# Брачные ритуалы пони

Alex Heil

Королева Кризалис напала на Кантерлот, промыла мозг брату Твайлайт Спаркл, похитила её бывшую няню, сразила её наставницу в поединке и покорила её королевство. Она похитила сестрёнок подруг Твайлайт, натравила их друг на друга и пыталась вытянуть всю магию Твайлайт. При каждой возможности королева Кризалис изо всех сил старалась вконец разрушить жизнь Твайлайт Спаркл.

И почему-то у неё НЕ получилось вот так влюбить в себя эту пони.

Как бы то ни было, из-за непонимания Твайлайт обычаев чейнджлингов она и Кризалис оказались женаты. В конце концов, Твайлайт рассказала правду королеве, но не учла, что чейнджлинги покоряют не только страны, но и сердца.

Продолжение истории Брачные ритуалы чейнджлингов

[Изображение: https://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/1e9f26c1-ddfe-4882-86f5-4efe71c64e45/dalrroh-2d2e93ef-26ae-494d-9902-6a22134f799f.png?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOjdlMGQxODg5ODIyNjQzNzNhNWYwZDQxNWVhMGQyNmUwIiwiaXNzIjoidXJuOmFwcDo3ZTBkMTg4OTgyMjY0MzczYTVmMGQ0MTVlYTBkMjZlMCIsIm9iaiI6W1t7InBhdGgiOiJcL2ZcLzFlOWYyNmMxLWRkZmUtNDg4Mi04NmY1LTRlZmU3MWM2NGU0NVwvZGFscnJvaC0yZDJlOTNlZi0yNmFlLTQ5NGQtOTkwMi02YTIyMTM0Zjc5OWYucG5nIn1dXSwiYXVkIjpbInVybjpzZXJ2aWNlOmZpbGUuZG93bmxvYWQiXX0.hRNSbabWPFlOAnhtaPm9dkbB-xzcMTi3CPZ4g0xVgpc]

## Глава 1. Приготовления Твайлайт

— Ядрёна кочерыжка, и кто у нас тут самая симпатичная кобылка на выданье?

Твайлайт круто развернулась, заметно покраснев — и это с румянами-то на лице. Макияж дополняли голубые тени на подведённых синим карандашом глазах, что сочеталось с синим же в блёстках платьем — довольно простеньким, с оборками вокруг шеи и повязанным на талии шёлковым бантом.

— Эпплджек!

— Всё-таки без помады? — пони-фермерша прошла несколько шагов в гардеробную Твайлайт.

— Без… м-м-м… просто Кризалис она кажется… странной на вкус, — пробормотала аликорна, на чьём горящем лице румяна уже казались бледными пятнами.

Эпплджек тихо присвистнула, приподняв брови.

— Я и не знала, шо у вас там ужо таки страсти творятся.

— Эт-то не так! В смысле, что-то такое есть, я думаю, но… — Твайлайт зашаркала копытами по полу, почти загарцевав на месте. — Ну, после свидания, эт… это же совершенно нормально поцеловаться друг с другом и пожелать спокойной ночи…

— Тише, сахарок, — успокаивающе сказала Эпплджек. — Я не пытаюсь смутить тебя.

— Знаю, я просто… нервничаю, кажется, — Твайлайт повернулась и взглянула в зеркало над туалетным столиком. Однако вид прихорошившейся самой себя лишь немного успокоил её.

— Я никогда раньше не видала тебя такой разряжённой, — Эпплджек приблизилась к ней. — Сегодня ночью большое свидание?

— Ага. Прошло шесть месяцев как Кризалис решила, что будет… м-м-м… «ухаживать» за мной. Я сказала ей про свидания, где и дам окончательный ответ. Когда решу…

— Чувствуешь ли ты то ж само к ней, шо и она к тебе, — кивком закончила Эпплджек. — И шо ей ответишь, если не секрет?

Открыв рот, Твайлайт замешкалась и, быстро взглянув на подругу, снова отвернулась.

— Всё по-прежнему? — неодобрительно сказала Эпплджек. — Я, конешн, не давлю на тебя, но даж за полгода ты не определилась?

— Всё не так просто! — вспыхнув, Твайлайт притопнула копытом. — Я сумела понять и простить, что она сразила мою наставницу в схватке и попыталась поработить всех, кого я знаю, но теперь она такая… непостоянная. Когда начались свидания, она стала действовать совсем по-другому, и не потому, что теперь живёт отдельно от меня. Будто… будто она становится другой пони. Или... перевёртывается.

— Насколько всё плохо? — уточнила Эпплджек, наклонив голову. — Селестия свидетель, есть у меня тёрки с королевой, но она липнет к тебе, шо слепни к яблочному пирогу Бабули Смит.

Твайлайт ненадолго притихла, затем почти неслышно сказала:

— Она бросила меня на первом свидании.

— ШО?! — с полыхнувшим в глазах огнём Эпплджек грохнула копытом по кристальному полу.

Твайлайт слабо кивнула.

— Мы пошли в хороший ресторан, без особых изысков. Она зашла за мной, но была сама не своя. За весь вечер почти ничего не сказала; мы едва поболтали в ожидании заказа, да и то она говорила односложно, не больше трёх слов за раз. А потом нам подали еду… мы ещё и половины не съели, когда она поднялась и сказала, что наелась… затем просто ушла. Мне пришлось самой платить за всё и добираться до дома. И главное, на еду зря потратилась. После такого я уже не смогла съесть ни кусочка…

Эпплджек с разинутым ртом взирала на неё.

— Шо?.. Как?.. Да какого рожна ты тогда встречаешься с ней?! Те сразу над было сказать: «Давай, до свидания, надеюсь, больш никогда не увидимся!»

— Я тоже так подумала, — понурилась Твайлайт. — Я была взбешена и написала ей в письме, что если она вот так собирается ухаживать за мной, то… между нами всё кончено. Именно кончено, и она может забыть даже о том, чтобы поговорить со мной снова.

— Я так понимаю, ты с чего-то изменила своё решение, но ума не приложу, с чего именно.

Твайлайт подняла голову обратно и вздохнула с мечтательным выражением на лице.

— Ночью после того, как я отправила письмо, она напала на мой замок.

— Шо?! Да как это?.. — Эпплджек умолкла на секунду, а после закатила глаза. — О, точно. Чейнджлинги.

— Я читала в библиотеке… пыталась читать, но по-прежнему была так расстроена из-за Кризалис, что не могла сосредоточиться. Затем внезапно всюду появились чейнджлинги, и не успела я шевельнуться, как они окружили меня и наставили копья. Я могла бы разоружить их магией или просто телепортироваться прочь, но тут Кризалис пинком открыла дверь и прошагала внутрь, — Твайлайт снова вздохнула. — И конечно же, она вела себя совершенно как королева. Она стояла с высоко задранным носом и казалась мне даже выше принцессы Селестии. Её глаза были так сильно прищурены — диву даюсь, как она вообще видела, куда идёт. И ещё она так презрительно ухмылялась, как обычно, если сильно сосредотачивается на чём-либо…

— Ох-хо. Жуть как романтично звучит, — ровным голосом сказала Эпплджек.

— Она остановилась прямо передо мной, всматриваясь в меня сверху вниз из-под этих блестящих век, а затем… опустилась на колени и начала упрашивать меня принять её обратно.

— Кризалис упрашивала тебя? — у Эпплджек отвисла челюсть. — Королева Кризалис?

— Умоляла. И может быть, даже плакала — мне показалось, я увидела слёзы. И… ну, я не смогла отвергнуть её вот так. Поэтому сказала, что дам ей ещё один шанс, и она тут же потащила меня на другое свидание, на этот раз в Кантерлоте.

— Каким же должно было быть свидание, если ты её запросто простила?

— Ну…

* * *

— Неужели так необходимо было завязывать глаза? — пожаловалась Твайлайт со своего места в колеснице, пока её грива развевалась на ветру.

— Конечно! — ответила сидящая рядом Кризалис. — Я хочу сделать сюрприз.

— Такое чувство, словно ты похитила меня.

— Я никогда не сделаю такого с тобой, уже нет.

«Разве что… — задумалась Кризалис, — может быть, пони похищают своих будущих возлюбленных…» Тут же из разума улья пришёл шквал негативных откликов, а один из тянущих колесницу чейнджлингов вовсе повернулся к королеве и решительно помотал головой. «Что ж, тогда приберегу этот план про запас».

Твайлайт тем временем просто откинулась на спинку сиденья и вздохнула. Она начинала думать, что ошиблась. Насколько ей нравилась Кризалис — и за последние недели аликорна прониклась к королеве чейнджлингов куда более нежными чувствами — настолько она по-прежнему не хотела жениться на ней. Единственной веской причиной, почему она тянула с признанием Кризалис в своих настоящих чувствах, была политическая сторона брака. А также страх. Сначала Твайлайт боялась просто объясниться с Кризалис, затем она стала бояться того, что сделает чейнджлинг, узнав правду, и наконец, ей просто не хотелось ранить чувства «жены».

Именно из-за последнего она согласилась встречаться с Кризалис. Королева истово верила, что пробудит в сердце юной аликорны ответные чувства, и Твайлайт чувствовала себя, по меньшей мере, обязанной дать Кризалис шанс. Но ключевым словом было «шанс», и, расстроив Твайлайт, Кризалис разрушила свой единственный.

Колесница вдруг словно провалилась и начала снижаться. Уже открывшая рот пони неохотно решила сохранить молчание.

Чёрная колесница пронеслась над Кантерлотом, прокладывая путь промеж башен, и, наконец-то подпрыгнув, остановилась прямо посреди оживлённой улицы. С воплями и проклятиями пони брызнули в стороны, а уж затем, заметив пассажиров колесницы и её возниц, быстро решили просто пройти мимо — желательно как можно скорее и без оглядки.

Кризалис сошла с колесницы, трутни выпряглись и выстроились защитным кольцом вокруг их властительных особ. Довольно бессмысленным кольцом: ни один из прохожих пони не горел желанием приближаться к чейнджлингам. Пускай формально они стали подданными Эквестрии, и свадьба наглядно показала, что ничего дурного не происходило, но для многих пони по-прежнему было внове видеть разгуливающих в открытую чейнджлингов. Не говоря уже о королеве собственной персоной.

Упомянутая королева тем временем подала копыто Твайлайт, помогая спуститься, затем провела её по тротуару и остановила.

— Я предпочла бы подождать, пока мы не окажемся внутри, но здесь надо пройти по множеству ступенек, — сказала она с сожалением. — Я не хочу, чтобы ты расшиблась. Я… и так уже причинила тебе достаточно боли в последнее время.

Она развязала повязку магией и отступила, затаив дыханием.

— Послушай, Кризалис… — сказала Твайлайт, моргая от внезапного света и озираясь. — Наверное, я переду…

Она замолчала, едва сообразив, где именно находилась: в старой части Кантерлота, в считанных кварталах от дворца. И упомянутые Кризалис ступеньки были хорошо ей знакомы; она довольно часто видела их кобылкой. И вели они в здание, с которым Твайлайт, не считая родительского дома и дворца, сроднилась как ни с каким другим в городе.

— Это… Кантерлотская библиотека? — сипло спросила она.

— Я подумала, что мы могли бы потом сходить в букинистический магазин, — сказала Кризалис с раскрытыми и полными надежды глазами. — Я куплю тебе несколько книг. В подарок.

Довольно долго Твайлайт не отвечала. Кризалис начала беспокоиться, сначала забегав глазами туда-сюда от волнения, затем заёрзав на месте. Наконец Твайлайт повернулась и взглянула на неё краем глаза.

— Так сколько книг?

Мгновением позже она пискнула, когда Кризалис притянула её в крепкие объятия.

* * *

— Ух… о! Звиняй, я подумала, эт не конец истории, — прокомментировала Эпплджек в воцарившейся тишине после того, как Твайлайт перестала говорить.

— Не извиняйся, — вздохнула аликорна всё с тем же мечтательным выражением лица. — Это была прекрасная ночь. Я знала, что она заботится обо мне, но показать это мне вот так, сделать что-нибудь столь значимое… если бы не это первое свидание, я сказала бы «да» прямо там.

— Слух, Твай, я знаю, шо не эксперт по романтике и подобной ерунде… — нерешительно сказала Эпплджек, — но только потому, шо тебе нравятся книги, а она сводила тебя туда, где есть книги… ну… эт ещё не делает свидание потрясающим.

— Эпплджек, это значит гораздо больше! — воскликнула Твайлайт. — Когда мои родители встречались, именно на такое свидание папа сводил маму! Они рассказали Кризалис эту историю при встрече с ней, и она сделала то же самое для меня.

— О! Во дела, Твайлайт, я не знала, — Эпплджек смущённо потёрла затылок копытом. — Тогда прости за то, чего наговорила. Ты права, эт и впрямь романтично. Я боялась, шо королева просто показала тебе стопку книг, и ты из шкуры вон выпрыгнула, зацеловывая её. Эт было б очень на тебя похоже.

— Я притворюсь, что ты не говорила этого, — Твайлайт отвернулась, вздёрнув нос.

— Ладно-ладно, звиняй. Прост беспокоюсь за тебя, всего-то.

С тихим «хм-м-м» Твайлайт принялась бесцельно передвигать косметику на туалетном столике. Немного понаблюдав за ней, Эпплджек с любопытством наклонила голову.

— Если ночь была такой первосортной и романтичной, так какие траблы с решением?

Твайлайт справилась с волнением и вздохнула.

— Потому что она каждый раз ведёт себя по-разному, — сказала лавандовая кобылка. — Первое и второе свидание были крайностями. С тех пор я просто не представляю, как она поведёт себя. Иногда я вижу Кризалис, которую знаю и которая… нравится мне. Но в другой раз — неприветливого, равнодушного чейнджлинга. Порой даже в одну ночь! Мы можем встретиться на свидании, и она обругает моё платье… ну, не прямо обругает, но будет отпускать всякие колкости. Затем она отодвинет для меня стул у столика и закажет мне еду, и всегда выберет именно моё любимое блюдо, неважно в каком ресторане! — Ушки кобылки поникли, и она тоскливо глянула в сторону. — Мне недостаёт именно этой Кризалис. Недостаёт Кризалис, которая заставляет меня чувствовать себя особенной, единственной пони в мире, которая имеет для неё значение. И я чувствую, что все те неприятные моменты она совершает, потому что я обидела её.

— Хммм, — Эпплджек пристально и хмуро смотрела на Твайлайт прищуренными глазами. — Эт и впрямь та пони, с которой ты хошь провести всю свою жизнь? Та, которая подгаживает прост потому, шо обижена на тебя?

— Не совсем… — Твайлайт вздохнула, ссутулившись. — Я никогда не поверю, что она нарочно поступает так. Но я очень сильно обидела её. Она была опустошена, когда я открыла ей правду — я с трудом могла продолжать разговор. И должно быть, все злобные выпады происходят на уровне подсознания. Невозможно, что она делает их умышленно.

Твайлайт фыркнула, а на её лице заиграла слабая улыбка:

— Если бы я рассказала обычной пони всё, что сказала Кризалис той ночью — что наши «отношения» были недопониманием, что я вовсе никогда не любила её — думаю, она попросту бы ушла, и я не увидела бы её снова. Мне даже пришлось бы следить за ней, чтобы убедиться, что она не сделает с чего-нибудь… с собой. Но Кризалис… она чейнджлинг. Королева чейнджлингов. И в моём признании она углядела то же, что и во всём остальном: вызов её могуществу и репутации. Всё это время ошибалась не она, а именно я, и поэтому она собралась исправить меня.

— Ну ладно… тогда прошу прощения, но спрошу снова: именно на такой пони ты хочешь жениться? — скептично спросила Эпплджек.

— Мне до ужаса приятно, что она столь высокого мнения обо мне и потому желает пройти через всё это. Представь, как должно было быть унизительным для неё покаяться всей Эквестрии в своих ошибках — просто потому что она неправильно поняла мои чувства к ней. Она открыто признала, что ошибалась, что провела последние годы в погоне за незаслуженной любовью из-за… глупости и слепоты. Призналась, чтобы показать мне, как сильно она заботится обо мне и как сильно желает биться за меня.

С лёгким румянцем Твайлайт отвела глаза.

— И мне нравится её решимость, — продолжила она. — Её напористость. Её не волнует, что подумают другие пони, она поступает, как чувствует и берёт, что хочет. В каком-то смысле я… счастлива, что она обращается со мной так, как с чем-то, что она намеревается взять, и неважно, что я говорю. Это так отличается от того, как поступают большинство пони.

— А, понятненько, — сказала Эпплджек с хитрой, понимающей улыбочкой. — Западаешь на плохишек?

— Это не… я не… — румянец Твайлайт угрожал перебраться на шею. — Ну, может быть чуть-чуть…

Эпплджек хохотнула, копытом похлопав её по плечу.

— Нечего тут стесняться, сахарок. Сено, я даж не удивлена. Противоположности сходятся, и всё такое.

— Это… может быть отчасти верно. Придаёт смысл тому, что сошлись вместе та, кто столько раз спасала Эквестрию, и та, которая пыталась завоевать страну. По меньшей мере, я смогла остановить её от убийства Селестии и Луны.

— Ты… — разинула рот Эпплджек. — Ты остановила её от убийства принцесс?!

— О, конечно, — Твайлайт беспечно отмахнулась копытом. — Она несколько раз пыталась отравить. Вообще-то она отравила Селестию, когда мы трое впервые встретились.

— Отравить. Отравила. То есть Кризалис и вправду вынудила Селестию выпить яд, — Твайлайт кивнула, и Эпплджек обхватила голову копытами. — Как… как ты можешь быть в порядке?!

— Эпплджек, она ничего не может поделать, — проворчала Твайлайт. — Чейнджлинги инстинктивно пытаются убить кого-либо, кого они видят как более влиятельного и могущественного, чем они. Она даже не особенно старалась; всё, что мне пришлось сделать, было попросить у неё противоядие, и она дала его мне. Ну, в итоге.

— А что случится, когда она преуспеет? — настойчиво спросила Эпплджек.

— Всё просто — она и не собирается, — Твайлайт посмотрела на возмущённое лицо Эпплджек и вздохнула. — Послушай, если бы Кризалис в самом деле хотела убить их, то убила бы. Знаешь, что она сделала несколько недель назад? Отправила Селестии посылку с бомбой. И затем примчалась ко мне похвастаться, дав достаточно времени перехватить бомбу. Она хотела, чтобы я остановила её, потому что всем этим она бросала мне вызов. Это было… мило.

— А если бы ты не остановила её?

— Бомба оказалась маленькой… она повредила бы кабинет Селестии, но с ней самой ничего не случилось бы. Нужно нечто посерьёзнее, чем простое поджигательное устройство, чтобы навредить аликорну, тем более кому-то вроде Селестии.

— Твайлайт… — медленно сказала Эпплджек. — Ты думаешь, что всё это… прелестно, в каком-то смысле, но это не так. Она могла взаправду ранить кого-нибудь. И я знаю, что у тебя, по меньшей мере, есть чувства к ней, и ты доверяешь ей, но… она может просто делать это, чтобы заставить тебя ослабить бдительность, и уж тогда она по-настоящему сможет убить принцесс…

Эпплджек осеклась, отступив на шаг, когда Твайлайт с безмолвной яростью взглянула на неё. Через миг лавандовая аликорна отвела взгляд и протяжно выдохнула.

— Я понимаю, почему ты думаешь так, — сказала она тихим голосом, опустив голову. — Всё, что она творит, делает её монстром в твоих глазах. Я знаю, какой я привыкла видеть её… и я не солгу, что ты права, если бы её чувства ко мне были ложью. Она королева чейнджлингов, и увёртки, диверсии, убийства — вот как она действует. Но я знаю её, Эпплджек. Я провела месяцы с ней, и я доверю ей не только свою жизнь, но и всех пони. Я знаю, она никогда не будет стараться нарочно навредить мне, и теперь она знает, что это означает не вредить моим друзьям. Даже если не до конца понимает, как это связано друг с другом, — Твайлайт повернулась обратно к Эпплджек со смущённой улыбкой. — Кроме того, её попытки убить принцесс… это просто свидания в её понимании. Если она может сидеть со мной в библиотеке или спокойно слушать за ужином, пока я говорю о своих исследованиях, то я могу срывать её покушения на жизни принцесс.

Эпплджек долго таращилась на подругу. Потом сдавленно фыркнула, её губы шевельнулись и растянулись в улыбке. Она прикрыла рот копытами, но её тело затряслось — и наконец это стало чересчур. Зайдясь смехом, рыжая пони рухнула на живот и с гоготом покатилась по полу.

Твайлайт раздражённо смотрела на неё, всё сильнее надувая щеки, пока наконец-то не подняла Эпплджек над полом магией и не встряхнула её.

— И чего же смешного? — с нажимом спросила она, опуская пони-фермершу обратно.

— П-прости, — выдохнула Эпплджек, вытирая слёзы с лица. Пошарив рядом с собой по полу, она подобрала и водрузила обронённую шляпу обратно на голову. — Просто… думаю, ты наконец-то ответила на вопрос, что чувствуешь к королеве Кризалис.

— Что ты хочешь сказать?

— Только влюблённая пони может чокнуться настолько, чтобы хоть чуточку всерьёз относиться ко всему, что ты наговорила.

Твайлайт ухитрилась разъяриться и смутиться разом, отвернувшись и прошествовав в угол комнаты, чтобы поправить платье, и при том непрестанно бурчала.

— Ну-ну, не дуйся, Твай, — со вздохом сказала Эпплдек, прорысив за ней и положив копыто ей на спину. — Думается, ты правда заботишься об этой королеве. И я до сих пор чутка волнуюсь, что ты позволяешь ей покушаться на принцесс и всё такое, но я доверяю тебе. И если ей вправду нет дела до дурного, как ты говоришь, то этого мне вполне хватит. И я счастлива видеть, шо она делает счастливой тебя. Я не совсем понимаю, как именно она делает это, но я всё ж счастлива.

— Спасибо, Эпплджек, — Твайлайт тепло улыбнулась ей. — Именно поддержка моих друзей помогает мне проходить через всё и разобраться во всём. Просто мне хочется… не обижайся, но мне хотелось бы получить совет от того, у кого чуть побольше, м-м-м, романтического опыта.

— Без обид, Твай, — ответила Эпплджек, подняв копыто. — Я знаю о яблоках и фермерстве, и прям щас мне этого хватает. А всей этой «романтической фигнёй», как сказала бы Рейнбоу, займусь попозжа́, — рыжая пони приподняла бровь. — Слуш, а твоя невестка разве не помогает тебе? Всё ж принцесса Любви, и думаю, тебе не нужно обращаться к пони-будь ещё кроме неё.

— Кейденс не отвечает ни на одно из моих писем, — для искренней улыбки Твайлайт чуть переборщила с весельем. — Хотя всё в порядке. Она же принцесса, и я прекрасно понимаю, как могут поглощать дела. Хотя Шайнинг Армор говорит, что она читает каждое письмо, и даже передал от неё несколько советов. Похоже, она затеяла некий большой проект, который отнимает у неё всё время.

— И всё ж эт странненько. Я думала, принцесса выкроет время, видя, как её родня нуждается в помощи. Эм-м, не то, шоб я говорю, шо она поступает неправильно, прост…

— Я понимаю, Эпплджек, ты не говоришь ничего обидного, — успокоила её Твайлайт. — Но ты же знаешь, как я занята с тех пор, как стала принцессой, а ведь я ничем серьёзным почти не занимаюсь, если не происходит что-нибудь чрезвычайное. Кейденс же управляет целой империей. И я совершенно не жду от неё, что она бросит все свои дела и галопом помчится ко мне только потому, что я обзавелась… подружкой. К тому же совет от принцессы Любви кажется жульничеством.

— Ну, тады тебе стоит прост спросить обычную пони. Тем более, шо одна из твоих подруг — самоназванный эксперт по любви в Понивилле.

— Эм… — Твайлайт глянула на Эпплджек, затем отвернулась, и, глядя на это, рыжая пони с мученическим стоном уронила голову на копыта.

— Ток не говори, шо Рэрити до сих пор не поговорила с тобой.

— Я совершила «преступление против романтики», — ответила Твайлайт, грубо подражая голосу белошкурой единорожки. — По-видимому, для первого члена королевской семьи непростительно не упасть ниц, чтобы выразить интерес к тебе.

— Тебе следовало привести Блюблада, когда она сказанула шо-то подобное, — усмехнулась Эпплджек.

— Я и привела. Как раз поэтому она и не говорит со мной, — обе пони рассмеялись вместе.

— Полагаю, с Гринбладом тож не особо вышло, — дополнила Эпплджек немного погодя.

Твайлайт закатила глаза.

— Я говорила Кризалис использовать для него трутня или собирателя, но не-е-ет, она захотела инфильтратора. «Для друзей моей любимой только самое лучшее» сказала она. И что же произошло? Он слишком вжился в роль, и теперь мы имеем двух одинаковых во всех отношениях Блюбладов. А ещё он настолько самовлюблён, что они сблизились и стали лучшими друзьями! Я упрашиваю Кризалис отозвать его и дать Кантерлоту передышку, но он, видишь ли, «мастер перевоплощения» и сейчас «в образе», и поэтому она отказывает!

— Шо ж, если ты когда-нить решишь послушать Кризалис и завоевать Эквестрию, то можешь прост заставить ещё нескольких превратиться в Блюбладов, — сказала Эпплджек с ухмылкой. — Наверняка армия из них поставит Кантерлот на колени за парочку часов.

— Даже не шути об этом! — содрогнулась Твайлайт. — Кризалис рассказывала мне, что бывает, когда разум улья заражается мемом. В последний раз, когда это случилось… все одевались как пранцузские горничные.

— Пранцузские?.. — челюсть Эпплджек отвисла, затем она попыталась заткнуть смешок копытом. — Ну, мне б точно захотелось посмотреть на такое. Гришь, целый улей поней, одетых в платья с задничками?

— Не пони, — Твайлайт помотала головой. — Чейнджлинги носили их в своём настоящем обличье.

Эпплджек застыла от прочно засевшей в сознании картинки, скривившись от ужаса и отвращения, и издала рвотный звук. Тут же спохватившись, пони-фермерша начала распинаться в извинениях.

— Я, эт, не хотела…

— Всё нормально, Эпплджек, я понимаю. Уж на что я привыкла к ним, и то по-прежнему не хочу видеть хотя бы одного, одетого вот так. Раз уж на то пошло, Кризалис любит своих чейнджлингов так же сильно, как и меня, и ей тоже не хочется видеть этого. Вот почему она запретила им путешествовать в Пранцию.

— Ладно, теперь я не чувствую себя так плохо, — хихикнула Эпплджек. Тут внезапная мысль поразила её, и она одарила Твайлайт хитрым взглядом. — А ты представь Кризалис в платьице навроде такого.

Твайлайт оцепенела, её глаза расширились, а крылья дёрнулись.

— Ну, кажись, у нас теперь чутка больше доказательств того, шо ты чувствуешь к Кризалис, — поддразнила Эпплджек.

— Убирайся отсюда! — громко расфыркалась Твайлайт, отчаянно заливаясь краской и выталкивая подругу из комнаты. — Мне… мне надо закончить готовиться!

Эпплджек всё ещё посмеивалась, когда Твайлайт захлопнула дверь за ней.

* * *

Наконец Твайлайт закончила готовиться к свиданию и перед тем, как выйти наружу, бросила последний взгляд в зеркало.

После долгого размышления она на скорое копыто сделала причёску. Не полностью, не в «официально-деловом» стиле, но, по крайней мере, она заплела концы волос в простую косу и подколола ту, а заодно причесала чёлку, заставив ту слегка завиваться.

Незамысловатая серебряная цепочка легла вокруг её шеи, ещё одна поменьше — над копытом передней ноги. Долго она рассматривала своё свадебное кольцо, хранимое на подставке на туалетном столике. И смотря на него, аликорна чувствовала нечто вроде трепета в животе. Не имея времени на самокопание, она отвернулась, тряхнув головой, и продолжила приготовления.

Хотя бы насчёт духов не стоило волноваться. Всего однажды она воспользовалась ими и обнаружила, что столь интенсивные и долгоживущие ароматы напрочь выключали феромонное обоняние Кризалис, дезориентируя её. Хотя было забавно наблюдать королеву, проходящую мимо двери и врезающуюся в стену, сначала Твайлайт обеспокоилась, а затем расстроилась, когда осознала, что наделала. Зато остаток вечера она провела в заботах о Кризалис, поэтому свидание не было испорчено. Конечно, вполне возможно, что проблему вызвало нечто в этих конкретных духах, однако Твайлайт не захотела экспериментировать и с тех пор стала воздерживаться от использования парфюма… что привело к весьма неловкому замечанию Кризалис о том, как ей нравится естественный запах Твайлайт, но это был уже другой разговор.

Кивнув напоследок своему отражению, она покинула гардеробную и, пройдя через коридоры замка, толкнула главные двери. Поезд скоро отправлялся, и если она пропустит его, то либо опоздает в ресторан, либо полетит своим ходом, что сделает её растрёпанной и выдохшейся…

Она остановилась двумя ступеньками ниже от входа в замок, распахнув глаза от удивления.

Снаружи сбоку от лестницы её поджидала запряжённая парой пегасов колесница. И не абы какая — то была личная колесница принцессы Селестии, с золотой филигранью и оббитым бархатным плюшем троном, ведомая королевскими стражниками в парадной броне.

А прямо напротив Твайлайт собрались её друзья вкупе с Дискордом, стоя под растяжкой, которая гласила: «Удачи на твоём свидании!».

— Удачи, Твайлайт! — хором они радостно поприветствовали её, махая копытами, подпрыгивая и вообще по мере своих сил делая всё, чтобы издать как можно больше шума.

— Девочки… — сказала Твайлайт, спускаясь по последним ступенькам и приближаясь. — Спасибо вам… Я… — она замолчала, не в силах выдавить застрявшие в горле слова, пока на глазах выступили слезы.

— Что, ты не думала, что мы придём проводить тебя? — спросила Рейнбоу Дэш, закатив глаза. — Это, конечно, слащавая фигня, но ты по-прежнему наш друг.

— Агась, мне надо было подняться к тебе и отвлекать, пока они не закончат устраивать всё это, — с усмешкой сказала Эпплджек. — Шо я и сделала, хотя эт было ужасно близко к вранью.

— Мы в таком восторге, Твайлайт, — Флаттершай широко улыбалась, поглядывая на драконикуса. — Даже Дискорд пришёл пожелать тебе удачи.

— Да-да, позабавься с этой своей жучихой-вайфу или… неважно, — ответил он, небрежно отмахнувшись. Флаттершай пихнула его в бок, и он, воздев глаза к небу, повернулся к Твайлайт. — Ну ладно, я желаю тебе выяснить, как ты относишься к этой королеве, и осчастливиться. Сойдёт? Так хорошо? — Флаттершай на это одобрительно улыбнулась, и драконикус выдохнул. — Отлично. И передай Кризалис держать своих чейнджлингов подальше от меня! Мне не нравится, когда я превращаю пони во что-то, а они просто изменяются обратно. Это… сбивает с толку. Не упоминая растрату моих талантов.

— Ты опять превращаешь пони в вещи? — Флаттершай строго посмотрела на Дискорда.

— О нет, посмотрите на время! — вскрикнул он, задрав рукав внезапно появившегося на нем пиджака и посмотрев на своё пустое запястье, пока из-под полы посыпались часы с кукушками. — Мне пора мыть посуду, пока! — драконикус прищёлкнул пальцами и исчез вместе со всеми часами.

— Он действительно счастлив за тебя, уверяю, — сказала Флаттершай с сияющей улыбкой.

— Аг-га, я уверена, — Твайлайт закатила глаза и вновь поймала взглядом растяжку. — Я знаю, что не должна удивляться, Пинки, но как ты так быстро ухитрилась соорудить это? Я же всего несколько минут назад закончила разговаривать с Эпплджек!

— Ха-ха, ты же знаешь меня! Я могу ещё и тут же организовать вечеринку!

Однако Твайлайт к этому моменту научилась хорошо разбираться в штучках Пинки и уловила её брошенный всего на мгновение на ближайший куст взгляд. Пинки попыталась преградить ей путь, но аликорне удалось обойти устроительницу вечеринок и обнаружить груду баннеров на земле позади кустов.

— О, так ты просто сделала по баннеру для каждой из трёх возможных развязок? — Твайлайт воспользовалась магией, чтобы подобрать верхний, гласящий: «Поздравляем со свадьбой с королевой Кризалис!».

— Ага! Только эти три, так что не нужно…

Пинки притихла, когда не послушавшая её Твайлайт подобрала третье полотнище: «Сожалеем, что ничего не вышло». Это напомнило ей, что она не была готова разобраться, а лишь научилась отодвигать проблему на задний план, поэтому она быстро отложила баннер в сторону, стараясь не заострять внимание.

— Секунду, почему здесь больше трёх? — она подняла следующий баннер, развернув его и открыв слова: «Поздравляем со свадьбой с Флаттершай!».

— Чего?! — возопила она, пока где-то позади пискнула Флаттершай.

— Я знаю, ты уже всё обдумала, но ты бы сделала ба-а-а-альшое одолжение для меня, если бы женилась на ней, — умоляюще сказала Пинки. — Браку вовсе не обязательно длиться так долго! Просто я поставила на неё в споре, который устроили Кейденс и Шайнинг Армор, и прямо сейчас я могу действительно выиграть…

— Нет. В смысле, не то, что с тобой что-нибудь не так, Флаттершай, ты великолепный друг и действительно нравишься мне, но… — Твайлайт отбросила баннер, затем поражённо уставилась вниз. — Сколько их там ещё?! — и подняла следующее полотно: «Поздравляем с тройной свадьбой с королевой Кризалис и принцессой Селестией!»

— Что? — ответила Пинки на свирепый взгляд Твайлайт. — Все говорят, что именно этим всё закончится.

Твайлайт принялась просматривать и отбрасывать баннеры один за другим, бормоча про себя.

— Это просто смешно… в смысле, он нравится мне, но не так… нет… нет… Я вообще не знаю, кто он… и кто она тоже… Мне кажется, это вообще незаконно… ну, пожалуй, Гильда оказалась не такой уж ужасной… Я из альтернативной вселенной?!

Она вытаращилась на Пинки, которая лишь улыбнулась в ответ.

— Она идеальная пара! Ну, вы же любите одни и те же вещи, у вас по существу одни и те же друзья…

— Пинки, это ненормально! Тут даже не инцест, а… а…

— Глупенькая Твайлайт, с самой собой не считается инцестом, — Пинки хихикнула, закатывая глаза. — Как ты думаешь, почему прошёл целый месяц между тем, когда я впервые нашла зеркальный бассейн, и тем днём, когда я случайно создала слишком много клонов?

Несколько секунд Твайлайт таращилась на неё с разинутым ртом, затем, помотав головой, словно отбрасывая лишние мысли, быстро собрала все баннеры обратно, аккуратно отложила их в сторону и сама отодвинулась.

— Ладно, пони-будь ещё. Кто угодно ещё. О, Старлайт Глиммер! — она прорысила к своей гостье, новой подруге и первой ученице. — Так, как у тебя дела? Рада видеть тебя здесь. В смысле, я не ожидала, что ты придёшь, но я бы поняла, если бы ты не пришла. Помню, ты и Кризалис… разошлись во мнениях с тех пор, как она, по сути, переехала сюда.

— Она подожгла мою кровать, причём зелёным пламенем, а затем вышвырнула меня из замка с такой силой, что я пролетела три мили, прежде чем смогла поймать себя магией, — сказала Старлайт с унылым взглядом, но затем улыбка прорезалась на её лице. — Но ведь любой пони, кто пытается завоевать Эквестрию, не может быть совсем уж плохим, верно?

— Спасибо, Старлайт, — сказала Твайлайт, притягивая пони в объятия.

— Пообещаешь мне кое-что? — ответила Старлайт, и Твайлайт вопросительно склонила голову. — На медовый месяц направь все силы на заклинание тишины на вашу спальню. Мы со Спайком хоть и любим вас, но всё подряд мы слушать не хотим.

— Спайк! Время поговорить со Спайком! — Твайлайт поспешно повернулась к дракончику, пока Старлайт насмешливо фыркала в копытце. — Скажи, где твой друг? Вы двое были практически неразлучны.

— А, Торакс вернулся в улей. Кризалис…

— Спайк, ты знаешь, что его зовут К85-348ИЛ, — напомнила Твайлайт. — Мне тоже было неудобно с этим поначалу, но именно так зовутся чейнджлинги. У них есть причины на то, и нам следует уважать это.

— Я… я знаю, Твайлайт, но ему правда нравится другое имя! — Спайк умоляюще посмотрел на неё раскрытыми глазами. — Может быть… считать это вроде как прозвищем? Только для друзей?

Твайлайт строго смотрела на него ещё мгновение, затем опустила голову и вздохнула.

— Хорошо, Спайк, думаю, так всё будет в порядке. Но если у Кризалис возникнут проблемы из-за этого, то мы сядем все вместе и снова обсудим.

— Хорошо, спасибо! В любом случае, Кризалис позвала всех чейнджлингов обратно в улей. Для сегодняшней ночи она бросит все силы, — Спайк с гордостью просиял, показывая себе за плечо. — Вот почему я отправил письмо Селестии и упросил её дать нам на время колесницу.

— Спайк… спасибо.

— Ну, ты знаешь, Торакс мой друг, и он действительно хочет, чтобы Кризалис вышла за тебя… поэтому я тоже захотел помочь, — он стеснительно посмотрел на неё. — Кризалис собирается жить с нами теперь?

— Всё немного… сложнее, Спайк, — со вздохом сказала Твайлайт. — Она правда нравится мне, и я знаю, что тебе тоже…

— Она позволяет мне делать всё, что я захочу! — довольно сказал Спайк. — Я просто спрашиваю, и она соглашается!

— Вряд ли она знает, как ухаживать за дракончиками так же хорошо, как за роем чейнджлингов, — сказала Твайлайт, посмеиваясь. — Но даже если она нравится нам обоим… свадьба — это серьёзный шаг. Просто нравиться кому-то недостаточно, нужно любить… и вот тут-то всё запутанно, так что сразу и не разберёшься.

— Ладно… но я уверен, что ты справишься! Ведь ты всегда справляешься, — он ободряюще улыбнулся, и она вернула улыбку.

— Спасибо, Спайк, — она быстро обняла его, затем порысила к колеснице, на ходу повернув голову к друзьям. — Спасибо вам всем. Я так счастлива знать, что вы…

Она замолчала, чудом не врезавшись в разгневанную белую единорожку, которая встала между ней и колесницей.

— О, Рэрити! Эм-м…

— Твайлайт… — прорычала Рэрити, подавшись вперёд и приложив копыто к груди Твайлайт. — Ты пойдёшь к этому чейнджлингу и сделаешь её своей королевой, или я никогда не прощу тебя!

— Она уже королева, Рэрити, и я всё ещё не уверена…

— Твайлайт, ты сделаешь, что я говорю!

— Ладно-ладно, я… я попытаюсь, идёт?

Вместо ответа Рэрити свирепо глянула на неё, и Твайлайт отвела взгляд в сторону, осматриваясь в поисках пути к колеснице. Наконец, она осторожно обогнула единорожку, стараясь держаться подальше от ощетинившейся модельерши, и забралась в колесницу.

— До свидания! — крикнула аликорн, помахав над краем колесницы. — Спасибо вам за всё!

— Удачи, Твай!

— Пойди и возьми её!

— Мы все болеем за тебя!

— Клянусь, Твайлайт, я найду способ покончить с тобой, если ты разочаруешь королеву!

Твайлайт уселась на место с довольной улыбкой на лице. Как всегда, друзья подбодрили её. Хотя она по-прежнему была не уверена в своих чувствах и поступках, но она могла рассчитывать на их поддержку — несмотря ни на что. Благодаря им поселившаяся в её животе стая бабочек как будто улетела обратно к себе домой. Взамен аликорна теперь чувствовала лишь твёрдую уверенность, а тревога, медленно наполнявшая её сердце последние несколько дней, сменилась возбуждением и предвкушением.

Это будет незабываемая ночь, как бы она ни прошла.

## Глава 2. Приготовления Кризалис

В которой мы узнаём о тонкостях взаимоотношений пони, о разуме улья, и ещё немного об эквестрийском реслинге.

— Где моё платье?! — визг Кризалис эхом разнёсся по коридорам улья. — Сколько можно искать обычное платье?!

Вынырнув из глубин стенного шкафа, Г22-745АА поскакал с ворохом шёлка и кружев в своей магии. Без малейшей благодарности Кризалис выхватила у него ношу на полпути через комнату и, встряхнув её, принялась наспех втискиваться в платье.

Натянув большую его часть на себя, она метнулась через гардеробную к зеркалу во всю стену и с волнением посмотрела на себя.

Платье — пятое по счёту — оказалось светло-жёлтым. Оно облепляло её тело, ниспадая длинным подолом по задним ногам и раздуваясь в груди, отчего королева выглядела как нечто среднее между лимоном и нахохлившейся птахой. На мгновение она угомонилась и залюбовалась отражением, взмахивая ресницами и трепеща крыльями, надувая губы — и так же внезапно впала в ярость.

— Нет-нет-нет! — закричала она, принявшись так неистово срывать с себя платье, что едва не изодрала его в клочья. — Это тоже совсем не то, что я хочу! Неужели так трудно найти то самое платье, о котором я думаю?!

Несколько чейнджлингов вокруг неё сосредоточенно нахмурились, пытаясь уловить смысл в несвязной, безумной веренице образов платьев, заполонивших разум улья, пока остальные просто переглядывались друг с другом и пытались не выдать своё раздражение ни внешне, ни мысленно.

Заставший эту сцену пони удивился бы отсутствию реакции чейнджлингов на крики, ругань и оскорбления Кризалис. Сама Твайлайт поначалу чувствовала то же самое и несколько раз вмешивалась, пока не поняла некоторые тонкости в отношениях между чейнджлингами и их королевой.

Во-первых, всё дело было в любви. Любовь связывала чейнджлингов с королевой и питала эту равноценную жизни связь. Без любви не существовало разума улья, а без разума улья не существовало чейнджлингов. Оттого их связь была нерушима, совершенна и вездесуща, и что бы ни говорила им королева, никто и помыслить не мог поставить эту любовь под сомнение.

Также чейнджлинги понимали Кризалис. Они знали, что королеве недоставало того контроля над эмоциями, которым обладали они, и не винили её в криках и нелестных выражениях. И почти на подсознательном уровне они понимали, что именно отсутствие у неё самоконтроля давало им их собственный. Как спускной клапан в разуме улья, она позволяла им «сохранять лицо» и оставаться спокойными даже под пристальнейшим вниманием к их образам, пока они насыщались во внешнем мире. В самом буквальном смысле её периодические истерики помогали им всем выживать. Именно поэтому — и тому, что столько же времени она нянчилась и возилась с ними, чейнджлинги мирились с несколькими оскорблениями, когда она расстраивалась или нервничала, или просто чувствовала себя неладно.

Последняя причина опять-таки заключалась в разуме улья. Неважно, насколько саркастично и грубо Кризалис могла вести себя, чейнджлинги прекрасно знали об её истинных чувствах. Вот и сейчас она бушевала вовсе не со злости, а от крайнего волнения и страха перед тем, как могла закончиться ночь, была готова рухнуть и разрыдаться; чейнджлинги предпочли бы, чтобы она всё-таки злилась. Благодаря той же самой связи они знали, под каким сильным давлением находилась королева, и как сильно она тревожилась из-за платья (и десятка-другого мелочей). Они чувствовали её любовь и желание как свои собственные, и были решительно настроены сделать всё в своих силах, чтобы успокоить королеву.

И поэтому Г22-745АА терпеливо дождался, когда Кризалис закончит снимать платье — резкими и в то же время аккуратными движениями, стараясь не повредить его до такой степени, чтобы несколько минут работы иглой и нитью не могли починить его. Туго скомкав платье магией и повернувшись, она со всей силы швырнула его в незадачливого чейнджлинга.

Он не сдвинулся, когда платье ударилось ему в лицо и, размотавшись, плавно опустилось ему на голову и тело. Развернувшись, он поскакал обратно к стенному шкафу, миновав другого чейнджлинга, нёсшего очередной ворох ткани — уже фиолетового цвета.

Ещё раз Кризалис вырвала платье из магии чейнджлинга и натянула на себя. Оно было облегающим и покрытым блёстками, удерживающимся на груди тонкими бретельками, с длинным разрезом на бедре, открывающим её левую заднюю ногу.

Она снова метнулась к зеркалу и уже опять открыла рот, чтобы закричать в ярости от бестолковости трутня, который принёс ей платье. Но прежде, чем она сделала это, её прервал раздавшийся в комнате голос:

— Ты правда собираешься надеть это платье?

— Кейденс! — пролетев по комнате, Кризалис остановилась и встала на дыбы перед огромным туалетным столиком, заваленным косметикой и драгоценностями. На одном из углов покоился большой кристальный шар, из которого слегка хмуро глядела принцесса Любви. — Тебе нравится это платье? Хотя нет, меня не волнует твоё мнение. Но как ты думаешь, оно понравится Твайлайт? — Кризалис вперилась в кристальный шар взглядом, полным отчаянной надежды.

Присмотревшись в ответ, Кейденс задумчиво поцокала копытами и поджала губы.

— Мне кажется, это именно то, что тебе стоит надеть, — наконец ответила она. Кризалис просияла, на её лице появилась радостная улыбка — пока Кейденс не продолжила:

— Именно то, если тебе хочется никогда больше не увидеть Твайлайт после этой ночи.

— Ч-что? — уши Кризалис уныло поникли, пока она шарила взглядом по шару. — Но… это такое красивое платье… я подобрала его к цвету её шёрстки…

— Кризалис-Кризалис-Кризалис, — Кейденс раздражённо вздохнула, потирая висок копытом. — Мы уже проходили через это; если ты хочешь, чтобы Твайлайт полюбила тебя, ты не должна делать для неё ничего специально. Ни маленьких подарков, ни комплиментов, ни особенных, значимых свиданий, и уж определённо не надо изысканно одеваться или наносить макияж.

— Я знаю, просто… — Кризалис опустила взгляд на передние копыта, шаркая ими в волнении. — Мне кажется неправильным относиться к ней таким образом. Я ответственна за неё, я должна насыщать её любовью. Я вижу, как пони ходят на свидания, и они всегда так внимательны друг к другу. Они наряжаются и дарят подарки, и… и обнимаются, и смотрят глаза в глаза… Я хочу того же самого с Твайлайт.

— Эти пони уже развили свои отношения. Ты ещё нет, — ответила Кейденс, указывая копытом на Кризалис. — Тебе и Твайлайт ещё предстоит их построить, и ты просто отгонишь её, если будешь постоянно осыпать её подарками, любовью и вниманием. Если ты делаешь всё это, с чего ей заботиться о тебе? Ей нечего добиваться, нет никакой интриги. Тебе нужно возбуждать в ней интерес, бросать ей вызов за вызовом. Всё почти то же самое, как у чейнджлингов, за исключением, что этот поединок не физический, а ментальный и эмоциональный, более сосредоточенный на любви и ласке.

— Тогда почему ты заставила меня покинуть Твайлайт в ресторане на первом свидании? — со слезами спросила Кризалис. — Мне было так плохо, когда я так обошлась с ней…

— Я повторяю, тебе незачем винить себя, — терпеливо сказала Кейденс. — Именно так и предполагается действовать на первом свидании. Это порождает интерес и заставляет другую пони гадать, каким же будет настоящее, полноценное свидание с тобой. Ты выглядишь более независимой, словно тебе вообще не нужна другая пони, и это заставляет твою избранницу сильнее желать тебя. Я уверена, ты слышала выражение: «Строить из себя недотрогу»; именно это ты сделала. Ты в самом деле хорошо справилась, и я бы не удивилась, если бы Твайлайт уже через неделю призналась бы тебе в любви..

Она склонила голову и скорбно вздохнула.

— Но ты оказалась слишком нетерпеливой и решила, что письмо Твайлайт было искренним. И ты решилась действовать, даже не посоветовавшись мной. Серьёзно, пойти прямо к ней и сходу взять её на романтическое свидание? Я удивлена, как она до сих пор хочет иметь с тобой хоть какие-нибудь отношения. Если бы ты послушалась меня и вернулась к ней через неделю с предложением сходить в забегаловку в Понивилле или букетом увядших цветов… кто знает, как близки вы были бы теперь.

— Я знаю, но… — Кризалис не отрывала взгляд от копыт, продолжая шаркать ими. — Просто в письме она казалась такой расстроенной. И она сказала, что больше не хочет видеть меня! Я не могла просто сидеть и ничего не делать…

— Но это было именно то, что тебе надо было сделать! — Кейденс печально покачала головой. — Да что говорить: твоё свидание несколько недель назад вышло таким же ужасным…

* * *

— Разве это не захватывающе? — с придыханием спросила Кризалис, возбуждённо цокая копытами; серьга в её ухе сверкала в свете прожекторов.

— О, м-м-м, ага, — отозвалась Твайлайт, пытаясь подбавить интереса в голос, пока она пялилась на двух пони, борющихся на ринге перед ней. — Реслинг… очаровывает.

— Я рада, что ты так думаешь, — сказала Кризалис, когда один боец закончил выбивать пыль из другого, и оба двинулись с помоста, — потому что ты следующая!

— Постой, что?!

Прежде, чем Кризалис смогла ответить или Твайлайт — запротестовать, пара прожекторов высветила их.

— Леди и джентлькольты! — прогремел голос ведущего. — Сегодня у нас в гостях королева Кризалис и её жена, наша дорогая принцесса Твайлайт Спаркл!

Толпа взревела, и ведущему пришлось подождать, пока все успокоятся, прежде чем продолжить.

— И принцесса Твайлайт согласилась на товарищеский бой против нашего текущего чемпиона!

— На что я согласилась?! — Твайлайт одарила Кризалис взглядом, полным замешательства и злости.

— Наслаждайся! — прощебетала Кризалис, выталкивая протестующую пони на ринг.

— Хорошо, теперь… — голос Кейденс из серьги передавался только в уши Кризалис. — Подбодри её противника — и подбодри громко.

— Что?! Но она…

— Помни, тебе нельзя показывать, что ты заботишься о ней! Лучший способ сделать это — чётко дать понять, что ты хочешь победы чемпиона больше, чем её.

— Я… наверное, — повернувшись лицом к рингу, Кризалис подняла голову и нерешительно выкрикнула:

— Вперёд, чемпион.

Толпа по-прежнему шумела, и Кризалис не особенно старалась быть услышанной, но её голос прозвучал достаточно отчётливо, чтобы донестись до Твайлайт, которая повернулась и неверяще взглянула на неё.

— Ты должен… выиграть… чемпион… — Кризалис запнулась под разбитым, непонимающим взглядом Твайлайт. Но прежде, чем каждая смогла бы что-либо сделать, за спиной аликорны грохнуло и вспыхнуло заклинание телепортации, и её поглотила тень.

— А сейчас представляем чемпиона Эквестрийской Федерации Реслинга! — голос ведущего наполнил зрительный зал, заглушая всё, что Твайлайт или Кризалис могли сказать. — Ужас Тартара, пони, которая однажды остановила Малую Медведицу… вы знаете её, вы любите её — Безумную Единорожицу!

Сглотнув, Твайлайт развернулась — и немедленно съёжилась. Над ней нависла огромная пони с рогом: такая же высокая, как Селестия, а шириной бугристого от мускулов тела не уступающая двум стоящим бок о бок Биг Макам. Её шерсть была серо-стального цвета, а грива — ярко-жёлтой, стянутой в простой конский хвост; её настоящий хвост туго сплетённым хлыстом покачивался позади неё. Медленно она наклонилась вперёд, согнувшись почти вдвое, пока не оказалась лицом к лицу с Твайлайт.

— Я сокрушу тебя, маленькая пони, — прогромыхала она с сильным акцентом.

Твайлайт попятилась с распахнутыми глазами и инстинктивно попыталась телепортироваться прочь отсюда. Но рог не перенёс её куда-либо, а всего лишь полыхнул снопом искр.

