Автор рисунка: aJVL

(Фрагменты первой главы)

Среди мелкого мусора, на полу, в темноте, мигнул и зажёгся небольшой зелёный экран. Расстёгнутый техно-магический компьютер ожил и автоматически настроился на утреннюю передачу радио. В темноту просторной комнаты вступила музыка. Зазвучала тихая, знакомая сердцу песня. Счастливый голос певца неторопливо нарисовал вокруг зеленеющие живые деревья, ласковую траву и розы, цветущие ярко алыми огнями.

Наши розы, наш прекрасный мир. На мгновенье даже показалось, что это всё – реальность.

Радио прекратило петь, спокойный мужской голос начал зачитывать список новостей. Кого-то высмеивали, о чём-то сожалели, и как обычно, вопреки всем невзгодам, желали доброго утра. Из разговоров в эфире можно было сделать вывод, что в «Стойле» №2 всё шло совершенно обыденно. Жизнь в противоядерном убежище напоминала собой обыкновенный небольшой городок, если забыть, что небо над головой заменили сотни тонн металла с бетоном и безотказные лампы на жидких кристаллах. Вот только кровать этой комнаты – была пуста. Смятая, не застеленная постель выдавала небрежность хозяина. Лампа на столе пискнула будильником и включилась, осветив всю комнату, не обнаружив никого.

На стопке учебников истории для всех возрастов стоял футляр для очков с вьющимся вырезанным узором в виде облачных массивов. Футляр был открыт и пуст. Рядом, среди тряпок измазанных в оружейной смазке был пузырёк из-под волшебного исцеляющего зелья. Повсюду виднелись следы в спешке собранных вещей… а под столом, лежала раскрытая книга. В сыпучей темноте, с трудом можно было разглядеть фрагмент старого, прописного текста:

Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии…

…наступила эра, когда идеалы дружбы уступили место зависти, эгоизму, паранойе и жадному разделу территории и природных ресурсов. Страны подняли оружие против своих соседей. Конец света настал примерно так, как мы его себе и представляли. Подробности никому не интересны, причины – как и всегда, лишь в нас самих. Великая чистка — тёмное волшебство, ядерная искра, выбитая копытом пони, легко вырвалась из-под контроля. Дождь пламени мегазаклинаний хлынул с небес. Целые земли бились в агонии, погружаясь на дно вскипевших океанов. Пони были почти стёрты с лица Земли, как вид. Их души стали частью радиационного фона, окутавшего мир своим покрывалом. На Земле воцарилась тьма и тишина…

Ветер неслышно гулял по вентиляционной шахте в холодных серых стенах. Вдруг, будильник, встроенный в лампу на столе, вновь потребовал внимания. На этот раз его писк слился в трели, и несколько минут он не прекращал негромко звенеть, выражая полнейшее недовольство. Но отключить его было некому и, в конце концов, осознав свою бесполезность, будильник смолк.

Разговоры приняли напряжённую форму. Стало ясно, что сегодня, кто-то отважился на решительный и опасный шаг. Кто-то покинул Стойло, презрев закон и здравый смысл.

На радио ещё не знали, что теперь, в Стойле освободилась ещё одна комната. И пипбак, заброшенный под кровать, всё продолжал говорить о чём-то своём, наивно полагая, что его слушают.

Пепел Эквестрии – Хорошая Учительница

***

День спустя

***

Запасы зерна, обнаруженные в подвале, пролежали около месяца, пшеница оказалась свежей и на вид была прекраснее любых сокровищ. «Это не много, но на пару дней должно хватить»

Ветхие железные ступени жалобно хрустели ржавчиной от каждого моего шага, поэтому я перебирала ногами с исключительной осторожностью, мысленно кланяясь лестнице, которая выстояла две сотни лет.

Выбравшись на первый этаж, я вновь обратила внимание на приоткрытую дверь. Через небольшую щель в коридор просачивалась тень мрака, затаившегося в комнате словно чудовище.

