S03E05
Глава 2

Глава 1

Денёк был на диво хорош! Солнце припекало вовсю, но на извивающейся меж лесом и лугом дороге царила прохлада. Горячим лучам оставалось только изредка и бессильно жалить спины трёх путниц сквозь густую листву. А те даже и не обращали внимания, увлёкшись болтовнёй друг с другом.

– Девочки, ну давайте быстрее! – в первую очередь Эпплджек упрашивала неугомонную розовую пони, которая явно решила проделать весь путь прыжками. – Чес-слово, мы и так почти всё интересное пропустили! Да и малая уже полдня в лавке торчит: боюсь представить, чего они с братом там наторговали!

– Да не волнуйся ты, у тебя сестрёнка шустрая! – беспечно отмахнулась Пинки, одновременно успевая прыгать боком по дороге, отталкиваясь сразу всеми четырьмя копытами. – И вообще… я… ых… спешу… оп-па!.. – она прыгнула на несколько шагов вперёд, выбив облачко пыли из дороги.

– Это я спешу, а ты валяешь дурака!

– А чем докажешь, что не наоборот?

Эпплджек не нашлась, что ответить – у фермерши вообще было туго с искромётными ответами – поэтому хмуро засопела и притопнула копытами.

– Пинки Пай!

Идущей за ними Флаттершай пришлось ускорить шаг, что не помешало ей и дальше тихонько посмеиваться. Хотя смех смехом, но чувство вины не покидало её.

– Простите…

– Вот только не начинай! – оглянувшись и досадливо махнув хвостом, Эпплджек сбавила голос. – Я ж понимаю, что тебе зверюшек кормить надо.

– Спасибо, что помогли, – пегаска застенчиво спрятала лицо за длинным персиковым локоном. – Хотя если бы я вчера легла спать вовремя…

– И восход бы пропустила? Он в этом году шикарный был, уж Селестия расстаралась. Обидно, знаешь, проспать, а потом целый год ждать!

– Ну… да… мне понравилось…

– А уж как наша Твайлайт потрудилась – жуть просто, – хихикнула приземлившаяся рядом с ними Пинки и тут же понизила голос. – Я люблю, обожаю, с ума схожу от вечеринок, потому что на них всё должно быть супер-пупер здорово, но даже мне нужно спать, иначе я потом так устану… – не договорив, она рухнула на землю, словно игрушка с кончившимся заводом, и тут же снова вскочила на ноги. – Но я вообще не видела, чтобы Твайлайт спала в последние дни!

– Бедняга, — сочувственно покачала головой Эпплджек. – Это ж её первое солнцестояние здесь… прошлогоднее не в счёт. Умаялась в край, но зато к нам аж из Кантерлота приехали выступать. Какие-то там фокусники…

– Что?! – подскочила Пинки. – Фокусники из Кантерлота?! Мэджик Сплешерс?!

– Ну да, она что-то такое называла…

До городка оставалось немного, и налетавший порой ветер уже доносил звуки гуляний. Все три пони навострили ушки.

– Так чего мы стоим?! – опомнилась Пинки. – С ума сойти, я же их выступление пропущу!

Она совершила такой гигантский прыжок, что посрамила бы любую лягушку. Эпплджек и Флаттершай разом рассмеялись и ускорили шаг, догоняя Пинки. И не только догнали, но и перегнали. Лишь спустя полсотни шагов они обратили внимание, что их подруга до сих пор стоит на прежнем месте и вертит головой.

– Что ты там такое интересное увидела? – спросила Эпплджек у Пинки, которая пристально рассматривала что-то в траве на обочине. Уши розовой кобылки дрогнули, но она промолчала. Выждав немного ради приличия, Эпплджек приблизилась и ткнула ей в круп копытом. Только тогда она встрепенулась и обернулась с округлившимися глазами.

– Знаешь, я готова поклясться, что видела этот камень возле дома Флаттершай! – Пинки тряханула головой и разом приняла заговорщицкий вид. – Интересно…

– Ты что, уже все камни в округе «в лицо» знаешь? – закатила глаза Эпплджек, а её подруга снова опустила голову к траве, возбуждённо помахивая кудлатым хвостиком.

– Что она видела возле моего дома?

Если бы не безветрие, Эпплджек нипочём бы не расслышала вопрос. А так она обернулась и глянула на переминавшуюся кремово-жёлтую пегаску, всем видом готовую дать дёру.

– Пинки опять решила почудить, – Эпплджек слабо отмахнулась и стала примериваться зубами к розовому хвосту, готовясь при необходимости ухватить и потащить за него увлёкшуюся пони. Они и так потеряли немало времени, а праздник – и уж тем более труппа Мэджик-как-там – их ждать не будет.

