:

— Это знак организации, в которой я состоял, пока она ещё существовала.

— А что это была за организация? – Спросила Клэр.

— Ну, может организация это слишком громко сказано. Проще говоря, мы были наёмными солдатами на постоянной основе. В последние несколько месяцев я вместе с остальными парнями оберегал круп мэра небольшого шахтёрского городка, что неподалёку отсюда. Работёнка была ещё та, но зато нам хорошо платили.

Дойл отстранился от окна и развернулся к Клэр.

— Как выяснилось в самый последний момент, этот самый мэр задолжал местному криминальному элементу такую сумму, что даже всё население города не смогло бы откупиться. И знаешь, что этот чёртов самодержавец сделал, когда пришёл час расплаты?

Уитли замотала головой в ответ.

— Он просто сдал город без боя в качестве оплаты. Продал всех ради спасения своей шкуры: семью, друзей, подопечных! – Дойл напрягся всем телом. – Из всех моих товарищей я один отказался подчиниться новому режиму и меня попросту решили казнить. Меня связали, хорошенько обработали копытами, вывели за город и уже приставили дуло к виску, как вдруг на этих ублюдков напала стая малкари. Я воспользовался положением и сбежал, прихватив с собой парочку вещей. Правда, всё оказалось не так просто. Гуль по имени Хребет, который насколько я понял, был авторитетным лицом в банде, тоже выбрался из этой передряги и отправился за мной. Он догнал меня как раз, когда я зашёл в эту хибару, за что и поплатился жизнью. Ну, а остальное ты сама видела, — пегас кивком указал на мохнатые трупы. – Эти трое вынюхали меня и решили закончить трапезу.

Клэр удивилась тому, как они с Дойлом оказались похожи. Оба они потеряли дом, оказались наедине с дикой пустошью, без друзей, без помощи и поддержки. Только ко всему прочему, Дойла ещё и предали его друзья, спокойно отправив на смерть.

Кобылка прислонилась к стене и со вздохом выразила соболезнования. Дойл прогнал хмурое выражение со своего лица и неуверенным тоном ответил:

— Хех, не стоит меня жалеть, я сам виноват. Видимо я оказался дурным командиром, раз мои парни так легко решили от меня отделаться. Хоть это и не снимает с них позорной печати шлюх, готовых лечь под кого угодно.

— И что ты теперь собираешься делать?

— Я не знаю, скорее всего, попытаюсь сколотить новую группу и расквитаться с обидчиками.

— Ну, можно считать, что в твоём отряде уже есть один боец, — улыбнулась Клэр.

Дойл уже наклонился, чтобы поднять с пола свой автомат, но быстро выпрямился, услышав последние слова Уитли.

— Ты уверена, что хочешь водиться со мной?

— А что я буду делать одна? Это знаешь ли большая удача, что мне попался такой, как ты.

— Такой как я? – Вопрошающе произнёс пегас и приложил копыто к груди. – То есть, тебе нужен законченный неудачник без гроша в кармане?

— Не драматизируй, — Клэр махнула копытом. – Да и потом, я что сейчас в более выигрышном положении, чем ты?

Дойл почесал затылок.

— Нет, ты, конечно, не подумай, что я отказываюсь от помощи, просто рядом со мной опасно. Я в любом случае выполню свою часть сделки и провожу тебя в Марипозу, но мне бы не хотелось втягивать тебя в свои личные разборки.

— Хорошо-о, — протянула Клэр и с задумчивым видом глядя в пол, обошла Дойла кругом. – Раз уж ты любитель сделок, то как тебе такое предложение: Я помогу тебе решить проблемы на личном фронте, а ты поможешь мне в моих поисках. Идёт?

Дойл зажмурился и пару раз тряхнул головой.

— Тпру, лошадка, не гони! Для тебя, что всё вот так просто? Справились с парой блохастых псов, значит теперь вместе горы свернём?

— Я просто считаю, что тебе пора прекратить разводить тут полемику и принять моё предложение. Как однажды сказал один умный пони: «Единственное, что может спасти мир, это сотрудничество». Я думаю мы сейчас можем по достоинству оценить эту мысль.

— Вижу, доза адреналина оказала на тебя должное действие, — пегас усмехнулся и поправил кепку на голове.

— Надоело, — коротко ответила Клэр и вырвала нож из половицы, а затем склонилась над своей курткой и отсекла половину от второго рукава для симметрии. – Надоело быть затворницей, пора заявить миру о себе.

— Твоя амбициозность конечно похвальна, но…

Клэр резко выпрямилась и перебила Дойла:

— Мы вместе или нет?

Пегас слегка отстранился назад, приложил копыто переносице и задумчиво простонал:

— Мда-а…

Ротшельд простоял в выбранной позе какое-то время, но не в силах терпеть сверлящий взгляд Клэр, вернул копыто на место и вытянул шею. – Твою мать, да!

Кобылка снисходительно улыбнулась, и устало прикрыла глаза.

— А я уж было начала сомневаться.

С этого момента напарники решили не разводить пустых разговоров и в спешке стали собираться. Им предстоял долгий путь, поэтому, чем раньше они бы выдвинулись – тем лучше.

Как оказалось, Дойл расстрелял все свои патроны, но Клэр вовремя вспомнила об ещё одном, найденном ей на полу. Слетав на второй этаж и обратно, она вернула небрежно выпотрошенный из её кармана боеприпас. На удачу калибр патрона подошёл к автомату, и теперь из бесполезного оружие превратилось в почти бесполезное.

— Ну, хоть хватит, чтобы застрелиться, если что, — иронично подметила Клэр.

— Я чур первый, — усмехнулся Дойл.

Право на обладание стрелковым оружием Дойл передал Уитли, а сам забрал себе нож. Пристроившись за бугром в паре метров от разбитой заправки, он принялся приматывать автомат к ноге своей спутницы, не забывая при этом с опаской осматривать окрестности.

Только сейчас кобылка разглядела оружие вблизи: солнечные блики гуляли по угловатой ложе из пошарпанного металла зеленоватого оттенка, иногда перепрыгивая на прямой магазин, а иногда на сложенный приклад. На стволе имелась выбитая надпись – «MP – 77»

— Слушай, а зачем этому автомату рукоятка? – Удивлённо поинтересовалась кобылка.

— Затем, чтобы держаться за неё лапами – это ведь грифонское оружие. После войны эти пернатые коммунисты оставили тут целые склады со своими стволами, чем местное население не побрезгало воспользоваться. – Дойл затянул узел, тем самым закончив пристраивать MP к новой хозяйке.

– Не жмёт?

Клэр замотала головой.

— Так вот, — продолжил пегас, поднимаясь с земли. – У грифонов было отличное оружие, но чтобы им воспользоваться, нам приходиться извращаться по полной программе, — он кивнул на примотанную к курку верёвку.

— Если ты конечно не единорог.

— Была у меня одна весьма милая знакомая единорог, по имени Мэри… — Задумчиво протянул Ротшельд, высунувшись из-за бугра. – Но куда-то пропала, уже год её не видел.

— И что с ней? Хорошо обращалась с оружием? – Спросила Уитли, вскарабкиваясь на песчаную насыпь за своим напарником.

— Не то слово. Иногда мне казалось, что её направляет кто-то свыше. Не помешало бы найти, я вот к чему веду…

Кобылка догнала пегаса и пристроилась рядом с ним, а затем ехидно улыбнулась.

— У вас с ней был роман?

— Она лесбиянка, — отрезал Дойл. – А теперь давай забудем про разговоры и станем внимательно смотреть по сторонам, хорошо?

Уитли поперхнулась пыльным воздухом и саркастически отозвалась хриплым голосом:

— Да сэр.

Ротшельд решил как можно сильнее сторониться дороги и идти под прикрытием одиноких домов, всевозможных развалин, ржавых машин и складок местности, которые в обилии встречались по пути.

Миновав погребённую под тоннами песка ферму, состоящую из пары хилых амбаров, парочка свернула в широкую ложбину, заставленную прогнившей военной техникой.

Боевые машины упирались в ржавое нагромождение из противотанковых ежей и бетонных надолбов. Из люков и дверей торчали запыленные крылатые скелеты, черепа которых облюбовали скорпионы и прочая мелкая живность.

Искать тут что-то полезное, было более чем глупо: за столько лет местные вырыли из песка даже неразорвавшиеся мины, о чём свидетельствовало великое множество неглубоких отверстий в земле и относительно свежие останки с раскуроченными миноискателями в копытах.

Завороженная эхом древней войны, Клэр разинув рот, любовалась оборонительными рубежами, иногда всё же поглядывая под ноги – оступиться в этой свалке было легче лёгкого.

— Я и не знала, что фронт был так близко к столице…

— Ха, а он был. Ни метром ближе, ни метром дальше. Глядя на такое невольно понимаешь, кто первый открыл ядерный чемоданчик Пандоры.

Дойл опустился в длинную траншею и поманил Утили за собой копытом.

— Давай за мной, а то дальше могут ещё быть плазменные мины.

Клэр пожала плечами и, не задумываясь, шагнула в окоп. Внезапно тишину разорвал громкий хруст, и пони замерла, как вкопанная, с отвращением глядя на дно траншеи: под её копытами раскинулась подстилка из костей, обрывков одежды и порванных противогазов. Между рёбер скелетов и пустых глазниц черепов иногда ловко проскальзывали блестящие на солнце змеи.

— А может лучше пойдём через мины? – Скривив мордочку, простонала пони.

— Как же я мог забыть, — пегас закатил глаза и развернулся к кобылке. – Наша королевская особа из «убежища» не любит змей.

— Но они же могут укусить! – Воскликнула Клэр, со страхом в глазах наблюдая за тем, как к ней медленно подползает чешуйчатая бестия.

— Ох, беда моим больным крыльям, — проворчал жеребец и усадил напарницу к себе на спину, нырнув под неё и выпрямившись. Получилось это настолько резко, что кремовая пони даже пискнула от неожиданности.

Аккуратно перешагивая через ядовитых пресмыкающихся, Дойл быстро вышел из окопа вместе с Клэр на спине и опустился над землей, чтобы она могла слезть с него.

— Конечная, мисс Уитли, — натянуто улыбнулся пегас.

— Очень смешно, — фыркнула та в ответ, с неохотой слезая с импровизированного транспорта. – Впредь не говори со мной таким тоном.

— Да ладно, хватит тебе, я же не всерьёз.

Кобылка тяжело вздохнула.

— Просто… не напоминай мне больше о моём доме, хорошо?

Пегас коротко кивнул в ответ.

Остаток пути Клэр и Дойл прошли почти в полном молчании. Они лишь перекинулись несколькими короткими фразами, когда наткнулись на стаю крыс-мутантов, которую впрочем, быстро спугнули, прибив камнем вожака.

Проведя около четырёх часов изнурительной ходьбы под палящим солнцем, они, наконец, вышли к высоким воротам, обнесённым колючей проволокой с единственным проходом, который сторожила пара часовых.

— Ну вот мы и добрались! – Торжественно констатировал Дойл и обвёл копытом очертание городка. – Новая Марипоза!

Уитли смахнула со лба капельки пота и улыбнулась.

— Я уж думала, что мы умрём от жажды по дороге…

Саму Марипозу было не разглядеть из-за высокого бетонного забора, оставшегося тут с тех времён, когда база ещё функционировала в штатном режиме. Ограждения лишь передвинули с помощью единственного бульдозера и усилий нескольких десятков трудяг, когда поселение начало разрастаться.

Проржавевший насквозь робот-швейцар отворил скрипящие ворота, и под пристальным взглядом охраны гости прошли в город.

Клэр была много наслышана об этом месте, и ей уже не терпелось поскорее увидеть объект восхваления всех торговцев округи. Прикусив нижнюю губу от предвкушения, она шагала по деревянному настилу, пока не завернула за будку КПП и не увидела главную улицу города. Увиденное вряд ли попадало под разряд ожидаемой картины.

— И это Новая Марипоза?… – Подавленно протянула кобылка.

Треснутая везде, где только можно асфальтированная дорога по обе стороны тесно усеянная самодельными домами из кусков металлоконструкций и дерева, многочисленные палатки из дырявой ткани, навесы, а порой и просто подстилки, на которых располагались ободранные бродяги.

— А ты чего хотела? Вылизанных домов с автоматическими дверями, как в убежище?

— Я же говорила тебе, не напоминать мне об этом месте, — разозлилась Клэр и замахнулась копытом на напарника.

Тот сделал пару шагов назад и демонстративно прикрыл голову, изображая испуг.

— Прости, прости. – Дойл снял кепку и провёл копытом по слипшейся гриве. – Не волнуйся, Марипоза не такая уж и дыра, как может показаться на первый взгляд, если конечно знать, где проводить время.

— А ты знаешь? – Уитли прикрыла глаза и уставилась на пегаса.

— Есть тут один приличный паб на примете.

— И чем платить будем?

— Твоей девственностью, — Дойл расплылся в невинной улыбке до ушей, но быстро изменился в лице, когда схлопотал по носу за неудачную шутку.

— Держи свой пошлый юморок при себе!

— Ладно, ладно, не кипятись, — потирая нос, отозвался возмутитель. Хорошо, что бьёшь, как девчонка.

— Могу добавить.

— Лучше пойдём дальше, я урок усвоил, не бойся, — жеребец двинулся вверх по улице, — Сейчас свернём на торговую площадь — будь внимательна, там полно всяких наркоманов и отморозков, — добавил он, оглядываясь на догоняющую Клэр.

На пути всё чаще и чаще попадались прохожие и снующие туда-сюда жеребята. В воздухе царила напряжённая атмосфера, а по округе разливалось множество звуков сливающихся в один протяжный городской гул. По сравнению с Марипозой, поселение 35 было просто небольшим садоводством.

Никому вокруг не было дела до новоприбывших, на них никто даже не смотрел: казалось, что они просто призраки, незаметно плывущие мимо множества отстранённых взглядов.

Спокойно прошагав по торговой улице и миновав десятки прилавков забитых всевозможными товарами, Клэр и Дойл вышли к продолговатому ангару на входе которого висела вывеска со святящейся надписью – «Паб Кантерлотский Рубеж»

По правую сторону ангара стоял танк без гусениц, который своим массивным корпусом служил чем-то вроде забора для соседнего дома. Клэр обратила внимание на эту древнюю махину лишь потому, что на ней сидел прилично одетый гуль и не без интереса посматривал на кобылку. После того, как Уитли это заметила, живой труп поспешил удалиться.

Впрочем, пони не придала увиденному особого значения – мало ли странностей на этом свете?

Несмотря на пошарпанный наружный вид, внутри «Кантерлотского Рубежа» всё оказалось весьма цивильно. Натасканные из разных забегаловок столики и самодельная барная стойка выглядели вполне гармонично. Также приятную атмосферу создавала невысокого роста миловидная певичка, исполняющая на небольшой сцене песню подозрительно похожую на главную тему из фильма «В джазе только кобылки»

Под хрипящие звуки старого проигрывателя, исполняющего заводной мотивчик и под звон бокалов, Дойл проследовал к стойке, на которую облокотился потрёпанного вида жеребец в заляпанном воротнике и бабочке. Уитли поспешила за своим пепельным дружком.

Увидев старого знакомого барпони выпрямился и протянул ротшельду копыто. Тот с улыбкой на лице пожал копыто друга и похлопал его по плечу.

— Давно не виделись, старый авантюрист! – Начал барпони, почесав оборванное ухо. – Полагаю, ты пришёл забрать долг?

— Я тоже рад тебя видеть, Гордон. И ты прав, выплатить долг сейчас было бы очень кстати, — Дойл встал на задние ноги и подпёр подбородок копытом.

— Тебе крышками, или битами НДР? – Спросил Гордон, отвернувшись от посетителей и роясь в своём рюкзаке.

— Давай битами.

Хозяин заведения отсыпал пару десятков блестящих монет, которые за исключением трёх быстро исчезли в кармане Ротшельда.

— На эти сваргань моей подруге что-нибудь поесть и выпить, а остальные я заберу.

— Здесь в ходу биты Новой Демократической Республики? – Удивилась рыжегривая пони, когда отходила от барной стойки в направлении незанятого столика.

Ротшельд пожал плечами.

— Почему бы и нет?

— Ну, она же так далеко отсюда.

— Это не мешает ей подсаживать всех на свою валюту.

Клэр устроилась за небольшим столиком в углу заведения и уже отодвинула второй стул для Дойла, но он поставил его на место и наклонился к напарнице.

— Подожди меня здесь и перекуси одна.

— Эм, а ты куда? – Пони откинулась на стуле и сложила копыта на груди.

— У меня ещё остались кое-какие дела. Надо встретиться с одним старым знакомым, возможно, он поможет с оружием.

— Я смотрю у тебя тут полно «старых знакомых».

— Что есть, то есть, — улыбнулся пегас. – И, кстати, ты не волнуйся, здесь с тобой ничего не случится. За тобой приглядит Гордон, да и, в конце концов, у тебя есть ствол.

— Ага, с одним патроном, — саркастически прошипела кобылка.

— Ну, никому ведь не нужно об этом знать, верно? – Дойл подмигнул и отстранился от столика. – Ладно, я пошёл.

Обладательница изумрудных глаз провожала Ротшельда своим пристальным взглядом до того момента, как он скрылся в прихожей паба. Уитли сразу заподозрила что-то неладное, и в ту же минуту её опасения подтвердились.

Не успев даже выйти из помещения, Дойл начал пятится назад и вскоре упёрся крупом в барную стойку. Клэр вскочила из-за стола, чуть его не опрокинув, и бросилась к пегасу.

Навстречу ей шли два костолома с озлобленными лицами и угрожающе поглядывали то на Дойла, то на его заступницу.

— Прячешься за спину девчонки? Как это на тебя похоже, — проговорил прокуренным голосом тот, что стоял справа. Он был земным пони весьма внушительного размера и в отличие от своего коллеги не носил одежды.

Второй же был облачён в лёгкий бронежилет и серую футболку. Он выглядел несколько менее здоровым, да и челюсть у него была не такая квадратная, зато он был вооружён обрезом, что болтался на его спине.

«Мелкий» стянул с себя оружие и, оглядывая паб пробурчал:

— Большой Брат просил передать тебе привет, Дойл. И кстати, — он резко глянул пегасу в глаза. — Тебе явно не стоило убивать Хребта.

Дойл отодвинул Клэр в сторону и подошёл ближе к своим экзекуторам.

— Мне плевать, что думает Большой Брат, и если уж ему не хватает ума понять, что не стоит убивать кого-нибудь посреди «рубежа», то я ему глубоко сочувствую. Можете так ему и передать.

— А мы и не собираемся тебя убивать, — снова подал голос здоровяк, а затем прислонился к стене. – Ты нужен заказчику живым.

— Поэтому… — Вздохнул второй пони. — Ты идёшь с нами.

«Мелкий» хотел сказать что-то ещё, но услышав щелчок затвора, он резко перевёл взгляд на спутницу Дойла и раскрыл рот от удивления.

— Никуда он не пойдёт, по крайней мере, пока я жива, — дрожащим голосом выдавила из себя кобылка, целясь из автомата в голову жеребца с обрезом.

Клэр стояла так всего несколько секунд, но ей показалось, что прошла вечность и даже больше. Эффект замедления усилился ещё и из-за того, что все посетители бара бросили громко разговаривать и обратили свои взгляды на разыгравшуюся ситуацию. Надо сказать явно не без интереса в глазах. Даже та единорожка, что недавно заливалась песнями, замолчала и смотрела на Уитли.

Сердце бешено стучало в груди, словно стараясь вырваться на волю. В голове отбойным молотком стучали два единственных слова: «Один патрон»

«У тебя же всего один патрон! И как ты собираешься выкручиваться из ситуации?» — Кричала пони сама на себя, не зная, что ей делать. «Стрелять? А справиться ли Дойл со вторым врукопашную? А может этот тип с обрезом уже готовиться его вскинуть и угостить меня дробью? Думай, Уитли, думай!»

Все стояли в полном напряжении, и ловили злобные взгляды друг друга. Клэр даже показалось, что она вспотела больше чем тогда, когда шла по пустошам. Долго так продолжаться явно не могло.

— И долго так будем стоять? – голос здоровяка, наполненный нотками раздражения, буквально взорвал уши Клэр. Естественно, после такой-то тишины…

Ответ последовал оттуда, откуда не ждали.

Судя по всему, Гордон явно не любил подобные ситуации и старался всячески их не допускать. На глазах у всех посетителей он достал из-под барной стойки винчестер, и прильнул к прицелу, зажав оружие в копытах. Ну у какого приличного барпони нет спрятанной винтовки?…

— Валите как вы оба отсюда, а моих посетителей оставьте в покое, — прошипел Гордон, и с громким щелчком снял винтовку с предохранителя.

Здоровяк расхохотался и, отдышавшись, заговорил своим басом:

— Ты не знаешь с кем связываешься, сынок. Опусти свой винчестер, пока по-хорошему.

— Эй, ты, Рыжегривая. Если тебе так понравился этот неудачник, то можешь пойти с нами, тебя мы возможно не убьём, — с ехидной улыбкой вякнул понь в бронежилете и уже потянулся своим копытом к автомату Клэр.

— Вот уж она точно никуда не пойдёт, — послышалось откуда-то со стороны входной двери.

Все присутствующие тут же оглянулись на звук и увидели грациозно вышагивающего из темноты обладателя змеиного голоса.

В паб вошёл тёмно-лазурный единорог, прячущий свои глаза под полями чёрной фетровой шляпы. Под белым воротником на его шее болтался алый галстук.

Неожиданный гость смолил сигару и левитировал в воздухе автомат с деревянным прикладом и круглым магазином.

— А тебе ещё, что за дело? И что за прикид? Играешь в свободное время местного пони-мафиози? – Здоровяк усмехнулся.

«Мафиози» вынул телекинезом изо рта сигарету и приподнял голову так, чтобы можно было разглядеть его сверкающие бордовые глаза и несколько шрамов, рассекающих кожу на лице.

Он выпустил клубок дыма и улыбнулся.

— Отличная шутка, тебе её мама придумала, или сам допёр?

— Ты нарываешься, — прорычал жеребец с обрезом.

— А вы двое уже нарвались, причём по крупному. Проваливайте, пока можете.

В ответ костолом в броне лишь клацнул зубами и вскинул обрез, но это было весьма опрометчивое решение – у «мафиози» оказалась куда более быстрая реакция.

Две короткие очереди в сторону наёмников, стук гильз по полу, несколько вскриков посетителей и всё. Проблемы будто и не было. Теперь единственным отягощающим обстоятельством была лишь пара трупов. Но кого это волновало?

— Хах, добро пожаловать в Новую Марипозу, уроды! – Усмехнулся неожиданный спаситель гостей городка и затушил сигару об труп «мелкого».

— Я так и знал, что Бонни придёт и всё разрулит, — радостно изъявил Гордон и убрал свой винчестер подальше, явно надеясь на то, что не достанет его больше в ближайшие несколько часов.

«За Бонни!» — Дружно воскликнули посетители паба и залпом опустошили свои стаканы.

— Ты, пернатый, можешь делать, что хочешь, — небрежно бросил Бонни, повернувшись к пепельному пегасу. — А вот вы, выхожанка из убежища, обязаны проследовать за мной. Господин Ублюдок ожидает аудиенции с вами…

## Сделка вслепую

— Ублюдок? – Удивилась Клэр и саркастически подняла бровь. – Это такое оригинальное прозвище?

Лазурный единорог ответил вопросом на вопрос:

— Ни разу не слышали об Ублюдке?

Клэр пожала плечами.

— А должна была?

Бонни вынул сигару изо рта, выпустив клубок серого дыма, и вздохнул.

— Считайте, что вы сейчас живы благодаря ему. Ну а теперь… — он натянул шляпу на глаза и развернулся полу боком. – Теперь нам пора, мисс – следуйте за мной.

Уитли недоверчиво глянула на «гангстера», а затем в замешательстве уставилась на молчавшего всё это время Дойла.

Пегас лишь несколько раз кивнул в ответ, давая своё одобрение, после чего легонько подтолкнул свою напарницу вперёд. Больше Клэр ничего не ждала. Мысленно, она распрощалась с другом и зашагала за Бонни.

— Я буду здесь, — бросил Дойл вслед кобылке.

Клэр на секунду приостановилась, развернулась и с улыбкой на лице подмигнула пегасу. Тот смущённо прислонился к стойке. Неожиданно даже для самого себя,он заулыбался в ответ, и проводил взглядом уходящих.

Бонни шёл совсем рядом с Клэр, иногда ускоряясь, чтобы не выбиться из темпа. Время от времени он поглядывал по сторонам, высматривая в трущобах потенциальную опасность. Учитывая, какой контингент обитал в здешних закоулках города, можно было ожидать чего угодно.

«Курьер» не очень торопливо переставлял копыта, сохраняя при этом молчание. За время всего пути он успел около трёх раз проверить состояние патронов в магазине своего автомата. Судя по всему, он любил, когда оружие работало, как часы.

Клэр же в свою очередь не мучала Бонни расспросами, хоть в её голове и верталась целая куча вопросов относительно происходящего. Вместо этого, она решила рассмотреть жеребца получше.

Как оказалось, шрамы покрывали не только его лицо, но и всё тело. Один из них даже рассекал его метку в виде небольшого красного огонька, которая, надо признать, не очень сочеталась с остальным внешним видом.

После недолгих блужданий, Бонни вывел Уитли к полуразвалившемуся двухэтажному зданию, дырявые стены которого были прикрыты заплатками из цельных металлических листов. Сейчас было крайне затруднительно определить, чем служила эта конструкция в прошлом, но это было и не важно.

— После вас, — приоткрыв входную дверь, сказал Бонни и выбросил огарок сигары.

Клэр молча вступила в мрачный коридор с облупившийся зелёной краской на стенах. Сопровождающий её жеребец сделал то же самое и затворил за собой дверь, оборвав короткий луч солнца, тянущийся с улицы.

— Нам сюда, — единорог приглашающе кивнул головой в сторону лестницы, и зацокал копытами по крутым ступенькам. Уитли поспешила за ним.

Второй этаж, по сути, представлял собой небольшую надстройку над первым, и был значительно меньше размерами, поэтому, поднявшись сюда, Клэр не обнаружила длинных коридоров с вездесущей лоснящейся на солнце пылью.

Вместо этого перед ней предстала двухстворчатая дверь, по обе стороны от которой стояли охранники, больше похожие на статуи, чем на живых пони.

Они были удивительно похожи – оба с одинаковым болотно-зелёным цветом шерсти, тёмными бордовыми глазами и серой, почти чёрной гривой. Только вот тот, что стоял справа, был жеребцом, а та, что слева – кобылкой.

Стражи стояли на задних ногах, оперившись на стену, и сжимали в копытах плазменные винтовки, чьи стволы отбрасывали зеленоватое свечение на их чёрные галстуки и белые воротники.

Клэр доводилось видеть плазменное оружие и раньше. Тогда один из охранников поселения 35 прикупил себе плазменный пистолет у одного караванщика, и надо сказать он весьма долго копил на него.

Но то был пистолет, и по огневой мощи он не шёл ни в какое сравнение с тем чудом довоенных технологий, что держали в ногах эти вахтёры.

Бонни смерил даже не моргающую парочку у двери снисходительным взглядом и

обратился к ним:

— Ну, двойняшки, расступитесь, у меня тут важная птица, доставлена по приказу хозяина.

Охранники безмолвно переглянулись и отодвинулись чуть в сторону, а затем синхронно распахнули двери перед пришедшими.

Единорог пропустил кобылку вперёд, а сам остался за дверью.

— Он ждёт вас.

Уитли кивнула и неуверенно поплелась вперёд. Вскоре стук её копыт по паркету сменился мягкими ударами по янтарному ковру, коим был застлан пол помещения. Не успела Клэр оглянуться, как за ней закрыли дверь, оставив наедине с владельцем комнаты.

Посреди этого рабочего кабинета, буквально утопающего в оранжевых лучах заката, стоял письменный стол с прикрученным к нему компьютером, который слегка разбавлял палитру своим бледным салатовым свечением.

За столом ярким пятном гордо восседал белоснежный жеребец. Даже его короткая грива была ослепительно белой. И как он только умудрялся поддерживать себя в такой чистоте?

За его спиной висел хорошо сохранившийся военный плакат, на котором был изображён подмигивающий и ухмыляющийся пегас в солдатской форме. Он нёс в копытах миниатюрную авиационную бомбу и обращался к смотрящему со словами: «Они хотят наши ресурсы, а получат только наши бомбы!»

— Господин Ублюдок, я полагаю? – Тихо спросила Клэр. Чёрт, как же глупо это звучало…

Хозяин повернул голову на звук и поправил чёрные круглые очки на своём носу, после чего отозвался мягким и певучим голосом.

— Да, это я. А вы…

— Меня зовут Клэр, — быстро ответила кобылка, – Уитли, — добавила она после короткой паузы.

— Очень приятно, Клэр. Жаль, что я не могу вас увидеть, но что-то мне подсказывает, что вы весьма миловидная особа.

— Право, не стоило, — Клэр махнула копытом.

— Вы считаете? – Ублюдок пододвинулся поближе к столу. – Ах да, простите мою чудовищную бестактность! Вот, присаживайтесь, — воскликнул он, указывая на стул рядом со своим столом.

Клэр охотно уселась напротив и ещё раз обвела слепого пони взглядом.

Что ж, он был очень подозрительным типом, даже более подозрительным, чем Бонни. С одной стороны его плавный голос успокаивал, внушал некоторое доверие, как и вся манера говорить, задействуя при этом каждую мышцу лица. Ну а с другой же стороны, его слепота, внешний вид, а уж тем более его имя, наводил на неприятные мысли.

