# Зазеркалье

Legion2709

Сансет всегда знала, что ей суждено стать великой, но даже не представляла — насколько. Пока не увидела себя аликорном в волшебном зеркале. Игнорируя предупреждения Селестии, Сансет искала ответы.

Когда она узнала, что зеркало — это еще и портал в другой мир... ну что еще ей оставалось, как не прыгнуть туда? Но, похоже, она не предусмотрела все возможные варианты. Например, что может оказаться в ловушке на другой стороне. Или что снова превратится в ребенка.

Редакторы: NovemberDragon, Murlestia

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/00/58/06/2019/03/17/d23bf3eb1d.jpg]

## Пролог

Пролог

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/U_O-Aknx_oPagPw6ChvhGI-nWjWwU2-lr7rbXqgQkKxO9DhXASWwHlKLSh9-Nj3cmnuFwVBBBrIBgAi8TlGJgZ4Lla77mrJCsS3qzHTpIUaMrn7MKWib6wLVv47ZE_tY6VX0342t]

Похоже, Селестия не оставила ей большого выбора. Сансет хорошо понимала, что видела в зеркале: она была принцессой аликорном. Естественно у нее появилось много вопросов, но Селестия  постоянно отказывалась отвечать на них. Она должна была быть учителем Сансет, и у нее хватило дерзости скрыть самую важную информацию о ее жизни. Селестия была той, кто решила показать ей зеркало, в конце концов!

И вот Сансет рыскает в отделе темной магии Кантерлотского Архива. Действительно, что ей оставалось делать?

Рядом с ней выросла стопка бесполезных книг. Она отложила в сторону ту, что читала — безымянную книгу заклинаний с лицом на обложке и взяла другую под названием “История Кантерлотского Замка, Том 2”. Сансет хотела пропустить ее, учитывая, что она была хорошо знакома с историей замка Кантерлота, но у нее заканчивались подающие надежду книги, которые могли дать ей ответы. Она лениво перелистывала страницы, думая, а не стоит ли ей поискать информацию в другом месте, когда ей на глаза попалось кое-что интересное.

— Ага! Вот оно! — сказала она вслух, когда наконец-то нашла что-то многообещающее. В книге описывалось Кристальное Зеркало — артефакт, который когда-то находился в баснословной Кристальной Империи. Хотя ни один пони не был уверен, существовала ли Кристальная Империя вообще, описание зеркала подходило идеально.

— Кристальное зеркало… — Сансет быстро перелистывала страницы, пока не нашла то, что искала. Зеркало могло показывать возможные миры, вещи, которых не было, но могли бы существовать. Это значит, что Сансет все же может стать принцессой аликорном! Но как? Она продолжила читать.

— Каждые тридцать лун портал открывается в… другой мир?

— Это не совсем то, что ты ожидала, не так ли? — сказала Селестия, стоя позади нее, заставив Сансет уронить книгу от удивления.

Ее шок не продлился долго, вскоре его сменили гораздо более заметные эмоции. Она повернулась и сердито посмотрела на Селестию, которую сопровождали двое королевских стражников.

— Как ты смела скрывать от меня этот раздел магии!? Ты знаешь, что я уже готова! Готова стать великой!

Селестия отложила в сторону свои всегдашние доброту и терпение, встречая взгляд Сансет в полную силу.

— Ты могла стать великой. Я думала, что видела в тебе сострадание и искренность, но это были лишь амбиции. Ты эгоистична, тебе нужно оглянуться назад и поразмышлять над...

— Я эгоистична?! — Сансет швырнула книгу в сторону Селестии, которая без лишних усилий отразила атаку. Стоут Шилд — один из стражников, направился к Сансет, но Селестия остановила его. — В этой книге написанно, что я могу стать столь же могущественной, как принцесса аликорн. Я могу править этим местом. Это с твоей стороны эгоистично не позволять мне занять мое законное место!

Сансет подошла ближе, ее гнев сменился холодной решимостью.

—  Я заслужила право стоять рядом с тобой и быть тебе ровней. —  Но это было не совсем верно. Сансет никогда не помешала бы кому-нибудь достичь славы, которую они по праву заслужили. — Если не лучше, — поправилась она. —  Сделай меня принцессой.

— Нет, — решительно возразила Селестия. — Титул принцессы нужно заслужить. Я пыталась научить тебя всему, что ты должна знать, но ты отказывалась от этих знаний. Каждый раз, когда ты говоришь, что «заслужила», не прикладывая к этому усилий, это доказывает мне, что ты не готова.

Селестия выпрямилась и применила тон, который она использовала для королевских указов.

— Сансет Шиммер, я исключаю тебя с места моего протеже. Если мы не можем преодолеть это разногласие, то твое обучение на этом закончено. Ты можешь остаться в Кантерлоте, но в замке тебе больше не рады.

Как она посмела?! Сансет работала усерднее всех ее сверстников и бесспорно была самым талантливым единорогом для своего возраста. Как Селестия могла не считаться с этим? Отказаться от нее?

— Мы никогда этого не преодолеем, потому что ты не видишь, какой великой я могу стать. Тебе больше нечего сказать?

—  Нет. Стража сопроводит тебя на выход.

На этом все закончилось. Семь лет Сансет потратила на обучение под покровительством Селестии, и это было все, что могла сказать ей «великодушная» принцесса. Когда стражники подошли к ней, чтобы проводить ее, Сансет сама направилась к выходу. Несмотря на это, они все равно окружили ее, когда она вышла за двери. — Это величайшая ошибка в твоей жизни.

Стражники молчали, пока шли, как и Сансет. Она была занята мыслями о произошедшем и размышлениями о том, что ей делать дальше. Они пришли в ее комнату, она положила несколько вещей в седельную сумку, повесила ее себе на спину и вышла обратно. Даже если стражники удивились, что она не выражала никаких эмоций по поводу произошедшего, они не собирались говорить об этом.

«Селестия больше во мне не нуждается» — подумала Сансет, пока они шли. Как же ей дальше быть? Вернуться к своим родителям? К Дискорду это. Кажется, что в Эквестрии у нее больше нет никаких целей и желаний. Но они могут оказаться где-то еще.

И так вышло, что они вновь проходили мимо комнаты с зеркалом. Без предупреждения Сансет телепортировалась через дверь и обнаружила, что смотрит прямо в зеркало.

Она замерла, раздумывая над тем, что было у нее перед глазами. Она оставит позади все, что когда-либо знала и любила, только чтобы получить шанс на что-то лучшее. Разумеется, если это сработает.

А потом в комнату ворвались стражи с поднятыми крыльями и сердитыми взглядами, и Сансет прозрела; она уже потеряла то единственное, что было ей дорого, когда Селестия отстранила ее от ученичества.

Сансет ухмыльнулась. Это было даже немного нечестно. Стражники направились к ней, не сомневаясь в своем успехе, думая, что против двоих у нее не будет шансов. Она могла бы атаковать обоих сразу, но что в этом веселого? Вместо этого она схватила своей магией Стоут Шилда в тот момент, когда другой стражник готовился напасть. Сансет не дала ему этого шанса, метнув в него Стоут Шилда. Стук металла о металл, и оба жеребца кряхтят на полу.

Ухмыляясь от того, с какой легкостью она это провернула, Сансет запустила Стоут Шилда в другую сторону комнаты и снова повернулась к зеркалу. Отражение больше не показывало ее как аликорна, но это было нормально. В другом мире Сансет могла бы полностью раскрыть свой потенциал. И тогда каждое зеркало будет показывать ее аликорном.

Не оглядываясь назад, Сансет шагнула в зеркало.

*Пролог основан на комиксе IDW The Fall of Sunset Shimmer за авторством Кэти Кук.

## 1 - В кроличью нору

Акт I

Cтрана чудес

Глава Первая

В кроличью нору

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Что-то было не так. Сансет лежала на земле с закрытыми глазами, все ее тело испытывало притупленную боль. Возможно это было эффектом прохода через зеркало, а может быть следствием того, что она упала лицом вниз. Но это ощущалось куда больше, чем просто боль. Она не могла точно определить, что именно, просто что-то было не так, Сансет чувствовала себя неправильно.

Оттолкнувшись от земли, она приняла сидячее положение, но чувство сохранилось. Земля под ее копытами ощущалась странно, да и сами копыта чувствовались по иному, и она не могла это объяснить. Она медленно открыла глаза и поморщилась от света. Сансет снова зажмурилась и  подняла копыто, чтобы протереть глаза.

Как только копыто коснулось ее лица, она замерла. Оно было мягким. Ее копыто было мягким. Она тут же открыла глаза и уставилась на размытое пятно, пока оно не стало четким. Что-то было определенно не так, ее копыто походило на лапу грифона. Оно расходилась на конце пятью продолговатыми отростками. И это были не все странности; ее передняя нога стала меньше, как в длину, так и в ширину.

Боясь того, что еще она может увидеть, она сделала глубокий вдох и посмотрела на свое тело. Она была... в одежде? На ней не было одежды, когда она проходила через зеркало, но теперь появилась. Все тело казалось неправильным, и она не могла взять в толк то, на что смотрела.

Сансет пыталась успокоить разбушевавшееся сердце. Почему она так волнуется? Ей нужно взять ситуацию под контроль, но она не может пошевелиться. Она закрыла глаза и поняла, что не может контролировать свое дыхание. И она все еще не могла заставить себя рассмотреть эту причудливую вещь, приклеенную к ее передней ноге.

Проходить через зеркало было ошибкой. Она уже собралась вернуться обратно в Эквестрию, которую она знала и понимала. Ей нужно просто  сказать Селестии...

Все, что она могла видеть, это глаза Селестии. “Но в замке тебе больше не рады”. Эти слова принцессы и ее взгляд гремели эхом в голове Сансет до тех пор, пока не стали единственными вещами, на которых она могла сосредоточиться. Это было куда хуже, чем открыть глаза.

Собравшись духом насколько возможно, Сансет снова открыла глаза. Сделав это, она узнала больше подробностей об окружающем мире. Она сидела лицом к чему-то, напоминающему огромное здание, которое окружало это место. Ей понадобилось бы время, чтобы собраться с мыслями, прежде чем решиться войти в здание, поэтому она предпочла отойти от него.

Когда она попыталась встать, то обнаружила, что ее передние ноги стали намного короче задних. Это открытие удвоило ее панику от осознания того, что случилось с ее телом. Не разбирая дороги, она побежала прочь от здания, точнее попыталась бежать, ей плохо удавалось координировать движения ног.

Во время бега она пыталась собраться с мыслями. Она знала, что действует нерационально, что ей нужно остановиться и подумать, что делать дальше, а не бежать куда глаза глядят.

Вскоре она остановилась, но не для того, чтобы все обдумать. Это была… вещь. Это выглядело механическим, но отличалось от того, что она видела раньше. Это было огромным, куда больше чем даже сама Селестия, это было громким и быстрым. Это пронеслось мимо нее, и она потеряла контроль над своим телом, несясь так быстро, как только могла, смутно понимая, что машина замедлилась.

Не желая выяснить, что это было, но без надежды убежать от него, Сансет сделала единственную вещь, которая показалась разумной, она нырнула с головой в кусты. Машина затихла, затем она услышала стук копыт. Они звучали очень странно, и она не могла понять, насколько быстро они приближаются.

— Малютка? Ты здесь? — послышался голос. Он зовет ее? Она не могла понять. — Ты ведь знаешь, что играть на дороге небезопасно?

Все, что могла сделать Сансет в сложившейся ситуации, это не кричать. Она не могла рассмотреть существо, которое ходило вокруг ее укрытия, но смогла увидеть кое-какие детали сквозь ветки. Он стоял прямо, как алмазный пес, и был очень высоким. Вот почему шаги звучали странно, она ожидала четырех копыт.

Оно стояло слишком близко. Невозможно было сказать, насколько опасны эти существа. Но если дело дойдет до драки, то никто не мог постоять за себя лучше, чем Сансет, но она не хотела это проверять. Телепортироваться было проблемой, так как она не знала местности, но она могла, по крайней мере, телепортироваться назад к порталу. Это должно дать ей достаточно времени, чтобы понять, что делать дальше.

— Ты… не поранилась? —  снова спросил он, подойдя ближе к кусту, в котором она спряталась. Время уходить.

Сансет сконцентрировалась, но не почувствовала, как волшебство хлынуло через ее рог. Учитывая, что ее голова не была в жуткой агонии, она не могла повредить ее по пути. Понадеявшись, что это просто прилив адреналина сделал ее нечувствительной, Сансет все равно попыталась создать заклинание.

Ничего не произошло.

“Нет, нет, нет, нет, нет…” — Сансет тут же потянулась копытом к рогу, чтобы выяснить, что произошло, и не нашла его. Она ощупала голову и не обнаружила ничего, кроме волос. Закрыв лицо передними ногами, она сосредоточилась на том, чтобы быть как можно тише.

— Ладно, если ты меня слышишь, просто помни, что нужно держаться подальше от дороги, хорошо? — сказало существо. Она услышала, как звук его копыт снова удаляется к машине, но все равно не покидала своего укрытия.

Затем машина вновь загудела, она подождала, когда машина удалится достаточно далеко. Даже после того, как она уехала, Сансет осталась сидеть кустах. Она вытерла глаза своим странным копытом и отчитала себя. Сансет не плакала с тех пор, как она была кобылкой. Но слезы так и текли.

Что она наделала? Что ей делать дальше? Что она может сделать дальше? Её загнали в глупый куст посреди незнакомого мира, который она не понимает, и она не может телепортироваться. Невозможно было сказать, что произойдет, если она вернется в Эквестрию. Неважно, что говорила Селестия, где гарантии, что вернувшись, она снова станет единорогом?

Тем не менее, она должна попробовать. Это единственное, что имело  смысл. Она проверит, есть ли вокруг нее другие существа, а затем побежит к порталу.

Но она этого не сделала. Она не могла. Ее разум хотел идти, но тело ее не слушалось. Вместо этого, она свернулась калачиком и заплакала.

* * *

Как долго она пряталась? Сансет не знала. После того, как первоначальный шок прошел, она смогла трезво оценить обстановку, но не осмелилась покинуть куст.

Ее тело казалось идентичным тому существу, которое искало ее. Она подозревала, что это как-то связано с тем, насколько трудным был бег, ее тело стало двуногим. Ее привычная мордочка исчезла, сменившись маленьким носом, плотно прилегающим к ее лицу. Грива — единственные волосы, которые у нее остались, хвост и шерсть исчезли. Она сняла обувь, которую носила с тех пор, как прошла через портал и обнаружила, что у нее вообще не было копыт.

Осознать это тяжело, но игнорировать невозможно — Сансет больше не была пони. Это вызвало еще один приступ паники, заставив ее дальше сидеть в кустах.

В итоге она дошла до точки, когда была готова покинуть свое укрытие, но прежде чем она смогла это сделать, прибыл целый рой этих существ. Они, кажется, выходили из здания, и их было больше, чем она могла сосчитать. Все они болтали между собой,  Сансет отметила, что у них были женские и мужские голоса, хотя она не могла достаточно хорошо разглядеть их тела, чтобы сказать, были ли они также различимы.

Это не имело значения, она не планировала проводить их полное изучение. Ей нужно было только дождаться, пока они не уйдут, и тогда она сможет вернуться к порталу.

— Ну, привет, — произнес женский голос рядом с ней. — Ты в порядке, сладкая?

Сансет не могла решить, замереть ей на месте и надеяться, что существо   обращалось не к ней, или бежать прочь, надеясь, что она сможет добраться до портала до того, как ее поймают. В конце концов она пошла на компромисс, закинув руки за голову и шелестя ветвями, она отказалась от всякой надежды, что ее могут не заметить.

— Оу, все в порядке, мы просто хотим тебе помочь, — успокаивал голос. Сансет не купилась на это.

— Вот, придержи ветки, и я постараюсь вытащить ее, — добавил второй голос, он звучал по-мужски.

Когда женщина отодвинула ветви, свет проник через появившийся просвет, освещая ноги Сансет. Она свернулась в клубок, что, конечно, не помогло. Она почувствовала, как два придатка обхватили ее и вытащили из укрытия.

— Спокойно, я держу тебя, — сказал мужчина. Он вынес ее из кустов и опустил на землю, но придерживал за плечо.

— Бедняжка, —  сказала женщина. — Взгляни на нее, она напугана.

Сансет не хотелось быть напуганной. Это не было похоже на нее, даже без магии она все еще была довольно находчивой, чтобы не позволить страху парализовать ее. Она заставила себя посмотреть на существ и поняла, что они огромные. Даже сидя на коленях, они были выше ее. Вероятно, они будут в два раза больше, когда встанут.

— Что ты там делала? — спросила женщина. Она была светло-коричневого цвета с темно-коричневой гривой и ласково улыбалась. По крайней мере, они казались достаточно дружелюбными.

— Давай-ка начнем с твоего имени, — более грубо произнес мужчина. Он был серовато-коричневого цвета с черной гривой. Хотя выражение его лица было суровым, он не казался враждебным.

— С...Сансет Шиммер. — Это было первое, что сказала Сансет с момента выхода из портала, и у нее перехватило дыхание. Голос ее звучал по-другому. Почему ее голос стал таким высоким?

— Надо же, какое красивое имя, — сказала женщина. — Сансет, твои родители где-то рядом?

Ее родители? С какого перепуга ее родители должны быть где-то рядом,  и почему этим двоим вообще не все равно?

— Нет, — ответила она, прежде чем смогла подумать, был ли это правильный ответ.

— С тобой еще кто-нибудь есть? — женщина продолжала улыбаться, но выглядела обеспокоенной. Между тем, мужчина встал в полный рост, подтверждая мысли Сансет об их размерах, он искал того, кто мог бы узнать Сансет.

— Нет, — снова сказала она, хотя на этот раз была уверена, что это было ошибкой. Они пытались выяснить, была ли Сансет одна, и ей не хотелось давать им эту информацию.

— Бедняжка, ты заблудилась, не так ли? Ты знаешь, где живешь?

Сансет указала в сторону, где стоял портал.

— В-вон там.

“Я не потерялась. Я знаю, где я. Я просто жду друга. Мне нужно идти.” Мозг Сансет сформировал предложения, но ее рот не произнес ни одного из них. Казалось все, что она могла сама делать, это отвечать на прямые вопросы.

— Милая, это школа, — женщина обменялась с мужчиной обеспокоенными взглядами. Он кивнул, хотя Сансет не поняла, почему. Он залез в карман пиджака и достал прямоугольный предмет. Мужчина потянул на себя верхнюю часть и вытащил маленький стержень. Нажав на несколько кнопок, он поднес его к уху и отошел на несколько шагов.

— Все будет хорошо, ни о чем не беспокойся.

Сансет не могла отвести глаз от мужчины. Он разговаривал, но не с ними, и рядом никого не было. У него был слишком тихий голос, чтобы Сансет могла подслушать его.

Заметив, куда она смотрит, женщина попыталась отвлечь ее внимание.

— Ты можешь сказать мне, сколько тебе лет, дорогуша?

— Семнадцать, — машинально ответила Сансет.

Женщина засмеялась, в результате чего Сансет повернулась к ней в замешательстве.

— Ох. Дети говорят такие забавные вещи. Серьезно, Сансет, сколько тебе лет?

Сансет нахмурилась.

— Мне семнадцать, — повторила она.

— Ох. Я… понимаю. — Женщина пыталась улыбаться, но Сансет знала, что она не поверила.

Все сразу встало на свои места. Сансет была вдвое меньше этих двух. Ранее ее назвали «малышкой». Ее голос стал гораздо выше, чем обычно. Эта дамочка не была просто высокомерной сукой, она буквально думала, что разговаривает с ребенком.

Она все еще говорила, но Сансет уже не слушала. Все мысли о побеге пропали, как и все остальные мысли. Вместо этого, она, упав на землю, заплакала. Женщина, казалось, пыталась утешить ее, но Сансет это не заботило. Последний раз, когда она позволяла себе так открыто плакать, был давным-давно, еще когда она была жеребенком.

В какой-то момент к ним подошли два других существа, одетых в одинаковую синюю форму. Сначала они поговорили с мужчиной, затем подошли к Сансет и женщине.

— Здравствуйте, — сказал один из новоприбывших. Он повысил голос точно так же, как делают чтобы разговаривать с потерянным ребенком. — Я офицер Блю Стрип, а тебя зовут Сансет Шиммер, верно?

Сансет не ответила.

— Это то, что она сказала ранее, — ответила за нее женщина. — Хотя я думаю, что она может быть немного… растеряна. Она уже довольно долго молчит.

— Вы можете пройти с нами на минуту, мэм? — сказало другое одетое в синее существо. — Нам нужно взять ваши показания.

— Да, конечно, — кивнула та, а затем повернулась к Сансет. — Все хорошо, Сансет. Эти милые офицеры позаботятся о тебе.

Сансет промолчала.

— Сансет Шиммер, — спросил Блю Стрип. — Ты знаешь, где живешь?

А она знала?.. Нет, не знала. Если она не жила в замке, тогда где она жила?

— Ты ничего не натворила, мы просто хотим отвезти тебя домой.

Дом. Сансет просто хотела попасть домой.

— Есть ли причина, по которой ты не хочешь ничего говорить? Все в порядке, ты можете сказать нам что угодно. Мы здесь, чтобы помочь тебе, Сансет.

Причина, по которой она не хочет говорить? Она ничего не знает об этом месте, она просто не может дать разумный ответ.

— А как насчет имен твоих родителей? Можешь сказать, как их зовут?

Ее родители были последним, что ей сейчас было нужно.

Сансет не ответила. Вопрос за вопросом, Сансет не отвечала.

— Есть успехи? — спросил другой офицер, когда закончил разговаривать с женщиной.

— Нет. — Странно, как взрослые разговаривают. Словно достаточно немного понизить голос и отвернуть голову, и внезапно дети больше не могут их слышать. И Сансет теперь тоже. — Она не выглядит пораненой, но это может быть что угодно. Надеюсь, она просто потерялась и растеряна, — он повернулся к Сансет и улыбнулся. — Хорошо, просто пойдем с нами, Сансет. Мы скоро вернем тебя домой, хорошо?

Сансет не ответила, но она встала, чтобы проследовать за ними. Не оглядываясь назад и не задумываясь о последствиях, Сансет обнаружила, что ее ведут к машине, похожей на ту, которую она видела раньше, хотя и намного меньше. Блю Стрип открыл дверь и выжидающе посмотрел на нее,  она догадалась, что это какая-то механическая карета.

Она знала, что это была самая ужасная ошибка в ее жизни, но она все еще боялась убежать. Надеясь на лучшее, Сансет забралась в карету.

Двое офицеров сели в передней части экипажа с противоположных сторон.

— Все сзади пристегнулись? — спросил Блю Стрип. Когда она не ответила, он оглянулся и нахмурился. — Э-э, точно. Я займусь этим. — Он открыл дверь, вышел, затем открыл ее дверь. Рядом с ней он вытащил что-то, напоминающее плоскую веревку, натянул ее через ее туловище и талию, а затем закрепил другим устройством, которое удерживало ее на месте. Сансет не отреагировала.

Блю Стрип бросил на нее обеспокоенный взгляд, но больше ничего не сказал и вернулся на свое место. Как только он закрыл дверь, его партнер вставил ключ в щель, повернул его, и вся карета ожила и стала вибрировать. Они начали двигаться; сначала медленно, но затем набрали скорость.

Из своего окна Сансет увидела здание. Перед ним стояла белая статуя пони, хотя и со странными пропорциями. Она знала, что это место, где должен быть портал, но она могла только смотреть, как он проносится мимо нее.

## 2 - Девочка и ее отражение

Глава вторая

Девочка и ее отражение

[Изображение: https://lh4.googleusercontent.com/xCJ9T7HUMZL1f4Sfx0XUEbyoKWKSS8HIdsnXESdmtR64aTb1qzu9ETU4WIFXnB8j6QJ_3WjvLoCVGQcznIsnZDvs2MU5eMzDjmOk7PWlOrIbad6D-4IwXeYVPNWwPExQN9ap7Yln]

Оказаться в теле ребенка не было лишено своих преимуществ. Никто не ожидал, что Сансет будет знать, что она должна делать в больнице, поэтому они давали ей четкие инструкции. Когда она колебалась следовать за ними, они интерпретировали это как детский страх, а не подлинное недоверие к их намерениям. Они терпеливо объясняли, что делает каждый инструмент, и это помогало ей успокоиться. По крайней мере, казалось, что все искренне хотят помочь.

Люди* — это было одно из их слов. Было удивительно, что оба мира использовали один и тот же язык, но были и различия. Еще одно преимущество ее возраста: она не обязана участвовать в разговоре, кроме тех случаев, когда ей нужно отвечать на вопросы, поэтому она могла сосредоточиться на том, чтобы слушать, как они разговаривают друг с другом. Она еще не слышала, как они называют свой вид, но быстро узнавала о них все больше.

Новая информация помогла ей успокоиться и дала возможность сосредоточиться на чем-то другом. Как и пони, они имели множество оттенков, но им не хватало других различий. То есть они были разных размеров, но ни у кого не было крыльев или рогов, это точно. Конечно, была вероятность того, что помимо очевидного, что-нибудь скрывалось под одеждой, которую, казалось, носили все, но ничего особенного, насколько могла судить Сансет. Первоначально она думала, что заметила две различные вариации, основываясь на общих различиях в форме и заметных наростах на груди некоторых из них, но вскоре поняла, что просто видит разницу между взрослыми мужчинами и женщинами.

К лучшему оказалось и то, что ей было на чём сосредоточить свое внимание, потому что вокруг находилось много вещей, которые могли вызывать у нее панику. Устройства, которые они использовали, не были похожи ни на что, что знала Сансет. Наихудшим было то, что они назвали МРТ, где она должна была лежать в трубе и оставаться неподвижной, и все это время устройство издавало гудящий звук. Это вызвало очередную волну тревоги, но потом доктор показал ей фотографию ее мозга, которую сделала машина. Потеряв дар речи от изумления, она назвала это магией. Врач засмеялся и сказал, что это всего лишь наука, а Сансет оставила все свои комментарии при себе.

Между тестами, офицеры Блю Стрип и Свифт Стар, которые привезли ее в больницу, сделали несколько фото, чтобы найти ее родителей. Потом они ушли, захватив с собой ее седельную сумку. Сансет попыталась протестовать, но это не оказало никакого эффекта. Офицеры объяснили, что сумка им нужна, чтобы попытаться опознать ее и пообещали скоро вернуть её домой. В конце концов Сансет смирилась. Не то чтобы она действительно нуждалась в этих вещах, но было утешительно иметь что-то свое.

Тем временем, доктора решили, что физически с ней все в порядке и перешли к психиатрическому обследованию. На это она и рассчитывала. Они привели ее в комнату с женщиной-доктором, а затем оставили их наедине для разговора.

— Привет, меня зовут Даймонд Фасет, — представилась доктор. Она указала на кресло, стоящее напротив ее стола. — Садись, пожалуйста.

Сансет сделала, как ей было сказано, но предпочла промолчать.

— Все будет хорошо, я просто задам тебе несколько вопросов.

По правде говоря, сейчас Сансет ощущала себя спокойнее всего, с тех пор, как прошла через портал. Вспышки ее паники были очень мощными и заставляли ее чувствовать себя совершенно другой пони, но когда она была в здравом уме, то чувствовала себя как обычно.

— А теперь, не могла бы ты сказать мне свое полное имя?

— Сансет Шиммер, — ответила она. Было бы лучше, если бы она никогда не называла свое имя, но она уже заготовила легенду на случай, если ее спросят, почему она помнит это.

— Это хорошее имя. Так тебя все зовут, или у тебя есть прозвище?

Сансет несколько раз моргнула и немного подождала, делая вид, что думает над ответом.

— Хм, нет. Просто Сансет Шиммер.

Даймонд Фасет улыбнулась и кивнула.

— Я поняла. Всегда ли Сансет Шиммер? Не Сансет или Санни?

— Сансет, — быстро ответила она. Последнее, чего бы она хотела, это чтобы кто-то начал называть ее «Санни».

— А кто называл тебя Сансет?

Было легко понять, что делает Даймонд Фасет; она хотела узнать, сможет ли Сансет вспомнить, как друзья или семья звали ее по имени, но не хотела привлекать к этому внимание.

— Офицеры называли.

Даймонд Фасет взглянула на лист бумаги на своем столе.

— Офицеры, которые привезли тебя в больницу?

Сансет кивнула.

— Ясно. Только они?

— Я, хм… — Сансет нахмурилась и опустила взгляд на пол. — Женщина назвала.

— Женщина?

— Женщина из парка. Она сказала, что Сансет — красивое имя.

— Сансет, — начала Даймонд Фасет, ее тон стал более серьезным. — До сегодняшнего дня? Ты помнишь, чтобы кто-нибудь звал тебя Сансет до сегодняшнего дня?

— Хм… — Сансет огляделась вокруг, притворяясь обеспокоенной. — Я… я не знаю.

— Хорошо, давай поговорим о другом.

Даймонд Фасет снова посмотрела на свои записи, хотя Сансет сомневалась, что ей это было нужно. Она знала, какой вопрос будет дальше.

— Можешь ли ты сказать мне, сколько тебе лет?

Признаться, что ей семнадцать, было куда хуже, чем назвать свое имя.

— Я не помню.

— Ранее ты сказала леди в парке, что тебе семнадцать. Это правда?

— Я… я… — Сансет покачала головой. — Я не помню.

— Когда моей дочери исполнилось семнадцать, мы устроили ей большую вечеринку. Ты помнишь свой последний день рождения?

Еще один трюк, чтобы заставить ее вспомнить что-то.

— Нет.

— Ты помнишь, где ты была, когда проснулась этим утром?

Сансет снова заколебалась. Это стало так легко, когда она перестала волноваться, ей просто нужно сделать вид, что ей трудно отвечать и продолжать говорить, что она не помнит, и в конце концов, они все спишут  на амнезию. Легкий ответ на все будущие вопросы.

— Я не помню.

Снова и снова она не помнила. Ее родители? Не помню. Ее дом? Не помню. Друзья, семья, домашние животные, школа, всё-всё. Она просто не помнит.

Было ясно, что они зашли в тупик, поэтому Даймонд Фасет вернулась к единственному вопросу, которого Сансет пыталась избежать.

— А откуда ты знаешь, что тебя зовут Сансет Шиммер?

Отлично, подарите маленькой девочке экзистенциальный кризис.

— Так написано на моей сумке.

— Понятно. — Даймонд Фасет сделала заметку и перешла к другому типу вопросов. — Значит ты умеешь читать. Ты можешь прочитать это для меня?

Она открыла ящик своего стола, вытащила оттуда книгу и поставила ее так, чтобы Сансет могла ее разглядеть. Сансет прочитала название вслух. — “Собака и ее отражение”*.

— Очень хорошо, — сказала Даймонд Фасет. — Ты прочтешь мне эту историю?

Сансет замешкалась, но не для того, чтобы притвориться, что нервничает. Даймонд Фасет не открыла книгу. Все, что видела Сансет об этих существах, подсказывало ей, что они используют свои руки для работы с предметами, но у Сансет не было опыта обращения с ними. Она взволнованно потянулась к книге, но лишь стукнулась об обложку.

Сансет покраснела от своей некомпетентности, затем попыталась снова. Она была уверена, что Даймонд Фасет заметила это, но доктор ничего не сказала. Со второй попытки Сансет смогла открыть книжку. На первой странице снова был заголовок, который Сансет прочитала, чтобы потянуть время.

— Собака и ее отражение.

Подняв взгляд, она увидела, что Даймонд Фасет терпеливо кивает. Она собиралась заставить Сансет прочитать книгу, независимо от того, сколько времени это займет. Лучше будет попытаться покончить с этим побыстрее. Сансет снова протянула руку и перевернула страницу. “Собака, которой мясник бросил кость, спешила домой со своим призом так быстро, как только могла”.

Почему, лягать ее, у книги только одно предложение на странице? Не глядя на Даймонд Фасет, Сансет снова перелистнула страницу, все так же неловко, как и раньше.

— Когда она пересекла узкий пешеходный мост, она случайно посмотрела вниз.

Еще одна страница, в этот раз она справилась чуть лучше.

— Она увидела свое отражении в водной глади, словно в зеркале.

Снова, но на этот раз она попыталась использовать свои пальцы. Вышло не очень.

— Но жадному псу показалось, что он увидел настоящую собаку, несущую кость, куда больше, чем его собственная.

Каждый переворот страницы выходил немного лучше, чем предыдущий, а Сансет медленно привыкала держать страницы пальцами.

— Если бы она остановилась подумать, она бы догадалась. Но вместо того, чтобы думать, она бросила свою кость и прыгнула на собаку в реке. Изо всех сил пытаясь удержаться на плаву, чтобы спасти свою жизнь, она плыла к берегу. Наконец ей удалось выкарабкаться. Печально думая о потерянной кости, она вдруг поняла, какой глупой собакой она была.

Сансет Шиммер подняла взгляд, когда закончила читать мораль урока.

— Очень глупо быть жадным.

— Это очень хорошо, Сансет, — Даймонд Фасет улыбнулась и убрала обратно книгу. Из того же ящика она вытащила чистый лист бумаги и передала его Сансет вместе с ручкой. — Ты можешь написать свое имя для меня?

Сансет нахмурилась.

— Хорошо. — Она положила ладонь на ручку и обхватила ее пальцами. Когда она подняла ее со стола, ручка все еще лежала горизонтально, поэтому она повернула руку. Она была уверена, что держит ручку неправильно и попыталась вспомнить, как делала это Даймонд Фасет. К сожалению, она не уделила этому достаточно внимания и, похоже, не могла понять, что не так.

Но все же она старалась. В Эквестрии ее почерк был превосходным, хотя она и не тратила времени на каллиграфию. Но писать магией и писать рукой — две большие разницы, в результате ее имя было написано уродливыми закорючками.

— Хорошая работа, Сансет, — сдержанно похвалила Даймонд Фасет, хотя, очевидно, это было не так. Она сделала заметку, которая, как Сансет могла предположить, была связана с ее явным отсутствием мелкой моторики.

Даймонд Фасет продолжила несколькими когнитивными тестами, в которых Сансет чувствовала себя гораздо более компетентной. Она быстро и легко решила логические задачи, стремясь проявить себя после провала на письменном упражнении. Она не была уверена, почему ее это так волновало, ведь она не собиралась оставаться в этом мире, но это позволило ей почувствовать себя лучше.

Потом они говорили о ее чувствах, и Сансет старалась изо всех сил придерживаться общих ответов. Она понятия не имела, чего ожидают от нее существа в этом мире, особенно в ее возрасте. В любом случае, неопределенные ответы помогут ей это предположить.

— Думаю, у нас есть все, что нам нужно, —  сказала некоторое время спустя Даймонд Фасет. Она сделала несколько последних заметок, встала и подошла к другой стороне стола. Нежно положила руку на плечо Сансет, на что та возмутилась. — Пойдем со мной, Сансет. Еще немного, и ты будешь там, где сможешь отдохнуть и даже поиграть с другими детьми.

Это звучало скорее как угроза, чем утешение, но Сансет встала и последовала за ней из комнаты. Они прошли несколько коридоров в вестибюль, где их ждали те же двое полицейских. Даймонд Фасет сказала ей подождать со Свифт Стар несколько минут, пока она переговорит с Блю Стрипом. Хотя Сансет хотела узнать официальный диагноз, похоже, у нее не было шанса.

— Мы уже начали искать твоих родителей, — сказал Свифт Стар, вероятно, чтобы подбодрить ее. — Не беспокойся ни о чем, мы найдем их в ближайшее время.

Эти заверения несколько устарели, но, конечно, Сансет не сказала этого. Она, как обычно, хранила молчание.

Это было немного странно. Из того, что она поняла, полиция походила на королевскую гвардию этого мира, но все же они были совершенно другими. Гвардейцы Селестии были известны своей мужественностью. Если эти двое и обладали таким качеством, в полиции они работали явно не из-за него. Он продолжал смотреть на нее и явно пытался подобрать слова, которые помогли бы раскрыть Сансет. Она ненавидела это чувство и обижалась на него за это. Она знала его тип личности, он бы предпочел, чтобы она плакала, просто чтобы он мог понять ее эмоции. Но Сансет уже закончила со слезами.

Минуты тянулись медленно, но вскоре вернулись Даймонд Фасет и Блю Стрип. Даймонд Фасет опустилась на колени и улыбнулась.

— Теперь, Сансет, эти двое отвезут тебя туда, где ты можешь остаться, пока они ищут твоих родителей. Там о тебе позаботятся, и ты вернешься домой, не успев оглянуться.

Сансет предпочла промолчать.

Даймонд Фасет взяла Сансет за руку.

— Я знаю, тебе страшно, но все будет…

— Может уже пойдем? — спросила Сансет. Она пыталась быть рассудительной, но они продолжали болтать об одном и том же. В любом случае это не имело значения; она больше никогда не увидит этих людей.

Пропустив комментарий Сансет мимо ушей, Даймонд Фасет просто улыбнулась и встала. Сансет предположила, что она, вероятно, машет ей на прощание, но даже не оглянулась, чтобы проверить это.

* * *

— Приют?

Офицеры неуверенно переглянулись. Это было первое, что сказала Сансет с тех пор, как покинула больницу.

— Это ненадолго, — сказал Блю Стрип. — “Новые горизонты” — хорошее место. Там позаботятся о тебе, и там будут другие дети твоего возраста.

Приют “Новые Горизонты” представлял собой здание среднего размера, куда меньше, чем больница или здание рядом с порталом, но куда больше, чем большинство домов, которые они проезжали. Это двухэтажное квадратное здание было окрашено в бледно-желтый цвет и в целом выглядело непримечательно.

Они открыли ее дверь и отстегнули ремень безопасности. Она вышла, но не последовала за ними, когда они двинулись к зданию.

— Все будет в порядке, Сансет, — сказал Блю Стрип, неверно истолковав ее нежелание идти. — Это всего лишь на несколько дней.

Сансет скрестила руки.

— Где мои вещи?

Офицеры посмотрели друг на друга.

— Мы уже говорили об этом в больнице. Нам они нужны, чтобы найти твою семью. Обещаю, мы вернем все в целости и сохранности.

— Нет! — Сансет знала, что это не имеет значения, что ей они не понадобятся, пока она будет искать портал. Все, что она принесла, можно будет легко заменить, когда она вернется в Эквестрию. Тем не менее, ей было бы спокойнее иметь что-то из дома, когда все вокруг нее стало таким странным. — Это мое, и я хочу это обратно. Сейчас.

— Я знаю, ты расстроена, но это очень сильно поможет най…

— Я хочу свою гребаную сумку и все, что в ней есть! — Это стерло с их лиц глупые «успокаивающие» выражения. — Я даже не давала вам разрешения брать ее с собой.

Блю Стрип подошел к ней и опустился на колени. Он говорил спокойно, но решительно.

— Мы не взяли ее с собой. Все вещи отправились в участок, где мы их используем. Я знаю, что ты хочешь их сейчас, но это невозможно. Как насчет такого: когда я вернусь в участок, я посмотрю, что нам может понадобиться для поиска. Все, что нам будет не нужно, я сразу же верну тебе.

Сансет хотела возразить, настоять, чтобы он вернул ей все, но не стала. Она не знала их законов, но догадывалась, что у нее, вероятно, нет никаких юридических оснований для спора. К тому же, когда он стоял прямо перед ней, его размер делал его пугающим.

— Сегодня?

Он на мгновение опустил взгляд, взвесив все варианты.

— Хорошо, договорились. Сегодня я принесу тебе все, что смогу.

Поскольку она не могла спорить, Сансет просто продолжала хмуриться.

— Хорошо.

Блю Стрип снова улыбнулся и встал.

— Хорошо, тогда решено. А теперь давай представим тебя.

Сансет с некоторой неохотой последовала за ним в здание. Вестибюль был более привлекательным, чем в больнице, но в нем не чувствовалось домашнего уюта. Конечно, на стенах висели картины, на которых были изображены дети разных возрастов, более мягкое освещение и, как правило, гораздо меньше стерильности, чем в больнице, но оно все равно слишком напоминало офисный коридор с множеством стульев для ожидания и большим столом для регистрации.

С администратором разговаривала другая леди. Даже со своим небольшим опытом, Сансет, могла сказать, что дама была немолода. Кожа кремового цвета на ее лице была испещрена морщинами, а в ее каштановых волосах серебрились пряди. Она ласково улыбнулась и обратилась к Сансет.

— Привет, малышка. Я Роуз Петал, а как тебя зовут?

— Сансет Шиммер, — ответила она, начиная слегка уставать постоянно представляться.

— Ну, Сансет, поскольку ты останешься с нами на несколько дней, как насчет небольшой экскурсии, чтобы показать тебе, что к чему?

Сансет оглянулась на полицейских, которые улыбались и одобрительно кивали. Похоже, делать было нечего, и ей придется остаться, чтобы вернуть свои вещи.

Роуз Петал не задавала ей вопросов о семье, доме или каких-либо других, которые ей надоело слышать. Они гуляли по приюту, который стал больше походить на обычный дом, когда они покинули вестибюль. Роуз показала ей комнаты, которые, как догадывалась Сансет, следует запомнить: кухня, столовая, ванные комнаты, гостиная, небольшая библиотека и комната для творчества.

По пути они встретились с другими детьми, которые, оказалось, очень любят Роуз. Некоторые из них представились Сансет, которой было совершенно наплевать на знакомство с другими детьми, которых она больше никогда не увидит. Роуз истолковала ее апатию как застенчивость и представила им Сансет вместо нее, обещая детям, что позже у них будет время узнать друг друга.

Казалось, единственное, что осталось — показать ей спальню, но вместо этого Роуз вывела ее на улицу. За зданием располагался небольшой сад, засаженный рядами разных цветов. Роуз привела Сансет в беседку, где они устроились, пока заходило солнце. Трудно было поверить, что большая часть дня уже прошла.

— Здесь всегда так хорошо, — сказала Роуз Петал. — Это мое любимое место для отдыха.

Для Сансет это было не особенно интересно. Но так как она все равно здесь застряла, она решила, что можно и поговорить.

— Так что же вы здесь делаете?

Роуз улыбнулась.

— Я живу здесь и работаю воспитателем. Нас довольно много, больше, чем ты вероятно встретишь, но я всегда буду рядом, если тебе что-нибудь понадобится.

Это казалось странным; здание было не таким уж большим и не могло вместить более тридцати детей. Зачем им нужно так много воспитателей, чтобы Сансет даже не увидела их всех?

— А как насчет других? Разве они не живут здесь тоже?

Роуз засмеялась.

— Нет, больше нет. Когда я была моложе, все работники жили здесь с детьми. Тогда мы были как одна большая семья. Но с тех пор такие дома сильно изменились, и теперь большинство воспитателей живет в своих собственных домах. Однако, несколько таких старых склочниц как я, все еще живут в приюте.

Сансет ухмыльнулась.

— Этот "дом", по вашему, должен звучать лучше, чем "приют" или что-то в этом роде?

Она ожидала, что Роуз Петал проигнорирует этот вопрос, но та только рассмеялась.

— Да, в самом деле. Когда я переселилась сюда, это место называлось “Приют Новые Горизонты”. Теперь нам говорят, что мы никогда должны называть словно на букву «П».

— Это глупо, — сказала Сансет. — Использование другого слова не меняет его сути.

— Ну, иногда слова способны ранить. Некоторые из детей, которые живут здесь, могут быть чувствительными к тому, что их называют сиротами, даже если человек, говорящий это, не подразумевает ничего плохого. И, к сожалению, есть дети, которые говорят это, чтобы оскорбить.

Человек. Сансет запомнила это слово, прежде чем продолжить.

— Если кто-то не может справиться с оскорбительным словами, это их проблема. Им нужно закалиться.

— О, я думаю, что у большинства детей в жизни было достаточно проблем. Разве мы не можем проявить к ним чуть больше сострадания?

Сансет закатила глаза. Она не согласилась с ней, но не хотела выслушивать лекцию, поэтому ответила.

— Возможно.

Очевидно удовлетворенная ответом, Роуз продолжила дальше.

— Я очень надеюсь, что ты попробуешь подружиться с другими детьми, пока ты здесь.

— Может быть, — Сансет пожала плечами, но у нее не было никакого желания тратить время на дружбу.

— И я также надеюсь, что ты говоришь это не для того, чтобы просто порадовать старую леди.

Сансет открыла рот, чтобы ответить, но не смогла подобрать нужных слов.

Роуз Петал немножко посмеялась над этим.

— Ну, я не буду пытаться заставлять тебя. Если ты не хочешь дружить с другими, то ничего из того, что я скажу, не изменит этого. Но я думаю, что некоторые из них преподнесут тебе сюрприз, если ты дашь им шанс.

Если этот «сюрприз» не поможет ей добраться домой, это не интересовало Сансет. Поскольку она не собиралась соглашаться, и лгать было не вариантом, Сансет просто промолчала.

— Я могу сказать, что ты интересная девочка, — Роуз Петал встала, и Сансет последовала ее примеру. — Итак, у тебя был очень занятный день. Как насчет того, чтобы чего-нибудь поесть?

Сансет была очень голодна. Голоднее, чем она думала, особенно, когда про еду напомнили. Но она не знала, что эти существа — “люди”, если она правильно поняла, едят. — Хорошо. Что на?..

Хотя она не могла сформулировать свой вопрос, не показывая своего невежества, Роуз поняла, что она хотела спросить.

— Остальные дети уже поели, но еды осталось много. Сегодня у нас была курица, которую я могу...

— Курица!? — Сансет остановилась, открыла рот и вытаращилась на Роуз. Мышцы ее тела напряглись. — Как... как птица?!

Роуз Петал несколько раз моргнула в недоумении.

— Ну да. Это была...

— Я не ем курицу!

Казалось, ужас Сансет был поводом для веселья Роуз, но та старалась не показывать этого.

—  Ну, это точно не будет целая курица.

Сансет не могла сформулировать ответ. По всем признакам Роуз Петал казалась милой пожилой женщиной и одной из приятнейших людей, которых встречала Сансет. И она так небрежно говорит о поедании куриц.

— Я полагаю, ты не ешь мясо?

Есть мясо? Они ели других существ кроме куриц? Ладно, это имело смысл, если они едят одно животное, то почему не больше? Но мозг Сансет не работал достаточно хорошо, чтобы осознать это. Все, что она могла сделать, это кивнуть.

— Ты и вправду интересная девочка. Хорошо, давай я покажу тебе твою комнату, а пока ты будешь устраиваться, я приготовлю тебе что-нибудь другое?

Сансет осталась стоять на месте.

— Я посмотрю, что у нас есть, но как насчет супа? Я обещаю тебе, что в нем не будет мяса.

Последнее, что хотела сделать Сансет, это войти в здание с кучкой хищников, но у нее не было особого выбора. Не говоря ни слова, она последовала за Роуз Петал.

Она ни на что не обращала внимания, пока они шли в ее комнату. Роуз впустила ее и сказала, что скоро вернется, а затем ушла. Впервые с того момента, как ее обнаружили, Сансет осталась наедине со своими мыслями. В углу стояла кровать, на которую она рухнула лицом вниз.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться и подумать. Если они могли предложить ей не мясную пищу, они должны были быть всеядными, а не плотоядными. Конечно, от этого не становилось намного легче. Алмазные псы и грифоны были всеядными, но она никогда раньше не хотела знакомиться с ними.

Тем не менее, размышляя об этой ситуации, она вспомнила, что не все разумные существа были травоядными, и они почти наверняка не ели других разумных существ. И, возможно, самым важным было то, что несмотря на свое превращение в представителя всеядного вида, она все еще могла придерживаться той еды, которую привыкла есть.

Когда она достаточно успокоилась, то стала рассматривать окружающие ее предметы. Комната была довольно маленькой, чего и следовало ожидать, в конце концов, им нужно было разместить как можно больше детей. Кровать выглядела достаточно большой для одного взрослого, аккуратно стояла в углу, рядом с ней располагалась прикроватная тумбочка. На столе стояли часы и искусственное растение в горшке, а также два пустых ящика. Со стороны ног располагалась книжная полка с несколькими книгами. На третьей стене находилось окно с красными занавесками. У последней стены, прямо напротив кровати, была дверь, ведущая в коридор, полный других комнат, а рядом с ней стоял комод.

Сансет встала, чтобы проверить ящики в комоде, и обнаружила, что все они пусты. Когда она закрыла последний, ее глаза сосредоточились на том, чего она избегала. На стене над комодом висело большое зеркало.

Как только она посмотрела в него, она не смогла отвести взгляд. Ее взгляд встретился с взглядом ее отражения, и она уже не могла сказать, как долго она стояла. Последнее зеркало, в которое она смотрела, показало ее как аликорна. Это также показывало ей того, кем она не являлась.

Разумеется, она уже знала, как она выглядит. Сансет видела свое отражение в окнах, и даже если бы не видела, она без труда составила мысленный образ. Но это не сравнится с четким и явным отражением в зеркале. Она подняла руку и остановилась, увидев, что девочка в отражении делает то же самое. Это было неправильно. То, чем она не могла быть, повторяло все ее движения.

Сансет Шиммер была пони. Она жила в замке рядом со своей наставницей Принцессой Селестией. Сансет Шиммер была единорогом. Она была одаренной ученицей Селестии и могла подчинить мир своей воле. Сансет Шиммер смотрела на маленькую напуганную девочку, чьи бирюзовые глаза покраснели от слез. Девочка, которая потерялась, напугана и просто хочет попасть домой. Девочка, которая не знала, есть ли у нее еще дом, и не знала, как найти его снова. Посмотрите на нее. Она снова плачет.

* * *

Была глубокая ночь, но Сансет вошла в библиотеку. Она ожидала, что в библиотеке никого не будет, но поняла, что ошиблась.

— Привет, Сансет, — сказала Селестия. Она положила закладку на страницу  книги, которую читала, и отложила ее в сторону. — Не спится?

Сансет нахмурилась. Почему из всех пони тут именно Селестия?

— Наверное.

Селестию не задел ее тон.

— Может ты хочешь посидеть со мной?

Ей хотелось побыть одной, но она не могла этого сказать. Она схватила первую попавшуюся на глаза книгу и села рядом со своей наставницей.

Какое-то время они читают в тишине. Книга, которую схватила Сансет, называлась «Небесный свод» и рассказывала захватывающую историю о жеребце, который пытается спасти свой город от космической катастрофы. Но как она ни старалась, Сансет не могла сосредоточиться на персонажах.

— Эм, что читаешь? — наконец спросила она.

«У реки», — ответила Селестия. — Это любовная история в маленьком городке.

Сансет отложила свою книгу и улыбнулась.

— Ты должно быть шутишь?

Селестия подняла книгу в качестве доказательства.

— Это вполне хорошая история.

Мало-помалу тоска по дому, которую Сансет пыталась игнорировать, исчезла.

— Тебе нравятся притворные любовные истории?

— Конечно, — легко согласилась Селестия. — Всегда интересно смотреть на жизнь глазами другого пони.

Сансет не смогла скрыть ухмылку. Селестия иногда была такой странной.

— Но почему бы не прочитать что-то менее отстойное, чем это?

— Я думаю, что романтика интересна. — Улыбка Селестии не дрогнула, даже когда Сансет высмеяла ее книгу. — Я полагаю, что ты слишком юна, чтобы интересоваться такими вещами.

Сансет закатила глаза и махнула копытом.

— Мне пятнадцать. Если бы меня интересовало что-то настолько глупое, как романтика, я уверена, что уже давно заинтересовалась бы.

— Вот как? Тогда чем же ты интересуешься?

Она не поняла, зачем Селестии нужно это спрашивать.

— Магия.

Селестия усмехнулась.

— Да, конечно, моя одаренная ученица не меняется. Я полагаю, это стало причиной полуночного чтения?

Сансет нахмурилась и взглянула на свою книгу. Было очевидно, что это не учебник. Почему она не выбирала более тщательно?

— Что-то вроде этого.

Селестия оглядела библиотеку, в которой не было никого, кроме них.

— Замок очень большой. Здесь легко ощутить себя одинокой.

Это не было открытием для Сансет.

— Здесь куда больше пони, чем в доме моих родителей.

Селестия смотрела на лунный свет, проникающий через витражи, но ей не хватало ее обычной улыбки.

— Мне тоже иногда бывает одиноко.

Безразличное выражение лица, которое неосознанно носила Сансет, исчезло.

— Тебе... бывает?

— Да, бывает, — грустно ответила Селестия. Она повернулась к Сансет, и ее улыбка вернулась. — Хотя, по правде говоря, я чувствую себя намного лучше, когда ты рядом.

Сансет улыбнулась. Она точно знала, что имела в виду Селестия.

*В оригинале игра слов Everybody/Everypony.

*Такой рассказ действительно есть Адаптированная для России версия за авторством Л.Н.Толстого: “Собака и ее тень”.

## 3 - Прятки

Глава третья

Прятки

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Сансет ненавидела все. Она ненавидела дурацкое зеркало за то, что оно показало ее аликорном. Она ненавидела Селестию за то, что та держала ее в неведении, вместо того, чтобы просто ответить на вопросы. Она ненавидела копов за то, что они возили ее так долго, что она не смогла найти обратную дорогу к порталу. Она ненавидела детей за то, что они думали, что она захочет стать их другом.

Но больше всего она ненавидела саму себя за то, что позволила всему этому случиться.

Она пыталась все исправить. В первую ночь, когда ей вернули седельную сумку – почти пустую, но больше ждать она не могла, она сбежала. Это было не трудно, в ее комнате было окно, через которое она могла вылезти. Поэтому стыдливо забрав седельную сумку, она скрылась в ночи.

У нее ничего не вышло. Она безнадежно потерялась, а темные улицы города оказались ей совершенно незнакомы. Даже она понимала, что ей сильно повезло, когда ее нашел полицейский и отвез обратно в Новые Горизонты. После этого никто не собирался рассказать ей, где ее нашли. Работники думали, что она снова убежит, что, конечно, было в ее планах. Через несколько дней Сансет осознала, что застряла в этом мире на тридцать лун. Прошла всего неделя, но это было слишком долго – портал закрылся без нее.

Вот почему она сидела напротив Кристал Клира, своего психолога. У него была ярко-лазурная кожа и светлые длинные волосы до ушей. Он всегда носил дорогие костюмы, что сразу напоминало о друзьях-снобах ее родителей, но поразил ее своей заботливостью и очаровательной улыбкой. В отличие от большинства взрослых, он не разговаривал с ней, как с ребенком. Сансет ненавидела его.

— Ох, я не знаю, — сказал он небрежным тоном. — Я думаю, что это нормально, иногда уделять кому-то немножечко времени.

Сансет сидела, скрестив руки на груди.

— Может быть для хорошей книги или чего-то такого, но друзья? Да ни за что.

— Я слышал, ты не читаешь книги, которые дает тебе мисс Роуз.

— Я не хочу читать книжки для детей.

Обычно люди говорили ей, что она и есть ребенок. Кристал Клир только улыбнулся и прямо спросил.

— А какие книги ты бы хотела читать?

Сансет задумалась.

— Книжки про технологии. — Хотя она прожила с людьми всего неделю и наконец выучила правильное слово, Сансет знала достаточно, чтобы понять, что вероятно использовала неправильный термин.

— Ну знаете, об электричестве, телевизорах, телефонах и других вещах.

Кажется Кристал Клир удивился ее ответу.

—  Хорошо, я принесу тебе такие книги к нашему следующему сеансу. — Он взял сумку, которая лежала у его ног, и положил ее на стол.

— Честно говоря, я не ожидал такого ответа, — сказал он, копаясь у себя в сумке. — Но я подозревал, почему ты не хочешь читать книги, которые дала тебе Мисс Роуз, так что я принес тебе кое-что другое.

Он протянул ей книгу, которая казалась шагом в правильном направлении. Она была как минимум на несколько сотен страниц, а иллюстрации встречались не так часто. Сансет с подозрением разглядывала мультяшную обложку.

— Это все еще книжка для детей.

Кристал Клир спокойно улыбнулся.

— Это подростковый роман. Он рассчитан на детей вдвое старше тебя.

Никто точно не знал, сколько на самом деле Сансет лет. Несмотря на то, что ей было семнадцать, физически она стала младше, и общее предположение заключалось в том, что ей было около пяти лет. Это означало, что книга, которую она держала в руках, предназначалась для десятилетних детей и поэтому не представляла интереса для Сансет.

— А у вас нет книг для взрослых?

— И еще учебников, — добавила Сансет. Хотя она была не в том положении, чтобы требовать, она все равно это делала.

— Да, я принесу их тебе. Но... — он облокотился на стол. — Я хочу, чтобы ты попыталась поладить с другими детьми.

Сансет положила книгу обратно на стол.

— Это того не стоит.

Кристал Клир вздохнул. Сансет знала, что даже его терпение лопнет, когда она откажется ладить с остальными, и она с нетерпением ждала момента, когда сможет довести его до ручки. Казалось, это было единственное, чем она еще могла наслаждаться.

— Я понимаю, что ты расстроена. Но не нужно накидываться на других детей.

Сансет нахмурилась, прекрасно понимая, к чему он клонит.

— Это не моя вина.

— Может быть тогда ты расскажешь мне свою версию?

Он всегда это делал. Всегда пытался заставить ее рассказать больше о своих переживаниях. Обычно она бы этого не сделала. В этом не было смысла, потому что она не хотела его сочувствия или чего-то еще. Но теперь была причина. Сансет посмотрела на книгу. Она не испытывала ни малейшего интереса к чтению, но это были врата к чему-то лучшему, что мог предложить ей этот мир.

Она глубоко вздохнула.

— Хорошо. — И сдалась. — Я расскажу вам, что произошло.

* * *

Это был третий день, как Сансет оказалась в детском доме Новые Горизонты. Большую часть времени она проводила в своей комнате или бродила по тем местам, где ей разрешалось быть одной. В общем ей было очень скучно.

К несчастью, они это заметили. Или может просто пожалели из-за ее ужасного положения. Неважно, почему они это сделали, но две девочки решили стать друзьями Сансет. Поначалу все было не так уж плохо. Они предлагали ей поиграть с ними, а она просто отвечала "нет", и на этом все заканчивалось. Но с каждым днем они становились все настойчивее.

— Сансет, пошли играть с нами в куклы! — сказала Дью Дроп.

— Мне не нравятся куклы, — ответила Сансет.

— Да ладно, не любишь ничего веселого? — запротестовала Шугар Бриз.

Сансет оторвалась от книги.

— Нет. Ничего. Так почему бы вам двоим не пойти поиграть самим?

Шугар Бриз наклонила голову набок.

— Ух, это же словарь. Куклы куда веселее, чем словари.

Это было справедливое замечание. Сансет было трудно оправдать словарь, как что-то веселое. И по правде, она не получала никакого удовольствия, сидя тут с ним. Но так уж вышло, что этот словарь содержал тысячи слов, которые она должна знать в этом мире, и она была полна решимости выучить их все. Она совершила ошибку, сказав вслух "человеки", и все смеялись над ней. Сансет ненавидела, когда над ней смеялись и не хотела, чтобы это повторилось.

Человек, существительное: человек рассматривается как личность. Множественное число: люди, народ.

Этот мир был чертовски тупым.

— Ладно, тогда давай поиграем во что-нибудь другое, — предложила Дью Дроп. — Как насчет... пряток?

— Не интересно.

— Сансет! Пожалуйста?

Сансет тяжело вздохнула и посмотрела на девочек. Она собиралась снова отказать, но тут ее осенила идея. Ей было непонятно, почему они так зациклились на том, чтобы подружиться с ней. Так что она решила убить сразу две проблемы.

— Ладно, хорошо. Вы двое прячьтесь, а я пойду искать вас.

— Отлично! — взволнованно воскликнула Дью Дроп.

Шугар Бриз не поверила этому.

— Ты обещаешь? Ты правда будешь играть? — скептически спросила она.

— Обещаю, — сказала Сансет с отрепетированной улыбкой. — До скольки мне считать?

— До ста! — ответила Дью Дроп.

— Ладно, я буду считать до ста.

Похоже они были уверены, что она сдержит свое слово, поэтому побежали прятаться. Сансет сразу же вернулась к своей книге. Это было идеально: она избавится от них, а они получат урок, что она явно не та, с кем захочется поиграть.

Сансет перешла к определению телевидения. Она узнала, что такое телевизор, увидев его в комнате отдыха, но надеялась, что сможет узнать немного больше из словаря. Хотя это было маловероятно, но ей все равно больше нечего делать. Технологии были единственной вещью, которая понравилась Сансет за время пребывания на Земле. Это было наподобие человеческой магии.

Прошло много времени, прежде чем Сансет обнаружила, что бесцельно листает словарь, просто рассматривая картинки. К тому времени, когда Шугар Бриз вернулась, она совершенно забыла об игре в прятки.

— Ты все еще тут?! — в недоумении спросила она.

Сансет прикрыла лицо ладонью.

— Ох, точно, игра. Прости. Случилось вот что, я начала считать, а потом вспомнила, что мне все равно.

Шугар Бриз уперла руки в бока и скорчила самый грозный взгляд, какой только могла скорчить шестилетняя девочка.

— Ты обещала.

— Ты права, я обещала, — Сансет пожала плечами. — Но я еще и сука, так что теперь ты знаешь это.

У Шугар Бриз опустились руки и отвисла челюсть. Несколько секунд она смотрела на Сансет, пока та пыталась понять, не переигрывает ли она, потом надула щеки и обвиняюще указала пальцем на Сансет.

— Ты сказала плохое слово!

Ну конечно, почему она не додумалась раньше? Это же такой простой способ держать таких примерных девочек подальше от нее.

— Да, да, это так. Поскольку я сучка, я буду использовать любые слова, какие, нахрен, захочу.

Похоже Шугар Бриз наконец-то поняла намек и быстро убежала. Сансет просто улыбнулась своему успеху.

После своего законного веселья, Сансет больше не могла заставить себя читать словарь. Она решила прогуляться в саду, довольствуясь знанием, как избавиться от других детей, если они столкнуться с ней.

Но увы, она не столкнулась ни с одним ребенком. Во всяком случае никому не было до нее дела; большинство детей понимали, что они ей не интересны и держались подальше. И неважно, насколько весело было наблюдать за реакцией Шугар Бриз, Сансет не нужны были проблемы. У нее были свои пределы терпения, но она не была задирой.

Не считая ее комнаты и библиотеки, сад был любимым местом Сансет. Так как в ее комнате делать было нечего, а ассортимент книг в библиотеке оставлял желать лучшего, было не трудно решить, где побродить. Она неторопливо прогуливалась среди цветов, желая найти лучший способ провести время.

Услышав шелест в цветах, Сансет остановилась. Она обернулась на звук и увидела ребенка, который плохо спрятался.

— Дью Дроп?

Хихикая, Дью Дроп выглянула из укрытия.

— Ты нашла меня!

Сансет почти удивилась, почему Дью Дроп так обрадовалась этому, но потом поняла, что ей все равно.

— Не могу поверить, что ты так долго пряталась.

Дью Дроп подбежала к Сансет и остановилась очень близко к ней.

— Я знала, что ты действительно будешь играть. Шугар Бриз говорила, что ты не будешь, но ты обещала и сдержала слово!

Почему дети должны быть такими жизнерадостными? Сансет сунула руки в карманы и отвернулась.

— Это, конечно, здорово и все такое, но я забыла про эту дурацкую игру. Я пришла сюда, потому что захотела.

— Оу, — расстроенная этим заявлением Дью Дроп опустила взгляд. Однако печаль не продлилась долго, когда она подняла глаза, на ее лице снова была озорная гримаса.

— Ну тогда мы можем поиграть во что-нибудь другое!

Сансет вскинула бровь, смотря на Дью Дроп. Она была такой жизнерадостной идиоткой, что Сансет стало почти жалко Шугар Бриз. По крайней мере, та может вырасти в человека, который не будет таким противным.

— Я не хочу играть ни в какие игры.

— Эм… может позже?

— Не надейся.

Дью Дроп поникла, и Сансет почти что приняла ее молчание, как знак того, что она наконец-то отстанет от нее. Почти, но как бы не так.

— Сансет... почему ты никогда не хочешь играть с нами?

С чего же начать? Сансет ухмыльнулась, готовясь перечислить причины, но затем хорошенько рассмотрела Дью Дроп. Она выглядела напуганной, как будто бы ответ мог причинить ей физический вред.

Дью Дроп и Шугар Бриз были надоедливыми. Сансет отчаянно хотела, чтобы они оставили ее в покое. Но они еще были детьми, и Сансет не хотела терроризировать бедных идиоток. “Вот тебе и не задира…”

Сделав глубокий вдох, Сансет прижала руку к переносице.

— Послушай, Дью... мне не нравится то, что нравится тебе. У нас мало общего. Я не пытаюсь быть злюкой, но я действительно не хочу быть твоим другом.

Это было разумное объяснение. Сансет похоронила всю свою злобу и обнажила факты. Она использовала такой спокойный тон, на который была способна и контролировала язык своего тела, чтобы ненароком не ввести в заблуждение. Но все это не имело никакого смысла, потому что Дью Дроп уже шмыгала носом и прерывисто дышала.

— Ты… ты ненавидишь меня…

Сансет нахмурилась и покачала головой.

— Я этого не говорила. Совсем.

На глаза Дью навернулись слезы.

— Что я сделала не так? Я просто хотела, чтобы мы стали друзьями!

— Чт... что?! — Сансет стала повышать голос. — Ты вообще меня слушала?

— Я… я... прости, я... я не хотела…

— Ты действительно настолько глупа? Я сказала, что не…

Сансет не смогла закончить предложение, Дью Дроп громко завыла. Сансет сделала несколько шагов назад, не зная, что ей предпринять.

— Эй, эм, все... хорошо! Я не хотела! — Это не помогло. — Слушай, я буду играть в эту дурацкую игру. Я имею в виду, она не глупая, она веселая и... — Дью Дроп заплакала громче. Она просто стояла на месте, опустив руки, и ревела, жалуясь на то, в чем Сансет даже не виновата! — Эй! Прекрати! Дью Дроп, это... просто... милостивая Селестия, просто заткнись нахуй!

— Сансет Шиммер!

Сансет резко обернулась и увидела, что к ним идет Роуз Петал, а за ней следует Шугар Бриз. Наконец хоть кто-то поможет остановить... Почему она смотрит на Сансет?

Роуз Петал остановилась, не дойдя до Сансет, она опустилась на колени, чтобы обнять Дью Дроп.

— Все-все, дорогая. Теперь все в порядке.

“Потому что она прибыла как раз вовремя, чтобы увидеть, как проблемная девочка матерится на милое невинное дитя”, — подметила Сансет. Это был не лучший выход из сложившейся ситуации. Она просто засунула руки в карманы и нахмурилась. По крайней мере, в этом было что-то хорошее: судя по выражению лица Шугар Бриз, теперь они вряд ли захотят дружить с ней.

* * *

— Так что на самом деле я не хотела кричать на нее, — повторила Сансет.

— Понимаю, — Кристал Клир терпеливо выслушал рассказ Сансет. Все-таки это было частью его работы. — Думаю, подобное могло случиться и верю, что ты не хотела задеть чувства Дью Дроп.

— Вот именно!

Но все же ты нарушила свое обещание поиграть с ними, и тебе следовало быть повежливее с Шугар Бриз.

— Но я говорила им "нет"! — Сансет всплеснула руками, не понимая, почему он не принимает ее сторону. — Я отвечала им "нет" каждый раз, когда они спрашивали. Я говорила им, что не хочу играть с ними. Почему это нормально, что они продолжают приставать ко мне, когда я не хочу играть с ними?

Кристал Клир вздохнул и опустил свой взгляд на стол. Когда он поднял глаза, то не казался разозленным, но и далеко не довольным.

— Сансет... что ты знаешь о Дью Дроп?

— Немного, но мне не нужна докторская степень в психологии, чтобы  предположить у нее биполярное расстройство.

— С Дью Дроп плохо обращались, прежде чем она попала в Новые Горизонты. Ее родители никогда не хотели иметь детей и не скрывали этого от нее. Всю жизнь она моталась по детским приютам и обратно, пока наконец ее родителей полностью не лишили родительских прав несколько месяцев назад. О ней больше некому было позаботился, и поэтому она оказалась в детском доме Новые Горизонты. Ей всего четыре года, и она все еще учится сложным эмоциям. Она еще не понимает, что не все люди будут ее друзьями или врагами. И в ее истории люди, которые ненавидели ее, не были добры к ней.

Сансет тихо злилась в кресле.

— Ты поняла, зачем я тебе это рассказал?

— Чтобы я почувствовала себя дерьмово из-за того, что заставила ее плакать?

— Чтобы ты поняла, что не только у тебя есть проблемы. В "Новых Горизонтах" двадцать шесть детей, и никто из них не хотел оказаться здесь. Большинство из них попали сюда из-за той или иной трагедии. В лучшем случае, некоторые дети прожили здесь всю свою жизнь, потому что от них отказались еще в младенчестве.

Сансет вскочила на ноги и стукнула ладонью по столу.

— Откуда мне было знать?! И какого хрена ты от меня хочешь?! Я не имею ко всему этому никакого отношения!

Кристал Клира не возмутила ее вспышка ярости.

— Я хочу, чтобы ты попыталась быть более сострадательной. Ты умная девочка, Сансет. Даже не зная всех деталей, ты могла бы легко понять, что у Дью Дроп могут быть причины так стараться подружиться со всеми и, конечно, могла бы понять, что лучше всего быть аккуратной.

— Хорошо! — Поскольку он не собирался показывать свои эмоции, Сансет собиралась сделать это за двоих. — Я эгоистичная сука! Я это знаю. И поверь мне, ты не захочешь, чтобы я дружила с кем-то настолько ляганым. Я довела ее до слез, когда попыталась объяснить все по-хорошему. И что? Что именно вы хотите от меня? Навязать поддельную дружбу с кем-то, кто мне даже не нравится? Ты серьезно представляешь, как я играю в куклы и сижу на ляганых чайных посиделках? Да за последние пять минут я высказала с полдюжины ругательств, а я даже не задумывалась! Я не дружу с детьми.

Как и всегда, он оставался раздражающе пассивным.

— Я хочу, чтобы ты извинилась перед ней и Шугар Бриз. И я особенно хочу, чтобы ты убедилась, что Дью Дроп понимает, что ты не ненавидишь ее. Она поймет, что не все будут ее друзьями, и это нормально. Так что нет, я не думаю, что тебе нужно становиться ее другом, но я все равно хочу, чтобы ты старалась быть с ней помягче.

Сансет фыркнула.

— Думаете, после этого она оставит меня в покое?

Наконец на лице Кристал Клира промелькнула эмоция, и он смущенно улыбнулся.

— Сильно сомневаюсь. Но это может быть хорошо для вас обеих. Тебе нужно научиться быть более терпеливой, а ей нужно научиться уважать чужое пространство.

Понимая, что это лучший вариант, который ей могут предложить, Сансет откинулась на спинку сиденья.

— Ладно, неважно. Я извинюсь.

— Без ругательств, — добавил Кристал Клир.

Сансет закатила глаза.

— Без ругательств.

— Хорошо.

Он кивнул и улыбнулся, что могло означать две вещи: грядет что-то очень хорошее или очень плохое. К сожалению, за последнюю неделю удача не улыбалась Сансет.

— С этого момента тебе придется следить за своими словами. Я говорил с миссис Даск и мисс Роуз, и мы пришли к решению.

Это определенно не хорошо. Вайолет Даск была ее социальным работником, так что у них было много причин поговорить. Но тот факт, что во время разговора они пришли к какому-то решению относительно нее? Ничего хорошего это не сулило.

— И каков вердикт? — спросила Сансет.

— Мы решили, что тебе лучше начать ходить в школу.

Сансет поморщилась от этих слов. Она знала, что это было неизбежно, и у нее была только одна надежда.

— А как насчет домашнего обучения? Я могу обучаться сама.

— Прости, но нет. Ты пройдешь распределяющий тест, но по правде мы считаем, что тебе нужно общение с детьми твоего возраста.

Сансет глубоко вздохнула. У нее осталась последняя попытка избежать этого, и она не была уверена, что это хорошая идея, но решила, что стоит попробовать.

— Пропорциональная карликовость.

Мгновенно поняв, что она имеет в виду, Кристал Клир улыбнулся.

— Мы думали об этом. Но твое медицинское освидетельствование не показало ничего такого, кроме полностью здорового ребенка примерно пяти лет.

Она не собиралась так легко сдаваться.

— Это многое бы объяснило. Ну же, ведь я откуда-то знаю этот термин.

— Я слышал, что ты читаешь словарь.

— Ох, да ладно, вы даже разговариваете со мной, как со взрослой.

Кристал Клир пожал плечами.

— Возможно ты вундеркинд. Есть несколько особенностей, которые имели бы смысл, будь ты взрослой. Очень вероятно, что у тебя высокий уровень интеллекта в определенных областях, но в то же время тебе не хватает знаний об окружающем мире.

Цепляясь за надежду, Сансет рванула вперед.

— Я могла быть каким-нибудь гением, запертым в четырех стенах и ничего не делать, только читать книги, чтобы скоротать время.

— Сансет. — он сказал это спокойным тоном, который ясно давал понять, что он ставит точку в этом вопросе. — Твой уровень гормонов именно там, где он должен быть у юной девочки. Более того, по моему экспертному мнению, то же самое можно сказать и о твоей эмоциональной зрелости.

Сансет нахмурилась. — Что это должно означать?

— Что ж, я…

— И я сейчас не о гормонах спрашиваю, — добавила Сансет с ухмылкой. — Я читала словарь.

Это вызвало у него смешок, но, кажется, немного взрослая шутка не убедила его касательно ее возраста.

— Если бы я когда-нибудь видел тебя такой спокойной и собранной, я бы скорее поверил, что это возможно. Но так уж случилось, что я лично был свидетелем некоторых эмоциональных вспышек и слышал о них от других. Также я слышал, что у тебя есть склонность плакать по ночам.

Сансет покраснела и почувствовала, как внутри нее закипает гнев. Она пыталась держать себя в руках, но чувствовала, как что-то просачивается в ее голос.

— Да, ведь у меня блядская амнезия, если вы забыли. Так что простите, что мои эмоции такие нестабильные.

Он ободряюще улыбнулся.

— Сансет, я помогаю взрослым и детям с их проблемами. Я знаю, что они по-разному справляются со своими эмоциями. Я вовсе не говорю, что у тебя проблемы с эмоциями, по общему мнению, у тебя совершенно здоровый пятилетний мозг.

Гнев Сансет мгновенно улетучился, когда она поняла значение его слов.

— И ИД* пятилетней девочки, — пробормотала она себе под нос.

— Что ты сказала?

— ИД — это... погодите, вы же знаете, что такое ИД.

— Да, конечно, но я не понимаю, к чему ты клонишь?

Сансет вздохнула. ИД — это та часть психики, которая обрабатывает реакции и импульсы. Она удивлялась, почему у нее случаются резкие перепады настроения и сильная паника. Она практически теряла контроль над собой, когда возникали экстремальные ситуации и часто вела себя как ребенок. Ее разум сохранил весь жизненный опыт и знания, которые она приобрела за семнадцать лет жизни единорога, но все остальное в ней, как и ее мозг, стало детским. Всю неделю она твердила самой себе, что ей все еще семнадцать, но, похоже, теперь это было не так.

— Сансет?

— Прекрасно, — сказала Сансет, позволяя себе как можно глубже погрузиться в кресло. — Я действительно просто испорченный ребенок.

*ИД (лат. id, англ. it, нем. Es — оно́) в психоанализе является одной из структур, описанных Фрейдом. Являет собой бессознательную часть психики, совокупность инстинктивных влечений.

## 4 - Одна в своем роде

Глава третья

Одна в своем роде

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

— Итак,  класс, сегодня у нас будет кое-что очень веселое!

Все ученики Айвори Пэйджес возбужденно ждали. Все, кроме одной.

— Рисование пальцами!

Радостные возгласы эхом разнеслись по комнате, когда класс собрался вокруг стола для рукоделия, чтобы начать рисовать свои неряшливые работы. И снова все, кроме одной. Одна ученица отступила назад и, тяжело вздохнув, вытащила из кармана резинку для волос. Кажется, все остальные совершенно не беспокоились о своей чистоте, но Сансет не хотела испачкать волосы в краске. Достаточно было того, что ей приходилось подыгрывать такому глупому занятию.

Но она ничего не могла с этим поделать. Как бы сильно она это не ненавидела, ей нужно было показать своим воспитателям, что ее можно перевести в следующий класс. Она застряла в этом мире на два с половиной года и у нее нет другого выбора, кроме как полагаться на других в своих нуждах. Два с половиной года и она не собиралась проводить все это время в детском саду.

Детский сад... почему они не могли перевести ее на несколько классов выше? Ее тесты не были тому причиной. Слова, в основном, были одинаковыми в обоих мирах, так что результаты ее тестов на чтение и понимание[1] прочитанного были буквально зашкаливающими для ее возраста. В математике имелись отличия, когда дошло до более продвинутых уровней, но она легко превзошла нормативы для людей из старшей школы. Наука была намного сложнее, некоторые принципы были схожи, но во многих отношениях мир работал по-другому, в нем не было скрытого слоя магии. Все же она легко превзошла их ожидания на два уровня. История оказалась для нее полным провалом, так как она не знала абсолютно ничего.

Все результаты указывали на то, что она должна была учиться как минимум в начальной школе, раз уж они решили, что она не может обучаться дома и должна быть с детьми близкими по возрасту. Может быть четвертый или пятый класс с дополнительными занятиями по истории. Но нет, очевидно, что полезные навыки, которым научит детский сад, были куда важнее. Даже если одним из таких навыков было размазывание краски пальцем.

Она подождала, пока остальные дети займут свои места. Айвори Пэйджес думала, что она просто застенчива, но на самом деле она тянула время. Каждая минута ожидания была минутой, когда она не покрыта краской, поэтому она притворялась, что просто терпелива, пока все остальные дети получали краски, которые хотели. Только когда она не могла больше откладывать, она взяла свою собственную краску. Даже не притворяясь радостной, она вылила немного на бумагу и начала размазывать ее.

Это несправедливо. Это не то, что она должна была получить от зеркала. Она должна была получить свои крылья, стать аликорном. Вот что показало ей зеркало, вот что ей было обещано. Не это. Зеркало не показывало ей, как она играет с краской для пальцев, не показывало, как она читает детскую книжку, в надежде произвести впечатление на мужчину, который знает о своей профессии меньше, чем она сама, не показывало, что она не может дать ответ учительнице, которая спрашивает, кем она хочет стать, когда вырастет.

— Мне... эм... мне нравится твой рисунок, Сансет, — тихо сказала Дью Дроп. — Мне нравится, что у нее есть крылья и рог.

— Спасибо, — нерешительно ответила Сансет. Дью Дроп все еще хотела подружиться с ней, даже после того, как Сансет довела ее до слез. И хотя она никогда не играла с другой девочкой, Сансет иногда терпела ее. Было намного легче работать в паре со знакомой девочкой, чем с кем-то еще из ее класса, и если она когда-нибудь решится быть честной с собой, Сансет должна признать, что чувствует себя виноватой в произошедшем.

Сансет посмотрела на своего нарисованного аликорна. Это было далеко не идеальное сходство: шерсть слишком оранжевая, а красный она использовала только на гриве. И все же выглядело не так уж плохо, не хватало только одной детали. Она окунула палец в желтую краску, за отсутствием золотой, и нарисовала корону на голове принцессы, формируя ее маленькими точками. Ей было далеко до художника, и палец был не лучшим инструментом, поэтому корона вышла неправильной формы.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/ExCroe8fHIYOWV6a9BmfuFDMw2newW2_rHQg2kn7WqNms-u-Y0ebwzQ1TX-XgF16uQLv2L1a3oP_RY8sNTOWeBSJ0Dy9aykkj3VP-sct8-oyVWJtVA9_pv_DaFxZleQnwFsGGIFN]

— Я нарисовала цветочек!

Сансет небрежно оглянулась, чтобы увидеть, что Дью Дроп действительно нарисовала цветок.

— Эмм... хмм... Это действительно неплохо, Дью Дроп.

Хотя сказано это было с минимальным энтузиазмом, Дью Дроп просияла от комплимента.

Рассудив, что ее простого рисунка должно быть достаточно, чтобы порадовать учительницу, Сансет встала и положила его на полку для сушки, прежде чем вымыть руки. Она вернулась на свое место и достала книгу, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд Айвори Пэйджес. Она выполнила задание, которое ей дали, и, учитывая, что свободное время в детском саду не было под запретом, у нее, вероятно, не будет дополнительных заданий в течение нескольких часов. Ни у кого не было причин жаловаться на ее чтение.

Сансет даже не нравилась эта книга, хотя она была по-своему притягательна. Она бы все равно предпочла роман, написанный для взрослых, но зато эта книга иногда давала ей новую информацию о том, как живут люди. Каждое слово привлекало ее внимание, так как она не была уверена, что ей нужно знать, чтобы доказать Кристал Клиру, что она может полностью понять все, что он подготовит ей.

— Сансет, время ланча, — мягко сказала Айвори Пэйджес.

Как обычно, Сансет собиралась читать весь ланч. Она все время пропускала ланч, когда училась у Селестии. Но, кажется, ее растущее тело считало иначе, и при упоминании ланча она поняла, что голодна.

Так что она смилостивилась, вложила закладку на место и спрятала книгу под стол. Дети выстроились в линию, и Сансет заняла свое место, позволив проводить себя в кафетерий. Поначалу она ненавидела этот ежедневный ритуал, она была самостоятельной и более чем способной отвести себя в кафетерий. Но вскоре она уже ходила со всеми, не жалуясь. Споры ни к чему не приведут, да были вещи похуже.

Такие вещи, как ланч. Она не была слишком общительной, и у нее не было с собой книги. Очевидно, пятилетним детям не доверяли книги, когда дело касалось еды. Глядя на своих одноклассников, Сансет сложно было с этим поспорить. Конечно, у нее не будет с этим проблем, но этого не скажешь про детей, с которыми она сидела. И в этом была ее проблема: помимо того, что оно было самой стимулирующей вещью, ее глупое чтиво для подростков также служило идеальным щитом от других детей. Они знали, что нельзя прерывать ее чтение, и, откровенно говоря, не интересовались ее книгой без картинок.

Это было бы не так плохо, если бы Шугар Бриз не училась в первом классе.

— Мисс Пэйджес сказала, что ей очень сильно понравился мой рисунок, — сообщила Дью Дроп, садясь рядом с Сансет.

"Конечно сказала, она же просто делает свою работу," — жестоко подумала Сансет. Но вслух она этого не сказала. Дью Дроп была слишком чувствительна, чтобы говорить ей что-то подобное.

— Очень мило.

Как всегда, Дью Дроп проигнорировала ее очевидное равнодушие.

— А какие твои любимые цветы?

По крайней мере это было лучше, чем говорить о куклах.

— Ликорис.

— Ликорис? Что это?

— Это вид цветов.

— Оу… — огорченно сказала Дью Дроп.

Сансет знала, что объяснение пройдет мимо ее ушей, но решила попробовать.

— Ликорис — это цветок из семейства лилий, есть разные виды. Ликорис Радиата — мой любимый. Их еще называют “красными паучьими лилиями.” Они прекрасны, но ядовиты.

— Здорово. Мои любимые розовые! — Дью Дроп счастливо улыбнулась, а Сансет ухмыльнулась и закатила глаза. Дью Дроп была такой предсказуемой.

— Однажды мисс Роуз отвела нас в… эм… ботиночный сад[2], где росло много красивых цветов.

— Ботиночный сад..? — Сансет моргнула несколько раз, а затем приложила ладонь к лицу. — Может быть ботанический сад?

— Да! Но там не было никаких ботинок... — Дью Дроп наклонила голову, как будто все еще пыталась разгадать название. Возможно так и было. — Может быть мы поедем туда еще раз, и ты тоже посмотришь.

— Я могу только надеяться, что мне так повезет, — прямо сказала Сансет. На самом деле ее не очень заботили цветы, но легче было позволить Дью Дроп болтать, чем заставить ее замолчать. Поэтому она просто ела свой ланч и время от времени вставляла безразличные фразы, не обращая внимания на то, как часто Дью Дроп говорит с набитым ртом.

Ланч подошел к концу, и все дети снова построились в ряд, чтобы вернуться в свои классы. Впрочем, они не задержатся там надолго, просто небольшой перерыв перед тем, как выйти на перемену на улицу. Дети, которые приносили ланч с собой, оставят свои ланчбоксы, им разрешается брать любые игрушки или игры, которые они захватили из дома. Как и для остальных, для Сансет это была любимая часть дня. В отличие от остальных, потому, что это было единственное время, когда ее гарантированно оставляли в покое. У других детей были друзья, с которыми они могли играть, а поскольку у детсадовцев и первоклассников был общий перерыв, то и у Дью Дроп тоже. Это длилось всего полчаса, но она проведет в полном одиночестве эти тридцать восхитительных минут.

Сансет достала свою книгу из-под стола и быстро направилась к двери. Ее всегда поражало то, как медленно ее одноклассники делают что-то настолько простое, как подготовка к перемене.

— Сансет, почему бы тебе не поиграть сегодня? — спросила Айвори Пэйджес, пока они дожидались остальных детей.

“Потому что я умнее тебя, а ты хочешь, чтобы я играла в ладушки с детьми, которые, наверное, все еще мочатся в постель.” Но этот ответ вряд ли бы устроил учительницу, так что Сансет выдавила правдоподобную улыбку. — Мне просто действительно интересно, чем закончится моя книга.

Айвори Пэйджес опустилась на колено, чтобы было удобнее говорить с ней.

— Я очень рада, что тебе нравится читать. Но бегать и разминаться также очень важно.

— Я, между прочим, довольно много разминаюсь дома, — солгала Сансет. Ей показалось, что это было не очень убедительно, да и Айвори Пэйджес не выглядела убежденной.

— Ты знаешь, что такое компромисс? —  спросила она покровительственным приторным голосом.

Сансет пришлось подавить свою первоначальную реакцию, вместо этого она выбрала пассивно-агрессивную.

— Компромисс — это соглашение, в котором обе стороны извлекают выгоду из результата или, по крайней мере, смягчают потери между собой. Однако, учитывая текущий контекст, наш "компромисс" подразумевает, что вы заставляете меня отказаться от моего романа, несмотря на то, что перемена, по факту, является свободным временем для нас, чтобы мы могли насладиться тем, что выбрали.

Это почти стоило того. Сансет все равно предпочла бы читать книгу, но видеть ошеломленное выражение на лице учителя было почти так же хорошо. Сансет усмехнулась и пожала плечами.

— Я читала словарь.

Взяв себя в руки, Айвори Пэйджес снова улыбнулась.

— Что ж, это очень впечатляет, Сансет, но почему бы тебе пока не оставить книгу у меня? Я думаю, если ты просто попробуешь поиграть с другими детьми, тебе будет намного веселее, чем ты ожидаешь. И если ты все еще предпочтешь читать, ты можешь вернуться за книгой в середине перемены.

Почему пятнадцать минут кажутся намного менее восхитительными, чем тридцать?

— Полагаю, указание на то, насколько это несправедливо, ничего не изменит?

— Попробуй, это будет весело!

Хотя это был даже не ответ, Сансет просто вздохнула и протянула книгу. Она демонстративно смотрела вперед, не обращая внимания на заверения Айвори Пэйджес о том, что ей понравится.

Примирившись со своей судьбой, Сансет могла только отправиться к остальным и покинуть с ними класс. Айвори Пэйджес вывела их на игровую площадку позади школы, где дети быстро разбились на группы со своими друзьями.

Сансет осмотрелась, пытаясь придумать, как лучше воспользоваться ситуацией. Она могла спокойно посидеть на своем обычном месте под тенистым дубом на краю игровой площадки, но теперь ей там нечего было делать, кроме как смотреть, как играют другие дети. Айвори Пэйджес сказала, что она должна играть, чтобы размяться. Сансет сомневалась, что это было правдой, но если она немного побегает, то сможет убрать один из аргументов учителя. Хотя, скорее всего, та просто заявит, что Сансет нужно проводить больше времени, общаясь.

— Сансет!

Или Дью Дроп заметит, что она без своей книги, и Сансет потратит все время на то, чтобы отмазаться от какой-нибудь дурацкой игры.

Сансет обернулась и увидела, что Дью Дроп счастливо улыбается, заложив руки за спину, а Шугар Бриз хмурится, скрестив руки на груди. По крайней мере, будет легко убедить одну из них, что Сансет просто хочет, чтобы ее оставили в покое.

— Вы двое выглядите так, словно вам очень весело, так что не буду вам мешать, — Сансет помахала рукой и повернулась, чтобы уйти.

— Подожди! — крикнула Дью Дроп. Сансет знала, что это будет не так просто. — Я знаю игру, в которую ты захочешь сыграть. Мы играем с пони!

Сансет обернулась, открыв рот, она увидела, что Дью Дроп вытянула руки, в каждой была маленькая игрушечная пони. Она быстро сократила расстояние между ними и взяла одну.

Дью Дроп рассмеялась.

— Я знала, что тебе понравится эта игра, потому что ты рисовала.

Сансет посмотрела на нее и снова вернулась к игрушке. Она не могла найти слов, чтобы ответить. И не было слов, чтобы описать ее чувства. Она думала, что на Земле нет пони, даже не рассматривала такую возможность. И все же вот, она была у нее в руках.

Она выглядела немного странно. Пропорции были нарушены, цвет казался тусклым, и не было кьютимарки. Тем не менее, это было не страннее, чем любая из человеческих кукол, которые она видела. — Я не... я думала... — она снова повернулась к Дью Дроп. — Где ты ее взяла?

Дью Дроп восторженно улыбалась, в то время как Шугар Бриз выглядела скептически.

— Они мои, — сказала Шугар Бриз. — А эта моя любимая, так что отдай.

Сансет не сразу отреагировала, поэтому Шугар Бриз выхватила пони из ее рук.

— Эй! Я просто смотрела, я не собираюсь поломать твоего пони.

Судя по брошенному ей взгляду, Шугар Бриз в этом сильно сомневалась.

У Дью Дроп не было никаких возражений, так что она протянула Сансет другую игрушку.

— Так ты поиграешь с нами?

Сансет взяла предложенную игрушку и тоже рассмотрела ее. Она была абсолютно идентична, за исключением цвета.

— Дью Дроп, я... а что насчет настоящих пони?

— Я... эм... — Дью Дроп нахмурилась на миг, а потом снова улыбнулась. — Мы можем притвориться, что это настоящие пони!

Сансет покачала головой. — Я хочу... нет, мне нужно увидеть настоящую пони. Где они живут? Кто-нибудь из вас знает? Почему я их не видела? Разве в школе не должно быть хотя бы нескольких?

С каждым вопросом Сансет становилась все больше раздражительной. В голове проносились различные варианты: она представляла пони в заточении, как второсортных граждан или еще чего хуже. Она чувствовала, как сжимается ее грудь, когда она цеплялась за какую-то мысль, которая имела бы смысл, и могла бы объяснить ход вещей, не превращая в монстров существ, с которыми она жила.

Дью Дроп сделала шаг назад, и Шугар Бриз встала между ней и Сансет.

— Ты опять странно себя ведешь!

Сансет стиснула зубы и попыталась побороть панику. Она знала, что уйдет в себя, если запаникует, и она не могла. Ей нужны были ответы.

— Шугар Бриз, послушай меня, это важно. Мне действительно нужно знать о пони.

— Отдай мне мою игрушку! — Шугар Бриз нахмурилась и протянула руку. — Я знала, что нам не стоило пытаться играть с тобой, ты ненормальная!

Это то, что думают люди? Что пони ненормальные? Сансет стиснула зубы, ее пальцы крепче сжали игрушку.

— Я не ненормальная!

— Отдай ее! — Шугар Бриз потянулась к пони, но Сансет убрала руку. Шугар Бриз с криком кинулась на Сансет, повалив обоих на землю.

Сансет держала пони как можно дальше от Шугар, а другую руку использовала, чтобы не подпустить ее.

— Слезь с меня, ляганная тварь!

— Отдай мне мою игрушку!

Дью Дроп громко закричала.

Внезапно Шугар Бриз отцепилась от нее, а саму Сансет подняли. Шугар держал учитель, которого Сансет не узнала, а Айвори Пэйджес держала за руку ее.

— Что здесь происходит!? — спросил другой учитель.

— Она забрала моего пони! — зло сказала Шугар.

Сансет нахмурилась и огляделась. Дью Дроп все еще плакала, застыв на месте. Как и Сансет, учитель держал Шугар только за одну руку. Айвори Пэйджес хмуро смотрела на нее.

— Сансет, это ее игрушка?

Сансет посмотрела на пони в своей руке. В какой-то момент она перестала быть просто игрушкой и стала символом чего-то большего. Она ничего не знала о пони в этом мире и боялась ответа.

Она снова посмотрела на Шугар, которая сердито уставилась на нее. Это выглядело как вызов. Сансет подняла пони, словно собираясь вернуть его, но когда Айвори Пэйджес хотела забрать его, она швырнула игрушку как можно дальше.

— Сансет Шиммер!

Он приземлился за школьным забором, и на мгновение Сансет почувствовала восторг.

