# Рейвен

EssenceView

Никто из живущих сегодня не может сказать откуда она пришла; она просто всегда была рядом.

И в тоже время, мало кто смог повлиять на жизнь Селестии больше, чем Рейвен, её самый верный помощник.

## Часть 1

Утренний свет лился сквозь витражи Кантерлотского замка, яркие цветные полосы растекались по белой шерстке Рейвен. Она поправила очки в темной оправе и красный галстук своей магией, идя по коридору. Рейвен держала в воздухе рядом с собой две чашки, стараясь не пролить ни капли; да ей, по сути, и не нужно было даже задумываться об этой мелочи. По другую сторону от нее левитировали пачка документов и перо.

Она подошла к двери в тронный зал и, убедившись, что ее темные каштановые волосы идеально уложены в пучок, вошла. На другом конце зала сидели две королевские сестры, а также Твайлайт Спаркл, беседуя с ними перед троном. Рейвен начала длинное путешествие по богато украшенной красной дорожке, мимо бесчисленных витражных изображений прошлых веков.

Приблизившись к двум принцессам, она передала одну чашку Луне:

— Ваш чай Сильвернидл, — сказала Рейвен с уважением.

Она повернулась к Селестии и подала другую чашку:

— Ваш чай Каэмун и вот утренние документы вам на подпись.

— Спасибо, Рейвен, — сказала Селестия с улыбкой.

Магия, окружавшая чай и бумаги, изменила свой цвет от ярко-красного до светло-золотого, когда она приняла чай. Луна сделала то же самое, тепло улыбнувшись Рейвен.

Рейвен повернулась:

— Приятно видеть вас, Твайлайт. Прошу прощения, если бы я знала, что вы придете, я бы приготовила чай Эрл Грей.

Твайлайт засмеялась:

— Ты запомнила! Все в порядке, Рейвен. Спасибо за беспокойство!

Луна посмотрела на чашку Селестии:

— Я очень давно не пила хорошего черного чая. Могу ли я попробовать твой?

— Ваш сон начинается через десять минут, юная леди, — сказала Рейвен с усмешкой. — Так что никакого кофеина. Пейте свой чай.

Селестия и Луна рассмеялись. Твайлайт была удивлена, но тоже засмеялась:

— Вот она — истинная сила, стоящая за троном! Кто бы мог подумать? — пошутила она.

— Да, ты же не проводила так много времени с Рейвен, верно, Твайлайт? — сказала Селестия. — Так же, как и ты была моим самым верным учеником, она была моим самым верным помощником.

Твайлайт кивнула:

— Я верю в это, — она повернулась к Рейвен. — Я не могу вспомнить время, когда знала Селестию и не видела тебя рядом с ней. Ты просто... — она подбирала подходящие слова, — ...так хорошо сливалась с фоном. Гм, надеюсь, это не прозвучало слишком...

Рейвен усмехнулась:

— Всё в порядке, в конце концов, это моя работа. Я на виду, только когда нужна.

— И я нуждалась в ней много раз, — еле слышно прошептала Селестия.

Твайлайт слегка приподняла бровь, но ничего не сказала.

Луна нахмурилась:

— Хм, ты устала, Рейвен? Ты выглядишь…

Рейвен тихо покачала головой:

— Нет, я чувствую себя хорошо. Что-то не так?

— Нет, всё в порядке. Не обращай на меня внимания. В конце концов, это мне нужно немного поспать, — Луна улыбнулась и, допив остатки чая, отдала опустевшую чашку единорожке.

— Спасибо, Рейвен, — Луна двинулась к выходу из тронного зала.

Рейвен кивнула и повернулась к Селестии, которая просматривала документы, едва коснувшись своего чая:

— Я скоро вернусь.

— Спасибо, — ответила Селестия.

Твайлайт смотрела, как Рейвен направилась к кухне, унося за собой пустую чашку:

— У меня такое чувство, что я не знаю о ней очень многого. Эта кобылка окутана тайной, — сказала Твайлайт.

Селестия загадочно улыбнулась, продолжая изучать документы. Она ничего не сказала.

Рейвен вышла из тронного зала и направилась на кухню своей уверенной походкой. Дойдя до цели, она положила чашку в раковину, а затем внезапно остановилась, задумавшись.

Она вошла в туалет для персонала и, заперев дверь, подошла к зеркалу. Вглядевшись в свое отражение, Рейвен заметила, что у нее появились маленькие мешки под глазами, несмотря на то, что накануне вечером она отлично выспалась.

Что-то еще привлекло ее внимание. С некоторым усилием она сорвала один волос с головы и осмотрела его. Корень был седым.

Она кивнула, мрачно ухмыльнувшись: "Хм..."

Рейвен долго смотрела на волос, медленно поворачивая его. Свет от ее магии отражался от зеркала, окрашивая ванную комнату в коралловый цвет.