— Похоже, руны-подавители в хорошем рабочем состоянии, — прокомментировал голос ведущего из динамиков. — Никакой магии или полётов на ринге! Это состязание физической силы.

Безумная единорожка тяжело надвинулась на Твайлайт, которая продолжала отступать. Наткнувшись задними ногами на канаты на краю ринга, она на миг отвлеклась — гигантская пони резко скакнула вперёд и обхватила тело Твайлайт передними копытами, стиснув в костедробильной медвежьей хватке. Захрипев, аликорна пихнула её в грудь передними копытами и с силой оттолкнулась в попытке освободиться. Единорожка шокировано уставилась на неё, явно недооценив силу земного пони, которой обладала маленькая аликорна. Но прежде, чем Твайлайт развила успех и освободилась, Безумная Единорожка рухнула вперёд, с размаху бросив их обеих на мат и придавив фиолетовую пони.

— Ох нет! — выдохнула Кризалис, вскинув копыта ко рту. — Это была ошибка! Мне надо помочь ей!

— Не помогай, — предупредила Кейденс. — Именно это мы и планировали. Теперь Твайлайт задастся вопросом, что она должна была сделать, чтобы ты пришла к ней на помощь и подбодрила её вместо чемпиона. Это ещё больше притянет её к тебе.

— Но она может пострадать!

— Ну, хорошо, тогда ты сможешь заработать очки, заботясь о ней, — звук движения воздуха пришёл по магической связи, когда Кейденс пренебрежительно махнула копытом. — Не слишком усердствуй, конечно же. Просто дай ей пластырь или ещё что.

Простонав, Твайлайт пошатнулась в попытке подняться, не замечая, как чемпион кружит вокруг неё. Однако ж заметила, когда передняя нога обернулась вокруг её горла и рывком поставила её на копыта. Не давая Твайлайт времени на попытку вырваться снова, Безумная Единорожка резко качнулась на бок и крутанулась на месте.

— О, это выглядит очень знакомо… — Твайлайт едва успела простонать, когда чемпион бросила принцессу через ринг.

Аликорна ударилась спиной о натянувшиеся канаты и целое бесконечное мгновение видела дикую усмешку Безумной Единорожки и протянутую переднюю ногу, готовую поймать аликорну и скрутить её в бельевую верёвку. Затем канаты распрямились и швырнули Твайлайт обратно; визжа и беспомощно размахивая копытами, она понеслась обратно через ринг…

…только чтобы резко остановиться в воздухе, окутавшись зелёным сиянием. Моргнув несколько раз в замешательстве, она глянула вбок, где уловила движение.

Кризалис остановилась рядом с ней и бросила взгляд, убеждаясь, что она не пострадала. Затем продолжила идти вперёд, пока на потолке над нею одна за другой искрили и взрывались руны-подавители.

— Эй, что это за пиротехника? — Безумная Единорожка нервно оглянулась вокруг, её грубый акцент внезапно сменился голосом, по сравнению с которым даже Флаттершай говорила увереннее. — В сценарии не говорилось ни о чем таком. И-или о королеве чейнджлингов…

— Ну, видишь ли, мне кажется, я совершила ошибку, когда подписала Твайлайт на это, — проурчала Кризалис, и хотя её ухмылка была точь-в-точь такой дикой, как у Безумной Единорожки, в ней так же присутствовало неизмеримое количество веселья. — Может быть, тебе стоит сражаться с кем-то твоего своего размера…

* * *

— Поверить не могу, что из-за тебя нас изгнали с арены! Пожизненно! — жаловалась Твайлайт, топая по улице Кантерлота. — И ты знаешь, насколько долго это для нас!

— Ты ведь не пострадала? — беспокойно спросила Кризалис, почти что галопируя в попытке не отставать от аликорны.

— Не пытайся сменить тему, — огрызнулась Твайлайт. Недолгое время они рысили в молчании, затем она опустила голову и вздохнула. — Прости, Кризалис. Я просто расстроена. Я знаю, у тебя были добрые намерения, но нападать на пони не совсем правильно.

— Но… ты же не пострадала?

Твайлайт честно постаралась сохранить осуждающий вид, но из её рта вырвался слабый всхрап смеха, и она улыбнулась.

— Нет-нет, я не пострадала. И… спасибо, что спасла меня. Даже если на самом деле не нужно было.

Она подалась к ней, на мгновение прислонившись головой к плечу Кризалис. Королева удивлённо посмотрела на неё, затем улыбнулась, хитин на её лице потемнел от румянца. Голос Кейденс, раздававшийся из серьги, возражал, веля ей оттолкнуть Твайлайт прочь, но Кризалис внезапно поняла, что гораздо проще игнорировать совет принцессы.

— Я о том, что столкнуться с чемпионом и защитить меня… на это нужна настоящая храбрость, — дразнящее продолжила Твайлайт, выпрямившись и продолжив идти как обычно.

— Ха! Какой там чемпион! — презрительно фыркнув, Кризалис задрала нос с лёгкой насмешкой на лице. — Я годами следила за её карьерой, и для пони, которая одним копытом разделалась с Принцессой-Громилой и Грифоноборцем за раз, она билась из копыт вон плохо!

— Ты… знаешь вообще, что реслинг — это бой понарошку?

— Что?! — не веря ушам возопила Кризалис.

* * *

— Ох, та ночь была просто идеальной, — мечтательно сказала Кризалис, смотря в никуда. — Мы больше ничего не планировали, поэтому просто… болтали, гуляя по городу. Я никогда не делала этого прежде с кем-либо, но с Твайлайт это оказалось восхитительно. Конечно же, просто быть рядом с ней вот так. И это был единственный раз, когда она позволила мне поцеловать её для спокойной ночи…

Долгий счастливый вздох Кризалис был прерван фырканьем Кейденс.

— Что ж, я рада, что тебе понравилось, — сказала она, сощурившись, — потому что, может статься, это была последняя ваша ночь, которую вы провели вместе.

— Кейденс… — простонала Кризалис.

— Ну, ты проигнорировала практически всё, что я сказала. Ты «спасла» Твайлайт, вне всяких сомнений заставив её задуматься, что ты не доверяешь ей позаботиться о самой себе. Ты провела ночь за особенной беседой с ней… словно ты вообще её не любишь!

— Ты знаешь, что это неправда! — вспыхнув, Кризалис топнула копытом по полу. — Она значит всё для меня! Я сделаю что угодно для неё… Я сделала всё для неё: отказалась от большинства моих планов по завоеванию, удержалась от убийства всех принцесс, сделала всё возможное, чтобы мои чейнджлинги мирно взаимодействовали с этими слабыми пони… спрашивая разрешения у них, чтобы похитить, заменить и опустошить от всей их восхитительной любви…

Она прервалась на мгновение, облизывая губы, тогда как по всей комнате раздалось жужжание, когда чейнджлинги завибрировали своими крыльями и задёргали копытами.

— Но неважно! — продолжила она спустя миг. — Всё это я сделала ради Твайлайт, потому что она хотела этого от меня. Потому что она сказала, как мы можем получать любовь добровольно, и я поверила ей. Я люблю её… Я люблю её больше чего-либо и так же сильно, как улей и всех моих детей. Всё, чего я хочу — провести мою жизнь с ней… всё, чего я хочу — сделать её счастливой.

С лица Кейденс не сходила широкая улыбка, однако из кристального шара еле слышно доносился зубовный скрежет. Хотя несколько чейнджлингов с любопытством навострились на почти неслышимый звук, никто ничего не сказал. Через мгновение Кейденс глубоко вздохнула и выдохнула.

— Мне бы хотелось, чтобы ты лучше старалась, — опустив голову, сказала она тихо. — Я пытаюсь помочь тебе. И больше всего я пытаюсь помочь Твайлайт. Если ты не собираешься следовать моим советам, мне придётся… предпринять что-нибудь другое.

— Я стараюсь! — возразила Кризалис. — Но многое из того, что ты говоришь, просто не имеет смысла для меня!

— Хорошо-хорошо, — Кейденс снисходительно улыбнулась Кризалис. — Так тебе нужно снова объяснить, как пони встречаются и ухаживают друг за другом?

— Возможно, — Кризалис нерешительно кивнула и присела на задние ноги перед кристальным шаром. Собравшиеся вокруг неё чейнджлинги так же расселись и приготовившись внимать.

— Итак, на чём основаны отношения чейнджлингов?

— На подчинении! — заявила Кризалис, возбуждённо вскочив обратно на копыта и раскидав чейнджлингов во все стороны. — Я — королева этого улья! Я сразила Твайлайт в поединке и стала и её королевой! Как королева улья, я обязана находить любовь для моих детей и насыщать их. А как королева Твайлайт, я должна обеспечивать каждую её нужду, отдавать ей всю мою любовь, прислуживать каждой её прихоти…

— Хорошо, достаточно, я поняла, — успокаивающе сказала Кейденс, жестом показывая ей сесть. Кризалис моргнула несколько раз, затем медленно опустилась обратно. Когда она села, чейнджлинги как ни в чём не бывало вернулись обратно на свои места вокруг неё.

— Теперь, можешь сказать, на чем основаны отношения пони?

Кризалис снова озадаченно заморгала, затем повернулась к чейнджлингам. Кейденс прищурилась, когда они застрекотали и защебетали с королевой на собственном языке, но когда Кризалис снова взглянула на кристальный шар, лицо принцессы Любви снова стало нормальным.

— …любовь и терпимость?

— Ха-ха-ха! О нет-нет-нет, — засмеялась Кейденс, тряся головой.

— Тогда… я не понимаю, — жалобно сказала Кризалис. — Разве любить кого-то не подразумевает… самой любви? Разве это не самое важное?

— Для чейнджлингов — да, но не для пони, — мягко указала Кейденс. — Мы находим любовь чудесной, но она совсем не так важна в нашей жизни, как для вас. Может показаться странным услышать такое от меня, принцессы Любви, но я же никогда не скажу, что я важнее, чем Твайлайт, или что солнце важнее луны. У всех нас есть свои роли, и любовь лишь маленький кусочек во всеобщей мозаике. Вот почему пони нужно быть осторожными с их любовью и не растрачивать её на кого-то, кто не вернёт её. Подумай, как ужасно было бы отдавать любовь той пони, которая хочет быть всего лишь твоим другом!

— Но… Твайлайт всегда говорит, как сильно любит своих друзей… — усомнилась Кризалис.

— Это просто расхожая фраза. Когда пони говорят, что они любят своих друзей, они просто имеют в виду, что те им нравятся. А Твайлайт всегда склонна преувеличивать, особенно о таком. Ты знаешь, принцесса Дружбы и всё такое.

— Я думаю, это имеет смысл, — на мгновение Кризалис оглянулась на чейнджлингов вокруг, затем повернулась обратно к шару. — Так на чём тогда основаны отношения пони? Как я могу заставить Твайлайт полюбить меня?

— Не любя её, — торжественно объявила Кейденс. — Можно, оно так и не выглядит, но вся эта неразбериха с вашей свадьбой и твоим заявлением о бессмертной любви послужит вам на пользу. Твайлайт уже знает, что она небезразлична тебе, или, по меньшей мере, думает так. И ей уже довелось увидеть, как ты относишься к ней, когда любишь её. Поэтому теперь тебе надо лишь остановиться и взамен относиться к ней, словно она ниже тебя. Словно она не заслуживает твоего времени. Словно тебе нет никакого дела до неё.

— Я никогда не смогу так поступить! — Кризалис в ужасе взметнула копыта ко рту.

— Тебе придётся, если хочешь, чтобы она полюбила тебя, — твёрдо сказала Кейденс, глядя из кристального шара. — Твайлайт уже клюнула на приманку. Она увидела твою любовь. Но если ты попытаешься подстегнуть события, если надавишь слишком сильно на неё, она утратит интерес. Тебе нужно заставить её бороться за твою любовь, и пока она не будет отчаянно в ней нуждаться, ты не должна давать ей ни малейшего глотка. Видишь ли, вот как поступают влюблённые пони. Они дают своим избранникам увидеть маленький кусочек этой любви, а затем отдаляются от них. Таким образом, тем пони, которых они любят, предстоит потрудиться, чтобы получить больше любви, и это затягивает их до той поры, пока оба пони не полюбят друг друга. Если же один пони просто отдаст другому всю свою любовь, тогда у того пони не будет причин возвращать любовь обратно.

Кейденс одарила Кризалис ободряющей улыбкой.

— Вот почему все эти пони, которых ты видела, всегда дарили друг другу подарки, обнимались и вообще делились своей любовью друг с другом — потому что оба уже влюблены. Вот чего тебе предстоит дождаться, если ты сделаешь, как я скажу, и скроешь от Твайлайт свою любовь, пока она не отдаст тебе свою. И лучше всего сделать это — действовать так, словно она не имеет для тебя значения.

Кризалис склонила голову в задумчивости, и Кейденс наблюдала с явным беспокойством на лице. Рог королевы слабо засиял, когда она стала совещаться с разумом улья; чейнджлинги вокруг неё изредка стрекотали и чирикали. Кейденс открыла рот, подняв копыто, но удержалась и промолчала, нервно пожёвывая губу.

— Хорошо, — наконец сказала Кризалис с несчастным взглядом, когда подняла голову, и Кейденс выдохнула. — Я последую твоему совету, даже если мне будет больно обращаться с Твайлайт столь жестоко. Но это для общего блага.

— Замечательно, — ухмыльнулась Кейденс. — Поверь мне, после сегодняшней ночи Твайлайт будет испытывать к тебе только любовь, и ничего кроме любви.

Поникнув всем телом, Кризалис отвела глаза и кивнула. Большинство чейнджлингов поблизости повторили её позу, но несколько всё же казались чуть более дерзкими для полного спокойствия Кейденс.

— А теперь, Кризалис, я хочу, чтобы ты сказала мне, что собираешься делать сегодня ночью, — сказала она твёрдо.

— …игнорировать Твайлайт, — печально отозвалась Кризалис.

— И? — подсказала Кейденс через мгновение.

— Не дарить ей подарков или наряжаться для неё, или делать что-либо приятное для неё на свидании, — последовал унылый ответ.

— Сколько комплиментов ты скажешь Твайлайт?

— Ни одного. Вместо этого я буду оскорблять её.

— Но не перегибай! — торопливо предостерегла Кейденс. — Просто отвешивай ехидные комментарии и колкости. А вообще знаешь, обходись с ней так же, как со всеми пони.

— Я постараюсь, — тихонько вздохнула королева.

Кейденс оценивающе посмотрела на Кризалис, нахмурившись, и затем широкая радостная улыбка появилась на её лице.

— Очень хорошо, — подбодрила она. — Я знаю, у тебя получится. Помни, как важна эта ночь. Сделаешь всё, как я сказала — и тебе никогда больше не придётся повторять это. Твайлайт станет твоей окончательно, и ты отдашь ей всю любовь, какую захочешь. И она также полюбит тебя.

Казалось, что это сработает, и Кризалис вскинулась с полным решимости взглядом на лице.

— Ладно, Кейденс. Будь по-твоему. Ради Твайлайт.

— Хорошо. Теперь сними это платье, убери все драгоценности — за исключением серьги, конечно же — и приготовь себя для важнейшей ночи в твоей жизни.

Коротким жестом она прервала связь, и Кризалис снова ссутулилась.

— Уберите платье, — сказала королева безучастно, сняв и отбросив одеяние. Поймав платье на лету, чейнджлинг поудобнее схватил его телекинезом и порысил прочь.

— Вы правда собираетесь последовать её совету? — осторожно спросил один из трутней.

— Она принцесса Любви, — сказала Кризалис, поднимаясь на копыта. — Ей лучше известно, как добиваться взаимности от пони. Конечно, если ты не знаешь способ получше.

С разочарованными лицами чейнджлинги переглянулись между собой.

— Это сложно.

— Мы пытались выдавать себя за пони, у которых не было возлюбленных, чтобы попытаться найти для них вторые половинки, но это не сработало, — продолжил другой. — Пони растут и постигают все тонкости отношений. Мы не можем просто перенять их за несколько месяцев.

— ИЛС-934ГЖ обнаружил табун пони, которые проявили интерес к его обличью, — добавил третий, — но затем, по всей видимости, случилось нечто плохое. По его словам, он увидел то, что ни один чейнджлинг не должен видеть, и на том прервал всякое общение. Он даже удалил себя из разума улья.

— Тогда мы будем придерживаться предложений Кейденс. Это может казаться неправильным, но… пони явно делают всё иначе, чем мы. Всё же Твайлайт ясно дала это понять, — со вздохом закончила Кризалис.

— Вы точно не хотите ничего надеть? — осведомился чейнджлинг. — Я уверен, вы могли бы повязать бант в ваши волосах или, возможно…

— Кейденс сказала «нет», — строго напомнила Кризалис. — Я не должна отступать ни на шаг от её советов, если не хочу потерять надежду завоевать сердце Твайлайт.

Она метнула нервный взгляд на туалетный столик.

— Кроме того, пока я ношу эту серьгу, она будет видеть и слышать меня. Я не могу рисковать разозлить её и лишиться поддержки. Представьте, если это случится посреди свидания!

Чейнджлинги переглянулись.

— Ну… — нерешительно сказал один, — она же не может чуять через серьгу, не так ли?

Кризалис оживилась.

— Ну конечно же! — радостно воскликнула она.

Её рог засветился, и целая часть стены отъехала в сторону, открывая полку за полкой, заставленные бутыльками. Королева прорысила в маленький альков, присматриваясь к разным духам.

— Так, нам нужно что-то привлекательное для пони… привлекательное для Твайлайт, — пробормотала вполголоса себе, пока чейнджлинги негромко загомонили между собой.

— Книги? — предположил один из них.

— Разве пони не нравятся кристаллы?

— Мне кажется, в этом есть…

— Мы пытаемся заставить Твайлайт влюбиться в нашу королеву, так? Тогда надо воспользоваться запахом любви. Всем пони нравится любовь.

— О, это хорошая идея.

— Постойте, а пони вообще могут учуять любовь?

* * *

Под конец выбор Кризалис пал на два флакончика.

— Хмм, — она переводила взгляд с одного на другой. — Дикий жасмин может быть приятен. Я знаю, пони любят цветы и на закуску, и для романтики. Да и жасмин не растёт поблизости от Эквестрии, поэтому запах из далёких стран может впечатлить её. Это вызовет у неё мысли об экзотике.

Королева взглянула на другой флакончик.

— Но экстракт мёртвой мантикоры… Мантикоры охотятся на пони, поэтому запах мёртвой особи успокоит её. А если она почует такой запах на мне и решит, что именно я убила хищника, то почувствует себя в безопасности рядом со мной и оттого более привяжется ко мне.

Несколько мгновений она мучительно размышляла, всё отчаяннее переводя взгляд между флакончиками, пока конфликтующие мнения и доводы волновали разум улья.

Но наконец-то все успокоились и достигли согласия. Решительно кивнув, Кризалис протянула отвергнутый флакончик ближайшему чейнджлингу и открыла тот, что оставила у себя.

Она осторожно извлекла тампон и лёгонько мазнула каждую сторону шеи, прямо над пахучими железами. Слишком много аромата могло ошеломить её феромонные рецепторы (опыт, который она не горела желанием повторять), но небольшое количество, смешанное с её собственным запахом, будет безопасным. И в качестве маленького бонуса, вместе с её запахом духи разнесутся куда сильнее и дальше.

— Как вам? — спросила она, повернувшись к собравшимся чейнджлингам. Её крылья трепетали в волнении, помогая аромату распространиться по комнате, и чейнджлинги застрекотали в восторге и одобрении.

— Превосходно! — Кризалис прорысила к столику, принявшись рыться в ящичках. — Теперь причешите мне волосы, и я смогу натереть воском панцирь и отполировать корону…

— Прошу прощения, мадам, но вы правда считаете это хорошей идеей?

Тишина рухнула на комнату, и Кризалис медленно повернулась лицом к дерзкому чейнджлингу.

— Повтори? — тихо спросила она с едва сдерживаемой яростью в голосе.

— Меня зовут П75-578ДА, — устало сказал чейнджлинг.

— О.

Разум улья обладал поистине огромными способностями к совместной работе и обмену информацией, однако в нём так же легко возникал эффект эхо-камеры, когда даже самые мельчайшие идеи, многократно повторяемые, могли перебивать и заглушать любые другие. Позиция Кризалис как королевы и, следовательно, последней инстанции по любым вопросам только ухудшала ситуацию.

Решением стали чейнджлинги как П75-578ДА. Хотя они в основном относились к кастам по сбору информации и принятию решений, их специализированная работа была проста: не соглашаться с чем-либо, что обсуждалось. Если разум улья начинало клонить в одном направлении, они занимали противоположную сторону. Если все хотели идти на запад, они убеждали идти на восток. И пускай им редко удавалось в самом деле изменить то, что планировал сделать разум улья, но они хотя бы могли поднять вопрос о проблемах с положением вещей и помочь разуму улья рассмотреть ситуацию под разными углами, подумать над альтернативными решениями.

По существу, они были единственными чейнджлингами, которым дозволялось, по собственным словам Кризалис, «затыкать ей рот». И хоть она предельно ясно давала понять, что они были одними из самых важных и ценных членов улья, но также сама королева не терпела возражений. Поэтому её отношения с ними всегда оставались слегка… натянутыми.

— Хорошо, П75, — сказала она, подавив недовольное ворчание, которое всё равно эхом разнеслось по разуму улья. — Почему ты считаешь, что я не должна привести себя в порядок настолько хороший, насколько возможно для моего важного свидания?

— Потому что Кейденс специально отметила не делать этого, — указал чейнджлинг. — Она сказала вовсе не делать ничего специально. А если вы начнёте укладывать волосы и наводить лоск, вы рискуете потерять Твайлайт.

— Разве не ты говорил мне не доверять Кейденс, когда я впервые встретилась с ней? — с прищуром осведомилась Кризалис.

— У неё есть все причины презирать нас и желать мести за её испорченную свадьбу. Также у нас нет достоверного способа подтвердить информацию, которую она предоставила нам. Но это моя работа — не соглашаться с тем, что вы хотите, мадам. И прихорашиваться для сегодняшней ночи идёт против всего, о чем вы говорили.

— Но ведь не похоже, будто я собираюсь надеть платье. Просто вычесать колтуны из моих волос, навощить панцирь, чтобы хитин был красивым и блестящим…

— И как часто вы делаете это? — с напором спросил П75. — Если вы придёте на свидание, выглядя как сошедшая с картин королева, то станет вполне очевидным, что это сделано специально. Если верить рассказанному Кейденс, это совсем не поможет нам. Как раз наоборот.

— Ну… я про… — она смиренно посмотрела на чейнджлинга раскрытыми глазами. — Я же могу, по крайней мере, причесать мои волосы? Нет причин выходить с всклокоченной, неопрятной копной. Я бы никогда этого не сделала, несмотря ни на что!

— Я не говорю вам, что вы можете и не можете делать, — со вздохом ответил чейнджлинг. — Я просто говорю вам, что Кейденс велела нам делать одно, а вы хотите пойти против её совета, несмотря на все ваши усилия доверять ей.

Он на мгновение посмотрел на несчастную Кризалис, затем сказал:

— Хорошо, если вы хотите причесать волосы, это нормально. Это… по-королевски. И возможно ваша корона нуждается в лёгкой полировке. Она немного поцарапалась, когда вы швырнули её в одного из моих коллег за намёк, что зелёный вам не к лицу. Но вот вощение панциря будет перебором.

Конфликт ещё раз пронёсся через разум улья, но уже не такой серьёзный и не запущенный безумной паникой Кризалис. Предложение П75-457ДА было обоснованным и логичным, и спокойствие снова быстро воцарилось.

— Очень хорошо, — жёстко сказала Кризалис. — Я не буду начищать мой панцирь, а моя корона будет лишь скромно отполирована. Но моя грива должна быть причёсана и требует по сотне поглаживаний от каждого чейнджлинга…

П75-578ДА прочистил горло, и Кризалис свирепо глянула на него, затем раздражённо вздохнула.

— Ладно-ладно. Обычная причёска, чтобы не было видно, что я перемерила несколько десятков платьев. Так хорошо? Это устроит?

П75 с улыбкой кивнул, и Кризалис резко отвернулась, зло пыхтя. Однако через мгновение она повернулась обратно.

— И… спасибо тебе, П75-578ДА, — сказала она со странным выражением на лице. — Я знаю, что ты помогаешь, и я ценю это.

Все чейнджлинги в комнате вытаращились на неё, разинув рты, и она приподняла бровь.

— Что со всеми вами такое?

— Вообще-то вы никогда не благодарили вслух никого из нас прежде, — осторожно сказал П75. — Обычно вы просто давали нам знать о своих чувствах через разум улья.

— Вы говорили сейчас прямо как пони, — сказал другой чейнджлинг.

— Думаю, Твайлайт всё же влияет на вас, — поддразнил ещё один.

— Т-так, всё, хватит с вас! — рявкнула Кризаис, потемнев лицом от смущения. — Я в любой миг могу отправить вас рыть новые тоннели без какого-либо защитного снаряжения! Живо за работу — вы знаете, что делать!

Королева растянулась на полу, полуприкрыв глаза, удовлетворённая результатом, пока чейнджлинги, окружив её, начали за ней ухаживать. Несколько групп собрались у её головы и хвоста, проводя мягкими щётками по волосам, также удостоверяясь, что отверстия в ногах достаточно гладкие и округлые. Тем временем её корона оказалась промеж трёх чейнджлингов, тянущих во все стороны и пытающихся отнять друг у друга тряпочку для полировки.

Кризалис позволила своим глазам полностью закрыться, впервые за прошедшие дни почувствовав истинное расслабление. Разум улья был уверен в себе и весел, Кейденс полно объяснила ей, как действуют пони, и казалось, что всё этой ночью пройдёт просто превосходно.

«А даже если нет, я могу по-прежнему вернуться к плану похищения» — подумала она лениво, и счастливая улыбка расцвела на её лице.

## Интерлюдия: Кейденс (I)

В которой мы немного узнаём о хитрокрупости аликорнов.

Кейденс отвернулась от погасшего кристального шара и принялась расхаживать по комнате своей маленькой квартирки, громко топая. Она пыталась глубоко дышать в такт ходьбе, но даже всегда выручавшая её успокаивающая техника оказалась сейчас бессильна — розовая аликорна могла крошить камни зубами. Сдавшись, она загребла магией горсть дротиков и стала метать их в фотографию Кризалис, пришпиленную к мишени на противоположной стене.

«Почему Кризалис портит вообще… всё?!» — с каждым словом дротики вонзались в фотографию, сотрясая стену.

Сначала чейнджлинг испортила её свадьбу. День, о котором Кейденс мечтала ещё до того, как стала принцессой и буквальным воплощением любви. День, который должен был стать совершенством. Но взамен её похитили, вырубили и полуголодной заперли в пещере под Кантерлотом, одурманили и едва не увели будущего мужа, сразили в поединке и заточили её тётю и в довершение всего отобрали у той, пускай и ненадолго, королевство, за которое она несла ответственность.

Но этого оказалось недостаточно, о нет. Королева Кризалис вернулась и вновь напала на семью Кейденс, на сей раз выйдя на охоту за её невесткой. Потрясение Кейденс при чтении письма Шайнинг Армора о свадьбе Твайлайт быстро уступило пылающему негодованию, пока в её голове роились предположения — одно хуже другого — как именно чейнджлинг захватила умы её близких. Она незамедлительно собралась отправиться в Кантерлот и освободить их — однако менее чем днём позже испытала новое потрясение, получив приглашение на свадьбу. Злые чары явно проникли куда глубже, чем она предполагала, и Кейденс потратила дни на подготовку, окружая свой разум заклинаниями супротив любых нынешних уловок Кризалис, укрепляя тело мощными щитами и ожесточая дух на случай, реши королева настроить семью против неё же.

К удивлению Кейденс, едва она прибыла в Кантерлот, как чейнджлинг сама разыскала её. Аликорна согласилась встретиться и потратила часы, разведывая место встречи, подготавливая сторожевые заклинания, планируя пути отхода и прощупывая чувства пони в таверне, чтобы выискать скрытых среди них чейнджлингов. С глубоким вдохом и обострёнными до предела чувствами, подозрительная и опасливая ко всем, она вошла внутрь, чтобы встретиться с королевой Кризалис лицом к лицу.

То, с чем она столкнулась, оказалось воистину жестокой, сумасбродной шуткой: Кризалис в самом деле полагала, будто любила Твайлайт. Новость была бы забавной, не таи в себе ужасную опасность. Пребывая в заблуждении о своей способности любить, Кризалис оставалась угрозой для Кантерлота и всех пони в Эквестрии. Движимая исключительно жаждой власти, однажды королева уже оказалась на волоске от завоевания королевства. Но что, если её «любовь» будет отвергнута, если её отчаяние и злость станут причиной её необдуманных поступков, если это станет личным…

Кризалис объяснила всё случившееся: и свадьбу с Твайлайт, и признание той, что на самом деле она не любила Кризалис, и опрометчивое заявление королевы о намерении завоевать сердце Твайлайт. Пока Кейденс слушала историю и мольбу чейнджлинга о помощи, в её уме выкристаллизовался план. Она действительно даст Кризалис совет… совет, в результате которого Твайлайт раз и навсегда убедится, что чейнджлинги не способны любить, что королева была такой эгоистичной и бессердечной, какой Кейденс её подозревала. Невозможно представить лучшей возможности разобраться со всей сумятицей без жестокости; поняв своё заблуждение о любви, чейнджлинг смирится с отказом Твайлайт и улизнёт обратно в свой улей, и все пони будут счастливы.

Именно почти полный провал этого плана взбесил Кейденс. У чейнджлинга хватило чистой, вопиющей наглости отвергнуть совет — совет лично от принцессы Любви!

Первое свидание прошло идеально. Кризалис строго последовала всем указаниям аликорны из магической серьги, явив свою холодную, пренебрежительную натуру. Потребовались некоторые усилия, чтобы убедить её уйти посреди трапезы: Кейденс пришлось навязать идею без предупреждения — ведь скажи она заранее, не случилось бы ничего, кроме спора, который привёл бы к провалу всего задания. Отдав же приказ внезапно, ей удалось надавить на Кризалис и поставить перед выбором уйти или остаться без советов вообще. Нехотя и волоча копыта, Кризалис подчинилась, и остаток вечера Кейденс посмеивалась от ликования, насколько хорошо всё прошло.

Но на следующий день разразилась катастрофа.

Запаниковав от письма Твайлайт, Кризалис даже не потрудилась проконсультироваться с Кейденс перед тем, как взять и утащить принцессу на следующее свидание. И как-то — неведомо как! — у неё впрямь получилось значимое и романтичное свидание, полностью сведшее на нет все труды Кейденс. Возможно, она даже заложила основу для будущих взаимных чувств Твайлайт!

Кейденс посинела от злости и в устных выражениях надрала Кризалис бока — точнее, панцирь — но чейнджлинг только уныло покачивала головой, извиняясь и в то же время упорно отказываясь признавать свою ошибку.

После этого всё не заладилось. Каждый успех Кейденс уничтожался Кризалис, которая либо вовсе не подчинялась командам, либо показывала норов на свидании и игнорировала повторявшиеся приказы не обращаться с Твайлайт по-доброму. Всякий раз Кейденс устраивала выволочку Кризалис, но не переходила границы. Чем бы она ни угрожала, на самом деле она не могла оставить чейнджлинга саму по себе. И точно так же аликорна больше не решалась подталкивать Кризалис к крайностям вроде бросить Твайлайт на свидании. Повторись она, королева вздумала бы не послушаться, то вполне сообразила бы, насколько бессильной на самом деле была Кейденс в их отношениях. Поэтому ей приходилось сидеть, наблюдать через кристальный шар и кипеть от злости, пока чейнджлинг разыгрывала любовь к её названой сестре. Пока чейнджлинг притворялась, что у неё есть сердце.

Вздохнув, Кейденс прорысила к мишени, чтобы вынуть дротики и проверить снимок. Кризалис угрожающе скалилась с него — по некой причине она всегда скалилась на каждом фото — и благодаря дротикам теперь у неё было больше дыр на снимке, чем в настоящей жизни. Кейденс уронила его в стоящую поблизости мусорную корзину и вынула следующий из высокой стопки рядом. За прошедшие шесть месяцев та сократилась уже наполовину, также на полу валялись обломки трёх расщеплённых мишеней — они оказались несколько прочнее фотографий.

Она не могла ненавидеть Кризалис по-настоящему. И она знала, что у чейнджлинга и вправду имелось сердце. Королева вне всяких сомнений заботилась о своих детях больше, чем о чём-либо, Кейденс достаточно наслушалась её разговоров о них, чтобы убедиться в этом. Но мысль о чейнджлинге, влюблённом в пони, была нелепой. Пони вырабатывали любовь — чейнджлинги потребляли её, вот и всё. Такие отношения обречены оставаться односторонними, как-то обратить их — немыслимо.

В сердце Кейденс не было ненависти. Вообще никакой, как она твёрдо убеждала себя, кивая. Но в мире существовал порядок, где каждый пони, чейнджлинг и любое другое существо занимали свои места. И нигде в этом порядке чейнджлинги не любили пони. Она не упрекала чейнджлингов за поедаемую ими любовь — любовь существовала для всех существ в мире, даже для паразитов, и ей доставляло радость знать, что любовь была так, хм, любима. Но чейнджлинги любящие — нежели крадущие и поглощающие любовь — казались попросту… противоестественными. Это шло вразрез со всем, что она знала об их виде.

Кроме того, это было её долгом как принцессы любви — удостоверяться, чтобы её любовь использовалась мудро и ответственно, чтобы пони любили своих избранников, чтобы они любили тех пони (или иных созданий), которые возвращали бы любовь должным образом. Именно в этом — и более чем в чём-либо — заключался весь смысл.

Кейденс уже запланировала любовную жизнь Твайлайт на следующую половину столетия, и нигде в этом плане не было места королеве Кризалис или любому чейнджлингу вообще, если уж на то пошло. Возвращение Сансет Шиммер через зеркальный портал в замке Кейденс стало несказанной удачей — она убедила своих тётушек, что Твайлайт должна последовать на другую сторону в одиночку, и там у новоявленной принцессы появилось её первое маленькое увлечение. Кейденс даже подстроила, чтобы Твайлайт потом увиделась с Флэшем Сентри в этом мире, и с удовлетворением наблюдала, как они разошлись после первой искорки интереса. То был прекрасный, безопасный способ для Твайлайт получить небольшой романтичный опыт.

Перед Твайлайт расстилался долгий путь, и в конце его стояла принцесса солнца. Селестия полагала, что оставила незаметной свою маленькую влюблённость, но она не могла одурачить принцессу любви, а Кейденс не могла придумать лучшего подарка для тёти, чем любимая ею пони.

Или, возможно, принцесса Луна могла стать особой пони для Твайлайт. Конечно, поначалу между ними будет возникать некая прохладца, но благодарность Луны к пони, спасшей её от собственной зависти, была безмерной и очевидной. Да и устроить эти отношения достаточно просто: ночью, проведённой за созерцанием звёзд, их копыта соприкоснутся, их глаза встретятся… и затем под ночным небом сотворится магия.

Существовало много пони, которые подходили для Твайлайт — или грифонов, или драконов. Да Селестия мне свидетель, даже Дискорд был неплохим выбором.

Смысл заключался в том, что чейнджлингов не было среди избранников. Среди тех, кто полюбит Твайлайт так, как она того достойна, и заслужит любовь от Твайлайт. Королева Кризалис не могла сделать ни того, ни другого.

Да, у неё был план, и она во что бы то ни стало избавит его от аномалии в лице Кризалис.

«Ни Твайлайт, ни пони-будь ещё не будет любить Кризалис. Никогда» — с содроганием подумала Кейденс, вытянувшись на диване, чтобы передохнуть перед самым важным свиданием в своей жизни. Ничего из того, что делала чейнджлинг, не могло расположить к ней никого. Достаточно было вспомнить ту совершенно обычную прогулку в парке…

* * *

Стояла тёплая ночь, освежаемая ветерком, который проносил тонкие облачка по небу. Луна казалась ярче обычной, а звёзды беспечно подмигивали, смотря на Кантерлотский центральный парк. Между деревьями прохаживались пони, немало из которых выбрались на романтическую прогулку, но большинство просто наслаждались красивой ночью.

— Видишь? Разве это не прекрасно? — спросила Твайлайт с полной надежды улыбкой, не обращая внимания на невидимую полосу отчуждения вокруг них, которую другие парочки старались не пересекать.

— О да, гулять по полю с деревьями — это определённо значит… «ухаживать», как вы бы сказали, — со скорбной миной ответила Кризалис.

— Это парк, а не поле с деревьями, — наставительно выговорила Твайлайт. — Почему ты не можешь просто насладиться этим? Ночь красивая, трава зелёная…

— Я признаю, что эта ночь весьма приятная. Лунная принцесса хорошо поработала, — Твайлайт повернулась, уже нахмурившись для неодобрительного взгляда, и Кризалис поспешно подняла копыто: — Она разрешила называть её так!

Твайлайт смерила её сомневающимся взглядом, затем слабо кивнула, и Кризалис украдкой выдохнула.

— Но да, я наслаждаюсь ночью. Луна сказала, что однажды позволит мне расположить звёзды по небосводу, и я жду этого с нетерпением.

— Правда?! — поразилась Твайлайт и тоненько взвизгнула от восторга, когда Кризалис в замешательстве кивнула. — А мне пришлось ждать годы её предложения! Ох, я так счастлива видеть, как ты учишься дружбе!

— Дружба… это громко сказано, — с неловкостью пробормотала Кризалис, глядя в сторону. — Нам просто нравится проводить немного времени вместе, делать то, что нам нравится, разговаривать…

— Это и есть дружба, ты большой глупый чейнджлинг! — Твайлайт пихнула Кризалис в плечо, и та вовсе отвернулась.

— Я не хочу говорить об этом больше, — сварливо сказала Кризалис.

— Хорошо-хорошо, — Твайлайт закатила глаза, но продолжала довольно улыбаться. — Давай поговорим тогда о траве. Что тебе в ней не нравится?

— Посмотри на неё! — воскликнула Кризалис, взмахом копыта злобно указав на обочину тропинки. Сидевшую в том же направлении парочку под деревом как ветром сдуло. — Она зелёная! Такой отвратительный цвет!

— Но… я нигде не видела больше зелёного, чем внутри твоего улья, да и ты сама наполовину зелёная…

— Это правильный зелёный цвет! — высокомерно заявила Кризалис. — Зелень моих глаз, моей гривы, моего панциря. Зелень слизи, мягко переливающейся на стенах улья, зелень кокона со свежей жертвой…

— Ну хорошо, всё это хороший зелёный, — поспешно согласилась Твайлайт, оглядываясь на прохожих, сейчас ещё больше отодвинувшихся в стороны. — Что не так с зеленью травы?

— Это… зелень растений, — содрогнулась Кризалис. — Отвратительно.

— Хорошо, тебе не нравится трава. Прекрасно, — зло хмыкнула Твайлайт. — Тогда, возможно, нам стоит закончить встречу прямо здесь.

— Я буду более чем рада, — презрительно фыркнула Кризалис, и Твайлайт круто развернулась к ней, взглянув с шоком и болью в глазах. — Нет, погоди! — опомнилась королева. — В смысле… не уходи. Пожалуйста. Мне нравится здесь. Потому что ты здесь.

Она просяще улыбнулась, прядая ухом с серьгой так, словно отгоняла муху, и Твайлайт наконец улыбнулась в ответ:

— Хорошо. Прости, мне самой не следовало так говорить. И… мне тоже нравится быть с тобой.

Их глаза встретились, улыбки стали шире, и ухо Кризалис затрепетало уже как флажок на сильном ветру. Спустя мгновения они продолжили идти, бок о бок и ближе, чем раньше.

В итоге они дошли до фонтана. Возвышающаяся на каменном постаменте скульптура изображала вставших на дыбы царственных сестёр с протянутыми к небу копытами, как будто благословляющих город. Вот только вода хлестала из их ртов в эксцентричной и забавной манере. Чисто к сведению Твайлайт знала, что обе принцессы упустили из виду эту маленькую деталь при строительстве фонтана, и теперь Селестия годы пыталась добиться, чтобы из парка убрали «эту мерзость».

Но сейчас, ночью, это не выглядело так уж плохо. Струи воды, изгибаясь и разлетаясь брызгами, танцевали в свете ближних уличных фонарей и словно бы сияли изнутри. Твайлайт счастливо улыбнулась от зрелища и проскакала вперёд, чтобы прилечь на бортик.

— Давай, присоединяйся, — она кивком подозвала Кризалис и, повернувшись, провела копытом по воде.

«Замечательно, — прошептала Кейденс в ухо Кризалис, не дав ей сдвинуться. — Забрызгай её водой, когда присядешь рядом».

«Что? Но её платье…»

«Да, промокнет насквозь! — с триумфом сказала Кейденс. — И её грива тоже. Постарайся намочить её как следует, пока она не уйдёт».

«Я не знаю… Не думаю, что ей понравится промокнуть. Ваша вся эта шерсть…»

«Поверь мне, ей понравится, если это сделаешь ты, — уверенно сказала Кейденс. — И обязательно посмейся над ней».

Кризалис по-прежнему колебалась, шаркая копытами по земле, но затем на её лице появилась озорная улыбка.

«Вообще-то у меня есть идея получше» — сказала она, вкрадчиво усмехнувшись.

Чуть ли не касаясь животом земли, она ползком подкралась вплотную к Твайлайт, затем бросилась вперёд и толкнула её копытами. Принцесса буквально влетела в фонтан, подняв тучу брызг, и Кейденс отпрянула от кристального шара, зажимая рот копытами в попытке подавить приступ смеха. Это и впрямь была лучшая идея!

Твайлайт подобрала копыта под себя и поднялась; вода ручьями стекала по её спине, грива и платье прилипли к телу. Злобно пыхтя и надувая щёки, она метнула взгляд на Кризалис, которая каталась туда-сюда на панцире и хохотала как безумная.

— Думаешь, это смешно? — прорычала намокшая до последней шерстинки пони.

«Оскорби её! — крикнула Кейденс, с трудом уняв смех. — Пошути над ней!»

— Я смеюсь, — приподнявшись на копыте, Кризалис с самодовольной ухмылкой глянула на Твайлайт, — потому что я всегда думала, что ты слегка мокренькая, а теперь знаю наверняка.

— Мокренькая, значит? — Твайлайт сверлила взглядом королеву, а её рог засветился. — Что ж, думаю, не я одна буду мокренькой…

Журчание фонтана внезапно стихло. Моргнув, Кризалис подняла взгляд — прямо на огромный шар воды, удерживаемый магией Твайлайт. Она дёрнулась — но не успела даже вскочить на копыта, когда весь шар рухнул прямо на неё.

Насквозь промокшая Кризалис медленно поднималась над бортиком фонтана. Крупные капли блестели на панцире, и хотя грива почти не пострадала, разве что прилипла к лицу, зато хвост теперь мочалкой свисал до земли концом в натёкшую лужу. Королева злобно уставилась на ухмыляющуюся посреди фонтана пони.

— Похоже, я была права, — теперь Твайлайт лучилась самодовольством.

Кризалис удержала взгляд мгновением дольше, чтобы выплюнуть три слова:

— Я. Тебя. Убью!

И набросилась на мокрую принцессу, которая с визгом попыталась сбежать. Но оказалась слишком медлительной, и Кризалис, в мгновение ока поймав её, тут же макнула головой в воду. Отойдя от отплёвывающейся и хохочущей Твайлайт, королева уже собралась позлорадствовать над ней, но опомнившаяся принцесса выбила из-под чейнджлинга передние ноги, заставив её упасть в воду рядом.

* * *

Кейденс снова содрогнулась, вспоминая ту ужасную сцену. Кризалис фактически пыталась утопить Твайлайт и ещё хохотала при этом! К счастью, аликорна дала отпор, пока чейнджлинг наконец-то не смилостивилась и позволила ей выбраться из фонтана. Травмированная случившимся, Твайлайт даже тогда побоялась уйти от Кризалис и вынужденно провела ещё несколько часов с чейнджлингом, прежде чем наконец-то осуществила побег.

Худшее случилось несколько дней спустя, хотя Кейденс узнала об этом позже. Промокнув и проведя ночь на воздухе, Твайлайт подхватила простуду и оказалась прикована к постели, дрожа от озноба и кашляя. У Кейденс разбилось сердце при мысли, что она была не в силах помочь ей, и взамен Твайлайт приходилось обходиться помощью Кризалис. Тем страшнее было узнать, что сделала королева, пока пыталась заботиться о Твайлайт.

Кейденс совершенно не понимала, почему Твайлайт до сих пор не велела Кризалис убираться прочь. И тут принцесса любви не видела иных причин, кроме смертельного страха Твайлайт перед чейнджлингом и тем, что сотворит Кризалис, если юная аликорна будет сторониться её. Селестия свидетель, насколько чейнджлинги жестоки и сумасбродны; нельзя было угадать, что королева сделает, если бросить ей в лицо её так называемую любовь.

Существовала ещё одна возможность, которую рассматривала Кейденс: подспудное промывание мозга, вероятно с помощью какого-нибудь яда или наркотика. Остатки еды Твайлайт, которые она ухитрялась раздобыть, ничего не показывали, но Кризалис могла кусать её, когда Кейденс не наблюдала, или выделяла какой-то бесцветный газ. А ещё они проводили подозрительно много времени, смотря в глаза друг другу, и Кейденс не исключала, что Кризалис гипнотизировала «возлюбленную» в это время.

Она должна, нет — обязана была выяснить, как именно Кризалис обводила Твайлайт вокруг копыта. Никаким другим способом это чудовище не могло получать настоящую любовь, и если отобрать её у королевы было предназначением Кейденс… ну что ж, превосходно, тогда её месть не будет лишена доли ироничной справедливости…

«Нет, нет!» — Кейденс оборвала поток мыслей и приложила копыто ко лбу, глубоко вдохнув. Дело вовсе не в мести. Даже не в Кризалис. Дело было в одном и только одном: Твайлайт.

Она должна спасти Твайлайт. Она знала Твайлайт с самого жеребячества, когда присматривала за ней, та называла её своей сестрой, и в придачу ко всему они были хорошими друзьями. Она должна спасти Твайлайт, освободить её из клыков чейнджлингов и найти ей пони, который вправду полюбит её. И ей предстояло сделать это не просто как другу и члену семьи, но и как принцессе любви. Это была её обязанность, её долг — увидеть, что Твайлайт и Кризалис разойдутся, прекратив эту издёвку над самим смыслом любви. И не имеет значения, что ей придётся сделать ради достижения своей цели; справедливость и добродетельность на её стороне.

Заставив себя подняться с дивана, Кейденс встала на копыта и порысила к столу с кристальным шаром. Она остановилась аккурат перед ним, влюблённо засмотревшись на блестящую поверхность, и нежно погладила его копытом.

— Ни о чём не беспокойся, Твайлайт, — тихо прошептала она. — Я обязательно спасу тебя.

## Глава 3. Свидание (часть 1)

Запряжённая чейнджлингами чёрная колесница приземлилась в центре Кантерлота в самом фешенебельном районе с лучшими ресторанами. Почти никто не придал значения тому, что она перекрыла большую часть улицы — здесь это было рутинным делом; лишь несколько движимых любопытством пони собрались вокруг.

От небольшой толпы отделилась маленькая кобылка, которая подобралась ближе к одному из чейнджлингов в сбруе. Разинув рот, она изумлённо уставилась на него; внезапно он повернулся и протяжно, угрожающе прошипел, мелькнув языком промеж острых клыков. Пискнувшая от ужаса кобылка метнулась назад, под защиту материнских ног, и слегка дрожа, украдкой выглянула из-за них.

Моргнув, чейнджлинг проводил её озадаченным взглядом, затем повернулся к соседу по упряжи.

— Пони всегда так реагируют, когда с ними здороваешься? — чирикнул тот вопросительно, на что другой чейнджлинг со вздохом прижал копыто к лицу.

— Тебе правда следует чаще покидать улей.

Оба чейнджлинга снова повернулись вперёд, стараясь не обращать внимания на дрожащий комок нервов, который восседал на сиденье позади них и наводнял связь с разумом улья паническими мыслями.

Королева Кризалис часто дышала и рассеянно скользила распахнутыми глазами по сторонам, пытаясь успокоить расшатанные нервы. Вся уверенность, полученная от советов Кейденс и помощи чейнджлингов, пропала, едва она поднялась в воздух и оказалась предоставлена самой себе.

«Что, если Твайлайт решила, что уже не любит её? Что, если она испортит свидание? Что, если серьга Кейденс сломается, и она не сможет больше слышать её советов? Что, если она приземлилась не на той улице?! Что, если она перепутала время и уже пропустила ужин, и теперь Твайлайт опять ненавидит её?..»

Приглушённые голоса в толпе привлекли её внимание. Кризалис подняла голову и увидела несущуюся вниз королевскую колесницу, которая спустя мгновения приземлилась на другой стороне улицы. Но вместо одной из царственных сестёр Кризалис с шоком увидела Твайлайт. Разом отбросив переживания, она соскочила на мостовую и галопом пронеслась навстречу, не заботясь о трескающихся под ударами копыт камнях.

— Ты пришла! — воскликнула она, гарцуя рядом с колесницей, и Твайлайт хихикнула.

— Конечно же я пришла, глупышка. Неужели ты думала, что не приду?

— Нет-нет… конечно же нет.

Поглощённая созерцанием любимой, она замерла на месте. Твайлайт нанесла макияж, чтобы по-особенному выглядеть на свидании, и надела синее платье, которое не только подчёркивало тёмный оттенок её волос, но и сочеталось с её шёрсткой. Так же идеально были подобраны украшения: для пони вроде принцессы Селестии подошло бы золото, но на Твайлайт определённо лучше смотрелось серебро…

Наконец юная аликорна откашлялась и нервно переступила передними ногами.

— О! Позволь, — Кризалис протянула копыто. — Нам надо пройти внутрь. Разреши помочь тебе спуститься.

— Тебе в самом деле не стоит, — с лёгким румянцем Твайлайт поднялась с сиденья.

— Но мне хочется.

Сердце Кризалис понеслось вскачь, когда Твайлайт положила копыто поверх её, однако она постаралась ровно придерживать спускающуюся пони. Они замерли на мгновение, смотря друг на друга.

— Поверить не могу, что ты и правда заказала для нас столик в таком месте, — наконец-то сказала Твайлайт. — В одном из самых эксклюзивных ресторанов Кантерлота. Они утверждают, что даже принцессе Селестии приходится бронировать за неделю, как минимум!

Многие ресторации высшего класса в Кантерлоте старались показать посетителям, куда они попадают и за что выкладывают свои монеты: мраморные колонны вдоль стен, шёлковые скатерти, столовые приборы из золота и тому подобное. Другие же подходили с иной стороны, всеми силами поддерживая неказистый вид — кроме цен, расплатиться по которым большинство пони могли, только взяв вторую ипотеку.

Однако ресторан «Le sac d'alimentation»[1] стоял особняком среди прочих. Внешне он казался достаточно приятным: название ресторана было крупными буквами выведено на тенте над входом, виноградные лозы обвивали неприметный и непритязательный кирпичный фасад, но его истинную суть выдавал стоящий у входа метрдотель, готовый дать от ворот поворот непрошеным гостям.

— Хм! Я королева-принцесса Эквестрии, — гордо возвестила чейнджлинг, приложив копыто к груди. — Всего один визит — и они уже дрожали и умоляли меня отужинать в их заведении!

— Ох-хох, — Твайлайт закатила глаза. — Ну, теперь я буду знать, что ты запугала от силы одного или двух слуг, иначе я бы уже получила письмо с жалобой. И ты же знаешь, тебе не следует называть себя королевой-принцессой! Принцесса Селестия расстраивается всякий раз, когда слышит это! И, и тебе не полагается объявлять себя королевой-принцессой всей Эквестрии! Ты не единственная!