Я сняла ружьё с плеч и проверила локатор. Зелёный монитор пипбака старательно прорисовал карту в небольшом радиусе вокруг меня, не обнаружив никого, но даже это не могло успокоить мою осторожность. Даже если это устройство может включаться после стольких долгих лет, что оно пролежало среди костей, это не значит, что оно работает безошибочно. Кто знает, может быть там, в темноте, притаился враг, и Л.У.М. просто не может его засечь. Я не хотела умирать из-за ошибки каких-то часов, поэтому, постаралась проявить осторожность.

Держа ружьё в снежно-дымчатом свете своей волшебной мысли, я встала у стены, толкнула дверь ногой. Около минуты я прислушивалась к дыханию ветра, и лишь после этого отважилась заглянуть внутрь.

Передо мной предстала груда обломков верхних этажей, укрывших под собой большую часть комнаты. Если однажды здесь могло быть что-то ценное, то теперь, добраться до него будет неразумно трудно.

Я прошла по коридору и встретила лестницу на второй этаж, но поднявшись лишь на половину, до окна, решила оставить эту затею. Дальше пути не было: разрушенная лестница оскалилась рыжими иглами арматуры, угрожая мне расправой за чрезмерное любопытство.

Окно завладело моим вниманием. Время не пощадило его: рама выгнила, высыпалась и теперь тихо лежала в осколках своего стекла. «Ничто не вечно. Всему, кроме разве что самого времени, рано или поздно приходит конец»

Я стала у самого окна. Порыв сухого ветра растрепал мою гриву. Я убрала волосы с глаз и посмотрела вдаль, на проделанный путь. За окном стремительно темнело. Облака стояли над чёрной пустошью каменным потолком, с жадной злобой присваивая небесный свет, не оставляя нам почти ничего. Они казались такими близкими, что словно бы давили своим существом весь мир под собой, на самом деле паря в небесной вышине, такой далёкой, что оставалось только тянуться к ним в бессмысленной попытке коснуться их безмолвного величия.

Спускаясь обратно, к выходу, я решила зайти в зал ожиданий, где когда-то давно звучало множество переплетённых голосов, увлечённых суетой жизни, жизни, от которой осталась одна пустота, и только ветер нарушал её мёртвую тишину.

Балансируя ружьём на спине, я подошла к стенду с расписанием поездов и картой окрестностей, собираясь открыть карту в пипбаке и внести обновления, но тут, с улицы, донеслось тихое шарканье. Мелкая каменная крошка неслышно хрустнула под чьим-то копытом.

Я обернулась, переведя ружьё, и время словно прекратило свой бег. Я успела увидеть лицо, выражавшее дерзость, но так же, неуверенность и что-то ещё… неужели, надежду? Прежде, чем она скрылась за стеной. Святая Селестия, это была пони! Такая же как я, что как радовало меня, так и бросало в дрожь.

Кровь во мне почти кипела, а сердце разогналось так, что его удары слились в жужжание, стремясь перегнать друг друга. Осторожно шагнув в сторону, держа дверной проём под прицелом, я телекинетически нащупала клавишу заклинания прицеливания.

— Привет! – раздалось снаружи.

— Ну, здравствуй, — бросила я сквозь стену.

— Я кое-что ищу, и если не возражаешь, не могла бы ты опустить пушку, пожалуйста?

Она ведь не видит меня? Эта стена не просто так постояла две сотни лет, её было бы трудно прострелить.

— Допустим. Что дальше? — сказала я, покачивая ружьём в направлении пустого порога. —  Разойдёмся? «Если не возражаешь».

— Конечно, ты можешь идти, а мне тут ещё возиться – задание…

— Ладно, — сказала я, протирая монитор пипбака в том месте, где замерла метка, отображавшая местоположение собеседницы. Не передать, как меня радовало, что её метка была зелёной.

— «Возиться», в прямом смысле слова. Где же это видано, чтобы элитному разведчику поручали везти телегу! Те-ле-е-га… пфф.

— Да уж! — сказала я, почти искренне смеясь, опуская ружьё. Нас по-прежнему разделяла стена. Бетонно-кирпичная, армированная стена. Если это именно то условие, которое нужно для разговора по душам со случайным встречным, то я не против. — А ты откуда? Я из Стойла Два.

Я действительно выдала эту тайну незнакомке? Признаться что ты застенчивая тряпка, которая не видит дальше собственного носа и веришь каждому слову – лучше, чем сказать, что вся твоя жизнь прошла в уютных стенах противоядерного убежища.