Она засунула его в свой воротник и вновь направилась в тронный зал. В коридоре Рейвен встретилась с Твайлайт:

— Уже уходите?

— Да. Мне нужно успеть вернуться в Понивилль на важную встречу с тремя молодыми кобылками, — улыбнулась Твайлайт.

Рейвен кивнула:

— Берегите себя.

Войдя в тронный зал, она увидела Селестию, сидящую на своем троне и читающую последний утренний отчет. Ее чашка была пуста.

Селестия подписала документ, затем повернулась к приближающейся Рейвен:

— Я только недавно задумывалась, что Мейнхеттену пригодится новая начальная школа. Рада, что они пришли к такому же выводу.

Рейвен остановилась перед пустой чашкой. Ее рог мягко светился, пока она вела свой магический поток вдоль седого волоса, все еще спрятанного в воротнике:

— Я уже упоминала, принцесса, какой огромной честью является быть вашим помощником? — сказала Рейвен, уставившись в пустую чашку.

Выражение Селестии стало серьезным:

— Тебе и не нужно. Это очевидно в каждом твоем действии, — она задумалась на мгновение. — Это я должна высказывать своё почтение, Рейвен. Я знаю, что годы со мной не были так уж легки.

Рейвен покачала головой:

— Меня всегда учили, что нет большего счастья, чем хорошо законченное дело, и я горжусь, что на меня было возложено такое ответственное задание. Я другого и не пожелала бы.

— Конечно, твои обязанности помощника не ограничиваются только выполнением одной задачи? — тихо сказала Селестия.

Не получив ответа, она подняла голову:

— Ты думаешь о том, чтобы уйти со службы королевского помощника? Мне будет грустно смотреть, как ты уходишь, но ты более чем заслужила этого.

— Нет. Я буду с вами так долго, как смогу.

Селестия кивнула:

— Тогда что я могу для тебя сделать?

Рейвен молчала и все еще неосознанно крутила своей магией седой волос. Наконец, свет от ее рога погас, и она посмотрела Селестии в глаза.

Улыбнувшись, она произнесла:

— Просто ... не моргайте.

## Часть 2

Рейвен ходила кругами по вестибюлю замка, нервничая и беспокоясь. Солнце уже взошло, что, безусловно, было хорошим знаком само по себе, но это было не самое важное у нее на уме. Она уже вытоптала колею на ковре, молясь, чтобы двери, наконец, отворились, впустив хорошие вести.

Наконец, она услышала громкий звук копыт на подъемном мостике. Рейвен повернулась и замерла, ее сердце билось необычно быстро, а глаза не отрываясь, следили за дверьми.

Наконец большие двойные двери открылись, и на мгновение Рейвен могла видеть только шедшую впереди стражу. Восемь жеребцов в сверкающей броне вошли и встали по стойке смирно по краям ковра. Отсутствие фанфар при их появлении было непривычным.

Рейвен сначала заметила одну только Селестию, и ее сердце сжалось; но со второго взгляда оказалось, что принцесса укрывает своим крылом фигуру, жмущуюся к ее боку.

Селестия взглянула на Рейвен, и единорожка увидела больше жизни в глазах принцессы, чем когда-либо прежде. Селестия отвела в сторону крыло, показав синюю испуганную пони не намного крупнее самой Рейвен.

— Луна! — Рейвен всхлипнула, ее глаза заполонили слёзы. Она побежала вперед, встретив пару прямо у входа. Луна остановила свой взгляд на Рейвен, после чего ее глаза расширились от удивления.

— Р... Рейвен? — тихо сказала Луна. — К... как?

Рейвен крепко обняла ее, не сдерживая слез:

— Вы выглядите точно такой же, какой я вас запомнила! — она посмотрела на Селестию с выражением искреннего счастья на мордочке.

Луна промолчала. Она медленно положила копыта на плечи Рейвен, обнимая ее в ответ.

Дрожащим голосом она проговорила:

— Я рада знать, что именно такой ты меня запомнила, — она закрыла глаза.

Селестия заметила, что некоторые стражники смотрят на Рейвен, а затем друг на друга, не понимая, что происходит.

Она поцеловала лоб Луны, а затем сказала:

— Стража! Пойдите и позаботьтесь, чтобы личные покои Луны были подготовлены, — Рейвен услышала тихий, счастливый смех Луны в ответ на эти слова, когда она, наконец, разжала объятия.

Селестия поднялась по лестнице со стражниками и оглянулась:

— Я буду наверху, сестра, — она вновь поборола желание зарыдать. — Я никогда не покину тебя снова. Помни об этом. Вслед за этим принцесса повернула за угол и скрылась из виду.

Луна и Рейвен улыбнулись исчезающему силуэту Селестии.

— Ты осталась с ней, — сказала Луна.

— А что еще мне было делать? — ответила Рейвен. — Ведь она нуждалась во мне.

## Часть 3

Рейвен смотрела сквозь огромную дыру в крыше, видя солнечный свет там, где его однозначно не должно было быть.