Клэр подавила своё волнение и решилась заговорить:

— Перед тем, как вы объясняет мне, зачем я тут, я бы хотела задать один вопрос: почему вас прозвали Ублюдком?

Жеребец сложил копыта на столе и вздохнул.

— Мне не хотелось бы начинать наше знакомство с этой истории, но если вы настаиваете…

Клэр уже пожалела о том, что спросила. Вряд ли это будет рассказ из приятных. От нахлынувшего волнения у неё даже слегка задрожали ноги.

— Это случилось несколько лет назад, когда я ещё хоть что-то видел… — Мечтательно протянул он и развернул голову к окну, чуть-чуть прикусив нижнюю губу. Рыжий свет залил его лицо, а сам он продолжил:

— Помнится, тогда я жил с родными в городке под названием Рокетвиль. Как-то поздно вечером я вернулся домой в стельку пьяный и направился в комнату своей матери. Она лежала на диване, и спала. Я подошёл ближе, а затем моё копыто скользнуло ей прямо… в сумочку. И я достал оттуда последние десять крышек…

Закончив историю, Ублюдок повернулся обратно к Клэр и натянул на лицо ухмылку.

— С тех пор меня так называют.

Клэр с облегчением выдохнула и устроилась на стуле поудобнее. А этот Ублюдок явно любит пощекотать нервы. Интересно, правдива его нелепая история?

— Откуда у вашей охраны такие дорогие игрушки?

Собеседник Клэр откинулся на стуле и лукаво ответил:

— Скажем так: мои услуги пользуются популярностью в этом городе, а за услуги принято платить.

— Вы что-то типа мэра города?

Ублюдок усмехнулся.

— Почти в десятку, моя дорогая леди, — он приложил одно копыто к груди, а вторым обвёл город за окном. — Я – закон и правосудие, тот, на кого надеются нищие и прокажённые жители Марипозы, когда их права притесняют. Я шериф, если вам так будет угодно. И…

— И… — Клэр прищурила брови.

— И скромностью я никогда не страдал, никогда, — последнее слово жеребец протянул со слащавой ухмылкой на лице, делая на него особенный упор.

— Я заметила.

Несмотря на весь свой излишний пафос, Ублюдок начинал всё больше и больше нравится Клэр. Было в нём, что-то привлекательное, и даже грациозное.

Долго ждать очередного ответа кобылке не пришлось. Лицо белого пони сделалось более серьезным, и он наклонился вперёд.

— Мне правда нравится общаться с вами на отвлечённые темы, но всё же, давайте, наконец, перейдём к делу. Так вот, мои наблюдатели заметили на вас пип-кольт и эту сние-жёлтую одежду. Надо полагать, что вы прибыли к нам из поселения 35?

Клэр усмехнулась.

— А может быть я убила владельца всех этих вещей и забрала их себе?

— Судя по описанию, вы не похожи на мародёрствующего убийцу, — Ублюдок снова натянул на лицо свою фирменную улыбку.

Уитли почувствовала резкую боль в груди и опустила голову на стол, а затем стукнула по нему копытами и истерически расхохоталась. Наверное, сейчас он выглядела, как законченная психопатка.

— Не похожа? – Сквозь частые вздохи проговорила кобылка. – Так уж не похожа? Знаете, а вы правы, ни черта не похожа! – Она схватилась копытами за голову и застонала.

— Благой дух Селестии, как же я устала, всего за один день… Один чёртов день, а так устала…

Не поднимая головы, пони услышала, как Ублюдок встал из-за стола и медленно подошёл к ней. Вскоре она почувствовала его копыто у себя на плече и позволила себе слегка приподняться. На неё «смотрели» тёмные кругляшки чёрного стекла, отблескивающие рыжим свечением.

— Клэр, я знаю, что вашего дома больше нет, но вы должны быть сильной, — неожиданно мягким и успокаивающим голосом начал хозяин кабинета. Он наклонился ближе к, и почти прошептал:

— Я должен знать, что там произошло.

Клэр смахнула с правого глаза слезу и шмыгнула носом.

— Забавно, я пообещала сама себе, что не пророню больше ни одной слезинки, но это оказалось слишком сложно. Когда твой , пусть и не идеальный, но всё же твой мир рушится прямо у тебя на глазах… Если всё так плохо в моём случае, тогда... – Она перевал взгляд на жеребца и её уши слегка поджались. – Тогда что же испытывали пони двести лет назад, когда под вой сирен сломя голову бежали в убежища?

Уитли окончательно выпрямилась и отвернулась к окну.

— Простите, меня, это просто глупые мысли вслух.

— Всё в полном порядке, — Ублюдок отмахнулся копытом.

— Увы, я буду вынуждена вас разочаровать — вероятно, что я знаю даже меньше вас. Всё произошло так быстро. Выстрелы, взрывы… Возможно я одна уцелела, да и то только потому, что смогла сбежать через тоннель ведущий вглубь пустошей. Я даже не видела нападающих.

Ублюдок, кивал и внимательно слушал, а когда Клэр закончила он наощупь определил, где находится его стул и подтащил ближе к кобылке, а затем присел на самый его край.

— Мои подчинённые обшарили всё в деревне буквально час назад: ничего кроме трупов резидентов и охраны. Нападающие даже не вынесли ничего ценного, они просто перевернули всё вверх дном, словно искали что-то, или кого-то…

— А как вы узнали о нападении? – Удивилась Уитли.

— Кто-то из ваших успел подать сигнал бедствия, но, увы, мы опоздали, — Жеребец тяжело вздохнул. — Хотя, если учесть, что многие ваши охранники даже не успели опустошить магазины своих винтовок, то можно предполагать, что моих ребят бы там погребли заживо.

Клэр потянулась к медальону на своей шее и достала его из-под одежды. Что-то в глубине сердца подсказывало юной пони, что её новому знакомому можно доверять. Да и потом, кто ещё сейчас может ей помочь?

— Кажется, я знаю, что они искали…

Ублюдок навострил уши и поднял брови.

— В самом деле?

— Это, — Клэр вытянула алое украшение на свет.

Жеребец неуверенно потянулся к медальону копытами.

— Вы позволите?

— Да, разумеется.

Ублюдок принял вещицу и принялся пристально её ощупывать. Он зачем-то долго вертел её свету, при этом не глядя в её сторону. Жеребец провёл кристаллом по коже на правой ноге, потряс около уха, и даже обнюхал со всех сторон.

— Вне всякого сомнения, это кризалит.

— Что, простите? – Переспросила Клэр и пододвинулась ближе.

— Кризалит, — повторил Ублюдок. – Это очень редкий кристалл, обладающий большим магическим потенциалом. До войны на него возлагали большие надежды, но не срослось – уж слишком он был редок, чтобы вытянуть весь мир из энергетического кризиса. Ну а иногда его просто использовали для того, чтобы записать на него важную информацию, которую можно будет вытянуть только специальным заклинанием.

— И вы полагаете, что это наш случай, с информацией?

— А вот теперь в десятку, — жеребец слега повеселел и снова заулыбался.

Клэр подпёрла голову копытом.

— Ну не знаю, — промычала она. – Я даже не могу предположить, чего такого важного могли хранить мои соседи на этом камушке, чтобы кто-то вырезал ради этого целый город…

— А у вас были родственники? – Этот вопрос был несколько неожиданным для Клэр.

— В каком смысле? Тьфу ты, то есть, зачем вам это знать?

— Чистый интерес, — Ублюдок поднял копыта перед собой и слегка потряс ими в воздухе.

В голове Клэр поселились сомнения, вопрос явно был задан неспроста. Но при чём тут её родственники? Её отец был простым смотрителем, а мать и подавно не имела никаких интересных навыков.

— Мой папа был смотрителем поселения, причём ещё с тех времён, когда мы жили под землёй. А про мать я почти ничего не знаю. Разве только то, что она была самым обычным резидентом убежища. Оба они погибли, когда я была совсем маленькой.

Жеребец приложил копыто к переносице.

— Что ж, это явно очень запутанная история. Те, кто напали на вашу деревню, явно не остановятся на достигнутом и будут вас искать. Но сейчас не о чём беспокоится: вашу безопасность за стенами Марипозы я могу гарантировать.

— Есть ещё кое-что важное, — Уитли уставилась в пол и задумалась.

— Я вас внимательно слушаю.

— Перед тем, как отдать медальон, смотритель поселения наказал мне найти некоего Себастиана Блейка.

Ублюдок откинулся на спинку стула и приложил копыто к подбородку.

— Блейк… Нет, ни разу не слышал.

Уитли глянула на компьютер, невольно при этом, задумавшись, как хозяин умудряется им пользоваться, и чуть поразмыслив над ответом, сказала:

— Мне бы пригодилась любая помощь в поисках этой загадочной персоны, сейчас это моя единственная цель. Я просто обязана разобраться, что происходит, а возможно и спасти важную информацию, — после этих слов она глянула на медальон, лежащий в копытах белого пони.

Какое-то время они просидели в тишине, прислушиваясь к шумам за окном, и шелесту ветра. Ублюдок упёрся копытом в стол и почесал переносицу и первым прервал молчание.

— Хорошо, — наконец объявил жеребец, — с этого момента мы будем сотрудничать. Я помогу вам отыскать этого Блейка, но при одном условии: Бонни будет путешествовать с вами.

— Хех, мне сегодня просто дьявольски везёт на попутчиков.

— Бонни не просто попутчик, он профессиональный убийца и просто весёлый раздолбай. И потом, вы, наверное, уже догадались, что я заинтересован в поисках ответов не меньше вашего.

— Вербуете меня? – Клэр снова усмехнулась.

Ублюдок наклонил голову и заулыбался пуще прежнего.

— Нууу, в каком-то смысле этого слова. Вы теперь работаете не на меня, а со мной, и уверяю вас: я такими предложениями не разбрасываюсь.

— И почему именно я удостоилась такой чести? – С немалой долей скептицизма в голосе спросила Уитли.

— Над пустошью сгущаются тучи, грядёт грандиозное представление, и я более чем уверен, что вам отведена далеко не последняя роль во всём это водевиле.

— Что ж, я рада, что мы пришли к консенсусу, но осталась последняя и весьма значимая деталь.

Ублюдок скрестил копыта на груди.

— И дайте ка угадаю, эта деталь носит зелёную рубашку на теле, а за спиной побитые серые крылья?

— А теперь в яблочко целите вы, — Уитли коротко рассмеялась, — Всё верно, его зовут Дойл, и он мой друг. С ним приключилась неприятная история, и я согласилась помочь ему. Он со мной, а значит и с вами.

— Стало быть, вам двоим нужно подсобить? И какова эта «неприятная ситуация»?

Уитли резко встала со стула и позвала Бонни. Тот не заставил себя долго ждать и моментально ворвался в комнату с автоматом наперевес. Впрочем, когда он убедился, что всё в полном порядке, то поспешил повесить оружие за спину.

— Таааак, вы не ошиблись, я вам действительно нужен? – С недоумением протянул «гангстер»

— Определённо, — утвердительно ответила Уитли, — Мы теперь вроде как партнёры, поэтому давай на «ты», хорошо? Так вот, не расскажешь боссу о том, что произошло сегодня в баре?

Бонни состроил непонимающее лицо и недоверчиво посмотрел на кобылку, затем и на хозяина. Постояв так с полминуты, он усмехнулся и слегка приподнял поля шляпы.

— Мда, мне явно стоило зайти раньше, а то тут гляди ещё в и рабство продадут за твоей спиной. Ну, ладно, «партнёр» будь по-твоему. Итак: я буквально полчаса назад пристрелил двух прихвостней Харона. Или "Большого Брата", как они его называют.

Ублюдок приложил копыто к лицу.

— Я так и знал, что эти подонки не остановятся на городке старателей и пойдут дальше. О времена! Спасу нет от всякой мрази. И что, у нас намечается крупномасштабная война?

Бонни почесал затылок.

— Да нет, мне показалось, что им был нужен только тот странный пегас.

— Ни слова больше, — Ублюдок поднял копыто в воздух, — Харон наехал на нашего

маленького Дойла и теперь не отстанет от него, а значит, не отстанет и от нас.

Клэр пристукнула копытом по столу и воскликнула:

— Именно! Я обещала Дойлу разобраться с этим, ээээ… Хароном, так?

Оба жеребца разом кивнули.

Какое-то время Ублюдок просидел, молча «глядя» в потолок, а затем поднялся со стула и решительно заявил:

— Ладно, пора преподать урок этому зазнавшемуся идиоту. Взял Демовиль, возьмёт и Марипозу, если его не остановить. Бонни!

— Да? – Отозвался единорог.

— Бери Гензель и Гретель и сообщи механикам, что нам нужна машина на ходу – завтра выезжаем на дело.

Бонни потянулся до хруста в костях и достал из-под шляпы сигару, а затем отправил её в рот.

— Очередная грязная работёнка, хах?

— Эй, я же запретил тебе курить в помещении! – Воскликнул белоснежный жеребец.

— Извини, но такая устоялась традиция – я всегда закуриваю после того, как ты даёшь мне задание, независимо от степени его нелепости.

— Напомни ка, почему ты всё ещё работаешь тут? – Ехидно спросил Ублюдок и подошёл к единорогу.

— Потому, что я чертовски полезный сукин сын? – Не глядя на собеседника, Бонни откусил от сигары запечатанный кончик и поднёс ей ближе к своему засветившемуся бирюзовым светом рогу.

Жеребец зажмурился и мгновением спустя рядом с ним в воздухе появилось небольшое пламя, которое он перенёс чуть в сторону и прикурил от него.

Клэр давненько не видела ничего подобного. Максимум, что могли все её знакомые единороги, так это левитировать предметы, да и то с переменным успехом. Бонни же умел создавать огонь, и что-то подсказывало, что это далеко не предел его возможностей.

— Нет, потому что мы старые знакомые и столько всего прошли вместе, что я просто не могу выкинуть тебя отсюда, а ты этим пользуешься, мерзавец.

Единорог пожал плечами.

— Просто признайся, что без меня ничего не умеешь. Бонни сделай то, Бонни сделай это, — с улыбкой на лице и, пыхтя табачным дымом, ответил «гангстер»

— Попререкайся мне ещё тут! – С наигранным раздражением бросил хозяин кабинета и вернулся за своё рабочее место.

— Моя дорогая Уитли, я буду вынужден попросить вас об одном одолжении, взамен на все мои услуги, поверьте, это мелочь.

Кобылка облокотилась на стол.

— Будет вполне справедливо, если я тоже вам помогу. Что я должна сделать?

— Мне сообщили, что ваша метка может быть как-то связана с радио, это правда?

— Чистейшая правда. Собственно я и сеть радиотехник, это моё призвание.

— Что ж, это прекрасно! Вам ведь доводилось слышать об «ударной волне»?

— Ещё бы, я почти каждый день слушала эту станцию. И мне не нужно объяснять, что её студия находится совсем неподалёку.

— Тогда, я полагаю, что вы с удовольствием поможете своим кумирам. У Смарт Фокса проблемы: Пару часов назад из строя вышло оборудование, а нашего последнего радиотехника сожрали крысы-мутанты, когда он валялся пьяным в канаве. Справитесь с починкой?

— Ну, вообще-то раньше я занималась работой попроще, но моих знаний должно хватить, чтобы разрешить эту проблему.

— Ну, тогда решено, — Ублюдок указал на единорога копытом, правда слегка промазав, но это не так важно, ведь Бонни послушно встал туда, куда указывал нога босса. – Бонни, сейчас ты отведёшь Клэр в студию, после чего приведёшь мне этого Дойла – надо с ним потолковать с глазу на глаз.

Жеребец поправил шляпу и развернулся к выходу.

— Будет выполнено.

— Что ж, вам пора. Было очень приятно поболтать, мисс Уитли, — Ублюдок протянул ей копыто и та не задумываясь, стукнула по нему своим.

Выйдя из кабинета и закрыв за собой двери, кобылка громко выдохнула и облегчённо зашагала за Бонни. Как же хорошо, что всё прошло удачно.

Почти всю дорогу до студии, Клэр только думала о словах Ублюдка. Над пустошью сгущаются тучи, — что он вообще имел в виду? Да уж, этот тип знает больше, чем рассказывает, это факт. И вообще, всё его богатое окружение с передовым оружием внушало некоторые сомнения в его искренности. Но с другой стороны, если бы его намерения не были бы дружественными, он бы спокойно убил её, после того, как получил нужную информацию, но он этого не сделал.

Студия представляла собой высокую радиовышку, у основания которой стояла небольшой барак. Не удивительно, учитывая, что раньше там стояла всего пара раций для связи с соседними базами, а не студийное оборудование.

Бонни завёл Клэр в помещение и, попрощавшись, отправился по делам, предоставив её самой себе.

Клэр оказалась в небольшом предбаннике, заставленном стульями, столами. Креслами и прочим хламом. Рядом со всем этим нагромождением была железная дверь с табличкой «Тихо, идёт запись!»

Что ж, сейчас запись не могла вестись из-за неисправности оборудования, поэтому Уитли со спокойной душой постучалась в дверь и, не дождавшись ответа, неторопливо вошла внутрь.

Внутри студии приглушённо работал электрофон, выдавая заунывное соло на саксофоне, и как всегда туда-сюда металась царица всех здешних помещений – бытовая пыль.

— Эй, а ты случайно не наш новый ремонтник? – Послышался со стороны хриплый и

надрывистый голос. Клэр вздрогнула от неожиданности и резко глянула направо.

Перед небольшим столом, заваленным стопками виниловых пластинок сидела

тёмно-серая кобылка-гуль с длинной чёрной гривой. Она держала в копытах армейские наушники и внимательно смотрела на неожиданного визитёра бледными фиолетовыми глазами.

— Ой, прости, если напугала, — гуль дружелюбно улыбнулась, — Ты присаживайся, не стесняйся.

Клэр молча уселась на табуретку напротив обитательницы помещения и рассмотрела её внимательней.

Шею кобылки украшал слегка запятнанный белый воротничок и несколько потрёпанная розовая бабочка. На её боку ярким светом выделялась метка в виде аметистового скрипичного ключа.

— Меня зовут Октавия, ну а тебя как?

В ответ Клэр также тепло улыбнулась и ответила.

— А я Клэр, и я действительно новый механик, — кстати, — она оглянулась с выискивающим взглядом, где сам Смарт Фокс?

Октавия положила наушники на стол.

— Он ненадолго отошёл, скоро появится и скажет, что тебе делать дальше. А пока можем поболтать, я люблю общаться с новенькими. Ну, если ты не против конечно.

Несмотря на гнилой вид, эта кобылка была весьма милой. В отличие от многих других гулей у неё было не так много язв на теле, а грива была опрятно уложена. Пожалуй, некоторые рейдеры выглядели более отвратительно, чем Октавия.

— Неа, — Уитли тряхнула головой, — я не против.

— Вот и славно! Сейчас, я только выключу этот мрак, — она потянулась к проигрывателю и выключила его.

— Итак, — гуль снова развернулась к новой знакомой, — судя по твоему внешнему виду, и вот этой вещицы на твоей ноге, — Октавия пару раз легонько стукнула кончиком копыта по экрану пип-кольта, — ты у нас выхожена из убежища, да?

Клэр поднесла устройство к лицу и глянула на него впервые за долгое время.

— Ну, не совсем так. Я родилась уже тогда, когда наши вышли на поверхность и стали заселять округу.

— Значит, ты из тридцать пятого, верно?

Уитли кивнула.

— Собственно, мне даже нечего рассказывать, о жизни под землёй. Мы разобрали убежище, чтобы сделать из его деталей дома, поэтому я даже не знаю, как оно выглядело.

Октавия прислонилась к стенке позади неё.

— Эх, а вот жаль, всегда хотелось узнать, каково там жить. Знаешь, забавно так получилось, но когда грянул атомный гром, я была на поверхности и в итоге пережила тех, кто скрылся в убежищах.

Клэр в изумлении подняла брови.

— Погоди, так ты из тех редких гулей, что жили ещё до великой войны?

— Совершенно верно! – Октавия приложила копыто к груди и закрыла глаза.

— Ух ты! Так ты же просто кладезь интереснейшей информации!

— Хех, сразу видно, что ты не из этого города, а то все остальные мне все уши протрещали с просьбами рассказать о том, как жилось двести лет назад. Но я с удовольствием расскажу ещё раз!

Клэр устроилась поудобнее и пододвинулась ближе к Октавии, при этом обратив внимание, на то, что от неё не исходит тошнотворный запах мертвечины, как от остальных гулей.

— Итак, с чего бы начать? А, вот с чего! Я была музыкантом — играла на контрабасе и скрипке. Не сказать, что я была самой успешной во всей Эквестрии, но мне доводилось лично видеть даже принцессу Селестию, когда я играла на торжественных мероприятиях в Кантерлоте.

Октавия скинула с глаз упавшую прядь волос и продолжила.

— Тогда было замечательное время. Технологии плотно вошли в наш обиход, буквально сплелись с магией в одно целое. Города разрастались, строились всё новые и новые предприятия, в общем, страна процветала!

Гуль сложила копыта на груди и сделалась чуть серьёзнее.

— Правда, всего этого нельзя было сказать об остальном мире, раздираемом войной. Эквестрия долго оставалась в стороне, копила силы, но наши ресурсы тоже были не бесконечными – энергокризис пришёл и к нам.

— Это тогда ещё Эквесрия аннексировала Зебранд? – Спросила Уитли, припомнив уроки истории.

— Совершенно верно. Сформировали единый фронт, набрали зебр в армию, а толку? Грифоны всё равно дошли почти до самой столицы. Это было, если мне память не изменяет двадцать второе октября, а на следующий день, двадцать третьего на землю посыпались ядерно-магические бомбы.

— А где была ты в этот день?

— Мне тогда не повезло – я была почти в эпицентре. Мне нужно было в столицу, и меня согласились подбросить солдаты, ехавшие на фронт. Вот тогда нас и накрыло. Я если честно до сих пор не понимаю, каким чудом осталась жива. Тебе когда-нибудь попадались летающие танки?

— Эм, нет...

— А мне попалась, причём целая рота. Сначала их волочило по земле взрывной волной, а потом просто подбрасывало в небо. Такая же судьба ждала и грузовик, в котором я ехала. Громкий гул, крики, ужас в глазах, эх… мне иногда это сниться до сих пор. В общем, я потеряла сознание и очнулась уже в таком виде.

Октавия вздохнула.

— Прости, я не хотела ворошить неприятные воспоминания, — извинилась Клэр. Впрочем, Октавия тут же повеселела.

— Ой, да брось ты, это было аж двести лет назад! Иногда даже не верится, что так давно, — она наклонилась ближе к собеседнице.

— А ты знаешь, всё это ерунда, главное, это то, что все эти бомбы были наделены не слабым магическим зарядом, и это очень сильно сказалось на всей нашей планете.

— Я об этом слыхала, — кивнула Клэр, — раньше землю крутили аликорны…

— А ты не так мало и знаешь. Да, это действительно имело место быть. Две

могущественные сестры – Солнце и Луна. И не только они! Погода подчинялась пегасам, каждый единорог был силён в магии, да даже земные пони типа нас с тобой обладали магической начинкой! А сейчас? Сейчас вся природа научилась жить сама по себе. Эти бомбы выплеснули слишком мощную магическую волну, они изменили всё сущее.

— Я даже не могу себе представить, что Солнце и Луна когда-то подчинялись двум аликорнам. Похоже на сказку, — задумчиво протянула Клэр.

— Поверь, даже мне сейчас это кажется сказкой. Мир, построенный на магии остался без неё…

— Кстати, а чем ты тут сейчас занимаешься? – Клэр решила перевести разговор в другое русло.

— Я то? Разбираю старые пластинки и составляю Смарту плей-листы, да мечтаю обо всём подряд.

— Например?

— Например, о том, чтобы кто-нибудь подарил мне музыкальный инструмент, совершенно любой! Не поверишь, но эти дикари пустили все инструменты на растопку и переплавку, мол, они сейчас никому не нужны!

Клэр усмехнулась.

— Да уж, варвары. А знаешь что? Если мне попадётся скрипка, или что-нибудь ещё я обязательно принесу её тебе.

— Это было бы просто замечательно, — Октавия улыбнулась, — я то уж в долгу не останусь.

— Кхм, кхм… — Донеслось со стороны двери. Коыблки тут же повернули головы.

— Простите, что прерываю, дамы, но пора бы уже и поработать.

— Фокс в своём репертуаре, тихо подкрался и стоял-слушал. Небось ждал откровений, а? – Обратилась к вошедшему серая пони.

Клэр даже и не думала, что Смарт Фокс и в самом деле выглядит как лиса. Тонкие ноги, несколько худощавое телосложение, но самое главное – рыжий окрас шерсти, с чёрными «чулками» на ногах и белой полосой от живота и до подбородка. Хвост тоже был более пушистым, нежели у других пони и напоминал лисий. Клэр в голову даже пришла идиотская мысль о том, что Смарт может быть лисой-мутантом.

Радиоведущий внимательно осмотрел Клэр и прищурил свои и без того не очень широкие ярко-жёлтые глаза.

— Я так понимаю, что вы та самая Клэр, которую мне посоветовал в качестве нового ремонтника Ублюдок?

Клэр слезла со стула и встала напротив Фокса.

— Да, я действительно Клэр и я тут, чтобы починить ваше многострадальное оборудование, — она обвела копытом всю комнату, — но скажу сразу: я не останусь тут на полной ставке.

— Что ж, жаль, жаль, — с досадой произнёс «лис» вы ведь знаете, что сейчас не так уж и много умудрённых в вашем деле пони. Но да ладно, давайте я вам покажу, что вы должны сделать.

— С удовольствием вам помогу, но для начала хотела бы сказать вам, что я ваша преданная фанатка и почти не пропускаю ваших выпусков, — Довольно произнесла Клэр.

Фокс потёр копытом подбородок и улыбнулся.

— Хех, я рад, что у меня так много фанатов. Мне оставить тебе автограф?

Автограф не потребовался, и Клэр спешно приступила к работе. Оказалось, что из строя вышел один из передатчиков и внешний осмотр не выявил причин поломки, поэтому она приготовилась вскрывать его, вооружившись всевозможными инструментами и запчастями со склада радиостанции. Надо сказать, что там было полно деталей, о которых Клэр могла только мечтать, когда работала в родной деревне.

Проковырявшись в передатчике около пятнадцати минут, кобылка выявила причину поломки и в течение часа пыталась её устранить, после чего сделала небольшой перерыв и вернулась к работе. Ближе к ночи всё было готово.

Смарт лично поблагодарил Уитли за проделанную работу и предложил ей переночевать у них на радиостанции. Он проводил гостью в жилое помещение и предоставил ей один из лежащих на полу матрацев.

Это конечно был не привычный диван из старой коморки, но сейчас кобылке было всё равно. Не раздеваясь, она завалилась на ложу и перевернулась на спину. Этот день вышел просто безумным.

Всего-то чуть больше, чем за полсуток Клэр лишилась старого дома, завела новых знакомых, ввязалась в очень опасную авантюру, да ещё и лично встретилась с работниками «ударной волны» Расскажи ей кто обо всём этом пару дней назад и она бы посчитала этого пони полным психом.

Разглядывая вертящийся на потолке вентилятор без одной лопасти, она быстро почувствовала, что засыпает и сомкнула глаза.

## Чернильные пятна

— Я тебя отымею и в хвост и в гриву, тварь!

Дробь с грохотом вырвалась из ствола обреза и врезалась в висевшую на стене рамку для фотографий. Та моментально разлетелась на множество кусочков, и град миниатюрных осколков посыпался на пригнувшегося единорога в длинном коричневом плаще.

В следующую секунду, взъерошенного вида жеребец выхватил зубами кухонный нож и, рыкнув, кинулся на противника, однако сразу же получил копытом по челюсти, отчего отпрянул назад и разжал зубы. Ножик едва слышно звякнул лезвием об пол и покатился в сторону.

Пегас сверкнул в полумраке красными стёклами своего противогаза, быстро сократил расстояние и начал яростно избивать неудачливого стрелка, пока тот с хрипом не повалился на пол, гремя цепями на своей растрёпанной одежде.

Без каких-либо промедлений, единорог достал из кобуры револьвер и пустил пулю в голову обездвиженному врагу.

— Я бы приказал тебе его прикончить, но у нас нет времени на твои колебания, — с раздражением бросил пони в плаще, и принялся спешно обыскивать карманы убитого.

В дверном проёме показался молодой пегас с короткой серой шерстью. Он с опаской поглядывал назад, делая неуверенные шаги вперёд.

— Вот чёрт, у этого рейдерского отребья даже ничего полезного с собой нет! — Воскликнул единорог и встал с пола, не забыв при этом пнуть бездыханное тело.

Пегас поправил на голове каску округлой формы и повернулся к напарнику, после чего обратился к нему запыхавшимся голосом.

— Вижу, ты как всегда не страдаешь от лишней сентиментальности.

— Сантименты прибереги для придорожных шлюх — может скидку сделают, а тут война Дискорд её дери, — единорог убрал оружие и стукнул копытом по бронежилету обладателя крыльев. – И не забывай об этом, а теперь – двинули.

Солдаты быстро покинули дом через огромную дыру в стене и небольшими перебежками сквозь руины направились к полуразрушенной школе, откуда ещё совсем недавно доносились выстрелы.

Пони в полицейском противогазе прильнул к стенке у входа в здание из красного кирпича и жестом подозвал к себе своего спутника. Когда пегас догнал командира, они вместе вошли внутрь школы, стараясь наступать как можно тише и аккуратнее.