— Неужели? — сказала она, и тут, из-за стены показалась голова единорожки. Я вздрогнула от неожиданности, но ружьё поднять не успела, либо, может просто не хотела стрелять?

Пони глянула на меня изучающее, и тут же скрылась. «Могла бы я выстрелить?» Послышалось бормотание, а потом единорожка продолжила вслух:  — Ну ё ж ведь! Я думала, Второе никогда не откроется. Если наши узнают, мой кошелёк несколько полегчает… Знаешь, а пойдём со мной? Дотянем телегу, вместе – легче!

Единорожка вошла в комнату. Я напряглась, но оружия у неё не заметила. Проследив по рукаву её чёрной куртки с броне-пластинами до пипбака, мерцающего слабо-зелёным монитором, я разглядела на её бронежилете эмблему Стойл-Тек.

 — Стойло «45»?

 — Да. Распечатали недавно… основали форпост в деревеньке неподалёку. Патрулей у нас конечно ещё нет..

— Вау. Патрулей у них нет. Я можно сказать, одна из первых здесь, а вы оказывается уже вовсю осваиваете пустошь.

— Серьёзная у тебя пушка, — похвалила она моё ружьё. Я взглянула на свой ствол, опущенный почти к самому полу, затем на собеседницу, за чьей спиной виднелся необычно широкий, блестящий металлический приклад какого-то оружия.

— Ты там вообще кто?

— Раньше была в охране и наконец, оказалась в дальней разведке. Такой работой можно похвастаться, свобода и всё такое. Но на деле получается, что ты всё время что-то тащишь на базу. Находишь, а потом тащишь. Короче, отстой.

Серая пони активно жестикулировала, выражая скуку.

— Правда сказать, моё стойло не открывалось. Я сбежала, — призналась я. Услышав это, она просияла.

— Оу, так это втройне хорошо! Во-первых, я тебя встретила. Во-вторых, я никому теперь не должна крышек, потому что ещё не проиграла!.. Ну а в третьих, ты мне расскажешь, как попасть в «Стойло 2» или просто отведёшь меня к Смотрительнице, чтобы мы заключили союз между нашими стойлами.

Её розовые глаза выражали полнейшую уверенность в своих благих намерениях.

— До Стойла целый день пути. Я ищу мою сестру, она наверняка вляпалась в неприятности.

Я перешагнула с ноги на ногу, оглядываясь на окно под потолком, и железный стол, что стоял у стены.

— Мы позаботимся и о твоей сестре, и о всех-всех, однако сперва нам нужны канистры.

«Что во имя Селестии она имеет ввиду?»

 — В соседней развалюхе посмотри. Впрочем, не думаю что тебе понравится тот хлам, что ты там найдёшь.

 — У тебя есть пустые фляги? И не говори «хлам». Меня, зовут Хламка. Имечько ещё то, поверь. Раздражает. Окей? Пошли.

 — А я – Мэри… — я сомневалась. Единорожка стойко смотрела на меня, жестом подзывая к себе. Метка мигнула жёлтым, и вновь стала зелёной. Её метка мигнула жёлтым! Это могло значить что угодно. — Мне правда жаль, но..

— Чёрт, какая же ты нудная, — перебила она.

Тихая вспышка с монитора пипбака облила силуэт единорожки. Знакомый щелчок З.П.С., обозначавший принятие действия, прозвучал с незнакомой дистанции. Это был щелчок не моего заклинания прицеливания!

Опрокидывая тяжёлый железный стол щитом перед собой, я выпалила из ружья. В это же мгновение, лязгнул ответный выстрел. Крупные камни ударили в спину.

— Ты там ещё живая, что ли? — спросила кобыла невинным голосом.

Не говоря ни слова, вжимаясь в пол, я выхватила Пистолет-Пулемёт, и подняв его над укрытием, предельно коротко щёлкнула спусковой крючок, ориентируясь по положению быстро приближающейся метки. Оружие дёрнулось, прокричав несколько выстрелов, но я не могла видеть результат своей атаки, и все попытки загнуть свой взгляд за горизонт были бы бесполезны.