— Это не обойдется нам дешево, — ее рог вспыхнул, когда она, не глядя, заполнила ведомость на ремонт класса.

Она бегло просмотрела смету, прежде чем передать ее стражнику, чтобы тот ее убрал. Рейвен осмотрела класс: многочисленные куски дерева и камня были раскиданы по столам и полу.

— Вы сказали, что она сделала это, увеличив дракона?

Селестия кивнула, также поражаясь причиненному ущербу:

— Именно так. Несомненно, это было сделано не специально, как сказали мне экзаменаторы, но очевидно, что внутри нее таится большая сила. Я уже позаботилась, чтобы она попала в самый лучший класс, — Рейвен подняла брови, когда Селестия умолкла, — Твайлайт Спаркл. Запомни это имя. Я думаю в один прекрасный день она станет кем-то очень важным.

Рейвен на мгновение нахмурилась, задумавшись, а затем незаметно улыбнулась:

— Вы начали готовиться к возвращению Луны.

Селестия ответила на улыбку Рейвен своей собственной, более естественной, все еще глядя на солнце. Даже Рейвен не могла вспомнить, как давно не видела подобной улыбки у своей принцессы.

— Честно говоря, я уже давно это планирую. Безумные, грандиозные и противоречивые планы. А если задуматься — пустая трата времени, — она встретила взгляд Рейвен, кивнула, все еще улыбаясь, — но это помогло.

Рейвен кивнула в ответ, затем снова оценила причиненный классу ущерб:

— А что с драконом?

Селестия двинулась к выходу из класса:

— Я планировала отправить его жить с Твайлайт, — сказала она. — Но после того, как он достаточно подрастет, чтобы не быть обузой, конечно, — добавила она быстро.

— Этот студент еще официально не принят в вашу школу, а вы уже планируете отдать ей детеныша дракона! — удивилась Рейвен, последовав за Селестией.

— Этот дракон не должен был вылупиться еще несколько месяцев! Я ожидала, что она, возможно, только немного ускорит инкубацию! — Селестия покачала головой. — Она, безусловно, одарена, и я обеспечу ее всем необходимым. Еще нужно будет убедиться, что у нее есть доступ к легендам.

Рейвен рискнула:

— Я просто хочу сказать, что ради других учеников, вы могли бы сделать выбор любимчиков чуть менее очевидным, — дразня, сказала она.

Селестия тихо рассмеялась. Рейвен дорожила этим звуком.

## Часть 4

Рейвен открыла дверь в кабинет Селестии, неся в своей магии фонарь, чашку чая и папку бумаг. Принцесса сидела на ковре в центре комнаты, в нескольких шагах от нее горел камин. Ее плечи тяжело и судорожно вздрагивали, дыхание было прерывистым.

— Ваш чай Каэмун, принцесса, — сказала Рейвен, подойдя к Селестии.

Селестия смотрела в пустоту диким и отсутствующим взглядом. Все выглядело так, словно ее глаза до сих пор оставались сухими только лишь потому, что слезы давно закончились:

— Я... я ничего не добилась. Ничего. Я ничего не исправила. Каждую свою проблему, я просто... я просто откладывала на потом. Я накладывала печати на королевства, изгоняла своих подданных ... — ее дыхание стало более интенсивным, и она внезапно поднялась на задние копыта, — ... но я никогда ... никогда не могла все исправить! — она ударила передними копытами по земле, что вызвало ударную волну магической энергии, излучаемую ее рогом: картины упали со стен, книги разлетелись по комнате, камин погас, оставив комнату, освещаемой только лишь фонарем Рейвен. Магия королевского помощника была непоколебима — не пролилось ни единой капли чая.

— Тот факт, что наша нация живет в мире и процветании — это важное достижение, и каждый гражданин нашей страны обязан за это именно вам. Пейте свой чай, — сказала Рейвен серьезным тоном, ее голос не дрожал.

Селестия неловко упала на колени, не прислушиваясь к словам Рейвен:

— Я больше не могу этого делать, не могу. Мы все ближе и ближе к возвращению моей сестры, и я не знаю, что буду делать, когда этот момент настанет. Если я в конечном итоге просто изгоню ее снова, то не думаю, что смогу ..., — она едва могла сдержать ярость в своей груди, — а потом Кристальная Империя вернется, и я ..., — Селестия оскалила и стиснула зубы. — Ааааааааргх! — закричала принцесса.

Рейвен не дрогнула:

— Пейте. Свой. Чай.

Селестия наконец сосредоточилась, чтобы встретиться взглядом с Рейвен, сглотнула, затем посмотрела на чай. Светло-золотое сияние окутало его, когда она подносила его к своим губам, хотя он дрожал, когда летел. Красный оттенок ауры оставался вокруг чашки, Рейвен помогала держать ее в воздухе.

