# Последний поход

NovemberDragon

Эппл Блум устала пребывать в одиночестве. Время для кобылки словно замерло, и великолепный, яркий свет зовет ее.

Маленькая земная пони принимает одно из самых трудных решений в своей жизни и отправляется в последний поход со своими друзьями.

Тем не менее, одна из подруг не спешит принять правду. Сумеет ли отдельная белая кобылка преодолеть серьезный для нее страх — сказать до свидания?

Разрешения на перевод, увы, не получено, т.к. автор долгое время отсутствует.

Автор: Paradigm Shine

Оригинал: The Last Crusade

Редактор: ColdSky

## Последний поход

Эппл Блум, затаив дыхание, выглядывала из окна клубного домика. Солнце постепенно тонуло за деревьями, и небо начинало окрашиваться в красивый нежно-оранжевый цвет. Ночь тихо и незаметно простирала свое влияние, то там, то здесь убирая остатки дневного света на небе.

Смеркалось.

Кобылка метнулась к другому окну, выходящему на ферму "Сладкое Яблоко". Они сказали ей, что в этот раз появятся со стороны амбара. И им уже следовало быть здесь, Эппл Блум несколько раз прикидывала время, желая это подтвердить. Она всегда была нетерпеливой кобылкой — ну, пожалуй, не такой нетерпеливой, как Скуталу — но она просто не могла усидеть на месте, когда ее что-то тревожило. Ничего не могло этого изменить.

Сердце кобылки возбужденно билось, и появилось ощущение, словно выступил холодный пот. И всё же, пота не было, только лишь ощущение. Эппл Блум помнила это чувство, оно называлось “беспокойство”. Раньше она частенько была ему подвержена, будь то из-за раздражения ее сестры Эпплджек за допущенную малышкой нелепую ошибку или, к примеру, опасение перед каким-нибудь вздорным планом по получению кьютимарок, предложенным Скуталу.

Она слегка улыбнулась. Их троица столько всего преодолела вместе. От одной только мысли о Скуталу и Свити Белль сердце Эппл Блум замерло от радости.

Ее мысли вернулись к сестре, Эпплджек. Ох, как же Эппл Блум надеялась, что та тоже сможет прийти в клубный домик этой ночью, но кобылка понимала, что этого не произойдет. Эпплджек была слишком взрослой для подобного. Ее сестра не верила во всякие небылицы, как она это называла. Печаль охватывала кобылку, но она хорошо знала упрямство своей сестры. Эпплджек могла просто не заметить того, на что обращали внимание ее друзья Меткоискатели. Утешало, что у нее оставались они. Будучи пустобокой, страх одиночества все время сковывал Эппл Блум, кобылка боялась быть отвергнутой, обделенной общением с другими пони. По началу неопределенность мучила ее, но в то же время именно благодаря этой внутренней печали она подружилась со Скуталу и Свити Белль. Они были удивительными, лучших друзей и пожелать нельзя. В Эппл Блум теплилась уверенность, что сейчас они ни за что не оставят ее.

Звук шагов прервал ход мыслей пони. Всхлипнув, она быстро смахнула слезинку копытцем. Как и всегда, ей очень хотелось выглядеть сильной перед друзьями. Они должны увидеть, что с ней всё хорошо.

Кобылка выглянула из-за двери клубного домика и увидела две маленькие фигурки, бредущие по тропинке. Эппл Блум так долго ждала, что едва смогла сдержать широкую улыбку на мордочке. Спрятавшись, она прижалась к стене, готовясь прыгнуть на первого беспечного пони, который войдет.

В дверь постучали и медленно отворили.

— Эппл Блум? Мы вернулись, ты здесь? — голос Свити Белль по нежности звучания был подобен ее имени.

— Разумеется, она здесь! Где же ей еще быть, а? — тогда как голос Скуталу звучал шероховато и грубо, что, однако, не меньше радовало слух Эппл Блум.

— Ну я не знаю, может она…

— Бу!

Эппл Блум, пострашнее скорчив свою мордашку, выскочила из укрытия. Свити Белль, вскрикнув, пулей вылетела из клубного домика. Глаза Скуталу широко распахнулись, но в следующее мгновение приняли свой прежний вид — ее трудно было удивить.