Сразу же перед первым поворотом из-за угла послышался топот копыт нескольких пони, но вскоре шаги затихли, а невидимые гости так и не появились в поле зрения.

Оба бойца сильно насторожились, но командир приказал пегасу отставить огонь и отвёл в сторону его винтовку.

— Трефы, — насколько возможно громко через противогаз сказал единорог.

— Пики, — несколько секунд спустя послышалось в ответ из-за угла.

Пегас облегчённо выдохнул и вместе с командиром направился дальше по коридору. Навстречу им вышли несколько бойцов в такой же оливковой униформе и в бронежилетах, на которых был изображён двуглавый дракон.

Одна из солдат, кобылка в зелёном берете и с золотыми рангами на рукавах, подошла к боевым товарищам и, отдав честь пони в плаще, громко представилась:

— Сержант Гилти, третий стрелковый батальон. По вашему приказанию здание школы зачищено, сэр.

Единорог снял шлем с интегрированным противогазом и провёл копытом по растрепавшейся бурой гриве. Затем он повесил больше ненужную поклажу на пояс и направился вперёд. Остальной отряд направился за ним, а сержант поспешила поравняться с главным бойцом.

— Что с потерями? – Быстро спросил единорог.

— Один убит, трое ранено. Мы держим раненых в классной комнате, вместе с пленными.

Можно было подумать, что жеребец услышал только последнее слово, потому что он чуть ли не бегом направился дальше, пока не нашёл взглядом нужную комнату. Гилти догнала его и жестом пригласила в класс.

Комната была завалена запыленными партами, которые солдаты небрежно сдвинули в кучу, чтобы те не мешали. Под копытами хрустело битое стекло, перемешанное с камнями и кусками облупившейся штукатурки. На стенах ещё остались пожелтевшие от времени детские рисунки.

Рядом с доской, на которой кто-то вывел три большие буквы «НДР», на подстилках лежали трое пони, рядом с которыми копошился медик. В другом углу отрешённо сидел радист, нацепив на голову наушники.

Но особенно в глаза бросались пятеро рейдеров, расположившихся вдоль одной из стен. Точнее рейдером из них была лишь одна, а остальным было ещё рано идти по пути родителей.

Грязная, как трубочист кобыла в традиционной для рейдеров одежде, была окружена четырьмя жеребятами, которые испуганно жались к ней, но не произносили ни звука. Рейдерша приобнимала детей копытами и выжидающе смотрела на вошедшего в комнату единорога.

— Пленными, да?

Гилти вздрогнула, услышав голос командира.

— Сержант, вы знаете, что нужно делать с ними, — он отвернулся и сделал пару шагов в сторону. Затем он осмотрел оставшихся бойцов и наткнулся взглядом на своего напарника.

Гилти уже подняла копыто с примастерённым к нему пистолетом, но её остановил командир.

— Отставить, сержант. Это сделает рядовой Дойл.

Серый пегас медленно вышел вперёд, старясь не смотреть на пленных. Он помялся на месте, а затем волнительно промычал:

— Я не буду этого делать.

Откуда-то из комнаты послышался смешок, а затем и перешёптывания в которых можно было различить такие слова, как «салага» и «слабак»

Единорог закатил глаза и отвёл солдата в сторону. Потом он обвил своё правое копыто вокруг шеи Дойла и наклонился ближе к его лицу.

— Невыполнение приказа карается смертью. Если ты думаешь, что я пощажу тебя, только потому, что ты мой брат, то ты сильно ошибаешься.

— Я солдат, а не палач! – Попытавшись освободиться, возмутился пегас.

Единорог усилил хватку.

— Ты мой солдат, ясно?! Прекрати уже позорить меня и весь род Ротшельдов!

— Думаешь, что если ты рейнджер, то тебе всё дозволено? Думаешь, что если мы чуть цивилизованнее по сравнению с этими аборигенами, то мы имеем право их казнить?!

— Не я писал законы военного времени, но я с ними, чёрт возьми, согласен! Эта шваль всё равно будет грабить и убивать, когда вырастет, кончай жить иллюзиями! – Сердито прошипел командир.

— Ты как всегда во всём так твёрдо уверен… — Дойл снова забрыкался, — можешь отпускать, я сделаю это.

Рейнджер отпустил брата и похлопал его по спине.

— Мы всё равно не сможем спасти всех, поэтому стреляй и ни о чём не думай.

«Стреляй и ни о чём не думай» — в этих коротких словах можно уместить весь огромный текст присяги, которую когда-то Дойл давал новой демократической республике. Разве можно точно сказать, какой путь выберут эти несколько пленников? Они не выбирали, где им родиться, но у каждого есть выбор: жить как пони, или как рейдер.

— Чем я лучше них? – Прошептал про себя пегас, неловко шагая вперёд.

Он не смотрел под ноги, поэтому случайно пнул пустую бутылку, которая со звоном докатилась до пони, ожидающих смерти. Рейдерша смерила Дойла презрительным взглядом, но зачем-то кивнула ему.

Дойл потянул зубами за неприметный ремешок, и его автоматическая винтовка высвободилась из стрелково-ременной системы. Он встал на задние ноги, держа равновесие, как учили на стрельбах и обхватил свой М1 копытами.

Первой в прицеле оказалась взрослая кобыла, но Дойл не знал, в кого ему стрелять сначала. Он поводил прицелом из стороны в сторону и снова остановился там, откуда начал. Сначала она, жеребята – потом. Нужно сделать всё быстро и ни разу не промахнуться. Но как это сделать, если сердце стучит, как паровоз?

Боец уже был готов нажать на спуск, но только сейчас он заметил, что все четверо жеребят не спрятали свои лица в страхе, а наоборот, смотрят прямо на него своими большими и непонимающими глазами. Нужно было решаться, сейчас.

По ушам больно ударил первый выстрел, а затем второй и третий. Дойл уже не верил, что они когда-либо прекратятся. Две пули угодили в цель, третья врезалась в стену. Пегас стрелял в одну цель три раза, чтобы наверняка, чтобы ни в коем случае не ранить.

Рейдерша получила два выстрела в голову, поэтому она быстро откинулась назад и обмякла всем телом, но продолжая держать копыта на детях, которые съёжились от страха, но по-прежнему молчали.

Пегас проклял всё на свете, когда осознал, что это только самое начало. Снова прильнув щекой к оружию, он разглядел через металлическое перекрестие одного жеребёнка и выпустил очередную пулю.

На этот раз он попал в цель сразу, а дальше всё повторилось по той же схеме: прицел чуть в сторону, затем выстрел — ещё один труп. Прицел в сторону, выстрел — третий труп, четвёртый хлопок, и последнее тело опустилось на пол, ровно в тот момент, когда опустевшая пачка вылетела из патронника.

Дойл опустился на все свои ноги и резко развернулся, чтобы не смотреть на ужасные плоды своего безмолвного повиновения. Он хотел отойти в сторону, но его остановил брат и посмотрел пегасу в глаза.

— Ты сделал правильный выбор, и я думаю, что теперь ты готов к повышению, — рейнджер кивнул бойцу и направился в сторону радиста, попутно что-то объясняя подскочившей к нему Гилти. Дойл их не слышал, да и не хотел слышать.

Он тихо побрёл в сторону и уселся в углу класса, не найдя ничего лучшего в этой ситуации, кроме как закурить самокрутку и тихо жалеть себя. Как же ему была чужда война, и как же он не хотел находиться здесь и сейчас. Но государство обмануло его, как и многих других до этого. Новая демократическая республика не гарантировала демократию всем...

— База, это Эхо 2, Понивиль зачищен, повторяю, Понивиль зачищен, как поняли, приём? – Послышалось со стороны. Краем уха можно было услышать, как из рации что-то невнятно ответили, после чего голос по ту сторону линии утонул в море помех.

Под шипение динамиков начала литься неторопливая музыка с простым мотивом, исполняем гитарой при поддержке пианино и пары нескольких духовых инструментов.

«I don't want to set the world on fire

I just want to start a flame in your heart»

Дойл раскрыл глаза и обнаружил себя сидящим в порванном кресле, возле небольшого матраца на котором мирно сопела его напарница. Их обоих окружала маленькая комнатка с всё теми же гнилыми стенами, – привычнее картины для пустошей и не найти.

Из студии лилась та же музыка, что и несколько лет назад из полевой рации, но Дойл уже с трудом понимал, проникла ли это реальность в его сон, или же это проклятое видение начало изменять всё вокруг.

Пегас встал на ноги и подошёл к своей подруге. Поскольку Клэр раскинула копыта в стороны, можно было без усилий взглянуть на экран Пип-Кольта. И если верить часам с этого довоенного устройства, то Дойл спал всего полтора часа.

Когда он вообще успел снова погрузиться в реалии того минувшего времени? Когда смотрел, а точнее сказать рассматривал Уитли? Тогда странно, что ему в голову пришли именно эти воспоминания.

Может этот сон, который Дойл видел уже множество раз, наконец, появился в нужное время? Может это предупреждение, о том, что нельзя втягивать эту молодую кобылку в свои личные проблемы, когда она сама погрязла в своих?

Чёрт, да ей, наверное, даже восемнадцати ещё нет, не говоря уже о двадцати. Она вряд ли что-то смыслит в жизни, но ей явно хватит духу на любую необменную глупость, поэтому, этот пепельный и хмурый пегас и решился помогать ей, хоть и понимая, что он не сможет спасти её от перспективы состариться в молодости, как не спас и себя.

Дойл присел рядом с Клэр и с неприсущей ему осторожностью провёл кончиком копыта по яркой шёрстке на её щеке. Пони чуть дёрнулась, и, втянув сквозь нос приличную порцию воздуха, подтянула копыта ближе к себе.

Не зря она оказалась на заправке, когда Дойл уже собирался уходить, не зря они сошлись вместе. Но, увы, всё указывает на то, что побег обратно к жизни, от которой их отделяли острые зубы Малкари точно должен стать далеко не самым страшным испытанием.

Дойл вернулся обратно в кресло и закрыл глаза. Страшно захотелось закурить, но он бросил, причём уже давно…

«I've lost all ambition for worldly acclaim

I just want to be the one you love»

## Новый рассвет

Уитли пришлось проснуться ровно, в семь утра. Её растолкал пришедший в студию Дойл, и кобылка с большой неохотой поднялась с ложа.

Сны Клэр никогда не снились, вот и эта ночь не преподнесла сюрпризов – всё то же чувство пустоты и кромешная тьма, правда в этот раз более густая, чем обычно. Наверно сказалась сильная усталость. Зато теперь мысли прояснились, стресс прошёл и, кажется, она была готова к новым испытаниям.

Первое утро в новой жизни оказалось действительно необычным, хоть играющая музыка на фоне и напоминала о тех недавних временах, когда Клэр жила в своей мастерской, но только на этот раз в списке дел не было рутинных починок старых приёмников.

Хотя, стоп, у Клэр же никогда и не было никаких списков, слишком это организованно для неё. Обо всех делах ей обычно напоминал верный робо-слуга Виктор, вспомнив о котором пони едва не пустила слезу: пожалуй, больше всего она скучала по нему и его плоским анекдотам. Интересно, «жив» ли он сейчас?

Отодвинув воспоминания на задний план, Уитли перебросилась парой слов с Дойлом, узнала, что он переночевал в баре и о том, что его крылья уже почти в порядке. Также он сообщил, что Ублюдок закончил осмотр кризалита и отдал его ему, чтобы пегас вернул его хозяйке. Клэр повесила украшение на место и успела заметить, что сегодня Дойл был намного мрачнее, чем вчера и, кажется, в какой-то мере был чем-то расстроен.

Съев по мутафрукту, напарники попрощались с Октивией и Фоксом, поблагодарив за гостеприимность, а затем направились к зданию, в котором Клэр вчера устраивали аудиенцию, а точнее на его задний двор.

На месте они обнаружили не очень большой гараж, из которого наполовину торчал военный грузовик, в моторе которого копались Бонни и один из тех одинаковых охранников из здания. Кажется, это был Гензель, или Гретель… Параспрайт разбери, какое из этих имён женское, а какое мужское.

Бонни засунул голову под капот, и оттуда хорошо виднелось голубоватое свечение его рога. Стало быть, двигатель этого старинного барахла был магическим. Если на задание придётся ехать на этом, то остаётся лишь понадеяться на компетентность довоенных конструкторов.

Единорог оглянулся и заметил гостей. Он спрыгнул с машины и снял свою шляпу со стекла заднего вида, а затем поспешил навстречу визитёрам. Как и вчера на нём был слегка запятнанный белый воротник и алый галстук, но ко всему остальному добавился длинный мачете, висевший в ножнах.

— Вы почти вовремя, — поправляя шляпу на голове, сказал Бонни, — как крылышки, Дойл?

Пегас несколько раз взмахнул пернатыми и раздражённо ответил:

— Как видишь, всё в порядке, летать точно смогу.

Бонни усмехнулся и отвёл взгляд в сторону.

— Послушай, ты мне тоже не нравишься, но…

— Но нам предстоит работать вместе, — вмешалась Клэр, — во всяком случае, в ближайшие несколько часов. Поэтому, постарайтесь не поубивать друг друга.

Она вильнула хвостом и быстро зашагала вглубь двора, но быстро развернулась и окрикнула остальных:

— Ну, вы идёте? У нас вроде бы много дел.

Единорог улыбнулся и вынул сигару из маленького подсумка на ремне.

— Вот же ей неймётся…

Бонни уже собирался поднести скрутку из табачных листьев ко рту, но его опередил Дойл: он схватил зубами сигару с другой стороны и выжидающе глянул на «гангстера».

— Чего смотришь? Поджигай давай, – пробурчал пегас.

С широко раскрытыми глазами Бонни оттопырил нижнюю губу и выполнил просьбу. Перед лицом Дойла появилось миниатюрное пламя.

— А ты, однако, тот ещё наглец.

— Кто-то наглец, а кто-то пижон. Не думаю, что многие могут позволить себе щеголять по округе с сигарой во рту, — Дойл стукнул Бонни передней стороной копыта по плечу и мотнул головой, — Пошли.

— То, что мои табачные малышки стоят больше, чем жизнь некоторых особ, меня ничуть не тревожит, — с усмешкой бросил единорог.

Клэр зашла в гараж первой и встретила там второго охранника, и это была особа женского пола. Она сидела на металлическом ящике, положив рядом с собой плазменную винтовку.

— Ты Гретель? – Спросила Клэр, облокотившись на стену гаража, и окинула взглядом всё помещение. Кроме нагромождения ящиков, бочек и разбросанных инструментов вокруг ничего и не было.

— Так точно, — с запозданием ответила двойняшка. Она оторвала взгляд от одной точки на стене и медленно развернулась к входу.

Клэр явно заинтересовалась этой странной парочкой, хоть и не надеялась на какие-либо объяснения с их стороны, но всё же попытаться стоило. Она подошла поближе к Гретель, а потом уселась на ящик рядом с ней.

— Гензель твой брат?

— Мы на допросе? – Гретель подняла брови — неожиданный жест, для такой-то статуи.

Клэр скрестила копыта на груди и пару раз качнулась из стороны в сторону.

— Послушай… — начала Уитли, как можно более учтивым тоном, — да, мы все сейчас в таком дерьме, что солнца не видать, но можно и в такой ситуации быть дружелюбным, — она протянула собеседнице копыто, — Меня зовут Клэр.

Гретель непонимающе посмотрела на Уитли.

— Расслабься, тут нет подвоха, — ответила та, не опуская ноги.

Двойняшка вздохнула и стукнула своим копытом по протянутому.

— Да, Гензель — мой брат, и мы одинаковые.

— Я заметила, — Клэр ухмыльнулась.

— Нет, ты не поняла, — мы совсем одинаковые.

Клэр думала, что ответить, но от мыслей её отвлёк голос Бонни, вошедшего вместе с Дойлом в гараж.

— Знакомишься тут со всеми потихоньку?

Клэр развернулась в пол оборота.

— Что-то вроде. А вы, я смотрю, ролями поменялись? – Она кивнула на Дойла смолящего сигару и слезла с ящика. Гретель сделала то же самое, а затем отложила своё оружие в сторону и открыла крышку.

— Вообще я бросил, но перед такой сигарой не устоял, — Дойл встал на задние ноги и упёрся одним копытом в стену.

— Тут поди устои, — начал единорог, подходя к открытому ящику, — Что ж, первым номером у нас оружие, а потом уже инструктаж.

Из недр металлической коробки Бонни достал несколько красных картонных пачек, набитых патронами. С помощью левитации он протянул их Дойлу.

— Вот, это бронебойные десятимиллиметровки, как раз подойдут к твоему пистолету-пулемёту. Тут хватит на несколько магазинов.

— А больше закупить не могли? – Дойл нахмурился.

— Я что, похож на портмоне?

— А разве нет? Ладно, спасибо и на том, — он отдал сигару Бонни, которую тот не побрезгал докурить, и по очереди распихал коробки по карманам.

— Погоди, это ещё не всё, — Бонни снова отвернулся, а затем, недолго порывшись в ящике, достал из него армейский нож, — это на случай, если с тобой решат познакомиться поближе.

— А что с моим снаряжением? – Подала голос Уитли.

— Сейчас,сейчас, у тебя всё интереснее.

В отличие от Дойла, Клэр выдали не только патроны, но и оружие. Ей достался помповый дробовик, на воронённой поверхности которого было выбито «fillyngton 870» Оружие было достаточно новым, словно его использовали всего пару раз.

К ружью прилагалась целая система из ремней и карабинов, которая должна была фиксировать его на боку владельца. С помощью небольшой гашетки ведущей от спускового крючка к носу стрелка можно было производить неприцельные выстрелы.

Как выяснилось, Дойл знал, как обращаться с таким оружием, поэтому он вызвался научить Клэр быстро снаряжаться. Более того, он умел стрелять стоя, когда требовалась точность. Пегас объяснил, что этому раньше учили военных, ибо огонь от бедра редко приводил к хорошим результатам.

Уитли получила поверхностное представление о том, как быстро влезать в ременно-стрелковую систему, и как быстро перехватывать оружие копытами, и уже через час показывала неплохие результаты. Правда, с удержанием равновесия на задних ногах всё шло не так гладко: Клэр несколько раз падала, пока училась, но в итоге у неё начало что-то получаться.

— Чёрт, насколько же проще быть единорогом! – Воскликнула Клэр, когда в очередной раз едва не завалилась на землю.

— Отодвинь правую ногу чуть в сторону, — сказал Дойл, подходя к кобылке. Он взмахнул крыльями и завис над землёй около неё, а затем посмотрел в мушку дробовика, — целься чуть ниже, всё равно ствол подкинет вверх.

Рыжегривая пони зажмурила левый глаз и поймала стеклянную бутылку в прицел. По совету Дойла, она слега отодвинула ногу и опустила ствол ниже. Клэр нажала на спуск и под звук ружейного выстрела бутылка разлетелась вдребезги, забрызгав стол остатками какой-то жидкости.

Клэр довольно улыбнулась и передёрнула цевьё дробовика, загнав в ствол новый патрон.

— Не так уж и сложно, — она глянула на Дойла.

Тот же снял с головы кепку и уселся на землю, облокотившись спиной на стену дома, в о дворе которого они и находились. Пегас вздохнул и посмотрел Клэр в глаза.

— Знаешь, я хотел бы с тобой поговорить.

— Не вопрос, — отозвалась она, пристраивая дробовик у себя на боку.

— Понимаешь, одно дело убивать одичавших животных-мутантов с пустошей, но совсем другое дело, когда приходится сражаться с другими пони, — он сделал небольшую паузу, словно подбирая нужные слова, — можно сколь угодно думать, что ты готов ко всему, но когда тебе приходиться лишать жизни другое разумное существо…

Клэр присела рядом и заулыбалась ещё сильнее.

— Ты таким образом пытаешься отговорить меня ехать с вами на задание?

Дойл хотел возразить, но остановился так ничего и не сказав. Он немного подумал, а потом смиренно опустил голову.

— Ладно, ладно, так и есть, — он приподнялся над землёй и оживился, — но я не говорил тебе насколько по настоящему может быть опасно ввязываться в мои дела. Пока ещё не поздно, ты можешь…

Пегас не договорил: Клэр опустила кепку его на глаза и самодовольно заявила:

— Ты бы сам бежал от меня пока ещё не поздно! А то тут ещё надо посмотреть, с кем из нас опасней.

Дойл снова поднял козырёк и улыбнулся в ответ.

— Да я же за тебя волнуюсь.

Клэр пододвинулась поближе и опустила голову на плечо жеребцу. Несколько мгновений они сидели в тишине. Дойл был приятно удивлён жестом подруги, но не знал, что ему делать дальше. В итоге он решил приобнять её за плечи копытом.

— А вот не надо волноваться, просто следи за мной… — Тихо сказала Клэр, — а вот теперь давай поговорим по-настоящему: Ублюдок же вызывал тебя к себе?

Дойл кивнул.

— Ну и о чём вы говорили.

— О всяком, — пегас вздохнул и пододвинул Клэр ещё ближе к себе, — он интересовался, откуда я вообще взялся такой.

— Хм, я бы тоже была не прочь узнать твою историю. Особенно то, почему ты носишь бинты на боках. Стемнеешься своей метки?

— Лучше потом… — Почти прошептал Дойл, — когда вернёмся, хорошо?

— Давай так: если оба вернёмся живыми, то расскажем о себе, а если кто-то из нас погибнет, то унесёт свою историю в могилу.

Пегас коротко рассмеялся.

— Что ж, я не против. Как раз хороший стимул не поймать крупом случайную пулю. Ладно, как бы мне ни нравилось сидеть тут с тобой, нам пора собираться.

Благодаря стараниям Бонни машина была готова к отправке, теперь осталось лишь загрузить в неё проигрыватель, подключённый к громкоговорителю. На вопрос Дойла, зачем на задании нужно это барахло, Бонни ответил всего двумя словами – «психическая атака». Что ж, помирать так с музыкой.

— Итак, ребята, мы отправляемся, — прикрикнул Бонни и забрался в кузов, где уже сидели Дойл и Уитли, — сейчас Гензель прогреет мотор, и мы двинемся. Эй, Клэр!

Кобылка повернула голову.

— Да?

— Включи пип-кольт и открой карту.

Кобылка выполнила поручение. Все трое уставились в небольшой зелёный экранчик и единорог увеличил масштаб в том месте, где они сейчас находились.

— Смотрите, мы поедем вот по этому шоссе, — он провёл копытом по зигзагообразной нити на карте, — затем свернём около низины, в которой и находится Демовиль. Я там знаю одну хибарку, в ней передохнём, разведаем местность и наметим подробный план действий.

— Исчерпывающе, — бросила Клэр и устроилась в углу кузова, обнимая дробовик, — ладно, думаю, мы готовы.

— Вполне, — добавил пегас.

— Гензель! – Крикнул «гангстер» и стукнул копытом по кабине грузовика, — стартуй!

Машина тронулась с места и неторопливо покатилась вперёд, постепенно набирая скорость. Клэр глянула на своё отражение в боковом зеркале заднего вида. С оружием в копытах и с ружейным патронташем, перекинутом через её синюю куртку с обрезанными рукавами она выглядела слишком непривычно для самой себя, но новый образ ей нравился.

С довольной улыбкой она подмигнула своему отражению и отвернулась от зеркала. Вскоре машина покинула территорию Марипозы, оставив ангары и трущобы позади. Впереди маячила лишь пустынная дорога уходящая за горизонт, из-за которого поднималось утреннее солнце.

## Урок ненависти

— Ну что лейтенант О’Битердойл, вы готовы?

— Буду готов тогда, когда ты выключишь этот дурацкий джаз! — Огрызнулся пегас, и наклонил краповый берет на своей голове чуть вбок.

Статный единорог в парадной форме рейнджеров выключил радиоприёмник, стоящий рядом с зеркалом и подошёл к брату.

— Нарушаем субординацию? – Он развернул Дойла к себе и приподнял его лицо копытом, чтобы тот смотрел ему в глаза, — думаешь, я провёл тебя через весь этот путь, чтобы ты облажался в самый важный момент?!

— Да уж, отец может тобой гордиться, ведь ты исправил его ошибку двадцатилетней давности, — съязвил Дойл, за что схлопотал по лицу.

— Я поклялся, что сделаю из тебя рейнджера! Можешь считать себя генетической ошибкой, мне всё равно, но ты подпишешь этот Дискордов контракт! – Рявкнул единорог и оттолкнул от себя Дойла, — и даже не думай выкинуть какую-нибудь глупость перед командованием, иначе живо пойдёшь на корм гулям.

— Ненавижу тебя… — Прошипел пегас, потирая щёку.

— Можешь ненавидеть меня сколько угодно, но недооценивать не стоит, — ответил рейнджер и кивком указал на дверь, — а теперь пойдём, нам пора.

Перед глазами повисла тень, которая быстро превратилась в сплошной чёрный квадрат. У Дойла появилось очень странное чувство, будто кто-то копается его голове. Это было очень необычно и даже пугающе.

Вскоре в голове стали раздаваться знакомые голоса, но они не принадлежали, ни ему самому, ни его брату, ни кому-нибудь ещё из старых знакомых. Настало время открывать глаза.

Первым, что увидел пегас, была удивлённая мордочка Уитли, которая склонилась над ним и внимательно рассматривала. Взглядом она наткнулась на глаза Дойла и улыбнулась.

— И как ты только умудрился уснуть в дороге? При такой-то тряске…

Пегас приподнялся и тряхнул головой.

— Мы уже приехали?

— Уже десять минут как, — Клэр закинула дробовик за спину и собралась выпрыгивать из кузова, — пошли давай, мы уже обосновались на чердаке.

Дойл пересилил себя и встал на ноги. Бегло осмотрев своё оружие, он убедился, что оно привязано к копыту так, как нужно и последовал за Уитли.

Машина стояла рядом с небольшим сараем, недалеко от дырявого рекламного щита, что были понатыканы вдоль всех Эквестрийских дорог. Конкретно на этом был карикатурно нарисован улыбающийся паренёк с жёлтой гривой, рядом с огромным логотипом компании Волт-Тек.

Клэр невольно вспомнился девиз убежища: «С нами безопасное будущее!» Да уж, предсказатели из них вышли плохие…

У грузовика, прислонившись к кабине, стоял Гензель. Выпятив грудь и поставив одну ногу на рогатый череп брамина, он смотрел в сторону низины, где раскинулся шахтёрский городок. Гретель же в свою очередь обходила сарай со всех сторон, вглядываясь в окрестности.

На втором этаже сарая обнаружился Бонни. Он поставил свой автомат в угол, а сам лежал на животе и смотрел в бинокль через небольшое окно. Потолок сарая был таким низким, что Клэр пришлось чуть ли не ползком добираться до единорога.

— Ну что там? – Спросила Уитли, и легла справа от Бонни. Дойл же расположился по левую сторону.

— Не вижу ни одного жителя, периметр охраняет лишь несколько протектронов, — не отрываясь от бинокля, ответил Бонни, — они хоть и страшно тупые, но могут быть опасны, когда их много, — добавил он.

— Ни одного жителя, даже в домах? – Удивился пегас, — абсурд какой-то…

Клэр подвинулась чуть ближе, и отняла у Бонни бинокль.

— Дай ка мне посмотреть…

Сквозь увеличительные стёкла Уитли увидела довольно большое поселение, застроенное невысокими деревянными домами и окружённое колючей проволокой. Своего размера Демовиль явно достигал за счёт того, что дома располагались довольно далеко друг от друга.

Двери и окна большинства жилищ были распахнуты, и даже сквозь проёмы не было видно ни одной живой души, хотя следы боя, или хотя бы небольшой перестрелки отсутствовали. Жители явно покинули дома в спешке, но не оказывали сопротивления.

По песчаным улочкам неуклюже бродили ржавые роботы, лишь в общих чертах напоминающие пони. У каждого из них было по четыре ноги, с округлыми механизмами на местах сгиба, плотно сбитое тело, покрытое радиаторными решётками, пара лазерных пистолетов по бокам, и вытянутое подобие головы, оканчивающееся светящимся сенсором.

С учётом двоих роботов, неподвижно стороживших мэрию, Клэр насчитала шестерых охранников.

— Видела я таких роботов, — кобылка отстранилась от бинокля и наткнулась на удивлённые взгляды напарников, — в технно-магических мануалах, естественно.

Дойл тоже взял бинокль и быстро осмотрел окрестности.

— Да уж, когда я был тут в последний раз, то не видел ничего подобного.

Бонни подпёр голову копытом и поднял бровь.

— А ты точно ничего не утаиваешь?

Дойл замотал головой.

— Ты можешь мне не верить, но я говорю только то, что знаю, а знаю я не больше вас, хоть и был тут не так давно.

— Что ж, — Бонни перевернулся на спину и стал разглядывать небо сквозь дыру в потолке, — Харон вполне мог натащить робо-охраны в свою новую крепость, но где остальные парни из его банды?

— А что мы вообще знаем об этом Хароне? – Спросила Клэр и приложила копыто к подбородку.

Дойл задумчиво посмотрел в сторону города, даже слишком задумчиво для беглого взгляда, а затем развернулся обратно и медленно заговорил:

— Он чертовски самовлюблённый, но не глупый гуль, грезящий мировым господством – иначе просто не скажешь. Достаточно труслив, чтобы прятаться со своей свитой за стенами.

— Поэтому мы ударим по центру: прямо в здание мэрии, — оживился Бонни и поднялся с пола настолько, насколько позволяла высота балок, — рог даю на отсечение, что Харон там.