Рейвен кашлянула:

— Принцесса, не тратьте впустую преимущество, которое вы получили, изгоняя ваших врагов — осведомленность, — Селестия посмотрела на нее, выражение ее мордочки медленно возвращалось к некоторому подобию нормальности.

— По-прежнему остается более ста лет до возвращения Луны. Вы знаете, что произойдет, и когда это произойдет. Не упустите возможность подготовиться к ее возвращению, — Селестия продолжала смотреть на нее, она перевела взгляд и снова поднесла чашку к губам,

— Я не знаю, что я могу сделать ...

— У вас более ста лет чтоб придумать что-нибудь, — сказала Рейвен. — Посол из Гриффонстоуна будет здесь через час, я бы рекомендовала обсудить вашу встречу с ним в тронном зале.

Селестия кивнула, ее дыхание стало более спокойным:

— Хорошо, спасибо, Рейвен, — она поднялась и вышла из комнаты, держа чай перед собой.

Рейвен последовала за ней, оставив фонарь в комнате. Она встретилась глазами со стражником, караулившим на входе в покои принцессы. Рейвен незаметно кивнула в сторону комнаты, из которой она только что вышла. Стражник кивнул в ответ, затем вошел в покои и начал приводить комнату в порядок.

Рейвен перешла на галоп, чтобы догнать Селестию:

— Вот краткое описание торговых операций, проведенных с Гриффонстуоном в течение прошлого года.

— Он, скорее всего, захочет обсудить пограничную политику. Были ли какие-то значительные события, которые могут иметь отношение к этой теме, после инцидента с нарушением воздушного пространства четыре месяца назад?

Рейвен улыбнулась:

— Нет, — она убрала сводку пограничных событий обратно в папку.

## Часть 5

Рейвен вошла в Королевскую Библиотеку Кантерлота, неся с собой чайник и чашку. Несмотря на то, что библиотеку уже давно закрыли на ночь, свет в ней все еще горел.

Она поставила чайник на стол в вестибюле и, наполнив чашку ароматной жидкостью, направилась вдоль стеллажей с книгами. После нескольких минут поиска она отыскала принцессу, которая стояла у полки и читала книгу. Рейвен подошла к ней:

— Ваш ромашковый чай, принцесса, —было уже слишком поздно, чтобы предлагать ей черный чай.

— Спасибо, Рейвен, — пробормотала Селестия. Она приняла чашку, но даже не пригубила напиток.

Спустя пару мгновений Селестия заговорила:

— Я не нашла ничего сегодня, — привычная фраза от нее в эти дни.

Рейвен столь же привычно ответила:

— Мне жаль это слышать, принцесса. Пейте свой чай.

Без слов Селестия поднесла чашку к губам и сделала глоток. После очередной паузы она снова заговорила:

— Однако в этой книге есть интересный абзац.

— Он содержит информацию, которая может привести к решению нашей проблемы? — спросила Рейвен.

Селестия колебалась, избегая ее взгляда, а затем начала читать:

— Есть много мощных заклинаний и способностей, которые являются уникальными для аликорнов, однако среди их числа есть одна особенная. Ученые мира почти ничего не знают об этой силе, многие даже считают ее просто нелепой легендой, и все же она может быть сильнее, чем все, что мы можем себе представить.

Говорят, что при определенных обстоятельствах, если аликорн с чистыми помыслами и любовью в своем сердце попросит у другого существа пообещать что-то, и другое существо согласится, то сама Вселенная изменится, чтобы это обещание исполнилось. Целые миры могут быть созданы, если аликорн раскроет свое истинное желание подходящему субъекту (который должен сам быть существом необычайной силы воли, как правило, тоже аликорном).

Однако, это событие столь же редкое, как и сами аликорны, так что никто не смеет и мечтать запечатлеть его в течение своей жизни. Это явление происходит в чрезвычайных условиях, кроме этого, аликорн должен нести у себя в груди только самое чистое, самое отчаянное желание. Такие обстоятельства настолько редки, что даже не всякому аликорну доведется увидеть эту силу в действии, — она сделала паузу. — Самое чистое, самое отчаянное желание...

— Селестия... — сказала Рейвен.

— Я обещала ей, что никогда не покину ее. До самого конца. Если то, о чем говорится в этой книге, верно, тогда ничто в этом мире не могло бы изменить это, — Селестия медленно закрыла книгу, — даже я.

— Селестия, я поддержала ваше стремление собрать магические книги со всех уголков мира под предлогом, что вы будете искать решение, а не новые способы сожалеть.

— Что ж, в этом я потерпела неудачу,— тихо сказала Селестия. Она вернула книгу на место:

— Я уже третий раз перечитываю этот абзац.

Рейвен тихо вздохнула:

— Я получила известие о другой возможной зацепке. Археологи Филлидельфии на прошлой неделе раскопали древние тексты. Наши ученые все еще работают над переводом, но, похоже, они имеют какое-то отношение к магии.