Но Пинки уже сама поднялась, сжимая что-то в передних копытах.

– Ага, попался! – торжествующе воскликнула она, принявшись так и сяк вертеть перед глазами нечто, оказавшееся обычным уныло-серым булыжником. – Сейчас мы узнаем, что ты такое!

Флаттершай с тихим испуганным писком попятилась, но Эпплджек только вздохнула.

– Не болтай чуши, – рыжая земнопони протянула ногу и выхватила у подруги каменюку – размером с два копыта, пыльную… и собственно, всё.

– Ты хочешь сказать, что видела точно такой же камень возле дома Флаттершай? – спросила Эпплджек, с каждым словом сильнее изгибая брови.

– Конечно! – запальчиво воскликнула Пинки, косясь на добычу и нетерпеливо потирая копыта друг о друга. – Я полжизни провела на каменной ферме, и уж один камень от другого отличить сумею!

Не выдержав, рыжая кобылка расфыркалась от смеха, несколькими мгновениями позже к ней присоединилась Флаттершай. Пинки было насупилась, но долго сердиться вообще не умела. Её губы дрогнули, и мгновением позже над дорогой раздавался уже строенный смех. Под который Эпплджек не преминула размахнуться и зашвырнуть камень обратно.

– Ладно, девочки, пойдёмте уже, не то нам вообще яблочек не достанется, – она потрусила дальше по дороге вместе с повеселевшей Флаттершай. А Пинки…

Хоть она и отсмеялась, но не смогла сразу отвести взгляда от того места, куда приземлился камень. Каким-то образом тот одурачил её; но не будь она Пинкамина Диана Пай, если не сумеет докопаться до сути! И уж точно не проиграет какой-то там каменюке.

Но сначала фокусники!..

Развернувшись, Пинки запрыгала вслед за остальными.

…Как только хвосты пони скрылись за поворотом дороги, раздалось негромкое гудение. Раздвинув стебли, булыжник приподнялся над травой и неторопливо полетел в сторону городка.


В Понивилле умели праздновать. Пускай городок размерами и населением рядом не стоял ни с Кантерлотом, ни с Филлидельфией, ни тем более с Мейнхетэном, но местные жители об этом как будто не догадывались. А уж летнее солнцестояние они праздновали от души и до упаду – причём упад начинался ближе к вечеру, когда пустела большая часть бочек с сидром.

Но в разгар дня горожане ещё твёрдо держались на своих четырёх. Да и как тут не держаться, когда все вокруг веселятся!

Дома и улицы утопали в украшениях. От окраины до окраины пони смеялись, участвовали в шуточных состязаниях, смотрели уличные представления, объедались бесплатными угощениями, от которых ломились вынесенные наружу столы. Тут и там задорно играли многочисленные музыканты, побуждая всех пускаться в пляс, а заодно выяснять, кто кого перепляшет.

Но самый гвалт стоял на окраинном поле, где состязались жеребята и подростки. И шумела не только молодёжь, но и пришедшие поболеть за них родители и родственники. Вошедшую с этой стороны в Понивилль троицу подруг едва не снёс табунчик бегунов.

– Беги, Форест, беги! – провопила пони неподалеку от Эпплджек. Бежавший впереди всех зелёный жеребёнок обернулся и при виде насупленных мордашек соперников припустил ещё быстрее. Приглядевшись, Эпплджек разглядела среди них жёлтую кобылку, чья алая грива развевалась на ветру.

– Давай, Эпплблум! – сориентировавшись, прокричала вслед. – Покажи, из чего Эпплы сделаны!

А уж затем спохватилась и пробормотала:

– Похоже, Биг Мак один в лавке остался… ой, всё, пошла я, один он не справится! – последние слова она выпалила скороговоркой и ввинтилась в толпу, оставив Пинки и Флаттершай одних. Хотя пегаска тоже не задержалась надолго.

– Прости… я слышала, что будут давать представление певчих птиц…

– А? Говори громче! Я не слышала, что ты слышала, потому что тебя я совсем не слышу! – Пинки вплотную приблизилась к Флаттершай, развернув оба уха в её сторону, но та уже стушевалась и, пробормотав напоследок: «Потом увидимся…», потихоньку скрылась за спинами празднующих.

Пинки Пай придала этому значение ровно на пару мгновений; а затем объявили о начале следующих соревнований, и кобылка буквально ломанулась в передние ряды, решив ничего не упускать. И так полдня пропустила, ужас!

