S03E05
Глава 5 (пещерная)

Глава 6 (блуждальная)

Выглянув в коридор, путешественник увидел в его конце тускло мерцающие глаза неотрывно следящие за входом. Драконица не ушла ко второму яйцу, то ли зная, что из этого прохода нет другого выхода, то ли не смирившись с потерей "потомства". Под ногами скрипнуло золото, и Влад задумчиво осмотрел разбросанные по полу сокровища в свете ХИСа. Неизвестно с чем придётся столкнуться в будущем, и явно не всё в этом мире можно решить силой. Возможно придётся что-то покупать. Работать же... Если организм и вправду начнёт изменяться под действием местной магии, то тратить оставшееся первопроходцу время на зарабатывание денег — глупость несусветная.

— Не хотелось бы таскать лишний вес, но похоже придётся, — вздохнул мироходец, и принялся набивать рюкзак монетами и драгоценными камнями. — Надеюсь эти монеты ещё в ходу.

Выбрав лимит допустимого перевеса, исследователь вновь распределил имеющееся снаряжение по весу и вошёл в коридор, выставив перед собой "яйцо", подсвечиваемое ХИСом, чтобы драконица не плюнула огнём сгоряча. Осторожно подойдя на безопасное расстояние к заметно оживившейся рептилии, Влад остановился. Огнедышащая ящерица вертелась у входа, то пытаясь дотянуться головой, чему мешали могучие плечи, то просовывая в проход когтистую лапу, и беспрестанно порыкивала.

— Я отдам тебе его, если ты меня выпустишь, — сказал Влад, когда драконица опять замерла головой в коридоре, и сделал отгоняющий жест свободной рукой, вытянув "яйцо" на второй в сторону разумной твари, — иначе ничего не получишь.

Намерявшись с путешественником взглядами, рептилия всё же отступила обратно в зал, раздражённо колотя хвостом по полу и кучам сокровищ. Она явно не собиралась отпускать мироходца, встав на пути к выходу из пещеры. Решив что с такого расстояния рептилия его не достанет, исследователь шагнул под своды большого зала. Дождавшись этого момента, драконица резко выбросила голову вперёд, и как ни готовился Влад к чему-то подобному, но среагировать всё равно не успел, когда длинный язык ящерицы обвился вокруг корпуса аварийного комплекта. Выхватив "яйцо" из руки первопроходца, драконица захлопнула гигантскую пасть, спрятав его за частоколом острых зубов. После чего бросилась вперёд, пытаясь схватить исследователя когтистой лапой.

Лишившись своего "щита", Влад рванул вдоль стены ко второму проходу внутрь горы, но уже на втором шаге упал, запнувшись об какую-то золотую безделушку, словно капкан схлопнувшуюся вокруг левой ступни. Не тратя времени на вставание, беглец на четвереньках влетел в новый коридор, позвякивая незапланированным украшением. Влад подумал что уже спасся, но, внезапно, за левую ногу что-то сильно дёрнуло вытаскивая его обратно в большой зал. Резко дёрнув ногами первопроходцу всё же удалось освободиться, и вновь скрыться в темноте коридора.

ХИС остался в зале с упустившей свою жертву рептилией, поэтому Влад бежал в кромешной темноте, ежесекундно врезаясь в стены, стараясь добраться до ближайшего поворота до того, как драконица вытащит "яйцо" из пасти и поджарит ему зад. Он успел. Язык чадящего пламени пролетел там, где несколькими секундами ранее прихрамывая бежал мироходец, и бессильно расплескался по серому камню стены, а сам путешественник устало повалился на каменный пол.

Пытаясь продышаться через порядком забившийся фильтр, Влад ощупал ногу. Покрутив ступнёй он диагностировал у себя растяжение, и долго ругался, обзывая драконицу всеми приходящими в голову ругательствами, включая земляного червяка из Маугли. Засветив один из оставшихся ХИСов, исследователь осмотрел позвякивающее украшение на левой ноге, из-за которого чуть не достался разъярённой рептилии. Это оказался золотой ошейник с четырьмя кольцами поменьше, соединёнными с большим кольцом золотыми же цепями. Вернее, малых колец было уже три. Четвёртая цепь не выдержала, оставив кольцо с несколькими звеньями драконице. Ошейник смялся под весом человека, зажав ступню словно в тисках, и Владу пришлось помучаться, чтобы его разогнуть. Отбросив в сторону эту мечту лошадок мазохистов, путешественник уковылял вглубь горы, сквозь зубы матерясь на собственную неуклюжесть и всяких небоземных созданий, не дающих мирному исследователю спасти свою задницу.