Только на мгновение.

— Моя мама подарила мне его! — сказала Шугар Бриз до того, как повернуться к Сансет. Однако ее злоба не длилась долго, вскоре она сменилась слезами. Она зарыдала даже громче, чем Дью Дроп.

Сансет опустила взгляд и засунула руки в карманы. Айвори Пэйджес читала ей нотации, пока другая учительница обещала Шугар Бриз, что они вернут игрушку. Сансет не слушала их, в ее голове крутилась одна мысль.

“Что лягать со мной, не так?“

Другая учительница должно быть согласилась присмотреть за двумя классами, потому что в какой-то момент Сансет обнаружила, что Айвори Пейджес куда-то ведет ее. Она не задавала вопросов и не отвечала на вопросы, которые задавали ей. Они пришли в ту часть школы, где она никогда раньше не была и добрались до двери с табличкой "Директор Скарлет".

Когда они вошли, директор подняла голову и тепло улыбнулась.

— Здравствуйте, мисс Пейджес. Что я могу для вас сделать?

— Только что на перемене произошла небольшая драка, — сказала Айвори Пейджес. — Сансет Шиммер и Шугар Бриз, первоклассница. Одна из моих учениц, Дью Дроп, тоже там присутствовала и дружит с ними.

— Понятно, — директор Скарлет хмуро посмотрела на Сансет, которая смотрела сторону, как будто игнорируя весь разговор.

— Кажется это произошло из-за игрушки, но Сансет не отвечает на вопросы, а Шугар Бриз и Дью Дроп были сильно расстроены.

Даже сквозь ауру безразличия Сансет не могла не нахмуриться, намекая, что не следует думать, что она не расстроена, только потому, что не плачет. Это было типично, никто не обращает внимания на эмоции, которые могут скрываться внутри.

— Я понимаю. Сансет Шиммер… она новенькая девочка из Новых Горизонтов, не так ли?

Говорили так, словно ее тут нет, Сансет подметила незаданный вопрос: все ли в порядке у нее с головой?

— Да, — ответила Айвори.

— Тогда ладно. Я позвоню в Новые Горизонты, и мы посмотрим, захочет ли Сансет открыться.

Айвори Пэйджес кивнула.

— Хорошо. Тогда я возвращаюсь назад в мой класс. Бедняжки, наверное, очень взволнованы.

— Отлично, — сказала директор Скарлет, пожалуй слишком эмоционально. — Дайте мне знать, если могу еще что-то сделать.

— Обязательно, — Айвори Пэйджес опустилась на колени, чтобы поговорить с Сансет перед уходом. — Ладно, Сансет, веди себя хорошо перед директором. Она хочет только помочь тебе.

Сансет не ответила, так что Айвори Пэйджес просто встала и вышла.

— Присаживайся, пожалуйста, Сансет, — директор Скарлет указала на стул напротив нее. Сансет подчинилась. — Хочешь поговорить о том, что случилось?

— Нет.

— Ты ведь знаешь, что драться нехорошо, не так ли?

— Да.

— Так почему же вы подрались?

Сансет нахмурилась и посмотрела ей в глаза.

— Зачем вы начали с вопроса, чтобы потом проигнорировать мой ответ?

Директор Скарлет была застигнута врасплох и не смогла вовремя ответить. Когда она это сделала, то сделала с ухмылкой.

— Прошу прощения?

— Вы спросили, хочу ли я поговорить о драке. Тогда я сказала: "Нет”. По правилам разговорного этикета вы должны, по крайней мере, попытаться заставить меня передумать, но вместо этого вы решили просто задавить меня вопросами.

Ухмылка Скарлет превратилась в широкую улыбку.

— Ты…

— …очень интересный ребенок, — закончила за нее Сансет. — Мне говорили это.

По крайней мере, кому-то понравились манеры Сансет. Скарлет облокотилась на стол и улыбнулась, стараясь не выглядеть снисходительной.

— Ну извини, что я вела себя так грубо. Но, к сожалению, нам нужно поговорить о том, что произошло, хочешь ли ты этого или нет.

— Почему бы вам не спросить Шугар Бриз и Дью Дроп?

Мы так и сделаем. Но у каждой истории есть две стороны, и я бы хотела услышать твою.

— На самом деле тут только одна версия, и они скажут вам тоже самое. — Сансет откинулась на спинку стула и сложила руки на коленях. — Дью Дроп спросила, хочу ли я поиграть с ней и Шугар Бриз. Я сказал им "нет", но потом увидела игрушки, с которыми они играли.

Сансет нахмурилась, прокручивая в своей голове произошедшее. Все слишком быстро вышло из-под контроля. Было очевидно, что Шугар Бриз и Дью Дроп понятия не имеют, о чем она говорила. К тому времени, когда Шугар Бриз назвала ее ненормальной, она была так взвинчена, что даже не поняла, что это не потому, что она пони. Они не могли ничего об этом знать и видели только, что она разглагольствует, как сумасшедшая. Нет, Шугар Бриз назвала Сансет ненормальной по одной простой причине: она была ненормальной.

— Я не хотела играть с ними, я хотела эти игрушки для себя. Так что я толкнула Дью Дроп и взяла одну. Шугар Бриз сказала мне оставить ее подругу в покое, и я ударила ее. Я пыталась убежать с ее игрушкой, но Шугар повалила меня. Тогда-то и вмешались учителя, а потом я разозлилась и бросила игрушку через забор.

Что ж, директору Скарлет это определенно не понравилось.

— Это был очень плохой поступок, Сансет.

Сансет пожала плечами и ухмыльнулась.

— Технически это были несколько очень плохих поступков.

Скарлет не нашла это смешным.

— Ты знаешь, мне придется доложить об этом твоим воспитателям?

— Не сомневалась в этом.

Скарлет забарабанила пальцами по столу, обдумывая ситуацию.

— Должна сказать, я разочарована. Ты прекрасно осознаешь, что поступила неправильно, но, кажется, совсем не сожалеешь об этом.

Сожалеть об этом? Что заставила двух маленьких девочек плакать? Ввязалась в драку с кем-то, в треть ее возраста? Выбросила игрушку, которая могла быть бесценна для кого-то? Стала хулиганкой, которой она никогда не собиралась становиться?

О чем тут вообще сожалеть?

— Если вам все равно, у меня есть воспитатели в приюте, социальный работник и психолог, которые прочитают мне одну и ту же лекцию. Плюс, вы знаете, что я живу с Дью Дроп и Шугар Бриз, так что я уверена, что кто-то заставит меня извиниться перед ними рано или поздно. Так что вы можете просто позвонить в Новые Горизонты, чтобы это началось.

Повисло очередное молчание, но вскоре Скарлет вздохнула и взяла телефон, который стоял на краю стола. Она набрала номер и поднесла трубку к уху, когда на той стороне ответили, она поприветствовала Роуз Петал.

“Ну конечно Роуз Петал подняла трубку. Потому что кто-то другой был бы для меня слишком удачным.”

Ее первоначальное мнение о Роуз Петал не сильно изменилось. Она была немного властной, но она также была одной из наименее неприятных опекунов в приюте.

Повесив трубку, Скарлет повернулась к Сансет.

— Кто-нибудь придет за тобой.

— Прекрасно, — Сансет смотрела в сторону и ждала продолжения, но, похоже, это было все. В конце концов, что еще можно было сказать?

Скарлет вернулась к своим бумагам, а Сансет молча осматривала комнату. На стенах висели множество плакатов с мотивационными посланиями, но в остальном это был довольно милый кабинет. Ей нечем было занять себя, и это напомнило ей кое о чем другом. У нее не было книги.

— Что ж… могу я забрать свои вещи?

— Я попрошу кого-нибудь забрать их для тебя, — сказала Скарлет. Затем она вернулась к своим бумагам.

Сансет еще немного огляделась, затем сказала.

— Хорошо, — в надежде, что это побудит Скарлет послать кого-нибудь за вещами. Но этого не произошло.

Она почувствовала огромное облегчение, когда раздался стук в дверь, даже если Сансет не очень-то хотелось говорить с Роуз Петал о драке.

— Войдите, — отозвалась Скарлет.

Дверь открылась, чтобы явить двух человек, но ни одна из них не была Роуз Петал. Сансет предположила, что одна была кем-то вроде секретарши, потому что она не узнала ее. Другой оказалась женщина с пурпурной кожей и длинными волосами цвета виноградного джема, и Сансет была не рада ее видеть.

— Здравствуйте, директор Скарлет, — сказала она. — Меня зовут Вайолет Даск, я здесь из-за Сансет. — Ее социальный работник повернулся к ней. — Привет, Сансет. Ты поранилась?

Это был не тот вопрос, которого ожидала Сансет.

— Нет, все в порядке. — Сансет пришла в голову мысль, что никто еще не удосужился спросить ее об этом.

— Рада это слышать. Нам с директором Скарлет нужно поговорить, а потом я отвезу тебя обратно в Новые Горизонты.

Сансет последовала за секретаршей к передней части здания, где ее снова попросили подождать. От скуки она стала читать брошюру о школе, отметив, что они учат детей пользоваться компьютерами — чем-то, что ей попробовать еще не доводилось.

Прошло некоторое время, прежде чем Вайолет Даск вернулась, когда она это сделала, то захватила с собой рюкзак Сансет. Она остановилась, чтобы поблагодарить секретаршу, затем повела Сансет к машине.

— Ты голодна? — спросила Вайолет, когда они сели.

— Нет, я поела, — Сансет застегнула ремень безопасности и открыла свой рюкзак. — Как вы добрались до меня? Я думала, что это будет Роуз Петал.

— Я была с ней, когда позвонила директор Скарлет. Так как я все равно собиралась встретиться с тобой после школы, мы решили, что будет лучше, если я заберу тебя сейчас. Кстати о мисс Роуз, я сказала, что позвоню ей, как только мы уедем. Тогда мы сможем пойти куда-нибудь поговорить. — Так оно и было. Она еще не упоминала о драке, но, конечно, разговор состоится.

Вайолет достала сотовый телефон и набрала номер.

— Привет, Роуз. Это Вайолет. Сансет со мной, она в порядке. Я видела Дью Дроп, когда забирала рюкзак Сансет, она немного потрясена, но тоже в порядке. Шугар Бриз была с другим администратором[3], но, похоже, ничего серьезного не произошло. — Она на мгновение замолчала. — Да, конечно. — Еще одна пауза. — Хорошо, тогда увидимся чуть позже. Пока. — Она сбросила звонок и завела машину. — Все твои вещи в рюкзаке? — спросила она, начиная сдавать назад.

Сансет вздохнула.

— Все, кроме моей книги.

Автомобиль остановился, затем вернулся обратно на парковочное место.

— Я сейчас вернусь, никому не открывай двери, кроме меня. — Вайолет

вышла из машины. Она оставила двигатель включенным, но заперла двери.

Сансет наблюдала за ней с легким недоумением. Она ожидала услышать комментарий о том, что ей придется обойтись без книги, поскольку она вела себя плохо.

Через несколько минут Вайолет вернулась. Сансет открыла дверь, чтобы впустить ее, и она протянула ей книгу.

— Спасибо, — сказала Сансет, недоверчиво глядя на нее.

— Всегда пожалуйста. — Они снова стали выезжать с парковки. — Что-нибудь еще?

— Нет, это все.

Вайолет кивнула и выехала на дорогу. Сансет хотела спросить, зачем она вернулась за книгой, если та могла стать частью наказания за плохое поведение, но не стала рисковать.

— Так что произошло сегодня? — спросила Вайолет. Ее тон не был злым, но она никогда не сгущала краски. Вайолет Даск была практичной женщиной, которая хотела быстро добраться до сути любого дела и временами из-за этого казалась резкой. Сансет никто не нравился, но терпеть Вайолет было проще, чем остальных.

— Разве директор Скарлет не рассказала вам?

— Я бы предпочла услышать это от тебя.

Сансет смотрела в окно, пока говорила. Она рассказывала эту историю во второй раз, ту же версию, что и директору Скарлет, но ее уже тошнило от нее. Без сомнения, ей придется повторить это еще несколько раз.

— Это на тебя не похоже, — подметила Вайолет, когда Сансет закончила.

— Вы едва меня знаете, — с горечью сказала Сансет.

— Ты права, не знаю. — Вайолет заехала на парковку ресторана быстрого питания. — Вот к примеру, нравится ли тебе мороженое?

Вернуться за книгой — это одно, но предложить ей мороженое? Сансет могла придумать только одно объяснение.

— Это все часть плана “Заставить меня полюбить тебя, чтобы открыться”, не так ли?

— Хорошая догадка, но нет. Это часть плана “Я еще не обедала, так что мы остановимся тут так или иначе”.

— Неужели? — сомневаясь, спросила Сансет. — Мороженное?

Вайолет пожала плечами.

— Ты сказала, что не голодна, и я просто предложила что-нибудь, потому что я собираюсь поесть.

Это было хорошее оправдание, даже если Сансет все еще подозревала, что у Вайолет были скрытые мотивы. Все же не было причин отказываться.

— Да, я люблю мороженое.

Войдя в ресторан, они прекратили разговор и стали ждать в очереди на заказ. Вайолет заказала вегетарианский бургер и мороженое для Сансет.

— Ты вегетарианка? — спросила Сансет.

— Нет. Мне просто нравится вегетарианский бургер.

Ах. Еще одна попытка расположить к себе Сансет. Было бы удивительно, если бы она была вегетарианкой. Сансет не встречала никого, кроме себя, кто не ел бы мяса.

Они взяли заказ и сели за столик. Вайолет поставила картошку фри между ними, чтобы Сансет тоже могла ее достать.

— Единственное, что я о тебе знаю — это то, что ты умная, — сказала Вайолет, резко вернувшись к их разговору. — Пытаться украсть чужую игрушку? Не умно.

Сансет откусила кусочек мороженого.

— Да, думаю, это было довольно глупо.

— Ты должна была знать, что она все расскажет учителю.

— Я, наверное, не подумала.

— Если бы это была другая девочка, ты могла бы заявить, что это действительно твоя игрушка. Но так как ты живешь с Шугар Бриз, ты знаешь, что Роуз Петал узнает это в конце концов.

— Как я говорила, я не все обдумала.

Вайолет откусила несколько кусочков гамбургера, прежде чем продолжить, давая возможность Сансет осознать всю неправдоподобность ее рассказа.

— Так ты расскажешь мне, что произошло на самом деле?

Сансет закатила глаза, словно не веря, что Вайолет может сказать, что она лжет.

— Все было именно так, как я сказала.

— Почти все, но не совсем.

Проклятье! Обычно людей так легко обмануть. Даже Кристал Клир не был таким проницательным, как Вайолет Даск, особенно учитывая, что это была всего лишь третья встреча Сансет с ней. Она полагала, что дело в их профессиях — клиенты Кристал Клира хотят открыться ему, чтобы тот помог им, насколько это возможно, в то время как Вайолет Даск просто нужны ответы, часто от людей, которые постоянно ей лгут.

— Если ты беспокоишься о том, что я доставлю неприятности Шугар Бриз или Дью Дроп, ты должна знать, что они меня не волнуют. Только ты.

— Ну, разве я особенная? — Сансет съела большую часть мороженого, пока размышляла. Она не понимала, что выиграет, если скажет правду, и не хотела, чтобы Вайолет что-нибудь рассказала Роуз.

Вайолет доела бургер, но осталась сидеть. — Еще одна вещь, которую я знаю о тебе, это то, что раньше ты не проявляла интерес к игрушкам.

Назад к дырам в ее истории. И судя по тому, что они не сдвинулись с места, это была тактика “мы не уйдем отсюда, пока ты не дашь мне честный ответ”.

— Это, ух… это потому что, это был пони.

Вайолет вопросительно посмотрела на нее.

— Тебе… нравятся пони?

Сансет сложила руки на груди и отвернулась.

— Большинству девочек твоего возраста нравятся пони, — заверила ее Вайолет. — Я просто не привыкла, что ты ведешь себя как девочка твоего возраста.

Это только уменьшило вероятность того, что Сансет откроется ей. Но все же она могла стать бесценным источником информации.

— Э-э... Так что вы можете рассказать мне о пони?

— Боюсь, не очень много, — Вайолет пожала плечами. — Все, что я знаю, что они как маленькие лошади.

Ох. Это все объясняло. Лошади вымерли, и пони в этом мире тоже. Игрушечные пони ничем не отличались от игрушечных динозавров, а многие дети любят динозавров. Неудивительно, что она казалась ненормальной.

Каким-то образом осознание того, что пони вымерли, заставило ее почувствовать себя более одинокой, чем вера в то, что их никогда не существовало.

— Может я смогу достать тебе книгу о пони, если ты за…

— Правда? — Сансет обернулась, чтобы посмотреть на Вайолет, но вскоре покраснела от своего всплеска эмоций. Она отвернулась, и на ее лице снова появилось недовольное выражение. — Я... э-э-э... думаю, меня заинтересует что-нибудь в этом роде.

— Я могу попытаться, — Вайолет наклонила голову. — Но нам все равно нужно поговорить о том, что произошло сегодня на самом деле.

Умно. Подразни чем-нибудь желанным, а потом используй это как подкуп. И все это без внятного разъяснения, что происходит. Сансет восхитилась бы этим трюком, если бы его не использовали против нее.

— Я стала расспрашивать о пони и, наверное, меня немного занесло. Я испугала Дью Дроп или что-то в этом роде, так что Шугар Бриз назвала меня ненормальной, и я разозлилась на нее. Я не отдала ей игрушку, но она мне даже не была нужна. Я... я действительно не подумала тогда.

Вайолет улыбнулась ее признанию.

— Это нормально испытывать злобу, но ты должна держать себя в руках. Ведь все совершают ошибки, и ты должна перед ней извиниться также, как и она должна извиниться за то, что сказала.

Сансет нахмурилась.

— Она не должна ни за что извиняться. Вот почему я не хотела говорить правду, я знала, что никто ее не получит. Я была не права, не она.

— Сансет, ты не ненормальная. Ты…

— Я действовала одна. Она просто хотела защитить друга, а потом я… — Сансет положила руки на колени и уставилась на стол. — Ее мама подарила ей эту игрушку, а… я выкинула ее. Простые извинения не изменят этого.

— Тогда что ты собираешься делать? Потому что прятаться в своей комнате тоже делу не поможет.

Сансет думала о том, чего хочет. Она хотела, чтобы все оставили ее в покое, особенно Шугар Бриз и Дью Дроп. В теперешнем положении вещей это было почти очевидно. Зачем утруждать себя даже попытками загладить вину, если она явно не могла? А даже если бы и могла, это не помогло бы ей.

— Могли бы… мы вернуться в школу? — тихо спросила Сансет. — Я… ух… я знаю, куда она упала, и может…

Вайолет собрала мусор, оставшийся после обеда и встала.

— Да, мы можем.

[1] В Штатах существует такой тест. Детей тестируют на понимание прочитанного ими текста.

[2] В оригинале Дью Дроп говорит “a boat garden” вместо “а botanical garden” и удивляется, что там не было никаких лодок. Пришлось поменять лодки на ботинки, чтобы сохранить каламбур в стиле Корнея Чуковского “От двух до пяти”

[3]  Аналог нашего завуча.

Девиант арт рисунка by:Rufina-Tomoyo

Еще Pasu-Chan нарисовал небольшой комикс про Сансет в детском саду

## 5 - Удар под дых

Глава пятая

Удар под дых

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/cK7bH6jrMjJmhYAwFxyMdQSo2Ge7thLY_LcNRryJS8dsRPGF5Ike7B6N2yqdWdIguyPFKxvgGsFlCH-DDPt3W7n2Kds2PC_aBzaNf50q8IzsGd5-xhFDeQ4vuzaKB68ZWiX5hVba]

Сансет не была полна надежд. Она застряла в ловушке на Земле уже больше двух недель назад и пробудет тут еще два года. Ее заставляли ходить в детский сад, обращались с ней как с ребенком. Хуже всего было то, что она испытывала резкие перепады настроения, вызванные взрослыми воспоминаниями и знаниями, которые пытались ужиться с ее пятилетним мозгом.

Во всех отношениях жизнь Сансет была адом. И все же на этот раз она была по-настоящему взволнована. Она ждала, сидя на кровати, листая юношеский роман, который дал ей Кристал Клир. Она прочла его три раза и была готова показать свое понимание всех мыслимых аспектов этой истории. И как только она это сделает, ей наконец-то дадут то, чем она сможет по-настоящему насладиться — книги о магии технологий и романы, действительно подходящие для ее возраста!

Стук в дверь заставил ее подскочить. Даже если это означало лекцию о драке с Шугар Бриз, оно того стоило. Она даже улыбнулась, когда дверь открылась, и поприветствовала Роуз Петал.

— Здравствуйте, мисс Роуз. Я готова к встрече.

Видя такую радостную перемену, Роуз Петал не смогла сдержать улыбку.

— Я вижу. Произошли небольшие изменения в планах, но не волнуйся. Это станет хорошим сюрпризом.

Улыбка Сансет слегка угасла.

— Я ведь увижусь с Кристал Клиром, верно?

— Да, дорогуша. Но не спрашивай меня про сюрприз, я не скажу. Тебе придется пойти со мной, чтобы узнать.

Слегка опасаясь, Сансет последовала за воспитательницей. Было нетрудно представить сюрприз, который мог ей понравиться — она умирала от желания получить компьютер, но если этот большой сюрприз окажется чем-то, что обычно привлекает пятилетнего ребенка, то Сансет предпочла бы обойтись без него.

Первое отличие бросилось в глаза почти сразу же. Раньше Роуз Петал отвозила ее на встречи в офис Кристал Клира. Но сегодня он сидел в фойе. Более того, он разговаривал с Вайолет Даск, и Сансет не была уверена, хорошо это или плохо.

Видеть их двоих вместе было довольно интересно. Оба постоянно носили деловые костюмы, но одежда Кристала была искусно сшита, возможно на заказ, и, должно быть, была очень дорогой. С другой стороны, у Вайолет она тоже была в хорошем состоянии, но выглядела так, будто ее продавали со скидкой.

Вайолет первая заметила ее.

— Привет, Сансет. Как твои дела?

— У меня все хорошо, — ответила Сансет. Она повернулась к Кристал Клиру, который улыбнулся и помахал ей. — Я закончила книгу и готова доказать, что поняла ее.

— Я вижу, — сказал он, взяв протянутую книгу. — Боюсь, у нас будет не так много времени, как я рассчитывал, чтобы поговорить об этом, но я помню о нашем уговоре. Я уже оставил тебе несколько новых книг у мисс Роуз, и ты сможешь рассказать мне все, что прочла, во время поездки.

Хотя Сансет было не совсем комфортно от того, что она не сможет увидеть книги, пока Кристал Клир не уйдет, она полагала, что ничего не сможет с этим поделать. Вместо этого она решила сосредоточиться на предстоящем дне.

— Так что мы будем сегодня делать?

— Ну, я слышал об инциденте, который произошел в школе на днях, — сказал Кристал. Сансет, должно быть, выглядела обеспокоенной, поэтому он ободряюще улыбнулся. — Как бы мне ни хотелось поговорить с тобой об этом напрямую, судя по всему, миссис Даск скрыла этот инцидент, так что тебе ничего не угрожает. Но кое-что другое привлекло мое внимание. Сансет, почему тебя так заинтересовали пони?

Если до этого она выглядела встревоженной, то что творилось на ее лице сейчас, она не могла даже представить.

— Я... э-э... разве... разве девочки моего возраста не любят пони? — она выдавила невинную улыбку, но поняла, что, возможно, перестаралась.

— Любят, — признал Кристал Клир. — Вероятно в этом нет ничего, кроме общего интереса. Но у меня есть теория. Поскольку это первый раз, когда ты так сильно за что-то цепляешься, я думаю, это может быть связано с твоими воспоминаниями. Вполне возможно, что где-то в твоем прошлом были пони.

Это чертовски мягко сказано.

— Что вы имеете в виду? — спросила Сансет, изо всех сил стараясь скрыть волнение.

Кристал Клир пожал плечами.

— Это может быть что угодно, например твои родители работали с пони. Но даже если это что-то простое, как любимое телешоу с пони, это все равно может привести нас к большим открытиям. Иногда воспоминание даже самой маленькой детали приводит к гораздо большему.

Сансет вздохнула с облегчением. Они понятия не имели, что происходит на самом деле.

— Думаю, в этом есть смысл, но я не помню ничего такого.

— Мы так и думали, — сказала Вайолет Даск. — Так что у нас появилась идея. Сансет, хочешь сходить посмотреть на пони?

Тело Сансет обмякло, и она замерла с открытым ртом.

— Н… настоящий? Настоящий живой пони?

— Да, настоящий живой пони, — заверила ее Вайолет. — Доктор Клир считает, что это поможет тебе вспомнить прошлое, так что стоит попробовать.

Обычно она не выражала эмоции в большой степени, всегда сохраняя спокойный и собранный образ. Но увидев, что волнение Сансет растет, Вайолет присоединилась к остальным с восторженной улыбкой.

— Мы можем поехать сейчас? — спросила Сансет.

— Да, если ты готова, мы можем ехать прямо сейчас, — ответила Вайолет.

Роуз Петал хихикнула у нее за спиной.

— Если бы я только могла найти время, чтобы навестить пони вместе с тобой. Боюсь, у меня слишком много дел, так что расскажешь мне все, когда вернешься.

Сансет кивнула.

— Хорошо. — Это была слишком маленькая цена за такой шанс. Она повернулась к остальным. — Я готова, поехали!

Кристал Клир придержал для них дверь, Роуз Петал помахала им на прощание. Они сели в машину Вайолет, Сансет устроилась на заднем сиденье.

— Это не слишком далеко, но мы все равно должны использовать время по максимуму, — сказал Кристал, когда все пристегнулись. — Думаю, на обратном пути нам будет о чем поговорить, так что расскажи мне, что ты думаешь об этой книге.

— Ах да, — сказала Сансет. Она забыла о книге. Сейчас она казалась ей намного менее важной, ей было даже все равно, какие книги ей оставили. Они ехали поговорить с кем-то вроде нее, и она больше не будет одинока.

* * *

Дома мелькали все реже по мере того, как они удалялись от города. Когда машина остановилась, Сансет увидела вдалеке лес, и это впервые заставило ее осознать, как мало она знает об окружающей местности.

Впрочем, это тоже не слишком ее беспокоило, потому что, по-видимому, они прибыли к месту назначения. Это оказались большой красный дом на открытой местности и красный деревянным амбар позади него.

— Вот оно, — сказала Вайолет Даск, когда они вышли. — Ферма Сладкое Яблочко. Крупнейший поставщик яблок в регионе, а также дом для нескольких пони.

— Нескольких?! — День становился все лучше и лучше. Сансет взволнованно огляделась, надеясь увидеть пони за работой. Хотя в Эквестрии ей никогда не нравилось находиться рядом с пони, занятыми физическим трудом, она не собиралась становиться привередливой. Она была бы рада встретить хоть каких-нибудь пони, проведя столько времени с людьми.

Кристал Клир усмехнулся.

— Спокойно, Сансет. Скоро у тебя будет возможность увидеться с пони. Но сначала мы встретимся с людьми, которые здесь живут.

Сансет безропотно последовала за ним, только заерзала на месте, когда они приблизились к дому, и он постучал в дверь.

— Иду, — раздался мужской голос с другой стороны. Мгновение спустя дверь открылась, и там показался самый крупный человек, которого Сансет когда-либо видела, как по размеру, так и по телосложению. Кожа его была золотистого цвета, ярко-зеленые волосы росли по всему телу и закрывали большую часть лица. Когда он заговорил, его голос был таким же мягким, как и глубоким. — Ну, привет, юная леди. Я думаю, ты здесь, чтобы познакомиться с пони.

—  Да, — подтвердила Сансет, отодвинувшись назад, чтобы рассмотреть его целиком. — Меня зовут Сансет Шиммер. — Так как она хотела произвести хорошее впечатление на людей, которые жили с пони, она протянула руку для приветствия.

Он рассмеялся, пожимая ей руку, у Сансет сложилось впечатление, что он не привык к маленьким девочкам, которых не пугали его размеры.

— А я Эппл Спайс. А ты храбрая девчушка, совсем как моя малышка. Она примерно твоего возраста. — Ну, по крайней мере, не слишком привык.

Он вышел из дома, закрыв за собой дверь, и пригласил их следовать за ним.

— Прямо сюда. Благоверная на заднем дворе проверяет, готов ли Каштан.

Сансет была в равной степени взволнована и насторожена. Она отчаянно хотела увидеть другого пони, почувствовать в нем родственную душу, что, какой бы она ни была, они одинаковы. Но она замечала тревожные нотки в каждой фразе. Почему кто-то должен был убедиться, что Каштан готов? Была ли она права, когда предположила, что пони порабощены людьми? Может быть пони, с которым она собиралась встретиться, держат в плену, принуждают к труду на ферме, управляемой людьми, а хозяева-люди заботятся о том, чтобы Каштан выглядел презентабельно для других?

Она все узнает, когда они встретятся, поэтому она отогнала дурные мысли прочь. Когда они подошли к амбару, Сансет была разочарована, никаких пони не было, только человеческая женщина с ребенком. Если ее муж был тестостероном в человеческом облике, то она, определенно, казалась самой добросердечной женщиной. Она была довольно высокой, но не слишком, ее телосложение говорило о том, что она честно выполняла свою долю работы на ферме. Ее бледно-оранжевая кожа не слишком походила на яблоко, а ярко-рыжие волосы скорее напоминали апельсин. Ребенок в ее руках взял поровну у обоих родителей, с кожей более светлой, чем у отца, и волосами более темно-рыжими, чем у матери.

— Смотри, Эппл Блум. У нас гости! — сказала женщина девочке, преувеличивая ее волнение.

Эппл Блум засмеялась и уткнулась лицом в шею матери.

— Вы, должно быть, Орандж Блоссом, — начала Вайолет. — Меня зовут Вайолет Даск, мы разговаривали по телефону. — Она положила руку на плечо Сансет. — А это Сансет Шиммер, которая очень заинтересована во встрече с Каштаном.

— Привет, Сансет, — сказала Орандж Блоссом, протягивая руку. — Рада знакомству.

— Взаимно, мэм, — ответила Сансет, пожимая руку Оранж и награждая себя ухмылкой за формальный ответ.

— Такая вежливая юная леди, — прокомментировала Оранж. Она передала Эппл Блум своему мужу, который выглядел немного неловко, обращаясь с кем-то настолько маленьким, прежде чем подойти к амбару. — Всем отойти от двери, я выведу Каштана.

Они послушно отошли достаточно далеко, чтобы дать большой двери открыться. Сансет попыталась рассмотреть, что внутри, но с того места, где она стояла, это было невозможно. Орандж Блоссом что-то говорила, и Сансет почувствовала растущее беспокойство. Она не могла разобрать слов, но услышала интонации похожие на те, с которыми говорили с Эппл Блум. Если только Каштан не был жеребенком, а зачем жеребенку работать на ферме? Было понятно, что люди определенно смотрят на пони свысока.

Эти опасения отодвинулись на второй план, когда она услышала знакомый стук копыт. Она никогда бы не подумала, что будет скучать по чему-то настолько обычному, как стук копыт по деревянному полу. На одно прекрасное мгновение она закрыла глаза и вернулась обратно в Эквестрию.

Затем Орандж Блоссом вышла из амбара, и все рухнуло с небес на землю.

Это был не пони. Это была жалкая карикатура пони. Карикатура психически больного художника. Существо из кошмаров. Его лицо представляло собой бесформенное месиво, вытянутое до ужасных пропорций, с черными как смоль глазами. И этими черными бездушными глазами оно воззрилось на нее. Это было ничто иное как монстр.

Не обращая внимания на людей вокруг нее, Сансет побежала. Она не хотела быть рядом с этой штукой и не могла. В ее ушах были слышны крики, которые, как она отдаленно осознавала, были ее криками. Других звуков она не слышала.

Она не обращала внимания куда бежит, не столько видя мир вокруг себя, сколько реагируя на него. Убежать отсюда. Прямо туда. Обойти дерево. Не беспокоиться о ручье, просто пересечь его. Все что угодно, лишь бы увеличить расстояние между ней и этим существом.

Земля бросилась ей навстречу, поскольку ее маленькое тело больше не могло нести ее. Она схватилась за голову и закричала, затем заставила себя встать обратно. Она стала дико озираться по стороном и никого не увидела, но этого было недостаточно. Она должна двигаться дальше, она никогда не вернется.

Шаг за шагом она уходила все дальше... она не знала куда. Это не имело значения. Она может умереть здесь в лесу, и это не будет иметь значения.

Воспоминания и раздробленные эмоции заменили рациональное мышление. Все сводилось к одной вещи, к горькой правде, которая не покидала ее. Не осталось ничего, ради чего стоило бы жить.

Не осталось ничего важного. Ее прогнали от единственного пони, на которого ей было не наплевать. Ее насильно забрали из дома, единственного места, где она чувствовала себя как дома. Все, над чем она работала, все, что она построила для себя, все пропало.

Ей некуда было идти. Она не хотела жить с людьми. Она не могла найти портал. Даже если бы нашла, он был закрыт. Даже если нет, никто не ждет ее на той стороне.

Она была никем. Она больше не была пони. Она не была человеком и никогда не станет одной из них. Она уже не ребенок, она давно потеряла невинность. Но она не была и взрослой, это она потеряла тоже.

Она была ничем иным, как монстром. Гротескной карикатурой на вещь. На какую вещь? Она даже этого не знала.

Это случилось почти на автомате. Она увидела лестницу и поднялась по ней. Наверху была дверь, и она вошла в нее. Идти было больше некуда, и она упала на пол. Это было вполне ожидаемо. Карикатурный дом для карикатурной вещи.

Минуты шли, все что могла сделать Сансет, это пытаться контролировать свое дыхание. Контролируемое дыхание снизит частоту сердечных сокращений, что, в свою очередь, позволит ей расслабиться. Она напомнила себе об этом, но это не возымело действия. Ее дыхание так и осталось быстрым и частым.

Она услышала, как кто-то взбирался по лестнице, и забилась в угол. Она хотела быть храброй и защищаться или быть умной и улизнуть через окно. Вместо этого она закрыла глаза и прикрыла лицо ладонями.

Дверь со скрипом отворилась, и Сансет крепче зажмурилась, испугавшись того, что может оказаться перед ней.

— Эм, это ты Сансет Шиммер? — спросил тихий голос.

— Нет, — ответила Сансет, надеясь, что этого будет достаточно.

Шаги по деревянному полу сказали ей, что не будет.

— Ты в этом уверена? Потому что ты очень похожа на девочку, которую они ищут.

— Я уверена. — Если они искали ее, то Сансет меньше всего на свете хотела быть собой.

— Ну и ладно. Я Эпплджек, а как зовут тебя?

Сансет посмотрела на нее сквозь пальцы. Эпплджек была примерно такого же возраста, что и Сансет, и не было никаких сомнений, чей она ребенок. У нее были оранжевая кожа ее мамы и золотистые светлые волосы, которые она носила связанными назад. Она стояла на коленях перед Сансет, куда ближе, чем той хотелось бы.

Увидев другую девочку, она почувствовала себя немного лучше, поэтому опустила руки.

— Сансет Шиммер, — сказала она со вздохом.

Эпплджек улыбнулась и подползла на четвереньках, чтобы сесть рядом с ней.

— Я так и знала! Не очень-то честно с твоей стороны так врать.

Она врала и похуже.

— Я не очень честный человек.

— А почему нет? — невинно спросила Эпплджек. — Тебе не кажется, что проще просто сказать правду?

— Иногда... — Сансет покачала головой и вытерла слезы. — Иногда есть вещи, которые... которые другие люди просто не понимают.

— Ну конечно, — пожала плечами Эпплджек. — Но никто никогда не поймет, если ты хотя бы не попытаешься объяснить.

— Есть вещи, которые ты не захочешь рассказывать, которые они посчитают плохими, — Сансет прислонилась головой к стене. — А иногда... они могут быть правы. Может быть тебе будет лучше без определенных вещей. Если ты врешь о них достаточно долго, и об этом никто никогда не узнает, это становится новой правдой.

Эпплджек тупо уставилась на нее.

— Эээ…

Почему она беспокоится? Сансет даже не была уверена, что сама поняла, о чем говорит, а у маленького ребенка не было ни малейшего шанса.

— Проехали.

Эпплджек нахмурилась и посмотрела куда-то вдаль.

— Хорошо... — она огляделась на мгновение, прежде чем с улыбкой повернуться к Сансет. — Знаешь, Каштан — действительно хорошая лошадь. Он никогда никого не обижал.

Сансет резко повернулась к Эпплджек.

— Они говорили, что он пони.

— Так и есть. Многие люди думают, что лошади и пони различаются, но пони, на самом деле, просто маленькие лошади.

— Это не правда! — настаивала Сансет.

Эпплджек, кажется, не обидел ее тон, поскольку она просто пожала плечами с небрежной усмешкой.

— Боюсь, что правда.

Сансет хотела возразить, хотела дать ей понять, что пони другие, что она другая. Она пыталась, но слова не шли. Она просто слишком устала.

— Неважно, — сказала она через некоторое время. — Я не хочу говорить ни о пони, ни о лошадях, ни о чем подобном. Я ненавижу их.

— Тогда ладно. А что тебе нравится?

Сансет обхватила колени и сжалась в клубок.

— Ничего.

— Ничего?

— Ничего.

Эпплджек призадумалась.

— Ты опять врешь?

— Нет.

— Ты уверена в этом?

— Нет.

— Что ж... — Эпплджек в задумчивости постучала себя по подбородку. — Мне нравится играть с друзьями, пробовать что-то новое и мой домик на дереве, и моя семья, и играть с пон... э-э... цыплятами. Как думаешь, тебе понравится что-то из этого?

— Не думаю.

— Да ладно, — Эпплджек толкнула Сансет локтем, и та уставилась на нее. Эпплджек казалась безразличной. — Тебе должно что-то нравиться, хотя бы немножко.

— Я ненавижу своих родителей, у меня нет друзей, меня тошнит от всего нового, я даже никогда не видела цыпленка, и... думаю, твой домик на дереве ничего так.

— Оу, — Эпплджек, кажется, не знала, что сказать. Сансет посчитала, что это слишком много для пятилетнего ребенка, но ей было все равно.

Никто из них не произнес ни слова, но Эпплджек не уходила. В каком-то смысле Сансет возмущало присутствие Эпплджек. Она никогда не любила детей и в лучшие времена, и сейчас она определенно была не в настроении иметь с ними дело. Но если бы Эпплджек ушла, она осталась бы совсем одна.

— Так что..? — Сансет остановилась. Ее голос прозвучал резко даже для ее собственных ушей. Но Эпплджек этого не заметила, или может быть ей было все равно. Она просто выжидательно повернулась к Сансет, готовая заговорить, если Сансет продолжит, но также храня молчание на случай, если это не так. Сансет отвела взгляд и смягчила голос.

— Как ты вообще узнала, где меня найти?

— Я не знала, я просто подумала, что отсюда будет лучше видно.

— Хех. Это имеет смысл.

Эпплджек гордо улыбнулась, но вскоре лицо ее вновь стало серьезным.

— Ты... эм... ты знаешь, что они ищут тебя, верно?

— Мне все равно, — пробормотала Сансет, убеждая себя не меньше Эпплджек. — Я не вернусь.

Эпплджек нахмурилась.

— Я готова поспорить, что они очень волнуются за тебя.

Сансет расхохоталась, отчего почувствовала себя дрянью.

— Нет, это не так. Они хотят найти меня, потому что несут за меня ответственность. Они заботятся о своей работе, которую могут потерять, если не найдут меня.

— Ну, я уверена, что кто-то будет скучать по тебе.

— Кто? — ухмыляясь, спросила Сансет. — Я уже говорила, что у меня нет друзей и нет семьи. Никто, лягать их, не будет скучать по мне.

Эпплджек подавила смех, но это не прошло незамеченным.

— Что?

— Ох, эм…

— Что за ляганая проблема?

Хотя она все еще пыталась сдерживаться, вырвался смешок.

— Просто... я никогда не слышала, чтобы кто-то так говорил.

— Что говорил?

— “Лягать”.

Сансет нахмурилась.

— А как обычно говорят люди?

Эпплджек огляделась, как будто кто-то мог подслушивать, затем понизила голос до шепота и сказала.

— Блять.

— Блять? — переспросила Сансет, не удосужившись понизить голос.

— Угумс.

Сансет сжала кулаки и крепко зажмурилась. Как много раз она ругалась, и никто не удосужился поправить ее относительно правильного использования человеческих ругательств? Внезапно ее глаза распахнулись, и она рассмеялась. Это было слишком нелепо.

— Я, блять, даже ругаться нормально не могу!

— Ну, мой папа иногда говорит "бляха-муха", — рассказала Эпплджек, что заставило Сансет рассмеяться еще больше. Эпплджек тоже нервно хихикнула, хотя явно не понимала, что тут смешного.

— Я просто жалкая, — сказала Сансет, внезапно положив конец их смеху. Она печально посмотрела на свою руку, которая некогда первая сообщила ей, что она больше не является пони. — Когда-то я была важной, Эпплджек... я была... у меня был некто, о ком я заботилась, и я думала, что она заботится обо мне тоже, но потом... потом она...

Ее слова потонули в слезах. Сансет никогда не плакала рядом с другими, но ничего не могла с собой поделать. Все внутри нее так нарастало, что она больше не смогла держать себя в руках.

Эпплджек положила руку ей на плечо. Сансет потянулась, чтобы убрать ее, но потом передумала и просто коснулась руки Эпплджек. Рука другой девочки была теплой, и Сансет вспомнила, насколько они мягче по сравнению с копытами.

Сансет отвела свою руку назад, так и не убрав руку Эпплджек, и вытерла слезы с глаз. Эпплджек тоже убрала свою, и Сансет поняла, что на самом деле жалеет об этом. Но ненадолго, мгновение спустя Эпплджек придвинулась ближе и обняла ее обеими руками.

Сначала Сансет сидела неподвижно, не зная, что предпринять. Никто не пытался обнять ее с тех пор, как она прошла через портал, и, если быть честным, она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то пытался сделать это в Эквестрии. Медленно и осторожно Сансет обняла Эпплджек одной рукой.

— Я не думаю, что ты жалкая, — сказала Эпплджек.

Это было глупо. Они знали друг друга всего полчаса. Ни разу Сансет не сказала ничего, что не звучало бы жалко, и она определенно не сказала ничего, что звучало бы впечатляюще. Что, черт возьми, Эпплджек знает? Она была просто глупой девочкой, которая пыталась что-то исправить, понятия не имея, что сломано.

Глупая девчонка, которая на мгновение заставила Сансет почувствовать, что она не одинока.

Сансет обняла Эпплджек другой рукой, положила голову ей на плечо и снова заплакала.

* * *

Когда Сансет была готова идти, Эпплджек взяла ее за руку. В любой другой день она бы возмутилась, но когда они спустились по лестнице, именно Сансет потянулась к руке Эпплджек.

Они шли молча, Сансет плелась в нескольких шагах позади. Все это время она попеременно смотрела то на землю, то на их сцепленные вместе руки. После всего произошедшего ее мысли наконец иссякли, единственное, на чем она могла сосредоточиться, были ее шаги и тепло руки Эпплджек.

Кристал Клир увидел их первым, он позвал остальных. Эппл Спайс услышал его и тоже стал кричать, его голос разнесся дальше. Вскоре к ним присоединились Орандж Блоссом и Вайолет Даск, чтобы подтвердить, что они услышали зов, а также толпа людей, которых Сансет не знала. Все собрались вокруг нее и Эпплджек, все задавали вопросы, все говорили одновременно. Сансет подошла ближе к Эпплджек и крепче сжала ее руку.

— Осторожно, все отойдите в сторону. — Как всегда, голос Вайолет Даск был властным и немного напористым. Она проигнорировала собственную команду и подошла к Сансет и Эпплджек, в то время как все остальные отступили. Она опустилась на колени перед Сансет. — Сансет, посмотри на меня. — Та сделала, как ее просили. — Ты поранилась?

Не в силах говорить, Сансет покачала головой.

— Рада это слышать. В таком случае нам пора идти. — Она встала и обратилась к толпе. — Большое спасибо за поддержку. Приятно знать, что соседи могут прийти на помощь в трудную минуту. Но как бы мне ни хотелось остаться и поблагодарить каждого по отдельности, у кого-то здесь был очень напряженный день, и, я думаю, что пришло время отвезти ее домой.

В толпе послышался ропот, люди думали, что, возможно, им следует выяснить, куда убегала Сансет. Вайолет Даск проигнорировала их.

— Пойдем, Сансет.

Эпплджек сверкнула улыбкой, когда они отпустили руки друг друга. Сансет не смогла вернуть ее, поэтому просто смотрела в землю, следуя за Вайолет к ее машине.

Она снова забралась на сиденье позади Кристал Клира и пристегнулась. Хотя никто из них не спрашивал ни о чем, кроме вопросов Вайолет о ее самочувствии, Сансет понимала, что они собираются поговорить об этом, просто не будут делать это перед незнакомыми людьми.

Она посмотрела в окно, когда двигатель завелся. Большая часть людей все еще наблюдала за ними, но ее это не волновало. Она смотрела на маленькую девочку, которая подбежала ближе и помахала им, когда они выезжали на дорогу.

Сансет приложила руку к окну. Она почувствовала холод в ладони.

## 6 - Рука помощи

Глава шестая

Рука помощи

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/cK7bH6jrMjJmhYAwFxyMdQSo2Ge7thLY_LcNRryJS8dsRPGF5Ike7B6N2yqdWdIguyPFKxvgGsFlCH-DDPt3W7n2Kds2PC_aBzaNf50q8IzsGd5-xhFDeQ4vuzaKB68ZWiX5hVba]

Солнечный луч проник в окно, нежно осветив лицо Сансет. Раньше это было сигналом для нее, чтобы проснуться и "встать вместе с солнцем", как любила говорить Принцесса Селестия. Сансет не была в восторге от этой традиции, то, что ее кьютимарка изображала солнце, еще не означало, что она была утренней пташкой, но безропотно делала это каждый день.

Ну, никаких больше жалоб в любом случае. Она застонала, оттолкнувшись от кровати и потирая глаза копытом. Как и сама принцесса, Сансет часто засиживалась допоздна. Но в отличие от принцессы, у нее не было энергии аликорна или двух тысяч лет опыта, чтобы облегчить этот процесс.

Она силой подтащила себя к зеркалу, и ее настроение значительно поднялось. Что-то в ее отражении казалось лучше, чем обычно. Она не могла сказать, что именно: ее грива была в беспорядке, а под глазами висели мешки. Тем не менее, это выглядело правильно. И это хорошо, потому что времени на приведение себя в порядок не было. Принцесса Селестия будет ждать ее, а Сансет ненавидела заставлять ее ждать. Ее рог стал излучать бирюзовый свет, и расческа левитировала к ней. Благодаря постоянной практике, ей едва приходилось сосредотачиваться на предмете, чтобы тот делал свою работу.

Несколько минут спустя Сансет отвернулась от зеркала, и песня почти слетела с ее улыбающихся губ. Так не пойдет, поэтому она позволила себе еще немного успокоиться. Представьте, если Кейданс увидит, как она напевает веселую песенку. Она, скорее всего, разболтает об этом Принцессе Селестии, которая одарит ее той дрянной улыбкой, которую она использовала всякий раз, когда думала, что Сансет может действительно начать заботиться о дружбе или о чем-то еще, о чем она обычно болтала.

Это... на самом деле звучало не так уж и плохо. Сансет попыталась представить, что могло привести ее в такое хорошее настроение, что она согласилась бы страдать от похвал обеих принцесс Эквестрии за... Погодите. Нет, Кейданс все равно была невыносимой. Так что хоть какая-то степень нормальности в мире Сансет оставалась.

С довольно нейтральным выражением лица Сансет вышла из комнаты. Коридор снаружи был широким и богато украшенным. Почему она раньше не замечала, как все прекрасно? На стенах, рядом с яркими витражами, висели ярко раскрашенные гобелены. Солнце светило в окна всеми цветами радуги. Вот красный и оранжевый. Там желтый, зеленый и синий. Индиго и фиолетовый сияли в стороне.

Но чем дальше она шла, тем уже становился коридор. Сансет это не понравилось. Ковер выцвел под копытами, затем его заменили несколькими ковриками на деревянном полу с красными лепестками роз. Окна потеряли свой цвет, хотя на каждом подоконнике стояли вазы с различными цветами: от оранжевых бархатцев, до желтых подсолнухов и зеленых хризантем. Гобелены сменились большими черно-белыми фотографиями, которые изображали окрестности замка в давние времена. Единственные краски исходили от цветов, которые покрывали все. Выглядели они странно и дико, но казались хорошо ухоженными. Конечно, этого следовало ожидать от Кантерлотского замка. Цветы росли даже в самом коридоре: синие гортензии, усеивающие стены и индиговые люпины, растущие из трещин в земле.

Сансет шла быстрым шагом. Все же ее ждала Принцесса Селестия. Вскоре она подошла к дверям. Они простирались так далеко, насколько хватало взгляда, хотя она знала, что у них был конец. Каждая дверь вела в детскую. За красной дверью плакала девочка. Сквозь оранжевую она слышала крики. Сансет ненавидела других детей, они хотели играть с ней. Здесь ее никто не понимал. Окна были маленькие и не открывались, а стены украшали грубые детские картины. Основные и вторичные цвета были палитрой, используемой во всем: желтый, зеленый и синий в изобилии, куда бы она ни посмотрела.

Она подошла к столовой. Там уже сидело несколько человек. Они оставили для нее свободное место, и она забралась на него. Стул был неудобным, и она вспомнила, что он был сделан не для кого-то вроде нее, а для окружающих ее людей. Она сделает все возможное. Важно съесть завтрак, в противном случае они будут недовольны.

Все было сделано для детей. Ее тарелка была ярко-красной, а чашка оранжевой. Обе сделаны из пластика, чтобы не сломаться. Рядом ее желтая вилка и зеленая ложка, тоже пластмассовые. Ножа не было, дети им не пользовались.

Сначала она попыталась использовать свою магию, чтобы поднять вилку, но это не сработало. Верно, магия здесь никогда не работала. Ей придется подождать, пока она не окажется с принцессой Селестией в другой части замка. Между тем люди смотрели на нее. Она потянулась за вилкой, но та не была сделана для копыт.

Роуз Петал неодобрительно посмотрела на нее. Сансет не хотела ее подводить, поэтому решила оправдаться.

— Я сегодня не голодна, — сказала она. — Пожалуй, я пропущу завтрак. Вы знаете, где принцесса Селестия?

Ее голос, казалось, встревожил других детей.

— Ты всегда такая уродина! — закричала на нее Шугар Бриз. Дью Дроп снова заплакала. Она всегда плакала.

— Я не уродина! — защищалась Сансет. Ее слова не возымели веса. Роуз Петал встала и подошла к ней. Она поможет. Она всегда говорила, что Сансет может рассчитывать на ее помощь.

Прежде чем она поняла, что происходит, Роуз Петал уже стянула с Сансет рубашку. Хотя пони часто ходили без одежды, Сансет чувствовала себя некомфортно без нее. Она попыталась отойти, но споткнулась. Она не помнила, сколько у нее ног. Роуз Петал грубо схватила ее за шорты и стащила их. Сансет оттолкнула пожилую воспитательницу, не заботясь о том, что случилось, когда та упала на землю.

Вспомнив, как правильно двигать ногами, Сансет побежала. Она выскочила через парадную дверь и обнаружила, что ее окружили зеркала. Слева она увидела себя, единорога в красных, оранжевых и желтых цветах. Справа она увидела кое-кого другого — аликорна, окрашенного в ее цвета. Это была не она, но могла бы быть, так что она побежала к нему. Отражение зловеще ухмыльнулось, но ей было все равно. Это было воплощением ее желаний. Она станет аликорном, принцессой. Она снова станет любимицей Принцессы Селестии.

Зеркало разбилось вдребезги, и кусочки стекла пронзили ее кожу. В осколках на земле она увидела свое отражение. Искривленное до неузнаваемости, но это было именно то, кем она являлась: уродом, кошмарным созданием, вещью.

— Пойдем со мной, — произнес голос.

Сансет увидела Вайолет Даск, стоящую рядом, как всегда, равнодушную. Ее приказ был прост, и Сансет последовала ему. Она больше не беспокоилась, что на ней нет одежды. Лошади никогда не носили одежду.

— Куда мы идем? — спросила Сансет, но Вайолет проигнорировала ее. Сансет шла за ней, но не собиралась делать то, что хотела Вайолет. Это просто был путь наименьшего сопротивления.

Вайолет привела ее на заднее сиденье своей машины, где Сансет едва поместилась. Пока они ехали, она заметила свою кровь. Она вытекала из многочисленных порезов от зеркала, добавляя красного в ее оранжевый мех.

Они прибыли в то единственное место, которое Сансет больше никогда не хотела видеть. Ферму, которая казалась достаточно большой, чтобы быть тюрьмой.

Вайолет отпустила ее, и Сансет побежала. Она не собирается оставаться здесь. Она убежала, но ее нашли. Кристал Клир стоял на ее пути с покровительственной улыбкой на лице. Но она не остановится, не ради него. Она встала на дыбы и обрушила на него передние ноги. Она не знала, что с ним теперь будет, но это не ее забота.

Она побежала назад по дороге и оказалась лицом к лицу с маленькой девочкой. Не желая случайно столкнуться с Эпплджек, она остановилась. Та протянула руку, и Сансет медленно приблизилась к ней.

Оставайся рядом с ней, она поможет тебе.

Беги от нее, вам обоим будет лучше.

— Все будет хорошо, — сказала Эпплджек.

— Откуда ты знаешь? — спросила Сансет.

— Просто знаю. Поверь мне, это чистая правда.

Сансет хотела верить, но не могла. Она пробежала мимо Эпплджек, оставляя глупую девчонку позади.

Она не знала, как долго она бегала, но это не имело значения. Все тропинки вели в одно место. Ей не нужно было пытаться пробежать еще раз, она просто знала. Она вновь вернулась к амбару, как и из любого другого места, куда бы ни пошла. Но все было лучше, чем амбар и существо внутри него, существо, подобное ей.

Нечто заставило ее прижаться к амбару. Она услышала голос изнутри. Грубый, мужской. “Уходи”, — сказал он. — “Ваш вид не должен быть здесь.”

Но небытие подступало все ближе, и Сансет не хотела бесследно кануть туда. Не раздумывая больше, она пнула амбарную дверь. Оно не последует за ней внутрь.

Каштан ждал, как она и предполагала. Он зарычал на нее.

— Я сказал тебе уйти. Это не место для людей.

— Я не человек. Я..! — Сансет умоляла его понять, хоть что-то понять.

Он приблизился к ней, рыча и прижимая к стене. У него были тяжелые железные цепи, которые не давали ему дотянуться до нее, такие же, как и на ее собственной шее. Это было место для нее, место, которому она принадлежала.

Хотя это заставило цепи впиться ей в шею, Сансет отвернулась. Амбар был тусклым и бесцветным, за исключением одного. Вокруг нее поднялись красные паучьи лилии. Ее любимыми цветами были цветы смерти и ада. Она наклонилась, чтобы достать один, но он был вне ее досягаемости. Изо всех сил она напрягала шею, мечтая о ядовитой луковице. Все стало бы хорошо, если бы она могла съесть только одну.

* * *

Даже когда она проснулась, Сансет спряталась под одеяло. Она не хотела увидеть себя в зеркале, даже не хотела проверить собственное тело, чтобы узнать, к какому виду она принадлежит. Пока она не знает, есть шанс, что она все еще человек.

Но хотела она этого или нет, она чувствовала, что ее сознание уплывает. Если она останется в темноте, то снова заснет и снова увидит сон. Выбора не было, Сансет должна была встать.

Но сначала она должна кое в чем убедиться. Не открывая глаз, она медленно подняла руку и прижала ее к лицу. Она почувствовала пять маленьких прикосновений к своей щеке, доказывающих, что это действительно рука, а не копыто.

Она убрала одеяло и посмотрела в зеркало. Там отражалась маленькая девочка с рыже-желтыми волосами, которые спутались из-за того, что она ворочалась во сне. И все же ее сердце не переставало колотиться. Она не могла забыть все случившееся, даже если это был сон.

Стук в дверь заставил ее снова спрятаться под одеяло.

— Сансет, пора завтракать, — позвала Роуз Петал через дверь.

Сансет не ответила. Она не хотела видеть Роуз, особенно после того, что ей приснилось. Несколько мгновений прошло, и второй раз ее не позвали, что означало, что Роуз, возможно, уже отправилась к другим комнатам. Это было лишь небольшим облегчением, так как Сансет знала, что она скоро вернется.

Роуз может вернуться, но не сможет войти. Вскочив с постели, Сансет стала действовать быстро. Она убрала все со своего прикроватного столика и придвинула его к двери. Ей хотелось заблокировать вход книжной полкой или, еще лучше, тяжелым комодом, который стоял рядом с дверью, но даже сравнительно небольшой прикроватный столик оказался серьезным испытанием для ее маленького тела. Она навалила на него все, что смогла, даже если это были всего лишь несколько книг. Надеюсь, он будет достаточно тяжелым, чтобы помешать Роуз и остальным попасть внутрь.

Едва она успела все это проделать, в дверь снова постучали.

— Сансет? Что это за шум?

Сансет побежала обратно к кровати, решив спрятаться под ней, а не сверху. Дверная ручка повернулась, и дверь слегка приоткрылась, прежде чем ее остановил стол. Единственным, кто сумел проникнуть в комнату, был свет из коридора.

— Сансет, что там происходит? Ты в порядке? — Роуз звучала обеспокоенно.

Сансет не поверила этому. Когда она вообще делала что-то, чтобы заслужить такое беспокойство? Она доставляла Роуз проблемы все время, пока была в "Новых горизонтах", и та определенно не могла по-настоящему беспокоиться о благополучии Сансет. Это была ловушка, она притворялась, чтобы выманить Сансет.

— Сансет, пожалуйста, ответь мне.

Дверь уперлась в прикроватный столик, но не открылась.

— Я просто хочу помочь тебе, пожалуйста, просто подойди к двери.

Вранье. Коварство и уловки. Сансет на это не поведется.

В конце концов шум прекратился. Послышались звуки удаляющихся шагов, но это не заставило Сансет чувствовать себя в безопасности. Она вытянула руку из-под кровати, чтобы схватить одеяло и подушки. Накрыв свое тело одеялом, она разместила подушки перед собой, оставив только щель между верхней подушкой и каркасом кровати, через которую можно было вести наблюдение.

Медленно тянулись минуты. То ли из-за неудобного твердого пола, то ли из-за того, что она все еще была напугана, Сансет уже не хотелось спать. Это хорошо, им было бы легче до нее добраться, если бы она спала. Она не позволит этому случиться, несмотря ни на что.

Сансет понятия не имела, как долго она лежала под кроватью, наблюдая за дверью. Казалось, что прошло по меньшей мере несколько часов, хотя она знала, что это не так. Во всяком случае, вскоре раздался еще один стук, и другой голос позвал ее через дверь.

— Сансет, это Кристал Клир. Откроешь мне дверь?

А он что здесь делает? После минутного молчания он попробовал открыть дверь. К счастью, стол все еще стоял на месте.

— Ты же не хочешь говорить со мной через дверь, правда? — спросил он так, как будто она вообще хотела с ним говорить.

Дверь закрылась, и она услышала приглушенные голоса с другой стороны, за которыми последовала тишина. Ей хотелось верить, что это означает, что они сдались, но она знала лучше. И продолжала молча бдить за дверью.

Прошло достаточно времени, чтобы она начала верить в то, что действительно победила, пока она не услышала звук, исходящий от стены справа от нее. Она повернула голову, но, ожидаемо, ничего не увидела. И все же она знала этот звук. Кто-то открыл ее окно. По звуку она определила, что оно уже открыто, по крайней мере частично, лишая ее возможности заблокировать его. Вместо этого, она залезла еще глубже под кровать, спрятавшись в углу под одеялом.

Она услышала шаги.

— Сансет Шиммер? — позвал ее Кристал Клир. Его голос был нежен, как та ловушка, которую пробовала Роуз Петал. — Выходи, нам нужно поговорить.

Дверь шкафа открылась, а спустя мгновение закрылась. Шаги приблизились и остановились у самой кровати. Сансет крепко зажмурилась, желая, чтобы он ушел.

— Вот ты где, — его голос был слишком близко. Если бы она открыла глаза, то увидела, что он лежит на полу и смотрит прямо на нее. — Почему ты под кроватью, Сансет?

Сансет не двигалась. Он не видел ее, а она не хотела признавать его существование.

— Мисс Роуз переживает за тебя. Она сказала мне, что ты молчишь весь день.

Сансет продолжала молчать.

— Она сказала, что ты отдалилась после того, как мы приехали с фермы Сладкое Яблочко.

Название заставило ее вздрогнуть. Если бы могла, Сансет никогда больше не вспоминала бы об этом месте.

— Пожалуйста, Сансет. Я хочу помочь, но тебе нужно поговорить со мной.

Сансет выглянула из-под одеяла.

— Ты лжешь.

Кристал Клир лежал плашмя на животе, держа голову чуть ниже кровати. Хотя он, вероятно, мог бы дотянуться до Сансет, если бы попытался, он не сделал ничего такого, чтобы заставить ее выйти.

— И почему же ты так думаешь?

— Потому что... — Почему она так подумала? Все слилось воедино, ее мысли и эмоции. — Ты даже не понимаешь, что происходит.

— Мне жаль, что у меня нет ответов на все твои вопросы, Сансет. Но я хочу помочь тебе, — он протянул руку под кровать, но не пытался схватить ее. — Было бы намного легче понять, что с тобой происходит, если бы ты поговорила со мной об этом. И было бы намного легче говорить, если бы ты выбралась из-под кровати.

Сансет на мгновение уставилась на его вытянутую ладонь, а затем, не обращая на нее внимания, выбралась из-под кровати самостоятельно. Кристал Клир отодвинулся с ее пути, а затем присел на ее кровать, как только она вылезла. Он похлопал рядом с собой, приглашая ее присесть. Она присела, но выбрала место подальше от него.

— А теперь, не хочешь рассказать мне, что произошло сегодня? — спросил Кристал.

Сансет, нахмурившись, скрестила руки.

— Вы не поймете.

— Даже не знаю, я могу быть довольно понимающим. Тебе приснился кошмар?

На секунду Сансет повернулась к нему с озадаченным видом, но вскоре поняла, что это было довольно очевидно. Это раннее утро, в конце концов.

— Да.

— Кошмары могут быть пугающими, — сказал он самым покровительственным тоном. — Но это все не по-настоящему. Ты же знаешь, что ни один из твоих снов не сможет причинить тебе вред, правда?

Всегда казалось, что он забывал, с кем разговаривает.

— Я знаю, — резко ответила Сансет. — Я не глупая.

— Я знаю, что это не так, прости. — Сансет сомневалась в его искренности. — Ты знаешь, что сны имеют скрытый смысл?

У Сансет не хватило терпения, чтобы послушно следовать за его мыслью.

— Да, и вы, вероятно, решили, что я знаю. Вы просто пытаетесь облегчить свою работу, выспрашивать, что мне снилось, заставляя меня чувствовать себя так, как будто это я сама хочу вам все рассказать.

Когда они впервые встретились, Кристал Клир был бы застигнут врасплох подобным комментарием. Но прошло уже больше месяца их еженедельных сеансов, и с тех пор он привык к ней.

— Ну, ты частично права. Я действительно хотел побыстрее разобраться с этим вопросом, но я не собирался пытаться манипулировать тобой. — Это была ложь, он просто пытался прикрыть свои неудачи. — Так ты не хочешь рассказать мне, что тебе снилось?

— Нет.

— Хорошо, — он улыбнулся, что застало Сансет врасплох. Он посмотрел на прикроватную тумбочку и заметил на ней книги. — Эти книги тебе больше понравились?

Сансет взглянула на них. Там была книга о базовой электронике, написанная для детей. Но Сансет не так уж и возражала, поскольку это была тема, о которой она ничего не знала. Другая книга наконец-то подошла для ее возраста. Конечно Сансет обычно не интересовалась книгами для подростков, но это было намного лучше, чем детские вещи, которые ей приходилось читать, чтобы добраться до этих.

— Они хороши, — пробормотала Сансет, не в силах придумать лучшего ответа. — А вы разве не собираетесь заставить меня рассказать вам о моем сне?

Улыбка Кристала стала еще шире.

— Я думаю, тебе было бы полезно поговорить об этом, и я хочу, чтобы ты знала, что можешь рассказать мне о чем угодно. Но нет, я не собираюсь тебя заставлять. Это твое решение, хочешь ты мне рассказать или нет.

— Что ж, я не хочу, — решительно заявила Сансет, хмурясь и отворачиваясь. Тем не менее мысли о сне продолжали терзать ее.

— Итак, ты дошла до той части, где…

— Мне снилось, что я лошадь.

К его чести, Кристал Клиру понадобилось лишь мгновение, чтобы собраться с мыслями, прежде чем приступить к делу профессионально.

— Понятно. И что произошло, когда ты была лошадью?

— Я была... — Сансет покачала головой. Она хотела сказать это, чтобы понять, как нелепо это звучит. Может быть, это заставит ее перестать думать об этом. Но ей не хотелось признаваться, что ее что-то беспокоит. “Как будто он еще не знает. Он видел, как я убегала в слезах несколько дней назад.”

— Я понимаю, что это может быть смущающим, — мягко подтолкнул он.

— Сначала... не была. Но потом... Сначала я подумала, что я пони. Я только потом поняла, что была лошадью.

— Значит тебе нравилось быть пони?

Сансет взглянула на свою руку. Она сжала пальцы в кулак и попыталась представить, что это снова копыто.

— Да.

— Что случилось, когда ты поняла, что ты лошадь?

— Я... меня забрали. На ферму Сладкое Яблочко. Они приковали меня в амбаре вместе с другой лошадью.

— И потом ты проснулась?

Сансет открыла рот, чтобы согласиться, но остановилась. Нет, это было не совсем так, не так ли?

— Там были цветы. Ликорис Радиата, которые ядовиты. Я пыталась съесть их, но проснулась раньше, чем сделала это.

Кристал Клир кивнул и сложил руки на коленях.

— Толкование снов это неточная наука. Большинство вещей имеют несколько разных смыслов и значений, поэтому нам придется работать вместе, чтобы выяснить, что твой сон значил для тебя. Лошади, например, могут быть признаком силы, но они могут представлять и высокомерие.

Сансет покачала головой.

— Я знаю, что это значит.

— Да? И что же?

Сансет не ответила.

— Я не смогу помочь тебе, если ты не…

— Ты не получишь его! Ничего этого не должно было произойти! — Сансет вскочила на ноги и указала на зеркало. — Это ошибка. Я — ошибка. Ты не… ты не сможешь…

Хотя Сансет здорово разгорячилась, Кристал Клир все еще сохранял хладнокровие.

— Поговори со мной, Сансет. Я хочу понять, но я не смогу, если ты не поможешь мне.

— Мне не нужна ничья помощь!

— Ох, Сансет, моя одаренная ученица. Всем иногда нужна помощь. Я это точно знаю.

— Единственное, чего хочет от меня кто-либо, это бесплатная поездка в высшее общество. Они мне не нужны.

— Да, существуют такие пони, которые манипулируют тобой ради собственной выгоды. Но ты умная кобыла, и я думаю, что если ты попытаешься, ты сможешь отличить кого-то подобного от того, кто просто хочет быть дружелюбным. Спроси себя, кто действительно кажется надежным, и я думаю, что ты найдешь большинство из них. И когда ты найдешь кого-то, кому ты сможешь доверять, ты будешь поражена тем, насколько лучше ты себя почувствуешь, когда откроешься им.

Эквестрия исчезала из памяти Сансет гораздо быстрее, чем должна была. Она подозревала, что это как-то связано с ее маленьким детским мозгом. Был один магазинчик, в котором она любила проводить перерывы в учебе; она уже не помнила, как там пахло. Были пони, которых она знала, знакомые, даже если они никогда не были друзьями; она помнила их все меньше и меньше. Ей пришлось напрячься, чтобы вспомнить вкус сена и цветов — пищи, которую люди не едят.

Но были воспоминания, которые никогда не исчезнут. Ощущение одиночества, когда ее аристократические родители были слишком заняты для своей дочери. Дрожь магии, бегущей по телу, давшее ей заслуженное признание остальных пони. Восхождение Кейданс, превратившее все ее собственные достижения в позор.

А потом появилась она. День, когда она пригласила Сансет стать ее личной ученицей, заставил гордиться даже ее родителей. Первой зимой она каждый день носила этот отвратительный шарф, тот самый, который Сансет по глупости пыталась связать для нее, думая, что это будет легко. Иногда она забирала Сансет из класса на "приватные уроки", которые сводились к тайным походам в кафе-мороженое. А потом, несколько лет спустя, она пригласила Сансет покинуть родительский дом и жить с ней в замке, как будто Сансет была частью ее семьи.

Это была Селестия. Если в ее жизни и было то, что стоило бы помнить, то это была Селестия. Ее принцесса, ее кумир, ее наставник. Сансет избегала всего, чему она учила, что не являлось магией, и куда это ее привело?

Она посмотрела на Кристал Клира. Сансет была умной девочкой, и кто знает? Может быть, она поразится, насколько лучше себя почувствует?

— Ну, дело в том… я на самом деле не…

Кристал Клир терпеливо ждал. Когда она сделала паузу, он одобрительно кивнул, чтобы поддержать ее. Сансет отвернулась и присела на свое место. Она не могла взглянуть на него, пока объясняла.

— Я не совсем здешняя.

— Ты что-то вспомнила? — улыбку Кристала можно было услышать, хотя Сансет не смотрела на него. — Сансет, это потрясающе!

— Я... ох. Я помню все. Я всегда помнила.

Он помедлил с ответом, но когда ответил, его голос звучал еще более неуверенно, чем когда-либо.

— Что ты имеешь в виду?

— Я лгала. Я не хотела никому ничего рассказывать о себе, потому что вы никогда не поверите.

— И все еще сомневаешься, — сказал Кристал и наклонился к ней поближе. — Сансет, это как-то связано с пони?

Сансет повернулась к нему лицом. Его улыбка стала менее ободряющей, но более понимающей.

— Что вы знаете о пони?

Кристал пожал плечами и посмотрел прямо, приняв деловой тон.

— Я психолог, а не биолог, так что не так уж много. Но я посмотрел информацию о них с тех пор, как ты заинтересовалась ими, оказалось, что пони — это просто маленькие лошадки, — он снова повернулся к ней, понимающая улыбка вернулась. Каким-то образом ему удавалось сделать вид, что он искренне интересуется тем, что она хочет сказать, и в то же время создать впечатление, что он уже все знает. — Я знаю, что есть вещи, о которых ты умалчиваешь. Так почему бы тебе не рассказать мне, что ты знаешь о пони?

— Я… я пони. — Это все, что смогла выдавить Сансет.

Кристал, кажется, задумался на мгновение, но ни на секунду не усомнился в ее словах.

— Ты не похожа на пони, — сказал он небрежно. Это не было обвинением во лжи, просто наблюдение.

— Я знаю, — ответила Сансет, взглянув на свое отражение. — Зеркало превратило меня в человека, когда перенесло на Землю. У нас в Эквестрии даже нет людей.

— Что ж, это должно быть очень шокирующий опыт.

Сансет не могла в это поверить. В его голосе не было и следа сомнений. Она подвинулась, сокращая расстояние между ними, и начала рассказывать более возбужденно.

— Это было ужасно. Я запаниковала и, в конце концов, позволила увести себя от портала.

— Где был этот портал?

— Я не знаю. Там, где меня нашла полиция. Я пыталась найти его, но не смогла.

— В ту ночь, когда ты сбежала?

Сансет нахмурилась. Он не сказал это обвиняюще, но она все еще чувствовала вину, признавая это.

— Да, я пыталась найти дорогу назад. Я просто... я хочу домой.

— Ты знаешь, я мог бы узнать, где тебя нашли.

— Правда?! — волнение Сансет исчезло, едва появившись. — Ох, но он сейчас закрыт...

— Что ты имеешь в виду? Портал не будет работать?

— Нет, он открывается только на три дня, каждые тридцать лун.

— Наверное поэтому ты такая расстроенная.

Сансет с энтузиазмом кивнула.

— Это только начало. Мне было семнадцать, но когда зеркало изменило мое тело, оно также сделало меня моложе.

Кристал Клир слегка улыбнулся.

— Части мозаики встают на свои места.

Сансет собиралась начать объяснять, как она была единорогом, и как потеряла свою магию при переходе, но остановилась.

— Вы... вы действительно верите мне?

Кристал Клир сделал паузу, чтобы обдумать это.

— Это... слишком много для понимания. Может быть такие вещи случаются в таком волшебном мире, как Эквестрия, но для Земли это неслыханно. — Сансет склонила голову. — Но с другой стороны, я не из тех, кто просто отбрасывает возможности. Твой рассказ объясняет многое, поэтому я готов смотреть на него с открытым разумом. Время покажет.

— Хорошо, — Сансет кивнула. — Это кажется разумным. — В самом деле, это было гораздо лучше, что она ожидала. По его просьбе она рассказала множество подробностей о жизни в Эквестрии. Тяжело было поверить, насколько хорошо она почувствовала себя, наконец, открывшись. Похоже, Селестия все-таки знала, о чем говорит.

## 7 - Давать обещания

Глава седьмая

Давать обещания

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/cK7bH6jrMjJmhYAwFxyMdQSo2Ge7thLY_LcNRryJS8dsRPGF5Ike7B6N2yqdWdIguyPFKxvgGsFlCH-DDPt3W7n2Kds2PC_aBzaNf50q8IzsGd5-xhFDeQ4vuzaKB68ZWiX5hVba]

Все изменилось. После того, как Cансет открылась Кристал Клиру, она стала замечать незамедлительные перемены в своих эмоциях. Ее перестали мучать кошмары, перепады настроения практически прекратились, даже ее отношения с другими детьми начали улучшаться. Внезапно все стало на свои места, и глупости, которые преследовали ее все время, превратились в незначительные неприятности, с которыми она могла расправиться за один день.

Теперь она с нетерпением ждала еженедельной беседы с Кристал Клиром. И дело было не только в свободе наконец-то поговорить об Эквестрии после столь долгого молчания. Это определенно волновало ее, но важнее было то, что он обещал помочь ей найти дорогу домой. Она не сомневалась, что у него были свои причины, но это не было проблемой. Естественно он хотел бы увидеть другой мир с магией, и даже если он захочет денежную компенсацию с этим не возникнет трудностей. Конечно биты не очень ему помогут, но Принцесса Селестия запросто может выдать награду в виде золота или драгоценных камней.

Случайная мысль пробилась сквозь ее хорошее настроение. Сансет обычно чувствовала себя бодро, пока ждала, когда Роуз Петал отвезет ее на еженедельный сеанс. Но, как и всегда, вспоминая свою бывшую наставницу, Сансет овладели смешанные чувства. Что та будет делать, если Сансет вернется?

“Когда”, — напомнила себе Сансет. Что Селестия будет делать, когда она вернется в Эквестрию, даже если на это уйдут годы.

Не было никакой возможности предугадать, как поведет себя Селестия.

В прошлом она всегда была терпеливой и всепрощающей, но она также отлучила Сансет от своей опеки. Будет ли достаточно извинений?

Узнать это невозможно, так что ей лучше не думать об этом. Прежде чем это перерастет в тревогу, Сансет должна найти дорогу домой.

— Хорошо, поехали, — сказала Роуз Петал, пробудив Сансет от ее мыслей.

Она счастливо улыбнулась, как и после нескольких последних сеансов с Кристал Клиром. Окружающие были довольны переменой поведения Сансет, но Роуз Петал больше всех.

— Хорошо. — Сансет последовала за Роуз Петал к ее вэну. Прошло уже больше месяца, как Сансет оказалась среди людей, и, наконец-то, она стала привыкать к их миру. Например, она точно могла сказать, что маленькая старушка за рулем такой большой машины выглядит неуместно. Но конечно, эта старушка была одним из главных воспитателей двадцати семи детей и нуждалась в чем-то большом, чтобы их перевозить.

— Итак, что ты выберешь сегодня? — спросила Роуз, заводя двигатель.

— Сегодня безусловно день Арпеджио Гармони, — ответила Сансет.

— Как всегда, хороший выбор. — Роуз Петал достала из-под сиденья кассету и вставила в магнитолу. Звук струнной партии наполнил салон, вскоре его сменило пианино.

К их общему удивлению, Сансет и Роуз разделяли любовь к классической музыке. Роуз была поражена, встретив ребенка, который интересовался чем-то, кроме поп-музыки, Сансет никогда не упоминала, но вряд ли она назвала бы это “классикой”, поскольку этот музыкальный жанр был все еще доминирующим в Эквестрии. В частности Арпеджио Гармони мгновенно стал ее любимым. Она узнала имя давно умершего эквестрийского композитора, хотя только читала о нем и не была знакома с его музыкой. Тем не менее, совпадение было очень забавным, и ей нравилось представлять, что это какая-то причудливая связь между двумя мирами.

Ну, может она и не была знакома с Арпеджио Гармони, который жил в Эквестрии, но она становилась очень хорошо знакома с тем, кто жил на Земле. Сансет задудела, как только началась партия горна, а Роуз подыгрывала ей, изображая игру на струнах. Они не попадали в ноты и испортили музыку для любого другого слушателя, но они улыбались друг другу.

Короткая поездка с музыкой становилась еще короче. Если бы они ехали куда-нибудь еще, Сансет была бы расстроена тем фактом, что они прослушали только пятнадцать минут записи, но в преддверии встречи с Кристал Клиром музыка волновала ее меньше всего.

Роуз Петал вошла с Сансет в здание. Они остановились в холле, где администратор зарегистрировал их, а затем они расстались. Сансет прошла дальше вместе с секретаршей, чтобы встретиться с Кристалом, пока Роуз махала ей на прощание, прежде чем вернуться обратно в Новые Горизонты.

Дверь Кристал Клира была открыта — знак, что он в кабинете один.

— Доктор Клир, Сансет Шиммер пришла на прием, — сказала секретарша.

Он оторвался от бумажной работы и улыбнулся.

— Привет, Сансет. Заходи. — Он закрыл папку, которую просматривал и отложил ее в сторону. Когда Сансет вошла в кабинет, секретарша закрыла за ней дверь. — Как твои дела?

— Хорошо, — ответила Сансет, занимая свое место. — Вы узнали, где находится портал?

— Нет, — ответил он, заставив ее нахмуриться. — Но будь терпелива, это может занять время.

То же самое он говорил на прошлой неделе. Сансет не понимала, почему ему так трудно получить доступ к ее записям, если, конечно, их у него еще нет. Полиция наверняка задокументировала то место, где ее нашли, и тогда они вдвоем отправились бы туда, чтобы посмотреть, узнает ли она место, где портал выпустил ее.

Сансет прогнала эти сомнения. Кристал Клир был единственным человеком, который мог понять ее, единственным человеком, который имел возможность помочь ей вернуться домой.

— Хорошо, но вы же дадите мне знать. Верно?

— Конечно я дам знать, — сказал он с легкой улыбкой. — Должен сказать, я продолжаю слышать о тебе много хорошего.

— Ну да, оказывается быть послушной не так уж и трудно, — “по крайней мере, когда у меня есть настоящая причина.” — Сансет закончила фразу у себя в голове. Она не стала подчеркивать этот момент. Он и без лишних напоминаний был достаточно умен, чтобы понять, что есть только одна причина, по которой Сансет так себя вела.

— Я уверен, что теперь тебе живется несколько легче, — сказал он понимающе.

— Да, можно и так сказать. Приятно, когда тебя не отчитывают каждый день.

Кристал усмехнулся.

— Да, в этом есть свои плюсы.

— Ладно, я хотела спросить… — Сансет взволнованно улыбнулась от мысли, которая может значительно улучшить ее пребывание на Земле. — Теперь, когда вы знаете, что со мной произошло, может вы попросите забрать меня из детского сада? Я буду заниматься домашним обучением и всем таким, так что это не должно быть проблемой для государства.

Кристал заколебался на мгновение.

— Ты добилась больших успехов, и никто не сомневается, что ты намного превзошла учебную программу... — сказал он чересчур мягким тоном.

Сансет вздохнула.

— Но?

— Но прошло всего несколько недель. Хотя я очень впечатлен всем, что я слышал и видел, я не могу сделать эту рекомендацию.

— Но вы же знаете, что я не должна быть в детском саду! — Сансет ненавидела то, как звучал ее голос. Она слышала в нем мольбу. Она просила об утешении. Скажи мне еще раз, что веришь мне.

— Это не мое решение, прости. Все, что я могу сделать, это высказать свое профессиональное мнение.

— Ну это уже хоть что-то! Блин, я была бы счастлива, если бы они перевели меня на несколько классов выше!

Он, казалось, задумался о выборе вариантов. Сансет не могла отделаться от ощущения, что это все было просто для вида, но она все равно терпеливо ждала.

— Как насчет такого: закончи детский сад без каких-либо проблем, и я сделаю все возможное, чтобы выбить еще один тест для тебя. Куда ты попадешь, я не могу сказать, но могу гарантировать, что это будет выше первого класса.

Возможно это было лучшее, на что она могла надеяться, но этого было недостаточно.

— Но ведь учебный год начался всего несколько месяцев назад! Ну же, вы можете что-то сделать. Я не хочу потратить половину своего времени в этом мире с кучкой детишек.

— Может я смогу немного ускорить процесс. Я не буду ничего обещать, но постараюсь.

“Точно так же, как ты стараешься найти портал,” — с горечью подумала Сансет. Но она не могла ничего сделать, без риска сжечь свой единственный мост, поэтому все, что она сказала, было:

— Спасибо.

Довольный тем, что отложил этот вопрос на потом, Кристал Клир кивнул:

— Всегда пожалуйста. Что ж, есть еще что-нибудь, о чем бы ты хотела поговорить? Что-нибудь новое произошло на этой неделе?

— Нет, не совсем. — Даже с новостями об Эквестрии, Кристал Клир всегда уделял больше внимания ее повседневному опыту. Она не была уверена, почему ему все еще интересно, но догадывалась, что это просто часть его работы. И все же она знала, что он будет не против больше узнать об Эквестрии, если она заговорит об этом. — О! По-моему, я вам еще не рассказывала о погоде в Эквестрии!

Сансет взволнованно улыбалась, когда рассказывала ему, как пони контролируют погоду в крупных городах, с радостью отвечая на все его вопросы. Хотя он никогда не заговаривал об Эквестрии первым, его интерес был очевиден. Он задавал вопросы обо всем, уделяя внимание деталям, как все на самом деле работает. Сансет подозревала, что именно из-за этой любознательности он стал психологом.

К счастью, он разговаривал с одной из немногих пони, которая действительно понимала, как все работает в Эквестрии. Большинство пони просто принимали как факт, что за всем стоит магия. Но Сансет понимала принципы самой магии. Ей с трудом дались некоторые вопросы, что было вдвойне неприятно, ведь она была уверена, что знала ответы раньше, и Кристал Клир делал заметки с каждой ее неудачей. “Он просто помечал, что надо посмотреть, когда мы пройдем через портал.”

Сеанс был похож на предыдущие. Сансет рассказывала об Эквестрии и ощущала растущее беспокойство, смешанное с облегчением. Это было по большей части приятно, и она чувствовала себя хорошо, когда их разговор продолжался. Почти достаточно хорошо, чтобы она поддалась искушению проигнорировать неожиданный шанс, который ей предоставился. Почти.

Ближе к концу их сеанса секретарь Кристал постучалась в его дверь и сообщила, что ему звонят. Обычно он не стал бы отвечать, но с их установившимися дружескими отношениями Сансет смогла убедить его, что вовсе не возражает подождать. Когда он покинул кабинет, Сансет обошла вокруг его стола.

Двигать его записи было слишком рискованно, поэтому она посмотрела на то, что лежало сверху. Конечно же там было записано то, на что Сансет не смогла ответить. Она знала это, но рядом было написано: “Надавить.”

Будь это: “Выяснить больше” или “Узнать позже”, или даже вообще ничего, Сансет не придала бы этому значения. Но почему он надавливает, когда она уже сказала ему, что не знает? У нее появилось предчувствие, но нужно раздобыть больше доказательств.

И она точно знала, где их искать — ее личное дело. К несчастью, то, которое лежало на виду, было чужим. Но маленький ключ рядом с ним как раз подходил для картотеки. Она сунула его в карман и села на место.

Кристал Клир вернулся, извиняясь, и занял свой стул. Сансет не хотела выглядеть подозрительной, поэтому начала пустой разговор.

— Все в порядке? — спросила Сансет. Она добавила полушутливые нотки в свой голос. Он никогда бы не поверил, что она действительно беспокоится.

— Да, ничего особенного. Мой сын спрашивал, может ли он пойти гулять с друзьями сегодня вечером.

Сансет продолжала создавать идеальное количество интереса. Как раз, чтобы он продолжал говорить, но не понял, что она просто тянет время.

— Я не знала, что у вас есть сын.

— Да, ему четырнадцать. Хороший ребенок.

— Вы не носите обручальное кольцо. — Дружелюбно или нет, она не могла упустить шанс заставить его поежиться.

Кристал, казалось, не возражал.

— Разведен, — ответил он с улыбкой. Он поднял левую руку, показывая трудно различимую линию загара вокруг безымянного пальца. Ее было едва заметно, значит это было много лет назад.

Хотя Сансет испытывала искушение узнать побольше, она опасалась, что это зайдет слишком далеко. К тому же, ей надо было кое-где побывать.

— Такой хранитель очага, как ты? Не может быть. — Она встала, прежде чем он успел ответить. — В любом случае, мне надо выйти. Дамская комната.

Кристал кивнул.

— Хорошо, дальше по коридору…

— Налево, я знаю. — Сансет позаботилась о том, чтобы изучить планировку здания, как и любого другого, в которое она часто ходила. Не только, где находится та или иная комната, но и кто, куда и зачем ходил. В конце концов, она вовсе не случайно пробралась в секретный раздел Королевской Библиотеки в Кантерлоте.

Поэтому Сансет отправилась дальше по коридору. Она дошла до поворота в туалет, но прошла прямо. Кристал Клир у себя в кабинете, а его секретарша в приемной, шансы, что кто-то окажется в картотеке крайне малы. А если окажется? Тогда она просто маленькая девочка, которая ищет туалет.

Она уверенно открыла дверь, как будто бы ей полагалось там находиться, и обнаружила, что внутри никого нет. Времени было в обрез, и она сразу принялась за работу. К счастью, большая часть работы была сделана за нее. “Доктор Кристал Клир” было написано на одном из стеллажей, а на ящике снизу буквы “П-Я”. Радуясь тому, что и под “Сансет”, и под “Шиммер” она окажется в этом стеллаже, Сансет вставила ключ и повернула, едва удивившись, что он открылся. Кристал не был похож на человека, который очень озабочен безопасностью.

Со всей возможной скоростью она пролистывала папки и довольно быстро нашла свою. Папка оказалась на удивление толстой, учитывая, что у них было не так много сеансов. Ей очень хотелось украсть ее целиком, но тогда ее поймают. Она открыла первую его запись.

У субъекта явно наблюдаются признаки генерализованной диссоциативной амнезии, с большой вероятностью либо биполярного расстройства, либо даже диссоциативного расстройства личности. Высокий уровень интеллекта, но замедленное эмоциональное развитие в сочетании с диссоциативной амнезией предполагает, вероятно, домашнее насилие.

Как бы ни было интересно видеть мысли Кристала об их первых встречах, у Сансет была другая цель. Она пролистала до последних страниц.

Прорыв. Субъект создал прошлое, содержащее ее жизнеописание в качестве волшебной пони из другого мира. Она способна обеспечить очень глубокую логику и поддерживать ее требования, что неудивительно, учитывая ее высокий интеллект. Слишком рано для полного прогноза, но потенциально может быть шизофрения. Неясно на данный момент, вызвано ли это диссоциативной амнезией или наоборот. Пытаюсь примириться с иллюзиями в надежде, что смогу довести ее до вывода, что такой мир попросту невозможен.

Сансет закрыла папку и аккуратно положила ее на место. Заперла ящик на ключ и сунула его в карман. Она спокойно вышла из комнаты, бесшумно закрыла за собой дверь и вернулась к кабинет Кристал Клира.

Он улыбнулся, когда она вошла и села как ни в чем не бывало. Она даже улыбнулась в ответ. Он и понятия не имел, что будет дальше.

— Похоже, у нас осталось немного времени, — сказал Кристал Клир, как будто это было что-то плохое. — Есть что-нибудь еще, чтобы ты хотела обсудить?

Его было много.

— Ничего особенного. У вас есть еще вопросы ко мне?

— О, я всегда могу придумать, что обсудить. Я в этом уверен, — сказал Кристал, пожимая плечами. — Но давай сейчас сосредоточимся на предстоящей неделе.

Сансет приподняла бровь.

— Звучит как домашняя работа.

— Я думал, что ты хотела дополнительную нагрузку?

— Нет, — ухмыльнулась Сансет. — Я хочу быть подальше от детей. И я равнодушна к дополнительной нагрузке.

— К сожалению, тебе придется иметь дело с обоими. — Кристал Клир сложил руки на столе и облокотился на него. — Если ты правда хочешь уйти из детского сада, тебе придется доказать своей учительнице, что ты готова двигаться дальше.

Сансет пожала плечами.

— Да пожалуйста. Я могу рисовать пальцем, как чертов профессионал.

— Я говорю про то, как ты взаимодействуешь с другими детьми, — Кристал задумался ненадолго. — И не сквернословить тоже было бы неплохо.

Другие дети. Как она вообще могла подумать, что он на ее стороне?

— Я буду вести себя наилучшим образом. Обещаю.

— Я в этом не сомневаюсь. Я действительно имею это в виду, когда говорю, что ты проделала отличную работу за последние несколько недель. Быть нейтральной к другим может быть достаточно, чтобы избежать неприятностей, но если ты хочешь двигаться дальше, тебе нужно сделать больше.

— Знаете, если бы я не знала вас лучше, я бы подумала, что вы хотите, чтобы я завела друзей.

Кристал усмехнулся.

— Ох нет, только не это, — саркастично ответил он.

Сансет в ответ ему только ухмыльнулась.

— Ну, я не буду ничего обещать, но постараюсь. — Она вспомнила еще кое-кого, кто всегда хотел, чтобы она завела друзей. Та самая пони, которая советовала ей быть открытой.

Кристал посмотрел на часы.

— Похоже наше время закончилось. Зная мисс Роуз, она будет вовремя. Не будем заставлять ее ждать.

Когда он встал, Сансет осторожно уронила ключ на пол. А когда поднялась сама, чтобы проследовать за ним, подтолкнула ногой к столу. Он ничего не заподозрит, когда увидит ключ на полу, подумает, что тот просто случайно упал.

Они вышли в приемную, где сидела Роуз Петал с книгой в руках. Она улыбнулась, когда они приблизились.

— Как все прошло?

— Хорошо, — отвечала Сансет. В каком-то смысле это было правдой. Лучше знать, что Кристал Клир лживый, манипулятивный ублюдок, чем притворяться, что это не так.

Пока они прощались, Сансет оставалась приветливой. Она не подавала вида, что находится в отвратительном настроении, пока не забралась в фургон, и даже там просто отвернулась, уставившись в окно.

— Я держала кассету на паузе, пока ты не вернешься, — сказала Роуз Петал.

— Спасибо, — пробормотала Сансет, но ей было все равно. Роуз ясно видела это, но не сказала ничего. Она сняла паузу и пыталась заставить Сансет подпевать вместе с ней. Сансет все это время решительно смотрела в окно, не обращая внимания ни на музыку, доносящуюся из динамиков, ни на то, как пела ее Роуз.

Короткая поездка в приют была наполнена мыслями о том, как лучше поступить. Возможно, Селестия и ошибалась, открываясь другим, но она несомненно была хороша в том, что делала. И Сансет была ее лучшей ученицей, отчасти потому, что она уделяла внимание и тем ее урокам, которые ее учитель, возможно, и не хотел давать.

— Всем иногда нужна помощь. Я точно знаю, чего хочу.

Да, это правда, не так ли? Селестия производила впечатление, но она не управляла страной в одиночку. И все же она не собиралась раскрывать свои секреты, не так ли? Несмотря на все лицемерные разговоры о том, что надо открываться другим, Селестия очень хорошо охраняла свои мысли. Даже Сансет не могла видеть ее насквозь, а она знала принцессу полжизни.

“Мне нужны другие, чтобы достичь моих целей,” — сказала про себя Сансет. Ей было трудно принять эту истину, с которой она никак не могла примириться в прошлом. “Мне нужны другие люди, но я не могу им доверять. Так что мне просто придется заставлять их делать то, что я хочу.”

Это было не трудно. Сансет была практически выведена для этого. Ее родители с юных лет учили ее, как сказать нужные вещи нужным пони, чтобы она не стала угрозой их драгоценной репутации. Затем, когда она стала одаренной ученицей Селестии, каждый день становился испытанием в попытках изучить тонкие сигналы ее наставника, чтобы узнать ее скрытые секреты. Потом оказалось, что читать других пони намного легче.