— О! Я не про то! — ахнула Кризалис, накрыв рот копытом. — Конечно же, ты тоже королева-принцесса!

— Это… — невольно Твайлайт тихонько фыркнула, пытаясь не улыбнуться. — Ладно-ладно, пойдём. Обсудим позже. Ведь это особенная ночь для нас.

Теперь настал её черёд протянуть копыто. Кризалис моргнула, затем медленно потянулась и взяла его.

— Твоё платье… — сказала Кризалис, когда их глаза встретились.

— А? Д-да, ч-что такое?

— Оно… ты в нём выглядишь…

«Старомодной! — выпалила Кейденс через серьгу. Она дала Кризалис понежничать несколько мгновений с Твайлайт, но исключительно в надежде, что после такого послабления чейнджлинг гораздо охотнее станет слушаться и оскорблять маленькую пони. — Унылой! Безвкусной! Как швабра с тряпкой!»

— …красивой, — закончила Кризалис.

— Ох-х. Ну… спасибо. И я скажу то же самое о тебе, за исключением того, что на тебе нет платья, — Твайлайт нервно сглотнула, на мгновение глянув в сторону. — Но… тебе оно не нужно.

Заставив покраснеть друг друга, пони и чейнджлинг ступили на тротуар и вместе прошли через двери ресторана. Пока Кризалис шла, она изо всех сил игнорировала доносившиеся через серьгу яростное фырканье и зубовный скрежет.

* * *

В ресторане стараниями Кризалис они получили отдельную комнатку для ужина. Всё должно было пройти на высшем уровне, и другие пони рядом могли причинить неудобства, будь то простые зеваки, нервничающие в присутствии чейнджлинга пони или — вот редкость — протестующие.

Получить комнату удалось без особых проблем. «Без особых» означало, что Кризалис угрожала метрдотелю смертью, отпускала язвительные замечания об убранстве и намекала на крупные неприятности с огнём, если хоть одно блюдо будет неправильно приготовлено. Под конец Твайлайт одёрнула её и велела вести себя прилично; Кризалис извинилась в знак примирения, чем, казалось, осчастливила аликорну.

Сама по себе комната была маленькой и уединённой, отделённой от остального зала толстым бархатным пологом. Внутри горели свечи в настенных канделябрах, а посреди стоял столик с двумя стульями. Пышное ковровое покрытие доходило до самых стен, выкрашенных в сочный красный цвет, и на одной из них висела картина, изображавшая пронизанный солнечными лучами густой лес.

«Используй магию! — с нажимом прошептала Кейденс, пока они шли к столику. — Выхвати стул из-под Твайлайт, когда она попытается сесть. Это будет шуткой».

Почти испуганно Кризалис метнула взгляд на Твайлайт, затем отвернулась и быстро покачала головой.

«Слушай меня, — прорычала Кейденс. — Я пытаюсь помочь тебе. Делай, как я говорю!»

Кризалис смотрела прямо перед собой, качая головой куда отчаяннее, и опустилась на свой стул, как кукла на верёвочках. На мгновение всё стихло, затем в серьге раздался ледяной голос Кейденс.

«Ты ходишь по тонкому льду ».

Чейнджлинг сгорбилась, зарывшись лицом в меню, словно оно могло как-то заблокировать голос Кейденс. С точки зрения чейнджлинга, меню было довольно скучным; очень мало ресторанов у пони предлагали мясо. Но благодаря Твайлайт кулинарный кругозор Кризалис слегка расширился — конечно же, это касалось твёрдой еды — и по крайней мере несколько блюд не казались сущим испытанием для нутра.

— Всё выглядит так здорово, — радостно сказала Твайлайт после недолгого изучения меню. — Хотя и весьма дорого.

Злые шепотки в серьге Кризалис бормотали без умолку. Она прикусила губу, пытаясь воспротивиться, но шепотки становились жарче, и наконец она подняла глаза.

— Что ж, мне безразлично. Ведь платишь же ты, — рот Твайлайт приоткрылся, когда она поражённо взглянула на Кризалис, и чейнджлинг насмешливо улыбнулась. — Что, по мне похоже, будто я битсами набита?

— Н-нет, я просто подумала… Всё в порядке, я могу заплатить, — она попыталась ободряюще улыбнуться. — Мне достаточно платят из казны, хотя я едва ли пользуюсь этими деньгами, к тому же небольшой доход мне приносят документы, которые я пишу, и заклинания, которые составляю, поэтому я далеко не бедна. Заказывай что хочешь, я угощаю.

Кризалис уставилась на неё через стол, её сердце вновь растаяло.

— Нет, я не это имела в виду, — её копыто протянулось над столом. — Тебе не стоит…

— Пожалуйста, — Твайлайт потянулась навстречу и накрыла её копыто своим. — Я правда хочу заплатить. Это меньшее, что я могу сделать после того, как ты устроила всё для меня.

Кризалис потемнела щеками, когда встретилась взглядом с Твайлайт. Они всё удерживали копыта вместе, несмотря на растущий звук зубовного скрежета, который Кризалис слышала из серьги.

Они заказали себе блюда, и через минуту официант вернулся с выбранной ими бутылкой вина. Откупорив пробку, Кризалис наполнила бокал Твайлайт и затем подняла свой, отставив бутылку в сторону.

— За тебя, — сказала она тихо. Зелёная магическая аура вокруг бокала красного вина радовала глаз.

— За нас, — отозвалась Твайлайт.

Она поднесла бокал по воздуху и осторожно звякнула им о тот, который держала внезапно замершая королева. Кое-как вернув себе способность двигаться, Кризалис качнула бокалом в знак благодарности, и они выпили.

Твайлайт лишь пригубила вино; у неё и без того кружилась голова. Именно о таком свидании она мечтала с самого начала. Не о борцовском поединке, не о симпозиуме по новейшим достижениям грифонской магической теории (даже она признала это неудачной идеей), не о вылазке за яблоками с последующим побегом от вооружённых вилами пони (хотя Эпплджек отнеслась с сильным пониманием, когда успокоилась). Сейчас аликорна была на классическом романтическом свидании: ужин в дорогом ресторане, вино, освещённая только свечами отдельная комната… всё происходило, как в прочитанных ею книгах. И даже больше, за столом с ней сидела та Кризалис, которую она знала и лю… которая ей нравилась. Колючая и сварливая, как всегда, отчего её внезапные приступы нежности казались ещё лучше.

В свою очередь Кризалис отпила несколько глотков вина. Ей требовалось успокоить натянутые до звона нервы. Пока всё шло хорошо, но опыт уже не раз показывал, что даже с подсказками Кейденс опасности таились за каждым углом. И соображения её учительницы и советницы не помогали. По указке она заставила Твайлайт платить за еду, но проигнорировала два других приказа Кейденс, и теперь пугалась кипящей тишины в серьге. Однако больше всего её беспокоила неизвестность. Что ещё хуже, раньше она никогда не нервничала. Она была королевой, а другие чейнджлинги и пони нервничали в её присутствии; сама она не волновалась о чём-либо! Мысль о подобном была нелепой.

Но затем Кризалис взглянула через стол на Твайлайт поверх опущенного бокала и неожиданно почувствовала слабое успокоение. Она поняла, из-за чего именно нервничала: потому что напротив сидела её королева.

— Мне нравятся твои духи, — внезапно сказала Твайлайт, прервав размышления Кризалис.

— О! С-спасибо.

— Они так приятно пахнут. Я не могу распознать, но запах кажется довольно экзотичным.

— Просто кое-что из моей коллекции, — Кризалис беспечно отмахнулась копытом, хотя внутри ликующе улыбалась. «Я знала, что мёртвая мантикора будет правильным выбором!»

— Итак, как ты поживаешь? — спросила Кризалис через мгновение. Комплимент Твайлайт сильно укрепил её уверенность, но её копыта по-прежнему беспокойно двигались по столу. — Что-нибудь интересное произошло недавно?

— О, всё как обычно. Пинки изобрела новые кексы, от которых можно дышать огнём, Спайк хандрит из-за того, что Рэрити недавно пошла на свидание с жеребцом… о, а Рейнбоу чуть не уволили из погодной команды за облака «неприличной» формы. Снова. Ничего особенно нового.

— А. То есть, никаких интересных битв со злодеями, пытающимися захватить Эквестрию? — поддразнила Кризалис, и Твайлайт фыркнула.

— Нет-нет, с этой стороны всё тихо, — она снова отпила из бокала и одарила Кризалис взглядом поверх его края. — Мне кажется, все они перепугались большой подлой злодейки, которая явно решила навсегда поселиться здесь.

— Думаю, ты забыла добавить «красивой и умной», — Кризалис слегка отбросила гриву и подмигнула.

Твайлайт усмехнулась, но затем быстро посерьёзнела.

— Вообще-то у меня есть о чём беспокоиться на этот счёт, но тут дело больше во внутренней политике.

— Да?

— Да. Что делают твои чейнджлинги, пытаясь влиться в общество?

— А, это… — Кризалис откинулась на сиденье. — Ты говоришь обо всех этих протестах.

— Да. Не все пони рады простить тебя после всего, что ты сделала и пытаешься сделать. — Кризалис пренебрежительно фыркнула и закатила глаза, и Твайлайт нахмурилась. — Не надо так! Я пытаюсь помочь тебе и твоим чейнджлингам, и твоё отношение не помогает. Мне приходится извиняться за твои действия от твоего имени, что лишь усугубляет дело.

Известие о свадьбе одной из принцесс на королеве чейнджлингов, которая атаковала королевство, привело в ужас многих пони, принявших это за новую уловку. После самой свадьбы, которую поддержали другие принцессы, многие страхи улеглись. Но сколько бы гармонии и дружбы ни существовало в Эквестрии, нашлись пони, которые не доверяли столь явным чужакам. Отнюдь не помогало то, что чейнджлинги в буквальном смысле были жёсткими и тёмными в отличие от мягких и разноцветных пони, и то, что в естественном обличье они могли говорить только шипением, рыками и щелчками. И кроме того, даже самым прощающим пони было непросто оставить в прошлом вторжение; нечего и говорить про тех пони, которые изначально не склонялись к прощению…

К стыду принцесс и большей части Эквестрии, прошло несколько демонстраций: самым популярным было требование об изгнании чейнджлингов, однако звучали идеи и похуже, вплоть до казни Кризалис и отставки всех принцесс за рассмотрение вопроса об амнистии.

Естественно, принцессы не собирались прислушиваться к подобным требованиям, особенно Твайлайт. После одной особенно вопиющей демонстрации она с сумасшедшим упорством зарылась в древние юридические документы и обнаружила, что любая принцесса была вправе пожелать и уничтожить любую часть Кантерлота при условии, что ни одна живая душа не пострадает, а ущерб будет возмещён. Но в то же время ни у одной из них не было права запретить демонстрации: в Эквестрии лелеяли свободу слова как есть, и принцессы могли лишь пытаться, насколько возможно, склонить общественное мнение в свою пользу. Аресты разрешались в крайних случаях, когда демонстрации сменялись насилием, но такого исхода никому не хотелось. К счастью, пока ни один чейнджлинг или пони не пострадал.

— Мне не за что извиняться, — пренебрежительно засопела Кризалис, задирая нос. — Я делаю ровно то, что должно прокормить улей. Это всё, о чём я забочусь.

— А как же я? — спросила Твайлайт, и Кризалис слегка подпрыгнула от неожиданности. — Ты атаковала моё королевство, всех моих друзей и семью. Почему же нет, тогда ты даже не знала обо мне! Что, если бы мы никогда не встретились, и я бы пострадала при атаке?

— Так нечестно, — надулась Кризалис, скрестив передние ноги. — Ты спрашиваешь о том, чего я не могла как-то предугадать.

— Ладно, хорошо. Тогда что, если бы ты знала обо мне? Что, если бы ты встретила меня ещё до начала вторжения и полюбила бы меня? Ты бы всё равно пошла на это?

Кризалис смотрела на неё мгновение, затем широко ухмыльнулась, обнажив истекающие ядом клыки.

— Без колебаний. Знай я о тебе заранее, я удвоила бы свои усилия. Я не брала бы пленных и не допустила бы ни единой возможности проиграть, и я сделала бы тебя моей.

Твайлайт в ответ уставилась на неё, не в силах вымолвить ни слова.

— Ты ужасна… — наконец-то сказала она, пытаясь скрыть улыбку и румянец копытом.

— И это делает меня столь неотразимой? — спросила Кризалис, склонив голову и страстно взглянув на Твайлайт.

Приложив усилия, Твайлайт сумела взять себя под контроль и строго посмотреть на Кризалис.

— И это ставит тебя под угрозу, Кризалис. Тебя и твоих чейнджлингов. Эти протестующие не отступятся просто так, а некоторые из них вдобавок угрожают. Ты ведь в курсе, что появились античейнджлиновские группировки? Некоторые из докладов о них, которые мы получаем, внушают опасения. В них говорится о самой настоящей жестокости.

— Я уверена, всё будет в порядке, — беспечно отозвалась Кризалис, пожав плечами.

— Как ты можешь оставаться такой спокойной?!

— Потому что мы не дадим им сделать что-либо всерьёз.

— Что?.. — Твайлайт с подозрением уставилась на Кризалис. — Ты про что?

— Мы и есть те, кто сформировали все эти группировки, — самодовольно ответила Кризалис.

— Ч-чего?!

Вспышка зелёного пламени — и внезапно напротив неё за столом очутилась Эпплджек.

— Что за кипиш, подруга, это не первое наше родео, смекаешь? Йехоууу, йипиии!..

— Прекрати! — прервала её Твайлайт, и Кризалис вернулась обратно в истинный облик. — Я говорила тебе не превращаться в моих друзей! Да и Эпплджек в твоём исполнении просто кошмарна.

Она продолжала свирепо смотреть на Кризалис, пока чейнджлинг не опустила голову и кивнула.

— Вот так лучше. А теперь расскажи мне точно, что именно ты делаешь.

— Как я пыталась сказать, мы знаем, как всё это работает. Представляешь, как недоверчивы пони просто потому, что хочешь притворяться их любимыми и насыщаться их любовью.

— Да, представляю, — сухо сказала Твайлайт.

— Мы знали, чего ожидать, когда решили попытаться объединиться с Эквестрией. А даже если бы не знали, то не слишком сложно догадаться, как пони будут реагировать на наше присутствие. Ты стыдишься, что твои пони протестуют, что они боятся неизвестного, но это совершенно нормальное поведение. За века мы повидали бесчисленное множество цивилизаций по всему миру, и твоя не исключение.

Она удержала взгляд Твайлайт на мгновение, затем продолжила:

— Эти группировки появились бы в любом случае, поэтому… мы просто создали их первыми. Мы возглавляем эти группировки, направляем их действия и контролируем их телодвижения, — она зловеще улыбнулась. — Мы приглядываем за ними, сохраняя себя в безопасности… а если участник-другой проявят слегка чрезмерный энтузиазм, мы примем меры, и они перестанут доставлять проблемы.

— Что… ты имеешь в виду?

С невинным выражением лица Кризалис закатила глаза.

— Ты слышала о тех пони, которые пытались бросить зажигательную бомбу в «чейнджлинговский» магазин в центре города?

— Ты бы не посмела.

— Королевская стража заявилась как раз вовремя?

— А если бы они не успели?! Кто-то мог потерять свой бизнес! Или даже по-настоящему пострадать!

— Но они же не пострадали, — Кризалис неуютно взглянула на Твайлайт. — Мы были… осторожны, Твайлайт. Ради тебя.

Твайлайт простонала и зарыла лицо в копытах.

— Спасибо, но… больше не делай ничего в таком духе. Ничего, что даже теоретически навредит пони.

Чейнджлинг сердито вздохнула, но кивнула.

— Ладно.

— И… мне хочется попросить тебя перестать возглавлять эти группировки, но благодаря им твои чейнджлинги остаются в безопасности…

— Тогда почему тебе хочется, чтобы мы прекратили? — спросила Кризалис, выглядя удивлённой и почти оскорблённой.

— Потому что это так… зловеще! — вскрикнула Твайлайт. — Вы используете ваши оборотнические способности и манипулируете пони! Это… это неправильно, даже если во благо!

— Иногда я вообще не понимаю пони, — тихо сказала Кризалис, тряхнув головой.

— Я знаю. Я могу сказать то же самое о тебе, — голова Твайлайт опустилась, но затем она вскинулась с дрожащей улыбкой. — Но мне нравится узнавать о тебе что-то новое. Чтобы я могла понимать.

Кризалис улыбнулась в ответ.

— Я поняла, что и я могу сказать то же самое о тебе.

Следующие несколько минут они беседовали ни о чём — как беседуют две пони, которым нравится быть рядом друг с другом. А когда они исчерпали темы для разговоры, то не стали говорить о чём-либо больше. Они были счастливы просто сидеть вместе в уютной тишине, не считая, конечно же, мурлыкавшей что-то под нос Кризалис…

Они почти расстроились, когда вернулся официант с их блюдами, но повара оправдали свою репутацию. Твайлайт получила салат из самой сочной зелени, когда-либо выращенной. Хрустящие помидоры и огурцы украшали листья, между ними выглядывали несколько редких и дорогих трюфелей. Даже соус был спрыснут небольшим количеством перца, именно так, как ей нравилось. Тем временем Кризалис получила тарелку, которая словно бы истекала вольт-яблочным джемом. Однако Твайлайт знала, что под джемом скрывалась куча других овощей. Трудно было найти в меню блюдо дороже: вольт-яблочный джем стоил совсем недёшево из-за ограниченных поставок — но так же трудно было найти другое вегетарианское блюдо, которое по-настоящему нравилось бы Кризалис. Аликорна решила, что вид счастливого чейнджлинга стоит потраченных битсов.

— Если продолжишь есть столько сладкого, ты точно потеряешь свои клыки, — заметила Твайлайт. Ей нравилось видеть Кризалис счастливой, но это не значило, что она не собиралась дружески подтрунивать.

— Ну, что я могу сказать? Мне нравится есть сладенькое, — Кризалис пылко взглянула на неё, медленно проведя языком по губам. — Хотя я ещё не попробовала на вкус самую сладкую штучку в этой комнате…

— Хорошо-хорошо, давай есть, — сказала Твайлайт со смущённым румянцем на лице.

Они ели с нетерпением, перемежая разговор стонами удовольствия от вкуса блюд. Да и сам разговор в основном заключался в восторгах Твайлайт о том, насколько хорошо была приготовлена еда, и в комплиментах поварам; даже Кризалис неохотно находила своё кушанье восхитительным.

Они уже управились с частью еды, когда Кризалис внезапно подскочила, едва не отправив свой бокал в полёт.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Твайлайт.

— Ох, эм, да, я просто… — Кризалис кашлянула несколько раз в копыто. — Просто мне что-то в горло попало, — она широко и неуверенно улыбнулась Твайлайт. — Теперь уже лучше!

На мгновение Твайлайт задержала на ней взгляд, затем кивнула и продолжила есть, пока Кризалис уткнулась взглядом в свою тарелку.

«Не притворяйся, что не слышишь меня, — раздался из серьги пронзительно спокойный от ярости голос Кейденс. — Делай, что я говорю!»

«Но… но ведь всё идёт так хорошо! — тихо, но горячо прошептала Кризалис в своё блюдо. — Я просто хочу поговорить с ней немного больше. Пожалуйста, не заставляй меня».

«Я пытаюсь помочь тебе! — Кейденс бросила все попытки притворяться доброй и теперь просто выкрикивала приказы. — Это твой последний шанс, и если ты не сделаешь, то мы с тобой закончили!»

Кризалис продолжала смотреть на тарелку.

«Теперь подними свою еду и брось её на пол, затем скажи Твайлайт, что ужин закончен. Настало время перейти к чему-нибудь другому».

Дыхание чейнджлинга сделалось рваным, она мотнула головой, но больше никак не шевельнулась.

«Подними свою еду, Кризалис, и вывали её на пол».

Медленно Кризалис поднесла копыто к тарелке. Она задержала его на мгновение, затем подняла выше и сняла серьгу с уха.

«Кризалис? Кризалис, что ты!..»

Голос Кейденс утих, когда Кризалис опустила серьгу вниз и уронила её на пол. Прижав вещицу задней ногой, она поколебалась секунду — и изо всех сил надавила копытом. Хрустнуло, коротко полыхнуло, и магия бесследно развеялась в воздухе.

Твайлайт подняла взгляд, заметив, как шевельнулась Кризалис, и почувствовав слабое магическое покалывание.

— Кризалис? Что это было? Ты в порядке?

Королева продолжала таращиться в тарелку, возвращая дыхание в норму, затем подняла голову.

— Да, Твайлайт. Всё в порядке, — она улыбнулась. — Теперь всё в порядке.

* * *

Кейденс отдёрнула голову, когда изображение копыта Кризалис стремительно выросло на поверхности кристального шара, затем тонко взвизгнула магическая отдача, и кристалл потемнел. Она надолго замерла, неверяще смотря на погасший хрустальный шар.

— Она… она бы не посмела.

Кристальный шар оставался издевательски пустым.

— Она бы не посмела!

Со вспышкой магии Кейденс призвала свои регалии, а её взвившиеся над головой волосы сами собой улеглись обратно в королевскую причёску.

— Эта заносчивая наглая жучиха!

Пройдя к балконной двери, она пинком распахнула её и шагнула наружу. Тотчас на улицу внизу пала тишина, когда прохожие пони взглянули наверх и узрели пылающую праведным гневом принцессу, которая взбиралась на перила балкончика.

— Ладно! — рявкнула она. — Если я должна принести любовь лично, так тому и быть!

Она оттолкнулась от балкона, распахнув крылья и воспарив над Кантерлотом.

* * *

С едой было покончено, опустевшие тарелки уже забрали, но Кризалис и Твайлайт ещё несколько минут оставались за столом, счастливо болтая.

— Спасибо за ночь, — сказала Твайлайт наконец-то. — Я…

— Не говори больше ничего, пожалуйста, — с умоляющими глазами Кризалис подалась через стол навстречу к ней. — Я столько всего запланировала для тебя сегодня ночью, столько всего хочу показать тебе. Я… я просто…

— Все в порядке, — Твайлайт снова накрыла копыто чейнджлинга своим. — Я понимаю, как сильно тебе хочется сделать ночь особенной, и она уже стала такой, даже просто с этим ужином. Я соглашусь на всё, что ты захочешь сделать, — она улыбнулась. — Но может быть… мы немного отодвинем твои планы? Мне нравится просто сидеть здесь и говорить с тобой.

— Конечно, Твайлайт. Всё, что ты захочешь.

Они взглянули глаза в глаза одновременно, обе потянулись вперёд, наклоняясь над столом навстречу друг другу.

Внезапный шум снаружи прервал их, и они сели обратно. Сквозь отгораживающий комнату полог донеслись приглушённые голоса, сначала резкие, потом изменившиеся до невнятных извинений. Спустя мгновение поднялся ропот, в котором прозвучали несколько гневных возгласов, затем — топот множества копыт, медленно угасший до тишины.

Кризалис и Твайлайт переглянулись.

— И что это было, как считаешь? — спросила Кризалис, приподняв бровь.

— Не знаю, но хочу увидеть. Вдруг какая-то неприятность случилась!

Кризалис вздохнула и закатила глаза, но поднялась со стула.

— Вот они, испытания в браке с любопытной пони, — пробормотала она вполголоса. Однако Твайлайт была права, говоря об опасности для пребывающих в городе чейнджлингов. Маловероятно, что здесь произошло нечто в таком роде, но лучше стоило поберечься.

Тем временем уже слегка отодвинувшая полог Твайлайт остановилась.

— Послушай, — понизив голос, сказала она. — Ты слышишь?

Они обе прислушались, навострив уши навстречу небольшой щели в пологе. Стояла полная тишина. Ни звона приборов о тарелки, что раздаётся во время трапезы, ни голосов спокойно беседующих посетителей, ни даже приглушённого хаоса, который всегда просачивается из ресторанной кухни.

Снова переглянувшись, пони и чейнджлинг медленно просунули головы через щель в пологе.

Ресторан опустел. Не осталось ни посетителей, ни прислуги, зато повсюду остались признаки, что ещё недавно здесь царило оживление. Практически на каждом столе стояли блюда с остатками еды. Тележки с десертами валялись разбросанными, как заброшенные колесницы, а подносы с едой выглядели, будто их торопливо положили на пол. Многие столы выглядели нетронутыми, лишь кое-где лежали опрокинутые стулья, на некоторых даже остались лежать вечерние пальто.

— Что это? — тихо спросила Кризалис, выходя из-за полога с Твайлайт позади себя. — Куда делись все пони?

— Только бы не вознесение, — хмуро проговорила Твайлайт, — Селестия обещала, что следующая аликорнизация будет не меньше чем через три тысячелетия.

— Не переживай, — на новый голос повернулись и чейнджлинг, и аликорна. — Я подумала, что нам потребуется немного конфиденциальности для того, что вот-вот произойдёт.

Из прихожей в обеденный зал прорысила радостно сияющая Кейденс.

— Кейденс!

— Кейденс?

Все трое на мгновение замерли в молчании: Кейденс улыбалась, Кризалис выглядела обеспокоенной и удивлённой, а Твайлайт выглядела просто удивлённой.

Наконец Твайлайт оглянулась на Кризалис.

— Твоих копыт дело? — лукаво спросила она, слегка подтолкнув чейнджлинга локтем. — Ты наконец-то привела её сюда, чтобы повстречаться с нами?

— Я… думаешь, я привела? — медленно спросила Кризалис.

— Я пойду поздороваюсь… — Твайлайт двинулась вперёд, затем остановилась и обернулась на Кризалис. — Ох, я имею в виду… если всё хорошо. Это наша особенная ночь, я не должна отлучаться, чтобы просто поприветствовать пони, даже будь она моим другом.

— Нет-нет, все в порядке. Продолжай.

Кризалис наблюдала за порысившей через пустой ресторан Твайлайт, покусывая губу, пока страх вгрызался в её внутренности. Что Кейденс собирается сделать? Что она собирается… Королева тихонько и прерывисто вздохнула. Неужели она расскажет Твайлайт, как помогала ухаживать за ней? Было ли это её наказанием за уничтожение серьги? А если так, то как Твайлайт воспримет это? Будет ли она польщена, что Кризалис так сильно заботится о ней, что отбросила смертельную вражду, лично разыскала принцессу Любви и попросила помощи в завоевании сердце? Или она придёт в ярость, когда поймёт, что все романтичные для пони поступки, которые совершала Кризалис, были на самом деле идеями Кейденс?

Она подняла копыто, желая подозвать Твайлайт обратно, затем опустила его. Из всего выученного про пони ей запомнилась их неприязнь ко лжи. Возможно, именно это во многом объясняло их нелюбовь к чейнджлингам, вся жизнь которых была построена вокруг обмана. Наверное, будет лучше, если Твайлайт узнает всё теперь. Лучше покончить со всем здесь и сейчас, чем превращать годы счастья в горечь, сожаление и ненависть.

Кризалис пыталась убедить себя в правдивости этих мыслей — и не могла. Но она доверяла Твайлайт. И любила её. И она примет всё, что бы пони ни почувствовала.

— Кейденс! — Твайлайт затормозила перед Кейденс и начала пританцовывать. — Солнышко-солнышко, божьих коровок разбуди…

Она остановилась, давая Кейденс продолжить их традиционное приветствие, и другая принцесса продолжила.

Почти.

— …тебя и твою жену разлучи! — радостно пропела Кейденс.

Она улыбнулась Твайлайт, пока младшая аликорна медленно попятилась прочь с проступающими на лице страхом и смущением.

— Знаю, не очень хорошо звучит, да? Прости, это лучшее, что я придумала за столь короткий срок.

## Глава 4. Свидание (часть 2)

— Кейденс? — с опаской спросила Твайлайт, едва отошла на безопасное расстояние. — Что ты делаешь?

— Я здесь, чтобы помочь тебе, — тихо сказала её бывшая няня, сделав шаг вперёд. — Я принцесса Любви. Я знаю, чего ты хочешь, что тебе нужно. Я собираюсь спасти тебя.

— Я… я не понимаю. Спасти меня от чего?

— От меня, — раздался тихий голос, и Твайлайт повернула голову, уставившись на Кризалис, которая стояла, поникнув всем телом и отведя взгляд. — Я говорила тебе, что обязательно завоюю твоё сердце, но я… я просто не представляла, как именно сделаю это. Я не знаю, как создавать любовь. Поэтому… я пошла к Кейденс и я… я…

Почувствовав комок в горле, чейнджлинг торопливо прижала копыто ко рту, но сумела удержать желчь внутри и продолжить.

— Я попросила её помочь. Помочь дать тебе понять, как сильно я люблю тебя, какой счастливой могу сделать. Всё это время она давала мне советы, говорила, что делать на каждом свидании.

— Так… всё, что ты делала… — медленно сказала Твайлайт, — все те ужасные поступки на наших свиданиях…

— Я совершила потому, что оказалась слабой. Что не смогла выполнять того, что говорила мне Кейденс, — она отвернулась сильнее, и сквозь её гриву послышался звук, подозрительно похожий на всхлип. — Если… если бы только я послушалась её, если бы оставила тебя одну после нашего первого свидания, а не повела на другое следующей ночью, тогда может быть… может…

— Погоди, стоп!.. — Твайлайт вскинула копыто, на её лице начало проступать ужасное понимание. — Кейденс велела тебе оставить меня вот так?!

— Конечно, — всхлипнула Кризалис. — Так ты бы больше заинтересовалась во мне. Она называла это «строить из себя недотрогу».

— Кейденс… — прорычала Твайлайт, поворачиваясь обратно к другой принцессе.

— Теперь ты видишь? — почти шёпотом спросила Кейденс с безмятежной улыбкой на лице. — Она не любит тебя. Она просто не может. Смотри, как легко она отбросила свою так называемую «любовь», как легко она прислушалась к тому, что я говорила ей, и ранила твои чувства, — Кейденс сделала ещё один шаг вперёд и протянула копыто. — Иди сюда. Иди ко мне, и с этим ночным кошмаром будет покончено.

Твайлайт яростно посмотрела на неё сильно сощуренными глазами, затем круто развернулась и, чеканя шаг, вернулась к Кризалис.

— Не поворачивайся спиной ко мне, Твайлайт, — предупреждающе сказала Кейденс, но пони пропустила её слова мимо ушей.

— Кризалис? — нежно спросила Твайлайт, протянув копыто, только чтобы в последний миг убрать его. — Кризалис, ты хочешь сказать, что всякий раз, когда ты оскорбляла меня, игнорировала или говорила что-нибудь жестокое… когда ты оставила меня на первом свидании… всё это Кейденс велела тебе совершать?

— Конечно, — Кризалис быстро глянула на Твайлайт мокрыми глазами и снова отвернулась. — Она пыталась помочь мне, но я… я не смогла…

— Нет, Кризалис, нет! Кейденс лгала тебе! — она метнула гневный взгляд через плечо на свою невестку. — Не знаю зачем, но она лгала! Ты не заставишь пони полюбить тебя, отталкивая их прочь и надеясь, что так они будут желать тебя больше. Ты заставишь их полюбить тебя, делая именно то, что ты пыталась делать: разделяя твою любовь с ними, показывая им, как сильно любишь их, относясь к ним с добротой…

— Тогда… ты имеешь в виду… — повернувшись, Кризалис встретилась с глазами Твайлайт, её собственные были распахнуты. — Когда на том свидании я оставила тебя в ресторане, и ты написала мне письмо…

— Каждое слово в нём было правдой. Я была в бешенстве. Сделанное тобою было ужасно, и… и я хотела больше не иметь с тобой ничего общего, — с дрожащими губами и мокрыми глазами Твайлайт встретилась со взглядом чейнджлинга. — Но потом ты взяла меня на свидание в Кантерлотскую библиотеку, в букинистический магазин — точно так же, как однажды встретились мои мама и папа. Эта чудесная, потрясающая ночь…

— Это была счастливая случайность! — выплюнула Кейденс. — Она сделала это случайно! Она не любит тебя, Твайлайт!

Твайлайт взглянула на медленно проступающее на лице Кризалис выражение понимания и повернулась к Кейденс.

— Так ты говоришь мне, — сказала она низким, сердитым голосом, — что всякий раз, когда Кризалис совершала что-нибудь доброе, милое, заботливое… это была всё она? А те кошмарные выходки, вроде, когда она бросала меня на свиданиях, оскорбляла мои наряды и причёски… это делала ты, обманывая её?

— Я не обманывала её. Я показывала тебе правду о том, какая она на самом деле.

Твайлайт снова повернулась к ней спиной, вернув внимание к чейнджлингу.

— Итак, когда ты бросила меня на свидании… тебе вовсе не хотелось делать этого?

— Конечно же нет! — ахнула Кризалис. — С чего мне вообще не хотеть проводить время с тобой?

— И все те случаи, когда ты игнорировала мои предложения, куда пойти на свидания…

— По большей части её идея, — слабо улыбнулась Кризалис. — Знаешь, мне тоже на самом деле хотелось пойти в тот музей в прошлом месяце. У них проходила первая выставка с участием художника, который был чейнджлингом.

— А танцевальный конкурс? — с затаившимся дыханием спросила Твайлайт. — Когда ты взяла себе жеребца в партнёры, потому что «хотела победить»?

— Единственное, что я хотела больше всего — станцевать с тобой, — тихо сказала Кризалис, проводя дырявым копытом по гриве пони.

— А… когда я обыграла тебя в танцевальном конкурсе, и ты спалила здание?..

На этот раз Кризалис отвернулась, смущённо покашливая и избегая встречаться с глазами Твайлайт.

— Нет, вот это она уже сама сделала, — сказала Кейденс позади них. — Не то, чтобы я пыталась остановить её, уверяю тебя. И немного лицемерно с твоей стороны говорить, что ты «обыграла» её в конкурсе. Только то, что её дисквалифицировали раньше тебя, не означает, что ты победила.

— Итак, всё это время… — медленно сказала Твайлайт, — всё, что казалось подлым, жестоким или невнимательным… ты делала потому что любишь меня? Потому что ты следовала фальшивым советам Кейденс, чтобы попытаться и заставить меня полюбить тебя?

— Я просто хотела, чтобы ты так же сильно полюбила меня, Твайлайт, — голос Кризалис был низким и охрипшим. — Я сделаю всё ради тебя, и, наверное, поэтому я оказалась достаточно глупа и позволила ей столь легко одурачить меня. Ты… ты ненавидишь меня?

В ответ Твайлайт обхватила передними ногами чейнджлинга и, позабыв о своей силе аликорна, сжала так крепко, что любому другому пони сломала бы рёбра.

— Ох, ты просто милейшее создание! — заплакала она, зарываясь лицом в гриву растерянной королевы. — Я никогда не буду ненавидеть тебя!

Кризалис молча смотрела на неё, потом нерешительно подняла копыто, чтобы уронить его на шею пони. Они отодвинулись, глядя друг на друга, но не успели что-либо сказать, как их прервал звук зацокавших копыт.

— Браво, теперь она знает правду, — довольно сказала Кейденс. — Но… почему бы тебе не сказать ей всю правду, Кризалис? — чейнджлинг замерла, её тело застыло в объятиях младшей аликорны.

— Кризалис? О… о чём она?

Вместо ответа Кризалис медленно убрала ногу от шеи пони и отступила, понурив голову.

— Кризалис, пожалуйста…

— Давай, — поддразнила Кейденс. — Почему бы тебе не сказать ей, что ты говорила мне? Скажи ей… почему ты не решалась взять её в жёны до тех пор, пока она не стала принцессой.

Твайлайт ахнула, заставив Кризалис вздрогнуть и отступить ещё дальше. Пони повернулась, шагнув навстречу чейнджлингу. Её рот шевелился, пытаясь выговорить слова, но ничего не выходило.

— О, нечего сказать? — хихикнула Кейденс. — Ну же расскажи нам, как живущая в библиотеке обычная единорожка недостаточно хороша для тебя.

Мёртвая тишина воцарилась в ресторане, ни одна из пони не шевелилась.

— К-Кризалис, — наконец-то выдавила из себя Твайлайт, затем облизала губы, прокашлялась пересохшим горлом и попыталась снова. — Кризалис, ты можешь рассказать мне. Прошу. Я… я не рассержусь. Я просто хочу знать.

— Улей… должен оставаться в безопасности, — хрипло начала Кризалис. — Должен быть сильным. Поэтому моя наречённая должна быть сильной. Ты была сильной, Твайлайт Спаркл. Храброй, умной… красивой. Но… ты не была достаточно сильна. Ты не была лидером. И когда на одну чашу весов опустились улей с моими детьми, а на другую — моё сердце… я сделала то, что всегда делала, что должна делать: выбрала лучшее для улья и повернулась к тебе спиной, и неважно, как это ранило меня, убивало меня.

Она подняла голову, тщетно пытаясь улыбнуться.

— Я думала, моё сердце взорвётся, когда я услышала, что ты стала принцессой. Наконец-то я могла — наконец-то! — объединить мои долг и ответственность с тем, к чему лежало моё сердце. Единственный раз я была счастливее лишь когда… когда я подумала, что ты приняла моё предложение.

Кризалис затихла, и Кейденс фыркнула.

— Вот видишь, Твайлайт. Вот истина. Если бы ты не была принцессой, она и пары монет за тебя не дала бы. Ты не более чем страховка, которая будет разбираться со всеми пони, приходящими к ней в поисках возмездия, которая будет отгонять их как надоедливых мух, — она насмешливо улыбнулась пони, чья голова опустилась лицом к полу. — Что ты чувствуешь теперь, Твайлайт? По-прежнему думаешь, что чейнджлинг на самом деле может испытывать любовь?

— Мне так жаль, Твайлайт, — Кризалис собралась уходить, её голос казался тенью прежнего. — Я просто уйду…

По-прежнему держа голову опущенной, Твайлайт начала дрожать. Принцесса и королева уставились на неё, а затем она внезапно вскинула голову, оглушительно заржав.

— Ха-ха-ха! Это… это лучшее, что ты можешь сделать?! — она хохотнула со слезами на щеках. — Ты впрямь думаешь, что я не понимаю долга? Что я не понимаю ответственности и безопасности?! Возможно, я знатная пони всего несколько лет, но проявите хоть капельку уважения! — она села на задние ноги и нежно приподняла копытом лицо Кризалис за подбородок, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я никогда, слышишь, не попрошу тебя поставить моё счастье превыше твоего улья. Даже если это будет стоить тысячу лет нашего блаженства. Я не видела ни одного обиженного чейнджлинга. Да, может показаться немного хладнокровно, но ты правильно решила поставить улей на первое место.

— Ты же не серьёзно… — прорычала Кейденс сквозь сжатые зубы.

Кризалис неверяще уставилась на неё, затем крепко зажмурилась со счастливой улыбкой, одинокая слезинка набухла в уголке глаза.

— Я всегда знала, что ты та самая пони, Твайлайт, — прошептала она.

— Вы разыгрываете меня?! — провопила Кейденс и ударила копытом по полу, прервав двоих ударной волной. — Твайлайт Спаркл, ты не можешь говорить мне, что правда любишь этого чейнджлинга!

Твайлайт подала Кризалис копыто, помогая ей подняться.

— Я не знаю, люблю или нет, — сказала она, повернувшись лицом к Кейденс и пропустив взгляд, который Кризалис бросила на неё, — но ты вообще представляешь, что делаешь здесь?! Почему ты пытаешься разлучить нас?! Да ещё такими грязными уловками! Как ты могла сделать это со мной?!

— Я делаю это ради тебя! — в отчаянии крикнула Кейденс. — Я пытаюсь спасти тебя! Она не любит тебя!

— Почему ты продолжаешь так говорить?! — выкрикнула Твайлайт, топнув копытом. — Ты слышала, что она только что сказала мне! Ты шпионила на всех наших свиданиях! Ты вынудила её подличать со мной!

— А что насчёт всех ужасных поступков, которые она совершила? Она сожгла то здание, она смеётся при виде чужой боли, она гонит от себя всех пони, кого считает незначительнее себя, и постоянно оскорбляет их…

— Но она не делает ничего такого со мной, Кейденс. Она любит меня. И да, я тоже не в восторге, когда Кризалис плохо ведёт себя с другими пони, но она пытается исправиться. Ради меня. Потому что понимает, что мне не нравится, и любит меня, невзирая на твои слова.

Кейденс тряслась, наклонившись и стиснув зубы; тут она резко вскинула голову обратно.

— Что про тот случай в парке, Твайлайт? Она толкнула тебя в фонтан и пыталась утопить тебя!

— Ты о чём?.. — озадаченно нахмуренная мордочка аликорны расслабилась, в глазах появилось озарение. — Ты говоришь про ту ночь, когда мы прогуливались по Центральному Кантерлотскому парку? И она спихнула меня в фонтан, и мы немного похулиганили? — Твайлайт захихикала, разделив улыбку с Кризалис. — Мы просто дурачились, Кейденс. Я сама несколько раз макнула её головой.

— Но… потом ты была так напугана, ты не могла даже уйти! Ты думала, что она сделает тебе больно, если ты попытаешься.

— Кейденс… Я осталась с ней потому, что наслаждалась происходящим. Мы проговорили целую ночь, — она недоуменно посмотрела на Кейденс. — Если ты слушала, то как же не уловила этого?

— Ты простудилась из-за неё!

Твайлайт усмехнулась.

— То была моя вина. Я слишком увлеклась беседой и даже не подумала высушиться или переодеться во что-нибудь тёплое, — она оглянулась на Кризалис, которая улыбалась в ответ. — И эта большая милашка пришла, чтобы позаботиться обо мне.

— Твайлайт, она насильно кормила тебя мясом!

На мордочке аликорны появилось кислое выражение, а Кризалис отвернулась, невинно посвистывая.

— Ну да, хотя с её стороны было мило накормить меня супом, пока я болела, мне бы хотелось, чтобы она сказала о курице в нём до того, как я съела большую часть.

— Это старое народное средство чейнджлингов! — отчаянно провопила Кризалис. — Куриный суп с лапшой весьма полезен при простуде!

— Разве ты не видишь, Кейденс? — взмолилась Твайлайт. — Она любит меня. В этот раз нет никаких уловок. Никакого вторжения. Это просто… любовь.

— Это… нет, — Кейденс прерывисто дышала, смотря на двоих, стоящих бок о бок. — Это не любовь! Этого быть не может! Чейнджлинги не могут любить, и точка!

— Как ты можешь продолжать говорить такое?! Ты видела Кризалис со мной, ты слышала, что она говорит, ты знаешь, как она ведёт себя со мной. Ты даже говорила с ней наедине о её любви ко мне! И тебе точно известно, через что ты вынудила её пройти за последние полгода! Кризалис оставила свою гордость, чтобы попросить тебя о помощи, и даже когда ты мучила её, заставляя поступать вопреки всем её убеждениям, она держалась, думая, что вот так добьётся моей взаимности! Как ты можешь не называть это любовью?!

— Потому что чейнджлинги не могут любить, — отчаянно упорствовала Кейденс. — Они попросту не могут. Пони дают любовь, чейнджлинги едят её. Это путь в одну сторону. Обратного хода нет.

— Почему нет?! — громыхнула Твайлайт, и Кейденс поражённо уставилась на неё. — Ты должна знать об этом лучше, чем пони-будь. Нет предела любви. Если чейнджлингам нужно больше, значит и нам нужно давать им больше. И мы должны беречь отдаваемое ими взамен.

Кейденс нетвёрдо шагнула назад, тряся головой в абсолютном и твёрдом отрицании всего, сказанного Твайлайт.

— Ты ошибаешься. Ошибаешься! И я делаю это… делаю это ради тебя, разве ты не понимаешь? Ты никогда не просила об этом. Разве всё случившееся не было недопониманием? Возможно, она провела тебя, а может, и нет. Теперь не имеет значения. Просто… просто оставь её, иди ко мне. Она же сама сказала, что согласится с любым твоим решением, поэтому сделай правильный выбор и иди ко мне.

— Я не знаю, правильный ли это выбор, Кейденс, — тихо сказала Твайлайт, и принцесса отшатнулась как громом поражённая. — Я не знаю, каков теперь правильный выбор. Ты… ты так сильно всё испортила, и я уже ничего не понимаю чётко.

— Я делала то, что нужно, Твайлайт. Она не для тебя. Ты не должна любить её! Это неправильно!

— Не тебе решать! Любовь происходит из того, что один пони чувствует к другому, а не от решения третьей стороны. Что дало тебе право решать за меня? За кого-либо?!

Твайлайт поняла ошибочность слов, едва они покинули рот. Кейденс замерла, затем выпрямилась во весь рост. Когда она подняла голову, тень от гривы упала ей на распахнутые глаза, но её зрачки сузились до булавочных головок.

— Я Кейденс, принцесса Ми Амора Каденция, принцесса Любви, — сказала она гордым и холодным голосом. — Я сама любовь. Я решаю, какие пони достойны любить друг друга… и какие — нет, — она выплюнула последнее слово как нечто гадкое.

— Кейденс… — Твайлайт старалась сохранять голос спокойным, одновременно отойдя на шаг назад, крылом подталкивая Кризалис к себе. — Кейденс, ты ведь знаешь, принцессы так не поступают. Ты была одной из тех, кто научил меня, помнишь?

— Правда ли? — весело спросила Кейденс, начав расхаживать из стороны в сторону. — Принцесса Селестия решает, когда вставать солнцу, принцесса Луна решает, когда наступать ночи. Почему мне нельзя решать, кого кому любить?

— Потому что любовь непредсказуема! Она не появляется и не исчезает в одно и то же время каждый день! Она не подчиняется циклу!

— Что ж, возможно, пришло время! Да, настала пора заключить её в русло, чтобы она текла к тем, кто заслуживает, и уходила от недостойных, — взгляд Кейденс переместился от Твайлайт к Кризалис. — И с кого лучше начать, как не с королевы чейнджлингов?

— Ты не можешь, — испуганным шёпотом возразила Твайлайт.

— Почему не могу? Я могу взрастить любовь, которую два пони чувствуют друг к другу, — её улыбка превратилась в ухмылку. — Кто же сказал, что я не могу обратить её вспять? Кто сказал, что я не могу забрать любовь, когда сочту нужным?

— Она чейнджлинг, Кейденс! Любовь для неё жизненно необходима! Ты убьёшь её!

— О, не волнуйся. Я оставлю ей достаточно, чтобы позволить ей уползти обратно в свой маленький улей, — на лицо Кейденс вернулась улыбка, но уже издевательская. — Кроме того, я не заберу всю её любовь. Лишь то незначительное любовное наваждение, которое она может испытывать к тебе.

— Я запрещаю, — объявила Твайлайт. Она выпрямилась, её рог засиял, и над Кризалис сформировался пурпурный купол, оставив чейнджлинга моргать от окружившего её невыносимо сверкающего света.

— Неужели дойдёт до такого, Твайлайт? — тихо спросила Кейденс. — Ты вправду собираешься поднять рог против меня? Когда я всего-навсего пытаюсь тебе помочь? Когда тебе надо всего лишь отойти в сторону, и никто не пострадает?

— Я не хочу делать это. Ты заставляешь меня, — прорычала Твайлайт. — Я не позволю тебе навредить моему другу!

Кейденс долго смотрела на неё, затем тоскливо вздохнула и отвернулась.

— Возможно… ты права, Твайлайт, — еле слышно произнесла она. — В конце концов, я принцесса любви. Я даже не знаю, могу ли я вообще забирать любовь. Даже если могу, я возможно не наберусь решимости. Моя обязанность — дарить любовь, не забирать.

Не успела Твайлайт вздохнуть от облегчения, как Кейденс круто развернулась обратно, наставив копыто на Твайлайт.

— ПОЭТОМУ ПОРА ПОДАРИТЬ ЛЮБОВЬ ТЕБЕ!!! — проревела она.

Твайлайт вскрикнула, когда магия Кейденс схватила её тело, прервав заклинание и заставив щит вокруг Кризалис лопнуть мыльным шариком. Магическая аура пронесла аликорну через комнату, сшибая ею столы по пути, заставив пони закрыть лицо передними ногами. В полуметре от Кейденс она внезапно взлетела в воздух и повисла над головой принцессы, пытаясь вырваться из магического поля.

— Кто же это будет? — спросила Кейденс, ухмыляясь пони по ту сторону протянутого копыта. — Готова ко второму раунду с Флэшем Сентри? Или, возможно, вместо него ты хочешь Флаттершай? Ненавижу, когда в ставках выигрывает Пинки, но из вас двоих выйдет хорошая пара. Хотя вообще много каких пони подойдут. Да в Тартар всё, можно даже грифона или двух! Просто сделай выбор, и я волью в тебя столько любви, что ты вовсе позабудешь о существовании жучихи!

— Кейденс… прошу… — Твайлайт пыталась сопротивляться, пыталась сотворить простейшие заклинания, но магия Кейденс полностью захлёстывала её.

— Или, возможно, я должна перейти сразу к Селестии! На век-два раньше, но лучше перебдеть, чем недобдеть!

— Н-нет…

Кейденс ухмыльнулась шире, её рог засиял интенсивнее, но тут нечто с глухим стуком врезалось ей в голову, заставив принцессу вскрикнуть от боли. Когда прошёл мгновенный шок, и она открыла глаза, то увидела вплотную лицо Кризалис со вскочившей на лбу шишкой.

— Это, лягать, моя жена!

Её изогнутый рог скрестился с рогом Кейденс, ярко полыхнув светом, и магический импульс отшвырнул принцессу в груду столов. Быстро повернувшись, Кризалис подхватила рухнувшую Твайлайт своей магией и мягко опустила на пол.

— Ты в порядке? — тихо спросила она.

Твайлайт выдохнула и кивнула, положив копыто на плечо чейнджлинга.

— Да. Спаси… — внезапно она замолкла, напрягшись и широко раскрыв глаза. — Кейденс! Нам надо остановить её! Нужно найти способ обуздать её прежде…

Грохот прервал её: груда столов буквально взорвалась, наполнив комнату опилками. Когда всё осело, перед пони и чейнджлингом предстала Кейденс, чьё тело сияло от необузданной магии, текущей из самого её существа.

— Опять грязный приём, — презрительно фыркнула она. — Хотя чего ожидать от королевы-дешёвки?

Она подбросила саму себя в воздух, расправив крылья, и вся её мощь устремилась в рог.

— Посмотрим же, как ты справишься со мной, когда я готова! — выкрикнула она с нескрываемой радостью.

— Кризалис… — едва Твайлайт открыла рот и двинулась, как дырявая нога утащила её обратно.

— Держись за мной! — крикнула чейнджлинг и зажгла собственный рог.

Щит возник перед ними, заставив Твайлайт разинуть рот. Он напоминал стену из сцепленных шестиугольников, эдакие соты из толстых магических пластин. Каждая секция казалась повреждённой, отверстия открывались и закрывались на их поверхности, но магическая основа заклинания была крепкой. Магия, которая должна была рассеиваться туманом, из-за тяжести стекала слизью с барьера. И вся структура переливалась красивым изумрудным светом.

Как раз когда глаза Твайлайт с трепетом расширились, Кейденс выстрелила. И это не был простой файербол с кончика рога: вся его поверхность испустила толстый луч чистой, разрушительной любви. Он обрушился на щит Кризалис лавиной влечения, разбрызгиваясь во все стороны грязно-розовыми сердечками, которые медленно взлетали и опадали, а на их месте появлялись новые.

Твайлайт отшатнулась от этого потока любви, но щит держался как скала. А вот Кризалис сжала челюсти и сощурилась, содрогаясь под ударом.

— Ты справляешься… — тихо сказала Твайлайт, затем повысила голос. — Кризалис, ты справляешься! Поддерживай заклинание, она не сможет продолжать вечно!

— Я смогу… если ты перестанешь… отвлекать меня… — пропыхтела чейнджлинг.

— ГЛУПЦЫ!!! — проревела Кейденс, свирепо глядя на них глазами, залитыми розовым светом любви. — ВЫ И ПРАВДА ВЕРИТЕ, ЧТО МОЖЕТЕ ОДОЛЕТЬ ЛЮБОВЬ?! ЧТО СУЩЕСТВУЕТ ПРЕДЕЛ ЛЮБВИ В МИРЕ?! — наклонив голову, она усилила напор, и ещё больше сердечек наполнили воздух. — НЕВАЖНО, ХОЧЕШЬ ТЫ ЭТОГО ИЛИ НЕТ, ТВАЙЛАЙТ! Я НАПОЛНЮ ТВОЁ СЕРДЦЕ ЛЮБОВЬЮ!