Но поглазеть на зрелище ей так и не удалось: её чуткие ушки уловили сквозь всеобщий гвалт отдалённую ругань. Ругались где-то совсем недалеко и явно немало пони. Пинки Пай нахмурилась и, напрягая уши, двинулась в ту сторону. Как вообще можно ссориться в такой замечательный день?!


…На одной из улочек столкнулись два шествия, и в считанные минуты перебранка достигла небес, привлекая внимания пролетавших мимо пегасов. Небольшая группа фермеров из деревушки Черри-Три огрызалась на более солидную компанию местных пекарей, но никто не хотел уступать. Редкие слова разума с обеих сторон тонули в пыле молодёжи: «вишнёвые» жеребцы уже оттеснили главу семьи и готовились броситься вкопытопашную на разошедшихся подмастерьев, когда к месту стычки подоспела Твайлайт.

Для кобылки-единорога вчерашний день закончился за полчаса до восхода, а сегодняшний начался с ликующих воплей толпы, приветствовавших взошедшее солнце. Она даже не поспала – просто задремала, уткнувшись мордочкой в кипу записей, и теперь больше всего желала забиться вместе с подушкой в укромный уголок. Но она была просто обязана провести этот праздник до самого конца!

Спор удалось погасить не сразу. Многих пекарей Твайлайт – благодаря Пинки – знала лично, а семья фермеров приходилась дальней роднёй Эпплам, и меньше всего единорожка хотела испортить отношения с кем-либо. Когда же спорщиков удалось-таки примирить и развести по разным улочкам, Твайлайт попросту осела на мостовую и прислонилась лбом к прохладной каменной стене дома.

Мгновения отдыха оказались до обидного краткими.

— Приветик! Ну как, веселишься — столько всего вокруг! А что здесь произошло?

Поморщившись от потока вопросов, Твайлайт обернулась и устало воззрилась на широко улыбавшуюся подругу.

— Ага, вовсю, — поднявшись на подрагивающие ноги, она не слишком успешно попыталась улыбнуться в ответ. Затем встряхнулась и подошла к озадачившейся Пинки, потёрлась носом о её щёку.

— Знаешь, никогда не думала, что на празднике надо за стольким следить...

— Ну ты и глупая! На праздниках надо отдыхать и расслабляться! — Пинки снова разулыбалась и принялась скакать вокруг неё. Почти сразу у Твайлайт зарябило в глазах, а следом пуще прежнего разболелась голова.

— Пинки...

— Пошли-пошли, пока всё интересное не закончилось! Видала, что там жеребята вытворяют? Я так думаю, ребятки из нашей школы точно кучу призовых мест зай...

— Пинки!.. – Твайлайт пришлось повысить голос.

— А?! — кобылка уставилась на неё, словно впервые увидела — или задумалась. Затем её лицо прояснилось.

— Слушай, я ж хотела найти тебя! Ты у нас самый-самый единорог и разбираешься во всяких магических штучках!..

— Ага, — у единорожки не нашлось сил и желания на более сложный ответ.

— Я тут хотела спросить, наверняка ты точно знаешь, а эта штуковина наверняка магическая, потому без тебя тут никак...

— Пинки! Скажи, наконец, что ты хочешь узнать.

— О, ну знаешь, это такое загадочное дельце... — Пинки посмотрела по сторонам и наверх. — О движущемся камне.

— О движущемся камне? — эхом отозвалась Твайлайт, ощутив накатывающий приступ головной боли.

— Ну или о телепортирующемся, потому что камни не могут — вжух-вжух! — вот так догонять и преследовать пони!

— О чём ты вообще?

Краткий рассказ Пинки не привнёс ясности; напротив, после него противно заныли виски, а уши сами прижались к голове, лишь бы не слышать больше подобной ерунды. То, что это ерунда, Твайлайт решила после первого же слова Пинки, а к последнему почти придумала относительно вежливый отказ.

— ...И вот я подумала, что наверняка такой самый-самый единорог, как ты, наверняка сможешь разобраться с этим очень подозрительным камнем!

Твайлайт нашла в себе силы кивать на слова подруги, а подёргивание ушек вполне можно было списать на налетевший ветер. Дождавшись, когда Пинки умолкнет, она вздохнула и заговорила, подбирая слова.

— Пинки, видишь ли... Твоя история заслуживает внимания, но я не единственный магически одарённый единорог в Понивилле. Почему ты не спросила кого-нибудь из них?

— Ты моя подруга, к тому же ты знаешь ответы на всё-всё-всё! У меня и мысли не возникло, что кто-то другой разберётся в этом лучше тебя.