*интерлюдия*

— Мы потеряли его, Ваше Высочество.
— Как это случилось?
— Существо поднялось на одну из гор, неподалёку от Лас Пегасуса, и скрылось в пещере. Мы думали, что он собирается переночевать, но через некоторое время там что-то случилось. Мы слышали громкие звуки, а из пещеры повалили плотные клубы дыма. Когда наутро никто не вышел из пещеры, мы взяли на себя смелость нарушить ваше приказание не приближаться к существу, и заглянули внутрь. В пещере обнаружилась древняя кладка старой драконицы. Она причитала над яйцом, утверждая, что его покинула жизнь. Следов существа в пещере не обнаружилось. Доклад закончила, капитан Вандерболтов Спитфайр.
— Организуйте патрулирование гор Лас Пегасуса и всех окрестностей, Спитфайр. Доклад каждый вечер, а при обнаружении существа — немедленно. Можете идти, капитан.
— В этот раз он забрал жизнь нерожденного дракончика, старшая сестра. Он монстр! Или ты и дальше будешь утверждать, что он безобиден, если его не трогать?
— Он...
— Ваше Высочество, срочный доклад от группы из Вечносвободного леса! Следов Элементов Гармонии в болоте не обнаружено.
— Пожалуй ты права, Луна. Он снова меня обманул. Нет, это я сама обманулась!

***

Продрав глаза, Влад несколько минут лежал в полной темноте, пытаясь убедить себя встать. Вчера он так и не смог уйти далеко, добравшись только до первого спуска серпантина, и здесь же расположился на ночь. Нога всё ещё побаливала, хотя и не так сильно, как непосредственно перед сном, но мироходец знал, что это обманчивое облегчение. Стоит встать, и боль вернётся с новой силой. К тому же, почти привычное чувство стянутости между лопаток опять усилилось и стало уже напрягать.

Брошенный у изголовья вчерашний ХИС уже не светился. Это означало, что прошло не меньше двенадцати часов, если конечно хемилюминесцентные реакции в этом мире не ускорились, так же как и гальванические. Нащупав палочку, Влад похрустел обломками внутренней колбочки вызвав лёгкое остаточное свечение, которое уже через минуту сошло на нет.

— Эх, надо было брать те, регенерируемые, — вздохнул путешественник, и достал из кармашка разгрузки предпоследний ХИС.

Жёлтый свет разогнал темноту, и путешественник занялся больной ногой. Полностью расшнуровав берц, Влад аккуратно достал конечность из ботинка. Припухлость сустава была почти незаметной, и при вращении ступнёй боль чувствовалась слабо, но дней десять, если не очень сильно нагружать ногу, придётся промучаться. Втерев в больное место мазь с обезболивающим и противовоспалительным эффектом, путешественник зафиксировал голеностоп эластичным бинтом. После чего, с некоторым трудом вновь натянул ботинок, и плотно зашнуровал берц.

Матерясь сквозь зубы мироходец встал помогая себе копьём, чудом не потерянным во вчерашней схватке с драконицей, и походил немного по коридору, привыкая к неприятным ощущениям, после чего свернул лагерь и не завтракая отправился в дальнейший путь.

Уже через полчаса прихрамывающий путешественник вышел к колодцу. Сухие уступчатые стены позволили быстро спуститься не используя никаких дополнительных приспособлений. В самом низу воздух заметно повлажнел, а температура упала до стандартных для пещер примерно семи градусов. Дальше коридор стал более неровным. Вместо арочных стен и потолка, потянулись придавливающие пласты камня, под которыми порой приходилось проползать по пластунски, или уходящие за пределы круга света расщелины. Пол горбился скальными выступами и осыпями, но позволял пройти даже с больной ногой. Выйдя к последнему виденному на экране планшета глубокому колодцу с сифоном, Влад нахмурился. Здесь стены колодца уже не были такими сухими, и если бы не драконица, то мироходец повернул бы назад. Спускаться по влажной стене без страховки, было рискованно, но деваться некуда. Имеющаяся верёвка не выдержит веса человека, а сложенная в четыре раза просто не достанет до дна.