— Это оригинально, — безразличным тоном и слегка ухмыляясь произнесла пегаска.

— Ох, будет тебе, Скут! Я очень страшная!

— По-твоему, это страшно? Я в десять раз страшнее тебя, и я даже не… — голос Скуталу умолк. Пегаска прервалась и прочистила горло. — Эй, Свити Белль! Ну же, хватить строить из себя маленькую трусливую кобылку, это всего лишь Эппл Блум!

Повисла тишина. Затем раздался перестук копыт по лесенке, и белая кобылка, ворвавшись внутрь, обняла Эппл Блум. Она, в свою очередь, сбросила с себя образ сильной пони и ответила на объятия так сильно, как только смогла, сухие слезы побежали по ее щекам, и она прижалась мордочкой к мягкой гриве Свити Белль.

— Конские яблоки, я совру, если скажу, что не скучала по вам двоим! — Эппл Блум, всхлипывая, зарывалась в гриву Свити Белль. — Я знаю, что вы съездили в Кантерлот, и я сильно-сильно надеюсь, что вам очень понравилось. И я понимаю, что вы не можете быть рядом со мной сутками напролет, но временами я просто не знаю, что же мне делать! У меня столько мыслей в голове, и это всё, что у меня есть! Я не могу этого терпеть, Свити! Не могу…

Эппл Блум посмотрела на своих друзей, видя, как ее состояние сказывается на их мордочках. Даже в глазах Скуталу заблестели слёзы. Ей не нравилось видеть их такими. Только не из-за нее.

— Мне жаль, девочки, я не хотела взваливать это на вас. — Она всхлипнула. — Как там Эпплджек?

Голос Свити надломился:

— О… она в полном порядке, Эппл Блум!

— Ага, твоя сестра отлично держится, прямо как Рэйнбоу Дэш!

Эппл Блум улыбнулась при упоминании радужной пегаски. Как всегда, та оставалась героем для Скуталу. Земная пони не появлялась в Понивилле последние пару месяцев. Словами не передать, как же сильно ей хотелось снова заглянуть в город, но это было слишком близко от… Сияния. Она добредала до коттеджа Флаттершай, и ей так приятно было снова увидеть добрую желтую пегаску, но кобылке больше не попадались другие пони, кроме тех, кого судьба заносила на ферму.

— Почему ты не возвращаешься домой? — спросила Скуталу. — Я имею в виду, ты могла бы почаще видеть свою семью.

Эппл Блум мотнула головой.

— Неа, не могу. Я пробовала пару раз, но думаю, что от меня будут только одни неприятности. Мне кажется, они смогут услышать меня, я всегда была шумной. Не хочется беспокоить их. Или того хуже — напугать.

— С чего это им бояться тебя, Эппл Блум? — с упреком произнесла Свити Белль. — Ты самая милая пони, которую я встречала! Мы не боимся тебя! Никто и не будет!

— Ну… ты можешь видеть меня?

— Конечно! — как ни в чём не бывало произнесла Свити Белль, но радость улетучилась, стоило ей увидеть мордашки друзей. — Чего?

Эппл Блум тяжело вздохнула. Скуталу посмотрела вниз, но вскоре на ее мордочке появилась твердая решительность.

— ВСЁ, ХВАТИТ! — От неожиданной вспыльчивости оранжевой пегаски Эппл Блум и Свити Белль подпрыгнули. — Я не намерена это больше терпеть. Мы покажем тебя Эпплджек, ну же!

— Скут! Что на тебя нашло! Я знаю, чем дело кончится, они решат, что вы обе сошли с ума! Прошу…

— Забыли, хорошо? Мне просто не хочется оставлять тебя здесь совершенно одну и видеть тебя такой каждый раз! Ты действительно одинока, Эппл Блум, и я не могу просто сидеть и смотреть! — Скуталу плотнее закрыла глаза, когда новый поток слёз начал вырываться наружу. — Я не могу…

Эппл Блум, подбежав к подруге, положила копыто ей на плечо.