Селестия сделала еще один глоток чая и медленно кивнула. Рейвен продолжила:

— Завтра я смогу предоставить вам больше деталей. А сейчас...

— Да. Пора спать. Спасибо, Рейвен.

Они вышли из библиотеки вместе. Рейвен погасила свет и заперла дверь.

## Часть 6

Селестия угрюмо наблюдала за празднеством в растущем городе Кантерлоте из окон своего тронного зала. Она видела, как жеребята весело резвятся в праздничных костюмах вокруг своих родителей. Рейвен подошла к ней сзади, передвигая маленькую тележку своей магией.

— Это неправильно, — тихо сказала Селестия.

— Да, — сказала Рейвен. — Определенно неправильно, — на мгновение в воздухе повисла тишина.

— Были моменты, когда я была возмущена тем, насколько грубыми могут быть граждане, чтобы устроить праздник в честь такого ужасного события, — Селестия вздохнула. — Но я часто забываю тот прискорбный факт, что события, которые так свежи в моей памяти для моих подданных не более чем легенда, — Селестия окинула взглядом город, раскинувшийся за окном. — Вне этой комнаты нет никого в живых, кто помнил бы о существовании второй принцессы. Эту горькую правду тяжело принять.

Рейвен просто стояла на своем месте. Селестия слегка повернула голову, чтобы посмотреть на нее:

— Я знаю, что ты мне хочешь сказать. И нет никакого способа сделать это мягко, поэтому я сама скажу это за тебя, — она повернулась к окну. — Если бы я не боялась говорить о событиях той ночи ... сама рассказала бы историю, прежде чем она станет нелепыми слухами ... этого никогда бы не случилось. Ты была права.

Рейвен ничего не ответила.

— И теперь, они даже сочли нужным украсить мой тронный зал витражом с изображением той самой ночи. Я не знаю, как избежать этого, мне не нужно лишнее напоминание моей ужасной ошибки, — Селестия на мгновение сосредоточилась на своем отражении в стекле.

Рейвен тяжело вздохнула:

— Принцесса, у меня есть предложение. На самом деле даже два, — она подняла чайник с тележки и наполнила чашку, прежде чем передать ее Селестии, которая повернулась к ней и слегка улыбнулась. — Я запомнила, что однажды вам понравился чай Юньнань. Я снова предлагаю вам его на пробу, прежде чем мы решим раз и навсегда, какой чай вы считаете самым любимым.

Селестия потянула чай, затем слегка причмокнула:

— Я, конечно, ценю медовые тона, но всё же предпочитаю им Каэмун, — она сделала еще один глоток.

Рейвен кивнула:

— Отлично, и теперь, поскольку мы решили самый важный вопрос ... — Селестия чуть слышно хихикнула, — ...я считаю что, возможно, вам еще не поздно рассказать свою историю той ночи, — закончила Рейвен.

Лицо Селестии помрачнело. Рейвен быстро добавила:

— Я не предлагаю официальный королевский указ или что-то в этом роде. Просто записать события на бумаге. Беспристрастное изложение событий той ночи с максимально непредвзятой точки зрения. Возможно, в один прекрасный день эта запись просто окажется в сборнике мифов и легенд, но, по крайней мере, это будет правдивый миф, — Селестия задумалась и отпила чай. — Как вы сами сказали, вы не можете избежать этого. Возможно, это позволит вам простить себя и подвести некую черту в этой истории, — сказала Рейвен.

Селестия закрыла глаза:

— Я очень сомневаюсь в этом, но ... — она кивнула. — Я согласна.

Рейвен улыбнулась и вытащила несколько листов пергамента с нижнего уровня тележки вместе с пером. Она налила еще чаю в чашку Селестии, а затем уселась с пером наготове.

Селестия отвернулась от окна и села на бок, задумавшись.

— Пейте свой чай, — мягко сказала Рейвен, улыбаясь, — а то он остынет.

Селестия на мгновение взглянула на Рейвен, затем кивнула и сделала глоток, наслаждаясь вкусом:

— Полагаю, мы должны с чего-то начать. Непредвзято и беспристрастно, говоришь... — Селестия сделала паузу, прежде чем глубоко вздохнуть. — Когда-то, давным-давно, в волшебной стране Эквестрии жили две королевские сестры...

## Часть 7

Рейвен и Селестия распахнули настежь огромные двустворчатые двери и вошли в одну из комнат королевского замка. Их глазам предстало длинное помещение с рядом высоких белых колонн, между которыми располагались огромные арочные окна.

— А это ваш тронный зал,— сказала Рейвен.

Усталые глаза Селестии пробежались по комнате:

— Он слегка пустоват, не думаешь?

— По его завершению там, где мы стоим, будет лежать красная ковровая дорожка, — Рейвен проверила свои заметки. — Также сейчас стеклодувы работают над витражами, которые будут украшать окна. И позже в разных местах зала будут висеть гобелены и растения, — она подняла глаза. — На данный момент он ,действительно, довольно пуст.

