# Тот, кто утешит её...

DxD2

Любые отношения, какими бы они не были замечательными, имеют свойство заканчиваться. Разлука же, заставляет страдать... особенно, если приходится разлучаться с той, что всегда была рядом в приступы отчаяния и охватывающего чувства трагедии, служа опорой и утешением.

Надеюсь, что получилось именно то, что задумывалось...

## Тот, кто утешит её...

Что если отношения изжили себя? Что если та, что утешает в минуты горести стала жёсткой и потеряла свою обходительную мягкость? Как быть утончённой Рэрити, в такой непростой ситуации...

Рэрити лежала, растянувшись между его больших, чуть загнутых вниз лап, ощущая шкуркой нежное и бархатное прикосновение, упругость и мягкость того, с кем она разделила свои минуты спокойствия и умиротворения. Отполированное, как обычно, до блеска и почти фарфоровой гладкости, копытце, нежно скользило по его спинке, ощущая легкое сопротивление, если копытце двигалось против ворсинок. Сколько времени они уже вместе? Рэрити потянулась и, свесив вниз хвост, задумчиво посмотрела в потолок. Спиной, она ощущала теплоту и уют, одновременно с крепкостью и надежностью того, в чьих объятьях она нежилась, порой принимая весьма откровенные позы и наслаждаясь тем, что никто не может увидеть её в такие минуты приступов жажды нежности и покоя.

Однако, все началось в солнечное утро, в одно из тех, которые принято встречать с улыбкой на губах, искорками в глазах и радостью в сердце. Непременно сидя в кафе и попивая терпкий кофе или хорошо заваренный жасминовый чай. Возможно даже с вкусным пирожным, если оно не сильно калорийно и не испортит идеальную фигуру. Фигура, это то, что отличает светских единорогов от простых пони, не раз любила говорить она, когда подруги подбивали её на очередной праздник буйства вкусностей и полных крема булочек.

Но именно это утро встречалось ею не так радостно, бок немного ломило, а на бедрах ей то и дело мерещились синяки, которые если бы и были, все равно оставались бы скрыты светлой шкуркой. О радости в сердце и искорках в глазах, за исключением тех, что сыпались из глаз, едва она наступала на ушибленное копыто, не было и речи. Заказав сок и цветочный бутерброд, она стала, нахмурившись, жевать его, не обращая даже внимания на его вкус.

— Рэрити, как приятно увидеть тебя здесь в это чудес...

— Даже не продолжай, Твайлайт, утро не чудесное, я зла и мы расстались сегодня окончательно и бесповоротно. — Единорог ударила копытом по столу, отчего сок в стакане булькнул и попытался убежать. Свечение телекинеза не дало ему и шанса на побег, запихнув обратно в стакан и поднеся к губам прекрасной, но, несомненно, находящейся не в духе, модельерши. Несколько глотков и объем несчастного сократился в двое. — Ох, Твайлайт, она стала такой невыносимой и грубой! Лежа на ней, мне кажется, что она пытается вжаться в меня всеми своими углами, поцарапать и даже прищемить мне копыто. Это так ужасно...

Лиловая единорог удивленно мигнула и села рядом, заказав привычный чай и такой же бутерброд с маргаритками. Она уже слышала жалобы Рэрити, но в этот раз все звучало намного серьезнее и, она искала слова, способные утешить подругу, что металась между приступами жалости к себе и такими же приступами обиды.

— Вы ведь всего полгода вместе. Не ужели за полгода все так изменилось? — Твайлайт отпила чай и задумчиво уставилась на плавающие там чаинки. Действительно, она помнила как сейчас, этот восторг и ежеминутное щебетание Рэрити о её встрече с той, что так понимает её, принимает и готова в любой момент оказаться под этим стройным, несомненно, привлекательным и постоянно ухоженным в лучших спа-салонах, телом. Какими высокими похвалами одаряла её единорожка, описывая все преимущества, от покорности до нежности и мягкости. И вот...

— Всего полгода? Уже полгода! Ох, как ты не понимаешь, в таких отношениях полгода слишком большой срок, но в этот раз было просто невыносимо... — Рэрити всхлипнула и уронила слезу на лепесток цветка, торчащий из бутерброда. — У меня все болит, словно я спала на камнях, копыто ноет...

— Его прищемило? — Осведомилась Твайлайт, помня, что такое уже случалось и чаще всего приходилось останавливать талантливую портную от очень необдуманных поступков.