Лазурный жеребец взял своё оружие и направился к спуску вниз, — Ладно, пора в бой, покажем этим сучкам!

Гензель и Гретель уже устроились в кабине и завели мотор, готовые в любой момент сдвинуть многотонную машину с места. Как только остальные устроились в кузове, стальной зверь яростно взревел и покатился вперёд, набирая скорость.

Демовиль становился всё ближе и ближе, уже можно было различить шатающихся из стороны в сторону протектронов. В этот момент Клэр занервничала, если не сказать, что запаниковала. Если раньше перспектива оказаться под перекрёстным огнём маячила где-то вдалеке, то теперь до столкновения с оградой города оставались жалкие секунды.

Грузовик прорвал колючую проволоку, насадив на капот протектрона, что имел несчастье оказаться у него на пути. Робот разломился напополам и попытался открыть огонь по кабине, но Гензель резко ударил по тормозам, и груда металлолома оказалась на земле.

Когда машина остановилась, Клэр едва устояла на ногах. Восстановив равновесие, она выпрыгнула из кузова и сразу же упёрлась лицом в крыльцо мэрии, на котором её поджидало два робота.

— Обнаружены враждебные элементы! – Прохрипел один из них, сквозь булькающий динамик и навёл лазерный пистолет на цель.

Клэр выпалила из дробовика почти в упор, и попала в корпус протектрона, отчего он повалился на землю и, залившись протяжным писком, беспомощно задёргал конечностями.

Брыкающегося робота успокоили две очереди из автомата Бонни, который подоспел на помощь.

Второй протектрон попытался подстрелить зависшего над землёй Дойла, но ему для этого не хватило точности: пегас ловко увернулся от потока светового излучения, а затем приземлился рядом с роботом и всадил ему пулю прямо в светящийся сенсорный глаз.

За спиной оглушительно завыла сирена воздушной тревоги. Клэр перезарядила дробовик и оглянулась назад: двойняшки заняли позиции за машиной и стали отстреливаться от наступающих протектронов.

Зелёные сгустки плазмы вырывались из винтовок и неуклонно находили свои цели. Несколько роботов разразились взрывами, разбавив заунывную палитру воющей из кузова сирены.

Охранники города перегруппировались и стали отвечать очередями из своих лазерных пистолетов, заставив их спрятать головы и стрелять наугад, лишь чуть-чуть высунув стволы винтовок из укрытий.

Бонни подбежал к бронированной входной двери мэрии, и быстро осмотрел её: на ней не было даже какого-либо подобия ручки, или намёка на замочную скважину.

— Эй, бонни! – Крикнул Дойл, стоя возле висевшего на стене терминала, — иди ка сюда.

— Клэр, помоги, двойняшкам, а я разберусь с Дверью!

Уитли ничего не ответила и быстрым рывком прильнула к задним колёсам грузовика. Она в спешке вынула дробовик из ремней, и отрывисто глянула вверх: над машиной вперемешку проносились красные линии, рассеивающиеся в воздухе, и светящаяся зеленоватая плазма.

Клэр попыталась чуть высунуться из-за машины, но рядом с ней тут же пронёсся лазерный луч, ненадолго оставив след в воздухе, точно оплавив его.

— Пора кончать это свето-представление, — прошипела Клэр и пододвинулась к Гретель, которая перезаряжала оружие.

— Эй, мелкая, — крикнула пони в галстуке, точно прочитав мысли Уитли, — одна жестянка не так проста, она не даёт нам высунуться! Ты должна добежать до неё и угостить дробью!

— Чего?! – Воскликнула Клэр, — да они же меня изжарят, я тут и носа показать не могу!

— Не бой… — Гретель высунула винтовку из-за кузова и несколько раз выстрелила в сторону противника, — не бойся, мелкая, мы же прикроем!

Не очень убедительный аргумент, когда во все стороны палят из энергетического оружия, причём не целясь. Но судя по злобному выражению лица Бонни, ему ещё долго предстояло копаться с терминалом, а Дойл едва успевал переводить огонь с одного проетктрона на другого, чтобы прикрыть единорога от шквального огня. Ситуацию нужно было исправлять.

Клэр глубоко вздохнула и, закинув дробовик за спину, метнулась в сторону от грузовика. Двойняшки тут же открыли огонь по дому, в котором засел непокорный робот.

Ориентируясь по тому, куда летят плазменные заряды, Клэр помчалась вперёд, прямо в логово врага. Она выжимала из себя максимум, и старалась даже не смотреть по сторонам, от страха ругаясь про себя самыми грязными выражениями, какие только знала.

Когда до входной двери оставалась буквально пар метров, недобитый протектрон, валявшийся на земле несколько раз выстрелил по Клэр, но попал по земле. Кобылка почувствовала копытами нестерпимую жару и увидела у себя под ногами несколько дымящихся отверстий.

Робот приготовился повторить попытку, но поймал корпусом выстрел из плазменной винтовки и громогласно заявил о своей кончине ярким взрывом, разметавшим по округе горящие обломки.

Уитли мысленно поблагодарила двойняшек и ринулась к раскрытому окну. Она перевела дух и запрыгнула внутрь помещения, которое оказалось магазином. Чуть не поскользнувшись на разбросанном по полу мусоре, кобылка встала в полный рост и прицелилась из дробовика.

Последний робот оказался не таким, как остальные. Он выглядел почти так же, как Виктор, но в отличие от него, имел в распоряжении не пару манипуляторов, а лазерную винтовку и циркулярную пилу.

Клэр выстрелила и попала машине в левую конечность, где та держала оружие. Винтовка заискрилась и, судя по всему, вышла из строя. Потревоженный робот развернул свой круглый корпус и уставился визором на Клэр.

— Сдохни, большевистская зараза! – Голосом контуженого сержанта крикнул робот и попытался полоснуть Клэр пилой.

Пони рефлекторно прикрылась дробовиком, и это спасло ей жизнь: пила скользнула по оружию, и ушла в сторону. Робот ударил по дробовику ещё раз и выбил его из копыт хозяйки. Клэр чудом успела увернуться от третьего удара.

Она перемахнула через прилавок и бросилась к выходу из магазина. Робот запустил реактивный двигатель и устремился за ней.

— Грифония падёт! – Воскликнул робот, когда вылетел на улицу, не осознавая того, что это будут его последние слава: железного болвана уничтожило прямое попадание из плазменной винтовки.

Стрельба стихла, как и рёв сирены – вокруг не осталось ни одного охранника, поэтому Клэр выдохнула и поплелась в сторону товарищей. Сердце колотилось как сумасшедшее, отдаваясь стуком даже в висках.

— Неплохо сработано! – Бонни похлопал кобылку по плечу, — возьми плазму Гензель, а то ему попали в копыто.

Двойняшек единорог оставил сторожить вход, а сам вместе с остальными прошёл сквозь недавно открытую дверь. Внутри мэрия выглядела даже менее привлекательно, чем снаружи: огромный пустой холл с выцветшими коврами и прохудившимися стенами. Многоступенчатая лестница в конце зала вела к небольшому балкону с дверью.

— Ну и где все? – Оглядываясь по сторонам, спросил Бонни. Его голос эхом разнёсся по залу.

— Я, кажется, нашёл... – С отвращением на лице протянул Дойл, и указал копытом вверх.

Клэр глянула подняла голову и едва не разинула рот от удивления.

Под потолком висел десяток пони, подвешенных тросами за шеи. Они были в полной боевой выкладке, у некоторых за спинами даже висело оружие. В центре болтался гуль, облачённый в белый смокинг, который сильно контрастировал с его гнилой шкурой. На нём висела табличка, с надписью: «мы стреляли по войскам НДР»

— А вот и Харон, — только и смогла произнести Клэр, продолжая изумлённо смотреть вверх.

Бонни закинул автомат за спину и телекинезом схватил Дойла за ворот рубашки.

— Может уже объяснишь, что тут происходит?!

Пегас дёрнулся и раздражённо крикнул в ответ:

— Я же сказал, что не знаю! Он ещё вчера был жив, кто бы тогда послал за мной тех громил?

Спор Дойла и Бонни прервал раздавшийся с балкона скрип дверных петель и механический голос:

— Он действительно ничего не знает.

Единорог сорвал с плеча оружие и поймал неожиданного визитёра в прицел. Клэр последовала его примеру и схватила винтовку в копыта, встав на задние ноги.

На балконе стоял рослый пони в противогазе и длинном потрёпанном плаще. Убедившись, что он приковал общее внимание к своей персоне, он снял шлем и обвёл присутствующих жёлтыми, точно змеиными глазами.

За пределами здания послышалась стрельба, которая вскоре утихла. Бонни быстро глянул назад и стиснул зубы. Гензель и Гретель…

— Бросайте оружие, не глупите, — с этими словами пони в плаще стукнул копытом об пол и начал медленно спускаться по лестнице.

Несколько дверей в холе распахнулись и в помещение ворвались солдаты в лёгкой броне. Они обступили троицу кругом и направили на них оружие.

— Делайте, как он велит, — тихо скомандовал Бонни и бросил автомат на пол.

— Разумно, — ответила Клэр и выполнила приказ.

Пони в плаще вразвалку подошёл к Дойлу и достал из его кармана нож, которым потом обрезал верёвки, удержавшие оружие Дойла на копыте.

— Вечно всё приходится делать за тебя. Ты ничуть не изменился, братец, — с натянутой улыбкой изъявил рейнджер и наклонил голову.

— А ты стал ещё паршивее, — парировал Дойл.

— О, священная Луна заступница, только не говорите, что вы и в самом деле родственники! – Закатив глаза, воскликнул Бонни.

Клэр догадывалась, что Дойл не хочет рассказывать о себе не просто так, а теперь всё стало ясно. Когда единорог, назвавшийся братом пегаса, распорол ножом бинты на ноге Дойла, обнажив тем самым метку в виде двуглавого дракона, у кобылки не осталось никаких сомнений.

— Ты служил в войсках новой демократической республики, — прошептала Уитли.

Дойл кивнул в ответ.

— Прости, что молчал…

— О, ваш друг не просто служил под моим началом, — усмехнулся рейнджер, он почти стал элитным бойцом, как я, но сбежал в самый последний момент! С тех пор ты должен был умереть дважды, но оба раза смог выкрутиться!

Единорог приложил копыто к сердцу, и продолжил более высоким тоном:

— Вы знаете, — он коротко рассмеялся, — я даже и не рассчитывал на такую удачу! Чтобы Дойл сам прискакал ко мне в капкан, после того, как избежал смерти от лап этих бандитов! Прямо к нам, на наш новый аванпост!

— Заткнись, — прошипел Дойл оскалив зубы, — просто заткнись… Твоё самодовольство всегда бежало впереди тебя. Да ты просто не смог смириться с тем, что я ослушался тебя, тобой движет банальная обида! Ты не смог сделать меня убийцей, и не сможешь…

Единорог вздохнул.

— Ты до Дискорда прав, мой дорогой брат, не смогу, — рейнджер на секунду остановился и глянул в пол, — знаешь, вот говорят, что горбатого могила исправит. Как знать, может тебе это и поможет…

Единорог резко достал из кобуры пистолет и выстрелил Дойлу в голову. Грохот стремительно пронёсся по всему залу и постепенно утих, растворившись по углам.

Сердце Клэр дрогнуло, а всё тело оцепенело, подчинившись мерзкому липкому ощущению, когда ты хочешь кричать, но не можешь, когда ты буквально задыхаешься от ненависти и боли.

Клэр поняла: она была готова к своей смерти с самого начала, но не была готова к смерти друга. Да, Дойл стал её первым живым другом за всю жизнь, а она так быстро его потеряла, даже ничего о нём не узнав. Это был удар ниже пояса…

И его нанёс этот проклятый рейнджер, имя которого она даже не знала, этот инструмент войны, готовый выполнить любой приказ.

В этот момент в Клэр что-то переломилось. Было сложно осознать, что друга больше нет. Он не успел сказать никаких предсмертных слов, не успел попрощаться, или дать каких-либо обещаний. Ведь так не бывает на самом деле. На самом деле, насколько бы для тебя ни был кто-то близок, он может умереть, как и все остальные, в одну секунду стать бездыханным телом.

Ненависть, такая неописуемая, выжигающая всё внутри ненависть…

— А про вас мы тоже не забыли, мисс Уитли, — убирая пистолет, сказал рейнджер.

Заметив, что Клэр едва может говорить, Бонни прижал её к себе и ответил за неё.

— Откуда ты знаешь её имя?

— Знаете, просмотреть личные дела резидентов в главном компьютере города-убежища оказалось не так уж и сложно.

— З-значит... Значит это были вы… Вы…

— Именно так, — бросил единорог и выдернул из-под рубашки Клэр её медальон, — спасибо, что пришли к нам сами, — он развернулся и начал медленно удаляться в сторону, — кончайте их, ребята.

Клэр просто не могла поверить. Пони, виновный в нападении на её родное поселение, виновный в смерти её друзей, стоял прямо перед ней, и она ничего не могла сделать! Только стоять и ждать собственной смерти.

Ну уж нет, чёрт возьми! Она уже была готова броситься на брата Дойла и загрызть его зубами до смерти, вырвать её проклятый язык, которым он мелет свои полные пафоса речи.

Клэр попыталась метнуться вперёд, но её схватил Бонни и прижал к себе ещё сильнее, не давая даже сдвинуться места.

— Прикрой голову, — сказал ей он ей на ухо.

— Что?

— Прикрой голову!

Неожиданно откуда-то с улицы донёсся гул, похожий на шум работы машинного мотора, но гораздо более интенсивный. Солдаты НДР стали в удивлении переглядываться, а один даже выглянул в окно.

— Мать вашу, все на землю!

Это было последнее, что Клэр услышала. Гул перерос в оглушительный рёв, по ушам больно ударили взрывы, а картина мира потеряла чёткость. В ушах словно зазвенел колокол, мысли окончательно растерялись, и она без сил провалилась в кромешную тьму своего подсознания.

## Эхо старого мира

«Что для вас Эквестрия, дорогие друзья? Это старая земля, на которой мы строим новый мир? Некий отголосок былых столетий, затерявшийся где-то в пустошах? А может быть Эквестрия это просто изображения с довоенных фотографий, навеки застывших во времени?

Как бы то ни было, эта земля — наш дом. И даже если мы считаем, что остались одни, это не значит, что где-то в глубине этого прокажённого рая не осталось пары заботливых глаз, пристально следящих за нами»

Клэр с трудом разлепила уставшие глаза. Она лежала на спине и безучастно смотрела в мёртво-серый потолок, даже не шевеля глазами. Преодолевая колющую боль в висках, она силилась вспомнить, что происходило с ней в последнюю пару дней.

Перед глазами пронёсся побег из города-убежища, визит в Марипозу, разговор с Ублюдком. Во всех подробностях вспомнился бой с протектронами, а затем и оглушительный взрыв в холе мэрии. Затем в памяти вспыли образы двойняшек Гензель и Гретель, Бонни. Но точно было что-то ещё, что-то очень важное…

Уитли усердно бродила по уголкам своего сознания, пыталась вытянуть на поверхность нечто важное для неё, но отчего-то стремительно забытое. Она перебирала возможные варианты, даже заглядывая в свои рутинные будни в поселении 35.

К горлу подступил ком, зрачки в ужасе расшились: она, наконец, нашла то, что искала. В голову, словно ударом молота об наковальню врезалось одно лишь имя – «Дойл» А вслед за ним помчался целый ворох воспоминаний, поток тёмных образов трижды проклятого рейнджера-убийцы.

Кобылка резко выпрямилась и со злостью ударила копытом по стене. Боль разошлась по голове с ещё большей силой, но Уитли было всё равно. Сейчас она могла лишь дрожать всем телом, опустив глаза на белое одеяло, которым была прикрыта.

К счастью, ей вспомнился её давний разговор с офицером Расселом. Кажется, тогда Клэр спросила его, как охранники справляются со стрессом на работе и он научил её простой технике. Глубокий вдох через нос, медленный выдох через рот.

«Вдох, выдох, вдох, выдох» И так много раз подряд, пока пони не начала медленно, но верно успокаиваться. Мысли слегка прояснились, уже хорошо. Теперь, Клэр решила понять, где она всё-таки находится.

Кобылка огляделась и обнаружила себя лежащей в кровати, посреди небольшой комнаты с крайне скудным интерьером. Письменный стол с водружённым на него терминалом, пара полок, заставленных книгами, шкаф для личных вещей.

Взгляд добрался до входной двери, и Клэр едва не вскрикнула от неожиданности. По правую сторону от входа почти неподвижно стояла массивная и тёмная металлическая фигура. Она была похожа на робота, но едва уловимо покачивалась из стороны в сторону и периодически мялась на месте, как может только живой пони.

Клэр аккуратно слезла с кровати и нашла в себе смелость подойти к этому существу. Уитли сделала пару шагов, и почувствовала непривычную лёгкость. Она осмотрела себя: ни пип-кольта, ни одежды поселения больше не было на теле хозяйки.

— Простите? – Неуверенно начала Клэр, глядя на существо, — я могу узнать, где я?

Но ответа не последовало. Груда метала даже не посмотрела на подошедшую к ней пони. Зато, теперь, когда Клэр разглядела фигуру вблизи, она была уверена, что эта оболочка, ни, что иное, как броня. И судя по её внушительным размерам, это была силовая броня. Но как же сильно она отличалась от той, что была изображена на некоторых старых плакатах…

Шлем с вытянутыми и оскаленными чертами, оканчивающийся двумя пластинами, похожими на клыки. В самом центре защитной маски сияли два жёлтых глаза хищного насекомого, поодаль от которых протянулись шланги разной толщины, скрывающиеся где-то в районе спины, прямо за широким бронелистом.

В этой громоздкой защите ноги пони выглядели настолько сильными, что казалось ими можно дробить бетон в крошево, а роботов переламывать пополам, как тростинку. И кто знает, может так оно и есть?

От изучения диковиной брони Клэр оторвал звук открывающийся двери. Кобылка отошла чуть в сторону и глянула в проём. Навстречу ей вышел единорог лазурного цвета, прячущий лицо под козырьком чёрной кепи.

— Быстро ты очнулась, — послышался знакомый голос, и визитёр выпрямился, продемонстрировав своё изувеченное шрамами лицо.

— Тебя прямо не узнать без шляпы и галстука, — по-прежнему пребывая в смятении, ответила Клэр.

Она была рада увидеть друга, но в голове блуждал такой вихрь вопросов, что кобылка решительно не понимала, что происходит.

На этот раз, Бонни предстал перед Уитли в совершенно другом образе. На нём была странного вида, военная куртка бежевого цвета с непонятными для Клэр рангами на стоячем воротнике. Вместо фетровой шляпы, голову единорога покрывала чёрная кепка квадратной формы. На кепке блестела кокарда в виде буквы «А» окружённой маленькими звёздами.

— Да, я сам не люблю часто менять стиль, — единорог натянуто улыбнулся. Он почесал затылок, после чего тяжело вздохнул, — Я понимаю, что мои соболезнования ничего не исправят, но всё же, прими их.

— Он скрылся? – Резко спросила Уитли.

Жеребец кивнул в ответ.

— Прибывших сил хватило лишь на то, чтобы вырвать нас из копыт НДР.

Затем он не спеша направился к шкафчику. Единорог недолго порылся в нём и вынул на свет такую же куртку и кепку, как и у себя.

— Вот, одевайся, — сказал Бонни и положил одежду на кровать, — я буду ждать за дверью.

— Может быть, ты для начала объяснишь мне, что творится вокруг!? – Прикрикнула Клэр, — что это за форма? Откуда взялась эта металлическая статуя?

Бонни перебил Клэр спокойным голосом:

— Скоро ты всё узнаешь, совсем скоро.

Клэр закатила глаза и пристукнула копытом по полу.

— Бонни, ну скажи хоть, где мы находимся!

Единорог развернулся и пошёл обратно к Уитли. Он остановился рядом с ней и положил копыто ей на спину.

— Слушай, я знаю, каково тебе сейчас, но прошу, просто успокойся и делай так, как я велю.

Спорить было глупо, не доверять Бонни – тоже. Если бы он хотел ей навредить, то давно бы уже сделал это. А успокоиться действительно бы не мешало, иначе гнев из-за потери Дойла снова станет брать верх.

— Ладно, — согласилась Клэр, — я сейчас буду.

— Вот и отлично, — единорог уже собрался уходить, но снова развернулся к собеседнице, — Ах, да, ещё кое-что: моё настоящее имя Фрэнк Хорриган, но ты можешь и дальше называть меня Бонни, если хочешь.

Клэр подошла к кровати и глянула на одёжку. Двубортная куртка была сделана из плотного грубого материала, и застёгивалась на три большие пуговицы с точно таким же изображением, что и на кокарде. Внутри была мягкая подкладка из сетчатого материала.

Форма оказалась слегка великовата, но Клэр уже привыкла к этому. Даже в родном поселении на неё с трудом нашли костюм подходящего размера. Она в последний раз осмотрела себя, и вышла из комнаты. Сразу у выхода её встретил Бонни и сказал следовать за ним.

Уитли оказалась в длинном коридоре вдоль железных стен, которого были натыканы многочисленные двери. Рядом с некоторыми из них были продолговатые окна с голубоватым стеклом, сквозь которые можно было различить внутренности комнат.

Разглядывая помещения, Клэр убедилась, что это простые казармы. Внутри некоторых никого не было, но иногда попадались безмятежно спящие жильцы.

Обойдя ещё одного охранника в силовой броне, Бонни направился к концу тоннеля и беззвучно махнул копытом. Клэр пошла за ним. Вскоре они оказались возле дверей лифта, и Бонни нажал на ярко светящуюся кнопку.

Пока Клэр дожидалась приезда лифта, она ещё раз огляделась. Где бы она сейчас ни находилась, это место было очень похоже на внутренности домов города-убежища, как по дизайну, так и по планировке. То же металлическое окружение и полностью автоматические двери, те же интеркомы и терминалы на стенах.

Наконец, лифт приехал, ознаменовав своё прибытие коротким писком, и приветливо раскрыл свои двери. Бонни и Клэр вошли внутри и отправились вниз. Пока Они ехали, Уитли успела насчитать шесть этажей. Может это действительно убежище?

Лифт остановился и распахнулся, позволяя пассажирам выйти. Теперь перед Клэр предстала совсем маленькая коморка, с очередной дверью, которую сторожили всё те же бронированные бойцы, вооружённые плазменными винтовками. Оружие было надёжно закреплено на боках бронепанцирей.

Бонни несколько секунд поколдовал над терминалом возле двери, и та с жужжанием медленно поползла вверх, освобождая проход.

— В этой комнате тебя ждёт нечто большее, чем ответы, — единорог кивнул в сторону двери, — иди, иди, не бойся.

Пони зашагала вперёд, но остановилась в дверном проёме и посмотрела назад.

— Скажи Фрэнк, ты просто выполняешь приказы, или пытаешься мне помочь?

— Я выполняю приказы и пытаюсь тебе помочь, — он подмигнул Клэр.

Когда дверь закрылась, в комнате воцарился полумрак. Единственным источником света был работающий проектор. Он был направлен на стену и показывал единственный слайд с просьбой ожидать.

Судя по проектору и множеству стульев с небольшими дощечками для письма, комната была ничем иным, как залом для брифингов.

Помимо прочего, в комнате были несколько компьютеров, различные шкафы и полки. Стены были увешаны картами и пропагандистскими плакатами. Имелась даже небольшая трибуна c висевшим над ней старым флагом Эквестрии.

Клэр приблизилась к знамени, чтобы рассмотреть его поближе, ведь раньше она видела его только в учебнике истории.

Голубое полотно, усеянное множеством звёзд, с солнцем и луной посередине. Дневное и ночное светило были окружены двумя вытянувшимися существами похожими на обычных пони, но только у них были и крылья и рог.

— Завораживающе, не правда ли? – Сразу с четырёх сторон прозвучал властный и громкий голос.

Клэр едва не подскочила от неожиданности и с удивлением глянула вверх. В углах комнаты она увидела висящие динамики, из которых и шло вещание.

— Извиняюсь, если напугала, — даже с просьбой о прощении на устах, неизвестная всё равно звучала величественно и даже устрашающе, — мне кажется, что тебе будет проще, если ты сможешь видеть меня.

Несколько сенсоров, висевших на потолке, загорелись ярким синим светом и выстроили перед глазами Клэр слегка рябящую голограмму высокого существа на длинных ногах и с красивой парой широких крыльев за спиной. Из-под её небольшой тиары ввысь тянулся длинный рог, а грива и хвост магическим образом развевались точно на ветру.

У кобылки не возникло никаких сомнений: перед ней стоял аликорн, полумифическое существо, согласно учебникам истории, управлявшее Эквестрией пару столетий назад. Судя по изображению месяца на её нагруднике, это была Луна, младшая из двух сестёр-правительниц.

Вспомнив о старинных традициях, вычитанных из довоенных книжек, Клэр согнула правую ногу и поклонилась голограмме.

— Принцесса Луна, для меня честь встретиться вами, — взволнованно выговорила Уитли и выпрямилась.

Луна коротко рассмеялась.

— Это вовсе не обязательно, я ведь уже давно не принцесса, — она выдержала небольшую паузу, — теперь от меня остались лишь полуживое тело и эта имитация внешнего вида.

Луна обвела саму себя копытом и не спеша подошла чуть ближе к своей гостье. Голограмма чётко отображала движения и выглядела почти как настоящая. Лишь неестественно-сплошной синий цвет и некоторые помехи выдавали фальшивку.

— Я полагаю, что у тебя есть ко мне много вопросов. Задавай, на всё равно предстоит долгий разговор.

Клэр решила начать с вопроса, что сейчас беспокоил её больше всего.

— Где я нахожусь?

— Мы сейчас в Мэйнхэттене, а точнее в подземном бункере, который расположен под развалинами города.

Уитли не поверила своим ушам.

— Простите? – Она наклонила голову чуть вперёд и прищурила брови, — как это возможно, что я оказалась так далеко от столицы?

— Ах, да, — Луна подошла к одному из компьютеров, — позволь показать тебе кое-что.

Монитор зажегся тёплым ламповым светом, и на нём появилось изображение с камер наблюдения. В центре большого ангара стояла машина, похожая на смесь вертолёта и самолёта. На её коротких крыльях располагалась пара винтов, а на месте кабины были округлые клетчатые стёкла, отчего машина напоминала огромную стрекозу.

Вокруг этого странного аппарата крутились пегасы–ремонтники. Они подкручивали детали «стрекозы», и иногда поглядывали на единорога, стоящего внизу и что-то им кричащего.

— Когда на твоей стороне старые проверенные технологии любая проблема решается в два счёта, — Луна улыбнулась, — а особенно если это винтокрылы, способные преодолеть огромные расстояния за считанные часы.

— А откуда у вас столько довоенной техники? – Удивилась Клэр, — силовая броня, эти винтокрылы…

— Силовая броня, которую ты видела на бойцах, была разработана нашими учеными сравнительно недавно, всего-то 25 лет назад. Но обо всём по порядку: начнём из самого далека, поэтому присаживайся.

Голограмма указала копытом на близстоящий стул. Клэр молча сделала, как велели и уселась на самый его краешек. Луна же встала рядом с проектором, после чего тот щёлкнул механизмами и продемонстрировал следующий кадр.

На стене появилось изображение тронного зала наполненного пони, приклоняющимися перед могущественными правительницами, Солнцем и Луной.

— В незапамятные времена мы с моей сестрой Селестией правили страной, на руинах которой мы сейчас находимся. Она управляла дневным светом, а я держала ответ за ночное небо.

Слайд с тронным залом сменился изображением целой толпы эквестрийских солдат, грузящихся в винтокрылы на подобие тех, что Уитли видела на мониторах.

— Но из-за катастрофической нехватки ресурсов, необходимых для растущих потребностей нового, техно-магического общества, во всём мире начали происходить боевые столкновения. Однажды очередь воевать дошла и до Эквестрии…

Теперь место старой картинки занял слайд, показывающий врыв атомной бомбы и стремящееся к небу грибовидное облако.

— И вот, 198 лет назад, утром 23 октября, столь непривычная и чуждая для нас война открыла перед всеми своё истинное лицо: миллионы жизней оборвались в одночасье, а старый мир сгорел в атомном огне, сдобренный огромной дозой чёрной магии.

Изображение в очередной раз поменялось. Теперь Клэр смотрела на фотографию огромной двери убежища, на которой была изображена единица.

— Ещё до падения бомб, мы с Сестрой осознали, что крупномасштабная война неизбежна, поэтому мы заказали у компании волт-тек постройку сети подземных убежищ, призванных сохранить хотя бы часть нашего населения. В городе, построенном на основе одного из них, тебе и посчастливилось вырасти.

— Параллельно с этим мы запустили проект «возмездие», который был призван создать для нашей армии некое смертоносное оружие, которое должно было помочь нам вышвырнуть грифонских коммунистов из страны.

— Но мы не успели… атомный гром грянул куда как раньше. Все убежища, в том числе и первое, где находилась главная исследовательская лаборатория проекта «возмездие» закрыли свои гермодвери, а мы с Сестрой направились в этот бункер. Так началось самое тёмное столетие в истории нашей страны.

Пока Луна говорила, слайды продолжали меняться, показывая ужасающие кадры последствий атомно-магических взрывов. Целые города, стёртые с лица планеты, нескончаемое множество погибших.

— Целый век мы дрожали и молча отсиживались под толщей земли и бетона, даже не догадываясь, что творится на поверхности. Со временем, персонал бункера разросся до небывалых масштабов, нам даже пришлось углублять тоннели.