Я смотрела в потолок, мимо металлической глади стола, ставшего моей защитой. Счётчик радиации пипбака нервировал меня редкими встресками, когда я прижимала его к столу. «Заткнись. Заткнись. Заткнись…» — шептала я сквозь сжатые зубы, судорожно удерживая пистолет, грозя им в направлении метки, краснеющей на локаторе.

Что-то металлическое рухнуло на пол. Метка замерла. Неужели?.. Попала?

— Ты как? — спросила я в звенящую тишину.

— Порядок. Продолжим. Давай, ты первая, выходи, – отозвалась противница.

— Ага, а потом ты захочешь от меня жеребёнка.

— Ну, я жду!

— Только не говори, что я не предупреждала.

Около минуты стояла тишина. Ко мне пришло понимание. У неё та же самая модель пипбака, значит, она точно так же видит меня красной меткой на локаторе. Видит, значит может прицелиться!

— Давай-же. Что, слабо, да? Засцала, тварь? Сейчас… Ну жди, жди падла…

Раздался электрический треск волшебства, и в следующее мгновенье всё вокруг утонуло в свете и грохоте. Я почувствовала, как раскалился стол, и отстранилась от его искрящейся, огненно-рыжей поверхности. «Молния!!!»

Почувствовав удар, я испуганно ойкнула, осознав, что с моей головы только что сорвало шлем. Через несколько пулевых в отверстий было видно опрокинутый железный шкаф, из-за которого, с дробовиком на взводе, осторожно выглядывала пони.

Глупость. Нет, безумство: надеяться на Селестию или Луну, просить их помощи, в такие моменты как этот. Когда металлическая смерть лязгнула вновь, заставив стол едва ощутимо вздрогнуть, прошив его без малейшего сопротивления в том месте, откуда я только что убралась. Нет. Я могла благодарить только саму себя.

Я принялась рыться в сумке в попытке найти что-то, что волшебным образом стало бы моим спасением. Джек-пот! У меня в копытах оказался розовый ингалятор с боевым наркотиком. Не раздумывая, я сделала затяжку.

Моментально, мной овладела сила и уверенность. Вернулся слух, отчётливее ощущалась боль в затылке, но мне теперь было наплевать. Я точно знала, что происходит, и нужно было срочно что-то придумать.

Я приподняла краешек шлема над столом, от которого всё ещё чувствовался жар. Спустя секунды три, шлем снесло картечью. Его половина с фрагментом расколотого защитного стекла, нашлась в углу комнаты, изрешечённая в хлам. Что ж, своё он отслужил.

— Ты совсем не рада моей компании? Почему бы нам обоим не уйти отсюда живыми?

— Почему бы тебе не сдохнуть? Задолбала, – раздалось в ответ.

Я активировала З.П.С. и, используя одно лишь ускорение реакции, чтобы прицелиться, не торопясь ограничивать свои действия программой, выглянула из укрытия, поднимая ружьё.

Мои шансы выстрелить в голову в этом рывке, даже с десяти метров выглядели неоднозначно. Однако у заклинания боевого прицеливания так же есть особая функция, позволявшая стрелять просто по силуэту врага. В этом случае, шанс успеха атаки возрастает на порядок, и промазать с дести метров — практически невозможно. Невозможно так же, как и мой враг не мог промазать, в этот момент уже нацелившись мне в лицо. Свет, щелчок З.П.С... и лишь одной Селестии известно, какое чудо помогло мне отменить прицеливание и кинуться вниз.

Меня дёрнуло за плечо, я очутилась на полу. Попала...

В этот момент, я решила, что никогда не чувствовала боль прежде. Она попала в меня. Подстрелила, как какое-то животное! Хотелось заорать, но ведь это только порадует противницу. Вместо этого, я подняла ружьё над укрытием и сделала один выстрел.

Кривясь от боли, я попыталась зарядить новый патрон, но телекинез не слушался. Одной дозы явно было мало, но больше у меня не было.

— Хорошо воюешь, снайперша, — прозвучал насмешливый женский голос.

Я лизнула простреленное плечо и прижала его копытом, роняя на пол кровь и слёзы.