— Нет, я... — Тут она смутилась, вспоминая момент расставания, когда та, что дарила ей покой и поддержку, наконец, уехала. В двери им пришлось замешкаться и в итоге она не сдержалась, ударив ту копытом.

— Понятно, ты пнула её... Рэрити, тебе нужно держать себя в копытах! – Наставительным тоном проговорила лиловая единорог, доедая бутерброд. — В следующий раз это может оказаться хуже, чем ушиб.

— Но, что еще мне оставалось сделать? Она никак не хотела покидать мой дом. Наши отношения зашли в тупик, я даже приглашала специалистов, которые могли вдохнуть жизнь в них... — Рэрити рассеянно крутила стакан телекинезом, пугая плескающийся в нем сок, слишком большими углами наклона.

— Ты делала что? — В глазах подруги отразилось удивление. — Приглашала кого?

— Твайлайт, словно ты сама такое не делала. Они обещали, что все будет как снова. Свежие ощущения, мягкость и нежность, процедуры мне обошлись в хорошую сумму, но ничего не помогло...

— Фу, как можно... — Единорожка скривила мордочку и отодвинула недоеденный бутерброд в сторону, словно аппетит внезапно пропал от слов подруги.

— Когда сама столкнешься с таким, пойдешь на любые меры. — Высокомерно и уверенно ответила белая единорог, отчасти успокаиваясь. — Мне тоже хочется надежности, но они все, одна раньше, другая позже, покидают меня. А я... а я...

Белая мордочка легла на стол и из глаз снова покатились слезы, отчего Твайлайт с трудом удержалась, чтобы не оказаться рядом и не обнять успокаивающе подругу, зная, что это лишь ухудшит ситуацию.

— Рэрити... может быть тебе пора... — Лиловая единорожка осторожно подбирала слова, стараясь не обидеть нежную модельера, неосторожно сказанным словом. — Выбрать что-то более традиционное? Я не осуждаю твой выбор, конечно, и возможно ты действительно испытываешь особые чувства... хм… к ним... Но может пора попробовать другое?

— Ты о чем? — Ответом была протянутая бумажка, на которой был написан адрес и имя. Ниже были некоторые рекомендации и время, в которое было бы лучше подойти.

— Об этом. Попробуй его. Если не получится, значит, не получится, ничего не поменяется, но возможно это будет лучшим выбором, чем эти недолговечные отношения, которые истощают тебя. — В глазах Твайлайт светилась не только забота, но и сочувствие и то дружеское тепло, что делало их подругами. — Знаешь, я тоже воспользовалась этим и вот уже как несколько лет я не знаю иного блаженства, падая в его объятья после трудного дня.

Щеки Рэрити слегка порозовели от представленных картин и она машинально допила сок до конца. Сказанное имело веское обоснование. Попробовав, она все равно ничего не теряла, а если отношения окажутся длительными и такими надежными, как уверяла подруга, то, возможно, это повлияет на качество её творчества и стоимость её коллекций. Которые, к слову, последнее время были ужасны...

— Но ты уверена... — Начала она, аккуратно забирая со стола записку, надеясь, что никто её не заметил.

— Конечно! Я не знаю, конечно, что нравится тебе, но меня он отлично расслабляет и порой я, кажется, теряю ориентацию во времени, оказываясь рядом с ним. — Спаркл рассмеялась, словно это было самое обыденное в каждом из её дней. — Даже твои самые смелые движения, будут приняты им, не сомневайся даже. Но если не веришь, можешь спросить у Пинки...

Единорожка отрицательно замахала передними копытцами.

— Нет, нет и еще раз нет. Она же это по всему городу разнесет, я сгорю от стыда, если это всплывет и станет всем известно.

— Рэрити, ты, кажется, придаешь этому слишком много значения. Да почти у всех есть он или она, не думаю что, этот факт сможет кого-то заинтересовать. Сделай это прямо сегодня, не откладывая в долгий ящик и, поверь, он не разочарует тебя. — Спаркл подмигнула и, встав из-за стола, отправилась дальше. На столе остались лишь чаевые и недоеденный бутерброд, составившие компанию задумчиво читающей адрес Рэрити. Может быть она действительно права? И стоит попробовать новые отношения? Она вздохнула и спрятала адрес в сумку, решив все хорошо взвесить.