— Мы превратились в целое мини государство, на самом отшибе старого мира. Мы назвали себя «Анклав» и поклялись восстановить прежнюю Эквестрию, вселить жизнь в эти выжженные солнцем пустоши, снова научить пони идеалам чести и дружбы.

Увлечённая рассказом Луны, Клэр больше всего заинтересовалась частью про секретное оружие. Она приложила копыто к подбородку и с задумчивым видом спросила:

— Но что же случилось с проектом «возмездие?»

— А это самое важное, поэтому слушай внимательно: Спустя первые несколько лет после войны, мы поддерживали связь с лабораторией и со всеми остальными убежищами. Всё шло по плану, мы даже получали утешительные отсчёты из первого. Но однажды мы просто потеряли связь с исследовательским центром. Никто тогда не смог решиться добраться до убежища и выяснить, что произошло…

— Спустя сотню лет, когда мы окрепли и сформировали вооружённые силы Анклава, мы решились наконец узнать, что произошло в первом. Наши пони впервые выбрались на поверхность и были удивлены тем, что мир вокруг вполне пригоден для жизни. Более того, его населяли разумные существа и группировки.

— Мы организовали небольшую перевалочную базу Наварро, близ города Филлидельфия. Я осталась руководить бункером, а Селестия направилась на поверхность, чтобы явить себя народу. Но это оказалось фатальной ошибкой…

— Окружающий мир оказался слишком враждебным и даже при поддержке винтокрылов мы не удержали позиции в Наваро. Нескончаемые толпы рейдеров и мутантов, вынудили нас вернуться обратно под землю. Однако не все смогли добраться до Мейнхеттена… Селестия навсегда осталась в пустошах.

Клэр вскочила со стула и глянула в глаза голограмме.

— Но ведь Селестия была самым могущественным существом в Эквестрии!

Луна вздохнула.

— К этому моменту, её силы иссякли, как и мои. Мы потеряли все свои выдающиеся способности и стали простыми пони. Как видишь, я состарилась, как и все остальные и теперь вынуждена томиться в капсуле жизнеобеспечения.

— С тех пор прошла ещё одна сотня лет, и, как и раньше, мы не сидели, сложа копыта. Мы стали засылать в пустоши своих агентов.

— Таких, как Фрэнк?

— Именно. Они доложили, что жизнь в пустошах стала куда как менее опасной, а на юге страны даже сформировалось новое государство, с которым ты уже сталкивалась – НДР.

Напоминание о республике сразу же заставил Клэр вспомнить Дойла и его сумасшедшего брата. Это разожгло огонь ненависти в её груди с новой силой.

— Границы республики протянулись от самых южных гор и до реки между городками Эппллуза и Понивиль. Последний же они не столь давно заняли и организовали там укреплённую базу, а буквально вчера вечером обосновались в Демовиле.

— Они подбираются к столице, потому что первое убежище вы организовали именно там, — догадалась Клэр.

— Хм, а ты ещё умнее, чем кажешься, юная мисс Уитли. Да, ты совершенно права: нам стало известно, что НДР охотится за результатами проекта «возмездие». Поэтому мы разворачиваем войска для высадки на большую землю. Начинается настоящая гонка, от исхода которой зависит судьба всей пустоши.

— Мы не можем допустить того, чтобы смертоносным оружием завладела НДР – Решительно заявила Клэр, — но я всё равно не понимаю, какова моя роль во всех этих событиях.

— Ты дочь невероятно целеустремлённого пони, моя дорогая Уитли. Твой отец каким-то образом завладел частью данных по проекту, сохранённых на маленьком красном кристалле. Тебе однозначно передался железный характер отца. Как же жаль, что мы не нашли вас первыми…

— Но его у меня забрал рейнджер НДР, — стараясь сдерживать злобу, быстро сказала Клэр.

— Только не раньше того, как мы сами вынули из него нужную информацию, — Луна снова расплылась в дружелюбной улыбке, — нам несказанно повезло, что вы решили заглянуть в Марипозу.

— Однако, — продолжила принцесса, — всё оказалось не так гладко. Часть информации на кризалите отсутствовала и мы предполагаем, что этот загадочный Блейк, как-то связан с остальными данными.

— Клэр, ты видела, какими методами своих целей достигает НДР. Из-за них, ты потеряла свой дом и друзей. Мы просто не можем позволить этому порождению жестокого пост ядерного общества начать строить новую Эквестрию. Мы должны снова заявить о себе, мы должны выполнить своё давнее предназначение. И нам сейчас как-никогда нужны такие пони, как ты.

Луна подошла к Уитли вплотную и наклонилась к ней, чтобы встретиться с её глазами своими.

— Ты с Анклавом, Клэр?

## Дорога в Кантерлот

Старые технологии, архивы с довоенными знаниями, военная и политическая мощь, шанс спасти Эквестрию, — всё это можно уместить в одном слове — Анклав. И сейчас Клэр выпал шанс связать свою судьбу с этой организацией. С помощью Анклава она могла не только расквитаться с НДР, но и сыграть важную роль в грядущих событиях.

— Что ж, — Клэр задумчиво отвела голову в сторону и провела копытом от макушки до шеи, — первый раз в жизни я могу стать частью чего-то действительно значимого, попытаться исправить ситуацию на пустошах…

— И это значит? – Голограмма Луны с выжидающим взглядом наклонила голову вперёд.

— Это значит, что я не могу упустить такую возможность, мэм! – Кобылка цокнула копытами по полу и встала по стойке смирно.

— Я рада, что ты проявила благорассудство, – после этих слов, аликорн подошла к терминалу на стене и дверь в помещение моментально отворилась.

Клэр сообразила, что ей пора удаляться, и направилась к выходу. Но уже на пороге её остановил голос принцессы.

— Стой, перед тем, как ты уйдёшь, я хотела бы задать важный вопрос: у тебя остались друзья на пустошах? – На мгновение голограмма как-то недобро прищурила брови, и Клэр сразу же заподозрила нечто неладное.

— Нет, мэм, никогда не было и не будет, — для пущей убедительности, кобылка затрясла головой.

— Тогда у меня больше нет вопросов, — Луна снова заискрилась дружелюбием, и натянула на лицо улыбку, — мне жаль, что я не могу поговорить с тобой как следует, но я уверена, что когда-нибудь мы это исправим! А сейчас мне пора возвращаться к работе, в курс дела тебя введёт твой новый начальник.

«Новый начальник? Странно, разве не Луна тут главнокомандующий? И какое ей дело до моего прошлого? Да уж, Уитли, опять ты напрашиваешься на неприятности!» — С этими мыслями Клэр добрела до лифта и отправилась на верхний ярус, к казармам.

Главное, чтобы не пришлось жалеть о содеянном. Что если ей просто крутят-вертят как малолетней марионеткой, прикрываясь порывами дружелюбия? Нет, тогда бы Бонни со своим боссом не стал бы помогать ей так односторонне. Ладно, в любом случае, сейчас нужно было сфокусироваться на мести НДР.

— Хм, паршивенькая цель, но всё же… — Пробормотала Клэр, выходя из лифта. Она завернула к той комнате, где очнулась полчаса назад и уже собралась открыть дверь, как сзади раздался плавный и певучий голос:

— Разговариваем с собой?

Уитли обернулась и увидела перед собой белошёрстное пятно, завёрнутое в серую шинель с серебряными звёздами на погонах.

— Давно не виделись, — Ублюдок приветливо улыбнулся и поправил на носу чёрные очки, — чувствую каждой клеточкой своего тела, что ты выглядишь так, словно призрака увидела.

— В какой-то мере так и есть, — Клэр пожала плечами.

— Я-то призрак? – белоснежный пони коротко рассмеялся, — вы мне льстите.

— Только моё замешательство вызвано не вашим появлением.

— А, — протянул Ублюдок, — понимаю, наша госпожа всегда производит неизгладимое впечатление, настолько неизгладимое, что даже начинаешь доверять ей.

— А вы не доверяете своему командиру?

— Что? Нет, нет, нет, не слушайте мои глупости, — Ублюдок выставил перед собой копыто и покачал им в воздухе, — вы ведь теперь с нами, и надо признать, на вас хорошо сидит форма, — он сделал вид, будто оценивающе глянул на Уитли и еле заметно кивнул.

— Кто тут ещё кому льстит, — Клэр приложила копыто к висящему на ней кителю и фыркнула носом,- а что касается моего вида, то я просто удивлена, что и вы тут.

Ублюдок по-дружески приобнял Клэр.

— О, я не просто тут сижу, сложа копыта! После госпожи я второй пони во всём Анклаве, — он обвёл копытом пустоту вокруг себя, и, отпустив кобылку, направился к лифту, — пойдём, моя дорогая Уитли, нам предстоит много работы, а времени у нас в обрез.

По пути на средний ярус базы, Ублюдок заглянул в мастерскую, где копался робот-помощник и вынес оттуда старый пип-кольт Клэр, который несколько вырос в габаритах за счёт небольшой надстройки над экраном.

Слепой пони объяснил, что техники не могли удержаться, чтобы не поэкспериментировать над идеальным образчиком техно-магического искусства. Они встроили в прибор улучшенную рацию, способную ловить сигнал на огромных дистанциях, а также нанесли на карту подробное расположение всех важных объектов.

— Уау, — Клэр повертела устройство в копытах и принялась пристраивать его к ноге, — теперь от этого куска железа будет ещё больше толка.

— Не говоря уже о том, что я лично приказал внести туда схему нашей базы, чтобы тебе было проще ориентироваться.

Клэр поспешила за жеребцом, направившимся дальше по коридору. Ублюдок часто задевал прохожих солдат, но каждый раз отряхивался, ловя ушами их дежурное «простите» и, не сбавляя темпа, шагал дальше.

— Мне приказали посвятить тебя в курс дела, так что слушай внимательно,- чуть запыхавшись, бросил Ублюдок.

— Так точно, но для начала у меня есть один вопрос.

— Выкладывай.

— Эм… Мне так и называть вас? Это же вроде ругательное слово…

Ублюдок расхохотался.

— Как же часто мне это говорят! – Воскликнул он, отдышавшись, — если тебя так беспокоит неуважительное отношение к командиру, то можешь звать меня просто полковником, но если честно, мне это нравится меньше.

Не останавливаясь ни на секунду, он продолжил:

— Итак, ты теперь находишься в моём ведомстве, а конкретно в распоряжении войск специального назначения. Ты не солдат в прямом смысле этого слова, но у тебя есть доступ ко всем нашим ресурсам, и ты имеешь право носить форму Анклава. Возможно, окружающие будут относиться к тебе с опаской, ведь ты первая, кого мы приняли в свои ряды извне, но ничего страшного: тобой, как и Бонни имеем право командовать только мы с принцессой.

— Я работаю не на вас, а с вами, — Уитли вспомнила старые слова Ублюдка. В ответ тот лишь молча кивнул.

Ублюдок остановился возле ещё одного лифта и жестом пригласил Клэр войти первой. Двери с жужжанием захлопнулись, и платформа направился на этаж ниже.

— Кроме тебя и Бонни у нас есть и другие специальные агенты, — изрёк полковник, в ожидании приезда, постукивая копытом по полу, — тебе предстоит работать с одной из них, поэтому я сейчас вас познакомлю.

По прибытии на нужный этаж, пони направились к белой двери с табличкой «Лаборатория №2» За ней оказалась просторная комната, оборудованная медицинскими приборами и инструментами. Кроме нескольких крыс-мутантов, сидящих в клетках на полках, в лаборатории не было никого живого. Крысы сидели на удивление спокойно, словно слушая тихо играющий на фоне марш.

-Кхм, кхм, — полковник приложил копыто к горлу, — доктор Флаттершай!

— Кажется... — Начала Уитли, но не успела договорить. Сверху послышался металлический стук, и секунду решётка вентиляции лязгнула об пол.

Из дыры в потолке, маша крыльями вывалилась пегаска с длинной розовой гривой. Она кое-как смягчила падение попыткой взлететь, поэтому удара об пол удалось избежать.

Она выпрямилась перед полковником и виновато посмотрела на него своим единственным живым глазом. Второй глаз, как и всю остальную половину её тела, замещали механические протезы, на которых в собранном виде расположились различные инструменты. В наличии была даже компактно сложенная циркулярная пила.

Пегаска повернулась полу-боком, и Клэр увидела, что роботизированная часть её головы была сделанна из прозрачного материала, сквозь который был частично виден мозг. В него были вживлены периодически мигающие электронные лампы.

— Простите, господин полковник, — жёлтая пегаска съёжилась всем телом и поджала уши, — но нескольким крысам опять удалось сбежать!

— Ничего, пошлём за ними робота-помощника, — успокоил её полковник, — если он, конечно, поместится в вентиляцию. И тем не менее, — он подтолкнул Клэр к робо-кобылке, — знакомьтесь! Клэр, перед вами доктор Флатершай, наш ксенозоолог. Она просто спец в обращении с мутировавшими животными.

— Приятно познакомиться, — пегаска протянула железное копыто Клэр и та с некоторой опаской стукнула по нему своим.

— Мне тоже. Ну а я…

— О, вы должно быть та прихожанка с большой земли! – перебила её Флаттершай, — жду не дождусь, когда мы, наконец, вместе отправимся на задание!

Флатершай хотела сказать, что-то ещё, но живой огонёк в его глазу потух и она обеспокоенно затрясла хвостом.

— Эм, вы ведь не злитесь за то, что я вас перебила?

Клэр даже не знала, что ей ответить. День выдался даже слишком богатым на неожиданные знакомства, но роботизированная кобылка-лаборант, которая страдает крайней степенью стеснительности, явно давала фору всем остальным.

— Всё в порядке. Я просто удивлена тем, что Анклав проводит роботизацию пони, вот и всё.

— Что? Роботизацию? – Флаттершай хихикнула, — вовсе нет, у Анклава бы не хватило мощностей для таких сложных операций! Меня нашли в штабе компании «робпонь» возле Филлидельфии, около ста лет назад. С тех пор я работаю в этой замечательной лаборатории и изучаю местную фауну!

— Более того, — вмешался полковник, — временной счётчик в главном процессоре доктора говорит о том, что она была собрана за неделю до начала великой войны!

— Ага, — поддакнула Флаттершай и застенчиво начертила копытом на полу круг, — но, увы, мой блок памяти не был завершён, поэтому я совершенно не помню ничего из своей старой жизни.

«Обидно» — подумалось Клэр. Ведь тогда в Марипозе она толком и не успела расспросить Октавию о довоенной жизни, и, к сожалению, второй шанс ей не выпал. Что ж, возможно модуль памяти не такая уж и сложная штука, чтобы её нельзя было починить.

Флаттерашй сказала, что ей нужно закончить кое-какие приготовления, поэтому она догонит полковника чуть позже. Пегаска удалилась в подсобке лаборатории, а Уитли вместе с Ублюдком продолжили свой путь дальше.

Спустя несколько минут блужданий, полковник и Уитли добрались до большой и шумной комнаты заставленной различным оборудованием: от простых раций, до терминалов дистанционного управления протектронами.

Связисты передавали сообщения и упорно устанавливали с кем-то соединение, офицеры, как пчёлы шныряли туда-сюда, попутно отдавая приказы чинами пониже, а несколько простых солдат безучастно сторожили подходы, посапывая сквозь коммуникаторы шлемов.

В центре этого командного зала стоял стол, на котором была разложена карта всей Эквестри. Вокруг стола расположился Бонни, боец в силовой броне, и несколько офицеров, что-то возбуждённо обсуждающих и тыкающих копытами в различные углы карты.

Откуда-то со стороны раций до Клэр донёсся обрывок фразы про мобилизацию всех войск. Да уж, кажется, дела обстояли весьма серьёзно. Клэр буквально чувствовала, как обстановка накаляется с каждой секундой.

-Внимание! – Подходя к карте, крикнул на солдат Ублюдок. Они сразу же выпрямились и отдали ему честь.

Клэр с опаской подошла к карте и поймала осуждающий взгляд офицеров. Впрочем, они поспешили удалиться, когда на них рыкнул полковник.

— Вольно, кобылки, вольно, — ублюдок встал на задние ноги и упёрся копытами в стол, — у меня распоряжение от принцессы: мы начинаем операцию «Кантерлот». Бонни, ты — мои глаза.

— Конечно, сэр, — единорог снял кепку и отложил в сторону, — итак, войска республики приведены в боевую готовность и выдвигаются со стороны Понивиля прямо к столице, — он обвёл копытом точки на карте с соответствующими названиями.

— Западная и восточная группы исключат возможность продвижения противника с флангов, — после этих слов полковника, Бонни провёл на карте черту от одного берега Эквестрии, к другому, через Марипозу и ещё пару городов.

— Ты, Фрэнк, возглавишь силы обороны в новой Марипозе, чтобы задержать противника. Пока штурмовой отряд не доберётся до убежища 1 и не скачает из главного терминала всю нужную нам информацию, вы не покидаете своих позиций, ясно?

— Так точно, — отчеканил Бонни.

— Собирай кольтов и грузитесь в винтокрылы, они уже готовы взлететь, — приказал слепой полковник.

Бонни развернулся и собрался уходить, но к нему подскочила Клэр и схватила под переднее копыто. Он обернулся и с удивлением глянул на неё.

Клэр держала в зубах чёрную кепку и глядела ему в глаза. Бонни улыбнулся и взял головной убор телекинезом.

— Только вернись живым, ладно? — Сказала Уитли.

Фрэнк накинул кепку на голову и похлопал рыжегривую пони по плечу.

— Обещаю, кнопка, всё будет нормально, — он сделал короткую паузу, — но ты тоже будь осторожна, хорошо? – Не дождавшись ответа, единорог быстро покинул командный центр. Клэр молча проводила его взглядом и снова вернулась к карте.

— Клэр, — начал Ублюдок, — на тебе и твоём отряде лежит основная задача: добраться до Кантерлота, проникнуть в убежище 1 раньше солдат НДР и вынуть данные из главного компьютера. Это должно помочь нам найти недостающие ответы.

— Какие силы направятся в столицу? – Спросила Уитли.

— Два винтокрыла, шесть солдат в силовой броне и доктор Флаттершай, — белый пони отстранился от стола, — На этом брифинг закончен. Рядовой, — он обратился к молча стоявшему всё это время бойцу, — проводите офицера на склад с оружием. И… Клэр?

— Что-то ещё?

Ублюдок слегка помялся, но потом решился сказать:

— Не дай себя сломать, я этого бы не хотел. А Дойл тем более…

Путь к складу был очень близок: оружейная раскинулась буквально в соседней комнате. Заведующий складом с сожалением сообщил о том, что не может выдать Уитли силовой брони, так как к ней нельзя так просто привыкнуть: нужна практика и время.

Вместо этого, оружейник вставил в куртку Клэр несколько магически закалённых бронепластин, что тоже было весьма неплохо. В добавок, Клэр получила штаны того же покроя, что и китель, защитные очки на подобие тех, что носят альпинисты, несколько ремней с вместительными сумками для снаряжения и, что самое необычное: ботинки с кованой подошвой.

Пони редко носят одежду, а уж тем более, полностью закрывающую тело, поэтому Клэр было очень неудобно и даже тесно в костюме, на размер большем, чем нужно. Хотя, важно было лишь то, что форма давала хорошую защиту.

— Разве, что в кепку броню не зашили, — усмехнулась она сама себе, в спешке снаряжаясь. Новенький и блестящий смазкой плазменный пистолет отправился на правое копыто, а энергетические батареи и пайки с сеном в подсумки.

Клэр сверилась с картой базы и направилась к ангарам с винтокрылами, где её уже должны были ждать. На входе её встретил боец в силовой броне, частично выкрашенной белой краской. На белёсые пятна были нанесены какие-то странные символы округлой формы.

Кроме всего прочего, к его спине был прикручен здоровенный железный рюкзак, от которого тянулась длинная патронная лента и скрывалась в чреве трёхствольного пулемёта, угрожающе скалящего стволы на боку хозяина.

— Меня зовут Танк и я сержант сухопутных сил, — заговорил тяжёлым голосом солдат, — я буду помогать вам командовать, мисс Уитли, — он снял свой шлем. Из под железной маски вынырнули горящие задором глаза, а за ними продолговатое полосатое лицо.

Удивительно, но перед кобылкой стояла настоящая зебра, в чёрную полоску и с характерным ирокезом вместо гривы. Грубые и несколько квадратные черты его лица прекрасно сочетались с массивной бронёй. Раньше Клэр не доводилось видеть зебр, поэтому она была в замешательстве.

— Вы чем-то удивлены? Уж не тем ли, что я зебра? – Он усмехнулся.

— Нет, ведь ещё до аннексии вашей страны, в Эквестрии было немало зебр, — Улыбаясь соврала Клэр, стараясь скрыть соё удивление. Его жизнерадостное настроение невольно передалось и ей, — просто, почему именно Танк? Ты же тут не единственный в силовой броне.

— Не единственный, но зато всегда пру напролом, прямо как танк! За это и прозвали, — он с гордостью стукнул себя копытом в грудь.

Всё было готово к отправлению, поэтому Клэр вместе с Танком поспешили к винтокрылу. Вблизи машина казалась гораздо больше и выглядела более устрашающей, чем на мониторе. Словно клыки из-под его кабины торчали слегка заострённые на концах стволы лазерных орудий.

Винты пришли в движение, набирая обороты и создавая много шума. С протяжным гулом верхние створки ангара расступились, и внутрь ворвался луч дневного света. Клэр напоследок глянула на голубое, безоблачное небо, и взошла на борт.

Отсек для десанта был весьма тесен: в нём едва помещались бойцы в силовой броне, поэтому их пришлось распределить по двум машинам. Танк, с ещё одним бойцом и Флаттершай были вместе с Клэр, а остальные солдаты сидели в другом винтокрыле, который должен был лететь рядом.

«Стрекоза» начала набирать высоту и всё дальше отдаляться от ангара. Клэр глянула в иллюминатор и увидела внизу, между завалов и разрушенных домов закрывшиеся ворота. Больше ничего не свидетельствовало о том, что здесь скрыта база Анклава.

Разрушенный Мейнхеттен быстро остался позади, и сверху открылся отличный вид, на северную пустошь. От созерцания проносящихся мимо пейзажей Клэр отвлекла Флаттершай, подсевшая рядом.

— Вы позволите вам кое-что объяснить?

— Конечно, — ответила Клэр, и повернулась к робо-пегаске.

— Дело в том, что в Кантерлоте разведкой было замечено множество опаснейших хищников-мутантов с пустошей. Местные прозвали их когтями смерти, — она на секунду призадумалась, — из-за их длинных и смертоносных когтей, я полагаю. Надо сказать, что это имеет под собой основания, ведь они могут разрезать даже броню этого винтокрыла!

— Поэтому ты тут, с нами? – Догадалась Клэр.

— Корректно, — Флаттершай улыбнулась, прикрыв глаза, — Я почти научилась общаться с ними, поэтому, если пули уважаемого Танка окажутся недейственными, то я смогу помочь. Но вот только… — Она резко погрустнела.

— Тебя что-то беспокоит? – Клэр пододвинулась ближе к пегаске.

Флаттешай глубоко вздохнула.

— Каждый раз, когда я вижу некие косвенные напоминания о моей жизни из старого мира, мой процессор может взбунтоваться и тогда снаружи окажется совсем не та я, что сидит здесь перед вами. Я в первый раз выбираюсь из бункера за последние сто лет, поэтому я боюсь, что из-за этого негатив усилится и тогда мне не помогут ни стимуляторы, ни мед-х. Вас это сильно беспокоит, Клэр? – Флаттершай наклонила голову на бок и выжидающе глянула на рыжую кобылку.

— Успокойся, мы справимся, — Клэр положила копыта на плечи Флаттершай. Мне всего семнадцать лет, а тебе уже целых две сотни! Боюсь, что это я окажусь менее устойчивой, чем ты, — она подмигнула пегаске.

— Вы хороший командир, Клэр, а ещё вы хорошая пони. Знаете… Мне с вами так спокойно! — Флаттершай в порыве умиления обняла Клэр и прижалась к ней металлической стороной.

Впрочем, она быстро отпрянула от командира и поджала копыта.

— Эм, простите меня за это, я просто очень сентиментальная робо-пони, да и милометр, что-то барахлит в последнее время, и вообще…

— Всё в порядке, Шай, — с улыбкой на лице ответила Клэр, — это всё, что ты должна была мне сказать?

Розовогривая пони коротко кивнула.

— Вот и отлично, — Уитли глянула на обновлённый пип-кольт, — Эй, танк! Вы тут у себя радио слушаете?

— Неа, — отозвался сержант и качнул головой, — думаете, что тут ловить будет?

Попробовать стоило, всё-таки не зря же техники Ублюдка накрутили на пип-кольт эту коробку с усилителем. Клэр щёлкнула рычажком, и из динамик разразился помехами. Спустя пару минут она настроилась на знакомую волну, и пип-кольт заговорил голосом Смарт Фокса.

«… что ж, это было весьма интересно, но давайте вернёмся к недавней теме. Как многим уже известно, войска НДР пришли в движение и сейчас находятся на половине пути к Марипозе. Да, да, вы не ослышались!

Сейчас бойцы республики вступают на столичную пустошь, подчиняя себе все поселения, что оказываются у них на пути. Что это, экспансия, или у них есть иная цель? Время покажет!

Многие из вас задаются вопросом: куда же пропал предводитель полиции нашего города, господин Ублюдок? Согласно достоверным источникам, он скоро вернётся с подкреплением.

Помните старые сказки о том, что где-то в глубине радиоактивной пустыне скрыта могущественная довоенная организация,рискнувшая выбраться на поверхность лишь однажды? Так вот, сейчас старый миф оживает буквально на глазах! Вы в это не верите? Выгляните в окно!

Скоро в небе появятся их металлические летающие повозки, крылья войны, на которых они принесут нам защиту! Дорогие друзья, скоро мы сможем воочию увидеть на наших улицах солдат старого мира, по которому мы поём свой печальный блюз…»

## Жизнь после смерти

В глаза настырно бил яркий свет. Жмуриться дальше было невозможно, поэтому пегас резко развернулся и запутался в чём-то тяжёлом и мягком. Он испуганно вскочил с места и скинул с себя шерстяное одеяло.

В голове моментально вспыхнула пронзительная боль, настолько сильная и неожиданная, что у обладателя крыльев потемнело в глазах. Ему пришлось облокотиться на стену у кровати и медленно сползти обратно в постель.

Пегас издал протяжный стон, больше от отчаяния, чем от боли, и в тот же момент в комнату впорхнуло рослое массивное существо.

Пегас с ужасом в глазах вспомнил то, как его чуть было не разорвали в клочья похожие твари, и, съёжившись всем телом, инстинктивно подался назад.

— Эй, эй! – Воскликнул незнакомец, выставив перед собой передние лапы, – успокойся, товарищ!

Серый жеребец, как-то по-глупому прикрывшись одеялом, собрал мысли в кучу и присмотрелся: напротив него стоял на редкость гнилой гуль, покрытый нечастыми чёрными перьями, поверх которых был накинут засаленный китель с парой красных звёзд на воротнике.

— Грифон? – С удивлением выдавил пегас, и окончательно скинул на пол свою незатейливую шерстяную защиту, чтобы лучше рассмотреть визитёра.

Гуль поправил круглые очки на длинном клюве и улыбнулся, насколько это было возможно.

— Ты не первый, кого это удивляет, товарищ.

Пернатый подошёл ближе к кровати и продолжил своим на удивление мягким голосом, в котором явно слышался иностранный акцент:

— А теперь соберись с духом и попытайся вспомнить, как тебя зовут.

Пегаса затошнило, и коленки задрожали от тревоги – он ничего не помнил, кроме омерзительных крылатых волков! В голове была лишь кромешная тьма, на задворках которой вихрем кружились незнакомые мысли, страхи и переживания.

— Меня зовут, — с трудом выговаривал пегас, – меня зовут…

Так и не найдя ответа, серый схватился копытами за голову и тихо замычал, бесцельно покачиваясь в лучах полуденного солнца на незнакомом ложе в незнакомом доме, точно загипнотизированный.

Грифон вздохнул и пододвинул к кровати ветхий стул спинкой вперёд, на который и уселся, сложив лапы на спинке. Он озадаченно поглядел в сторону, а затем почесал плешивый затылок и перевёл взгляд обратно на своего пациента.

— Знаешь, ты постоянно бормотал, пока был без сознания.

Крылатый поднял взгляд на гуля и дрожащим голосом спросил:

— Что конкретно я говорил?

Грифон приложил палец к клюву и задумался.

— Надо вспомнить, ты много чего сказал за тот день, что валялся тут.

— Давай самое запоминающееся, — с надеждой в глазах промолвил пепельный пегас. Он немного оживился, потому что надеялся вспомнить хоть что-то по рассказам незнакомца.

Гуль усмехнулся.

— Лично для меня важно имя, которое ты всё повторял и повторял – Клэр. И пёс бы с ним с именем, ты несколько раз произнёс фамилию Уитли, которая мне ну очень хорошо знакома.

— Клэр… Уитли… — Медленно произнёс жеребец и ощутил в голове странное покалывание, к которому вскоре добавилось волнение. В мыслях промелькнуло что-то рыжее и упрямое.

— Ещё ты много говорил об НДР, да о каких-то мёртвых рейдерах, — добавил грифон.

Пегаса словно водой окатили. Он резко выпрямился и, совладав с дрожью по всему телу, подался вперёд, уставившись прямо в глаза собеседнику.