— О нет…

Для щита Кризалис возросшей мощи Кейденс оказалось чересчур, и на глазах Твайлайт он начал распадаться. Он не раскололся, как щит пони, но дыры в его поверхности стали осязаемей. Розовый газ начал просачиваться внутрь, и аликорне поспешно пришлось отпрыгнуть в сторону, избегая встречи с пролетевшим мимо сердечком.

— Твайлайт… мне так жаль… — простонала Кризалис, дрожа и покрываясь потом в попытке удержать щит.

— Пожалуйста, Кризалис, держись! Мы можем… стой!

Глаза Твайлайт раскрылись от нахлынувшего озарения, и она подбежала к чейнджлингу, уворачиваясь от медленно порхающих сердечек. Встав на задние ноги, она обхватила Кризалис передней для поддержки и подтянулась вверх, пока не оказалась головой вровень с чейнджлингом.

— Твайлайт, что… — заговорила Кризалис, с ужасом и замешательством во взгляде поворачиваясь к Твайлайт, но пони прервала её.

— Позволь мне помочь! — прокричала она. — Возьми мою магию!

Её рог зажёгся, и полившаяся из него магия смешалась с магией Кризалис. Зелёный и пурпурный лучи сплетались в спираль, всё теснее и теснее, пока не слились со щитом. Едва это случилось, как щит засиял снова, и над его дырами появились шестиконечные пурпурные звёзды, медленно пульсируя.

— У нас получилось! — у Твайлайт голова пошла кругом. — Мы справи…

— НЕ-Е-ЕТ!!! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ОСТАНОВИТЬ МЕНЯ ОТ ТВОЕГО СПАСЕНИЯ!!! — пронзительно закричала Кейденс.

Из её рога полилось ещё больше магии, стекая вниз и поглощая её тело; от огромного количества силы разбросанный вокруг неё по полу мусор начал подниматься в воздух. Магические лампы в комнате замерцали и погасли. С новым воплем Кейденс ослепительная звезда вырвалась из её тела, принявшись колотиться и стучаться о щит, как гонимые ураганом волны.

— Мы сможем выдержать… — с натугой простонала Твайлайт, хотя даже её магия начала ослабевать. Звёзды на щите сжались и позволили магическому любовному газу просачиваться мимо них. — Ещё немножечко…

Внезапно барьер заколебался; услышавшая скрипучий звук Твайлайт оглянулась на Кризалис и ахнула. Рот чейнджлинга был открыт, всасывая протекающую через повреждённый щит любовь, и хотя королева прикрыла глаза, Твайлайт всё равно видела, как они сияли изнутри от такого количества силы.

— Кризалис?! Кризалис, остановись! — Твайлайт безрезультатно потрясла чейнджлинга. — Это чистая любовь! Ты не выдержишь столько энергии!

— Не могу… остановиться… — еле-еле пробормотала чейнджлинг, вяло мотнув головой. — Так много любви… надо поглотить…

Конец наступил быстро и впечатляюще. Кризалис потеряла всякий контроль над магией, которую перекачивала, и та хлынула в щит. В мгновение ока тот разлетелся на куски от перегрузки, и вспышка магической отдачи расшвыряла королевских особ.

На мгновение в ресторане воцарилась тишина. Штукатурка осыпалась с потолка, отмечая очищенный взрывом круг посреди обеденного зала. Балансировавший на трёх ножках стол наконец-то рухнул, и из-под обломков выкатилась чудом уцелевшая тарелка.

Затем Кейденс поднялась.

— Видишь, Твайлайт? — сказала она, медленно подходя туда, где лежала её едва находящаяся в сознании невестка. — Любовь побеждает. Любовь всегда побеждает.

Она зажгла рог, удерживая голову высоко поднятой, слёзы облегчения и радости катились из её глаз.

— Я спасла тебя! Я спас.. хрллл?! Хрррр!

Её копыта подняло над полом, тело окуталось ярко-зелёной аурой. Кейденс попыталась сопротивляться, медленно и бесполезно размахивая ногами, а затем сияние усилилось, и она застыла камнем. Осторожно и мягко её перевернули спиной вниз и уже кверху ногами развернули к лицу королевы чейнджлингов, едва не лопающейся от магической энергии.

— Ты права, — сказала Кризалис ломающимся и срывающимся от силы голосом. — Любовь побеждает.

Кейденс начала бороться, ухитряясь слабо шевелиться даже в хватке той могучей силы, которой овладела Кризалис, и попыталась снова призвать свою магию. Но слишком много она потратила на чейнджлинга, и Кризалис с лёгкостью пресекла её усилия.

— Так… не… честно! — выдавила Кейденс, когда Кризалис понесла её на другую сторону комнаты. — Ты не заслуживаешь Твайлайт!

Кое-как она изогнула губы в оскале.

— Ты попыталась украсть мою любовь у меня! Я заслуживала украсть твою!

Полностью игнорируя пустословие Кейденс, Кризалис изучала дальнюю стену ресторана. Её глаза вспыхнули, когда она обнаружила широкую часть, сравнительно свободную от украшений и повреждений. Поднеся Кейденс ближе, она спокойно протолкнула принцессу сквозь стену.

Несколько секунд чейнджлинг потратила, изучая получившуюся груду кирпичей. По ним не выглядело, что кто-либо сумеет вскорости выбраться наружу, поэтому она довольно кивнула и отвернулась.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, она позволила собранному избытку магии улетучиться и рассеяться в воздухе. Едва он пропал — вернее, большая его часть; «Обойдёмся без расточительства!» — подумала она, внутренне улыбаясь, прорысив к пытающейся подняться Твайлайт.

— Легче-легче, — нежно прошептала она, помогая Твайлайт встать на свои четыре. — Ты в порядке?

— Ду… думаю, да, — простонала Твайлайт, потирая лоб. — Но голова раскалывается как в тот раз, когда Пинки начинила каменной солью конфетти в пушках для салютов.

Она пошатнулась, и Кризалис осторожно помогла ей присесть на задние ноги.

— Поверить не могу, — вздохнула Твайлайт. — Я никогда не думала, что Кейденс вот так нападёт на нас, на меня. Она… — Твайлайт внезапно подскочила, мелко задрожав. — О нет, где она? Она же…

— Ш-ш-ш, Твайлайт, успокойся, — Кризалис нежно погладила копытом гриву аликорны. — Мы в безопасности. Я… позаботилась о Кейденс.

— О-о чём ты? — с запинкой спросила Твайлайт, в ужасе взглянув на Кризалис.

— О том… — повторила чейнджлинг, ухмыльнувшись во все клыки, — …что позаботилась о ней.

— О нет. Нет-нет-нет… — дрожа, Твайлайт попыталась вскочить на копыта. Чем заработала раздражённый вздох и закатывание глаз у Кризалис, которая простым толчком копыта усадила её обратно.

— Как ты сказала раньше, прояви хоть немного уважения, — сухо сказала королева, сменив ухмылку на вредную улыбку. — Я понимаю, что она значит для тебя, даже после всего этого. И понимаю, что ты испытываешь, когда страдают любимые тобою пони, даже если они того заслуживают.

Она указала на противоположную стену комнаты, где по ту сторону дыры в форме аликорна из-под груды кирпичей махнула розовая нога в золотом накопытнике.

— Я в порядке, — донёсся слабый и нетвёрдый голос Кейденс перед тем, как с неровного края дыры сорвались ещё несколько кирпичей, погребя ногу.

— Видишь? Она в порядке, — сказала Кризалис, ещё раз предложив копыто Твайлайт.

Твайлайт взялась за него, позволив чейнджлингу помочь ей выбраться из обломков, в которые она приземлилась, и направиться к выходу.

— Какой беспорядок, — простонала Твайлайт, потирая голову свободным копытом. — Знаешь, формально нападение Кейденс на меня — измена или даже акт войны. В своё время ты вышла сухой из воды только благодаря лазейке с «иностранными свадебными обычаями». Хотя Кейденс тоже принцесса, и получается, что этот закон так же неприменим к ней: вот почему Луна не была казнена, когда мы усмирили её Элементами, но… архх, официально Кейденс является иностранной принцессой, союзником, поэтому фактически к ней можно применить закон. Интересно, у неё есть дипломатическая неприкосновенность? Она ведёт большую часть переговоров для Империи, насколько я понимаю. Ох, Селестии и Луне это ой как не понравится.

Кризалис засмеялась, и Твайлайт подняла хмурый взгляд.

— Для тебя всё это смешно?

— Вроде того, — подтвердила чейнджлинг. — Но больше я смеюсь над тобой. Приятно видеть тебя такой. Вот какой я хочу запомнить тебя.

— Ага-ага, — вздохнула Твайлайт и обмякла всем телом, хотя и осталась стоять. — Что ж, мы можем дать другим принцессам разобраться с этим. Давай пойдём домой.

Она порысила было вперёд, но её остановило копыто, за которое она держалась. Аликорна недоуменно оглянулась на улыбающуюся ей королеву.

— Нет, Твайлайт.

— Что?

— Я не пойду в твой замок. Я возвращаюсь в улей и больше не вернусь.

— Но… но… — Твайлайт отпустила копыто Кризалис, и чейнджлинг на миг тепло улыбнулась перед тем, как отвернуться.

— Когда Кейденс спросила, любишь ли ты меня, что ты сказала? — тихо спросила Кризалис.

— Я сказала… — Твайлайт затихла, затем сглотнула и закончила: — я сказала, что не знаю.

— А когда Кейденс сказала, что собирается стереть мою любовь к тебе, что ты сказала?

— Я… я…

В этот раз Твайлайт отказалась продолжать, и Кризалис закончила за неё:

— Ты сказала: «Я не позволю тебе навредить моему другу».

Она отодвинулась всё с той же улыбкой и остановилась перед Твайлайт.

— Твайлайт, — спросила она мягко, — ты любишь меня?

— Я… — Твайлайт замолчала, чтобы облизать губы и продолжить охрипшим голосом. — Я не знаю.

Улыбка Кризалис не дрогнула.

— Тогда, думаю, мы ответили на вопрос, ради которого была вся эта ночь?

Она зашагала прочь, и Твайлайт потянулась за ней.

— Постой. Постой! Мы… мы можем попытаться снова! — отчаянно умоляла она. — Так нечестно! Кейденс… она же вредила нам! У тебя не было честной возможности!

Кризалис остановилась, затем развернулась.

— Твайлайт, — спросила она снова. — Ты любишь меня?

— Я не знаю, — опять повторила пони. — Но я хочу! Хочу попытаться!

— Ты хочешь попытаться потому, что ты можешь полюбить меня… или потому, что не хочешь навредить другу? — окончательно припечатала Кризалис.

Твайлайт стояла, медленно мотая головой, и всё, что смогла сделать — прошептать:

— Я не знаю.

Ещё мгновение Кризалис улыбалась Твайлайт, затем наклонилась и нежно поцеловала пони в лоб.

— Прощай.

Отвернувшись, она пошла медленно, но с высоко поднятой головой к выходу. Твайлайт смотрела ей вслед, затем попыталась последовать, невзирая на одеревеневшее, скрученное болью тело.

— Постой, — позвала она, но Кризалис продолжала идти, пока Твайлайт не позвала снова. — Пожалуйста, постой!

Они остановились в молчании: чейнджлинг стояла, отвернувшись, пони тяжело дышала. Наконец, Кризалис повернулась, глянув на Твайлайт уголком глаза.

— Я свяжусь с дворцом и велю составить бумаги, аннулирующие наш брак. Уверена, Селестия будет счастлива одобрить их.

— Кризалис…

— И не бойся за своё королевство, — продолжила чейнджлинг. — Отныне и навсегда наши улья союзники. Я пришлю заместо себя команду чейнджлингов, которые будут послами. Если тебе что-нибудь понадобится, что угодно, дай им знать, и мы приложим все наши усилия, чтобы удовлетворить твои желания. За исключением одного: ты никогда больше не связываешься со мной.

Глаза Твайлайт расширились, тело одеревенело в потрясении.

— Нет, Кризалис…

— Я удалюсь в свои покои и буду управлять ульем оттуда, — Кризалис не внимала возражениям Твайлайт. — И у меня нет в планах вообще покидать их. Всё же разумом улья можно управлять даже бессознательно. Мне нет нужды бодрствовать, чтобы контролировать его. И возможно, однажды… я спущусь в самую глубокую пещеру улья, чтобы зарыться и заснуть глубоко под землёй на всё отпущенное мне время. Как столетия назад сделала моя мать, — её взгляд устремился в прошлое, затем она вновь повернулась вперёд и пошла.

— Кризалис, нет…

Чейнджлинг не отозвалась, продолжая идти. Под её копытом хрустнули осколки тарелки, ей пришлось магией сместить в сторону половинку стола, но она продолжала идти.

— Кризалис, я говорю тебе остановиться! — неистово проорала Твайлайт. — Если ты любишь меня, то должна вернуться и поговорить со мной!

На сей раз королева остановилась, прямо перед дверью в холл ресторана.

— Я не вернусь, Твайлайт, потому что люблю тебя, — сказала она, не поворачиваясь, и Твайлайт не могла понять, слышит ли она слёзы или улыбку в голосе. — И ты заслуживаешь того, кого сможешь любить.

Внезапно она пропала. Твайлайт услышала звон дверного колокольчика, слабое жужжание крыльев, которое быстро стихло, и больше ничего не осталось.

Спустя некоторое время аликорна заметила, что держала копыто протянутым вслед за Кризалис. Она опустила его и плюхнулась на задние ноги, уставившись в пустой дверной проём.

Кризалис ушла.

Твайлайт потратила так много времени, добиваясь этого, и всё из-за маленького недопонимания. И монстра, кому удалось найти сердце. Она пыталась заручиться поддержкой наставницы, друзей, семьи, почти любого знакомого пони в попытке отделаться от брака. Она даже согласилась встречаться наполовину в надежде убедить чейнджлинга в бессмысленности случившегося.

И теперь Кризалис ушла.

Твайлайт получила именно то, что хотела.

## Интерлюдия: Кейденс (II)

— Как ты могла?

Кейденс дёрнула головой на звук голоса.

С учётом всего темницы под Кантерлотом были и правда довольно удобными. Их регулярно чистили, еду исправно разносили, а лежать узникам приходилось на скамьях — пусть и не мягких, но и не каменных. Также здесь хватало света, как и приличествовало темницам, построенным принцессой Солнца. Даже спроектированная Луной часть хорошо освещалась, хотя и серебристым сиянием ночи, а не золотым теплом дня.

Помимо всего прочего, каждая дверь хорошо смазана, отчего Кейденс даже не осознавала присутствие в тюрьме другой пони, кроме стражников, пока та не заговорила.

— Твайлайт! — Кейденс спрыгнула со скамьи, на которой проводила время в молчаливых размышлениях — как и должно в тюремной камере — и быстро подбежала к решётке.

А в следующее мгновение она отшатнулась при виде белых от ярости глаз Твайлайт.

— Как ты могла?! — выпалила другая принцесса, протопав по каменному полу и встав прямо перед камерой Кейденс.

— Я просто пыталась… — торопливо проговорила розовая аликорна, но Твайлайт перебила её.

— Нет! Нет! Я не хочу слышать о том, что ты пыталась спасти меня, или что чейнджлинги не могут любить пони, или что Кризалис не любит меня! Потому что она любит меня! Любит больше, чем пони-будь в моей жизни! Я никогда не знала, что пони может быть такой доброй, такой невероятно милой. Она заботится обо мне так, как ни о чём другом, почти так же сильно, как о собственном улье. Ты даже не можешь понять, насколько.

— Нипони… — продолжала Твайлайт, — нипони вообще не понимал меня, как она. Она знает все мои любимые блюда, знает, когда я их хочу и как именно приготовленными. Она знает, как меня развеселить, а когда оставить в покое. Она знает, что расстраивает меня, а что делает меня счастливой. Она знает, как рассмешить меня. И… она принимает меня. Если я хочу читать, она будет просто сидеть рядом и ждать. Она не говорит мне, что нужно чаще выбираться наружу или отрывать мордочку от книги.

Смутившись, она замолчала.

— Ладно, возможно, этот совет порою хорош, но не слышать же его каждый день! Неважно, что некоторые из моих друзей думают. В любом случае… ты знала, что она просила меня почитать ей? Не уверена, сколько из моих расширенных магических копытоводств она поняла, но на удивление она любила научные трактаты. Как и страшные истории, и загадочные убийства. Хотя ненавидела любовные романы… В смысле, слава Селестии, однако это неожиданно, да? И… и… её смех напоминал музыку. Конечно, в основном она смеялась над другими пони, но всегда просила прощения, когда я говорила ей, и строила прелестно виноватое лицо…

Она умолкла, с дрожью и глубоко дыша. Кейденс смотрела на неё потрясённо и с медленно растущим ужасом на лице.

— Твайлайт… — сказала она нетвёрдым голосом. — Твайлайт, ты правда любишь королеву Кризалис?

— Я не зна-а-а-аю! — взвыла Твайлайт, бросившись на решётку и зарыдав.

Встав вплотную, Кейденс протянула копыта через прутья, обняла и стала укачивать Твайлайт. Двое стражников у её камеры тут же шагнули к ним, но робко вернулись на свои месте, едва принцесса Любви закатила глаза и мотнула им головой.

— Ш-ш-ш, — успокаивающе шептала она, поглаживая плачущую аликорну по гриве и крепко сжимая. Кейденс укачивала её, пока спустя несколько томительных минут Твайлайт не успокоилась. Наконец пони отодвинулась, вытирая глаза копытом.

— Почему? Зачем ты сделала это с нами? — спросила Твайлайт дрожащим голосом.

— Твайлайт…

— Ты хоть осознаёшь, что натворила? Что ты отняла у нас? — Кейденс съёжилась, избегая встречаться с глазами Твайлайт. — Мне нравилась Кризалис. Она была хорошим другом, и ей хотелось значить больше для меня, и… и мне хотелось тоже. Вот почему я согласилась позволить ей попробовать. Я могла отказаться. Она бы поспорила, но если бы я настояла, то она бы прислушалась. Однако я не стала, решив, что будет проще дать ей разочароваться. И… и, кажется, потому что мне стало интересно. Она нравилась мне всё сильнее, чем больше времени мы проводили вместе. Она была такой очаровательной, так отличалась от других пони. Я захотела узнать её, понять, что ею движет. Поэтому… я встречалась с ней. Мне правда нравилось все. Изредка же… происходило то, что ты делала.

Твайлайт глубоко вздохнула и медленно выдохнула с лёгким содроганием:

— Зачем тебе было это нужно?

Кейденс допустила ошибку, взглянув наверх, и попятилась при виде глаз Твайлайт. Она увидела в них злость, но что хуже — печаль и страх. А ещё ужаснее было разочарование. Она закрыла глаза, пытаясь собрать мысли, но в тот миг к ней пришло осознание. Все эти чувства на лице Твайлайт, все муки и предательство… Кейденс чувствовала то же самое в собственном сердце. Медленно она повернулась обратно лицом к Твайлайт.

— Я могу задать тебе такой же вопрос, — сказала она, хлестнув голосом как плетью, и теперь уже Твайлайт отпрянула. — Тебе известно, что эта… этот монстр сделал со мной и Шайнинг Армором. Что она сделала с Селестией, с тобой и твоими друзьями… что она пыталась сделать со всей Эквестрией.

Твайлайт попыталась было возмутиться, но Кейденс заглушила её голосом разъярённой богини.

— Ты можешь сидеть и говорить, как сильно она заботится о тебе, но ты знаешь, что ей не было никакого дела до остальных из нас. Я испугалась за тебя, потому что я не стала закрывать глаза на её истинную сущность. Вся милая болтовня и доброта в мире не отменяют её кошмарной личности и кошмарных дел, которые она совершала. И ты собираешься сидеть и говорить мне о ней, словно она безвредна аки Флаттершай?

Кейденс встала во весь рост, глядя вниз на меньшую пони, и Твайлайт съёжилась под её яростным взглядом.

— Поэтому речь не о том, как я могла поступить так с тобой. Речь о том, как ты могла поступить так со мной. Как ты могла предать меня?!

— О-она не по-настоящему злая, — попыталась сказать Твайлайт. — Она просто…

— Она просто творит зло, — насмешливо закончила Кейденс. — И это оправдывает её поступки?

— Нет, но…

— Она когда-либо извинялась перед тобой? — Твайлайт снова попятилась, а Кейденс шагнула вперёд, видя ответ в глазах пони напротив. — Я так не думаю. Она напала на твоё королевство. Она навредила твоим друзьям и семье, да ещё так безжалостно, и даже не извинилась перед тобой?!

Кейденс наклонилась, чтобы взглянуть прямо в глаза Твайлайт.

— Как ты можешь даже смотреть на неё, не слыша, как принцесса Селестия выговаривает, что тебе предстоит о многом подумать? Не слыша, как твой брат прогоняет тебя со своей свадьбы? Не вспоминая о том, когда ты нашла меня в кристальных пещерах под Кантерлотом?

Твайлайт посмотрела на неё в ответ, и из её глаз полились слёзы.

— Потому что мне кажется, что я могла бы полюбить её, — прошептала она.

Она снова опустила голову, а Кейденс в страхе уставилась на неё. Она медленно потрясла головой, не отрывая глаз от тихонько всхлипывающей пони, затем сделала шаг назад и присела на задние ноги.

— О, Тартар, — пробормотала Кейденс.

— Почему ты просто не спросила? — давящимся голосом спросила Твайлайт. — Ты даже не попыталась поговорить со мной об этом!

— Я… не могла, — еле слышно проговорила Кейденс. — Если бы ты была одурманена, если бы это была просто уловка…

— Поэтому взамен ты решила, что лучше просто поработать за моей спиной, — сплюнула Твайлайт. — Всё это было просто ради мести?

— Н-нет! — Кейденс взметнула копыто ко рту. — Что бы ты ни думала о ней, ты знаешь, какие кошмары совершала Кризалис! Ни её причины, ни твои чувства к ней не имеют значения, она делала это преднамеренно, даже с радостью! Её следовало наказать за содеянное. И если торжество справедливости означало, что я могла украсть её любовь так же, как она пыталась украсть мою, что ж, тогда это было весьма кстати… словно лакомый кусочек глазури на торте.

Она прервалась, удивлённо моргнув.

— Мамочки… Ну, может быть, чуточку ради мести, — с виноватым видом признала она, взъерошив крылья от неловкости.

— Тогда, надеюсь, ты счастлива, потому что ты получила свою месть, — невзирая на едкие слова, в голосе Твайлайт не было яда, лишь безразличие. Мокрые дорожки пролегали на шёрстке её щёк, но глаза, хоть и покрасневшие, были сухими. — Потому что эта красивая, потрясающая, чудесная и… ладно уж, зачастую плохая и злобная чейнджлинг сидит в своём улье, возможно, выплакивая глаза, потому что ты отняла её любовь. Ты получила свою обратно, но кто тогда поможет ей?!

— Я не знаю, — Кейденс покачала головой, затем изумлённо моргнула при виде протянутого копыта Твайлайт. — Что ты делаешь?

— Мы можем помочь ей, — шмыгнув, Твайлайт пролила ещё несколько слёз и нервно облизала губы. — Просто попробуй найти в ней приятные стороны… я не знаю многого о любви. Поэтому мне нужна твоя помощь, чтобы понять свои чувства. И если когда-нибудь между вами двумя суждено воцариться миру, то одной из вас придётся сделать первый шаг. Я хочу, чтобы это была ты.

Кейденс просто смотрела на неё, и Твайлайт глубоко вздохнула.

— Я знаю, как сильно ты, должно быть, ненавидишь Кризалис. То, что она сделала с тобой, было ужасно. Но теперь ты поступила точно так же в ответ. Вы встали на одну ступень, чаши весов уравновесились. Теперь нам нужно разорвать порочный круг, чтобы ничего не повторилось. Если ты правда ненавидишь её, считаешь монстром, тогда докажи, что ты лучше, помогая ей и оставаясь лучше, чем какой её считаешь. И мне кажется, ты удивишься, насколько лучше она может быть на самом деле.

Кейденс ничего не сказала, но завозилась, и Твайлайт приняла это за поощрение продолжить.

— Ты хочешь извинения. И ты заслуживаешь его, серьёзно. Не извинения, которое я заставлю её принести, или которое я принесу за неё, как младшая королева чейнджлингов. Нет, то будет извинение, которое имеет для неё значение, потому что она будет точно понимать, что натворила и почему это было неправильно. Я думаю, она действительно сможет после того, через что ты провела её вчера.

Мгновением дольше Кейденс колебалась, затем медленно начала протягивать копыто.

— И… я хочу, чтобы ты помогла мне тоже. Потому что я чувствую что-то к Кризалис. Это кажется мне дружбой, по крайней мере, но это всё, что я знаю. Возможно, я люблю её… или она по-прежнему мне не нравится, даже если теперь я воспринимаю её как друга. Я не знаю, потому что не могу отделить её поступков от понимания, какая она в действительности. А ты запутала всё ещё больше. Может быть, я люблю её, и даже если она тебе ненавистна… думаю, ты хотела бы, чтобы я знала это. А если я не люблю, то мне нужны силы двигаться дальше, а не блуждать в тумане. Я не могу представить пони, способного помочь больше тебя.

Копыто Кейденс прикоснулось к копыту Твайлайт, и мгновение она удерживала его. Затем она отстранилась, отступив на несколько шагов в камеру.

— Кейденс, прошу…

— Мне жаль, Твайлайт, — сказала Кейденс тихим и полным тоски голосом. — Это ужасно с моей стороны, но как бы сильно я ни хотела помочь тебе, я не могу. После всего случившегося я… я просто не могу…

— Всё в порядке, — успокоила её Твайлайт, слабо, не совсем твёрдо улыбнувшись. — Вообще-то я ожидала такого ответа. После того, чего ты натерпелась от неё…

— Спасибо за понимание, — тихо сказала Кейденс, и на миг между ними повисло молчание. — Так, что ты сделаешь теперь?

— Что всегда делаю, — сказала Твайлайт уже с обычной улыбкой. — Спрошу моих друзей. Я просто решила, что первой, кого я спрошу, должна быть та, которая может помочь мне сильнее всего.

— А если это не сработает?

— Сработает, — уверенно заявила Твайлайт. — Потому что дружба — это магия!

— Меня уже начинает слегка утомлять слышать твою коронную фразу. Ты используешь её слегка чаще, чем приличествует. Но что, если твои друзья не смогут помочь? — Твайлайт взглянула на неё, и она пожала плечами. — Я хочу помочь тебе. И если уж я не могу заставить саму себя сделать это, то по меньшей мере я могу помочь тебе составить план.

— Ну, в этом случае… мне придётся самой прийти к ответу. Знаешь, я могу и сама принять решение. Достаточно часто делаю это. Я даже делала это ещё до того, как стала принцессой, — она внезапно просияла. — Я могу составить список дел! Или список доводов «за» и «против» — единственный, который почти так же хорош, как список дел!

— Против: напала на твою невестку и заперла её в пещере в день свадьбы, — кисло сказала Кейденс, скорчив лицо.

— За: очень внимательна к моим желаниям и нуждам, — парировала Твайлайт.

— Против: пыталась поработить каждого, кого ты знаешь и любишь.

— За, — сказала Твайлайт, затем покраснела и продолжила тихим голосом, — она хорошо целуется.

— Фу-у-у! Фу-фу-фу! Мне нужно слышать об этом столько же, сколько тебе нужно слышать о Шайнинг Арморе и мне, — они с отвращением глянули друг на друга, затем зашлись в смешках.

— Спасибо, — сказала Твайлайт, едва они успокоились. — Даже если ты не можешь помочь, ты всегда готова попытаться понять.

— В любое время. Будь осторожней и удачи.

Кейденс смотрела вслед ей, задумчиво пожёвывая губу. И прямо перед тем, как Твайлайт открыла дверь, она приняла решение.

— Твайлайт, постой! — позвала она, отпирая дверь в камеру искрой магии и выбегая наружу. Оба стража попытались двинуться ей наперехват, но она пронеслась мимо, словно их и не было, остановившись в нескольких шагах от Твайлайт. — Я хочу помочь тебе большим, чем у меня есть, — сказала она удивлённой пони. — И я могу сделать то, что, возможно, ответит на некоторые из твоих вопросов.

Она подняла голову, магия пробежала по её рогу и лучом ударилась в середину груди Твайлайт. Аликорна шарахнулась назад от неожиданности — и с капелькой страха — и в то же время Кейденс отодвинулась, выдёргивая луч, как пони-рыбак багор из воды. Луч вышел из груди Твайлайт, неся за собой облачко. Оно напоминало шар из бурлящей серой мути, которая время от времени полыхала чёрными и красными вспышками; в основном чёрными. Твайлайт уставилась на его клубящуюся, вихрящуюся поверхность в потрясённом очаровании.

— Что это? — спросила она.

— Это твоё сердце, — отозвалась Кейденс, закрыв глаза. — Или, точнее, отображение той его части, в которой отведено место твоим чувствам к Кризалис.

— О, — Твайлайт уставилась на кошмароподобное облако, спав с лица. — Неужели я ненавижу её так сильно?

— Что? О, вовсе нет, — Кейденс мотнула головой. — Ты просто растеряна. Вот почему оно выглядит большим месивом облаков вместо чистого шара света. Эти вспышки показывают твои чувства к ней, пытающиеся пробиться наружу. Как ты можешь видеть, твоя растерянность совершенно перепутала их: красным светится ненависть, а чёрным любовь, — она поморщилась. — Я никогда не знала, что любовь к чейнджлингам бывает чёрной, и всё же я едва ли удивлена.

— Итак… ты говоришь, что… я растеряна, — сухо сказала Твайлайт.

Кейденс вздохнула и прервала заклинание, развеяв облачный шарик.

— Да. Извини, что это оказалось не так полезно, как я думала.

— Всё хорошо. Теперь я знаю, что там внутри есть любовь.

— Я… тоже рада это слышать. В каком-то смысле…

Они попрощались, и Твайлайт направилась к двери. Едва она собралась толкнуть ту копытом, как Кейденс остановила её снова.

— Твайлайт? — пони оглянулась на неё. — Я… прости меня. За всё. Возможно… ты права, возможно, она может любить. Возможно, она по-настоящему любит тебя, а ты любишь её, — Кейденс вздохнула. — И если это правда… я ужасная принцесса Любви.

— Нет-нет, — Твайлайт прорысила к ней, положив копыто ей на плечо. — На нас легли сложные призвания принцесс Дружбы и Любви. Это то, чему мы всегда будем учиться. И если я могу узнать что-нибудь новое от Старлайт и Трикси, ты можешь научиться у Кризалис и меня. В отличие от принцессы Селестии или Луны, чьи особые таланты предсказуемы, — она фыркнула. — Скажу тебе, это был неловкий разговор для кобылки. «Посмотрите, принцесса, я математически вычислила вашу самую важную обязанность!» Поверь, в тот день я задвинула целую лекцию.

— Спасибо за понимание. И за прощение, — Кейденс нервно переступила копытами. — Ты думаешь… может быть ты можешь замолвить слово за меня перед тётями?

— Я… подумаю над этим, — со вздохом ответила Твайлайт.

Кейденс улыбнулась в ответ.

— Это хорошо. Вероятно, даже больше, чем я могла резонно ожидать. Спасибо.

Кейденс смотрела вслед Твайлайт, пока та не ушла, затем отвернулась. Опустив голову и погрузившись в мысли, она направилась обратно в камеру, не обратив внимания на страдальческие морды стражников, зашла внутрь и заперла дверь за собой. Взобравшись на скамью, она растянулась на боку, устроив голову на передних ногах, чтобы поразмышлять о будущем.

«Интересно, на что похоже быть статуей? — подумала она лениво. — Хотя бы в Кантерлоте приятная погода. А садовники в замке хорошо заботятся о королевских садах. Может быть, всё будет не так уж плохо».

## Глава 5. О принцессах и показаниях

— И… она улетела. Больше я её не видела.

Ссутулившись, Твайлайт почти касалась мордочкой потёртого металлического стола, за которым сидела. Сидящий напротив голубого окраса жеребец с короткой серой гривой и в толстых очках деловито строчил в блокноте. Кроме них в комнате присутствовали только королевские сёстры. Лицо Луны было озабоченным, но Селестия вовсе выглядела крайне встревоженной, и если бы Твайлайт увидела её сейчас, то расшиблась бы в попытках убедить принцессу, что ей вовсе не стоило так беспокоиться.

— Хорошо, ваше высочество, у меня всё, — сказал пони-следователь, заканчивая делать пометки. — И позвольте поблагодарить вас за столь подробные показания, несмотря на личную боль, которую, я уверен, вы испытали.

Шелохнувшись, Твайлайт еле заметно кивнула. Селестия встревожилась сильнее, однако Луна только рассердилась:

— Признаюсь, я вельми разочарована в нашей племяннице. Помыслить, что она так поступит! Да ещё с теми пони, которые наши хорошие друзья, не меньше!

— Одна из них воткнула нож тебе в спину всего месяц назад, — напомнила Селестия.

— Да, и это тоже разочаровало меня. Мне должно научить Кризалис правильно орудовать ножом. То есть если… мы когда-нибудь увидим её снова.

И без того не слишком бодрое настроение в комнате стремительно упало. Твайлайт тяжело осела, опустившись лицом на холодную столешницу. При виде такого у принцессы дня пролегли морщинки на лбу, и, стиснув зубы, она приблизилась к столу и опустила копыто возле жеребца.

— Послушайте, — сказала она тихо. — Учитывая… личные обстоятельства, окружающие это дело, я думаю, будет лучшим изъять из заявления Твайлайт все события после усмирения Кейденс.

— Что? — моргнув, он воззрился на неё сквозь толстые стёкла. — Я не уверен, что так будет правильно…

— Считайте это личным одолжением для меня, — отрезала принцесса, выразительно постучав копытом по углу стола. От всей силы выразительности тот согнулся на сорок пять градусов.

— Ну, я не совсем уверен, можем ли мы законно… — попытавшись снова, он обнаружил вокруг себя сгустившиеся тени.

— Если ты беспокоишься только о законности, то не печалься, друг мой Стенотайп, — тихо сказала Луна позади него, — ибо ты находишься в одной комнате с законом. И мы говорим, что в этом случае приемлемо придержать показания.

— Кхем, да, очень хорошо, — Стенотайп быстро выдрал последние страницы из блокнота и протянул слегка дрожащим копытом. Синяя магическая аура выхватила их у него, скомкала в шарик, который затем тихо и аккуратно испарился в незаметной вспышке солнечного света.

— Теперь ты можешь идти, — милостиво сказала Луна, и благодарный пони поспешил уйти из комнаты.

Три пони молчали, пока не захлопнулась дверь и не стих торопливый цокот копыт в коридоре. Лишь затем Селестия шевельнулась и, гулко простучав накопытниками, обогнула стол и опустилась на колени рядом с младшей аликорной, обернув вокруг неё крылья.

— Твайлайт, — сказала она полным печали голосом. — Мне жаль.

— Правда, — проговорила Луна с другой стороны. — Ежели мы впрямь видели королеву в последний раз, то утрата огромна сия для Эквестрии.

— Нет-нет, вам не нужно извиняться, — Твайлайт подняла голову. Она не выглядела настолько плохо, как ожидали обе принцессы — больше смирившаяся, с едва различимым проблеском решимости. — В случившемся нет вины любой из вас.

— Однако ж есть, — тихо сказала Луна, — ибо мы не остановили сие до того, как всё началось.

— Она права, — Селестия кивнула, когда Твайлайт повернулась и посмотрела на неё. — Мы знали — все мы, включая Шайнинг Армора и твоих родителей — как жестоко Кризалис обошлась с Кейденс в их первую встречу.

Смутившись, Твайлайт отвернулась, и Селестия сжала её крыльями.

— Я знаю, мы решили… закрыть глаза на то, что делали чейнджлинги на свадьбе, учитывая весьма деликатные причины, по которым они так поступили. Или, как минимум, на те причины, по которым они впоследствии так поступили. И всё же это не значит, что мы должны избегать называть их действия такими, какие они есть, как и не должны пока прощать Кризалис за её проступки.

— Я знаю, — прошептала Твайлайт.

— В то же время мы оказали плохую услугу Кейденс, самонадеянно предположив, что она простила и забыла травму, которую перенесла, — продолжила Селестия. — Никто из нас кроме Шайнинг Армора не подумал поговорить о случившемся с ней, и мы все виновны в этой ошибке. К несчастью, когда она не объявилась немедленно, изрыгая огонь, мы просто решили, что она молчаливо одобряет. Никто из нас и не подумал, что она будет искать более… продуманные способы выместить свои обиды на королеву. Нам всем расплачиваться за эту ошибку. Общение — одна из главных опор дружбы, и нам не следовало дожидаться, когда Кейденс заговорит с нами первой.

— Мы не должны винить её, — мягко добавила Луна. — У неё и так хватает забот на челе. Это наше, и только наше упущение, и оно не должно добавляться в список её прегрешений.

— Поддерживаю, — Селестия кивнула вместе с Твайлайт.

— Что будет с Кейденс? — неуверенно спросила юная аликорна, переводя взгляд между принцессами.

Селестия вздохнула.

— Это тяжёлое решение. С одной стороны, без какого-нибудь наказания не обойтись. Кейденс напала на двух принцесс Эквестрии, вдобавок сильно повредила частное заведение, и мы не можем допустить просто оставить это без каких-либо замечаний. Возникнет плохой прецедент. Вдобавок, если мы просто без оглядки помилуем её, то не обойдёмся без очевидных — и давайте признаем, справедливых — обвинений в кумовстве.

— Будто бы её впервые кто-то обвиняет в этом, — пробормотала Луна уголком рта.

— Что ты сказала?

— Ничего.

— С другой стороны, — продолжила Селестия, выразительно глянув на Луну, — в этом случае нам стоит быть снисходительными. Кейденс пострадала от копыт Кризалис, и неважно, о каких извинениях или «культурных различиях» идёт речь. Она заслужила возмещения, или хотя бы объяснений и сердечного извинения, и не получила ничего. В данном случае мы понимаем, почему она взяла дело в свои копыта, если вовсе не одобряем. Да, какое-нибудь наказание необходимо, однако какое именно, как и его строгость, нам с сестрой всё ещё надо обсудить.

Движение сбоку привлекло внимание Твайлайт, и она посмотрела туда. Луна указывала на Селестию, потом, заметив взгляд пони, провела копытом по восходящей дуге, словно изображая запускаемую в небо фигурку, и одними губами произнесла: «На луну!».

Селестия резко обернулась, но лишь увидела сестру, стоящую с невинным лицом как ни в чём не бывало. Она пристально посмотрела на неё, затем тихонько фыркнула и повернулась обратно к Твайлайт.

— В любом случае… да, мы накажем Кейденс. Мы ещё не пришли к соглашению о строгости наказания, и не придём, пока не состоится суд, где у Кейденс будет шанс защитить себя, но в любом случае она не выйдет сухой из воды.

— Хорошо, — кивнув, тихо сказала Твайлайт. — Спасибо, принцесса.

Она соскользнула со стула и направилась к двери, но мягкое белое крыло остановило её на полпути.

— Тебе не кажется, что мы можем ещё что-нибудь обсудить? — спросила Селестия с тёплой улыбкой, и смущённая Твайлайт отвела взгляд.

— Н-ну, есть кое-что, о чём мне нужно посоветоваться, но… эм-м… принцесса, я не знаю, должны ли вы… должны ли вы быть той. В этом конкретном случае. Я всегда ценю ваш совет, и я знаю, что вольна спрашивать вас о чём угодно, но тут у вас может быть личное предпочтение о том, какое решение я приму, а я ненавижу ставить вас в ситуацию, когда ваши чувства могут повлиять на совет, который вы дадите…

Смех Селестии прервал бессвязную речь Твайлайт. Принцесса вернулась и присела с другой стороны стола, где к ней присоединилась сестра, и она кивком головы показала Твайлайт вспрыгнуть обратно на стул.

— Ты всегда была моей глупенькой маленькой пони. — Твайлайт покраснела. — Я уже говорила, что мой интерес к тебе — всего лишь интерес. Любые мои романтические чувства растут из любви к тебе как моей самой верной ученице и, как бы холодно это ни звучало, мне не составит труда отодвинуть их в сторону. И если я испытываю что-либо прямо сейчас, так только досаду на себя за столь долгое ожидание, чтобы рассказать тебе о своих чувствах.

— Возможно, оно и к лучшему, что вы так сделали, — Твайлайт выдавила нетвёрдую улыбку. — Не думаю, что Кризалис обрадовалась бы, если бы её невеста встречалась с другой пони.

— Да уж, вышло бы весьма неловко, — со смехом согласилась Селестия. — Хотя я понимаю твоё беспокойство обо мне, в нём нет нужды. И пожалуйста, не трать время, пытаясь найти способ сделать нас обеих счастливыми. Лично я страшусь тех магических мерзостей, которые появятся на свет от твоего решения. Вряд ли мы с Кризалис оценим, если, например, нам достанется по половинке тебя. Даже если подобное нечто будет ходить и разговаривать. Как ни крути, нет идеального выхода для нас обеих в этой ситуации.

— Но оно могло бы быть, — пропела Луна соблазнительно. Она вынула свиток из-под крыла и пронесла его по воздуху к лицу Селестии. — Я уже подписала. Сделай то же самое, и полигамия будет законной в Эквестрии…

Пергамент испарился во вспышке света из рога Селестии, и Луна уселась обратно с разочарованным вздохом:

— Рано или поздно ты сдашься.

— Однажды я выясню, где ты их прячешь, — проворчала Селестия.

— Суть в том, что мы хотим твоего счастья, Твайлайт, — Луна повернулась лицом к ней. — Мы заботимся о тебе, и посему твои чувства первостепенны для нас. Невзирая на наши собственные интересы, моя сестра и я никогда не сделаем, что может навредить тебе.

— Просто скажи нам, чего ты хочешь, Твайлайт, и мы поможем тебе получить это, — спокойно закончила Селестия.

— Но это же просто. Вы только что слышали всю мою историю. И я не знаю, чего хочу, — Твайлайт тяжело опустилась грудью на стол. — После нашей свадьбы — ну, нашей второй свадьбы — когда Кризалис отказалась принять сказанное мною и заявила, что собирается завоевать моё сердце… скажу честно, она заинтриговала меня. К тому моменту мы были вместе несколько недель, и я довольно хорошо познакомилась с ней. Я так восхитилась, узнав, что у неё правда есть сердце, что под холодной, надменной, порочной внешностью находится по-настоящему добрая и заботливая пони. Конечно, не совсем в том смысле, в каком мы представляем, но она там есть, и различия, противоречия только сильнее заинтересовали меня. Мне хотелось знать больше о ней, и, наверное, именно в этом заключалась первоочередная причина, по которой я согласилась встречаться, — она задумчиво склонила голову набок. — Действительно, вполне хорошая причина, чтобы начать романтические отношения с пони-будь.

— А что же с твоими чувствами сейчас? — спросила Селестия осторожно.

— Я… ну, говорю же: не знаю. Но я хочу провести больше времени с ней, хочу быть рядом с ней. Я просто не знаю, хочу ли этого как друг или как кто-то большая… И если чисто по-дружески, тогда она была вправе уйти. Она сказала, что я заслуживаю кого-то, кого смогу полюбить, но и она заслуживает кого-то, кто любит её. Если это не я, тогда нечестно просить её оставаться рядом, когда даже просто видеть меня будет невыносимой мукой для неё. Даже если… д-даже если это ранит меня, я предпочла бы избавить её от страданий.

— Глубина твоей любви к королеве Кризалис поразительна, — Селестия подалась вперёд, чтобы прикоснуться к её плечу. — Будь то любовь к другу или кому-то больше.

— Тогда почему у меня нет ответа? — в отчаянии спросила Твайлайт, переводя взгляд между принцессами, пока на глазах её набухали слёзы. — Если я забочусь о ней так сильно, почему не могу сказать, люблю я её или нет?!

— Любовь очень сложна и зачастую скрытна, — тихо сказала Селестия. — Она легко может прятаться за другими чувствами. Иногда… вне зависимости, как сильно ты заботишься о ком-то, эти самые чувства могут возобладать и застлать твою любовь.

Обе принцессы обменялись печальными взглядами, а после ненадолго положили крылья друг другу на спины.

— Что же мне делать? — спросила Твайлайт, едва сёстры разомкнули объятие. — Мне нужно понять свои чувства. Я знаю, я не должна просить о простом ответе, но существует ли он? Или по крайней мере некий план, путь, по которому я могу проследовать?

— Порою ответ прост, — ответила Селестия. — Иногда тебя просто вдруг озаряет. Пришедшая на ум мимолётная мысль раскрывает твоё сердце для тебя. Или в воспоминании об особом моменте внезапно находишь больше, чем когда-либо прежде видела. В других же случаях тебе придётся потрудиться. Ты должна взвешивать свои чувства и мысли, размышлять о своих отношениях, думать о каждом случае, когда ты общалась с этой пони. В любом случае непросто заставить свои чувства проявить себя. Это требует времени и зачастую толику удачи, чтобы найти ту самую зацепку.

— Я не знаю, сколько времени есть у меня. Вполне возможно, что Кризалис уже отправила вам письмо с просьбой о разводе, — Твайлайт, пофыркивая, рассмеялась, но прозвучало больше как всхлипывание. — Вот уж не думала, что скажу что-нибудь, даже отдалённо похожее на это… или что загрущу из-за этого.

— Пока ты хорошо начала, — Селестия улыбнулась, когда Твайлайт подняла на неё взгляд. — Ты решила спросить своих друзей, пони, которые знают тебя лучше всего. Если кто и способен помочь тебе понять, что лежит у тебя на сердце, так только твои друзья.

— Хорошо. Так… поможете мне?

Она говорила тихим голосом, смотря на принцесс широкими, полными надежды глазами; сёстры едва сдержали свой первый порыв обнять её и растаять от умиления. Взамен они обменялись взглядами, и Луна кивнула и подалась вперёд, пока Селестия отодвинулась.

— Ведаешь ли ты, что в последние месяцы я сама довольно много времени проводила с королевой? — Твайлайт кивнула, позволив Луне продолжить. — Я тоже мыслю её своим дорогим другом. Как и ты, я узрела в ней добрую сердцевину, что во всех смыслах лежит под жёстким покровом, и мне бы хотелось, чтобы она впустила меня так же, как и тебя. Рядом с тобой её охватывает веселье, и она становится весьма забавной. Что говорить, её розыгрыши над моей сестрой явный тому пример.

— Луна, в последний раз говорю, что есть разница между розыгрышами и покушениям, даже если намеченная жертва бессмертна. И мне совсем не нравится, когда ты помогаешь ей, — фыркнула Селестия, скрестив передние ноги. — За всю жизнь меня столько не поджигали. Не будь я неуязвимой, сейчас я была бы весьма недовольна.

— Я пытаюсь сказать, Твайлайт, что я знаю её так же, как знаю тебя, — продолжила Луна, игнорируя наверняка беспочвенные жалобы сестры. — Возможно, я не знаю любую из вас так хорошо, как мне хотелось бы, но достаточно, чтобы звать вас друзьями. Вот почему я была так озадачена твоим поведением в те первые дни, когда ты представила нам твою жену. Любовь королевы к тебе была очевидной. Всё, что она говорила и делала, кричало об этом. И казалось, она испытывала почти телесную боль, когда разлучалась с тобой. Тебе же, напротив, её близость доставляла заметное неудобство. Ты деревенела, когда она обнимала тебя, а выражение на твоём лице всякий раз, когда она пыталась потереться о тебя носом, я находила крайне забавным. Я полагала тебе просто неуютно публично оказывать друг другу знаки внимания, какими бы банальными они не были. Когда же известия о твоих истинных чувствах вышли наружу, твоё отчуждение внезапно обрело смысл. И всё же… пока я наблюдала за вами за минувшие полгода, я видела, как эта нерешительность пропадает. Я видела тебя, гуляющей копыто о копыто с ней по коридорам дворца, я видела тебя обнимающейся с ней на диване в нашей гостиной… и не думай, что я не видела, как ты пыталась урвать её поцелуй в тот наш вечер кино, Твайлайт Спаркл!

Твайлайт покраснела, немедленно сообразив, о чём говорила Луна.

— Всё было совсем не так! Я просто хотела сказать ей кое-что, и…

* * *

— Поверить не могу, что моя повозка сломалась, — жаловался жеребец свой подруге, пока они с трудом пробирались за своими друзьями через лес. — Я ведь недавно заменил ось!

— Ну-ну, не всё так плохо. Нам повезло найти заброшенный летний лагерь, — кобыла бросила на него страстный взгляд. — И я уверена, у нас будет достаточно возможностей улизнуть и остаться только вдвоём…

Твайлайт подвинулась, чуть сильнее прильнув к уютному телу Кризалис позади себя. Ещё когда Луна настраивала проектор, чейнджлинг растянулась на диване, и уже знавшая своё место юная аликорна запрыгнула к ней. Она удобно прижалась к мягкому животу Кризалис, которая обхватила её передней ногой, и пока они все устраивались поудобнее для просмотра фильма, Твайлайт понемногу сползала вниз до тех пор, пока не устроилась головой на другой ноге Кризалис. Это было очень удобно, если не обращать внимания на попытки чейнджлинга задушить её до смерти при каждой страшной сцене в фильме.

Теперь она, приподняв голову, глянула в сторону Селестии и Луны. Они сидели на отдельном диване с другой стороны проектора под одним одеялом. Всякий раз, пугаясь, они сначала вздрагивали, затем заливались смешками.

Улёгшись обратно, она перевела взгляд на Кризалис. Фильм полностью увлёк чейнджлинга, в её широких глазах отражался свет экрана, и Твайлайт нервно облизала губы.

В последнее время Кризалис была довольно милой… точнее, милой для Твайлайт; ей всё ещё нравилось досаждать другим пони. Не случилось ни одной странности, которые регулярно происходили с их первого свидания, и теперь ей хотелось выразить свою признательность. Поэтому, возможно…

— Кризалис? — она тихонько прошептала, заставив себя приподняться и приготовиться встретить губы чейнджлинга, которая уже поворачивалась для ответа.

— Да, Твайлайт? Что… — прежде, чем аликорна сделала движение, Кризалис дёрнула головой обратно и снова стиснула ногой шею Твайлайт.

— Нет! Не входи туда, Пони-крюк прячется в шкафу!

Твайлайт со вздохом опустилась обратно, когда хватка Кризалис ослабла, вся её решимость улетучилась с этой неудачной попыткой. Но всё же… Кризалис заслужила что-нибудь. Поэтому она лежала, вполглаза смотря фильм и медленно набираясь смелости на ещё одну попытку. Наконец, она снова взглянула на Кризалис.

— Криз…

— Он не умер! Не проверяй его тело, беги отсюда!

В очередной раз Твайлайт встряхнули, а когда отпустили, она тяжело легла на диван. Времени попытаться снова уже не хватало, и она сомневалась, что вообще сможет пересилить себя. Отчего впала в пространную меланхолию…

Поэтому спустя несколько минут она приподнялась и потёрлась мордочкой о шею Кризалис. Чейнджлинг удивлённо посмотрела вниз на маленькую пони, затем ласково ткнулась носом в ответ.

— Всё в порядке, не волнуйся, — мягко прошептала она. — Они окончательно убили Пони-крюка. Ничто не могло пережить такое.

Твайлайт тихонько хихикнула, прильнув к Кризалис. У неё не хватило духу рассказать ей, что она уже пересмотрела каждый фильм из серии «Ночей Кошмаров».

* * *

Твайлайт притихла, свесив голову, когда осознала всю бесполезность своих возражений.