Тем не менее, — продолжила Рейвен, — как вы можете видеть, ваш трон уже завершен, — как она и сказала, трон принцессы стоял на каменном возвышении в дальнем конце зала.

Селестия согласно кивнула, и Рейвен быстро, пролистав записи, продолжила:

— Еще немного и замок будет полностью готов для переезда, — ее голос смягчился. — Наконец-то мы переедем из этих тесных временных апартаментов, не так ли? — Селестия ничего не сказала, все еще глядя на одиноко стоящий трон.

Рейвен поджала губы:

— Это было бы закончено раньше, но поскольку вы объявили ...

— Что есть более важные здания, требующие постройки, чем королевский замок, — тихо сказала Селестия.

Рейвен посмотрела в окно, увидев недавно открытую библиотеку в быстро растущем городке под названием Кантерлот.

— Действительно, — сказала Рейвен и направилась к выходу. — Отлично, поскольку у вас нет замечаний по работам в этой части замка, то я скажу мастерам продолжать строительство, а пока мы можем перейти к...

— Рейвен.

Рейвен остановилась:

— Да, принцесса?

— Сколько лет ты думала, я не буду замечать, что ты не похожа на других пони?

Кровь Рейвен застыла в жилах, она сглотнула:

— Я не знала, как завести разговор на эту тему... и тем более как ее обсуждать.

— Ты у меня на службе уже ... двадцать лет, не так ли?

— Эмм ... примерно так, да, принцесса.

— Я перестала стареть давным-давно. За все те годы, что показались мне лишь мгновением, я потеряла бесчисленное количество друзей и служащих в бою с нескончаемым течением времени, но ты... — Селестия подняла голову, суровое выражение не сходило с ее лица, — ...ты выглядишь так же, как и в первый день, когда стала моим помощником.

Рейвен глубоко вздохнула, ее голова поникла. Она давно ожидала этого разговора, но так и не смогла придумать, что сказать.

Рейвен нерешительно заговорила:

— Боюсь, я знаю не больше, чем вы. Не было ни дня, когда бы я проснулась и почувствовала себя по-другому, и все же... — она посмотрела на Селестию, — я могу только сказать наверняка, что ощущаю, что так и должно быть, что это правильно. Как будто я пока не готова уйти.

Селестия посмотрела на нее с тем же усталым взглядом, который Рейвен видела последние несколько лет. По нему нельзя было понять, о чём думает принцесса.

Наконец, она отвернулась:

— Предполагая, что ты останешься такой же, я должна признать, что была бы рада иметь компаньона, который не исчезнет, стоит мне только моргнуть, — Селестия слегка улыбнулась.

Рейвен замерла, слегка приоткрыв рот:

— В таком случае ... — она снова вздохнула и выпрямилась. — Моргайте, сколько хотите, принцесса. Я все равно буду рядом с вами, — она попыталась сдержать улыбку облегчения на своем лице.

Селестия двинулась к выходу:

— Ты говорила, что надо еще что-то осмотреть?

Рейвен поправила свои записи и последовала за ней.

## Часть 8

Рейвен прошла через потрескавшийся вход в тронный зал древнего замка: разорванные знамена висели возле разбитых окон. Ее взгляд был прикован к разбитой крыше, казалось, словно огромная коса прошла сквозь нее, и солнечные лучи свободно текли через получившуюся зияющую дыру.

— Ничего себе,— выдохнула она.

Она шагала между обломков, валяющихся на земле, а также вокруг того, что должно было быть каменным пьедесталом для Элементов Гармонии. Она нервно сглотнула, когда увидела Селестию, лежавшую к ней спиной, свернувшись калачиком между тронами-близнецами. Уцелел только один трон.

Когда Рейвен подошла ближе, голова Селестии резко поднялась:

— Что ты здесь делаешь? Я ясно дала понять, что хочу побыть одна.

— Я знаю, но... — Рейвен пробормотала, затем стиснула зубы и протянула вперед чашку, парящую рядом с ней, — я сделала вам чай.

Выражение Селестии смягчилось, ее глаза были красными и усталыми. Она приняла чай и посмотрела в чашку, затем сделала небольшой глоток.

Рейвен подошла ближе к Селестии и села в нескольких футах от нее:

— Моя мать провела всю свою жизнь, собирая и дегустируя различные сорта чая. Теперь это мое хобби, — она сделала паузу. — Этот, например, ромашковый. Моя мать считала, что он помогает от всех бед.

Селестия сделала еще один глоток. Ее выражение не изменилось, и она уставилась в чашку.

Рейвен пыталась игнорировать свой учащенный пульс:

— Пришла пора опустить солнце. Я думаю, жители начинают беспокоиться, — по правде говоря, его давно уже пора было опустить.

Селестия глубоко вздохнула, закрыв глаза. Она кивнула:

— Я это сделаю. Скоро.

Они сидели молча. Селестия опустила чашку на землю.