— У меня сейчас дырка в голове, да?

Гуль прихлопнул в ладоши и заулыбался сильнее.

— Мне нравится ход твоих мыслей, товарищ! Да, да, тебя ранило в голову! Давай, думай дальше, думай! – Воскликнул Грифон, жестикулируя лапами и как бы призывая пегаса идти вперёд.

В голове раненого поселилось чувство, что он ломится в закрытую дверь, за которой находятся все ответы. Он напрягся ещё сильнее, отчего голова заболела просто невыносимо. Но он стиснул зубы и стал вспоминать дальше.

Он уже видел своего брата, который не раз пытался его убить, видел казармы солдат НДР, где он провёл несколько лет своей жизни. Но это всё было лишь началом и концом, а нужно было вспомнить то, что было посередине, и ключом к этому явно была молодая кобылка с рыжей гривой. Но нужно было узнать что-то ещё.

— Попробуй вспомнить того ублюдка, который в тебя выстрелил, — посоветовал грифон.

Ублюдок, вот оно! В голову буквально врезался поток мыслей, осветивший все последние события. Жеребец был готов расхохотаться от счастья, но от стресса и одновременно нескончаемой радости его желудок не выдержал и решил прочиститься.

Грифон склонился над рвущим пациентом и положил свою гнилую лапу ему на спину. Вскоре «больной» отдышался и выпрямился, едва сдерживая радостный смех.

— Меня зовут Дойл, и я помню всё!

Грифон тоже повеселел и помог Дойлу подняться.

— Славно, славно! А теперь давай, ложись обратно…

— Нет, нет, мне срочно нужно бежать! – Прервал его Ротшельд и попытался вырваться, но гуль крепко схватил его за плечи и усадил обратно на кровать.

— Куда бежать, ты совсем сдурел что ли? Ты на ногах едва стоишь!

— У меня есть крылья! — Брыкаясь, выпалил Дойл.

— Да и они у тебя не в лучшем состоянии! Спокойно, спокойно, чудак ты эдакий, расскажи сначала что случилось!

Это было разумное предложение. Какие бы сейчас эмоции Дойл ни испытывал, ему необходимо успокоится и всё хорошо обдумать. Если он вырвется на пустоши в чём мать родила, чтобы на всех порах помчаться на спасенье Клэр, то из этого вряд ли выйдет что-то хорошее.

Дойл прильнул к стене и огляделся: Он находился в довольно ветхой лачуге, кое-как склёпанной из дерева и кусков шифера. Пол и стены были завешаны прозрачным полиэтиленом, на котором виднелись засохшие пятна крови. Особенно много их было вокруг операционного стола, что стоял по центру помещения.

— Вы врач?

Грифон вновь поправил очки, но на этот раз с отблеском гордости во взгляде.

— Скорее учёный, но медицину я за свой долгий век тоже хорошо освоил. А теперь скажи мне, откуда ты знаешь про фамилию Уитли?

Дойл скрестил копыта на груди.

— Сначала расскажите, где вы меня нашли и как я выжил. Честный обмен информацией получится, ведь так, док?

«Врач» коротко рассмеялся и снова уселся на стул.

— Это хорошо, что к тебе вернулась наглость, значит, быстро поправишься. Ну, слушай: Я наткнулся на яму заваленную трупами, когда проходил мимо Демовиля. Над городом возвышались клубы дыма, а в небе стремительно уходил за горизонт какой-то странный транспорт, немного похожий на вертолёт. Я решил, что надо бы сваливать как можно дальше, если жизнь дорога. А она мне дорога…

— И тут?.. – Поторопил, его Дойл.

— И тут я заметил, что в куче что-то шевелится. Пригляделся — а там ты, пытаешься выползти наверх в полусознательном состоянии.

— И как я не умер от попадания в голову? – Поинтересовался пегас и потёр перебинтованную рану на лбу.

— А у тебя вместо куска черепа стоит металлическая пластина, такие обычно ставят как заплатки после сильных травм. Пуля угодила как раз туда, и в итоге ты получил контузию. Кстати, вот тебе зеркало, — с этими словами грифон протянул Дойлу блестящий предмет, и тот неуверенно принял его в ослабшие копыта.

— Серьёзно, пуля попала прямо в этот кусочек металла? – Глядя в зеркало спросил Дойл и даже мотнул головой в знак своего удивления. — Не думал, что она меня спасёт.

В голове пробежала мысль о том, что брат мог специально выстрелить в «заплатку», ведь он прекрасно знал о ней. Но зачем ему это надо? Нет, звучит слишком глупо, чтобы быть правдой. Брат ненавидел Ротшельда и никогда бы не упустил возможности расправиться с ним.

Пегас снова взглянул на своё отражение и приметил, что действительно находится в плачевном состоянии. В окаймлённом коричневой шерстью глазу лопнуло несколько сосудов, отчего по белку потянулись запутанные кровяные лозы. Лицо выглядело исхудавшим, будто он валялся в отключке несколько месяцев.

— Как сейчас себя чувствуешь? – Поинтересовался грифон.

Дойл осторожно начал слезать с кровати и, не задумываясь, ответил.

— Хуже, чем паршиво, чего уж лукавить, — он медленно, но уверенно встал на пол. – Только этого недостаточно, чтобы сидеть, сложа копыта!

Пегас простоял на дрожащих ногах недолго. Вскоре он потерял равновесие и завалился назад, приземлившись на круп. Он обессиленно прислонился к стоящей позади кровати и оттолкнул от себя лапу доктора, который тут же подоспел на помощь.

— Док, просто дайте мне пару стимуляторов, этого хватит, чтобы я протянул несколько километров.

Грифон вздохнул и подлетел к металлическому ящику с медикаментами. Он достал оттуда шприц и постучал по нему пальцем, глядя на пегаса.

— Так и быть, я дам тебе химию, но для начала ты мне всё расскажешь.

Дойл устроился поудобнее и глянул на подходящего к нему гуля.

— Кто такая Клэр? Хм, надеюсь, это ты мне всё объяснишь, потому, как я знал её совсем недолго. Но она успела втянуть меня в события, от которых я пытался убежать все последние годы.

Серый прервался и уставился на собеседника.

— А закурить не будет?

Грифон мотнул головой.

— Бросил. Лет шестьдесят назад…

— Экие вы все любители здоровой жизни… — Дойл прыснул со смеху, глядя на своего гнилого собеседника. — Сам пытался завязать, но не смог. Ладно, насчёт Клэр: она жила в городе-убежище, но на днях его кто-то сравнял с землёй, возможно никто кроме неё не выжил. Она вынесла оттуда ценную информацию и встретилась со мной недалеко от места событий. Ей нужно найти какого-то Блейка.

Пегас задумчиво приложил к лицу копыто и зажмурился.

— А зовут эту загадочнуюю персону… Себастьян! – Осенило пепельного. — Точно Себастьян, вы знаете такого?

Грифон усмехнулся и мотнул головой, цокнув клювом.

— Конечно я его знаю, ведь это я и есть.

Дойл сделался серьёзным и даже приподнялся с пола. Он недоверчиво осмотрел гуля и переспросил, не ошибся ли тот.

— Вне всякого сомнения, товарищ, я тот, кого искала Клэр! И я более чем уверен, что ей нужно от меня это, — Блейк достал из кармана кителя зелёный кристалл и протянул пегасу.

— Это вторая часть кой-каких данных. Если она ищет меня, то у неё должна быть первая половина.

Не теряя больше ни минуты, грифон склонился над ослабшим пегасом и всадил ему в ногу стимулятор с львиной дозой препарата, а после в качестве добавки вколол шприц с мед-х, чтобы ускорить процесс восстановления организма.

Дойл почувствовал резкий прилив сил и уверенности в себе. Он был рад, что его новый знакомый подхватил тот же энтузиазм, ведь действовать нужно было незамедлительно.

— Давай, давай товарищ, — подгонял Грифон. – Вставай на ноги, нас ждёт дальний путь! Готов поработать крыльями?

Ротшельд уже самостоятельно мог ходить, хотя и понимал, что это временная иллюзия и скоро ему снова станет, мягко говоря, хреново. Его это не волновало — главное, что сейчас тело перестало ныть, а мысли прояснились.

— Как быстро же изменилось твой настроение… Нам нужно лететь туда, где ты меня нашёл. В последний раз Клэр была там.

Блэйк не смотрел на собеседника. Он принялся резво рыться в шкафу. Вот он уже вынул пачку патронов, но на этом его поиски не прекратились. На секунду он прервался и ответил Дойлу.

— Не торопись, её скорее всего там уже нет. Сейчас мы полетим в Шайни Скайс.

Блэйк наконец-то нашёл, что искал. Он вынул из шкафа грифонский пистолет с удлинённым стволом и выжидающе глянул на Дойла. Тот в недоумении уставился на гнилого.

— Что, не слышал о Шайни Скайс? А ещё пегасом себя называешь!

— Нам нужно в Демовиль. Клэр скорее всего забрал мой брат, но он мог оставить улики! – Проигнорировал вопрос Ротшельд.

— Это я понимаю, — вздохнул грифон и захлопнул дверь шкафчика. – Но нам необходимо снаряжение и помощь, а всё это мы можем получить в небесном городке неподалёку. Кстати, кто твой брат?

— Рейнджер НДР.

Гуль грузно уселся на операционный стол и раздосадовано принялся заряжать пистолет.

— Ну вы и вляпались, товарищи пролетарии! Тогда нам точно нужны ещё бойцы, иначе проще сразу взять и застрелиться, — он приставил снаряжённый пистолет к голове. – Бум!

— Шутки в сторону, я сам служил в армии двуглавого дракона и кое-чего умею, — Дойл демонстративно стукнул себя копытом в грудь. – Собираемся и вылетаем, по дороге расскажешь мне про этот свой Шайни Скайс.

На том и порешили.

Пегас быстро собрал все свои оставленные вещи, накинул одежду и сунул за пазуху шило. Другого оружия у грифона к сожалению, не оказалось, что таки оправдывало необходимость лететь в этот таинственный небесный город, чем бы он ни был — может там удастся разжиться стволом посолиднее.

Взяв с собой по рюкзаку с провизией, компаньоны поспешили выйти на улицу. Дойл зажмурился от непривычного солнечного света и даже не увидел, как Блейк пристрелил пару здоровых рад-тараканов, рывшихся в мусоре рядом с хижиной.

Ротшельд стиснул зубы и с трудом оторвался от земли. Даже несмотря на действие стимуляторов, многострадальные крылья давали о себе знать. Он кивнул стоящему на земле грифону и тот присоединился к полёту.

— Нам нужно лететь ровно на восток, пока не увидим скопление мутных облаков, — проговорил грифон и подтянул лямки рюкзака. – Путь не очень долгий, но и не самый близкий.

— Так, — Дойл поднял копыто. – А теперь объясни мне, как город стоит на облаках? Я думал, что пегасы могли ходить по небесной вате только несколько веков назад, до войны.

— Ууууу, ты явно отстал от жизни, сидя в этой своей новой демократической республике. Видишь вон то облако? – Грифон тыкнул пальцем вверх, где парил мягкий белый настил.

— Угу, — буркнул Дойл.

— Поднимись выше и попробуй на него встать.

Дойл скептически усмехнулся. Что этот прогнивший коммунист хочет ему доказать? Не найдя ответа, пегас с неохотой согласился. Бурча под нос всякие ругательства, он опустился на облако и вполне ожидаемо рассёк его ногами. Встать и близко не получалось.

Ротшельд умоляюще глянул вниз и развёл копытами в стороны.

— А теперь попробуй с этим, — гуль замахнулся и швырнул Дойлу тот самый зелёный кристалл, который Ублюдок в своём монологе называл кризалитом.

Пегас с трудом поймал вещицу и в очередной раз мысленно выругался, но на этот раз этаж мата был повыше. Какого сена он теряет тут драгоценное время? Ладно, попытка не пытка.

Он снова опустился вниз, но на этот раз совершенно неожиданно почувствовал под собой твердь. Изумлённо глянув вниз, Дойл убедился, что стоит задними ногами на самом настоящем облаке! Что вообще, Дискорд всех дери от кристальных гор и до Эпплузы, тут происходит?

Пока Ротшельд удивлённо раскрыв рот топтался на облаке, Блэйк смотрел и умилялся. Вскоре он подавил лёгкий смешок и поспешил к товарищу, который уже развалился на белоснежном паровом конденсате.

— Вижу у тебя это впервые! – Сказал Гуль и в очередной раз усмехнулся. – Складывай вещи на это облако и перевязывай верёвкой, мы используем его как телегу.

— Как так получается? – С горящими глазами вопрошал пегас. Сейчас он выглядел как восхищённый жеребёнок.

— Этот кристалл обладает сильным магическим потенциалом. Его энергия буквально струится во внешний мир и возвращает ему его волшебные функции!

— Так происходит со всеми артефактами старого мира? – Спросил Дойл, пристраивая свой багаж на облаке.

— С магическими – да, но если ты имеешь в виду бутылку из-под ядер-сидра, то нет. И вообще, хорошо, что ты спросил, — гуль достал платок и протёр очки. – Ведь Шайни Скайс держится в небе за счёт того, что жители как-то затащили наверх довоенный магический генератор. Он и сковывает облака.

Дойл обмотал вокруг себя верёвку и кивком пригласил «доктора» запрячься вместе с ним. Грифон скинул свой багаж на облако и принялся орудовать верёвкой.

— Несколько лет назад мне удалось стабилизировать этот генератор, за что местные пегасы мне теперь весьма признательны.

— Ты говорили, что ты учёный. Техномагия была твоей специальностью? – Спросил Дойл и, взмахнув крыльям, напарники устремились на восток.

— Всё не так просто, — Блэйк прочистил горло. — Я ношу эту форму не случайно. Я родился в Грифонии и служил в экспедиционном корпусе научного батальона.

— Погоди, так ты…

Грифон раздосадовано выдохнул и перебил собеседника:

— Да, да, товарищ, я стоял у ворот Кантерлота ещё до падения бомб и несправедливо топтал вашу землю.

Дойл махнул копытом.

— Это было двести лет назад, а ты так говоришь будто до сих пор чувствуешь себя виноватым.

— Мне это часто говорят. Но я не пытаюсь найти в ваших словах спасение, и уже тем более не собираюсь оправдывать себя законами военного времени. Но мне приходилось разбирать буквально каждую песчинку вашего мира на атомы, чтобы выяснить каким же образом ваша страна натурально пропитана магией.

— Почему ты так легко этим делишься, если тебя всё это так тяготит? – Пегас выдохнул. – Нет, послушай, я сам люблю поболтать, не говоря уже о том, что мне легко рассуждать о том, что теперь история, но…

— Время, — в очередной раз перебил его гуль. – Прошло так много этого проклятого времени, что я чувствую себя старым, а старики любят поговорить о том, что их волнует. Мне даже наоборот хочется, чтобы как можно больше товарищей узнало о моих деяниях. Но им всё это не важно, для них я добрый доктор. А мне важно, ведь я видел войну своими глазами. Крылатые бестия, да я сам один из виновников её начала…

— Но окружающие относятся к тебе хорошо, ведь так? Ты безвозмездно помогаешь мне, например.

— Я не буду бросать тебе пыль в глаза: я делаю всё это не ради тебя, а только ради Клэр.

— Позволь мне тоже быть честным перед тобой, — Дойл как-то виновато улыбнулся и поправил кепку на голове. – В противоположность остальному миру, НКР живёт со страшной неприязнью к коммунистам, а уж тем более к таким как ты. Довоенная закалка, красная угроза, шпиономания и всё такое. Я всегда был против большинства их решений, но тут я солидарен с моей бывшей властью: вы напали на нас первыми, в конце концов!

— А кто первый запустил ракеты?

Ротшельд возмутился:

— Погоди, ты хочешь сказать, что мы должны были подчиниться? У нас тогда ещё были шансы и никто не мог предугадать таких последствий!

— Я же сказал, что не собираюсь оправдываться, но тебе придётся смириться с фактом: винить Грифонию в уничтожении цивилизации ты не можешь.

Вокруг воцарилось молчание. Дойл не мог подобрать достойный ответ. То обстоятельство, что старый грифон может быть прав было не так просто принять, но пепельный пегас ещё с детства привык мыслить критически.

Ведь с одной стороны, кто дал право грифонам начинать войну? Но с другой, кто давал Эквестрии право выбирать судьбу остальной планеты? Что ж, в любом случае, Дойлу не хотелось показывать, что он с кем-то согласен в философских размышлениях, это не в его вкусе.

Тишину снова прервал грифон. Он толкнул собеседника локтём и от души засмеялся.

— Ну и загрузил же я тебя, товарищ! – Он смахнул с глаза слезинку. — Видел бы ты своё лицо! Ладно, пущай мы с тобой враги, но стрелять же друг в друга не собираемся? А? А?

Дойл улыбнулся и отстранил от себя лапу грифона, когда тот в очередной раз захотел его ткнуть. Действительно, что они не поделили? В нынешней радиоактивной пустоши уж точно ничего.

— Расслабься, всё нормально. Ты всё равно не хуже современных подонков, рейдеров к примеру, или этих выскочек из Стального Табуна.

— Ты про громил-культистов в рясах да силовой броне?

— Ага, — кивнул Дойл. — Когда я ещё был солдатом НДР мы от них проблем лопатой отгребли. Всё не хотели признавать за нами право владеть высокими технологиями. Слава всему довоенному, что сейчас эти железные дровосеки в подполье ушли.

— Да, я тоже имел с ними дело. Ещё до того, как мы с Уитли старшим устроили настоящую охоту за «Эквестрийской мечтой»

Дойл навострил уши.

— Ты о чём?

— Ах, прости, — Блейк стукнул себя по лбу. — Я же так и не рассказал тебе откуда знаю фамилию Уитли. Нам ещё прилично лететь, поэтому махай крыльями и слушай: Больше двадцати лет назад я наткнулся на убежище 35. Я предложил жителям свою помощь в обмен на тёплое местечко под крышей. Учитывая то, что резиденты уже давно планировали выбираться наружу и поддерживали контакты с внешним миром, их не смутил мой «потрёпанный» вид, и они впустили меня с условием, что я буду помогать местному врачу.

— Так вот откуда медицинские познания, — догадался Дойл.

— Точно, из убежища, но ближе к сути: я встретил внутри одного молодого авантюриста, который считал, что древняя легенда о надёжно спрятанном супероружии на самом деле реальность. Надо сказать, что я сразу же подхватил его энтузиазм, и мы сдружились. Этого парня звали Крис. Он не был учёным, скорее управленцем, но его доводов, основанных на довоенных бульварных историях оказалось достаточно, чтобы я присоединился к его поискам. А что ещё делать страннику, облетевшему на своём веку всю Эквестрию?

— Погоди, так ты везде успел побывать? – Воодушевился Дойл.

Грифон лишь отмахнулся:

— О том, как живут буржуи-щёголи из Филлидельфии я тебе потом буду рассказывать, сейчас важно не это. Так вот, я решил, что мне нечего терять, и мы начали поиски. В одном из старинных заброшенных убежищ мы таки нашли информацию о неких секретных довоенных разработках. Но ты знаешь, мы даже не удивились, словно просто ждали этого момента и знали, что он настанет.

Дойл перебил Гуля:

— Готов спорить на свою прекрасную шкуру, что всё оказалось далеко не так лучезарно.

— Ты прав. Данные которые мы скопировали на два носителя оказались лишь чертежами, в которых едва бы смог разобраться даже опытный инженер. В этот момент мы осознали, что поставили перед собой слишком сложную задачу. Кристофер вернулся в убежище и стал смотрителем, а позже у него родилась дочь. Я же продолжил скитаться по миру в поисках счастья.

— Я не хочу язвить, но… — Дойл задумался стоит ли ему продолжать.

— Но что?

— Но ты ведь по-прежнему хочешь докопаться до истины, правда?

— Хочу, и даже попробовал бы снова, если бы только Крис не умер, когда малышке Клэр не было ещё и года. Вместе с отцом в лучший мир отошла и мать девчушки.

— Оу… Я даже и не знал, что она осталась сиротой ещё задолго до нашей встречи. Но всё же: у тебя есть догадки, зачем Клэр могло понадобиться искать тебя?

Грифон резко остановился из-за чего пегаса одёрнула натянувшаяся верёвка. Дойл потёр горло и в недоумении уставился на гнилого.

— Разве ты с ней не говорил на эту тему? Вы же были вместе!

Дойл сдержал приступ гнева. Он уже успел сто раз обвинить себя в слабости характера, с тех пор как очнулся с дыркой в голове. Почему он так и не решился поговорить с Клэр? Разузнать всё, что её беспокоит? Да хотя бы расспросить о подробностях нападения! Всё, что он смог, так это молчаливо выполнять просьбу Ублюдка и приглядывать за ней, да и с этим прокол вышел.

— Нет, я не говорил с ней об этом, не довелось… Я даже не смог заставить её не лезть в мои личные разборки, которые теперь не имеют никакого значения.

Грифон зажмурился и в задумчивости почесал лоб.

— Ты говорил, что она вынесла из города-убежища нечто ценное, я полагаю это была первая часть данных?

Пепельный кивнул.

— Вынуть информацию из Кризалита самостоятельно вы не могли, у вас нет нужных свитков, а уж тем более хороших магов. Поэтому она вряд ли ищет меня в надежде получить вторую часть данных.

— Счесть информацию мог франт в шляпе и с сигарой с которым мы были в Демовиле, когда меня подстрелил брат. Боссом этого «гангстера» был Убдюдок, уверен ты о нём слышал.

— Конечно слышал, он фактически главный в Новой Марипозе. Так-с, это хорошо, товарищи. Раз с вами был пони Ублюдка — значит шансы, что Клэр выжила не так малы. Когда заручимся помощью пегасов из Шайни Скайс, то сразу же махнём в Марипозу.

— Вот поэтому надо спешить! – Дойл Дёрнул импровизированную повозку. — Обсудим остальные детали в пути.

— Ты прав, — грифон снова двинулся вперёд и прибавил взмахов. Вскоре оба перелётных друга выжимали из своих крыльев максимум.

Блейк продолжил:

— Я почти уверен, что Клэр за мной послал Стейл, наш общий с Кристофером друг. Когда Клэр осталась сиротой, мы со Стейлом решили, что ей будет гораздо лучше оставаться с ним. Оседлая жизнь была не для меня, поэтому я лишь раз подержал рыжегривого жеребёнка на своих гнилых лапах и навсегда покинул убежище.

— Ты даже её не навещал?

— Нет, — решительно ответил Грифон. – Я был далеко не самой лучшей частью жизни её семьи. К тому же мне не хотелось врать ей в глаза о том, что её отец никогда не был от убежища дальше чем в километре. Сам понимаешь, лучше бы ей было не знать о похождениях Криса и тихо мирно жить в городе-убежище.

— Всё же это несколько неправильно. Да и как-то клишировано что ли… А может быть ты просто боялся, что она захочет путешествовать с тобой?

— Чертовски боялся. Жизненный ориентир в виде сварливого Стейла был гарантом безопасности. Был… — Грифон тряхнул головой, чтобы отогнать скверные мысли. – Хватит разговоров, в этих местах могут летать стаи мутапчёл, посему гляди в оба.

Остаток пути двое провели в гробовой тишине. Говорить в любом случае не хотелось, да и о чём? Всё было и так ясно.

Когда опустошённые пейзажи скрылись из виду и под собой нельзя было ничего разглядеть кроме водной глади, стало понятно, что большая часть пути пройдена.

Дойл заметил, что это весьма разумно основывать воздушный город над морем, ведь так букашки с земли даже не смогут палить вверх из ракетниц, — полная недосягаемость, не говоря уже о том, что всех подлетающих будет видно за километр.

После недолгой остановки и отдыха, грифон и пегас продолжили полёт. По заверению Блейка оставалось совсем немного, что не могло не радовать – Дойл уже устал выискивать среди однообразных облачных коридоров нечто похожее на город.

— На что он похож? – Дойл запнулся, — мы ведь уже преодолели опасный участок?

— Его и не было, — хихикнул Гуль. – Мутапчёлы… Ты серьёзно поверил мне?

Ротшельд скривил недовольную физиономию.

— Пора бы было уже заметить, что я ко всему отношусь слишком серьёзно, — пегас скрестил передние ноги на груди. – Не хотел больше болтать – сказал бы.

— Мы и так исчерпали темы для разговора, товарищ. А какой он, гляди сам, — с этими словами гнилой перемахнул через облако и указал пальцем куда-то в сторону.

Дойл отвёл взгляд от Себастьяна и уставился туда, куда показывала его страшная лапа: среди бежевых облачных масс растянулся небесный город. Лёгкий на вид точно пух, он стоял на пышных облаках, которые служили ему чем-то вроде фундамента. С коротких выступов миниатюрными водопадами вниз текла блестящая вода.

Картинку райского местечка довершали несколько шпилей, возвышающихся над белыми домами. Солнце отражалось от них и город буквально сиял световыми копьями, которые так и норовили уколоть глаза.

Просто не верилось, что в этом порочном мире может быть столь красивое место!

— Челюсть подбери, дружище, — Блейк улыбнулся изумлённому товарищу.

— Он почти так же величественен как Клаудсдейл с довоенных плакатов и фотографий!

Как я мог не знать о нём раньше? – Тонкая душа Дойла буквально кричала от радости, находясь на подлёте к этому небесному чуду. Город оправдывал своё название на всё сто.

— Кстати, жители города любят сравнивать свой нынешний дом с Клаудсдейлом. Можешь этим воспользоваться, когда будешь общаться с местными, — гуль приложил лапу к подбородку и призадумался. – Хотя лучше просто молчи, ещё ляпнешь чего. Здешние пегасы не любят НДР, потому ты и не слышал о Шайни Скайс. И почему все вас так недолюбливают?

— Не спрашивай, — отмахнулся Дойл и с нетерпение полетел навстречу городу.

Блейк и Ротшельд употребили по дороге все свои запасы, поэтому ненужная больше поклажа в виде облака-телеги осталась позади. Ничто не задерживало их на пути к городу, только лишь пустые рюкзаки болтались на ветру и неприятно парусили.

Внезапно Дойл застыл в воздухе и дёрнул Себастьяна за рукав. Слева и справа нарастал стрёкот лопастей.

— Ты слышишь?

— Да, — кивнул гуль.

Не долго думая визитёры метнулись в облачное скопление неподалёку и стали свидетелями пролёта двух винтокрылых машин. Они летели с разных направлений и после короткой встречи снова расставались, исчезая за другой частью города. Стало ясно, что они патрулируют город.

— Точно такую же я видел у Демовиля, — Блейк напряжённо закусил нижнюю часть клюва. – Ох не к добру это, товарищ, клянусь партией не к добру…

Дойл раздосадовано выдохнул. Дискорд его знает, с чего это вдруг все как с цепи сорвались, но жить на пустошах стало совершенно нереально.

Нет, ну то есть и раньше можно было проснуться мёртвым в постели с выводком когтей смерти, но ты хотя бы всегда мог рассчитывать на холодное виски двухсотлетней выдержки в стенах городского бара или салуна.

Теперь же стоило только сунуться в более-менее приличные город, как сразу же тебя поджидали неприятности. Где-то в глубине души Дойла ещё теплилась надежда, что эти железные стрекозы принадлежат жителям Шайни Скайс, но последние события научили его быть реалистом.

Тем не менее, он решил поделиться своей надеждой с компаньоном:

— Этих штук тут точно раньше не было?

— Не было и быть не может, в городе есть только обычные самолёты с поршневым двигателем, да и то из всех них на ходу лишь один.

— Ну и что же получается? – Пегас облокотился на облако и прикинул обстановку. – Назад вернуться мы не можем, но и лететь вперёд опасно. А решать, что делать нужно быстро, кто знает, что сейчас с Клэр?

— Облако, — коротко ответил Блейк. – Ветер достаточно сильный, нам повезло с погодой. Прикроемся облаком, пристроимся к остальному потоку, и проскочим мимо патруля.

Гуль щёлкнул пальцами и выжидающе посмотрел на Дойла, точно был не уверен в собственном плане.

Дойл почесал затылок.

— Не то, чтобы я был скептически настроен, но… Ай, ладно, старый ты соколий сын, сделаем это!

Долго размышлять не стали: схватили по охапке ваты и, зарывшись в неё, медленно «поплыли» вместе с остальным течением. Во время столь медленного перелёта Дойл взмок от волнения, точно в пруду искупался.

Пока они добирались до облачного фундамента Шайни Скайс, винтокрылы сделали несколько кругов и пару раз даже чуть не нашинковали горе-путешественников винтами. Стрёкот их лопастей уже перерос в чудовищный гул сквозь который не было слышно даже собственных мыслей.

Наконец-то Блейк и Дойл прибились к твёрдому как камень основанию города и отпустили спасительные облака обступать город и дальше.

Двое вышли на небольшой помост, который вёл на улицы города. Рядом с ними удачливо расположился один из тех самых водопадов, и под его прикрытием парочка выбралась на верхний ярус оставшись незамеченными.

Дойлу всё ещё было непривычно ступать по облакам, хоть они и были тверды как бетон. Он неуверенно перебирал копытами, и смотрел вниз, будто ожидая, когда наконец провалится.

Грифон заметил странное поведение напарника и шёпотом окликнул его:

— Эй, Долй всё в порядке?

— Да, да, — пегас помахал копытом, — мне просто не привычно.

— Успокойся и смотри по сторонам.

Предложение было верным: неясно, что творилось в городе, а зловещая тишина и отсутствие хоть одной живой души наталкивали на тревожные мысли.