А теперь у нее появился еще один инструмент. Хотя она ненавидела находиться в ловушке пятилетнего возраста, это имело определенные преимущества. Она была милой невинной маленькой девочкой, люди хотели защитить ее и не могли предположить, что она манипулировала всеми вокруг. Как глупо с ее стороны попусту растрачивать такую возможность.

К тому времени, как они подъехали, у Сансет уже созрел план. Но прежде чем она успела открыть дверь, Роуз Петал остановила ее.

— Сансет, все хорошо?

Сансет задумалась на мгновение. Все для нее должно измениться. Она не собиралась просто соглашаться со всем, что они от нее хотели, но и не получала выгоды от того, что отталкивала всех вокруг себя. С этого момента она будет планировать свои ответы для скорейшего достижения целей.

Так как же ответить Роуз? Она обладает большой властью над жизнью Сансет, так что ей лучше оставаться в ее милости. Она решила слегка улыбнуться, ее отстраненность по дороге домой не дала бы убедить Роуз, что все в порядке.

— Со мной все хорошо, просто сегодня было немного… утомительно.

Роуз Петал выглядела обеспокоенной, но этого следовало ожидать. Сансет не пыталась развеять ее тревоги, она просто хотела покончить с ее вопросами.

— Знаешь, Сансет, я не профессиональный психотерапевт, но я всегда здесь, если ты захочешь поговорить. Я достаточно хороша в этом после стольких лет.

Сансет слегка улыбнулась, отведя взгляд немного в сторону, имитируя смущение.

— Спасибо вам. Я действительно в порядке. Я просто хочу немного отдохнуть.

Беспокойство Роуз задержалось на мгновение, но потом ее лицо расплылось в улыбке.

— Хорошо, я зайду за тобой к обеду.

Сансет поблагодарила ее снова для ровного счета, а затем вышла из фургона. Она чувствовала удовлетворение от того, что разговор прошел именно так, как хотела она, но это был далеко не первый раз, когда она делала что-либо подобное. Самое больше испытание было впереди.

Она вошла в здание и поднялась в свою комнату, но не собиралась там оставаться. Она рылась в ящике стола, пока не нашла визитную карточку. “Вайолет Даск: Социальный работник” было напечатано на ней, но важнее была информация внизу. Адрес ее офиса, два номера телефона, номер факса и электронная почта.

Хотя можно было воспользоваться телефоном в офисе, для этого потребовалось бы обратиться к одному из воспитателей. Сделать это, и Роуз узнает, и может начать волноваться. С этой ситуацией можно было справиться и без нее, поэтому Сансет решила попытать счастья с другими детьми.

Сансет никогда не пользовалась гостинной, но именно там был телефон. К счастью, в основном им пользовались дети постарше, пока дети ее возраста играли в свои глупые маленькие игры. Взаимодействие Сансет со старшими детьми было ограничено и, возможно, в результате все пройдет гладко. К сожалению, когда она пришла, кто-то уже висел на телефоне. Она встала рядом и решила подождать.

Он, кажется, разговаривал со своей девушкой и все время оглядывался, чтобы убедиться, что никто не слышит его, каждый раз, как он говорил: “Я люблю тебя”. Этот идиот был слишком влюблен, чтобы понять, что его друзья продолжали хихикать каждый раз, когда он делал это. Они бубнили целую вечность о всяких глупых вещах, и, когда Сансет была готова сдаться и прийти попозже, он повесил трубку.

Прежде чем кто-то успел подойти к телефону, Сансет практически подбежала, чтобы схватить его. Друзья идиота были слишком заняты подтруниваниями над тем, как сильно он любит свою девушку, чтобы кто-то из них заметил Сансет, и ее это полностью устраивало. Она подняла трубку и посмотрела на карточку с цифрами.

Дерьмо. Она понятия не имела, как пользоваться этой проклятой штуковиной.

Она почти попыталась сделать наугад, когда вспомнила о своем новом мировоззрении. Этот идиот умел обращаться с телефоном, и он мог показать ей, как это работает.

— Простите, — сказала она намеренно тихим голосом. Он отвернулся от своих друзей, чтобы посмотреть, чего она хочет. Конечно, они видели друг друга, но никогда не разговаривали непосредственно. — Я не знаю, как им пользоваться.

Он вопросительно посмотрел:

— Кому ты пытаешься позвонить?

“Не твое собачье дело”. — Сансет протянула визитку. — Ей. — Она была далеко не единственным ребенком в Новых Горизонтах с социальным работником. Тем не менее, она не хотела беспокоить их, так как это могло дойти до воспитателей. — Я оставила свой ланчбокс в ее машине, а мне он нужен в понедельник для школы.

Он снисходительно улыбнулся, но это не смутило Сансет. На самом деле это было как раз то, чего она хотела. Он видел в ней всего лишь маленькую невинную девочку, и вряд ли кто-то другой смог бы провернуть подобное.

— Это не так уж и трудно. Ты просто берешь трубку и набираешь номер, — вместо того, чтобы ждать Сансет, он сделал это за нее. — Ты должна услышать гудки прямо сейчас.

Сансет прижала трубку к уху и услышала гудки. Она улыбнулась и кивнула:

— Спасибо.

— Без проблем. Просто повесь трубку, когда закончишь. — Он развернулся и ушел к своим друзьями, освобождая ей место. Рядом были другие дети, но они смотрели телевизор, который стоял в другом конце гостиной. Пока она ведет себя тихо, ее никто не услышит.

— Вайолет Даск слушает.

Сансет не могла не улыбнуться. Технологии были своего рода магией.

— Привет, Вайолет. Это Сансет. Сансет Шиммер.

— Привет, Сансет. Все в порядке?

Это было немного сложнее. Вайолет нельзя одурачить игрой в милого персонажа. Сансет должна была действительно убедить ее.

— Меня беспокоят мои встречи с Кристал Клиром. Я не чувствую себя комфортно, разговаривая с ним.

— Почему?

— Между пациентом и психологом должна быть абсолютная конфиденциальность, верно? Это же закон, так?

— Да, это закон. У тебя есть причина считать, что он не соблюдает его?

— Да, он рассказывал мне о других своих пациентах. Он говорил, что родители Дью Дроп не хотели ее и издевались над ней. И что мама Шугар Бриз все еще жива, но она пристрастилась к наркотикам и просто посылает игрушки и прочее. Я даже не думаю, что она это знает. А еще он рассказал мне…

— Хорошо, достаточно. Я понимаю, что ты имеешь в виду.

Сансет улыбнулась. Технически Кристал Клир рассказал ей только о Дью Дроп. Сансет подслушала, как кто-то из воспитателей говорил о Шугар Бриз, когда пришла очередная посылка от ее мамы. Но Сансет не пыталась избавиться от воспитателя, и знала, что они обе посещают Кристал Клира. В конце концов, кто мог знать, откуда у Сансет такая информация?

Но даже при всем этом, это звучало так, как будто сомнения овладели ею. Сансет должна быть уверена, что игра будет по ее правилам.

— Так… что теперь? Я не буду общаться с кем-то, кто может просто рассказать обо мне другим пациентам?

— Я понимаю твои опасения. Дай мне несколько дней, чтобы разобраться в этом, и я вернусь к тебе. Я обещаю, что мы покончим с этим до вашей следующей встречи с ним. Хорошо?

Превосходно.

— Да, спасибо вам.

— И, Сансет?

— Да?

— Не рассказывай про это никому. Включая Дью Дроп и Шугар Бриз. Тебе не следует распространяться об этом, и это очень личная информация. Ты понимаешь?

Личная информация звучит как нечто, способное завести очень далеко. Сансет нужно собрать как можно больше информации на всех, на кого сможет.

— Заметано. Я никому не расскажу, обещаю.

* * *

Спустя три дня Роуз Петал сообщила Сансет, что она больше не увидит Кристал Клира. Все, что она ответила, когда Сансет спросила почему, были опасения, что он не заботится об ее интересах. Это не имело значения, Сансет знала причину так или иначе.

На следующей неделе пришла Вайолет Даск, чтобы отвести ее на прием к психологу. Сансет понимала, что не расстанется с ними навсегда, но все же чувствовала себя лучше, увидев кого-то нового.

— Это будет кто-то из других докторов в том же офисе? — спросила Сансет, пока они сидели в машине.

— Наверное нет, но мы пока еще не знаем, — ответила Вайолет. — Нам нужно выяснить, кто лучше подходит для тебя. — Она сверкнула легкой улыбкой — ее обычный знак поддержки. — Но это будет кто-то более надежный, чем Кристал Клир.

— Откуда ты знаешь? — Сансет не была особенно обеспокоена, но ей будет легче, если все выглядит так.

— Я лично собираюсь просмотреть историю их работы, прежде чем принять решение. И пока я не дам добро, они тебя не увидят. Оказывается Кристал Клир имел похожие проблемы в прошлом. Довольно давно, иначе я бы знала об этом. Но к новому доктору я присмотрюсь гораздо внимательнее.

Сансет смотрела, как приют исчезает позади них, когда они поехали.

— Так куда мы едем сегодня?

— Сегодня тебя осмотрит психиатр. Даймонд Фэйсет, вы встречались раньше. Она хороший врач и даст нам гораздо лучшее представление, что делать дальше.

— Хорошо.

Какое-то время они ехали молча. Вайолет нравилась Сансет больше других людей, но ей не хватало кассет с классической музыкой Роуз Петал. Впрочем, все было не так плохо. Сансет требовалось время, чтобы подготовиться. Было бы удивительно, если бы Кристал Клир сохранил свои записи о ней, но она сомневалась, что это так. Нет, если она собиралась поговорить с кем-то еще об Эквестрии, то ей нужен был план действий.

— Нервничаешь? — спросила Вайолет спустя какое-то время.

Сансет потребовалась секунда, чтобы понять, что Вайолет спрашивает, не беспокоит ли ее разговор с другим психологом, а не что-то, связанное с Эквестрией.

— Немного.

— Я понимаю. — Вайолет снова посмотрела на Сансет, слегка улыбнувшись. — Насколько мне удалось выяснить, Кристал Клир никому не рассказывал о ваших сеансах. Мы убрали тебя из предосторожности. — Вайолет сделала паузу, ожидая ответа Сансет, но продолжила, когда Сансет промолчала. — Ты поступила правильно. Я знаю, сейчас тебе нелегко доверять людям, но я забочусь о тебе. Ты можешь рассказать мне о любых своих проблемах с кем угодно.

Доверять Вайолет? Сансет думала, что может доверять Кристалу. Но она ошиблась и извлекла урок. Она не могла никому доверять, лишь использовать их в своих интересах.

— Так что теперь будет с Кристалом Клиром?

Если Вайолет и была обеспокоена тем, что Сансет уклонилась от ответа, то виду не подала.

— Понятия не имею. Я сообщила о своих опасениях, так что теперь это не мое дело. Другие дети, с которыми я работаю, не являются его пациентами, так что его будущее меня не касается.

Сансет ухмыльнулась, вспомнив, как она и раньше говорила нечто подобное.

— Только я?

Вайолет усмехнулась. Не обычной улыбкой, которая всегда заставляла Сансет удивляться, как столь бесстрастный человек пошел работать с детьми. Это была настоящая усмешка.

— Совершенно верно, только ты.

Они заехали на стоянку больницы. Вайолет даже не пыталась найти место поближе к выходу, делая ставку на скорость, вместо того, чтобы тратить время, разъезжая в поисках чего-то получше. Как только они вышли, Вайолет закрыла двери, проверила замок и повела ее к зданию.

Когда Сансет впервые увидела больницу, это оказался удивительный опыт. Конечно, она была напугана, но, тем не менее, поражена. Но теперь, когда она была знакома с человеческими технологиями, все стало скучным. Регистрацию они прошли в куда меньшем офисе, чем тот, где работал Кристал Клир, и сразу же были направлены дальше. Повсюду можно было отметить недостаток роскоши, присущий более крупной больнице. Куда бы она не посмотрела, Сансет видела медсестер, врачей и лаборантов, бегущих к своим пациентам. Вайолет и Сансет просто терпеливо сидели и читали свои книги, в то время как люди вокруг них жаловались на долгое ожидание.

— Сансет Шиммер?

Она подняла голову и увидела лаборанта, который звал ее по имени.

— Здесь, — ответила Вайолет вместо Сансет.

Лаборант тепло улыбнулся.

— Доктор Фэйсет готова принять вас.

Сансет встала, а Вайолет осталась сидеть. Кажется она будет говорить с Даймонд Фэйсет одна.

— Запомни, Сансет, — сказала Вайолет, прежде чем она ушла. — Самое главное — честно отвечать на все вопросы. Это не экзамен, который можно провалить, нам просто нужно знать, как далеко все продвинулось с тех пор, как ты виделась с Кристал Клиром.

Сансет кивнула и повернулась, чтобы проследовать за лаборантом. Он отвел ее в кабинет, который Сансет смутно узнала. Она помнила женщину, которая приветствовала ее гораздо лучше.

— Привет, Сансет. Давно не виделись.

— Здравствуйте, доктор Фэйсет, — сказала Сансет. Людям нравилось, когда их приветствовали подобающими титулами, особенно маленькие дети. Ребенок, который знает как обращаться ко взрослому, располагал к себе, а Сансет хотела расположить к себе Даймонд Фэйсет.

Лаборант оставил их одних, закрыв дверь. Даймонд жестом пригласила Сансет сесть, она так и сделала.

— И как ты поживаешь, Сансет? — спросила Даймонд.

Простая беседа. Достаточно легко ориентироваться.

— Дела у меня идут все лучше. А как поживаете вы, доктор Фэйсет?

Даймонд улыбнулась в ответ вежливому вопросу. Без сомнения, она помнила грубость Сансет во время их последнего разговора. Впрочем, это сыграет ей на руку, покажет, насколько лучше она стала за прошедшее время.

— У меня все хорошо, спасибо, — ответила Даймонд. — Итак, до недавнего времени ты встречалась с доктором Клиром. Что ты о нем думаешь?

Сансет потеряла улыбку. Она не могла изображать невинную маленькую девочку сейчас, Даймонд, вероятно, знала, что именно Сансет была причиной расследования Вайолет.

— Сначала я думала, что он хороший.

— Но через какое-то время он перестал таким казаться?

Тщательно спланировать нерешительность, чтобы заставить себя выглядеть виноватой за то, что сказала правду.

— Ну, он все еще был очень мил, но… я знаю, что он говорил мне вещи, которые не должен был говорить. Я не хотела, чтобы он рассказывал обо мне другим людям.

Даймонд кивнула.

— Да, это было очень плохо с его стороны. Но теперь это позади, и тебе не придется беспокоиться об этом снова.

Сансет кивнула и слегка улыбнулась в ответ. Она не хотела, чтобы они останавливались на обстоятельствах конфликта с Кристалом.

— Я знаю.

Даймонд улыбнулась. Сансет получала от нее именно ту реакцию, которую хотела, просто показывая, что испытывает все соответствующие эмоции.

— О каких вещах вы с Кристалом говорили?

— Он спрашивал о моих делах. Лажу ли я с другими детьми, слушаю ли моих учителей и воспитателей в Новых Горизонтах. — Сансет заерзала на стуле, давая понять, что она что-то скрывает. Даймонд Фэйсет знала об Эквестрии, ее вопрос подтвердил это. Сансет просто должна была правильно сформулировать свои объяснения.

— Вы говорили о чем-нибудь еще?

— Хм… — с этими словами Сансет опустила глаза. — Он, ух... он спрашивал меня о книгах, которые я читаю. Он всегда приносил мне новые книги для чтения.

Даймонд Фэйсет перегнулась через стол и спросила голосом чуть выше шепота.

— Были у вас с доктором Клиром какие-нибудь… секреты?

Сансет восхитилась ее попыткой. Будь ей действительно пять лет, это могло сработать. Но Сансет не собиралась поддаваться на уговоры выдать секрет, потому что взрослый сделал что-то необычное. Сансет собиралась открыть свою тайну в свое время и в соответствии со своим планом.

— Хм… не знаю…

— Сансет, ты знаешь, что ты можешь рассказать мне обо всем, правильно? — Даймонд немного подождала, и Сансет неуверенно кивнула. — О каких секретных вещах ты и доктор Клир говорили?

Сансет решительно посмотрела на стол и пробормотала ответ:

— Эквестрия.

— А? И что такое Эквестрия? — спросила Даймонд, изображая неведение. Сансет едва слышно произнесла это иностранное слово, если бы Даймонд так же внимательно следила за своими действиями, как Сансет, она бы попросила Сансет повторить громче.

— Это… это… — Сансет начала жалеть, что не может покраснеть по команде. Вместо этого она полагалась на остальную часть языка своего тела, чтобы показать, что ей неловко говорить на эту тему. — Это волшебный мир. С пони.

— И эта Эквестрия — реальное место?

— Я… я не знаю.

— Не знаешь? — Даймонд игриво увеличила свое недоверие.

— Нет, — ответила Сансет.

— Но ты сказала доктору Клиру, что она реальна, не так ли?

Ах, пропустить детали, рассчитывая на то, что Сансет слишком молода, чтобы понять, что Даймонд Фэйсет знает больше, чем должна.

— Я… да.

— Зачем ты ему сказала, если не знаешь?

Сансет не ответила. Она прикусила губу и убедилась, что жест был достаточно явным, чтобы Даймонд Фэйсет его увидела.

— Все в порядке, Сансет, у тебя нет неприятностей. Не важно, каким будет ответ, все в порядке, пока ты говоришь правду.

— Потому что… потому что он действительно хотел знать. — Сансет продолжала смотреть в пол. — Ему нравилось слушать об Эквестрии, он всегда спрашивал меня о ней.

Даймонд понимающе улыбнулась. Сансет не могла сказать, это потому что она купилась или потому что хотела, чтобы Сансет ей доверяла.

— Сансет, ты все выдумала про Эквестрию?

Последний кусочек в пазле Сансет занял свое место.

— Мне это приснилось.

— Ты сказала доктору Клиру, что это был сон?

— Я… нет. — Сансет лишь на мгновение посмотрела на ее лицо, прежде чем снова отвернуться. — Это… это чувствовалось таким реальным, когда я проснулась.

— Ты можешь обьяснить, что ты имеешь в виду? — спросила Даймонд. — Пожалуйста, расскажи мне все, что случилось, когда ты впервые рассказала доктору Клиру об Эквестрии.

Признак хорошего психолога. Даймонд хотела услышать объяснения Сансет, не строя никаких предположений, которые могли бы исказить ответ. Сансет отметила, что Кристал такого не делал.

— Ну... доктор Клир и миссис Даск отвезли меня посмотреть на пони на ферму “Сладкое Яблочко”, но там было страшно. Потом мне снились сны о пони. Но они умели говорить и были очень милыми. Но иногда они из милых превращались в кошмары, и они уже не были похожи на сон, когда я просыпалась. Доктор Клир пришел поговорить со мной после плохого сна, и я рассказала ему об этом.

— Ты рассказала ему о своем сне? — спросила Даймонд.

— Да. Но, я не… я так думаю…

— Ты думала, что это было на самом деле?

Сансет кивнула.

— И что сделал доктор Клир, когда ты рассказала ему об этом сне?

— Он… задавал вопросы. — Сансет старательно повторяла определенную информацию, надеясь выдвинуть идею, что Кристал Клир давил на нее, требуя больше информации, вместо того, чтобы позволить Сансет добровольно поделиться ею, что и привело ее к искусной лжи. — Он задавал много вопросов об Эквестрии. Он был счастлив, когда я рассказывала ему об этом в подробностях.

— Доктор Клир когда-либо говорил, что Эквестрия реальна?

Сансет на мгновение задумалась.

— Я не помню. Но он действительно хотел знать о ней, поэтому я думаю, что он верил в ее реальность.

— А ты веришь, что Эквестрия — реальное место, Сансет?

Сансет моргнула несколько раз, посмотрела в глаза Даймонд Фэйсет и дала ей абсолютный стопроцентный ответ.

— Нет, — сказала она. — Эквестрии не существует.

## 8 - Воспоминания

Глава восьмая

Воспоминания

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/cK7bH6jrMjJmhYAwFxyMdQSo2Ge7thLY_LcNRryJS8dsRPGF5Ike7B6N2yqdWdIguyPFKxvgGsFlCH-DDPt3W7n2Kds2PC_aBzaNf50q8IzsGd5-xhFDeQ4vuzaKB68ZWiX5hVba]

Помнить становилось все труднее. Вещи, которые Сансет обещала никогда не забывать, стали расплывчатыми. Теперь она смутно помнила очертания своей жизни до Новых Горизонтов, лишь некоторые детали. Могла припомнить разговоры, но не слова. Пони, которых она видела каждый день, но не их имена.

И если были вещи, которые она с трудом могла вспомнить, то были еще десятки других, которые она забыла. Так должно быть. Она хотела верить, что ничего из того, что она забыла, не было важным, но это было трудно. Не потому, что чувствовала, что воспоминания были важными, а потому, что задавалась вопросом, было ли что-либо из этого действительно важным.

Но даже хуже пропавших воспоминаний, было то, что Сансет начала сомневаться в том, в чем когда-то была уверена.

И все же она держалась. Она держалась за свою историю всем своим существом. Это была единственная вещь в мире, на которую ей было не наплевать. Иногда ей казалось, что Эквестрия это просто что-то, созданное ее разумом. Глупая пятилетняя выдуманная земля, нечто, чтобы заполнить пробелы, оставленные ее амнезией. Это были трудные дни. Она была волшебным единорогом из другого мира. Она была богатой, деньги ее родителей оплачивали все, что она хотела. Она была личной ученицей принцессы, которая двигала солнце и луну. Она сама по себе была исключительно могущественной, уступая только своему учителю. Это было нелепо. Именно такую историю придумала бы маленькая девочка, не имеющая ни семьи, ни денег, чтобы почувствовать себя лучше. Было легче поверить, что все это произошло из ее воображения, потому что это никак не могло быть реальным.

Но приходил другой день, и она вспоминала. Она могла закрыть глаза, и, казалось, что она все еще там. Принцесса Селестия сказала ей, что она заслужила поспать сегодня, несмотря на их обычное раннее утро. Ощущение солнца на ее шерстке, когда она совершала несвойственную ей прогулку по саду, позволяя себе полениться один день. Кадэнс, вбежавшая в ее комнату, убежденная, что они смогут сблизиться только потому, что сегодня какой-то там день. Дни, когда она едва могла держаться за Эквестрию, были тяжелыми, но были дни, когда воспоминания не прекращались. Эти дни были намного хуже.

Это была традиция. Каждый год в обязательном порядке. Только для них двоих, нечто настолько особенное, что даже Кадэнс знала, что не стоит пытаться вмешаться. Сансет присоединится к своему наставнику ближе к вечеру, и они поднимутся на самую высокую башню замка. Они будут стоять на балконе, и Селестия опустит солнце. Небо вспыхнет огнем, переливаясь множеством оттенков красного и желтого. Они не промолвят и слова, просто будут сидеть и любоваться закатом.

Это были переживания, которые Сансет надеялась сохранить, формирующие часть ее прошлого, без которой она не могла представить свою жизнь. Это было также ее самое болезненное воспоминание, которое она могла припомнить.

Сансет прожила в Новых Горизонтах почти год. У нее были хорошие и плохие дни, но она сумела сделать свою жизнь сносной. Другие дети ее возраста научились оставлять ее в покое, в то время как дети постарше питали к ней слабость и, при необходимости, присматривали за ней. Воспитатели видели ангельски вежливую девочку, у которой были трудности с общением с детьми ее возраста. Ее новый психолог наблюдал пациента, который показывал заметное улучшение. С течением времени сеансы были сокращены с еженедельных до ежемесячных и могли полностью прекратится через несколько месяцев. Никто никогда не говорил об Эквестрии и вообще не вспоминал ее прошлое. Жизнь могла быть намного хуже.

И все же она поймала себя на том, что смотрит на закат, который ничем не отличался от вчерашнего заката и не будет отличаться от заката завтрашнего. Это было, как и все остальное, неправильно. В любое другое время ей было бы все равно, но на один день это должно стать чем-то особенным. Ей нужно было нечто, чтобы сделать это как должно.

— Ты здесь уже давно, — сказала Роуз Петал, зайдя в беседку к Сансет.

Сансет не обернулась, чтобы посмотреть на нее. Она вообще ничего не ответила. Роуз Петал не должна быть с ней, чтобы увидеть это. Никто не должен. Никто, кроме нее и Принцессы Селестии. Это была традиция.

Но Принцесса Селестия не придет, да и в этом закате не было ничего особенного. Роуз Петал села рядом, и Сансет не смогла найти в себе достаточно возмущения, чтобы что-нибудь с этим поделать.

— Честно говоря, я не припоминаю, чтобы ты хоть слово сказала за весь день, — заметила Роуз. — Ты и обычно не слишком болтлива, но сегодня все по-другому. Я же вижу.

Сансет с минуту смотрела на нее. Обычно она могла ответить в одно мгновение. Это был ее талант — находить правильные слова в любых обстоятельствах. Но сейчас она никак не могла собраться с мыслями. Она не знала, какой результат хочет получить от разговора, поэтому не могла понять, как подстроиться: — Да, — сказала она через некоторое время. — Так и есть.

— Если позволишь угадать, то я не думаю, что что-то случилось. Скорее это из-за сегодняшнего дня, не так ли?

Сансет могла только кивнуть. Она повернулась обратно, чтобы взглянуть на закат. Его жалкое представление подходило к концу, и скоро она сможет пойти и спрятаться под одеялом, и не вылезать до утра.

— Что ж, давай посмотрим. Не прошло и года с тех пор, как ты очутилась здесь, так что не поэтому, и, очевидно, это не из-за чего-то там еще, что случилось, пока ты была здесь, — посмеивалась Роуз. — Знаешь, мне кажется, ты и сама не знаешь, что такого особенного в этом дне, не так ли?

Сансет поморщилась. Она не могла забыть этого, даже если бы захотела.

— Это… сегодня мой день рождения.

Роуз широко улыбнулась.

— Неужели? Я планировала отпраздновать годовщину твоего приезда сюда через пару месяцев, но если сегодня тот самый день, то я думаю, это все что нужно. С днем рождения, Сансет.

Сансет в замешательстве уставилась на нее.

— Вы не собираетесь спросить меня, откуда я это знаю?

Роуз только рассмеялась.

— О, я уверена, что ты знаешь. Есть некоторые вещи, которые человек просто помнит. Например свое имя или как ездить на велосипеде.

— Я не умею ездить на велосипеде.

— Эту проблему оставим на потом, дорогая. А пока просто жди здесь. Тебе придется дать мне время до завтра, чтобы я купила торт, поскольку ты не сочла нужным сообщить старой леди, как важен был этот день, но у меня есть кое-что для тебя.

Сбитая с толку Сансет просто смотрела, как она уходит. Что она могла задумать? На самом деле не было причин слишком много размышлять об этом. Она скоро все узнает, и это будет не слишком грандиозно. У Новых Горизонтов хватало средств, чтобы заботиться о детях и поддерживать здание приюта в хорошем состоянии, но явно недостаточно, чтобы покупать дорогие подарки для почти тридцати детей каждый год. Это, скорее всего, была книга, учитывая то, как быстро читала Сансет.

Она смотрела на остатки своего тусклого заката, гадая, как долго ей придется ждать. Она уже могла бы страдать, лежа в комфортной постели, а не сидя на улице, отмахиваясь от комаров.

Но, к сожалению, Роуз Петал была стара. Давно прошли те времена, когда она быстро обходила большое здание, так что даже если бы она точно знала, где находится то, за чем она шла, ей бы все равно понадобилось время.

И, по прошествии этого времени, она вернулась. У Сансет было искушение просто пойти в свою комнату и забрать это утром. В любом случае она не была в настроении читать. Но по какой-то причине Сансет терпеливо ждала возвращения Роуз. Когда она показалась, то несла небольшой ворох вещей.

— Что все это значит? — спросила Сансет, когда Роуз приблизилась.

— Разве ты не знаешь, половина удовольствия от подарка это узнать что внутри? Вот, открой сначала этот.

Роуз протянула ей что-то очень книго-образное, и Сансет нисколько не удивилась, обнаружив, что это действительно была книга. Она все равно поблагодарила Роуз, потому что, удивлена она или нет, но ей было интересно прочесть эту книгу. Кроме того, не так уж много взрослых на самом деле принимали то, что она читает книги, которые они не одобряли.

Роуз усмехнулась.

— Мне пришлось сделать тебе по крайней мере один настоящий подарок, хотя я думаю, что все остальное тебе понравится куда больше.

Из оставшихся вещей три, очевидно, были книгами, и еще что-то круглое и мягкое на вид. Сансет выбрала последнее, поскольку этот сверток был единственным, который вызвал у нее искреннее любопытство. Приподняв его, она обнаружила, что он странно тяжелый. Стало понятно, что это какой-то мешок с чем-то очень твердым. Она предположила, что это коллекция камней или что-то в этом роде. Взрослые всегда думали, что дети любят камни.

Она разорвала бумагу и тут же поняла, что в нем есть кое-что получше, чем камни. Это был мешочек богатого золотого цвета с красным шнурком. Сансет не только видела его раньше, она теперь поняла, что Роуз имела в виду, говоря, что это не совсем подарок. Он уже принадлежал ей. Она сорвала остатки обертки и уронила их на землю, разинув рот и глядя на мешочек. На самом деле это был кошелек. Она развязала шнурок и обнаружила, что он набит битами.

— Я… но это… как…

— Есть еще три, дорогая. — Улыбка Роуз Петал была ярче, чем Сансет когда-либо видела. Она протянула ей одну из книг, которую Сансет почтительно взяла. Девочка осторожно положила кошелек, как будто боялась повредить искусно сделанный мешочек или медные монеты внутри. Сорвав бумагу, Сансет увидела то, что ожидала. Это была книга, но не человеческая. Довольно простая обложка не давала никаких намеков, что она была о пони, но название “Грозовые копыта” безусловно намекало.

— Это моя, — наконец выдавила Сансет.

— Так и есть, и у тебя осталось еще два.

В третьей упаковке была еще одна книга, но эта, несомненно, была эквестрийской. Это был графический роман с изображениями пони на каждой странице.

— Как, черт возьми, они не поняли всю пони-одержимость? — пробормотала Сансет, листая книгу.

— О, я уверена, что Кристал Клир знал. Все это было у него, знаешь ли.

Сансет отложила книгу и повернулась к Роуз Петал.

— Чего?

— О, да. Я думаю, он надеялся, что ты сможешь вспомнить все сама, но планировал показать тебе книги, если это не сработает.

Сансет покачала головой.

— Но почему они вообще у него были? И почему сейчас они у тебя? И почему я только сейчас их получила?

Роуз улыбнулась на эти вопросы, даже на слегка обвинительные.

— Полиция передала их ему в надеже, что это поможет ему в работе с тобой. Я получила их, как только ты перестала ходить на сеансы с ним, но с инструкцией, что не должна отдавать их тебе прямо сейчас. Они утверждали, что это может сказаться на твоем благополучии, но не удосужились объяснить мне почему. Ну и черт с ними. Никто, вероятно, не вспомнит об этих клятых вещах, и я решила, что они твои, не так ли? С тем же успехом, я верну их тебе.

Сансет с трудом вспомнила, как по дороге к зеркалу небрежно бросила в седельную сумку несколько вещей. Она уже давно забыла что именно и потеряла всякую надежду увидеть их снова.

— Я не могу поверить, что все это время они были у него, — прокомментировала Сансет больше для себя, чем для Роуз Петал.

— Кстати, ты должна поблагодарить Вайолет Даск за их возвращение. — Роуз Петал постучала пальцем по своему подбородку. — Не в буквальном смысле конечно, учитывая то, что, вероятно, ты не должна иметь их. Как насчет того, чтобы это был наш маленький секретик?

Сансет кивнула. Это была тайна, которую она не собиралась использовать.

— Хорошо, конечно. Но какое отношение к этому имеет Вайолет?

— Ну, когда она узнала, что планировал Кристал Клир, Вайолет не слишком обрадовалась. Она боролась изо всех сил, чтобы не позволить тебе вернуться к нему, даже несмотря на то, что государство не хотело переводить тебя из-под его опеки. Потом эти книги и все остальное просто собирались передать другому доктору, но она боролась и за это тоже.

Вайолет никогда не упоминала об этом. Насколько было известно Сансет, работа Вайолет с Кристал Клиром была довольно незамысловатой. Сансет покачала головой. Она не могла чувствовать благодарность сейчас, она так много работала, чтобы отстраниться от всех.

— А что планировал Кристал Клир? И почему государство хотело, чтобы я осталась с ним?

— Ох, дорогуша, я опять наговорила лишнего, — сказала Роуз, хотя, похоже, это нисколько ее не волновало. — Ну, Кристал Клир взял твое дело бесплатно. Теперь государство оплачивает твои еженедельные сеансы, но Кристал был слишком счастлив уделять тебе немного времени. Сказал, что это для списания налогов, так или иначе, он сэкономил много денег в долгосрочной перспективе, выполняя работу в качестве благотворительности. Но Вайолет узнала настоящую причину. Видишь ли, он хотел написать статью о тебе. Он планировал вести твой случай несколько лет, а затем опубликовать все это.

Это была новость, которая, вероятно, должна была ее разозлить. Вместо этого Сансет только ухмыльнулась. Она всегда знала, что у него были свои мотивы. В каком-то смысле она почти не признавала это как предательство. Конечно, это оно и было. Но для старой Сансет, слабой Сансет, которая думала, что нужно заботиться о других. Это было лишь напоминание о том, почему сейчас она лучше.

— Вот ублюдок, — сказала Сансет.

Роуз нахмурилась: — Следи за языком, Сансет.

— Извините, — пробормотала она, ничуть не сожалея.

Оказалось, этого было достаточно для Роуз Петал.

— Ну ладно, хватит этой чепухи. У тебя остался еще один подарок.

Сансет взяла последнюю книгу и улыбнулась, пытаясь угадать, какую именно. Это была толстая книга в твердом переплете, вероятно учебник. Было бы интересно снова почитать о магических теориях или историю Эквестрии. Все что угодно, лишь бы это было из Эквестрии.

Она сняла бумагу и обнаружила, что это не учебник. Это был коричневый журнал с желто-красным солнцем на обложке. Она уставилась на него с благоговейным трепетом, удивляясь, как она вообще умудрилась забыть про эту книгу. Как только она обрела дар речи, то открыла случайную страницу.

Она была испещрена записями. Аккуратные маленькие буквы, которые делали шрифт немного трудным для чтения, чередовались с ее собственным едва разборчивым почерком. Там не было ничего архиважного.

Сансет, в моем расписании появились свободные полчаса, сегодня в три. Не желаешь присоединиться ко мне на чай?

Я как раз заканчиваю свое эссе, должна успеть. Я буду ждать вас в вашей лоджии.

Сансет водила пальцем по словам, словно прикосновение к ним могло вернуть ее в тот день.

— Сансет? — голос Роуз едва-едва донесся до Сансет, но и этого ей было достаточно, чтобы вспомнить, что она не одна. Ей нужно добраться до своей комнаты, прежде чем она начнет плакать.

— Я… Я чувствую, что я помню это, — ответила Сансет, чтобы объяснить свою отстраненность. — Как будто это прямо тут, но я просто не могу… не могу точно вспомнить.

Роуз положила руку на плечо Сансет.

— Со временем они вернутся к тебе, дитя. Кто знает? Может быть чтение этих книг поможет тебе вспомнить.

Сансет кивнула. Она не сомневалась, что вспомнит немного, как только получить возможность начать читать.

Роуз встала.

— Теперь нет смысла скрывать. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что ты все еще здесь только потому, что не хочешь быть грубой. Беги в свою комнату, дорогая, и наслаждайся своими книгами. Я скоро приду с миской мороженного, и, может быть, ты расскажешь мне о них, если не будешь занята.

Сансет положила книги друг на друга, а сверху кошелек с монетами. Она подняла их, собираясь уходить, но потом снова поставила на пол. Вместо этого она повернулась к Роуз Петал. Сансет было бы немного неловко признаться, что она понятия не имеет, что сейчас делает, если бы она не было слишком занята смущением от того, что все-таки это делает. Она поймала себя на том, что неловко обнимает Роуз Петал, которая, кажется, сама не знала, что предпринять.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — ответила Роуз, обнимая Сансет в ответ.

Сансет чувствовала себя еще более неловко, когда отстранилась, поскольку понятия не имела, сколько должны длиться объятия. Роуз Петал не выглядела обеспокоенной, поэтому Сансет собрала все свои вещи и побежала к себе в комнату.

Кошелек и другие книги быстро разместились на прикроватном столике, а Сансет уселась с журналом. Она открыла его на первой странице, намереваясь прочесть каждую переписку, что была там. Конечно если ей удастся почитать сквозь слезы.

Она вспомнила день, когда Принцесса Селестия подарила ей книгу. Еще до того, как Сансет успела положить копыта на свою копию, она увидела книгу Селестии. Она была с Принцессой, когда та сделала первую запись, хотя и не разрешила ей посмотреть. Она запротестовала: “Какой смысл посылать мне мгновенные сообщения, которые я не увижу в течение нескольких часов?” Селестия просто велела ей быть терпеливой.

Сансет потребовалось время, чтобы ее глаза высохли от слез, позволив прочесть запись, но читать все равно пришлось сквозь слезы.

“Дражайшая Сансет Шиммер, моя одаренная ученица. Я уверена, что ты весь день гадала, каким будет это сообщение. Я прошу прощения за окольный способ доставки этого письма, особенно такого, которое не содержит ничего, чего бы я не сказала ранее. Я долго думала о том, как лучше всего начать этот журнал, и вот что я решила.

Прежде всего, я просто хотела найти время, чтобы напомнить тебе, как я счастлива иметь такую ученицу. Ты прекрасно знаешь, что нет в Эквестрии другого настолько талантливого единорога твоего возраста, но куда важнее другое. Я едва могу вспомнить такую преданность учебе, как у тебя. У тебя есть страсть, которую каждый учитель мечтает найти в ученике, но никто не сможет ее дать. Даже если бы ты не имела таких природных талантов, я все равно была бы горда быть твоей учительницей.

Я не хочу сказать, что жду от тебя великих свершений. Это слишком много, чтобы возложить на ученика, и многие не смогут справиться под давлением ожиданий. Но я знаю тебя. Я знаю, что ты не перестанешь удивлять меня. Ты могла бы взвалить весь мир на свои плечи, и ты бы преуспела. Я не знаю, что ждет тебя в будущем, но знаю лишь, оно будет светлым.

Я уже представляю, как ты закатываешь глаза, читая это. Но ты молода, у тебя впереди еще много лет. Надеюсь, когда-нибудь ты вспомнишь это послание и оценишь сентиментальность старой кобылы. Но пока ты молода, и я боюсь, что заставила ждать тебя слишком долго, пока я напишу это сообщение. Поэтому оставлю его кратким, в конце концов, это лишь первое из многих.

Никогда не теряй свой огонь, моя одаренная ученица.”

Сансет пыталась вспомнить, о чем она думала, когда впервые прочитала это сообщение. Закатила ли она глаза, как предсказывала Селестия? Неужели она оценила его хотя бы вполовину так же, как сейчас? Она бы не заплакала и уж точно не так сильно, как много лет спустя, читая эти строки из другого мира.

И тут ее посетила мысль. Это было неизбежно, хотя и пугало ее. У журнала был двойник. В другом мире, но, так или иначе, существует второй. Сансет пролистнула книгу до закладки, ничего не решив.

Чистые страницы легли перед ней в ожидании, что она напишет. Будет ли магия в книге по прежнему работать? Есть только один способ узнать. Она открыла ящик прикроватного столика и достала ручку. Вернувшись к книге, она решила начать писать, но обнаружила, что замерла на месте, а ее рука зависла над книгой. Все, что ей нужно, это написать несколько слов. Даже простая линия подойдет. Она появится на книге-близнеце, и Принцесса Селестия увидит это. Она будет знать, что Сансет тянется к ней.

И… что потом? Что будет делать Селестия, когда получит сообщение Сансет? Ответит ли она охотно? Или же проигнорирует? Увидит ли его вообще? Может быть она уже избавилась от книги. В конце концов она отлучила Сансет от ученичества. У них действительно не было больше причин общаться. А если бы Селестия захотела связаться с ней? Что ж, в книге не было новых сообщений.

Где-то в другом мире была зеркальная копия книги, которую она держала в руках. На ее обложке нарисовано другое солнце, но в остальном они были идентичны во всех отношениях, каждая буква сообщения дублировалась безупречно. Сансет представила ту книгу: открытую, также лежащую на чей-то кровати, поскольку владелец книги тоже вспоминал о прошлом в этот особенный день.

Сансет отложила ручку. Это была приятная мысль, и Сансет не хотелось делать что-то, что могло бы ее разрушить.

~ Конец I Акта ~

От автора:

Поскольку я большой гребаный нерд, я буду вставлять музыку в конце каждого акта, чтобы отобразить все, что происходит с Сансет. Если вы не большой гребаный нерд, или вам просто не нравится мой музыкальный вкус, можете ее пропустить.

Hold On To What You Believe (Держись за то, что ты веришь)

## 9 - О тонкостях делинквентности

Акт II

Холодное сердце

Глава девятая

О тонкостях делинквентности

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

В этом городе было абсолютно нечем заняться. Сансет сидела возле Зеркального озера, кидая в него камушки и мечтая туда окунуться. Была середина декабря, и погода в последнее время резко ухудшилась. Озеро должно было замерзнуть ночью, в нем уже плавали льдинки. Скоро все покроется коркой льда, и ее любимое место будет испорчено, но, по крайней мере, пока оно безопасно.

Сансет думала уйти, но не представляла куда. Прошло семь лет с того дня, когда ее нашли блуждающую в одиночестве и без воспоминаний, и за это время она успела побывать везде. Она объездила весь город, в поисках порт…

“Ответов”, — напомнила сама себе Сансет. Сансет искала ответы на свои вопросы и ничего больше.

Она так ничего и не нашла. За семь лет она не нашла ни одного знакомого места. Ни воспоминаний, ни признаков того, кем она была. Даже ее имя — Сансет Шиммер, могло быть и не ее. Конечно оно было на ее сумке, но она понятия не имела, принадлежала ли сумка ей изначально, Сансет Шиммер могла быть кем-угодно.

Кем бы она не была, Сансет Шиммер так и не была найдена, так что имя досталось девочке, которая несла сумку. И она должна признать, оно подошло ей как нельзя лучше. Но были и другие вещи, которые ей подходили. Невозможные вещи.

Поэтому она искала. Она побывала во всех районах города, но ни разу не наткнулась на нечто, что помогло бы ей вспомнить. В конце концов она сдалась. Это было единственное, что ей оставалось делать. Она могла и дальше продолжать искать ответы, жертвуя остатками рассудка в надежде, что что-то подвернется, или смириться с тем, что никогда не узнает. Не похоже, чтобы это имело большое значение. Если кто-то из ее прошлого все еще был жив, то им явно было наплевать на нее.

Сансет кинула еще один камушек в озеро, наблюдая за тем, как он несколько раз отскочил от водной глади, прежде чем утонуть. Она вздохнула и встала, не уверенная, куда пойти, но уверенная, что ей надоело быть тут. Сунув руки в карманы куртки, она бесцельно зашагала вперед.

Было слишком рано идти в библиотеку или любой другой магазин, который ей нравился. Вообще лучше держаться от центра города подальше. Она могла бы пойти в национальный парк Эверфри, но обычно избегала его, он был слишком близко к наименее любимой ей части города. Ее так и искушало вернуться в приют. Она могла пролезть в свою комнату через окно, как делала раньше. Но это всегда сопровождалось определенным риском. Звуки открывшегося окна или проникновения внутрь могли привлечь воспитателей. К несчастью, такое уже случалось.

Но просто стоять тоже не приносило никакой пользы. Она направилась к каким-то домам. В этом районе она будет в безопасности.

Конечно если она сможет добраться туда. Сансет все еще могла видеть озеро, когда рядом с ней остановилась машина. Первой ее мыслью было убежать, но это ни к чему бы не привело. Вместо этого, она просто продолжала идти вперед, как будто ничего не заметила.

Машина обогнала ее и затормозила у обочины перед ней. Сансет остановилась и стала ждать. Пассажирская дверь открылась, и оттуда вышел мужчина.

— Сансет Шиммер.

— Офицер Блю Стрип.

Полицейский вздохнул.

— Ты знаешь, что сейчас ты должна быть в школе?

Сансет нахмурила брови.

— О чем вы говорите? Сейчас же зимние каникулы!

— Они наступят на следующей неделе, Сансет.

— Чего? — Сансет хлопнула себя по лицу. — Ох блин, как я могла все перепутать? Эй, ребята, не могли бы вы подвезти меня к школе? Уххх, я, наверное, столько пропустила.

Блю Стрип несколько секунд смотрел на нее, после чего открыл заднюю дверь.

— Залезай.

— Спасибо, ребята, вы лучшие. — Едва поверив, что он может быть таким наивным, она уселась на заднее сиденье полицейской машины. И повернулась к водителю. — Привет, офицер Свит Стар. Как поживает ваша жена?

Он хмыкнул в ответ.

— Рада слышать! Передайте ей мои наилучшие пожелания, хорошо?

Как только Блю Стрип сел в машину, они тронулись. По крайней мере было тепло, и Сансет вновь почувствовала пальцы ног.

Она смотрела, как город в окне проплывал мимо них. Снаружи все тихо и спокойно. Это было утро понедельника, так что большинство жителей пригорода на работе или в школе. Те, кто не там, вероятнее всего провели бы весь день дома. Прошлой ночью выпало немного снега, но было еще достаточно тепло, и солнце быстро расправилось с ним. Это сделало день непривлекательным, о чем Сансет знала непонаслышке. Никому не пришлось разгребать снег, но на его месте оказалась слякоть, покрывавшая все вокруг. Это был холодный, мокрый и невзрачный день.

По правде говоря, школа не выглядела таким уж плохим местом. Сансет она не нравилась, но все предметы давались ей легко. Если бы она когда-нибудь решила, что ей не все равно, она легко могла бы закончить школу. Но она уже давно отказалась от стремления получить лучшее образование и довольствовалась тем, что была в седьмом классе. Так было проще. Она могла пропустить половину занятий, игнорировать большую часть домашних заданий, отсидеться на групповом задании и все равно прийти на тест, и сдать всю учебную программу.

Да, она просто ходила в школу, сидела на последней парте, игнорировала учителей и наслаждалась теплом. Ей следовало бы пойти туда в первую очередь. Во всяком случае, день станет лучше, если она пойдет в школу. И конечно, они ехали вовсе не в том направлении.

— Вы ведь не собираетесь отвезти меня в школу? — недовольно спросила Сансет.

— Боюсь, что нет, — ответил Блю Стрип.

— Почему нет? — Хотя она уже знала, что шансов нет, Сансет играла роль до конца. — Это действительно была ошибка! Да ладно, я хочу в школу!

— Ты просто не хочешь сидеть на заднем сиденье полицейской машины, — сказал Свит Стар.

— Чушь! Будет ли это личико врать? — Сансет указала на свое лицо и улыбнулась самой широкой улыбкой, на которую только способна.

— Да, — они ответили вместе.

Сансет откинулась на спинку сиденья, убирая свою жизнерадостную личину.

— Ну и черт с ним. Нет необходимости быть кучкой членов. — Она и сама не знала, почему предположила, что ей что-нибудь поможет. Удача никогда не была на ее стороне. Не было никакой необходимости спрашивать, куда они едут.

Конечно она узнала дорогу, по которой они ехали. Так как озеро было недалеко от приюта, путь до Новых Горизонтов занял всего несколько минут.

Блю Стрип вышел из машины и открыл перед Сансет дверь. Не говоря ни слова, она последовала за ним к зданию. Было время, когда он читал ей нотации, казалось, что с того дня, как он и его партнер стали первыми людьми, имевшими с ней продолжительный контакт, он проявлял к ней личный интерес. Но это было много лет назад, и Сансет уже давно поменяла свое мнение. За эти годы у них случилось слишком много стычек друг с другом, что обычно являлось результатом поимки Сансет на нарушении порядка. Чаще всего ей удавалось избегать этого, но иногда она попадалась.

Тем не менее, остался один человек, который не отказался от чтения нотаций. Роуз Петал ждала их, и ее взгляд был настолько острым, что даже Сансет отвернулась от него.

— Доброе утро, мисс Роуз, — деловито произнес Блю Стрип. Свифт Стар, как обычно, тихо стоял в стороне. Блю Стрип, возможно, все еще сохранял надежду насчет Сансет, но Свифт Стар всегда держал свои чувства при себе.

Роуз вздохнула и отвернулась от Сансет.

— Спасибо, офицеры. Мне очень жаль, что она причинила вам столько проблем.

— Никаких проблем, мэм, — успокоил ее Блю Стрип. — Мы нашли ее возле Зеркального озера, и не похоже, чтобы она что-то замышляла. Если не считать прогула школы, конечно.

— По крайней мере, теперь она здесь, — Роуз повернулась к Сансет, выглядела она скорее раздраженно, чем сердито. — Ох, Сансет… что же мне с тобой делать?

Сансет демонстративно отвернулась.

Блю Стрип почесал затылок.

— Эм... может быть вы еще раз обдумаете мое предложение о…

— Об этом не может быть и речи, — резко ответила Роуз, устремив на офицера суровый взгляд.

Он нахмурился, но все же кивнул в знак согласия.

— Я уверен, вы знаете, что лучше для нее. Мы еще можем что-нибудь для вас сделать?

Выражение лица Роуз смягчилось, не оставив и следа от былой неприязни.

— Нет, думаю, я разберусь. Спасибо вам, ребята. Вы мне очень помогли.

— Всегда пожалуйста, мэм. — Блю Стрип повернулся к Сансет. — Хочешь верь, хочешь нет, но тебе было бы намного легче, если бы ты хоть иногда пыталась вести себя прилично.

Сансет закатила глаза. Несмотря на то, что он там напридумывал, она вела себя прилично. Время от времени.

Не получив ответа от Сансет, офицеры ушли. Она с нетерпением ждала, когда Роуз Петал начнет читать ей нотации, но та ничего не сказала. Казалось, Сансет должна начать первой.

— Для протокола: я пыталась уговорить их отвезти меня в школу.

— Значит это полицейские не дали тебе пойти в школу?

— Я такого не говорила.

Роуз скрестила руки на груди.

— Что ж, тогда почему бы тебе не рассказать, что заставило тебя не пойти в школу?

Убедить Роуз в том, что она не сделала ничего плохого было невозможно. Лучшее, на что она могла надеяться, это снизить урон.

— Я только хотела пропустить первый урок, потому что уже закончила проект, который мы делаем, но остальная часть класса все еще работает над ним. Мне все равно нечего было делать в классе.

— Неужто это так?

В какой-то мере так оно и было. Класс действительно работал над проектом, а Сансет ничего бы не делала, пока они все работали. Хотя на самом деле, она не закончила его, у нее вообще не было намерения его делать. Точно также, она не собиралась идти в школу после первого урока.

— Да, я собиралась прийти на остаток дня, честно.

— Ты прекрасно знаешь, что тебе нужно идти на целый день, независимо от того, что ты будешь делать.

— Но это не имеет никакого смысла! — защищаясь, отвечала Сансет.

— Напомни мне, какую оценку ты получила по этому предмету в своем последнем табеле?

— У меня С[1].

Роза скептически посмотрела на нее.

— C?

— Чего? Это проходной балл!

— Я припоминаю, что оценка была немного ниже.

Сансет нахмурилась. В Новых Горизонтах за Роуз было закреплено двадцать три ребенка, как она, черт возьми, могла помнить табель Сансет?

— Я думала, что C.

— Это была D, но мы можем проверить, если ты хочешь.

Не было нужды проверять. Сансет знала свою оценку.

— Это все еще проходной балл, — пробормотала она.

Роуз продолжала смотреть на нее несколько мгновений, а затем со вздохом убрала показное хладнокровие. Она прошлась по комнате, села на кресло, предназначенное для будущих приемных родителей, и жестом показала Сансет, чтобы та села рядом.

— Сансет, — ласково начала она. — Ты очень умная девочка. Я знаю, ты могла бы достичь многого, если бы проявила себя.

Поскольку у нее не было никакой возможности объясниться, Сансет опустила взгляд.

— Как думаешь, что произойдет, если ты не улучшишь свои оценки? Ты хочешь работать с компьютерами, но тебе нужно больше, чем просто знания.

— Это тупо! — сказала Сансет, не обращаясь непосредственно к Роуз. — Я достаточно разбираюсь в компьютерной инженерии, чтобы начать карьеру в ней. Кого волнует моя оценка по истории?

— Таков мир, в котором мы живем, — беззлобно отметила Роуз. — Все знания в мире не помогут тебе поступить в хороший колледж, если у тебя нет соответствующих оценок.

Сансет нахмурилась.

— И никто не возьмет меня на работу в конкурентной сфере без образования. Это тупо и несправедливо.

— Ты права, это так, — Роуз повернулась и прямо посмотрела на Сансет, которая все еще не подняла глаз. — Здесь столько умных детей, которые могли бы преуспеть, если бы им дали реальный шанс, но они не смогли пройти тест или просто не раскрыли себя в системе школьного образования. А что ты?

Ответ в обвинительном тоне заставил Сансет повернуться к Роуз, и она тут же пожалела об этом. Разочарование в глазах воспитательницы было ей слишком знакомым, внезапно она увидела чьи-то пурпурные глаза, смотрящие на нее.

— Ты могла бы преуспеть в школе, но ты отказываешься даже попытаться.

— Ты легко могла бы завести друзей, если бы приложила к этому усилия.

— Неужели школа настолько плохая, что ты рискуешь своим будущим, чтобы не пойти туда?

— Неужели другие пони настолько плохи, что ты предпочитаешь быть одной, а не пытаться подружиться с ними?

— Сансет… в чем настоящая проблема?

— Сансет… в чем настоящая…

— Простите, — залепетала Сансет, схватившись за голову руками. — Я стану лучше, я буду ходить в школу, я буду работать, я улучшу свои оценки. — “Я сделаю все что угодно, только заставьте ее уйти.”

Поняв, что происходит, Роуз полностью изменила свой тон.

— Все в порядке, Сансет. Не стоит беспокоиться, мы все исправим.

Сансет могла только смиренно кивнуть. Она боялась убрать руки с лица, боялась того, что увидит. Но она все равно это сделала, отказываясь позволить себе выглядеть слабой перед Роуз Петал. В комнате не было ничего необычного, только они с Роуз.

— Что произошло, Сансет?

Было понятно, что Роуз говорит не о школе.

— Ничего. Я в порядке.

Роуз нежно положила руку на плечо Сансет. Если бы это был кто-то другой, Сансет никогда бы не позволила. Но Роуз Петал была единственным человеком, кто хотя бы попытался сделать это.

— Ты знаешь, я всегда тут, чтобы поговорить обо всем, о чем ты захочешь. — Роуз тепло улыбнулась. — Иногда мне кажется, что эти старые кости только на это и годятся.

Сансет не хотела говорить об этом. Она решила оставить инцидент позади, как будто его никогда и не было, она повернулась к Роуз с серьезным выражением лица.

— Я готова пойти в школу сейчас.

Роуз заколебалась, и Сансет знала почему. Как бы она не старалась контролировать язык своего тела, ее голос звучал слабо.

— Я думаю, на сегодня хватит, мы можем попытаться стать лучше завтра.

Хотя она весь день пыталась не пойти в школу, Сансет не хотела пропускать ее по этой причине.

— Я в порядке, я могу идти.

— Знаешь, ты можешь не париться, если у тебя есть веская причина.

Сансет хотела возразить, но не стала. Она никогда этого не делала. Не часто случалось слышать от нее такое, и хотя для Сансет это не было чем-то новым, но она всегда оставалась потрясенной. Слишком потрясенной, чтобы оказать сопротивление, и в особенности воспротивиться шансу остаться одной в своей комнате.

— Хорошо, — буркнула Сансет побежденным тоном.

— Есть что-нибудь, о чем бы ты хотела поговорить? — с надеждой спросила Роуз.

— Нет. — Это был простой ответ, не было никакой пользы рассказывать Роуз, что с ней произошло. Она просто окажется на очередном сеансе  терапии, в ходе которого должна будет тщательно контролировать свои ответы, чтобы показать совершенно нормальную девочку. Обычная рутина, как всегда.

Роуз тоже пришла к выводу, что сеансы терапии безрезультатны. К сожалению, это не означало, что она отказалась от поисков альтернативы. Она подождала, явно размышляя, стоит ли ей надавить, прежде чем признать этот день потерянным.

— Хорошо… почему бы тебе не отдохнуть немного, а я зайду проверить тебя позже?

— Да, хорошо. — Сансет встала и отправилась в свою комнату. Здание было почти пустым, так как в школе продолжались занятия, поэтому в коридоре она никого не встретила.

Она отвернула голову, когда входила, не желая смотреть в зеркало, которое висело на стене рядом с дверью. Как ни заманчиво было просто рухнуть на постель, ей не нравилась идея сидеть в тишине, так что она включила свой стереопроигрыватель, перезапуская последний CD.

Мягко забренчали аккорды акустической гитары. Это было не совсем то, что она хотела послушать, но диск неплохой, так что она его оставила. Нежные звуки фолк-альбома успокаивали, а это именно то, в чем она нуждалась.

Сансет села на кровать и вздохнула. Она оглядела комнату, пытаясь решить, что ей теперь делать. Такова была ее жизнь: она либо пыталась скинуть с себя обязанности, чтобы получить немного свободного времени, либо пыталась решить, чем заполнить его, когда оно у нее появлялось.

За неимением других занятий, Сансет взяла книгу. Она была не в настроении читать, но это помогало скоротать время. Песни на диске закончились, пока она читала. Верная своему слову Роуз Петал заглянула проведать ее через пару часов, с облегчением обнаружив, что Сансет выглядит лучше.

К тому времени, как дети стали возвращаться со школы, скука Сансет достигла пика. Ей нужно было выйти освежиться ненадолго, но она не была уверена что Роуз одобрит это. Хотя Сансет уже вполне успокоилась, а ее опекун посоветовал ей не париться.

Не то чтобы она позволяла этому стать проблемой. Она отложила книгу и повернулась к проигрывателю. Достав диск с фолком, она заменила его на другой. Послышался искаженный гитарный гул, за которым последовал барабанщик, а затем внезапная игра всей группы, переходящая в синхронный шум. Она прибавила громкости, стараясь сделать звук не очень громким, чтобы никто не жаловался, но достаточно громким, чтобы дать понять, что она не хочет быть побеспокоенной.

Совершив такой отвлекающий маневр, она взяла сумку и подошла к окну. Никого не было видно, так что она открыла его и выбралась, а затем закрыла за собой. Засунув руки в карманы, она пошла дальше.

Она заработала целый час. После этого диск закончится, и ей больше не будет гарантирована никакая скрытность. Впрочем часа ей более чем достаточно. Магазин, до которого она шла, находился в двадцати минутах неспешной ходьбы, да и холод заставлял ее двигаться быстрее.

По дороге Сансет размышляла, как сильно она будет стараться, чтобы улучшить оценки в школе. С одной стороны, Роуз высказала вполне обоснованное мнение о ее будущем. С другой, Сансет не была уверена, действительно ли ее это волнует.

В конце концов, она делала все что хотела в любое время, так что это не имело особого значения. К тому времени, как она добралась до магазина, она оставила этот вопрос позади.

Теплый воздух, встретивший ее, когда она вошла, был долгожданным облегчением. Молодой человек за стойкой поприветствовал ее с ухмылкой:

— Неужто это моя любимая покупательница.

“Хорошо, что он тут”. — Кассир был никем иным, как придурком. Он не ходил в школу, так что ему должно быть по крайней мере восемнадцать. И все же он всегда кокетничал каждый раз, когда Сансет видела его, невзирая на тот факт, что ей всего двенадцать. Она использовала это в своих целях.

— Хмм. Любимая? Ты уверен в этом?

— Конечно. — Он наклонился через стойку, когда говорил, уверенный, что она думает в стиле “ох какой он крутой”.

Сансет ухмыльнулась и преувеличенно закатила глаза, напоследок посмотрев прямо на него.

— Если ты так говоришь. Я подойду через минутку.

— Не торопись, я никуда не денусь, — сказал он.

“Слава небесам, что это так.” — Он казался вполне безобидным, но Сансет всегда радовалась тому, что он не сможет пойти за ней, когда она выйдет из магазина. Между тем, его жутковатость имела свои плюсы: Сансет окажется вне подозрений.

Магазин был любимым местом Сансет по другой причине, нежели слепой кассир. Он был достаточно велик, чтобы проходы служили укрытием, делая ее видимой только для тех, кто стоит в том же проходе, и все же он был достаточно мал, чтобы в нем не было отдельной секции с алкоголем.

В проходе с напитками никого не оказалось, как она и надеялась. Было слишком рано для покупок после работы и слишком холодно для повседневного шоппинга. Скрывшись от посторонних глаз, Сансет, ненароком проходя мимо полок с вином, не останавливаясь, схватила одну из них и сунула в сумочку. Это был единственная причина, по которой она носила сумочку. Рюкзаки нужно было оставлять возле входа в магазин, но к сумкам такое правило не применялось. Даже к слишком большим сумкам. Все же нелепые модные тренды на что-то годятся.

Дальше в этом же проходе она остановилась, чтобы взять двухлитровую бутылку содовой. Это было идеальное прикрытие, никто не станет спрашивать, почему ребенок ходит в магазин за содовой.

Не теряя времени, она понесла свою покупку к прилавку. Бутылка вина тяготила ее сумку, но внешне никак не выделялась. Сансет сильно сомневалась, что сумка попадет список вещей, на которые обращал внимание этот подлец.

— Только это? — спросил он, пробивая содовую.

— Да, это все. — Сансет достала бумажник, аккуратно прикрывая бутылку. — Если конечно я могу заплатить за шоколадный батончик своей привлекательной внешностью.

— Хм… — На мгновение показалось, что он действительно обдумывает это, но к счастью, он отмахнулся от предложения. — Спроси меня еще раз через пару лет.

Борясь с желанием напомнить ему, что через пару лет она все еще будет несовершеннолетней, Сансет заплатила за содовую и вышла так быстро, как только могла, не вызвав подозрений. Не то чтобы она волновалась, что он решит проверить ее сумку — она уже много лет этим занимается и знает, что это сойдет ей с рук. Но все в этом человеке вызывало у нее мурашки. Она все же остановилась, чтобы дружески помахать рукой на выходе. Придурок или нет, но она хотела, чтобы он оставался безнадежно рассеянным к ее поведению.

Дорога назад была потрачена на то, чтобы решить, как скоротать остаток дня. Она не могла убежать больше чем на час, так что придется провести весь день внутри, это казалось единственным верным решением.

CD все еще играл, когда она вернулась, как и должно быть. Она аккуратно забралась через окно и бесшумно закрыла его за собой. Она оставила CD плеер включенным, чтобы скрыть дальнейшие шумы, и сдвинула свой матрас, чтобы добраться до пружинного ящика под ним с дырой в тканевом покрове. Она всегда там была. Видимо решили, что дыра никак не повлияет на функциональность, поэтому ящик не стали заменять. Сансет была очень благодарна за это упущение.

Когда дело доходило до этого, она никому не доверяла. Она подозревала, что пока дети в школе, некоторые воспитатели окажутся достаточно любопытными, чтобы порыться в их вещах. Ее легко поймали бы, если бы она пользовалась типичными тайниками: под кроватью, в шкафу, в ящиках комода. Все они слишком предсказуемы. Но никому не придет в голову заглянуть в раму кровати.

Она просунула руку в дыру на всю длину. Даже если кто-то по какой-то причине додумается проверить дыру, они все равно не найдут ее тайник.

Ее пальцы нащупали наволочку, и она потянула ее к себе. Легкая дрожь пробежала по ее спине при виде коричневой обложки журнала, спрятанного внутри.

Она оставила журнал в покое и потянулась за сумкой. По какой-то причине сорт вина, который украла Сансет, был ее любимым. Она подозревала, что дело было в этикетке, на которой изображено восходящее или садящееся солнце. Раздутое название “Versant du Soleil”[2] тоже забавляло ее. Она догадывалась, что это маркетинговая уловка, призванная сделать вино более изысканным с помощью иностранного названия.

Но с этим придется потерпеть. Даже у Сансет не хватало смелости начать пить в середине дня, когда никто не спал. Она засунула бутылку в наволочку, стараясь положить поверх книги, чтобы можно было просто достать ее, протянув руку, не вспоминая о том, что еще было спрятано. Не то чтобы она когда-то забывала об этом.

Засунув наволочку в свой тайник, Сансет вернула матрас на место. Поскольку она не хотела слушать агрессивною музыку, она поставила CD на паузу, прежде чем плюхнуться на кровать. От скуки она вздохнула и вновь взялась за книгу.

[1] В америке действует буквенная система оценок знаний A — отлично,

В — хорошо, С — удовлетворительно, D — едва сдал, F — не сдал

[2] “Наливаясь солнцем” (фр.)

От автора:

Я уверена, что это и так ясно, но я все равно скажу: это история о том, как Сансет стала ужасным человеком, и ни один из ее плохих поступков не должен восхваляться каким-либо способом. Короче, не будьте как Сансет.

## 10 - Сюрпризы

Глава десятая

Сюрпризы

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Резкий стук в дверь привел Сансет в сознание.

— Сансет, пора в школу.

Сансет застонала в ответ. Она перевернулась на другой бок и закрыла лицо подушкой. Почему оно такое яркое? Вопрос был бессмысленным, Солнце не смогло бы освещать мир, не будь оно ярким. Все, что ей было нужно, это еще немного поспать. Если бы они оставили ее покое, она была бы в полном порядке. Но, конечно, об этом не могло быть и речи.

В дверь снова забарабанили, и Роуз петал позвала громче.

— Сансет? Ты проснулась?

— Я заболела, — проворчала она.

— Что случилось?

— Мне плохо! — сказала она громче, отчего голова заболела еще сильнее.

— Подожди, я сейчас войду. — Спустя мгновение Роуз открыла дверь. Она обнаружила, что Сансет все еще закрывает половину лица подушкой, и это было не слишком приятным зрелищем.

— Что случилось? Вчера ты выглядела нормально.

— Я не знаю… — Сансет закрыла подушкой вторую половину лица. — Могу я остаться сегодня дома?

Хотя Сансет не видела лица Роуз, по крайней мере ее голос звучал нейтрально.

— Будь тут, я схожу за термометром.

Сансет застонала снова, когда Роуз ушла. Термометр никак не поможет в ее случае, она не была больна, у нее было похмелье. Но даже если бы она смогла придумать какой-нибудь способ заставить себя выглядеть заболевшей, она, вероятно, не стала бы что-то для этого делать. Все, на что ее хватило, это беспорядочно оглядеть все вокруг в поисках улик и, к счастью, ничего не обнаружить. По крайней мере, она предусмотрительно спрятала бутылку, хотя и не помнила, куда именно.

Роуз вернулась с термометром, и Сансет послушно взяла его в рот и стала ждать сигнала.

— Температура в норме, — доложила Роуз. — Что тебя беспокоит?

— Голова раскалывается, и я думаю, что сейчас меня стошнит.

— Ты вчера весь день просидела в своей комнате, возможно ничего не пила. — Роуз подняла с пола пустую бутылку содовой. — Или выпила слишком много того, чего не следовало. Я принесу тебе воды, и ты сразу почувствуешь себя лучше.

Не догадываясь, насколько она была права, Роуз снова вышла из комнаты. Сансет перебрала все варианты. Если ее действительно стошнит, этого будет достаточно, чтобы убедить Роуз оставить ее дома, и это решит ее вчерашнюю дилемму о том, как провести день — весь день она проведет в блаженном сне. Но Сансет не была хороша в рвоте по команде. Вероятно ее вырвет, если она что-то съест, но если нет, еда останется в ней, и она будет чувствовать себя еще хуже, чем сейчас.

Но кроме этого Сансет уже знала, что удача — не ее конек. Она даже не сопротивлялась, когда Роуз вернулась со стаканом воды и Ибупрофеном. Вода помогла ей избавиться от мерзкого привкуса во рту.

Роуз дала ей время одеться и, кажется, уже решила, что Сансет все-таки пойдет в школу. Если бы не вчерашний день, Сансет боролась бы сильнее, но сейчас она поняла, что битва проиграна, и решила поберечь силы.

Оставшись одна, Сансет позаботилась о том, чтобы найти бутылку. Это было нетрудно, так как она спрятала ее в ящик для носков. Это был приемлемый тайник, пока она спит. Никто не станет рыться там, если она находится в комнате, но это определенно не подойдет, пока она в школе. Так быстро, как могла, она вытащила наполовину полную бутылку и перепрятала ее в надежное место.

Закончив с этим, она оделась и вышла из комнаты. Она согласилась только на легкий завтрак из тостов с маслом, который показал Розе, что она действительно нехорошо себя чувствует. Но этого было недостаточно для убедительного аргумента. И хотя поначалу она не была уверена, что сумеет съесть хоть что-нибудь из этого, но вскоре почувствовала себя чуть-чуть лучше.

После завтрака ей ничего не оставалось, кроме как дождаться времени выхода. Вместо того, чтобы вернуться в свою комнату, Сансет решила подождать в гостинной. Там она проводила много времени, поскольку это была единственная комната, где дети могли пользоваться компьютером. Сейчас у нее не было достаточно времени для компьютера, но это не имело значения, у нее на уме были другие дела.

Остальные дети ее возраста, как обычно, сидели вокруг телевизора. Она взяла книгу и притворилась, что читает. Люди всегда считали, что если кто-то уткнулся носом в книгу, он слишком заинтересован ею, чтобы слушать их разговоры. Это был один из самых надежных ее трюков.

И действительно, вскоре появилась Роуз Петал. Сансет не отрывала взгляда от книги, казалось, совершенно не замечая, что происходит вокруг. Она не смогла расслышать, что было сказано, но ей и не нужно было этого делать. Приглушенный тон ясно показывал, что они не хотят, чтобы она услышала. Если бы она подняла глаза, то наверняка заметила бы брошенные в ее сторону взгляды, поскольку, скорее всего, они обсуждали только одно.

Ее подозрения подтвердились, когда на выходе из помещения остальные дети бросали на нее беспокойные взгляды. Конечно все они беспокоились не за нее, за себя. Роуз Петал не понимала, в какое положение она их ставит, попросив присмотреть за Сансет. Но другие дети знали, и это было самое главное.

К счастью для них, она не собиралась повторять вчерашний день. Она отправилась вместе с ними к автобусной остановке и не пыталась сбежать. Но если бы дело дошло до этого, она знала, что легко может уйти. Она держала всех под контролем при помощи подкупа и шантажа. Одно неверное слово, и кто-то не получит ответы на тест по математике, или, возможно, кто-то из воспитателей найдет причину порыться в чьем-то шкафу немного получше. И на крайний случай, прямое насилие также оставалось одним из вариантов.

Облегчение было хорошо заметно на их лицах, когда она действительно села в автобус. По крайней мере, она могла утешиться тем, что они все еще были напуганы, хотя и решила позже напомнить каждому о причинах этого. Но это можно было приберечь для разговоров один на один, а не для переполненного автобуса. В конце концов, секреты ценны лишь до тех пор, пока они остаются секретами.

Но у нее еще оставались кое-какие секреты, которые она могла обсудить. Она села рядом с одним из немногих людей, с которыми у нее было нечто похожее на дружеские отношения.

— Я пропустила что-то интересное?

Саммер Рейн не была настоящим другом. Они с Сансет не учились в одном классе и, встретившись на улице, шли своей дорогой. Но у них оставалась эта поездка в автобусе, где они садились вместе и говорили о своем общем интересе: слежка за другими детьми в школе. Саммер интересовали только сплетни. Сансет, конечно, имела лучшее применение для таких вещей.

— Нет, вчера было довольно спокойно.

— Отстой. Я надеялась, с приближением зимних каникул хоть что-нибудь произойдет.

— Ага. — Саммер Рейн выглядела разочарованной, но мгновение спустя пожала плечами. — Но что-нибудь обязательно произойдет до конца недели.

— Справедливо.

Обе девушки вернулись к своим делам. Они хорошо понимали природу своих отношений. Их объединял общий интерес, и они не пытались стать ближе. Для Сансет это было решением проблемы о невозможности следить за всеми в одиночку. Что касается Саммер, Сансет подозревала, что той просто нравится шпионить за своими одноклассниками и использовать эту информацию. Кроме того, немногие ученики, которых Сансет находила полезными, имели определенные привилегии: уважение со стороны других учеников или что-то похожее на это, и случайные милости Сансет, чья власть распространилась достаточно далеко, чтобы иметь возможность порадовать своих лакеев. Ну и конечно же иммунитет от Сансет, использующей свое влияние на них. По крайней мере они думали, что у них он есть.

Хотя она предпочла бы читать, пока едет, голова Сансет все еще раскалывалась, и она чувствовала, что чтение в движущемся автобусе заставит ее расстаться с завтраком. Поэтому она сосредоточилась на пейзажах за окном. Ночью температура снова понизилась, и выпал снег. Остальные дети в автобусе обсуждали планы игр в снегу, но Сансет находила это ребячеством.

Возможно это было лучше, чем чтение, но наблюдение за зимней сказкой снаружи не улучшило состояние Сансет. Как и громкие беседы детей вокруг. Средняя школа Эверфри не была для нее приятным местом, но она явно не могла быть хуже, чем автобус.

Как только автобус остановился на своем месте, все дети подскочили, как будто им больше некуда было деться. Сансет ждала в конце, пока остальные толкались, чтобы выбежать первыми, и спокойно вышла, после того, как толкучка закончилась.

Поскольку на улице было слишком холодно, Сансет сразу зашла в школу. Переполненный коридор был ничем не лучше автобуса, поэтому она направилась прямиком в класс, где будет проходить первый урок, не обращая внимания на детей вокруг. Для большинства школьников она не была важной персоной. Не так уж много можно было получить, преследуя каждого ребенка лично. Но существовала иерархия, и Сансет определенно была на ее вершине. Правда в том, что не каждый ребенок знал достаточно, чтобы опасаться ее, но если существовал тот, кого они действительно боялись, то этот ребенок, рано или поздно, оказывался у Сансет в кармане.

Первым уроком была история, преподавал Глоб Троттер, мужчина средних лет, который всегда выглядел так, словно был чем-то расстроен. Сансет не уделяла ему больше внимания, чем любому другому учителю, пока она не становилась активно-деструктивной, он закрывал глаза на ее постороннюю деятельность.

Когда Сансет вошла в класс, там было почти пусто, что ее вполне устроило. Проигнорировав всех в комнате, она села за заднюю парту. Поскольку до начала урока оставалось несколько минут, Сансет положила голову на парту, подложив под нее руки. Едва ли это было то, что ей нужно, но в классе было относительно тихо, а руки блокировали большую часть света.

В течение нескольких минут места медленно заполнялись учениками, хотя стулья возле Сансет оставались пустыми. Прозвенел звонок, и Глоб Троттер поприветствовал класс. Сансет проигнорировала его, а он проигнорировал ее. Только самые упрямые учителя упорно настаивали, чтобы заставить Сансет принять участие в уроке.

Сансет почти удалось заснуть, когда класс по какой-то причине начал хлопать в ладоши. Выглянув из своего укрытия, она увидела, что в передней части класса стоит кто-то еще, кроме Глоба Троттера. Сансет понадеялась, что они сделают это тихо, чем бы это ни было.

— Просто выбери любое свободное место, — сказал Глоб Троттер.

— “Новый ученик? Кто, блядь, переводится в другой класс прямо перед зимними каникулами?” — Хотя Сансет испытывала любопытство по поводу нового ученика, его было недостаточно, чтобы поднять голову. У нее будет шанс разузнать о нем позже, когда она не будет чувствовать, что ее голова вот-вот взорвется.

Звук шагов приблизился к ней, за ним последовал звук отодвигаемого стула. Сансет подняла голову, чтобы сказать новому ученику, чтобы он сел где-нибудь в другом месте, но слова застряли у нее в горле.

— Приветик, партнер, — сказала новенькая, протягивая руку. — Я Эпплджек.

Сансет не обратила внимания ни на ее руку, ни на взгляды остального класса. Она знала, что все они ждут ее реакции, но она ничего не могла сделать. Сансет не сомневалась, это была та самая Эпплджек. Она поняла это еще до того, как услышала голос девочки. Хотя они встречались всего один раз, Сансет уже много лет видела кошмары про этот день.

Не обращая внимания на поведение Сансет, Эпплджек убрала руку, но продолжала дружелюбно улыбаться.

— Да ладно тебе, я не кусаюсь.

Сансет отвернулась и осмотрела класс. Вокруг полно свободных мест, так что Эпплджек было из чего выбрать.

— Слушай, я не хочу быть твоим другом. Тебе лучше сесть в другом месте.

— Нет причин быть такой. Те не навредит хотя б сказать свое имя.

По какой-то причине от этого Сансет стало только хуже.

— Не друзья.

Эпплджек нахмурилась и отвернулась, но не сдвинулась с места.

— Хорошо, все в порядке.

Несколько минут спустя Глоб Троттер начал говорить об их проекте. Дети должны работать в парах, чтобы закончить исследование о первых индустриальных революциях. Так или иначе, Сансет не была заинтересована в этом проекте, и поскольку они должны делать его вне школы, она даже не собиралась думать об этом.

Игнорируя учителя, Сансет повернулась к Эпплджек.

— Так… почему ты все еще сидишь здесь?

Эпплджек пожала плечами.

— Это место было свободным.

Сансет показала на еще одно свободное место.

— Как и вон то.

— И что? Мистер Троттер сказал, что я могу выбрать любое. Я выбрала вот это.

— Хорошо. Неважно. — Сансет встала и взяла свой рюкзак. Она могла сесть с кем-то, кто не был таким же несносно упрямым.

— Сансет Шиммер, — громко сказал Глоб Троттер, заставив все взгляды повернуться к ней, а ее голову пульсировать болью. — Пожалуйста, вернись на свое место. Занятия только начались, и тут есть несколько учеников заинтересованных в учебе.

Поморщившись от его тона, Сансет села назад. Она была не в состоянии спорить. Все, что она могла сделать, это злостно посмотреть на Эпплджек, у которой хватило наглости выглядеть извиняющейся.

Глоб Троттер еще несколько минут бубнил о своем тупом проекте, а затем вернулся к сегодняшнему уроку. Между похмельем и девочкой, сидящей рядом с ней, Сансет даже не пыталась слушать его. По крайней мере, он занимал Эпплджек.

Все, что ей нужно, это отсидеть один урок. Если у них будут еще совместные занятия, Сансет позаботится, чтобы Эпплджек оставила ее в покое. Не имея ничего, чтобы могло ее заинтересовать, урок тянулся крайне медленно.

А потом, за пять минут до свободы, Глобу Троттеру захотелось все испортить.

— Я думаю, на сегодня все, — объявил он. — До конца урока вы можете собраться со своими партнерами, чтобы обсудить план. Помните, доклад должен быть готов в пятницу. У тех, кто еще не приступал, есть три дня, но помните, время поджимает.

Ученики в классе засуетились, хотя большинство из них использовали эту возможность, чтобы просто пообщаться. Естественно, никто не приближался к Сансет. Это было все, чего она хотела, если бы только Эпплджек не обратила на это внимание.

— Итак, хм, у тя уже есть партнер для этого проекта? — спросила Эпплджек.

— Мне он не нужен, — настаивала Сансет.

Эпплджек придвинулась ближе. Несмотря на все старания Сансет показать, что ее следует оставить в покое, Эпплджек все же придвинулась ближе.

— Давай, эт имеет смысл! Ни у кого из нас нету партнеров, поэтому мы должны работать вместе.

Сансет недоверчиво покачала головой.

— Сколько раз я должна тебе сказать, что я...

— Мистер Троттер? — Эпплджек подняла руку, чтобы привлечь его внимание.

Она не посмеет.

— Да, Эпплджек?

— Было б неплохо, если б я и Сансет работали вместе, ведь у нас нету партнеров.

Она посмела. Глоб Троттер скептически посмотрел на Сансет. Сама Сансет не сводила глаз с Эпплджек, в недоумении уставившись на нее. После небольшой паузы Глоб Троттер ответил с нехарактерным для него бодрым тоном.

— Почему бы и нет.

Сансет перевела взгляд на него и обнаружила, что он действительно улыбается. Несколько учеников тоже наблюдали за происходящим со смешанными чувствами. Все они ждали ответа от нее, но у даже у Сансет были свои пределы, и открытый спор с учителем был один из них.

Вместо этого, она откинулась на спинку стула, ожидая, когда разговоры в классе вернутся к привычной громкости.

— Так какой план, партнер? — спросила Эпплджек. — Есть какие-нить идеи, насчет того, че делать…

— В чем, блядь, твоя проблема? — спросила Сансет, повернувшись лицом к Эпплджек. Она говорила достаточно тихо, чтобы Глоб Троттер не услышал, но компенсировала это, наполнив свой голос как можно большей враждебностью.

Судя по всему, Эпплджек восприняла это как дружескую шутку. Она усмехнулась и наклонилась еще ближе через проход между их партами.

— Ну, — сказала она голосом тише, чем у Сансет, — зато ты вспомнила, как правильно ругаться.

Сансет вскочила на ноги. Она не была уверена, что хочет сделать. Все ее внимание занимали самодовольное выражение лица Эпплджек и одна мысль: “Она помнит”.

Прежде чем Сансет успела что-либо предпринять, прозвенел звонок. Она стояла, не сводя глаз с Эпплджек, пока Глоб Троттер тщетно пытался напомнить своему классу, чтобы те выполнили проект, а школьники быстро выходили за дверь. Эпплджек осталась сидеть на своем месте, понимающе улыбаясь, ожидая, когда Сансет сделает свой ход.

Решив держаться как можно дальше от Эпплджек, Сансет схватила рюкзак и направилась к двери. Она не оглянулась, чтобы посмотреть на ее реакцию.

Прошло семь лет с тех пор как Сансет и Эпплджек познакомились. Тот день стал поворотным в ее жизни. В своих детских иллюзиях она ожидала чего-то чудесного. Вместо этого она столкнулась лицом к лицу с тем, что будет преследовать ее.

Но была еще и Эпплджек. Одно воспоминание из худшего времени в ее жизни, которое никогда не было запятнано. Маленькая девочка, которая произвела большее впечатление за одну встречу, чем большинство взрослых смогли сделать за многие годы. Та, кто пришла в нужное время и сказала нужные слова, прорвавшись сквозь все барьеры Сансет, даже не стараясь.

В ее снах Эпплджек была той, кто пытался направить ее на правильный путь. В каждом их них Сансет отворачивалась от нее. Прошло уже много лет с тех пор как ей снилась девочка с фермы, но даже когда Сансет выросла, Эпплджек оставалась все той же маленькой девочкой. Даже когда не спала, Сансет иногда думала о ней. Но это все равно была малютка, которая держала ее за руку, она никогда не задумывалась, что Эпплджек тоже должна была вырасти. Со временем она стала больше идеей, чем человеком.

Эпплджек принадлежала прошлому, поэтому Сансет приложила все усилия, чтобы оставить все позади. Это стало намного легче из-за того, что Эпплджек не появилась ни на втором, ни на третьем уроке, ни на каком-либо другом. У них оказался один общий предмет, и Сансет должна была свести к минимуму их взаимодействия.

Последний звонок не заставил себя ждать. Сансет направилась прямо к автобусу, страстно желая оставить все случившееся позади. Она первой вошла внутрь, а остальные не спешили за ней. Присев на кресло, она наблюдала за детьми, собравшимися возле школы.

Она должна была просто продолжать читать. Эпплджек говорила с девочкой с вьющимися оранжевыми волосами, которая засмеялась над чем-то ею сказанным. Сансет отвернулась.

— Проверяешь новенькую? — спросила Саммер Рейн, присаживаясь рядом с Сансет.

— Да, я была с ней на первом уроке, — раздраженно ответила Сансет.

— Кажется, с ней все в порядке. Хотя не могу сказать, почему она перевелась так поздно в конце года. Только то, что это как-то связано с “семейными делами”.

Сансет еще раз посмотрела на Эпплджек, которая обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, что за ней наблюдают. Она помахала рукой, как будто ничего не случилось, и мысли Сансет вернулись к тому дню: она сидела на заднем сиденье машины Вайолет Даск, наблюдая, как безнадежно оптимистичная девочка машет ей рукой, когда они уезжали.

Не было ничего, что Сансет ненавидела бы сильнее, чем когда ее воспоминания врываются в ее настоящее.

— Я слышала, что ее поймали, когда она трахалась с кузеном за трибунами ее старой школы, поэтому их перевели в разные школы.

Саммер Рейн выглядела удивленной.

— Ты ведь не думаешь, что это правда?

Сансет пожала плечами.

— Честно? Без понятия. Она же не признается в чем-то подобном, понимаешь?

— Наверное это так, но все же…

— Может быть кто-то просто выдумал это, — сказала Сансет. — Но ты же знаешь эти деревенские штучки, и это объясняет, почему она не хочет говорить об этом, кроме как “семейные дела”.

— Я думаю, что с такими типами нипочем не угадаешь.

Сансет пожала плечами, но внутри она была довольна. То, как Саммер сказала “такие типы”, подтверждало это. Независимо от того, было это правдоподобно или нет, это подходило и создавало отличную сплетню. Еще до зимних каникул все в средней школе Эверфри будут говорить об этом.

— Да, это точно. — Сансет посмотрела в окно, как раз чтобы увидеть, как Эпплджек садится в свой автобус. — Никогда не знаешь, что происходит с таким человеком.

От автора:

Не особенно важно для этой истории, но Legend of Everfree не являются каноном для этой истории. (Мне понравился фильм, просто я начала писать историю задолго до его выхода, и он противоречит тому, что я написала.) Для этой истории Эверфри это национальный парк, расположенный недалеко от Фермы Сладкое Яблочко, средняя школа названа в честь парка.

## 11 - Низко пасть

Глава одиннадцатая

Низко пасть

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Солнце парило высоко, а на небе не было ни облачка. Это был идеальный день для прогулки по городу. А поскольку погода становилась все холоднее, то, возможно, это последний хороший день в этом году. Немного странно, что людей на улице почти не было, но все же это полдень, вероятно, все еще на работе.

Сансет спокойно прогуливалась, наслаждаясь одиночеством. В кои-то веки прошлой ночью снег не выпал, что позволяло ей свободно ходить, не переживая, что придется тащиться сквозь слякоть.

Хотя она и не стремилась к какой-то конкретной цели, Сансет обнаружила, что идет по знакомой дороге. Прежде чем она смогла точно определить, где находится, она набрела на свой любимый магазин. Она остановилась снаружи и стала обдумывать свой следующий шаг. Со времени ее последнего визита прошла пара дней, и она не хотела испытывать судьбу. Но что-то в этом дне ей показалось правильным, так что она решила зайти несмотря ни на что.

Войдя внутрь, она обнаружила, что кассира нигде нет. Да и никого другого, если на то пошло. Обычно в это время года играет рождественская музыка, но сейчас в магазине стояла абсолютная тишина. Сансет продолжила свой путь к разделу с напитками.

Зайдя за угол, она чуть не столкнулась с первым человеком за весь день. Это был тот кассир, которого она видела в последний раз, он стоял посреди прохода. Сансет пришлось резко остановиться, чтобы не врезаться.

— Приветик, — сказал он, растягивая слова. — Разве это не мой любимый клиент.

— Ой, привет. — Сансет заставила себя невинно рассмеяться. — Прости, я не смотрела, куда иду.

— Не беспокойся об этом. Я не возражаю, если ты время от времени будешь сталкиваться со мной. — Он подмигнул ей, и мурашки пробежали по ее позвоночнику. — Помочь чего-нибудь найти?

Сансет нервно усмехнулась.

— Нет, спасибо. Я думаю, что знаю, куда мне надо. — Она прошла мимо него к стеллажам с содовой. Похоже, сейчас она не сможет достать алкоголь, но все в порядке. На самом деле она не планировала этого и просто готовилась дать деру.

— Ищешь вот это?

Сансет обернулась и увидела, как он протягивает ей бутылку “Versant du Soleil”.

— Чего? Нет, конечно нет. Не будь глупым, я слишком юна, чтобы пить такое.

— Не беспокойся об этом. — Он подошел к ней ближе и положил вино в ее сумочку. — Это будет нашим маленьким секретом.

Когда их не разделяла стойка, Сансет не могла не заметить, насколько он выше нее. Она сделала шаг назад, а он в ответ два шага вперед.

— Я, эм… знаешь, мне всего двенадцать.

— Я знаю. Но это не значит, что мы не можем быть друзьями, верно? — Он положил ладонь ей на плечо и крепко сжал. — У меня есть кое-что покрепче вина. Поверь, тебе это понравится.

Сансет повернулась, чтобы убежать, но обнаружила, что проход  перегорожен стеной.

— Что стряслось? — спросил он, подходя ближе. Он встал посреди прохода, поймав ее в ловушку. — Я думал, тебе нравится нарушать правила?

— Отвали от меня, — яростно сказала Сансет, но он этого не сделал.

— Давай, будет весело. — Он протянул ей руку, но она отскочила назад. Она почувствовала твердую стену позади нее и поняла, что стоит так далеко, насколько можно. — Есть много взрослых вещей, которые можно попробовать, кроме простой выпивки.

Поскольку отступать было некуда, Сансет побежала вперед. Она надеялась, что проскочит мимо него, но он успел поймать ее за правую руку. Она схватила что-то с полки, чтобы защититься, но он остановил ее другой рукой, прежде чем она успела что-то сделать. Он прижал ее полу, а его лицо приблизилось к ней.

Изловчившись, Сансет взмахнула левой рукой. Она услышала звук разбившегося стекла, и он упал на нее сверху. Он попытался подняться, но она продолжала отбиваться, даже когда его движения прекратились.

Едва найдя в себе силы, она попыталась оттолкнуть его от себя. Но он был слишком тяжелый, поэтому ей пришлось приподнять его наполовину, чтобы выползти. Она обронила сумку и не стала поднимать ее обратно.

Сансет посмотрела вниз на то, что натворила. Разбитая бутылка лежала рядом с телом, и повсюду была кровь. Она тоже была вся в ней, так что она сняла с себя куртку и перчатки, оставив их на полу. Однако она ничего не могла сделать с остальной одеждой. Она огляделась вокруг в поисках посторонних, но никого не было.

Хотя она и была шокирована, но не позволила панике взять над собой верх. Она спокойно вышла на улицу и обнаружила, что начался легкий снег. Она поразмыслила, стоит ли ей вернуться обратно, чтобы поискать там теплую одежду взамен той, которую она оставила, но решила не делать этого. Ей надо уйти от магазина так далеко, насколько это возможно.

И снова Сансет не обращала внимания, куда идет. Маловероятно, что она заблудится. Потратив годы на блуждания по городу, Сансет могла свободно ориентироваться в большей его части.

И действительно, она приближалась к другому знакомому месту, хотя она была там всего один раз. Это был уютный домик с забором из белого штакетника. Сансет всегда ненавидела эту живописность. Он выглядел, как идеальное место для воспитания девочки.

— Сансет! Ты пришла поиграть?

Сансет нахмурилась, увидев Дью Дроп. Конечно ее удочерила до тошноты милая семейка, какую только можно было себе представить. Семейные пары всегда приходили в приют, чтобы удочерить милых маленьких девочек. Только не таких как Сансет.

— Нет, я не хочу играть, — сказала Сансет.

— Оу. — Со временем Дью Дроп стало лучше, но она продолжала вести себя так, словно нежелание Сансет стать ее подругой было сродни личному нападению на нее. Может так и было, совсем немного. Она посмотрела на одежду Сансет. — Что это за красная штука?

— Сок, — машинально ответила Сансет.

— Это совсем не похоже на сок.

— Разве у тебя нет своих друзей здесь? — раздраженно спросила Сансет. — Я думала, что Шугар Бриз живет по соседству или что-то в этом роде.

— Да, это так. — Дью Дроп не слишком обрадовалась этому напоминанию.

Сансет просто пожала плечами.

— Ну тогда, думаю, проблема исчерпана. Увидимся позже.

— Нет, не увидимся, — огрызнулась Дью Дроп.

Вовсе не смысл этих слов встревожил Сансет, Дью Дроп, вероятно, была полностью права. Нет, это был ее тон. Сансет прожила с Дью Дроп три года, и ни разу ее голос не звучал так сердито.

Сансет повернулась и посмотрела на нее, не уверенная, что ей стоит на это ответить. Но это не имело значения, потому что выражение лица Дью Дроп заблокировало бы все, что могла сказать Сансет, так или иначе.

Дью Дроп смотрела на нее с чистой злобой, и дьявольская ухмылка застыла на ее лице.

— Ты просто будешь продолжать игнорировать меня, как ты игнорируешь всех остальных. И мы будем продолжать игнорировать тебя тоже. Посмотри правде в глаза, Сансет, ты разыгрываешь из себя крутую девочку, поскольку знаешь, что, в конечном счете, всем на тебя плевать.