«К чёрту Стойло, к чёрту телегу с этим проклятым топливом. Неужели нельзя было договориться как-то мирно? Что ей, чёрт побери, от меня нужно? Моё оружие? Если так, почему не пыталась убить сразу? Может, ей нужно было моё доверие? Тогда какого чёрта?! Чёрт побери»

Стол снова не сдержал попадания, мою сумку зацепило. Из крупных дыр, оставленных картечью, зерно медленно посыпалось на грязный пол. Хотелось плакать, и я плакала.

Стойло «45» — Друзья. Стойло «Два» — Дом… пустые мысли, пустые надежды. Сейчас значение имело только одно: Красная метка, отображавшаяся на экране локатара, которая начала осторожно приближаться.

Я зарычала, сморгнула слёзы и, вогнав патрон в ствол, подняла ружьё, дав залп из обоих стволов. Страшная отдача выдернула ружьё из моей магии, и то врезалось в стену. Красная точка дёрнулась из стороны в сторону, но оставалась на виду, приблизившись на критическое расстояние. Не упустив момент, я схватила ПП, и взмахнув им, вдавив спуск до упора, очередью простреляла горизонт.

Стол прошило тяжёлым выстрелом, и плитка в полу передо мной разлетелась в хлам. Метка врага вернулась в свою первоначальную позицию. Я бесшумно положила опустевший пистолет на пол.

— Эй! Мразина?! У тебя там лечащее зелье есть?

— Тебе то.. аргх.. что за дело? – проорала я.

— Хочу убедиться, что ты откинешь копыта раньше меня. Лови!

Граната покатилась по полу мимо меня. Времени оставалось слишком мало! Я кинулась к ней телекинезом, чтобы отбросить обратно, а затем простонала от досады и облегчения. Это была обыкновенная консервная банка!

— БАХ!

Кобыла истерически рассмеялась.

Поправив спавшие очки, я осторожно выглянула между ножками стола, истрепанного боем. В окружении разного мусора всё так же лежал железный шкаф, в чьей ржавой стенке виднелся отпечаток облака дроби. Кобыла оставалась в укрытии, даже не выглядывая.

Пол подо мной запятнала кровь. Опираясь на здоровое плечо, сжимая дрожащие челюсти, я проводила взглядом выпавшие гильзы, и коснулась своего ножа. Если патронов больше нет, придётся драться.

По непонятной причине, я была уверена, что ранила её. Я не могла сказать, действительно ли попала, потому что не видела этого, но была уверена, что ранила. Просто ранила, и всё. Может быть она прямо сейчас истекает кровью, и.. и умрёт!.. Раньше, чем я. Наверное. Или она могла напасть. В этом случае я решительно брошусь в бой с тем, что у меня есть.

С каждой минутой ожидания отяжелевшая голова болела всё сильнее. Я начала ощущать подтёки крови за ушами. Инстинктивно пощупав гриву, добравшись до затылка, я испытала жжение от прикосновений к следам скользнувших по голове пуль. С плечом дела обстояли хуже, но это было как будто уже почти не больно. Я продержусь. Выживу.

— У тебя есть жеребята? — заговорила я неожиданно для себя.

— Нет. А у тебя? — ответила она неестественно спокойно.

— Вообще-то я учила чужих жеребят в своём стойле. Мне было не до этого.

— Стойло… родиться и вырасти в Стойле?! Да таким как ты завидуют, и только! Это у меня нет возможности завести детей.

— Почему же?

— Однажды словила конфетку в живот. Да так, что аж навылет. Меня кое-как заштопали бывшие работодатели, но сказали, что всё. Я теперь, сука, стерильна как стойловский унитаз! О жеребятах можно не беспокоится.

— Это ужасно! Мне жаль. Уверена, у тебя были бы чудесные жеребята.

— Жаль? Пха-ха-ха. Лучше заткнись и слушай. Даже если я всем сердцем хотела бы детей… даже если бы могла, разве… — тут она закашлялась, — не безумие это? Растить их в этом кошмаре.

— Наверное… — согласилась я.

— И казалось бы, зачем тогда жить? Но жить всё равно зачем-то надо, иначе ублюдок с косой получит своё.