— Хорошо, вы правы. Должно быть, это случилось, когда Якякистанская делегация остановилась в Кристальной империи, потому-то Кризалис и вела себя так мило в ту неделю. Я хотела сделать что-нибудь приятное для неё и решила, что она заслуживает поцелуй, но… она была так поглощена тем глупым фильмом, и у меня никак не получалось привлечь её внимание, а затем я струсила.

— Да, я знаю, — усмехнулась Луна. — Я видела твои попытки, и у меня был соблазн помочь тебе. Но подумала, что лучше дозволить тебе самой развить события.

— Ты целуешь всех своих друзей, когда хочешь сделать что-нибудь приятное для них? — лукаво спросила Селестия, смутив маленькую пони. Как обычно, принцесса дня уловила самую суть.

— Нет, конечно же нет, — Твайлайт прервалась. — Ну, был один случай с Рэрити… Но, в смысле, мы же были в спа, расслабились после массажа, затем остались одни в сауне, а дальше одно за другим…

Она кашлянула в копыто, притихнув, и все три принцессы с покрасневшими лицами постарались не смотреть друг на друга.

— Что-то я не припомню этого отчёта дружбы…

— Ладно, допустим, мне нравится целоваться с Кризалис, — Твайлайт торопливо перевела тему. — Мы встречались, она радовалась этому, и… да и мне самой нравилось. Это ли любовь? Больше похоже на физическое влечение. Конечно, в общем-то, оно считается частью любви, ведь обычно обоим партнёрам нужно найти, по меньшей мере, нечто привлекательное во внешности друг друга. Не хочу сказать, что ум не важен, конечно, но…

— Хмм… — Луна смерила взглядом Твайлайт. — Ты знаешь, отчего Кризалис влюбилась в тебя прежде всего?

Твайлайт оцепенела, а затем с пренебрежительным фырканьем отвернулась.

— Потому что я принцесса, очевидно, — горько сказала она — и взвизгнула, когда Луна стремительно перегнулась через стол и копытом отвесила ей затрещину. — Ай!

— Довольно, Твайлайт Спаркл! — строго сказала Луна; её взгляд смягчился, когда Твайлайт с надутыми губами взглянула на неё. — Ты знаешь, что это неправда, и теперь должна понимать лучше, чем вот так принижать себя. Королева Кризалис полюбила тебя за то, что увидела в тебе потенциал, который увидели моя сестра и я: возможность быть лидером. Ты уже была отважной, сильной и умной, когда она впервые повстречалась с тобой, когда она впервые увлеклась тобой. А то, как сильно ты выросла за следующие года… как ты вообще можешь удивляться, что она влюбилась бесповоротно?

— Простите, но… — Твайлайт неуютно поёжилась. — Это по-прежнему звучит, словно вы говорите о моём возвышении до принцессы.

— Хорошо, тогда подумай вот о чём, — ответила Луна. — Ты говоришь, что знаешь, как сильно Кризалис любит тебя, но в самом ли деле? Скажи, ведаешь ли ты, как она называла тебя в наших разговорах? — Твайлайт покачала головой. — Она называла тебя «хисс читтер чирп».

Селестия просто озадаченно нахмурила брови, но Твайлайт ахнула, в шоке подняв копыта ко рту. Отчасти от того, что Луна говорила на хемпидже — она даже не догадывалась, что Луна могла разговаривать на языке чейнджлингов, к тому же так чисто и без акцента. Но куда важнее был смысл произнесённых слов.

— Понимаешь ли ты что-нибудь? — спросила Луна, приподняв бровь. — Королева была превосходным учителем, но отказывалась объяснять мне значение сих слов. Я пыталась расспрашивать её, но её упорство приводило меня в недоумение.

— Она… она вправду звала меня так? — Твайлайт сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. Когда Луна кивнула, маленькая пони почти что остолбенела. — Я никогда не знала… она всегда говорила, как сильно любит меня, но я никогда не знала, что она настолько неравнодушна… что её чувства настолько сильны…

Она умолкла, и спустя несколько секунд Селестия откашлялась:

— Если это личное, ты можешь оставить это при себе, Твайлайт.

— О! Нет, всё в порядке, принцесса, я просто никогда не думала, что она скажет… — прервавшись, она потёрла лицо копытом, затем глубоко вздохнула. — «Хисс читтер чирп» означает что-то вроде… дословным переводом будет «моя королева», но тут есть дополнительное значение, выходящее далеко за рамки титула. Вроде того, как мы временами зовём вас «ваше высочество» или «ваше величество» вместо простого «принцесса», однако это не просто формальное обращение к королеве. Это означает доверие. Абсолютную верность. Готовность исполнить каждый приказ, который отдаст королева, поставить её превыше всего в твоей жизни. Умереть за неё, если нужно. Твоя преданность ей выше любых других обязательств, — лицо Твайлайт просветлело, и, наклонившись вперёд, она цокнула копытом по столу. — Вот это слово! Преданность. Полнейшая и неоспоримая преданность твоей королеве.

Она уставилась на своё копыто, затем медленно опустилась обратно.

— А… я позволила ей уйти. Она испытывала такое ко мне, любила меня всем сердцем и была полностью преданна мне во всех смыслах… а я просто дала ей выйти за дверь.

Остальные принцессы хранили молчание, оставив Твайлайт со своими размышлениями, и спустя некоторое время она приподняла голову.

— Меня словно… словно под дых ударили. Словно я полностью опустошена. Значит ли это, что я люблю её? Вот так оно бывает, когда уходит тот, кого ты любишь?

— Истинно так, — без колебаний ответила Луна. — Ты любишь её, и ты должна отправиться к ней сейчас же и рассказать о своих чувствах…

— Луна! — рявкнула Селестия, перебив её. — Ты знаешь, что это не так!

— Ты обвиняешь меня за попытку помочь моим друзьям? — с невинным лицом Луна пожала плечами.

— Всё-таки я отправлю тебя пожить с Твайлайт. Тебе точно нужно позаниматься уроками дружбы, как и Старлайт, — Селестия повернулась к меньшей пони. — Твайлайт, не слушай Луну. Это не обязательно значит, что ты любишь её… просто, что ты заботишься о ней очень-очень сильно. Представь это… как ещё один элемент данных для учёта. Можешь даже схему составить.

— Думаю, это немножко улучшит моё настроение, — Твайлайт неуверенно улыбнулась.

— Есть ещё кое-что, чем мы можем воспользоваться, Твайлайт. Если ты позволишь мне.

— Позволю вам?

— Я хочу… загипнотизировать тебя, в некотором смысле, — смущённо объяснила Селестия. — Заклинание успокоит твой разум, позволит тебе ответить абсолютно правдиво на любой вопрос, который мы зададим. Я не знаю, будет ли оно как-то полезнее заклинания Кейденс, но мы хотя бы попытаемся.

— О. Вообще-то это звучит прекрасно, принцесса. Я верю вам.

— Очень хорошо.

Селестия подняла голову и зажгла рог, золотое сияние окутало голову Твайлайт. Сразу после этого лицо юной аликорны расслабилось, морщинки беспокойства разгладились, а её веки опустились.

— Твайлайт, Кризалис стоит перед тобой, — тихо начала Селестия. — Скажи мне, что ты видишь, когда смотришь на неё?

— Я вижу… королеву чейнджлингов, — сказала Твайлайт мечтательным голосом. — Она та, кто похитила Кейденс и попыталась захватить Эквестрию. Она также обращалась со мной так ужасно, когда мы встречались, даже если виной тому была Кейденс. И… она та, кто любит меня, сильнее любого другого пони во всём мире. Она сделает что угодно, чтобы сделать меня счастливой.

— А что ты чувствуешь, когда видишь её?

— Я чувствую счастье, — Твайлайт улыбнулась. — С ней забавно говорить и просто быть рядом. Я чувствую себя в безопасности, чувствую себя любимой, чувствую себя уютно, когда она со мной.

— Я была права, это ненамного полезнее заклинания Кейденс, — вздохнула Селестия. — Скажи мне, Твайлайт… ты любишь королеву Кризалис?

— Я… — брови Твайлайт нахмурились. — Я люблю её так же, как всех моих друзей. Иногда это слегка отличается, но… но я не знаю, что это значит, и это пугает меня, поэтому я стараюсь не задумываться об этом.

— Ну, хоть что-то, — пробормотала Селестия, глянув на Луну. — Вряд ли мы получим ответ от неё таким образом.

— Хмм… — Луна посмотрела на Селестию, затем повернулась к Твайлайт, и золотое сияние вокруг головы пони сменилось на синее. — Твайлайт, теперь Селестия стоит перед тобой. Что ты видишь?

— Это принцесса! — всё беспокойство на лице Твайлайт сменилось широкой улыбкой. — Она была моей наставницей почти всю мою жизнь. Я думаю, она одна из самых красивых пони в Эквестрии, особенно её грива.

Селестия удивлённо моргнула, её лицо раскраснелось, а Луна с ухмылкой продолжила:

— Что ты чувствуешь, когда видишь её?

— Конечно же счастье! Она мой самый старый друг. Практически нипони другой, кроме неё, не заставляет меня чувствовать себя особенной. Я всегда переживаю, что разочарую её, но я знаю, как она гордится мной. Мы всегда обнимаемся, когда видим друг друга, и я надеюсь, она и сейчас обнимает меня.

— Э-это нам не поможет, знаешь… — заикаясь, произнесла Селестия, не отрывая глаз от улыбки пони.

— А теперь, Твайлайт, Селестия одета в седло и чулки. Что-нибудь шёлковое из дальней комнаты бутика Рэрити. Что ты теперь чувствуешь?

— Луна, нет! — крикнула Селестия прежде, чем покрасневшая Твайлайт смогла ответить. — Прекрати это!

— Мы выясним правду, сестра!

Свет вокруг головы Твайлайт замерцал, меняясь с жёлтого на синий. Пони начало мотать туда-сюда, пока королевские сёстры боролись за её разум, затем от особенно сильного рывка она опрокинулась и свалилась на пол.

— Посмотри, что ты наделала! — пропыхтела Селестия, поспешив на помощь ученице.

— Так, больше никаких издевательств над моей головой, хорошо? — простонала Твайлайт, потирая лоб.

— Мне правда жаль, — сказала Селестия.

— Мы не должны были позволять себе чересчур увлечься, — признала Луна.

— Всё хорошо, всё хорошо, — Твайлайт вздохнула. — По крайней мере, я узнала чуть больше, чем показала мне Кейденс. Теперь я знаю, что и впрямь чувствую нечто. Мне просто нужно пересилить себя и взглянуть этому в лицо. Даже если я люблю Кризалис, мои чувства ничего не стоят, если не могу по-настоящему испытывать их.

— Что ты теперь сделаешь? — спросила Луна, пока Твайлайт сделала несколько шагов к двери.

— Поговорю с моими друзьями и семьёй. Это и есть мой план. Вы помогли мне, как и Кейденс, поэтому, если я поговорю с каждым, то наверняка смогу во всём разобраться.

— Мы желаем тебе удачи, — сказала Селестия, и Луна утвердительно кивнула. — Мне кажется, тебе стоит сначала навестить твою семью. Не только потому, что они здесь, в Кантерлоте, однако разговор с Шайнинг Армором скорее всего будет… неприятным. Вполне возможно, тебе хочется покончить с ним как можно раньше.

— Вы правы, — Твайлайт кивнула, затем после секундного размышления в волнении посмотрела на принцесс. — Кстати об этом… когда я говорила с Кейденс, она попросила меня замолвить за неё слово перед вами. Поэтому… не будьте так суровы с ней?

Селестия тепло улыбнулась.

— Ты заступаешься за неё, пускай она и обошлась с тобой несправедливо, поэтому твои слова будут иметь вес для нас. Тебе не стоит бояться.

— И когда вы увидите её в следующий раз… передайте ей, что я готова простить её. Если она сама готова сделать всё, чтобы её простили, и исправить сделанное.

— Мы передадим, Твайлайт.

— А Кризалис готова так же простить Кейденс? — спросила Луна, подбавив в голос дразнящую нотку, и Твайлайт всхрапнула.

— О да, представляю себе, как она отреагирует на такой вопрос, — аликорна привстала на копытах, прижала ногу к груди и заговорила низким голосом, изображая гулкие интонации Кризалис. — Эта розовая пони вызвала меня на битву, и я разгромила её в пух и прах. Насколько я могу судить, между нами всё решено.

Со смешком Твайлайт опустилась обратно на копыта.

— И теперь она разозлится на меня… — она посмотрела рядом с собой и замерла, затем поникла. — О, точно.

— Ты правда скучаешь по ней? — мягко спросила Селестия, положив копыто на плечо.

— Скучаю, — прошептала Твайлайт, подняв на неё мокрые глаза.

— Тогда иди дальше, моя верная ученица, — сказала Селестия, провожая её к двери. — Иди и найди то, что в твоём сердце.

— И, Твайлайт, — сказала Луна, когда юная аликорна уже открыла дверь, и пони оглянулась через плечо. — Не забывай, хоть полигамия пока ещё, к сожалению, вне закона, но это не касается открытых отношений. Поэтому до тех пор, пока Кризалис согласна, нет причин, что ты и Селестия не можете…

— Хорошо, пока! — выпалила Твайлайт, выскочив в коридор и захлопнув дверь за собой.

— Поверить не могу, что ты сказала это! — прокричала Селестия, едва Твайлайт ушла. — Ты зашла слишком далеко!

— Я просто пытаюсь помочь тебе, сестра, — невинно ответила Луна, со взмахом хвоста отвернувшись.

— Ты слишком резко подталкиваешь её! Ты так только перепугаешь её. У меня достаточно времени, чтобы быть терпеливой. Если мне придётся ждать десятилетия, пока она заинтересуется моим предложением, то я справлюсь.

— Да наплюй! — потребовала Луна. — Если ты любишь её, то не должна ждать.

Мгновение Селестия сердито смотрела на неё, затем с лёгкой улыбкой склонила голову.

— Я удивлена, что ты так сильно пытаешься свести Твайлайт и Кризалис. Учитывая твои чувства к королеве…

— Ч-что ты имеешь в виду? — с широкими глазами Луна повернулась к Селестии.

— Ох, сестра, прекрати. Я видела, в каком возбуждении ты находилась при каждом визите Кризалис, как ты сопровождала её и ловила каждое её слово. Также я видела, как ты пялилась на её круп.

— Ложь! Ложь и подлая клевета! — Луна встала на дыбы, яростно тряся головой.

— Ну-ну, Луна, тут нет ничего плохого. У неё по-своему весьма привлекательный круп, — она изогнула бровь. — Вообще-то, учитывая наши чувства к ним обеим, возможно мы должны подготовить Твайлайт к перспективе небольшого… четверничка.

— Что?! — лицо Луны покраснело от дикого смущения. — Сие может оказаться вельми неловко для нас двоих. Не считая всю неуместность…

— Неужели? — мурлыкающим голосом спросила Селестия, взглянув на Луну из-под полуприкрытых век и двинувшись навстречу. — Мы всего лишь сёстры. Не похоже, что нам грозят несчастливые последствия, которые случились бы, если бы одна из нас была жеребцом.

— О чём ты говоришь? — заикаясь, Луна попятилась.

— Я говорю, почему бы нам не стать большим, чем сёстрами? Почему не доказать, как сильно мы на самом деле любим друг друга?

— Это не… мы не можем…

— Почему мы не можем? Неужели настолько неправильно столь тесно любить друг друга?

— Я… я… — в маленькой комнате не хватало места для отступления, и Луна слегка подскочила, когда наткнулась крупом на стену. Не успела она отодвинуться, как Селестия оказалась прямо перед ней, положив копыто ей на грудь.

— Кто лучше твоей сестры даст тебе любовь, которую ты заслуживаешь? — хрипло прошептала Селестия. Её крылья распахнулись и обернулись вокруг Луны, нежно скользнув по её крыльям и бокам. — После стольких веков мы знаем друг друга лучше, чем любой другой пони когда-либо смог бы. Я знаю, что тебе нравится, что тебе нужно, где тебе нравятся прикосновения…

Её крылья сдвинулись вниз, кончиками кружа по животу Луны. Ночная принцесса застыла на месте, пока её тело ласкали, и лишь слегка дрожала. Селестия наклонилась и горячо выдохнула прямо в ухо сестры:

— …и я знаю точно, где тебя лучше всего щекотать.

Её крылья ткнулись в рёбра сестры с меткостью и беспощадностью ассассина, и Луна повалилась с пронзительным хохотом.

Она пыталась увернуться, но Селестия продолжала нападать, неустанно прохаживаясь крыльями вверх-вниз по бокам. Приступы смеха сотрясали её тело, делая любые попытки отползти бесполезными и так ослабляя её, что Селестии не составляло труда удерживать её на месте одним копытом; даже добавляла им. Оставшись без выбора, Луна была вынуждена обратиться с мольбой.

— Нет-нет! Ха-ха! С-сестра, пожалуйста… ха-ха-ха! Прошу, остановись! Я сдаюсь!

— О? — Селестия остановилась, продолжая дотрагиваться крыльями ровно настолько, чтобы у Луны не хватило сил разработать план побега. — Итак, ты извиняешься за то, что наговорила сегодня? И обещаешь прекратить давить на Твайлайт?

— Никогда! — выдохнула Луна непоколебимо. — Я делаю это ради твоего блага!

— Тогда никакой пощады!

Она снова накинулась без всякого сострадания, как на всякого врага Эквестрии, и возражения Луны растворились в безудержном хохоте.

## Глава 6. О семейных делах и репродуктивных стратегиях

Сколько Твайлайт помнила, часы всегда стояли в гостиной родительского дома. Антикварные, с отполированными до блеска медными стрелками и циферблатом-солнцем, почти не отличающимся от кьютимарки Селестии. И за всё время, проведённое в этой комнате, за все миллионы раз, когда она слышала их тиканье, ещё никогда оно не звучало так громко, как сейчас.

Твайлайт сидела на диванчике, который всегда делила с Кризалис во время визитов домой. Напротив, на собственном привычном месте устроились родители. С лица Найт Лайта не сходило сильнейшее беспокойство, в основном из-за неодобрительно сведённых бровей у Твайлайт Вельвет. Но хуже всего было угрожающее, леденящее кровь присутствие Шайнинг Армора, который стоял рядом с ними.

— Итак, — его голос расколол тишину, заставив всех пони в комнате вздрогнуть, — понравилась ли моей жене дворцовая тюрьма?

— Так же, как моей жене одиночество, — выпалила Твайлайт от внезапной вспышки злости и сразу же ахнула, подняв копыта ко рту. — Прости, Шайнинг, я не хотела сказа…

— Нет-нет, скажи нам, что ты на самом деле думаешь, — перебил он её с притворной сердечностью. — Расскажи нам, как встала на сторону монстра, отказавшись от своей семьи.

— Не называй её так! — выкрикнула Твайлайт, стукнув копытом по подлокотнику. — Ты не знаешь ничего о Кризалис и не имеешь права называть её монстром!

— Она и вправду приворожила тебя, — тихо сказал Шайнинг Армор. — Даже сильнее, чем меня, ведь ты защищаешь её по своей воле.

Ещё мгновение Твайлайт сверлила его взглядом, затем откинулась на спинку и потрясла головой.

— Прошу, мы не должны обсуждать, кто на чьей стороне. Пони, которые дороги нам обоим, попали в беду, и мы должны помочь им.

Шайнинг Армор спал с лица, не веря собственным ушам.

— Похоже, ты так и не поняла, — наконец сказал он и тряхнул головой. — Я хочу помочь тебе, но ни за что не стану помогать Кризалис. Вся вина исключительно целиком лежит на ней. И если я правильно сужу, нам всем будет лучше, если она поступит в точности так, как сказала, и больше никогда не вернётся.

Моргнув, он замолчал при виде лица Твайлайт. Её губы задрожали, в глазах набухли слёзы, и она шумно втянула воздух, утерев нос копытом.

— К-как ты можешь говорить такое? — спросила она охрипшим голосом.

— Твайлайт, ты… ты всерьёз… Арххх! — раздосадовано простонав, Шайнинг Армор развернулся и с топотом выскочил из комнаты. Шаги прогрохотали вверх по лестнице, затем шваркнула дверь.

Заметив сияние, трущая глаза Твайлайт подняла взгляд. В воздухе рядом висел носовой платок, удерживаемый папиной аурой, и она взяла его с благодарной улыбкой. Потратив с минуту, чтобы вытереть лицо, она отложила платок и посмотрела на отца.

— Спасибо, пап, — её голос вновь стал нормальным.

— Я хочу видеть тебя счастливой. И не имеет значения, что или кто делает тебя такой, — с лёгкой печальной улыбкой ответил Найт Лайт.

— Ох, — Твайлайт снова опустила взгляд. — Тебе тоже не нравится Кризалис?

— Трудно сказать, — он вздохнул, зарывшись копытом себе в гриву. — Ты и Шайнинг… для меня вы остаётесь маленькими жеребятами. Я ваш отец, и мне надо защищать вас. А когда Кризалис напала во время свадьбы… я не смог. Я был полностью и совершенно бесполезен.

— По правде говоря, она сразила принцессу Селестию одним ударом, — заметила Твайлайт. — Тебе не нужно слишком строго винить себя.

— Ну да, всё так. И вам двоим, особенно теперь, никогда не составляло проблем быть самостоятельными, — он усмехнулся, быстро приходя в себя. — Но дело в том, что… она навредила нашей семье. Тот день должен был стать особенным не только для Шайнинга и Кейденс. Мы все готовились к нему, а Кризалис разрушила его.

— Я знаю, — Твайлайт закрыла глаза. — Поэтому мне так сложно разобраться, что делать дальше. Я… я ненавидела Кризалис долгое время. Когда мы поженились, я боялась, думая, что на самом деле она хочет вырвать мне глотку. Потребовались дни, прежде чем я хотя бы начала верить в искренность её признаний в любви. Она баловала меня, давала всё, о чём я просила, сопровождала меня всё время… а я провела неделю, считая всё это простой уловкой. Вот насколько мало я доверяла ей и насколько мало верила в её способность любить.

— Тогда ты поймёшь и наши чувства. Мы знаем обо всём только с твоих слов. Мы верим тебе, что она не такая плохая, какой мы все её считаем. Но кроме твоих слов у нас ничего нет. Нам не довелось узнать её настолько хорошо, как тебе.

— Мне бы и вправду хотелось, чтобы вы смогли понять, — тихо ответила Твайлайт. — Она… она особенная. Вы знаете её с жестокой стороны… как и я. Но мне известна и её добрая, заботливая сторона. Вот только… так она обращается лишь со мной и ульем.

— И ты не имеешь ничего против? Что она не церемонится ни с твоими друзьями, ни с каждым встречным пони?

Твайлайт глубоко вздохнула. Вопрос и в самом деле был, как говорится, на миллион битсов. Она была принцессой Дружбы… и женой королевы чейнджлингов, для которой дружба, в лучшем случае, не имела смысла, а в худшем — таила некую подоплёку. Если между ними будет суждено возникнуть каким-либо долгоиграющим отношениям, то ей придётся свыкнуться.

— Я думаю, — сказала она после размышлений, — она устраивает меня. Она не дружелюбная пони. Она королева чейнджлингов и не станет другом для всех пони. Возможно, она вообще не подружится с большим числом пони. Но она уже подружилась с принцессой Луной. И теперь хотя бы чуть больше уважает моих друзей. Она ещё не избавилась от привычки оскорблять пони, которых мы встречаем ежедневно, но мне кажется, ей вполне по силам исправиться. И я не хочу, чтобы она менялась слишком сильно. Она… нравится мне такой, какой есть. И как она ненавидит всё вокруг — это даже в своём роде мило. Особенно, когда вынуждена признать вину, кроме редких случаев, а затем ходит сердитой и надутой. Я знаю и принимаю её какой есть. Она не изменится, и я никогда не заставлю её, ведь тогда она перестанет быть собой. Но она способна на большее, и она пытается. Ради меня. И этого достаточно.

Найт Лайт посмотрел на неё и улыбнулся.

— Полагаю, этого достаточно и для меня.

Твайлайт сложила копыта вместе.

— Так… ты хочешь сказать…

— Я не буду врать тебе. Лично я не уверен, понравится ли Кризалис мне вообще. Слишком много всего произошло. Но думаю, я смогу простить и принять её, раз она делает тебя такой счастливой. Знаю, вам не нужно моё разрешение, вы и так уже поженились, но вот вам моё благословение.

— Папа… спасибо. Это многое для меня значит, — Твайлайт замолчала, сморгнув ещё несколько слезинок. — Мне просто хочется, чтобы Шайнинг Армор и Кейденс поняли всё так же, как и ты.

— Да, тут исхитриться будет гораздо сложнее, — кивнул он. — Меня не радует, что наделала Кризалис с нашей семьёй, но им двоим она навредила лично, осквернив их самый сокровенный день. Вряд ли даже самое искреннее извинение загладит такое.

— Да и Кризалис наверняка никогда так не поступит, — признала Твайлайт. — Даже передо мной она до сих пор не извинилась. По её мнению, я должна быть польщена, через сколько трудностей она прошла ради меня, — она повесила голову и вздохнула, затем глянула в сторону. — Мам, ты что дела…

Это оказалось ошибкой. Едва её глаза встретились с обжигающе ледяным взглядом, как она немедленно вспомнила, почему избегала смотреть на маму. Твайлайт съёжилась, желая зарыться в диванчик. Быстрый взгляд на папу ничем не помог; ещё когда дочь повернулась к матери, он вдохнул сквозь сжатые зубы и теперь очень внимательно осматривал комнату за исключением двух кобылок.

— Так что же, королева недостаточно хороша для тебя? — бичом щёлкнул холодный голос Твайлайт Вельвет.

— Мама, умоляю…

— Хотя я уверена, ты найдёшь другую королеву, — продолжала Вельвет, как будто её дочь и не заговорила. — Их же в избытке по всей Эквестрии? Или, может быть, ты найдёшь императрицу, или даже королеву-императрицу. Ведь ей надо просто быть королевой в одной стране и императрицей в другой? Поэтому у тебя не возникнет никаких трудностей. Нет, ты определённо сможешь найти кого получше какой-то там королевы.

— Мам…

— И, к счастью, мне не нужны внуки. Ты же отослала всех милых крошек-чейнджлингов прочь, и я вполне спокойно умру, не побыв бабушкой. Именно этого мне хотелось, Твайлайт, поэтому спасибо за заботу.

— Мам, они даже не мои дети! Они не могут быть твоими внуками!

— Да как ты можешь?! — ахнула Вельвет. — Как можешь говорить, что не принимаешь детей своей жены как собственных?!

— Ч-что? Нет, речь совсем не…

— Просто ужасно вот так думать! Лично я приняла их всем сердцем. Не имеет значения, что ты не рождала их, они по-прежнему твои дети. Не забывай об обязанностях, когда женишься на пони-будь.

— Я… я… — ужасное чувство вины заставило Твайлайт опустить взгляд. — Мне жаль, — пробормотала она.

— Хм… буду надеяться, — впервые за всю ночь Вельвет улыбнулась. — Такие вежливые крохотули. И такие почтительные к своей бабушке. Я все выходные пекла печеньки, и ради них они выстроились в очередь по всему кварталу. И съели все до единой.

— Эм… это мило.

— Потому что в печеньки для внуков бабушка вкладывает всю свою любовь, — продолжила Вельвет. — Оттого они и становятся вкуснее остального. Поверь, не нужно быть чейнджлингом, чтобы распробовать это.

— Верю, мам, верю, — вздохнула Твайлайт.

— Ну а теперь, пусть у тебя и есть чейнджлинги, я всё-таки хочу, чтобы ты и Кризалис как можно скорее занялись своими собственными жеребятами.

— М-МАМ!!!

— Ну, вам двоим нужно подумать над этим.

— Нет, это не так, мы… — Твайлайт поморщилась. — Я даже не знаю, останемся ли мы вместе. Мне кажется, я люблю её, но не уверена, а даже если люблю, то не знаю, смогу ли оставить позади все свои остальные чувства к ней.

— О, ну конечно же ты любишь её, — Вельвет пренебрежительно отмахнулась копытом. — Я твоя мать и знаю. Теперь вернёмся к будущим внукам…

— Мама, прошу, — с краснеющим лицом Твайлайт заелозила на диванчике. — Даже если мы останемся женаты и… когда-нибудь захотим жеребят… мы же обе кобылы. У нас не выйдет завести детей вот так вот.

— Ну, Твайлайт, эта проблема решается множеством способов. Навскидку я могу припомнить несколько заклинаний, благодаря которым одна из вас забеременеет от другой…

— Хорошо-хорошо! — окончательно покраснев, Твайлайт пристально изучала потолок. — Да, мне известно, что есть такие заклинания. Но даже если мы решим завести жеребят — если, и только годы спустя! — то лично я ни одного такого не знаю.

— Ничего страшного, дорогая! — радостно сказала Вельвет. — Мы с Кризалис долго разговаривали, и она уверила меня, что знает все нужные заклинания и методы. И как нам кажется, некоторые из них были утеряны за годы или пришли из дальних стран!

— Ты… ты разговаривала с Кризалис без меня? — вытаращила глаза вконец смутившаяся Твайлайт. — Об этом?!

— Конечно, мы примерно каждый месяц встречаемся за чашечкой чая. И раз уж она чейнджлинг, то лучшего выбора вам двоим не придумать. Кстати говоря, у неё действительно есть яйце…

— Да ради Селестии! — перебила Твайлайт свою мать, зарывшись лицом в копыта. — Нет, мама, мы не станем говорить об этом!

— Дорогая, это совершенно естественно, здесь нечему смущаться, — чопорно ответила Вельвет.

— Нет! Разговаривать с собственными родителями о таком как минимум неестественно. Если бы я выходила замуж за жеребца, я не стала бы обсуждать с вами его жеребцовое естество. Если бы я женилась на кобыле, то не стала бы обсуждать её кобылье естество. И так же я не собираюсь обсуждать… королевское естество Кризалис.

— Оно называется яйцекладом. Не смущайся, называй его как есть. Как я сказала, именно таким способом вам придётся воспользоваться, когда вы захотите жеребят. Всё, что тебе придётся сделать…

— Нет! Нет-нет-нет! — Твайлайт сильно затрясла головой, зажав копытами уши. Немного погодя она приподняла копыто, чтобы проверить.

— …дать себя оплодотворить, а затем Кризалис выпустит свой…

— ЛЯ-ЛЯ-ЛЯ, Я НЕ СЛУШАЮ!!! — копыто Твайлайт опять прижалось к уху, и она громко запела: — Милая пони!.. Волшебством своим весь мир освети!..*

Через несколько строчек песни она рискнула подслушать снова.

— …и после того, как ты достаточно долго выносишь яйца, ты просто отложишь…

— Всё, хватит! Пойду поговорю и попытаюсь восстановить испорченные отношения со своим единственным братом, пока!

Взлетев, Твайлайт одним взмахом крыльев пронеслась через комнату и преодолела пол-лестницы наверх под сердитый взгляд Вельвет вдогонку.

— Не летай в доме! Ты знаешь, что это не разрешено! И передай Шайнинг Армору, что нам снова нужно поговорить о внуках!

Недовольно засопев, она села обратно, скрестив копыта перед грудью.

— Поверить не могу, насколько она легкомысленна! Найт Лайт, ты…

Она замолчала, оглядевшись и осознав, что осталась в комнате одна.

— Да ладно? Мы даже не можем поговорить о нескольких простых вещах в жизни? — фыркнула Вельвет. — Ну уж простите, что я заинтересована в будущих внуках!

* * *

Остановившись наверху лестницы, Твайлайт перевела дух. С поднятой головой она вошла в коридорчик и быстрым взглядом убедилась, что Шайнинг Армор хлопнул дверью именно своей старой комнаты. Приблизившись, она тихонько постучалась.

— Шайнинг Армор? Ты здесь? — ответа не последовало, и, осторожно повернув дверную копытоять, она прорысила внутрь.

Уже через пару шагов она замерла, а сердце её ухнуло куда-то в живот. Шайнинг Армор сидел лицом к двери на кровати. Он не поднял голову, когда она вошла, продолжая сосредоточенно изучать книгу в своих копытах: старое издание Монстропедии.

— Оу, — её уши поникли, и она отважилась предположить: — Страница семьдесят шесть?

— «Королевы чейнджлингов», — прочёл Шайнинг Армор, по-прежнему не поднимая взгляда. — «Королева чейнджлингов — одно из самых опасных созданий, с кем может столкнуться пони. Физически они больше и сильнее, чем самые крупные земные пони, их крылья позволяют им летать подобно пегасам, а магия превосходит таковую у любого единорога, порою чрезвычайно, в зависимости от того, как хорошо они недавно насытились. Однако их настоящая сила лежит в притворстве. Они могут принять любой облик, какой пожелают, чтобы как можно лучше одурачить своих жертв. Даже если их обличье раскрыто, у них остаётся широкий набор гипнотических сил и способностей к управлению разумом, чтобы сгладить все подобные оплошности. Их способность лгать, притворяться и тем или иным способом одурачивать пони, заставляя их делать то, что нужно, практически не имеет себе равных. Также королева чейнджлингов, возможно, самое жестокое чудовище во всех землях. Они пожирают любовь и, не задумываясь, уничтожают всех, кто мешает им похитить больше, даже вырезая целые семьи в своих поисках пропитания».

— Мороженое! — выпалила Твайлайт, и удивлённый Шайнинг Армор наконец-то посмотрел на неё. — Там говорится что-нибудь о мороженом? — спросила она, и её брат озадаченно покачал головой. — Потому что Кризалис любит мороженое, — продолжила она торопливо. — Оно похоже на любовь по вкусу, как она говорит. Однажды мы пошли в кафе-мороженое и купили несколько рожков. И едва мы вышли наружу, как она уронила свои на тротуар. Я думала, она разрыдается прямо посреди улицы, на виду у всех пони. Поэтому я зачерпнула на мой рожок сколько смогла, а потом мы сели на скамейку и съели его вместе.

— Твайлайт…

— Есть ещё кое-что. Я никогда не видела, чтобы она так поступала в присутствии пони-будь ещё, даже своих чейнджлингов, но иногда под конец дня она входила в нашу комнату и попросту валилась на первую попавшуюся мебель. В такой, знаешь, неудобной позе с вывернутыми как угодно ногами, словно у неё нет костей. Она могла упасть на диванчик, кресло, кровать, иногда на меня, если я лежала — и мне становилось трудно читать, она в самом деле довольно тяжёлая — без разницы, она просто полностью расслаблялась и обмякала без всякого достоинства.

— Твайлайт, это не…

— А иногда, когда она чихает, то…

— Хватит! — выкрикнул Шайнинг Армор.

Они замерли на мгновение, глядя друг на друга, и в конце концов Твайлайт закрыла глаза.

— Она личность, Шайнинг Армор, — выразительно сказала она. — Не монстр из книжной статьи. У неё есть настоящие чувства, такие же, как у любого из нас.

— То есть она просто вся такая расчудесная? — горько спросил он, прищурившись.

— Нет, я не говорю этого, — открыв глаза, она удручённо уставилась себе на копыта и вздохнула. — Хотя, может быть, я попыталась всё слегка приукрасить.

— Ну тогда продолжай, — бросил он вызов. — Давай послушаем твои другие истории.

Твайлайт замялась.

— Как-то раз… она лопнула шарик жеребёнка. И рассмеялась над ним, когда он заплакал. Мне кажется, она поступила так именно по своей воле, ведь у нас не было свидания в тот день, и она не надела серьгу. Но в любом случае мне пришлось извиняться за неё, потому что она отказалась. Тем не менее, я заставила Кризалис купить несколько шариков, чтобы загладить вину, — аликорна нахмурилась и пробормотала в сторону: — Маленькое отродье заставило купить ему пять шариков.

— Твайлайт! — резко сказал Шайнинг Армор, и она уставилась на него, моргнув.

— Что?

— Это… — он замолчал и нервно облизал губы прежде, чем продолжить. — Это прозвучало, словно сказала она.

— Ну, у меня есть причины! — запнулась Твайлайт. — То есть один шарик взамен лопнутого — само собой разумеется. Второй, чтобы загладить грубость Кризалис — хорошо, это тоже понятно. Даже третий был бы приемлемой компенсацией. Но пять?! Это уже просто жадность. Если подумать, он просто развёл нас на битсы.

Выражение Шайнинг Армора не предвещало ничего хорошего, и она поспешила продолжить.

— Хорошо, другой пример, ну-ка… О, знаю. Несколько недель назад Пинки закатила нам вечеринку. Я пригласила Кризалис, и она пришла, но ты же помнишь, что она думает о вечеринках Пинки, когда притворялась Кейде… кхм! Короче говоря, она, скажем так, не пребывала в особенном восторге. И когда Пинки проходила мимо неё с тортом… Кризалис поставила ей подножку. Пинки грохнулась лицом на пол, а торт упал сверху на голову. И, конечно же, Кризалис засмеялась.

— И ты по-прежнему защищаешь её? — поморщился Шайнинг Армор.

— Ну, это же Пинки: сильно ушибленная голова для неё не проблема. Она просто слизала весь торт с макушки и тоже засмеялась.

— Ещё скажи, что все остальные твои друзья были довольны.

— Нет, не были. На том, собственно, вечеринка и закончилась. Особенно Рейнбоу расстроилась, да и у других не слишком улучшились впечатления о Кризалис. Её грубость начисто убила всем настроение. Ну, за исключением Пинки. Она просто подумала, что это было забавно.

Шайнинг Армор помотал головой.

— Я не могу в это поверить. Даже если забыть на мгновение, что мы говорим о королеве Кризалис — о чейнджлинге, которая за прошедшие годы не раз причиняла зло нашей семье — то ты называешь другом пони, которая грубо обошлась с жеребёнком, а потом испортила вечеринку твоих друзей. И я уверен, таких историй у тебя гораздо больше. Как же ты можешь звать её другом?! Ты, принцесса Дружбы! — Шайнинг уже практически кричал. — Она не поступает так, как поступают друзья! Как ты вообще можешь прощать её, если сама она даже не просит прощения?!

— Но она же извинилась за вечеринку! — возбуждённо воскликнула Твайлайт, указывая копытом на него. — Я ведь ничего об этом не сказала — лишь то, что была разочарована её поведением. И на следующую нашу встречу с друзьями она принесла торт! — Поумерив пыл, она опустила копыто на пол. — Правда, позже выяснилось, что торт она украла, но всё равно жест был милым.

— Подытожим, кого же ты защищаешь? — взгляд Шайнинг Армора потяжелел. — Ту, кто вредит жеребятам, ставит подножки твоим друзьям, портит вечеринки, ворует, смеётся над чужими несчастьями… но постой, она же любит мороженое, поэтому не настолько уж плоха?

— У неё довольно приятный смех, — вполголоса сказала Твайлайт, переминаясь всеми копытами. — И… порой мне кажется, он становится даже милее, когда она ведёт себя жестоко.

Шайнинг Армора словно мешком по голове стукнули.

— Как, Твайлайт? — спросил он хрипло. — Как ты можешь хорошо думать обо всех её поступках? Как ты вообще могла сказать то, что сказала?

— Потому что она нравится мне. Сильно. И я не говорю, что она идеальна — ни один пони не идеален. В её характере есть множество кошмарных сторон. Но я думаю о её хороших сторонах, которые я увидела, обо всех чертах в ней, которые мне понравились; все они перевешивают недостатки, — она глубоко вдохнула. — И я почти уверена, что влюблена в неё.

Шайнинг Армор уставился на неё остановившимся взглядом. Только Твайлайт заволновалась, не случилось ли с ним что-то, как он медленно откинулся назад, плюхнулся на кровать и, закрыв морду копытами, испустил протяжный стон. Приняв это за сигнал, она прорысила к кровати и вскочила на неё рядом с братом.

— Мне… жаль, — не слишком убедительно сказала она.

— Почему всё с Кризалис так запутанно? — простонал он жалобным, приглушённым копытами голосом.

— Она в каком-то смысле произвела плохое первое впечатление. И продолжала ещё несколько лет, — покорно кивнула Твайлайт.

— Да, думаю, понихищение моей невесты, порча нашей свадьбы и завоевание Эквестрии можно считать за «плохое первое впечатление».

— А знаешь, это было даже романтично, — приподнявшись, Шайнинг Армор свирепо взглянул на неё. — В смысле, не свадебная неразбериха, а завоевание целого королевства для меня. Как много пони могут похвастаться, что их жёны сделали такое?

— Я, например, в некотором роде.

— Ну, тоже верно, — Твайлайт подняла невинное лицо к потолку. — Хм, они не так уж…

— Ни слова больше, — предупредил Шайнинг Армор, несильно стукнув копытом ей по затылку. — Не сравнивай Кейденс и Кризалис. Они настолько различны, насколько это вообще возможно.

— Ну, есть кое-что общее, — радостно указала Твайлайт. — Они обе связаны с любовью, даже если совершенно по-разному подходят к ней. И они обе любят меня… и дороги мне. И… теперь они обе попытались разрушить свадьбы друг друга.

— Я… — Шайнинг Армор замялся, затем вздохнул. — Твайлайт, я сожалею о Кейденс. Оставим мои чувства к Кризалис, я был совершенно разъярён тем, что она сделала с тобой. Отчасти потому и злился недавно: как раз вернулся от Кейденс, и когда был у неё, то сорвался.

— Ох, — тихо сказала Твайлайт, опустив голову. — Прости. Ты до сих пор злишься?

— Нет. Просто… расстроен, что она обошлась с тобой таким образом. Кричал всё время, пока был у неё. Спрашивал, чем она думала, как могла сделать что-то столь жестокое, — он виновато вздохнул. — Возможно, мне стоит вернуться и снова поговорить с ней. Дать ей понять, что пускай я и злюсь на неё, но по-прежнему люблю.

— По крайней мере, здесь моя совесть будет чиста, — с облегчением сказала Твайлайт. После мимолётного колебания она взглянула на него. — Какой была Кейденс? В последние несколько месяцев, я имею в виду. Когда она делала… то, что делала.

— Она казалась… совершенно нормальной, — Шайнинг Армор пожал плечами. — Может быть, чуть более занятой, чем обычно. Я не чувствовал разницы, говорила ли она по кристальному шару с Кризалис или присутствовала на очередном заседании. Я даже не замечал, когда она посещала Кантерлот.

На мгновение он задумчиво замолчал.

— Единственное, она не выглядела такой уж заинтересованной твоей свадьбой, какой можно было ожидать. Кажется, её даже не озаботило возвращение королевы Кризалис, хотя уж тут-то стоило насторожиться, учитывая всё, через что мы прошли.

— Ты хоть говорил с ней? — спросила Твайлайт, и он кивнул.

— Конечно. Но повторю, она казалась совершенно всем довольной. Немного нарочито, полагаю. Только разве что, когда мы обсуждали твою свадьбу, она слегка оживлялась, хотя, оглядываясь назад, опять же, не так сильно, как я подспудно ждал. И всякий раз, когда я подводил разговор к Кризалис, она почти не реагировала. Просто говорила, что всё идёт хорошо, что она «вынесет это», — он прервался на секунду. — Теперь я думаю, это выглядело слегка зловеще.

— Прости меня за случившееся, — тихо сказала Твайлайт.

— Нет-нет… Кейденс приняла решение, как действовать, и предстала перед лицом последствий, — он глубоко вдохнул. — Как и должна, по справедливости. Сделанное ею ужасно, и прямо сейчас я зол на неё. Но ни в чём из этого нет твоей настоящей вины.

— И всё же есть. Я тоже должна была поговорить с Кейденс. Поговорить с ней по-настоящему, а не просто написать пару-тройку писем, в которых спрашивала совета. Принцессы сказали то же самое; нам всем следовало поговорить с ней, а мы не сделали этого и подвели её. Поэтому я сожалею.

— Если какая пони и должна просить прощения, так это она. А я больше чем пони-будь должен был заметить неладное с Кейденс. Тебе не с чего винить себя, — он вздохнул. — Так… они что-нибудь сказали о том, что будет с Кейденс? Сейчас её просто держат под стражей, пока не пройдёт слушание, но…

— Они постараются быть как можно снисходительнее, — Твайлайт поёрзала. — Хотя понятно, что не смогут быть слишком снисходительными. Иначе станет очевидной их предвзятость. Но всё же после всего, что с ней сделала Кризалис… это в какой-то мере оправдано. Поэтому они не забудут про смягчающие обстоятельства.

— Как думаешь, они не обратят её в камень надолго? — с тревогой спросил Шайнинг Армор. — Просто я смертный, и…

— Я уверена, всё будет хорошо, и они не сделают этого. Или, по крайней мере, не так уж надолго.

Она погладила брата по ноге и уже раскрыла рот, словно желая сказать что-то ещё. Но заколебалась и отвернулась, нервно пожёвывая губу. Наконец, после долгих минут размышлений, она оглянулась на Шайнинг Армора.

— Шайнинг? Могу я тебя попросить?

— Конечно, что такое? — спросил он, приподнимаясь на кровати.

— Может быть, ты мог бы… помочь мне?

— Помочь? — он посмотрел в её большие умоляющие глаза, затем простонал и, полностью поднявшись, уселся на кровати. — Ты просишь меня помочь тебе с Кризалис, — сказал он, утверждая, а не спрашивая.

— Да. Я знаю, просить о таком как-то неудобно, но…

— Ещё мягко сказано.

— Я прошу об этом для меня. Пожалуйста, — она умоляюще посмотрела на него. — Мне нужно разобраться. Я не прошу тебя простить Кризалис; я даже не знаю, сможешь ли ты, да и заслуживает ли она твоего прощения вообще. Но мне нужна твоя помощь. Даже Кейденс смогла помочь мне немного.

Шайнинг Армор долго смотрел на неё, затем отвернулся, тяжело вздохнул и провёл копытом по гриве.

— Когда я впервые узнал о твоей женитьбе на королеве Кризалис… — тихо заговорил он, — я на самом деле не слишком возражал. Пусть это не исправляло случившегося на моей свадьбе, но зато придавало… цель. Понятный смысл. Если Кризалис делает тебя счастливой, то я могу простить её и жить дальше. Но затем ты призналась нам всем, что не любишь её. Я… не слишком обрадовался. Но ты пожелала дать ей шанс, дать шанс её любви, поэтому я ничего не сказал. И опять же, это не исправляло мою свадьбу, но, по крайней мере, всё можно было списать на недопонимание.

Он снова вздохнул.

— А теперь… Кейденс натворила ужасных дел и сидит в темнице, а я по-прежнему не могу отделаться от чувства, что во всём виновата Кризалис. Которая теперь ушла, и скорее всего навсегда, из-за сделанного Кейденс. И теперь ты просишь меня помочь вернуть Кризалис обратно. После всего, что она сделала, всех бед, которые она причинила…

— Потому что мне не хватает её, — сказала Твайлайт дрогнувшим голосом. — И прямо сейчас она так же одинока, как и Кейденс, даже со своими чейнджлингами. Я хочу помочь им обеим. Всё это нужно прекратить. Хватит вредить, пытаться порушить свадьбы друг друга. Мы должны свести их обеих вместе, чтобы они наконец-то смогли понять. Ты прав, мы запутались с самого начала. Чейнджлинги никогда не понимали нас, как и мы их. И пока мы не поймём, подобное будет происходить. Мы все можем жить вместе, в гармонии, и быть куда сильнее, чем порознь. Какие бы гадости они ни делали нам — а теперь и мы сделали им — можно оставить всё это в стороне и сблизиться вместо того чтобы продолжать бессмысленно враждовать. Кризалис и я явный тому пример.

Шайнинг Армор не повернулся, держа голову опущенной.

— Ты правда любишь её?

— Я не знаю. Но чем больше я говорю со всеми вами, тем больше я полагаю, что ответ «Да». Потому что не представляю, как могу чувствовать нечто сильное к кому-то, кого не люблю.

— А что Кризалис? — лишённым эмоций лицом он повернулся к Твайлайт. — Любит ли она тебя? Не хочу бередить свежие раны, но как сказала Кейденс, может ли она любить тебя? Заслуживает ли она твоей любви?

Твайлайт вздрогнула, но затем её напряжённое лицо расслабилось, и она улыбнулась.

— Ну, в прошлом месяце мы пошли на Фестиваль Летнего Солнцестояния, и…

* * *

Разномастные и разноцветные пони гарцевали туда-сюда по аллее аттракционов на ярмарке; некоторые нарядились в костюмы, другие раскрасили мордашки, а некоторые вовсе расхаживали на ходулях. И то были лишь праздношатающиеся; артисты носили куда более цветастые наряды, развлекая прохожих, пока те двигались промеж ярко раскрашенных палаток.

Твайлайт и Кризалис шли через толпу, в кои-то веки не находясь в центре внимания. Казалось, пони даже не возражали против близкого присутствия королевы чейнджлингов. Сталкиваясь с ней в толчее, они робели, но просто извинялись. И когда Кризалис простым кивком принимала извинения, многие прекращали дрожать в страхе или бормотать бесконечные извинения, бросали весёлое «Извините!» и исчезали в толпе.

Немалую роль в хорошем настроении Кризалис сыграло правило, не разрешавшее во время езды на горках носить вещицы или украшения, которые можно потерять. И позаботившись забрать свою корону, она «случайно» забыла про серьгу.

— Хочешь ещё прокатиться? — радостно спросила Твайлайт, посматривая на Кризалис. — Или можно взять сахарную вату. Хотя если мы собираемся снова прокатиться попозже, то это не самая лучшая идея…

— Какие пони, маленькая принцесса! — раздался бодрый голос сбоку.

— И также наши наилучшие приветствия для вас, большая королева, — вторил точно такой же голос.

Узнавшая их Твайлайт простонала и, развернувшись, прорысила к ближайшей палатке.

— Привет, Флим. Привет, Флэм, — сказала она одетым в полосатые рубашки единорогам внутри. — Что вы двое делаете здесь?

— Всего-навсего организовали свою игру на сноровку, конечно же! — воскликнул Флим.

— Законом не запрещается, так ведь, принцесса? Только если ты не придумала его прямо сейчас! — хохотнул над собственной шуткой Флэм.

— Нет, я о том… — переведя взгляд с одного единорога на другого, Твайлайт помотала головой. Она по-прежнему не до конца различала, кто из них кто. — Последнее, что я слышала, вы двое по-прежнему гастролируете в Лас-Пегасусе.

— Что сказать, мы понивояжёры! — сказал единорог с усами. — Нам неуютно подолгу оставаться вдали от дороги.

— Не считая того, что пони в Лас-Пегасусе могут быть такими нервными, — добавил другой брат. — Продаёшь им несколько билетов на несуществующие шоу и внезапно становишься плохим парнем!

— Ага, — Твайлайт внимательно осмотрела палатку, испытывая удовлетворение от их беспокойства. Хотя смотреть тут было не на что: простая деревянная конструкция, оббитая холстом в такую же красную полоску, как и рубашки братьев. — Ну, что у вас тут за афера?

— Афера? Обижаете нас, принцесса! — Флим приложил копыто к груди, затем указал на заставленный молочными бутылками ящик позади себя. — Просто-напросто сбивай эти бутылки мячиком и выигрывай призы! Простецкая игра для пони, которые хотят повеселиться.

— И никаких магнитов, удерживающих бутылки на месте? Или мячик недостаточно тяжёлый, чтобы сбить их?

— Отнюдь, моя дорогая, отнюдь! — Флэм подхватил мячик копытом и несильно бросил его в бутылки, в то время как Флим пнул скрытый переключатель со своей стороны палатки, выключив магниты. Мячик попал, раскидав бутылки, и Флэм с широкой улыбкой собрал их магией и вернул на место. — Так что насчёт попытки-другой?

— Нет, спасибо.

Твайлайт повернулась и порысила прочь, но Флим поднял мячик.

— Как насчёт вас, ваше высокое и тёмное перевёртейшество? Выиграете приз для своей милой маленькой принцессы? Всего пара битсов за три мячика.

— Нет. Пойдём, Кризалис… — Твайлайт прервало выставленное перед её лицом дырявое копыто.

— Я выиграю приз для тебя, — решительно заявила Кризалис, — который ты заслуживаешь.