— Простите?! — Сансет рванула к забору, но Дью Дроп только рассмеялась, отходя назад.

— Честно, я даже не знаю, чего я так долго беспокоилась. — Дью Дроп пожала плечами и направилась к двери дома. Но прежде чем войти, она остановилась и повернулась к Сансет, и выражение ее лица стало смертельно серьезным. — Но запомни это, я действительно пыталась. Я хотела быть твоей подругой, а ты просто не позволила мне. И что бы сейчас с тобой не произошло, это только твоя проблема.

Не дав Сансет шанса ответить, Дью Дроп зашла в дом. Сансет слышала восторженные голоса ее новых родителей, встречающие ее.

Снегопад все усиливался, так что Сансет пошла гулять дальше. Погода становилась только хуже, а у нее не было ни куртки, ни перчаток. Она понимала, что нужно просто вернуться в приют, но у нее было столько дел. Она не была уверена, каких именно, но она знала, что точно что-то есть.

Сансет чуть не прошла мимо другого памятного здания, на которое она наткнулась. Уже много лет утекло с тех пор, как она была там в последний раз. Не говоря уж о том, что оно пришло в негодность до такой степени, что стало почти неузнаваемым. Но это было такое место, которое она никогда не забудет.

Часть стены отсутствовала, так что Сансет не стала возиться с дверью, чтобы войти. Она оглядела полуразрушенную приемную кабинета психолога, который она когда-то посещала каждую неделю. Он выглядел так, словно его бросили сразу после того, как она побывала тут в последний раз, все осталось на своих местах. Обветшалая от непогоды мебель стояла вперемешку с книгами и документами, которые давно упали с полок.

Сансет проигнорировала все, что увидела, и направилась дальше вглубь здания. Она не была уверена, что надеялась там найти, но двинулась по знакомому пути к кабинету Кристал Клира. В отличие от остального здания дверь в кабинет была цела и невредима. Она толкнула ее, но обнаружила, что та заперта. Решив, что здесь ничего не поделаешь, Сансет развернулась, чтобы уйти.

Она остановилась, услышав, как дверь позади нее отворилась.

— Сансет, ты опоздала на наш сеанс.

Сансет резко крутанулась, чтобы увидеть Кристал Клира, хотя он, как и само здание, был едва узнаваемым. Его короткие волосы стали длинными и растрепанными, он выглядел больным и звучал также, а его искусно сделанный дорогой костюм превратился в лохмотья.

— Господи Иисусе, что, блядь, с вами произошло?

Кристал Клир сверкнул той самой улыбкой, которая так легко позволяла ему втереться в доверие. Теперь, когда там осталось только несколько зубов, и те пожелтевшие, она уже не оказывала должного эффекта.

— Это ты сделала.

Сансет начала пятиться от него. По крайней мере, он не собирался ее преследовать.

— О чем ты говоришь? Я нихера тебе не сделала!

Кристал Клир вздохнул и покачал головой.

— Я смотрю, ты все еще отрицаешь? Я надеялся, что к этому времени ты добьешься большего прогресса. В самом деле, Сансет, как ты думаешь, что произошло после твоей выходки? Я потерял свою лицензию, потерял работу. Я не смог позволить себе дом, машину, содержать своего сына. Я потерял все из-за тебя.

Это была неправда. Этого просто не могло быть.

— Все, что я сделала, это рассказала о том, что ты сделал.

— О, ты уверена в этом? — Кристал Клир улыбнулся снова. — Вспомни, что случилось тогда. Ты можешь вспомнить. Спроси себя, что именно я сделал, и я думаю, ты осознаешь, что ответ совершенно отличается от того, каким ты хочешь его видеть.

Сансет стиснула зубы и обвиняюще посмотрела на него.

— Ты писал книгу обо мне!

— Серьезно, Сансет? Да, я действительно использовал тебя в качестве примера. Твой случай был очень важным в детской психологии, и я мог сделать много хорошего для тебя и других детей.

Сансет прищурилась.

— И все это по доброте душевной?

— Ты умная девочка, — сказал он. Он говорил так, словно каждое его слово было частью истины, которую Сансет и без него знала все это время. Наверное, так оно и было. — Люди эгоистичны по своей природе. Они делают хорошие вещи, потому что это принесет им признание или потому что так они чувствуют себя хорошо. В конечном счете важно, чтобы было сделано что-то хорошее. Я действительно много выиграл от работы с тобой, но и психологическое сообщество тоже. Тебе нечего было терять. Мои исследования могли бы занять годы, и вряд ли бы ты стала известной персоной.

— Просто заткнись уже. Как бы ты не старался обелить это, нет никакого оправдания тому, как ты морочил мне голову.

Кристал Клир улыбнулся.

— Думаю, мы добрались до того, что происходит на самом деле. Ты должна посмотреть фактам в лицо, Сансет. Ты знаешь, что я не несу ответственности за твои воспоминания.

— Заткнись! — Сансет закрыла уши ладонями. — Я не хочу говорить об этом!

— Но, ведь к этому все идет, не так ли? Вот что здесь действительно важно. — Кристал Клир открыл дверь пошире, жестом пригласив Сансет зайти. Сквозь дверной проем можно было увидеть, что стены кабинета увешаны рисунками пони. — Скажи мне, Сансет, ты веришь в Эквестрию?

Это случилось незаметно, но Сансет почувствовала. Когда Кристал Клир закончил свою фразу, мир содрогнулся.

Сансет снова убежала. У нее не было ответа для него. Она не хотела знать ответа.

Погода снаружи снова ухудшилась, падающий снег почти закрыл солнце. Даже покинув здание, Сансет продолжала бежать. Она не знала, как долго бежит, также как не знала и направления, она просто убегала.

— Что это такое? — громко спросила Сансет.

— Вот тут и началась вся эт заварушка.

И ответ, и человек должны были озадачить ее, но ни то, ни другое не удивило. Сансет просто повернулась к Эпплджек, как будто только этого и ожидала.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты позволила себе далеко зайти, но ты должна идти дальше. — Эпплджек протянула ей свою руку. — Эт нормально. Никто не говорил, что ты должна эт делать одна.

Сансет на мгновение уставилась на руку Эпплджек, затем, проигнорировав ее, направилась к школе. Эпплджек пристроилась рядом с ней.

— Я не хочу твоей помощи, — напомнила ей Сансет.

— Эт я знаю, что не хочешь.

— Тогда почему ты все еще здесь?

— Потому что хочешь ты эт или нет, но те она нужна. — Эпплджек мягко положила руку на плечо Сансет. Они остановились, и Эпплджек посмотрела на небо. — Самое время.

Сансет проследила за ее взглядом и увидела, что Солнце садится.

— Что произойдет, когда оно сядет?

Эпплджек на мгновение задержала на ней взгляд, и на ее лице отразилась печаль.

— Эт не тот вопрос, на который я могу ответить.

Некоторое время Сансет молчала. Они обе в тишине смотрели на заходящее солнце, рука Эпплджек все еще была у нее на плече. Что-то особенное должно быть в этом зрелище. Она была уверена, что был кто-то другой, с кем она должна наблюдать за этим.

Эпплджек грубо похлопала ее по спине.

— Пойдем, мы почти на месте.

Больше не находя слов для ответа, Сансет позволила Эпплджек подвести ее ближе к статуе. Каждый шаг наполнял ее ужасом, хотя она и не могла сказать почему. Когда Сансет стала отставать, Эпплджек остановилась и протянула ей руку снова.

— Может ты прост перестанешь упрямиться и позволишь кому-нить помочь?

Это звучало так легко, когда говорила Эпплджек, но игнорировать ее все же легче. Сансет двинулась вперед, самостоятельно приблизившись к статуе.

Поверхность была зеркальной, и то, что Сансет увидела, ей не понравилось. Там была она сама, но не такая, какой ей положено быть. В отражении статуи она видела янтарного единорога с ее чертами. Застыв на месте, она наблюдала, как сзади к ней приближается маленькая девочка. Сансет обернулась и увидела Эпплджек, которая вне отражения все еще оставалась подростком.

— Все в порядке, — подбадривала ее Эпплджек. — Ты сможешь эт сделать.

— Нет, не смогу, — испуганно пробормотала Сансет. — Мне нужно идти, я не могу быть здесь! — Она бросилась прочь, пытаясь попасть куда-нибудь еще.

— Стоп, — сказала Эпплджек и Сансет остановилась. — Слушай.

Сансет прислушалась. Она услышала вибрирующий звук и почувствовала, что мир снова затрясся.

— Слышала? Она идет.

— Что?! — Сансет стала панически смотреть по сторонам, пытаясь найти признаки ее присутствия. Ей хотелось бежать, но она не знала, куда.

— Ты должна встретиться с ней лицом к лицу, Сансет. Это единственный способ двигаться дальше.

— Нет! Я не хочу! Я… Я не могу! — Мир снова затрясся, и Сансет бросилась на Эпплджек, отчаянно пытаясь ухватиться за что-нибудь, что могло бы ей помочь.

Эпплджек позволила Сансет уткнуться ей в плечо и закрыла ее своими руками, словно защищая.

— Сансет?

— Чего? — В этот момент Сансет нуждалась во всем утешении, которое Эпплджек только могла ей дать.

Когда другая девочка притянула Сансет ближе, та позволила себе поверить, что все будет хорошо. Каким-нибудь образом Эпплджек сделает все хорошо. Эпплджек положила руку на затылок Сансет, направив ее так, чтобы ухо оказалось рядом с ее ртом.

— Она здесь.

* * *

Когда Сансет проснулась, вибрация не прекратилась. Она накрыла голову одеялом и прижала его так крепко, как только могла. Каждые несколько секунд снизу начиналась пульсация, и этот ужасный вибрирующий звук отдавался в ее ушах.

Она безмолвно молилась чему-то, чему угодно, чтобы этот звук прекратился, но он не прекращался, а становился громче. Это чувство росло, вскоре кровать стала вибрировать, а затем и весь мир. Этот звук был повсюду.

Еще один звук, давнее воспоминание. Недвусмысленное. Топот копыт. Он доносился из-за двери. Она молилась, чтобы он остался там.

Еще.

И еще.

Они увеличились в частоте по мере того, как набирали скорость. Вскоре они сформировали устойчивый ритм, приближаясь все ближе и ближе. И все сопровождалось не заканчивающейся вибрацией.

Все звуки затихли, после того, как топот копыт раздался рядом с ее комнатой. Сансет задержала дыхание, боясь, что ее услышат. Но это не помогло.

Звук более не повторялся. Сансет понимала, что лучше не надеяться, что все кончено, и приготовилась ко второй волне. Но она так и не пришла. Очень осторожно она приподняла угол своего одеяла, чтобы выглянуть наружу.

Комната была погружена в темноту, только слабый рассеянный свет просачивался через окно. Сансет огляделась в поисках чего-то необычного, но ничего не увидела.

Она с облегчением вздохнула и задержала дыхание на мгновение, чтобы прийти в норму. Хотя ей все еще было немного не по себе, она села. Никто не мог выпрыгнуть на нее, потому что никто не прятался. Это был просто плохой сон, который показался ей реальным, когда она проснулась. Ничего такого, чего бы она прежде не испытывала огромное количество раз.

Если она сейчас снова ляжет спать, то ей приснится очередной кошмар, так что она встала с постели и включила лампу. Она поморщилась от яркого света и тут же поняла, насколько нелепо себя вела.

Решив немного прогуляться, Сансет вышла из своей спальни. Она бы с удовольствием провела время перед компьютером или телевизором, но сейчас была середина ночи, так что это запрещено. Большинство обитателей приюта спали, но на всякий случай два воспитателя дежурили ночью, если детям что-то понадобится, ну и конечно проследить, чтобы все они были в своих постелях.

Не зная, чем еще заняться, она направилась в ванную комнату. Хотя Сансет ненавидела зеркала, она нашла время, чтобы проверить себя в отражении. Единственное, что смотрело на нее оттуда, это усталая девочка, которой, вероятно, следовало поскорее вернуться в кровать. Сансет улыбнулась и повернула кран. Ожидая, когда вода станет теплой, она опустила туда руку и, когда это произошло, наклонилась над раковиной, чтобы плеснуть немного себе на лицо.

Когда Сансет протирала глаза, она снова услышала это. Тот же вибрирующий звук, и он совсем близко. Она резко подняла голову и поняла, что смотрит прямо в сердитые пурпурные глаза. Сансет вскрикнула, сделала шаг назад и упала в ванную. Когда она снова посмотрела в зеркало, то увидела только себя.

“Я просто устала. Мне нужно снова лечь спать.”

Сансет не верила в это, но повторяла про себя, это было лучшее, что она могла сделать. Она быстро выбралась из ванны, закрыла кран и вернулась в свою комнату.

Хотя мысль о том, что она может там обнаружить, наполняла ее ужасом, Сансет заставила себя посмотреть в зеркало в своей комнате. Все, что она там увидела, это себя в растрепанном виде.

“Она не настоящая.”

Сансет сама не знала, верит ли она в это.

Прежде чем снова лечь спать, ей надо было кое-что проверить. Она отодвинула свой матрас и протянула руку в отверстие в пружинной коробке. Найдя наволочку, она вытащила ее оттуда целиком. Она была полна вещей, которые Сансет не хотела показывать другим людям, к примеру наполовину полная бутылка вина, а также вещей, которые Сансет пыталась спрятать от самой себя. Это было то, кем она была в прошлом. Она достала коричневый дневник с желто-красным солнцем на обложке.

Отложив простыню в сторону, Сансет села с книгой на кровать. Было время, когда она перечитывала каждое слово, написанное в нем. Теперь она открывала лишь одну страницу.

Примерно на середине книги страницы становились пустыми. Сансет перелистнула до закладки, обозначавшей страницу, на которой были записи. Она так часто перелистывала эту страницу, что ей даже не нужно было ее читать. Она узнавала его с первого взгляда, как будто там был портрет, а не текст. Она все равно прочитала его.

“Я думала об этом зеркале, и все еще не могу понять.”

“Сансет, я уже говорила тебе, ты узнаешь о зеркале в свое время.“

И все. Последняя переписка между Сансет Шиммер и Принцессой Селестией.

Все в этой книге было очень странное. Она была аккуратно написана от руки, причем двумя разными почерками. И в большинстве этих разговоров не было ничего особенного. Это явно был фэнтезийный рассказ, но без внятного сюжета.

И, конечно, были еще воспоминания. Сансет могла вспомнить все, что испытывала другая Сансет Шиммер, хотя было очевидно, что они не были одним и тем же. В книге была фэнтезийная обстановка с магическими единорогами и бессмертными принцессами.

Книга явно оказала влияние на Сансет. Она была найдена с ней в руках, и ее имя “Сансет Шиммер” было вышито на сумке, которая также была найдена с ней. Она взяла имя Сансет Шиммер, и иногда ей казалось, что вся ее жизнь находится под контролем этого персонажа.

Нетрудно было догадаться, что случилось, хотя Сансет понятия не имела, как это вышло. Должно быть она читала эту книгу будучи ребенком, когда сама идея стать волшебным единорогом была очень заманчивой. Затем по какой-то причине она потерялась, начисто забыв, кто она такая. Будучи маленькой и впечатлительной, она надела на себя мантию своего любимого персонажа и заполнила пробелы в истории своего появления.

Уставившись на книгу, она удивилась, почему до сих пор не сожгла эту чертову штуку. Она никогда не приносила ей ничего хорошего, и, возможно, тогда она освободится от кошмаров. Освободится от Нее.

“Сансет Шиммер”

Хотя книга в ее руке не двигалась, Сансет могла поклясться, что почувствовала вибрацию. Она бросила книгу на пол и стала суматошно оглядываться. Ее взгляд тут же пал на зеркало, которое не показывало ничего. Ни ее саму, ни комнату, совсем ничего.

В темной луже, которая должна быть зеркалом, появился тусклый свет, снова послышался топот копыт. На этот раз она поняла, что топот копыт доносился не из ее комнаты, а изнутри зеркала.

Сансет сидела, парализованная страхом. Топот копыт все приближался, а она ничего не могла с этим поделать. То ли из книги, то ли еще откуда-то раздался ужасный вибрирующий звук, который эхом отзывался вокруг нее.

Шум прекратился на мгновение, а потом появилась она. Белое лицо со злыми пурпурными глазами, смотрящими на нее из зеркала. Вот только это уже не было зеркалом и удержать ее не способно.

Длинная белая нога возникла из темноты, наступая на ее комод. Вещи попадали на пол, когда она входила в этот мир. Затем появилась ее голова, призматические волосы тянулись зе ней.

— Сансет Шимер. — Ее голос был резким, когда она приблизилась. Переднее копыто коснулось деревянного пола.

Сансет вырвалась из оцепенения и бросилась к краю кровати, хватаясь за что угодно, чтобы защитить себя. Она нащупала что-то твердое и швырнула это. Она закрыла глаза, не желая видеть, что произойдет, и услышала, как бьется стекло.

И ничего не стало. Ни цоканья копыт, ни вибраций, ничего.

Когда Сансет открыла глаза, она увидела груду разбитого стекла на том месте, где раньше было зеркало. Она облегченно вздохнула, пока не поняла, насколько громким был этот звук. А посреди осколков стекла лежала книга.

Действуя без раздумий, Сансет кинулась вперед и схватила книгу. Кто-нибудь прибежит в любую минуту, и она не должна позволить им забрать книгу у нее. Она почувствовала режущую боль в руке, когда схватила книгу, но не обратила на это внимания. Не заботясь об осторожности или тишине, Сансет отодвинула свой матрас и просунула книгу через отверстие в пружинную коробку.

Только матрас оказался на месте, дверь ее спальни распахнулась. Сансет обернулась и увидела одного из дежурных воспитателей, который с широко раскрытыми глазами смотрел на нее и на весь беспорядок.

— Какого здесь происходит?

— Я могу все объяснить, — сказала Сансет, хотя и не была уверена, как ей это удастся. Она сложила руки в извиняющемся жесте, но когда поняла, что одна из них кровоточит, тут же пожалела об этом.

Воспитатель тоже заметил это.

— Ох, блин... Дай-ка я посмотрю. — Он шагнул в комнату, но остановился, когда его нога наткнулась на что-то, издавшее отчетливый звон.

Всепоглощающее чувство безнадежности охватило Сансет, когда он наклонился поднять оставленную ей наволочку. Все, что она могла сделать, это безучастно смотреть, как он достает оттуда бутылку вина.

## 12 - На тонком льду

Глава двенадцатая

На тонком льду

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Зачем Роуз Петал понадобилось с ней разговаривать? Неужели она не понимает, что Сансет уже получила лекцию от ночного воспитателя? Неужели она не может просто оставить ее в покое? Бог свидетель, никто из воспитателей не проявлял к ней такого интереса, как Роуз.

Но она уже знала, что произойдет дальше, ровно с того момента, как на ее глазах воспитатель на ночной смене поднял бутылку. Разбитое зеркало это “косяк”, но Сансет могла его объяснить. Порез послужил отвлекающим маневром. Он был достаточно глубоким, чтобы ее отвезли в больницу и наложили четыре шва на правую ладонь, и все признали, что этого будет достаточно, чтобы преподать ей урок.

Но алкоголь? Совсем другая история. Если ее воспитатели могли закрыть глаза на разбитое зеркало, то с алкоголем такое не прокатит. После шестичасовой поездки в больницу она все еще пыталась придумать, как ей объяснить это. Она даже не могла воспользоваться ужасно банальной отговоркой: “Я просто храню это для друга”, потому что у нее не было друзей.

Ее тщательно оберегаемый образ в глазах взрослых затрещал по швам. Конечно они знали, что она иногда прогуливала школу, и один-два раза ее ловили на мелкой магазинной краже. Но остальное? Пьянство, манипулирование, апатия ко всем аспектам ее жизни? Она была очень осторожной, чтобы скрыть это. Насколько можно было судить, она была действительно хорошей девочкой, которая переживала тяжелые времена из-за детской травмы в пубертатном возрасте.

Но теперь она поставила все это под угрозу, поскольку пристрастие к алкоголю не укладывалось в рамки нормального поведения в период полового созревания. И вот она сидит напротив Роуз Петал и смотрит в пол. Роуз потребовала от Сансет объяснений и подкрепила все это выражением лица, на котором читалось: “Я жду”.

— Я не хотела разбивать зеркало.

— Ну, я надеюсь, что нет.

Сансет вздрогнула от ее тона.

— Я была... эм… я была зла. — Лучше обвинить во всем перепады настроения, чем признаться, что ей все еще снятся кошмары. Рассказать о галлюцинациях не могло быть и речи. Меньше всего ей хотелось, чтобы с ней обращались как с сумасшедшей. — Я бросила книгу, но не хотела попасть в зеркало, это был несчастный случай.

Роуз помедлила, обдумывая ее ответ.

— А с чего, собственно, бросание книги показалось хорошей идеей?

— Как я уже говорила, я была очень зла. — Сансет немного приподняла голову, чтобы Роуз могла увидеть ее глаза, но все еще не глядя прямо на нее. — Мне очень жаль, я обещаю, что исправлюсь и…

— Сансет, — деликатно вмешалась Роуз. Они едва начали свой разговор, а она уже звучала устало, нежели сердито. — Я не беспокоюсь о зеркале. Я беспокоюсь о тебе. Почему ты так злишься? Почему ты не хочешь поговорить со мной, когда у тебя проблемы?

— Я... — Сансет поймала себя на том, что не может подобрать нужных слов. Застигнутая врасплох, она позабыла о своем тщательно контролируемом языке тела и поняла, что смотрит Роуз прямо в глаза. Ей пришлось убрать взгляд, там было слишком много боли. — Прости.

Роуз вздохнула.

— Сансет, я действительно пытаюсь помочь тебе. Но в последнее время ты так отдалилась от меня. Я понимаю, что ты нуждаешься в личном пространстве, но теперь ты как будто несчастлива, если полностью не отгородилась от всех. И, судя по всему, отгородившись, несчастлива тоже.

Сансет уставилась на швы на своей руке и рефлексировала о том, как Роуз сильно ошибается. Сансет всегда была ужасным человеком, и в этом не было ничего нового. Она просто лучше скрывала это, когда верила в Эк… когда была моложе.

— Я просто… не знаю, что сказать.

— Это было очень давно, но когда-то я тоже была молодой. Я помню, каково это, возможно даже больше, чем ты можешь представить.

Если в чем-то Сансет и уверена, так это в том, что Роуз понятия не имела, через что прошла Сансет. Все, что она видела, это девочку, которая плохо справляется с переменами в своей жизни. Что она может знать о чувствах инопланетянина? Могла ли она понять, каково это, никогда не быть уверенной, реален ли мир вокруг тебя? Как мог кто-то вроде Роуз Петал, которую обожали все дети, о которых она заботилась, как мог кто-то вроде нее знать, каково чувствовать себя такой одинокой, независимо от того, сколько людей находятся рядом?

— Я знаю, просто… мне действительно не о чем сказать, — Роуз не ответила сразу, и Сансет добавила, — мне жаль.

Роуз заколебалась. Когда она заговорила, тон ее стал еще более отчаянным.

— Я стараюсь, Сансет, но ты не облегчаешь мне задачу. А теперь ты еще и выпиваешь? Откуда ты вообще достала алкоголь?

Хорошо, что Роуз так долго тянула время, прежде чем затронуть эту тему. У Сансет уже было готово объяснение. Конечно у нее в любом случае будут неприятности, но она не должна признаваться, что украла его. Просто сказать, что приобрела у какого-то мальчишки, который стащил его у родителей. У нее был список детей, которых можно обвинить, составленный на основе их собственных биографий.

— Я нашла его.

— Ты нашла его? — недоверчиво спросила Роуз. Сансет вздрогнула, как от внезапной перемены в ее тоне, так и от собственного жалкого оправдания. — И где ты нашла его? На полке бакалейного магазина?

Сансет открыла рот, но поняла, что у нее нет достойного ответа, и снова закрыла. Почему она просто не закончит с обвинениями?

— Ты хоть понимаешь, чем рискуешь?

— Я понимаю. — Сансет прикусила язык от резкого ответа просто потому, что это была Роуз. — Алкоголь опасен, я понимаю это.

— Надеюсь, однако осознаешь ли ты, насколько это опасно для человека твоего возраста? Но дело даже не в этом. Ты же знаешь, что не только я отвечаю за то, что происходит с тобой.

Сансет нахмурилась, гадая, к чему она клонит.

— Да, я знаю.

— И Новые Горизонты тоже. — Роуз сложила руки на столе и заговорила как ни в чем не бывало. — Ты находишься под опекой государства. Это означает, что если решат, что мы не даем тебе должного ухода, ты будешь перемещена в другое место.

— Чего? — Сансет села прямо и приоткрыла рот. — Это просто абсурд, Вайолет никогда бы так…

— Миссис Даск — одна из немногих причин, по которой ты все еще здесь, — решительно заявила Роуз. — Она была непреклонна в том, что стабильность этого дома — самое то для тебя. Но многое ли мы можем сделать, когда ты так нам усложняешь жизнь. Как мы можем продолжать отстаивать твои интересы, когда ты воруешь и пьешь алкоголь?

Сансет встала на ноги.

— Значит… это все? “Прости, Сансет, но на этот раз ты слишком сильно облажалась! Ты больше не наша проблема!”

Роуз подождала, пока она закончит.

— Вернись на свое место, Сансет.

Сансет неохотно подчинилась, хотя и продолжала сверлить Роуз суровым взглядом.

— Миссис Даск — одна из тех, кто защищает тебя от твоего имени, и я надеюсь, теперь ты знаешь, кто еще это делает. — Роуз отвечала на ее взгляд своим, пока Сансет не сложила руки на груди и не отвернулась. — Даже до всего этого, было не так просто. Между тем твои оценки падают, ты бьешь рекорды по количеству мелких краж, обсуждается вопрос о том, чтобы отправить тебя куда-нибудь. Предложили военную школу-интернат.

— Какой уро… — Сансет хлопнула себя по лицу. — Это были те копы?

— Пока у меня есть право голоса, этого не случится. Но если так пойдет дальше, я лишусь права проголосовать.

Сансет села на свое кресло. Она не хотела покидать Новые Горизонты. Она очень не хотела попасть в прославленный учебный лагерь.

—Ладно, — обреченно сказала Сансет. — Этого больше не повторится, я обещаю.

— Лучше бы не повторилось, ради твоего же блага. — Эмоции покидали голос Роуз, и когда она заговорила снова, они полностью исчезли. — Тебе нужно немного отдохнуть. Ты полночи не спала, и ты ранена. Мы побеспокоимся о школе завтра.

Сансет еще немного помедлила, прежде чем встать. Она поплелась к двери, но остановилась перед выходом, осознав, что несмотря на все ее извинения, ни одно из них не было полностью искренним. Она повернулась к Роуз, но увидела, что та смотрит куда-то в сторону. “Ну и ладно”, — решила она, выходя из комнаты. “В любом случае это не имеет особого значения.”

Никто не говорил с ней по пути в ее комнату, но в этом не было ничего удивительного. Когда Сансет только начинала жить в Новых Горизонтах, там были три воспитателя — пожилые женщины, которые жили тут с тех пор, как это стало общепринятой практикой. Через несколько лет одна из них переехала на юг к дочери, а вторая в дом престарелых. Осталась только Роуз, и все понимали, что ее слово окончальное. По документам она не отличалась от любого другого воспитателя, но на практике все было иначе. Это ее дом и ее дети, все остальные здесь просто работали.

Осколки в ее комнате убрали, а пустую раму сняли. Запасного зеркала еще не было, и Сансет обнаружила, что так ей нравится гораздо больше. Ей не померещилось или кое-какие ее вещи стояли не на своих местах? Конечно же, они обыскали каждый дюйм ее комнаты. Впрочем это не имело значения. Все, что могло доставить ей неприятности, было спрятано в наволочке.

— Так тупо… — пробормотав себе под нос, Сансет рухнула на кровать. Тогда она думала только о том, чтобы спрятать книгу, которую ей дали. И чего такого она ожидала, если бы кто-то нашел ее вместо бутылки?

Однако она ничего не могла поделать с тем, что произошло. Она посмотрела на свою правую руку, задаваясь вопросом, как она будет ходить в школу без возможности ее использовать. По крайней мере до зимних каникул оставалось еще несколько дней, и к тому времени, как в школе вновь начнутся занятия, она достаточно выздоровеет, чтобы писать. Два дня до конца семестра явно не стоили, чтобы туда идти. Но, конечно, не было ни единого шанса увильнуть. И все же у нее был еще один выходной. От нечего делать она закрыла лицо подушкой и провалилась в сон.

* * *

Неудивительно, что никто не побеспокоился спросить ее, почему она пропустила школу. Все же она довольно часто прогуливала занятия, почему этот пропуск должен быть чем-то особенным? Но она была немного удивлена, когда села в автобус утром, и Саммер Рейн оказалась единственной, кто спросил ее о бинтах на руке. Сансет подозревала, что это было связано не с беспокойством о знакомой, а скорее с надеждой, что тут замешана какая-нибудь трагическая история с другим учеником. Неудивительно, что она была разочарована, когда Сансет рассказала ей, что просто потянулась за чем-то на верхней полке и случайно схватила нож.

То же самое произошло, когда она пришла в школу. Белые бинты выделялись на ее коже, но никто ничего не спросил. А кто мог бы? Она никогда не старалась завести друзей, так что у ее одноклассников не было никакого резона беспокоиться о ее состоянии.

Она вошла в класс истории, не удосужившись спросить учителя, что она пропустила. В любом случае у нее не было ни малейшего шанса поднять свой балл. Она попытается сделать это в следующем семестре.

Она откинулась на спинку стула и приготовилась скучать весь урок. Даже если она не беспокоилась о предстоящем задании, то хотя бы должна притвориться, что слушает внимательно. О том, чтобы сделать что-то, что могло втянуть ее в неприятности, не могло быть и речи.

К сожалению, этот факт оставался истинным независимо от того, с кем она сидит рядом. Эпплджек улыбнулась ей, когда вошла, как будто у них была хоть одна причина радоваться встрече.

Эпплджек снова села на то же место. Сансет могла попытаться заставить ее пересесть, но засомневалась, что ей это удастся. Наверное, будет лучше, если она просто проигнорирует этот раздражитель.

— Приветик, Сансет. Как делишки?

— Будут лучше, если ты оставишь меня в покое. — Сансет бросила на нее быстрый незаинтересованный взгляд, а затем вернулась к игнорированию.

Эпплджек сохраняла небрежную улыбку.

— Ну, у меня все отлично, пасибо, что спросила. — Когда Сансет ничего не ответила, Эпплджек продолжила. — Ты… эээ... поранила руку?

Сансет закатила глаза.

— Нет, это модный аксессуар.

— Точно, тупой вопрос. Предположу, именно поэтому тя не было вчера на занятиях.

Сансет согласно хмыкнула, но ничего объяснять не стала.

— В общем, я хотела извиниться за вчерашнее.

— Плевать. — Сансет было немного любопытно, почему Эпплджек почувствовала необходимость извиниться, но спросив это, она начала бы разговор.

Впрочем, это не имело значения, потому что Эпплджек решила ей рассказать в любом случае.

— Если честн, эт за то, что заставила тебя вспомнить тот день. Я прост подумала, что те не понравилось эт напоминание, учитывая, что эт был не самый лучший твой день.

— Да, как бы то ни было это не помешало тебе напомнить мне о нем. — Кроме того в напоминаниях не было необходимости, поскольку у Сансет не было проблем с памятью.

— Точн, и эт еще одна причина извиниться. — Эпплджек протянула руку для рукопожатия, предложив левую, чтобы не беспокоить раненую Сансет. — А что ты скажешь, если мы прост оставим эт позади и начнем все сначала?

Сансет искоса посмотрела на Эпплджек и проигнорировала ее руку.

— Ведь мы так здорово начали до всего этого.

Эпплджек сохраняла молчание, пока остальные ученики входили в класс, но Сансет и не думала, что та сдается. Поскольку до зимних каникул остается всего два дня, Глоуб Троттер дал им простое задание из учебника, в котором были похожие вопросы, что и в их тесте на следующий день.

К большему ужасу Сансет он позволил им работать в группах. Конечно, Эпплджек повернулась к ней, как только он закончил давать инструкции. Но вместо того, чтобы выполнять задание, она принялась рыться в своем рюкзаке. Спустя мгновение она достала листок и протянула его Сансет.

— Вот, я взяла эт вчера, когда тя не было в классе.

Сансет взяла листок и увидела, что это было задание, скорее всего то, которое она пропустила вчера. Она отложила его в сторону.

— Тебе не стоило беспокоиться.

Очевидно не поняв ее, Эпплджек улыбнулась.

— Оу, мне эт вовсе не тяжело.

— Я имею в виду, что я все равно не буду это делать.

— Ох. Что ж... эм… лады. — Эпплджек почесала затылок. — Я работаю над нашим проектом. Может быть после школы мы могли б…

— Эпплджек, — Сансет повернулась лицом к ней. Это становилось просто нелепо. — Я не занимаюсь этим проектом. Я понятия не имею, почему ты решила работать со мной, но ты можешь просто продолжать работать над этим самостоятельно. И нет, мне действительно все равно. Черт возьми, может быть Глоб Троттер даст тебе дополнительную оценку за то, что ты сделала все это в одиночку. Но в любом случае, это действительно не моя проблема.

По крайней мере она не выглядела обиженной апатией Сансет, хотя определенно стала терять свой оптимизм. Было почти стыдно, что ей приходится все время быть такой веселой, и когда она скрестила руки на груди и нахмурилась, Сансет пришлось признать, что она довольно неплохо справилась с этим.

— Ты со всеми так себя ведешь?

— Большинство людей знают достаточно, чтобы просто оставить меня в покое.

— Лады, знач те наплевать на меня. Наверн, я действительно не могу принять эт близко к сердцу, похож те вообще плевать на всех. Но те правда все равно, какая у тя оценка?

Почему она так чертовски упряма? Сансет вздохнула.

— Если считать наш проект и сегодняшнее задание как ноль, то сейчас у меня пятьдесят шесть процентов по этому предмету, это “F”. Как только я завтра сдам тест, у меня будет шестьдесят два процента, то есть “D”, и этого будет достаточно, чтобы иметь место для маневра, даже если я пропущу некоторые вопросы, мне ничего не будет угрожать. В любом случае, “D” это проходной балл. Хоть это и не так, но давай просто скажем, что мне не все равно. Если бы я выполнила еще несколько заданий, которые пропустила ранее, то легко бы получила “С”. Но на данный момент, если я выполню проект и сегодняшнее задание, я в сумме получу шестьдесят восемь или шестьдесят девять процентов — “D”, в зависимости как учитель округлит.

— Значит ты в любом случае облажалась, вот чо ты говоришь.

Сансет ухмыльнулась.

— Можно и так сказать. Все равно мне наплевать.

Эпплджек устремила свой взгляд вперед.

— Это, конешн, здорово, но ты ошибаешься.

Этого было почти достаточно. Сансет чувствовала, что Эпплджек уже почти сдалась.

— Оставь свою речь о “трудовой этике”. Мне действительно плевать.

— Нет, есть способ получить “С”, прост ты слишком вялая, чтоб увидеть его.

— Без разницы. — Сансет подперла голову и отвернулась от Эпплджек. Она старалась сдержать себя, но любопытство взяло вверх. — Что ты имеешь в виду?

Стало ясно, что Эпплджек наконец-то получила очко. Она указала на бумагу, которая все еще покоилась на столе Сансет.

— Так сколько ж ты получишь, если сделаешь проект, сегодняшнее задание и вот эт?

Сансет посмотрела на бумагу, мысленно проклиная ее существование. Она быстро подсчитала все в уме.

— Сукин сын.

Эпплджек усмехнулась.

— Что скажешь, партнер?

Сансет медленно повернулась к Эпплджек, глядя на нее с большей злобой, чем она сама могла представить. Никто не мог доказать того, что Сансет ошибается с тех пор как... да вообще никогда. В лучшем случае, люди могли поймать ее на чем-то, что она делать не должна, поймать на лжи, которую она сказала, чтобы скрыть это, но она не могла вспомнить, чтобы когда-либо она была совершенно в чем-то неправа.

— Хорошо. Ты права. Счастлива?

— Ну-ну, нету никакой причины быть такой. Вот, давай я те помогу.

— Я все сделаю сама. — Сансет достала из сумки ручку и начала писать. Раненая рука не позволяла держать ручку правильно, поэтому ее почерк был совершенно корявым. Она полагала, что Глоуб Троттер разберет это. По крайней мере, ей не нужно было возиться с книгой, отвечая на каждый вопрос по памяти.

Это должно было занять у нее не больше десяти минут, но в итоге заняло пятнадцать. Не в силах ответить на большее, она отложила его в сторону и приступила к сегодняшнему заданию.

— Смотри, я ответила на эти вопросы, — сказала Эпплджек, показывая Сансет, что она сделала.

— Это замечательно, но мне правда нужно сосредоточиться, — Сансет проигнорировала Эпплджек и посмотрела на часы. У нее почти не осталось времени.

— Эм, Сансет? Учитель сказал, что мы можем работать в паре.

— А я сказала, что делаю все сама.

— Сейчас эт не имеет смысла. — Эпплджек тоже посмотрела на часы. — Ты ж понимаешь, что мы проспорили пол урока?

— Это значит, что мне действительно нужно приступить к работе.

— Не, эт значит, что у нас нету времени продолжать спор. — Когда Сансет попыталась ответить, Эпплджек подняла палец, чтобы заставить ее замолчать. — А теперь даж не начинай. Ты ж знаешь, мы слишком упрямы, чтобы снова не поспорить, так что те остается только работать со мной, либо не выполнять задание.

Сансет стиснула зубы. Эпплджек была несомненно права.

— Я ненавижу тебя. Пиздец. Как. Сильно.

— Ладн, ты работай над нечетными вопросами, а я над четными.

Хуже всего было то, что Эпплджек казалась невосприимчивой к любой враждебности, которую могла противопоставить ей Сансет. Она кипела от злости на протяжении всего теста. Она нашла некоторое утешение в том факте, что даже с травмой работала быстрее Эпплджек. Сансет закончила свою половину, а затем ответила на несколько вопросов Эпплджек. Тем не менее, план Эпплджек подразумевал, что каждый из них сделает около половины теста, и они закончили как раз к концу урока, заставив Сансет признать, что она не смогла бы сделать это достаточно быстро, работая в одиночку. Эпплджек оказалась права. Снова.

Глоб Троттер был полностью шокирован, когда Эпплджек и Сансет сдали ему задание, подписанное их именами. Он бегло просмотрел их работу, вероятно, чтобы убедиться, что они обе работали над ней. Но учитывая состояние почерка Сансет, нельзя было отрицать, что каждая девочка внесла свой справедливый вклад.

В конце урока они вышли из класса бок о бок.

— Итак, где б ты хотела встретиться, чтоб обсудить проект, — спросила Эпплджек.

Сансет вздохнула.

— Слушай. На уроке ты оказалась права. Но я все еще могу сделать проект самостоятельно.

— Эт групповое задание, — поправила Эпплджек. — Я тож имею долю участия.

— Ладно. Если не будешь совать туда нос, я впишу и твое имя.

— Неа, я в доле.

Сансет пожала плечами.

— Может ты не заметила, но я действительно знаю, что делаю, когда всерьез берусь за работу. Расслабься, это легкая “A” у тебя в кармане.

— Дело не в этом, прост, ну… — Эпплджек почесала затылок. — Эт было б нечестно, понимаешь.

— И что? — Сансет выгнула бровь. — Сомневаюсь, что Глоуб Троттер устроит допрос по этому поводу.

Эпплджек посмотрела, как ученики торопятся на следующий урок. Сансет знала, что ей хочется поспорить, но у них уже не было времени.

— Прост… делай что хочешь. Но оставь мое имя в покое, я прост скажу мистеру Троттеру, что я не работала над ним.

Эпплджек пошла прочь, а Сансет едва смогла поверить, что последовала за ней.

— Чего? Нет. Я этого не сделаю.

— Эт почему? Ты ж сказала, что он может даже дать те дополнительную оценку за эт.

— Нет, он может дать тебе дополнительную оценку. А мне могут позвонить по поводу моего “антиобщественного поведения”. Снова.

Эпплджек остановилась и с ухмылкой посмотрела на Сансет. Это было выражение лица, которое Сансет легко узнала, обычно эту ухмылку носила именно она. Самодовольная гримаса человека, который точно знает, что получит то, что он хочет.

— Похож ты оказалась между молотом и наковальней. Я соглашусь участвовать, только если действительно помогу с этим, чтоб мы работали вместе или ты можешь рискнуть этим телефонным звонком.

Прозвенел звонок, информируя учеников, что у них есть еще минута, чтобы добраться до класса. Сансет сжала руки в кулак и стистула зубы, но у нее не было ни времени, ни выбора.

— Ладно. Встретимся во дворе после школы.

Эпплджек дружески помахала ей рукой и ушла.

— Заметано. Увидимся, партнер.

* * *

Во дворе школы всегда стояли разговоры. Большинство из них были неинтересны: люди обсуждали занятия или планы на остаток дня. Но можно было услышать и кое-что интересное, если знать, где слушать. Конечно, никто не будет обсуждать свои собственные секреты в таком людном месте, но вот чужие... Губы становились куда свободнее, когда дело доходило до этого. И ходил там один слух, который радовал Сансет больше, чем что-либо другое.

— Ты слышала о новенькой?

— Ты про то, что она спала со своим кузеном?

— Я слышала, это был ее брат.

Про себя Сансет улыбалась. Она знала, что Эпплджек, должно быть, тоже слышала эти слухи, и она явно не была в состоянии их остановить. Пока Сансет ждала ее, она тешила себя, представляя выражение ее лица, когда они встретятся. Будет ли она смущена? Зла? Или попытается сохранить безразличие?

Из всех возможных вариантов Сансет исключила блаженное неведение. И все же оно было единственным объяснением безмятежной улыбки Эпплджек, когда та подошла. Тем временем улыбка Сансет полностью исчезла. Кажется, Эпплджек опять собиралась все испортить.

Когда она приблизилась, Сансет заметила, что она держит по свертку в каждой руке. Один она предложила Сансет.

— Подумала нам следует начать с ланча, потому как мы будем работать весь день, чтоб наверстать упущенное.

Сансет посмотрела на хот-дог, а потом снова на Эпплджек.

— Я пас.

— Я знаю, что школьная еда пользуется дурной славой, но на самом деле эт не так плохо. — Для демонстрации своих слов Эпплджек откусила один из них.

— Хорошо, что они тебе так нравятся, ты выглядишь так, как будто готова съесть оба.

Эпплджек вздохнула.

— Ты… правд не можешь смириться с тем, что кто-то пытается быть приветливым, не так ли?

Сансет нахмурилась и отвернулась.

— Неважно. Можем мы просто покончить с этим?

— Ладн, — Эпплджек откусила еще кусок и продолжила говорить с набитым ртом. — Так где ты хочешь эт сделать? У тя или у меня?

От одной только мысли, о реакции остальных в Новых Горизонтах, если Сансет приведет одноклассницу домой, у нее скрутило живот.

— О моем доме и речи быть не может.

— Лады, — Эпплджек кивнула, проглотив свою еду. — Значит мы можем поехать ко мне домой.

— Нет! — быстро ответила Сансет. Даже Эпплджек была застигнута врасплох настолько резким ответом. Смутившись, Сансет сунула руки в карманы и отвернулась. — Мы можем пойти в библиотеку.

Эпплджек моргнула в замешательстве.

— Эм… конечн, наверное. — Она махнула рукой в сторону административного здания и пошла вперед, а Сансет последовала за ней. — Думаю, нам следует позвонить домой и сообщить нашим семьям, где мы.

В любой другой день Сансет не стала бы беспокоиться об этом. Никто никогда не спрашивал ее, где она была, пока она возвращалась до обеда, так зачем уведомлять их? Но учитывая события последних нескольких дней, она решила, что будет лучше согласиться с этим.

Пока они шли к зданию, Сансет постоянно ожидала, что Эпплджек решит завести разговор. Возможно потому, что та не смогла придумать что сказать, короткая прогулка осталась блаженно тихой. Сансет могла только надеяться, что остаток дня будет таким же.

— Здравствуйте, девочки, — сказала секретарша, когда они вошли внутрь. — Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, мэм, — приветливо отвечала Эпплджек. — Мы надеялись, что сможем воспользоваться телефоном, чтоб позвонить нашим семьям и сказать, что мы идем в библиотеку.

— Без проблем. — Секретать протянула ей трубку проводного телефона и набрала номер, который дала ей Эпплджек.

— Биг Мак? Это Эйджей. — Последовала пауза, которая длилась дольше, чем того требовало простое приветствие. — Ты можешь сказать Бабуле, что я не сразу вернусь домой? Я собираюсь… — Еще одна пауза, на этот раз еще дольше. Эпплджек отодвинула трубку подальше от своего рта и вздохнула. Судя по тому немногому, что сумела разобрать Сансет, это звучало так, словно он читал ей лекции о том, что ее нет дома, чтобы заниматься домашними делами.

— Биг Мак, — наконец сказала она, а он продолжал монотонно жужжать. Возможно, это была плохая идея, так как теперь он переключился на чтение лекции о том, что она перебивает его. Эпплджек одними губами произнесла извинения секретарше, но та отмахнулась от ее беспокойства. Когда он наконец замолчал, Эпплджек быстро добавила: — эт для школьного задания. — Что бы он не сказал в ответ, это заставило Эпплджек хлопнуть себя по лицу. — Эт я и пыталась сказать! В любом случае, дай бабушке знать, лады?

— Мне правд очень жаль насчет этого, — сказала Эпплджек, положив трубку. — Клянусь, мой брат никому не даст вставить и слова в…

— Не нужно извиняться. — Секретарь повернулась к Сансет. — А ты?

Сансет дала ей номер телефона Новых Горизонтов и стала ждать, когда сработает автоответчик.

— Если вы знаете внутренний номер вашей группы — наберите его. Если хотите поговорить с кем-то о назначении встречи — нажмите...

— Нажмите три, — сказала Сансет секретарше. Она отвела взгляд от Эпплджек, понимая, как, наверное, странно набирать внутренний номер, когда звонишь домой.

Гудки зазвучали вновь, и на этот раз трубку поднял реальный человек.

— Вы позвонили в детский дом Новые Горизонты. Чем я могу вам помочь?

— Привет, это Сансет Шиммер. — Она избегала называть имя парня, который ответил ей, чтобы Эпплджек не задавала лишних вопросов. — Я иду в библиотеку, чтобы поработать над проектом для школы. Просто даю вам знать, чтобы вы не волновалась из-за меня или еще чего-нибудь.

Даже говоря по телефону, Сансет поняла, что секретарь Новых Горизонтов колеблется. С одной стороны, он не мог запретить ей сделать что-то для школы. С другой, он, вероятно, не поверил ей после вчерашнего.

— Проект в конце семестра?

— Он почти готов, — солгала Сансет. — Нам просто надо закончить все до завтрашнего дня.

— И ты не можешь работать над этим тут?

— Нет, это групповое задание.

После заметной паузы, прозвучал ответ:

— Ну… хорошо, наверное. Я сообщу мисс Роуз. Только вернись к ужину.

Сансет ухмыльнулась.

— Доверьтесь мне, я не планирую задерживаться позже обычного.

Она вернула трубку обратно и повернулась к Эпплджек.

— Готова?

— Агась, — Эпплджек кивнула и обратилась к секретарше. — Спасибо, мэм.

— Всегда пожалуйста. Удачи вам с вашим проектом.

Эпплджек помахала рукой, когда они выходили из здания. Сансет такие мелочи не беспокоили.

Страх того, что Эпплджек попытается завести разговор, только усилился после телефонного звонка. Ни для кого не было секретом, что Сансет живет в приюте, в конце концов еще четверо детей из Новых Горизонтов ходили в среднюю школу “Эверфи”. И поскольку это не было секретом, данная тема поднималась нечасто. Вряд ли Эпплджек знала об этом, и Сансет хотела, чтобы так оно и оставалось.

Когда она все-таки заговорила, это было не о телефонном звонке.

— Как ты обычно развлекаешься?

Сансет пожала плечами.

— Ну, не знаю, по-всякому. Я думаю, что мои любимые занятия — это мое дело.

Эпплджек нахмурилась.

— Знаешь, те действительно не повредит быть дружелюбной, учитывая, что, так или иначе, мы будем работать вместе.

— Нам это не нужно, — напомнила ей Сансет. — Я могу сделать все сама.

— Я никогда не говорила, что не можешь. Но я не отступлю, так что может попытаемся поладить до конца дня?

Как будто Сансет слова стала маленьким ребенком. Кто-то решил, что они могут быть друзьями, и она должна просто согласиться с этим.

— Звучит так, как будто тебе следовало подумать, прежде чем принуждать меня к партнерству.

— Те будет легче, если я извинюсь и за эт тоже? — В голосе Эпплджек звучало сомнение, по крайней мере она быстро учится.

— На самом деле нет, — Сансет пожала плечами. — И поскольку я не собираюсь дружить с тобой, нам просто стоит держаться подальше друг от друга насколько возможно.

Эпплджек выглядела так, словно собиралась возразить, чего Сансет и ожидала. Но каким-то чудом она этого не сделала.

— Лады. Пусть будет по-твоему.

Библиотека находилась недалеко от школы, но ходьба сквозь снег не ускоряла процесс. Всю дорогу Эпплджек продолжала упрямо молчать, а ледяное выражение лица Сансет могло поспорить в этом с погодой. Если бы они сохраняли такой же уровень взаимодействия до конца дня, Сансет приняла бы это как победу.

Ситуация действительно может обернуться ей на пользу, поняла Сансет, пока они шли. Судя по тому, как развивались события, ей придется постоянно сталкиваться с попытками Эпплджек установить между ними какую-то связь, неизвестно, когда Эпплджек решит сдаться. Пока их партнерство будет мучительным, продолжительное время, проведенное вместе, может заставить Эпплджек осознать, что они никогда не смогут стать друзьями.

Если бы Эпплджек хоть немного думала как Сансет, у нее действительно был бы шанс. К тому времени, как они добрались до библиотеки, Эпплджек переместилась на вторую строчку в списке худших впечатлений этого дня, сброшенная с пьедестала прекрасной зимней сказкой вокруг них.

В библиотеке было тепло и уютно. Это было одним из любимейших мест Сансет, особенно зимой. Без друзей и денег выбор ее возможных развлечений был ограничен, но библиотека всегда была доступным местом, где можно без проблем наслаждаться в одиночку.

Сейчас она обнаружила, что будучи здесь с кем-то другим, ее уровень наслаждения активно снижался. К несчастью, Эпплджек, к тому же, тоже наслаждалась теплом. Она улыбнулась и вытянула руки, когда они вошли.

— Вот так-то лучше. Не то чтоб я возражала против снега, но нет ничего лучше, чем войти в теплое здание, после того как побывала на морозе.

Хотя она была полностью согласна, Сансет только пожала плечами, чтобы сохранить атмосферу безразличия.

— Наверное.

— Ну разве это не наш книжный червь, — сказала библиотекарь, прервав Эпплджек, прежде чем та успела ответить.

Сансет обернулась и улыбнулась библиотекарю, помахав ей рукой, проходя мимо.

— Добрый день, мэм. Сохраняете уют здесь?

— Я слежу за этим. — Библиотекарь улыбнулась Эпплджек, которая смотрела на Сансет, как будто не могла поверить своим глазам. — Это что, твой друг?

— Да. Мы работаем над школьным проектом. — Сансет могла бы предупредить Эпплджек, чтобы она не говорила иначе, но знала, что в этом нет необходимости. Хотя у Эпплджек существовал какой-то нелепый моральный кодекс, который не позволял ей получить халявную оценку, она также была настолько захвачена идеей прорваться через скверное отношение Сансет, что не прочь ухватиться за любой шанс поиграть в друзей.

— Рада познакомиться, мэм, — сказала Эпплджек.

— Взаимно. Я предполагаю, вам понадобится доступ к компьютеру?

— Да, пожалуйста, — сказала Сансет чересчур сладким голосом.

Библиотекарь набрала что-то на клавиатуре, а затем снова повернулась к девочкам.

— Терминал номер два готов. У вас столько времени, сколько нужно.

Сансет ухмыльнулась.

— Огромное спасибо. Вы лучше всех, вы знаете это?

Она засмеялась и отмахнулась от детской похвалы.

— Ой, да брось. Ладно, вам двоим лучше приступить к работе.

Еще раз поблагодарив ее, Сансет повела их к компьютерам. Она догадывалась, что будет дальше, и могла только надеяться, что Эпплджек смолчит об этом.

— Что эт было, черт возьми? — спросила Эпплджек, когда они подошли к столу с компьютером.

Сансет закатила глаза.

— Пожалуйста, Эпплджек. Это библиотека, так что тебе придется говорить потише. — Она села за компьютер с цифрой “два” и сложила руки на столе. — Ты что, в амбаре выросла?

— Ха-ха. — Эпплджек невозмутимо села рядом с Сансет. — Никогда не слышала такого раньше. Но если серьезн, то там ты не была похожа на себя.

— Ты пользовалась библиотечным компьютером раньше? — спросила Сансет.

— Никогда, и не меняй тему разговора, — ответила Эпплджек, полностью похоронив попытку Сансет подготовить объяснение. — Почему ты была так мила с ней, хотя терпеть не можешь никого другого?

Сансет открыла текстовый редактор и напечатала заголовок работы, пока объясняла. Она позаботилась о том, чтобы поставить свое имя перед именем Эпплджек.

— Это не совсем так. Мне совершенно безразличны большинство людей, точно так же, как я безразлична им. Ты особенная только потому, что не можешь перестать совать свой нос в мои дела.

— Ну прости за то, что пытаюсь быть дружелюбной.

Вид растущего разочарования Эпплджек заставил Сансет ухмыльнуться.

— Ох, не переживай. Я прощу тебя, если ты пообещаешь больше никогда этого не делать.

Эпплджек закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Когда она подняла взгляд, то уже не выглядела ни оптимистичной, ни расстроенной. Она выглядела измученной, и Сансет поняла, что победила.

— Давай просто покончим с этим чертовым заданием.

Не в силах сопротивляться, Сансет продолжила давить.

— Ооо, ругательства. Уверена, что твоя мораль позволяет подобные вещи?

Разочарованный взгляд стал единственным ответом, который она получила. Это задало тон их работе, поэтому ни одна девочка не сказала больше, чем нужно было. А нужно оказалось совсем не так уж много. Сансет едва ли необходимо было проверять ссылки, даже если история была ее худшим предметом. Для нее “худший предмет” просто означал, что она преуспела в нем меньше, чем в других. По крайней мере, компьютер был легче в управлении, чем ручка, так как ей не нужно было сильно сжимать ладонь.

Фактически Эпплджек действительно осталась без дела. Иногда она спрашивала, чем может помочь, но Сансет так и не смогла придумать, чем. Не было никакого смысла, когда она и сама все хорошо знала.

Прошел час, и Эпплджек уже ничего не спрашивала. Она лениво листала книгу, пока Сансет заканчивала очередную страницу.

— Третья готова, — сообщила она скорее самой себе, чем для Эпплджек.

— Эт все? — пробормотала Эпплджек. Она огляделась и встала. — Давай прогуляемся немного.

Сансет резко отвернулась от экрана и одарила Эпплджек недоверчивым взглядом.

— Ты серьезно? Там мороз снаружи. Кроме того, мне надо закончить это.

— Да, я серьезно. Нам нужно поговорить, а тут мы не можем эт сделать. — Она ухмыльнулась. — Это ж библиотека, так что нам надо вести себя тихо.

Сансет повернулась обратно к компьютеру.

— Опять? Дай мне хоть одну причину, почему это должно меня заботить.

— Потому что если ты эт сделаешь, то я пойду домой и оставлю тя в покое. Я найду себе новое место в классе и все такое. Ты можешь оставить мое имя на бумаге, если эт те поможет, я ниче не скажу.

Что ж, это была чертовски веская причина. Ничего не говоря, Сансет сохранила свою работу и тоже встала. Она оставила свои вещи возле компьютера, задержавшись только для того, чтобы сообщить библиотекарю, что вернется.

Холод пронзил ее, как только она переступила порог, и она сразу же начала дрожать. Она повернулась к Эпплджек, чтобы покончить с этим.

— Так... что случилось?

— Слушай, я понимаю, что ты не хочешь быть друзьями. Просто… — Эпплджек покачала головой и потерла руки. — Почему ты такая враждебная?

Сансет нахмурилась.

— И я пришла сюда ради этого? Я буквально только что сказала тебе, что это потому, что ты такая чертовски напористая. Я была бы совершенно спокойна, если бы ты оставила меня в покое.

— Я не верю в эт. — Эпплджек махнула рукой в сторону библиотеки. — Ты не сможешь притвориться, что ненавидишь всех вокруг, когда я только что видела, как ты прекрасно ладишь с другими людьми.

— Потому что другие люди держатся от меня подальше. Вот правда, какую часть моих слов ты не понимаешь?

Эпплджек скрестила руки и некоторое время молча смотрела на нее.

— Будь честна со мной. Эт из-за того случая, когда мы были детьми, не так ли?

— Нет, — настаивала Сансет сквозь стиснутые зубы. — Ты можешь быть несносной сама по себе.

— Ты в этом уверена? Потому что я...

— Я ответила на твой чертов вопрос! — Сансет начинала терять из виду свою конечную цель. Она просто хотела, чтобы Эпплджек ушла. Они это не обсуждали.

Эпплджек задержалась на мгновение. Сначала она выглядела так, словно собиралась возразить, но в конце концов вздохнула и отвернулась.

— Хорошо. Но... мда… дай мне знать, если ты когда-нить передумаешь.

Почему она так идиотски оптимистична? Даже когда она уходила, Эпплджек все еще надеялась, что они могут стать друзьями. Ну почему она не может ненавидеть Сансет также сильно, как Сансет ненавидит ее? И зачем ей вообще понадобилось возвращаться в жизнь Сансет?

Все, что она делала, заставляло Сансет злиться. Сансет ненавидела, как Эпплджек не оставляла ее в покое. Как Эпплджек вела себя, словно Сансет нуждалась в помощи. Как Эпплджек напоминала ей о той части себя, которую она хотела забыть.

Не обращая внимания на то, что она делает, Сансет взяла пригоршню снега. Холод обжег ее руку, но она проигнорировала это. Она слепила снежок и швырнула его в Эпплджек. Он угодил ей в спину, заставив ее резко остановится. Когда она обернулась, Сансет уже слепила второй снежок, который отправился по тому же адресу.

— Вот эт уже прост ребячество, — рявкнула Эпплджек, стряхивая с себя снег. — Я оставила тя одну, как ты и хотела. Нету никакой… — Третий снежок прервал ход ее мыслей. — Ну все.

Когда Эпплджек открыла ответный огонь своими снежками, Сансет наконец-то потеряла остатки самообладания, которые она до сих пор сохраняла. Она бросилась бежать, догоняя Эпплджек. Она не была уверена, что будет делать, когда поймает ее, но знала одно: Эпплджек пожалеет, что связалась с ней.

Если, конечно, она сможет поймать ее. Эпплджек тоже побежала, и стало ясно, что она быстрее. Проклиная себя за то, что мало занималась спортом, Сансет напряглась изо всех сил. Они оббежали библиотеку, но Сансет так и не удалось приблизиться.

Эпплджек тоже заметила разницу в их скорости, но не воспользовалась ею, чтобы сбежать. Вместо этого она время от времени наклонялась, чтобы подобрать снег и слепить снежок, которые слепо кидала в сторону Сансет. Первые два снаряда пролетели мимо, а третьему повезло.

Уверенная в том, что даже малейшего промедления будет достаточно, чтобы позволить Эпплджек уйти, Сансет все еще не сдавалась. Если она не сможет поймать Эпплджек, то сделает единственное, что ей доступно. На бегу она зачерпнула еще один снежок. Поскольку Эпплджек была перед ней, у нее была гораздо более легкая цель.

К несчастью, это не отменяло того факта, что она устала из-за долгого преследования своей цели. Снежок пролетел мимо уха Эпплджек, и когда та обернулась, то уже улыбалась.

— Те придется придумать что-нить получше этого.

— Сука, — пробормотала Сансет себе под нос. Эпплджек завернула за угол библиотеки, и Сансет приложила все силы, чтобы наверстать упущенное.

Вместо этого, она пробежала мимо Эпплджек, которая остановилась за углом, как только Сансет потеряла ее из виду. Когда Сансет повернулась, чтобы исправить эту ошибку, Эпплджек успела бросить несколько идеально нацеленных снежков. Сансет стала отступать, а Эпплджек перешла в наступление.

Решив, что лучше всего будет перегруппироваться и выработать новую стратегию, Сансет развернулась и побежала. Эпплджек пустилась в погоню и оказалась более искусной в метании снежков на бегу, нежели Сансет. Примерно половина снежков попадали в нее, а она бросила их очень много.

Сансет поняла, что совершила ошибку. Эпплджек предпочитала поражать цель, даже рискуя, что та сбежит. Поскольку Сансет не пыталась бросаться в ответ, ей удалось увеличить расстояние между ними.

Сансет побежала к передней части библиотеки и воспользовалась парковкой в своих интересах. Она была очищена от снега, так что Эпплджек не отвлекалась на изготовление снежков, но Сансет уже получила достаточно форы. Она пробиралась между машинами, пряча свое тело так хорошо, как только могла. Сансет поняла, что добилась успеха, когда снежки перестали сыпаться, но чтобы убедиться, она решила оглянуться.

Эпплджек нигде не было видно, поэтому она сделала безумный рывок к кусту, который послужит ей идеальной базой. Он обеспечит ей укрытие, а также доступ к снегу, чтобы запастись снарядами. Она упала на колени и проскользнула в углубление за кустом.

Быстро оглядев парковку, она не нашла никаких следов Эпплджек, но Сансет подозревала, что она где-то рядом. Полная решимости достойно встретить ее, откуда бы она не появилась, Сансет принялась лепить снежки, складывая их в кучу, чтобы позже дать волю ледяной ярости.

Когда в куче оказалось около дюжины снежков, она услышала голос Эпплджек. К несчастью, она оказалась куда ближе, чем ожидала Сансет, и отнюдь не со стороны стоянки.

— Попалась! — сказала Эпплджек, стоя у нее за спиной.

Сансет развернулась как раз вовремя, чтобы получить снежок с близкого расстояния. Она попыталась подняться, но поскользнулась на куче снега под ногами. Она же смягчила ее приземление, но Эпплджек ухватилась за эту возможность, подбежала к Сансет и со смехом обсыпала ее снегом.

И Сансет засмеялась тоже. Она проиграла состязание, в котором никогда не собиралась участвовать, и все же смеялась. Она даже не знала, когда попытка поймать Эпплджек превратилась в игру, но в итоге она получила больше удовольствия, чем за весь прошлый год. Может даже больше, чем когда-либо за свою жизнь.

Эпплджек навалила на нее еще больше снега, прежде чем сама рухнула сверху.

— Эпплджек, какого черта? — смеясь, спрашивала Сансет. Она попыталась вывернуться, но это было безнадежно. Чем бы Эпплджек не занималась на ферме Сладкое Яблочко, она была не только быстрее Сансет, но и сильнее.

— Я отпущу тя, как только ты признаешь, — Эпплджек посмотрела на нее сверху вниз. — Никто лучше меня не умеет играть в снежки.

— Отлично, ты победила. Ты чемпионка мира по игре в снежки. А теперь слезай с меня!

Верная своему слову, Эпплджек поднялась с Сансет. Когда она предложила Сансет руку, та приняла ее, позволив Эпплджек помочь ей встать.

Они обе сидели на снегу, пока Сансет отряхивала свой торс. Поскольку Сансет мало попадала, Эпплджек была почти чистая, лишь несколько снежных хлопьев прилипли к ее волосам и одежде.

Поначалу они не разговаривали, все еще переводя дыхание. Пока они сидели в тишине, Сансет взяла один из своих заранее приготовленных снежков и бросила в знак “STOP”. Она и близко не была, чтобы попасть. Эпплджек взяла себе снежок, перелепила его своей рукой, а затем метнула туда же.

— Выпендрежница, — прокомментировала Сансет, когда этот бросок попал в цель.

Эпплджек ухмыльнулась, взяла еще один и снова перелепила его.

— Ты лепишь слишком быстро. Если они не круглые, то не полетят прямо. — Она протянула ей исправленный. — Попробуй этот.

Сансет взяла снежок, прицелилась и бросила. Она все еще промахнулась, но не так сильно. Она хмурилась, пока Эпплджек не сказала:

— Видишь? Эт куда лучше.

Изобразив дерзкую ухмылку, Сансет пожала плечами.

— Ну, у меня не было времени, чтобы сделать их идеальными.

— Я не жалуюсь, — сказала Эпплджек, подмигнув. — Эт ты тут вся в снегу.

Сансет чуть было не ответила ей тем же, но в итоге просто пожала плечами.

— Думаю, это справедливое замечание. — Она взяла еще один снежок и, не торопясь, придала ему нужную форму. Как только она удовлетворилась сделанным, она бросила его.

— Отличный выстрел, — сказала Эпплджек, когда снежок попал в знак “STOP”.

Сансет улыбнулась комплименту, но улыбка быстро ушла. Что она вообще делает? Она ненавидела снег и ненавидела Эпплджек. Она должна все прояснить, иначе Эпплджек продолжит настаивать, чтобы они проводили время вместе.

— Слушай, Эпплджек… Я знаю, ты просто пытаешься быть приветливой, но я действительно не хочу... — Вот только дело не в этом, не так ли? Дело было не в том, чего хотела и не хотела Сансет. — Ты действительно не захочешь дружить с кем-то вроде меня.

— Ах да, я все время забываю, что ты та самая опасная плохая девочка, которую мне надо оставить в покое. — Эпплджек хихикнула. — Ну знаешь, когда ты не мила с библиотекарями.

Сансет смотрела в землю. Она уже пыталась объяснить, почему так себя вела с библиотекарем, но внезапно поняла, что не хочет этого делать. Какая-то ее часть не хотела признаваться Эпплджек в самых худших чертах ее личности. И именно поэтому это было так важно, если она не заставит Эпплджек понять сейчас, потом она уже не сможет сделать это.

— Это все из-за компьютеров, — объяснила Сансет. — По правилам ими полагается пользоваться в течение часа, но на деле это зависит от библиотекаря. Так что если они не сильно заняты, и библиотекарь расположен к тебе дружелюбно, ты можешь сидеть столько, сколько захочешь.

— Хах, — Эпплджек на мгновение задумалась. — Я думаю, эт довольно умно.

Сансет нахмурилась.

— Тебе не кажется, что это немного эгоистично?

Эпплджек заколебалась, и Сансет поняла, что она тщательно подбирает слова.

— Пожалуй, немного. Но ты ж никому не причиняешь вреда, понимаешь?

Нет, но это нельзя было сказать обо всем остальном, что делала Сансет.

— Почему ты так стараешься заставить меня открыться?

Эпплджек посмотрела Сансет прямо в глаза, но не показала и следа своего упрямого оптимизма.

— Потому что ты ничуть не изменилась с тех пор, когда мы были маленькими.

— Ты даже не знаешь меня.

— Я вижу, как ты прячешься от того, что те не нравится.

— Ладно, хорошо! — Сансет скрестила руки на груди. — Я не хотела идти к тебе домой, потому что я охуеть как боюсь лошадей.

Эпплджек почесала шею и смущенно улыбнулась.

— Ну, эт не совсем то, что я имела в виду, но, полагаю, эт будет полезно знать. Я думала, что эт как-то связано с дурацким слухом, который ходит по школе.

Сансет почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

— Я, эм… Предполагаю, что ты уже слышала об этом.

— Эт было довольно трудн не заметить. Дети в Эверфи всегда так сплетничают?

— Да, это… своего рода проблема. — Больше того, Сансет была главной проблемой. Сплетни — это один из ее способов управлять секретами и, как следствие, контролировать других учеников. — Но ведь скоро зимние каникулы. Все, вероятно, забудут об этом к следующему семестру.

Эпплджек улыбнулась.

— Да, похоже ты права.

Сансет подумывала признаться, что это она пустила слух. Хотя и сама не знала зачем. Хотела ли она довести дело до конца и окончательно убедить Эпплджек, что они не должны стать друзьями? Или хочет, чтобы Эпплджек простила ее? Если да, то есть ли хоть мизерный шанс, что это действительно произойдет? Может быть она просто хочет, чтобы Эпплджек злилась на Сансет также сильно, как она сама на себя.

Что бы там не думала Эпплджек, есть вещи, которые стоит хранить в секрете. Не случится ничего хорошего, если рассказать правду, поэтому Сансет держала ее внутри вместе с чувством вины.

Эпплджек не заметила внутреннюю борьбу Сансет.

— В любом случае, когда я сказала, что ты такая же, какой была в первый день нашей встречи, я вовсе не имела в виду, что ты действительно от чего-то прячешься. Тем более что ты прост... эм… ну… тогда ты тож не хотела, чтоб я помогла тебе. Тогда я и правд ничего не знала, каково эт, хотеть отгородиться от всех. Но… я также знаю, что эт не очень помогает. Я понятия не имею, на что похожа твоя жизнь, поэтому не буду пытаться сказать, что ты должна или не должна делать. Прост… те не обязательно все делать одной, понимаешь?

Сансет посмотрела на лицо Эпплджек. Она улыбалась, но не выглядела счастливой. Сансет потребовалось время, чтобы понять, что это за эмоция, обычно люди не проявляли такую по отношению к ней. Это было утешение, молчаливое обещание Эпплджек, что все будет хорошо.

— Ладно, хорошо, но я не буду держать твою сраную руку, даже если ты этого хочешь, — сказала Сансет, поднимаясь.

— Думаю, я переживу и без этой части, — хихикнула в ответ Эпплджек.

Сансет помогла Эпплджек встать. Они тщательно отряхнулись, а затем Эпплджек посмотрела на солнце.

— Я полагаю, те лучше вернуться к своему заданию, если ты хочешь закончить его сегодня.

Сансет усмехнулась.

— Да, да. Я достану тебе “A”, не переживай.

— Хмм? — На мгновение Эпплджек казалась искренне смущенной. — Ах да, я не упомянула. Я вообще не обязана выполнять эт задание. Мистер Троттер сказал, что все равно поставит мне оценку, учитывая то, что меня не было большую часть семестра и… потому что я работаю с тобой.

Хотя Эпплджек выглядела смущенной, когда признала последнюю часть, Сансет это совершенно не волновало.

— Так какого хуя ты тогда этим занимаешься?

Эпплджек пожала плечами, как будто это был самый очевидный ответ на свете.

— Ну тебе-то все равно нужно его сделать.

Сансет вздохнула.

— Ты безнадежна. Полностью и совершенно безнадежна. Ты просто будешь позволять таким людям, как я, ездить на тебе.

— Я все-таки попытаю удачу. — Эпплджек похлопала ее по спине. — В любом случае, как я обещала, я уйду с твоего пути. Увидимся завтра в школе.

Сансет смотрела, как Эпплджек снова уходит. День мог пройти гораздо лучше. Хотя Эпплджек сказала, что отстанет от Сансет и в школе, вероятнее всего Сансет все испортила. Теперь она замерзла, промокла, устала и, что хуже всего, она решила дать Эпплджек второй шанс.

Проще всего было пойти в библиотеку и справляться с проблемами по мере их поступления. Но когда она повернулась, взглянула на здание, а потом обратно на Эпплджек, она поняла, что этого не случится. Даже сожалея об этом, Сансет позвала Эпплджек, прежде чем та успела уйти слишком далеко.

— Ты что, тупая?

Эпплджек остановилась и обернулась. Она выглядела удивленной этим вопросом.

— Слушай, меня, конечно, это не ебет, но у тебя будет переохлаждение, если ты пойдешь домой промокшей и замерзшей. — Сансет прервала их зрительный контакт и пробормотала остаток своего объяснения. По крайней мере мороз скроет ее румянец. — Тебе надо, ну знаешь, вернуться в библиотеку. Просто чтобы согреться, перед тем как уйти.

Хотя она не поднимала взгляда, чтобы увидеть реакцию Эпплджек, Сансет все же услышала приближающиеся шаги.

— Я думаю, эт звучит как хорошая идея. Но я не собираюсь прост сидеть и смотреть, как ты работаешь.

— Хорошо, — смягчилась Сансет и потопала обратно в библиотеку. Теплый воздух был даже еще более желанным, чем раньше, особенно потому что их куртки промокли насквозь. По крайней мере благодаря пластиковым стульям им не пришлось переживать о своих мокрых штанах.

— Итак, как нам лучше сделать эт? — спросила Эпплджек.

Сансет внимательно осмотрела бинты на своей руке. Она не болела, вероятнее всего потому, что полностью онемела.

— Ты можешь печатать? Мне, кажется, не стоит пользоваться своей рукой.

— Конечн. Те ведь не очень больно?

— Не, ничего особенного. Но мне не следует оставлять мокрые бинты. — Сансет рылась в своей сумке, пока не нашла рулон самоклеющихся бинтов. Отложив его в сторону, она размотала повязку.

— Господи Иисусе, что произошло?

Сансет пошевелила пальцами и осмотрела шов. Все выглядело не так уж плохо.

— Ничего особенного.

— Уверена, они б не стали накладывать швы, если б не было ничего особенного, — подметила Эпплджек. — Но если ты не хочешь говорить об этом, то и ладно.

Прежде чем Сансет успела сделать что-то сама, Эпплджек уже разматывала бинты. Первым ее желанием было запротестовать, но она сдержалась. Трудно накладывать повязки одной рукой, не говоря уж о том, что она левая.

— Я порезалась о разбитое зеркало. Я пыталась поднять что-то и не заметила осколка стекла. — Когда она вернулась в школу, Сансет не планировала рассказывать о том, что произошло на самом деле. Но как только она произнесла это вслух, она задумалась, почему бы и нет. Это было вполне разумное объяснение.

— Жаль, что ты не сказала об этом раньше. Можн было б заставить меня писать больше в классе.

Сансет никогда бы этого не приняла. Иногда даже она сама удивлялась, почему так упорно отказывалась принять дружелюбие. Эпплджек закончила накладывать повязку, и Сансет опробовала руку. Достаточно туго, чтобы не сползло, но вполне комфортно.

— Спасибо.

Слово прозвучало как-то странно. И дело не в том, что Сансет не благодарила людей, и даже не в том, что она не позволяла им помогать ей. Нет, чужая помощь всегда происходила из-за ее манипуляций, в то время как Эпплджек брала все на себя по собственной инициативе.

— Без проблем, — сказала Эпплджек. Она сосредоточила свое внимание на компьютере. — Ну что ж, приступим к работе.

Эпплджек писала, а Сансет диктовала. Когда ее руки стали свободны от писанины, Сансет могла листать книги в поисках информации. Тем временем Эпплджек пользовалась интернетом, чтобы проверять факты. Работа продвигалась гораздо быстрее, чем когда Сансет занималась этим в одиночку.

Несмотря на их перерыв на снежную битву, они закончили гораздо быстрее, чем ожидала Сансет. Они поблагодарили библиотекаря за помощь, извинились за мокрые стулья и снова вышли на холод.

— Так, эм… — Эпплджек почесала затылок. — Хочешь куда-нить сходить? Или прост пойдем по домам?

Поменять одежду и полежать в теплой постели показалось Сансет очень привлекательным.

— Даже не знаю. У тебя есть предложения?

Они пошли дальше, Сансет последовала за Эпплджек.

— Ну, ты не обедала, так что может быть мы что-нить поедим. Конечн, ужин не за горами, так что может лучше нам эт не делать.

— Все равно не выйдет. — Сансет похлопала по пустым карманам. — Я на мели.

— У меня есть немного денег, я могу заплатить. Ты сделала большую часть работы. — Эпплджек усмехнулась. — Конечн, если ты сможешь принять немного доброты.

— Что ты им… — Сансет нахмурилась, поняв, что та имеет в виду хот-дог. — Я вегетарианка.

Эпплджек расхохоталась, но затем поняла, что Сансет не шутит.

— Ты... эм... совсем не похожа на таких людей.

— Какого хуя это означает?

— Никакого. — Эпплджек пожала плечами. — Тогда как насчет того, чтоб сходить в Сахарный Уголок? Мы можем прост заказать горячий шоколад, пончики или что-нить еще.

Сансет не сразу нашлась с ответом. Все, что она хотела с самого начала дня, это просто расслабиться в своей спальне вдали от всех и вся. Но с другой стороны…

— Конечно, — ответила Сансет. — Если ты так отчаянно хочешь потусоваться со мной, то, пожалуй, я сделаю тебе одолжение.

— Отлично! Ты когда-нить была там раньше?

— Нет, но я проходила мимо несколько раз.

Эпплджек игриво подтолкнула ее локтем.

— Мы обязательно должны побывать где-нить, кроме библиотеки.

Это была своего рода пугающая мысль. Сансет бывала где угодно в пределах пешей досягаемости, но никогда в чей-то компании. Ей и в голову не приходило, как уютно ей было в своем одиночестве, пока кто-то не пригрозил его отнять.

— Да, может быть.

Но с другой стороны, не похоже, что теперь ей придется делать это одной.

От автора:

DJZapApple нарисовал замечательный фан-арт с Сансет и Эпплджек

## 13 - Друзья

Глава тринадцатая

Друзья

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Рождество пришло и ушло, но торговый центр был по прежнему битком забит. Люди носились по магазинам, жаждя потратить свои новенькие подарочные карты или вернуть те подарки, которые они приняли только из вежливости. Толпа была слишком большой и слишком шумной. Сансет никогда бы не решилась пойти в торговый центр в праздники, но в этом были и свои преимущества.

Впрочем, ни одно из этих преимуществ не облегчало поиски кого-то в толпе покупателей. Проверив время на больших часах в ресторанном дворике, она убедилась, что пришла рано. Ей ничего не оставалось делать, кроме как сидеть и ждать, и она начала обходить столы, чтобы найти свободный.

Приметив свободное место, Сансет направилась к нему, но остановилась, увидев, как кто-то машет ей рукой. Она почти ничего не заметила, вокруг было слишком много людей, и многие из них жестикулировали в сторону друзей. Но так вышло, что машущей оказалась Эпплджек, а Сансет, похоже, получила способность всегда выделять ее из толпы.

Первой ее мыслью было просто пойти дальше. Сансет не собиралась видеться с Эпплджек, так зачем же тратить свое время на болтовню с ней? Но она передумала и дружески помахала в ответ, меняя курс по направлению к столику Эпплджек. Та сидела в одиночестве с одной лишь содовой перед собой, и не похоже, что находилась в центре событий, куда можно втянуть Сансет, а эту встречу легко можно было обратить Сансет на пользу.

— Приветик, Сансет. Как делишки?

— Эпплджек, — сказала Сансет, дружески кивнув. Она села напротив девочки. — У меня все в порядке. Просто жду кое-кого.

— Я тоже, — ответила Эпплджек. Закончив их проект и покинув библиотеку неделю назад, Сансет приняла предложение Эпплджек посетить с ней Сахарный Уголок. Это был нехарактерный для нее поступок, и она провела всю ночь, пытаясь понять, чем же она мотивировала себя. Она так и не нашла удовлетворительного ответа. Она твердила себе, что это всего лишь один день, что утром все вернется на круги своя, но этого не произошло. Эпплджек забыла о своем обещании найти другое место за партой в классе, снова сев рядом с Сансет. Это было плохо, но ожидаемо. А вот что было неожиданно, так это то, что Сансет вроде как была рада этому.

Она говорила сама себе, что ей нужно отдалиться от Эпплджек. Ничего хорошего не могло произойти, если они продолжат сближаться.

— Как ты отметила Рождество? — спросила Сансет. Конечно эта встреча не в счет. Сансет использует ее для своей собственной выгоды, что полностью ее оправдывало.

— Да нормально. Хоть прошло довольно много времени с тех пор, как я действительно наслаждалась семейными праздниками. — К счастью, Эпплджек решила не вдаваться в подробности того, что она имела в виду, и просто отмахнулась от потенциально неловкого разговора. — А как встретила его ты?

— Хех, я никогда не любила семейные праздники, — Сансет ухмыльнулась. — Да и любые другие праздники, если уж на то пошло.

Эпплджек хихикнула.

— Да, я предполагала такой ответ. Так, а есть какие-нить планы на эти каникулы?

Сансет пожала плечами.

— Нет, не совсем. В основном просто стараюсь держаться подальше от снега.

— Я не ослышалась? Потому что на днях кое-кто начал бросаться в меня снежками без всякой причины.

— Честно, куда катится этот мир? — Сансет покачала головой и вздохнула. — Но об этом не стоит слишком сильно переживать. Я уверена, что это была всего лишь большая сука.

— О, эт без всяких сомнений. Но знаешь, у меня такое чувство, что в ней есть нечт большее.

— При всем уважении, я вынуждена не согласиться. — Сансет нагнулась над столом и схватила выпивку Эпплджек. — За такие мысли в твое лицо бросают снег.

Эпплджек наблюдала за тем, как Сансет делает глоток. На вкус напиток был отвратительным, как будто это была вода, разбавленная небольшим количеством содовой.

— А эт, — сказала Эпплджек, указывая на стакан в руках Сансет, — уже стояло на столе, когда я пришла.

Сансет выплюнула то, что не успела проглотить.

— Мерзко. Думаю, я заслужила.

Эпплджек рассмеялась, и это заставило Сансет слегка улыбнуться.

— Не хочешь выпить немного содовой, пока мы ждем?

— Не, я пас. — Как обычно, у Сансет при себе не было денег. Эпплджек заплатила за них в прошлый раз и, возможно, захочет сделать это снова, но Сансет не хотела рассчитывать на это, чтобы не ставить себя в положение, когда она будет должна Эпплджек. И возможно, какая-то маленькая часть ее души не хотела, чтобы Эпплджек тратила свои деньги на кого-то вроде нее. — По правде говоря, я не очень хочу пить.

— Так-так, вот так сюрприз, — сказала Вайолет Даск, подходя к их столику.

Сансет решилась на робкую улыбку. Она не хотела выглядеть слишком счастливой, иначе Вайолет могла бы понять, что Сансет надеялась, что она явится, пока они еще беседовали с Эпплджек.

— Ох, привет, миссис Даск.

— Добрый день, Сансет. — Вайолет повернулась к Эпплджек и улыбнулась. — Надеюсь, я не помешала?

— Нет, мы просто убивали время. Ох… эм… это Эпплджек. — Сансет показала на Эпплджек, затем на Вайолет — И Эпплджек, это Вайолет Даск.

— Рада встрече, мэм. — Эпплджек протянула руку, а Вайолет пожала ее.

— Взаимно. У меня еще не было шанса познакомиться с друзьями Сансет.

Эпплджек ухмыльнулась.

— Интересно, почему.

Сансет нахмурилась и прищурилась. Эпплджек должна была помогать ей хорошо выглядеть, а не напоминать Вайолет о ее антиобщественном поведении.

— Ну теперь у нее есть я, — уверенно заявила Эпплджек. Она повернулась и обратилась к Сансет. — И если ты не против, я и еще один мой друг ненадолго отправимся в зал игровых автоматов. Найдешь нас там, как закончишь.

Сансет задумалась, сможет ли она отказаться, когда рядом с ними стоит Вайолет. Она совсем не была заинтересована в знакомстве с другими друзьями Эпплджек.

— Может быть.

По крайней мере Эпплджек не настаивала на более конкретном ответе.

— Ну хорошо, увидимся позже так или иначе.

— А, ну да. Увидимся. — Сансет смотрела, как Эпплджек встала и ушла, забрав с собой стаканчик. Когда она уходила, Сансет почувствовала легкое напряжение в груди. Казалось, там было немного радости, которую Сансет не замечала, но Эпплджек забрала ее с собой.

— Вы вместе ходите в школу? — спросила Вайолет, пока усаживалась на место Эпплджек.

Прогнав все тягостные мысли, Сансет постаралась взять себя в руки. Она не хотела ничего преувеличить, так что просто приняла нейтральное выражение лица.

— Да. Мы вместе ходим в класс истории.

Вайолет усмехнулась.

— Эпплджек… я полагаю, вы встречались и раньше.

Сансет нахмурилась и еще сильнее вжалась в кресло. Поскольку она изо всех сил старалась стереть из памяти тот день, то почти забыла, что Вайолет тоже была там.

— Да, наверное.

— Я рада видеть, что ты наконец-то заводишь себе друзей.

— Ну… “завожу” это явно преувеличение.

— Из того, что я слышала, сегодня ты можешь найти еще одного.

Это казалось маловероятным, но Сансет не хотела спорить.

— Наверное.

Хотя Вайолет была достаточно умна, чтобы понять, что Сансет не станет охотнее заводить друзей, она также была достаточно умна, чтобы приветствовать эту неожиданную победу. Один друг это больше, чем у Сансет когда-либо было.

— И я слышала, что ты вела себя хорошо на прошлой неделе.

— Сегодня я впервые вышла из приюта с начала зимних каникул. Я была хорошей девочкой.

Эта новость не так сильно впечатлила Вайолет, как ожидала Сансет.

— Я обеспокоена тем, что ты не воспринимаешь это достаточно серьезно.

Сансет снова приняла вертикальное положение.

— Что еще вы хотите, чтобы я сделала? Я сказала, что подтяну свои оценки и буду держаться от неприятностей подальше. Так я это и делаю.

— Я верю тебе. — Вайолет сложила руки на столе, и ее пристальный взгляд напомнил Сансет, что она никогда не должна терять бдительности рядом с социальным работником. — Мне просто интересно, по какой причине ты так поступаешь.

В конце концов, это не имело большого значения. И Вайолет и Сансет понимали, что она просто плыла по течению, но пока она плыла достаточно хорошо, Вайолет ничего не оставалось делать.

— Может быть попробовать дать мне шанс, прежде чем засчитать провал?

— Я не собираюсь списывать тебя со счетов, как провалившегося. Ты, без сомнения, одна из самых одаренных детей, с которым я когда-либо работала, и я знаю, что ты можешь достичь больших успехов.

— Что-то не похоже.

Вайолет на мгновение задумалась над своим ответом. Было легко понять ее дилемму: вероятно она слишком много раз слышала, как другие дети лгали, что они будут вести себя лучше, чтобы верить таким обещаниям, но также она не хотела говорить ничего такого, что могло оттолкнуть Сансет.

— У тебя большой потенциал. Я не думаю, что ты когда-либо терпела поражение в достижении цели, к которой искренне стремилась.

Проваливала цели? Только если считать те годы, которые Сансет провела в поисках хоть какой-то зацепки о ее прошлом, не похожем на бредовую страну иллюзий. Это единственная цель, к которой она по-настоящему стремилась. Но зачем считать такую мелочь, когда она может хорошо сдавать тесты?

— Но? — пробубнила Сансет.

— Но ты должна серьезнее относиться к своему будущему. — Вайолет вздохнула и постучала пальцем по столу. — Дело не в том, что я не верю в тебя, Сансет, а в том, что, кажется, ты сама не веришь в себя.

Это было самое нелепое, что можно сказать.

— Да ладно, как будто ты меня не знаешь. Я лучшая, и я знаю это также хорошо, как и все остальные.

— Есть разница между знанием чего-то и верой в это. И честно сказать, ничего в твоем поведении не говорит о том, что ты настолько уверена в себе, как пытаешься это показать.

— Это совершенно необоснованно.

— Безразличие к своим оценкам, даже когда ты легко можешь их улучшить? Прогулы школы? Воровство? — Вайолет наклонила голову и приподняла бровь. — Алкоголь?

Сансет отвернулась. Они уже проводили разговор об этом, но она знала, что ей еще припомнят. В конце концов, обычно они не встречались дважды в течение недели.

— Все это совершенно явно указывает на то, что ты не заботишься о своем будущем, — продолжала Вайолет деловым тоном. — А если ты не заботишься о своем будущем, то мне придется предположить, что это потому, что ты не очень-то в него веришь.

— А может быть я просто буду заботиться о нем, когда оно придет, — с горечью ответила Сансет. — Как и обо всем остальном.

— Ты же понимаешь, что это не выход. Будет легче, если ты приложишь хотя бы минимум усилий.

— И я сказала, что приложу. — Сансет подумывала уйти. Возможно она бы так и поступила, но Вайолет истолковала бы это, как доказательство своей правоты. — А что вы хотите, чтобы я сделала? Я знаю, что облажалась, но я не могу исправить все за неделю. Вы должны дать мне время.

— Я не нападаю на тебя, — спокойно сказала Вайолет. — Но ты делаешь это не для меня или мисс Роуз, или кого-то еще. Тебе нужно сделать это для себя, потому что это единственный путь, которого ты придерживаешься. Итак, вот что я хочу, чтобы ты сделала. На самом деле я хочу не только, чтобы ты хорошо себя вела, получала хорошие оценки и все такое. Я хочу, чтобы ты нашла то, что ты искренне желаешь в своем будущем. Что-то, что сделает тебя счастливой, чтобы ты могла стремиться к этому.

— Хорошо. — Сансет облокотилась на стол. — Я буду долго и упорно думать, кем я хочу стать, когда вырасту. И я обязательно заставлю вас гордиться, выбрав хорошую респектабельную профессию.

— Откровенно говоря, мне все равно, даже если ты захочешь путешествовать по стране в качестве рок-музыканта, пока это будет твоя мечта, которую ты не бросишь на полпути.

Сансет ухмыльнулась.

— Да, это было бы здорово. Я могла бы заработать героиновую зависимость во время путешествия.

— Мы постараемся избежать этого. — Хотя она и не улыбнулась, Сансет не могла избавиться от мысли, что Вайолет это немного позабавило.

Сансет вытянула руки над головой.

— Тогда ладно. Я постараюсь придумать что-нибудь, что хочу сделать с собой.

— Хорошо. — Вайолет достала свой телефон, чтобы проверить время. — Я рассчитывала, что наша встреча продлится немного дольше, но если ты хочешь встретиться со своей подругой, то я полагаю, самое важное уже сказано, и на этом можно закруглиться.

Типично. Вайолет не говорила прямо, что Сансет должна проводить время с Эпплджек — в конце концов от вынужденного общения ничего не добьешься — но ясно дала понять, что ожидает этого. Это тонкая манипуляция нисколько не беспокоила Сансет. Собственно говоря, она на это и рассчитывала.

— Хорошо. Так я увижу вас через неделю?

Вайолет на мгновение задумалась.

— Нет. Если только я не услышу чего-то такого, что вынудит меня передумать, а так увидимся в следующем месяце.

Это было куда лучше, чем ожидала Сансет. Она думала, что застряла с еженедельными визитами до самого Нового Года.

— Звучит неплохо. Тогда увидимся позже.

Сансет зашагала в том же направлении, что и Эпплджек ранее. Несмотря на очевидный подтекст, Сансет на самом деле так и не сказала, что собиралась искать Эпплджек. И в любом случае Вайолет вряд ли поймает ее в этой толпе. Сансет могла делать все, что ей заблагорассудится.

Так что же она хотела сделать? О том, чтобы догнать Эпплджек не могло быть и речи. Она была с одной из своих подруг, а Сансет не любила компании. Кроме того, она все равно не собиралась тусоваться с Эпплджек.

Уйти из торгового центра было безопаснее, это исключило бы всякую возможность столкнуться с Эпплджек или Вайолет, но на улице было очень холодно. Ей не хотелось разгуливать по сугробам, поэтому развлечения на улице были неприемлемы. Библиотека будет открыта, и это, вероятно, был лучший вариант, но это все равно означало прогулку по снегу. Может быть было лучше подождать, пока Вайолет расскажет ей что-нибудь еще, и тогда бы она смогла вернуться в Новые Горизонты.

Сансет застыла на месте, когда поняла, куда она пришла. Хотя она всего лишь хотела создать иллюзию, что идет в зал игровых автоматов, но теперь она стоит прямо перед ним.

“Это просто потому, что я хотела, чтобы Вайолет думала, что я иду сюда.” Она зашагала снова, минуя вход.

Магазин рядом с аркадой был каким-то вычурным магазином для девочек, заполненный такими вещами как косметика, которые Сансет совершенно не интересовали. Она все равно зашла в него. Тут было много магазинов, которые для нее были привлекательнее, во многих из них работали невнимательные сотрудники, или они не имели существенной охраны. Но она чувствовала, что ей надо побыстрее убраться подальше от входа в аркаду, так что пришлось сделать это.

По крайней мере нет никаких шансов, что ее тут узнают. Формально ей было запрещено появляться в торговом центре, но вряд ли кто-то вспомнит об этом. И все же лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Сансет лениво рассматривала стеллаж с сережками, но на самом деле не обращала на них внимания. Ее мысли снова вернулись к Эпплджек и аркаде. Она сказала себе, что глупо продолжать думать об этом, и это, конечно, заставило ее задуматься, почему она вообще так много думает об этом.

Это просто смешно. Нет никакой причины прятаться в магазине, который ей не нравится, от человека, который был ей безразличен. Решив, снег там или нет, направиться в библиотеку, Сансет развернулась и пошла прочь от сережек.