Дом и одновременно ателье, встретил её своей пустотой. Та, в объятья которой она всегда стремилась, отсутствовала и эта пустота гулко отозвалась в сердце единорожки. Её губы запрыгали, и в пустой комнате раздался приглушенный плач. Это был один из тех вечеров, когда всегда собранная и немного жесткая на публики модельер, становилась беззащитной, одинокой и отчаянно желающей ласки, которую могла подарить лишь та, с которой ей пришлось расстаться. Проведя ночь на кучке из обрезков ткани, которые она то и дело собирала под себя копытцами, она все-таки решилась и, приведя себя в порядок, отправилась по указанному адресу.

Тихо звякнул колокольчик, и дверь приоткрылась со скрипом, впуская в полутемное помещение белую единорога.

— Мистер Дайвенпорт? Мне посоветовали обратиться по одному вопросу... — Осторожно начала Рэрити, оглядываясь по сторонам.

— Да, я сейчас подойду. — Голос раздался со стороны прилавка, приглушенный, словно его обладатель рылся в ящике или большой коробке. — А что вас интересует?

— О, это немного... личное. — Смущенно ответила она и когда тот, наконец, оказался перед нею, отряхивая с себя пыль и небольшие ниточки, протянула записку от Спаркл.

— Конечно, понимаю, так резко менять привычный уклад это всегда связано с риском и неудобствами, но смею заверить, у меня есть именно тот, кто подойдет вам на все сто процентов. Останетесь недовольны встречей, я лично все устрою. — Он дружелюбно улыбнулся. — Приходите вечером, чтобы оценить своего будущего партнера по достоинству и если все будет замечательно — в ваш дом снова придет уют.

— Я так надеюсь на это, мистер Дайвенпорт! Последние отношения буквально истощили мня и разлука была просто невыносимой.

— Он сделает все, чтобы вы забыли о ней, как о плохом сне! — Уверенно и ободряюще прикоснувшись копытом к плечу Рэрити ответил бежевый сталлион. Его мягкий тембр подействовал успокаивающе, и она почувствовала себя увереннее. — Поверьте, это вполне в его силах, вы не останетесь разочарованы, какими бы... изысканными не были ваши претензии.

Ему хотелось сказать "избалованными", но, заметив что-то в её глазах, он заменил слово. Ухоженная единорог представляла из себя не ту, что предпочитает мимолетную встречу и отношение как к вещи. Ей хотелось внимания и понимания, которые она, несомненно, получит. Дайвенпорт записал что-то на бумажке и вручил ей со словами. — Вот, подойдите в это время, он будет вас ждать. И запомните, это не то, к чему вы привыкли, поэтому дайте ему шанс показать себя.

— Хорошо, я постараюсь, хотя... — Единорог смутилась, и её белая мордочка слегка порозовела. — Это будет так сложно. Мы ведь сможем остаться наедине?

— О, я понимаю. В вашем распоряжении будет чуть больше часа, уверен, вы найдете общий язык. — Уверенно кивнул земнопони и услужливо открыл перед нею дверь, выпуская из салона.

Весь день, потраченный на покупку новых тканей, принадлежностей и аксессуаров, она не могла выкинуть из головы предстоящую встречу. В голове проносились моменты, от которых ноги слегка начинали дрожать и, предательское ощущение тепла охватывало её в особо чувственных местах тела. Это делало её рассеянной и лишь в спа-салоне, она поняла, что купила в два раза больше, чем нужно и далеко не все то, что планировала.

— Алоэ, Лотос, мне все, как обычно, и... — Она блаженно растянулась на удобной лежанке. — То самое, что я обычно заказываю по выходным.

— Оу, Мисс Рэрити ожидает особый вечер? — Пони из спа-салона понимающе переглянулись, прекрасно зная вкусы и особенности своей самой частой клиентки. — Ароматическую маску тоже?

Единорожка задумалась на мгновение и согласно кивнула, начиная млеть под нежными, но ощутимыми прикосновениями копыт Алоэ. Та знала толк в массаже, каждый раз возвращая гибкость и упругость занемевшим от сидения за швейной машинкой мышцам тела. Рэрити особенно ценила эти мгновения, когда можно было закрыть глаза и отдаться приятным ощущениям, расслабляющим и одновременно немного возбуждающим. В единороге все должно быть прекрасно, любила она говорить в спорах о красоте, и потому ни один сантиметр её тела не оставался без внимания мастериц своего дела. Маски, лосьоны и особые кремы, питающие не только шерстку, но прекрасную гриву, сохраняя упругость и витиеватость той, сейчас нежно втирались двумя земнопони. Вечер должен стать особенным и ей хотелось быть готовой настолько, насколько это могло быть возможным. Сквозь полусон, она слышала, как её копытца аккуратно полируются, и сладко вздыхала, когда сокровенные части её идеального тела ощущали прикосновения ароматических масел и увлажняющих масок, придающих шелковую гладкость.