Твайлайт вздохнула и покачала головой, но всё же улыбнулась, когда Кризалис положила две монеты на край прилавка и магией схватила мячики.

— Нет-нет, никакой магии! Мы стараемся уравнять шансы для тех пони, у которых её нет, — весело сказал Флэм. Рог Кризалис засветился голубым, когда он подавил её магию своей и вернул мячики на место.

Медленно, не шевеля больше ни единой частью тела, Кризалис повернула голову и уставилась на него. Отъявленный мошенник нахально ухмыльнулся в ответ — и с болезненной гримасой осел на зад, когда его рог вспыхнул искрами.

Кризалис повернулась обратно к бутылкам, её рог снова засиял зелёным и поднял мячики с прилавка. Однако из уважения к правилам она выхватила копытом один из воздуха, тщательно прицелилась и резко выбросила ногу. Размазавшимся силуэтом мячик пронёсся через палатку — и пролетел мимо бутылок.

Разинув рот, королева уставилась на нетронутую цель. Не наученный горьким опытом брата Флим усмехнулся:

— Ого, вы настоящее дарование! Моя дорогая, вам стоит как-нибудь попробовать себя в хуфболе. Хотя сперва поработайте над меткостью.

Злобно прошипев, Кризалис подхватила оставшиеся мячики и запустила их один за другим. И вновь оба пронеслись мимо; магически наведённый воздушный щит перед бутылками отводил броски, не давая им попасть по бутылкам.

— Что ж, попытайте удачу в следующий…

— Два битса! — Кризалис грохнула монеты на прилавок, завладела мячиками и попыталась снова.

Вжух!

— Ох, мяч почти задымился, но вы должны были попасть им по чему-нибудь!

Вжух!

— Почти в цель!

ВЖУХ!

— Мне показалось, или я увидел, как та бутылка покачнулась?

ШМЯК!

— Два битса!

ВЖУХ — ХРЯСЬ!

Мячик отскочил от деревянной стенки позади бутылок и отлетел в Твайлайт, которая спокойно поймала его магией и положила обратно на прилавок.

— Ах, вам не нужно бросать так сильно… — взволнованно сказал Флэм. Воздушный щит держался лишь против бросков обычных пони: при таких условиях всё шло к тому, что королева могла выиграть приз! Что шло вопреки негласным правилам братьев, конечно же, поэтому он поспешно притопнул копытом, и услышавший сигнал Флим снова включил магниты.

ВЖУХ — ХРЯСЬ — БАМ!

Следующий мячик снова ударился о стенку, отскочил и ударился прямо об ящик, отчего тот сдвинулся на несколько дюймов, но бутылки по-прежнему остались неподвижными.

— Я думаю, где-то здесь у нас найдутся утешительные призы… что-нибудь вроде бумажного колпака… — попытался успокоить разошедшуюся королеву Флим.

ВЖУХ! — А-А-А-А-А!!!

Третий мячик продырявил холст и улетел вдаль, откуда донёсся сдавленный вопль.

— Что ж, вы пытались изо всех…

ШМЯК!

— Два битса!

— А…

Уже безо всякой помощи пони-прохвостов Кризалис сама подхватила три мячика из корзины, схватила один в копыто и снова тщательно примерилась.

Заклинание воздушного щита давно использовалось братьями, отточившими его годы назад, когда впервые начали обжуливать пони. Простое и эффективное, оно практически незаметно, но с точно выверенным углом отклоняло мячи, не позволяя им даже близко касаться бутылок.

Вот только братья вовсе не рассчитывали, что однажды в него со всего маху бросит мяч обозлённая королева чейнджлингов.

Кризалис встала на дыбы, заведя переднюю ногу с мячиком в копыте назад — и резко опустилась, вкладывая всю силу в бросок.

ВЖУ-У-У-УХ!!!

Со свистом рассекаемого воздуха мячик прорвался сквозь щит, словно его и не было, и ударил прямо по бутылкам. Вот где чрезмерные предосторожности Флима и Флэма обернулись против них, когда магниты удержали бутылки на месте и задействовали непоколебимый закон противодействия.

К счастью для местных законов физики — и к несчастью для братьев — резиновый мячик отскочил с такой же бешеной силой. Рикошетом он врезался в голову Флима, отшвырнув его в стену и лишив сознания. Затем пронёсся через балаганчик и ушиб по голове Флэма до круговерти в глазах. Подпрыгнув ещё несколько раз, мячик наконец-то остановился посреди палатки.

Пытаясь выпрямиться, Флэм потряс головой, возвращая мир перед глазами в прежнее положение. Учуяв запах палёного, он поднял взгляд и узрел Кризалис, оскалившуюся во все свои острые зубы в устрашающем рыке и с пляшущим на её роге сгустком пламени, отчего полог над ней уже начал тлеть.

— Ах, мне кажется, в этот раз вы попали… — заикаясь, проговорил Флэм, направившись заплетающейся походкой через балаганчик, чтобы проверить бутылки. — Дайте мне просто взглянуть…

Флим по-прежнему лежал без сознания, загораживая выключатель магнитов — из-за чего Флэм не мог перешагнуть и походя пнуть тот.

— Знаете, похоже, вы сбили все! — деланно радостным голосом прокричал он, оглядываясь через плечо и бешено пытаясь оторвать бутылки от ящика. До двух нетерпеливо поджидающих пони донёсся громкий треск, когда он уже буквально отдирал их голыми копытами. — Ага, я просто осматриваю всё. Мы весьма дорожим честностью, и это касается как наших посетителей, так и нас самих. Просто хочу убедиться, что всё справедливо…

Раздался особенно оглушительный треск, и Флэм круто развернулся обратно.

— Я был прав, вы победили! — сказал он, размашисто указывая на лежащий на боку ящик: все три бутылки теперь висели параллельно земле. — Все сбиты, видите? Вы получаете приз!

— Прекрас-с-сно… — прошипела Кризалис. — И что же я выиграла?

— Ну, конечно же, мягкую игрушку! У нас есть куклы самых прекрасных принцесс Эквестрии!

Кризалис горящими глазами наблюдала за ним, пока он поспешно начал рыскать под прилавком — и неблагоразумно не глядя. Схватив первую попавшуюся куклу, он протянул её трясущимися копытами.

Кризалис не издала ни звука; до настоящего момента Флэм понятия не имел, что молчание может быть таким ужасающим. Хоть она не шевельнула ни мускулом, ноздри её яростно раздувались, и, чувствуя неладное, Флэм медленно посмотрел вниз… на куклу принцессы Кейденс, которую держал в копытах.

Порой даже пони, которого тянет делать исключительно неблагоразумные поступки, в самый критический момент своей жизни принимает самое правильное решение. Флэм поступил так сейчас, забросив куклу в дальний угол палатки и без оглядки нырнув обратно под прилавок, где зарылся в призы.

— Ну же, у нас есть… лишь эти две?! Я думал, что сказал Флиму достать всех принцесс… должны же быть другие…

Громкий стук гулко разнёсся под прилавком, когда нетерпение Кризалис выросло, и она начала стучать копытом по столешнице. Сглотнув, Флим схватил единственную оставшуюся из двух куклу, поднялся обратно и протянул её, одновременно отвернувшись и зажмурившись.

Долгое мгновение ничего не происходило, а затем копыто мягко забрало куклу у него. Убедившись, что его не испепелили на месте, он приоткрыл глаз и увидел Кризалис, с ужасающе хмурым выражением лица смотревшую на куклу принцессы Селестии. С неохотой она повернулась и преподнесла игрушку Твайлайт.

— Ну вот, моя любовь, — сказала она смирившимся голосом. — Твой приз: кукла, выглядящая как моя соперница.

Твайлайт приняла её с улыбкой.

— Ты хотела сказать: «как одна из моих лучших друзей». И к тому же от тебя. Поэтому всякий раз, когда посмотрю на неё, я буду думать о тебе. Спасибо.

Крылом она легонько обняла Кризалис, затем они повернулись и отправились дальше гулять по ярмарке.

— О, и я пришлю королевскую стражу с проверкой немного погодя, — бросила Твайлайт через плечо. — Поэтому лучше к тому времени поблизости оказаться нескольким пони, которые подтвердят, что они выиграли.

Принцесса и королева растворились в толпе, оставив пришедшего в себя Флима и нетвёрдо стоящего на ногах Флэма заниматься своими многочисленными шишками. Но не прошло и минуты, как Твайлайт вновь возникла перед прилавком. Протянув копыто, она сгребла все заплаченные Кризалис монетки, кроме двух.

— Ни слова, — сказала она прежде, чем они смогли возразить. — Вы попытались надуть ту, кто дорога мне. Радуйтесь, что я не спалила ваше заведение дотла.

Двое жуликов поморщились, когда она порысила прочь — и снова отшатнулись от внезапно появившейся перед прилавком Кризалис. Протянув копыто, она прижала им одну монетку и медленно сдвинула её с прилавка. Флим попытался что-то сказать, но Кризалис просто прищурилась, и он снова закрыл рот. Крепко держа монету, она ушла прочь.

* * *

Шайнинг Армор смотрел на лучащее счастьем лицо Твайлайт с явным недоумением на своём.

— Ну, история хорошая, но я не совсем понимаю, что она доказывает, — наконец-то сказал он. — Звучит, как будто вы просто сходили на нормальное свидание на карнавал.

— Именно, — тихо сказала Твайлайт, улыбаясь. — Это было именно нормальное свидание. Мы повеселились на празднике, съели ярмарочные угощения, она выиграла для меня приз в игровом балаганчике… Мы делали всё как два любых влюблённых друг в друга пони. Потому что она любит меня. Она могла сделать много чего ужасного с Флимом и Флэмом — и они вполне заслуживали — но не сделала, и мы закончили вечер как любые два пони на свидании без единой крупной неприятности.

— Постой-ка, мне кажется, я слышал что-то о случае с колесом обозрения на Празднике летнего солнцестояния в этом году. Которое ещё врезалось во дворец.

— Не имеет никакого отношения, — быстро сказала Твайлайт. — Наверняка почтовая кобыла доставила не ту смазку для механизма, отчего колесо перекатилось через ограждение. Мы даже близко не были рядом и не видели, как это случилось.

Он смерил её взглядом, затем с раздражённым всхрапом отвернулся.

— Всё равно это ничего не доказывает, — зло пробормотал он.

— Прекрасно. Если ты не хочешь помочь мне с Кризалис… тогда расскажи мне о Кейденс.

— О Кейденс?

— Да. Расскажи мне, как ты встречался с ней. Как ты влюбился в неё и как понял, что влюбился.

Шайнинг Армор счастливо вздохнул, откинувшись на спину и скрестив копыта у себя за головой, и уставился в потолок.

— Когда я вообще не был влюблён в неё? — сказал он мечтательно. — Она была принцессой, единственной в моей старшей школе… единственной принцессой в Эквестрии моложе тысячи лет. Красивая, добрая, самая популярная пони в школе…

— Это и впрямь любовь? — заинтересовалась Твайлайт. — Влюблённость, без сомнения, но…

— С любовью всё иначе, — ответил Шайнинг Армор, неопределённо поведя копытом. — Ты просто… знаешь, что любишь.

— А когда ты думал, что потерял её? — осторожно спросила Твайлайт.

— …всё словно стало бессмысленным, — сказал он, помолчав пару секунд. — Словно не осталось причин идти куда-либо дальше.

— Словно ты опустел, словно всё важное для тебя перестало иметь значение, — прошептала Твайлайт.

Шайнинг Армор кивнул, затем округлёнными от удивления глазами взглянул на неё.

— Твайлайт, ты…

— Конечно, ты заполучил её обратно. С этим большим идиотским планом на выпускном вечере? — Твайлайт перебила его с поддразнивающей улыбкой.

— Он не был идиотским! — запротестовал Шайнинг Армор. — Во-первых, он сработал!..

— Ну, у меня нет выпускного, которым я могла бы воспользоваться, чтобы вернуть Кризалис, но я всегда могу спеть ей рок-балладу, как ты…

— Не смей.

Твайлайт притихла на мгновение.

— Я обожаю милых чёрных кобыл, они будят во мне пыл!.. Люблю я чейнджлингов королеву, чувствую себя такой оторвой!..

— Заткнись! — Шайнинг Армор свирепо глянул на неё, затем его лицо смягчилось. — Ты… правда любишь её?

Твайлайт вздохнула и уткнулась лицом в подставленные копыта.

— Думаю, что да, — сказала она тихо. — Я не понимаю, как могу так сильно скучать по ней, как могу чувствовать себя всего лишь пустотой, когда её нет рядом. Но… но я не чувствую какую-либо любовь к ней! Я люблю её как друга, так же, как люблю всех моих друзей, и иногда мне кажется, что здесь кроется нечто большее, но затем… что-то останавливает меня. Словно мои чувства врезаются в некую стену

— Из-за Кейденс? — горько спросил Шайнинг Армор, и Твайлайт помотала головой.

— Нет, я так не думаю. По её указке Кризалис действительно совершала ужасные поступки, но в какой-то мере я ожидала такого от неё. Я строила отношения с ней наощупь, поэтому прилагала все усилия, чтобы не удивляться и держать разум открытым. — Она пожала плечами. — Да и Кризалис не очень-то прислушивалась к Кейденс. Хоть она и сильно доверяла её советам, но не могла удержать себя от тех поступков, которые считала правильными. Настоящая она всегда просвечивала наружу. Ещё когда она притворялась Кейденс, то не могла не быть самой собой.

— Тогда… в чём же проблема? Если ты не против, что я спрашиваю.

— Потому что она притворялась Кейденс! Потому что она напала во время твоей свадьбы, потому что сделала столько всего ужасного. Потому что я так долго ненавидела её. Она объяснила, зачем делала так — большинство из произошедшего — и я знаю, всё это было простым недопониманием с обеих сторон, но… если разумом я простила, поняла её, однако сердцем до сих пор не приняла. И не знаю, смогу ли.

— Твайлайт… — Шайнинг Армор взглянул на неё, затем сел и порывисто обнял. — Ты сможешь простить её, — вполголоса сказал он, поглаживая сестру по спине. — Ты добрейшая, всепрощающая пони из всех, кого я знаю. Если кто-то и сможет простить и сделать её счастливой, так это ты.

— Шайнинг… — Твайлайт крепко зажмурилась, а из её глаз покатились слезы, и стиснула его в костедробильном объятии. — Спасибо. Я не заслуживаю такого старшего брата как ты.

— Ну, нипони не заслуживает. Но ты принцесса, поэтому приблизилась больше остальных.

— Ладно, ты придурок, — она отпихнула его, опрокинув на кровать. — Но всё равно спасибо.

— Не напоминай. Если ты уже можешь простить Кейденс после того, что она сделала, я могу, по меньшей мере, дать шанс Кризалис. Пятый по счёту, но тем не менее, — Шайнинг Армор приподнялся, наблюдая, как Твайлайт слезает с кровати. — Что теперь? Обратно в свой замок?

— Утром, — Твайлайт приостановилась посреди комнаты и оглянулась. — У меня чувство, что я уже почти разобралась. Теперь мне надо поговорить с друзьями.

— Ну ладно, удачи.

— Спасибо.

Твайлайт приложила копыто к двери и снова остановилась. Её мама наверняка поджидала где-то снаружи, чтобы вновь перейти в наступление. Она могла просто телепортироваться, но и так уже нарушила правило «никаких полётов», и ей не хотелось подливать масла в огонь. Так как же…

Хитрющая улыбка появилась на её лице.

— О, и Шайнинг Армор, — позвала она. — Забыла сказать, что мама хочет с тобой кое о чём поговорить…

* * *

Шайнинг уже не раз доказывал, что умеет отвлекать внимание, и Твайлайт удалось провести остаток ночи безо всяких неловких обсуждений о своей будущей репродуктивной деятельности. Но столь же неудобной, как эти разговоры, была её старая кровать, и аликорна без конца ёрзала на ней в попытке найти позу, в которой крылья ни были зажаты между ней и стеной, ни свисали с края. Целых пятнадцать минут пометавшись, повертевшись и поворочавшись, она почти убедилась, что такой позы физически не существует. И даже начала задаваться вопросом, как вообще спала на этой кровати раньше, и заодно лелеять мысли о диване в гостиной, пускай это и означало неминуемую встречу с матерью.

Словно по сигналу в её дверь тихо постучали, и копытоять медленно повернулось.

— Твайлайт? — приглушённо прошептала Вельвет. — Ты ещё не спишь?

На мгновение Твайлайт вознамерилась притвориться спящей, но даже зная, что может случиться, не смогла пересилить себя и проигнорировать маму. Поэтому со вздохом она приподнялась на передней ноге.

— Да, мам.

— Я просто пришла пожелать спокойной ночи, — Вельвет замолчала и, пошаркав копытами, продолжила. — И… я должна извиниться. Ты же знаешь, как мне хочется внуков, но всё-таки мне не следует заставлять тебя. И я прекрасно знаю, что тебе известно, откуда берутся жеребята, поэтому не буду больше смущать тебя такими разговорами. Особенно учитывая… уникальную ситуацию, в которой ты оказалась.

— Папа накричал на тебя? — сухо спросила Твайлайт, и Вельвет усмехнулась.

— Да, немного. Твой отец помимо всего прочего напомнил, что я не должна была заставлять тебя жениться только ради внуков. Особенно теперь, когда у Шайнинг Армора есть Кейденс.

— Уверена, они оценят твою помощь, — Твайлайт вовсе не испытывала чувства вины за то, что вновь толкнула брата под мчащуюся повозку. — И не нужно извиняться. Я знаю, ты просто увлечена мыслью стать бабушкой.

— Спасибо, дорогая, — Вельвет тепло улыбнулась Твайлайт и начала закрывать дверь. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, мам.

— Спи крепко, и пусть монстры под кроватью не кусают тебя, — замолчав, Вельвет приоткрыла дверь шире и заглянула внутрь. — Разве что тебе и Кризалис нравится такое. Клянусь Богиней, твой отец иногда…

— СПОКОЙНОЙ НОЧИ, МАМ!

Вельвет ухитрилась скрыться как раз, когда брошенная почти со сверхзвуковой скоростью подушка врезалась в дверь.

* * *

* — поёт песню из опенинга.

## Глава 7. Дружеская беседа

Шестеро пони и один юный дракон сидели вокруг стола в тронном зале замка Твайлайт. Сама хозяйка ничком полулежала на столе, раскинув передние ноги, и время от времени глубоко вздыхала.

— И… как долго она вот так валяется? — приподняла бровь Эпплджек.

— Уже день примерно, — Старлайт пожала плечами. — После возвращения из Кантерлота с ней всё было в порядке, но вчера она получила какое-то письмо.

С очередным тяжёлым вздохом Твайлайт вытянула конверт из-под морды и толкнула его через стол. Проскользив по гладкой поверхности, он остановился перед Флаттершай, которая нерешительно приподняла его за край.

— Ох, — грустно сказала она, бегло просмотрев документы внутри. — Это из дворца. Здесь… незаполненные бланки для развода с королевой Кризалис.

— Я наверняка потеряю её, — простонала Твайлайт, не поднимая головы, пока другие пони с разной степенью сочувствия посмотрели на неё. — Я всё испортила, и у меня никак не получается пережить сделанное ей, и я не могу полюбить её, пускай и люблю, и я навсегда останусь одна…

— Нет, всё будет в порядке! — весело сказала Пинки, подпрыгивая рядом с троном Твайлайт. — Мы всё-всё сможем исправить! Тебе надо взбодриться и хорошенько поразмыслить! И лучше всего тебе поможет вечеринка!

Она рывком водрузила праздничную пушку на стол и пальнула прямо над головой Твайлайт. Взрыв конфетти обдал гриву аликорны, разукрасив её с одной стороны, но никакого другого эффекта не возымел.

— Прости, Пинки, — уныло сказала Твайлайт, — но не думаю, что вечеринка поможет мне.

Уставившись на Твайлайт, Пинки моргнула. Затем ещё несколько раз.

— Я узнаю слова, но не понимаю, какую фразу ты из них составила, — наконец-то сказала она.

— Слуш, я не вижу, в чём проблема, — пренебрежительно махнула копытом Рейнбоу Дэш, когда Пинки плюхнулась обратно на своё место. — Чего такого, что ты получила бумажки из дворца? Просто не подписывай их.

— Всё не так просто, — вздохнула Твайлайт. — Если я не подпишу, то тем самым оспорю развод. Тогда нам придётся идти в суд, чтобы уладить вопрос, и… я бы предпочла не втягивать Кризалис в это.

— Ну, а если бумаги «случайно» испортятся? У тебя же в рабочем кабинете полно свечей, так? Тогда…

— Уничтожение официальных дворцовых документов уголовно наказуемо.

— Ладно, тогда что насчёт, если ты потеряешь их? Я так припрячу их, что ты никогда не найдёшь их!

— Под одним из столиков в «Сахарном уголке», — с очередным вздохом сказала Твайлайт.

— Откуда ты… в смысле, нет, я говорю о действительно укромном месте!

— Изнанка вставленного в рамку постера Спитфайр с автографом.

— Прекрати!

— Суть в том, что… я ограничена во времени. Если я вскоре не подпишу и не верну бумаги, то это станет судебным вопросом. Газеты постараются устроить из него целое представление, а мне бы очень хотелось избежать подобного. Не только ради самой себя, но и… — Твайлайт снова вздохнула. — Если я просто подпишу документы, всё закончится тихо. Да, когда правда всплывёт наружу, поднимется шумиха, но Кризалис это ничуть не коснётся. Она будет в своём улье, и будьте уверены, ни один чейнджлинг не пропустит репортёров внутрь. Но если с моей подачи развод будет оспорен, если нам придётся пойти в суд, ей придётся увидеть меня снова. Последнее, что ей нужно сейчас, когда она пытается… пытается забыть обо мне. И после всего, на что она уже пошла — смирилась, что я никогда не любила её, а затем поклялась всей Эквестрии завоевать моё сердце — будет жестоко провести её через орду репортёров, когда ей придётся идти в судебный зал. Я не могу так поступить с ней.

— Хорошо, тогда что если мы как-то задержим? — не унималась Рейнбоу Дэш. — Мы могли бы…

— Дэш, пожалуйста, — Твайлайт наконец-то подняла голову со слабой улыбкой смирения на мордашке. — Я ценю твоё старание помочь, но… не думаю, что можно сделать что-либо. Думаю, всё кончено.

— Дело не только в тебе, — Рейнбоу Дэш обиженно уселась обратно и скрестила передние ноги. — Пострадают и другие пони.

— О чём ты говоришь? — в замешательстве спросила Твайлайт, склонив голову набок. — Неужели ты так обеспокоена моими любовными отношениями?

— Нет, просто… — Рейнбоу Дэш оглянулась на своих друзей, смотрящих на неё, и вздохнула. — Слуш, ты действительно нравишься королеве Кризалис. Даже очень. Ты делаешь её счастливой. И это делает счастливыми чейнджлингов. И… они впрямь крутые, понятно? После того, как я одолела их на твоей свадьбе…

— Кха-фин-кхах-гал! — внезапно закашлялась в копыто Эпплджек. — Кх-двха-скхло-кх-ман-кхых-реб-хр-ра!

— И после того, как я отбилась от них, — продолжила Рейнбоу Дэш, повысив голос, — мы вместе сходили в бар и выпили немного. Да честно говоря, и нет между нами вражды. И… как я сказала, они действительно довольно клёвые. Я начала встречаться с парочкой из них. Мы даже дерёмся время от времени… ну как, боремся скорее. Вот только вся эта фигня с разумом улья реально раздражает, потому что едва один выдумывает приёмчик против меня, все тут же узнают о нём. У меня все силы уходят просто, чтобы поспевать за ними!

— Кхго-кхняли-тхебхя-вкх-кхвостх-и-кхгри-кхву-вскхю-кхпро-хшлую-кхне-дхелю!

— Кажется, у тебя что-то в горле застряло, — прорычала Рейнбоу Дэш, свирепо уставившись на сидевшую напротив пони-фермершу. — Принести кувшин с водой? Например, тебе на голову?

— Поосторожней, сахарок, — сказала Эпплджек с ухмылкой, достойной перевёртыша. — Я ж могу быть чейнджлингом, и тогда у тебя ба-а-альшие неприятности.

Флаттершай прерывисто вздохнула.

— Но ты же не чейнджлинг?

— А если бы и была, имеет значение? — пожала плечами Эпплджек.

— В общем, Твайлайт, — Рейнбоу Дэш повернулась обратно к ней, перестав обращать внимание на остальных пони. — Я пытаюсь сказать, что если ты впрямь подпишешь эти бумажки, несчастными станут все пони. Королева Кризалис, чейнджлинги и даже ты. Не знаю, любишь ты её или нет, но видно ж, как много ты волнуешься о ней. Просто… — она сделала глубокий вдох и продолжила: — Короче, ты — моя подруга, и чейнджлинги — мои друзья, и я просто хочу видеть тебя счастливой, ладно? И… мне кажется, если ты останешься с королевой Кризалис, вы обе будете счастливы.

— Думаешь? — затаив дыхание, спросила Твайлайт, и Рейнбоу Дэш неловко кивнула. — Почему?

— Ну ёж мой хвост… — Дэш заёрзала, но широко открытые, полные надежды глаза Твайлайт заглядывали прямо ей в душу. — Ты в курсе, как именно смотришь на неё иногда? Ты улыбаешься и… так, ну это совсем сопливо, но… ты выглядишь, словно она значит целый мир для тебя. И даже, когда ты сердишься и кричишь на неё, то никогда не кажешься по-настоящему разозлённой. Просто расстроенной. Словно не удивляешься её выходкам — чего бы ни случилось — но ожидаешь большего от неё. И, ну… я думаю, именно так действуешь, когда любишь пони-будь.

— Дэш… — пытаясь сморгнуть несколько слезинок, Твайлайт потянулась копытом через стол к голубой пегаске. — Спасибо… я никогда не знала, что ты так проницательна в отношениях…

— Да ладно, брось, — проворчала Рейнбоу Дэш. — Я просто говорю тебе, что видела. Не пытайся превратить меня в очередную типа Рэрити, одержимую любовными романами и пытающуюся заставить всех пони перелюбиться, — она указала на трон с тремя бриллиантами на спинке, занятый сейчас Старлайт Глиммер. — У нас и так хватило проблем пробраться сюда незамеченными. А уж мимо меня и Рэрити вы точно не проберётесь.

Твайлайт скорчила мордашку, затем расслабила её в улыбке.

— И всё-таки спасибо тебе. Правда спасибо.

Дэш беспечно отмахнулась копытом, и Твайлайт села, выпрямив спину и решительно оглядев друзей. Впервые с тех пор, как они увидели её этим днём, она снова выглядела самой собой.

— Вот именно зачем я пришла поговорить со всеми вами, — уверенно заговорила она, постукивая копытом по столу. — Я знаю, с вашей помощью я смогу разобраться, как посмотреть в лицо моим чувствам. В конце концов, вы все поддерживаете меня.

Тишина стремительно нависла над столом, отчего большинство друзей беспокойно заёрзали и изо всех сил попытались не смотреть ей в глаза.

— Никто из вас не думает, что я должна оставаться с Кризалис? — неуверенно спросила она.

— Я думаю! — выпалил Спайк сбоку, с энтузиазмом размахивая лапкой.

Рейнбоу Дэш подняла копыто и хмурым взглядом обвела остальных за столом. Флаттершай шевельнула плечами, будто хотела поднять копыто, но в последний миг передумала. Копыто Эпплджек остановилось почти на полпути, затем медленно опустилось обратно на столешницу. Пинки Пай продолжала таращиться в пустоту. А Старлайт вовсе не шелохнулась, упрямо скрестив передние ноги перед грудью.

— Почему? — Твайлайт опустила уши, её голос звучал тихо и потерянно.

— Потому что она подлая, — к удивлению каждого, первой заговорила Флаттершай; она даже нахмурила брови. — Гильда тоже, почти что. Но, по крайней мере, Гильда не наслаждается этим, как Кризалис. Ей кажется забавным толкать пони, или ставить им подножки, или унижать их. Она мила с тобой, но… не с кем-то ещё. И мы знаем, она нравится тебе, и ты по-настоящему нравишься ей. Не то, чтобы мы не хотим видеть вас вместе, раз уж тебе хочется быть с ней… но мы боимся, что она не совсем подходит тебе. Ты — принцесса Дружбы, и по всему выходит, что твоим особенным пони должен стать кто-то дружелюбный.

— Ты же не думаешь, что для меня не подойдёт кто-то чуточку недружелюбный? — умоляюще спросила Твайлайт. — Я могу научить её дружбе! Разве в этом нет больше смысла, чем просто быть с пони, которому я нравлюсь?

— Я не говорю, что у тебя не получится, и вы двое не сможете быть счастливы вместе, — Флаттершай опустила голову и посмотрела на Твайлайт из-под чёлки. — Просто… мы беспокоимся о тебе. Я поддержу тебя при любом решении, просто я не уверена, что подумаю о том, если королева Кризалис и дальше будет оставаться рядом.

— О, это… понятно, полагаю.

Твайлайт уткнулась взглядом в поверхность стола, и Флаттершай нахмурилась.

— Прости, я не хотела сказать…

— Нет, всё в порядке, — подняв копыто, перебила её Твайлайт. — Твоя готовность встать на мою сторону многое для меня значит. И я могу понять, что ты не будешь в особенном восторге, когда Кризалис станет постоянной частью наших жизней, пускай ты и рада за меня.

Твайлайт перевела взгляд на пони-фермершу, которая постукивала копытом по столу и задумчиво хмурилась.

— Что насчёт тебя, Эпплджек? Всего несколько дней назад ты не отвергала идею о том, что мы останемся женаты. Хотя предположу, у тебя была парочка оговорок по поводу всех этих покушений…

— И по-прежнему есть, — подняла взгляд Эпплджек, её глаза оказались вровень с глазами Твайлайт. — Но именно это не волнует меня — ну или прям сейчас не волнует. Всё-таки Флаттершай права. Не чувствуется, что Кризалис подходит тебе. Она… нечестная. Я не говорю лгунья — даж я признаю, что вообще не слыхивала, как она внаглую врёт, по крайней мере, не тогда, когда расхаживала в своём истинном облике, но не лгать и быть честным — эт две большие разницы. Она… скользкая. Она всюду изворачивается. Она чейнджлинг, и они по натуре такие, и мы не должны осуждать их… но всё ж я нервничаю. Недомолвки всё равно считаются ложью, а она выглядит весьма довольной, когда порет какую хошь чушь.

— И поэтому ты тоже считаешь, что она не подходит для меня?

— Ну нет, я такого не говорила. С виду она жуть какой счастливой тя делает, и я не собираюсь приказывать тебе держаться подальше от пони, которая так любезничает с тобой. Прост… она дурно на тя повлияет. Как бывает: она нравится тебе, ты соглашаешься со всем иль закрываешь глаза на её поступки, а следом ты уж действуешь как она, манипулируешь всеми вокруг и всякое такое.

— О, — Твайлайт виновато посмотрела на Эпплджек. — Это насчёт того, как я поначалу врала всем вам о моей любви к ней?

— Промашка, Твай, — усмехнулась фермерша. — Я тут думаю, единственная, кому ты лгала, была ты сама.

Твайлайт смущённо улыбнулась.

— Ну, возможно…

— Как сказала Флаттершай, мы прост беспокоимся о тебе, и всё. Мы хотим быть уверены, что твоя особенная пони сможет правильно с тобой обходиться — так, как нужно обходиться с нашей подругой. И королева Кризалис с натяжкой вписывается в эту картинку, хоть мы и видели, как она обращалась с тобой за последние месяцы.

— Она правда может быть очень милой, — упрямо сказала Твайлайт. — Просто вы не находитесь рядом с ней подолгу, а её саму тянет припасать большую часть приязни исключительно для улья и меня. И ей всегда приходится вести себя как «настоящая королева» на публике… вам просто не довелось увидеть, какая она на самом деле.

— Признаю, наверняка тебе есть, чего порассказать, — кивнула Эпплджек. — Так какая она наедине с тобой? Чего такого в ней тебе так сильно нравится?

— Ну…

* * *

Уткнувшись лицом в кровать, Твайлайт закряхтела в простыню, когда копыта Кризалис поднялись по её хребту, и чейнджлинг негромко усмехнулась.

— Тебе правда стоит чаще расслабляться, — пожурила она ёрзающую под собой пони. — Я провела год в Кантерлоте под видом массажистки, прежде чем сумела подобраться к Кейденс, и ни разу у меня не было клиента, чьи мускулы были так же напряжены, как твои.

— Не совсем это мне хотелось бы услышать, чтобы расслабиться… — пробурчала Твайлайт, но все её дальнейшие возражения исчезли в протяжном вздохе, едва Кризалис прижала копыто аккурат промеж её крыльев и вдавила со всей силы. В отличие от пони из спа-салона, у Кризалис хватало как сил разминать жёсткие аликорньи мышцы Твайлайт, так и умений, чтобы не причинить вреда пони.

— Ну-ну, завоевания и похищения замечательно снимают стресс, — Кризалис издала горловой смешок, принявшись массировать быстрее. — Хочешь попробовать? Скажем, Кантерлот, через несколько дней…

— Ммм, извини, но я на твои уловки не попадусь, — Твайлайт вздохнула. — Тебе придётся лучше постараться, если хочешь уговорить меня на нечто подобное…

— Уговорить, значит?

Копыта Кризалис начали спускаться по её спине, выписывая круги и разминая каждое попадавшееся на пути напряжённое местечко. Без остановок они прошлись до самого низа и оказались прямо над её бёдрами, медленно массируя бока. Твайлайт испустила тихий стон; Кризалис слегка передвинулась, и аликорна почувствовала горячее дыхание чейнджлинга на ухе. Медленно копыта Кризалис двинулись навстречу друг другу и сошлись прямо над крестцом пони. На мгновение они будто бы собрались двинуться дальше вниз, но затем стремительно поднялись вверх, мягко массируя спину пони, что совсем не походило на глубокие, снимающие напряжение поглаживания ранее.

Твайлайт изо всех сил постаралась сдержать стон. Она точно знала, чего добивалась Кризалис, и не собиралась доставлять чейнджлингу удовольствия, показывая, что её попытки превратить массаж — простой массаж, который можно получить в любом уважающем себя спа-салоне — в нечто более интимное приносили плоды. И конечно же Кризалис с её крепко прижатыми к спине Твайлайт копытами всё равно ощутила стон и снова усмехнулась.

Давление на спину внезапно пропало, и секунду Твайлайт гадала, что произойдёт дальше. Внезапно два копыта схватили и раскрыли её крыло, и она тихонько хрюкнула, когда ноющие, редко используемые мышцы были столь резко растянуты.

— Тебе нужно больше летать, — цокнула Кризалис, покачав головой. — Нехорошо держать крылья сложенными всё время.

— Говоришь как Рейнбоу Дэш, — проворчала Твайлайт.

Она прерывисто вздохнула, когда Кризалис принялась чистить её перья. Собственные зубы Твайлайт — широкие и тупые — хорошо справлялись и с чисткой перьев, и с выдёргиванием повреждённых. Но зубы Кризалис были заострёнными, и ей нравилось поскрябывать ими кожицу крыла Твайлайт, заставляя пони вздрагивать от невыразимого удовольствия.

Массаж был приятным, дразнящий намёк на нечто большее… интриговал, мягко говоря; всё это доставляло чистое блаженство, и Твайлайт испустила вздох и размякла на кровати, пока Кризалис медленно обихаживала её крыло.

* * *

Друзья пристально смотрели на Твайлайт. Затихнув, она больше ничего не сказала, но её пылающая всеми оттенками красного мордашка яснее ясного говорила о воспоминаниях, которым она предалась.

— Она относилась ко мне, словно я — единственная для неё во всём мире, — наконец-то произнесла Твайлайт, смутившись ещё сильнее от понимания, о чём она думала на виду у друзей. — И… у неё сильные копыта и острые зубы.

— Я… не стану спрашивать, к чему ты упомянула последнее, — сказала Эпплджек с озадаченной и слегка сконфуженной мордой. Она отвернулась, не прекращая лёгонько барабанить копытом по столу, затем вздохнула и повернулась обратно. — Слух, — сказала она с суровым и уже знакомым всем упрямым выражением. — Буду честна с тобой. И не только из-за моего Элемента. Королева Кризалис… не самая приятная пони, чтобы проводить с ней много времени. Я первой признаю, что она не так плоха, как мы думаем, и я правда разок-другой видела её явно доброй к другим пони. Но она по-прежнему одна из самых подлых, мерзких зубастиков, которых я когда-либо встречала. Я никогда не встречала пони, злившуюся бы так из-за количества посыпки на кексе! И уж точно эт не совсем та пони, с которой ты должна проводить своё время, не говоря уж об оставшейся жизни.

— Но… — продолжила Эпплджек, видя, как Твайлайт снова опустила уши, — она любит тебя. Кто угодно подтвердит! Даж не представляю, что ещё заставило бы её делать то, что она на моих глазах делала для тебя. Вряд ли найдётся много пони, которые давали бы тебе столько же, как она. Или отказывались от чего-либо своего. И видя, как ты страдаешь, я начинаю думать, что ты испытываешь то же самое к ней, пусть и не можешь пережить кой-каких её прошлых выходок. Так что меня устраивает, если вы двое останетесь женаты. Как по мне, прост не забывай, чего она устраивала раньше, но прости её, ведь даже она заслуживает иметь любящую пони. Ну, а раз ты не собираешься забывать, то ты не позволишь ей устроить нечто подобное снова, и уж точно она не сможет испортить тебя. Поэтому, возможно, все мои заморочки по поводу её дурного влияния имеют не больше смысла, чем помои, которыми я кормлю свиней. Колючку в нос, если подумать, ты и впрямь можешь сделать её лучше.

— Эпплджек?.. — вполголоса спросила Твайлайт. — Значит ли это…

Она притихла, и Эпплджек помотала головой.

— Не-а. Я не говорю, что вы должны оставаться женаты. Но и не говорю, что не должны. Я говорю… я верю тебе. То же самое я сказала, когда впервые узнала о твоей женитьбе. Думаю, ты знаешь что делать, и не собираюсь навязывать чего-то ещё. Тебе не нужна ни одна из нас, чтобы сказать себе, что делать.

Мгновение Твайлайт смотрела на неё, затем впервые за день по-настоящему уверенно улыбнулась.

— Спасибо, Эпплджек. Это многое значит.

— Не за что, мадам, — растягивая слова, сказала Эпплджек, ухмыльнувшись и слегка коснувшись шляпы.

— Итак, теперь, — Твайлайт перевела взгляд, — остаётся…

— Пони, которую Кризалис изо всех сил пыталась убить, замучить и вышвырнуть из замка, — перечислила Старлайт, резко вскинув голову, и Твайлайт вздрогнула.

— Это не…

— Нечестно? — приподняла бровь Старлайт. — Не вполне разумное описание её поступков? Или не совсем то, что случилось?

— Я хотела сказать, что это не вся история…

— О, верно. Я забыла ту часть, где она сделала всё это просто потому, что не могла оставить тебя жить в одном здании с другой пони. Теперь все её поступки полностью оправданы. Извините за чрезмерную реакцию.

— Она просто защищала…

— Твайлайт, она ревнивое чудовище! — Старлайт выразительно ударила копытом по столу. — Уж мне-то кое-что известно о том, чтобы быть ревнивым чудовищем.

— Конечно же она ревнует, ведь она любит меня! — вышла из себя Твайлайт. — И мы женаты! Как, по-твоему, она должна реагировать, что я живу с другой пони, пока ей самой приходится оставаться в своём улье большую часть времени?

— Уж всяко не пытаться убить!

— Значит, она уважает тебя… — аликорна содрогнулась от одного взгляда на лицо Старлайт. — Я не говорю, что это хорошо, она сама по себе такая. И она же сбавила напор после того, как я попросила её, разве нет?

— О да, это была фантастика, — голос Старлайт истекал сарказмом, пока она закатывала глаза. — В конце концов, теперь мне надо беспокоиться о том, что меня всего лишь искалечит королева чейнджлингов, обозлившаяся от ревности к совершенно платоническим отношениям между учителем и учеником.

— Погоди, искалечит? Это неправда, я разрешила ей только немножко покромсать, — Твайлайт снова вздрогнула от выражения лица Старлайт. — Извини-извини, плохая шутка.

— В том-то и заключается моя проблема, — с сердитым взглядом Старлайт подалась вперёд. — Ты позволяешь ей просто… каждый раз выходить сухой из воды! Она сжигает здание? О, она заплатила за ремонт и теперь знает, что так делать нельзя. Она пытается убить меня? О, она просто слегка ревнует, что мы живём вместе, теперь она всего лишь попытается причинить мне боль. Она пытается убить принцесс? О, она просто отстаивает своё превосходство, это несерьёзно.

— Старлайт, она не…

— Не говори, что она не имеет этого в виду! Как раз имеет! И единственное — единственное! — что сдерживает её — твои просьбы не делать того и сего. Ты совершенно уверилась в любовь этой маньячки и считаешь, что она охотно оставит свои привычки исключительно потому, что ты так сказала.

— Эм, прости, но звучит так, словно на самом деле ты доказываешь, что я должна оставаться с Кризалис, — робко сказала Твайлайт.

— А знаешь, что больше всего бесит? — спросила Старлайт спустя невыносимо долгое мгновение, пока сердито смотрела на Твайлайт. — Она ни разу не извинилась ни за одно из преступлений. Королева Кризалис пыталась захватить Эквестрию, поработить всех пони, и что же ты говоришь? «Ох, ну что ж, чейнджлинги есть чейнджлинги». Ей даже не пришлось падать ниц и просить прощения у всех пони! Ей не приходится проводить каждый день, пытаясь возместить всё, что она сделала! Ей не приходится выполнять уроки дружбы!

— Старлайт… — Твайлайт склонила голову набок. — Я не уверена, к чему ты клонишь.

— ТЫ ЖЕ НЕ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я НЕ ХОЧУ ЗАХВАТИТЬ ЭКВЕСТРИЮ?! — прокричала Старлайт, вскочив и грохнув копытом по столу, а другое прижимая к груди. — Я исписала планами три тетради с тех пор, как пришла сюда жить! О, но я же не могу претворить любой из них? Нет, малейший шажок в сторону — и мне наверняка запихнут радуги туда, где им не полагается быть. Но потом заявляется эта маленькая мисс Идеальная Чейнджлинг, трясёт крупом перед твоей мордой, дарит тебе кольцо, и внезапно всё у тебя в порядке с «бывшим» врагом, которая становится твоим другом и одновременно пытается захватить Эквестрию. И внезапно это «мило» и «забавно».

Твайлайт недоверчиво моргнула, глядя на Старлайт.

— Ты… завидуешь ей?

— Нет! — с раздражённым фырканьем Старлайт уселась обратно, снова скрестив передние ноги.

— Послушай, Старлайт… — Твайлайт колебалась мгновение, затем продолжила. — Я всегда буду твоим другом. Ведь ты же знаешь это? Но… у меня также есть и другие друзья. А пони, подобная Кризалис — очень особенный друг, который значит для меня больше, чем остальные друзья. Не в том смысле, что ты и все мои друзья стали менее важны или не так особенны для меня, чем раньше, просто мои чувства к Кризалис… отличаются. Видишь ли, когда двое пони действительно нравятся друг другу…

— О Селестия, — Старлайт уткнулась мордочкой в копыта. — Я прекрасно знаю, что такое любовь и брак, и что они означают. Я не завидую и не ощущаю, будто она собирается как-то «отнять» тебя у меня! Я просто беспокоюсь, что ты даёшь ей слишком много свободы действий. И к тому же это воняет лицемерием. Меня заставили извиниться и начать учиться дружбе, но на её поступки ты просто махнула копытом. Чем же мои попытки захватить Эквестрию были так хуже?!

— Ты почти разрушила мир путешествиями во времени, — указала Рейнбоу Дэш после неловкой тишины. — В смысле, Кризалис просто пыталась захватить Эквестрию… и-и-и-и… всё, молчу.

Старлайт отвела свирепый взгляд от Рейнбоу на Твайлайт.

— С Кризалис всё… иначе, — Твайлайт заёрзала под взглядом Старлайт. — Она совершенно иной вид пони. По факту, она вовсе не пони, а чейнджлинг. Запрещать ей пытаться завоёвывать равносильно приказать пегасу не летать. То, что она совершает… просто такова её натура. И она не совсем всерьёз делает это. Если бы она действительно хотела завоевать Эквестрию, то уже завоевала бы. Признаю, она достаточно ослабила мою бдительность, чтобы я проглядела наступление. Но она не собирается завоёвывать Эквестрию. Она как раз делает всё возможное, чтобы я останавливала её. Не думаю, что её волнует, победит она или проиграет — главное, что попытается. И насколько я могу судить, пока была рядом, ей не очень-то и хочется победить. Ведь она знает, что я от этого почувствую.

Твайлайт глубоко вздохнула и спокойно посмотрела на Старлайт.

— И ты не такая пони. Я думаю, ты искренне хочешь быть другом для всех, ты хочешь двигаться дальше от прошлого и стать другой пони, чем которой привыкла быть. Разве я ошибаюсь?

Старлайт вздохнула и закрыла глаза.

— Нет, Твайлайт, не ошибаешься. И… я действительно не хочу больше захватывать Эквестрию. Не всерьёз. Составление этих планов, записывание… просто способ очистить от них моё мировоззрение. Я до сих пор время от времени чувствую сильное желание, и вот как я справляюсь с ним.

— И это хорошо! — подбодрила её Твайлайт. — Ты всегда можешь прийти ко мне поговорить, если нужно. Как Кризалис всегда может рассчитывать на меня, чтобы срывать её планы.

С раздражённым стоном Старлайт всплеснула копытами.

— Сдаюсь. Ты реально влюбилась в неё?

— Почти наверняка уверена, — кротко сказала Твайлайт с лёгкой улыбкой. — Может быть… на девяносто пять процентов уверена.

— Не понимаю, что ты увидела в ней, — Старлайт медленно покачала головой. — Я уж точно ничего не вижу. Но если тебе хочется дойти до конца… я не остановлю тебя. Я никогда не встану на пути счастья моих друзей, пускай и не понимаю его. И если Кризалис всё же станет жить с нами, я приложу все усилия, чтобы ужиться с ней. Надеюсь, настоящий брак с тобой хоть чуточку смягчит её, — подавшись вперёд, Старлайт ткнула копытом в Твайлайт. — Однако скажу тебе прямо: я не доверяю ей. Точь-в-точь как ты не доверяла Трикси… но, по крайней мере, она исправилась. И когда твоя жёнушка выкинет что-то эдакое, и мне придётся всех спасать, я с превеликим удовольствием напомню, что я говорила.

— Верно подмечено, — улыбнулась Твайлайт, и кивнувшая в ответ Старлайт села обратно. Но как только это произошло, улыбка медленно сошла с мордашки Твайлайт, и она принялась вновь изучать поверхность стола.

— Права ли Старлайт? — через минуту аликорна подняла голову и посмотрела на друзей. — Неужели идея оставаться с Кризалис настолько плохая? Она опасна, тут Старлайт права. И раз у меня не получается найти внутри себя любовь, так может быть… лучше просто позволить Кризалис держаться подальше, как она хочет? Просто списать всё на большое недопонимание, на нечто, что могло бы сработать, но в конечном счёте не сработало?

— Это крайне плохая идея, — впервые с начала беседы подала голос Пинки; все пони удивлённо посмотрели на неё, но она не подняла взгляда и продолжила лениво выписывать копытом круги по столу. — Представьте, что будет делать королева Кризалис. Мы знаем, что она любит тебя всем сердцем, а в случае чейнджлинга любви может быть ужасно много — в зависимости от её питания. Но представь, если ей придётся удерживать всю эту любовь внутри себя годы… может быть, даже десятилетия. Она не будет притворяться, что тебя не существует, Твайлайт. Пускай она говорит о своём нежелании видеться с тобой, но ты же догадываешься, что она будет наблюдать за тобой так же, как раньше. Если не больше, поскольку ты будешь ежедневно общаться с чейнджлингами, когда они станут подданными Эквестрии. Ты можешь не видеть её, но тебя она будет видеть в разуме улья каждый день. Она начнёт искать предлоги, чтобы чейнджлинги навещали тебя, и сможет видеть твой образ в их воспоминаниях несколько лишних минут. «Почему не я? Что я сделала неправильно?» — она будет спрашивать себя изо дня в день. И некогда столь чистая любовь в её сердце станет загнивать, превращаться в чёрную желчь, которой она будет давиться при всякой мысли о тебе. Со временем это перерастёт в ненависть, но Кризалис будет так одержима к тому времени, что даже не заметит перемен, и в конце концов она спустит свои легионы на Эквестрию, твёрдым копытом сокрушит всякое сопротивление и возьмёт тебя силой. Но к тому времени не останется никакой любви. Она попытается любить тебя, и даже решит, что любит, но на деле будет чувствовать одну лишь ненависть, тёмную и горькую, от которой не сможет избавиться, невзирая на все усилия. И эта извращённая пародия отношений, которую она заставит тебя иметь с ней, превратят жизни вас обеих в бесконечные адские муки, от которых не будет спасения.

На лицах Твайлайт и её друзей появилось одинаковое выражение: как у сбитого телегой пони, который пытается понять, что собственно случилось и почему он лежит через пол-улицы от того места, где стоял четверть секунды назад.

— Если же она не сделает этого, то всё может закончиться ещё хуже для каждого. Из-за тебя, — продолжала Пинки, ничего не замечая. — Ты знаешь, что любишь её, но не признаёшь, не можешь заставить себя почувствовать это. Отныне в каждом новом отношении это всегда будет стучать на задворках твоего разума. «Люблю ли я этого пони так же сильно, как Кризалис? Что случится, если я внезапно осознаю, что люблю Кризалис?» Эти мысли будут отравлять каждую твою попытку полюбить другого пони, ядом протекая через твоё сердце. Ты ожесточишься, проклиная Кризалис за свои неудачи в отношениях. Со временем ты замкнёшься и перестанешь даже пытаться завести отношения на тот случай, если вдруг решишь отказаться от кого-либо ради Кризалис. И так ты будешь ждать, одна в своём замке, а твоя любовь будет застывать в твоём сердце до тех пор, пока ты не сможешь чувствовать вообще ничего. И наконец, после невесть скольких бесконечных тоскливых лет ты сдашься. Ты придёшь к Кризалис и объявишь, как любишь её, упрашивая взять тебя обратно. И она согласится, потому что любит тебя так сильно, что даже не заметит твоей лжи. А ложь будет, не так ли, Твайлайт? Ты вовсе не будешь любить Кризалис. Нет, не после стольких лет. Не после стольких проклятий за неудачи в каждой попытке построить отношения. Ты будешь обидчива и язвительна. Она будет делать неправильно, каждое несовершенство в ваших жизнях будет её виной. Однако она будет пытаться раз за разом, умирая от жажды и вымаливая хотя бы каплю твоей любви. И кто же встанет у алтаря? Ты, охладевшая и ожесточившаяся старая дева, ненавидящая свою жену всеми фибрами своего существа, хоть даже и неосознанно. И королева Кризалис, низведённая до раболепной подхалимки, отчаянно ждущая от тебя хорошего слова, ласкового прикосновения. Капельки любви, которую никогда-никогда не получит.

Пинки затихла, по-прежнему выводя круги копытом. Она не замечала, как её друзья таращились на неё в потрясённом молчании, с широко раскрытыми глазами и разинутыми ртами.

— Ух… в смысле, ого, Пинки, это… — первой придя в себя, заговорила было Твайлайт, на что Пинки подняла голову, моргая, будто очнулась ото сна.

— Что? О, приветик, Твайлайт! Извини, ты что-то сказала? Я тут просто размышляла о вечеринках!

— Эм… — открыв рот, Твайлайт подняла копыто, затем откинулась назад и потрясла головой. — Просто… мне интересно, что ты думаешь, остаться ли нам с Кризалис вместе? Или не оставаться?

— О, вы определённо должны остаться женаты! — Пинки энергично закивала. — Вы вместе такие прелестные! К тому же, если вы разойдётесь…

Она притихла на мгновение, и каждая пони в комнате затаила дыхание.