Однако она не оглянулась, прежде чем начать движение, и столкнулась с другой девочкой, которая оказалась рядом с ней.

— Ой! — Другая девочка отскочила назад и подняла руки. — Мне ужасно жаль, я не хотела вторгаться в ваше личное пространство.

Сансет вздохнула и поправила свою куртку.

— Все в порядке.

У другой девочки была белоснежная кожа и длинные вьющиеся фиолетовые волосы. В то время, как магазин был слишком девчачьим для Сансет, эта девочка выглядела так, как будто и не мечтала о шопинге где-нибудь еще.

— Я была так взволнована, увидев какие новинки есть у них на складе, но это не оправдание моей грубости.

Сансет одарила ее своим невозмутимым взглядом, покачала головой и пошла прочь.

— Я же сказала, все в порядке.

— Эм… точно. — Прежде чем Сансет успела отойти подальше, девочка подбежала к ней. — Ты знаешь, дорогуша, я думаю, что знаю, какой оттенок помады действительно подчеркнет твой образ, если ты позволишь.

Сансет обернулась и увидела, что другая девочка буквально переполнена волнением.

— Ты что, тут работаешь или что-то в этом роде?

— О нет, я просто хочу компенсировать свою грубость. И я довольно хорошо разбираюсь в таких вещах, честно говоря. Это своего рода моя страсть.

Хотя она начала злиться, Сансет не испытывала особого желания устраивать сцену.

— Но это я врезалась в тебя. Тебе не нужно ничего компенсировать.

Она повернулась чтобы уйти, но девочка побежала вперед нее.

— Хорошо, ладно, если ты хочешь знать… Я пытаюсь произвести хорошее впечатление на здешнего менеджера, чтобы она подумала о том, чтобы нанять меня, как только я достаточно подрасту, чтобы подать заявление. Но еще я правда хочу помочь тебе раскрыть потенциал твоей естественной красоты.

Сансет ухмыльнулась. К черту все, сейчас она практически умоляла, чтобы ее отчитали. Вряд ли Сансет будет переживать, если ее вышвырнут из этого магазина.

— Ну что ж, — сказала она чересчур сладким голосом. — Это очень заботливо с твоей стороны. Но знаешь, я…

Остальная часть ответа Сансет умерла, прежде чем он достиг ее губ. Она поймала себя на том, что смотрит через выход в холл торгового центра. Другая девочка склонила голову набок.

— Эм… что это было?

Черты лица Сансет окаменели, и она внезапно потеряла всякий интерес говорить что-то обидное, независимо от того, насколько приставучей была эта девочка.

— Я только что видела, как моя подруга зашла в другой магазин. Удачи тебе… что бы ты там не делала.

— Ох, эм… тогда ладно… — Хотя она выглядела разочарованной, девочка больше не пыталась остановить Сансет.

“Черт возьми, Эпплджек!”

Сансет могла бы использовать эту возможность отыграться на ком-то. Это помогло бы ей выпустить пар из-за стресса, который она испытывала с тех пор, как был обнаружен ее тайник с вином. Но тут мимо прошла Эпплджек, и ее намерения тут же рассеялись. Для Сансет этого было почти достаточно, чтобы пойти искать Эпплджек и влепить ей пощечину.

Но Сансет знала, что она этого не сделает. Она не могла точно сказать почему, но она все равно знала это. Это, в свою очередь, приводило к вопросу: почему же она следует за Эпплджек в другой магазин.

По крайней мере это магазин, который нравился Сансет. Это был музыкальный магазин, хотя цены в нем были слишком высоки. Конечно для Сансет это никогда не было проблемой. Она огляделась и быстро засекла Эпплджек. Она была в наушниках и слушала одну из новых демо-версий CD.

Сансет подошла к ней и вытащила один из ее наушников.

— Кантри, — пробормотала Сансет. — Ты могла хотя бы попытаться быть менее предсказуемой.

Эпплджек сняла наушники и усмехнулась.

— Хей, Сансет! Рада, что ты все-таки пришла.

Сансет пожала плечами.

— Да мне просто делать нечего. Так куда же подевался твой друг?

— В дамской комнате. Она встретит меня здесь. Возможно ты ее знаешь. Голден Харвест, ходит в нашу школу.

Сансет на минуту задумалась, но ничего не пришло ей на ум.

— Не знаю. Может быть я и видела ее раньше, но имя мне ни о чем не говорит.

Эпплджек засмеялась.

— Ну конечн. С чего эт я взяла, что ужасная Сансет Шиммер способна узнать своих одноклассников?

Эпплджек довольно мило произнесла “ужасная”, как будто это была шутка.

— Так ты слушаешь какую-нибудь настоящую музыку?

— Конечн, — гордо ответила Эпплджек. — А ты?

Сансет ухмыльнулась и направилась к другому проходу.

— Как только ты услышишь эту группу, ты больше никогда не захочешь слушать ту чушь.

Хорошо, я попробую. Но держу пари, что к концу дня я смогу найти кантри группу, которая тебе понравится.

День, проведенный за прослушиванием кантри музыки? Сансет задалась вопросом, не лучше ли было вернуться в магазин с косметикой. И несмотря на все обстоятельства, обнаружила на своем лице легкую улыбку.

— А знаешь? Согласна. Я принимаю пари.

Сансет познакомила Эпплджек с одним из своих любимых исполнителей. Ее так и подмывало пойти к хэви-металу, просто чтобы посмотреть на выражение лица Эпплджек, но она решила не торопиться и выбрала фолк-музыканта, который был не слишком далек от того, к чему она привыкла.

Она выбрала на компакт-диске свою любимую песню и протянула наушники Эпплджек. Та закрыла глаза, слушая музыку, которая заставляла Сансет улыбаться. Пока Сансет ждала мнение Эпплджек о диске, она принялась рассматривать остальные диски на стеллаже.

— Эй, я не знала, что вышел новый альбом Thistle. — Сансет огляделась по сторонам и, никого не увидев, засунула его в карман куртки.

— Ты знаешь, эт очень хорошо, — сказала Эпплджек.

Сансет обернулась и увидела, что та только открыла глаза, закончив слушать. Прекрасно, она ничего не заметила.

— Видишь? Я же тебе говорила.

— Конешн я эт знала, поскольку дома у меня есть этот диск.

— Не может быть, ты тоже фанатка Daybreak?

Эпплджек скорчила дерзкую ухмылку.

— Конечн! Ну так ты все еще сомневаешься в моем музыкальном вкусе?

Сансет пожала плечами.

— Что ж… да. Но черт возьми, твоя очередь. Давай мне свое самое худшее.

— Осторожнее со своими желаниями. Но если ты любишь Daybreak, то я думаю те эт понравится.

Эпплджек повела их обратно к разделу с кантри, и Сансет поймала себя на том, что ей искренне любопытно попробовать то, что обычно слушала Эпплджек. И все же она не чувствовала себя такой возбужденной, как когда демонстрировала свои музыкальные предпочтения. Как бы ей не хотелось списать все на скучность кантри музыки, она знала, что это не так.

Сансет достала CD из своего кармана.

— Ты слышала про Thistle and Weeds?

Она протянула диск Эпплджек, та посмотрела на него.

— Неа, они хороши?

— Ну, конкретно этот я еще не слушала, но их последний альбом был потрясающим. — “Черт возьми, Эпплджек.” И почему ее присутствие все так усложняет? Теперь ей придется подождать, чтобы послушать его.

— Я заценю их позже, но сначала у меня есть кое-что хорошее для тебя. Вот, послушай эт.

Даже когда ее план сорвался, Сансет не слишком сильно возражала. И что еще более необычно, Сансет было куда интереснее, что думает Эпплджек о новом альбоме, чем самой его услышать. “Думаю, ради этого можно немного послушать кантри.”

Эпплджек надела наушники, чтобы найти песню, которую хотела показать Сансет. Но пока Сансет разглядывала обложку диска, кто-то подошел к ним.

— Что ты здесь делаешь?

Сансет оглянулась и увидела девочку, которая, как она предположила, была той самой подругой Эпплджек. Было довольно забавно видеть ее и Эпплджек вместе: в то время как Эпплджек имела оранжевую кожу и светлые волосы, другая девочка, напротив, была светлокожей с оранжевыми волосами. И к несчастью, Сансет узнала ее.

— Голден Харвест. — Сансет ухмыльнулась и осмотрелась вокруг. — Я просто слушаю музыку. Я почти уверена, что это разрешено, знаешь ли.

Голден Харвест пристально посмотрела на нее.

— Можешь сделать это где-нибудь в другом месте?

Легкая ухмылка Сансет превратилась в широкую гримасу.

— Оу, кто-то стал немного смелее.

Ей понравилось, как осунулись черты лица Голден Харвест. Сансет практически ничего не сделала, а она уже была напугана. А затем заговорила Эпплджек, и радость Сансет исчезла.

— Окей, я нашла хорошую песню. Вот, послушай… Ой, приветик, Голди!

По крайней мере это вернуло немного азарта Сансет. “Голди!”

— Эт Сансет Шиммер. Сансет, эт моя подруга, о которой я говорила тебе.

— Я очень рада, — сказала Сансет. Она в этом не сомневалась.

Взгляд Голден Харвест метался между Эпплджек и Сансет.

— Эм, Эйджей? Можно тебя на минутку?

Как бы Сансет не нравилось смотреть, как “Голди” корчится от мысли, что Эпплджек околачивается рядом с кем-то похожим на Ужасную Сансет Шиммер, она также знала, что возникает неизбежная проблема. Эпплджек уже подняла этот вопрос.

— Эм... вы двое… знаете друг друга?

Голден Харвест ничего не сказала. Даже если бы она набралась смелости, находясь со своей подругой и вне школы, она знала, что всему есть предел. Сансет могла достаточно легко исказить ситуацию. Голден Харвест можно было убедить держать язык за зубами в присутствии Эпплджек, а Сансет способна держать Эпплджек в неведении о ее прошлых поступках.

— Да, мы познакомились еще в шестом классе. — Сансет обдумывала, как лучше всего послать предупреждение Голден Харвест. Но о чем она вообще беспокоилась? Она не собиралась тратить весь день, чтобы держать рот Голден Харвест закрытым, так что ей лучше уйти.

— Хм… э... у нас не слишком много общего, так что я оставлю вас двоих с вашим свиданием. Увидимся, Эйджей.

То, что Эпплджек попыталась ее остановить, не стало сюрпризом. Не сама попытка, но то, как она это сделала, было удивительно. Когда Сансет помахала ей на прощание, Эпплджек схватила ее за запястье, чтобы удержать на месте. Вот и все, ничего драматичного. Но никто никогда не пытался прикоснуться к Сансет. Никто, кроме Эпплджек. И честно говоря, Сансет не особо любила, когда к ней прикасались. Пожалуй, за исключением Эпплджек.

Эпплджек продолжала держать Сансет за запястье, пока говорила.

— А теперь обожди минутку. В этом нет никакой необходимости. Сансет, Голден живет дальше по улице от меня. Я знаю ее всю свою жизнь. И Голден… ну, я не так уж давно знаю Сансет, но знаю, что она не такая уж и плохая, как хочет, чтоб все думали. Нет никакой причины почему бы нам всем не поладить.

Голден Харвест выглядела так, словно Эпплджек ударила ее.

— Эйджей, она… ты просто не знаешь ее так, как я.

— Да ладно, — сказала Эпплджек тем удручающе оптимистичным тоном. Тем самым, который всегда обещал, что все будет хорошо, даже если такого никогда не произойдет. — Все, что случилось в прошлом году, осталось в прошлом. Я уверена, что если мы поговорим об этом, тогда…

— Тебе ничего не говорит обо мне тот факт, что твоя подруга слишком боится рассказать, что произошло на самом деле? — Сансет отдернула руку и сунула в карман. Она повернулась к Голден Харвест. — Давай. Продолжай. Расскажи ей, что произошло.

Голден открыла рот, чтобы что-то сказать, но промолчала.

Сансет рассмеялась.

— Видишь? Она все еще боится. Честно говоря, я поражена, что она решила что-то предпринять. Ты должна считать себя счастливой, Эйджей. Она готова пойти на большой риск, чтобы не дать тебе угодить в одну из моих ловушек.

Похоже весь оптимизм Эпплджек улетучился.

— Сансет, что ты сдела…

— Эй! Эй ты там! — Кажется работник магазина заметил их бурную дискуссию. Даже более того, он заметил Сансет. — Я знаю тебя! Оставайся на месте, охрана перекинется с тобой парой слов.

Трудно было сказать: то ли это как раз вовремя, то ли хуже некуда.

— Эй, умник! Может в следующий раз тебе стоит позвонить в охрану, прежде чем трындеть? Ебаный дебил, неудивительно, что ты все еще работаешь в торговом центре, хотя тебе уже под сорок. — Она отступила назад и улыбнулась Эпплджек и Голден Харвест. — Ну, это мой сигнал, чтобы съебаться отсюда. Но вы двое можете остаться тут и дать показания копу из торгового центра. Увидимся!

— Девочка, стой!

— Сансет!

Сансет спокойно вышла из магазина, где встретилась взглядом с охранником.

— Сукин сы… — Она понятия не имела, как он добрался так быстро, но не собиралась выяснять. Убегая, она начала вилять между людьми, используя преимущества своего небольшого роста.

— Стой! Не двигайся!

Это хоть когда-нибудь срабатывало? Игнорируя его крики, Сансет продолжала бег, пока не скрылась за входной дверью, а затем резко повернула. Она подбежала к ближайшей машине и проскользнула под нее.

Из своего укрытия она видела ноги охранника, когда он вышел из торгового центра. Он остановился, оглядываясь, но быстро сдался, когда не заметил и следа девочки. Некоторое время она восстанавливала дыхание, а потом выползла из-под машины.

Она глубоко вздохнула и напомнила себе, что ей повезло. Учитывая, каким переполненным был торговый центр, было невероятно, что никто из покупателей не решился схватить ее. Такое случалось раньше, и это было практически единственным способом ее поймать.

Сансет вздохнула и сунула руки в карманы. Она поморщилась, когда нащупала что-то твердое и вытащила это.

— Совсем забыла, — пробормотала она, глядя на коробку с CD. Она собиралась положить его на место, но, должно быть, машинально сунула его в карман, когда появилась Голден Харвест. — Наверное, мне все-таки придется его прослушать.

О возвращении в торговый центр и речи быть не могло, поэтому она прислонилась к машине, чтобы решить, что делать дальше. Она отпрыгнула в сторону, когда сработала сигнализация.

Решив, что меньше всего ей нужно быть обвиненной во взломе чужой машины, она пошла прочь. К несчастью, шум привлек чье-то внимание.

— Сансет! Постой!

Сансет вздрогнула от этого голоса. Она даже не потрудилась обернуться, она не хотела смотреть в лицо Эпплджек.

— Оставь меня в покое, Эйджей. Неужели ты до сих пор не поняла, что от меня одни неприятности?

— Что произошло между тобой и Голден Харвест? — требовательно спросила Эпплджек. Сансет никак не могла понять тон ее голоса. Нечто среднее между гневом и страхом. Это именно то, что должна была чувствовать Эпплджек, но Сансет ненавидела, как это звучало.

— Почему бы тебе не спросить у нее самой?

Вот он уже ползет обратно. Этот идиотский сраный оптимизм. Эта надежда на то, что Сансет скажет что-то такое, что все уладит. Скажет, что она сожалеет, и Голден Харвест простит ее, и они все будут смеяться над этим до конца дня.

Сансет посмотрела на диск, который все еще был в ее руках, и поняла, что на самом деле он ей не очень нужен. Она повернулась к Эпплджек. Хотя она планировала изобразить дерзкую ухмылку, ей это не удалось. Не когда она увидела Эпплджек. Надежда смешалась со страхом и злобой, и на это было больно смотреть.

Она кинула диск, и Эпплджек его поймала.

— Ты должна дать им шанс, они просто великолепны.

Эпплджек посмотрела на пойманное.

— Что? Неужто ты…?

— Украла его? Да. Выброси его, если не хочешь, мне все равно. В любом случае увидимся позже, а может быть и не увидимся, если ты наконец поймешь, что я не такой уж хороший человек.

На этот раз Эпплджек не стала останавливать ее, когда она уходила. Неужели Сансет хочет этого? Она не могла сказать наверняка. Но конечно, с чего бы ей это делать? Голден Харвест была подругой Эпплджек, и она наверняка очень расстроена из-за всего этого. Эпплджек пойдет и поговорит с ней, и поделится с ней этим дурацким оптимизмом, и он пробьет дорогу к Голден Харвест. Вскоре они вдвоем будут смеяться над этим безумным днем. Потому что это как раз то, что друзья делают вместе.

А Сансет? Что ж, у Сансет не было друзей. Так что вместо этого, она пошла обратно в сиротский приют, где жила, по снегу, промерзшая и одинокая.

## 14 - Треснутый лед

Глава четырнадцатая

Треснутый лед

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Это была не лучшая пара дней. После инцидента в торговом центре Сансет была на грани. Она решила провести остаток зимних каникул, спрятавшись в Новых Горизонтах, но пребывание взаперти начинало действовать ей на нервы. С некоторой неохотой ее воспитатели даже позволили выходить ей наружу и, в конечном итоге, разрешили посещение библиотеки. По крайней мере Роуз Петал, кажется, понимала, что держаться подальше от других детей будет полезно для ее самочувствия. Или она просто знала, что если Сансет не дадут достаточно длинного поводка, в конце концов она снова с него сорвется.

К счастью, любимым местом Сансет была библиотека. Было куда труднее помешать ребенку пойти в библиотеку, чем куда-либо еще. Все же она знала, что ей позволили пойти в торговый центр только потому, что там она встречалась с Вайолет, а потом разрешили остаться только из-за Эпплджек.

Эпплджек. Мысли все время возвращалась к ней. Сансет не знала, что ей делать дальше, и у нее осталась еще одна неделя, чтобы что-то придумать. Рождество закончилось, Новый Год уже не за горами, и вскоре они пойдут в школу.

Мысли все время возвращалась к Эпплджек, и это раздражало. Но Сансет с этим справится. Воспоминания об Эпплджек заставляли ее страдать, поскольку нравилось ей это или нет, Эпплджек подошла опасно близко к чему-то, напоминающему друга.

Множество людей было не прочь подружиться с Сансет. Все они уже давно сдались, но их было немало за эти годы. Но не было никакого объяснения, почему одно воспоминание должно так сильно выделяться. Не было причин, чтобы сама идея честного и порядочного друга так чертовски сильно напоминала Сансет о ней.

Сансет глубоко вдохнула и задержала холодный воздух в своих легких. Она постаралась не думать о своих ложных воспоминаниях, а затем выдохнула, представив, что выдыхает их вместе с воздухом. Это был  глупый трюк, но иногда он помогал. Но когда мысли приходили так быстро и продолжали возвращаться обратно… Что ж, впечатляет, что Сансет до сих пор держит себя в руках.

Сансет сидела на холме с видом на Зеркальное озеро. Это всегда было одним из ее любимых мест, особенно когда там безлюдно. День был не по сезону теплым, а это означало, что озеро не годилось для катания на коньках, но все равно достаточно холодно для любого здравомыслящего человека, чтобы находиться на улице на закате солнца.

Несмотря на то, что она терпеть не могла холод, Сансет специально отправилась к озеру после того, как покинула библиотеку. Она сказала самой себе, что свежий воздух поможет ей очистить голову, и это достаточно близко от Новых Горизонтов, чтобы ночная прогулка домой не стала проблемой.

Но озеро было лишь половиной картины. Заходящее солнце — вот на чем была сосредоточена Сансет. Не то чтобы ей очень нравилось любоваться закатом. Она просто это делала. Она нечасто размышляла об этом, но подозревала, что этот ритуал, неизменно повторяясь, приносил ей спокойствие.

— Принцесса, но это всего лишь время суток. То, что меня назвали в честь заката, вовсе не означает, что он должен нравиться мне больше, чем любой другой пони.

— Верно, но не каждая пони сможет оценить закат. Давай, подойди и посмотри на закат вместе со мной. Может быть тебе понравится куда больше, чем ты думаешь.

Нахмурившись, Сансет крепко закрыла глаза. Именно об этом она старалась не думать.

Вдохнуть. Задержать дыхание. Выдохнуть.

Это все равно не помогло.

“Она не настоящая.”

Сансет больше не хотела смотреть на закат. Она просто хотела вернуться обратно в свою комнату, где она, по крайней мере, будет в безопасности, если случится еще один приступ.

“Она не настоящая.”

Нужно было двигаться дальше. Сансет давно смирилась с тем, что ее воспоминания были фальшивыми, так почему же они по-прежнему преследуют ее? Почему они такие яркие?

“Она не настоящая.”

Сансет застыла на месте. Она чувствовала, что за ней наблюдают. Если она обернется, кто окажется позади? Она не была уверена, что хочет это выяснить.

— Сансет Шиммер.

Все замерло. Сансет не двигалась, не дышала и даже не чувствовала как бьется ее сердце. На одну ужасную секунду она полностью поглотила мир Сансет.

— Сансет Шиммер, я с тобой разговариваю. Я знаю, ты меня слышишь.

Все сразу вернулось на свои места. Это была не она. Сансет обернулась и впервые в жизни почувствовала такое облегчение, увидев настоящего человека. Даже если она и близко не была готова разговаривать с человеком, стоящим перед ней.

— Эпплджек.

На этот раз у нее не было той уверенной улыбки, которую она обычно носила, когда обращалась к Сансет. Сансет и раньше думала, что Эпплджек выглядит не так уж плохо, когда строит из себя суровую девочку, теперь же Сансет отчаянно желала увидеть немного позитива Эпплджек.

Мгновение они смотрели друг на друга, ожидая, что другая сделает первый шаг. В итоге Эпплджек сдалась первой.

— Господи Иисусе, Сансет. Как долго ты тут пробыла? Ты такая бледная, словно увидела привидение.

Сансет отвернулась и снова посмотрела на солнце. Оно едва выглядывало из-за горизонта.

— Я спутала тебя с кем-то другим, — пробормотала она. Она, конечно, с самого начала была в курсе, что это Эпплджек. Но это не изменило ее чувств. Она могла поклясться, что первый раз ее имя произнес совсем другой голос. — Не важно. И вообще, что ты тут делаешь?

Эпплджек приблизилась и встала рядом.

— Я прост шла домой, а потом увидела тебя.

— Тебе надо было пройти мимо.

— Ага, кажись ты права, — сказала Эпплджек, но уходить, видимо, не собиралась. Она стояла, сохраняя молчание, ожидая, что Сансет что-нибудь предпримет. Но этого не случится, Сансет знала, что сумеет переждать Эпплджек: она сможет игнорировать холод, надвигающуюся темноту и тишину, она сможет игнорировать все что угодно, потому что это лучше, чем быть одной.

В итоге Эпплджек вздохнула и повернулась к Сансет.

— Может я и должна была, но я эт не сделала. Нам нужно поговорить кой о чем.

Сансет не двигалась, но заострила свой взгляд на Эпплджек.

— Я уже говорила тебе, просто спроси Голден Харвест об этом.

— Я так и сделала, она сказала не беспокоиться, и чтоб я держалась подальше от тя.

Сансет улыбнулась, отчего ей стало только холоднее.

— Это был действительно очень хороший совет.

— Ты уже знаешь, что я так легко не отступлюсь.

— Да, я в курсе. Итак, полагаю, ты хочешь знать, что произошло, верно?

Хотя вряд ли Эпплджек могла хотеть что-то другое, она заколебалась:

— Я понимаю, что ты не хочешь говорить об этом, а я ненавижу лезть в чужие дела…

Сансет рассмеялась и повернулась лицом к лицу Эпплджек.

— Да ладно тебе, ты уже две недели лезешь в мои дела. Не притворяйся, что тебе сейчас совсем не любопытно.

— Я хотела, чтоб ты открылась мне и поговорила со мной. Я никогда не пыталась соваться в подробности твоей жизни. У каждого есть вещи, о которых он не хочет говорить, и я уважаю эт.

— Вот как? Тогда что такого есть у нашей честнейшей Эпплджек, о чем она не захочет говорить?

Сансет на самом деле не ожидала ответа, но похоже Эпплджек была готова его дать.

— Ты действительно хочешь знать? Если, конешн, от этого тебе станет легче общаться со мной, я расскажу чистую правду обо всем.

Предложение было заманчивым, но Сансет все еще не решила, чего бы она хотела от Эпплджек.

— Нет, на самом деле мне все равно. Но раз уж ты не смогла заставить себя спросить об этом, я расскажу тебе, что случилось с Голди.

Сансет выжала несколько мгновений, прежде чем продолжить, давая Эпплджек возможность отступить, если она захочет. Она не сделала этого, и Сансет нисколько не удивилась. Возможно она и не хотела лезть в подробности прошлого Сансет, но она определенно желала узнать.

— Что ж, как я говорила на днях, это случилось в прошлом году. Голди тогда пробовалась в чирлидинг.

Осознание мгновенно отразилось на лице Эпплджек. Похоже, она уже слышала эту историю раньше. Сансет выдавила из себя улыбку и продолжила:

— Проблема была в том, что у меня был другой человек на это место в команде. Я сказала Голди отступиться, но она этого не сделала. Может все деревенские девушки такие упрямые? В любом случае у меня не было другого выбора.

— Но у меня были фотографии другой девочки, которая изменяла своему парню. На самом деле это мой конек. У меня достаточно грязи на нужных людей, чтобы проворачивать схемы. Так что я использовала фотографии, и, короче говоря, Голди не пришла в тот день на пробы. Или не приходила в школу до конца недели, если я правильно помню. Эй, может ты мне ответишь на вопрос, который меня всегда интересовал. Были ее травмы настолько серьезными или ей было просто стыдно появляться с таким выебаным лицом?

Похоже Эпплджек не собиралась отвечать на этот вопрос. Вместо этого она скорчила гримасу, как будто сама подверглась нападению.

— Сансет… Какого хрена? Эт ужасно!

— Ух ты, правда что ли? Ты действительно указала мне на свет, Эйджей, и теперь я вижу всю неправильность моих действий.

Эпплджек продолжала смотреть на нее с недоверием.

— Но зачем те понадобилось делать нечто подобное?

— Потому что чирлидеры очень популярны. Люди любят их, и они хотят быть любимыми. Проще говоря, они являются полезным инструментом для достижения целей. И одна из них у меня на коротком поводке, потому что она знает, что это я поставила ее туда, где она сейчас, и я могу уничтожить ее, если передумаю.

В наступившей тишине Сансет отметила одну невыносимую для себя вещь, это был взгляд, который Эпплджек бросала на нее.

— Эй, я ведь пыталась предупредить тебя, чтобы ты держалась подальше. Не моя вина, что намёк дошел до тебя только сейчас.

— Эт просто… — Эпплджек прижала ладонь к переносице и вздохнула. — Я не могу поверить, что ты на такое способна. Но я также знаю, что в тебе есть и лучшая сторона.

Санест едва могла поверить услышанному. Она была уверена, что даже Эпплджек отвернется от нее из-за этого. Если не из-за самого поступка, то из-за того, что он был направлен против ее настоящего друга.

— Ты действительно идиотка.

— Эй! — Эпплджек сделала шаг вперед и сократила дистанцию с Сансет. — Я пытаюсь дать те шанс. После того, что ты мне рассказала, я думаю может мне не стоит эт делать. Честн говоря, я была б оправдана, даж если б дала тебе отведать своего собственного лекарства прям сейчас. Но я также знаю, что ты не облегчишь себе жизнь, постоянно отталкивая всех, так что я пытаюсь остаться и помочь те. Это намного больше, чем то, что сделало б большинство людей, так что может ты хотя б постараешься следить за языком более тщательно?

Эпплджек была крупнее Сансет и куда сильнее. Если бы Сансет хоть немного опасалась за себя, она, вероятнее всего, была бы напугана гневом, который пробивался сквозь ее дружелюбное поведение. Но, конечно, Сансет уже много лет не беспокоилась о себе.

— А с чего это ты так уверена, что я хочу быть твоим другом?

Эпплджек сложила руки на груди, продолжая хмуриться.

— Всем нужны друзья, Сансет, — сказала Селестия.

Сансет отскочила назад. Эпплджек. Она говорила с Эпплджек. Ее сердце бешено заколотилось, и она с трудом перевела дыхание.

— Да что, блять, с тобой творится? — спросила Эпплджек, к ней вернулся ее нормальный голос.

Сансет попыталась сосредоточить свое внимание на Эпплджек, чтобы не потерять контроль над собой, но это не сработало. Ей нужно уйти отсюда. Не сказав больше ни слова, Сансет развернулась и пошла прочь. Она бы убежала, но ее ноги слишком сильно дрожали.

— Эй, не уходи просто так! Мы все еще разговариваем! — Эпплджек подбежала к Сансет и схватила ее за руку.

Сансет так резко отдернула руку, что сама не удержалась на ногах. Она посмотрела на Эпплджек, которая уже тянулась, чтобы помочь подняться. Но ее взгляд не был сосредоточена на девочке, она смотрела мимо нее на солнце. Солнце уже село, но она все еще видит его в небе. Она знала, что это не одно и то же солнце. Солнце из этого мира уже зашло, то, которое она видела, было ее солнцем.

— Сансет, ты в порядке? Я…

— Отвали! — Сансет отпрянула назад, прежде чем встать.

Эпплджек огляделась вокруг, не понимая, что происходит.

— Я эм… послушай. Прости, я не хотела тя пугать или что-то в этом роде.

— Я… мне нужно идти.

Сансет попыталась уйти так быстро, как позволяли ей ноги, но Эпплджек была быстрее. Она легко догнала Сансет, но больше не пыталась схватить ее.

— Не делай этого, Сансет! Да ладно те, прости. Я бы ничего те не сделала.

Хотя ей нужно было уйти, Сансет остановилась. Она не сможет отдалиться от Эпплджек, если та продолжит следовать за ней.

— Не то чтобы я изменилась, знаешь ли. Да, это произошло год назад, но такое может произойти в любое время. — Она снова повернулась к Эпплджек, стараясь игнорировать солнце, которое противоестественно висело в небе. — Знаешь, это ведь я пустила тот слух.

— О чем ты говоришь? — Все следы гнева исчезли с лица Эпплджек. Вместо этого она выглядела смущенной и обеспокоенной. — Какой такой слух? Ты ведешь себя ужасно странно.

— Тот самый, о котором все говорят. Что тебя поймали за сексом с твоим кузеном, и поэтому ты перевелась в другую школу.

Эпплджек все еще выглядела смущенной, нежели злой.

— Ты… ты сделала? Но зачем?

Сансет рассмеялась.

— А знаешь что? Я правда не знаю! Я думаю, просто потому, что я пиздец как ненавижу тебя.

— Ты ж не серьезно эт говоришь. — Это наконец-то вернуло ей немного злости. Сансет нужно продолжать ее взращивать.

— Неужели? И что заставляет тебя так думать? Может когда я позволила тебе купить мне горячий шоколад? Мне самой интересно, почему я тогда вела себя хорошо. Может быть ты думаешь о торговом центре, когда я использовала тебя, чтобы лучше выглядеть перед моим социальным работником. Я даже использовала тебя, чтобы повысить свою оценку по истории, хотя и не делала секрета, насколько несносной ты была тогда.

Эпплджек прищурилась. Она была почти готова.

— Тогда зачем ты сейчас мне эт рассказываешь?

Сансет пожала плечами.

— Наверное я просто решила, что ты этого не стоишь. Конечно, я могла бы вытянуть из тебя кое-что еще, но ничего важного. Ты вряд ли станешь большой шишкой в школе, так что для меня твой социальный статус совершенно бесполезен. Я думала о том, смогу ли я заставить тебя избить некоторых детей для меня, но ты чертовски честная. Я не думаю, что смогу накопать достаточно грязи на тебя, чтобы заставить тебя навредить кому-то, даже если твои мышцы это, вероятно, единственное, на что ты действительно годишься.

Эпплджек явно пыталась найти какую-нибудь причину, чтобы не верить Сансет, но терпела неудачу. Сансет только смеялась.

— К тому же, если быть честной с тобой, я думала, это было хорошее предположение. Так что давай, будь и ты честной со мной. Я угадала?

— Ничего такого не было, — процедила Эпплджек сквозь стиснутые зубы.

— Неважно, как скажешь. Мне действительно все равно, если тебе станет легче. Продолжай держать это в семье, если тебе это нравится. — Сансет постучала по подбородку. — Фактически, это могло бы объяснить, почему ты такая тупая. Так что? Твои родители — брат и сестра или типа того?

Ее гнев взлетел необычно быстро, Эпплджек сократила дистанцию между ними, схватила Сансет за куртку и притянула ее еще ближе.

— Не смей так говорить о моих родителях.

Хотя она делала это, чтобы заставить Эпплджек бросить ее, Сансет поймала себя, что ее затягивает этот момент. Кажется даже это было лучше, чем быть одной.

— Что случилось, Эйджей? Попала чуть-чуть ближе к цели? — Сансет увидела, как Эпплджек бесцеремонно сжала ладонь в кулак, и снова рассмеялась. — Скажи мне, ты папина дочка, Эйджей?

Казалось, боль была очень сильной. Когда кулак Эпплджек коснулся лица Сансет, она потеряла способность сосредоточиться на чем-либо еще. Она снова упала навзничь и инстинктивно поднесла руку к носу. Когда она открыла глаза и отдернула руку, то увидела, что она вся в крови.

Сансет поднялась и расхохоталась. Она вытерла кровь с лица и, взмахнув рукой, стряхнула все на снег, окрашивая его в красный.

— Полагаю это было довольно глупо с моей стороны.

Эпплджек стояла, держа кулаки наготове. Сансет все равно подошла к ней.

— Я хотела сказать: серьезно? Учитывая, какая ты мужеподобная, ты, наверное, больше сохла по своей мамочке.

Эпплджек на мгновение заколебалась, прежде чем замахнуться снова, это дало Сансет возможность пригнуться и схватить ее за торс. Кулак Эпплджек все же попал, но потерял часть импульса и прошел по касательной, а не прямо в лицо. Сансет рванула вперед со всей силы, сбив Эпплджек с ног.

Зная, что у ее ударов не будет такой силы, Сансет должна была использовать другие методы атаки. Поскольку она была сверху, она обхватила руками шею девушки.

— Тупая сука! Почему ты просто не оставишь меня одну?! Это все твоя вина! Это по твоей вине она все еще заебывает меня!

Эпплджек схватила Сансет за руки, но не смогла высвободиться. Тогда она отвела руку и ударила Сансет в живот. Ее первому удару не хватило силы, но этого было достаточно, чтобы Сансет ослабила хватку. Ухватившись за эту возможность, Эпплджек оттолкнула ее.

Она попыталась прижать Сансет так же, как Сансет прижала ее, но Сансет была готова к этому и не далась легко. Они боролись за превосходство на земле, но в конце концов Эпплджек удалось уложить Сансет лицом в снег. Коленями она придавила Сансет и заломила ей руки.

— Ты хочешь быть бессердечной сукой? Хорошо. Я могу принять любое дерьмо, которое ты скажешь обо мне. Но слушай сюда, Сансет, и слушай хорошо. Никогда больше не говори о моих родителях! Потому что клянусь Богом, я заставлю тя пожалеть об этом так, как ты представить себе не сможешь.

С болезненным толчком Эпплджек слезла со спины Сансет. Той хотелось просто лежать, но она заставила себя подняться. На снегу, где только что было ее лицо, виднелось большое красное пятно. Она услышала хруст снега под ногами, когда Эпплджек уходила. Это было именно то, чего хотела Сансет, но этого было уже недостаточно.

— Оу, что случилось, Эйджей? — голос Сансет звучал хрипло. Она ухмыльнулась, хотя это отозвалось болью в ее лице. — Я думала мы друзья.

Эпплджек продолжала уходить.

— Хэй, хэй! — Сансет подбежала к Эпплджек, которая развернулась и в последний момент схватила руку Сансет.

— Мы здесь закончили, — сказала Эпплджек, прежде чем отпустить ее.

Что, конечно же, было ошибкой. Жаждя повторить единственную сработавшую на ней вещь, Сансет бросилась на Эпплджек. Они обе полетели кубарем со склона. Пока они катились вниз, Сансет наносила беспорядочные удары, когда представлялась возможность.

— Ненавижу тебя! — Они скатились в низину, Сансет оказалась сверху. — Ненавижу твой идиотский голос! — Сансет впервые по-настоящему ударила Эпплджек по лицу. — Ненавижу, что ты никогда не оставляешь меня в покое! — У нее болела рука, но она продолжала замахиваться. — Ненавижу то, что я думаю о тебе! — Мир, кажется, вздрогнул, но Сансет к этому привыкла.

— Сансет, остановись! — Слова Эпплджек не достигли Сансет, которая продолжала атаковать.

— Ненавижу за то, что ты такая охуенная! — Раздался треск, но Сансет проигнорировала его. — Ненавижу за то, что ты вернулась в мою жизнь!

Это произошло очень быстро. Сансет снова замахнулась кулаком, но ударить не успела. Земля под ними разверзлась, и Эпплджек провалилась внутрь.

Одно ужасное мгновение Сансет просто смотрела. Затем реальность обрушилась на нее с такой силой, какой не мог бы обладать ни один удар: они упали в озеро, и лед сломался.

Вода казалась черной, и Сансет уже не могла видеть Эпплджек. Ее это не остановило. Даже не задумываясь, Сансет нырнула вслед за ней.

Холод был не похож ни на что из того, что она испытывала раньше. Он чувствовался больше как огонь, нежели лед, и обжигал ее кожу. Это не имело значения, так что она проигнорировала это чувство.

Даже с открытыми глазами она была совершенно слепа под водой. Даже если бы солнце все еще стояло в зените, оно не смогло бы проникнуть сквозь лед, чтобы что-нибудь осветить. Это было даже хуже, чем минусовая температура, но она не обращала внимания.

Не имея возможности узнать, где Эпплджек, Сансет поплыла вперед. Главное — это Эпплджек. Она была единственной, кто имел значение. Сансет должна найти ее и вытащить в безопасное место.

По ощущениям это заняло куда больше времени, чем на самом деле, и если бы она не увидела, куда упала Эпплджек, и не нырнула в том же направлении, то никогда бы не нашла ее. Но она это сделала, и когда почувствовала что-то твердое, сразу поняла, что это было. Она обхватила Эпплджек левой рукой, и та тоже схватила ее. Используя свои ноги и правую руку, она изменила курс и поплыла в том направлении, которое, как ей казалось, вело наверх.

Секунды тянулись целую вечность, а она все плыла и плыла. Ей было страшно, что она плывет не в ту сторону, но она продолжала двигаться. Думать становилось трудно, но она была уверена, что правильно рассчитала направление.

Наконец она почувствовала что-то твердое и поняла, что добралась до поверхности. Слишком паникуя, чтобы быть благодарной, она принялась наощупь искать выход.

Твердо. Всюду, куда она дотягивалась, было твердо. Там не было ничего, кроме льда, и никакого света, чтобы подсказать ей выход. Она колотила кулаком по льду изо всех сил. Но это не помогало. Лед был слишком толстым, чтобы пробиться изнутри, они оказались в ловушке.

[Изображение: https://lh4.googleusercontent.com/sc271mPpf4OIUf_f_UDbDBNfyJPFv2f_iKwXuRf9MMIvVWUFv4USHDeyjFbw2z76D4XDRI7GaytKVs1h0ik0LrzG623r1AT7p7HfAup9eNm7_8vpSdObGktz8V4tKSBonjeiNT_A]

* * *

Сансет сидела за партой с разложенными перед собой книгами и конспектами. Ее наставник что-то объяснял, но Сансет особо не слушала. Что-то про то, как погодные пони используют магию пегасов, чтобы контролировать погоду и помогать всей Эквестрии. Это была достаточно интересная тема, но Сансет никак не могла сосредоточиться. Она смотрела в окно.

Дверь без предупреждения открылась, и обе головы повернулись, чтобы увидеть вошедшего жеребца. У него была коричневая шерстка и темно-синяя грива. Его звали Брасс Бадж, но Сансет обращалась к нему только как “сэр”. Он был ее отцом.

— Я надеюсь, уроки продвигаются хорошо? — спросил он. Не дожидаясь ответа, он посмотрел на план урока.

Рози Доун стала быстро обьяснять.

— Сегодня у нас погодный урок. Затем я собиралась рассказать мисс Шиммер немного об истории Клаудсдейла.

Брасс Бадж лишь кивнул в знак того, что услышал ее. Он подошел к столу Сансет, чтобы взглянуть на ее записи.

— Это все, что у тебя есть?

Сансет покраснела и опустила свой взгляд на стол. Почему она не уделила больше внимания?

— Да, сэр.

— Говори громче, когда отвечаешь на чей-нибудь вопрос, Сансет. — Брасс Бадж отложил ее записи и повернулся к Рози Доун. — Это неудивительно. Сансет не пегас, мисс Доун. Расскажите ей общую информацию и сосредоточьтесь на ее магии.

Было трудно спорить с Брасс Баджем. Он был уважаемым военным стратегом, который ожидал солдатского послушания от любого подчиненного ему пони. А значит от любого пони. И вот Рози Доун возразила кротким голосом:

— Но сэр, магия — и так лучший предмет Сансет. Разве всестороннее образование может повредить?

— Магия — это краеугольный камень правильного воспитания единорога. — Брасс Бадж посмотрел на Сансет. — То, что она единственная среди своих сверстников поступила в школу для одаренных единорогов Селестии, еще ничего не значит, пока она не самая юная выпускница.

На мгновение показалось, что Рози Доун продолжит свой протест. Но только на мгновение.

— Да, конечно, сэр.

Еще один медленный кивок, Брасс Бадж развернулся, чтобы уйти. Однако он остановился, заметив окно. Снаружи бегали три жеребенка, играя в какую-то игру.

— Хмф… можно подумать, родители не учат своих детей держаться подальше от частной территории.

Он вышел из комнаты, бормоча что-то себе под нос, и Сансет смекнула, что жеребята на улице вот-вот прослушают нотацию. Она бросила еще один тоскующий взгляд на всех троих, продолжающих блаженно играть. Они выглядели, как ее ровесники.

Рози Доун вздохнула.

— Возможно нам стоит сделать небольшой перерыв.

— Нет, я готова продолжить. — Сансет отвернулась от окна. Ей было всего шесть лет, и она была самой младшей ученицей в школе одаренных единорогов Селестии. С достаточной самоотдачей в учебе Сансет также станет самым юным выпускником. Тогда родители обратят на нее внимание.

* * *

— О Мать-Богиня, уже? — Принцесса Селестия с улыбкой смотрела на Сансет и ее новую кьютимарку. — Это очень впечатляет, Сансет!

Сансет улыбнулась в ответ на комплимент, но ничем не выдала свое восхищение. Ей было всего девять лет, и она уже успела получить кьютимарку за свои магические таланты. Несколько жеребят ее возраста уже имели кьютимарки, но никто и никогда не получал их так рано за успехи в академических дисциплинах.

— Благодарю вас, Принцесса.

— Держу пари, твои родители были в восторге от этой новости.

— Да, так и было. — На самом деле мать Сансет восприняла это как небольшое событие не более важное, чем заключение хорошей бизнес сделки. Отец сказал лишь: “Естественно”, — когда ему это сообщили.

— И конечно, ты должна очень гордиться собой.

Сансет кивнула.

— Это солнце, — сказала она. — Совсем как у вас.

— Я вижу. Вероятно это потому, что твое будущее будет наполнено ярким светом.

Ей становилось все труднее сдерживать свой восторг в лучах похвал Принцессы Селестии. Но она хотела выглядеть взрослой перед принцессой, поэтому старалась держать себя в узде.

— Я сделаю все возможное, чтобы соответствовать этому, Принцесса.

— Я в этом не сомневаюсь, моя одаренная ученица. — Принцесса Селестия понимающе улыбнулась. — Но я надеюсь, что ты не слишком хвасталась своей кьютимаркой перед друзьями.

Улыбка Сансет угасла, как только она склонила голову. Но смущение длилось недолго. В конце концов, она была личной ученицей Принцессы Селестии всего несколько недель. Неудивительно, что та не слишком много знала о Сансет, за исключением ее талантов в учебе.

— У меня нет друзей, Принцесса.

Улыбка Принцессы тоже исчезла.

— Серьезно? У тебя нет жеребят твоего возраста, с которыми ты любишь играть?

— Нет.

Большинство эмоций Принцессы Селестии было трудно разгадать, и та, которую она продемонстрировала Сансет, не стала исключением. Но это длилось лишь мгновение, затем Селестия улыбнулась и подошла к маленькой кобылке.

— Что ж, я знаю одного друга, который будет очень рад тебе.

Сансет сосредоточенно нахмурилась, пытаясь понять, о ком могла говорить Селестия. Никто не пришел на ум.

— Кто он?

— Я. — Принцесса Селестия обняла Сансет крылом и повела ее к двери. — Это стоит отметить. Давай посмотрим, сможем ли мы уговорить поваров дать нам немного мороженого и тортика перед обедом.

* * *

— Санни! Санни! Проснись, это Вечер Согревающего Очага!

Сансет только простонала и пробормотала что-то наподобие “отстань”.

Кейденс захихикала.

— Да ладно тебе, мисс Сердючка. Это Вечер Согревающего Очага, ты не можешь спать в такой день!

Игнорирование не заставит ее уйти. Это никогда не работало. Так что, пересилив себя, Сансет приняла сидячее положение. Она фыркнула и, прищурив глаза, посмотрела на Кейденс, одетую в милое маленькое традиционное платье Согревающего Очага, украшенное бантом. Хуже всего было то, что она казалась совершенно бодрой, несмотря на прохладное утро.

— И тебе доброе утро, Принцесса.

Не обращая внимания на очевидный сарказм в голосе Сансет, Кейденс снова захихикала.

— Ты же знаешь, что ты можешь не называть меня принцессой, Санни.

Сансет свирепо посмотрела на нее.

— А ты знаешь, что я просила не называть меня Санни.

— Но это такое милое прозвище.

— Если бы я хотела, чтобы пони считали меня милой, то я просто бы начала зависать с такими пони как ты, Каденза.

Кейденс нахмурилась. Единственное, что она ненавидела больше, чем называться Принцессой, это когда ее называли Каденза. К сожалению, ее жизнерадостный дух оказался удручающе живучим.

— Ладно, хорошо. Но в любом случае, Сансет, мы должны идти завтракать. Тетя Селестия уже проснулась, и наши родители скоро приедут.

— Да, хорошо, как скажешь. Иди, я скоро спущусь.

Очевидно Кейданс надеялась, что они смогут спуститься вместе.

— Хорошо, я оставлю тебя одну. Но вот, я приготовила тебе подарок.

Кейденс поставила коробку рядом с кроватью, но Сансет даже и не дернулась ее открыть. В конечном итоге юный аликорн признала свое поражение и вышла из комнаты.

Сансет ненавидела ее. Впрочем, слова “ненависть” было явно недостаточно, чтобы описать чувства Сансет. Кейденс вошла в ее жизнь неожиданно и изменила практически все. До Кейденс Сансет была самой удивительной. Слова: “самый талантливый единорог ее возраста” очень часто использовались для ее описания. Но ей было шестнадцать, когда Кейденс было четырнадцать, и только одна из них была принцессой аликорном.

И с этого момента для Сансет все пошло под откос. Она всегда была самой молодой, достигшей чего-то, но потеряла шанс стать самым молодым аликорном или стать первым аликорном, появившимся за столетие.

Наконец открыв свой подарок, она обнаружила, что это платье под стать наряду Кейденс. Она могла только представить, как загораются глаза у маленькой дурочки, при виде Сансет, очарованной ее подарком. Они будут такими милашками в своих идеально подобранных нарядах, и все взрослые станут сыпать комплиментами, какие они сладкие маленькие ангелочки. Определенно к концу дня они будут звать друг друга сестрами!

От таких мыслей Сансет захотела себе кляп. Она отодвинула коробку на край кровати и подошла к зеркалу. Левитировав расческу, она наблюдала за своим отражением, когда начала распутывать волосы.

Она видела единорога, потому что она была им. Было уже слишком поздно становиться самым юным аликорном, но это всегда неизбежно. С каждым прожитым годом она становилась все старше, и шансы стать самой молодой, преуспевшей в чем-то, стали исчезать быстрее. Нет, она не могла быть самым молодым аликорном. Она просто должна стать самой лучшей. Она станет лучшим аликорном, чем когда-либо была Кейденс, и тогда она снова станет любимицей Селестии.

* * *

Сансет Шиммер была пони. Она была настоящей пони независимо от того, как она выглядела. Она была совсем не похожа на ту мерзость, которую они считали пони. Сансет Шиммер была единорогом из Эквестрии, семнадцатилетней одаренной ученицей Принцессы Селестии. Она не была пятилетним человеческим ребенком.

Но затем, когда она посмотрела свои копыта, они оказались ладонями. Ее передние ноги превратились в руки. Ее рог полностью исчез. Сансет еще никогда не была так далеко от ее мечты стать аликорном, и она понятия не имела, как ей вернуться домой.

И вот Сансет заплакала. Это не поможет и никогда не помогало. Но больше она ничего не могла сделать. Ей говорили, что плач — это катарсис, хотя она никогда не верила в это.

Такого раньше никогда не случалось. На этот раз все было по-другому, поскольку от всех произошедших за последние несколько недель стрессов ее разум наконец начал отказывать и мог сосредоточиться только на настоящем. Этот момент, это дыхание. Твердая древесина под ней. Прохладный осенний воздух.

И самое главное: человек, сидящий рядом с ней. Просто маленький ребенок, не понимающий, что происходит, но все еще готовый сидеть рядом с Сансет и обнимать ее, пока она плачет.

— Я не думаю, что ты жалкая.

* * *

Сансет не знала чего ожидать от Сахарного Уголка. В худшем случае она могла бы выпить немного горячего шоколада и пойти прочь. Конечно ей придется немного потерпеть Эпплджек, но бывают вещи и пострашнее.

Это был наихудший сценарий, но Сансет не смогла выбрать вариант получше. И она даже не предполагала, что это будет так приятно.

— И вот, после того, как я потратила весь день на его поиски, оказалось что все эт время он был у моей младшей сестры! — Эпплджек продолжила приторно сладким голоском. — Я прост одолжила твой новый бумбокс, пока мы красили наш клубный домик! Не волнуйся о всех этих фиолетовых пятнах на нем.

Сансет рассмеялась.

— Блин, это отстой. Маленькие братья и сестры это самое худшее.

Эпплджек усмехнулась.

— Ну да, я была чертовски зла, но все равно люблю ее больше всего на свете. — Она сделала глоток какао. — Так что насчет тебя? Звучит так, словно у тя есть собственные братья и сестры.

Это заставило улыбку исчезнуть с лица Сансет.

— Ну… вроде того, полагаю.

— Ты полагаешь? — Эпплджек приподняла бровь. — А как ты можешь быть не уверена? Ты тип знаешь или нет?

— Это… сложно. — Сансет нахмурилась. Она не торопилась сообщать Эпплджек, что живет в сиротском приюте, хотя и не могла точно сказать почему. — Давай поговорим о чем-нибудь другом.

Эпплджек похлопала ее по спине.

— Заметано, партнер. Итак, ты видела тот новый космический фильм, который вышел на прошлой неделе?

Сансет снова улыбнулась. Она сомневалась, что Эпплджек сама осознавала, насколько небрежно она прикасалась к людям. Она постоянно игриво подталкивала Сансет локтем, или клала руку ей на плечо, или приобнимала ее. Это было обычным делом для друзей, но у Сансет никогда не было друзей. Для нее эти знаки внимания были совершенно чуждыми, и каждый раз ей становилось немного не по себе. Но какая-то часть ее души наслаждалась этим, ей нравилась уверенность в том, что кто-то захочет быть с ней, захочет быть настолько близко.

За весь вечер она не упомянула об этих контактах. Если бы она это сделала, Эпплджек, вероятнее всего, прекратила бы, именно этого Сансет и боялась. Вместо этого она постепенно привыкала. И не только к этому. То, как они с Эпплджек шутили, как Эпплджек улыбалась, как она смеялась, как заставляла Сансет улыбаться. Все это было немного ошеломляюще, но не обязательно плохо.

Ближе к концу вечера Сансет не могла отделаться от мысли, что, возможно, Эпплджек это то, к чему можно привыкнуть.

* * *

Эпплджек должна умереть. Оказавшись в ловушке подо льдом, они замерзнут и утонут. Эпплджек умрет, и во всем виновата Сансет.

Хотя Эпплджек все еще держалась за ее руку, с тех пор она не двигалась. Сама Сансет быстро теряла силы и не могла ясно сосредоточиться ни на одной мысли. Она продолжала двигаться так быстро, как только могла, постоянно ощупывая лед, в поисках щели, через которую она сможет вытащить их.

“Не дай ей умереть. Не дай ей умереть. Прошу, Эпплджек заслуживает большего. Я сделаю все что угодно, только пожалуйста, не дай ей умереть.”

На ее безмолвную молитву не последовало ответа. Сансет перестала двигать всем, кроме ног, просто бултыхая воду, чтобы оставаться на месте. Скоро даже это окажется для нее слишком тяжелым испытанием.

Сансет крепко держала Эпплджек. Отчасти это было сделано просто для того, чтобы не упустить ее, но также потому, что Эпплджек была всем, что у нее было. Все, что она осознавала: это обжигающий холод, тот факт, что во всем виновата она сама, и неподвижное тело Эпплджек в ее руках. Нетрудно было догадаться, на ком из трех она сосредоточилась.

Как иронично, что отвернувшись от нее на всю оставшуюся жизнь, Сансет умудрилась убить единственного друга, который у нее когда-либо был.

Это свет. Откуда-то сверху прямо перед ней сквозь лед пробивался свет. Сансет знала, что ей это просто померещилось, но она все равно поплыла к нему. Она готова была поверить во что угодно, лишь бы это дало ей хоть какой-то шанс спасти Эпплджек.

Каждый мускул в ее теле хотел отключиться. Казалось, что погрузиться на глубину будет очень легко. Кто-нибудь найдет их обнявшиеся тела весной. Даже несмотря на панику и холод, часть Сансет была готова оставить этот мир позади. Все равно он нисколько не похож на ее мир.

Но если не ради всего остального, то ради Эпплджек, Сансет продолжала плыть. Если и будет что-то, что Сансет сделает правильно в своей жизни, то именно вот это. Эпплджек не умрет. Сансет этого не позволит.

Свет становился все ближе, пока Сансет не увидела его прямо над ними. Подплыв достаточно, чтобы наконец разглядеть, она могла поклясться, что это было солнце. Она протянула руку и нашла только лед, но продолжала пытаться. Не обнаружив ни одного отверстия, она толкнула изо всех сил.

Сначала она даже и не поняла, что пробилась сквозь лед. Она так сильно потеряла чувствительность своего тела, что не смогла отличить холодный воздух от холодной воды. Но когда она осознала, что ее рука вытянулась дальше, чем должна была, она быстро все поняла. Толкнув себя из последних сил, она наконец-то смогла вытащить голову из воды.

От первого вздоха у нее так закружилась голова, что она чуть не упала обратно. Она уперлась рукой в лед, который был слишком тонким, чтобы удержать ее целиком. Но прежде чем она хотя бы попытается выбраться, ей нужно сделать кое-что более важное.

Она подняла Эпплджек насколько смогла, едва вытащив ее голову из воды. “Эпплджек!” — она попыталась крикнуть, но слова застряли у нее в горле. И хотя ее лицо было над водой, Эпплджек все еще не двигалась.

Сансет отчаянно огляделась по сторонам. Она проплыла довольно далеко от того места, где они провалились, но все же увидела берег. Выбрав кратчайший путь к суше, Сансет поплыла вперед. Она не обращала внимания на колющийся лед и продолжала двигаться. В конце концов она добралась до места, где лед мог их удержать. Крепче схватив Эпплджек, Сансет попыталась взобраться на льдину.

Лед треснул под двойным весом, и они снова оказались под водой. Но лишь на мгновение, затем Сансет вынырнула обратно из образовавшейся дыры. Она поняла, что может дотянуться до дна, и воспользовалась этим, чтобы удержаться на ногах, одновременно вытаскивая Эпплджек из воды.

Ломая лед на своем пути, Сансет пробиралась к берегу. Когда она добралась до него, она уже ползла на четвереньках, едва волоча за собой Эпплджек. Она рухнула на твердую землю вперемешку со снегом.

Позволив себе только несколько вздохов, Сансет подтянула свое тело ближе к Эпплджек, положила голову на грудь девушки и прислушалась. Ей показалось, что она услышала слабое сердцебиение, но было трудно сказать наверняка, настолько неровным было ее собственное дыхание.

Она переместила голову к лицу Эпплджек и приложила ухо к ее губам. Дыхания не ощущалось, и грудь Эпплджек не двигалась. Каждая частичка тела Сансет умоляла об отдыхе, но она заставила себя встать на колени. Дышать было больно, и, как бы она не старалась, легкие все равно оставались полупустыми. Но Эпплджек не дышала совсем, и если Сансет остановится, то Эпплджек умрет.

Мысли Сансет обратились к знаниям. В конце концов именно в этом она была хороша. Хотя никто никогда не учил ее делать искусственное дыхание, она отчетливо помнила, что знала это в другом ложном мире. У нее не было времени сомневаться, стоит ли ей полагаться на такую информацию, поэтому она приступила к делу шаг за шагом.

“Открыть дыхательные пути.” Быстро стянув свои бесполезные промокшие перчатки, Сансет открыла рот Эпплджек. Пальцами проверив, нет ли там инородных предметов, и ничего не найдя, она перешла к следующему шагу. Она силой открыла рот Эпплджек еще шире, отодвигая ее челюсть и зажав нос, приложила свой рот ко рту Эпплджек.

Больше всего ее беспокоило то, что ей самой не хватало воздуха, чтобы дышать еще и за Эпплджек. Как только она начала вдыхать, то почувствовала, что у нее кружиться голова. Она продолжила. Это будет стоить того. Даже если она умрет, это будет стоить того, если она спасет Эпплджек.

“Проверить пульс.” После нескольких глубоких вдохов, Сансет сделала небольшой перерыв, чтобы попытаться отдышаться. Тем временем она положила ладонь на шею Эпплджек. К счастью, там был пульс, а это означало, что массаж сердца не требовался. После трудностей с дыханием Сансет была отнюдь не уверена, что у нее хватит сил на непрямой массаж.

Назад к дыханию. Из-за того, что в голове у нее все плыло, она понятия не имела, как долго это длилось. Если рассуждать логически, это не могло занять дольше двух минут, но ей казалось, что прошло куда больше. В конце концов Эпплджек вздрогнула, и ее начало рвать. Сансет перевернула ее на бок и подождала, пока она закончит. Когда рвота остановилась, явственно прозвучал ее глубокий вдох.

Это был самый лучший звук, который когда-либо слышала Сансет. Вновь перевернув Эпплджек на спину и убедившись, что она все еще дышит, Сансет наконец-то смогла позволить себе свалиться. Она положила голову на плечо Эпплджек и улыбнулась про себя. Она это сделала. Впервые в жизни Сансет сделала что-то хорошее. Эпплджек была жива.

Но она знала, что сделала недостаточно. Эпплджек не утонула и теперь снова дышала, но все еще была без сознания. Если они не доберутся до теплого места, Эпплджек умрет от гипотермии.

Сансет заставила себя подняться и впервые огляделась вокруг. Несмотря на свет, который она видела, снаружи было темно. Луна только взошла, и она поняла, что еще довольно рано. Самым разумным было бы обратиться за помощью и отправиться в больницу. Вероятнее всего ее будут чествовать как героя, и любая неприязнь между Эпплджек и Сансет будет смыта.

Но ситуация заставила Сансет задуматься о том, где они с Эпплджек находятся. Хотя она никогда бы не рискнула жизнью Эпплджек, она все же знала, что худшее уже позади. Ей оставалось только доставить ее куда-нибудь в теплое место.

Опустившись на колени рядом с Эпплджек, Сансет привела ее в вертикальное положение. Ее мускулы протестовали, но она потянула Эпплджек к себе, забросив ее руки на плечи, и поднялась. Вес Эпплджек на ее спине был куда больше, чем она смогла вынести, учитывая насколько слабым сделало ее это испытание, но она будет упорствовать.

Хотя сначала она споткнулась, Сансет сделала шаг. Потом еще один. И еще. Медленнее, чем ей хотелось, но она набирала скорость по мере того, как привыкала к весу. Все это время ровное дыхание Эпплджек придавало ей силы необходимые для продолжения пути.

* * *

Каким-то чудом Сансет вернулась в Новые Горизонты еще до ужина. Она залезла в окно своей комнаты и переодела себя и Эпплджек в сухую одежду, прежде чем кто-то пришел ее позвать. Убедившись в том, что Эпплджек надежно укрыта в теплой постели, Сансет ушла, чтобы как можно быстрее покончить с ужином.

Вернувшись в свою комнату, она увидела, что Эпплджек вся дрожит. В холодные месяцы года приют отапливался, и дети были обеспечены комфортной и достаточно теплой одеждой, так что она знала, что Эпплджек согреется. Но все же понимала, что это займет время.

Поставив термос рядом с кроватью, Сансет села рядом с Эпплджек.

— Ты очнулась? — тихо спросила она.

Сначала казалось, что она не получит ответа, но все же Эпплджек пробормотала.

— Т-т-тс так, х-х-холодно…

Даже понимая, как страдает Эпплджек, Сансет улыбнулась. Эпплджек была жива и в сознании.

— Держи, выпей это.

Эпплджек очень медленно поднялась в вертикальное положение. Она взяла термос у Сансет и начала пить маленькими глотками.

— Потихоньку, — вразумляла ее Сансет, когда Эпплджек принялась за дело с излишним рвением. — Я знаю, что тебе холодно, но ты обожжешься, если не будешь осторожна.

— Думаю, я больше никогда не пожалуюсь на жару.

Сансет ухмыльнулась.

— Да, понимаю, что ты имеешь в виду.

Некоторое время они сидели молча. Сансет знала, что будет дальше, но не была уверена, как лучше начать. Кроме того она хотела насладиться несколькими минутами покоя с Эпплджек. Неужели она многого хочет?

“Нет,” — напомнила она сама себе. “Я не заслужила кого-то, подобного Эпплджек. Именно такие мысли будут причиной того, что скоро произойдет.“

— Так эт и есть твоя комната? — спросила Эпплджек через некоторое время.

— Ага. — Сансет оглядела комнату и нахмурилась. По крайней мере зеркала все еще не было, по правде говоря, она не хотела видеть себя. — Дом, милый, мать его, дом.

— Оу, эт не так уж и плохо.

Вернувшаяся бодрость в тоне Эпплджек должна быть хорошим знаком, но это было и опасно. Это угрожало поменять намерения Сансет.

— Ты сможешь сама добраться до дома?

Эпплджек с недоумением посмотрела на нее.

— Я… Сансет, я не знаю, где мы находимся.

— Говори потише. — Сансет взглянула на дверь. Большинство детей еще ужинали, но она не могла допустить, чтобы ее застукали с компанией. Только не при таких обстоятельствах. — Я могу рассказать тебе, как отсюда добраться до твоего дома. Но ты сможешь идти?

Эпплджек с грустью посмотрела на нее, затем снова повернулась к кровати.

— Не заставляй меня уходить, я все еще замерзаю… я могу сидеть тихо, если хочешь, но дай мне согреться.

— Ладно. — Сансет все равно опасалась прогонять Эпплджек. Возможно это к лучшему. Она встала, подошла к CD-плееру и нажала кнопку воспроизведения, не подумав, какой диск внутри. Это поможет скрыть любые шумы, когда Эпплджек решит забыть о своем обещании соблюдать тишину. — У тебя есть время, пока не закончатся песни на диске.

Эпплджек заколебалась, но все же ответила:

— Лады.

Плеер начал играть музыку, и это усугубило ситуацию из-за того, насколько подходящей она была. Daybreak — единственная группа, которую они обе любили. Она часто слушала их с того самого дня в торговом центре.

К ее чести, Эпплджек продержалась четыре из десяти песен, прежде чем заговорила.

— Эм, Сансет?

— Да?

— Я прост… спасибо.

Сансет поморщилась. Она понимала, что это должно было произойти, но все равно ей было неприятно.

— За что?

— Ну, я имею в виду… за то, что спасла мою жизнь.

Сансет повернулась лицом к Эпплджек.

— Ты все не так помнишь.

Эпплджек слабо покачала головой.

— Я помню, что произошло. Я помню нашу драку и все остальное, но, ну… эт не имеет значения. Ты все ж нырнула за мной, я эт тоже помню.

Сансет мысленно вернулась к своим собственным воспоминаниям. Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем она добралась до Эпплджек, хотя она знала, что всего лишь несколько секунд.

— Ты помнишь, как долго ты была там?

— Ну, нет. Понятия не имею. Я знаю, что эт было какое-то время, но…

— Потому что так оно и было. — Сансет сложила руки на груди и отвернулась. Она больше не хотела видеть реакции Эпплджек. — Когда ты ушла под воду, я пошла прочь. Я была готова просто оставить тебя там, но потом передумала.

Наступила тишина, пока Эпплджек впитывала полученную информацию и осмысливала ее.

— Но ты все ж вернулась. Хотя могла эт не делать.

— Ты не уловила. — Голос Сансет стал слишком громким, и она поймала себя на том, что пытается сдержать эмоции. Она не хотела говорить то, что ей было выгодно, но все равно выдавила из себя эти слова. — Когда ты упала под лед… это был не несчастный случай, я пыталась убить тебя. А затем я передумала.

Несколько мгновений тишины, и диск перешел на пятый трек.

— Я в эт не верю.

— Да, я знаю. Трудно поверить, что, в конце концов, я решу оставить в живых кого-то, вроде тебя. На самом деле я просто беспокоилась, что кто-то из соседних домов видел, что произошло. Даже если я обставлю все как несчастный случай, того факта, что кулачный бой привел к чьей-то смерти, вполне достаточно, чтобы меня отправили в военную школу-интернат.

Эпплджек терпеливо выслушала объяснение Сансет, а затем просто покачала головой.

— Я имею в виду, я не верю, что ты пыталась… сделать эт специально.

— Вот поэтому ты и тупица.

Хотя Сансет ожидала еще одного ответа, Эпплджек продолжала молчать. Диск перешел на шестой трек, а затем на седьмой, прежде чем она снова заговорила.

— Я знаю, что у тя есть несколько вещей, о которых ты не хочешь говорить. И я знаю, что ты сделала несколько довольно гнусных поступков, но не думаю, что ты убийца.

— Ну что ж, поздравляю, ты права. — Сансет повернулась, чтобы показать дерзкую ухмылку. — Я не убила тебя. Всего лишь совершила неудачное покушение.

Эпплджек не смотрела на Сансет. Ее руки лежали на коленях. В какой-то момент она допила какао, потому что термос стоял на прикроватном столике.

— Ты… ты действительно так сильно ненавидишь меня?

Сансет не была уверена, что Эпплджек поверила ей о покушении, и поняла, что действительно не хочет этого подтвердить. Она не хотела знать, что Эпплджек может думать о ней так низко, даже если Сансет сама нарисовала этот образ. Но Эпплджек, кажется, наконец поверила в то, что Сансет искренне ненавидит ее, и осознание этого причиняло достаточно боли само по себе.

— Да. Да, это так.

К тому времени, как зазвучала восьмая песня, Сансет решила, что пора сосредоточиться на благополучной доставке Эпплджек до дома.

— Как бы то ни было, ты сейчас находишься в приюте “Новые Горизонты”. Чтобы добраться до Сладкого Яблочка, тебе просто нужно...

— Погодь, ты сирота?

Сансет нахмурилась.

— Вот только не начинай этого “это многое объясняет!” дерьма. Я знаю много сирот, и поверь мне, никто из них даже вполовину не такой ублюдок, как я.

Эпплджек привстала.

— Не, я прост… Ну, я никогда не знала об этом.

Сансет изогнула бровь.

— Хочешь услышать историю моей ебучей жизни, пока мы здесь? На случай если ты не поняла, есть куча всего, чего ты не знаешь обо мне.

— Ну да, но… — Какие бы шестеренки не крутились в голове Эпплджек, они, похоже, сдохли сами по себе. — Не важно.

Более чем счастливая оставить эту тему Сансет продолжила давать указания. Заиграла девятая песня, означавшая, что их время подходит к концу.

— Видишь, даже ты сможешь сориентироваться. Уже скоро ты вернешься к своим мамочке и папочке.

Эпплджек выглядела так, словно собиралась что-то сказать, но придержала язык.

Последняя песня была мучительной. С одной стороны, они не очень хорошо проводили время. С другой стороны, как только Эпплджек уйдет, она навсегда исчезнет из жизни Сансет.

— Ты знаешь, я правда знаю кой-что из того, что ты прошла, — сказала Эпплджек всего за несколько минут до конца.

— Угу, конечно. Конечно знаешь.

— Сансет, я… — Эпплджек вздохнула. — Мои родители, они… они умерли, Сансет.

Голова Сансет резко повернулась к Эпплджек. Она припомнила все, что говорила во время их драки. Внезапно ее затошнило.

— Эт случилось как раз перед средней школой. Я… я в какой-то степени замкнулась в себе, как и ты. Я переехала жить к родственникам моей мамы на некоторое время. Вот почему я перевелась в другую школу, я только что приехала в город. Но, ну… те нельзя так жить. Те нужны люди в твоей жизни, и я… я хочу быть одной из них, если ты мне позволишь.

— Ох, Эйджей. — Сансет подавила свои эмоции. Не время менять свое решение. Она положила руку на сердце и так сентиментально посмотрела на нее, что никто не смог бы принять это всерьез. — Я так тронута. Ты прочитала это на поздравительной открытке?

— Нет, я…

— Вот в чем дело, Эйджей. — Сансет усмехнулась, заложив руки за голову. — Мне это по правде не ебет. Мои родители? Я не знаю, живы они или нет, потому что не видела их с пяти лет. Но это не имеет значения, потому что мне на них плевать. Так что нет, ты не понимаешь меня.

Эпплджек вздохнула.

— Ладно.

Сансет, вероятно, зашла уже достаточно далеко, но ей нужно было убедиться в этом. Ей нужно, чтобы Эпплджек понимала, что эта новообретенная точка соприкосновения не была хорошей причиной для дружбы.

— И ты можешь быть абсолютно уверена, что мне наплевать на твоих родителей. Ты можешь пойти поплакаться на их могилах или что-то в этом роде, если тебе станет легче, но оставь меня в покое.

Это было больно, и Сансет это видела. Она вспомнила все случаи, когда Эпплджек упоминала жизнь дома. Она очень любила рассказывать о своей семье, но ее родители никогда не появлялись в этих историях. Сансет не могла не задаться вопросом, говорила ли Эпплджек кому-нибудь о них. Может Сансет стала первой, и Эпплджек была так замотивирована открыться, потому что искренне верила, что наличие общего горя им поможет.

CD подошел к концу. Сансет подняла пакет с мокрой одеждой Эпплджек, бросила ей, и указала на окно.

— И на сегодня это все. Теперь выметайся, и чтобы никто тебя не заметил.

Эпплджек выглядела так, словно собиралась возразить, но не стала этого делать, а молча подошла к окну и открыла его.

Сансет присела на кровать.

— Эй, Эпплджек?

— Да? — Эпплджек не обернулась, но Сансет слышала напряжение в ее голосе.

— Попробуй посмотреть на это со светлой стороны. По крайней мере им больше не нужно возиться с такой дочерью как ты.

Не говоря ни слова, Эпплджек вылезла из окна и закрыла его за собой. И вот так она ушла. Сансет наконец получила именно то, что хотела.

Она прислонилась головой к стене. Теперь, когда Эпплджек ушла, она перестала сдерживать эмоции. Слезы беззвучно полились, и она скользнула вниз по стене, погружаясь в то самое место, где Эпплджек была несколько мгновений назад.

Она зашла слишком далеко, и она это знала. Она представила себе, как Эпплджек плачет по дороге домой. Черт возьми, у нее наверняка будут проблемы после всего что случилось, в дополнение к тому, что она уже пережила из-за своих родителей.

Но в каком-то смысле это было хорошо. Сансет чувствовала себя ужасно из-за того, что она говорила, но это послужит ее цели. Сансет подтолкнула Эпплджек к рукоприкладству, а затем прямо напала на нее. Хуже всего, Эпплджке едва не погибла. Это была вина Сансет, даже если она этого не хотела.

Они никогда не станут друзьями, и это хорошо. Было небезопасно дружить с таким человеком как Сансет, а Эпплджек заслуживала гораздо большего.

От автора:

Pasu-Chan автор сцены Сансет и Эйджей подо льдом

## 15 - Расколотый

Глава пятнадцатая

Расколотый

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Новый семестр в школе вызвал у Сансет смешанные чувства. Это стало долгожданным облегчением: раньше она думала, что зимние каникулы дали ей слишком много поводов для размышлений, но это было ничто по сравнению с последней неделей. Во время событий на озере Сансет была вынуждена пережить некоторые из своих ложных воспоминаний, находясь подо льдом, и ей было трудно избавиться от них. Школа могла обеспечить столь необходимое отвлечение внимания, особенно учитывая, что она все же решила приложить некоторые усилия для улучшения своих оценок.

С другой стороны ее подстерегало множество неожиданностей. Швы на ее руке сняли, и это было хорошо. Но это было единственным положительным изменением во внешности Сансет. По крайней мере, она могла надеть перчатки, чтобы скрыть волдыри на костяшках. Ее лицо — совсем другая история.

На следующий день, как только первоначальная краснота после драки превратилась в синяки, Сансет срочно отправилась в торговый центр. Несмотря на то, что она никогда не интересовалась косметикой, ей нужно было что-то, чтобы скрыть следы драки. Ей удалось незаметно утащить несколько тюбиков тональника разных оттенков, чтобы поэкспериментировать, но она была не слишком уверена в своих усилиях. Хотя никаких синяков видно не было, однако она беспокоилась, что косметика будет слишком сильно выделяться или что она не продержится весь день.

Она расценила как успех, когда никто в приюте не прокомментировал ее макияж. Наверное, они просто решили, что это нормально для девочки ее возраста интересоваться таким дерьмом, а может просто не обратили должного внимания. В любом случае Сансет была довольна, поскольку ей не хотелось объяснять, почему у нее вдруг возник интерес к прихорашиванию. Другие дети в школе могли быть куда более любопытными, но тут уж ничего не поделать, кроме как перетерпеть, если это произойдет. Это вызывало беспокойство, но не было проблемой.

Проблема, конечно, заключалась в Эпплджек. Прошла неделя после драки, и у Сансет было достаточно времени, чтобы обдумать и произошедшее, и что может случиться, когда они неизбежно встретятся снова. Она меняла свою будущую стратегию не менее дюжины раз, стараясь изо всех сил найти уверенность, которая была у нее, когда она оттолкнула Эпплджек от себя. Дружба между ними никогда не сложится.

Но независимо от того, как много раз она себе это напоминала, это уже бессмысленно. Когда она шла по переполненному коридору на свой первый урок, ее окружали дети, которые встречались со своими друзьями и делились впечатлениями о зимних каникулах. В любой другой год это был бы самый подходящий момент, чтобы начать собирать слухи, которыми она могла воспользоваться. Но все разговоры детей проплывали мимо нее, становясь лишь фоновым шумом, затененные гораздо более громкими словами в ее голове.

— Ну и ладно. Я Эпплджек, а как зовут тебя?

— Я не думаю, что ты жалкая.

— Так какой план, партнер?

— А что ты скажешь, если мы прост оставим эт позади и начнем все сначала?

— Ну-ну, нету никакой причины быть такой. Вот, давай я те помогу.

— Потому что ты ничуть не изменилась с тех пор, когда мы были маленькими.

...Прост… те не обязательно все делать одной, понимаешь?

— Ну теперь у нее есть я.

— Я не могу поверить, что ты на такое способна. Но я также знаю, что в тебе есть и лучшая сторона.

— Те нужны люди в твоей жизни, и я… я хочу быть одной из них, если ты мне позволишь.

— … та, которую трахал ее кузен?

Сансет остановилась, когда до ее сознания долетел конец вопроса. Она резко повернула голову в сторону голоса и увидела двух беседующих парней.

— Нет, я не видел ее, — сказал второй парень. — А что, с ней произошло что-то еще?

— Да, можно и так сказать, — отвечал первый. — У нее точно были адски жесткие каникулы.

Второй парень рассмеялся.

— Ну ты знаешь как это бывает с реднеками. Старик небось вдарил по бутылке, а потом вдарил по дочери.

— Че сказал? — Прежде чем подумать, что она собирается делать, Сансет уже подошла к этим двум говнюкам. Один из них недоверчиво посмотрел на нее, но второй выглядел испуганным. Хотя Сансет не смогла вспомнить, кто он такой, у ее оппонента с этим проблемы не возникло.

— О, эм… привет, Сансет…

Сансет сложила руки на груди и приняла угрожающий вид. Если он знает, кто она такая, то это будет совсем несложно.

— Я задала тебе вопрос. О чем вы сейчас говорили?

Говнюк номер два нервно сглотнул, но говнюк номер один все еще не уловил.

— Чувак, неужели ты всерьез испугался…

Тычок локтем в бок прервал его, и номер два взял инициативу.

— Это… это было совсем не про тебя, клянусь. Мы просто говорили о той новенькой девочке… Эппл…что-то там?

— Что ж, завязывайте. — Сансет прищурилась. — Чем меньше ты будешь трепаться об Эпплджек, тем лучше. Усек?

— Да, заметано, Сансет!

— Хорошо. Потому что я не собираюсь проводить дружескую беседу во второй раз. — Несмотря на то, что его друг все еще казался сбитым с толку, Сансет развернулась и продолжила свой путь к классу. Если бы она смогла вспомнить, за что он так ее боялся, она бы сделала более конкретную угрозу. Сейчас ей оставалось надеяться, что этого будет достаточно.

Ее скверное настроение последовало за ней на первый урок, где она села на свое обычное место. Каждый раз, когда дверь открывалась, Сансет с трудом подавляла желание взглянуть в ее сторону. В какой-то момент Эпплджек появится, и Сансет узнает, что произойдет. Если бы она посмотрела на Эпплджек, когда та войдет в класс, то могла бы повлиять на ее решение, а Сансет нужно знать, захочет ли еще Эпплджек попытаться подружиться по собственному желанию.

А что если захочет? Что если она сядет рядом с Сансет и займет то же самое место, на которое претендовала до каникул? Сансет знала, что ей следует сделать. Они не могли быть друзьями, поэтому Сансет должна заставить Эпплджек подвинуться или же подвинуться самой. Враждебность и осторожность были естественны для Сансет, и во многих отношениях ей было проще поддерживать стену, которую она построила.

Проведя столько времени в одиночестве, быть рядом с другим человеком опустошало. Сансет не была уверена, что когда-нибудь привыкнет к такому. Постоянные внутренние напоминания, что она могла хотя бы попытаться стать хорошей. Тот факт, что если бы она действительно решила поддерживать отношения с Эпплджек, то чтобы вписаться в ее мир, ей пришлось бы отказаться от большей части того, над чем она работала.

Не было никакой реальной причины делать что-то еще. Не похоже, чтобы она получила от Эпплджек нечто существенное. Просто дружба, раньше ее такое никогда не волновало. В ней не было ничего значительного, ну разве что у нее будет кто-то, с кем она сможет проводить время. Кто-то, кто заставит ее смеяться. Кто-то, кто смог бы согреть ее лишь одной своей улыбкой. Кто-то, кто, возможно, будет способен понять ее, если она когда-нибудь предоставит такой шанс. Кто-то, кто заставит ее чувствовать, что наконец в ее жизни есть что-то стоящее.

Сансет опустила голову и закрыла лицо руками. По правде говоря, она понятия не имела, что произойдет, когда Эпплджек сядет рядом с ней. Но она знала, что не сможет оставаться дружелюбной на одной встрече, только чтобы снова оттолкнуть Эпплджек на следующей. Что случилось — то случилось. В конце дня она либо даст дружбе с Эпплджек реальный шанс, либо полностью откажется от этой идеи.

Оставалось совсем немного времени до начала урока, но место рядом с Сансет все еще пустовало. Она уже начала сомневаться, придет ли Эпплджек, и подняла голову осмотреть класс и проверить, не вошла ли Эпплджек незаметно. Ее по-прежнему не было видно. Сансет откинулась на спинку стула и стала думать, что ей делать, если Эпплджек не появится.

Как только прозвенел звонок, дверь еще раз открылась.

— Простите за опоздание, мистер Троттер.

— Это… ох, здравствуй, Эпплджек. — Голос Глоб Троттера прозвучал как-то странно. Что-то застало его врасплох, и, вопреки здравому смыслу, Сансет посмотрела, чтобы понять, что именно. При виде этого зрелища у нее отвисла челюсть. — Давай не будем беспокоиться об этом. Первый день после каникул и все такое.

— Точно. Спасибо вам, сэр. — Хотя Эпплджек как обычно держала деловой тон, ее лицо было совсем не таким. В отличие от Сансет, Эпплджек ничего не сделала, чтобы скрыть его. Сансет заподозрила это, когда услышала разговор в коридоре, и кроме того, Эпплджек была еще менее похожа на человека, который будет возиться с косметикой, нежели Сансет. Но вот чего не ожидала Сансет, это того, насколько ужасно выглядела Эпплджек.

Во время драки Эпплджек удалось нанести Сансет только один хороший удар по лицу, в остальном она предпочитала одолеть и усмирить своего противника. Но ближе к концу, когда они упали на лед, Сансет не сдерживалась, и это было заметно. Лицо Эпплджек было покрыто несколькими желтовато-коричневыми синяками. Они явно были старыми и заживающими, но это не делало их менее уродливыми, и было понятно, что они не были вызваны несчастным случаем.

Эпплджек шла по классу, не поднимая взгляда, она чувствовала, что все смотрят на нее. В том числе и Сансет, несмотря на ее прежнее решение выждать и узнать, что Эпплджек будет делать, прежде чем хотя бы взглянуть на нее. Кроме своего рюкзака она несла коричневый бумажный пакет, который положила на пол рядом с Сансет.

Ни сказав ни слова, Эпплджек повернулась и направилась к другому стулу. Она выбрала один свободный в нескольких рядах от Сансет и больше не обращала на нее внимания. Сансет наконец-то отвела взгляд от Эпплджек и впервые поняла, как сильно она ждала, что та будет упорствовать, несмотря на случившееся.

В основном чтобы дать себе возможность сосредоточиться на чем-то кроме пустоты в груди, Сансет подтянула пакет ближе. Она заглянула внутрь и нашла свою собственную одежду, ту самую, в которую она переодела Эпплджек, чтобы согреть ее. Вещи были аккуратно сложены и постираны.

Сансет подвинула пакет к своей сумке. Она бросила еще один взгляд на Эпплджек, но увидела только ее затылок, когда она готовилась к сегодняшнему уроку.

* * *

Везде, куда бы ни пошла Сансет, она слышала сплетни. Казалось, что все ученики сошлись во мнении, что Эпплджек подверглась насилию со стороны ее родителей, и некоторые ребята сочувствовали ей. Вероятно они пытались помочь, но каждый раз, когда Эпплджек всплывала в разговоре, слухи только сильнее расходились. Похоже большинство детей забавляло рассматривать ее как карикатурный образ, и семейное насилие отлично в него вписывалось.

Возможно в результате этих сплетен Эпплджек решила побыть одной до конца дня. Сансет держала глаза открытыми, а ушки на макушке и иногда, во время очередной перемены, замечала Эпплджек, бредущую по коридору, устремив взгляд в пол. Несколько ребят упомянули, что до каникул она была довольно открытой, а сейчас держится особняком. Ее трудно было винить, но из-за этого детям было проще забыть, что она человек, а не просто ходячая шутка.

Пару раз с тех пор как они познакомились Эпплджек упоминала, как она в прошлом замыкалась в себе, отгородившись от окружающих. Сансет беспокоилась, что она пойдет по тому же пути, и поэтому решила все исправить. В любом случае оба слуха были ее виной. Насколько трудно использовать свою силу, чтобы остановить сплетни, а не распускать их?

Как оказалось, очень. На каждого человека, которого ей удавалось остановить, приходилось еще пятеро, распространявших слухи. И она не могла остановить их всех — Сансет старательно держалась в тени, а это означало, что большинство учеников не знали ее достаточно хорошо, чтобы заставить их заткнуться.

К концу дня Сансет ни на шаг не приблизилась к своей цели. Когда последний урок закончился, она остановилась у своего шкафчика, чтобы забрать бумажный пакет с одеждой. Не желая носить с собой напоминание о том, какой ужасной она была, Сансет при первой же возможности оставила пакет в шкафчике. В любом случае это не имело значения, она была в состоянии помнить, каким никудышным человеком она является, и без напомнинания.

Сансет направлялась к школьным автобусам, когда она снова увидела Эпплджек. Та шла по дорожке впереди, но совсем не видела Сансет. Зато она шла рядом с Голден Харвест, которая бросала сердитые взгляды на любого, кто собирался отпустить какую-нибудь грубую шутку.

— Можешь представить себе каково это, дружить с кем-то, вроде нее? — сказала Саммер Рейн, подходя к Сансет.

— Не могу, — ответила Сансет. Это была правда. Сансет не могла представить себе, что может дружить с кем-то настолько удивительным, как Эпплджек.

Саммер Рейн ухмыльнулась.

— Я уверена, ты уже все слышала. Вся школа только об этом и говорит.

— Да, слышала. — Сансет пожала плечами, как будто ей было все равно, но поняла, что Саммер Рейн только что предоставила ей прекрасную возможность. Сансет не могла сама остановить слухи, но ей не нужно этого делать. У нее были люди, которые делали такие вещи для нее. — И так вышло, что я ошибалась насчет того инцеста. Оказалось, что кто-то просто выдумал все это ради шутки.

— Да? Ну неважно. Слишко поздно об этом волноваться. — Саммер Рейн жадно наблюдала за Эпплджек. — Кроме того, все это слишком забавно, даже если это выдумка.

Саммер действительно была идеальным партнером для Сансет. Они обе эгоистичные и безразличные, им обеим не хватало чего-то, смутно напоминающего положительные черты характера. Лучше всего для них обеих было просто двигаться дальше и вернуться к своим повседневным делам.

— Кстати, я слышала, что кто-то из футболистов собирается встретиться с кем-то в парке возле школы. Если ты хочешь поймать что-то стоящее, прежде чем автобусы приедут...

— Серьезно? — Похоже этого было достаточно, чтобы отвести внимание Саммер от Эпплджек. Сансет и Саммер Рейн хорошо понимали свои отношения, и они не включали в себя совместную работу по шпионажу за своими одноклассниками. Саммер казалась положительно взволнованной таким развитием событий. — Он встречается с кем-то интересным?

Сансет усмехнулась. Подумать только, заводить друзей оказалось проще, чем она думала.

— Ну, я не узнала имени, но я бы сказала, что встреча квотербека с его тайным бойфрендом может стать довольно интересной.

Если до этого Саммер казалась взволнованной, то это было ничто, по сравнению с тем, как она выглядела теперь.

— О да! Я определенно в деле!

— Я так и знала.

Они вышли в парк рядом со школой. На самом деле это был не парк, а просто маленькая поляна со старой игровой площадкой, которая почти не использовалась. Другую, бо́льшую, поставили подальше от средней школы, а значит и от старших детей. Из-за того, что детская площадка мало использовалась, муниципалитет присвоил ей низкий приоритет обслуживания, это означало, что ее просто оставили ржаветь, что, в свою очередь, привело к тому, что еще меньше людей пользовались ей. В конце концов ее снесут, но пока что она служила ученикам средней школы Эверфри местом, где можно спрятаться или тайно встретиться без посторонних глаз.

Однако когда они туда добрались, там никого не было.

— А ты слышала, во сколько они планируют встречу? — спросила Саммер Рейн.

— Хм… я вообще-то думала, что они нас опередят. — Сансет положила свою сумку на землю и хорошенько смотрелась, чтобы убедиться, что поблизости нет никаких тайных возлюбленных. Или кого-то еще, если уж на то пошло. — Но может быть они опаздывают из-за того, что я все выдумала.

Саммер Рейн повернулась к Сансет, выглядя озадаченной, как будто не была уверена, что все расслышала правильно.

— Чего? Что значит ты…

Сансет схватила Саммер за горло и прижала ее к металлической лестнице. Она надавила достаточно сильно, чтобы Саммер было трудно дышать, но старалась не переусердствовать, чтобы не оставить следов.

— Слушай внимательно, Саммер, потому что я не очень люблю повторяться.

Саммер схватила руку Сансет и попыталась вырваться, но она явно понятия не имела, что происходит. В конце концов, она была частью почитаемого круга Сансет, а никто и никогда не доебывался до лакеев Сансет.

Свободной рукой Сансет схватила другую руку Саммер и заломила ее. Саммер скорчила болезненную гримасу и перестала сопростивляться. Сансет только улыбнулась.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/vxjRBRcfMNDXsfcR2-nyKBzitXxmhEf7hePBQSKLi-BchSC3SUO9Aq-1Fvd3T4llOpHSMO_i0T-itVF0211zXTpoKEaixT6V3QEDN3b-7UD3-vQRl-5-BNTrEIkmGTyGf1Qiy-gV]

— Все это дерьмо про Эпплджек? Это неправда, и буду честна с тобой, меня уже тошнит слушать все это. Так что мне похуй, как ты это сделаешь, но ты заставишь это прекратиться. Усекла?

Сансет убрала руку с горла Саммер, чтобы та смогла ответить, продолжая удерживать ее на месте за плечо.

— Я… я не могу… — сказала Саммер, отчаянно задыхаясь.

Сансет нахмурилась и отпустила плечо Саммер, вместо этого схватив ее за волосы. Саммер издала жалобный писк.

— Что ж, это удручает. Видишь ли, в твоей голове поселилась неправильная мысль. Ты думаешь, что раз я регулярно пользуюсь твоими услугами, мне есть до тебя дело. Но это не так. Это лишь значит, что у меня за полтора года накопилось просто огромная куча грязи на тебя. Позволю себе заметить, что я могу похоронить тебя глубже, чем любого другого ребенка в этой школе. Так что скажешь? Подумай, может ты хочешь опровергнуть этот слух?

Сначала Саммер не ответила, поэтому Сансет потянула ее за волосы.

— Ау! Да! Да, я сделаю это!

— Хорошо! — Сансет отпустила Саммер и широко развела руки. Она изобразила дружелюбную улыбку и заговорила своим самым веселым тоном:

— Эй, не переживай так сильно! Ты самая скользкая королева сплетен в школе. Если кто-то и сможет это сделать, то только ты. — Сансет сопроводила свой комментарий дружеским подмигиванием.

Саммер Рейн, похоже, не оценила ее радушие. Она свалилась на колени и терла свое горло, пытаясь отдышаться. Было что-то притягательное в том, что кто-то ползает перед тобой на коленях, даже если она делает это со слезами на глазах.

— Итак, прежде чем я уйду, а ты приступишь к работе, мы должны обсудить кое-какие условия на ближайшие полтора года. Спросишь, зачем? Это чтобы я молчала. Нет нужды начинать все с чистого листа. Так что слушай, что будет дальше. Если я попрошу тебя что-то сделать, ты сделаешь. Если мне понадобиться помощь, ты придешь. А если ты решишь надуть меня? Тогда ты пожалеешь. Помни, по одному моему слову вся школа отвернется от тебя. Так что не высовывайся и делай все, что я говорю, и прежде всего я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь.

Сансет взяла сумку и пакет с одеждой.

— Я забочусь только об одном человеке в этой чертовой школе, и будь уверена, что это не ты.

Не было никакой необходимости ждать ответа, поэтому Сансет ушла. Если бы Саммер Рейн имела бы хоть капельку чувства собственного достоинства, она могла бы сообщить о нападении. Даже без каких-либо реальных доказательств, этого, скорее всего, было бы достаточно, чтобы отправить Сансет в военную школу, но это маловероятно. Саммер была трусихой и никогда никому не расскажет о том, что случилось.

Сансет села в автобус незадолго до того, как он тронулся, Саммер вообще не села. Это было к лучшему, может быть ей удастся приглушить слухи до утра. Поскольку место рядом с ней пустовало, Сансет положила туда бумажный пакет.

В школе Сансет даже не удосужилась рассмотреть содержимое пакета повнимательнее. Там была только ее одежда, у нее и мысли не появилось, что Эпплджек оставила что-то для себя. Но от скуки во время поездки она решила посмотреть.

Там оказалось кое-что неожиданное. Между рубашкой и пиджаком лежал компакт-диск. Сансет вынула его и уставилась на новый альбом “Thistle and Weeds”, тот самый, который она украла. Он больше не был запечатан, поэтому она открыла его и обнаружила листок бумаги. Развернув его, она увидела написанную от руки записку.

Я знаю, что уже поздно, но Счастливого Рождества! Ты говорила, что тебе не очень нравится этот праздник, но я подумала, что подарок тебе не повредит.