— И такие уж точно найдутся, — решительно заявила Твайлайт. — Для такой загадки нужен особый склад ума, — а в мыслях добавила: «И мозги набекрень».

— Но... — у Пинки даже причёска поникла, и единорожке стало жаль подругу. Однако праздник должен был пройти идеально! Ведь мэр доверила ей организацию, и она обязалась не подвести всех пони!

— Вот что. Иди-ка ты к Зекоре, — идея пришла Твайлайт внезапно. — Она знает такую магию, которая неизвестна даже мне, и возможно, сможет помочь тебе с этим камнем. И представь себе, я видела её недавно... где-то поблизости… вроде бы.

— Зекора здесь? — от удивления Пинки даже чуточку перестала расстраиваться. — С ума сойти, она же обычно носа из леса не показывает!

— Я сама удивилась. Тебе лучше не упускать момент и найти её, пока не ушла.

— Но как же ты? — совсем понурилась Пинки. — Я думала, что ты поможешь мне как друг...

— Мы друзья, — подтвердила единорожка, чувствуя укол совести. — Ты моя лучшая подруга, которую я могла бы пожелать, — она обняла передней ногой земную пони за шею и снова ткнулась носом ей в щёку, утешая. — Но мне столько всего ещё надо сделать, правда.

Раздавшийся неподалёку сдавленный вопль, а за ним и грохот показались ей подарком судьбы.

— Ладно, всё, мне пора! — подскочив, Твайлайт метнулась к источнику шума, напоследок обернувшись и прокричав. – Найди Зекору!


И всё-таки Пинки обиделась. Настолько, что пробираясь по заполненным улицам и застав немаленькую очередь возле «Сахарного уголка», всерьёз подумала зайти внутрь и помочь Кейкам, хотя чета кондитеров ещё с утра отпустили молодую кобылку развлекаться.

Но тогда зебра точно вернётся в Вечнодикий лес, а такая прогулочка даже для Пинки требовала немалой отваги. Фыркнув от негодования, она отвернулась от кондитерской, твёрдо решив найти и уговорить Зекору. Знать бы, что сподвигло затворницу появиться на празднике, и где её вообще искать.

Хотя для Пинки это не было проблемой. Ведь искать кого-то так весело!

— Раз-два-три-четыре-пять-иду-искать! — протараторила Пинки, испугав прохожих, и с энтузиазмом ринулась на поиски.

Это оказалось куда лучше пряток: найти одного пони среди других пони куда сложнее. Поначалу кобылка принялась расспрашивать почти всех, кто попадался на глаза, но одни попросту шарахались от неё, другие бормотали нечто невразумительное, третьи лишь пожимали плечами. После двух десятков неудачных расспросов Пинки сменила тактику. А именно призадумалась, куда бы могла пойти их полосатая знакомая.

Думать и озадаченно чесать в затылке пришлось долго: Пинки внезапно поняла, что совсем не представляет, как развлекаются зебры. Хотя она смыслила в зельях...

Последняя мысль заставила её сорваться с места и понестись розовой кометой в сторону рыночной площади. Где праздник, там и ярмарка, а на ней можно найти всё, что угодно — в том числе и всякие нужные штуки для зелий.

Её логика оказалась верна: промчавшись между рядами и споткнувшись о ящик, она увидела, как за одной из палаток промелькнул полосатый круп.

– Зекора! — подскочила Пинки – прохожие испуганно шарахнулись от нее.

Вместо полосатого крупа из-за края палатки выглянула знакомая морда.

— Пинки, привет! Веселишься или нет?

— Ой, тут столько-столько всего! Даже не знаю, куда пойти сначала, и потом решила, что поищу-ка я тебя, и вот нашла!

Приблизившись, Пинки с удивлением обнаружила, что Зекора вместо привычного плаща ходила в одной шёрстке, только мешочек свисал с шеи.

— Рада видеть тебя, нечасто ты из леса выходишь.

— Вот, я пришла, — с прищуром фыркнула зебра. — Так зачем меня нашла?

— Ой, да чего стряслось... — Пинки всегда немного робела под взглядом её зелёных раскосых глаз. – Может, оно и ничего такого, но мне кажется, что-то не так.

– Тайну свою говори, своих дел от меня не таи.

В отличие от Твайлайт зебру куда сильнее впечатлил пересказ утренних событий. Обычно немногословная, сейчас она забросала Пинки кучей вопросов: что почувствовала, когда трогала камень, не было ли на нём неких знаков, был ли он легче или тяжелее других...

Кобылка честно выкладывала всё, что помнила, с каждым мгновением радуясь всё сильнее. Её воодушевило, как Зекора кивала и улыбалась ей, и изо всех сил старалась припомнить всё до последней мелочи.