— Слушай… послушай меня пожалуйста! – взмолилась я. – Давай бросим это. Уберём оружие и поговорим по-хорошему…

Она молчала, и я продолжила:

—  Если это так важно, я и вправду могу отвести тебя в Стойло 2. Я почти уверена что нас обоих впустят туда. Не нужно никому умирать.

— Правда?

— Ну конечно же! Ведь это мой дом, — заверила я.

— Пошла ты, — огрызнулась она.

— Но почему?!

— Знаешь, по-моему, проще выгрызть дверь стойла зубами, эту долбанную, бронированную дверь, способную сдержать взрыв Жар-Бомбы в упор. Проще, чем уговорить ту стерву, что стоит с другой стороны пульта… и спокойно смотрит с камер, как ты и твои друзья умираете прямо на пороге.

Во всяком случае, в этот момент, она не притворялась.

Я коротко выглянула из-за стола, и на мгновенье увидела её снова. Светловолосая пони, раненная в шею, смотрела мне прямо в глаза с ненавистью и презрением. Её рог светился?

— Расскажешь свои сказки, когда окажешься в Раю, вместе с Селестией и дорогими друзьями из «Сорок-Пятого». От мёртвой тебя больше пользы. Пока! – крикнула бандитка. Позади щёлкнул спуск моего пустого пистолета-пулемёта. — Чёрт, — рыкнула она в досаде. Мой пистолет ударился мне в затылок. Я на секунду обернулась, увидев как вокруг него исчезает бледно белый телекинез противницы.

Единорожка закричала и пошла в атаку. Я ждала. Обогнув мой защитный стол, пони бросилась на меня, устремив смертоносный рог к моей груди.

При всей быстроте действий соперницы, была у неё некая инертность, предсказуемость, как будто она атаковала лишь потому, что так было нужно.

Чётко понимая, что делать, я шагнула в сторону, лягнула единорожку в грудь заставив её отшатнуться и напасть снова, и уходя от ожидаемой атаки, взмахнула припрятанным ножом навстречу ещё одному выпаду её естественного оружия…

Единорожка попыталась перехватить нож, как только заметила его, вот только лезвие уже вошло в её горло до основания. Агрессия на белом лице сменилась удивлением. Раскрыв рот, кобыла испуганно посмотрела на меня, когда я, стиснув зубы, выдернула нож.

Я отошла от умирающей, позволив ей свалится на пол. Мерцающее сияние её волшебства тщетно пыталось сдержать хлещущий ручей крови. Наконец пони затихла, взгляд её розовых глаз побледнел и метка пожелтела, а через пару минут исчезла без следа.

«Тише, тише. Засыпай»

Я почти не чувствовала жалости. Просто так было нужно. Либо я, либо она.

Заметка: Новый уровень!

Продолжение следует...

Комментарии (6)

+2

Сложно рассуждать о замысле истории не зная всей подоплёки. Как я понял Мэри отправилась на поиски своей сестры. Я прям Шерлок Холмс!
Описание к фику очень заинтриговало, ведь "Это рассказ для тех, кому надоели толпы пестрящих своей уникальностью неубиваемых персонажей, антагонисты уровня Very Easy и аптечки с патронами под каждым ржавым ведром". Я заинтересован. В итоге имеем учительницу, которая уже владеет двумя видами огнестрельного оружия и умеет обращаться с ножом. Да ещё в придачу имеет какое-никакое защитное обмундирование. Но ведь это всего лишь фрагмент истории? Возможно в полной версии нам объяснят, что она была преподавателем военной кафедры для маленьких жеребят. Или перед тем как покинуть Стойло она прошла КМБ в ускоренном порядке. Я расстроен.
Немного непривычен стиль описания вроде "...оскалилась рыжими иглами арматуры..." или "...сердце разогналось так, что его удары слились в жужжание...".
Ну и непонятка в самом начале:"Запасы зерна, обнаруженные в подвале, пролежали около месяца, пшеница оказалась свежей". Непонятно как она определила свежесть пшеницы и в каком подвале она её нашла (по факту получается она украла чью-то нычку), если далее по тексту идёт описание двухсотлетней рухляди.
Комментирую от тоски по авторскому вниманию, так как процесс ожидания книги сильно затянется и нужно как-то систематизировать понимание истории с другой стороны... с твоей стороны, Дорогой Автор. Ведь этот коммент написан для Вас.