Вскоре пегас и гуль вышли к узкому переулку и шмыгнули в него. Оставаться на широкой улице было опасно. Через тонкие стены домов можно было расслышать топот копыт и приглушённые радиопереговоры – по ту сторону переулка точно кто-то был.

Путники обнаружили просвет между домами, и Себастьян выглянул из-за угла. Он расчехлил пистолет и взвёл курок, недоверчиво глядя в щель.

— Ты ведь не собираешься палить? – Шикнул на грифона Дойл.

— Посмотрим. Двигай сюда, я кое-что вижу, — еле слышно ответил гуль.

Дойл высунул нос из-за стены и увидел длинную улицу, заканчивающуюся ступенчатой лестницей. По бокам стояли такие же низкие хибарки, что и в переулке, у большинства даже не было стёкол. Посередине этого облачного монолита стояло трое пегасов и что-то обсуждали.

Двое из них были облачены в бежевые комбинезоны и чёрные полевые кепки. По выправке сразу было ясно, что это солдаты, причём вооружённые на удивление хорошо: плазменным оружием.

Третий же удивлял больше остальных. Он был закован в массивную чёрную броню, с острым шлемом, горящим парой жёлтых визоров. На боку владельца доспеха висел не менее внушительный гатлинг-пулемёт.

Из-под бронепластин его брони нелепо торчала пара белёсых крыльев. Интересно, какую нужно иметь силу, чтобы подняться в воздух в такой махине? Этого громилу сюда явно затащили на одном из винтокрылов.

— Это ещё кто? – Шепнул Дойл.

— Понятия не имею, давай назад, тут не пройдём – заметят.

Перед тем как поспешно скрыться, Ротшельд краем глаза заметил, что один из этих неизвестных двинул вниз по улице и угрожающе быстро приближался к переулку.

Благо, на стороне скрывающихся были такие же невысокие одноэтажные домишки c открытыми окнами. Пернатые сиганули в окно и оказались в скудно обставленной гостиной. В отличие от большинства помещений на пустошах воздух здесь был чист и не загрязнён пылью.

На диване в углу комнаты сидела судя по всему женатая пара. Рослый пегас с чёрным чубчиком вместо гривы обнял вскрикнувшую от неожиданности пегаску, которая держала на копытах укутанного жеребёнка.

Дойл едва не сорвался с подоконника, когда хозяин дома вскочил на ноги и схватил зубами бейсбольную биту, обмотанную колючей проволокой.

— Пфоваливайте из нафево дома! – грозно прошипел черноволосый.

Блейк выставил перед собой лапы и выпустил рукоять пистолета из ладони, так, что он заболтался за предохранительную скобу на пальце.

— Тихо, тихо, товарищи, мы вас не тронем! Нам нужно скрыться от патруля!

Жеребец сжал биту до хруста дерева под зубами и переводил взгляд с незваных гостей на жену и обратно. Вскоре его пассия подала голос.

— Стаббс, не глупи, вон тот с пятном вокруг глаза уже давно бы набросился на тебя. Убери биту, — она посмотрела мужу в глаза и несколько раз легко тряхнула спящего жеребёнка для акцентирования внимания на нём, — пожалуйста.

Защитник выплюнул оружие и вернулся обратно на диван.

— Вы всё равно выбрали неудачное место, чтобы спрятаться, — недовольно пробурчал он. У меня семья, я не хочу рисковать.

— Мы совсем ненадолго, — прошептал Дойл, прижавшись к стенке, чтобы его не заметил через окно патрульный.

Ротшельд невольно разглядел малыша на копытах этой пегаски и зажмурился, закрыв лицо копытами. Каждый раз, когда он видел детей, они напоминали ему о тех, кого он давно убил в Понивиле.

— Всё в порядке? – Дама чуть наклонилась к Дойлу. Видимо она заметила на его голове пропитанную кровью повязку. – Это эти оккупанты так с вами?

«Они не пони, они рейдеры» — Эта фраза, произнесённая знакомым голосом в очередной раз всплыла в голове пегаса. Все эти тревожные воспоминаний сопровождались словами из всё той же назойливой песни.

«Believe me, I don`t want to set the world on fire»

— Нет, он сам себя так. Долгая история, — вполголоса ответил за него Грифон, — что происходит?

— Они прибыли сегодня утром, загнали всех в дома разоружили и велели не выходить, — продолжили шептаться с незваными гостями хозяева дома. – Мы не знаем, кто это.

— Пожалуйста, идите скорее, они знают сколько жильцов в каждом доме, если они заметят лишних… — Добавил муж.

— Нам нужно добраться до самолётных ангаров. Вы не знаете, где меньше патрулей? – Спросил Блейк.

— Летите вдоль вытянутого курьерского отделения, вы его не пропустите, на нём будет табличка «Пегас-экспресс» — Предложила кобылка.

— Да, кажется там они почти не высаживались, — подтвердил Стаббс.

Гуль поблагодарил пару, растолкал Дойла и они уже собрались улетать, но хозяин дома остановил их и протянул Ротшельду своё импровизированное оружие.

— Вот, возьми, тебе она явно нужней.

Пегас лишь улыбнулся всему семейству в ответ и засунул биту в рюкзак. Всё же ещё остались хорошие пони в этом мире, и несмотря на тяжесть прошлого, Дойл хотя бы мог радоваться тому, что наконец-то попал в их окружение, когда встретил Клэр и ввязался во всю эту канитель.

— Берегите его, — пегас указал копытом на свёрток в руках дамы и вылетел в окно. Гуль последовал за ним.

Немного поплутав по закоулкам города, Дойл и Блейк вышли к нужному зданию. Над ними несколько раз пролетала всё та же патрульная машина, заставляя плотнее прижиматься к стенкам домов. Но наземных патрулей в округе действительно не было.

Когда осталось всего лишь занырнуть за угол и оказаться под прикрытием массивного забора, что огораживал взлётную полосу аэродрома, за спинами лазутчиков раздался громогласный “сержантский” окрик:

— А ну стоять, нарушители!

Гуль потянулся за пистолетом, но его остановил всё тот же голос за спиной.

— Даже не думай об этом, зомби! Ещё одно лишнее движение и превратишься в горстку золы.

Блейк со злобой сжал клюв и вышвырнул пистолет. Судя по звукам патрульный оттолкнул пистолет копытом ещё дальше. Затем он подошёл к грифону и развернул его к себе лицом.

— Тьфу, ну и гнилая же у тебя рожа, — сморщил нос пленитель.

Солдафон отвесил Дойлу подзатыльник, что сильно рассердило серого. Ротшельд подумал о спрятанном шиле, но решил приберечь оружие на другой случай. Биту тоже стоило оставить в рюкзаке. Они на мушке, а значит, как ни крути двое из троих умрут.

Дойл развернулся за Блейком и разглядел врага. Выглядел он так же, как и остальные неизвестные пегасы — таращил свои хитрые глаза из-под чёрной кепки с круглой кокардой из звёзд. Только у этого ко всему прочему за спиной была громоздкая рация с длинной антеной.

На его копыте угрожающе потрескивал зелёными молниями плазменный пистолет, и похоже хозяину не терпелось пустить его в дело.

Вскоре к патрульному, лязгая тяжёлой бронёй подошёл ещё один солдат в той самой чёрной супер броне. Он молча навёл на задержанных закопчённый огнемёт и стал сверлить их пустым взглядом визоров шлема.

Можно было только представить слова, которыми сейчас про себя ругались Дойл и Блейк. О каком-либо побеге при ТАКОМ раскладе можно было сразу забыть. Спасти их могло лишь чудо. Которое, в прочем, по закону жанра не заставило себя долго ждать.

— Вот как мы сейчас поступим… — С довольной ухмылкой протянул солдат, но оборвался не договорив, когда яркий красный луч пронзил его горло.

Грифон тотчас метнулся в сторону и приземлившись на свои старые кости схватил пистолет. Он быстро поймал корчащегося и хрипящего врага в прицел, но не стал стрелять, когда увидел, что тот рассыпается в искрящийся пепел.

Вместо него на мушке оказалась горилла в броне, но и в этот раз выстрел отменялся: Блейк понял, что пальбой он лишь переполошит всю округу — этому танку жалкий калибр пистолета явно ни по чём.

Воспользовавшись секундным замешательством, Дойл вонзил припрятанное шило в сочленение доспехов на ноге солдата, когда тот потянулся к огнемёту на боку.

Задержав врага ещё ненадолго, пепельней пегас с одной лишь мыслью «была не была» расчехлил биту и со всей силы саданул бронированного по шлему. Крючки проволоки зацепились за фильтр и оставили биту висеть перед вражьими глазами.

Огнемётчик рассвирепел и с рыком скинул с себя шлем, обнажив свою совершенно обычную голову. Ещё мгновение и он бы изжарил обидчика, но получил в голову лазерный заряд и присоединился к своему незадачливому брату по оружию.

Блейк с облегчением выдохнул и подошёл к трупу с плазменным пистолетом на копыте и с явным энтузиазмом пнул мерзавца.

— И кто ещё из нас в золу превратился?

Дойл в спешке осмотрел округу и увидел на балконе одного из наиболее высоких домов очертание пони с оружием в копытах. Силуэт убрал лазерную винтовку за спину и спрыгнул с высоты прямо на улицу.

— Блейк! – Позвал Ротшельд.

Грациозным шагом к спасённым приближалась таинственная фигура. В ней уже можно было различить кобылку, скрывающую лицо под козырьком фуражки.

— Репрессируй меня Мао-Грифун, если это не…

Пегаска подошла почти вплотную и откинула свой головной убор назад, выпустив из-под него несколько прядей васильковых волос и продемонстрировав свою миловидную мордашку.

— Да, мой прогорклый Казанова, это я, — пропела незнакомка и обвила копыта вокруг шеи грифона.

Блейк схватил пегаску в охапку и с умилением уставился на неё. Она продолжила свою ироничную приветственную речь и нахмурила брови:

— Ты был настолько занят, что не нашёл ничего лучше, кроме как оставить под утро записку и смыться?

— Эй, ну я же вернулся, — усмехнулся Себастьян, — да и ты так говоришь словно я это делаю впервые.

Дойл закатил глаза и встал на стрёме, чтобы не проморгать ещё один патруль пока эти двое тут милуются. К тому же когда парочка начала целоваться серый пегас едва сдержал рвотный позыв. Неудивительно, учитывая то, что Блейк был гулем далеко не самого свежего сорта.

Грифон краем глаза заметил сморщившегося напарника и лишь махнул лапой, мол «ничего ты в любви не понимаешь»

Когда парочка расцепилась, Гуль познакомил Дойла со своей подругой. Как только она услышала полное имя пепельного пегаса, то чуть не расхохоталась. К счастью Дойл привык к такой реакции и до драки дело не дошло, да к тому же она кобылка в конце концов.

Саму её звали Квинни и она оказалась местным пилотом.

Выглядела пегаска соответствующе: кожаная коричневая куртка с тёплой подкладкой, синяя и страшно потрёпанная фуражка гражданской авиации, на боку метка в виде поршневого самолёта, а на шее половина наушников с переговорным устройством.

— А ты часом не НДР-овец? — Недоверчиво спросила пилот и пристукнула Дойла по крупу прикладом винтовки.

— Но, но, леди! – Дойл схватился за зад. — Всех этот мой дракон на ляжках волнует. Я бывший солдат республики, довольны?

— Хэй, но ты ведь ничего не имеешь с ней общего? – Квинни смерила Дойла оценивающим взглядом и чуть наклонила голову вперёд. – Верно?

— Верно, они меня излечили от изрядной любви к родине.

— Ну вот, — пилот натянула на лицо широкую улыбку, — и не надо так раздражаться! Раз излечили, то добро пожаловать в Шайни Скайс. К тому же, когда мы доходчиво объяснили этим солдатикам суть пустошей мне не особо важно, кто-ты и откуда.

Она махнула хвостом и направилась в сторону аэродрома. Только сейчас Дойл заметил, что у его спасительницы нету одного крыла. Интересно, она стала пилотом до или после потери?

Гуль поспешил за любовницей.

— Погоди, что ты собираешься делать?

Квинни развернулась вполоборота и поправила сизым копытом лямку винтовки.

— Перестреляю охрану, украду их эту винтовую чудо-машину, а потом дам ракетный залп в главный шпиль – покажу городскому совету, что им следовало бы подумать прежде чем сдавать врагам мой дом!

Дойл вспомнил, что с ним произошла похожая ситуация и тогда ничем хорошим попытка слепой мести не обернулась. Он окрикнул пегаску:

— Ты уверена, что город именно сдали? Что тут вообще произошло?

— Уж я-то уверена, пятнистый, я-то уверенна, — она раздражённо сдула с глаз упавшую чёлку. – Эти головорезы свалились как радиоактивный пепел на голову, назвались Анклавом и потребовали любить и жаловать! А как они смогли так близко подлететь к нам, чтобы никто не заметил? Правильно, их впустили!

Грифон почесал подбородок и задумался.

— Я конечно учёный и ко всему отношусь с подозрением, но твоя версия похожа на правду. Не заметить приближение таких войск можно только специально.

— Ты ко всему относишься м подозрением потому что ты старый хер, — быстро ответила пилот. –Ты и твой дружок со мной? Советую присоединиться, а то отхватишь по полной без моего присмотра.

Дойл пихнул Блейка в бок и шепнул на ухо:

— Странные у вас отношения.

— Это называется романтика, товарищ! – Гуль усмехнулся и положил Дойлу лапу на спину. – Конечно мы прорвёмся вместе с тобой на аэродром, но после своего маленького

возмездия ты должна будешь улететь с нами отсюда далеко-далеко. Идёт?

— С тобой хоть на край света, гниль ты пернатая, но как я могу свалить из города в трудную минуту, особенно когда я не расквиталась в полной мере с этими подонками? Они мой самолёт раздолбали, понимаешь?! – Квинни с досадой сплюнула.

Дойл уже начал прокручивать в голове варианты, как бы разубедить однокрылую пегаску остаться в городе, но услышал за спиной до боли знакомый голос. Ротшельд метнулся к трупам солдат и принялся стаскивать с одного из них рацию. Блейк и Квинни подтянулись за ним.

— Приём, приём, группа гамма, почему не рапортуете?

Из трубки, висевшей на курчавом проводе говорил Ублюдок! Сомнений не было: этот тембр невозможно было ни с чем спутать.

Ответа на изумлённые крики Дойла не последовало, поэтому он начал щёлкать все тумблеры подряд, чтобы Ублюдок его услышал. «Была бы здесь Клэр…» — подумалось пегасу.

Квинни склонилась над копошащимся пегасом.

— В моём самолёте была другая рация, но лётный инстинкт подсказывает мне, что нужно нажать воооон тот переключатель.

Дойл щёлкнул рычажком, и рация издала короткий писк. Пепельный неуклюже схватил трубку копытами и покрутил громкость.

— Слышу тебя прекрасно, слепой Ублюдок, — в голосе Дойла слышались нотки злобы, но он сдерживался как мог.

— Ротшельд, это ты? – Послышался ответ после некоторой паузы.

— Да, это я, и я тут не один, — Дойл подмигнул голубкам. – Потрудись объяснить, что происходит и как ты с этим связан, вендиго тебя заморозь!

— Спокойно, только спокойно. Мы думали, что ты мёртв, как тебе удалось выжить, мальчик мой?

— Кончай уводить разговор в другое русло! – Рявкнул Дойл. – Отвечай прямо!

Ублюдок вздохнул.

— Я понимаю твои чувства, но и ты меня пойми. Я уже выказал Клэр соболезнования. Думаешь часто со мной говорят вчерашние мертвецы?

— Клэр? – оживился пегас, — Что с ней, где она?

— Она справляется и с ней всё в порядке. Я послал отряд в Демовиль и мы забрали её, сразу же после того, как тебя подстрелил этот рейнджер. Пока это всё, что я могу сказать. Я знаю, что в сложившихся обстоятельствах сложно мне верить, но если ты хочешь увидеть Уитли, тебе придётся делать то, что я скажу.

— Дай мне хоть одну причину, — Дойл усмехнулся в трубку.

— От меня мало что сейчас зависит, но я делаю всё, что могу. Ты слышал хоть что-нибудь об Анклаве?

— Только легенды о довоенном правительстве Эквестрии, но допустим.

— Я последователь этого самого правительства, я — полковник Анклава. Слушай, я сам не одобряю действий своего начальства и всячески саботирую деятельность войск на континенте. Я пока ещё могу отдавать войскам приказы, но скоро моё предательство станет явным и всё кончится. Клэр сейчас помогает мне, выполняя важное поручение. Дойл, я поставил на неё все, что у меня есть, и я уверен, что она не подведёт. А что насчёт тебя?

Дойл зажмурился и тряхнул головой. Итак, что он имел в сухом остатке? Мало того, что ублюдок оказался из Анклава, так при всём этом сразу же выясняется, что он собирается предать своё командование!

Голова просто гудела от противоречивых мыслей. Только в одном теперь не оставалось сомнений — Ублюдок главный игрок в этой партии. И раз уж Дойл ему нужен, значит пора идти на попятную. Ведь кто ещё знает о том, что происходит больше чем этот белый слепой пони?

— Я поверю тебе, если ты поможешь мне с друзьями выбраться из Шайни Скайс. А когда мы прилетим в Мэйнхеттен ты всё расскажешь, понятно?!

Из трубки донёсся громкий выдох.

— С меня уже семь потов сошло, я думал ты не согласишься! Конечно я поведаю тебе всё в мельчайших деталях! Так, среди твоих друзей есть пилот?

— Ещё как есть! – Квинни влезла в разговор, отпихнув Дойла от рации. Блейк тоже хотел что-то сказать, но Дойл заткнул ему рот.

— Тогда слушайте внимательно, у нас мало времени: сейчас вы возьмёте винтокрыл и отправитесь в Мейнхеттен. Я постараюсь убедить патрули, что ваш отлёт запланирован.

— Мейнхеттен? Почему именно туда? – Дойл нахмурил брови.

— Я сейчас там, и там же будет Клэр, к моменту вашего прилёта. Достаточно?

— Вполне. Но как быть горожанам? Им явно не нравится сидеть в домах под дулами плазменных винтовок, — Дойл кивнул Квинни и та слегка успокоилась.

— Войска Анклава взяли под контроль все более-менее крупные города в округе. Им нужны ресурсы и плацдармы для проведения наземных операций. В городском совете Шайни Скайс был наш агент, поэтому аннексия прошла бескровно.

Квинни пристукнула рацию копытом и уселась рядом с Дойлом. На её лице чётко читалось: «Вот! Я же говорила!»

Ублюдок продолжил:

— Сейчас лучшее, что вы можете сделать, так это убраться поскорее. Если мой план сработает, то войска Анклава покинут город сами. Но даже если нет, то можете не волноваться: пока никто не целится в моих парней они весьма безобидны.

Больше аргументов не потребовалось. Напоследок Ублюдок пожелал удачи и попросил больше не убивать его солдат, какими бы они ни были. Дойл оборвал связь и закинул рацию за спину. «Привезу Клэр сувенирчик» — подумалось ему.

— И ты так легко согласился на все условия этого Ублюдка? – Блейк скрестил передние лапы на груди и повис в воздухе. – Мда, вот живёшь, живёшь, а потом оказывается, что шериф Новой Марипозы на самом деле правительственный офицер!

— Ему,нужна только вторая часть чертежей, а я не сказал, что они при мне. Без тебя и кризалита я ему вообще не дался, но при этом он согласен помогать. Почему?

Грифон призадумался и уставился на небо.

— Потому что он задумал свою игру, и ты нужен ему как некоторая подстраховка. Похоже, что нами хотят манипулировать, но… Но в то же время господин Ублюдок наша единственная зацепка… Эх, сложно это всё, но нужно решаться.

Квинни сняла лазерную винтовку и подкрутила паз, чтобы микроядерная батарея не болталась в энерго-приёмнике. По всему было видно, что она взбодрилась и была готова идти до конца.

— Не знаю, по душу какой Клэр вы там летите, но я скажу точно: не каждый день старая легенда оживает на глазах! А я всегда хотела поучаствовать в событиях исторической важности. Да и потом, мне не терпится опробовать эту винтокрылую пташку в действии, поэтому хватайте оружие и идите за мной. Знаю я тут один хороший лаз, выведет прямо на взлётную полосу, а там уж точно одна из этих машин припаркована!

Пегаска подозвала остальных копытом и загорцевала в сторону самолётных ангаров.

— Вот за это я её и люблю, — усмехнулся Блейк, — умеет деваха расставлять приоритеты!

Дойл натянуто улыбнулся в ответ и пошёл за Квинни. Несмотря ни на что, он сильно волновался. Что ублюдок имел в виду, когда говорил, что поставил всё на Клэр? Как бы то ни было, единственным шансом получить ответы на все вопросы было отправиться в Мейнхеттен.

Оставалось лишь надеется, что этот слепой серый кардинал сдержит слово и в хвост винтокрыла не прилетит несколько ракет от патрулей…

## Столичный Блюз

Бонни знал, что однажды настанет тот день, когда ему придётся попрощаться со старой жизнью и приготовиться к тяжёлым испытаниям. Но он и не представлял, что сразу же окажется на передовой, как только оденет форму Анклава.

Он часто думал о том моменте, когда ему, наконец, дадут серьёзное задание. Но думал ли он о том, что в него будет тесно вплетена странная кобылка с рыжей гривой, которой «посчастливилось» оказаться на его пути? Вряд ли.

И вот он снова должен защищать Марипозу, но от гораздо более могущественного противника, чем все с кем ему доводилось сталкиваться раньше. Но он до сих пор не мог понять, что же он защищает – Марипозу с её жителями, или же операцию Клэр?

— Успех кампании превыше всего, — пробубнил он сам себе, сидя на городской стене и разглядывая свою фетровую шляпу.

После всех этих лет было сложно выйти из образа гангстера, поэтому он позволил себе сменить офицерскую кепку на старый, верный головной убор, в котором он перещеголял всех любителей эффектных появлений.

В рот отправилась последняя сигара, и Фрэнк с досадой закурил. Оставалось только ждать. Все приказы были отданы, бойцы разгружали винтокрылы и строили укрепления, а жители городка не спеша брели к главным воротам, ведя за собой навьюченных двухголовых быков.

Во всём происходящем читалась лишь тоска. Даже бездомные бродяги с неохотой покидали стены поселения, где с ними обращались как c грязью из-под копыт. Никто не хотел уходить. Ведь всё равно им некуда было больше идти.

Но командование решило, что в городе должны остаться только те, кто может держать оружие. Что это, беспокойство по отношению к населению, или же просто желание убрать с глаз мельтешащих пони?

Лазурный единорог сам уже запутался и не знал ответов. Он даже не знал, Бонни он, или Фрэнк Хорриган. Но одно за этот вечер он понял точно: как бы он ни старался, ему так и не удалось заглушить свои эмоции ревностной службой. Не удалось вырвать и цветок сомнения.

Настал тот момент, когда нужно сделать выбор. Момент, которого Бонни с нетерпением ждал и одновременно боялся. Суматоха в городе лишь усиливала напряжение и мешала думать, но единорог успокаивал себя тем, что пока его работа закончена.

— Эй, Бонни! – Окликнули его снизу.

Единорог глянул вниз и увидел под собой Смарт Фокса. Ещё задолго до начала операции он решительно заявил, что во что бы то ни стало будет защищать Марипозу и в частности, свою радиовышку. Что ж, судя по торчащей из-за его спины винтовке он говорил правду.

Бонни спрыгнул со стены, придерживая телекинезом сигару.

— Что такое, Фокс?

— Ты не видел Октавию?Не могу её найти, — ответил «лис».

Единорог сдвинул шляпу на затылок и призадумался. В этой давке он не то что Октавию не смог бы найти – удачей было бы запомнить расположение своих солдат. Да и нету у него времени следить за гражданскими.

— Неа, извини, — он мотнул головой.

Фокс фыркнул и отправился на баррикады. Ладно, хорошо, что этот странный тип с радио хотя бы решил помочь оборонять город.

Бонни глянул на часы: уже пришло время выдвигаться на рубеж. Ему предстояло командовать защитой целого города. Хоть он и знал все

оборонительные тактики на зубок, волнение не исчезало ни на секунду. Даже поддержка целой эскадрильи винтокрылов не успокаивала, ведь войска НДР представляли серьёзную угрозу.

Мысль о том, что ему выпала честь принять участие в столь грандиозных событиях не оставляла Бонни. Это так странно… Сейчас от каждого его действия зависела судьба пустошей – в этой великой схватке двух военных армад каждый приказ мог стать решающим.

Уже стоя на импровизированном командном посту, и принимая рапорт о приближении врага, Фрэнк перезарядил верный гангстерский автомат и улыбнулся всем защитникам города, как солдатам, так и простым жителям.

* * *

Ещё на подлёте к столице, Клэр начала волноваться за успех операции, а когда винтокрылые машины опустились на раздробленную кантерлотскую мостовую, всё тело кобылки предательски зазудело под столь непривычной бронёй.

Уитли опустила на глаза защитные очки и одной из первых выбралась из грузового отсека. Она приказала занять оборону вокруг машин и Танк с радостью донёс указание до всех бойцов.

Посадить технику непосредственно рядом с королевским замком помешали сильные завалы, поэтому до цели придётся добирается через несколько кварталов. Судя по всему, периметр был чист, поэтому можно было готовиться к выходу.

Клэр оглянулась. Изнутри руины бывшей столицы выглядели ещё более устрашающе, чем издалека: целым не осталось почти ни одно здание, кругом было сплошное бетонное крошево с торчащими из них погнутыми сваями.

Небо из низины города-замка почти не было видно из-за песчаной завесы, поэтому казалось будто мир застыл в вечных сумерках. Сильный горный ветер разносил по округе песок, который так и норовил забиться в нос и в глотку.

Клэр в очередной раз прокашлялась и, с трудом вдохнув, глянула на экран пип-кольта. Судя по карте, на месте приземления раньше был концертный зал, от которого теперь осталась лишь пара стен. Двигаться следовало как раз через его останки, поэтому Клэр подозвала к себе остальных копытом.

Танк подошёл к Уитли и достал из подсумка на броне какой-то свиток. Он протянул пожелтевший бумажный свёрток командиру.

— Перед тем, как выдвинуться возьмите это.

Кобылка глянула на свиток: при всей компактности, он был закрыт здоровой печатью с символикой Анклава. Она переложила вещицу в карман брюк и глянула на Танка.

— Что это?

— Это древний боевой свиток. Он призывает цербера-защитника на несколько секунд. Используйте с умом, в мире осталось лишь несколько таких штук.

— Как им пользоваться?

— Прочтите что в нём написано и вуаля – вся мощь довоенного оружия вырвется наружу.

Клэр понадеялась, что ей не придётся использовать свиток и приказала Танку двигать бойцов дальше. Зебра выстроил отряд в цепочку, и солдаты двинулись вперёд, оглядывая окрестности. Кобылка отправилась за ними.

Лица бойцов не было видно из-за силовых шлемов, но они явно были изумлены местными пейзажами. Они без устали крутили головами и подолгу засматривались на развалины. Иногда из строя доносились удивлённые возгласы. Кто-то упомянул, что где-то недалеко жила его прапрабабушка.

Для того, кто всю жизнь провёл в изоляции лицкзркть такое было по меньшей мере неприятно. Клэр уже успела привыкнуть к пустошам, но всё равно с пониманием глядела на солдат. Приглядывать приходилось и за Флаттершай, которая всё это время отрешённо брела позади колонны.

Когда группа почти миновала концертный зал, Флаттершай остановилась возле куска стены и уставилась в одну точку. Клэр остановила продвижение группы и поравнялась с робо-пони.

— Ты в порядке? – Уитли осмотрела застывшую подопечную.

— Мне кажется я её знаю… — Тихо промолвила Шай и по её телу прошёл импульс, заставив вздрогнуть.

Клэр глянула в сторону и увидела, что пегаска смотрит на обшарпанную афишу. На изображении всё ещё можно было различить салатовую единорожку, самозабвенно играющую на небольшом струнном музыкальном инструменте. На плакате читалась надпись «Двадцать четвёртого октября, выступление великолепной Лиры Хартспрингс!»

Шай явно становилось хуже. Танк посоветовал поместить её в центр колонны. Клэр согласилась и под присмотром увела пегаску, посоветовав ей меньше смотреть по сторонам. Место замыкающего занял другой боец.

— Всё кажется таким знакомым, точно я была тут много раз, — бубнила себе под нос жёлтая пегаска. – Даже если всё вокруг в руинах, то всё равно знакомо…

Клэр начала беспокоится за неё. Как бы нахлынувшие воспоминания не выжгли бедолаге её хрупкий ламповый процессор, или ещё чего. Пожалуй, сейчас Уитли искренне не хотелось, чтобы доктор Флаттершай что-то вспоминала…

— Стоп! – Выдохнул Танк и поднял копыто. Остальные солдаты тотчас повиновались и застыли, прильнув к прицелам.

Клэр вскинула копыто и пригляделась. Вскоре она различила в груде обломков здоровую тёмно-коричневую лапу с гигантскими когтями. Кобылка сглотнула и приказала никому не стрелять. Лапа обхватила угол плиты, и её обладатель подался вперёд.

Из завала на свет вылезло громадное существо с сильными лапами и грубой клыкастой пастью — группе «повезло» наткнуться на когтя смерти в самом начале пути.

Клэр примерно представляла, как выглядят эти твари, но на деле они оказались куда более внушительными. Она даже думала, что эти их рога не больше чем вымысел болтунов из Марипозы, но теперь она видела, что это не так…

Флаттершай резко оживилась и вырвалась вперёд. Огонёк в её роботизированном глазу загорелся ярким зелёным светом.