— Послушай, Скут, я знаю, каково тебе сейчас. Да что там, я бы испытывала то же самое, окажись я на твоем месте. Но этого просто не может произойти, и ты знаешь это. Я понимаю, вы, ребята, заботитесь обо мне, но в то же время я также беспокоюсь о вас!

— Я просто…  — голос Скуталу был слабым. — Я уже не знаю, что же делать дальше… Я всё время беспокоюсь о тебе, и это буквально опустошает меня изнутри.

— Ну, — с тяжестью произнесла Эппл Блум. — Я долго думала, девочки. Сейчас у меня для этого времени более чем достаточно. Возможно, я слишком долго ждала, но я знаю, что это нужно сделать. — Она сглотнула. — Сейчас.

На мордочке Свити Белль смешались выражения непонимания и беспокойства. Она не знала, что ее подруга подразумевала под всем этим, и глубоко внутри не хотела получить ответ на свой вопрос. В то же время единорожка осознавала, что Скуталу уже давно всё поняла — у крылатой кобылки выступили слёзы на глазах.

— То самое Сияние? Нет, Эппл Блум…

— Я должна, Скут. Мне видится, каждый пони проходит этот путь. Пожалуйста, не беспокойся обо мне. — При этом Эппл Блум выглянула из окна клубного домика. Несмотря на то, что ночь опустилась на землю, земная пони видела свет, исходивший из Понивилля, представлявший собой самое яркое зрелище, которая кобылка когда-либо видела. — Я всё это время избегала этого Сияния, но более не боюсь, Скут. Видишь ли, я слышу, как она говорит со мной. Она толкует мне об этом уже некоторое время. Она говорит, что со мной всё будет хорошо, и… и я верю ей всем своим сердцем. Принцесса не может солгать.

Скуталу, вытерев слёзы, с удивлением уставилась на подругу.

— Принцесса Селестия?

Эппл Блум кивнула ей.

— Но… как?

— Этого я не знаю. Я мало что понимаю, так же как и ты. Это сложно объяснить, но я знаю, что она ждет меня там.

Свити Белль, хранившая молчание во время откровения подруги, тревожно взглянула на желтую земнопони.

— Я не понимаю… В чём дело, Эппл Блум?

Кобылка с бантиком открыла было рот, но как сильно она не старалась, слова отказывались слетать с ее языка. Она печально смотрела на единорожку, что-то тихо бормоча. Скуталу нежно этому улыбнулась и прервала момент.

— Мы выдвигаемся в другой поход, Свити. — Оранжевая пегаска собрала своих подруг в групповое объятие. — В последний поход.

* * *

Три кобылки, храня молчание, семенили по сельской дороге. Не пересчитать, сколько раз они преодолевали этот маршрут — путь из "Сладкого Яблока" до Понивилля. Часто они проделывали его вместе, смеялись, играли и просто глупо себя вели. Немало трудностей они здесь претерпели: спасались от разгневанного взрослого или того хуже — от разъяренной старшей сестры.

Сейчас они снова шли этой дорогой. Но теперь не было ни смеха, ни игр, и не нужно было прятаться от сердитой сестры. Только воспоминания. Но то были воспоминания, которые они могли разделить друг с другом.

Эппл Блум гарцевала между своими подругами. Ее самыми лучшими друзьями. Ничего более не могло этого изменить. На ее мордочке красовалась нежная улыбка, и глаза были закрыты. Ей ни к чему было смотреть. Она уже могла видеть всё, что ей было нужно, всё сразу — прошлое, настоящее и будущее. Эппл Блум столько раз ходила по этой дороге раньше. Сердце указывало ей путь.

Свити Белль смотрела на своих друзей. Даже у Скуталу на мордочке была какая-то печальная улыбка. Она не понимала. Ведь совсем недавно они были такими грустными. Отчего сейчас ее друзья улыбаются? Куда они идут? Что Скуталу подразумевала, говоря про "последний поход"? Нужно ли ей также улыбаться?

Но как сильно маленькая кобылка ни старалась понять, у нее не получалось. Эппл Блум была ее подругой, и белая пони беспокоилась о ней, не в силах совладать с собой. Что-то должно было произойти, она просто знала об этом. Что-то уже произошло. Но как и прежде, она боялась получить ответ на свой вопрос.