Steel #1
0

Прошу, не огорчайтесь. Давайте пообщаемся.

Да, получается, что владеет. (Нет) Её "Владение" можно представить на уровень тех самых маленьких жеребят которых она учила. В стиле "Нацелится, выстрелить". Просто это была первая реальная схватка. В такие моменты "Сердце разгоняется так, что..."))
И стоит учитывать что её противницей была наркоманка, хотя, конечно, об этом не говорилось. Да, и описание рассказа делает упор именно на NPC, которые будут вести себя соответственно реальности. То есть, история в принципе рассказывает не о главном герое.

Да, конечно, Mary (не Сью) является вполне стандартным выходцем из стойла. Поэтому у неё стандартнейшая раскраска — соломенная грива, белая шкурка, просто шаблонная кьютимарка (об этом позже), и навыки вполне стандартные. Конечно, если вы хотели увидеть историю про учительницу которая вышла и.. умерла? В первый день, ну или в третий, тоже неплохо, то я могу скинуть вам версию "Учительницы" под названием Game Over, где после трёх глав протагонист вляпывается в ситуацию несовместимую с жизнью и умирает. А данная история... всё-таки настроена на жизнь. Отчасти в этом психологический момент этой перестрелки. Это слова, непроизнесённые рейдершей в их последнем диалоге, когда слова уже потеряли свою ценность: "Ты живи, а я умру"

Солнечник #2
+1

Эх... Хотел я поумничать, а не получилось.
Уровень в стиле "Нацелится, выстрелить". Как я говорил ранее, сложно судить умения ГГ исходя из отрывка текста. Неизвестно при каких обстоятельствах она приобрела оружие. Но ГГ уже знает, что такое Пистолет-пулемёт (наверняка Вы понимаете различие между автоматом/штурмовой винтовкой и пистолетом-пулемётом). Я думаю обычный обыватель уровня "Учительница в Стойле" не сможет назвать различия.
"Сердце разгоняется так, что..." — я лишь пытался полунамекнуть, что сердце не жужжит. Разгоняется до дробного стука или что-то типа того.
Ок, огорчаться я не буду, просто результат от прочтения отрывка не оправдал ожидания от ознакомления с аннотацией. Что я ожидал? (Внимание! Далее будет бессвязный текст нытика). Я ожидал персонажа без боевых навыков, который выйдя из "тепличных" условий Стойла столкнётся с суровыми реалиями Пустоши. Персонажа, который будет всячески избегать ситуации "несовместимые с жизнью". Как такое возможно, это же Пустошь?! Прокачиваем навыки "Интеллект" и "Харизма", оставшиеся очки распределяем на "Удачу" и "Восприятие", выбираем перки "Дипломатия", "Торговля" и "Скрытность". "Fallout" это в первую очередь РПГ, а не шутер (хотя в свете последних событий всё с точностью до наоборот). А во-вторых, это фэндом по "My Little Pony", где всё сводится к "понять, простить и... перевоспитать".
Я никоим образом не хейчу данный фик. Просто ожидания не оправдались, что вызвало некое огорчение.

Steel #3
0

Спасибо за столь скорый ответ и конкретику. Мирный персонаж... хм, а знаешь что забавно?

Солнечник #4
0

Забавно то, что изначально учительница была ну, скажем так, весьма мирной, в силу и неумения и непонимания, и моральных принципов. Однако спустя 200 страниц текста книги состоящей только из отрывков (!) (которые благополучно оказались в черновике, а через четыре года отправились в корзину) отношение Учительницы к вещам несколько изменилось, в итоге фрагмент написанный год назад и редактируемый до сегодняшнего вида в течении последнего времени имеет тот вид, который имеет. Не то чтобы я знал, что с ним делать. Мне просто нравится этот отрывок, в нём выражается квинтэссенция основных идей книги (написанных на текущий момент), которые удалось выразить законченно и лаконично, и логично

Я глубоко сопереживаю главному герою, поскольку всё происходящее в книге — моя собственная реальность

Солнечник #5
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...