Говоря по правде, я не знала что с ним делать. Я не очень хорошо себя чувствую из-за украденного CD, так что я просто собиралась вернуть его обратно, но потом подумала, что может быть он тебе все таки нужен. Я знаю, что ты это отрицала, но я думаю, что в глубине души ты чувствовала вину за то, что взяла его. Но нет нужды беспокоиться, потому что я вернулась и заплатила за него! Я уже слышу, как ты говоришь, что это был глупый поступок, но я думаю, что начинаю понимать, когда ты действительно счастлива, просто не хочешь об этом говорить.

Я также не была уверена, хочу ли я давать тебе его после того, что случилось с Голден Харвест. Но потом я поразмыслила и пришла к выводу, что все это случилось еще до того, как мы познакомились. Я не говорю, что это не имеет значения, но если ты захочешь попытаться стать лучше, то я готова быть рядом с тобой.

Так что выше нос! Да, сейчас зима, холодно и все такое, но это просто означает, что у тебя еще есть время для реванша, конечно, если ты думаешь, что сможешь справиться с королевой снежков!

П.С. Надеюсь ты не будешь возражать, что я его послушала. Ты права, они очень хороши. Но не думай, что я забыла о нашей сделке. Теперь, я просто заставлю тебя слушать кантри в два раза больше.

Сансет нахмурилась, читая записку. Внизу было пустое место, за которым следовала вторая часть письма. Моментально догадавшись, о чем оно будет, Сансет собралась с духом, прежде чем продолжить читать.

Я правда не знаю, что должна написать тут, но уверена, что что-то должна. Когда я вернулась домой, моя родня очень забеспокоилась обо мне, я даже не знала, как им рассказать о случившемся. Ты можешь быть спокойна, потому что о тебе я ничего конкретного не сказала. Не знаю, почему я этого не сделала.

Так что у меня этот диск, и я планировала подарить его тебе. Я, наверное, так и сделаю. Я хотела просто выкинуть его, но я чувствую, что это неправильно. Может быть я действительно тупая, как ты всегда говорила.

И… что теперь? Что мне делать? После всего что случилось, я продолжаю говорить себе, что ты говорила правду, потому что иначе это не имеет никакого смысла. Никто не будет вести себя так, как ты, так что я думаю, ты действительно ненавидишь меня, как и говорила. Я знаю это, но все равно чувствую себя как-то неправильно. Наверное я просто знаю, что тебе больно, и мне неприятно видеть это.

Может быть я и идиотка, но у меня есть свои пределы. И я скажу вот что. Если ты когда-нибудь поменяешь свое мнение — подойди и поговори со мной. А до тех пор я буду держаться от тебя подальше. Может быть ты действительно этого хотела. Если это так, то могу тебя поздравить. Надеюсь, это как-то сделает тебя счастливой.

Сансет положила письмо обратно в коробку с CD. Это ничего не поменяло. Как бы Сансет не хотелось использовать это как предлог, чтобы дать всему этому делу с дружбой второй шанс, она отказалась. У Эпплджек хватало забот и без такого человека, как Сансет. Порознь им обеим будет лучше.

Сансет заставит слухи исчезнуть в независимости от того, справится Саммер Рейн или нет. Неважно, чего это будет стоить, остаток учебы в средней школе для Эпплджек будет позитивным. Она не врала, когда говорила, что в этой школе есть только один человек, который ей не безразличен, и это уж точно не она сама. А пока у Эпплджек все складывается хорошо, ей будет вполне достаточно.

~ Конец II Акта  ~

От автора:

На этом время Сансет в средней школе заканчивается, вероятно, это была моя самая любимая часть всей истории. Ох ну знаете, золотое время и все такое.

Если вы заинтересованы в подобного рода вещах, вот там тематическая песня к закрытию акта.  Mumford and Sons — Thistle and Weeds

## 16 - Жизнь не на своем месте

Акт III

Другая сторона зеркала

Глава шестнадцатая

Жизнь не на своем месте

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Это был момент истины. Все старания Сансет должны подвергнуться проверке. Она сделала все, что могла, и теперь ее успех или же провал определит это. Всего лишь одно нажатие кнопки.

Сделав вдох, который она не осмелилась выдохнуть, Сансет вытянула руку. Она замерла на мгновение, положив палец на кнопку, прежде чем нажать.

Голубой свет зажегся вокруг кнопки, и послышалось нежное жужжание кулеров.

— Да!

Монитор компьютера осветился, чтобы на мгновение отобразить производителя материнской платы, прежде чем загрузить BIOS.

Стук в дверь прервал празднование победы Сансет.

— Хорошие новости, я так понимаю?

Сансет нахмурилась на дверь, но сгладила выражение лица, когда встала, чтобы открыть ее. Ей не пойдет на пользу, если она не предстанет перед Роуз Петал милым ангелочком, в которого она превратилась за последний год.

Когда дверь открылась, лицо Сансет сияло возбужденной улыбкой.

— Он заработал! Я только что завершила сборку.

Роуз взглянула на экран, хотя, без сомнения, она понятия не имела, что на нем изображено. Это был просто блок белого текста на черном фоне, ожидающий команды, чтобы начать установку операционной системы.

— Я в этом не сомневалась. И хотя я уверена, что ты предпочла бы поиграть со своей новой игрушкой, пришло время встречи с миссис Даск.

— Уже? — Сансет взглянула на часы, несмотря на то, что уже знала который час. — Полагаю, мне придется подождать до завтра…

Роуз отвернулась от компьютера, чтобы посмотреть на Сансет озадаченным взглядом.

— Ты же понимаешь, что встреча не займет весь день?

— Да, я знаю. Но установка программ на компьютер, вероятно, займет. Я надеялась, что по крайней мере у меня будет время, чтобы начать, операционная система может установиться, пока я буду отсутствовать. Но думаю, мне придется сделать это, когда я вернусь.

Роуз, казалось, о чем-то задумалась, а затем расплылась в покорной улыбке.

— Что ж, полагаю, я смогу подвезти тебя. Хватит ли тебе пятнадцати минут, чтобы уладить тут все?

Сансет посмотрела на нее с опаской, хотя именно на такую реакцию она и рассчитывала.

— Это было бы замечательно, но… я не могу просить вас об этом. Я знаю, что вам не нравится ездить так далеко.

— Да ладно тебе, Сансет, не такая уж я и старая! — усмехнулась Роуз, качая головой. — Думаю, я смогу добраться до кафе в нескольких минутах езды.

— Ну, если вы уверены… спасибо, мисс Роуз. Вы лучшая!

— Ох, перестань. — Роуз улыбалась себе, когда оставила Сансет заканчивать работать с ее компьютером.

Не теряя времени, Сансет вернулась к нему. Она начала установку операционной системы, тщательно выбирая настройки. Сколько она себя помнила, компьютеры приводили ее в восторг. Как бы глупо это не звучало, в них всегда было что-то волшебное. Она думала, что изучение принципов их работы уменьшит этот эффект, но это не сработало. Чем больше она о них узнавала, тем больше интересовалась.

Когда Новые Горизонты получили бюджет на приобретение компьютеров для всех старших детей из-за увеличения компьютеризации в старшей школе, Сансет смогла убедить их позволить ей собрать свой собственный. Время было на ее стороне, она только что закончила среднюю школу и последние полтора года старалась получать высокие баллы. Роуз отнеслась к этому с сочувствием, но сказала, что они не могут потратить деньги ни на что лишнее, что не входит в изначальную сделку. Но в свете прогресса Сансет, Вайолет Даск смогла найти лазейку для дополнительного финансирования.

Это было превосходно, поскольку Сансет более не была готова делить компьютерное время с другими детьми. В Новых Горизонтах двадцать три ребенка, и все они должны пользоваться тремя компьютерами, стоявшими в общей гостиной. В хороший день она могла провести четыре часа за одним из них. Теперь она сможет сидеть сколько захочет за ее собственным компьютером, который она собрала лично.

После нескольких последних кликов, все было готово. Она наблюдала, как полоска прогресса очень медленно двигается по мере установки операционной системы. Она надеялась, что к ее возвращению все будет готово.

Поскольку больше с компьютером она ничего не могла сделать, Сансет покинула свою комнату, чтобы найти Роуз. Долго искать ей не пришлось, они встретились в коридоре.

— Я как раз шла за тобой, — сказала Роуз. — Готова ехать?

Сансет кивнула.

— Да, я готова.

Когда они вышли на улицу, Сансет замедлила шаг, чтобы идти рядом с пожилой воспитательницей. Это немного печально, но с этим ничего нельзя поделать. Роуз была самой легкой в общении из воспитателей, с кем можно поладить, а еще Роуз была старой. В то время как все в Новых Горизонтах заботились о детях, остальная часть персонала была слишком занята своей работой, чтобы отвезти одного подростка куда-то, куда можно легко дойти пешком. Но у Роуз больше не было никаких обязательств. По правде говоря, она уже давно должна была выйти на пенсию, просто ей некуда было идти.

Несмотря на то, что она значительно замедлилась, Роуз умудрялась передвигаться довольно проворно. Но чтобы забраться в минивен, ей потребовалось гораздо больше усилий, чем несколько лет назад, и даже Сансет чувствовала себя немного неловко из-за того, что заставила ее сесть за руль. Но длилось это недолго. Она будет благодарна за дополнительное время, когда вернется к компьютеру.

Роуз щурилась, чтобы осмотреться по сторонам, затем включила заднюю передачу и выехала с парковки. К счастью, как только они вышли на дорогу, Роуз стала справляться намного лучше. По пути она вела непринужденную беседу, задавая стандартные вопросы о мнении Сансет по поводу ее перехода в старшую школу. Сансет не особо заботила светская беседа, но она потакала Роуз. Это всего лишь короткая поездка, а жизнь становилась легче, когда она была под покровительством Роуз.

— Ну вот мы и на месте, — сказала Роуз, когда они заехали на парковку возле кафе.

— Спасибо за поездку, — Сансет дружелюбно улыбнулась, выходя из машины. — Обратно я пойду на своих двоих, так что увидимся позже, мисс Роуз.

— Заметано, Сансет. И обязательно поблагодари миссис Даск за компьютер.

— Сделаю. — Сансет закрыла дверь и помахала рукой, а затем повернулась ко входу в кафе. Было проще встретиться с Вайолет в приюте, но Сансет предпочитала разговаривать с ней подальше от других детей и воспитателей. Вайолет уже много лет позволяла Сансет выбирать места их встреч, любые, где Сансет будет комфортно поговорить по душам.

Быстрый осмотр зала показал, что Вайолет уже приехала.

— Надеюсь, я не заставила ждать слишком долго, — сказала Сансет, приблизившись.

— Нет, я здесь только пару минут. — Вайолет пододвинула чашку ближе к Сансет, напомнив ей еще одну причину, по которой было приятно встречаться с ней за пределами приюта. — Это для тебя. Тебе нравится мокко, да?

— Да, спасибо. — Сансет сделала глоток и улыбнулась. — Он без кофеина, не так ли?

— Конечно. Ты можешь взять другой. Или это была просто догадка?

Сансет пожала плечами.

— Не надо, все нормально.

Это была типичная Вайолет. Она знала, что Роуз не одобрила бы того, что Сансет пьет обычный кофе, поэтому не переступала границ дозволенного, заказывая его. Но она не была и дурой, и определенно знала, чего бы Сансет хотела себе заказать. Для таких людей, как Вайолет, это не имело особого значения. У нее были куда более серьезные причины для беспокойства, нежели пристрастие Сансет к кофеину, до тех пор, пока она не потакала ему.

— Итак, есть что-нибудь новенькое? — спросила Вайолет. Насколько знала Сансет, их встреча была очередной рутинной проверкой. Вайолет, вероятнее всего, не собиралась идти дальше их основного сценария любезностей и заверений, что Сансет нигде не проебалась.

Тем не менее, Сансет не смогла удержаться, чтобы не похвастаться своим достижением.

— Ну, я закончила собирать мой компьютер. Все устанавливается прямо сейчас.

Вайолет кивнула с улыбкой:

— Теперь я понимаю, зачем тебе понадобился кофеин. Ты не планируешь спать сегодня ночью, не так ли?

— Прошу вас, Вайолет. — Сансет скрестила руки на груди в притворном негодовании. — Вы знаете, что в Новых Горизонтах действует комендантский час.

— Конечно знаю. Но я также помню и себя в четырнадцать.

Несмотря на на то, что Вайолет имела обыкновение говорить обо всем серьезным тоном, Сансет знакома с ней уже девять лет. Она знала, что Вайолет не заботит ее режим дня, пока Сансет остается на верном пути в плане того, что ей действительно важно.

— Что ж, по крайней мере он поможет мне избежать неприятностей.

— Остается только надеяться. — Вайолет сделала глоток своего кофе. — Предположим, что он также удержит тебя взаперти на несколько последних недель лета.

Сансет ухмыльнулась.

— Прости, полагаю, я не слишком часто буду играть с другими детьми.

— Тебе не повредит, если ты заведешь друзей. Ты вероятно…

— ...удивлюсь, я знаю. — Сансет наклонилась вперед. Она обронила игривую ухмылку и отставила кофе в сторону. — Послушай, Вайолет, мы обе знаем, что я не подхожу детям своего возраста. Ты — самое близкое, что у меня есть для дружеских отношений.

— Я польщена.

— Другие взрослые до сих пор относятся ко мне, как к бедной маленькой девочке, с которой все будет в порядке, если она получит достаточно обнимашек. А дети моего возраста проходят через глупые фазы, которые будут смущать их лет через пять.

— Не стоит недооценивать молодых людей. Большинству из них вероятно понадобится лет десять, прежде чем они действительно испытают отвращение, вспоминая свое прошлое.

— Видишь! Это я и имею в виду! Любой другой попытался бы объяснить, что я ошибаюсь. Но ты этого не сделала, потому что ты всегда выслушиваешь меня, прежде чем оспорить. Потому что даже когда мне было пять лет, ты относилась ко мне как ко взрослому больше, чем кто-либо другой сейчас.

— И ты не хочешь, чтобы я немедленно оспорила то, что ты собираешься сейчас предложить, не так ли?

— Именно. — Сансет не удивилась тому, как Вайолет раскусила ее замысел. Вайолет действительно была единственным человеком, который мог поспевать за Сансет, и это ее радовало больше всего. Но когда она продолжила, тон Сансет стал мрачным. Отчасти это было сделано намеренно, чтобы показать Вайолет насколько серьезно то, что она собиралась сказать. Но помимо этого, был еще и тот факт, что она действительно говорила то, что думала. Редкая правда, которая обычно не была бы произнесена. — Я не такая, как другие дети. Я знаю, что все мои сверстники говорят о себе то же самое, но ты также знаешь, что в моем случае это правда. Я ощущаю себя скорее взрослым, запертым в теле ребенка. Честно говоря, уже довольно давно.

— Ты же знаешь, я не могу заставить других людей воспринимать тебя всерьез.

— Я знаю это. Именно поэтому я хочу покинуть Новые Горизонты. Я никогда не вольюсь в их общество или в любое другое общество с людьми.

— Я не собираюсь помогать тебе стать отшельницей в лесу.

Обычно Сансет ценила юмор Вайолет, но в этот раз она проигнорировала шутку.

— Я хочу жить сама по себе. В своем личном доме или квартире. Я определенно не хочу жить с детьми и, честно говоря, со взрослыми тем более. Вряд ли кто-то будет воспринимать меня всерьез, пока я не стану совершеннолетней. Так что я просто хочу жить одна.

Вайолет вздохнула.

— Если бы это был кто-то другой, я бы подумала, что это шутка. Но это, конечно же, не так?

— Нет, я много размышляла, и я правда думаю, что мне так будет лучше.

— Но, как ты уже говорила, ты несовершеннолетняя.

— Знаю, но несовершеннолетние могут жить отдельно, если они эмансипированы[1] от своего законного опекуна. В моем случае у них не будет никакой эмоциональной причины, чтобы попытаться меня остановить. Все, что мне нужно сделать, это доказать, что я способна позаботиться о себе, и обосновать это решение.

— Из твоих уст это звучит так легко. — Вайолет выглядела так, словно не могла решить, улыбнуться ей или уронить голову на стол. Она устало нахмурилась. — Но я знаю тебя гораздо лучше. С тех пор как ты стала выполнять свою домашнюю работу, ты знаешь, как трудно получить эмансипацию.

— Я знаю. И знаю, что нахожусь не в той точке, где это возможно прямо сейчас. Но если ты поможешь, мне будет гораздо проще пробиться сквозь судебную систему.

— Да, будет. — Вайолет не слишком обрадовалась этому факту. — Но есть множество препятствий, которые нужно преодолеть, прежде чем это станет возможным, и я надеюсь, что ты не примешь как данность, что я собираюсь помочь тебе.

— Нет, не приму. — Сансет посмотрела на Вайолет и постаралась изобразить самый серьезный взгляд, на который была способна. — Так скажи мне, что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя в том, что я справлюсь с этим?

— Что ж, начнем с очевидного. Тебе понадобится надежный источник дохода.

Сансет кивнула.

— Конечно. Я уверена, что смогу найти работу.

— Которую нужно совместить со школой.

— Я смогу это. И докажу это тебе, как только найду работу.

— Тебе нужно найти жилье.

— Вообще-то я надеялась, что это один из тех вопросов, с которым ты сможешь мне помочь, — сказала Сансет, но быстро поправилась. — Но если нет, то я уверена, что справлюсь сама.

Вайолет кивнула.

— Да, я могу помочь тебе с этим. Я делаю это для некоторых из моих старых клиентов и планировала сделать это для тебя. Конечно, это должно было произойти через несколько лет.

— Точно. Итак, я знаю, что мне нужно сделать для суда, но что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя? — Сансет не понравилось выражение лица Вайолет, поэтому она добавила:

— Ты уже говорила мне, что хочешь, чтобы я нашла себе занятие. Так позволь мне заняться этим.

Какое-то время Вайолет молчала. Она сложила руки на груди, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Когда она снова открыла их, утомление в них исчезло, и к ней вернулся ее обычный бесстрастный вид.

— Логика в твоих словах есть, я не могу это отрицать. Я всегда надеялась, что ты сможешь лучше прижиться в Новых Горизонтах, но я уже много лет знаю, что этого не произойдет. Даже когда у тебя все хорошо: отличные оценки и посещаемость в школе, нет проблем с законом и другими детьми — ты все равно отстраняешься от остальных. Но ты действуешь невероятно эффективно, когда нацеливаешься на что-либо, поэтому я открыта для этой идеи, если ты сможешь убедить меня.

— Итак, вот что тебе нужно сделать. Первое — это суметь совместить свою работу с учебой. У тебя впереди светлое будущее, и я не хочу, чтобы ты его выбросила. Второе — тебе понадобятся некоторые навыки. Уверена, что в твоей новой школе дают уроки по домоводству, их я настоятельно рекомендую посетить. Кроме того я уверена, что мисс Роуз будет просто счастлива научить тебя, как вести домашнее хозяйство, и нет в этом деле никого лучше нее. Третье — нравится тебе или нет, тебе нужно поладить со сверстниками. Чтобы выжить, достаточно не создавать проблем, но тебе придется приложить немалые усилия, чтобы установить с кем-то контакт. Никто не ждет, что ты станешь самой популярной девушкой школы, но тебе потребуется несколько друзей, прежде чем я подпишу тебе разрешение оборвать все связи.

Проводить больше время с Роуз и заводить друзей? Вайолет явно пыталась втянуть Сансет именно в ту социальную ситуацию, которая заставила бы ее отказаться от желания жить в одиночестве. Сансет хотела возразить, но тут ей в голову пришла одна мысль. Что-то пряталось в ее словах. В том, как она говорила. Она никогда не сказала бы это напрямую, но в ее указаниях был скрытый подтекст. Неважно нравится тебе это или нет. Притворяйся, если придется.

— Друзья. — Сансет кивнула. — Признаю, это немного сложнее, чем закончить школу и найти работу, но я справлюсь.

Вайолет кивнула. Сансет подозревала, что она убедилась, что ее правильно поняли.

— И прежде всего ты должна произвести впечатление на меня. Прости, но у меня нет подробного списка всего, что тебе нужно сделать. Лучший совет, который я могу тебе дать: просто продолжать делать все, что, по твоему мнению, поможет тебе в достижении твоей цели.

— Импровизировать? — ухмыльнулась Сансет. Она наконец-то вспомнила о своем кофе и сделала глоток. Он остыл немного сильнее, чем она хотела, но все еще был теплым. — Не проблема, я превосходно умею думать на ходу.

— Ты права. Не думаю, что у кого-то другого был бы шанс, но у тебя — может быть. — Вайолет допила остатки своего кофе. — По крайней мере, новая школа предоставит тебе великолепный шанс начать все сначала.

— Да, верно. — Даже после того, как Сансет стала получать высокие баллы, Вайолет подозревала, что полная смена обстановки будет в ее интересах. Поэтому вместо того, чтобы пойти в ближайшую школу по месту жительства, Вайолет договорилась, что Сансет запишут в школу на другом конце города. Поскольку большинство одноклассников Сансет из средней школы Эверфри, включая детей из Новых Горизонтов, пойдут в соседнюю школу, это действительно шанс начать все сначала.

Сансет будет скучать по той власти, которую она имела над учениками, но она верила в себя. Ей не потребуется много времени, чтобы устроить нечто подобное в новой школе. Может она сможет сделать это получше.

— Кантерлотская старшая, я иду!

* * *

— Сансет Шиммер.

Голос позвал Сансет, когда она подошла ближе к П-образному зданию. Это наполнило ее ужасом, но она сделала все возможное, чтобы не обращать внимание. Ей нужно было добраться до статуи во дворе. Это очень важно.

Сансет никогда здесь не была, но это было все, чего она когда-либо хотела.

Статуя прямо перед ней. Лошадь, вставшая на дыбы. Она ненавидела лошадей, а эта была хуже всех. Это был страж, и он сочтет ее недостойной.

Сансет была тут тысячу раз, но все еще была напугана.

Отполированные стороны основания статуи напоминали Сансет зеркало. Она протянула к ним руку, и в ее голове промчалась старая мысль. Встретит ли ее рука препятствие, когда коснется поверхности, или же она продолжит погружаться внутрь?

Сансет была тут однажды, но она давным-давно забыла об этом.

Ее сердце забилось быстрее. Сансет поднесла руку к самой поверхности статуи. Что же произойдет? Ей нужно узнать. Она боялась узнать. Когда-то она знала.

— Сансет Шиммер.

Напуганная этим голосом, Сансет резко рванула руку вперед и все осознала.

— Пришло время вернуться домой.

* * *

Вибрирующий звук разбудил Сансет. Какое-то время она не была уверена, что сон закончился. Они не всегда заканчивались, когда она просыпалась, и вибрация следовала за ней, даже когда она была в сознании.

Но сделав несколько глубоких вдохов, она смогла воспользоваться более надежными ощущениями. Она почувствовала мягкость кровати и твердость стены рядом с ней. Во рту у нее пересохло, а глаза слипались после сна. Она поднесла руку к лицу и вытерла глаза, отметив прикосновение пальцев к ее коже. Пальцы всегда были хорошим знаком.

Вибрация продолжалась, но Сансет игнорировала ее. Она доносилась из-под кровати, и Сансет знала, что если бы кто-то еще был в комнате, то он не смог бы это услышать. Самое худшее, что можно сделать в данной ситуации, это обратить на нее внимание, потому что одно всегда влечет за собой другое. Так что вместо этого, Сансет начала свою утреннюю рутину.

Она включила свет и надела одежду, которую отложила накануне вечером, затем достала из ящика маленькую косметичку. В последнее время Сансет находила некоторые преимущества в том, чтобы уделить внимание своей внешности. Ее самыми большими достоинствами были и будут интеллект и быстрота мышления, но умение обезоружить своих сверстников правильным взглядом тоже помогало. И поскольку это был первый день в школе, Сансет хотела убедиться, что она выглядит наилучшим образом.

Взяв сумку с собой, Сансет вышла в коридор. Она нахмурилась, когда увидела, что дверь ванной закрыта, и внутри горит свет. Кажется было наивно надеяться, что другие старшеклассники в Новых Горизонтах в первый день школы постараются пробыть в постели как можно больше.

Но с этим ничего нельзя поделать, такова была цена запрета зеркала в спальне. Сансет достала из сумки расческу, уселась в коридоре и, не торопясь, стала распутывать волосы.

— Ты рано встала, — сказал кто-то.

Сансет обернулась и увидела одного из ночных воспитателей. Она узнала его, но на самом деле они не были знакомы. До сих пор, Сансет либо спала, либо находилась в своей комнате, когда он был рядом.

— Кто рано встает, тому Бог подает, так? — Поскольку она не была уверена, какую роль он сыграет в ее будущем, лучше всего оставаться дружелюбной. Это вообще была неплохая политика для любого сотрудника Новых Горизонтов.

— Вот это настрой! — Он приветливо улыбался и казался чересчур восторженным для человека, который всю ночь не спал, только чтобы иметь дело с кучкой подростков, когда те просыпаются. — Итак, готова вернуться домой?

— Что? — Сансет прекратила распутывать волосы, чтобы сосредоточить свое внимание.

— Я спросил, ты готова вернуться в школу?

— Оу. — Сансет проигнорировала чувство неловкости и улыбнулась. — Ну, не совсем. Но кто-нибудь вообще готов вернуться в школу?

Дверь ванной открылась, и Сансет воспользовалась случаем, чтобы уйти от разговора. Она уже давно не задавалась подобными вопросами. Она просто ослышалась, только и всего.

Рутина по укладке волос и нанесению макияжа отвлекала Сансет от этих мыслей. В этом она действительно преуспела, и уже много лет не попадала в подобные ловушки.

К тому времени, как она вышла из ванной, Сансет чувствовала себя гораздо спокойнее. Она присоединилась к остальным за завтраком и была довольна, обнаружив, что большинство из них все еще полусонные и неразговорчивые. Не то чтобы это имело большое значение. Школа Сансет находилась дальше, чем у остальных, так что у нее все равно было мало времени.

Быстрая проверка, что у нее есть все необходимое, и Сансет готова идти. На выходе она смогла заверить воспитателя, что знает, где находится автобусная остановка, и отправилась к ней одна. Она не могла не думать о том, как легко было бы просто пропустить школу. Но, конечно, первый школьный день слишком важен, чтобы его пропускать. Ей нужно прощупать учеников и учителей, чтобы впоследствии утвердиться в статусе главной стервы.

На автобусной остановке стояло несколько детей. Она изобразила сонный вид, полуприкрыв веки, чтобы никто не заговорил с ней, но держала ухо востро, ловя любую полезную информацию. Дети жаловались на вновь начавшиеся занятия в школе, чего и стоило ожидать. Впрочем, навряд ли она будет что-то делать этим детишкам, они жили слишком близко, так что ей лучше подождать, пока она не доберется до школы, прежде чем начать выбирать мишени.

Поездка на автобусе оказалась почти такой же. Дети, сидевшие впереди, были разговорчивее, нежели те, кто сидел сзади. Как только Сансет получит лучшее представление о личностях, с которыми придется играть, она начнет собирать информацию. Но пока она выжидала в задней части салона, где дети вокруг нее, казалось, просто хотели спать.

— Следующая остановка: старшая школа Кантерлот! — оповестил водитель, забрав последнего ребенка. В ответ прозвучал нестройный хор нытья и вздохов, что, похоже, немало его позабавило.

Что же касается Сансет, она просто поймала себя на том, что гадает, что ждет ее в школе Кантерлот. В ней было что-то такое, что заставляло ее волноваться. Но не сама школа терзала ее чувства. Сансет была вполне уверена, что если бы захотела, то смогла бы закончить ее в течение года.

Даже если она не могла определить, что именно, что-то определенно выделяло старшую школу Кантерлот. Несмотря на то, что она изучила большую часть города, эта школа была слишком далеко, так что не было никаких причин обращать на нее внимание. Она даже отказалась от возможности посетить ее с Роуз во время летних каникул, желая избежать встречи с другими детьми, пока их родители были рядом.

Вдохнуть. Задержать дыхание. Выдохнуть. Они почти добрались до школы, и тут Сансет сама убедилась, что беспокоиться не о чем. Еще одна обычная школа, такая же, как средняя Эверфи.

Сансет почти успокоилась, но тут автобус свернул за угол. И в поле зрения появилось большое темно-бордовое здание в форме буквы П. Сансет закричала бы, если бы не застыла на месте.

Сколько раз? Сколько раз Сансет видела это здание? Больше года она мечтала об этом месте. Ночь за ночью она искала его, уверенная, что это и есть ответ на вопрос, задать который она забыла.

Она едва заметила, когда автобус остановился, но открывшаяся дверь привлекла ее внимание. Она вскочила и практически побежала вперед, не беспокоясь о том, чтобы подождать кого-то еще.

— Подожди-ка, — сказал водитель автобуса, когда она протискивалась мимо другого ученика.

— Меня укачало, — отмахнулась Сансет, ложь давалась ей легко. — Кажется меня сейчас вырвет.

Остальные убрались с ее пути, и Сансет воспользовалась этим в полной мере. Выбежав из автобуса, она огляделась по сторонам. Она находилась у задней части школы, а ей нужно было попасть к парадному входу. Будет ли она там? Сансет боялась ответа.

Возле школы стояли сотрудники, указывая ученикам, куда идти. Если Сансет войдет в здание, она вряд ли сможет вернуться, и она не станет дожидаться конца дня, чтобы увидеть фасад школы.

Используя общий хаос растерянных студентов как прикрытие, Сансет направилась к зданию, держа дистанцию от любых входов. Она старалась оставаться в толпе насколько возможно и неуклонно двигалась в сторону стоянки автобусов. Когда она поняла, что больше не может укрываться за другими учениками, то быстро огляделась, а затем продолжила свой путь по траве в сторону школы.

К счастью, там ошивалось несколько студентов. Дети постарше, которые все знали, встречали здесь друзей, которых они не видели несколько месяцев. Сансет смотрела отстраненно и не выказывала никакого интереса. Пока никто не понимал, что она не на своем месте, никто не будет задавать вопросы.

Когда она подошла к следующему повороту, ее сердце бешено забилось. В школе была только одна точка, куда Сансет приходила во сне. Это было нечто важное, но она не знала почему. Она на мгновение остановилась за углом. Пришло время выяснить.

Она завернула за угол и вот: статуя лошади, вставшей на дыбы. У Сансет отвисла челюсть, и она застыла как вкопанная, а потом побежала. Отбросив все попытки не выделяться, Сансет со всех ног побежала к статуе.

Она остановилась, чуть не дойдя до нее, и упала на колени перед ней. Она не могла понять почему, но прямоугольное основание манило ее даже больше, чем сама лошадь. Отполированные стороны напоминали Сансет зеркало, и она поймала себя на мысли, что думает о той единственной вещи, о которой приучила себя никогда не думать. “Что на той стороне?”

Сансет неуверенно подняла руку. Она сделала глубокий вдох и протянула ее вперед.

Твердое.

Ее рука остановилась, прижавшись к холодному мрамору, ничего не произошло. Ну почти ничего. Сансет прислонилась лбом к мрамору и смотрела, как маленькие темные круги появляются на земле, там, где падают ее слезы.

“Это… это действительно здесь…”

Сансет была напугана. Существовали вещи, о которых она не думала. Вещи, о которых она не позволяла себе думать. И теперь множество их танцевали в ее сознании, и все они были связаны с этой статуей, местом, где все началось.

Место, где все началось? Оно прямо тут. Сансет знала это, знала нечто, что давно похоронила в самых глубоких закоулках своей памяти, нечто, что пыталась, но не смогла забыть. Оно было прямо тут, и оно хотело выйти.

Сансет подняла голову и посмотрела на мрамор. Это было неправильно. Это работает не так. Должно произойти что-то еще. Теперь все должно стать лучше.

Но ничего не происходило.

Сколько бы Сансет не смотрела, как бы сильно не желала, ничего не происходило. Она поднесла руку к голове, что-то нащупывая у себя на лбу. Предполагалось, что что-то произойдет, когда Сансет этого пожелает. Она почти помнила, каково это.

— Эмм, с вами все в порядке, мисс? — спросил кто-то за ее спиной. Судя по голосу, это был другой ученик.

— Я в порядке. — Голос Сансет ей самой показался чужим. Она едва узнала его.

— Ты же в курсе, что прозвенел звонок?

Сансет не хотела отворачиваться. Она знала, что как только она это сделает, магия исчезнет. Но она уже чувствовала, как та исчезает, когда голос другого ученика вытащил ее из мира статуи и вернул в тот, в котором она застряла.

Осознав, что все закончилось, Сансет обернулась. Он определенно был учеником и примерно одного возраста с ней. У него светлая кожа и двухцветные голубые волосы, которые он зачесал назад. Сансет подозревала, что ему кажется, что он выглядит выглядит гораздо круче, чем на самом деле.

— Ты… ты уверена, что с тобой все в порядке? — спросил он, когда Сансет не ответила.

— Да, я... я не очень хорошо себя чувствую.

— Проводить тебя в кабинет медсестры? Я думаю, что знаю, где он находится.

Сансет покачала головой.

— Нет, я буду в порядке.

Она встала и направилась к школе, а ему пришлось бежать, чтобы поспевать за ней.

— Да, я тебя понимаю. У меня у самого крутит живот. Старшая школа будет не такой легкой, как средняя.

Сансет не ответила ему.

— Хм, я думаю, такое только у первокурсников. В каком ты классе?

— Я первокурсница, — сказала Сансет. Она огляделась и поняла, что полностью пропустила возможность получить какие-либо инструкции. — Ты знаешь, куда мы должны идти?

— О да! — Он выглядел счастливым из-за того, что оказался полезным, и жестом пригласил ее следовать за ним. — Разные параллели собираются в разных местах. Старшеклассники и младшеклассники встречаются с директором и заместителем директора. Я не знаю, кто нам достался, но первокурсники должны встретиться в кафетерии.

По крайней мере, ее проводник знал, куда они направляются. Он не был уверен в одном или двух поворотах, но вскоре они нашли кафетерий, и они  оказались даже не последними, кто туда зашел.

Тем не менее, леди в передней части комнаты строго посмотрела на них. Они заняли свои места и стали ждать других детей. Никто, похоже, не хотел разговаривать под суровым взглядом учителя, но Сансет это вполне устраивало. Меньше всего ей хотелось с кем-либо говорить.

В конце концов, собралось достаточное количество детей, и учительница начала свою речь.

— Приветствую первокурсников старшей школы Кантерлот. Мое имя мисс Харшвини, и есть несколько пунктов, которые мы обсудим, прежде чем вы начнете обучение в качестве учеников нашей школы.

Сансет не очень-то прислушивалась к ее словам. Они больше не казались ей важными. Ничего не казалось ей важным. С тех пор, как она увидела эту статую, ничто в этом мире не ощущалось реальным для нее. Это был просто сон или маленькая часть гораздо более реального мира, к которому она принадлежала.

— А прямо сейчас наш директор выступит...

— Доброе утро, старшая школа Кантерлот! — голос из интеркома прервал мисс Харшвини.

Сансет резко выпрямилась, внезапно и остро ощутив весь окружающий мир. Или по крайней мере одну маленькую ее часть. Этот голос. Она слышала его всю свою жизнь, как во сне, так и наяву. Он звал ее. Он приводил ее в ужас. Он воплощал все, чего она хотела, и кем хотела быть.

— Добро пожаловать в то, что, я уверена, станет началом фантастического учебного года! И конечно, мое огромное приветствие нашим самым юным ученикам в ваш первый день в качестве Кантерлотского Вондеркольта.

— Называйте меня: директор Селестия…

— Принцесса Селестия, — прошептала Сансет одновременно с ней. Она крепко зажмурилась, изолируясь от всего, кроме этого голоса.

— ...и я надеюсь, вы все знаете, что мои коллеги и я здесь, чтобы помочь вам на вашем пути к знаниям. Вы получите свои расписания, как только это объявление закончится, и ваши учителя будут с нетерпением ждать возможности встретиться с вами, также как и я с нетерпением жду возможности увидеть все то, чего мы достигнем в этом году.

“Я не знаю, что ждет тебя в будущем, но знаю лишь, оно будет светлым.”

— Я знаю, что вместе мы сделаем этот учебный год незабываемым. Так что не бойтесь начать все с чистого листа в новой школе или же открыть новый учебный год, если вы тут не впервые. Потому что я верю, что все вы будете помогать друг другу. Так что вперед, мои замечательные ученики, заставьте меня гордиться Кантерлотскими Вондеркольтами.

“Никогда не теряй свой огонь, моя одаренная ученица.“

Мисс Харшвини попыталась вернуть контроль над учениками, но речь директора Селестии неожиданно всех взволновала. Всех, кроме Сансет.

Сансет была спокойной. Она чувствовала, что все вернулось на круги своя. Она была Сансет Шиммер, самым талантливым единорогом своего возраста и протеже Принцессы Селестии. Может быть она и потеряла свой огонь на некоторое время, но она нашла его снова. И она собиралась домой.

* * *

1Эмансипация* (несовершеннолетнего) — признание подростка полностью дееспособным до достижения им необходимого для этого возраста.

## 17 - Плыть по течению

Глава семнадцатая

Плыть по течению

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Это был тот еще денек. Сансет переходила из класса в класс, следуя своему расписанию, даже не задумываясь о происходящем. Он не была уверена, насколько сильно ее теперь заботит школа, но ей легче было плыть по течению, чем пытаться придумать что-нибудь другое. По правде говоря, она не была уверена, насколько сильно ее заботит что-либо вообще.

Когда она услышала этот голос, Сансет была уверена. Но в течение дня все изменилось. Возникли сомнения. Статуя снилась ей и раньше, это уж точно. Но настолько ли неправдоподобно, что она уже видела эту школу? Что было вероятнее: что она просто забыла школу вместе с остальными своими ранними воспоминаниями или что она прошла через портал из другого мира?

Но это делала не статуя. Статуя направила ее на этот путь, но это сделал тот голос. Ее голос. Неужели это еще одно забытое воспоминание, которое ее разум использовал, чтобы мучить ее? Она понимала, что это был наиболее вероятный ответ, но верным он ей также не казался.

Сансет приложила руку к статуе. Она почувствовала холод своей ладонью.

— Тебе, хм... должно быть очень нравится эта статуя?

Сансет обернулась и увидела парня, который проводил ее до кафетерия.

— Чего тебе нужно?

Он, казалось, был ошеломлен таким вопросом.

— Я просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь. Этим утром ты выглядела немного не в себе.

— Я в порядке. — Сансет повернулась к статуе. Она определенно не была в порядке. — Я просто... устала.

— Да, понимаю. — Он помолчал какое-то время, но потом понял, что Сансет не собирается ничего говорить. — Эм, кстати, меня зовут Флэш. Флэш Сентри.

И снова он был встречен тишиной.

— Я… побеспокоил тебя? Я могу уйти, если ты предпочитаешь побыть одной.

Сансет нахмурилась. Он напомнил ей кое о ком, но она бы не отстала так легко.

— Ладно, что ж… Еще увидимся.

— Сансет Шиммер.

Это был первый раз, когда она представилась за весь день. Сансет неохотно одарила Флэша своим вниманием, повернувшись спиной к статуе. Не похоже, что та куда-нибудь убежит.

Флэш протянул руку.

— Приятно познакомиться с тобой, Сансет.

Хотя Сансет не была уверена, чего она хотела от него, и хотела ли вообще чего-то, но она все равно пожала ему руку. Гораздо проще было плыть по течению.

— Так ты не занята? Мне нужно убить немного времени, можем пойти перекусить или что-то в этом роде?

Сансет задумалась, всегда ли он был таким напористым. Впрочем, это не имело значения.

— Мне нужно успеть на автобус.

— Ох, ладно. Но до отъезда автобусов еще есть время. Если ты, конечно, не хочешь провести его здесь.

Первой мыслью Сансет было сказать ему, чтобы отвалил. Даже если он мог предложить ей какую-то социальную точку опоры, она действительно не знала, хочет ли она повторять свое доминирование, как это было со средней школой Эверфри. Но прежде чем сделать это, она передумала. Возможно, он все-таки сможет ей помочь.

— Ты… знаешь, где находится кабинет директора?

— Эм… — Флэш посмотрел в сторону, прежде чем окончательно сдаться. — Без понятия.

Сансет вздохнула.

— Ну и ладно. Тогда найду сама.

— О! Я думаю, директор Селестия в данный момент встречается с учениками. Я видел ее по дороге сюда.

Сансет с трудом подавила желание спросить, какого черта он сразу не упомянул об этом, ведь на самом деле у нее не было никакой другой причины идти в кабинет директора.

— Можешь показать мне, где это?

— Конечно! Прямо туда.

Флэш гордо шел впереди. Хотя в обычной ситуации Сансет использовала бы эту прогулку, чтобы подготовить какой-нибудь план для разговора с директором, она обнаружила, что не может сосредоточиться на этом. Трудно даже думать о том, что она скажет тому, кто, как она была убеждена, существовал только в ее голове. Гораздо проще было молча следовать за Флешем и наблюдать, что творится вокруг школы.

Кантерлотская старшая выглядела совершенно по-другому, нежели школа Эверфри. Здесь правил дух товарищества, который полностью отсутствовал в старой школе Сансет. Коридоры были переполнены учениками, которые вели дружеские беседы, несмотря на очевидные различия между ними. Вон там спортсмены общались с художниками, а здесь снобы смешались с хиппи.

Конечно ученики средней школы Эверфри были моложе. Некоторые из них начинали объединяться по интересам, но в основном все гармонично сливались с толпой. Более старшим подросткам школы Кантерлот было уместней создавать свои социальные конструкции. Это позволяло им чувствовать, что они самовыражаются уникальным способом, а также объединяться с другими такими же, как они. Этого следовало ожидать, но Cансет удивилась, увидев, как непринужденно эти группы взаимодействуют друг с другом.

Какая жалость. Если Сансет в конце концов решит повторить свою роль серого кардинала Эверфри, разделение школы пойдет только на пользу. В конечном итоге, это была еще одна причина не беспокоиться.

— Вон она, прямо там, — сказал Флэш, указав на женщину, которая сидела на скамейке и разговаривала с учениками. В этом не было необходимости, поскольку у Сансет не было и тени сомнения в том, на кого она смотрит.

Принцесса Селестия. Солнечная Принцесса и единственная правительница Эквестрии. Ее наставник, ее кумир, воплощение всего, кем хотела быть Сансет. Причина, по которой она страдала больше восьми лет в мире, которому не принадлежала. Та, кто преследовал ее во сне. А когда этого становилось недостаточно, кошмар, который врывался за ней в реальный мир.

Конечно были различия. Для любого другого Принцесса Селестия выглядела совершенно нормальным человеком. Возможно немного повыше обычной женщины, но не слишком. Но Сансет никогда не спутает ее, человек она или нет. Белоснежная кожа, призматические волосы и самое главное — эти пурпурные глаза. Сансет никогда не забудет, как эти глаза смотрели на нее, когда они разговаривали в последний раз.

— Мы никогда этого не преодолеем, потому что ты не видишь, какой великой я могу стать. Тебе больше нечего сказать?

—  Нет. Стража сопроводит тебя на выход.

Это была самая большая ошибка, которую Сансет совершила за всю свою жизнь.

Пока Сансет стояла как вкопанная, что-то рядом с ней привлекло  внимание Принцессы Селестии. Она посмотрела на Сансет, и их взгляды встретились.

Потом в одно мгновение все закончилось. Сансет не могла найти в себе силы думать ни о чем, кроме женщины перед ней, но та смотрела на свою бывшую ученицу не иначе, чем на совершенно незнакомого человека. Она уже разговаривала с кем-то другим, когда мир Сансет рухнул.

Сансет сделала шаг назад, не отворачиваясь от Принцессы Селестии. Нет, это было неправильно. Так не должно быть. Этот человек не мог быть ее наставником.

Флэш улыбнулся, совершенно не замечая расстройство Сансет.

— Давай, пойдем представимся.

Сансет едва взглянула на него, но этого оказалось достаточно, чтобы отвлечь ее внимание от Селестии. Она резко развернулась и пошла к лицевой части школы.

— А? Эй, погоди!

Это не могла быть она. Это даже не имело смысла. Селестия была принцессой в другом мире, что могло заставить ее бросить все и стать директором старшей школы?

— Сансет? Эм… все в порядке?

Этому было рациональное объяснение. Сансет не знала какое, но знала, что оно должно быть. Конечно же она не думала, что директор Селестия на самом деле окажется принцессой пони, которая пришла забрать Сансет туда, где ей самое место. Это было бы безумием.

— Послушай, ты меня немного беспокоишь. Я знаю, что мы не очень хорошо знаем друг друга, но если что-то не так, я помогу.

Сансет не сумасшедшая. Иногда она видела и слышала вещи, которые не были реальными, и она помнила прошлое, которое было невозможным, но она решительно держалась за свою реальность. В ту самую секунду, когда она позволит себе снова поверить в такие вещи, как Эквестрия, она действительно это потеряет.

Но она уже начала верить, и она знала это. Как бы ей сейчас ни хотелось успокоить ту часть себя, она проснулась, как только увидела статую.

Флэш догнал ее и положил руку на плечо

— Сансет, погоди.

Сансет развернулась и толкнула его. Она не любила, когда к ней прикасались, особенно те, кого она даже не знала.

— Ох... — Флэш застыл на месте, все еще вытянув руку. Через мгновение он убрал ее и неловко почесал затылок. — Так что же все это значит?

Сансет глубоко вздохнула. О правде, естественно, не могло и быть речи, но она не смогла придумать ложь.

— Я… Я ожидала кое-кого другого.

— Оу… эм… ладно.

Какое-то время они молча стояли, не зная, что сказать. В конце концов заговорил Флэш:

— Думаю, тебе нужно успеть на автобус.

Точно. Автобус.

— Да, надо. — Не потрудившись попрощаться, Сансет развернулась и пошла по другому коридору, ведущему в заднюю часть школы.

Но не успев далеко уйти, она снова остановилась. На один глупый оптимистичный миг, Сансет показалось, что она сможет уйти незамеченной. Но конечно, как только она остановилась, Эпплджек повернулась и посмотрела прямо на Сансет.

Что Эпплджек делала в старшей школе Кантерлот? Весь смысл перевода Сансет в школу на другом конце города состоял в том, чтобы убежать от прошлого. Эпплджек должна быть где-то в другом месте, где Сансет больше не сможет причинить ей боль.

Но она была здесь, и в отличие от Селестии, Эпплджек определенно узнала Сансет. Никто не пошевелился, никто не отвернулся. Одна часть ее прошлого забыла о ней, и Сансет не могла с этим справиться. Другая часть ее прошлого помнила ее, Сансет не могла справиться и с этим.

И вот, Сансет сделала единственное, что могла. Она отвернулась от обеих и побежала к передней части школы.

Хотя она и не собиралась этого делать, Сансет поняла, что быстро приближается к Флешу. Заметив ее, он бросил на нее взгляд полный молчаливого замешательства.

Сансет не стала задумываться. Гораздо легче было согласиться с чьим-то готовым планом.

— Я передумала возвращаться домой. Так что… если ты хочешь куда-то пойти, думаю у меня есть немного времени.

Сансет была немного обеспокоена тем, что ее прошлое поведение могло заставить его потерять к ней интерес, но похоже это было не так. Флэш ухмыльнулся, выводя их из школы.

— Отлично! Есть ли конкретное место, куда бы ты хотела пойти?

— Нет. — Сансет шла рядом, изо всех сил стараясь ни о чем не думать. — Любой вариант мне сойдет.

* * *

— А потом мне повезло, что последним уроком у меня была миссис Харшвини с обществознанием, — говорил Флэш, сделав достаточно недовольное лицо, чтобы показать отсутствие энтузиазма.

— Держу пари, она веселая, — невозмутимо произнесла Сансет.

— Ты даже не представляешь.

Сансет усмехнулась и откусила кусочек пиццы. Флэш неплохо знал окрестности вокруг школы и отвел ее в местную пиццерию. Он вежливо последовал ее примеру и выбрал вегетарианский вариант, и в основном они говорили о школе. Сансет предпочитала избегать подобных ситуаций, но сейчас это отвлекало ее от посторонних мыслей.

— А как насчет тебя? — спросил Флэш. — Кажется с твоими преподами все в порядке?

— Я… как-то не обратила внимания, — призналась Сансет. — Полагаю, я действительно сегодня была не в себе.

— Заболеть в первый день в школе довольно проблематично.

Сансет понимала, что ей следует просто согласиться с этим оправданием, но она была слишком измотана. И она, конечно, не собиралась изображать симптомы, чтобы сделать ложь правдоподобнее.

— На самом деле я не больна, просто… слишком много всего в голове.

— Например?

“Ну, я как бы пытаюсь выяснить, то ли я волшебная лошадь из другого мира, то ли просто сумасшедшая девочка с большим талантом скрывать, как я облажалась.

— Ничего особенного, не стоит об этом беспокоиться.

Флэш имел такой вид, который Сансет слишком хорошо знала. Она сказала что-то не то, и теперь он не собирался оставлять это просто так.

— Ну, я бы хотел помочь, если ты позволишь.

Это звучало знакомо. Они были слишком похожи. Может быть поэтому Сансет и немного открылась. День был достаточно скверным с самого начала, но столкновение с Эпплджек сломало ее обычную защиту.

— Просто… это очень важный год для меня.

— Что ты имеешь в виду?

О том, чтобы рассказать ему что-нибудь о портале по-прежнему не могло быть и речи, поэтому Сансет пошла другим путем.

— Я пытаюсь найти свое собственное жилье. Я могу это сделать, но мне нужно доказать своему социальному работнику, что я смогу позаботиться обо всем.

Сансет не потребовалось много времени, чтобы пожалеть о своем решении. Флэш застыл, держа свою пиццу на весу на половине пути ко рту, безмолвно уставившись на Сансет.

— Прости, слишком много информации. Я говорила тебе, что лучше не волноваться.

Флэш положил пиццу на стол.

— Нет, я рад, что ты хоть что-то сказала. Ты… эм… — Он неловко огляделся и, понизив голос, продолжил. — Тебе нужно съехать от родителей или что-то в этом роде?

Неудивительно, что он считает, будто у Сансет насилие в семье. Если бы она не была так рассеяна, то поняла бы, как это прозвучало.

— Нет у меня родителей. Во всяком случае мне о них не известно. Я живу в приюте.

— Ох. — Это заняло мгновение, но Флэш понял, что его сочувствующий взгляд был покровительственным, и Сансет не нужно было об этом упоминать. — Я даже не знал, что сиротские приюты еще существуют.

Сансет ухмыльнулась, услышав его нарочито небрежный тон.

— Технически, Новые Горизонты это общий дом, что не совсем одно и то же.

Это было забавно. Впервые в жизни Сансет ходила в школу, в которую не ходил никто из других детей, с которыми она жила, и не ожидала, что кто-нибудь узнает, где она живет. И все же она была здесь, рассказывала это какому-то парню, которого она видела всего один день.

— В любом случае, я понимаю, почему ты хочешь иметь собственный дом, — сказал Флэш, наконец-то сумев взять себя в руки. — К тому же было бы здорово, если никто не будет указывать тебе, что делать.

Ага, типичная реакция подростка.

— Полагаю так и есть.

— Так что тебе требуется, чтобы этого добиться?

Сансет вздохнула.

— Честно? Понятия не имею. Я знаю, что мне нужна работа, а также повысить свои оценки. Но помимо этого, она сказала, что мне нужно произвести впечатление, но не пояснила, как я должна это сделать.

— Значит ты собираешься вплотную заняться учебой?

— Не совсем. Я уже получаю высшие баллы, так что здесь не так уж много возможностей их улучшить. Я полагаю, главное, чего она хочет, чтобы я стала более общительной. Я не самая дружелюбная персона.

Сансет вернулась к своей пицце, заметив, что Флеш уставился на нее, только после того, как откусила кусочек. Закончив жевать, она взглянула на него и не смогла понять, почему он выглядел таким смущенным.

— Что?

— Ну, ты знаешь, мы вроде как общаемся.

Сансет закатила глаза.

— Да, но не думаю, что мой социальный работник купится на один поход в пиццерию.

Флэш улыбнулся.

— Ну, кажется, я начинаю понимать, в чем проблема.

— Что ты имеешь в виду?

— Дело не в том, что ты не можешь быть общительной, а в твоем отношении к этому. Сегодня первый день в школе, а у тебя уже есть друг. Я думаю, она просто хочет от тебя небольших усовершенствований здесь и там.

Было заманчиво указать на то, что называть их друзьями это преувеличение, но Сансет вспомнила свою последнюю встречу с Вайолет. Ей это может не нравится, но она должна ладить со своими сверстниками. И она всегда может притвориться, если необходимо.

— Знаешь, может быть ты прав.

Флэш кивнул.

— И если ты действительно хочешь подстегнуть себя, может быть попробуешь вступить в какие-нибудь клубы и все такое.

Вот это была идея. Вайолет не сможет утверждать, что она не способна работать со сверстниками, если Сансет вступит в клуб.

— Вообще-то это звучит прекрасно. Интересно, куда бы мне вступить?

— А что тебя интересует? Я подумывал о вступлении в музыкальный клуб.

— Я не играю ни на каких инструментах, так что это не сработает. — И как бы сильно Сансет ни любила компьютеры, она не могла себе представить, что ей понравиться быть с людьми, которые вступили в компьютерный клуб. — Ученическое самоуправление самое то.

— Думаю, они заполнили штат еще до того, как начались занятия в школе. Ты ведь не ходила на Ярмарку Первокурсников?

Сансет нахмурилась из-за своей оплошности.

— Нет, я не думала, что она того стоит.

— В спортивных командах, наверное, тоже нет мест. Есть драматический кружок.

— Не, я все равно не увлекаюсь спортом. Драмкружок может сработать.

Сансет годами культивировала в себе талант тщательно контролировать свои эмоциональные реакции путем постоянной лжи. Она задалась вопросом, поможет ли это в актерском мастерстве.

Флэш кивнул и начал перечислять остальные клубы, загибая при этом пальцы.

— У нас также есть: дебаты, журналистика, танцы, искусство…

— Существует ли вид деятельности, для которого у школы нет клуба?

— Навряд ли. Вондеркольты гордятся тем, что охватывают широкий спектр интересов.

— Ты... прочитал это в брошюре, не так ли?

Флэш покраснел.

— Эм… да.

Итак, рисование и танцы определенно вне игры. Драмкружок может сработать, но зачем идти в такое сомнительное место? Дебаты звучали идеально для нее, и без сомнения она превзойдет там всех, но один клуб особенно выделялся.

— Как думаешь, в команду журналистов все еще принимают новеньких?

— Даже не знаю. Стоит проверить.

Журналистика точно не оказалась бы на первом месте, если бы она выбирала исходя из своих интересов, но все же оставалась заманчивой. Не найдется лучшего места, где можно узнать о своих одноклассниках и о тех маленьких секретах, которые они скрывают.

— Справедливо. — Сансет усмехнулась и показала на тарелку Флеша. — Твоя еда остывает.

Они провели еще полчаса в пиццерии, доедая свою еду и продолжая болтать. Сансет уделила больше внимания своим действиям. Это было легко. Просто смейся над его шутками, отпусти несколько дружеских подколов, прояви интерес к вещам, которые, казалось, интересовали его, ублажи его эго один или два раза.

И что самое приятное: игра в друга отлично отвлекала. Она позволила ей сосредоточится и не зацикливаться на событиях прошлого. Конечно, это не могло продолжаться долго.

— Если я не вернусь домой вовремя, мой папа будет волноваться, — сказал Флэш, вздыхая.

— Да, вероятно так и будет.

— Увидимся завтра в школе, хорошо?

Сансет на мгновение заколебалась. Всю свою жизнь она старалась ни с кем не дружить. И хотя это было необходимо для победы над Вайолет, какая-то ее часть не хотела этого менять. Разве весь смысл был не в том, чтобы избегать других людей? Чего она добивалась, подружившись с кем-то?

Но могло быть и хуже. У них с Флешем не было общих занятий, так что навряд ли Сансет будет часто видеть его. В общем и целом, он казался безопасным вариантом, и в конце концов, оно того стоило.

— Да, до завтра. — Кроме того, она всегда может бросить его, как только получит собственное жилье.

— Отлично! Увидимся позже.

Флэш поднялся и ушел, оставив Сансет одну. Тотчас же те же самые вопросы прокрались обратно, но место на верху списка занял новый.

“И как я, блядь, теперь вернусь домой?”

Вздохнув, Сансет тоже встала. Она уже давно закончила со своей порцией и вряд ли попала бы домой, сидя в пиццерии. У нее было немного мелочи, так что она могла сесть на городской автобус, но она не была знакома с маршрутами.

Выйдя из пиццерии, она поняла, что даже не уверена, где находится ближайшая автобусная остановка. Не имея других идей, Сансет выбрала направление и пошла дальше.

— Сансет!

Сансет обернулась и увидела Флэша Сентри, который бежал к ней.

— Что случилось?

Флэш догнал ее раньше, чем ответил.

— Эй, ты знаешь, как добраться домой? Я помню, ты раньше говорила, что поедешь на автобусе.

Сансет пожала плечами. Даже если она не была уверена, она точно сможет все разузнать.

— Да, я просто сяду на городской автобус.

— Хочешь прокатиться? Я уверен, что мой папа сможет подвезти тебя домой, если ты захочешь.

На самом деле Сансет вовсе этого не хотела. Мало того, что она уже раскрыла место своего жительства, ей действительно не нужен был Флэш, чтобы добраться до Новых Горизонтов. Но идти было слишком далеко, и даже если бы она нашла автобусную остановку, то не факт, что нужный ей автобус там остановится. Как бы сильно ей это не нравилось, предложение Флэша было лучшим, что у нее имелось.

— Ты уверен, что с этим не будет проблем?

Флэш самодовольно ухмыльнулся.

— Все нормально. Пойдем, мой дом всего в нескольких кварталах отсюда.

Район, по которому они шли, лучше всего описать как совершенно нормальный. Штакетные заборы, идеально ровно подстриженная трава, дома примерно одинакового размера, не слишком большие и не слишком маленькие. Все было абсолютно обычным.

Сансет это возмутило. Она всегда испытывала противоречивые чувства при мысли, что ее удочерят, поэтому никогда не пыталась отыгрывать милую девочку в присутствии потенциальных родителей. И все же какая-то ее часть определенно хотела этого или чего-то подобного. Совершенно нормальный дом. Где люди вокруг нее не будут постоянно меняться, где она сможет иметь некое подобие одиночества, отсутствие двадцати других детей, бегающих вокруг.

Уже скоро. Она еще раз напомнила себе, что уже скоро будет жить одна. И она уже миновала значимую веху на этом пути: она завела друга или находилась достаточно близко к этому, она одурачит Вайолет, если только сможет доказать, что она его не выдумала.

Возможно, визит Флэша в Новые Горизонты — не такая уж и плохая идея.

— Вот и он, — сказал Флэш, когда они подошли к дому, который выглядел поразительно похожим на те, что были вокруг него.

— Милое местечко, — пробормотала Сансет, следуя за Флешем внутрь.

Она чувствовала себя не в своей тарелке. С того самого дня, как она поселилась в Новых Горизонтах, Сансет могла пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз она входила в обычные дома. Осматриваясь вокруг, она видела мир, который сотни раз наблюдала по телевизору, но который казался ей таким чужим. Там были фотографии, украшающие стены. Не с огромными толпами детей, как в приюте, а только нескольких человек, которые выглядели достаточно похожими, чтобы можно было явно установить родство. В основном их было трое: Флэш Сентри разного возраста и мужчина с женщиной, должно быть его родители. Сансет отметила, что на недавних фотографиях он был с отцом, на любом фото с мамой Флеш выглядел гораздо моложе.

Странности на этом не закончились. И там и сям попадались необычные безделушки, собранные за многие годы. Разномастная мебель резко диссонировала, и ничего в доме, казалось, не соответствовало единому дизайну. У Сансет сложилось впечатление, что несмотря на внешнее сходство с другими домами, внутри каждый рассказывал абсолютно уникальную историю. Историю, принадлежащую настоящей семье.

— Папа должно быть занят в гараже, — сказал Флэш, отвлекая ее от размышлений. — Пойдем, я вас познакомлю.

Звуки олдскульного рок-н-ролла становились все громче, по мере их движения по коридору к гаражу. Они достигли полной громкости, когда Флэш открыл дверь. Это не было похоже на идеально упорядоченные гаражи, которые показывали по телевизору. Повсюду царил хаос: разбросанные по верстакам инструменты, масляные пятна и краска, покрывающие буквально все, и кучи ржавого хлама, целью которых, по всей видимости, было просто занимать место.

Но среди всего этого бардака стояли два спортивных автомобиля, оба в отличном состоянии. Тот, что ближе к ним, был вишнево-красного цвета, и хотя Сансет плохо разбиралась в автомобилях, чтобы определить модель, она была почти уверена, что это классика. Флэш подошел к машине и постучал по капоту.

На подкатном лежаке из-под машины выбрался мужчина.

— Привет, чемпион. — Он хмыкнул, когда поднимался с видимым усилием. — Как твой первый день?

— Все было отлично. Большинство моих учителей, кажется, клевые. — Флэш указал на Сансет, которая все еще стояла в проходе. — Папа, это Сансет Шиммер. Мы познакомились сегодня в школе. Сансет, это мой отец Ботлед Лайтнинг.

Ботлед Лайтнинг кивнул и помахал рукой, показывая, что они грязные.

— Приятно познакомиться, Сансет. Надеюсь, ты не возражаешь, если я обойдусь без рукопожатия.

Сансет ухмыльнулась.

— Я думаю, это звучит разумно.

— Мы хотели спросить, не мог бы ты подвезти Сансет домой. Она, вроде как, опоздала на свой автобус.

Хотя технически это не было ложью, Сансет отметила, что Флеш опустил тот факт, что опоздать на автобус она выбрала сама. Может он и вправду не так безнадежен, как все остальные.

— Не вижу причины отказать. Дай мне минуту, чтобы все закончить и привести себя в порядок, а затем мы отправимся.

— Спасибо, пап.

— Спасибо вам, сэр.

— Ха! — Ботлед Лайтнинг усмехнулся и покачал головой. — Просто Лайтнинг будет достаточно, мисс.

Сансет кивнула.

— Хорошо, Лайтнинг. — Это ей подходило просто отлично. На самом деле она не любила называть людей “сэр” или “мэм”, но если она собиралась притворяться, что дружит с кем-то, то вежливость с его отцом, вероятно, была важна.

Когда Лайтнинг снова забрался под машину, Флэш вывел их из гаража.

— Он кажется забавным, — сказала Сансет.

— Да, он такой.

Они сделали остановку на кухне, чтобы взять пару банок содовой, а затем отправились в комнату Флэша. Как и гараж, она выделялась из остального дома своим уникальным интерьером. Там было только одно фото — в рамке на комоде фотография женщины, которая, как Сансет была уверена, являлась матерью Флэша. Остальные изображения в комнате были плакатами, покрывающими стены. Большинство из них — изображения рок-групп, которые Сансет смогла узнать. Было несколько автомобилей классических моделей, похожих на те, что стояли в гараже. Также, как и в гараже, балом правил беспорядок, одежда и прочие вещи были разбросаны по полу.

Казалось, Флэш был смущен состоянием своей комнаты, но Сансет не придала этому внимания. Не дожидаясь приглашения, она вошла и села на кровать.

— Можешь ли ты стать еще большим самцом? — игриво поддразнила его Сансет.

Флэш нервно хихикнул и сел рядом с ней.

— Прости, я действительно не ожидал гостей.

— Да все нормально. Хороший музыкальный вкус.

Этот комплимент кажется стряхнул часть смущения Флэша. Но вместо ответа он залез за спинку кровати и достал оттуда акустическую гитару.

— Ты говорила, что никогда раньше не играла. Хочешь научиться?

По правде говоря, Сансет и раньше подумывала о том, чтобы научиться играть на каком-нибудь инструменте. Но у Новых Горизонтов не было средств, чтобы купить все, что могут захотеть дети, так что если бы она могла купить себе одну дорогую вещь, она знала, что это будет ее персональный компьютер.

— Спасибо, но я даже не знаю. Я имею в виду, что не смогу практиковаться.

— Мы могли бы делать это регулярно, если захочешь. Ты могла бы приходить после школы на урок. А мой отец будет отвозить тебя домой, так что тебе не придется беспокоиться об автобусе.

Это было куда больше, чем могла потянуть Сансет.

— Я подумаю над этим. Но мне также нужно найти работу и вступить в кружок журналистики или еще в какой-нибудь клуб.

Флэш кивнул.

— Справедливо. Но пока ты тут, держи, попробуй.

Сансет взяла у него гитару и дернула несколько струн. Она попробовала наигрывать их все сразу, а также удерживать разные лады. Иногда Флэш давал ей советы, но в основном позволял ей играть самостоятельно. Она понятия не имела, какие ноты играла и, конечно, это не было похоже на настоящую музыку, но она не могла отрицать, что это было весело. Она представляла себе, как будет учиться играть, если когда-нибудь решит, что у нее есть на это время.

— Это твое призвание, — сказал Ботлед Лайтнинг из дверного проема, заставив Сансет покраснеть.

— Так и есть, — согласился Флэш. — Я только сказал ей, что она должна регулярно приходить на уроки, если у нее будет время.

Лайтнинг самодовольно улыбнулся.

— По-моему, это хорошая идея.

Сансет неуклюже вернула Флэшу гитару.

— Может быть. Но я думаю, что это будет довольно напряженный год для меня.

К счастью, отец и сын оставили эту тему до того, как Сансет пришлось оправдываться.

— В любом случае мы можем отправляться, когда ты будешь готова.

— Да, пожалуй мне пора, — кивнула Сансет. Она уже представляла себе ту лекцию, когда она вернется, и просто надеялась, что прогулка с “другом” послужит достаточной причиной для оправдания.

Они последовали за Лайтнингом в гараж и сели на заднее сиденье автомобиля, с которым он возился. Как и у большинства спортивных автомобилей, заднее сиденье было тесным, но Флэш предпочел сесть сзади с Сансет, нежели на просторном переднем месте рядом с отцом.

—А Флэш показывал тебе своего малыша? — спросил Лайтнинг, как только он занял свое место.

— Его что?

— Второй автомобиль, — пояснил Флэш, указывая на черную машину рядом с красной, в которой они сидели. — Он еще не готов, но мы его восстанавливаем. Он будет готов к тому времени, как я получу права.

— Это довольно круто. Я догадываюсь, откуда у тебя такой интерес к автомобилям. — Сансет повернулась к Лайтнингу, который заводил мотор. — Так значит вы механик?

Тот усмехнулся.

— Нет, но все говорят, что должен быть. На самом деле это просто мое хобби.

— Не позволяй ему дурачить себя. Папа — бывший гонщик.

— Ну, неофициально, — уточнил Лайтнинг. — Я жил в сельской местности задолго до рождения Флэша. Мы с моими корешами работали над такими хот-родами и гоняли на них в свободное время. Никогда не делал из этого работу, но я выигрывал больше ставок, чем проигрывал.

— Почему вы не сделали из этого карьеру? — спросила Сансет, хотя уже догадывалась, каков будет ответ.

— Все банально. Познакомился с девушкой, женился, переехал в пригород. Сейчас я предпочитаю разделять работу и развлечения.

Для Сансет это звучало дико. Она явно могла понять, что он ценил время, проведенное в автомобильных гонках, но просто отодвинул его в сторону. Но совать нос в чужие дела было невежливо, поэтому она сменила тему.

К счастью, Лайтнинг был хорошо знаком с городом и знал местоположение нужной улицы. Это было кстати, поскольку Сансет неважно ориентировалась в той части города, где они находились.

В дороге Сансет обнаружила еще один сюрприз во взаимоотношениях Флэша и Лайтнинга. Она всегда была уверена, что отношения большинства людей с родителями будут чем-то похожи на отношения Сансет и Роуз Петал, только более искренние. Уважительно, немного небрежно, но не совсем дружелюбно. И все же, хотя было очевидно, что Флэш уважает Лайтнинга, у них имелся такой уровень товарищества, которого Сансет не ожидала. Игриво-шутливая среда, более походящая на то, как Сансет оттачивала остроумие вместе с Вайолет Даск.

Точно также, как она не могла понять, как Лайтнинг мог променять свою страсть на семейную жизнь, она не могла понять их поведение. Оно отличалось от них с Роуз или с Вайолет. И конечно, это было совсем не похоже на ее отношения с собственными родителями, если верить ее воспоминаниям. Ближайшее, к чему она могла это отнести, были самые ранние воспоминания о времени, проведенном с Селестией.

И снова нахлынули воспоминания. Или заблуждения, но нельзя было отрицать, что они больше походили на воспоминания.

Официальный ужин с представителями знати. Принцесса наклонилась через стол, чтобы рассказать скучающей ученице анекдот. Она уже не помнила о чем, но это определенно заставило ее рассмеяться.

Сансет не смогла создать заклинание с первой попытки. Селестия все-таки нашла причину отпраздновать ее неудачу. Конечно ни одна другая кобылка не смогла даже вполовину приблизиться к такому успеху, в конце концов.

В первую ночь она осталась во дворце. Слишком гордая, чтобы признать, что скучает по дому, но Селестия знала об этом. Она присоединилась к ней в библиотеке на ночной сеанс чтения, выбрав глупый любовный роман в мягкой обложке и добродушно позволив Сансет дразнить ее за это.

Все эти воспоминания нахлынули так внезапно.

— Вот эта улица, верно? — спросил Лайтнинг.

Сансет моргнула и посмотрела в окно на знакомые окрестности. Она даже не заметила, что они были так близко.

— Да, вон то желтое здание впереди.

Когда Лайтнинг понял, какое здание она имеет в виду, Сансет увидела, как он посмотрел на нее в зеркало заднего вида. У него было такое же сочувствующее выражение, как и у его сына, когда тот узнал, что Сансет сирота.

По крайней мере он оставил комментарии при себе, когда заезжал на парковку.

— Еще раз спасибо, что подвезли, — сказала Сансет. Поскольку задних дверей не было, ей пришлось подождать, пока Флэш сложит переднее пассажирское сиденье, а затем последовать за ним из машины.

— Без проблем, — ответил Лайтнинг. Он подмигнул и добавил:

— И тебе стоит подумать, чтобы взять у Флэша уроки гитары.

— Обязательно, — заверила его Сансет. Она повернулась обратно к Флэшу. — Спасибо за сегодняшний день. Увидимся завтра в школе.

— Да, конечно! Увидимся. — Флэш немного задержался у машины. Сансет надеялась, что он не ждет объятий, но знала, что скорее всего так оно и есть. Когда он наконец сдался, то сел на переднее сидение рядом с отцом и помахал ей рукой, закрывая дверь.

С одной стороны Сансет была бы рада избежать вынужденного общения. Это было легко провернуть, но план далек от идеального. Но с другой стороны ее воспоминания или галлюцинации, чем бы это ни было, вернулись в самое неподходящее время. Теперь они будут плясать у нее в голове, пока она в одиночестве.

“Что ж, прежде чем я останусь одна, мне нужно кое-что сделать,” — размышляла Сансет, заходя в Новые Горизонты.

Администратор улыбнулась, когда она вошла, но ее улыбка быстро исчезла, когда она заметила, что улыбается Сансет.

— Где ты пропадала?

— Была с приятелем. — Сансет не была уверена, поверит ли она в это, и она явно не поверила.

— Ты же знаешь, что должна позвонить, если куда-то собралась.

— Простите, я немного увлеклась. — Этот разговор был бессмысленным. В любом случае Сансет придется повторить его позже. — Вы знаете, где сейчас мисс Роуз?

Администраторша нахмурилась еще сильнее.

— Сансет, мисс Роуз — не единственный человек в Новых Горизонтах. Я знаю, что вы с ней хорошо ладите, но иногда вам придется делать…

— Вот где ты, — сказала Роуз, заходя в комнату. Администраторша выглядела взбешенной, и Сансет с трудом подавила желание бросить на нее самодовольный взгляд.

Вместо этого она постаралась придать себе заранее запланированный вид. Она ссутулилась и вздохнула, склонив голову набок, разглаживая черты лица и старательно избегая смотреть ей в глаза. Она выглядела несколько виноватой, но и разочарованной.

— Простите, я забыла позвонить. Я была с другом. Мы пошли пообедать, а потом его отец привез меня домой.

— С другом? — Роуз звучала заинтересованно. Прекрасно, Сансет застала ее врасплох. Теперь пришло время действовать.

Сансет сощурила глаза и демонстративно взглянула на Роуз. Извинения были принесены, теперь она хотела получить ответы.

— Почему ты никогда не говорила, что меня нашли возле старшей школы Кантерлот?

Роуз несколько раз моргнула, удивившись.

— О чем ты?

— Девять лет назад, в тот день, когда меня привезли в Новые Горизонты, полиция нашла меня возле старшей школы Кантерлота. Почему никто и никогда не говорил мне об этом?

К ее чести, Роуз казалась искренне озадаченной.

— Я этого не знала. Я полагаю, они могли сказать мне, когда ты впервые приехала сюда, но это было очень давно, и я уже не помню подробностей.

Сансет скрестила руки на груди.

— Все эти годы... — она бормотала, притворяясь, что разговаривает сама с собой, — я продолжала поиски любых зацепок к разгадке того, кто я такая и откуда пришла, а ключ, вероятнее всего, был спрятан в каком-нибудь файле.

Роуз вздохнула.

— Мне очень жаль, Сансет. Давай уйдем из холла и поговорим об этом в другом месте.

Низко опустив голову, Сансет последовала за Роуз в кабинет. Она старалась не смотреть на администраторшу, но догадывалась, что та, должно быть, в ярости. Но даже если она была права в том, что Роуз больше не руководила Новыми Горизонтами, никто не собирался говорить этого, когда она была в комнате.

Оказавшись в офисе, Роуз не поспешила сесть. Вместо этого она стала рыться в картотеке, пока Сансет усаживалась.

— Вот она, — Роуз положила папку на стол, и Сансет с восторгом увидела свое имя на ней.

— Я не знаю, есть ли там что-нибудь, что может помочь тебе сейчас, но это вся информация, которой мы располагаем с тех пор, как тебя привезли в Новые Горизонты.

Сансет открыла папку и бегло просмотрела документы. В них была ее фотография в тот день, когда ее нашли, а также основная информация о ее имени, дате поступления и внешности. Внизу был раздел для заметок.

Сансет Шиммер была найдена в одиночестве и, похоже, не помнит своего прошлого. Возможно в замешательстве. На вопрос о возрасте ответила, что ей семнадцать. Будет находиться под постоянным наблюдением доктора Кристал Клира для определения состояния психического здоровья. Ожидает назначения социального работника.

И это все! Вся информация, которую они сочли нужным сообщить.

— Тут ничего не сказано.

— Прости, Сансет.

Сансет вздохнула. Она получила именно то, что хотела, но ей все еще нужно выглядеть разочарованной.

— Нет, это мне надо извиняться. Я уверена, что ты сказала бы мне, если бы знала. — Бросив последний взгляд на документы, она закрыла папку и посмотрела на Роуз. — Просто я… как только я пришла в школу, я так четко вспомнила тот день. Хотя я до сих пор не помню, что было до этого.

— Что ж… Я думаю, ты уже догадалась, что если тебя нашли поблизости, то это, вероятно, район, в котором ты раньше жила. Может быть пока ты будешь учиться в школе, ты найдешь другие вещи, которые в конце концов заставят эти воспоминания вернуться.

Сансет кивнула.

— Хочешь поговорить об этом? Или о чем-нибудь еще, что произошло в школе?

Сансет открыла рот, но сразу же закрыла его. Она отрицательно покачала головой.

— Нет… Спасибо, но сейчас я хочу немного подумать.

— Конечно. — Роуз проводила Сансет до двери. — Но помни, что я всегда здесь, чтобы поговорить.

— Спасибо, я помню. — Сансет опустила взгляд и направилась в свою спальню. Она смотрела на мир так, словно потерялась в своих мыслях. На самом деле мысль у нее была только одна: дата, которую она должна запомнить.

Как только она оказалась в своей комнате, она схватила блокнот и записала ее. Дата, когда она впервые попала в Новые Горизонты. Это ключ к разгадке.

Сансет села и закрыла глаза. Иногда к ней возвращались воспоминания. Иногда они ей снились. Но впервые с тех пор, как она была маленьким ребенком, Сансет действительно попыталась вспомнить.

Это оказалось труднее, чем она думала. Она вспомнила так много всего за этот день, и, казалось, не будет конца круговерти мыслей в ее голове. Сосредоточиться на одном единственном воспоминании довольно непросто.

— Посмотри в это зеркало и скажи, что ты видишь?

— Прекрасную пони, у которой нет ничего, кроме силы и потенциала.

Нет.

— Я все еще думаю о том зеркале и не могу понять, что это было такое.

Нет.

— Так много воспоминаний, связанных с зеркалом, но не то, что ей нужно. Она напряглась сильнее.

— Кристальное Зеркало… Каждые тридцать лун портал открывается в… другой мир?

Да. Глаза Сансет распахнулись, когда она нашла воспоминание, которое ей нужно. Она схватила блокнот и написала под датой: “Каждые тридцать лун”. Она знала дату, когда портал был открыт единожды, и теперь могла вычислить, когда он будет открыт снова. Она начала лихорадочно подсчитывать.

Конечно, она могла бы продолжать плыть по течению, чтобы облегчить себе жизнь. Может быть она действительно сошла с ума, и все это окажется бессмысленным. Было бы глупо вкладывать всю свою веру в тот или иной план, особенно, когда все, что нужно сделать для ее возвращения в Эквестрию, это ждать. Ей необходимо всего лишь добраться до статуи в нужное время, и тогда она будет знать наверняка. Может это было неправдоподобно, но Сансет наконец-то нашла то, что казалось ей правильным, и она не собиралась сдаваться снова.

## 18 - Иного пути нет

Глава восемнадцатая

Иного пути нет

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Ожидание оказалось куда тяжелее, чем должно быть. Каждый день тянулся мучительно медленно, и Сансет никак не могла заставить себя перестать думать о портале. По сравнению с этим, все остальное имело куда меньшее значение. Да и как хоть что-то в этом мире могло сравниться с ее воспоминаниями? Она не была уверена, что случится, когда портал откроется, но всем своим нутром ощущала правильность происходящего, поэтому перестала пытаться задавать вопросы. Но в то же время она страшилась того, что произойдет с ней, если портал не откроется.

Чтобы отвлечься, она претворяла в жизнь другие свои планы. На самом деле, все, что ей нужно было сделать, это убедиться, что она останется в старшей школе Кантерлот до конца года, но прикладывая к этому минимальные усилия, она бы довела себя до нервного срыва задолго до открытия портала. Поэтому она поставила себе цель преуспеть во всех предметах. Она облачилась в образ идеальной ученицы, впечатляя своих учителей. Если Вайолет заглянет к ним, чтобы узнать, как идут дела у Сансет — а Сансет очень надеялась на это — то наверняка услышит только хорошее.

На случай, если этого окажется недостаточно, Сансет вступила в клуб журналистики. Поскольку она была новичком в команде, ей светила только скучная работа подмастерья. Но это не отвечало ее интересам, и она старалась показать свою харизматичную сторону главному редактору, и заработать себе место репортера.

Если Сансет когда-нибудь решит продолжить свой план по доминированнию в школе, это станет идеальной позицией. Она могла бы брать интервью у студентов и сотрудников, получая ценную информацию в процессе. Газета также давала ей возможность писать статьи, что являлось мощным инструментом в потоке сплетен, если она сможет управлять им достаточно хорошо.

Но всякий раз, когда Сансет думала об этом, она начинала сомневаться в себе. Какой смысл делать всю эту работу, если она все равно собирается бросить школу через год? И если честно, что она выиграет от всего этого? Ничто в этом мире не сравнится с тем, что она видела в своих воспоминаниях.

Ну почти ничто. Одна дилемма все еще терзала ее, и она знала, что рано или поздно ей придется встретиться с ней лицом к лицу. И чем дольше она ждала, тем больше это ее мучило.

Вот поэтому Сансет, наконец, решила покончить с этим. Выйдя из автобуса, она целеустремленно двинулась через школу. До начала занятий оставалось совсем немного времени, и она надеялась, что успеет сделать это раньше.

К сожалению, она понятия не имела, где искать, поэтому предприняла единственную логичную вещь: она искала везде. В коридорах, библиотеке, кафетерии и вестибюле, но куда бы она ни пошла, это оказывалось пустой тратой времени.

Решив, что с этим придется подождать, Сансет направилась к выходу из школы. Несмотря на то, что по ее подсчетам портал не откроется до конца года, посещение статуи заставляло Сансет почувствовать себя немного ближе к дому. Она ловила себя на том, что приходит сюда по меньшей мере раз в день, обычно сама того не замечая.

Сансет положила руку на гладкий мрамор. Он был холодным и твердым, как лед, под которым она тогда оказалась в ловушке. И даже если солнце все еще светило с другой стороны, лед был слишком толстым, чтобы указать ей путь.

В отражении статуи не было солнца, но кое-что другое привлекло внимание Сансет. На мгновение страх неудачи удержал ее, но затем Сансет развернулась и направилась через двор.

— Эпплджек, — сказала Сансет, когда наконец подошла к девушке, которую искала.

Эпплджек повернулась к ней, слегка приоткрыв рот.

— Сансет.

Хотя Сансет подготовила нужные слова для этой встречи, все они покинули ее. Вместо этого она уставилась на ноги Эпплджек, не желая встречаться с ней взглядом.

— Эм… это твой друг? — спросил другой голос. Сансет не замечала ее до этого, но другая девочка стояла с Эпплджек. Сансет и раньше видела их вместе, но не знала, кто она такая. У нее была желтая кожа и розовые волосы, а голос был настолько тих, что Сансет едва расслышала ее реплику.

— Мы знаем друг друга, — ответила Эпплджек. Конечно было неправильно сказать, что они когда-то были друзьями.

Сансет рискнула поднять взгляд. Эпплджек стояла уверенно, скрестив руки на груди. Роль крутой девочки, которую раньше отыгрывала Сансет, подходила для нее исключительно. Но каждый раз, когда Сансет видела Эпплджек с кем-то еще, та была все тем же добродушным человеком, которого Сансет так и не смогла забыть.

— Мы… эм... можем поговорить? — Сансет наконец-то сделала это.

—Ума не приложу, о чем нам говорить.

Сансет поморщилась от тона Эпплджек, и даже ее подруга отпрянула назад перед лицом очевидной враждебности. Сансет открыла рот, чтобы убедить Эпплджек поговорить с ней, но поняла, что это не нужно. Эпплджек была права, ничем хорошим это не закончится.

— Да. Полагаю, что не о чем. Забудь об этом. — Сансет развернулась и пошла прочь. Это было легко, она уже делала это тысячу раз.

Когда она вошла в школу, то подавила все эмоции, которые испытывала. Часть ее была счастлива, что Эпплджек отшила ее, даже горда. Наконец-то она сама о себе позаботилась. Но в тоже время она не могла не чувствовать себя обиженной. В письме, которое Эпплджек написала ей, она сказала, что Сансет может поговорить с ней, если когда-нибудь передумает.

И Сансет передумала. Она передумала, а затем передумала обратно к концу дня. Это случалось постоянно с той зимы, когда Сансет чуть не стала причиной смерти Эпплджек. Ей хотелось оттолкнуть Эпплджек, защитив ее. Ей хотелось извиниться, объяснить, что она совсем не то имела в виду.

В конце концов она всегда принимала одно и то же решение. Сансет не была хорошим человеком, и она это знала. Люди вокруг нее могут пострадать, и она будет той, из-за кого это произойдет. Если она попытается быть теплее, то сожжет всех, кто ей дорог. Лучше быть холодной и неприветливой. Иного пути нет.

— Эм… простите?

“И что дальше?” — спросила про себя Сансет. Она не рассчитывала, что Эпплджек будет держаться от нее подальше. Даже если бы она признала, что это к лучшему, это не остановило бы ее от бесконечных размышлений на тему “а что, если..?”.

Кто-то похлопал Сансет по плечу, заставив ее обернуться. Та тихая девочка попятилась назад, опустила взгляд в пол и обхватила себя руками, как будто бы стараясь стать как можно меньше.

— Чего тебе надо? — спросила Сансет. Хотя в ее голосе было больше раздражения, чем агрессии, девушка все же вздрогнула. Жалкое зрелище, Сансет могла сломить ее, даже не стараясь.

— Я… я…

Сансет вздохнула.

— Ты подруга Эпплджек, так?

— Мхм. — Девочка кивнула и принялась перебирать прядь своих волос. — Я Флаттершай.

Сансет немного подождала, пока та не перейдет к делу, но, похоже, это произойдет нескоро.

— Да, это мило и все такое, но мне нужно на занятия.

Флаттершай нахмурилась.

— Ох... тогда ладно...

Закатив глаза после такой пустой траты времени, Сансет повернулась, чтобы уйти.

— Подожди!

Сансет даже не потрудилась обернуться, когда отвечала:

— Поздравляю. Оказывается твой голос может звучать громче хомяка.

— Эм… ты тоже подруга Эпплджек. Так?

Строго говоря, Сансет была согласна с Эпплджек. Они никогда не были друзьями. Но она была слишком нетерпелива, чтобы добраться до сути этого разговора.

— Можно и так сказать. Почему ты спрашиваешь?

— Ну, эм… просто… Эпплджек обычно не такая. Она всегда такая добрая и заботливая, и всегда готова выслушать.

Как будто бы Сансет нуждалась в ком-то, кто напоминал бы ей о качествах, которые делали Эпплджек такой клевой.

— Так ты просто хотела поговорить об объекте воздыхания или намекаешь на что-то?

Это заставило Флаттершай покраснеть, и Сансет пришлось признать, что смотреть на это было забавно.

— Просто дело в том, что… когда ты уходила, она казалась такой… грустной.

— Грустной? — В этом не было никакого смысла. Флаттершай, должно быть, выдумала это.

Флаттершай кивнула и все же сумела посмотреть в глаза Сансет, не отворачиваясь.

— Я думаю… думаю, что она действительно хотела узнать, о чем ты хотела поговорить. Она просто… упрямая.

По крайней мере последняя часть утверждения звучала верно.

— Слушай, Флаттершай, ты кажешься милой девочкой. Так что позволь дать тебе совет, возможно ты примешь его легче и быстрее, чем наша упрямая подруга. Если ты позволишь себе подобраться ко мне слишком близко, то в итоге лишь останешься несчастной. Так что сделай себе одолжение и забудь обо мне. Поверь, тебе будет гораздо лучше, если ты останешься с Эпплджек.

Сансет пошла своей дорогой и, к счастью, Флаттершай не пыталась ее остановить. Быть рядом с той, кто пронизан своей собственной неуверенностью — последняя вещь, в которой они обе нуждались.

* * *

Одной из любимых вещей Сансет в старшей школе была возросшая свобода. В средней школе ученики всегда должны были находиться в определенных местах в определенное время и просили разрешения, чтобы пойти куда-то еще. Это делало ланч одним из самых неприятных моментов для нее, она ненавидела быть среди детей и то, что треть школы собиралась в одном месте, только усугубляло это.

Но в СШК она больше не была ограничена кафетерием. Логичным результатом стало то, что каждый ланч она проводила в библиотеке. Это было великолепно. Она получала доступ к компьютерам или книгам, занималась домашним заданием, на которое у нее не было времени в классе, и самое главное: никто не беспокоил ее. До поры до времени. Пока кое-кто не заметил, где именно она проводит большую часть своего времени.

— Итак, есть идеи, о чем ты собираешься писать? — спросил Флэш.

Несмотря на то, что Сансет держалась в стороне от других учеников, она продолжала проводить время с Флэшем. Наличие того, кого она могла назвать другом, произвело на Вайолет впечатление, особенно после того, как Роуз Петал подтвердила, что они регулярно проводят время вместе.

— Без понятия. Я думала, что у меня что-нибудь найдется, но все это мусор. — Сансет вздохнула. У нее было время до конца недели, чтобы продемонстрировать прогресс в своей первой газетной статье, и еще неделя, чтобы закончить ее и сдать для верстки. Но все легкие темы были заняты старшими репортерами: о спортивной команде и о местной моде — оставив Сансет с горсткой никому не нужных тем, которые не помогли бы ей узнать о школе.

— Эй, не переживай так сильно. Что бы ты не написала, это будет невероятно, поверь мне. — Флэш улыбался той глупой влюбленной улыбкой, которая появлялась у него всякий раз, когда он собирался сказать что-то слащавое. — Я имею в виду, разве может быть по-другому, когда ты берешься за дело?

По крайней мере тот факт, что он без ума нее, означал, что не требовалось огромных усилий, чтобы поддерживать его интерес. Сансет улыбнулась и убрала волосы за ухо, и практически услышала, как тает его сердце.

— Ой, спасибо, Флэш. Ты такой душка.

Вся эта сцена была настолько приторной, что заставила Флэша покраснеть, а Сансет заткнуться. Хотя Флэш ее по-настоящему не интересовал, она хотела, чтобы он интересовался ею. В то время, как ее основной тактикой в Эверфри был страх, здесь она узнала, что привязанность — также отличный способ манипулировать людьми.

Хотя он пытался переиграть и вернуться к обычному разговору, Флэш продолжал лыбиться как идиот, пока говорил.

— Может быть ты напишешь о музыке? Знаешь, у СШК богатая история школьных групп. Может стать интересной темой.

Сансет засмеялась.

— Это, наверное, было бы неплохо, но я подожду, пока мы не проведем еще несколько уроков. Было бы здорово разобраться, о чем они, черт возьми, говорят.

— Я могу поклясться, ты уже разобралась. — Его влюбленное выражение вернулось. — Ты быстро учишься, я почти уверен, что скоро уже ты будешь обучать меня.

— В этом есть смысл. — Несмотря на первоначальное нежелание, Сансет стала брать у Флэша уроки на гитаре, пока не отыщет работу. Вскоре она обнаружила, что преуспела в этом, как и всегда. Прошел всего месяц, и она все еще была новичком, но прогресс шел гораздо быстрее, чем ожидал Флэш. — Я подумаю над этим. Все равно после сегодняшнего утра мне больше нечем заняться.

Кажется, что бесцеремонные замечания Сансет наконец-то прорвали завесу подростковых гормонов.

— А что случилось сегодня утром?

— Ничего. Не беспокойся об этом.

— Агась, пустяки, и ты с ними неплохо справляешься.

Сансет резко выпрямилась и крутанулась на стуле, чтобы увидеть застенчивое выражение лица Эпплджек. Не зная, что ответить, она просто уставилась на нее.

Эпплджек поправила шляпу и опустила взгляд.

— Простите, што перебиваю, но если ты хочешь поговорить, что ж… я с удовольствием.

Сансет пыталась преодолеть свои удивление и замешательство, но ни то ни другое не исчезли. Спустя мгновение она встала, схватила рюкзак и шагнула к Эпплджек.

— Полагаю… увидимся позже? — спросил Флэш у нее за спиной. Сансет совершенно забыла о нем.

Она обернулась и попыталась изобразить извиняющуюся улыбку, но не была уверена, что из этого вышло. Внезапно она поняла, что совершенно не контролирует язык своего тела.

— Прости, Флэш. Это... вроде как важно.

— Ох, тогда ладно. — Флэш был расстроен и плохо это скрывал. Сансет, впрочем, было безразлично.

Прощался он уже с ее удаляющейся фигурой. Лишь осознание того, что Эпплджек наблюдает за ней, в конце концов заставило Сансет обернуться и неловко помахать рукой.

Библиотека в старшей школе Кантерлота была больше, чем любая другая школьная библиотека и занимала весь второй этаж. Не сговариваясь, они направились именно туда.

— Извиняй, что подслушала, — сказала Эпплджек, когда они поднимались по лестнице.

Сансет только посмеялась над этим.

— Это совсем не похоже на тебя.

Хотя, по правде говоря, Сансет было все равно, похоже Эпплджек была смущена.

— Я не была уверена, что хочу сделать, но потом увидела, как ты и он разговариваете, и я думаю, что… Ну, ты выглядишь иначе, чем раньше.

Тут было сложно отшутиться. Если Сансет казалась другой, то только потому, что она решила притвориться.

— Да, может быть.

— Все равно есть куда расти. — Эпплджек игриво толкнула ее локтем, что вызвало улыбку у Сансет. — Ты могла б рассказать своему другу, что тя беспокоит.

— Просто… слишком много всего.

— Кажись я могу эт понять. Но ты должна быть честной со своими друзьями. — Эпплджек привела их в одно из многочисленных укромных местечек между книжными полками, чтобы они могли поговорить наедине.

Лишь один человек заставлял Сансет хотеть быть честной. Хотя она и понимала, что это глупо, ей почти хотелось признаться Эпплджек, что Флэш Сентри на самом деле не был ее другом. Она приказала самой себе прикусить язык и сменила тему.

— Так что же заставило тебя прийти сюда и найти меня?

— Подруга, с которой я была этим утром, уговорила меня на это.

Ох ёпта. Еще один человек, который не понял, что лучше держаться подальше.

— Что ж, это было мило с ее стороны, но… — Сансет вздохнула. — Ей не следовало этого делать. Ты была права сегодня утром, у нас нет причин для разговора.