— Всем стоять спокойно, я разберусь! – Скомандовала доктор и для пущего убеждения окинула солдат жутковатым взглядом. Теперь никто бы и не подумал пошевелиться.

Коготь смерти раздувая ноздри побрёл к своим гостям. Он остановился возле Флаттершай и стал её обнюхивать. Он уже потянул к ней когтистые лапы, но резко остановился, когда пегаска начала пятиться назад, как-то странно приседая и разводя крылья в стороны. Оставалось только надеяться, что она знает, что делает…

Хищник непонимающе наклонил голову и с интересом глядя на выделывающую различные пируэты Флаттершай, двинулся за ней.

— Сержант, вы взяли морковь, как я просила? – Шёпотом спросила Флаттершай.

— Конечно, док, вот, — Танк вынул овощ из подсумка и передал его стоящему рядом солдату, а тот следующему. Так по цепочке морковка дошла до адресата.

Коготь смерти учуял эту специфическую для хищника еду и ко всеобщему удивлению завилял хвостом. Доктор улыбнулась и протянула угощение животному. Существо схватило морковь и принялось жадно ей хрустеть.

Флаттершай легонько хихикнула и погладила прирученного когтя по шипастой голове.

— Похоже моё предположение о том, что эти животные мутировали из кроликов оказалось верным…

Клэр облегчённо выдохнула и смахнула со лба пот. Схлестнуться с когтём смерти морда к морде было бы в большей степени неприятно. Она поблагодарила Флаттершай и приказала группе аккуратно обойти хищника.

Даже в силовой броне солдаты боялись проходить мимо этой твари, что совсем неудивительно. Каждый проходящий подбрасывал хищнику по морковке, чтобы отвлечь его ещё сильнее. Вскоре из развалин подтянулись и другие когти смерти, но они боялись подходить.

Хрустящий морковью здоровяк порыкивал на них, и они отступали. Судя по всему, этот первый был чем-то типа вожака.

Когда последний боец уже почти миновал опаснейшую тварь, Клэр заметила на остове многоэтажного дома рослый силуэт с оружием в подобии лап. Кобылка мысленно выругалась и скомандовала всем быстро убираться отсюда, но было уже поздно.

Выстрел раскатился по округе многократным эхом, и пуля врезалась в голову когтя смерти. Он схватился лапами за кровоточащий затылок и взревел изо всех сил. Отойдя от шока тварь полоснула когтями замыкающего и бросилась на остальных солдат.

Другие хищники не заставили себя долго ждать и повалились в атаку, клацая зубами и размахивая длинными острыми культями.

Когти тварей легко ковыряли броню тяжёлых и неуклюжих как консервные банки солдат. Всё происходило чертовски быстро, никто из бойцов даже не успел выполнить приказ Танка и занять круговую оборону. Хищники лезли буквально из каждой щели.

Несколько рогатых монстров скосили лазерные и пулемётные очереди, но это никак не могло повлиять на ситуацию: резня продолжалась и Клэр в панике не знала куда ей метнуться. Обороняющиеся редели на глазах.

— Все назад, все назад! – Во всё горло заорала кобылка и двинула уцелевших бойцов обратно к винтокрылам, но вдруг из-за развалин донёсся взрыв и обе машины взлетели на воздух. Крики отчаяния и стрельба заглушили все остальные распоряжения.

Двое мутантов рванули к Уитли. Она прикусила нижнюю губу и почувствовала во рту вкус крови. Бежать было некуда, да и она лучше бы умерла тут, среди остальных солдат, чем бросила бы их. Она подняла копыто и сжала пясть. Плазменный пистолет выстрелил и попал одному мутанту точно между глаз. Хорошо, что анклавовский интендант показал Клэр, как пользоваться энерго-магическим оружием.

Тварь пошатнулась и злобно зарычав снова двинулась вперёд, но поймала ещё несколько зарядов и упала на песок с дымящейся дыркой в голове. Второй коготь смерти приостановился, но когда к нему присоединились ещё двое сородичей, он уверенно двинулся на рыжегривую пони.

На глаза Уитли навернулись слёзы. Неужели она погибнет вот так бесславно и утянет за собой всех остальных бойцов Анклава? Кобылка зажмурилась. «Нет… Нет! Хватит рыдать, Дискорд тебя побери, ты же уже не жеребёнок!»

Клэр зарычала от злости и принялась разряжать микроядерную батарею своего пистолета. Плазма хаотично врезалась в тела мутантов, лишь ненадолго задерживая их. Когда пистолет издал сухой щелчок и погас, пони оттолкнул в сторону боец в разукрашенной силовой броне.

Танк появился очень кстати: пока Клэр дрожащими копытами перезаряжала пистолет, он накрыл приближающихся мутантов градом пуль из гатлинг-пулемёта.

Оружие отбросило последнюю гильзу и покрасневшие стволы задымились. Изрешечённые когти смерти попадали навзничь один за другим.

Но это был ещё не конец. Раненый вожак не хотел сдаваться и переключил внимание на Танка вместе с Клэр. Он смахнул с лапы останки одного из солдат и бросился на выживших.

Танк матерясь копался с остывающим пулемётом. Он спешил заменить патронную ленту, но бронированные копыта соскальзывали с оружия.

Клэр потянулась за свитком, но поняла, что это бесполезно: она уже чувствовала отвратительный запах из разинутой пасти когтя смерти – распечатывать свёрток было поздно.

Она стиснула зубы и ринулась мутанту наперерез. Пришло время отдать Танку должок.

— Жри, урод! – Выкрикнула Клэр и, встав на задние ноги, пихнула копыто прямо в пасть монстра.

Она зажмурилась, почувствовав влагу и отвратительный смрад. Щелчок спускового крючка и приглушённый хлопок из зубастой морды – вот и всё, что потребовалось для усмирения чудовища.

Заряд прошёл насквозь и Клэр почувствовала на лице капли подогретой плазмой крови. В предсмертной агонии тварь успела махнуть лапой и сбить Танку шлем, но к счастью зебра не пострадал.

— Отходим, отходим! – Рявкнул Танк и, закончив перезарядку оружия, двинулся к уцелевшим бойцам, угощая мутантов короткими очередями. – Да, сволочи, это вам не морковку жрать!

Танк и Клэр прорвались к небольшой воронке, в которой засели два солдата и Флаттершай. Пегаска копошилась над раненым бойцом, а второй обладатель силовой брони яростно отстреливался из оружия похожего на штурмовую винтовку. Он только и успевал менять магазины, держа оружие магией на весу.

— Проклятье! – Дрожащим голосом выругалась робо-пони и стукнула манипулятором по полу. – Бедняга скончался!

— Тогда надо валить отсюда! – С трудом перекричал грохот пулемёта Танк.

Закованный в броню единорог в очередной раз перезарядил винтовку и снова принялся поливать приближающихся мутантов свинцом. Он повернул голову в пол-оборота и прокричал через фильтр шлема:

— Что!? Позволить этим мерзким тварям пожирать трупы моих друзей? Ни за что!

— Кончай городить глупости, у нас по-прежнему есть задание! – Разозлилась Клэр. Она стреляла уже почти наугад. – Я приказываю тебе, солдат! Копыта в копыта и бегом-марш за мной!

Единорог неохотно подчинился. Не прекращая огонь он ринулся за командиром. Остальные последовали за ним и вскоре за Клэр несись все выжившие.

Клэр остановилась на секунду и сверилась с картой. Они бежали прямо в сторону исторического музея. Оставалось надеяться, что это здание выдержало испытание временем и в нём по-прежнему можно было укрыться.

— Не сбавляйте темп, за мной, за мной! – Крикнула Клэр и продолжила резво перебирать копытами.

Уцелевшим невероятно повезло: музей оказался практически неповреждённым. Он возвышался среди менее прочных домов и мог похвастаться лишь парочкой дыр, да и те были на верхних этажах.

Из последних сил группа устремилась к главному входу. Клэр на скорости врезалась в толстую двухстворчатую дверь и начала быстро дёргать рукоятку вовсе стороны, но та не поддавалась.

— Закрыто! – Рыкнула кобылка и пнула дверь ногой.

Флаттершай подскочила к замку и расчехлила циркулярную пилу. Несколькими взмахами она вырезала целый кусок из двери и лягнула её задними копытами. Обе створки распахнулись, позволив группе вбежать внутрь.

Уже внутри Клэр и Шай затворили дверь с обратной стороны и навалились на неё.

— Срочно подоприте её чем-нибудь! – Скомандовала Уитли.

Оба солдата в силовой броне треща сервомоторами подняли часть отвалившейся колонны, что валялась неподалёку.

— Поберегись!

Они опрокинули кусок бетона и завалили им проход. Теперь тварям по ту сторону двери пришлось бы сильно напрячься, чтобы разгрести этот свежеобразовавшийся тупик. С обратной стороны послышался стук и скрежет когтей, который, однако, вскоре прекратился.

Обессилевшие солдаты с выдохом сползли вниз по стенке и принялись стирать с лиц пот. Флаттершай же, не убирая лезвия пилы, с силой полоснула им по стене, выбив несколько искр. Она была на взводе.

— Что произошло?! Кто вообще начал стрельбу, я же взяла ситуацию под контроль!

— Это не наши! – Отозвалась Уитли. – Какой-то кретин из разрушенного здания пальнул в когтя смерти!

— Какого!? Да я бы разорвала этого проклятого ушлёпка, разрезала бы этой пилой! – С трудом глотая воздух истерила Флаттершай и размахивала инструментом. Кажется, у неё начался припадок, о котором она предупреждала.

Клэр кивнула Танку и тот деликатно схватил разбушевавшуюся пегаску копытами, чтобы она не навредила никому, в том числе и себе.

— Тихо, тихо, тихо, спокойно, док, — шептал ей на ухо зебра.

Со временем Шай начала успокаиваться. Она пискнула и съёжилась всем телом. Из единственного здорового глаза упала слезинка и Танк выпустил её из своих объятий.

Клэр подошла к поникшей Флаттершай и положила ей на спину копыто. Она наклонила голову вниз, чтобы глянуть пегаске в глаза и тихо спросила всё ли с ней в порядке.

— Всё в норме… пока ещё в норме. Нет, не надо стимуляторов, я справлюсь, — отнекивалась киборг.

Уитли отступила назад и глянула на своё копыто. Оно дрожало. Ей ли сейчас кого-то успокаивать? По телу расползся липкий холодок и угас где-то в районе задних ног. Наконец кобылка смогла позволить себе хоть немного отойти от шока. Удивительно, что она смогла так долго действовать на автомате.

— Да у вас мурашки по шкурке пошли, командир, — улыбнулся Танк. Сам он сейчас выглядел лишь едва спокойнее.

Уитли ничего не ответила, она лишь оглянулась вокруг. Группа находилась в своеобразной прихожей музея. Никаких экспонатов тут не было, лишь пустое помещение с потрёпанными стенами и тусклым светом. Сразу за стойкой билетной кассы виднелся проход вглубь здания.

— Когти смерти могут быть и внутри, поэтому не рассиживаемся, — всё ещё дрожащим голосом приказала Клэр. – Танк, возьми кассу, а ты, солдат…

Кобылка запнулась, указывая копытом на единорога в броне. Его лицо по-прежнему скрывал силовой шлем.

— Рядовой Гранит, — отозвался боец и звонко цокнул бронированными копытами.

— Пока я не разберусь, что делать дальше, следи за дверью, — продолжила Уитли.

От прежнего служебного рвения не осталось и следа. Гранит вразвалку подошёл к Клэр и несколько раз карикатурно усмехнулся.

— Ха, ха, ха, и ещё раз ха! Пока вы разберётесь?! – Гранит почти перешёл на крик. – Всех моих друзей сожрали проклятые мутанты, операция на грани срыва, а меня заставляют подчиняться какой-то девке с пустошей! Немедленно свяжитесь с полковником, он явно разберётся лучше вашего!

Танк уверенно подошёл к Граниту и боднул его лбом.

— Ты нарушаешь субординацию, боец!

Гранит отшатнулся. Кажется, он хотел возразить, но его перебила Клэр.

— Спокойно, Танк, — она вскинула копыто, — рядовой дело говорит, нам нужны указания от полковника.

Уитли поднесла к лицу пип-кольт, но сразу заметила неладное и резко отвела копыто в сторону. Она выругалась и продемонстрировала всем присутствующим

раскуроченную рацию, которую техники привинтили к прибору ещё на базе. Должно быть она повредила её, когда врезалась в дверь, а это значит, что все разлетевшиеся детали остались снаружи.

Гранит снова завёлся, ему стал отвечать Танк, и в какой-то момент к их спору даже подключилась всё это время молчавшая Флаттершай.

Но Клэр не слышала их. Она отрешённо стаяла посреди зала, приложив копыто ко лбу. Голова болела, но не от криков. Она болела от смеси отчаяния и раздражения. Все надежды на поддержку Ублюдка моментально разлетелись в прах.

Важная миссия на грани провала, сама Уитли сейчас на грани провала, ведь она даже не может совладать с подчинёнными. Почему Ублюдок доверил столь важное дело именно ей? Неопытной и даже несовершеннолетней кобылке, которая знает о боевых действиях только из довоенных армейских журналов!

Чего же такого этот слепой пони в ней «разглядел»? Того, чего она даже сама о себе не знает?

А может он просто дал ей наставление? «Не дай себя сломать» — были его последние слова. Может это значило, что пора перестать позволять обстоятельствам навязывать свои условия?

И ведь правда: всё время Клэр не раздумывая следовала за кем-то, будь то Дойл, Луна или же сам Ублюдок. Может быть пришло время самой давать приказания? Следовать только своей инициативе?

Нужно было действовать, сейчас же.

— А ну молчать! – Рявкнула Уитли, не задумываясь о том, что на шум может сбежаться всякая радиоактивная дрянь. – Молчать, я здесь командир!

Она сдвинула кепи на глаза и тяжёлым шагом сократила расстояние с Гранитом. Танк и Шай удивлённо оглянулись и не решились продолжить спор.

Клэр встала на задние ноги и опёрлась копытами на броню рядового, чтобы хоть как-то возвыситься над этой грудой железа. Она посмотрела в безжизненные стёкла шлема и почувствовала за ними удивление и даже смятение.

— Я для тебя не авторитет? Прекрасно! В таком случае может быть ты будешь выполнять приказания тварей, что клацают зубами за дверью?! Даже если ты не веришь в меня, то должен хотя бы верить в победу, а не жаловаться на жизнь! Я тоже потеряла много друзей, но я же не сдалась! Где боевой дух солдата Анклава?!

Клэр со свистом вдыхала воздух носом и злобно смотрела на единорога. Гранит помялся на ногах и тихо произнёс:

— Боевой дух при мне, мэм. Разрешите продолжить нести службу? – Гранит капитулировал под напором.

— То-то же, — выдохнула Клэр и опустилась на ноги. – Да, мы попали в организованную и хорошо спланированную засаду, нас тут явно ждали. Но у нас по-прежнему есть задание, и мы должны его выполнить! Бонни и остальные парни проливают кровь в Марипозе, чтобы выиграть нам время!

Клэр облегчённо выдохнула. Во рту пересохло, а голова и не думала проходить, но теперь она чувствовала небывалое воодушевление и даже некоторую радость. Она едва не расплылась в довольной улыбке. Может её талант командовать, а не копаться в радиотехнике?

— Какие дальнейшие указания? – Подала голос Флаттершай.

Клэр перевела дух. Пора было переходить на обычный тон, иначе она сорвёт себе голос. Да и обзаводиться репутацией бесноватого строевого сержанта всё-таки не хотелось.

— Двинемся вглубь музея. Нужно осмотреться, может мы найдём безопасный выход. Танк, строй отряд, я пойду первой.

Клэр сняла с пояса фонарик и сжала его зубами. В коридорах музея было довольно темно, но Уитли удавалось вырывать из мрака все необходимые детали.

Группа медленно продвигалась всё дальше и дальше, под копытами хрустели старые кости. Главное, чтобы в них не было змей… По углам валялись разбитые стулья, и прочие предметы интерьера.

Вскоре все четверо вышли к массивной и поднятой гермодвери. Над ней висел транспарант с логотипом волт-тек и всё ещё читаемым текстом: «А вы знаете, что наша компания позаботилась о вашей безопасности и оснастила исторический музей системой защиты от ядерного удара? Наслаждайтесь посещением и не бойтесь войны!»

— Волт-тек всегда умела создавать рекламу, — усмехнулась Клэр.

— Зато это объясняет сохранность музея, — добавила Флаттершай и дрогнула всем телом. Явно нехороший знак…

Бойцы с осторожностью прошли под дверью и попали в большое помещение, которое хорошо освещалось сквозь дыру в крыше. Перед входом висела табличка «Дотехнологическая эпоха» Вдоль стен стояли многочисленные экспозиции, многие их которых уже давно разграбили.

Нетронутыми остались позолоченные колесницы и некоторая одежда. Пара манекенов всё ещё стояла в затёртой броне королевской стражи. Удивительно, что Эквестрия смогла так быстро перейти от мечей и колесниц к высокотехнологичному оружию и транспорту.

Танк и Гранит не обращали внимание на окружение и, осторожно ступали по заваленному мусору полу, держа оружие наготове. Неудивительно, ведь скорее всего они видели всё это в исторических учебниках Анклава.

Флаттершай же с раскрытым ртом разглядывала осколки прошло и, оступаясь нехотя брела вперёд. Клэр остановила группу и подошла к трясущейся пегаске.

— Как самочувствие? Ты вся дрожишь, — обеспокоенно спросила Уитли. Пегаска же зажмурилась.

— Я… я просто… Я кажется начинаю вспоминать фрагменты старой жизни. Я всё это видела, точно видела. Имена, в голове столько имён… — Процессор робо-пони загудел, а лампы стали переливаться разными цветами. Казалось из ушей Флаттершай вот-вот пойдёт дым.

Клэр присела напротив Флаттершай и положила копыта ей на плечи.

— Можешь не вспоминать. Признаюсь, мне хотелось узнать от тебя о довоенной Эквестрии, но теперь я вижу, что тебе это причиняет боль. Просто постарайся ни о чём не думать.

Шай как могла улыбнулась.

— Нет, нет, не беспокойтесь, я чувствую, что должна вспомнить… узнать, выяснить… Поньер Кюри, профессор Спаркл, технологическая революция… Я точно жила в это время.

— Эти имена что-то значат для тебя? – Поинтересовалась Клэр.

— Нет, — пегаска медленно замотала головой, — скорее всего это просто история.

— Тогда не забивай себе голову, ты нужна нам здоровой. Пойдём лучше отсюда, — Клэр поманила Шай за собой жестом. Та будто в трансе поплелась за командиром.

Отряд продолжил путь. Минуя разные залы, заваленные древним ещё на момент начала войны реквизитом, пони вышли к крутому повороту налево. За углом могло быть, что угодно, поэтому Клэр, как самая низкорослая и незаметная из всех решила высунуться и глянуть, что впереди.

Как только Клэр показала нос, с другого конца поворота донёсся выстрел, и пуля врезалась в стену, совсем рядом с Клэр. Брызги бетона слегка оцарапали её лицо, и она инстинктивно вжалась в стену. Стрелок оказался весьма глазастым.

— Это было близко, — прошипела она и остановила копытом Гранита, который уже собирался вылететь из-за угла и пристрелить обидчика.

— Эй, я не мутант! – Крикнула Клэр.

Спустя какое-то время скрипящий голос донёс ответ:

— Если так, то выходи сюда, но чтоб без фокусов, параспарйт тебя дери!

Молча Клэр выполнила указание и завернула за угол. Её встретил пожилой земной пони в броне солнечной стражи, которую он должно быть снял с одного из манекенов. На голове старика красовался золотой шлем с синим гребнем, а на боку висела изношенная винтовка.

Скорее всего он охранял железную дверь за своей спиной. Как только Клэр полностью вышла из-за стены, он вынул оружие из чехла на боку и перехватил её передними копытами, встав на задние ноги.

— Ты кто такая и чего тебе надо? – Спросил охранник и прильнул к прицелу.

— Я просто путешествую, забрела сюда случайно, — Клэр натянуто улыбнулась.

— Ага, — усмехнулся старик, — и как же ты добралась до сюда? Кругом всё кишит когтями смерти.

— Я не одна, за этим углом солдаты с серьёзным оружием. Вы пропустите нас?

— Чтобы вы накинулись на нашу еду?! Ха, не дождётесь! За этой дверью места и так не всем хватает!

— Мы не задержимся ни на секунду.

— Все так говорят!

Клэр закатила глаза. Стоять тут и спорить до умопомрачения ей явно не хотелось.

— Послушайте, я не люблю угрожать, но у нас мало времени, — Уитли мотнула головой, подзывая к себе остальных. Звеня бронёй в полной боевой выкладке перед охранником предстали Танк и Гранит. Полосатый с ехидной ухмылкой раскрутил стволы пулемёта.

Ну а Флаттершай в свою очередь, съёжилась и осталась за углом, лишь изредка поглядывая на происходящее одним глазком.

Старик опустил оружие.

— Не утруждайте себя, всё равно если я умру вы никогда не откроете эту дверь, код знать надо, понимаете-ли! Но надо признать, вы ребята выглядите так, будто можете за себя постоять. Возможно вы нам даже поможете.

— Вы говорите «нам», — заметила Уитли.

— Да, верно, — с этими словами пони и вовсе убрал оружие обратно на бок. – За этой дверью прячутся десятки беженцев. Я тут что-то типа старейшины, все меня слушаются, ну или делают вид, что слушаются…

— А чем мы можем помочь? – Поинтересовался Танк.

Старик продолжил, будто ожидал этого вопроса.

— Пару месяцев назад в городе стали появляться когти смерти. По началу мы справлялись, но… — Он тяжело вздохнул. – Но потом, верите или нет, появились когти смерти, умеющие пользоваться оружием.

— Брехня, – проворчал Гранит, — и вообще, какого сена мы должны слушать, а тем более помогать какой-то швали с пустошей?

— Спокойно, рядовой, я разберусь, — процедила Клэр. Гранит проглотил это и замолчал. – Продолжай, мы слушаем.

— Ну, продолжать-то и нечего. Твари давили нас, давили, сюда и выдавили. Они не трогают нас тут, но вечно сидеть в музее мы не сможем, еда и патроны на исходе. Мы смогли узнать, что когти смерти прут из старого убежища под кантерлотским дворцом, вот и всё чем можно похвастаться.

Глаза Клэр загорелись.

— Ты сказал из убежища? Мы как раз идём туда!

Старик тоже воодушевился и явно воспрянул духом.

— Это замечательно! Если бы вы смогли хотя бы узнать, что там творится… — Он оглянулся. – Скорее, идите за мной, я познакомлю вас с одной кобылкой, она знает дорогу к дворцу.

Охранник набрал на панели комбинацию из цифр и дверь отодвинулась в сторону. Отряд прошёл сквозь узкий проход в длинный зал, в котором расположилась целая толпа. Народ собрался разношёрстный, кто-то был одет посолиднее, кто-то вовсе в лохмотья. Были и гули и простые пони.

Все они ютились вокруг костров из картин. Ну кому сейчас было дело до искусства? Главное, что эти холсты и деревяшки грели и хорошо освещали помещение.

Старик попросил подождать у входа, пока он не приведёт свою проводницу. Клэр облокотилась на стенку и увидела, что к ней подошёл оборванный жеребёнок.

Эта совсем маленькая девочка с грязной шерстью и кое-как заплетёнными косичками пристально смотрела крупными и блестящими глазами на Уитли и наивно хлопала ресницами.

— Не глазеть, гражданский! – Буркнул Гранит, заставив девочку вздрогнуть.

— Отставить! – Скомандовала Клэр и наклонилась к жеребёнку. – Гранит, неплохо было бы починить рацию, поэтому иди лучше поспрашивай, может тут у кого-нибудь есть катушка передатчика.

Рядовой хоть и с неохотой, но повиновался и направился выполнять поручение, бурча себе что-то под нос.

— Вот, возьми, — Клэр достала из подсумков несколько пайков со спрессованным сеном. Девочка схватила их, благодарно кивнула и быстро убежала, скрывшись где-то в толпе.

Флаттершай посмотрела ей в след и улыбнулась.

— Жаль морковки не осталось.

— Это точно, — Клэр сняла кепку и провела копытом по мокрым волосам. – И как вы только умудрились её вырастить? У нас даже в городе-убежище ничего подобного не было.

— Для экспериментов Анклав готов на всё, даже вырастить морковь, — вмешался Танк и усмехнулся.

— Не буду спорить, — поддакнула Флаттершай. – Кстати, мисс Уитли, вы не против если я осмотрюсь и окажу первую медицинскую помощь здешним пони? Я конечно животный врач, но тут и моих навыков хватит.

— Хорошая идея, так ты хотя бы отвлечёшься, а то вся до сих пор дрожишь. Но только давай уже на «ты» ладно?

Флаттершай пообещала выполнить просьбу, застенчиво улыбнулась и удалилась. В её взгляде чувствовался энтузиазм, она даже немного подлетала над землёй, когда переходила от одного пони к другому, с вопросом нужна ли ему помощь.

Танк встал рядом с командиром и принялся осматривать своё оружие. Как бы невзначай он тихо произнёс:

— Это всё конечно хорошо, но вы тратите наши и без того ограниченные ресурсы.

Уитли раздосадовано повесила голову.

— Брось Танк, и ты туда же? Насколько я поняла, Анклав стремится возродить старую Эквестрию, а разве не так было до войны? Пони безвозмездно помогали друг-другу, славились своей добротой и сочувствием.

— Послушайте, я вас понимаю, но мы оба выросли в достатке. Я – в Анклаве, вы в городе-убежище. Нам сложно судить об остальном мире, но даже так прекрасно видно, что одной лишь добротой нынешнюю ситуацию не исправить. Доброта не победит мутантов и прочих тварей, типа рейдеров.

— Знаешь, — Клэр посмотрела зебре в глаза, — мне кажется, что ты сам не веришь в свои слова, иначе ты бы не смотрел так осудительно на Гранита. Я хотела бы верить, что большинство из Анклава такие как ты, но увы не могу. Я говорила с Луной и теперь понимаю, почему она спросила, остались ли у меня друзья на пустошах.

— Все мы так или иначе говорили с Луной. Я вообще вырос, каждую ночь засыпая под запись её речей, но вы правы, с таким рвением я никогда не ненавидел жизнь за пределами бункеров. Чего нельзя сказать об остальных.

— Я уже догадалась. Но почему же ты колеблешься? Почему ты единственный со всей базы не ворчал за моей спиной, когда я проходила мимо?

— Всё дело в том, что я давний друг полковника, или Ублюдка, как его позже окрестили. Именно он попросил меня стать вашим помощником.

Зебра выдержал паузу. По его лицу было видно, что ему сложно продолжать, но он собрался с духом и заговорил снова:

— Полковника вместе с Бонни одними из первых отправили на пустоши. Они весьма успешно справлялись с заданиями, но однажды их схватили работорговцы и жестоко пытали. Именно тогда Ублюдок потерял зрение, а Бонни изуродовали шрамы.

Клэр навострила уши и с нескрываемым интересом уставилась на собеседника. Ей очень хотелось приоткрыть завесу тайны над Ублюдком, поэтому она попросила зебру продолжить.

— Они чудом смогли выбраться и добраться до Наварро, во многом благодаря Бонни. Ко всеобщему удивлению полковник продолжил нести службу. Но меня удивляло совсем другое: как он умудрился сохранить любовь ко внешнему миру после того, что с ним сделали? Во время своих визитов на базу, полковник без устали рассказывал о красотах эквестрийских пустошей. Мне хотелось верить ему, но каждый раз, когда я смотрел на его чёрные очки, к горлу подкатывал ком. За это на базе его и прозвали Ублюдком. Как незаконнорожденного сумасшедшего родственника…

Клэр была потрясена. Слова Ублюдка обрели совсем иной смысл. Он в открытую сопротивлялся ненависти ко внешнему миру, поэтому и не хотел, чтобы юную кобылку под тяжестью горя заставили возненавидеть всё вокруг!

Всё начинало складываться в чёткую картинку, за исключением того, что Уитли теперь не имела понятия, что ей делать. В голове были сплошные противоречия. С одной стороны, она полюбила многих из Анклава, вдохновилась их упорством и мужеством, но с другой — не могла принять их ненависть.

Ублюдок наверняка знал, что делать, как изменить Анклав, поэтому и сделал ставку на прихожанку из внешнего мира. Осталось только его не подвести.

— Ты не знаешь, как тебе быть, Танк, — с ненавязчивой улыбкой заговорила Клэр. – Я вижу, что ты просто не понимаешь, за что любить остальной мир, даже если пытаешься найти ответ. Я тоже не могла, пока не поняла, что моим первым настоящим другом стал простой парень с пустошей.

Клэр смахнула слезинку, скатившуюся по щеке в честь погибшего Дойла.

— Если тебе нужны ответы, просто смотри внимательней, — и она указала на Флаттершай, парахющую от одного ранено пони к другому. Спасённые улыбались ей и так и норовили подсунуть ей горсть бутылочных крышек.

Клэр оставила танка одного и направилась навстречу к старику, который возвращался не один. Прорываясь сквозь толпу, Клэр оглянулась и увидела зебру, окружённого целой прорвой маленьких детей. Он раздавал сорванцам свою незамысловатую солдатскую еду и отсыпал патронов, для родителей. На лице кобылки невольно поселилась довольная улыбка.