Распустив моток верёвки исследователь отмерил половину, и привязал к скальному выступу среднюю часть на нехитрый узел, который позволит развязать его, если потянуть за один из концов. Спустив на дно колодца рюкзак и разгрузку, Влад сбросил вниз второй конец верёвки, оставив среднюю часть привязанной на случай возвращения. Спускаясь путешественник несколько раз чуть не сорвался и сильно ушиб предплечье, но всё же достиг дна.

Дно колодца представляло собой пологую насыпь, из нападавших сверху камней, и с трёх сторон уходило под воду. Три стенки колодца здесь немного отступали, образуя полость, и спускались до самой воды. Нащупав копьём проход, Влад разделся и упаковал снаряжение в рюкзак, расстегнув специальные расширители, оставив только шест, шлем и ботинки, которые при всём желании туда не влезли бы. Впрочем, плотно прилегающие берцы должны некоторое время удержать воду. Плотная плёнка из нижнего кармашка рюкзака обтянула образовавшийся баул гарантируя, что вещи останутся сухими.

Зажав в одной руке баул со снаряжением, а в другой ХИС, шест и оба конца свисающей из колодца верёвки, десяток свободных метров которой осталось лежать на осыпи, Влад провентилировал лёгкие, и вошёл в ледяную воду. Распаренное за долгий спуск тело приняло воду многочисленными резкими уколами, и первопроходец поднырнул под потолок прохода. Золото отлично уравновешивало образовавшуюся благодаря воздуху плавучесть баула, и позволило, опустившись на дно, не бояться расцарапать себе спину об неровности потолка.

Судя по виденной вчера картинке этого сифона, он тянулся всего с десяток метров, вновь выходя на небольшую возвышенность, и Влад не боялся добравшись до его конца остаться в затопленном коридоре без возможности сделать вдох. Закон сообщающихся сосудов этого не позволит. Так и вышло. Уже через несколько метров дно резко пошло вверх. Вынырнув из под нависающего потолка, путешественник огляделся в заметно побледневшем от холодной воды свете ХИСа. Небольшой куполообразный зал с сочащимися влагой стенами и выходом продолжающего тянуться дальше коридора, да скользкий на вид пол, вот и всё, что встретило первопроходца на этой стороне.

— А т-ты ч-что хот-тел, — стуча зубами пробормотал Влад, — раз-зноцветных телеп-пуз-зиков играющих в с-салочки на лес-сной пол-ляне?

Путеводная верёвка натянулась, не давая полностью выйти из воды, и мироходец закрепил её концы в ближайшей трещине. Выбравшись на пологий горб пола, исследователь стряхнул с себя крупные капли воды и сделал несколько разогревающих упражнений, чуть не навернувшись на скользком полу. Быстро одевшись в сухое, Влад поморщился. Вода всё же попала в правый ботинок намочив носок. Пришлось разуться и намотать на ногу ещё один кусок эластичного бинта в качестве портянки, а его упаковку одеть сверху, чтобы не промочить бинт влагой оставшейся внутри ботинка. Не очень удобно, но значительно лучше, чем хлюпать сначала ногой, а потом и простуженным носом.

Войдя в очередной коридор, Влад оказался в неразведанной области, и почти сразу наткнулся на развилку. Одна дорога, изгибаясь, уходила вниз, другая продолжала тянуться прямо. Естественно мироходец не захотел отправляться вниз, решив разведать горизонтальный ствол. Тем более, по предварительным расчётам, он находился примерно на половине высоты горы, и был шанс наткнуться на какую-нибудь расщелину ведущую наружу. Так и оказалось. Блуждая по уровню Влад наткнулся на несколько расщелин, в конце которых виднелся дневной свет, но ни одна не оказалась достаточно широкой, чтобы выбраться на поверхность. В конце концов путешественник вновь вышел к первой развилке. Присев на рюкзак он пообедал предпоследним рационом и с тоской посмотрел на скользкий спуск в недра горы.