Эпплджек только улыбнулась и положила руку на плечо Сансет, и Сансет буквально услышала, как тает ее сердце.

— Да ладно, ты ж приходила поговорить со мной о чем-т. С тем ж успехом можем продолжить.

Эпплджек улыбалась. Она хотела поговорить с Сансет, услышать, что та скажет. Даже после всего, что случилось, после того, как Сансет стала настолько ужасной, насколько это было возможно, Эпплджек все еще была тут. Может быть Сансет действительно изменилась, по крайней мере немного, потому что теперь это было больше, что она могла вытерпеть.

— Эйджей, мне… мне очень жаль. — Сансет потянулась к руке Эпплджек, которая все еще была на ее плече, но в последнее мгновение передумала. Вместо этого она положила голову на ее ладонь. — Я вела себя ужасно, и ты ничего из этого не заслужила. Я даже не знаю, как объяснить. Наверное и не смогу. Нет никакого оправдания моим действиям.

Этого было недостаточно. И никогда не было. И Сансет не понимала, почему она вообще решила, что стоит попробовать. Сансет распускала слухи, которые делали жизнь Эпплджек в Эверфри невыносимой, постоянно оскорбляла ее в те редкие моменты, когда они разговаривали, и даже чуть не убила. Никакие извинения этого не изменят, а Сансет больше нечего было предложить.

Тишина говорила сама за себя. Сансет больше не хотела услышать ответ Эпплджек и решила просто уйти.

— Мне надо…

— Что ж, я буду… — Эпплджек отдернула руку, и Сансет поняла, что не может пошевелиться. — Никогда не думала, что доживу до этого дня. Извинения приняты!

— Чего? — Сансет подняла взгляд, чтобы увидеть, как Эпплджек улыбается. В этом не было смысла, это не должно быть так просто. — Но… но все, что я сказала! Все, что я сделала!

Эпплджек только пожала плечами.

— Я прощаю тя за это. Эт было очень давно, и я думаю, что теперь ты совершенно другой человек.

Прощение. Эпплджек простила ее. Достаточно было извиниться, и она была прощена. Сансет издала слабый смешок и покачала головой.

— Вот так просто?

— Вот так просто.

Она собрала всю волю, чтобы не расплакаться. Она не заслуживала прощения, не заслуживала того, чтобы в ее жизни появился кто-то вроде Эпплджек.

— Спасибо.

— Да не переживай насчет этого. Я прост рада видеть, что ты наконец-т во всем разобралась.

Разобралась в чем? Сансет почувствовала себя более растерянной, чем когда-либо.

— Может… ты объяснишь Флаттершай, что я сожалею о случившемся? Я вроде как огрызнулась на нее, когда она попыталась помочь.

— Конешн могу, но у меня есть идея получше. — Эпплджек достала телефон, чтобы проверить время, и направилась к выходу из библиотеки. — До конца ланча еще есть время. Как насчет того, чтоб найти ее, и ты ей все расскажешь? Я уверена, что она простит тя в любом случае, но эт будет значить гораздо больше, если ты придешь сама.

Сансет не любила общаться с людьми. Извиниться перед Флаттершай было скорее запоздалой мыслью и скорее потому, что та была подругой Эпплджек, чем потому, что Сансет чувствовала себя виноватой. Но предложению пойти вместе с Эпплджек и сделать все, что Эпплджек попросит, было невозможно сопротивляться.

Эпплджек вывела их из библиотеки, шагая с уверенностью, о которой Сансет могла только мечтать.

— Так что ты все-таки делаешь в СШК? — буднично спросила Эпплджек, пока они шли.

— Свалила подальше от Эверфри. По крайней мере я так думаю. А ты почему тут?

— Моя бабушка тут работает, так что ей достаточно легко привозить меня в школу и обратно. И, ну…

Эпплджек неловко поерзала, и Сансет поняла почему.

— Угу, полагаю, ты тоже хотела свалить подальше от Эверфри. Наверное у тебя случился сердечный приступ, когда ты меня увидела.

— Я б солгала, если б сказала, что ни капельки не нервничала… — Эпплджек ухмыльнулась и похлопала Сансет по спине. — Но эй! Похоже эт справедливо для нас обеих!

Сансет не согласилась. Даже если Эпплджек простила ее, она не могла не чувствовать, что для них было бы безопаснее учиться в разных школах. Не то чтобы она могла сказать нечто подобное, не сейчас.

— Полагаю, это правда.

— Прости, что не выслушала тебя раньше. Наверн, я очень беспокоилась о том, что может случиться.

Это было слишком. У Эпплджек не было причин извиняться.

— Все в порядке, у тебя есть основания быть осторожной. Прошу, не извиняйся…

На мгновение показалось, что Эпплджек собирается настаивать на извинениях, но она передумала.

— Надеюсь, я не слишком помешала тебе?

— О чем ты?

— Ты сказала своему другу, что сегодня утром ты что-т там узнала, и то, что я с тобой не заговорила порушило все твои планы, так?

Сансет уже забыла, о чем говорила, когда подошла Эпплджек. Вспомнив это, она покраснела.

— Ох, не переживай об этом.

— Угу. Понятно. — Эпплджек вздохнула. — Я не стану заставлять тя, но все равно извиняй.

Если Эпплджек пыталась заставить Сансет объяснить ей, что она имеет в виду, то у нее это отлично получилось. Осознавала ли она свои действия или же случайно выбирала идеальные линии поведения? Неважно, Сансет не могла позволить ей продолжать извиняться.

— На самом деле это было не так уж и важно, и тебе все равно будет неинтересно, — хихикнула Сансет, смеясь над своим идиотским планом. — Я сейчас пишу для школьной газеты, и мне стало любопытно, могу я надеятся взять интервью у тебя и твоих друзей.

Эпплджек наклонила голову набок.

— Для чего?

Сансет задумалась, замечала ли это Эпплджек.

— Ну, ты, Флаттершай и остальные твои друзья довольно популярны.

Очевидно, Эпплджек этого не замечала.

— Мы-то? Ну, Рэинбоу Дэш играет в футбольной команде, и Рэрети конешн. А Пинки дружит со всеми подряд, так что в этом есть смысл. Но не думаю, что кто-то обращал внимание на меня и Флаттершай.

Неудивительно, что Эпплджек, похоже, понятия не имела, как это работает.

— Ну да, но когда трое самых популярных первокурсников постоянно тусуются вместе, это делает и остальную часть их компании популярной. К тому же вы, пятеро, известны тем, что абсолютно неразлучны. Так что я подумала, может быть я могла бы написать историю о вашей дружбе или что-то в этом роде.

— Серьезно? — Несмотря на объяснение, Эпплджек все еще выглядела озадаченной. Она казалась даже еще более удивленной, чем раньше. — А ты точн та самая Сансет Шиммер, с которой я ходила в среднюю школу?

Сансет рассмеялась.

— Да, сказав это вслух, я поняла, насколько глупа эта идея.

Эпплджек покачала головой и улыбнулась.

— Не говори так! Я думаю, эт отличная идея, и я была б рада помочь. Конешн, я не могу говорить за других, но думаю, что они тож не будут возражать.

— Ну не знаю, не кажется ли тебе это слишком слащавым?

— Может быть немного, но я не думаю, что эт обязательно плохо. У тя есть какие-нить другие идеи?

К несчастью, тут Эпплджек ее подловила.

— Ну, нет…

— Что ж, тогда продолжим. Пойдем, сейчас мы сможем спросить у всех.

Сансет остановилась перед кафетерием. Внутри Эпплджек ждала группа настоящих друзей. Ей совсем не нужен был кто-то вроде Сансет, чтобы попасть туда.

— Нервничаешь, — спросила Эпплджек.

Сансет ухмыльнулась.

— Нервничаю? Да чёрта с два я нервничаю.

Хотелось ей этого или нет, Сансет уже обязалась пойти на эту встречу. Ей только нужно было извиниться перед Флаттершай, не следует даже спрашивать об интервью.

Она достигла уровня уверенности Эпплджек, когда они вошли. Даже если она никогда не подружится с этими девочками, она все равно хотела предстать в лучшем образе перед друзьями Эпплджек.

Три из них сидели вокруг стола, а четвертая стояла на нем. Хотя Сансет не встречалась ни с кем из них, кроме Флаттершай, она опознала девушку на столе, как одну из футбольной команды.

— А потом фьють! И я перепрыгнула через игрока Шэдоуболтов, и…

— Рэинбоу, ну и что ты делаешь? — поинтересовалась Эпплджек, когда они подошли.

Рэинбоу не выглядела удивленной тем, что ее прервали.

— Пытаюсь рассказать историю вчерашней игры!

— Ты ведь знаешь, что мы все там были? — спросила Эпплджек. Она покачала головой и жестом указала на Сансет, прежде чем Рэинбоу успела ответить. — Ребята, эт Сансет Шиммер, моя подруга из средней школы. Сансет, ты уже знакома с Флаттершай, а эт Рэрети и Пинки Пай. — Она указала на каждого из сидевших по очереди.

Рэинбоу сложила руки на груди и хмуро посмотрела на Эпплджек.

— Никого не забыла?

— Не-а. Я прост не уверена, что хочу признавать дружбу с кем-то, кто стоит на столе и при этом носит юбку.

Рэинбоу Дэш спрыгнула со стола и демонстративно проигнорировала Эпплджек. Она протянула руку Сансет и улыбнулась.

— Мое имя: Рэинбоу Дэш. Форвард футбольной команды Вондеркольтов, а в скором времени звезда команды легкой атлетики.

— Приятно познакомиться, — сказала Сансет, пожимая руку. — Но разве наборы в спортивные команды не закончились?

— Да, но тренер понял, что команде нужен кто-то вроде меня, поэтому они сделали исключение. — Рэинбоу пожала плечами, как будто это была самая нормальная вещь в мире.

— Помогло и то, что один из членов решил уйти, — добавила Пинки. Она схватила руку Сансет и энергично потрясла ее. — Меня зовут Пинки Пай! Но я полагаю, ты это и так знаешь, так как Эпплджек только что познакомила нас. Но все равно, мы все будем лучшими друзьями, и мы можем делать кучу веселых вещей вместе! Мы можем ходить на танцы, устраивать вечеринки с ночевкой, или может даже мы сможем создать команду и сражаться с магическими существами из другого мира, а еще будем болтаться в торговом центре и…

Рэрети прочистила горло и улыбнулась, увидев, что прервала болтовню Пинки и привлекла внимание Сансет.

— Пинки, это чудесно, что ты рада приветствовать нашу новую подругу, но давай не будем перегружать ее. Пожалуйста прости ее, она просто иногда немного перевозбуждается.

— Всегда! — бодро поправила ее Пинки.

— Я думаю, что скажу это от имени всех нас, я рада знакомству с тобой, — продолжила Рэрети. — Я не знала, что кто-то из старых друзей Эпплджек ходит в эту школу.

Насколько Сансет знала, у Эпплджек было не так уж много друзей в средней школе. Они с Голден Харвест оставались близкими, но большинство других детей держались на расстоянии. Несмотря на все усилия остановить слухи, Сансет так и не смогла спасти репутацию Эпплджек.

Но если Эпплджек решила не сообщать об этом своим новым друзьям, то Сансет не собиралась говорить об этом тем более.

— На самом деле мы были не так уж близки, — ответила Сансет. Она повернулась к единственному человеку, который не произнес ни слова, с тех пор, как она сюда пришла. — Флаттершай, я… хотела бы извиниться за то, что произошло ранее. Я была расстроена и поэтому выместила это на тебя.

— Эм, ох, все в порядке, — тихо пробормотала Флаттершай. — Я просто счастлива, что все разрешилось.

Сансет не могла не заметить реакцию остальных. Рэрити, казалось, хотела спросить, что произошло, но передумала и промолчала. Эпплджек счастливо улыбалась в честь примирения, очевидно не замечая, что Флаттершай все еще заметно расстроена. Рэинбоу Дэш мгновенно изменилась, она ничего не сказала, но села рядом с Флаттершай и не сводила глаз с Сансет, ожидая, когда та где-нибудь проебется.

А затем была Пинки Пай. Которая без всякого предупреждения вскочила и схватила Сансет за руку, притянув ее к Флаттершай, а затем обняла их обеих.

— О, не беспокойся об этом, Санни! Это случается со всеми иногда, и я уверена, что Шай знает, что ты не хотела ничего плохого!

— К-к-конечно, — пролепетала Флаттершай, чувствуя себя так же неловко, как и Сансет.

Сансет вырвалась и отстранилась. Она ненавидела, когда ее называли Санни, а когда люди неожиданно прикасались к ней, это было еще хуже. Если бы не тот факт, что Эпплджек была рядом с ней, она бы, вероятнее всего, начала кричать. И хотя она сдержала себя, она заметила, что глаза Рэйнбоу сузились, как будто она уже ожидала худшего.

Пора делать ноги.

— Что ж, было приятно познакомиться со всеми вами.

Она сделала шаг назад прямо в протянутую руку Эпплджек. Сансет замерла, когда Эпплджек нежно положила руку ей на плечо.

— Сансет в команде журналистов, и она надеялась, что сможет взять интервью у нас пятерых для газеты.

“Блядь. Она это сделала...“

Если бы такое сказал кто-то другой, это было бы неприемлемо. Но поскольку это была Эпплджек, Сансет лишь застенчиво улыбнулась.

— Ты хочешь взять у нас интервью для школьной газеты? — спросила Рэрети.

— Да, если вы не возражаете, — отвечала Сансет, надеясь, что они будут возражать.

— Ну, я, к примеру, польщена, — сказала Рэрети с улыбкой. — Но зачем?

Прежде чем Сансет успела ответить, прозвенел звонок. Она не знала, радоваться ей, что разговор отложен до тех пор, пока она не придумает, как с ними справиться, или злиться, что он не зазвонил на несколько минут раньше. Она выбрала оба варианта.

— Мы с удовольствием! — ответила Пинки.

— Я точно знаю, что буду очень рада, какова бы ни была причина, — согласилась Рэрети.

Рэйнбоу выглядела так, будто собиралась возразить, но остановилась, когда Флаттершай ответила:

— Думаю, если все остальные захотят, я тоже не против.

Похоже, одобрение Флаттершай это все, в чем нуждалась Рэйнбоу, поскольку она наконец сняла маску сторожевого пса.

— Да, пожалуй я позволю тебе взять у меня интервью. Неудивительно, что ты так сильно этого хочешь.

— Значит решено, — подвела итог Эпплджек. — Но нам, наверн, пора на занятия.

Сансет с улыбкой обвела взглядом всех пятерых.

— Спасибо вам всем. Я свяжусь с вами в ближайшее время, чтобы назначить интервью.

Как только она отвернулась, улыбка превратилась в гримасу. Она шла на следующий урок, кипя от злости на обстоятельства, в которых оказалась. Флаттершай едва умудрялась говорить на слышимом уровне, Рейнбоу явно не хотела пытаться поладить, а Пинки не понимала концепции личного пространства. Единственной подругой Эпплджек, которую Сансет не успела невзлюбить, была Рэрети, но и она не производила особого впечатления.

И ей придется брать у них интервью. В первую очередь о дружбе. Не говоря уже о том, что все это время ей придется ходить по тонкому льду, так как все они были друзьями Эпплджек.

— Сансет, погодь, — крикнула Эпплджек позади нее.

Ну хоть какое-то развлечение.

— Я знаю, ты соскучилась по мне, но тебе действительно нужно идти на занятия, — сказала Сансет, оборачиваясь.

Эпплджек прыснула.

— Уже ухожу. Я прост хочу сказать, что извиняюсь, если эт было немного чересчур. Я знаю, Пинки может быть немного грубой, а Рэйнбоу…

Сансет пожала плечами.

— Все нормально. Перестань так много извиняться.

Эпплджек кивнула.

— И ты знаешь… Ты можешь зависать с нами, если хочешь. Ты и твой друг, если он не против потусоваться с кучей девчонок.

— Любовничек? Что-то мне подсказывает, что он не будет сильно жаловаться.

— Ну что скажешь? — Эпплджек улыбнулась. Та идеальная дружелюбная улыбка, которая отплясывала в воспоминаниях и снах Сансет больше года. — Друзья?

Друзья. Они действительно могут стать друзьями. Разве не этого она хотела? Зачем притворяться, что она дружит с Флэшем, когда у нее может быть настоящая дружба с Эпплджек? Конечно ей придется мириться с другими друзьями Эпплджек, но разве это того не стоит?

Конечно стоит. Тут не о чем думать. Возможно Сансет изменилась, хотя бы немного. Пожалуй впервые она была готова признаться себе, что дружба с Эпплджек — это именно то, что она хочет. И вот она здесь, улыбается этой идеальной улыбкой, приветствуя Сансет в своей жизни.

— Спасибо, Эйджей. Это действительно много значит для меня. — Сансет тоже улыбнулась. — Но с нами связано слишком много плохих воспоминаний. Я счастлива, что у нас с тобой сейчас все хорошо, но я действительно хочу двигаться дальше. Я думаю, что наша дружба усложнит это.

Идеальная улыбка исчезла, когда Эпплджек опустила взгляд в пол.

— Кажись, я понимаю, к чему ты клонишь. — Когда она подняла глаза, то снова улыбнулась, но это было уже не то. — Ну тогда ладно. Но спасибо, что подошла ко мне сегодня. Приятно знать, что теперь мы, по крайней мере, в лучших отношениях.

Сансет кивнула.

— Да. Как бы то ни было, я поговорю с тобой об интервью позже.

Эпплджек помахала рукой и убежала. Сансет улыбнулась про себя, направляясь на следующий урок. Она поступила правильно, а такое случалось не очень часто. У Эпплджек были настоящие друзья, и она не нуждалась в том, чтобы кто-то, вроде Сансет, опускал ее на дно. Так будет лучше.

Если Сансет примет предложение, то в конце концов все испортит. Она всегда все портит. Она могла защитить Эпплджек, только держа ее на расстоянии. Оставайся холодной, не подпускай никого близко. Иного пути нет.

## 19 - Вопросы и ответы

Глава девятнадцатая

Вопросы и ответы

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Больше никаких вибраций. Никаких голосов, шепчущих ее имя. Даже ночных кошмаров не было. С самого первого дня, как Сансет начала посещать старшую школу Кантерлот, все стихло.

Тишина была странной. Впервые за много лет, Сансет могла поразмыслить о прошлом, не опасаясь, что у нее начнутся галлюцинации. Это было именно то, что доктор прописал, вот только были и своего рода сложности.

Если она признавала, что Эквестрия реальна — а она обычно склонялась к этому — то ей становилось трудно не затеряться в утерянных годах. Прошло уже больше восьми лет, с тех пор как она впервые прошла через зеркало, и все это время она только и делала, что играла в притворство с людьми. Возможно существовали различия в продолжительности дней или даже в самом течении времени между двумя мирами, но нельзя было отрицать, что портал открывался несколько раз с момента первого путешествия Сансет через него.

И конечно, был один факт, который оставался неизменным, вне зависимости от обстоятельств: Сансет слишком умна, чтобы не осознавать, насколько нелепо все это было. Придет время, но статуя останется твердой. Это единственный ответ, который имеет хоть какой-то смысл.

Поэтому Сансет работала в обоих направлениях. Каждый день начинался с похода к статуе, на случай если время между мирами действительно работает по-разному. И каждый день там была только статуя.

Также Сансет продолжала играть в притворство. Она поддерживала свои оценки на высоком уровне, она работала с журналистской командой, ходила на собеседования для работы и продолжала видеться с Флэшем Сентри.

Что касается него, он становился одним из самых популярных первокурсников в школе. В этом не было ничего удивительного. Он был красивым, общительным, обаятельным, но не самоуверенным, умел играть на гитаре, правильно одевался и что самое главное: искренне не замечал всего этого. Как будто он был создан, чтобы стать идеальным воплощением всего, что подросток нашел бы клевым.

И закономерно, это сделало клевой и Сансет. Другие ученики стали обращать на нее внимание. Она была миленькой девушкой, которая без особых усилий могла сдать любой экзамен, она занимала недоступную другим первокурсникам позицию, когда писала для школьной газеты; она высказывалась исключительно метко и всегда в нужное время, но при этом оставалась в тени достаточно, чтобы другие ученики не чувствовали угрозы от ее присутствия. И, конечно же, она тусовалась с Флэшем Сентри, с парнем, с которым кто угодно не прочь побыть.

А тут еще и статуя подключилась. Многие замечали привычку Сансет каждое утро трогать основание статуи, но никто не мог понять причину. Сансет, конечно, не давала никаких подсказок, поэтому в ней сохранялась загадка. Такая безобидная причуда вызывала интерес, при этом не рискуя выставить ее странной.

— Агась, статуя все еще тут, — дразнил Флэш, поймав Сансет возле статуи ранним утром.

Сансет заметила небольшую толпу из нескольких человек, посматривающих в их сторону. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что хотя она никогда не желала дружбы, такого нельзя сказать про обожание. Улыбка Сансет, когда она ответила, была больше для них, чем для Флэша.

— Просто хотела убедиться. Это важная часть внешнего облика школы, знаешь ли.

— Да, конечно. — Флэш хорошо понимал, что совать нос дальше не стоит. Он прислонился к статуе и сменил тему. — У меня мысль… В эти выходные дает концерт отличная местная группа. Может быть ты хочешь пойти послушать их вместе?

Сансет помедлила, прежде чем ответить. Это было достаточно безобидно. Сансет никогда раньше не бывала на концертах, а у Флэша хороший музыкальный вкус. Похоже это действительно может быть весело. Но она не была уверена в том, что хочет видеть его на выходных. Они и так встречались каждый день в школе, у них проходили еженедельные уроки игры на гитаре, и Сансет даже познакомила Флэша и его отца с Роуз Петал. Все это послужило определенной цели, теперь никто не мог утверждать, что она просто выдумала его, но это все же был перебор.

Флэш неправильно истолковал ее колебания.

— Пойдем в библиотеку. Я покажу тебе их веб-сайт, чтобы ты могла послушать, как они звучат.

По крайней мере его недопонимание позволяло ей потянуть время, пока она не услышит группу.

— Мне нужно кое-что сделать до начала занятий, может быть ты покажешь их мне после школы?

— Да, конечно. — Флэш, похоже, воспринял отсутствие ответа, как “да”. — Тебе понравится, это будет потрясающе.

— Посмотрим. — Сансет направилась к школе, желая дистанцироваться от разговора. — Но в таком случае мне еще нужно спросить разрешения пойти на концерт.

— Я уверен, мисс Роуз не станет возражать.

К сожалению, Сансет была уверена тоже.

— Может быть. В любом случае мне нужно идти, если я хочу успеть вовремя!

— Может тебе составить компани… ладно, видимо нет, — пробормотал себе под нос Флэш, когда Сансет быстро зашагала прочь.

В каком-то извращеном смысле было неплохо иметь с Флэшем неразрешенный вопрос. Она несомненно будет размышлять о нем весь день, и возможно, это остановит ее от мыслей о других вещах. Например о том, что случится на ближайшей встрече.

Если Сансет ошибалась насчет Эквестрии, то можно было легко понять, как формировались ее заблуждения. Первое настоящее воспоминание, которое она смогла восстановить, было найдено в старшей школе Кантерлот, так что было логично, что она оказала влияние на ее психику. Но были и необъяснимые аномалии. Не то чтобы она не могла допустить их вероятность, но невозможность с уверенностью сказать, что правда, а что — нет, съедала ее изнутри.

Она помнила тот день, когда ее нашли, но не могла представить его достаточно четко. Стресс, ошеломляющее количество новых впечатлений, ее юный возраст — все это навалилось на Сансет с исключительно яркими фрагментами происходящего, но не связывало их вместе. И был особый пробел, который никак не получалось удовлетворительно заполнить.

Сансет знала Селестию. Статуя вывела ее на этот путь, но именно голос Селестии расставил все по местам. И теперь каждый день она снова слышала этот голос. Это были простые утренние объявления или пожелания хорошего дня, но независимо от того, что говорила Селестия, этот голос звучал у Сансет в голове.

Было только три варианта.

Первый: Принцесса Селестия и директор Селестия были одной и той же персоной. Логически это не имело смысла, но если Эквестрия и Принцесса Селестия реальны, то это становилось научно обоснованно. Когда Сансет прошла через портал, она превратилась из пони в человека. Вполне логично, что то же самое произойдет и с Селестией. Неужели она все-таки последовала за Сансет? Она тоже могла застрять в этом мире и предпочла остаться в школе, чтобы следить за порталом. Хотя мысль о том, что портал больше не работает, приводила ее в ужас, было бы приятно снова поговорить с Селестией. Получить ее неоспоримое слово: “Да, моя одаренная ученица, все это было реальностью. Тебе не показалось.”

Но Селестия видела Сансет. В первый школьный день Селестия посмотрела Сансет прямо в глаза, хоть и на мгновение. Неужели она действительно забыла? Это было так давно, но Сансет не верила, что ее можно заменить. Таким образом второй вариант заключался в том, что Принцесса Селестия и директор Селестия были совершенно разными личностями, несмотря на очевидное сходство. Вероятность того, что это просто совпадение была ничтожна мала, но существовала возможность, что эти два мира были полностью параллельными измерениями. Это объясняло еще одну вещь, которая сбивала Сансет с толку: несколько примечательных мест тоже перенеслись. Кантерлот был городом, в котором жила Сансет, а теперь это ее старшая школа. Она ходила в среднюю школу Эверфри и начальную школу Вайт Тейл, подобные места существовали в Эквестрии. Хотя звучало слишком близко к научной фантастике, Сансет не могла этого исключать.

Третий вариант был наихудшим, но и наиболее вероятным. Никакой Эквестрии не было. Сансет адаптировала названия известных ей мест для своей фантазии и каким-то образом была знакома с Селестией в прошлом. Она даже могли быть родственниками, хотя это и было преувеличением; полиция провела тщательное расследование, прежде чем отказаться от поисков родителей Сансет, и она была уверена, что они бы наверняка выяснили, есть ли у Сансет семья, желающая заявить на нее опекунство в штате. И конечно же, Селестия не узнала в Сансет давно потерянную дочь, когда они увидели друг друга. Нет, скорее всего она виделась с Селестией, но не так часто.

Ни одно из этих объяснений не отвечало всем ее вопросам, но выявление наиболее верного станет ключом к разгадке головоломки. Но такое выявление потребует от Сансет наконец-то столкнуться с тем, чего она активно избегала.

Сансет стояла перед кабинетом директора Селестии и пыталась взять себя в руки. Однако все ее попытки пропадали впустую, так что в конечном итоге ей пришлось проигнорировать трясущуюся руку и постучать в дверь.

— Входите, — послышался голос Селестии с другой стороны, и по телу Сансет пробежала дрожь. Она проигнорировала и это чувство, и открыла дверь.

Сансет застыла на месте. Даже ее легкие приостановили свою работу, когда она замерла, завороженная видом Селестии. Весь остальной мир исчез. Но это не имело значения. Все, на что стоило обратить внимание, эта женщина, сидящая напротив.

Директор Селестия не забыла об остальном мире. Она не терялась в воспоминаниях о девочке, стоявшей перед ней. Если бы это было так, она не улыбалась бы так вежливо. Она не стала бы небрежно указывать рукой между Сансет и стулом напротив. Она не смогла бы не оставить в своем голосе ничего, кроме вежливой любезности, когда сказала:

— Пожалуйста входи. Чем я могу быть тебе полезна, мисс?

И мир стремительно вернулся. Это было слишком и грозило сокрушить ее. Она заставила себя фокусироваться на одном действии за раз. Войти в кабинет. Закрыть дверь. Сесть.

Директор Селестия с нетерпением ждала, так что Сансет пришлось заговорить. Начнем со знакомства.

— Меня зовут Сансет Шиммер.

— Сансет Шиммер? — Улыбка Селестии стала еще шире. Неужели она все-таки помнит? — Ты та самая ученица, которая написала статью о дружбе. Должна сказать, я впечатлена.

Нет, не помнит. Сосредоточься, не теряй цель из виду. Поблагодари ее за комплимент.

— Спасибо, мэм. — Двигайся вперед, не упусти свой шанс. — Я хочу вас кое о чем спросить.

Директор Селестия усмехнулась.

— Ах, я должна была догадаться. Каждый год кто-нибудь из газеты хочет взять у меня интервью. И хотя я всегда рада услужить, ты должна знать, что, в отличие от учеников, со мной не все может пройти столь же гладко, как ты ожидаешь.

Недопонимание. Исправить ошибку.

— Нет, это не для газеты.

Сансет глубоко вздохнула и заставила себя посмотреть в глаза директору Селестии. Воспоминания о глазах другой Селестии все еще горели в ее разуме, но эти глаза были просто теплыми. Они не были одной и той же Селестией, это было очевидно.

— На самом деле… это касается меня.

Директор Селестия выглядела озадаченной, но терпеливо ждала продолжения.

— Хм?

Сансет кивнула.

— Восемь лет назад меня нашли возле этой школы. Я была одна и не знала, где нахожусь. Я ничего не могла вспомнить о своей прежней жизни: где я жила, кто мои родители или что-то еще. Я… — Сансет закрыла глаза. Было неправильно лгать Селестии, даже неправильной Селестии. — Я до сих пор не помню ничего, что было до этого.

— О мой Бог. — Селестия протянула руку через стол и накрыла ей руку Сансет. Сансет открыла глаза и уставилась на это, не в силах думать ни о чем, кроме того, как это неправильно. — Звучит ужасно. Ты смогла найти дорогу домой?

Сансет покачала головой.

— Кто-то все-таки нашел меня. Но я была в такой растерянности, что не запомнила, кто они такие и как выглядели. Кажется их было двое, но я не совсем уверена. Я надеялась, что может быть они работают в школе или что-то в этом роде, и у меня будет возможность поговорить с ними. Вы когда-нибудь слышали о чем-то подобном?

Селестия на мгновение задумалась.

— Хмм… Прости, но думаю, что нет. Но я не работала в СШК восемь лет назад, так что вполне возможно, что это был кто-то из сотрудников.

Это была не директор Селестия. Она даже не была в СШК восемь лет назад. Ни единой возможности для Сансет встретить ее, если только этого не произошло до того дня, когда ее обнаружили. И при этом она не показала никаких признаков, что узнала Сансет ни по внешности, ни по имени.

— Но здесь есть и другие люди, которые тогда уже работали. Дай мне немного времени, чтобы связаться с кем-то, кто сможет что-нибудь вспомнить, а потом приходи за ответом.

Возможно это уже было не так важно, но Сансет все равно кивнула.

— Спасибо, мэм.

Директор Селестия улыбнулась.

— Что ж, если я больше ничего не могу для тебя сделать, то, наверное, тебе лучше вернуться в класс. Я сообщу тебе, как только что-нибудь узнаю.

Сансет снова кивнула.

— Правильно. Спасибо.

— Не стоит благодарности. Тем более не каждый день происходит что-то подобное.

Сансет выдавила из себя улыбку. Она не была уверена, откуда у нее взялась сила воли, чтобы добавить:

— Надеюсь, что нет. Я думаю, что одного пятилетнего ребенка, найденного потерянным и одиноким, более чем достаточно для любой школы.

Сансет вышла и зашагала по коридору в оцепенении. Они не были одной и той же Селестией. Сансет исключила один вариант, а это означало, что она стала намного ближе к ответу. И она также обнаружила, что вряд ли встречала эту Селестию раньше.

А значит наиболее вероятным ответом был вариант, что она находится в параллельной вселенной. Если подумать, это вполне встраивалось в общую картину. Она прошла сквозь зеркало и оказалась в причудливом отражении мира, который когда-то называла домом. Вероятно она найдет и другие дублирующие аномалии, если потрудится их поискать.

Но даже если этот ответ означал, что Эквестрия существует, появлялась одна неизбежная проблема.

* * *

Профессор Инквелл была учителем в школе одаренных единорогов Селестии, а мисс Инквелл преподавала старшеклассникам историю в старшей школе Кантерлот.

Арпеджио Гармони был знаменитым эквестрийским композитором. Роуз обычно слушала Арпеджио Гармони на кассете, когда возила Сансет на сеансы.

Стоут Шилд был капитаном стражи Селестии. Стоут Шилд был начальником полицейского управления.

Не все совпадало идеально, но для всего находилась связь. Интернет поиск Кловер Мудрой не выявил исторических фигур, прославившихся достижениями как в магических исследованиях, так и в политической революции. Но нашлась Мудрая Кловер, которая была философом своего времени. Ее редко вспоминали, поскольку она была женщиной в то время, когда человеческое общество принимало только мужчин на научном поприще, а ее коллеги украли или опорочили все ее достижения.

Что оставляло Сансет только одну проблему.

Директору Селестии не потребовалось много времени, чтобы передать сообщение Сансет. В конце дня ее ассистентка принесла записку с просьбой зайти после уроков к ней кабинет. Кажется директор Селестия была довольно-таки надежной.

Хотя ее интересовало только то, знала ли она эту Селестию раньше, Сансет все еще было любопытно встретиться с людьми, которые нашли ее. Поэтому после того, как заместитель директора Луна объявила об окончании учебного дня, она преспокойно вернулась в кабинет директора. Никаких колебаний в дверях. Она больше не волновалась о том, что произойдет внутри.

— Входите, — сказала директор Селестия, когда она постучалась, и Сансет повиновалась.

В помещении находилось три человека. Директор Селестия сидела за столом, явно довольная собой. Сансет не знала имен двух других людей, но сразу же опознала их. То, что она увидела их перед собой, заполнило пробел, и она поняла, что может вспомнить, как они нашли ее через дорогу от школы.

— Сансет, это мистер Крэнки Дудл и миссис Матильда. Они оба преподают в СШК, и я полагаю, что это те люди, которых ты ищешь.

Было предельно ясно, что Крэнки Дудл и Матильда тоже узнали Сансет.

— О небеса, — сказала Матильда, и по ее лицу медленно поползла улыбка. — Это действительно ты.

Крэнки потребовалось больше времени, чтобы преодолеть замешательство.

— Ну, я…

Не так часто Сансет теряла дар речи, но она оказалась совершенно не готова к подобной ситуации. Она изобразила нервную улыбку и слегка помахала рукой.

— Эм, привет.

Видимо директор Селестия заметила, что у остальных в кабинете языки отнялись, поэтому она решила сама сдвинуть дело с мертвой точки.

— Должна сказать, я была тронута, когда Сансет рассказала мне эту историю сегодня утром. Я хотела бы услышать больше подробностей о том дне.

Крэнки откашлялся и начал рассказ:

— Матильда и я шли домой, когда она увидела маленькую девочку, прячущуюся в кустах.

— Ты сказал, что мы должны оставить ее в покое, — добавила Матильда.

— Я подумал, что она играет в прятки.

— Но других детей поблизости не было. Поэтому я уговорила его хотя бы сходить и проверить, как она. Бедняжка была так напугана и растеряна.

Сансет покраснела и почесала затылок.

— Я… наверное я просто знала, что не должна разговаривать с незнакомцами. Даже если забыла все остальное.

— Это точно, ты не помнила, где ты живешь, — сказала Матильда. — Я надеюсь, полиция смогла найти твоих родителей?

Сансет покачала головой.

— Я так и не вспомнила ничего из своего прошлого до того дня. Полиция отвезла меня в больницу, чтобы проверить мое состояние, а затем отдали в приют Новые Горизонты. Где я сейчас и живу.

Матильда прикрыла рот рукой.

— Ох, бедняжка.

Сансет улыбнулась.

— Но у меня все хорошо. И я понимаю, что тот день мог закончиться намного хуже. Вот почему я хотела найти вас двоих. Я хочу поблагодарить вас обоих, не знаю, что бы случилось, если бы вы прошли мимо.

— Ну не могли же мы оставить тебя просто так, — сказал Крэнки, несколько смущенный тем, что оказался в центре внимания.

Они продолжили говорить о том дне и о том, чем занималась Сансет с тех пор. Директор Селестия упомянула Крэнки и Матильде о статье Сансет, из-за чего Крэнки был вынужден признать, что не читал ее, и пообещал, что скоро прочтет.

Встреча проходила в радушной атмосфере, хотя и несколько неловкой. Но Сансет хорошо вжилась в свою роль, и как только она избавилась от первоначального шока, все были восхищены, что смущенная маленькая девочка превратилась в вежливую молодую леди. Директор Селестия гордилась как своим отзывчивым персоналом, так и своим Вондеркольтом, и не упускала случая указать на их достоинства.

К тому времени, когда Сансет наконец смогла использовать свой автобус в качестве предлога, чтобы покинуть встречу, она могла поклясться, что они души в ней не чают. А поскольку она знала, что учителя общаются между собой, она была уверена, что обожание, которое испытывали к ней ученики, скоро распространится и на учителей. Пусть она и не управляла школой из тени, но это все равно было достижением. И если Вайолет узнает, насколько она всеми любима, это, несомненно, сыграет ей на руку.

Дела шли прекрасно. Осталась только одна проблема.

По дороге к автобусу Сансет столкнулась с Флэшем. Вот он причинял неудобств больше всех вместе взятых.

— Вот ты где, — сказал он, увидев ее. — Я искал тебя. Готова идти?

Ох, точно. Сегодня среда, день, когда она должна пойти к Флэшу на уроки игры на гитаре.

— Прости, Флэш, но я чувствую себя не очень хорошо. Сегодня я лучше поеду домой.

Флэш нахмурился, изобразив нечто среднее между разочарованием и беспокойством.

— Ты в порядке?

— Да, со мной все в порядке. Думаю, мне просто нужно отдохнуть.

Подавив свое разочарование, Флэш серьезно кивнул.

— Ладно, ничего страшного. — Он посмотрел в сторону, немного смутившись. — Так, эм… насчет концерта... Что, если я отправлю тебе страничку группы на эмейл, а ты могла бы их оценить? А знаешь… если тебе не хочется туда идти, может есть что-то еще, что мы могли бы сделать в эти выходные?

Сансет склонила голову набок.

— Если я не пойду на концерт, просто иди без меня.

— Да, но… — Флэш покачал головой. — Давай разберемся с этим, когда тебе станет легче.

Сансет была сбита с толку тем, насколько смущенным он казался, но у нее не было ни времени, ни достаточно интереса, чтобы пытаться разузнать причину.

— Да, хорошо, увидимся позже, Флэш.

— Пока, Сансет. Надеюсь, тебе вскоре станет лучше.

Сансет пошла дальше, чувствуя, что он все еще смотрит ей вслед. Однако у нее были более важные дела, о которых стоило беспокоиться.

И она беспокоилась о них всю дорогу до приюта. Она ожидала, что поездка в автобусе покажется ей вечностью, но едва заметила ее. Она так потерялась в своих мыслях, что время просто пролетало мимо. Если бы она знала наперед, то предпочла бы, чтобы автобус двигался ползком. Это было бы лучше, чем попасть домой, ведь там ей легче не станет. Мысли плясали у нее в голове, но всегда сходились к одной и той же.

Она не побежала домой с автобусной остановки. Она не спешила попасть в свою комнату. Она двигалась уверенно и целеустремленно, но без спешки. Ее ничего там не ждет. Ответа на ее вопрос не будет.

Зайдя в Новые Горизонты, Сансет ни с кем не разговаривала, она опустила голову и направилась в свою комнату. Она закрыла за собой дверь, сняла рюкзак и поставила его на пол. Затем она остановилась, словно ожидая чего-то.

Но ничего не произошло, как не происходило и раньше. Во всяком случае ничего реального. Сансет медленно подошла к кровати. Она отодвинула матрас и просунула руку в дыру в пружинной коробке. Внутри лежала наволочка, которую она сняла с подушки. Эта шалость была благополучно проигнорирована, и Сансет не планировала надевать ее обратно.

Она положила матрас на место, тщательно выровняв его, и села сверху. Один за другим она вынимала содержимое наволочки. Она вытащила роман и внимательно осмотрела обложку. Эквестрийская классика. Скоро ей придется перечитать его снова. Она вытащила комикс и пролистала несколько страниц. Изображения пони почти на каждой. Даже в стилизованой рисовке они казались ей естественными. Она перечитает и его. Она вытащила кошелек и открыла его. Он был полон медных монет, которые все еще ярко блестели. Она вынула одну из монет и проверила ее, проведя рукой по чеканке, а затем положила обратно.

Потом у Сансет кончились способы тянуть время. Не то чтобы это имело значение. Так или иначе, все сводилось к одному и тому же, и ответа это не даст.

Она вытащила из наволочки последний предмет. Коричневый журнал с желто-красным солнцем на обложке. Сансет потратила годы, заполняя каждую страницу, а потом потратила годы, пытаясь забыть об этом. Она открыла первую страницу.

Дражайшая Сансет Шиммер, моя одаренная ученица. Я уверена, что ты весь день гадала, каким будет это сообщение.

Сансет перевернула страницу.

Приветствую, моя одаренная ученица. Я думаю, что сегодняшний день идеально подходит, чтобы проверить практическую сущность этого журнала. Я хочу пригласить тебя присоединиться ко мне в дворцовом саду после окончания занятий, если, конечно, твои родители не будут возражать.

Сансет перевернула страницу.

Дорогая Сансет Шиммер, хотя я и согласна с тем, что ты отлично подкована в этом предмете, я прошу тебя оставить преподавание профессору Инквеллу.

Сансет перевернула страницу.

Дражайшая Сансет, спасибо, что рассказала мне. Это может показаться не совсем верным, но я знаю, что твои родители заботятся о тебе. Мне очень горестно слышать, что у тебя есть некие причины думать иначе, но ты никогда не должна сомневаться в этом факте.

Все указывало на то, что Эквестрия существует. Это было параллельное измерение, связанное с миром, в котором сейчас находится Сансет, но отличное от него. Но оставалась еще одна проблема.

— Почему ты мне не писала?

Доброе утро, моя одаренная ученица. Я надеюсь, тебе пришлась по вкусу твоя новая комната. С твоим переездом в замок ты все также продолжаешь впечатлять меня. Но сначала мы должны позавтракать. Сейчас я иду в столовую и надеюсь, что ты присоединишься ко мне там.

— Почему ты не пыталась найти меня?

Сансет Шиммер, должна сказать, я крайне разочарована. Кадэнс — милая кобылка, и ей бы не помешал друг в ее новом доме. Я надеялась, что ты, по крайней мере, отнесешься к ней с добротой.

— Разве я была недостаточно важна?

Дорогая Сансет, я рада слышать, что ты извинилась перед Кадэнс. Я знаю, что тебе не всегда легко сблизиться со сверстниками, но я надеюсь, что ты дашь ей шанс. Я думаю, она не единственная, кому было бы полезно иметь друга.

— Почему ты забыла обо мне?!

С днем рождения, Сансет. Я надеюсь, никто не опередил меня, поздравив тебя заранее. И более того, я надеюсь, что ты воспользуешься этим днем, как шансом отвлечься от учебы. Может встретимся за чашечкой чая? Было бы неплохо иметь возможность поговорить, не связывая это с нашими уроками. Надеюсь, ты знаешь, что я всегда дорожу временем, которое мы проводим вместе.

— Зачем ты врала мне?!

Сансет схватила книгу за страницы и вырвала несколько из них.

— Почему я застряла тут?! Почему я должна быть совсем одна?! Почему тебе наплевать на меня?!

Сансет яростно пялилась на книгу до тех пор, пока ее зрение совсем не расфокусировалось, но это не дало ей никаких ответов. Она рухнула на кровать, крепко обхватив себя руками и всхлипывая. Она больше не могла произнести ни слова, но ответа все равно не было.

“Почему ты меня не любишь?”

## 20 - Раздвигать границы

Глава двадцатая

Раздвигать границы

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

В какой-то степени Сансет осознавала, что должна быть взволнована предстоящим вечером. Это будет ее первый раз, когда она идет на концерт, и Флэш был прав по поводу этой группы, она хороша. Не похоже, что у нее появятся другие планы, и даже если это означает, что придется провести всю субботу вместе с Флэшем, это не так уж и плохо.

Но Сансет все равно так и не смогла заставить себя заинтересоваться. Она подумывала все отменить, но понимала, что для нее важно чем-то заниматься, чтобы держать себя в руках. И вот она обнаружила, что лежит на кровати, уставившись в потолок, но в остальном готова идти.

Она сопротивлялась своему желанию так долго, как только могла, но в итоге перевела взгляд на прикроватный столик. На нем лежали все ее вещи из Эквестрии. Ведь единственным человеком, от которого нужно было их прятать, была она сама, а Сансет больше не пряталась.

Ее глаза остановились на дневнике, игнорируя все остальное. Она пыталась не обращать на него внимания, но не могла продержаться долго. Иногда она перелистывала его, стараясь быть осторожной с вырванными страницами. Она тщательно разгладила их и аккуратно положила обратно в дневник, но постоянно боялась, что они выпадут и потеряются.

Однако сегодня она просто смотрела. Дневник остался нетронутым, как и в любой другой день, с тех пор как Сансет поступила в СШК. Это было довольно забавно. В течение многих лет она приходила в ужас каждый раз, когда представляла себе, как книга вибрирует, что происходило довольно часто. Теперь она отдала бы все на свете, чтобы он завибрировал, чтобы подал знак, что кто-то по ту сторону зеркала тянется к ней.

Дневник не завибрировал, но вместо этого раздался стук в дверь.

— Сансет? Это я. Эм... Флэш.

— Заходи. — Сансет воспользовалась моментом, пока он открывал дверь, чтобы закатить глаза. Даже если бы она не узнала его голос, он был в курсе, что у нее нет других друзей. Сколько парней, по его мнению, приходило в ее комнату?

Когда он открыл дверь, она уже сидела. Он улыбнулся и покраснел.

— Ты, эм, отлично выглядишь.

По правде говоря, Сансет не слишком тщательно продумала свой наряд. Он включал в себя только джинсы и толстовку с капюшоном, которые, по ее мнению, вполне подойдут для концерта. Но комплимент не стал неожиданностью, поэтому она просто пожала плечами и ухмыльнулась.

— Спасибо. Пошли отсюда.

— Звучит неплохо. — Флэш не выразил никаких признаков огорчения из-за отсутствия ответного комплимента от Сансет. Возможно он уже знал, чего от нее лучше не ожидать.

Они покинули комнату Сансет и направились к выходу, остановившись только для того, чтобы заверить воспитателя за стойкой регистрации, что Сансет вернется вовремя.

Отец Флэша ждал их снаружи. Флэш открыл пассажирскую дверь, сложил сиденье и пропустил туда Сансет, чтобы затем сесть рядом с ней.

— Привет, Сансет. Чувствуешь себя лучше? — спросил Ботлед Лайтнинг.

Сансет кивнула.

— Да, сейчас я чувствую себя намного лучше.

Это действительно было так. До тех пор, пока постоянная тревога считалась “намного лучше”, чем непреодолимый страх.

— Это хорошо. Вряд ли ты хочешь пропустить еще один урок игры на гитаре. — Лайтнинг улыбнулся, выезжая на дорогу. — С той скоростью, с которой вы учитесь, вы двое очень скоро окажетесь на сцене.

Сансет хихикнула.

— Даже не знаю. Это весело и все такое, но я не представляю себя в группе.

— Почему нет? — спросил Флэш. — Я думаю, это будет забавно.

— Ты действительно так сильно хочешь устроиться на работу? — спросил Лайтнинг.

Сансет кивнула.

— Мне она нужна, чтобы получить свое собственное жилье. — И конечно, чтобы меньше времени проводить наедине со своими мыслями.

Лайтнинг покачал головой.

— Я думаю, ты слишком торопишь события, но не могу винить тебя. В молодости я был не лучше, а ты, по крайней мере, не бросаешь школу. Вот что я тебе посоветую. Мой шурин владеет бакалейной лавкой неподалеку от школы. Если подашь заявление на неполный рабочий день, то я замолвлю за тебя словечко.

Ну вы только посмотрите на это. Все таки не зря она держит Флэша при себе.

— Спасибо, Лайтнинг. Это прекрасное предложение.

— Что тут скажешь. Ты хорошая девчушка.

Было приятно знать, что она преуспела, обманывая людей, заставляя их поверить в это, а еще лучше, что это стало окупаться для нее. Чем меньше времени у нее будет на себя, тем меньше времени она будет проводить с дневником, это хорошо.

Ведь это главная причина, почему она приняла приглашение Флэша пойти на концерт. Группа была хорошей, и ей действительно будет интересно посмотреть шоу, но на самом деле она просто хотела убить время. И что может быть лучше музыки, ревущей в ушах, не дающей возможности думать о чем-то другом?

После короткой поездки по городу они подъехали к небольшой концертной площадке. Она была пристроена к бару, в котором собралась большая часть из присутствовавших. Сквозь открытую дверь доносилась музыка.

— Увидимся позже, — сказал Лайтнинг. — Напиши мне, когда концерт закончится, чтобы вы тут не ждали.

— Заметано, — ответил Флэш, пока они выходили из машины. — И еще раз спасибо!

После финального прощания Ботлед Лайтнинг уехал. Они вместе направились к концертной площадке, где вышибала нарисовал им “Х” на руках, чтобы указать, что они слишком молоды для алкоголя. Сансет задумалась, насколько трудно будет свести метку, но решила, что это не так уж и важно. Даже если Флэш не возражал насчет выпивки — а это весьма вольное допущение, учитывая, что он был золотым ребенком — она сомневалась, что бармен поверит, что им уже двадцать один, с крестиком они или без.

Они вошли в небольшую комнату, служившую фойе. С одной стороны здесь находились туалеты, а еще она была отделена от сцены, что позволяло людям сносно разговаривать. Но несмотря на это, звук тут был куда громче, чем снаружи, и Сансет удивилась количеству людей, все еще пытавшихся поговорить тут.

Они аккуратно пролезли через толпу и направились в главный зал. Он был куда больше, со стоячими местами прямо перед сценой и сидячими, которые окружали ее в форме буквы U.

На сцене выступало несколько человек, но хедлайнеры еще не показывались. Музыка представляла из себя сборник песен популярных исполнителей, которые звучали примерно одинаково, некоторых из них Сансет знала, а некоторых других нет.

А вот присесть было негде. Несмотря на то, что они пришли на полчаса раньше, все стулья были заняты. Поэтому они нашли места рядом с креслами, где могли стоять и ждать. Они находились достаточно близко к сцене, чтобы ясно видеть большую ее часть.

— Когда группа начнет играть, будет лучше, — громко сказал Флэш, чтобы перекричать музыку.

Вокруг было множество людей, все пропахло потом и разлитым пивом. Им пришлось стоять неприятно близко, и люди с трудом протискивались мимо них, чтобы добраться до бара. И поскольку толпа продолжала прибывать, ночь вступала в свои права, а публика напивалась все больше, все это становилось только сильнее.

И Сансет это нравилось. Суматохе в ее голове не было места из-за суматохи снаружи.

— Нет, это здорово.

Услышав это, Флэш ухмыльнулся.

— Ты хочешь стоять или сидеть, когда группа начнет?

Смех Сансет не было слышно из-за музыки.

— Не думаю, что мы найдем место.

— Нет, мы сможем. Просто мы должны быть быстрыми. — Флэш указал на несколько мест, где люди внимательно смотрели на сцену. — Как только группа начнет играть, многие люди попытаются встать перед сценой, если мы поторопимся, то сможем занять пустое место.

— Отличная мысль. Давай сделаем это.

Ожидая начала выступления, они не сводили глаз с сидячих мест, но никто так и не поднялся. Однако как только свет погас, а музыка затихла, многие попытались протиснуться в и без того переполненное пространство перед сценой. Флэш быстро провел их к цели и как раз вовремя. Очевидно, они стали не единственными, кому пришла в голову такая же идея, поскольку все места оказались заняты так же быстро, как до этого были освобождены.

Сансет собиралась указать на это, но была прервана группой на сцене, которая начала играть в унисон. Звуки разных инструментов смешались друг с другом, что затруднило расшифровку вклада каждого отдельного участника группы, но это не имело значения. Теперь прошлая музыка казалась ей тихой, по сравнению с ней живая музыка звучала достаточно громко, чтобы Сансет не могла услышать свои мысли. И это было прекрасно.

* * *

— Не могу поверить, что ты прыгнула в мошпит[1]! — сказал Флэш после того, как вторая группа закончила свой сет2.

— Не могу поверить, что это было так весело! — Сансет не переставала сиять. Несмотря на то, что обычно она не любила, когда к ней прикасались, прыгать в этот хаос оказалось захватывающе. Тем более она быстро освоилась и перестала попросту повторять за остальными.

Им посчастливилось найти пару свободных мест, пока остальные суетились вокруг.

— Пойду принесу нам выпить, — промолвил Флэш, как только они заняли свои места.

— Это будет как раз кстати, я почти готова упасть замертво.

Когда первая группа только закончила играть, они быстро выбежали на танцпол, занимая пустые места, пока остальные направлялись к бару, к палатке с сувенирами или искать свободные места. С одной стороны, они заняли отличные места для прослушивания группы, на которую пришли. Но с другой стороны, с тех пор как они оказались здесь, у них не было возможности поесть или попить.

До наступления ночи на сцену выйдет еще одна группа, но ни Флэш, ни Сансет не слышали о ней раньше. Впрочем, судя по тому, как отзывалась о них большая часть публики, они были большими шишками на местной сцене.

Сансет откинулась на спинку стула и наблюдала за тем, как роуди[3] меняет инструменты для следующей группы. Сидеть на двух стульях сразу было не слишком удобно, зато никто не займет это место, пока она задается вопросом, где этого Флэша черти носят.

К тому времени, когда он вернулся, третья группа уже начинала выступление.

— Прости, что так долго.

— Заблудился по дороге в туалет или типа того? — спросила Сансет, садясь нормально.

— Нет, задержался, чтобы взять тебе кое-что. — Флэш протянул ей бутылку и достал зажатую под мышкой майку. Он развернул ее, чтобы показать изображенный на ней логотип группы, ради которой они сюда пришли.

— Вау, это очень круто! Спасибо, Флэш.

— Да без проблем. Надеюсь, я выбрал правильный размер.

Сансет взяла майку и приложила ее к торсу.

— Я думаю, она подойдет.

— Отлично. — Флэш сделал глоток воды из своей бутылки и огляделся. — Ну как, понравился твой первый концерт?

— Это было очень весело. — Сансет была не совсем уверена, почему он спросил, поскольку она явно наслаждалась происходящим. — Я рада, что пришла сюда.

— Круто, потому что я подумал, может быть мы могли бы делать такое чаще.

И тут он попал в точку. Он покраснел и стал нервно осматриваться, и она четко поняла, почему он хочет убедиться, что ей понравилось. Он поднимал тему, которой Сансет не хотела бы касаться.

— Ага, вполне может быть. Посмотрим, как пойдут дела с работой и прочим.

— Да. Я знаю, что у тебя мало свободного времени, но я подумал, может быть мы…

Блядь. Он действительно собирается это сделать, и Сансет ничего не могла придумать. Почему бы группе не начать играть в самый подходящий момент, чтобы перебить его? Быстрый взгляд на сцену показал, что кто-то настраивает гитару, но Сансет поняла, что это даже не участник группы.

— Флэш… — Сансет вновь повернулась к нему, но он опустил глаза.

— Ты бы хотела… ну... со мной? — Румянец Флэша достиг предела, и он заерзал на стуле. — Типа, эм… встречаться?

Сансет отвела взгляд и склонила голову. Она знала, что Флэш влюблен в нее, даже поощряла это, но на самом деле не ожидала чего-то подобного.

— Тебе не захочется встречаться с кем-то, вроде меня…

Спустя несколько мгновений их обоюдного молчания, Сансет подняла глаза и увидела, что он все еще улыбается, хотя и очень нервно. Она поняла, что он не расслышал ее.

— Флэш, да брось. Ты толком не знаешь меня.

— Конечно знаю! — настаивал Флэш. Его лицо приняло типичное бестолковое выражение, которое выходило у него всякий раз при попытке польстить Сансет, но на этот раз более сосредоточенное. Она догадалась, что он полон решимости отстаивать свою точку зрения до конца. — Мне кажется, я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, Сансет. Мы видимся почти каждый день, и ты… ты… ты невероятная!

Сансет только покачала головой.

— Ты не знаешь меня настоящую. Поверь мне.

Флэш на секунду уставился на нее, и Сансет ожидала, что он снова воспротивится. Но вместо этого он кивнул и наклонился ближе.

— Тогда я хочу узнать. Какова настоящая Сансет Шиммер?

Сансет ухмыльнулась.

— Послушай, если я не хочу говорить об этом в нормальной обстановке, почему ты думаешь, что я сделаю это здесь? Мне приходится практически кричать, чтобы ты меня услышал.

Флэш выглядел разочарованным, но, кажется, принял этот довод и откинулся назад.

— Хорошо, но просто… подумай над этим.

Сансет меньше всего хотела думать об этом. Смысл всего этого вечера был в том, что ей не придется ни над чем думать. Но как только эта мысль овладела ею, от нее стало невероятно трудно избавиться.

Она рассчитывала на то, что когда третья группа заиграет, она снова отвлечется. Не сработало. Это лишь немного успокоило ее мысли, но они возвращались каждый раз, когда она видела Флэша.

Может дело было в том, что она не могла сосредоточиться на них, группа оказалась менее впечатляющей, чем две предыдущие. Она допила всю свою воду, а затем привлекла внимание Флэша и наклонилась к его уху, сложив ладони рупором, чтобы он мог ее услышать.

— Что скажешь, если мы свалим отсюда?

Вместо того, чтобы ответить, Флэш бросил на нее недоумевающий взгляд и пожал плечами. Сансет засмеялась и снова наклонилась к его уху.

— Ты ведь хотел увидеть настоящую Сансет, так? Вперед.

Сансет встала, и Флэш последовал за ней. Хотя ей немного хотелось остаться дослушать последнюю группу, эмоции уже стихали, и она вознамерилась показать Флэшу, что вовсе не идеальная девушка, какой он ее считает.

— Куда мы идем? — спросил Флэш, когда Сансет вывела их из здания.

Свежий воздух был как нельзя кстати после застоявшихся запахов на концертной площадке.

— По дороге сюда я видела магазин, в который хочу зайти.

Было уже поздно, но у них все еще было немного времени, прежде чем пребывание на улице станет подозрительным для подростков. К счастью, они находились далеко от района Сансет, так что навряд ли кто-то в магазине ее узнает.

После нескольких минут ходьбы в неловком молчании они добрались до магазина.

— Жди здесь, — приказала Сансет. Флэш выглядел так, как будто собирался запротестовать, но Сансет вошла раньше, чем он успел что-либо предпринять.

Там было слишком людно. Как обычно Сансет подошла к стеллажу с выпивкой, но там стояли покупатели. Поэтому, смотря прямо вперед, чтобы не было сомнений, что она знает, куда идет, она побрела по магазину.

Она уже была готова сдаться, но тут увидела витрину с шестью стеклянными банками пива в упаковке. Не лучший выбор, но вокруг никого не было, а бутылки можно вынуть из упаковки, ничего не открывая. В отсутствие своей обычной сумки Сансет сунула две бутылки в карманы куртки и прошла дальше, не замедляя шага.

Она остановилась, чтобы взять несколько конфет с ближайшей витрины, затем развернулась за газировкой из холодильника, прежде чем подойти к кассе.

— Добрый вечер, мисс, — сказал кассир, когда она положила покупки на прилавок.

— Здравствуйте, — дружелюбно ответила Сансет.

— Тебе не кажется, что ты немного припозднилась?

Он не стал пробивать ее покупки. И Сансет сразу просекла в чем дело, продавец видел ее на мониторе для наблюдения за торговым залом.

Если бы это был не алкоголь, Сансет скорее всего легко бы отделалась, просто позволив им выгнать себя из магазина. Но с ним этот номер не пройдет, они определенно захотят, чтобы она оставалась тут, пока за ней не придет взрослый.

Поскольку этого произойти не должно, она не стала терять времени и рванула к выходу.

— Стой! А ну вернись!

Сансет проигнорировала его, выскочила на улицу и побежала дальше.

— Сансет, что ты..?

— Беги! Быстро!

К счастью, Флэш сразу сообразил и включился в забег. К сожалению, кассир тоже. Должно быть он перепрыгнул через прилавок, поскольку был уже позади них.

Ноги у кассира были длиннее, но все что им нужно, это добраться до конца парковки. Сансет сунула руку в карман и схватила одну из пивных бутылок. Она изо всех сил швырнула ее через плечо и с облегчением услышала, как шаги кассира замедлились, когда бутылка разбилась.

Вскоре он окончательно сдался. Сансет и Флэш продолжали бежать вниз по маленькой улице. Только завернув за угол, они замедлили ход, но не остановились полностью.

— Что… что это сейчас было? — спросил Флэш, пытаясь отдышаться.

Сансет рассмеялась.

— Ну, возможно, он осознал, что ему недостаточно платят, чтобы разбираться с подобным дерьмом.

— Ты знаешь, о чем я.

Сансет внимательно огляделась, чтобы убедиться, что за ними никто не наблюдает, и на всякий случай свернула в переулок. Пройдя его, они оказались перед небольшим полем, которое показалось ей таким же хорошим местом, как и любое другое.

— Ты собираешься мне ответить? — спросил Флэш. Сансет была немного удивлена, что он все еще следует за ней.

Выбрав место возле дерева, Сансет уселась и вытащила из кармана оставшуюся бутылку пива.

— Ты ведь хотел познакомиться с настоящей Сансет Шиммер, верно? Что ж, это я.

Флэш смотрел на нее со смесью удивления, разочарования и возможно чего-то еще. У Сансет создалось впечатление, что он сам не знает, что чувствует по поводу произошедшего.

Было глупо показывать Флэшу эту свою сторону. Если он расскажет кому-нибудь, и слухи дойдут до Вайолет Даск, Сансет никогда не получит эмансипацию. Но что сделано, то сделано. Да и вообще, какое это имеет значение? Как только портал откроется, Сансет покинет этот мир навсегда.

— У тебя нет с собой ключей? — спросила Сансет. Эту часть плана она не продумала. — Пряжка ремня тоже подойдет, если она нужной формы.

Флэш вздохнул и сел рядом с ней. Он протянул ей руку, а она отдала ему бутылку. Она была почти уверена, что он просто выбросит ее или сделает что-то еще более глупое, например попытается вернуть в магазин. Вместо этого он достал мультитул, вынул из него открывалку для бутылок и открыл крышку. И вернул бутылку Сансет.

— Класс. — Она взяла бутылку и сделала глоток. Возможно пиво никогда не станет ее любимчиком, но ей все равно понравилось. Она протянула бутылку Флэшу. — Я пыталась достать по одной для каждого, но… ты знаешь.

Флэш какое-то время колебался, прежде чем согласиться, но и когда решился, не стал пить сразу.

— И ты… часто ты занимаешься подобными вещами?

Сансет пожала плечами.

— Не так часто, как раньше. Пару лет назад меня поймали с бутылкой вина, так что теперь я не приношу его в приют.

Еще несколько мгновений он смотрел на бутылку, а потом сделал глоток. Возможно отпил слишком много, потому что начал кашлять.

— Боже, оно такое крепкое.

Сансет рассмеялась, забирая бутылку обратно.

— Полегче, золотой мальчик. — Сансет отпила еще, оставив около половины бутылки. Она ухмыльнулась и игриво толкнула Флэша локтем. — Между прочим, ты не можешь встречаться с девушкой, которая пьет больше тебя. Это может повредить твоей бедной мужественности.

Флэш рассмеялся и забрал бутылку обратно.

— Ты же знаешь, что никакого скрытого Флэша Сентри не существует. А значит должна понимать, что меня не волнуют подобные вещи.

— Понятия не имею. То есть я никогда не думала, что Флэш Сентри, которого я знала, станет парнем, с которым я могу попить пивка.

Флэш нахмурился, услышав такое замечание, но отпил еще. Он вернул бутылку Сансет.

— Ну, для меня это не совсем нормально.

— Не удивлена. — Сансет выпила еще и подняла бутылку. Она была почти пуста.

— Итак, расскажи мне больше о “настоящей” Сансет. Что еще я должен знать кроме выпивки?

Сансет собиралась отдать Флэшу последний глоток, но передумала, когда фокус беседы сосредоточился на ней. Она добила остатки пива и положила бутылку.

— Есть еще… это трудно объяснить.

— Как я уже говорил. — Флэш положил свою руку поверх ее. — Я хочу узнать.

Однажды кое-кто тоже хотел узнать о ней побольше. Кое-кто, кому Сансет доверяла, а потом была предана этим доверием. Но Сансет уже не пятилетняя, и она не настолько глупа, чтобы рассказать всю историю первому человеку, который выглядел заслуживающим доверия.

— Настоящая я — это ебучий кавардак.

— Кто-нибудь говорил тебе, что ты не должна разбираться со всем в одиночку?

— Не один раз.

Флэш сжал руку Сансет.

— Послушай, я не хочу давить на тебя, чтобы мы, ну знаешь, встречались. Потому что если ты не хочешь, тогда все в порядке, мы можем просто оставаться друзьями. Но в любом случае я здесь ради тебя. Так что… поговори со мной.

Зачем ему понадобилось напоминать Сансет об Эпплджек? Зачем ей понадобились два упрямых идиота, которые просто не могут оставить ее в покое? И вообще, кто такая Сансет? Настоящая Сансет Шиммер была единорогом, вундеркиндом в магии, но она не могла этого сказать. Она была одаренной ученицей принцессы Селестии, ее личной протеже и самой выдающейся воспитанницей.

— А ты когда-нибудь… интересовался тем, что о тебе думают? — спросила Сансет, склонив голову, уставившись на их обувь. — Но ты не можешь спросить их об этом, потому что их нет рядом. Так что ты просто…. задаешься вопросом, а не потому ли это, что они считают, что ты недостаточно хороша. И ты начинаешь думать, что может… может быть они правы. И что бы ты не пытался сделать, ты никогда не станешь достаточно хороша, потому что ты просто не способна на это.

Флэш выждал, чтобы убедиться, что она закончила, прежде чем нерешительно заговорить.

— Я… я знаю, что даже близко не нахожусь в подобной ситуации, что и ты, поскольку мой отец все еще рядом. Но я вроде как понимаю, что ты имеешь в виду. Вообще-то я все время об этом думаю. Как бы я хотел, чтобы моя мама была здесь и видела меня сейчас. Хотел бы быть уверен, что она гордится мной.

Сансет освободила свою руку, чтобы похлопать его по плечу.

— Хей, да ладно. Я ж не просто так назвала тебя золотым мальчишкой. Я уверена, твоя мама гордилась бы тобой.

— Спасибо. И я думаю, твоя тоже, ну ты понимаешь.

— Хех. — Сансет покачала головой. — Она всегда… пыталась научить меня чему-то. И я старалась, я не в курсе, знала ли она, но я действительно старалась какое-то время. Я просто… никогда не понимала, что должна сделать. Я не думаю, что когда-либо действительно чувствовала то, что она от меня хотела… Я просто сдалась. И сейчас ее нет.

Медленно Флэш обнял Сансет в районе плеч.

— Сансет, ты действительно потрясающая. Ты такая талантливая, ты самый умный человек, которого я знаю, и ты не перестаешь работать. Я имею в виду, сколько человек нашего возраста работают над тем, чтобы заиметь собственное жилье? Это невозможно, чтобы твоя мама не гордилась бы тобою.

Сансет сменила позу и облокотилась на Флэша.

— Да, конечно. Ворую и пью пиво. Она точно гордилась бы мной.

— Никто не идеален, Сансет.

Сансет вздохнула и полностью прислонилась к Флэшу.

— Она была.

Они молча сидели вместе некоторое время. Сансет не знала, как ей отнестись к происходящему. Она не любила, когда к ней прикасались, и все же Флэш обнимал ее. Она не хотела приближаться к людям, и все же прижималась к нему. Она не желала, чтобы люди знали о ней, и все же открылась ему.

— Сколько нам еще ждать, пока твой отец не начнет переживать?

— Наверное мне стоит написать ему.

Спустя еще немного времени Сансет встала, Флэш последовал за ней. Пока они шли обратно, Флэш писал отцу.

— Эй, Флэш?

— А?

— Да.

Флэш оторвал взгляд от телефона, чтобы показать озадаченное выражение лица.

— Да?

— На вопрос, который ты задал на концерте. Да.

— Вопрос...  Оу! — Флэш расплылся в улыбке. — Ты имеешь в виду встречаться?

Сансет кивнула. А почему бы и нет? Если уж на то пошло, это даст ей еще одну возможность заполнить свободное время. Он был популярен, что, в свою очередь, сделает ее еще более популярной. И кроме того, даже если бы она нашла для себя вариант предпочтительнее, такого больше не произойдет.

— Конечно. Я хочу сказать, ты очень классный парень. Я все еще думаю, что ты слегка ебанулся, но это твое решение.

— Да! — Флэш обнял ее, заставив напрячься.

Сансет оттолкнула его.

— Ты… должен знать, что я не в восторге, когда ко мне прикасаются.

— Ой! — Флэш отступил и поднял обе руки. — Прости.

Сансет вздохнула.

— Все в порядке.

Они продолжили путь в неловкой тишине. Хотя она не была уверена, что действительно хочет совершить этот шаг, Сансет протянула ему свою руку.

Флэш взял предложенную руку, и остаток пути они прошли молча. По крайней мере, Флэш казался довольным таким развитием событий. Сансет же старалась не слишком много думать о том, что бросит его, когда откроется портал.

От автора:

И опять дружеское напоминание того, что Сансет не очень хороший человек. Не будьте как Сансет.

* * *

1Мошпит — место в зрительном зале перед сценой на рок-концерте, где собирается толпа зрителей, толкающих друг друга в своеобразном танце. Во время проведения рейв/рок концерта толпа людей на танцполе сначала расходится, образуя пустой круг. Во время "взрывного" момента выступления, все участники с разбегу прыгают в центр этого круга, крича и толкая друг-друга.

2Точнее сет-лист — отрезок времени в расписании музыкального мероприятия.

3Роуди — отдельный член дорожной команды, вспомогательного персонала, путешествующего вместе с музыкальной группой во время турне и несущий обязанности по подготовке и проведению всех частей концертов, кроме, собственно, исполнения музыки.

## 21 - Знакомства

Глава двадцать первая

Знакомства

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

На улице было снежно. А Сансет всегда ненавидела снег. Он лишь делал все вокруг холодным и затруднял передвижение. Не говоря уж о том, что события последних лет только усугубили ее неприязнь.

И все же она старалась оставаться позитивной. Это был небольшой снегопад, ничего такого, чего бы она не испытывала раньше. Она приложила ладонь к холодному окну, наблюдая, как снежинки падают на землю. “Это живописная сцена”, — подумала она.

Не то чтобы ей было не наплевать. Нет, единственное, что волновало Сансет, это то, что ей придется тащится по снегу, чтобы попасть на встречу.

В таком случае не было особых причин задерживаться. Чем дольше она будет ждать, тем больше снега наметет. И хотя покидать тепло приюта было мучительно, она оделась потеплее и вышла из своей комнаты.

Однако только она только добралась до фойе, как ее остановила администратор ресепшена.

— О, Сансет? — сказала она, когда та проходила мимо. — Звонила миссис Даск, она просила тебя подождать здесь, она заедет и заберет тебя из-за снегопада.

Хотя Сансет подмывало спросить, почему никто не удосужился сообщить ей об этом до того, как она собралась вышла за дверь, все, что она сказала, было:

— Потрясно, спасибо.

Поскольку вероятнее всего у нее не будет достаточно времени, чтобы что-то сделать до появления Вайолет, не было особого смысла возвращаться в свою комнату. Вместо этого Сансет направилась в гостиную. Она не слишком часто посещала ее с тех пор, как получила свой компьютер, но решила, что телевизор будет идеальным способом скоротать несколько минут.

Не было ни малейшего шанса, что гостиная окажется пустой. Конечно большинство детей отправились играть в снегу, но Сансет не была единственной, кто предпочитал держаться подальше от холода. За всеми тремя компьютерами сидели дети, хотя это не слишком беспокоило: на всех компьютерах были наушники, чтобы поддерживать уровень шума на приемлемом уровне, к тому же компьютеры и телевизор находились в разных концах комнаты.

Гораздо более примечательным для Сансет был тот факт, что два мальчика уже смотрели телевизор. Если быть точнее, они сидели перед ним, не проявляя особого интереса. Сансет узнала в них новоприбывших в приют. Они были братьями и поступили всего несколько дней назад.

Сансет села рядом с ними. Они оба повернулись к ней, но она не обратила на это внимания. Мультик по телевизору показался ей чересчур детским, но этого было достаточно.

— Эм, привет, — сказал один из братьев.

Сансет оглянулась и слегка помахала рукой.

— Я Снипс, — осторожно продолжил он.

Оба выглядели встревоженно, и Сансет поняла почему. В Новых Горизонтах жили разные дети, но существовало одно сходство: никто из них не был тут по своей воле. Не нужно быть вундеркиндом, чтобы догадаться, что за последние несколько дней произошло что-то очень плохое, и этим двоим больше некуда идти. И хотя каждый справлялся с этим по-своему, регулярно возникало несколько общих закономерностей.

— Сансет Шиммер, — ответила она. Она все еще раздумывала, как отыграть это взаимодействие, но назвать свое имя не повредит.

— А я Снейлс, — сказал другой. — Так... эм, а почему ты сюда…

— Стоп. — Сансет подняла ладонь, чтобы подчеркнуть приказ. — Ты действительно хочешь поговорить о своей семье?

Мальчики посмотрели друг на друга, а затем опустили взгляды.

— Да, как и никто другой здесь, — сказала Сансет. — По крайней мере не тот, с кем вы только что познакомились. Обычно это крайне личная тема.

— Ох... эм, тогда ладно, — пробормотал Снейлс. Они со Снипсом снова повернулись к телевизору в молчаливой покорности.

Было очевидно, что они уже обращались к кому-то. В Новых Горизонтах проживало двадцать четыре ребенка, и все они были разного возраста. Снипс и Снейлс выглядели немного моложе Сансет, но были достаточно близки по возрасту, чтобы счесть ее главным кандидатом для помощи в этой ужасной ситуации.

Это на самом деле даже не было проблемой Сансет. Они были не первыми детьми, которые пытались подружиться с ней, и не последними. Поскольку они уже сдались, это идеальный шанс на этом все и закончить.

Но в этот раз было кое-что еще. Впервые Сансет нашла актуальную причину быть милой со своими соседями.

— А в какую школу вы ходите?

— Холлоу Шэдис, — сказал Снипс. Он нервно посмотрел на нее, как будто боялся, что она снова отчитает его. — А ты?

— СШК, — ответила Сансет.

— Я знаю где это, прямо напротив нашего дома, — кивнул Снейлс. Это походило на правду, средняя школа Холлоу Шэдис находилась на другом конце города, недалеко от старшей школы Кантерлот. — Ну... была напротив.

Именно поэтому Сансет ненавидела разговаривать с новенькими. Впрочем, она ненавидела разговаривать с любым, кто жил в приюте, но новички были в особой лиге.

О Боже, Снейлс выглядел так, будто вот-вот разревется. Сансет не была готова к подобной ситуации.

— Итак… вы двое братья, верно? Должно быть вы довольно близки по возрасту, раз учитесь в одной школе.

Снейлс просто кивнул в ответ, явно сдерживая слезы.

— Я на год старше, — пояснил Снипс. Он был намного ниже своего брата, поэтому Сансет думала, что наоборот. — Снейлс только начал ходить в Холлоу Шэдис, а я учусь в седьмом классе.

— Еще несколько лет до старшей школы. — Сансет в последний раз взвесила все варианты и приняла решение. — Ну, когда придет время, советую вам как следует рассмотреть СШК. Это довольно хорошая школа, и вы будете знать там по крайней мере одного человека.

Снипс и Снейлс слегка улыбнулись. Хотя бы слез удалось избежать.

— Хорошо, мы подумаем над этим! — ответил Снипс.

К счастью, Сансет была избавлена от необходимости продолжать разговор, когда дверь в гостиную открылась.

— Привет, Сансет, — поприветствовала Вайолет с порога. — Надеюсь, я ничему не помешала?

Сансет улыбнулась. Это была дружеская улыбка, адресованная Вайолет, а также тому, что ситуация складывалась идеально. Зайдя сюда, чтобы забрать ее, Вайолет стала свидетелем дружелюбия Сансет.

— Привет, Вайолет. Я всего лишь знакомилась со Снипсом и Снейлсом.

— Вижу. Я рада, что ты заводишь друзей, но пришло время для нашей встречи. Ты готова ехать?

Сансет встала, но перед уходом повернулась к Снипсу и Снейлсу.

— Мне нужно идти, наверстаем с вами чуть позже.

— Лады, — сказал Снипс. Они с братом улыбались, когда махали на прощание. — Пока, Сансет.

К автомобилю Вайолет они шли молча. Это было типично для Вайолет, и по этой причине она входила в число любимчиков у Сансет. Не то чтобы они не собирались об этом поговорить. Подружиться с людьми в приюте было громадным достижением, и это определенно стоило обсудить. Но Вайолет понимала, что Сансет не захочет беседовать об этом — да и вообще много говорить — пока они находятся рядом с людьми, которых она знает.

Конечно, как только они окажутся в машине, будет совершенно другое дело.

— Они кажутся милыми, — сказала Вайолет, когда они пристегнулись.

— Ты видела их всего один раз, и то тридцать секунд, — подметила Сансет. — Но да, я полагаю, они милые.

Выехав на дорогу, Вайолет подарила ей несколько минут тишины.

— Приятно видеть, как ты общаешься с остальными.

Это было всего лишь “общение”, а не какое-то там “начало дружбы”. По крайней мере с этим Сансет могла справиться.

— Может другие люди не так уж и плохи. Кроме того, они новенькие. Им нужен кто-то, чтобы помочь освоиться.

— Это верно, — сказала Вайолет, хотя по ее тону было ясно, что она ожидала большего.

С тем же успехом можно сделать ей одолжение.

— И ты знаешь, у них еще не сложилось своего мнения обо мне. Дети в Новых Горизонтах не слишком меня любят.

Вайолет кивнула.

— Так они сначала узнают твою хорошую сторону.

— Именно, все в выигрыше.

— Кстати о твоей лучшей стороне, как дела в школе?

— Пока все хорошо. — Второй семестр начался несколько недель назад, а Сансет уже считала дни до его окончания. — Прислали табели успеваемости. Все “A”. Как будто бы были сомнения.

Вайолет усмехнулась.

— Да, конечно. Но все равно, поздравляю. Приятно знать, что несмотря на все твои устремления, оценки также не ускользают от твоего внимания.

Сансет пожала плечами.

— Ты знаешь, это не так уж трудно. На самом деле нужно просто правильно составлять свое расписание.

— Не могу поверить, что говорю это именно тебе, но ты слишком скромничаешь. Ты делаешь потрясающую работу и должна гордиться собой.

Гордиться. Как будто бы Сансет не гордилась собой. Она манипулировала всеми вокруг, чтобы они помогали ей выглядеть лучше, и все это, чтобы достичь собственных целей. Потом, когда придет время, она их всех бросит, потому что вернется в Эквестрию, либо потому что получит свое жилище. Сансет делала все исключительно для себя, не заботясь ни о ком другом. Так почему бы ей не гордиться?

— Да-да, я знаю, — сказала Сансет.

Хотя Вайолет и позволяла Сансет выбирать место, если она того хотела, единственное, что той было важно, это не быть в Новых Горизонтах. Помня об этом, Вайолет время от времени брала Сансет с собой в заведения по собственному выбору. Сегодня был именно такой день.

Возможно потому, что Сансет не обращала особого внимания, а может потому, что с тех пор прошли годы, но Сансет поняла, куда именно они едут, только оказавшись на месте, и было уже слишком поздно.

— Сахарный Уголок, — объявила Вайолет, как только они подъехали. — Бывала тут раньше?

Сансет уставилась на здание.

— Да, — отстраненно ответила она. — Один раз.

Она быстро поняла, что Вайолет наблюдает за ней, поэтому улыбнулась и вышла из машины. Было важно не показывать никаких слабостей. Они уже здесь, и не похоже, что Эпплджек будет внутри только потому, что они вдвоем приходили сюда много лет назад.

Не желая говорить, что предпочла бы пойти куда-нибудь еще, Сансет проследовала за Вайолет в здание. Она тут же пожалела об этом.

— Приветик, Санни! — раздался бодрый голос с другого конца помещения.

Сансет обернулась и увидела, что Пинки Пай с энтузиазмом машет ей. Она сидела рядом с Рэйнбоу Дэш, которая небрежно махнула рукой, увидев Сансет.

Единственной не махнувшей за этим столом оказалась Эпплджек. Она внимательно наблюдала за Сансет, но кроме некоторого удивления от ее неожиданного появления, не выказывала никаких других эмоций.

— Друзья из школы? — спросила Вайолет.

— Знакомые. — Сансет улыбнулась и приветливо помахала рукой. Эпплджек продемонстрировала свою не-совсем-идеальную улыбку и помахала в ответ.

Как только взаимные приветствия закончились, Сансет, не теряя времени, подошла к стойке, чтобы сделать заказ. Последнее, в чем она нуждалась, это быть втянутой в разговор с Эпплджек и ее друзьями.

Поскольку меньше всего она хотела воссоздавать события двухлетней давности, Сансет решила не заказывать какао. Вместо него она выбрала булочку с корицей, чтобы все-таки получить что-то теплое в холодный день. Вайолет, как обычно, взяла кофе.

Получив их заказы, Сансет удостоверилась, что выбрала столик подальше от столика Эпплджек. Она все еще не хотела признаваться, что хочет уйти, но с Эпплджек рядом ей становилось вдвойне важнее не быть подслушанной.

Когда они сели, Вайолет чему-то улыбалась.

— Что случилось? — спросила Сансет.

— Я просто подумала, — сказала Вайолет, оглядываясь на девочек. — Год назад я бы посоветовала тебе превратить этих знакомых в друзей.

— И что изменилось теперь? — Сансет откусила кусочек булочки с корицей и принялась жевать.

— Ну, тебе не обязательно дружить со всеми, кого ты знаешь. — Вайолет сделала глоток кофе. — У тебя есть друзья в школе и дома. Ты остаешься общительной и с теми, кто не так близок к тебе. Я просто счастлива, вот и все.

Сансет откусила еще кусочек булочки, чтобы дать себе повод не отвечать сразу. Комментарий Вайолет был переполнен сентиментальностью и прозвучал неуместно. За все годы, что они знали друг друга, Сансет могла на пальцах пересчитать, когда Вайолет так открыто выражала свои эмоции.

Или может это случилось из-за самой Сансет. Она определенно не давала Вайолет много поводов для праздника в прошлом, всегда предпочитая обходиться минимальными усилиями.

Решив, что лучше не обращать внимания на этот факт, Сансет продолжила беседу.

— Да ладно, Вайолет, ты вгоняешь меня в краску.

— Сомневаюсь, — усмехнулась Вайолет. — Но ладно, не буду больше делать тебе комплименты. Раз уж ты настаиваешь.

Сансет скопировала ее саркастичный тон.

— Спасибо за понимание.

Улыбка Вайолет не сходила, но беседа вернулась к разговору о повседневной жизни Сансет.

— Итак, как обстоят дела с работой?

Эта тема грозила убрать улыбку уже с лица Сансет, но она силой вернула ее на место. Умение улыбаться, даже когда она этого не хотела, было крайне ценным.

— Я не собираюсь говорить, что это предел мечтаний. Клиенты не всегда приветливы и ограничение на время работы для пятнадцатилетнего подростка не вдохновляет. Но больше мне не на что жаловаться. Приятно иметь хоть какой-то доход, даже если большую его часть я откладываю, и я хорошо лажу со своими коллегами.

Ладить было достаточно легко. Дядя Флэша помог ей получить работу и был в восторге от того, насколько девушка его племянника была замотивирована. Другие видели в ней умную молодую девчушку и быстро окрестили ее маленькой сестричкой. Сансет ужасно раздражалась из-за этого и с нетерпением ждала возможность бросить работу, когда придет время.

— Я рада это слышать. Но я думаю, тебе будет трудно работать больше восемнадцати часов в неделю. Ты, к тому же, балансируешь между журналистикой, уроками игры на гитаре и социальной жизнью.

“Социальная жизнь” интерпретировалась очень вольно, поскольку Флэш был единственным человеком, с которым Сансет когда-либо проводила время.

— Что ж, я бы определенно пересмотрела свое расписание на предмет оптимизации. Но было бы неплохо иметь в запасе еще несколько часиков.

— Я, кажется, понимаю твою точку зрения.

Сансет пожала плечами. Она целиком заполняла свое время, и это самое главное.

— Ну и ладно. Это всего лишь на год, потом федеральные ограничения слабеют.

Вайолет кивнула.

— Верно. И если ты останешься в магазине, у тебя будет хороший шанс получить повышение до менеджера, как только ты закончишь школу.

Как будто бы Сансет пробудет там так долго.

— Да, именно так.

— Похоже, что в последнее время ты на взлете.

— Я прекрасно справляюсь.

— А ты не думала о поступлении в колледж?

Среди всех ее мыслей и планов, колледж не слишком-то часто показывался в разуме Сансет.

— Я понимаю, что никогда не рано начинать готовиться заранее и все такое, но до колледжа еще четыре года. — Она смутно представляла, что это будет ее запасным планом, если что-то случится с порталом, но об этом надо беспокоиться позже.

— На самом деле я немного удивлена слышать это. — Вайолет достала из сумочки буклет и протянула его Сансет. Он был элегантно-лазурного цвета со стилизованной фиолетовой “Ш” по центру и названием “Кристальная Подготовительная Академия” сверху. — Кристальная Академия — одна из самых престижных школ в штате. Я бы хотела, чтобы ты ознакомилась с брошюрой.

Сансет открыла буклет и начала перелистывать страницы. В основном там было пустословие с модными словечками и несколько фотографий школы и ее оснащения.

— Выглядит как очень хорошая школа. И очень дорогая.

— Они предлагают стипендию для малообеспеченных учеников. Но ты должна произвести впечатление на школьный совет, а это очень трудно сделать.

Вайолет сложила руки на столе.

— Я могу с уверенностью сказать, что ты все еще хочешь получить эмансипацию?

— Конечно. — Вряд ли Сансет успеет добраться до этой точки, но ей нравилось иметь план отхода. Кроме того, если она прогадала со сроками открытия портала, было бы неплохо провести остаток времени на Земле в одиночестве.

Кристальная Академия предлагает курс для одареных учеников, который позволит тебе закончить всю оставшуюся часть старшей школы в течение следующего года. Комбинируя это с твоей трудовой этикой и интеллектом, получение студенческой стипендии в престижном колледже будет несложной задачей. Если тебя примут в эту программу, я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе эмансипироваться.

Сансет посмотрела на буклет.

— Вы хотите, чтобы я перевелась в школу прямо сейчас?

— Чем скорее, тем лучше. Это откроет тебе быстрый путь к успеху и независимости, и я даже не сомневаюсь, что ты одолеешь его.

— Но мне придется покинуть СШК.

Вайолет усмехнулась.

— Да. Не важно, насколько ты впечатляющая, я не думаю, что ты сможешь учиться в двух школах одновременно. Дополнительные занятия в новой школе скорее всего потребуют, чтобы ты также бросила работу, но КА предлагает ученикам комнату и питание, которые покроет твоя стипендия.

Потеря работы ее не волновала. Если бы все ее время оказалось занято дополнительной школьной нагрузкой, она бы больше не нуждалась в ней. Черт, это даже может стать для нее умственным стимулом. Это был бы гораздо лучший способ потратить свое время.

Видимо приняв молчание Сансет за нервозность, Вайолет продолжила:

— Я говорила с главой школы директором Синч. Она очень заинтересована во встрече с тобой и считает, что ты идеально подходишь для КА.

Идеально подходит? Сансет еще никогда не подходила идеально. Ни разу в жизни она не могла вспомнить, когда чувствовала себя подходящей. Самое близкое было, когда ее впервые взяли в ученицы к Селестии, но это продлилось недолго. В глубине души она всегда знала, что не сможет стать той ученицей, какой ее хотела видеть Селестия.

Так почему же не попробовать? Это быстрый путь к настоящей жизни, которую она создаст сама. Это не погоня за миром, который она едва помнит, и ей не придется столкнуться с суровой реальностью того, что она во всем ошибалась.

Сансет посмотрела туда, где сидела Эпплджек. Та оглядывалась по сторонам, пока Рейнбоу Дэш барабанила пальцами по столу, а Пинки Пай проверяла время на телефоне. Если Сансет уйдет из СШК, ей больше не придется беспокоиться об Эпплджек.

С логической точки зрения не было никаких причин отказываться от предложения Вайолет. В нем было слишком много плюсов. Именно поэтому Сансет находила его пугающим.

Она встала и, отведя взгляд в сторону, пробормотала:

— Я схожу в дамскую комнату.

Вайолет никак не отреагировала на внезапную перемену, просто кивнула, потягивая кофе.

Туалет не был оптимальным выбором Сансет, чтобы спрятаться и все обдумать, но ей больше некуда было идти. Даже в морозную погоду прогулка на свежем воздухе была бы предпочтительнее, но для этого ей пришлось бы оправдываться, почему она уходит.

Прошло уже четыре месяца с момента последнего инцидента, но Сансет все еще чувствовала дискомфорт рядом с зеркалами. Конечно с того самого дня, как она поступила в Старшую Школу Кантерлота, она больше не замечала в них видений, но все еще чувствовала угрозу от того, что может скрываться за ними. Иногда она ловила себя на том, что загляделась в зеркало, не понимая, сколько времени прошло. По большей части она делала все возможное, чтобы избегать их.

Но с зеркалом или нет, туалет был единственным вариантом, чтобы ненадолго сбежать от Вайолет и решить, как поступить. И поэтому Сансет решила забить на них, толкнув дверь в уборную.

Оказалось, ей не нужно беспокоиться о зеркалах. Некто уже был там, наблюдая за своим собственным отражением. Она обернулась на звук шагов Сансет.

— Сансет? — сказала Флаттершай необычно тихим даже для нее голосом.

— Привет, Флаттершай. — Сансет внимательно посмотрела на другую девушку. Ее голос был не единственным, что показалось ей странным. Ее наряд стал полностью черным, выделялись только ярко-розовые волосы. — Ты теперь косишь под гота?

Флаттершай отвернулась и опустила глаза.

— Эм, ум… не совсем.

Сансет только хмуро посмотрела на нее.

— Забудем. — Флаттершай отвернулась снова. — Я, эм… я раздражаю тебя, не так ли? Я пойду…

Сансет не удосужилась ответить. Если Флаттершай уйдет, возможно у нее наконец-то появится шанс подумать.

Но Флаттершай оставалась на месте. Время от времени она поглядывала на Сансет, которая никак на нее не реагировала. Она ерзала на одном месте, но никуда не двигалась.

Это бессмысленно. Она не могла думать, пока Флаттершай здесь, но и не могла нагрубить одной из подруг Эпплджек.

— Ну так что? Ты просто тусуешься в туалетах или что-то в этом роде?

Флаттершай еще крепче обхватила руками свое тело и уставилась на пол.

— Нет, я… я, эм…

Сансет приложила ладонь к лицу.

— Да ладно, серьезно? Ты даже во время нашей первой встречи не была такой жуткой. Черт возьми, да ты была охуительно жизнерадостной во время интервью. Так в чем проблема?

— Я… прости меня… — Флаттершай продолжала смотреть в пол.

Сансет прислонилась головой к стене. У нее действительно не было на это времени. Она уже собиралась смириться и уйти, но обернулась и бросила взгляд на Флаттершай. Та стояла, обхватив себя руками, ее трясло. Сансет просто не могла поверить.

— Ты плачешь?

Флаттершай быстро вытерла глаза, затем подняла взгляд и продемонстрировала до жути спокойную улыбку.

— Прости. Я не хотела тебя расстраивать.

Это не та ситуация, с которой Сансет была готова справиться.

— Все в порядке, ты просто… — Сансет вздохнула. Все было так же, как когда она впервые приехала в приют и пыталась придумать, что сказать Дью Дроп. — Я не из тех, к кому люди обращаются за поддержкой. Я плохо разбираюсь во всем этом сентиментальном дерьме.

Удивительно, но это заставило Флаттершай улыбнуться.

— Ты прямо как Рейнбоу.

— Навряд ли. Поверь мне, я единственная в своем роде.

Флаттершай кивнула.

— Ладно, Санни.

Сансет застонала.

— Не называй меня Санни.

Флаттершай быстро прикрыла ладонью рот.

— Ох, мне очень жаль. Я просто думала… ну, Пинки всегда…

— Да, и ей скажи, чтобы она тоже прекратила. Я действительно ненавижу эту кличку. — Разговор о друзьях Флаттершай напомнил Сансет о увиденном ранее. — Между прочим я уверена, что они ищут тебя. Если только они не ждут Рэрети или типа того.

— Ох… — Флаттершай снова опустила голову, но теперь хотя бы держала ее достаточно высоко, чтобы Сансет могла видеть ее лицо. — Нет, Рэрети была с нами, но ей пришлось уйти. Я… я знаю, что они ищут меня, но…

До Сансет дошло, что происходит.

— Но ты прячешься от них в туалете.