— Я не думаю, что уже приняла произошедшее, — глаза Селестии открылись. — Это не кажется реальным... — она смотрела в пустоту отсутствующим взглядом. — Я не могу представить, что произойдет завтра, когда я проснусь, а ее не будет рядом.

Рейвен задумалась:

— Во всяком случае, рядом буду я. Каждый день, ровно столько, сколько я буду вам нужна. Со свежим чаем, — она легко улыбнулась. — Я не знаю, какой чай вам больше понравится, но ... у меня есть много сортов на пробу.

Селестия взглянула в глаза Рейвен, а затем вернулась к чаю. Она не двигалась.

Рейвен сидела на месте еще несколько минут, пытаясь сдержаться и не задать мучающий ее вопрос.

Она закрыла глаза, внутренне проклиная себя:

— Принцесса... Я боюсь это спрашивать, но я должна знать, — она сглотнула. — Как долго... как долго она будет...

— Миллениум, — ответила Селестия. — Пройдет тысяча лет, прежде чем она вернется.

Рейвен открыла рот от шока, ее глаза расширились. Она незаметно отвернулась, надеясь, что Селестия не заметит ее реакции:

— Спасибо, принцесса, — ее сердце колотилось, и она пыталась контролировать свое дыхание.

Пар все еще поднимался от чашки ромашкового чая, а принцесса и ее помощник сидели одни среди обломков золотого трона.

## Часть 9

— Элементы Гармонии спрятаны здесь? В этом замке? — спросила Рейвен.  Яркие факелы освещали каменный коридор, когда она и Селестия шли к тронному залу.

— Я боюсь, это должны знать только две сестры, — Селестия улыбнулась, — некоторые секреты должны оставаться нераскрытыми, чтобы не попасть в копыта к плохому пони.

— И мне нельзя доверить хранить эту тайну? Вы оскорбляете меня, принцесса, — усмехнулась Рейвен. Селестия рассмеялась в ответ.

За поворотом они увидели Луну, устало бредущую к ним навстречу, явно направляясь в свою комнату. Она казалась нездоровой: ее волосы потеряли свою прозрачность и приобрели синий оттенок.

— Доброе утро, Луна, — сказала Селестия, улыбаясь. — Желаю тебе приятного сна.

Рейвен кивнула принцессе ночи, видя, что Луна все еще плохо себя чувствует.

Луна посмотрела на Селестию, когда та проходила мимо:

— Благодарю тебя, — сказала она, пытаясь заставить себя улыбнуться в ответ. Селестия слегка нахмурилась.

Подойдя к дверям в свои покои, Луна обернулась:

— Рейвен, могу я поговорить с тобой?

Рейвен посмотрела на нее с любопытством, затем повернулась к Селестии:

— Не могли бы вы взять бумаги с собой? Я скоро подойду, — Селестия кивнула, приняв у нее утренние документы.

Рейвен вошла в покои Луны. Королевская кровать стояла у дальней стены, а окна были завешены плотными шторами. Только фонарь на столе освещал комнату.

— Что вы хотели обсудить? — она ободряюще улыбнулась, повернувшись к Луне, затем остановилась.

Луна закрыла дверь, но все еще держала копыто прижатым к двери. Она уставилась на пол, ее дыхание стало прерывистым.

— Что-то не так, Луна? — спросила Рейвен.

Луна снова попыталась улыбнуться:

— Ты была с нами почти два года, я права?

— Да, я очень довольна своей работой, и вы с Селестией очень тепло ко мне относились.

Луна кивнула:

— Рада за тебя, — она замолчала, комната на мгновение погрузилась в тишину. — Я уверена, ты заметила, что я в последнее время сама не своя, — она убрала копыто с двери и встала, слегка сутулясь.

Рейвен забеспокоилась:

— Да, принцесса, я заметила.

— Меня мучают мысли, которые ,я знаю, нелогичны и порой безумны, и все же я не могу избавиться от них. Я набрасывалась на одних пони с оскорблениями, а других я просто избегала. Я... — ее глаза стали туманными. — Что-то со мной происходит, и я ... я боюсь, что, в конце концов, нечто ужасное меня поглотит.

Рейвен была ошеломлена и потеряла дар речи:

— Луна, мне очень жаль это слышать. Я не думаю, что полностью понимаю, но...

— Да я и сама не понимаю! — ответила Луна.

Она стиснула зубы, закрыла глаза, но одинокая слеза все равно скатилась по ее щеке.

Рейвен пыталась подобрать слова:

— Что я могу сделать? Пожалуйста, скажите мне.

Луне потребовалось мгновение, чтобы собраться, затем она открыла глаза:

— Я, возможно, исчезну на некоторое время. Не знаю, при каких обстоятельствах ... но Селестия останется одна, — она сглотнула. — И ей нельзя оставаться одной, — ее голос дрожал.