– Сообщаю не шутя — заинтриговала ты меня, – сказала отшельница под конец; они незаметно отошли в сторонку под один из навесов кафе и уселись за столик. – Схожно со слухами…– она сделала паузу, словно вспоминая что-то услышанное очень давно, – об одержимости духами. Свитки древние — источники достоверные.

Пинки даже пискнула от восторга.

— Не может быть!

– Может, я лишь правду сказала, – улыбнулась зебра. – Ты... об этом Твайлайт... не рассказала?

— А… ну да… Она посоветовала обратиться к тебе. Так ты и впрямь знаешь, что это?!

– Конечно, – кивнула Зекора, решительно отодвинувшись на стуле и окончательно прекратив говорить рифмами. – Но прежде пойдём, отыщем Твайлайт. Мне есть, что ей сказать.

Возбуждение переполняло кобылку. Казалось вообще удивительным, как она до сих пор гарцевала, а не парила над землёй воздушным шариком вслед за вышагивающей и присматривающейся зеброй. Чутьё подсказывало ей, что Твайлайт где-то неподалёку; нетрудно было догадаться, что единорожку можно найти там, где сильнее всего шумят.

Пони и зебра вернулись на главную площадь с раскиданными там и тут помостами, с которых разносились волны хохота и веселья. Пинки распахнула глаза при виде плаката с вихрем голубых звёздочек-снежинок. «Хоть одним глазком… или обоими», – прихватив с ближайшего прилавка яблоко, она бочком подвинулась ближе и вытянула шею, пытаясь разглядеть представление. Что-то сверкнуло, и под испуганные возгласы с земли ударила яркая молния, вмиг застывшая причудливой ледяной статуей. Испуг толпы сменился сотрясающим топотанием и радостными воплями; только Пинки собралась присоединиться к остальным, как её настиг окрик Зекоры.

Не слишком довольная зебра взглянула на подоспевшую к ней кобылку и вытянула копыто в сторону ратуши, где на ступеньках виднелась знакомая сиреневая фигура.

Выглядело, будто единорожка вознамерилась построить крепость из лежащих кругом неё свитков. Зевая и непрестанно потирая глаза, она настолько пристально вчитывалась в пергаменты, что даже не заметила вставших вплотную Пинки с Зекорой, и только покашливание отвлекло её.

– О, привет, – она тепло, хоть и устало улыбнулась при виде зебры. – А я тут решила сметы перепроверить. Мне вдруг показалось, что на гонорары музыкантам уйдёт больше…

– Твайлайт, остановись, – фыркнула Зекора. – Выдохни и прервись.

– А? – единорожка удивлённо наклонила голову. – Зекора, извини, но ты говоришь как-то…

– Никто не оценит моих слов в такой суете, – зебра хмуро глянула на промчавшуюся мимо ватагу жеребят. – А я пришла кое-что поведать тебе...

– О… ну раз так…

– Скажи-скажи-скажи! – закончив догрызать яблоко, Пинки выглянула из-за зебры; ей уже не терпелось услышать, что ответит Твайлайт.

Округлив глаза, единорожка уставилась на неё, потом снова на Зекору и нахмурилась.

– Послушай, если ты о том, что рассказала тебе Пинки…

– Именно о том, дорогая, – перебила зебра. – Напрасно ты другу не доверяешь.

– Я не…

– Это простительно и тебя извиняет, что ты могла не знать о столь старом заклятии.

– Заклятии? – навострила уши единорожка. – О чём ты?

– Об одержимом духами камне! – снова встряла Пинки, пытаясь поторопить Зекору. – О том самом!

— Да-да, очень похоже... — кивнула зебра и повернулась к Твай. — Стоит сходить и посмотреть всё же. Как насчет завтра утром? Соберёмся всем гуртом?

— Ну, я даже не знаю... — задумалась пони, поглядывая на сметы. — После праздника ещё много дел... убраться, подсчитать всё…

— Вот и отдохнешь от забот, переведёшь дух от хлопот! — усмехнулась зебра. — Прежде чем кидаться вскачь, нужно хоть немного отдыхать.

— Ты права, — улыбнулась в ответ Твай, тряхнула гривой и чуть виновато взглянула на Пинки. — Ладно, уговорила! Завтра пойдём искать твои летающие камни!

— Ураааа! — завопила та, от избытка чувств подпрыгнув и кувыркнувшись через голову. Глядя на нее, Твайлайт обреченно вздохнула — с этой непоседой любая экспедиция превратится в форменный цирк!

Читать дальше

...