— Если вы разойдётесь, все пони будут супер-пупер грустными!

Порыв ветра пролетел по комнате от слитного выдоха всех пони.

— Так тебе нравится Кризалис? — с беспокойством спросила Твайлайт.

— Она такая забавная! — радостно сказала Пинки, несколько раз подпрыгнув на своём троне. — Ей прямо как мне нравится устраивать розыгрыши! Хотя ей, кажется, не слишком нравятся сюрприз-вечеринки… вот почему я решила пользоваться бумажными украшениями, которые сгорают очень быстро и начисто, поэтому в следующий раз мы сможем обойтись без пожарных! К тому же я достану лишние воздушные шарики, раз уж ей нравится так сильно лопать мои!

Другие пони в комнате переглянулись и тотчас молча решили притвориться, что Пинки ничего не сказала до того, как Твайлайт задала вопрос.

— Ну, остался ещё кое-кто, с кем я должна поговорить, — Твайлайт улыбнулась дракончику рядом с ней, — но мне кажется, я уже знаю его мнение.

— Мне нравится Кризалис, — почти застенчиво сказал Спайк. — И чейнджлинги тоже. Они все были очень добры со мной. Словно… у меня стало две мамы.

Твайлайт смутилась от смешков друзей, но затем её лицо посерьёзнело.

— Две мамы… интересно… — задумчиво забормотала она. После нескольких секунд, когда её друзья стали беспокоиться, она встряхнулась. — Извините, я просто тут подумала. Кризалис всегда добра к своим чейнджлингам… конечно, поначалу так не всегда выглядит, но позднее её доброта становится явной. А раз она добра и к Спайку… то вполне может видеть в нём моего чейнджлинга, мой «улей».

— Ну, это довольно интересно, наверное, — пожала плечами Эпплджек.

— Нет, разве ты не понимаешь? — возбуждённо сказала Твайлайт. — Вот почему она так жестока со всеми! Ну, ладно, неправильно выразилась. Вот почему она добра к чейнджлингам и ко мне со Спайком. Мы часть её улья, а она занимается именно тем, чтобы улей оставался счастливым и в безопасности. Если же ты не часть улья… то ты враг, или, по крайней мере, тот, кто недостоин внимания. Должно быть, после стольких лет одиночества и защиты своих чейнджлингов она только так может смотреть на всё. Это не особенно меняет что-либо, но, по крайней мере, мы на шаг приблизились к пониманию, к тому, чтобы убедить её более непринуждённо общаться с пони, — Твайлайт медленно выдохнула. — В том случае, если… я верну её. Если захочу её вернуть.

— Твайлайт… — Старлайт потрясла головой в отчаянном замешательстве. — Ты только что потратила пять минут, доказывая мне, что она ни в чем не повинный милый маленький жучок, который очень много значит для тебя. А теперь ты говоришь так, словно вы двое расстались навсегда и ты не хочешь снова видеть её. Прости, конечно, но прими уже решение!

— Я пытаюсь! — безнадёжно провопила Твайлайт, шлёпнувшись лицом вниз на стол. — Но едва мне кажется, что я разобралась в своих чувствах, как неожиданно возникает что-то ещё, и меня кидает в другую сторону! Просто всё так запутанно, что я не могу разобраться, чего хочу!

— Ну, — несмело сказала Флаттершай спустя секунду, — я знаю кое-кого, кто действительно хорошо разбирается в вещах, не имеющих смысла…

— Нет! — вскинула голову Твайлайт. — Не называй его имя, даже не вздумай…

— Опоздали! — радостно возвестил Дискорд, высовывая голову из-за её трона. — Даже вскользь упомяните меня — и я тут как тут!

С широкой улыбкой он оглядел тронный зал.

— Приятно видеть, что все здесь, и дела у всех идут хорошо… Твайлайт! — воскликнул он, будто бы внезапно заметив, кому отвечал, когда очутился в комнате. — Так здорово видеть тебя! И больше не в виде камня! Селестия разобралась со всей этой неразберихой гораздо быстрее, чем я ожидал.

— Я… что ты…

— Упс! Вот те на, неужто я не там, где подумал? — он нацепил на конец морды очки для чтения и сосредоточенно всмотрелся в книгу в потрёпанном кожаном переплёте в одной лапе. — А, ну да, конечно же! Ты ж та, кто женилась на жучиной королеве. Видишь ли, в Мерино-Гортопово я свернул налево, а не направо, чтобы добраться сюда.

— О чём ты… — проследив за пальцем Дискорда, Твайлайт перевела взгляд на страницу, которую он сунул ей под морду — и резко отдёрнула голову, прикрыв глаза копытами. — Тартар тебя подери, что это такое?!

— О, ты будто никогда не видела гипермультипространственного путеводителя раньше, — недовольно проворчал Дискорд, возводя глаза к потолку.

— Я никогда не видела ничего подобного раньше! — она содрогнулась, по-прежнему прикрывая глаза копытами. — Что за язык это был? И… рисунки? Карты? Я не думаю, что это вообще было изображениями! Ух, у меня голова болит при мыслях о них! Даже не голова, а сами мысли болят!

— Ну хорошо, я уберу это, — Дискорд зашвырнул книгу себе за плечо, и она исчезла во вспышке. — Но кое-кому со временем придётся научить тебя, как путешествовать по квантово-фрактальным дорогам и скакать из многомерностей в Ди-Браны, и если твоя маленькая принцесса солнца не потянет, то я вполне могу.

— Если это будет похоже на что-либо подобное, тогда нет, спасибо, — Твайлайт села, потирая голову и свирепо смотря на Дискорда. — Зачем ты пришёл?

— Я собирался спросить тебя о том же самом! Я просто услышал твой зов и пришёл на помощь, — он вытянулся на столе, устроив голову на ладонях, и захлопал ресницами, глядя на Твайлайт. — Так что я могу сделать для тебя?

— Совершенно ничего! Вообще-то мы как раз заканчивали, поэтому…

— Мы говорили о женитьбе Твайлайт на королеве Кризалис, — сказала Флаттершай, заставив аликорну простонать. — Твайлайт не уверена, любит ли она Кризалис или нет, а королева разводится с ней сейчас.

— Хмм… — Дискорд потёр подбородок лапой, с виду на самом деле всерьёз задумавшись. — Каверзный вопрос. Конечно, любовь может быть довольно хаотичной, но не скажу, что она мой конёк. Поэтому, возможно, мне придётся…

Внезапно он прищёлкнул пальцами, затем удовлетворённо посмотрел на застывших пони вокруг стола.

— Хорошо, теперь мы сможем поговорить наедине.

— Что ты… — Твайлайт также посмотрела на друзей и внезапно осознала, что все они стояли неподвижно, даже не дыша. — Ты что наделал?!

— О, я просто остановил время на мгновение, ничего такого, — отмахнулся Дискорд. — Хотя времени у нас — именно нашего времени — не так уж много, чтобы поговорить.

— Почему немного?

— Давай представим, что у тебя есть двигатель, работающий на полной мощности. А затем ты решаешь схватить и остановить коленчатый вал. Долю секунды всё будет хорошо, но что случится с ним после… совсем-совсем немного после?

— Он… взорвётся? — осмелилась предположить забеспокоившаяся Твайлайт.

— Именно! А теперь представь, что двигатель — это время, — Твайлайт сглотнула, и Дискорд кивнул. — Всё правильно. Кроме того, вполне очевидно это не срабатывает на аликорнах, и Си-Си расстраивается всякий раз, когда я не тороплюсь вернуть всё на место.

— Ладно, прекрасно, тогда давай, выкладывай свои шуточки, и покончим с этим, — со вздохом сказала Твайлайт.

— Шуточки? Moi? [1*] — Дискорд приложил лапу к груди. — Если бы я собирался пошутить, то не кажется ли тебе, что я оставил бы зрителей?

— Тогда к чему это всё?! — нетерпеливо рявкнула Твайлайт.

— Я просто хочу сказать, что ты конечно же любишь эту очаровательно ужасную королеву.

— Я… — моргнув, Твайлайт замолчала. — Что?

— Задумайся на минутку, моя миленькая маленькая принцесса книг. Во всех мирах, по всему времени и пространству что причиняет больше хаоса, нежели любовь? Вы двое истекаете ею всякий раз, когда находитесь вместе. На самом деле я вижу это у любых влюблённых друг в друга пони. Держу пари, ты не в курсе, что из меня могла бы выйти почти такая же хорошая сваха, как из Кейденс, — приблизившись к Твайлайт, он понизил голос: — Не говори ей, но в былые дни мне на самом деле предлагали титул «Принцессы любви». Но я отверг его. Тиара не сочетается с моей бородой, — хаосит вернулся в прежнюю позу и продолжил: — И не считая любви, ваша парочка породит огромное количество хаоса, из чего получится несомненно восхитительное шоу! Я имею в виду армию чейнджлингов, которые мирно вторгнутся в Эквестрию и попытаются адаптироваться к культуре пони. И пони, которые попытаются сосуществовать вместе с теми, кто живёт за счёт их эмоций. Да такой хаос уступит лишь перспективе насилия и кровопролития!

— Ты… стоп, что?!

— Позволь мне объяснить, — голос Дискорда упал до угрожающего рыка. Твайлайт сглотнула и вжалась спиной в спинку трона, когда над ней навис драконикус, чьи глаза теперь горели красными углями. — Любовь, которую разделяешь ты с королевой Кризалис, представляет из себя настолько большой хаос, что он соперничает даже с самыми блистательными моими работами. Не видеть вас двоих вместе противно самой моей сути. И я желаю, чтобы вы двое жили вместе счастливой семейной жизнью — больше, чем когда-либо хотел погрузить Эквестрию в хаос. Другими словами… я шипперю вас так сильно, что это искажает реальность.

— Эм… — дрожа и обливаясь потом, Твайлайт огляделась по сторонам.

В комнате стало темно и угнетающе, из теней покатились клубы густого тумана. Силуэты скрывались во мгле, силуэты, кажущиеся пони при первом взгляде, но чем дольше аликорна смотрела на них, тем больше они казались противоестественными, скрученными и изогнутыми так, как невозможно ни для одного живого существа. Слабо, на краю слышимости, она могла различить шепотки, обещающие ей все ужасные наслаждения, которые она вожделела дальними, тёмными уголками своего сердца; наслаждения, в желании обладать которыми она никогда не признавалась даже самой себе.

— И более того, — продолжил Дискорд. — Несмотря на твои возражения, я твой друг. И поэтому я хочу видеть тебя счастливой. И ты не представляешь, насколько счастливой Кризалис сделает тебя. Я сказал недавно «счастливая семейная жизнь», но только потому, что не знаю слов выразительнее, чем «счастье». И вы двое разделите его. Ваш брак превратится в легенду, на многие века обозначит собой вершину, к которой могут стремиться двое влюблённых. Если ты преодолеешь ваш маленький глупый развод, я могу гарантировать, что позже ты пожалеешь. Но это будет лишь лужицей по сравнению с океаном сожаления, которое ты испытаешь, если узнаешь, каким чудесным и сладостным мог бы быть ваш брак. Твайлайт, вне зависимости от направления, в каком твоя жизнь пойдёт с этого момента, я могу пообещать тебе: не существует будущего, в котором ты была бы счастливее, чем будущее, в котором ты останешься женатой на королеве Кризалис и наконец-то вобьёшь в свою головку, как сильно-сильно ты любишь её.

— Ты… — Твайлайт моргнула в сильном удивлении. — Ты говоришь, я люблю её? И ты думаешь, мы будем счастливы вместе?

— Конечно, — ответил Дискорд свистящим шёпотом. — О чём, по-твоему, я тут распинаюсь?

— Ну, просто твои глаза горят красным, и всё это с комнатой и темнотой…

— Что? — Дискорд повернулся, чтобы взглянуть на свои глаза в воспарившее рядом с собой зеркальце. — Упс!

Он развернулся и замахал лапами на туман, медленно развеивая его.

— Извини, я уже давненько не делал этого. Переключатель всё ещё установлен на «зловещем» положении. Должны были появиться пушистые розовые облака и пони-херувимы с луками и стрелами с наконечниками-сердечками!

— Ну, если бы ты сподобился прийти на генеральную репетицию… — сказала одна из тёмных фигур через плечо, медленно уходя вместе с туманом.

— Серьёзно, Джерри, ты собираешься обсуждать это прямо сейчас? — сердито фыркнул Дискорд. — Ты же профессионал, как мне казалось. Слушайте, просто возвращайтесь в гримёрку и найдите наряды херувимов. И уберите все эти нагоняющие жуть вещи обратно на склад.

— Ммхм, ещё непрофессионалом меня называет… — пробормотала фигура перед тем, как окончательно исчезнуть.

— На самом деле Джерри замечательный парень, — извиняясь, сказал Дискорд. — Просто в последнее время у него постоянный стресс, да и отношения с подружкой не складываются… я должен сделать что-нибудь приятное для них, например, пригласить их на ужин в изысканном ресторане…

— Я, ээ… — Твайлайт потёрла лоб. — Могу я просто притвориться, что ничего не случилось?

— Наверное, так будет лучше.

Дискорд прошёл по столу и уселся на краю рядом с Твайлайт. Она напряглась, когда драконикус протянул лапу, но он просто мягко сжал ей плечо.

— Послушай, Твайлайт, — сказал он серьёзным голосом. — Я мог бы и дальше рассказывать о том, что вы двое связаны хаотичной любовью, подобной которой я не видел прежде, и так далее, и тому подобное… но вряд ли это будет что-то значить для тебя. Поэтому скажу просто. Я достаточно насмотрелся на вас обеих и уверенно знаю, что ты любишь её. Вам двоим хорошо вместе. Да, она причинила боль твоей семье, но мне кажется, ты сможешь отринуть прошлое и увидеть её такой, какая она есть, увидеть, сколь многое ты для неё значишь. Если уж меня ты смогла простить за все ужасные вещи, которые я сделал, то у тебя должно получиться сделать то же самое для неё. Иди к ней. Полюби её. Вот чего хочет твоё сердце.

— Это… — Твайлайт вытерла слезинку из глаза. — Это было прекрасно. Спасибо, Дискорд.

— Да ну… — он поднялся и отошёл от неё, поэтому она не могла видеть выражение его морды. — Вот почему я захотел поговорить с тобой наедине. Мне нужно поддерживать репутацию.

— О, хорошо понимаю, — фыркнула Твайлайт, затем с внезапным подозрением взглянула на него. — Так это неправильно, что теперь я куда сильнее запуталась? Я хочу любить её, но меня смущает, что ты тоже хочешь этого, и заставляет думать, что я должна поступить строго наоборот. Извини, но мне по-прежнему трудно верить тебе.

— О, в этом нет ничего неправильного, — тихо сказал Дискорд. Внезапно в комнате вновь стало черно, а лицо Дискорда прижалось к её морде, его глаза полыхнули двумя провалами в адское пекло. — Это просто значит, что ты учишься.

Он щёлкнул пальцами, и комната вернулась к нормальному облику, но уже без драконикуса. Моргая, Твайлайт дико заозиралась, и друзья уставились на неё.

— Ты… в порядке, Твайлайт? — спросила Рейнбоу Дэш с беспокойством в голосе. — Тебя как будто по башке чем-то тюкнули.

— Что?.. Но… Дискорд только что был здесь, и… тени… — с запинками забормотала Твайлайт, пытаясь связно объяснить произошедшее.

— Эм, извини, но нет, его не было, — извиняющимся тоном сказала Флаттершай. — Я пригласила его, но он ответил, что у него планы на ужин. Однако просил передать, что желает тебе удачи. Эм, и что Джерри тоже желает… хотя я не уверена, кто это…

— Аргх, этот надоедливый су… кхм, — Твайлайт на мгновение выпрямилась, затем поникла снова. Она оглядела стол, каждого из друзей по очереди, затем отвернулась и вздохнула.

— Мы не слишком сильно помогли? — ушки Флаттершай опустились.

— Нет-нет, вы помогли! Девочки, благодаря вам мне теперь есть, над чем подумать. Просто… — Твайлайт испустила ещё один вздох, который плавно превратился в стон. — Мне не нужно больше думать об этом. Теперь мне надо знать, что делать дальше. Я надеялась, что вы все согласитесь и придёте к компромиссу, которым я смогу воспользоваться как копытоводством. Но взамен я услышала лишь те же самые аргументы, которые кручу в голове последние несколько дней.

— Звиняй, Твай, но тебе уже стоило догадаться, что ничего не будет так просто, — покачала головой Эпплджек. — Как и о том, что решать придётся тебе самой, раз уж мы не пришли к согласию. Не рассчитывай получить от нас простой ответ.

— Рассчитывать? Простой ответ? Вот оно! — просияла Твайлайт, радостно улыбнувшись друзьям. — Я доверяю вам всем, поэтому вы просто проголосуете, и какой бы ответ ни набрал большинство голосов, именно так я и поступлю!

— Постой…

— Хорошо, кто думает, что я должна остаться женатой на королеве Кризалис?

Рейнбоу Дэш, Спайк и Пинки Пай подняли свои копыта (и лапку) в воздух.

— Я также голосую за вечеринки! — вставила Пинки Пай. — За вечеринки и тортик!

— Приняла к сведению, — вполне серьёзно кивнула Твайлайт. — Теперь, кто думает, что мы должны разойтись?

Старлайт вскинула копыто и принялась размахивать им.

— Нет! — сказала Эпплджек.

— Хорошо, двое проголосовали «против»…

— Я имею в виду: нет, ты не можешь поступать так!

— Погоди, так это значит «да»? Эпплджек, тогда тебе следовало проголосовать в первом туре.

— Да ети кобылу, кончай притворяться, что не понимаешь, о чём я! — рявкнула Эпплджек, ударив копытами по столу. Твайлайт отшатнулась, моргнув, затем обмякла с виноватым, робким выражением на мордочке.

— Просто это так сложно…

— Знаю, что сложно, но это не звиняет тебя за попытку жульничать или срезать путь, — секунду Эпплджек свирепо смотрела на Твайлайт прищуренными глазами. — Я как раз собиралась привести сюда нашего местного эксперта по любви, чтобы помочь тебе разобраться раз и навсегда.

— Нет! — Твайлайт резко подскочила с выражением ужаса на морде. — Я исправлюсь! Пожалуйста, только не это!

— Даже не знаю, она может вставить мозги тебе на место… — Эпплджек принялась размышлять вслух с хитрой усмешкой на морде.

— Всё получится ровно наоборот, поверь мне, — взмолилась Твайлайт. — Ты говоришь, я сама должна решить, чего я хочу, и ты права! Но если она будет здесь, я как раз не смогу сама решить. Ты же точно знаешь, что она скажет мне делать, и не примет отказа. Она скажет…

— Твайла-а-а-а-й-й-т, где ты-ы-ы? — внезапно по всему замку прозвенел голос Рэрити, и все пони вокруг стола застыли. — Я же знаю, ты где-то здесь…

— Бежим, — выдохнула Твайлайт.

Она и Старлайт магией похватали всю свободную мебель в тронном зале и забаррикадировали ею вход. Закончив с этим, Твайлайт быстро вспорхнула к одному из окон и распахнула его настежь.

Рейнбоу Дэш выскочила первой, быстро превратившись в исчезнувшую вдалеке голубую точку. Хоть и не так быстро, Флаттершай последовала за ней; затем вспыхнуло, когда Старлайт со Спайком на спине телепортировалась на подоконник рядом с Твайлайт. Она выпрыгнула наружу, и обернувшаяся вокруг неё магия мягко спустила её к земле, и уж теперь аликорна повернулась мордой к комнате.

— Хорошо, ты первая, Пинки… — заговорила она и осознала, что розовая пони куда-то пропала.

— Первая что? — раздался голос позади, и крутанувшаяся Твайлайт моргнула при виде Пинки, сидящей рядом на подоконнике и вопросительно смотрящей на неё.

— Эм… первая чтобы… уйти теперь, когда убрались все, кто может летать, — нерешительно сказала Твайлайт.

— О, хорошо! Пока! — радостно помахав копытом, Пинки прыгнула из окна и спиной заскользила вниз по крутой стене замка. — Уи-и-и-и-и!

Когда звуки её веселья стихли вдалеке, Твайлайт повернулась к последней остававшейся в зале пони.

— Погоди-ка, Эпплджек, — сказала она, махая крыльями.

Она едва сдвинулась с места и тут же резко остановилась, когда в двери тронного зала заколотили, сотрясая наскоро возведённую баррикаду.

— Тебе больше негде прятаться, Твайлайт! — прокричала разъярённая Рэрити. — Поэтому впусти меня немедленно!

Твайлайт поколебалась, спешно переводя взгляд с Эпплджек на двери.

— Даж не смей, Твай! — взвизгнула Эпплджек как раз в тот момент, когда с верхушки баррикады упал столик, и дверь приоткрылась на дюйм.

— Я скажу всем, что ты погибла героиней! — крикнула Твайлайт через плечо, выскакивая в окно.

— Ты паршивая, дрянная, трусливая!..

Шумные возмущения Эпплджек прервались, когда двери распахнулись, раскидав мебель по залу, и дымящаяся от ярости Рэрити ворвалась внутрь.

— О, Рэрити! Вот так сюрприз увидеть тебя…

— Где она? — прорычала пони-модница, прорысив вперёд.

— Я не знаю, о ком ты… О, ты говоришь о Твайлайт? — нервно хохотнула Эпплджек, изучая потолок в отчаянной попытке избежать взгляда Рэрити. — Я тут слышала на днях, она говорила чего-то о желании… навестить Санбёрста, во! Знаешь, старый друг Старлайт, тоже изучающий магию? Они собирались встретиться, чтобы обсудить… ухх, магию. Поэтому я думаю, она прямо сейчас в Кристальной империи!

Рэрити пришлось остановиться, удивлённо моргнув. Теперь, увидев напряжённую морду Эпплджек, она усмехнулась и направилась к ней.

— О, Эпплджек, тебе ли не знать, что лгать нехорошо. Особенно мне. Ну же… расскажи мне всё.

Эпплджек сглотнула и попыталась попятиться, но и так уже находилась так далеко от двери, насколько могла, когда ворвалась Рэрити. Поэтому она смогла лишь заскулить и сползти на пол, пока Рэрити наступала на неё со зловещей улыбкой на морде.

* * *

Остаток дня прошёл в весёлой погоне по Понивиллю, во время которой Твайлайт как-то ухитрялась держаться на шаг впереди навязчиво-решительной Рэрити дольше, чем предполагала. Под конец, когда Рэрити всё же настигла её, обе пони так вымотались, что преследовательница смогла только прорычать несколько нелицеприятных слов принцессе прежде, чем они устало разошлись по домам.

Но ночью всё было иначе.

По ночам у пони всегда пробуждается хмурое настроение. Луну часто спрашивали, нарочно ли она так делала, но та всегда отвечала одной лишь загадочной улыбкой. Весёлые и радостные днём, пони становятся задумчивыми и мрачными, когда падает ночь, и темнота охватывает мир. Оптимистичные мысли становятся пессимистичными, и худшие исходы всегда кажутся более вероятными.

Поэтому Твайлайт расхаживала по своему озарённому свечами кабинету. Время от времени она поглядывала на рабочий стол, где дожидались подписей бумаги из дворца.

Она сделала выбор, который повлияет не только на её жизнь, но и на жизнь её близких, а возможно, и жизнь каждого в Эквестрии. С глубоким вздохом она прекратила расхаживать и попыталась собрать мысли в простые фразы.

Королева Кризалис любила её. А она любила королеву Кризалис… разве что у неё не получалось почувствовать эту любовь.

Между ними случилось слишком много всего, Кризалис сделала слишком много и слишком далеко зашла. Теперь Твайлайт знала, что всё это — в большинство своём — было сделано во имя любви. Всё это было способом Кризалис выразить свою любовь, и она думала, что Твайлайт знала об этом и соглашалась. Но Твайлайт не знала, и теперь ей было слишком тяжело отличить поступки самой Кризалис от поступков её же как Королевы. Она могла понять и даже принять всё это разумом, но у сердца было другое мнение.

Несмотря на всё это, ей по-прежнему хотелось дружить с Кризалис. Ей даже хотелось любить её, вернуть её глубокую, неистовую привязанность. Она пыталась любить чейнджлинга, пыталась изо всех сил и даже больше: она месяцы ходила на свидания с Кризалис, обратилась к друзьям и семье за советом… но ничто не могло прорваться сквозь незримый барьер. Ей по-прежнему не удавалось почувствовать ни малейшей частицы любви сверх той, которую она чувствовала к любому из друзей.

Боялась ли она? Просто боялась влюбиться? Или просто всего сделанного Кризалис было слишком много для её сердца, чтобы оно смогло простить? Была ли её любовь навсегда утрачена из-за простого недопонимания?

Может быть и так. Кризалис несомненно уверилась в этом и ушла. Частью оттого, что осознала тщетность попыток почерпнуть любовь из сухого колодца… и частью от собственной любви к Твайлайт, дабы освободить её от любых обязательств попытаться полюбить её. Прощальным жестом любви освободить пони, которую она любила, чтобы та смогла пойти и найти свою истинную любовь.

Что хуже всего… Кризалис была права. Не имело смысла притворяться; Твайлайт могла притвориться влюблённой, у них даже мог получиться настоящий брак и настоящие отношения. Не то чтобы она не любила Кризалис, её просто переклинило на некоторых проблемах. Определённо, со временем и достаточной любовью от Кризалис…

Но слова Пинки врезались глубже, чем Твайлайт думала. Теперь она могла увидеть иное будущее, где она и Кризалис притворялись, что любят друг друга. Это могло сработать с любым другим пони… но не с Кризалис. Не с чейнджлингом. Неважно, как они будут притворяться, Кризалис будет знать. И чем дальше всё будет заходить, тем больше они будут лгать друг другу, тем горше и злее будет становиться Кризалис. Нет, этот путь закончится лишь катастрофой.

Поэтому, если Твайлайт не могла изобразить, что любит Кризалис, и если у неё не получалось по-настоящему полюбить её…

…тогда Кризалис имела право уйти. Возможно, так и должно было быть.

Твайлайт медленно подошла к столу. Документы лежали на нём и ждали. Опустившись на стул, она начала перелистывать стопку бланков. Все они выглядели довольно стандартными; поставить инициалы здесь, подписать там, вписать дату сюда, и та пони, на которой ты женилась, навсегда уйдёт из твоей жизни. От этой мысли Твайлайт ощутила знакомый укол грусти, но вовсе не от размышления о Кризалис. Помимо этого… она не ощутила ничего необычного.

Поэтому она начала заполнять бумаги. Поставить инициалы здесь, подписать там, вписать дату сюда… Она работала медленно, шаг за шагом. Она не хотела чего-либо перепутать, не хотела всё затягивать. Закончить здесь, покончить с этим аккуратно. Как и хотела Кризалис. Большего Твайлайт уже не могла для неё сделать, но она могла сделать это правильно. Как прощальный подарок королеве. Вот почему она держала перо копытом, а не магией; это было слишком сокровенное.

Наконец Твайлайт дошла до последней страницы. Здесь надо было поставить последнюю подпись, подтверждающую, что все предыдущие подписи верны, и что именно этого хотела пони. Последний ключик, который, повернувшись, накрепко запрёт все оковы. Эта подпись навсегда удалит Кризалис из её жизни.

Твайлайт смотрела на пустую строку, дожидающуюся её подписи, и… не чувствовала ничего особенного. Ничего, чего не чувствовала бы прежде. Поэтому твёрдым копытом она вывела своё имя.

Затем она откинулась на спинку стула и посмотрела на свою подпись, по-прежнему держа перо копытом. Вот и всё. Теперь Кризалис ушла, окончательно. Всё это было написано здесь, в официальных дворцовых документах, и подписано ею, принцессой. Теперь волею железного копыта закона она никогда, совсем-совсем, не увидит королеву Кризалис снова. Утверждающие это слова были прямо перед ней, в равнодушных чёрных чернилах. Жестокая реальность того, что это действительно означает, лежала на её столе, и это осознание начало биться в её голове в такт её сердцу.

Её копыто задрожало.

* * *

[Изображение: https://orig08.deviantart.net/efe6/f/2017/036/5/7/discordprincessoflove_by_deusexequus-day0rd9.png]

...приблизившись к Твайлайт, он понизил голос: — Не говори ей, но в былые дни мне на самом деле предлагали титул «Принцессы любви». Но я отверг его. Тиара не сочетается с моей бородой.

## Глава 8. Брачные ритуалы чейнджлингов

Это было бессмысленно, однако королева Кризалис всё равно заставила себя подняться на кровати.

Большую часть прошедших дней ей хотелось просто лежать в постели. Лежать – и ничего не делать. Даже не думать. Только смотреть в потолок и задрёмывать, снова и снова. И конечно же был соблазн поступить именно так, как она сказала Твайлайт – заснуть на всё отпущенное ей время.

Но её по-прежнему держали обязанности. Улей должен был спокойно войти в состав Эквестрии – если уж она не собиралась в будущем быть вместе со своими чейнджлингами, вести их и помогать похищать любовь, то для выживания им понадобятся пони, добровольно готовые стать источниками пропитания. Ей так же придётся назначить регента, выбрать заместителей для управления делами в её отсутствие, возможно — даже создать среди чейнджлингов различные специализированные службы. Хоть она могла вести разум улья во сне, но без её личного участия чейнджлингам понадобится правительство, чтобы не только она раздавала указания.

И кроме того… Твайлайт написала ей письмо. Кризалис едва заставила себя прочитать его, и хотя слова расплывались от слёз в глазах, суть было достаточно легко понять: сегодня Твайлайт явится в улей за последними вещами. В основном, за немногими оставшимися книгами и парочкой личных вещиц. Королеве следовало убедиться, чтобы их вынесли из её покоев и за пределы самого улья, и тогда у Твайлайт не будет причин входить.

Поэтому, с унылым видом просидев на кровати несколько минут, Кризалис передвинулась к краю и соскользнула на пол. И едва встав, тут же опустилась на задние ноги и свесила голову, даже не заметив, как грива безжизненно свесилась; она просто равнодушно смотрела на пол под копытами.

Когда же она наконец-то пошевелилась, то поморщилась на мгновение от боли в затёкших после долгого пребывания в кровати мышцах. Потом тряхнула головой в попытке хотя бы примерно вернуть гриве привычную укладку. И в это же время приметила полученное ночью письмо Твайлайт, и снова поморщилась.

Ей впрямь следовало уничтожить письмо, как и все газетные вырезки, снимки и другие упоминания о Твайлайт, которые она за годы собрала в альбоме. Но ей не хотелось забывать. Неважно, как это могло ранить, но она хотела помнить пони, которую так сильно любила.

Отвернувшись от тумбочки, Кризалис огляделась в поисках завтрака и хмуро прищурилась, не увидев подноса с едой. Хотя она совершенно точно приказала слугам принести еду, потому что будет голодна после сна. И если они решили, что летаргия королевы — повод бездельничать, то им предстоит познать новый, крайне болезненный опыт.

Большими шагами пройдя к выходу из покоев, она отбросила полог в сторону — и неверяще раскрыла глаза, не заметив ни слуг, ни стражей. Уголок рта дёрнулся, искривляясь, когда она тихо зашипела.

Впервые за прошедшие дни она почувствовала нечто — о да, ещё как почувствовала. Омут злости забурлил в ней подобно лаве, отшвыривая апатию. Как посмели её чейнджлинги покинуть свои посты?! На самом краю сознания она была благодарна им, что они хотя бы частично вырвали её из уныния... но весь остальной разум поглотила ярость.

С мрачным предвкушением Кризалис зажгла рог, подключаясь к разуму улья и готовясь вершить быстрое и жестокое, но заслуженное правосудие — а затем застыла.

Разум улья был пуст.

Едва схлынуло крайнее потрясение, её разум принялся носиться по общему сознанию, обшаривая каждый тёмный угол в поисках хоть каких-то следов чейнджлингов, но находил только пустоту. С растущей паникой она уже в отчаянии заметалась по разуму улья, пока не заставила себя остановиться и выпасть обратно в реальность.

«Они не могли все уйти, – сказала она себе, тяжело дыша. – Хоть где-нибудь должен найтись их след!»

Успокоившись, Кризалис снова погрузилась в разум улья, теперь куда осторожнее; принялась нащупывать любой след или намёк, что могло случиться с её чейнджлингами. Поначалу она ничего не находила: всё выглядело как и прежде, вот только она никого не чувствовала. Это казалось невозможным, только если не некое могучее заклинание...

Вон там!

На самом краю она уловила присутствие чейнджлинга — бледное, больше похожее на тень, но всё равно оно подсказало ей направление. Она последовала за ним, но к своему удивлению, вскоре обнаружила некую преграду на своём пути, мешающую пройти дальше. Будто некий барьер отделял её от остального разума улья. И вновь, это казалось невозможным... но разум улья принадлежал ей, и она никому не позволит мешать её доступу к нему!

Её рог засиял ярче, когда она попыталась силой продвинуться вперёд. Преграда сопротивлялась, но Кризалис веками управляла разумом улья и не собиралась останавливаться.

— Думаешь, что можешь бросить мне вызов? — прорычала она вслух, зажмурившись. — Я здесь королева!

На мельчайшую долю мгновения она протиснулась за барьер и совсем уж мельком взглянула на происходящее за ним. Но увиденного хватило, чтобы она остолбенела, даже не заметив, как снова была отброшена назад.

Всех чейнджлингов сокрыли от неё. Они находились по ту сторону барьера, чем бы он ни являлся. Прикоснувшись к их разумам в ту секунду, она почувствовала... нечто не совсем понятное, но определённо разозлившее её. Как если бы они издевались над ней. Но так же она узнала кое-что ещё: место. Она узнала, где они находились сейчас: снаружи, прямо у входа в улей.

Зловеще нахмурившись, Кризалис двинулась вниз по коридорам улья. Нечто или некто отнял её чейнджлингов и непременно расплатится за это. Лучше всего кровью, но ей на ум приходили и другие, самые разные и забавные варианты.

Однако, пока она топала копытами к выходу, её мысли потекли в другую сторону. Улей казался таким... пустым. Таким тихим. Обычно он был полон жизни, деятельности: чейнджлинги сновали туда-сюда, роя новые тоннели, готовясь к набегу на городок пони и сбору любви, или шли своей дорогой, чтобы заняться любым из сотен дел, благодаря которым улей жил и дышал.

А теперь не было ничего. Только тяжёлый шаг её копыт эхом возвращался от стен тоннелей. К ней — от неё самой, пребывающей в полном одиночестве. Сначала ей никак не удавалось подобрать слово, чтобы описать ощущение, пока на ум не пришло одно. Жуть. Оно идеально описывало всё, пускай и нечасто использовалось похищающей-любовь-меняющей-облик-выделяющей-слизь чейнджлингом.

Невольно Кризалис задалась вопросом, не так ли Твайлайт чувствует себя, совершенно одинокая в своём замке. Ведь у неё не было чейнджлингов... как у самой королевы сейчас.

Но мгновением позже она отринула эту мысль: конечно же у Твайлайт всё складывается совсем не так. У неё есть друзья, семья, и она умеет вести себя, чтобы пони и другие существа составляли ей компанию. У Кризалис были только чейнджлинги, а теперь, когда они были отрезаны от разума улья, у неё никого не осталось.

Она замедлила шаг, удивлённая от осознания своего странного чувства. Она была... одинока.

Само собой разумеется, чейнджлинги всегда были с ней, поэтому сейчас она впервые по-настоящему осталась в одиночестве, даже без разума улья, на который можно было положиться. Но после всего случившегося с Твайлайт, даже тогда она в какой-то мере чувствовала себя одинокой, хоть и не осознавала этого до сих пор. Даже разума улья не не хватало, чтобы заполнить пустоту; это походило не совсем на разговор с собой, но на тень, эхо её собственных мыслей. У её чейнджлингов были собственные желания и помыслы, но разумеется, они стекались в одно русло с её собственными.

До последнего времени она никогда не догадывалась, что на самом деле это напоминало общение с пони, не обманывая их, не контролируя их умы; и теперь, вот странность, ей недоставало такого опыта.

Рейнбоу Дэш, Эпплджек, Пинки Пай, Флаттершай, Рэрити, Спайк, принцесса Луна — особенно Луна, причину чего она не могла достаточно внятно объяснить: ей недоставало их всех. Она поймала себя, что была бы не прочь иметь кого-нибудь из них рядом с собой сейчас. Если только, конечно же, они бы не утомляли её, или говорили, или делали что-нибудь неуважительное, но всё же она получила бы удовольствие от их компании. Она даже бы согласилась на Старлайт Глиммер, эту гарантированную покойницу, которая жила в замке Твайлайт и пыталась украсть её.

Её и без того медленный аллюр остановился, когда череда внезапных мыслей пронеслась в голове. Неужели... она хочет друзей?

Нет, конечно нет. Конечно же нет! У неё нет друзей. Ей казалось, что Твайлайт изменит положение вещей... но она ошиблась. К сожалению, это было так, и лишь подкрепляло положение вещей, что у королевы не бывает друзей.

Хотя... у принцесс были. И с виду они по-прежнему казались такими же почитаемыми, как королевы. Даже внушающими почтительный страх, хоть и не так открыто, как сама Кризалис. И если у них могли быть друзья, и они по-прежнему сохраняли достоинство и контроль над Эквестрией, оставалась ли какая-нибудь причина, почему она не могла поступить так же? Так ли сильно она отличалась?

Её чейнджлинги так не думали. Со смутным неодобрением она наблюдала за их первыми неуверенными шагами навстречу жизни среди пони. Вне зависимости от её чувств к Твайлайт, она не могла видеть пони как-то иначе, нежели источником пищи. Но другие чейнджлинги воспринимали их как... ну, как муравьи мороженое, используя подходящее, но весьма нелестное сравнение.

Довольно нервно она заметила начавшие формироваться в разуме улья чувства к принцессам. Чейнджлинги... уважали Селестию и Луну так, как до сих пор уважали только Кризалис. Пони рассказывали чейнджлингам истории про принцесс, и по мере того, как они распространялись по разуму улья, уважением чейнджлингов к тем только росло. Как-то их предводительство, приверженность доброте и пониманию завоевали им такое же почтение от пони, какое Кризалис получала от чейнджлингов через неусыпную дисциплину и регулярное устрашение.

Что самое тревожное, однажды некоторые чейнджлинги стали спрашивать её. Даже зная, что обычно столь беспрецедентный поступок приведёт к быстрой каре, они просили её быть милее. Находить компромиссы для решения проблем, чтобы все оставались довольны. Быть дружелюбной. Донельзя смущённая такими просьбами, она попросту отказала им вспышкой гнева, и её неудовольствие, растёкшееся по разуму улья, быстро отбило желание других чейнджлингов от таких выходок.

Её по-прежнему терзали сомнения. Ей достаточно было посмотреть на Эквестрию, чтобы увидеть, как всё могло бы быть. То была большая, могучая страна, населённая счастливыми подданными. И Селестия и Луна добились всего мирным путём. Сражаясь только для самозащиты, взамен они строили королевство на гармонии и взаимопонимании.

Кризалис оставалась снисходительна к речам Твайлайт о силе дружбы и спокойно выслушивала их, однако сама не верила в подобное. Или хотя бы в то, что дружба так сильна, как утверждала Твайлайт. Но сейчас, размышляя в одиночестве... может, дружба и впрямь – магия?

Если так, то, возможно, существовал другой способ править. Если уж принцессы смогли, то и она смогла бы...

В её уме возник образ нового мира. Мира, в котором дружелюбные чейнджлинги расселились по всей Эквестрии, зарабатывая, но не похищая любовь. Пускай прямо сейчас они не знали многого о дружбе, но они могли бы научиться. Ведь разум улья был хорош не только для коммуникации, но и для усвоения знаний. И это не говоря о множестве его других умений, полученных за многие поколения. Столько всего существовало в Эквестрии, где они могли бы помочь и навести порядок, стольких пони они могли осчастливить.

А сама Кризалис... возможно, она смогла бы научиться, что значит быть другом  для других пони, а не только для Твайлайт. Она могла стать светочем дружбы для чейнджлингов, ведя и помогая им распространять магию дружбы по всем землям. Она могла быть доброй королевой, любимой и пони, и чейнджлингами.  И может быть... может быть... Твайлайт увидит это и осознает, что Кризалис изменилась. Может быть, тогда это откроет её сердце именно так, как это могло и должно было быть с самого начала, если бы только Кризалис не перепутала всё кошмарнейшим образом. Возможно, она надеялась на слишком многое, но, невзирая на это, она могла бы построить новый мир. Могла бы обеспечить, чтобы чейнджлинги не выживали, а процветали. Могла бы сделать их и саму себя такими же любимыми в Эквестрии, как принцесс.

Возможно, она могла даже быть... хорошей.

Пока мысли скакали в её голове туда-сюда, а видения мира гармонии и дружбы, ведомого чейнджлингами, танцевали перед её внутренним взглядом, Кризалис неосознанно продолжала путь, которым следовала до явившегося ей откровения. И размышляя над ним, она шла по туннелям с привычной лёгкостью, даже не следя за дорогой.

Наконец, повернув последний раз, она вышла из улья. Представшее зрелище мигом вернуло её обратно в реальность и заставило замереть с раскрывшимися глазами.

Она обустроила улей в Макинтош Хиллз, внизу южной Эквестрии. Причина была простой: легче было разместить улей в уже существовавших пещерах, чем прорывать их, а Макинтош Хиллз был пронизан природными туннелями. В качестве маленького довеска из пещер открывался захватывающий вид на большую часть Эквестрии, включая нынешний дом Твайлайт — Понивиль. Помимо замка её возлюбленной, здесь было ещё на что полюбоваться: горный склон, где приютился улей, полого спускался вниз и терялся под сенью деревьев, а позади них простирались обширные равнины Эквестрии.

Прямо сейчас весь склон под ней занимали чейнджлинги. Поражённо она признала в них своих чейнджлингов, хотя все они сияли пурпурной аурой. Ни один из них не двигался; стоя как вкопанные, они смотрели на неё с ничего не выражающими мордами.

Когда мгновение потрясения прошло, она снова зажгла рог, силясь пробиться в ту часть разума улья, которую делили чейнджлинги. Её снова оттолкнуло, но теперь, стоя в непосредственной близости от них, она смогла проникнуть гораздо дальше за барьер. Пусть у неё не получилось уловить чью-либо мысль, но зато ясно пришли их эмоции. И вот странно, в них не было злобы. По сути, она ощутила обычный разум улья, полный любви и преданности к ней. Единственным отличием было чувство предвкушения, радостный смех, который до этого она приняла за насмешки.

«Это какое-то заклинание! — неверяще подумала она. — Но с чего кому-то блокировать меня от моего же разума улья?! И у кого хватило бы чистой магической силы...»

— Вижу, ты наконец-то решилась, — раздался сверху надменный голос, и Кризалис вскинула голову.

Твайлайт Спаркл парила в воздухе, слабо взмахивая крыльями, чтобы удержать себя. Её губы кривились в подобии улыбки, но её взгляд и изгиб бровей превращали выражение морды в презрительную ухмылку. А её рог сиял, поддерживая заклинание. То заклинание, внезапно стало очевидным, которое отрезало Кризалис от разума улья.

— Что... ты... — попыталась сказать Кризалис, но обнаружила, что не может достаточно чётко сформулировать увиденное в связный вопрос.

— Не могу выразить, как я счастлива, что ты согласилась с моим маленьким предложением, — продолжила Твайлайт с усмешкой, от которой по панцирю Кризалис прошла дрожь.

— Разум улья... мои чейнджлинги... — наконец-то выдавила из себя Кризалис, сосредоточившись на том, что прежде всего привело её сюда. — Зачем... почему ты делаешь это?!

— Ах да, ты и твои маленькие чейнджлинги, — прищуренными от злорадного ликования глазами Твайлайт глянула на собравшуюся под ней толпу чейнджлингов. — Мне пришлось разобраться с ними прежде, чем мы перейдём к веселью. В конце концов,  я не хочу, чтобы они вмешивались на сей раз.

Она злобно и счастливо взирала на королеву, которая просто глупо таращилась в ответ... пока последний кусочек мозаики не встал на место.

Челюсть Кризалис отвисла, зрачки сузились, и она пошатнулась в сторону, припомнив, где она слышала эти слова прежде. Это были её собственные слова. Она потрясла головой, не веря в происходящее... но затем она посмотрела наверх, чтобы встретиться с глазами Твайлайт — и увидела. Глаза пони были по-прежнему прищурены, на её лице оставалась всё та же презрительная усмешка, но в глубине глаз, едва заметно — возможно, только потому, что она смотрела на Кризалис — было видно слабое мерцание. Искорка.

— Твайлайт, ты... я не понимаю, — наконец-то смогла сказать Кризалис, хотя ей едва удавалось выговаривать слова без заикания. — После всего, что случилось... написанного тобой письма, в котором говорилось...

* * *

Твайлайт медленно подошла к столу. Документы лежали на нём и ждали. Опустившись на стул, она начала перелистывать стопку бланков. Все они были стандартными; поставить инициалы здесь, подписать там, вписать дату сюда, и та пони, на которой ты женилась, навсегда уйдёт из твоей жизни. От этой мысли Твайлайт ощутила знакомый укол грусти, но вовсе не от размышления о Кризалис. Помимо этого… она не ощутила ничего необычного.

Поэтому она начала заполнять бумаги. Поставить инициалы здесь, подписать там, вписать дату сюда… Она работала медленно, шаг за шагом. Она не хотела чего-либо перепутать, не хотела всё затягивать. Закончить здесь, покончить с этим аккуратно. Как и хотела Кризалис. Большего Твайлайт уже не могла для неё сделать, но она могла сделать это правильно. Как прощальный подарок королеве. Вот почему она держала перо копытом, а не магией; это было слишком сокровенное.

Наконец Твайлайт дошла до последней страницы. Здесь надо было поставить последнюю подпись, подтверждающую, что все предыдущие подписи верны, и что именно этого хотела пони. Последний ключик, который, повернувшись, накрепко запрёт все оковы. Эта подпись навсегда сотрёт Кризалис из её жизни.

Твайлайт смотрела на пустую строку, дожидающуюся её подписи, и… не чувствовала ничего. Ничего, чего бы не чувствовала прежде. Поэтому твёрдым копытом она вывела своё имя.

Затем она откинулась на спинку стула и посмотрела на свою подпись, по-прежнему держа перо копытом. Вот и всё. Теперь Кризалис ушла, окончательно. Именно это написано  в официальных дворцовых документах, и подписано ею, принцессой. Теперь волею железного копыта закона она никогда, совсем-совсем, не увидит королеву Кризалис снова. Утверждающие это слова были прямо перед ней, в равнодушных чёрных чернилах. Жестокая реальность того, что это действительно означает, лежала на её столе, и это осознание начало биться в её голове в такт её сердцу.

Её копыто задрожало.

* * *

— Спокойной ночи, Твайлайт.

Твайлайт вздохнула, когда Кризалис забралась к ней в постель. Куда бы пони ни ложилась, чейнджлинг своим большим весом проминала матрас и заставляла Твайлайт скатываться к ней. И Кризалис всегда пользовалась возможностью обхватить Твайлайт ногами, сжать её, потереться мордой о её гриву. Поэтому Твайлайт, как всегда, пришлось устраивать их конечности поудобнее, освобождая передние ноги, чтобы они не были крепко притиснуты к её груди. Отчего одна из них оказывалась положенной поверх ноги Кризалис в довольно дружелюбной, почти интимной манере, как будто они держались копытами во сне, но почему-то это больше не беспокоило её.

Последние... три дня? четыре? неужели прошло так мало?.. были одинаково ужасающими и смущающими. Её уверенность, что Кризалис разыгрывает некий долгоиграющий план, чтобы обмануть её, начала колебаться. В то же время, она всё ещё не могла поверить, что Кризалис любила её. Очень и искренне любила её. Она по-прежнему ожидала подвоха.

И всё же... каким-то образом устраиваться на ночь вот так становилось нормальным. В каком-то смысле, почти удобным. Даже полной недели не прошло, но тем не менее она уже с трудом представляла себя не спящей в обнимку с Кризалис.

— Спокойной ночи, Кризалис, — неуверенно сказала она. Как всегда, это сделало чейнджлинга счастливой, и она покрепче примостила голову поверх головы Твайлайт, немного промурлыкав. Быстро они обе задремали, но всё же Твайлайт перед тем, как заснуть, услышала сонное бормотание Кризалис:

— Я люблю тебя.

* * *

Твайлайт ковырялась в еде, вяло шевеля вилкой.

Она провела в улье больше недели и уже не могла игнорировать вывод: Кризалис действительно любила её.

Теперь она пыталась разгадать неразрешимую головоломку. Она не отвечала взаимностью Кризалис. Как она вообще могла? Королева чейнджлингов была злейшим врагом, с кем она когда-либо сталкивалась, которая подобралась вплотную, чтобы завоевать Эквестрию, а ещё походя навредила семье Твайлайт. Ещё не говоря о других её злодеяниях...

Но в то же время она не могла просто прийти и сказать это. Реакция Кризалис была слишком предсказуемой. Хуже, это разобьёт ей сердце. И если неделю назад трудно было найти нечто, что волновало Твайлайт меньше чувств Кризалис... то теперь всё изменилось. Она начала медленно узнавать чейнджлинга, осознавать, что у неё были надежды, чувства и мечты как у любого другого пони... более или менее. И почему-то теперь Твайлайт не хотела навредить ей.

Звук привлёк её внимание, и, повернувшись, она увидела Кризалис, дико рычащую прямо ей в морду.  Что выглядело бы устрашающе, если бы Кризалис не нацепила две морковки на верхние клыки, превратив оскал монстра в нечто до крайности смешное.

Твайлайт не смогла сдержаться. Прижав копыто ко рту, она захихикала, впервые с момента "свадьбы" искренне улыбнувшись Кризалис.

— Фаф-фо луффе, — высунув язык наружу, Кризалис утянула морковки в рот и захрустела ими. — Ты такая хорошенькая, когда улыбаешься.

Этот комплимент внезапно смутил Твайлайт, уже ослабившую защиту от неожиданной глупой выходки Кризалис. Что немедленно отрезвило её. Она не могла найти ничего, что ей понравилось бы в Кризалис... но действительно ли не могла?

Она подняла глаза и увидела, что Кризалис смотрит на неё.

— Я люблю тебя, Твайлайт.

* * *

Их губы разомкнулись, и Твайлайт застыла истуканом.

Поцелуй новобрачных на свадьбе был традицией. Твайлайт знала об этом, но всё же удивилась, когда Кризалис поцеловала её.

Не только поцелуй сам по себе удивил её. Страсть, любовь, которую Кризалис сумела передать в таком простом действии, когда два пони прижимают губы друг к другу... Твайлайт целовалась с Кризалис прежде, но по сравнению с этим то было лишь простым чмоком в щёку.

Она подняла взгляд на Кризалис и потерялась в этих двухцветных глазах, не в силах отвернуться. И всего лишь на мгновение, неспособная отринуть чувство, она ощутила, как начинает возбуждаться. В этот момент она желала этой свадьбы и хотела остаться с Кризалис.

Трудно было назвать это мгновение тихим, когда в свадебном зале гости с обеих сторон радовались во всю мощь лёгких, но между двумя молодожёнами стояла тишина, пока Кризалис не заговорила.

— Я люблю тебя.

* * *

— То, что произошло вчера... Я вовсе не хотела, чтобы так произошло.

Твайлайт удивлённо посмотрела на Кризалис, когда та заговорила в тишине Кантерлотской библиотеки.

— В смысле то, как я покинула тебя. Это не было...

Она притихла, и Твайлайт постаралась не улыбнуться. Кризалис явно пыталась извиниться за то, что ушла на их первом свидании, но не могла толком заставить себя сказать, что сожалеет.

Твайлайт на мгновение задумалась о чейнджлинге. Она по-прежнему сердилась, что Кризалис покинула свидание. Но это... воссоздание свидания, на которое её мать сводила отца — к тому же именно так Твайлайт представляла идеальное свидание — это было нечто особенное. Насколько Твайлайт могла судить, это заслуживало прощения.