За время блужданий ХИС почти погас, и если не удастся найти что-нибудь для использования в качестве батареи в самое ближайшее время, то придётся продолжать путь в темноте, буквально на ощупь. Либо возвращаться назад, в распростёртые объятья драконицы. Вариант: кричать в выходящую на поверхность расщелину, в надежде что кто-нибудь придёт с киркой и расширит проход, Влад даже не рассматривал.

Вернувшись к затопленному проходу, путешественник подёргал за концы веревки, чтобы развязать закреплённый на верхней части колодца узел. Всё-таки освободив верёвку, он смотал её в мокрую бухту и отправился в неизведанные глубины.

*интерлюдия*

— О чём грустишь, подруга?
— Эм, ни о чём. Я просто задумалась, извини, Рейнбоу.
— Ха! Наверное опять этого монстра жалеешь!
— Оставь её, сахарок. Мы там все сплоховали.
— Кстати, Пинки, зачем ты вообще достала свою вечериночную пушку?
— Но, Твайлайт, он же зарычал на нас! И оскалился вот так: Р-р-р-р! И я такая тоже: Р-р-р-р! А потом я хотела сделать так: Бабах! И закричать: Сю-юрпри-из! Ведь если кто-то рычит — значит он чем-то недоволен, а если кто-то недоволен — надо устроить супер-мега-пупер-вечеринку!
— Эм, извините, а мне показалось, что у него просто зубки болят, простите.
— Да эт не "зубки", сахарок, а зубищи. Такими можно ногу перегрызть.
— Фу, Эпплджек! Не говори таких ужасных вещей!
— И всё-таки, Флаттершай, почему ты так сильно жалеешь это существо?
— Ну, просто я видела его спину, и мы, ум, похоже мы ему сильно навредили, Твайлайт.
— Ну, он нас тоже не особо жалел.
— Жалел! То есть, прости, что накричала, Рейнбоу, но он и вправду нас жалел.
— Пф!
— А я согласна с Флаттершай. Эт его ножище, он же размером с пиратскую саблю будет! Таким раз махнул, и голова с плеч!
— Эпплджек!
— Как бы мне не хотелось это признавать, но похоже Эпплджек и Флаттершай правы. Раз он не достал свой нож сразу, значит не хотел... делать ничего совсем плохого.
— И что нам теперь делать, Твайлайт? Мы ведь даже не знаем где он сейчас, чтобы извиниться за своё ужасное поведение?
— Извиниться? Рэрити, он, между прочим, чуть не ударил тебя по голове своей палкой! Лично я не собираюсь перед ним ни за что извиняться!
— Ох, девочки, давайте не будем ссориться. Флаттершай, ты сказала, что мы ему сильно навредили, что именно ты там увидела?
— Эм, ну я не уверена, Твайлайт, но, по-моему ...

***

Когда последний ХИС почти перестал освещать путь, путешественник нашёл, наконец, то, что можно использовать в батарее. Ну как нашёл, плюхнулся туда со всего маху, поскользнувшись на этой зеленоватой слизистой массе. По его прикидкам, гора уже давно закончилась, и сейчас Влад шёл по слегка извилистому проходу в одну сторону. В какую именно не очень понятно, так как исследователь давно потерял ориентацию в пространстве, но вновь ставший арочным коридор явно тянулся примерно в одном направлении.

Поднявшись с пола, Влад счистил с себя самые крупные из налипших комков слизи, и найдя место посуше раскатал брезент. Вытряхнув на пол землю из всех "батареек", первопроходец замешал её со слизью в густую массу. Доев последний рацион, Влад распределил смесь по пакетикам, туго перевязав горловины, и подключил планшет. Увидев загрузочный экран, путешественник чуть не расцеловал планшет и испачканные в слизи пакетики. То ли гриб слизевик, то ли колония пещерных водорослей, эта субстанция превосходно подошла в качестве наполнителя-электролита для слегка суховатой земли в импровизированной батарее.