Ее мысли обратились в прошлое. Всё стало таким странным после Дня Согревающего Очага. Эппл Блум перестала посещать школу. Она даже прекратила выходить гулять. Рэрити сказала ей, что земная пони болеет дома и ей нужен отдых. Но дни плавно перетекали в недели. Свити всё больше злилась оттого, что все со временем перестали говорить об Эппл Блум. Даже Скуталу притихла. Они не говорили ей, где была Эппл Блум. Они ничего ей не рассказывали.

И вот однажды после школы, Скуталу примчалась в бутик "Карусель". Она нашла Эппл Блум, та пряталась в клубном домике. Свити последовала за пегаской, уверенная, что ее подруга именно там. Они поиграли, вдоволь посмеялись и пошалили; казалось, всё было как прежде. Но ее подруга ни за что не захотела идти в Понивилль и впоследствии всегда оставалась около фермы "Сладкое Яблоко". Когда Свити спрашивала почему, то старое доброе упрямство Эпплов было ей ответом, а земная пони всегда отвечала, что она попросту не может. В итоге Свити перестала ее об этом спрашивать.

Действительно странным было то, что пони не упоминали Эппл Блум. Эпплджек время от времени говорила о ней, но всякий раз это выглядело странным. Она всегда делала это с печальной улыбкой и со слезинкой на глазу. Про других можно было сказать то же самое, включая Рэрити. Но всякий раз когда Свити упоминала о своих новых приключениях, которая разделяла с Эппл Блум, ее старшая сестра удивленно на нее смотрела и временами даже строго.

Затем однажды ночью Рэрити решила поговорить с ней. Она сказала, что Эппл Блум ушла и больше не вернется. Свити взбесилась, как маленький жеребенок, и плакала всю ночь не в силах уснуть. На следующий день единорожка неистово умоляла Эппл Блум, чтобы та пришла в бутик "Карусель", но земная пони отказалась. Единорожка помнила, как же зла она тогда была на свою подругу. Даже Скуталу печально на нее смотрела и мотала головой.

Но сейчас они вместе шли в Понивилль. Свити Белль была счастлива, вот только в горле стоял ком и сердцебиение участилось. Что происходит?

Как только кобылки вошли в город, Эппл Блум, открыв глаза, начала осматривать окрестности. Ей хотелось запомнить каждую деталь этого места: разноцветные дома, красивые цветы, да ту же уличную грязь под копытами. Ей хотелось запомнить это. Кобылке хотелось помнить абсолютно всё.

Кругом лучился искрящийся свет. Если для Свити Белль и Скуталу стояла ночь на дворе, то для нее всё виделось также ярко, как днем. Вскоре они должны были достигнуть Сияния. Земная пони глубоко вздохнула.

Как только кобылки повернули за угол, Эппл Блум остановилась. Она огляделась, но страх, который таился глубоко внутри, так и не проявился. Совсем нет, она была счастлива, по-настоящему счастлива. Земная пони улыбалась, ее глаза красиво сверкали.  Скуталу протяжно вздохнула, слезинка пробежала по ее щеке. Свити Белль же удивленно смотрела на своих друзей.

— Что это, Эппл Блум? — недоуменно спросила белая кобылка. — Почему ты так смотришь туда? Ты словно призрака увидела. Ну, если, конечно, привидения могут быть милыми и не страшными. — Ее взгляд скользнул туда, куда смотрела Эппл Блум, и единорожка пришла в замешательство.

Госпиталь Понивилля. Это и было Сиянием?

— Эти огоньки такие красивые, Свити Белль, — произнесла яблочная пони.

Скуталу посмотрела на Эппл Блум и затем оглянулась на единорожку. Оранжевая пегаска улыбалась. В уме Свити Белль внезапно вспыхнули тысячи воспоминаний, собирая вместе ту мозаику, которая так долго ставила ее в тупик. Наконец-то она начала понимать. Но она была совсем не уверена, что ей это по душе.