— Всё в порядке, я понимаю, — она придвинула Кризалис ближе и коротко обняла её. Чейнджлинг моргнула от удивления, затем улыбнулась.

— Я люблю тебя.

* * *

Они стояли на ступенях замка Твайлайт, под сиянием луны, а их губы прижимались вместе.

Они отодвинулись, и Твайлайт с раскрасневшейся мордой улыбнулась Кризалис.

— Доброй ночи, Твайлайт, — сказала королева.

— Доброй ночи, Кризалис, — ответила принцесса, распахивая дверь в замок.

— Я люблю тебя, Твайлайт.

* * *

Они медленно шли домой. Лился дождь, но им было хорошо вместе. Твайлайт подняла голову, когда Кризалис лёгонько пихнула её плечом и улыбнулась ей.

— Я люблю тебя.

* * *

— Я люблю тебя, Твайлайт.

* * *

— Я люблю тебя.

* * *

— Я... люблю тебя.

Твайлайт сидела, согнувшись над столом, и слёзы градом катились из её глаз. Они основательно размыли её подпись на бланке о разводе, а трясущееся в копыте перо докончило дело, стёкшими с него чернилами превратив всю нижнюю половину страницы в одну большую кляксу.

Она отшвырнула бумаги в сторону, разбросав их по комнате, и с рыданием рухнула на стол.

Если это любовь, то неудивительно, что ей оказалось так сложно признаться в этом самой себе! Её сердце болело и одновременно хотело воспарить. Ей недоставало Кризалис как собственной части тела, и от знания, что она подписала это глупое, глупейшее заявление о разводе, ей хотелось вдребезги крушить здания и втаптывать в пыль королевства, лишь бы увидеть чейнджлинга ещё раз.

Она любила королеву Кризалис, совершенно и всем сердцем. Она любила в ней всё: шуршание гривы о хитин, зелень глаз, сверкающих озорством или обещанием смерти тому пони, который её расстроил; высокомерие и нежелание признавать свои ошибки, даже когда знала о них. Всё в Кризалис до последней мелочи было идеальным.

Конечно, у Кризалис была мания величия. Но даже её не хотелось изменять, лишь перенаправить. Приложи она всю энергию, чтобы сделать Эквестрию лучше, а не просто захватить над ней власть – и тогда невозможно будет вообразить, чего они достигнут. И все её прошлые грехи так же могли быть прощены. В конце концов, кто не пытался воспользоваться магией, чтобы заставить кучу пони делать нечто против своей воли? В таком случае список получится до крайности малым.

В конечном счёте для Твайлайт не имело значения, что Кризалис натворила в прошлом. Всё важное существовало в настоящем и в том, что Кризалис сделает в будущем. И насколько она могла судить, первые две строчки в списках этих дел занимали два пункта: "любить Твайлайт" и "быть любимой Твайлайт".

Всхлипывая, она заставила себя сесть прямо, потирая всё ещё мокрые глаза. Её взгляд случайно упал на разбросанные по комнате бумаги, и в приступе злости она собрала их все и запихнула в мусорное ведро, а затем сожгла их для верности. Именно так поступила бы Кризалис.

Она немножко слукавила, сказав Рейнбоу Дэш, что не может просто так уничтожить бумаги. Да,  это действительно было преступлением. Но она была принцессой, и шансы, что кого-либо озаботит, что она уничтожила официальные дворцовые документы, были мизерными. Вдобавок, даже если кто-то возмутится её поступком и на самом деле захочет выдвинуть обвинения... пусть только попробует. Для начала храбрецу придётся связаться с её женой.

При условии, конечно, что Кризалис по-прежнему хочет быть её женой. Твайлайт наконец-то удалось найти в себе любовь к королеве, но Кризалис не знала об этом. И судя по её последним словам перед выходом из ресторана, она может не поверить. Не получится просто вымолить у неё ещё один шанс ради возможности доказать любовь; решение Кризалис было окончательным, она уже составила мнение. Понадобится нечто экстраординарное, чтобы привлечь её внимание, не говоря уже о том, чтобы убедить её дать Твайлайт шанс объясниться.

Твайлайт нахмурилась, размышляя. Могла ли Рэрити помочь ей? Селестия свидетель, что эта модная пони и так уже основательно вложилась в их отношения.  Она убьёт ради того, чтобы помочь организовать романтическое представление и завоевать любовь Кризалис обратно. А ещё это положит начало долгого пути к тому, чтобы Рэрити простила Твайлайт за их... разногласия за последние несколько месяцев.

С другой стороны, Пинки Пай тоже могла помочь. Если Твайлайт хочет организовать нечто большое и привлекающее внимание, Пинки определённо будет подходящей кандидатурой. Вряд ли Кризалис проигнорирует торт, выпеченный в форме и масштабе её улья, например. К тому же способность Пинки проникать всюду, куда бы ей ни захотелось, сослужит службу, когда настанет пора отправить Кризалис приглашение.

Зато Кейденс была принцессой любви, и уж кто-кто, а она знает, что делать. Возможно, теперь, когда миновало несколько дней, и Шайнинг Армор получил шанс поговорить с ней, она сможет пересилить себя и помочь с Кризалис. И также это станет хорошим шагом к налаживанию их отношений.

Или, возможно, Луна, как друг Кризалис...

Мысли Твайлайт прервались. А что, если она собралась пойти по неправильному пути? Ведь она сидела и пыталась придумать способ завоевать обратно любовь пони, действуя как принцесса пони.

Тогда как ей следовало думать как королеве чейнджлингов.

С озорной улыбкой она схватила пергамент с ближайшей полки, подобрала перо и новую склянку чернил, и после нескольких неудачных попыток написала письмо...

Моя дорогая королева Кризалис,

У нас случалось множество разногласий и недоразумений за годы, что мы знаем друг друга, и я боюсь, наш последний разговор полностью оказался одним из таких случаев. Пускай ты привела справедливые аргументы и ясно дала понять, что не желаешь больше связываться со мной, боюсь, я вынуждена не согласиться с твоим заявлением.

В соответствии с этим я прибуду завтра утром, чтобы вступить во владение всем в твоём улье, что принадлежит мне. Каждой мелочью, без исключения для кого-либо или чего-либо. Включая тебя.

Считаю минуты до встречи с тобой,

принцесса Твайлайт Спаркл.

С разинутым ртом Кризалис таращилась на Твайлайт. Практически невольно её язык высунулся наружу, и она уловила привкус в воздухе. Он был слабым, учитывая, как далеко был его источник, но когда все её мысли о новом мире любви и гармонии унеслись прочь, она узнала его.

Клубничное мороженое.

Со щелчком зубов она захлопнула рот. Ей хотелось растянуть губы в идиотской улыбке, веселиться, танцевать и праздновать, но с усилием она подавила эти позывы. Всё-таки сейчас она была королевой в присутствии другой королевы, которая угрожала её улью. В таких ситуациях следовало сохранять морду.

— Твайлайт Спаркл, — прорычала она сквозь сжатые зубы, затрепетав крыльями и поднявшись вверх, пока  не очутилась вровень с пони. — Не знаю, что ты задумала или какую игру ведёшь, но я не позволю тебе уйти от наказания!

Они обменялись зловещими улыбками, не меняя насмешливые выражения морд. Но когда королевы встретились глазами, черты их морды на долю мгновения смягчились, и они улыбнулись друг другу как влюблённые пони.

Затем в ту же секунду они обе устремились вперёд, а воздух вокруг их рогов уже трещал от магической силы. Они столкнулись и замолотили друг друга копытами, борясь за преимущество. Их магия схлестнулась, и рванувшая к небу вспышка силы на мили осветила округу зеленью и пурпуром.

## Глава 9. Церемония, дубль второй

В библиотеке замка Твайлайт всегда царил порядок. На многочисленных полках и в шкафах мирно стояли книги, тщательно расположенные по очередной системе, которую Твайлайт предпочла на этой неделе. Вдоль полок мягким светом сияли хитрые заклинательные руны, сохраняя книги в безопасности, другие же пересекали стены, заглушая звуки снаружи. Сонная тишина наполняла комнату, как и приличествовало столь возвышенному храму знаний.

Тишина раскололась вместе с витражным окном, и внутрь влетел спутанный клубок из фиолетовой и чёрной фигур. Грохнувшись об пол, мешанина из ног разлетелась в стороны уже основательно избитыми пони и чейнджлингом.

Твайлайт проскользила по полу, раскидав несколько столов и стульев, пока не остановилась в груде мебели. Кризалис же швырнуло на колонну, отскочив от которой, она пронеслась через комнату и врезалась в противоположную стену так сильно, что книги на полках подпрыгнули, даже несмотря на защитные заклинания.

Пошатываясь, обе противницы поднялись обратно на копыта. Первым неосознанным порывом они украдкой посмотрели друг на друга — как будто убеждались, что ни одна из них не пострадала. И только затем занялись собой, вытягивая ноющие конечности или возвращая на место взлохмаченные волосы.

Внезапно Твайлайт напала, швырнув через комнату настоящий шторм из стульев. Но Кризалис была уже начеку и мощным магическим лучом спалила их на середине полёта. Вновь ненадолго воцарился покой — две кобылы кружили по комнате, пригнув головы и сближаясь.

Опять Твайлайт первой выбила дробь из кристального пола, кинувшись с опущенной головой и выставленным рогом. И так же с рогом на изготовку Кризалис побежала навстречу ей. Но за мгновение до сшибки Твайлайт исчезла в пурпурной вспышке, явившись позади чейнджлинга и запустив в неё огромным снопом магии. Однако она забыла, что Кризалис неотрывно следила за каждым её шагом последние годы. Тот приём, которым бывшая единорожка воспользовалась против Найтмер Мун, не стал сюрпризом для королевы, и магия Твайлайт безвредно расплескалась по прикрывавшему спину Кризалис магическому щиту.

Победная ухмылка королевы сменилась потрясением, когда бросившаяся обратно к ней принцесса встала на дыбы и ударила копытами по щиту. Обычно он выдержал бы, даже бей она со всей силы, на что сейчас вымотавшаяся Твайлайт была уже не способна, но битва порядком истощила и магические силы обеих, и под внезапной атакой щит треснул. Ещё два удара — и он разлетелся на куски, а пони с чейнджлингом повалились на пол.

Следующие минуты они просто боролись, катаясь по полу библиотеки, молотя копытами и изворачиваясь в попытке взять верх. Оказываясь наверху, Твайлайт пыталась придавить чейнджлинга, но ей никак не удавалось: более крупная королева попросту стряхивала её. Однако и сама Кризалис не могла удержать вёрткую пони на месте; всякий раз меньшая противница изворачивалась и ускользала на свободу.

Они разошлись, тяжело дыша и выжидая момент слабости. На этот раз Кризалис атаковала первой, когда скудными остатками магии схватила несколько стульев и разом бросила их в Твайлайт, одновременно кинувшись вслед за ними. Одним взмахом крыльев принцесса просто перескочила через стулья — и едва коснулась пола, как подскочившая Кризалис обрушила на неё копыта.

Но вместо пони они встретили на пути только пурпурную вспышку и впустую ударили пол. Твайлайт появилась ровно над тем местом, где была миг назад, и пустила в Кризалис парализующий заряд, вложив в него остатки магии.

Заряд пронзил лишь воздух. Снова предугадав использование любимого заклинания пони, Кризалис выскочила из собственного телепорта прямо над Твайлайт. Пускай и оставшись без магии, она ударила и угодила обоими задними копытами по спине аликорны, послав ту с воплем на пол.

Мгновением позже Кризалис приземлилась позади неё, нетвёрдо встав на ноги. Широко раскрытые глаза обернувшейся Твайлайт были полны ужаса, и она немедля начала отползать прочь. Подтянувшись на передних ногах, ей удалось подобрать задние под себя, и она попыталась встать.

Едва она сделала это, как Кризалис напрыгнула на неё.

Приземлившись на Твайлайт, она рухнула на пол вместе с ней. Принцесса ожесточённо забилась, дёргаясь телом из стороны в сторону в поисках спасения, но Кризалис успевала за каждым её движением. Согнувшись над пони, она копытами загоняла её ближе и ближе к себе, пресекая каждую попытку улизнуть. Наконец, Твайлайт больше не смогла двигаться, оказавшись крепко прижатой под чейнджлингом. Ещё несколько раз она слабо поёрзала, сопротивляясь всеми остатками сил, но с таким же успехом могла пытаться сдвинуть скалу.

Они пролежали немного, переводя дух. Твайлайт лежала на спине, с крепко стиснутыми передними ногами между ней и Кризалис, с прижатыми под её телом крыльями. Кризалис стояла на полусогнутых ногах над ней, задними удерживая тело Твайлайт на месте, а передними упираясь по обе стороны от головы пони.

Наконец, Твайлайт повернула голову набок и приподняла подбородок, открыв шею, с намёком посмотрела на чейнджлинга. Широко улыбнувшись и полностью обнажив клыки, Кризалис с открытым ртом начала опускаться.

Прямо как в первый раз Твайлайт закрыла глаза. Ей хотелось сполна насладиться моментом.

Она ощущала телом крепкую хватку копыт Кризалис. Она слышала дыхание чейнджлинга, прерываемое тяжкими вздохами от усталости после боя и от предвкушения. Она чуяла запах панциря Кризалис, напоминавший слабый аромат чёрной лакрицы. Однако в тот миг, когда Твайлайт почувствовала горячее дыхание на шее и скользнувшие по шёрстке клыки, Кризалис остановилась. Затем она отодвинулась, и Твайлайт открыла глаза, недоумённо и обеспокоенно посмотрев на неё.

— Кризалис? — нервно спросила она. — Что-то не так?

— Нет, — медленно ответила чейнджлинг, покачав головой, — но хотя мне льстит, что ради меня ты прошла через свадьбу чейнджлингов… я бы предпочла закончить её, как заканчивают пони.

Пони продолжала озадаченно смотреть, и Кризалис улыбнулась ей.

— Я согласна, — тихо сказала она. Смущение Твайлайт исчезло, и его место заняла сияющая, тёплая улыбка. — Я согласна.

Кризалис снова начала наклоняться, но затем чуть не отскочила в удивлении, когда Твайлайт рванула навстречу, обхватила копытами чейнджлинга за шею и неистово поцеловала её.

То не был ни чмок в щёчку, ни робкое наслаждение от удивительно нежного свадебного поцелуя, ни обычный поцелуй на ночь. Твайлайт растворилась в объятии Кризалис, наконец-то позволив себе выразить все чувства, месяцы томившиеся внутри неё. Все тревоги, все страхи и печали, всё невыразимое желание вырвались наружу в этом неистовом, страстном поцелуе.

На мгновение они остановились, прислонившись лбами друг к другу, глубоко и прерывисто дыша, а затем вновь сомкнули друг с другом раскрытые рты.

Кризалис бережно опустила Твайлайт на пол, крепко обнимая её. Неуверенно, почти робко, памятуя, что случилось в прошлый раз, когда она так поцеловала Твайлайт, Кризалис мягко ткнулась языком в губы пони. Вновь принцесса смутилась от непривычного ощущения раздвоенного языка возле рта, но лишь мимолётно, и пони и чейнджлинг вместе громко простонали, углубив поцелуй.

Бесконечное, восхитительное время они лежали на полу библиотеки, лаская рты друг друга, потерявшись в чистом удовольствии от возможности наконец-то выразить свою любовь, и оно лишь усиливалось от предчувствия, что дальше будет только больше.

В какой-то миг, сквозь туман радости в голове Твайлайт поняла, что Кризалис беззвучно плакала. Осторожно отстранившись от чейнджлинга, она грустно взглянула на неё, не замечая, как плачет сама, затем придвинулась и ласково собрала губами слёзы со щёк Кризалис. На вкус они оказались горькими, но она не кривилась и не прекращала, пока мокрые дорожки не исчезли полностью. В то же время Кризалис увидела слёзы пони, и Твайлайт захихикала, когда раздвоенный язык щекотно прошёлся по мордочке и слизал влагу.

— Мне так не хватало тебя, — хрипло прошептала Кризалис. — Я думала, что навсегда потеряла тебя…

— Как и я, — в горле Твайлайт перехватило и широко открытыми от удивления глазами она смотрела на любимую мордашку, мягко поглаживая Кризалис по щеке. — Я думала, что никогда не смогу найти в себе любовь к тебе, а затем подписала те глупые документы и осознала, что тогда ты уйдёшь навсегда…

Она замолчала и прерывисто выдохнула, тут же зарылась мордочкой на шее Кризалис и стала покрывать её хитин поцелуями. В свою очередь та обхватила пони передними ногами и стиснула, устроившись в любимой позе и умостив подбородок на макушке Твайлайт.

— Я люблю тебя, — гортанно прошептала чейнджлинг в гриву Твайлайт. — Ты тоже любишь меня?

— Ты знаешь, что да, — счастливо вздохнула Твайлайт. — Прошла бы я через все эти беды, если бы не любила? Кроме того, ты можешь ощутить на вкус.

— Да, но это совсем не то же самое, когда ты говоришь вслух, — настаивала Кризалис. — Я так долго ждала услышать слова от тебя, услышать и увидеть, как твой рот произносит их, и знать, что они искренни.

— Я люблю тебя, королева Кризалис, — признала Твайлайт с улыбкой обожания. — Ты значишь всё для меня. Нет ни одного пони в Эквестрии, в целом мире, которого я предпочла бы тебе. Всё, что я хочу сделать…

Она замолчала; ей пришлось, когда Кризалис принялась осыпать её мордочку поцелуями, и пони вернула любезность. В конце концов, Кризалис угомонилась и устроилась, просто крепко обняв пони. А спустя мгновение она подняла голову.

— Так что ты любишь во мне?

— Серьёзно? — сдержанно спросила Твайлайт, подняв бровь.

— Я провела шесть месяцев, говоря тебе, как сильно и почему я люблю тебя, — надув губы, ответила Кризалис. — Разве я не заслуживаю того же?

— Ну… — Твайлайт медленно провела копытом вверх-вниз по шее Кризалис. — Я люблю твой хитин. Он такой гладкий и крепкий, но гибкий.

Прильнув, Твайлайт прислонилась лбом ко лбу Кризалис.

— И я люблю твои глаза. Так много оттенков зелёного, смешанных в два идеальных круга. Я словно смотрю в пару самых красивых изумрудов, какие только можно представить.

Она взяла и подняла переднюю ногу Кризалис.

— Я люблю твои копыта и каждое отверстие в них.

Она начала целовать копыто, которое держала, но едва приблизилась к одной из дыр, как Кризалис внезапно отдёрнула ногу, а на её морде появилось нечто, подозрительно похожее на румянец.

— О, так они чувствительные. Ясно, ясно… — Твайлайт усмехнулась, но при виде обиженной морды чейнджлинга смягчилась. — Я люблю твои крылья, и как они блестят на свету, — Твайлайт провела копытом вниз по спине Кризалис. — Люблю мягкость твоего панциря… Я всё люблю в тебе, моя королева.

Дрожь прошла по телу чейнджлинга от этих слов, но затем она отвернулась, посматривая на Твайлайт лишь уголком глаза.

— Так ты любишь меня лишь из-за моего тела?

Твайлайт простонала, закатив глаза, но всё-таки продолжила.

— Ну, я люблю твою самоуверенность…

— Уверенность, — вмешалась Кризалис, негодующе засопев.

— И я люблю, что благодаря ей ты отказываешься признавать ошибки, даже зная, что ошибаешься. Я всегда могу сказать, когда ты знаешь, потому что у тебя появляется очаровательно недовольный взгляд, и ты отказываешься разговаривать, — Кризалис свирепо посмотрела на неё, надув щёки, и Твайлайт рассмеялась. — Да, именно так.

С фырканьтем Кризалис отвернулась, но Твайлайт прижала копыто к щеке чейнджлинга и мягко повернула её голову обратно, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Ещё я люблю, как сильно ты заботишься — да вообще обо всём. Особенно обо мне. Такой напор иногда заставляет тебя совершать то, от чего я не совсем в восторге… но я не изменю это ни за что на свете.

— Спасибо. Это… всё, что я могу сказать, — Кризалис широко улыбнулась, слёзы блестели в уголках её глаз. Твайлайт могла припомнить время, когда от вида этой улыбки ей хотелось бежать в поисках укрытия… но сейчас она только улыбнулась в ответ.

— Во всяком случае, я должна быть благодарна тебе. Если бы ты… не ошиблась так сильно и не начала всё это, я никогда бы не узнала, что способна на такие чувства. Поэтому спасибо тебе.

— Назовём это ничьей, — сказала Кризалис, откинув волосы и ещё шире улыбнувшись.

Они снова коротко поцеловались, затем отодвинулись, чтобы посмотреть глаза в глаза.

— Итак… — сказала Кризалис спустя мгновение, — где бы нам провести медовый месяц? Я подумываю о Кантерлоте. В конце концов, нам нужно предъявить права на наши новые троны.

Твайлайт резко повернулась, смерив Кризалис прищуренным взглядом, и Кризалис с хихиканьем отдёрнула голову.

— Или ты предпочтёшь Кристальную Империю? И то, и другое подойдёт мне. Наши легионы способны захватить контроль над обеими столицами в течение часа.

Мордочка Твайлайт смягчилось, и на ней появилось нечто, похожее на ухмылку, не будь в той столько любви.

— Я не откажусь посетить Кристальную Империю — она красивая, и мне не терпится показать её тебе — но нам лучше обождать какое-то время. По крайней мере, пока не будут улажены некоторые дела. Что касается вторжения наших легионов в столицы… нет, они не вторгнутся.

— Прости? — спросила Кризалис, грозно сдвинув брови. — С чего ты так уверена в этом?

— Потому что, — самодовольно сказала Твайлайт, — одна из их королев сказала им, что по меньшей мере на сегодня любые подобные действия должны быть одобрены обеими королевами.

Кризалис уставилась на неё, разинув рот. Затем захлопнула, и в её глазах полыхнула ярость.

— Ты перескочила у меня над рогом?! — прорычала она.

— Не совсем над… скорее, просто обошла, — ответила Твайлайт, по-прежнему улыбаясь. — Это и мои легионы тоже?

Впившись в неё взглядом, Кризалис молча шевелила ртом в попытке хоть что-нибудь возразить, затем отвернулась.

— Да, — признала с ворчанием.

— Я не сделаю этого снова, Кризалис, или хотя бы не слишком часто буду делать, — мягко сказала Твайлайт, прикоснувшись к плечу чейнджлинга копытом. — Но сегодня очень особенный день, и я хотела, чтобы он всецело принадлежал нам. Ни вторжений, ни похищений, только… мы. Влюблённые и поженившиеся.

Внезапно её копыто крепко ухватило плечо, и она перевернула Кризалис, прижав спиной к полу.

— И не думай, что с этого момента ты будешь так или иначе оставаться безнаказанной! — прорычала она в лицо Кризалис. — Теперь ты навсегда связана со мной, и я буду останавливать тебя. Каждый. Раз!

Кризалис моргнула почти со страхом, затем на её морде появилась улыбка.

— Хорошо, — проурчала она. — С нетерпением жду этого.

— Чейнджлинги заняты прямо сейчас, — сообщила Твайлайт спустя мгновение и улыбнулась, при виде вопрошающего взгляда Кризалис. — Они готовятся к переезду в новый улей.

Мгновение выражение на морде Кризалис не менялось, но потом она ахнула.

— Ты говоришь… ты попросила их переехать сюда? И построить новый улей под твоим замком?

— Правильно. Они должны прибыть завтра, чтобы начать обследовать местность и планировать земляные работы. К счастью, в замке достаточно комнат для гостей, и более того, я уверена, что понивильская гостиница не будет против нескольких сотен лишних постояльцев на время строительства.

Внезапно улыбка спала с мордочки Твайлайт.

— О, это же нормально? Я теперь тоже королева, но я не хочу наступать тебе на копыта и начинать всё время командовать ими, а велеть им покинуть нынешний улей было довольно большим шагом, и всё…

— Нет-нет, всё в порядке, — поспешила успокоить её Кризалис, погладив по гриве. — Я говорила тебе, что планировала переезд улья под твой замок, а ты вспомнила и отдала приказы на этот счёт. Не вижу проблемы, когда ты приказываешь нашим чейнджлингам исполнять решения, которые я… мы… уже сделали. И в довершение, ты королева, как и я. Твои приказы — это мои приказы, и наоборот.

Уголок её рта изогнулся в ухмылке.

— Но если ты желаешь править истинно как королева, тебе придётся избавиться от привычки извиняться. Королевы не просят прощения, ты просто приказываешь, и твои желания исполняются. И нечего тут обсуждать.

— Что ж… кое-что ещё, с чем мы будем соглашаться и не соглашаться. Во всяком случае, поэтому поводу у нас обеих найдётся, чему мы можем научить друг друга, — Твайлайт тряхнула головой. — В любом случае, возможно, я немного опередила события с этим приказом. Я даже не знаю, позволено ли возводить такие сооружения в Понивиле. Нам придётся привести сюда официальных землемеров, просмотреть законы о собственности и кадастровые законы, получить разрешения из офиса мэра…

— Офиса мэра, говоришь? — задумалась Кризалис, затем удивлённо скосила глаза к переносице, когда Твайлайт ткнула её в нос кончиком копыта.

— Ты не посмеешь осаждать ратушу снова! — повысила голос Твайлайт.

— Пха! «Переход улицы в неположенном месте»… да что это за закон вообще?! Я не собираюсь платить штраф за простую прогулку по улице, которой владею!

— В последний раз, ты не владеешь Понивилем! И я тоже! И если бы ты просто появилась на назначенное слушание и извинилась, они бы не стали взыскивать квитанцию! — морда Кризалис приобрела угрожающее выражение, и Твайлайт закатила глаза. — Я не имею в виду выпрашивать прощение. Но тебе надо было просто прийти и объяснить, что ты не хотела сделать ничего плохого. И всё. А вот чего не надо было делать, так приводить три полных легиона чейнджлингов в Понивиль и штурмовать ратушу из-за квитанции на десять битсов! И тебе точно не стоит повторять этого! Наша мэр проявила великодушие после того, как мы всё уладили, но поверь, последнее, что нам стоит делать, так это испытывать её доброжелательность.

Кризалис возразила было, затем остановилась, нахмурившись.

— Возможно, ты права, — уступила она. — Должна признать, охранники ратуши оказались гораздо крепче, чем мы ожидали. И сама мэр… — Кризалис слегка поёжилась. — Думаю, мне повезло, что другие пони-чиновники не имеют её… упорства. Или её свирепости. Если бы Селестия владела подобными качествами, под стать своим размерам и положению, моё первое вторжение могло бы не окончиться так хорошо, как получилось.

— Не хочу сказать ничего против принцессы, но… — Твайлайт виновато осмотрелась, затем продолжила. — Селестия — принцесса Эквестрии «на всю жизнь», как говорится. А мэр избрана народной волей. Ей приходится бороться, чтобы сохранять свою должность, а это довольно быстро закаляет пони.

— К тому же она не просиживает дни напролёт на своих больших ляжках, поедая торты, — обратила внимание Кризалис.

— Не говори так! — запротестовала Твайлайт, неуютно заелозив, пока Кризалис не успокоила её ураганом поцелуев. — И всё же есть ещё одно, над чем нам нужно поработать, — уже всерьёз сказала Твайлайт, когда они ещё уютнее прижались друг к другу.

— О?

— Да. Это… касается свадьбы.

— Свадьбы? Ну конечно! — Кризалис счастливо зацокала копытами. — Нам нужно устроить ещё одну свадьбу в Кантерлоте! Со всеми твоими друзьями и семьёй, и со всеми чейнджлингами!

— Я не об этом…

— Мы можем устроить ещё один девичник, а Рэрити сошьёт нам новые платья…

— Я не… постой, с чего нам новые платья? Наши старые ещё в полном порядке! Прошло всего шесть месяцев!

— Мы не можем надеть старые платья на новую свадьбу! — в ужасе ахнула Кризалис. — К тому же теперь всё по-настоящему! Всё должно быль идеально.

— Ты провела слишком много времени с Рэрити, — простонала Твайлайт. — Ладно, хорошо, будут тебе новые платья. В любом случае, она не станет возражать. И позже мы непременно обсудим остальные детали. Но… это не та свадьба, о которой я говорила.

Кризалис недоумённо посмотрела на неё, и Твайлайт сделала глубокий вдох.

— Я имела в виду первую свадьбу. Ту, на которой мы встретились.

— О, — теперь Кризалис неуютно заёрзала. — Ты по-прежнему хочешь услышать извинения? Пускай даже я делала то, что должна была.

— Да, я хочу услышать извинения, — кивнула Твайлайт. — Я не буду спорить, было ли необходимо всё сделанное тобой. Мы уже прошли через это. Однако я по-прежнему хотела бы извинений от тебя за случившееся.

Она подняла копыто.

— Есть одно «но». Я хочу, чтобы ты сделала это искренне, Кризалис. Не проси прощения только ради моего удовольствия. Тебе необходимо на самом деле понять, что ты сделала, что заставила меня почувствовать, всех нас почувствовать. Если ты понимаешь это, если в самом деле раскаиваешься за то, что сделала, тогда скажи. Но я не хочу извинения, которое не идёт от твоего сердца.

Помедлив, Твайлайт продолжила.

— И… не подумай, что тебе обязательно извиняться. Я не стану любить тебя больше или меньше, чем сейчас. Твои проступки ужасны, но… у тебя были веские причины, хотя твои действия нельзя назвать добрыми или полными благих намерений. И я думаю, что уже довольно давно простила тебя. Даже когда кто-нибудь делает что-нибудь ужасное, сложно не простить их, если они поступают так по зову любви и долга. Поэтому, да, мне хотелось бы услышать твои извинения, но я не настаиваю и не хочу, чтобы ты извинялась, если не раскаиваешься.

Тишина воцарилась в библиотеке. Твайлайт в буквальном смысле чувствовала внутреннюю борьбу Кризалис, пытающуюся прийти к решению: чейнджлинг ёрзала, вдыхала для ответа, потом останавливалась и выдыхала в почти молчаливом вздохе. Когда Твайлайт уже смирилась с мыслью, что Кризалис не извинится, чейнджлинг подняла голову. Рог Твайлайт сверкнул.

— Твайлайт… — медленно заговорила она, не задерживаясь взглядом на глазах пони. — Я… сожалею. Я сожалею, что просто не поговорила с тобой, с любым из вас. Если бы я знала то, что знаю сейчас, я бы просто поговорила с тобой и дала знать о своих чувствах, или, возможно, даже попыталась бы договориться с Селестией. Даже если завоевание — дело справедливое и благородное, и именно так я поступаю — так, как предпочитаю поступать — я сберегла бы столько времени и усилий, не принесла бы столько горя, если бы просто спросила.

Кризалис вдохнула и выдохнула.

— И… я сожалею о том, что сделала с Кейденс. Мне… мне казалось, что я умру, когда я потеряла тебя, и Кейденс, наверное, чувствовала нечто подобное, когда я заменила её. Чуть-чуть, по крайней мере. Более того, я могла не поступать так именно в день её свадьбы. Оттого я задела её за самое сокровенное, хотя у меня не было причин. Больше всего… больше всего я сожалею о том, что причинила тебе и всем, кого ты любишь. Вы все собрались ради особенного дня, а я испортила его. Я навредила тебе и твоей семье, и это ранит меня.

Она расстроено вздохнула и безжизненно пожала плечами.

— Ну вот оно извинение. Настоящее и, возможно, первое, которое я когда-либо давала кому-то, кроме моих чейнджлингов.

— Спасибо, Кризалис, — рог Твайлайт снова засветился, пока она обвила и крепко сжала копытами лежащую со страдальческим видом королеву. — Ты не представляешь, как я счастлива, что ты сделала это для меня.

Кризалис вздохнула, но обняла её в ответ.

— Мне пришла в голову мысль. Только тот, кто любит меня и счастлив со мной может быть таким на вкус, как ты прямо сейчас.

— И только подумай! — возбуждённо продолжила Твайлайт. — Это лишь первое из многих, многих извинений, которые ты принесёшь за всю оставшуюся жизнь! Ты станешь чудесной принцессой пони, сердце моё.

— Что?! — Кризалис резко подняла голову. — Ты выжила из своего понячьего умишка, если думаешь, будто я когда-либо снова извинюсь за то, что сделала или сделаю!

— Даже перед моими друзьями и семьёй за свадьбу, как ты только что сделала для меня? — надула губы Твайлайт.

— Особенно не за это!

— Хорошо, прекрасно, — рог Твайлайт засиял, и с ближайшего стола взлетели несколько кристаллов, окружённые её магической аурой.

Посередине находился большой, тёмно-фиолетовый яйцеподобный кристалл, покрытый множеством граней. Слабый отблеск исходил из его глубины, где танцевали пятнышки света. Его окружали четыре других, меньших кристалла. Эти четыре были белыми и полупрозрачными, выглядящие почти пустыми.

— Что… это? — заинтересовалась Кризалис, пока из-за магических манипуляций Твайлайт свет внутри большего кристалла стал ярче. Свет заиграл на гранях, а затем потёк наружу и собрался в четыре луча, соединившихся с меньшими кристаллами.

— О, этот потрясающий артефакт я нашла в Кристальной Империи, когда мы победили Сомбру, — довольно сказала Твайлайт. Свет в большем кристалле пропал, оставив меньшие светиться тускло-фиолетовым.

Рог Твайлайт засиял чуть ярче, подняв один из них выше. Она пустила магический заряд из рога, и в воздухе ожило изображение.

— Твайлайт… — сказала призрачная, парящая на месте Кризалис. — Я… сожалею.

Настоящая Кризалис разинула рот, когда в воздухе заиграло её идеально воссозданное извинение.

— Разве не очаровательно? — легкомысленно спросила Твайлайт, перекрывая голос призрачной королевы. — Главный кристалл может записывать любое событие, происходящее в пределах воображаемого куба пяти метров в поперечнике, и затем в точности воспроизводить его в любое время. И столько раз, сколько захочешь! А меньшие кристаллы могут копировать что угодно, что записал главный, поэтому можно распространять идеальные копии записанной сцены стольким пони, сколько у тебя есть кристаллов!

— Н-нет, — заикаясь, Кризалис тщетно попыталась встать, пока скопированные кристаллы поплыли прочь. Ей удалось подобрать ноги под себя и потянуться к кристаллам — ровно в тот миг, когда они исчезли во вспышке пурпурного света.

— Нет! Нет-нет-нет! — подскочила Кризалис, дико размахивая копытами по воздуху в том месте, где были артефакты. — Куда они делись? Верни их назад! Верни их назад сейчас же!

— Я отправила их в безопасные места, о которых знаю только я, — ответила Твайлайт. — Я собираюсь показать по копии моим родителям, Кейденс и Шайнинг Армору, моим друзьям и принцессам. Затем я сотру каждую запись.

Кризалис развернулась, в её глазах горели чистая ярость и паника.

— Ты не можешь. Ты… ты не можешь!

— Я могу, Кризалис, — спокойно сказала Твайлайт. — Я хочу, чтобы они увидели тебя. Настоящую тебя, а не монстра, не единожды напавшего на их королевство и испортившего свадьбу. Может быть, всего один раз, но я хочу, чтобы они увидели, какая ты на самом деле. Чтобы поняли, хоть ты и охотно сотворила то зло, которое они испытали… в этом не вся ты. Они могут научиться терпеть тебя со временем, возможно, даже ты им понравишься, но если они увидят твоё извинение за сделанное, всё станет быстрее и намного, намного проще.

Тяжело дыша, подёргивая глазом, Кризалис начала наступать на Твайлайт дрожащим шагом.

— Но… если ты не хочешь, чтобы я показала им, если в самом деле не хочешь, то я не стану. Я знаю, как тебе важен твой образ, и что ты думаешь, будто выглядишь слабой, принося извинения. Если ты и впрямь не переносишь этого, я уничтожу записи. Я просто хочу, чтобы ты знала, как важно для меня, чтобы ты позволила мне показать записи. Я люблю тебя и хочу, чтобы все в моей жизни точно знали причину. Я знаю, что ты никогда не покажешь им себя охотно, и вот почему я… ну, немножко разыграла тебя. Я даже планировала подождать и попросить у тебя прощения, если бы у меня не нашлось ничего удобного для записи, когда мы закончили бы нашу свадьбу. Я делаю это, потому что люблю тебя, «хисс читтэр чирп». И я хочу установить между тобой и другими моими любимыми мир и счастье, насколько это возможно. Я позволяла тебе делать многое, с чем я была не согласна — вроде пытаться убить всех моих друзей в прошлом — потому что любила тебя, и я понимаю, что ты просто привыкла так делать. Поэтому… если ты по-настоящему любишь меня, тогда прошу, позволь мне тоже поступить по-своему.

Кризалис добралась до по-прежнему лежащей на полу Твайлайт и встала над ней. Теперь она свирепо смотрела вниз на пони, моргая широко раскрытыми глазами.

— Ты… — проговорила она скрипучим голосом. — Ты… шантажируешь меня? Пользуешься нашей любовью, чтобы заставлять меня делать нечто против моей воли?!

— Нет, — с улыбкой сказала Твайлайт, покачав головой. — Тебе не надо ничего делать, если ты не хочешь. Вне зависимости, я буду по-прежнему любить тебя.

— Шантажируешь! — хриплым голосом настаивала Кризалис, трясущимся копытом указав на Твайлайт. — Это не выбор, если ты говоришь, что я соглашусь, если люблю тебя!

— Я не это… — Твайлайт прервалась, пискнув, хотя и не перестала улыбаться, когда копыто Кризалис прижалось к её горлу с отнюдь не незначительной силой.

— Ты лжёшь, шантажируешь меня, чтобы по своему маленькому плану заставить меня выглядеть слабой, — рычала Кризалис, наклоняясь вперёд, прерывисто дыша. — Ты используешь нашу любовь как рычаг, заставляя меня делать то, что ты хочешь, против моей воли…

Чейнджлинга затрясло, в глубине её горла заклокотало.

— Ты… ты…

Внезапно Кризалис рванула вперёд, её клыки клацнули вплотную от мордочки пони, взъерошив шёрстку, а Твайлайт даже не вздрогнула, и самодовольная улыбка не исчезла с её губ.

— Ты… будешь блистательной королевой чейнджлингов, — торжественно объявила Кризалис и поцеловала её.

## Эпилог: Кейденс (Финал)

Ветер проносился по дворику перед Королевскими Кантерлотскими Садами. Небо было ясным, но именно над двориком зависла тучка, делая его серым и унылым. Царившее здесь безмолвие нарушал только шорох нескольких листьев по брусчатке. Остальной город шумел и суетился, множество пони шли по своим делам, и вдалеке слышались слабые отзвуки празднества, но дворик оставался погружённым в молчание.

Шайнинг Армор сидел перед статуей принцессы Кейденс, смотря на свою жену, а затем медленно опустил голову.

— Кейденс, — сказал он тихо. — Кейденс, я сожалею об этом. Я буду скучать по тебе, хотя мне хотелось бы, чтобы ты была здесь со мной сегодня. И все другие пони тоже хотели бы. Но… то, что ты сделала, чудовищно. Несмотря на все оправдания, побуждения, ты должна понести наказание. Мне больно, что тебя не будет, но раз уж правосудию суждено свершиться, то так тому и быть. У поступков пони есть последствия, даже если эта пони — принцесса. И даже если принцесса — это ты.

Не поднимая головы, Шайнинг Армор вздохнул.

— Знаю, может показаться, что это будет длиться вечность, но мы воссоединимся вскоре. Я буду скучать по тебе каждую секунду, пока мы будем разделены, и ты будешь единственной пони, о которой я буду думать всё время. И надеюсь, когда мы увидимся снова, ты сможешь понять, почему всё должно было произойти так.

Поднявшись на копыта, он повернулся в сторону сада.

— До свидания, Кейденс, — сказал он тихо.

— Но это же нечестно! — протяжно захныкала Кейденс позади него, пригарцовывая перед статуей принцессы Твайлайт по другую сторону входа в Королевские Сады. — Я уже пропустила их свадьбу, и теперь мне придётся пропустить их приём заодно?!

Шайнинг Армор вздохнул, повернулся и, прорысив обратно, встал напротив неё.

— Да, пропустишь. Именно в этом и заключается судебный запрет. Даже если Твайлайт и Кризалис не запрещено видеться с тобой, то тебе запрещено видеться с ними, не забыла?

— Но… но…

— Тебе нужно время, чтобы успокоиться, Кейденс, и смириться, что они вместе. А после того, что ты наворотила… что ты пыталась их разлучить… им явно понадобится время, чтобы простить тебя и прийти в себя.

— Я знаю… но… — у Кейденс задрожала нижняя губа, когда она посмотрела на мужа. — Разве мы не можем ненадолго забыть об этом? Хотя бы на сегодня приостановить? Я должна быть на свадьбе Твайлайт!

— Кейденс… — Шайнинг Армор снова вздохнул и покачал головой. — Ты могла прийти на её первую свадьбу. У тебя была возможность: она приглашала нас обоих. А ты взамен выбрала… что?

Кейденс пробормотала себе под нос и пнула камень мостовой.

— Прости, я не расслышал.

Кейденс простонала, но сказала громче:

— Я готовилась к битве с Кризалис.

— Что само по себе не беда. Честно говоря, не знай я об их отношениях к тому моменту, то поступил бы так же. Но не об этом речь. Что случилось после того, когда ты узнала, что Кризалис по-настоящему любит Твайлайт? Что именно ты сделала, Кейденс?

— Я… самолично решила, что она не заслуживает Твайлайт.

— И затем?

— И затем я месяцы намеренно давала Кризалис ошибочные советы с ясной целью уничтожить всякую надежду на любовь между ними.

— И затем?

Кейденс содрогнулась.

— Затем я… вроде как напала на них, разрушила ресторан, чуть не убила Кризалис и едва не заставила Твайлайт полюбить ту пони, кого считала лучшей для неё, не дав выбрать ей самой.

— Ты в самом деле думаешь, что после всего такого заслуживаешь пойти на их свадьбу и приём?

Кейденс низко опустила голову.

— Нет, — пробормотала она.

Шайнинг Армор прильнул к ней, обняв передней ногой, и ласково уткнулся мордой в её шею.

— Тогда ты понимаешь, — мягко сказал он. — После случившегося для всех вас будет лучшим какое-то время не встречаться, пока раны не заживут. Им нужно увидеть, что ты в самом деле можешь принять их любовь… и поверь мне, Твайлайт увидит. Она очень прощающая пони.

— Знаю, — кивнула Кейденс.

— А тебе надо увидеть, что они в самом деле влюблены, — продолжил Шайнинг Армор. — Как бы я ни был поражён этим… но они влюблены. Действительно влюблены. Даже страшнее, я думаю, они хорошо дополняют друг друга. Твайлайт сможет многому научиться из того, как быть лидером — и не самым приятным обязанностям. Что касается Кризалис… чем больше она узнает о дружбе, тем лучше. Даже чуточку — это уже будет немалым достижением.

— Они вроде бы мило смотрятся вместе… — нерешительно сказала Кейденс и покраснела от ухмылки Шайнинг Армора. — Нет, ну правда! И ты прав, они подходят друг другу. Если какая-нибудь пони и сможет удержать Кризалис в узде, то явно Твайлайт.

— А Кризалис?..

— А Кризалис… сможет помочь Твайлайт подготовиться к некоторым жестоким реалиям жизни принцессы, — нехотя признала Кейденс.

— Например, скажем, к попыткам разрушить свадьбу невестки, а затем и её брак? — с поднятой бровью спросил Шайнинг Армор, и Кейденс хмуро посмотрела на него.

— Ты знаешь, как принцесса я вполне могу издавать собственные запреты, — холодно сказала она, сжав губы и прищурившись, — и я могу налагать их не только на пони. Например, на кровати и самую разную деятельность в них.

— Ладно, прости, — заволновался Шайнинг Армор, подняв копыто в примирительном жесте. — Я не хотел поднимать эту тему и больше не буду.

Он выжидательно посмотрел на неё и увидел, что хоть она и кивнула, но поникла головой и плечами.

— Всё хорошо, — тихо сказал он, снова сжав её в объятии. — Все знают, ты в самом деле не хотела, чтобы так произошло. Они простят тебя. И я всегда буду любить тебя, несмотря ни на что.

— Я знаю, — вполголоса сказала она, обнимая его.

— А как продвигается наш другой проект? — спросил Шайнинг Армор, отойдя на шаг.

— Он… продвигается, — Кейденс скорчила морду и простонала при виде нахмурившегося Шайнинг Армора. — Я серьёзно к нему отношусь, честно! Просто… пустить табун чейнджлингов в Кристальную Империю — это же как запустить лис в курятник!

— Они придут, чтобы помочь, Кейденс! По крайней мере, лучше было бы так. Но они нам нужны. Ты же знаешь, каких неимоверных трудов стоит Империи нагнать современный мир. И чейнджлинги не только предоставляют столь нужных нам рабочих, но и благодаря королеве Кризалис и разуму улья они действительно представляют, как всё изменилось за прошедшее тысячелетие. Возможно, это не возместит вторжение на нашу свадьбу, но я доволен. Немного принудительного труда на благо Империи — вполне хорошая расплата.

— Подходящее наказание, я согласна, — опять неохотно признала Кейденс. Шайнинг Армор выразительно прочистил горло, и она поморщилась. — Я тоже работаю со своей стороны, но сложно найти способ запасать любовь! Не просите от меня чуда!

— Я знаю, знаю, — поспешил успокоить её Шайнинг Армор. — Мы и не требуем чудес. По крайней мере, не быстрых. Но собирать и запасать всю излишнюю любовь Империи и Эквестрии — вот ключ к тому, чтобы жить в мире с чейнджлингами. Для них она слишком рассеяна, чтобы насыщаться должным образом, и есть предел, сколько они могут питаться любовью отдельных пони.

Он твёрдо посмотрел на неё.

— И найти способ решить эту проблему — тоже часть твоего наказания, Кейденс. После того, как ты пыталась лишить любви чейнджлинга…

— Знаю-знаю, теперь мне нужно найти способ достать любовь им всем, — поёжилась Кейденс. — Я помню, что принцессы сказали на слушании. Я никогда не слышала, чтобы тётушка Селестия пользовалась Королевским Кантерлотским Гласом, но думаю, я бы предпочла его тому, как она говорила.

— Ну, знаешь, если бы ты побывала на смотрах Королевской стражи, как я… ты бы так не говорила. После одного такого я не слышал целую неделю.

Кейденс тихонько засмеялась над ним, и Шайнинг Армор улыбнулся ей. Но затем вернулся с небес на землю.

— Ну что ж, я рад, что всё наконец-то наладилось, но сейчас мне нужно идти на приём, — мягко сказал он. — Уверен, меня уже обыскались. С тобой же ничего не случится за несколько часов?

— Со мной всё будет хорошо, — Кейденс зашаркала копытами по камням. — Передашь им… что я сожалею? Пожалуйста, попроси их простить меня.

— Передам, — пообещал Шайнинг Армор.

— И… можешь ещё передать Твайлайт и Кризалис вот это?

Повернув голову, Кейденс выудила из-под крыла обёрнутую в цветастую бумагу коробочку. Шайнинг Армор взял и осторожно рассмотрел её, потом осторожно сдвинул крышку и заглянул внутрь. Последовал долгий миг тишины.

— Ох, Кейденс, — наконец-то выдохнул Шайнинг Армор.

Внутри коробочки на шёлковой подкладке лежала пара серёжек. Одна — в виде шестиконечной звезды из тёмно-зелёного изумруда. Другая, вырезанная из сверкающего аметиста, выглядела как пара крылышек насекомого, усеянных дырками. И обе находились в оправах из чистейшего золота.

— Они зачарованы тем же заклинанием, которым я пользовалась, когда пыталась… когда разговаривала с Кризалис, — кротко объяснила Кейденс. — Раз уж они не могут делить разум улья, то пускай хотя бы смогут говорить друг с другом всегда, когда окажутся вдалеке друг от друга…

Она прерывисто вздохнула, когда Шайнинг Армор порывисто обнял её.

— Это просто идеальный подарок, Кейденс, — отодвинувшись, он посмотрел ей в глаза и тепло улыбнулся. — Они непременно полюбят его, обещаю. Так сказать, доверьтесь принцессе Любви, и она придумает вам что-нибудь подходящее, нда?

Кейденс зарделась.

— Я правда сожалею обо всём, что сделала. Вот и подумала, раз уж я пыталась разлучить их, то возможно, смогла бы сделать нечто, что помогло бы им сблизиться…

— Это чудесная мысль. Я обязательно передам подарок, — он обнял её напоследок, затем повернулся в сторону садов. — Хорошо, я пошёл. Увидимся через несколько часов. Попытайся занять себя чем-нибудь, например, посмотри игру или сходи на концерт. Просто… попытайся отвлечься от всего ненадолго, ладно?

— Я постараюсь, Шайнинг Армор.

Она смотрела, как он шёл вглубь сада, пока не скрылся за живой изгородью, подстриженной в виде меток Селестии и Луны. Нерешительно она сделала несколько шагов вперед, но затем по её шее расползлось предупреждающее покалывание запретительного заклинания, и с тихим поскуливанием ей пришлось отойти назад.

Ещё немного она постояла, смотря на сады, затем, опустив голову, отвернулась и с трудом заставила себя пойти обратно в отель.

Не было смысла отрицать, что она облажалась — и сильно. Это было многим хуже, чем превращение тёти Луны в Найтмер Мун. Луну по меньшей мере извиняло, что ей не воздавали должного уважения, которого она заслуживала, пускай её обида и вышла слегка за рамки. Но Кейденс… действовала из озлобленности, ревности и гордыни. Для такого не было оправдания.

И вот к чему это привело её. Она пошла против своей сути и чуть не уничтожила истинную любовь, позволив собственным предрассудкам и предубеждениям ослепить себя. Она причинила боль своей невестке, ненаглядной любимице, и даже сейчас по-прежнему сомневалась, захочет ли Твайлайт вообще когда-либо иметь с ней дело. А сделала она всё это, самонадеянно подумав, что знает единственно верный ответ: только Селестия заслуживает Твайлайт. И почему она думала так? Потому что она была принцессой любви, и поэтому всё, что она думала о любви, должно быть истиной в последней инстанции.

Кейденс всхрапнула, мрачно рыся по улицам Кантерлота. Так ли хорошо всё закончилось? Ведь она не только чуть не уничтожила любовь Твайлайт, но и заставила её пройти через такое, что вполне могло навредить отношениям юной принцессы с Селестией. Вне всяких сомнений, теперь Твайлайт будет другими глазами смотреть на свою наставницу, учитывая, что Кейденс почти силком заставила её влюбиться в Селестию. И более того, тётя так и осталась одна.

Её голова медленно поднялась. Да… Селестия была по-прежнему одна, не так ли? Возможно, у неё сохранилась капелька влюблённости в ученицу, но и та вскоре улетучится — теперь, когда Твайлайт женилась. Селестия отнюдь не была непрактичной, и сделает всё в своих силах, чтобы не позволить чувствам встать на пути её дружбы с Твайлайт. Поэтому… теперь ей явно понадобится влюбиться в нового пони.

Кейденс ускорила рысь. Конечно, с проблемой бессмертия задачка окажется трудной, но в конечном итоге оно ничего не испортит, напротив — станет приятным дополнением. Гораздо важнее было выбрать подходящую кандидатуру. Этот пони должен быть добрым, уважать высокое положение Селестии и в то же время не страшиться её, уметь выдерживать повышенное общественное внимание, которое непременно появится… Ей не нужно было волноваться о том, будет ли Селестия привлекательной для него — для какого же пони не будет? Но заставить Селестию влюбиться в них, с другой стороны…

«Что ж, на то я и принцесса Любви, — от радости Кейденс уже почти гарцевала. — Если что я и могу делать, так это влюблять пони друг в друга…»

С высоко поднятой головой, подбирая и отвергая в уме различных поклонников для своей тёти, Кейденс продолжала идти по улице к отелю. У неё появились новые планы.

1

С пранцузского — «Кормящая торба»