В первую очередь, Влад попытался выяснить своё местоположение, но сигналы маячков не пробивались сквозь толщу камня. Единственное что удалось понять — глубину ниже уровня земли. Если атмосферное давление на поверхности не изменялось, исследователь сейчас находился на глубине почти на две сотни метров ниже той холмистой долины. К счастью, даже на такой глубине коридор не был затоплен. Вся вода, что сочилась из трещин стен и потолка, стекала в уходящие вниз боковые ответвления, в которые Влад даже не пытался соваться, предпочитая двигаться по сравнительно удобному коридору с ровным полом. Теперь путешественник почти не сомневался в искусственном происхождении прохода, но кто, и главное — зачем его проделал в толще камня, мироходец понять так и не смог. Но раз уж кто-то приложил столько труда, то куда-нибудь коридор да выведет.

Поспав несколько часов, раз уж всё равно остановился на привал, Влад встал в ещё более нездоровом состоянии. Спину уже не просто тянуло, там словно поселилось что-то инородное, а чувство стянутости распространилось теперь и на сами лопатки. Вспомнив про камеру на планшете, исследователь сфотографировал спину с нескольких ракурсов со вспышкой, хоть планшет и отключался после каждого кадра от нехватки энергии, и внимательно рассмотрел получившиеся снимки. На фотографиях его встретила совершенно безрадостная картина радужной сетки, расползавшейся от крохотного серого пятнышка по центру спины. Заведя руку за спину Влад поскрёб ногтем серое нечто, и даже попытался подковырнуть. Безуспешно.

— Камень, мля. Похоже, лошадки меня всё-таки достали, — спокойно констатировал мироходец. Как ни странно, Влад даже не злился на этих мелких тварюшек. Видимо подсознательно ожидал чего-то подобного, и уже смирился с тем, что спине хана. — Интересно, как далеко разойдётся по телу эта хрень?

Настроив яркость фонарика-вспышки так, чтобы планшет не отключался, Влад выдвинулся дальше по пещерному коридору. Сейчас, с нормальным освещением, он заметил в стенах и потолке небольшие каверны, словно оттуда что-то выковырнули.

— Похоже на рудник, — решил исследователь. — Скорее всего, здесь добывали драгоценные камни или что-то другое, небольшое, локально располагавшееся. На рудную жилу совсем не похоже. Ну или это транспортный тоннель с дренажной системой, а камни добывали попутно.

В принципе, версия транспортного тоннеля была более вероятной. Когда Влад только вышел на этот горизонт, из более естественно выглядевшего спуска под горой, тоннель тянулся в обе стороны, совершенно одинаковый, хоть и без малейших следов самого транспорта. Возможно даже это что-то вроде недостроенного метро или подземной дороги. По крайней мере, для мелких лошадок размеры были подходящие. Куда делась вся изъятая порода, сказать было невозможно. Объёмы добычи потрясали воображение, и вывозить всё это на поверхность было бы непросто, если только камень не сбрасывали в какие-нибудь подземные каверны.

Ещё через пару часов Владу попался первый драгоценный камень. Самоцвет рос прямо на стене, и когда мироходец говорил "рос", то он именно это и имел в виду. На максимальном увеличении камеры были видны тончайшие жилки, словно корни расползавшиеся от основания блестяшки во все стороны и, судя по всему, вглубь камня стены. Дальше драгоценные камни начали попадаться всё чаще и чаще. А ещё полчаса спустя, в тоннеле появились первые очевидные признаки разумной деятельности.

Присев на корточки, Влад внимательно осмотрел железную дорогу. Уходя дальше по тоннелю, она обрывалась именно здесь. Причём не просто обрывалась, будучи недостроенной, а словно была в своё время разобрана, судя по кучке полусгнивших шпал с отверстиями ранее забитых костылей у стены. Рельсы были не совсем привычного вида, просто железные полосы уложенные на деревянные дощечки, и изгибавшиеся следуя причудливым извивам коридора. Вряд ли это была транспортная магистраль для перевозок разумных существ. По крайней мере, Влад ни за что не поехал бы по столь ненадёжно выглядящей железной дороге.

Судя по ржавчине покрывавшей рельсы, этой дорогой не пользовались десятилетиями, но сам металл оказался весьма неплохим. Пожалуй, нож из такого оказался бы не многим хуже тех поделок, что исследователи порой притаскивали из вымерших миров. Прочная, достаточно пластичная, судя по изгибам поворотов, и закалённая, судя по звону, сталь.