— Нет… — всхлипывала Свити Белль, ее глаза наполнились слезами. — Эппл Блум, с-скажи мне, что всё будет хорошо. С-скажи мне, что с тобой всё в порядке…

Эппл Блум, отвернувшись от невидимого никем, кроме неё, Сияния, взглянула на Свити Белль.

— Я в порядке, Свити. Правда, я даже больше, чем в порядке! — Улыбка Эппл Блум пропала, стоило ей увидеть печаль в глазах подруги.

— То, о чём ты думаешь, глядя на меня сейчас… Мне жаль Свити, но это правда. Я заболела, Свити, серьезно заболела и… ну… — Эппл Блум снова умолкла.

— Я знаю, — вздохнула единорожка. — Мне кажется, я всегда знала об этом… просто отказывалась верить. Чего там, я до сих пор не верю, Эппл Блум! — маленькая белая кобылка протянула копыта, дабы обнять подругу, в первый раз осознавая, какой же аморфной та ощущалась. Но при этом она понимала, что пустота была обманчива, поэтому сжала подругу сильнее.

— Свити Белль, я тоже не хочу прощаться с тобой! — заплакала Эппл Блум. — Но это не всамделишное расставание! Это, скорее, “позже увидимся”, если подумать!

— Мне просто не хочется отпускать тебя, Эппл Блум! Я не знаю, что буду делать без тебя… — плакала Свити Белль, крепче прижимаясь к прозрачной гриве подруги. — М-может, мне удастся убедить Рэрити! Или Твайлайт! Возможно, Принцессу! Да, о-она, скорее всего, сможет увидеть тебя, з-затем она расскажет об этом другим пони, и ты сможешь остаться! И всё будет как прежде, будто ничего и не было, мы можем очень, очень постараться и…

— Свити, я хочу уйти, и мне очень жаль, что это произошло так скоро, но пойми, однажды и для тебя наступит такой момент. — Эппл Блум вытерла слёзы и посмотрела ясным взглядом. — Доверься мне.

— И мне, крошка. — Это произнесла не Эппл Блум или Скуталу, то говорил старый как мир нежный материнский голос. — Твоя подруга Эппл Блум права, и то, что она рассказала тебе, является правдой. — Все три кобылки слышали этот ласковый голос, и друзья улыбались яблочной пони. — Пришло ее время, Свити Белль, и ты должна понять, что лучше для твоей подруги, и просто отпустить.

Свити Белль была в шоке, голос будто исходил из пустоты. Но она не боялась его, это был любящий и заботливый голос. Наконец собравшись, маленькая кобылка заговорила.

— Я-я думаю, Эппл Блум сделала бы то же самое для меня. Я знаю, она бы отпустила. И-и если мне нужно сделать это, чтобы ты была счастлива, тогда… тогда, будь по-твоему, Эппл Блум.

— Я позабочусь о ней так же, как я забочусь и о вас, маленькие пони, — продолжал голос, — и ты снова увидишь свою подругу, Свити Белль, обещаю тебе. — Несмотря на то, что единорожка и пегаска не видели обладательницу голоса, они понимали, что она улыбается; теплая светящаяся сущность окружила троих кобылок, и они, ничего не в силах с собой поделать, также улыбнулись. Жеребята заключили друг друга в объятие, которое, казалось, продлится вечно. Слёзы исчезли, и никто из них больше не плакал, даже Свити Белль. Они продолжали любяще обнимать друг друга. Слов не требовалось, ведь их чувства говорили сами за себя. В этот момент они не были тремя маленькими кобылками, но одним целым, единой душой. Вечность прошла, прежде чем друзья наконец-то разомкнули объятие.

Свити знала, что сейчас будет, но печаль уступила место другим чувствам. На самом деле, она впервые за долгое время ощутила радость за свою подругу. Эппл Блум повернулась к Свити Белль и Скуталу, посмотрев в глаза каждой из них.

— Увидимся, девчата. Я люблю Вас.

Как только глаза Эппл Блум снова превратились в красивые светящиеся сферы, то Свити Белль могла поклясться, что увидела в их отражении Принцессу Селестию. И она улыбалась.

— Не волнуйся, Эппл Блум.

— У-увидимся, Эппл Блум. Мы тоже любим тебя.