— Ахххх, Лотос, чуть выше... да... нет, немного левее и выше. — Томно произнесла она, поворачиваясь так, чтобы той было удобнее скользить копытами. — Да вот тут... охххх...

На губах Лилии скользнула улыбка. Из всех клиенток, лишь Рэрити так самозабвенно и естественно отдавалась простому массажу шеи, пока её напарница готовила той гриву и наносила фиксаторы. Порой казалось, что единорожка испытывает самое настоящее блаженство, не стесняясь и не пытаясь скрыть его. Эта процедура казалась куда интимнее, чем выглядела на первый взгляд и, смотря на изнывающую и наслаждающуюся прикосновениями единорога, Лотос посещали мысли, от которых на голубой мордочке проступал легкий румянец.

Лишь когда Рэрити покидала салон, она могла, наконец, вздохнуть спокойно, стараясь заглушить, навязчивые мысли.

— Она так остро всегда реагирует. Мне порой становится завидно, правда Лотос? — раздался рядом голос Алоэ, розовой земнопони с голубой гривой. Та согласно кивнула и глубоко вздохнула.

— Вечером её ожидает что-то особенное, если она столько времени потратила на процедуры. — Сказала она и повернувшись к Алоэ улыбнулась. — Хотя, нас ведь тоже ждет нечто особенное? После посещения нашего спа-салона Рэрити, мне кажется...

— Ни слова больше... — Прикрыла копытцем её рот розовая пони, увлекая Лотос в небольшую кабинку.

— А, мисс Рэрити, вы как раз вовремя, он ждет вас там. — Звонок на двери жалобно звякнул, пропуская единорога внутрь салона. — Вы выглядите сегодня изумительно.

— Ох, спасибо, мистер Дайвенпорт! Эта встреча, я решила немного подготовиться. — Смущенно ответила она на комплимент и поправила непослушный локон телекинезом.

Даже её самые смелые ожидания не шли ни в какой пример с тем, что ей предстояло увидеть. Действительно, он был именно тем, что вселяет уверенность и одновременно делает крохотной и миниатюрной. Ощущение беззащитности перед огромными и просторными объятьями. Запах, его запах дразнил её носик и если бы не присутствие Дайвенпорта, она возможно уже оказалась бы как можно ближе к нему.

— Можно я... — Тихо начала она свою просьбу, не отрывая взгляда от увиденного.

— Конечно, у вас будет час, чтобы присмотреться и если все устраивает, я подготовлю необходимые бумаги. — Дайвенпорт осторожно закрыл дверь и, вскоре его шаги стихли. Мгновение, порыв и стремление, охватили её и, с трудом сдерживаясь, она осторожно подошла к тому, с кем решила разделить уют своего дома. Его запах, свежий запах леса, кружил её голову, при этом, смешиваясь с запахом нового дома, новой ткани и того, что всегда порождало в ней желание творить. Она нежно прикоснулась к его лапе, положила на неё голову, ощущая подбородком короткий ворс, при этом мягкий и бархатный. Копытце встретило непривычную упругость, но не жесткую, а немного пружинящую и дарящую ощущение комфорта. Вытянувшись вдоль него, она ощутила прикосновение к нежным местам тела, и оно заставило её томно вздохнуть, изогнувшись и упершись во вторую его лапу передними копытами. Темный, шоколадный его оттенок, на миг породил в ней желание прикоснуться к его плавным линиям силуэта язычком, провести длинную и немного влажную полоску, но она сдержалась и лишь улыбнулась этой мысли.

— Она была права, ты и в правду бесподобен... я чувствую себя словно жеребенок, совсем не так как с ними... — Тихо шептала она, отдаваясь приятным ощущениями, все сильнее охватывающим её от мордочки до кончика хвоста. — Я уверена, нам стоит попробовать...

Она нежно поцеловала его и вышла из комнаты, ощущая предательскую слабость в коленях.