— Интересно, гнули на месте, или заказывали определённый изгиб на заводе?

Неловко поднявшись опираясь на шест, стараясь разгрузить больную ногу, Влад побрёл повдоль железного пути в сторону явно приближающейся цивилизации. Одиночные гнёзда небольших самоцветов постепенно превратились в скопления крупных кристаллов, а разноцветье растворилось в одном превалирующем цвете — сиреневом всевозможной насыщенности.

— Аметистовый рудник? Или, скорее, ферма, — предположил исследователь, так как вся стена под скоплениями кристаллов оказалась пронизана всё теми же бледными жилками "корней". — Интересно, самоцветы здесь сами размножаются, или их высеивают? И если высеивают, то как? Просто вставляют осколки в пробуренные лунки, или как-нибудь по-особому, типа магии или ритуалов?

Владу даже представилось как усыпанная блестящей крошкой перемолотого кварца лошадка ходит в ритме танца и трётся блестящими боками о стены, напевая при этом что-то мелодичное. Представилось настолько красочно, что путешественник даже замер, чтобы убедиться, что это пение только в его воображении. Но нет, откуда-то спереди и впрямь доносились еле слышные звуки, которые, при должном воображении, можно было принять за мурлыканье песни себе под нос.

Бросив взгляд на рельсы Влад понял, что уже давно идёт вдоль действующего участка пути, так как ржавчины на металле больше не было видно. Осторожно выглядывая из-за каждого поворота, перед тем как выйти на очередной прямой отрезок, первопроходец, наконец, нашёл того кто и издавал эти звуки. Пони, полностью серого цвета, бродила от одного скопления кристаллов к другому и напевала, внимательно осматривая места крепления самоцветов к стенам.

Так как пони не собиралась уходить, постепенно приближаясь к повороту, за которым и замер путешественник, то Влад решил просто пройти мимо неё к предполагаемому выходу. Оставалось надеяться, что эта лошадка не будет столь же агрессивной как предыдущие. Впрочем, на ней нет никаких ожерелий, только каска с фонарём, так что, скорее всего, это просто работник кристальной фермы.

Стоило Владу показаться из-за поворота, как пони испуганно пискнув замерла, и так и стояла, провожая мироходца глазами плошками, пока тот не совершая резких движений аккуратно обходил лошадку по другой стеночке. Стараясь даже не смотреть в её сторону, путешественник прошёл мимо, и чуть не запнулся об другую пони с почему-то выключенным фонарём на каске. Такая же серая пони стояла у него на пути, явно не собираясь отступать, и равнодушно пялилась на исследователя, не делая, впрочем, ничего. То есть вообще ничего. Просто провожала его ничего не выражающим взглядом, пока он обходил вторую преграду, а потом последовала на значительном расстоянии не упуская Влада из виду.

"Ну вот, есть же нормальные микролошади!" — возмущался про себя мироходец. — "Не бросаются с воинственным писком на значительно превосходящее их размером существо, не магичат всякие окаменяющие радуги. Какого хрена мне для первого контакта попались именно те агрессивные самки? Хотя нет, с первым контактом мне повезло, и там уже я сам облажался, сначала обойдясь с той пегаской чересчур грубо, а потом приняв её за рабыню. Если бы всё можно было переиграть..."

За пустыми размышлениями Влад, наконец-то, добрался до выхода, и выключил фонарик-вспышку на планшете. Какой-то серый свет дня совсем не слепил глаза, даже после полумрака кристальной пещеры, но путешественник всё равно замер перед входом, осматривая серую каменистую равнину. Здесь всё было серым. Серое небо, серая почва, серые, хм, камни, и даже оставшиеся в пещере две пони имели шкуру серого цвета, словно пещера вытянула все остальные цвета для обеспечения самоцветов питательным... эм, цветом, что ли. Одна из упомянутых серых пони подошла и встала рядом, пискнула что-то, и вновь скрылась в сумрачных коридорах.

Проводив взглядом спокойную лошадку, Влад проверил по планшету направление и, решив не задерживаться в этой серой долине, отправился на отметку станции анализа.

Продолжение следует...

...