— Мне нужно, чтобы ты ... — Луна подошла ближе к Рейвен. — Это самая важная просьба, которую я когда-либо попрошу от тебя. Мне нужно, Рейвен, чтобы ты осталась с ней. Она будет винить себя, она попытается спрятаться от мира. Не позволяй ей делать этого. Пожалуйста!

Убедись, что она будет занята, убедись, что она сохранит надежду. Сделай все что можешь, чтобы она не могла сосредоточиться на пустоте в ее сердце. Я ... я бы не стала просить тебя об этом, если бы я, действительно, не сочла это необходимым. Порой тебе будет тяжело выполнять эту просьбу, но помни: она будет нуждаться в тебе, — две крупные слезинки поочередно скатились по щекам Луны. — Мне нужно, чтобы ты пообещала мне это. Останься с моей сестрой, пока я не вернусь. Обещай мне, что ты останешься с ней!

Рейвен сглотнула. Взгляд Луны был тяжелым, проникающим прямо в ее душу. Это была туманная просьба с неопределенными условиями, но напряжение в голосе Луны говорило единорожке, что у нее никогда не будет более важной задачи, чем эта.

Рейвен кивнула:

— Обещаю. Луна, я обещаю, что останусь с ней до вашего возвращения.

Лицо Луны слегка дернулось, пока не появилась широкая дрожащая улыбка. Она наклонилась вперед и крепко обняла Рейвен:

— Я ... я благодарю тебя, Рейвен.

Луна отпустила единорожку и пошла к кровати, вся в раздумьях. Рейвен поняла, что ей пора уходить:

— Желаю вам приятных снов, Луна. Увидимся вечером, — сказала она.

Она вышла за дверь, в то время как Луна продолжала стоять, уставившись на свою пустую кровать.

Рейвен встретилась в тронном зале с Селестией, которая уже прочла половину утренних документов, сидя на своем золотом троне. Она подняла глаза, когда к ней подошла Рейвен:

— А вот и ты! — сказала принцесса.

Рейвен мягко улыбнулась в ответ, а затем села рядом с троном, пытаясь выяснить, какие донесения Селестия уже успела прочесть.

Селестия нахмурилась:

— Что-то не так, Рейвен?

Рейвен встретила взгляд Селестии, затем снова посмотрела на документы и покачала головой:

— Нет, все в порядке, — она указала на страницы. — Есть только несколько особенно сложных дел для рассмотрения этим утром. Мы закончим с ними довольно быстро.

## Часть 10

Рейвен спешила через незнакомые коридоры королевского замка, часто проверяя себя и проклиная отсутствие указателей.

— О, здравствуйте! — она заметила проходящего мимо стражника. — Не могли бы вы подсказать, где находится тронный зал?

— Вдоль по коридору, последняя дверь справа, — стражник указал направление копытом.

Рейвен посмотрела на указанный коридор, затем повернулась к охраннику:

— Большое спасибо!

Она помчалась вперед, красная папка документов летела рядом с ней, окруженная светло-красной магией. Рейвен остановилась перед самой официально выглядящей дверью в этом замке: "Дыши ровно, Рейвен, дыши ровно..."

Она вошла в тронный зал, делая все возможное, чтобы выглядеть профессионально. Закрыв за собой дверь, Рейвен начала длинное путешествие на другой конец зала, где Селестия и Луна сидели, беседуя, на своих тронах. Гривы обеих принцесс струились и блестели в свете солнца.

Селестия первой увидела ее:

— Ах, ты должно быть наш новый помощник, — Луна тоже повернулась к ней.

— Да, меня зовут Рейвен, и это огромная честь — быть здесь, Ваши величества, — она поклонилась.

Селестия хихикнула:

— В этом нет необходимости. Санбим изложила, в чём будут заключаться твои обязанности?

Рейвен встрепенулась:

— Да, она сообщила мне, что вы уже подписали утренние документы, поэтому следующий шаг — рассмотреть внутригосударственные дела! — она помахала красной папкой в воздухе, затем открыла ее. Рейвен замерла.

Луна улыбнулась:

— Боюсь, что это папка дня для международных дел. Документы по внутренней политике лежат в зеленой папке.

Рейвен немного замялась, затем выдавила широкую улыбку:

— Я извиняюсь! Скоро вернусь! — она обернулась и быстро засеменила к двери.

Селестия подняла голову:

— У тебя, похоже, пучок распустился, — волосы Рейвен, действительно, болтались во все стороны.

— Упс, — красная магия Рейвен закрутилась вокруг прически, поправляя ее. — Мне ужасно жаль! Я сейчас вернусь! Ох, как неловко! — она прошла через двери и скрылась из виду за углом.

Селестия хихикнула. Луна заговорила, приподняв бровь:

— Мы с тобой часто своими действиями изматываем этих помощников, —она посмотрела на Селестию. — Как думаешь, как долго эта новенькая протянет?

Селестия усмехнулась:

— Посмотрим. Ведь только время покажет, не так ли?