Дайвенпорт с понимающей улыбкой смотрел на неё, подписывая последние бумаги и повторяя некоторые пункты договора, отдавая себе отчет в том, что его клиентка все-таки витает в облаках и, скорее всего многое пропускает мимо.

— Итак, вы можете начать совместную жизнь уже сегодня. Я все подготовлю в лучшем виде, так что сможете отправляться домой и ни о чем не волноваться. — Ободряюще закончил он и сделал последнюю подпись на бумагах красивым красным пером, предварительно макнув его в чернильницу. Единорог так же поставила свою подпись и стала собираться, время от времени бросая взгляды сторону двери, за которой остался тот, кто за десять минут уже подарил ей столь необходимое чувство блаженства.

Заказы, горящие сроки, требовательные заказчики... Рэрити металась во сне на своей кровати, спутывая свою гриву. Хвост, потерявший свою форму, просто рассыпался по простыне отдельными прядями, темно синими полосами спускаясь до самого пола. Её мучили эти кошмары и, наконец, вскрикнув, она проснулась.

— Нет моих сил больше!! — Воскликнула она, спускаясь вниз и тайком доставая вкусное из холодильника. Это потребует дня диеты, но ей отчаянно хотелось заесть этот ужасный сон, в котором на подиум выходят модели в кошмарных и совершенно безвкусных одеждах...

На полпути к спальне она увидела его. Неловко переминаясь с копыта на копыто, она все — таки сделала несколько шагов, шурша валяющейся на полу оберточной бумагой. Поставив пирожное на столик, она осторожно прикоснулась к нему, снова ощутив бархатистый ворс.

— Что я делаю... — Задумчиво произнесла она, поглаживая его копытом. — Но я... кажется хочу тебя. Знаешь, мне снится этот ужасный сон... я не могу заснуть и, не думаю, что даже ты, сможешь мне в этом помочь. Но, с нашей встречи, я чувствую себя так странно.

Она легла между его лап и задумчиво посмотрела на сладкое, лежащее на столике в тарелке.

— Знаешь, до тебя у меня были другие. Они по началу понимали меня и всегда были готовы утешить в моменты, когда случались трагедии. Ты понимаешь, о чем я? Желтый и розовый с зеленым — это трагедия! Настоящая трагедия и они поддерживали меня. Но отношения быстро кончались. Последняя из них... мы были вместе всего полгода. Это так мало и я даже не успела насладиться в полной мере. — Она вздохнула и тихо поглаживала мягкую поверхность копытцем, устраиваясь поудобнее. — Спаркл была права, предложив попробовать что-то традиционное. Ты такой уютный, мне кажется, словно ты защищаешь меня от этих ужасных мыслей уже тем, что просто рядом. И ты такой большой... как бы я не легла, ты все равно будешь поддерживать меня, и каждая часть моего тела будет испытывать наслаждение от твоих прикосновений.

Она закинула на его спину ногу, чуть обхватив копытом и, томно вздохнула, ощутив близость там, где любая ласка рождала незабываемые ощущения. Она скользила вдоль него своим изящным телом, источающим аромат цветов и ванили, дыша все глубже и чаще, пока в ночи не раздался сдавленный стон, после которого дыхание единорожки прервалось на миг и стало размеренным и спокойным.

Рэрити спала в его объятьях, свернувшись клубочком и обернувшись хвостом, таким же растрепанным, как и её грива. На столике осталось забытое пирожное...

— Сестра, ты опять заснула в гостиной... Фу, чем ты тут занималась? — Раздался тонкий голосок Свити Бель. Копытца младшей сестренки зашуршали по разбросанной бумаге и стихли. Послышался треск нитки.

— Ты бы хоть бирку с него сняла. — Маленькая единорожка собрала бумагу, и оторванный кусок картонки в кучу. Старательно помогая себе копытцами, она запихивала их в ближайшую корзину для мусора. На самом верху скомканной упаковочной бумаги одиноко лежала картонная бирка, на которой витиеватым почерком было написано: "Диваны компании "Ленивый Понь", наши диваны заставят вас забыть о недолговечных софах, разделив с вами уют вашего дома на долгие годы".

Свити Бель покачала мордочкой и накрыла сестру пледом.

— А говорила, мы сегодня пойдем по магазинам... — Огорченно, но тихо раздался её голосок, переходя в аппетитный звук жующегося пирожного.