Флаттершай подняла голову и впервые посмотрела Сансет в прямо глаза. У Сансет сложилось впечатление, что она хотела возразить этому, но не могла.

— Да. Я даже не хотела сюда приходить, но Эпплджек считает, что мне нужно выбраться из дома, и все с ней согласились. Я просто не хотела их расстраивать.

Похоже на правду.

— Значит Эйджей все еще этим занимается? Непоколебимо уверена, что всем вокруг нужно лишь провести немного времени с другом, и все вдруг станет гораздо лучше.

— Эм… да… — Флаттершай вздохнула и пересекла помещение, встав рядом с Сансету стены. — Я знаю, что у нее добрые намерения, но… я не знаю. Возможно, она права.

— Ну конечно у нее добрые намерения. Она же Эпплджек! — Сансет пожала плечами. — Но она думает, что все такие же, как она. Что все остальные будут реагировать так же, как она. Потому что быть с друзьями, это именно то, что ей нужно, когда ее дерьмо не фурычит. Она действительно не понимает, что некоторым из нас просто нужно больше личного пространства.

— Так... эм, поэтому вы больше не общаетесь?

Сансет усмехнулась.

— Это та еще история. Но если Эпплджек тебе не рассказала, то и я не буду. Можешь спросить ее сама, если хочешь.

Флаттершай покачала головой.

— Нет, я понимаю. Я не хотела совать нос в чужие дела.

По правде говоря, это не имело значения. Так или иначе, Сансет, похоже, не задержится в СШК надолго.

— Значит... эм, тебе тоже есть над чем подумать, — сказала Флаттершай после недолгого молчания.

Сансет ухмыльнулась.

— Чего? Кто сказал, что мне не нравится просто тусить в туалете?

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/VDSS0MLTSpuPBSBUa7bjLW-PZ6YEk0vONodgmSzcy3aHEMdygwXikUrrduzT0G3m6iJ66uuE0SOcywrrQgeckTg1Fa6fl8MvPMu_7HwmeQNRsre3uiRYNVxg3GMdr4_oKvOHruvf]

Судя по тому, как она смеялась, Сансет каким-то образом умудрилась приободрить Флаттершай.

— Ты хочешь поговорить об этом?

— Спасибо, но не все из нас предпочитают просто так рассказывать о своих чувствах в общественных туалетах.

— Ладно. Но чем бы это ни было, я знаю, что ты разберешься.

Они молча стояли рядом. Сансет не могла не задаться вопросом, что произошло бы, если бы она приняла любое из предложений Эпплджек о дружбе. Была бы она теперь частью их группы? Группы друзей, которая всегда старается поддерживать друг друга, даже если не всегда знают, как лучше это сделать.

Нет. Это был мир, которому Сансет никогда не принадлежала.

— А что бы ты сделала? — наконец спросила Флаттершай. — Если бы ты пошла гулять со своими друзьями, но на самом деле хотела пойти куда-то еще?

Сансет пожала плечами. Что она вообще знает о дружбе? У нее даже не было друзей, чтобы представить себя в подобной ситуации.

— Я не знаю. Я думаю… ты не счастлива тут, верно?

Флаттершай нахмурилась и отвела взгляд.

— Ну, нет, не совсем. Но я не… я не думаю, что была бы действительно счастлива, если бы ушла. Так что мне, наверное, лучше остаться. Так, по крайней мере, они будут счастливы.

Сансет склонила голову набок.

— Хм, нет, херня какая-то. Слушай, ты не производишь впечатления общительного человека. По крайней мере не из тех, кому нравится находиться в компании незнакомых людей. Так?

— Я… Я думаю, так и есть. Я обычно не обращаю внимания на людей, но иногда это немного трудновато.

Сансет кивнула.

— Да, и сейчас ты окружена ими. И я имею в виду не только твоих друзей, но и всех остальных. Поверь мне, я знаю, что быть несчастной дома это отстой, но если ты в любом случае собираешься где-то быть несчастной, то лучше делать это там, где тебе наиболее комфортно.

— Думаю, в этом есть смысл. Но остальные…

— Эй, ты спрашивала, что я бы сделала. И если речь обо мне... Если я где-то несчастлива, я попробую пойти куда-нибудь еще.

Флаттершай кивнула и улыбнулась.

— Спасибо, Сансет.

Было странно получать благодарность за, как она подозревала, во всех отношениях ужасный совет.

— Да, как скажешь. Только не вини меня, если все пойдет наперекосяк. Как я уже говорила, я не слишком хороша в этом.

— Я так не думаю. — Флаттершай рассмеялась снова. — Я думаю, что ты на самом деле куда лучше, чем сама считаешь. Прямо как Рэйнбоу. Но все равно, спасибо, что поговорила со мной.

Прежде чем Сансет успела ответить, дверь отворилась.

— Хей, Шай, ты тут… — Рэйнбоу Дэш остановилась, заметив Сансет, и усмехнулась, глядя на них с Флаттершай. — Хотите небольшой совет? Воспользуйтесь кабинкой, если хотите уединиться.

— Рэйнбоу! — Флаттершай покраснела, но взгляд от нее не отвела. — Мы просто разговаривали!

Сансет хихикнула.

— Да ладно. Развлекаться в кабинке общественного туалета? Это может и сойдет для тебя или меня, но Флаттершай-то классом повыше будет.

Рэйнбоу Дэш расхохоталась.

— Да, полагаю, ты права. — Она подошла к Флаттершай, и ее тон стал заметно серьезнее. — Ты в порядке, Шай?

Флаттершай немного поколебалась, а потом кивнула.

— Да. Но... как ты думаешь, ничего страшного, если мы вернёмся к тебе домой? Я... эм, я действительно не хочу идти домой прямо сейчас, но я бы чувствовала себя намного лучше, если бы мы были где-нибудь в другом месте.

На мгновение показалось, что Рэйнбоу понятия не имеет, что ответить, но затем она улыбнулась.

— Да без проблем. Только ты и я, или ты хочешь пригласить остальных?

Флаттершай снова покраснела и опустила взгляд.

— Ты... ты думаешь они будут возражать, если будем только мы вдвоем?

— Не, с ними все будет в порядке. — Рэйнбоу жестом пригласила Флаттершай следовать за ней и повела ее к двери. У выхода она повернулась к Сансет. — Увидимся, Сансет.

Сансет помахала рукой.

— Да, пока.

Флаттершай улыбнулась и тоже помахала, и Сансет осталась одна.

Она подошла к раковине и посмотрела в зеркало. Она отпросилась в туалет, чтобы подумать, но так долго болтала с Флаттершай, что все приемлемые сроки уже прошли. Она положила руку на зеркало и наблюдала, как ее отражение ответило ей тем же. По крайней мере, она не прекращала гадать, что находится на той стороне.

Выходя из туалета, Сансет бросила взгляд на столик, где сидела Эпплджек и ее друзья. Однако сейчас там сидел только один друг. Пинки выглядела грустной из-за того, что остальные ушли, и Эпплджек положила руку ей на плечо, пытаясь подбодрить.

Вайолет пила вторую чашку кофе, когда подошла Сансет, ее собственная кружка была заботливо прикрыта. Сансет взяла ее и улыбнулась.

— Я не думала, что отсутствовала так долго.

Вайолет тоже ухмыльнулась.

— Ты знаешь, могла бы просто сказать мне, что тебе нужно все обдумать.

Это стерло улыбку с лица Сансет. В ретроспективе все это выглядело довольно очевидным.

— Я просто встретила знакомую, мы разговаривали.

— Конечно, — сказала Вайолет, она явно не купилась. — Значит тебе нужно время, чтобы все обдумать? Было бы отлично получить ответ как можно скорее, но совсем не обязательно сегодня.

Сансет сделала глоток своего напитка, который оказался какао, а не кофе. Типично.

— Нет, у меня уже готов ответ. Я остаюсь в СШК.

— Серьезно? — Вайолет нахмурилась. — Ты уверена, что все обдумала?

— Да. — Сансет посмотрела на буклет из КА. Это действительно был отличный шанс стать счастливой в этом мире, но она уже знала, что этого недостаточно. Ничто в этом мире не делало ее счастливой, и если она не была счастлива здесь, то почему бы не пойти куда-нибудь еще? — Это может показаться не лучшим решением, но я знаю, что делаю. Я работаю в направлении того будущего, которое выбрала сама.

Неожиданно Вайолет улыбнулась.

— Знаешь, ты интересная личность.

Сансет хмыкнула.

— Да, мне говорили.

— Ну, я не могу сказать, что это лучший выбор, но, кажется, он правильный для тебя. Но должна предупредить тебя, что это может стать препятствием для твоей эмансипации.

— Я это учту.

Это уже стало куда большим препятствием на ее пути, чем могла представить Вайолет. Впервые Сансет был предложен выбор. Она могла выбрать: преследовать ли свою мечту, которой являлась Эквестрия, или перестраховаться и сократить возможные потери. Она не способна заглянуть в будущее, так что ей придется подождать, чтобы увидеть, окажется ли ее выбор верным.

## 22 - Сквозь Зазеркалье

Когда прочтете до конца, вот вам вторая версия этой главы

Глава двадцать вторая

Сквозь Зазеркалье

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Никто искренне не радовался началу занятий в школе. По всему зданию Новых Горизонтов слышались стоны детей, пробужденных ото сна. Шла последняя неделя перед выпускными экзаменами, и это означало только одно: учеба.

Все ученики с ужасом ждали наступления нового дня. За исключением одного.

В дверь постучались, хотя в этом и не было особой необходимости.

— Сансет? Время…

— Я проснулась, — сказала Сансет, прежде чем открыть дверь. Очень радостная Роуз Петал стояла на другой стороне. — Доброе утро, мисс Роуз.

— Доброе утро, Сансет. Рада видеть, что существует хотя бы один человек, которого нам сегодня не нужно убеждать встать.

Сансет рассмеялась.

— Да просто у меня нет причин беспокоиться об экзаменах. — Конечно, это потому, что экзамены не входили в ее планы.

— Я в этом уверена, но знаешь, подготовки много не бывает.

— Я знаю. — Сансет уже оделась. Ее выбор пал на свободный сарафан. Вещи именно такого типа материнский инстинкт Роуз рекомендовал ей, а значит, как Сансет надеялась, он идеально подходил для ее целей. Она указала на свой собранный рюкзак, который лежал у нее на кровати. — Поверь, обо мне можешь не беспокоиться. Я полностью готова к этому дню.

— Именно это я и хотела услышать. — Роуз засияла, но сделала шаг назад от двери. — Мне нужно разбудить остальных, а тебе лучше позавтракать. Ты не будешь по-настоящему готова к школе, пока не поешь как следует.

Сансет улыбалась, выходя из комнаты вслед за Роуз Петал.

— Обязательно, мисс Роуз.

Пока все остальные упорно старались выглядеть несчастно, Сансет не могла не улыбаться. Это будет тот еще адский денек.

Она была слишком взволнованной для хорошего аппетита, но все же взяла миску хлопьев. Если она что-нибудь не съест, то Роуз вмешается. В любой другой день это ее бы не волновало, но сегодня Сансет была слишком счастлива, чтобы испортить все спорами из-за завтрака.

Хотя было странно, что Роуз встала так рано. Когда та закончила будить тинейджеров и вошла в столовую, Сансет решила спросить ее об этом.

— Вы сегодня рано поднялись, мисс Роуз.

— В моем возрасте заснуть ночью может быть непросто. — Роуз посмотрела на завтрак Сансет. — Всего лишь миска хлопьев?

Сансет пожала плечами.

— Кому охота наедаться рано утром? Я съем батончик в автобусе или еще что-нибудь.

Роуз покачала головой, но все же улыбнулась.

— Я полагаю, что и так сойдет.

Когда Роуз обратила внимание на других детей и принялась помогать им накладывать еду, Сансет поняла, что она счастлива такому повороту событий. Роуз Петал была первыми человеком, приветствовавшим ее в Новых Горизонтах. И хотя было бы преувеличением сказать, что Сансет испытывала к приюту чрезмерную благодарность, Роуз всегда старалась изо всех сил, чтобы Сансет чувствовала себя как дома. Один или два раза ей это почти удавалось.

И это будет последний раз, когда Сансет увидит ее. Не то чтобы это не приходило ей в голову раньше, но она была слишком занята, чтобы подумать об этом всерьез. Это было странное ощущение, и оно заставило ее задаться вопросом, сколько еще других “последних раз” она могла испытать, и сколько из них пролетело мимо незамеченными.

Сансет ничего не говорила Роуз. Она подумывала о том, чтобы сказать что-нибудь значимое о проведенном вместе времени. Однако нужные слова не приходили в голову, так что она просто смотрела. Роуз души не чаяла в каждом ребенке, подбадривая и стараясь поощрять их быть более активными и внимательными. Она расспрашивала детей о повседневных событиях их жизни, ссылаясь на их личные интересы. Сансет никогда не думала об этом раньше, но Роуз знала каждого ребенка, который прошел через Новые Горизонты, в то время как Сансет не могла вспомнить даже их имен.

Должно быть непросто приглядывать за всеми. Но к концу дня у нее будет на одного человека меньше.

Сансет кивнула и встала.

— Спасибо, мисс Роуз.

Вот и все, что тут можно было сказать.

Быстро сбегав в спальню за своим рюкзаком, Сансет покинула Новые Горизонты. По пути она ни с кем больше не попрощалась.

Даже автобусная остановка оказалась для Сансет легкой прогулкой. Там были лишь несколько учеников СШК, которые жили также далеко от школы, как и Сансет, хотя остановка обслуживала довольно большую территорию. Но Сансет не возражала. Это ее последняя прогулка, как и последний раз, когда она будет в полном одиночестве, прежде чем ее жизнь изменится навсегда.

Технически, Сансет понятия не имела будет ли портал действительно открыт. И Эквестрия, и Земля использовали двадцати четырёх часовой цикл продолжительности дня, поэтому чтобы вычислить, когда откроется портал, теоретически необходимо только правильно отсчитать с даты ее прибытия. Но было невозможно сказать, действительно ли время синхронизировано. Течение времени между мирами легко могло отличаться, одна секунда в Эквестрии не обязательно равна одной секунде на Земле.

Сансет напомнила себе об этом, только чтобы побороть сокрушительное разочарование, если вдруг промахнулась в расчетах нужного дня. Но ее рабочая теория заключалась в том, что время между мирами действительно синхронизируется. Если бы они были совершенно разными мирами, это было бы крайне маловероятно. Но хотя миры четко разделены и содержат много различий, они также были связаны. Наиболее очевидны двойники множества пони в образах людей, но есть и другие существенные сходства. С научной точки зрения эти два мира похожи куда больше, чем различаются.

Предполагая, что ее теория об идеальной синхронизации времени верна, портал уже будет открыт. И это продолжается уже несколько часов, достаточно долго, чтобы у Сансет возникло искушение дойти до школы ночью. Но она слишком долго ждала, чтобы накануне возвращения попасться на удочку судьбы. Поэтому она перестраховалась, дождавшись утра, чтобы сделать все как следует.

Ожидание было мучительным. Она не спала всю ночь, несколько часов проворочавшись в кровати. Чем ближе подходил момент, когда она сможет покинуть этот мир, тем тяжелее становилось ожидание. Темп ее ходьбы был достаточно быстрым, что привело к тому, что ее путь занял меньше времени, чем обычно, а это означало, что ждать автобуса придется чуть дольше.

Пока она ждала автобус, она впервые задумалась, что будет, когда она уйдет. Наблюдение за тем, как Роуз общается с другими детьми, навело ее на эту мысль. Роуз будет в отчаянии, потеряв одного из своих подопечных. Она привыкла прощаться с детьми, о которых заботилась, но не так внезапно.

Вайолет, вероятнее всего, возглавит поиски. Там будет очевидный след: Сансет ушла на автобусную остановку, и кто-нибудь в автобусе вспомнит, что видел ее там. Водитель автобуса подтвердит, что все ученики благополучно добрались до школы, но учитель на первом уроке сообщит, что она так и не добралась до класса. Они будут искать и искать, но никогда не найдут ее.

Возможно Сансет стоило оставить записку. Конечно не упоминая, что она уходит в другое измерение, но дающую правдивое объяснение. Сказать, что она сбегает или еще что-то типа того.

Но было уже слишком поздно. Она упустила шанс сделать что-то подобное, так что не было смысла зацикливаться на этом. Тем не менее, она не могла не задаться вопросом, что подумают остальные. Флэш, конечно, заметит это первым. Бедняжка, вероятно, будет искать ее все лето и лелеять надежду, что она появится в первый день занятий после летних каникул.

А еще Эпплджек. Заметит ли она, что Сансет пропала? Конечно заметит. Школа сделает объявление на случай, если кто-то из учеников знает, где она. Эпплджек будет там, рядом с Флэшем и Вайолет, пока они будут искать ее. Не потому что у них была общая история или что-то в этом роде. Нет, Эпплджек будет искать ее, потому что это Эпплджек.

Сансет задумалась, стоит ли ей найти Эпплджек, прежде чем пройти через портал. Но что она скажет? Хей, Эйджей, просто чтобы ты знала, я ебучая волшебная лошадь, и я возвращаюсь на свою лошадиную родину? Это добром не кончится. Она даже не сможет придумать правдоподобное алиби, и все сведется к тому, что Эпплджек попытается остановить ее.

И все же большая часть Сансет хотела найти ее до того, как она уйдет. Хотя бы увидеть ее в последний раз, перед тем как оставить навсегда. Даже если они не поговорят, Сансет все равно могла бы сказать свое личное прощание единственному человеку, с которым она хотела сблизиться.

Но нет. Даже если не принимать во внимание тот факт, что Сансет понятия не имеет, где находится Эпплджек, это не принесет ей никакой выгоды. Ей нужно уйти из этого мира, а это включало в себя и Эпплджек. К концу дня она останется лишь воспоминанием. Время, проведенное в человеческом мире, было наполнено сожалениями больше, чем что-либо еще. Добавим в эту кучу еще одно?

И хотя ожидание было мучительным, автобус прибыл как обычно. Сансет почти не обращала внимания на детей вокруг, позволяя их разговорам об экзаменах и планах на каникулы проплывать сквозь нее. Она выбрала свободное место и уставилась в окно.

Автобус продолжил свой путь, и мир за окном проносился мимо, но Сансет не глядела туда. Она смотрела на свое полупрозрачное отражение, а то в ответ смотрело на нее. Сансет провела много времени в этом теле, но в конце концов, это была просто еще одна вещь, которую нужно оставить позади.

Что произойдет по ту сторону зеркала? Что скажет Селестия, когда увидит Сансет снова? Что скажет Сансет? Эти мысли проносились в ее голове, как и в течение многих месяцев ранее. У нее не было ответов, но она верила. Верила в Селестию.

Сансет извинится. В этом можно было не сомневаться. Она признает свои ошибки, что она на самом деле ничего не понимала в зеркале, когда Селестия предостерегала ее. Теперь она поняла. Теперь она будет внимать каждому слову Селестии, подчиняться каждому ее приказу. Все что угодно, если будет хоть шанс, что она снова станет ее одаренной ученицей.

И она станет. Сансет знала, что будет нелегко, знала, что у Селестии есть все основания отказать ей, но она снова проявит себя. Чего бы это не стоило, Сансет сделает это.

Они продолжат с того места, где остановились, и на этот раз Сансет будет лучшей ученицей, и Селестия поймет это, и наконец они обе будут счастливы.

Ее мозговой штурм продолжался всю дорогу. Сотни сценариев будущей встречи прокручивались в ее голове. Иногда Селестия испытывала облегчение, видя ее. Иногда она злилась. Но финал всегда был одним и тем же. Они примирят свои разногласия, и Сансет станет ее ученицей, и Селестия поймет, и они обе будут счастливы.

Когда автобус подъехал к школе, Сансет еще какое-то время смотрела на отражение. Другие дети уже встали и направились к выходу, а Сансет пыталась успокоить дыхание. Время пришло. Она собралась домой.

Она вышла из автобуса последней, и ноги у нее дрожали. Она чувствовала, что они могут согнуться под ее весом. Несмотря на все ее желание поспешить, ей было трудно двигаться. Один неуверенный шаг за другим, она волочила себя по территории школы.

Больше никаких посторонних мыслей. Сансет даже об Эквестрии больше не думала. Только портал и путь к нему. Если кто-то пытался привлечь ее внимание, она игнорировала их. В ее сознании не осталось места для людей вокруг. Был только портал, она сама и расстояние между ними.

А затем и этого не осталось. Сансет стояла перед статуей, глядя на свое отражение в полированной поверхности. Все было точно так же, как и день назад, но только по-другому. Это было чувство. Это от магии у нее так кружится голова или от того, что дыхание перехватило?

Сансет протянула руку, но остановилась, не дотрагиваясь до поверхности. Еще не поздно повернуть назад. Она может подождать, и мечта об идеальном мире останется нетронутой.

Но было слишком поздно. Сансет уже слышала, как оно зовет ее, манит внутрь. Она закрыла глаза и позволила себе упасть вперед. Время пришло. Сансет возвращалась домой.

Ощущение было ужасным. Казалось, что ее тянут во все стороны, и она совершенно не контролировала происходящее. Ее восприятие было настолько поглощено этим чувством, что она даже не задумалась, что все это означает.

И все закончилось так же быстро, как и началось. Сансет обнаружила, что лежит на полу с закрытыми глазами, и все ощущается странным. Все ее тело болело, и какое-то время она просто лежала неподвижно.

Она открыла глаза и, моргая, огляделась. Школы не было. Вокруг нее не бродили подростки. Сансет находилась в маленькой комнате, и единственным освещением был естественный солнечный свет, проникающий через окна.

Сработало. Это действительно сработало. Портал забрал ее из ада, в котором она застряла, и не было никаких сомнений, куда он ее забрал.

Сансет попыталась пошевелиться, но только снова упала на пол. Она повернулась, чтобы взглянуть на свое тело, но обнаружила лишь больше не подходящее ей платье, прикрывающее его. Она рассмеялась над неожиданным препятствием и постаралась освободиться.

Ну во всяком случае она попыталась. Когда она попробовала схватить платье, то поняла, что не может. Ее копыта просто соскальзывали. Совершенно забыв о платье, Сансет поднесла копыта к лицу и головокружительно рассмеялась. Это и вправду сработало! Она действительно была пони!

Не в силах сделать что-либо еще, Сансет просто лежала на спине, глядя на свои копыта и смеясь. Она прижала их к щекам. Она забыла, что они такие жесткие, забыла все, что значит быть пони.

Больше от желания увидеть себя, чем от чего-либо еще, Сансет все же сочла нужным что-то сделать с платьем. Это было нелегко, но по крайней мере на ней не было штанов. Шаг за шагом ей удалось вылезти из платья. Оно порвалось в нескольких местах, но ей, конечно же, было все равно.

Как только она перестала путаться в человеческой одежде, Сансет остановилась, чтобы осмотреть себя. Она все еще не могла сдержать дрожь, когда краем глаза заметила зеркало и быстро повернулась к нему.

Она увидела единорога, поскольку им она и была. Шерсть янтарного цвета, с красно-желтой гривой и хвостом. На ее бедре красовалось красно-желтое солнце. И, несмотря на слезы в глазах, она улыбалась.

Невозможно было сказать, как долго она сидела и смотрела на свое отражение, но именно платье заставило ее отвернуться. Она осмотрела останки. Даже если бы оно подходило ей, то теперь уж точно нет. Это было довольно обидно. Она хотела надеть что-нибудь красивое для встречи с Селестией.

Селестия! Сансет должна увидеть ее! В конце концов, именно этого она хотела больше всего на свете. Она вернет себе прежнюю жизнь. И Сансет станет ее ученицей, и Селестия поймет, и они обе будут счастливы.

Но сначала ей снова нужно научиться ходить. Даже стоять было трудно, но распределение веса на четыре копыта определенно облегчало задачу. Пройтись оказалось немного сложнее, но она не торопилась. Как бы она не умирала от желания встретиться с Селестией, простое удовольствие снова стать пони было несоизмеримо, и она обнаружила, что цокот копыт по каменному полу был почти гипнотическим.

Прежде чем осмелиться выйти из комнаты, Сансет захотелось взглянуть на Эквестрию. К счастью, в комнате были окна. Она подошла к одному из них и выглянула наружу, и от этого вида у нее перехватило дыхание.

Комната располагалась высоко, как она знала, в замке Селестии, а внизу под ней раскинулся город. Хотя отсюда они казались маленькими, на земле виднелись десятки пони, которые занимались своими делами. Они общались между собой, ходили взад-вперед, делали свою работу на территории замка, но прежде всего, они просто были.

Целый мир полный пони, и Сансет снова стала его частью.

Что ж, не будем медлить. Она подошла к двери и с облегчением обнаружила, что та легко открылась от ее толчка. Она оказалась в длинном коридоре, но память не подсказала ей, в какой части замка она находится. Учитывая, что она прекрасно ориентировалась в нем до своего ухода, это, должно быть, стало результатом того, что она слишком долго пробыла в зеркале. Ну и ладно. У нее будет достаточно времени, чтобы заново изучить планировку замка, когда она снова станет ученицей Селестии.

Впрочем, никаких жалоб на бесцельное хождение по коридорам замка у нее не возникало. Рано или поздно она либо поймет, где находится, либо наткнется на охранника, который сможет ее направить. А пока достаточно просто рассматривать и вспоминать. Она не могла выделить конкретных деталей, но определенно узнавала характерную архитектуру замка.

Мраморный пол, выложенный в шахматном порядке, белые колонны, доходящие до сводчатого потолка. Повсюду изящные украшения, начиная от богатого ковра под копытами, заканчивая цветами на стенах.

Но более всего в глаза бросались витражи. Сансет, не торопясь, любовалась ими, пока шла, ведь они показывали богатую историю, которую она позволила себе забыть. Каждый из них был уникален, и она была уверена, что вскоре увидит тот, который сможет вспомнить, а вслед за этим узнает и свое точное местонахождение.

Оказалось, что ей не стоило беспокоиться. Перед идущей неторопливой походкой Сансет отворилась дверь. Сансет замерла на месте, а ее сердце забилось быстрее от осознания того, что какая-то пони собирается выйти оттуда.

Сначала в коридоре раздался ровный цокот копыт, но вскоре за ним последовало появление единорога. И хотя Сансет не привыкла видеть пони, она догадалась, что кобыла перед ней моложе ее. У нее была светло-лиловая шерсть с более темной лиловой гривой и хвостом, через которые проходила розовая полоса. В магической ауре перед собой она держала книжку, которой, похоже, уделяла все свое внимание.

Настолько, что прошла мимо Сансет, не сказав той ни словечка.

Сансет, слишком ошеломленная, чтобы говорить, наблюдала за ней, пока она шла по коридору. И только когда вторая кобылка была почти что вне зоны слышимости, Сансет поняла, что вот-вот упустит свой золотой билет.

— Эм, простите, — сказала Сансет. Это был первый раз, когда она заговорила с тех пор, как прибыла в Эквестрию, и она подметила, что ее голос звучал немного глубже.

Сначала уши другой кобылы повернулись назад, а через мгновение за ними последовала и голова. Уши двигались независимо от остальной части головы, и это было естественное лошадиное движение, о котором Сансет совсем забыла. Столько всего нужно было узнавать заново, но она была готова.

— Ой, здравствуйте, — сказала кобыла с улыбкой. — Могу я вам чем-нибудь помочь?

Сансет открыла рот. Это было слишком. Она разговаривала с настоящей живой пони. Не с какой-нибудь лошадью из амбара, а с натуральным эквестрийским единорогом.

Но ей нужно сосредоточится. Ей еще кое-что нужно сделать.

— Я… ищу Принцессу Селестию. Вы не знаете, где я могу найти ее?

Улыбка кобылы дрогнула.

— Мне очень жаль, но принцесса не принимает гостей в данный момент.

Новость заставила Сансет улыбаться еще сильнее. Она говорила с настоящей пони о Принцессе Селестии.

— Все… все в порядке. Она сделает для меня исключение. — Сансет отчаянно надеялась, что это правда.

— Может кто-нибудь еще сможет вам помочь? — предложила кобылка. — Я могу направить вас к одному из ее помощников или к секретарю, даже к капитану стражи, если это срочно.

— Нет! — Сансет сказала слишком решительно. Она попыталась вернуться к обычному тону, но ей вдруг стало трудно дышать. — Это должна быть Принцесса Селестия!

Кобылка нервно хихикнула.

— Может быть вы хотя бы объясните мне, насколько это важно?

Объяснить ей? Часть Сансет — на самом деле бо́льшая ее часть — хотела сделать именно это. Рассказать кому-нибудь обо всем, что с ней произошло. Но это было бы несправедливо. Сначала ей нужно поговорить с Селестией. Предназначение зеркала было тайной даже от нее самой, личной ученицы Принцессы Селестии. Если она собирается доказать, что может стать лучше, что она станет лучше, ей стоит начать с уважения к желаниям Селестии.

— Мне очень жаль, но я не могу. Мне просто нужно с ней поговорить.

Юная кобыла вздохнула.

— Тут такое дело… Принцесса не очень хорошо себя чувствует. Я не знаю точно, что случилось, но она даже отменила мои дневные уроки!

Сансет почувствовала себя так, как будто снова прошла через портал. Ее дыхание сбилось, а уши начали заполняться жужжанием.

— Твои… уроки?

Кобылка заметно оживилась, когда речь зашла об этом.

— О да. Я предположу, что вы не местная? Я Твайлайт Спаркл, личная ученица принцессы.

Сансет сделала шаг назад.

— Ты ее…

— Вы в порядке? Вы кажется немного… не в духе.

Заменена. Сансет была заменена. Пока она боролась, проводя каждую свободную минуту в страстном желании вернуться к Селестии, ее заменили. Вот так просто.

— Мисс…

— Не важно. — Тон Сансет стал до странности ровным, хотя весь остальной мир вокруг нее рухнул. Это не должно было ее так удивить. Зачем Селестии нужна такая неудавшаяся ученица? Она сама это сказала.

“Сансет Шиммер, я исключаю тебя с места моего протеже.”

— Вы уверены, что...

— Да. — Сансет пристально посмотрела в глаза своей замене. — Я в порядке.

— Ну… тогда ладно. Я надеюсь, что остаток вашего пребывания в замке Кантерлот пройдет для вас наилучшим образом!

Сансет молча пошла прочь. Здесь нечего было сказать.

Она слишком долго стояла в коридоре. Она не знала, что делать дальше.

— Ты ведь не думала, что все будет так просто, правда?

Сансет резко обернулась. Она слышала голос Селестии, но там никого не было.

— Думаешь я хотела, чтобы ты вернулась?

Сансет вертелась во все стороны, осматривая зал, но не видела ни принцессы, ни кого-либо еще.

— Но не волнуйся. Твайлайт учится гораздо лучше, чем ты когда-либо.

— Твайлайт никогда не ослушается меня.

—̡ ͟Т̵ы͟ ̨м́н̸е͟ ͝б̸о͡л̢ь͡ш͢е͡ ͡н͞е̛ ͡н̴у͝ж̴н̴а͞.͏

—͜ ̧Э͢к͟в͢е҉с̛т̀р̡и͘и̶ ͟т̸ы͠ ̶б̕о̶л̕ь͢ш̀е̛ ͜н́е͡ ̀н̛у͞ж̧н͡а̕.͝

—̸ ̡Т̷ы́ ҉д̛у͜м͝а̧̛̏л͠а̡,̀ ̨ч͞т͢о͡ ͡п͢о͞п͟а̀д̷е͠ш͠ь̠́͞ ̶д̵о͝м̧о̧й̵?҉

—͟ ͡У͏ ͪ͞͞т̛ͫ͡ѐ̶̡б͌͂́͜͠я̷̵̋͒͜ ̡̨̛͑̈н̃̓͏̛͠и̛ͨ̿͢͟ч̵̵̋̀͠е̴̴̊͗̀гͭ͑͞͠͏о̵ͥ͑͏̡ ̵̿̚͡͠н͛ͦ͏͜҉е̵͐̌̀͡т̴̀̀́͘.̅͆͟͝͝ ̶̒͡Т̷ͨ͝ы̛̄̕ ̸н̨и̸к̢т́о͢.̸̨̪ ҉̺͝В̪͡͡с͙̘́̕͡е͔̙͘͢͢г̶̴̣͍͠д̧̠͞͠ͅа̶͏̙̥̀ ̵̨̛̖̺б̨͕̰́͘у̭͕́͜͜д̵̛͕̺͞ѐ̶̰̙͡ш̴҉̼̬͘ь̵̪́͢ͅ ̨̫͎̕͜н̵̡̲͖͢и̶̢̙к̢̱͡е͏̜͟м̀.̢

С̸̖͙̯̘̩ͫ̋ͩ͛ͥ͂̀̀͟͡͝ͅт̡͒̉̔̈́ͭ̄͘͡͞͠҉͍͍͖̺̖ͅа̧̨̧ͫ̀̌ͣ͗̅͢͜͏̠̦͖̥̻̤л̴̊̑ͬ͆ͫͣ́͞͠҉̯̹̳͍̘͎̀о̨̛̛͚̥̞̻̦̜̌ͭ͌͊͊̌̕͢͠ ̶̵̨͆̈͑̔ͮ́҉̨̛͖̘̻̞͚̖т̸̨̡̡̒ͪͮͪ̃̉̀҉͓͈̪̖͇̺р̂ͦ͊͗̉͐̀͘͏̴̸̳̫͈͕̲̦́у͂ͧͬ͛ͯͦ͠͝͏̝̙̳͇̗̗͟͠͞д̢ͬ̊ͬ͆̾̈́́͢͏̧͔̙̗̗̜͉н̴̴̧̮̺̪̬̞̤͂̿̆ͬ̈́̏́͡͠о̴̴̸̧͉̰̞̥̠͉͆̏̈́̔͊̎̕͝ ̶̡̨̨̹̣̩̤͇͙̐ͫ̓͗̏͊̀͞с̴̘̖̻̰͍͙̂̎̍̔̓ͯ̀́̕͡͠к̸̡̧̛̛̭̥̻̼̳̙̏̆ͣͭ͆̌͝о̡͑͒̂̄̈́́͡҉̡̛̭̟̟̣̺̣н̸̾̊͋̈́̑͌͠͏̶̵͙̯̩̳̤̜͢ц̊ͨ̔̄ͣͫ҉̸̛͖̖̯̹̹̺͟͝͞е̡̡̢̡̣̳͔̹̺͈̇̾ͦ̋ͪ̀̚͡н̵̴̡̛͍̰̟̠̘̪͊̇̿ͥͥ̆́͠т̸̸̛̞͇͈̞̹̲ͩ̊̅ͦ̂́̀͢͢р̓ͧ̍ͩ̋͊͏̴̸̨̧̨̣͕̜͚͔͇и̴̓ͤ̑̈͌̑͝͏̸̯̫̟̝͎̮̕͢р̷̨̎̊ͥ̌̓̚͡҉͘͏̰͇̞̳̹̝о̶̛̬̳̤̺̦̗͌̓̂͆͛̈́́͢͟͡в̫̘̲̞̫̞͐͆ͫ͋̏͋̀̀̕͢͡͝а̸̧̨̢̛̣̥͚̥̲̘̊ͫ̉̏ͣͭ͜т̢ͣͤ̾̅͌͂͏̕͡҉̮͈̭̝̫̬͡ь̢̄̈́ͬ̿ͦͦ́̕͠҉̦͎͇̺͔͇͢с̶̶̧̨̹̝̫̲̖̺̐ͣ͛͐̈́̓́͞я̧̨ͫ̈́̊ͨ̿̚͢͟҉͔͉͍̻̟͈͝,̴̴̴̵̢̹̦̹̟̰̟ͦ̌̏̂ͯͤ͡ ̃̄ͨͫͬ̔҉̵̵̡̙̬̦̲̣͚̀̀и͓̞̺̬̱̖̒̊ͪ̎ͯͩ́̕͘̕͜͝ ̵̷̶̤̻̤̤͙̺̎ͯͯ̔͐̈̕͠͡С̴̸̢̡̳̘̦̰͈̦ͥ͗ͫ̌̆ͩ͢͠ӓ̵̶̨̨̗̟̬͇̜͕́̇̽̽̊ͭ́͟н̆͛ͦͯͦͮ͏̸̶̦̹̻͉̙̱͘͠͝с̵̈́͋̆̾̆̅̕͝͏̢̢̞̣͖̱̜̖е̢̛͖̝̘̱̟̖͆ͭ̃̅̋́͜͟͠͞т̴̴͇̝̞̣͇͕̈́ͮͨͯ͌̒́͟͡͝ ̙̖̖̜̮͓̃ͣ̉́̎̅̕̕͜͜͝͡с̴̴̶̢̯̯͙̗̬͈͂̆̎ͯ͛̐̕͢в̷̡̧̛ͦͬ͐͋̊́͏̴̭̰̤̙̱̥а̓ͩͣ͒͗̒҉̴͎̮̜̘́́͢͞ͅͅл̵̨̨̃͒͌̓ͮ̌́͝҉̮͚̮̭̯̗и̴̢̝̯̲͚͇̓ͧ̔͗ͭ̓́͘͢͜ͅл̦͈͙͉͎̀ͮ͌ͧ̈̍́́̕͟͞͠ͅа̴̴̢̡͐̽̅ͨ̋́͡͏͉͓̹͉̲̼с̶̢̛ͧͩ̇͌͋ͨ҉̧̩̠̞̯͈̰̕ь̵̷̢̘̬̘̣͎͔̓̓̒̈̋̓̀͞͠ ̧̢̡̝̙͚̘̜̃ͤ͆̽ͫͮ͜͝͠ͅн̸̶̡̛͙̜̤͔̱̼̂͛̄̓ͣ̓͡͞а̇̓͑ͮ̑͊̀͏̴͏̡̰͖̼̱̱͙͠ ̊͒̐ͣ̎̒͏̸̷̶̜͙͙̗̤̪́͝п̵̸̡́̈̐̅̓͑͢͡҉͇͉̰͔̹̥о̛̪͚̰͎̣̬ͧͭ̉͌ͦ͗́͘͘͜͜л̷̸̶̐̏̅ͪ̄͒̀͠҉̳̞̘̯͇͓.ͯͦ̌ͪ̑ͨ҉̵҉̴̵̛͓̯̳͎͙͇ ̶̵̧̞̻͕̭̻̭̾ͤ̓̈̅̊̀͘͜Г̴̨̢̧̡̹̪͓̗͇̈́̎͊̓͋̓͜ͅо̷̴̧̝̳̻̭̠̥̑̅̓́ͫͩ̕͘͟л̽ͭ̓̃͂̚҉͏̸̡̙͙͙̱̣̮̕͜о̶̡̡̃͐ͩͨ̉ͭ́̕҉̰̥̙͈̭ͅс̢̨̢̨̛͙͚͔̜̺͐̇͑́̍̉͘ͅ ̸̸̛̙̠̮̪̩̹ͨ̂̈́̽̆̾͜͠͞С̷̶̤̩̹̗̼͕̊̉ͦ̈́͌͗̕̕͜͡е̸̢̛̦̪̪̘̭͒ͯͨ̈́̓̐́͟͞ͅл̸̵̢̢̾̄̉̏ͧ̑̕͏̺̦̗̞̩̻е̶̧̛̬͇̼̩̬̜̅̌͛͆͛ͭ̀͟͡с̔ͨ̋ͣ̔̀̚͜͢҉̤̹̘̱̲͉̀͟т̷̙̺̼̦̭̱̂͑ͧ͒̈̏́͘͘͟͜и̵̡̪̣̙̠̟̫͐̒̔ͨͯ̓̀͘͢͝и̵̨̎̈ͥͫ̔̓̕͟͠҉̱̘͚̤̙̟ ̡͂ͤ͗́ͬͦ̀̕͏̢̥̣̻̟͉̠͘о̴͌̾ͨͧ̋ͯ͟͡͏̧̯̣͈̘̖͔̕ќ̶̵̧̬̦̤̥̹͖̿̓ͥ̈ͧ̕͠͞р̷̷ͣ̇ͪ̊̂ͧ҉̶̸͕̞͖̰̹͙̕у̵̨̛͎̤̦̼͕̥̎ͦ̄́͒̆͟͜͝ж̴̋̂̿̇͒̂̀͞͏̡̛̺̞̣̻̝̟и̸̶̨̡̎ͪ́̓ͭ̊͞҉͈͖̙͎̯͚л̶̢̨̨̙̯̻͕̭͐͆̇͑̽͑́̀ͅ ̨̛͉̣̖͉͙͇͑̈́͋̍ͯͭ́́́͘е̾̾͊ͮͫ̅͘͢҉̸̶̛͖̪̖̰̯̞е̶̶̛̠̞̬̲̖̠̽̎̎̒̃̚͘͘͠.̵̧̭͇̝͉̝̦ͮ̓̄̅͒̑̀̕͟͞ ̛̇̋͐ͤ̍̾́͢͜҉̢̙̞̖̬̙̥П̧̡̛͙͕̠̟̲̆̐̾ͮ̉̓͝͠͝ͅрͣ̿͗̈̏͌͢҉̷̧̱̻̟̟̝͇̕͝и̷̏̅̉ͦ̀̊͘͏̶̸͎̠̣̯̯͈͜н̌̄̒̊ͯ͐҉̨̀̕͢͏̲͍̱̪͚͈ц͊ͮ̇̈ͯͦ͏̨̛̼̪̳͖̰̕͘͠ͅе̸̴̛̟̻̮̤̙̖̊̾̈́ͪ̈́̚͘͜͞с̸̵̧̡̺̱̙̘̼͔ͧ̽̾̔ͦ̀͜͡с̃̉̾͗̈̍͞҉̶̸̰̳͚̭̘̻̕͝а̡̼͍̠͈̬͚̒̍̈͛ͣ͂͘̕͜͝͠ ̵̷̡̜͎̤̩͔̲̋̽ͤ̔ͦ̋͜͠͡г̵̨ͥ̎̓̄ͨ́̚͜͠҉͓̥̺̭̰̹о̒̔̎̇͊́͠͏͢͜͠͏͎̗̲̙̰͉в̧̡̲̪̟͕̰̳ͤ͑͆ͤ͗͆̕͢͢͞о̵̶̨̢̛͇͚͚͎̻̝ͬ͐̓ͪ̎ͭ́р̶̓ͥ̽̑̑ͣ̀́͢͢͏̟͓͎̱̯ͅѝ̂̊ͣͣ͋͏̥͔̦͖̪̲̕͢͜͠͠л̷̸̥̹̳̝̟̆ͭ̔̒̐̄̀́͘͡ͅа̢̒ͮͣ́̎͋̀͡͠҉̛͎̭̪͉̟͉ ̶̧̛͙̤͍̫͍̞ͪͥ̒̃͑̓͢͟͝сͧ̉͆̎ͮͤ̕҉̶̶̦̞̭̼̘̼͞͞а̷̨̋ͦ̀ͫ̓̈͏̢̧͏̞̝͚͚̝̙м͖̰̪̟̯̱̑͐̓ͯ̄̚͘͜͟͢͝͞а̴̶̡͖̳͕̗̳̠ͭ̒̓̿ͭ͗͟͡͡ ̓̀̑ͪ̇̍͏̧͏҉̶̳̺͙͖̼͡ͅп̧̢͓̘̗͇͚̩ͪͮ̽̈́̌ͮ́̀͟͠о̡̨̧̡͎͕̼̜̯̤̽̅̎̾ͩ̂͜͞ ̷̢̡͇̙͚̖̳͉ͧ͆ͨ̂̓̚͘͘͝с̷ͨ̉̓̾ͤ͑̀͘͢͜͏̰͉̰̳̫̝ё̔ͩ̈͑ͬ̕͟͡҉̡̣̰͇̗͉̳͘б̴̡̘̱̯̥̪̌̾͆ͥ̌̉́͟͡͞ͅе̸̶̨̯̬̭͓̟̙͌̾̎ͮ̆̽́͠͡,̛̳̞͖͇͖̺͊̉͂̌͗ͮ̀̕͢͠͡ ̵̡̛̣͕͓̹͈͍̌͋́̿͂̀̚͢͞б̷̧̌̃̉̈́ͦ͋͞͏͇̠̪̱͖̲̕͢е̵̡̡͈̪̱̰̞̽̍̿̋́̈́́͞͡ͅс̢̈́͛̇̓̋̂́͏̸̱̳̰͚̰̤͜͞к̷̡̳͚̥͓̳̱̎̄ͫ̉ͦͦ͘͢͢͞оͧ̾ͧ̿̽͌҉́҉̡͇̣͕͕͔̼͠͞н̸̴̛̙͍̞͍͚͉ͨ̎̃̔ͫͦ͢͜͡е̵̶̝̘̩̣̟̖̊̋ͩͫͭͮ́͜͝͞ч̸̶̦̘̹̝̒̂̅̒̈́̾̕͢͠͞ͅͅнͫ̂́̈́ͬ̍̕͟͏̶̶͉̜̜̘̰̰̀ы̿̅ͤ̍̋̑́҉̵̵͏̛̹͕̥̞̼̫й̛̋ͯͦ̅̔̄͟͝͠҉̬̟̙̺̺̻̕ ̴̧́̿ͣ̎̏̎͘҉̧̘̯̞̟̘̳͞ш̶̷ͤ̓ͮ̓ͯ͊҉̨̦͉̬̠̩͘͢ͅќ̛̓͐̋̓͗͟͠͠҉̛̯͇̘̘̖ͅв̛̊̔͊̆ͥ̆͏͕͉̲͖̜̳́̕͟͝а̡̧̡̘̻͔̯̦͚ͤ͆ͮ̒̿̀̚͞͝л̵̸̵̢̛̠͚͖̳̝̄ͮ͋ͯͥ̎͠ͅ ͯ̒̍̂́̇͏̴̢̼̹̘͓͕́͢͝ͅе̧ͬͤ͐̿̏̚͠͏͏̵̮̱̞̣̞͈͢е̸̴̶̡̧̻̟̺̲̮̣̑̔͒͗̅̾̀ ̛̃͗ͪͦ̒ͥ͠͞͠҉̴̬̗̗̻̤̼и̶̧̧̭̣̣̣̻̰̔ͥ̎͌ͦ̈́́͟͟д̴̨̧ͨͩͬͪ͐̈͏̵̬̗̜͉̖̳͟оͪ͑ͨ͊̆̋҉̴̵̠͙̘̗̜̺͟͡͡л̵̴͒̎ͧͥ̀͂͘͡҉͕̼̫̭͘ͅͅо̷̡̩̯͎͕͚̜ͯ͗ͭͩ̈́ͭ́̕͜͢в̵̴̧̨͌̐̒̔̏ͥ͏̭̟̥͎̥͍͢ ̸̵̡̫̳̬̫̼͈͑̽̓̈̏ͦ͟͝͝т̵̵̶̜̮̟͕̮̲ͧ͂ͦ̓̾ͥ́͝͝в̶̸̴̛͇̙͎̤͉͓̋̔̑̎̏ͤ̕͞е̴̷̶̭̫͔͇̬̣͂̓̾̾ͮ͗́́͘р̵̶̸̧̲͇̣͈̫͊̑̈́̑̓ͣ͞͞ͅд̴̢̢̯̱͔̞͈̳ͦ̆͑ͥ̇́̚͜͜и̸̴̤̫̭̳̟̘̉ͤ̃͂ͭ́̚̕͝͞л̷͑̾ͯ̈ͦͮ͏̵͠͏̥̝̟̤̰̼͝ ͮ̒̑ͫ̂̐҉͞͏̸̳̮͇̙̘͍͟͠о̴̸̡̛͇̱̤͕̪͎ͬͩͣ̏́͗͝͝дͭ͛ͧ̈̃̀̚͟͏̷͚̜̮̗͓̀͝ͅн̸̸̸̨̜̮̠̱͇͕̓̃̽ͤͧ̓͠͡о̧̢̨̢̡̤̱͓͇͔̻̓̅ͫ̐̔͐͞в̷̵̴̧͈̙̞̞̝̬̊ͫ̿̑ͧͤ̀͞р̶̶̸̥̼̥̩̥̥͊̓ͬ̿͋̉͘͘͝е͒ͮ̉̍͋ͯ͞͏̷̸̡̦͉̲̹̳͍͜м̴̨̋͛͊̊͊ͣ́͡͏̵͈͚͔͍̺̭е̵̲̭͇̤̫̬ͦͦ͒́̄̉̕̕͘͘͞н̴̧̡͙̫͇͚̫̞̽̎ͣ̓̓̿͢͢͞н̈́̋̅̑ͦ̚͘͡͝͡҉̵̮̗̜͕͎͕о̷̾͂ͫͭͤ̎͘͢͝҉̷͕͚̞̜̬̳.̔̍̌̃̄̚͜҉̸̵̨̳̪̲̦͚̩͠

—̸͖̑ ̞͊̀ ̡̲̊ ̠̚͟Мͩ̂҉͇̳н̡͔͎ͨ̍е̞̮͋̈́͡ ̬̲́ͯ́ ̡͉̳͓́̉͂ ̹̤̐̈̇͜͜ͅ ̢͓̳̱͑̓̃͝ ̷̴̭̥̤̅ͧ̑ ̶̧̙̜̯̹̒̈́̇ͣб̷̶̖̳̣̆ͤ̓ͭͅу̴̲̖͉̗ͤͦͤ̊͟д̸̸̳̪̖̩ͧ͊̃͂еͦ̐ͥ́ͧ҉̗̙̮͇͡ͅт̸̡̳̹͔͖͓̒̊ͫͣ͑͢ ̧̑̃̇̎̇҉̧̹̪͙͍̼ ̸́̌ͬ͊̊̄̀͏̲̺̦̠̝͔ ̴̈ͫͣͬͫ̾͏̻̳͙͈̤̠͠ ͑̑̽̂͊̓҉͏͏̲̗͉͔͍̺ ̸ͬ̂̌̏̋̒҉̡͔̙̙̬͕ͅЛͩͫͤ͂̀̿̑҉̷̶̲̝̟̦̪̞͇у͊̇͋ͪ͑͐͆͞͝͏̰̩̘̘͔͇͙ч̶̶̼̠̦̪̤͚̣̉͗͋ͩ̌ͨ͗̕ш̸̮͉̠͇͉͈͔ͩ̆͛̀͆ͫ̚͘͝͠е̵̒̆͑̏ͤ̔͋̅̀͏̪͇̘̣̯̫͎͉̀ ̋ͣ͑ͣ̽̽̔͂̕͜͏̸͍̝̖̙̠̲̦ͅ ̨̨̟̜͇̟̹̩̗̭̇ͥ̑ͪͦ̃̈̚͜͡ ̴̐ͫ̅ͤ̀̌̔͋͏̛̣͙̫̪͔͎̟͖͞ ̷̧̣̼͇͎̬͙̰̟ͮ̀͛̊̒͗ͣ́̆͡͠ͅ ̶̸̧̨̣̟̥͙̫̖̫̦̼̄͋̽͆̽̓̆̊̅ ̶̸̧̲͕͍̪̞͕̜̜̣̔̉ͯ̾̆͗ͤ̑̚͞ ̶̶͋̉͌͋̓̒̄̾͂̍͏҉͕̗͓͉̜͔̳̮͚̥б̧̛͚̟̜̪͖̣̤͖̤̈́ͩ̏̌̔͛͛̅̽ͩ́̕͝ͅе̴̖̟̗̤͈͇͖͕̺̂̂̂͑ͣͪ̈́ͪ͐̈́̀͟͞͠ͅзͬͦ̄͂̽̓ͥ̑̚̚҉̢̡҉̴͍̼̭̦̘̯̠̥̞̻ ̷̸̡̣̣̤̭̻̞̱̗͓̝͉̿͋ͨ̽̆̉ͭ̾̎ͤ̔̕͢ ̧̛̙̗͕̳̗̮̝̝̟̅ͯ̑͆̆̓ͥ̆͋̅́̚͢͝ͅͅ ̒͗͑͐ͮ̔ͪ͋ͪͦ̊̕҉̵̢̮̜̼͕̲̥̱̟̞̦̫͜ ̵̛̛̙͙̘͕̟̻̫̪̮̾̅͑͐̂̅͋̑͒͐̊͠͝ͅͅ ̛̟͉͉̠͍͇͖̤̘͎̯̯̃̆ͯ͌̑͒̉͆ͫ̀̋̑́͟͢͡ ̵̧̻͈̝̪̳̰̫͇̤̗̟͙ͭ͛ͥ̋̐̂̄̅͒̈́̓̚̕͜͝͡ ̷̡̨̧̛̪̰̱͓̺͇̙̰̞̖̻̭̿̎͋̿̽͋ͩ͊̿̂͂́̚ ͫͪ̽̃̉̿̑̈̅̓ͣ͑́͢͏̨́҉̣̠͈̖̹̰̲̠̘̫͇̗ ̢̨̨̳̠̭̭̫͖̭̜̲̫͔͓͓̏͋̈́ͬ̆͐̽͆̄ͮ̉͑́̚͡͡ ̷̢̬̹̺͈̻̩̙̲̱̟̹̰̠ͣ͐ͬͮͥͫ͗̽̾̒͛̔́̚͜͢͞ ̵̧͚͚̲̤̩̲͕̜̞̳̬̹̐ͦ͑̓ͭ͒ͤ̿͗̉͆͐ͧ̀̕͞͝ͅ ̴̸̷̼̩͇̭̪͖̲̱͔̰̰̮̲̎́̍̏͐̿ͥ̂͋ͤ͗̋͛́͜͠т̸̢̛̛͙̼̟͓̮̩̥̱͈̣̗͓̲̗ͫ̓͊̅̃̾̎ͯͧͪ̉͂̽͂̕͘е̢̒̿ͫͯ̾̈́́̓ͥ̈͐ͦ͗̚͏̴̨̨̨̬͕̤̩̻̰̦̼̱͖̜͓̰ͅб̵̢̢̢̬̰̜̲̠̘̬̭̣̼͇̥̪̫̿̿̈̀͌͊ͦͯ́ͧ̏ͥ͛ͩ̕͜͟я̧̡̛̝̦̙̳̤͈̖̜͙̥͔̜̟͌̑͌ͫ̇̑́̓̿ͣ͛̋̑ͧ̀͜͟͟ͅ.̴̽̈́̿͐͂̊̆͋ͯ̀͗ͪ͑̆ͩ̀̀͜҉͘͏͓̺̹̳̫̞̞͖̮̬̪̹͖ͅͅ

̶̴̸͊ͫ̒ͬ̄̒̇̏̆ͧ̑ͫ̍̑̆̕͘͢҉͙͚͎̼̝̩̣̱̪̬̯͔͚̮͈—̡ͦͮ̒̅̄ͥ̑ͥ̂̓́͛̂ͯ͛̀̀̕͘͝҉̼̰̗̦̟͇̣̳̩͔̲̰̻̲͉ ̶̶̸̶̧̤̲̣̱͍̜̻̙͎̯̥̻̺̻͍͑͛ͩ̽ͤ̿͌̿̆̋͒̈́͂̓ͣ͘͠Вͧ̃͂̌ͣ̉ͪ͒̈́̂͐ͭ̂͌ͦͫ͏̷̢͖͈̦͍̹̠͓͇̣͚͇̣̘̙̙͖͢͢͡͠с̷̢̡̡̧̦̥̘̩͔͕̗̰̱̯͍̣̬̦͉̲ͩͯͭͬ̔͒ͣ͆ͧ̿̋̃ͤͤ͗̄͜͢е̴̶̿͋̈̆̑̆͌͐͗̾̐ͫ̔ͭ̉ͥ͟͏͠҉̠̙̩̦͉̯̜͔̝̖͔̫͚̻͎͖͝м̸̡̛͑̑̇ͧ̎ͥ̿͐̓̒͋ͮ̾ͯ̓̚̕͟҉̵̷͕͇̜̮̝͇̜̹͔͓̣̙͙̠̗̲ ̴̴̧̿̿͒̉͑̒ͥ̎̽͑͂̾͗̔̈́̋̀̚͘҉̸̼̩̬̱̫̠͙̱͎̤͇̲̱̹͇͖͍͝ ̶̔̾̃̄̒͛͐̐ͩ̊̆̔̈͗͛̋ͫ͏̸̡̡̢̜͇̯̰̥̦͍̞̰͍͙̞̫̟͔̜͔͜͡ ̴ͥ̓̽̄͊ͥͨͦ̈́͌ͥ́̊̀̓ͯ́̚͏̴̷̭̤̗̮̻̰̫̫̰̼̥̠͓̬̯̣̀͘͜ͅ ̸̷̧̱̯̩̼̮̩͇̰̖̼͔̭̻̗̹̮̗͗̾̆ͥ͐͋͋ͧ̀̇ͧͭͮ̋ͦ͛́̄̀́̀͢͞ͅ ̸̴̧̬̠̼͍̼͓͓̩͎̰̪̬̼̬̣̥̈̈͊̍ͮ̈ͮ̏ͬ̉͊ͩ́̆̓̇͑ͪ̕͟͡͝͡ͅͅ ̶̴̛͐́͑̍̍ͦ̒̈̓̏ͬͦ̏͊̉ͥͣ̀͟͞͏̶̴̙̗̟̗̝̩̭͈͙͎͖̦̻̬̥̜̳̪ ͗ͨͩ̓ͪ̑ͨ̂̉̌͋͆̏ͧ̍̇́͗҉̧̛̘͍͎̻̳̳͙̗͍͕̪͕̺̳͚̘̳̭́͢͠͠͡ ̶̵̸̷̨͋ͪ̍͋̅͆̍͆͐̔̀͛́̔ͣ͋̄́́̚͡҉̞̰̞̰͓͓̦̙̺͙̟̪̘̟̭̤͖͎ͅбͥ̏̾̈́̓̂ͦͧ̀̍ͨ̈̓̈́͆̚̚̚̚͏̵̡̡̢̨̠̜̖̫̞̙͉̩̙̫̭̗͇͔͉̻͚̣̕̕͜ͅу̷̴̨̨̨̛̥̩̦̯͈͙̦̹̭̦̲̯̰̟̮̲̹̮ͫͣͩ̍̈̒ͮͧ͐ͭͥ̑̿̉͐̈́̎ͪ͐́͟͝ͅд̷̵̵̡̧̛̥͚̫̝̳̝̰̙͎͍̙̱̲̞̞̮̪̘̫ͦ̿͐̆ͫ̓ͯ̍͒́ͣ̅̐͊ͥ̊̾̔́̀̚͞е̷̵̵̛͇͈̤͓͍̜̲̙͚̬̼͎̠̝͓̮̪̮̬ͫ̏̽ͮ̾ͦͥͬ͂̎ͬ̈́̿̿ͫͪ͒̌̍̚̕͠͠͝͞ͅт̵̵̷̵̧͙̙͍̗̦̺̠̳̺̦̩̖̲̮̤̙̲͔̤̳͋̅́̇ͪ̃̔̐̇̌̉ͪ̅ͪ̽ͭ̊̓̀̚͘͘͟͞ ̸̷̨̧̛̫͓̦̙͇̥̬̣̳̥̟͙̣͉̰͎͔̩̝̣ͣ̌͗̓͒̐̍͒ͥ̎̄ͩ̈́̉ͦ̀̔̎̊̀͢͢͝ ͑̽ͦͩ͑́͊͋̆́̂̉́͒̾̔ͤ́̆͑͏͘͡͡͏̨̳͇͇͓̹̣̺̻͙̰̰͖̗̲̺͔̙̹̠̕͟͢ͅ ̸ͦ̓̃ͫ̊̐͒̌̀̂̅̄ͫ͑ͥ̽̀̎̃͊͏̛͢͢͏̨̀͏̹̝̝̣̟̠̬̘̝̣̟̫͎̠̹̣̗̝̺ͅ ̷͐ͭͤͦͤ͛̄̐̎ͨ͑͒ͬ͆̀̌͒̆̾͂̈́҉̶͔̙̳͎̹̘͖̭̤̦̻̼̤̗͙̣̼̲͎̺́̀̕͟͟͟ͅл̷̴̡͌ͧͯͫͥ͌͐͂ͪ͐̑̑͑̔̂̅ͨ̓̏ͧ͊̀͟͡͏̵͉͇̤͍͖̳̱̹̼͎̹̥͕͇̗͚͙̹̩̤̘͘͞у̵̵̷̢̢͇͈͉̜̫̻̞̬̻̠͇͉̣͖̘̪͔̺͕̿ͥͣ͐̈̍͐̆̂ͮ͐̉ͩ̋̂̑ͧ͛ͧ͋́́̕͟͡͡ͅͅч̸̡̨ͨ͆ͮ͐̂̓̐̀̓ͥ͛͗̋̓͆̏ͮ̓̀̃̚҉̶̨̮͙̜̩̘̗͎̯͖̣̺͉̲͍̙̼͎̠͙̯̟́͞͡͠ш̃ͨͣ̈̓̅́͌͒͗̂͌ͨ̍ͯ̐͆̒̇̓̇̏͝͞҉̶̛́͠҉̼̖̼̲̜͔͙̹͉̦̘̮̟͓͍̬̫̗̠̤̰͜͝ͅе̴̵̴̴̷̢̹͕̞̥̝̞̖̳͇̟̠̣̞̬̭͕̦̬̻͕̝̥̌̓̍̇ͮ̅̽̂̓ͯͨ̋̿̆̿̊͌̈́́̅ͪ́̚̕̕͡ ̶̨̨̆̌ͩͦ̎ͦ̎̏ͣ̃̑̊͒̎ͫ͐̅͒ͥͧ̒͂̕͝҉̀͜҉̵̳̜̩͕̰͍̩̜͉͉͈̹̬̩͕̦̩̺̗͈̮ͅ ̨̨̔ͩͦ̉́̾̋̍͌ͮ̃̓̅̄͛̆̏͌ͬͧ̈́ͬ͠҉̸̢̛̣̝̗̤͖̠̞̖̠͈̝̺͇͔̤͎͕̣͕͖̟͢͟͡ͅ ̵̧̧̨̡̛̩̰͈͙͕͙͈̩̙̟̫̩̹͈̮͇̬̙̮̫̥̅͑̒̉ͬ̊ͩ͑ͮͬ̏͋ͪͫ͒ͧ̒͐͛̈́͗ͩ̈̕̕͟͞ͅͅ ̵̧̗͕̠̩͍̹͓̥͓͓̱͔͕̣̬͚͕͔̫͓̗̳̖͗̈́ͧ͛͊ͭͯ͐͒ͤ̋͊͑̓̑ͣ̋̽̽̐ͪ́̀́̚̕͟͟͡͡͝ ̴̨̢͋̅͒ͯͫ̽̈́͂͋͋͛͐͌͆̔ͨ͋͌̌ͫ̋̊̆͠͡͝͏̢̪̬͓͎͓̳̻̫̫͓̩̫̰̟̞͕̞͎̫͍̠͟͠͡ͅͅ ̴ͦͮ̿ͪ̐̅̊̌͌̀̍̂̈́ͥͤͭ͑́̏̎̈ͩ̚҉̛͝͏̸̵͓͎̹̠͎̮̩͓̹̲̻͖̣̫̩͔̞͉͚̼̟́͘͠͠ͅͅ ̸̛͛ͧ̉̑̀́͌͐̊̂͆̊̐͋ͫ̿̈̍̉ͯ̂̑͐̚͜҉͟͏̡͏̵̭̟̳̯̥̫͚͚̰̫͕̮̰̰̘̳̣̱̞̥̳̲͔̕͢ͅб̷̴̢̨̧̋́ͭ̾̆̄͒̈̇̿̏͐̅̌̔͑͆̅̿͐̍͒ͫ́̚͜͡҉̪̖̝̭̠̺̖̖̲̥̞̝̬͕͕͈̟̣̼̠̝̗̪̣͜͡ё̶̷̨̢͈͓͓̦͇͓̙̦̰͈͕̟͔̣͙̗͎̺̲͔̗͓̘́̃ͤͯ̍̽̋̌ͨ̿͛́̓͗̀̃ͭͤ̈́̏̔͊̆̚͘͢͢͟͟͝͞ͅз͋ͭ͌͛̍ͦ̾̇ͧ̊ͣ̾ͩ̈́̈́͑̑ͨ̓ͧͪ̑̽͆͠҉̷̢̛̕͜͜͡҉̷̰̦͇͖̫̲̩͍̳̣͚̥̺͍̘̠̠̖̩̳͈͎͈ͅ ͦ́̈ͧͧ̍ͣ̓̃͛̋͋ͦ͊̎̾̈͗̆ͤ͐̒̉̏͐́҉҉̷̷̴͎͓̳̩̻̘̗̫̰̤̣͔̻̗̪̦̟̭̙̬̝̻̩̖̺́̕͞͝͞ ̉ͪͨͬ̓ͮ̏ͭͥ̾̂̌͐ͤ͂̀̏̀̔̂ͧ͗̃ͥ̚͡͏͜͏̡̢́͟҉̴̻͕̺͔̙͎̭̲̦̭͓̬̗̖̠̱͕̳͕̟̣̭̱͕͍͜ ̶̸̵̴̢̡͍͕͚̖̰͔̱̠̖̝̜̼̜͓̣̰͍͎̖͖͇͈̜͙̔̀̓̿̒͗ͧͮ̓͐ͥ͗̎̂ͮ̓̆̊͂ͩͭ̌̆̉͗́͘͢͟͜ͅ ̸̸̵̢ͬͩ͐̐ͭͬͯ̐̎̈͑̿̀̐̃̂̐͂͆͌ͬ̃̃̃ͮ́͘҉̧̼̱̩̜͔̞̞̻̦͓̦͖̘̦̘̹̼͉̩̦̩͍̠͙̖͞͝͠ ̶̵̨̨̛̬̳̦̪̲̝̫̜͚̗͕̞̯̠̦̱̮̞̪͉̙̖̞͚̲̦̆ͪ͆̏͛̋̋͛͊͑͛̑̂ͩ̓ͫ̓̒̾͛ͩ́ͩ͌͐́̚̕͜͢͢͢͡ ̶̶̴̧̛ͮͦ͗͐ͥͫ̏͐̌ͬ͗̔͗̇̊͛̔̾ͣ̾̆̌̐̾̌̈́̕͟͜͜͟͏̼̖͎̲͖͔̟̬̩̞͍͙̠̝̳̣̭̭̟̞͖̙͇̬͖̞͢ ̔̎̐ͭ̄̆̊͊ͣ̎̐̏͊ͦ̑̄ͯ͛̄̈́̌̽̅́̾̂͜҉̕͘͘͢͏̸̸̹͙̣̺̬̪͇͎̬̘͓̙͔̙̯̦͈̬̦̫̙͙̺̩͈̫́͜͠ ̴̴̴̝̟̗̹̝̟̭͖̺͓̮̘͙͚͍̯̺̜͎͕͖̺̣̹̻̠ͮ͗ͨ̈̆̍͆̿́ͥͧ̈́ͮ͆̋͐̊̅̉̐̿ͯͣ̌ͦ̀̚͘͘̕͘͜͜͢͡ ̵̴̴̶̨̢̨̨̛͇͎͉̹̹͎̯̦͈̩͍̙̳̜̰̯͙͇̞̲̹͖̠̪̆̈́ͪ̎̏̈́ͣ̽͆̓ͬͣͥ̆̈́ͫ͐ͧͦ͒ͤ̆̿ͤ̒̚͜͞͝ͅͅ ͧ͋̽ͯ̔̿̔ͮ̅͐͑ͬ̎̀ͣͤͫ̆ͧ̿͛ͥ̆̐ͧ̔ͥ͏̀͘͜͜͡҉̧̧̙̬̱̝̭̰̜̟͇̖͖̥̠͓̫̦͈̠̝͚̖̰͍̜̰̲͢͟͡ͅ ̵̢ͨ̀̇̌́̽͊̎ͮ͌͑̈́͋ͬͭͫ̈ͩ̉ͯ̊͊̓ͭ̓́̚̚͏̴̵̵̢̡̛̮̞͚̬͕̜̠͉͇̘̣̻̘͚̣͙̭̺̩̮̬͖̣̞̜̗̝̀̕ ̶̛̛͆̅̏̂̇̏ͥ͛ͫ̐͂͐̄̋̾̐ͭ̋ͬ̓ͬ̀̊̐͊̀̚̚͡͠҉̵̡͚̲͚̞̭̝̘̝̮̗̳̱̦̮̩̮̥̠̝̻̤̦̘̺̩̻̯͢͡͝ ̵̴̡̂̐̅̌ͤͮͭ̌ͨ̒ͨ͆ͣ̔́͛̌̈́͗͛ͩͦ͆͒̀̚̚̚͢͠͏҉̷̶̧̘̤͉̭͔̖̪̞̠͚͔̟̝͎̲͇̬̼͕͔̲͙̦̘̙͇̗͞т̶̵͗ͧ̔̏̒̌̔̑ͪͦ̋ͩ͛͐̎ͩ̈́͊ͭͪ͂͋̑ͬ͛̓͛̚͜͏̴̵̛͜͢͏̴̢̬̯̠̣̹̤̮̬̥̮̼͖̗̞̲̤͔̬̳̣̻̭̼̱͎̞̦ͅе̶̷̧̛̿̉̾ͦ͊ͣ̊̾͒̋ͥ̑̂ͪ͗̀̆͋̋̓̒ͤͮͤ̑̃́̚̚̕͠͝͏̸̠̼̤̺͚̙͔̺̰̦̼̹͖͈̪̩̹͙̺͍͉͈̫̺̲͔͕̀͟͡ͅб̿ͯ͑ͯ̓͂ͩ̈́̽̔ͬ̃̀͆̈́͌́̑̔͂̍͆̒̈̊̌͂͛̀͏҉҉̶̨̧̀̕̕͝͏̵̱̲͕̥͖͍͚̗̖̝̰̻̦̩̠͔̮͉̻̜̜̪̣͕̮̘̠̪я̵̛̓ͦ̽͌̐ͯ̉͂͐̒̅̈́͋ͧ͂͂̄̎͗͌̈́͐̄ͮͮ̅̇̚͟͠͠҉̰̣̩͉͈̟̰̱͚̻̫͖̯̹͙̝͈̤̣̭̮̟͈̹̼̺́́́̕͘͢͠ͅͅ.͂͌ͣͫ̿͌̇͗͗͋̃̉ͩͨͨͥ͒̽́̿ͯ̈́̅ͬ̈ͫ͊ͪ́̚҉̢̕͟͏̢̢̡̛̥̱̲͎͙̱̻̬̯̦̼͓͇̦͙̻͕̖͎̭̼̥̹͕̼̮͈͔̮͘͘̕

̧̛ͨͬ̓ͭͣ͐͛̅͂̏ͪ͂̉ͣ̅̃ͫ͗ͯ͋ͦ̏ͥ́͗̋͒ͥ͗̀͏̴̸̨̘̳͕̫̟̪̟̺̮̰̯̦̯̦͚̦̩̩̱̱̩̪͙̭̞̣̥̼̕̕͢͠͠͞ͅ—ͥͨ͐ͤ̈ͧ̂͒͋̂̅ͪͨ͛͛ͥ̈́ͬ͑͆ͥͧ̍ͦ͑̒̆̂̚͏̵̡̡͘͏̵̴̸̴̡͈͈͙͚̟̬̤̪͍͎̺̙̲̯̙̤̗̘̬̟̟̪͍̲̹͚̘̺͚̀͢ ̸̶̶̷̨̨̢̛͈̟̩̣̥̳̞͙̹̜̦͍̻̞̦̫̯̘̮̞̜̹̤̬̤̖̖̠͖̑ͩ̏͊ͬ̽̊̎͊͗̋͐ͭͣͣͩ́̿ͭ̂̇̓ͩͦͩ͒̓ͨ͂̀̕͟͝͝ ̶̸̴̧̛̅͒ͤ͊̔̏̑̊̒̏͒ͧ̏̾ͪ͆̾ͭ͂̊͌̇́ͬ͐̑̅͂̚͘͜͜҉̢͏͜͏͕̬͙̩̖͉͕̯̤̫̟̮̪̥̜͙̜͖̟̪̠̝̭̝̳̘͍͖̣ ̡͋̏̇̂̋͊ͫ̀̀̊̂̆̓ͦ̊̉̅ͨ̒ͦ̏ͭ̔̿ͧ̌̎͂̚̚͘͟͟͜͢͜͟͏̶̱̩̤͓̳̟̞͍͍̲̪̮̗̤̬̱̜̩̦̘̳͉̻͖̞͚͖̺͙̗́͘͞ ̴̵̶̵̧̢̢̨̛̛͙̹̜̯̯̙̞̬̝͉͚̞͕͓̩̭͕̦͖̮̟̱̘̪̪̭͉̲̺̐́͋ͣ͌ͧ͒͋̀̓̔̆͆ͮͯͤͭ͑͊̽̐́̎̿̃̽͌ͬ̀̀́̚̕ͅС̔͗͐̽ͧ͑̌̌͆̅̇̇́͆ͪ̈́̐ͥ͋̓̋ͪ͂̍̎̉̅̒̔̚͏̶̸̧̢͓̭̰̱̻̳͍̼͇̳̘̼͉̲̺̭͔͙̹̗̰̮͖̰̤̘̥̖̥̗́́̕͢͟͟͠͠͡д̶̵̢̛̛̐̽̎ͬ̔ͬ̃ͦ̉̒̇̓̆̃͌ͧ̉ͬͨ̌ͤ͑͌̆̃̌͌ͥ̚̚͟͡͡͡҉̴̶̢̠̫̱̥̭̺̟̩̺͉̲̞͚̜̞̭̭̱̘͈̬͙̰̳͇̬͙̻̥͈͢е̧͗̇̊̀̎̂̂̇́̾̈̃ͥ̈̽̋͆ͦͦ̈ͤͧ̊ͬ̏̿̈ͮ̄̇̔͠͏̸̷̡̡̡̧̛̪̪̼̮̥͕̹̫̤̝͓̥̲̗̫̠̦̗̼̱̠͇̤̲̣̪̹͔̳̥͜͡͠͠ͅл̸̶̨̿͊̑ͩ̔̑̄͋̐̾̄̀ͥ̓̎͗ͧ̏ͩ̋͒̊̈́̓̾́ͯ͆̓̀̍́̀̕͜҉̵͠҉̨͚̗̝͈̬̰̤̣̜̲̘͍̙̭̯̱̖̦͇͓̥̳̜̜̞̹̝͈̣̜̙̀́а̸̸̧̨̧̌ͫͭͮ͊̋̂̑͐̑͑͐̊͂͐ͩͭͦͭͫ͆ͪ̅̎̉̑ͮͦ̽͋̓͘͘҉͏̷̸̢͎̼͓̟̪͔̹̮̗͈̺̬̣̣̹̳̱͕̗̩̺̫̫͈̞̮͕̖̯̰͘͠ͅй̸̸̸̸̧̻̬̟̮̙̟̼̠͈̻̮̟̝̝̗͙̺̱̭̬̟̫͎̞͎͚͓̭̮̙̥̄ͦ̊̒͂ͥ̔͗̌̇ͫͪͬ̓̒̅̾͋̄̀̌̊̓̊̽́̆͒̑̏̀́̚͢͜͟͟͞͞͝ ͒͂̔́̊̊̐ͯ́͛̇ͣ̊̽ͦ͆́͋̃̑̍ͩ̋̒̈͌ͫͩ͗͌ͭ͢͞͏̶̷̵̸̴̷̶̨̛̟̘͚͙̯͔̤̯͓̭̖͈͈͓̘̟̦̝͓̣̞͕̻̬̣̖͔̜͍̙͓͟͡ ̷̶̶̵̸̡̧̡̛̈́̇͊ͯͧ̏̌̽̿̓͂̄̍ͣͥ̅̏̅͗ͦ́ͩ̂͊͐ͤ̔̾ͨ̾ͨ̚͟͢͠͠҉̻̭̮̣̻̞͎̲̠͖̠̱͙̪̤͈̘̯̥̻̮͓̣̮͓̤̳̱̩͉̰ͅ ̵̶̶̸̢̢̛̛͕̻̜̠͕͈͉̳͎͉̬͚̗̼͎̭͍̫̜͕̯͉̘͔̱̘̭̺̜̞̖͈̀ͬͯ̏̔͑̓ͮ͐̔̀̋ͣͨ̔̊ͦͭ͐͑ͯͭ͑̍ͥ̉̒ͤ̒̽ͯͣ́̀͘͢͜͡ ̸̡̧̛̟̘͓͍̹͉͈͓̩͙̦̭̣̪̥̥̙̖̫͎̝̼͚̘͕̱̠̤͕͓͙̳ͩ͂̓̾͌̐͗̎ͨͥ͑̄ͥ̌ͧ͑̾͆̈͌͌ͩ͋͆ͥͩ͑ͦ̎̋͑̄̀̀͘͘͟͜͠͠͠͝ ̧̀͛̉ͩ͆̄̐ͩ̂̽͊ͨ̇̏͆̋ͨ͋̌̇̎ͧ̔͌̒ͤ̋͆̒̄ͣ̊͟҉̸͏̴̵̡̧̨̡̩̱̞̻̤͉̟̣̟͕̼̩̹̪͖̰̣̭͓̦̬͇͈̥͔̳͇͉̯̰͕̘̀͘͜͞в̷̷̶̧̢̬̻̙̹̙̱̤̭̬̥͈͙͕̭͖̯͎̖̺̥̙̲̞̪͇͖̬̤̙͉̦͈ͫͧ̈́̌ͯ̽̉̔͛́̐ͦ̔ͯͤ̊͂̓ͦ̓ͧͮ̂ͩ̑ͥ͌̽ͬ̄͊̀̀̚̕͟͢͞͝͝͝͝с̋̓ͥ̎ͭ́̌̍̈̒ͯ̌̋̉̀̈̔ͤͭ̇̍͋ͥ̏ͣͣ̏ͯͨ̈́ͭ͑̚͏̛͘҉̵̛́͘҉̵̡͎̜̬̝͍̫̦̩̞̼̳͕͇̬͍̞̜̠͓̺̺̪̝̥̦͕͍̥̝̤́͟͞͞ͅͅͅе̸̧̛ͣ̽͐̆͋ͨ̽ͮͪ̐̑ͯ̋͑͌ͤ̑ͮͣ͌͆̇ͯ͂͛͗͂̑ͭ͗ͨ̐̀̚̕͠͡͏̸̷̢̼͔̬̬͙̝͔̬͙̜̮͔̝̬̜̰̪͇̺̰̩̞͚̺̱͕̱͚̲̜̻̜͘̕̕͝ͅм̷̴̧ͨ̑̅̊̔̀̅͋ͫͥͥ́͋̈͛ͮ͐̓͂͑̓̄͑̑̍͛ͮͩ̔̋͒̓́̚̕͘͘͘͢͞͡͝͝͏̷͖̻̯̻͍̬̥̦̰̣͓͇̝͕͈̞̪̳̹̼͓̹̝̩̘̫̣͖͖͉̯ͅͅ ̶̶̶̵̾̃̀̍̃̾͐̔͋͋̅͆ͬ͑̔̾̿̅̂͋ͤ̄̌̐ͥͥ̑͊͛̈ͩͧ̊͡͡͏̶̴̷̜͇̼̞̭̝̼̮̹̻̩̰̪̼͉͎͎̗͇̱͔̩̤̞̯̣͚̯̤̙͈̯̝́̕͞͝͝ ̴̵̵̷̨̡̡̛̛͋̿͑͗ͦ̒ͯ̓̍̾͛ͥ̋ͣ̀̽ͭ͒̎̐̆̈́ͭ̾̿ͪ̎ͬ̊̑̇̅ͤ͟͠͝͠͝͏̝̯̫͚̦̰̘̤̙̯̼͓̱̟͚̫͖̭̙͈͇̜͚͈̠͕̘͚̼̣̝ͅͅ ̍͗͗̒̉͆̏͒̐ͫͦ̊̄ͪͬ̈̌̉ͤͭ̉͌ͭ̌ͤͦ̄͂̇ͫ̽̎̎͑͏̷̸̶̴̴̸̨̮̘̫̠̖͍̠̼̣̪̺̝̞̤̦̯̘̗̬̞̣͖͍̩̼̹͓̜̙͉̪̘̩̼̀͘͘͠͠͠͝ ̸̵̴̢̨͕͓̱̙̣͔̤̤̙̳̖̰͙̬̥͍͍͔̺͚̭̫͕̰̗͚͖̫̗̣̠͓̰̏ͮ̈́ͬͩ̏ͣͪͦ̊́̀͊̐̌̉ͮ̋̂̾͊ͯͦ͋͆̂̋͗̐͂̒̓ͭ̀̚̕͟͢͟͠͞͝͞͠ͅ ̸̵̷̴̴̨̧̥̞̫̗̺̘̮̱͎̭̲̯͓̝̩̘̜̣̮̘̻̬͕̫͙̣̪͉͉̘͔̪̪̥͆̂̄̆̾͊̄ͫ̓̋̓̂͆̈͛̍̉̐̆͒̑ͤ̊ͨ̿ͫ̇ͭ̄͋ͩ͂̀͌̀͘͢͜͢͡͠͠ ̾̌ͦͭ̅̉̌̊͑͛ͩ̆ͧ̌̽͂̈ͧͧ̂ͨ͑ͯͣ̀̇̋̉̊̒̾͒̽̚͏̵̨̛̀͘͢͟҉҉̸̢͏̶̪̬͙̭͙̗̥͎̱̩̗̩̬̪̖̮͉̣͎̹̗̻̻̻̣͙͈̗̲̪̘̦̻́ͅо̶ͪ͐̓͋̍͑̓ͦ̿̐̊̒ͮͦͥ̉̅͗ͬ̿͋͂̈́ͥ̒̃̄́ͩ̔ͯͭ́̚̚͟͏̶̶̡̡̨̛͟͢͠҉̰̳̻͈̗̼͇̪̞̝̜͙͙̬͓͚̼̫͚̰̟͙̠̜̟̜̟̯͇̭̖̤͙́͟ͅд̶̧̨ͥ̔̏͗͆̋̾͐ͣ̔̎͂͛͆̍͌̈́͆̓́̋͌̇̓ͨͩ͆ͣ̅̍̾͂͛̇ͣ́̕͏̴̴̷̴̡̢̛͓͓̙̞̗̻͖͙̳̼̞͉͈̜̫̪͈̭̲̼̩̫̯͕͎̹̩̺̤͉̺̙̳͇̣̀̕͝оͬ̔̓̇ͭ̈́ͬͮ͋̋ͤ͒ͣ͂̓̊̋͆̈ͫͭ͆̓ͯͩ͛̌̾̔̀̎͛͆̄̚͘҉̸̶̢́̀̕͘͟͢͠͡҉͢͏̞̥̯̟̭̩̭͇̟̗͇̦͎̻̣̬͈̩̭̬̫͍̖͇̩̪̦̗̹͍̻͔͚ͅͅл̉ͬ̿̐̽̅̿ͬ͐ͯ̆̒ͦͮ̈͆̓̌̇̋͆͋͒̅̑͗ͪ͌̃̍̓̐͛̇́̚͏̶̴̛́͘̕͢͜͠͞͏͏̞̭͇̦̮͚̘̬̖̮̻̯̲̫̳͙̮͕̱̘̞̹̝̻̫͖͉̮͎͕̙̤̰̭̩́͠ж̢̨̡̧̄̌̈̈́͆ͬ̇ͤͧ̐ͧ̃̈̓͊ͬ̃̑̍̽͆̐͆ͦ͗ͨ͒̓͂ͮͨ̄ͯ̽͒̀͘͜͠҉͞͏̷̶̢̳̼͇̱͙͇͓̗̼̭͖̺̗̻̥͚̻͕̹̩̯̦͔̼͇͇͉̺͚̯̬͈̜̼̜͜͞е̸̷̴̢̛ͭ̌͑͋ͬ̄̾ͪ̋̈͛̔̏ͦ͋̿̏ͣ͗͛ͫ͆͛͆̒ͦ̓ͥ̋̆̄̽͛̐́́͘͢͡҉̵̴̡̧͍̞͇̹̹͎̣͕̰̜͕̭̟̞̪̜̜̲̺̭̘̮̯̼̙̭͖̼͕̱̥̖͓̘́͝ͅн̷̧̛̛͒͋̈́̍̅̎̎ͨ͗ͥ̑͛̾̆̂̓̆̒ͤ͛ͯ̑̈̓̈͂͐̊̓̎ͪ̏̌ͩͮ͋́̀̕͢҉̛́̀́͝͏̳̲̯̦̦̤͍̹̠̝̱̜̟̗̯̲͚̫̹̰̮̜͙̙͇͉̳̼̘̭̤̥͙͍̹̗͢и̶̶̧̨̧̛ͭ͌̔ͧ̽̃ͩ̌ͥ̉͛̊̀͛̇̽ͩ̒ͨ̃̌̀̾ͥ̓ͩ̓ͬ̄͂̏͛̒̔̿̚͘͢͢҉̶̕҉̶͜҉̣͓̫̩̖̥̪̝͉̹͎̖͚͕̼̜̹̻͖̖̫̮̜̩̦̺̗̻̹̦͇̹̩̲ͅͅе̴̧̢̢̧̛̛̏͊ͬ́́ͥ̉̊͊̄̊ͬ̀͛́̏̑̒ͨ̏̽̑̿͒͗͗ͪ̌̆̅̑ͨͭͣ͊̀́̚̕͟͢͏̵̷̡̦̘̩͕̩̦̗̳̙̖̱͍̩̪͚̫̱̣̹̻̦̲̭͔̲̜͚̝͓͚̙͉̤͍̖ͅ,̷̿ͩ̇͑̒ͣ̓̇̔͋̒ͭͥ̏͗͆̃͂͛͛ͬ̉͋ͫͬͦͥͫ̋͊̌ͣ̿̓̃̚͏̴̧̀́҉̴̡͞͏̶̸̷̢͓̖͇̦͙̝̬̲̙̬̪̳͙͕̖̪̼̤̥̬͖̤̝͕̥̹̟̹͈͚̖̰̱̱̱͠ͅ ͭ̑̽̂̎͂ͪͫ̍͒ͮ̀ͬͯͮͩ̓ͭ̿͋̋͊ͤ̋ͬ́̔̓̈́̀́ͧ̂ͯͮ͆҉̛̕͏̵̷̨̨͖̜̗̱̟̫͍̙̳̤͇͉̰̪̱̞͉̮͇̹̻̤͍͇̻͉̫̜͎̹̹̟̹͕͉̀͜͟͟͢͜͠͠ͅ ̵̶̶̸̷̧̨̧̮̟̲̟̞͖̩̯͉̳͙̲̣͚̘͚͓͈͔̮̮̱͖͓̱̗͍̮̻̪̣̩̬̜̣̲̇͒̀͛ͭͦ̿͑ͨͭ͗̄̂͋̾̓̂̑̆̃͆ͦͨ̈̾ͦͭ̏ͩ̊͗̿̃͌ͫ̎ͫ͘̕͢͟͢͠͡͡ͅ ̷̵̢̧̧̋͐͑̐̇̓ͭ̈́̾̌͗̌̄̀ͬͮ̈̅̒̌͋ͨͬͤ͗ͨ̋ͦ̄̌̓̎̂̄̆́̚̚̕҉͢͏̴̷̵̧̣̳̭̯̹̪̣̣̫̳͔͙̩̹̻̘̙̘̙̩͔̲̪͇̘͔̬̙̝̩̻̤͕̱͓̯́͢͜ͅ ̸̢̢̡̐̓̂̈́̇͂ͩ̒̍̋̒͆ͧ͛ͣ̄̐̈́͑͑̑̀͛̆̐̏̑ͪͩ̔͌ͪͬ͋ͤͮ̚͜͢͢͠͠͞͞҉̡̨̧̭̩̳̙̩͙͍̟͈̭̘͖̪͇̟͓̯̯̲̯͇̬̳̪͈̲͕̠͕̹͙͇̲͉̹́͡ͅͅ ̶̴̷̴̨̅ͧͫ̔̔ͥ͛̍ͮ̒ͨͩ̎̊̾ͬ͑̉ͪͥͪ̏͐͐ͯ͋͛ͮ̇͊͐ͤ͐̾͒ͪ́̀̚͘͢͢͜͠͠͏̡͏̷͎̣̜͖̫̣̠̺̱̺̫̫̥̝̪̫̣̪̣̰̞̗͖̹̼̝͚̦̗͉̠͙͚̰̪͍ͅ ̷̴̷̨̧̛̛̆ͩ̈́͑̆ͧ̎͂ͨ̾̉̆ͫͮͤ̇͛̓ͦ̓ͧ̆̋ͥ̾͊̾̒ͫ̔ͮ̑̃̒̚̚̚͡͏̶̷̨̡͝҉̵͔͚͇̯͔͈̜̼̺̙̖͇̹̖̯̠͔̰͇̦̖̪̩͇̦̹͖̹͍̩̤͈̭̜̲̺͘ͅо̶͐̔̋̾̅ͯ̀ͭ̀ͪ͛ͮ̄ͬ̋̂͌̇̑͒̌ͪ͊̈́̓̇̔͌̂ͥͮ̋́ͩͯ̾̈́̈́͞͠҉͢҉̢̨̢̫̮̱̣̲͎̼͖͇̫͔̠͖͉̜̖̳͈͇͈͎̼̖̦̙̫̹̠̯̙̱̫̜̙̙̲̯͕̀̕͜͢͢͢͞͝с̷̶̡̡̛̖̭̹̜̻͕̹̩͚̖̫͇̭̻͕̥͙͙̜̳̭̬̫͍͙̙̳̭̖̪͎̣̥͚͎̞̦̦̐͛̏ͨ̈̏ͨ̾̔͒̈́̐̅̎ͣ̀̿̃͂̋̓̅̐̂͋̋ͬͪ̾̃̈́̀͋͒̈́̐̊́̀́̀̚̕̕͜͜͝͡͠͠т̷̶̸̷̨̡̢̛̛͖̳̤̻̗̟͓͍̩͍̯͉̞̰̥̜̠̥̜͓̲̞̠̘̰̮̼̘̺̤͓̥͍͙̫͓̟̒̇̊̽̐ͦ͂́̿̉̑̽ͬ͗̽ͬ̒͂̃̇̈́̒̃͂͗̅͋͛̈́̅͗̌ͨ͊̍ͨ̋̈̀͘͘͢͢͢͜͞ͅа̢̛̂̾̊ͥ̿ͭ̊̉̉̃̈ͨ̌̾ͦ̉͗̎ͧͦ̈́͌͂̀̐̾ͮ̂̏̅ͨͤ̾̍ͤ̒̏́͠͞͠͏̸̧̢̢̨̨̧͍͔̫̳̗̻͇͖̞͙͈̬̯̬̗̭͓̥͈͙͕͔͔͔̬̱̘͓͔͓̗̤̥̳̹͕͢͟͟͝ͅͅв̨̡̏ͪͣ̀̀͛͌̎͌͋̏ͧ̆ͩ̅͑ͣ̐̓̄̀̉̑ͨͪͥ̅̒̊ͨ̓ͫ̍̈͋͛̇̀̚͘͘̕͢͟͠͏̶҉̷̩͙̞̲͈̯̗̮͚̼̮̺̝̬̠͎̠̞͓̪̟̝̣̪̫̥͉̗͖͚̯̳̯̩͇͓̹̲͘͝͞͡ь̴̵̴̸̡̧̢̨̛͒ͩ͋ͦ̆ͧ͆ͬ͑̒̊ͦ͗ͥͫ͋̋̎̅ͥ͑ͯͪ̐̀ͧͨ́ͤ̽͆̔̑̏ͦ̿ͩ̏̚͟͜͡͠͝͞͏̗̪̯̮̳̦̪̱̱̼̺̠̣̞̭̣̭̲̩̯͙͖͍͈͓̪̟̙̥͉̙̜̪͓̪̥̩͖͈́ ̴͂̒̅ͭ͐̒ͨ̌̒̀ͯ̃̓̆̊̈̿ͭ͐͆́ͥͫ̆͛ͤͥ̍̈́̂ͨͩ͗͒͊ͧ̾̚̚͞͏̸̵̶̶̨̡̨̱̭̹͓̰̜̙̭̪͉̹̭̖̫̞͚͚̟̣̣̫̹͈̭͓͎͔͚͔̖̭̬̣̻͍̹̰͕̠̀͘͢͜͟͟͟ ͧͪͩͭ̎ͣͥ̀͊̈́͊͗̈́̎̎̈ͤ̈́̔̐̄͋͗͗ͦ͐͌ͭ̉̿̾ͨ͌͒̍ͣ̎̔̚̕͢҉̴͜͏̶̷̴̢̢̨̢͙̹̦̫͓̲̭̯̰̱͇̼͔̳̰̲̹̖̻̤͎̹̱͉̖̣̝̦̥͖̼͈̞̜̟͉̰̕͢͡͝ͅͅ ̴̷̴̨̡̢̧̨͚̟̜͓̝̱͎̼̬̙̝̲͉͇͈͇̰̣̥̭͎͕͖̬̰̫̘͔̻͕͚̫͔̻͖͙̱͈͔ͮ̏ͨ̄͒̈̉̀͛ͤ̃ͤͨ͗̽̅̅ͯ͑̈́̃̑͗͋̊͌ͨͧͬͯ̏̎͆̽͒͊ͤ̀ͭ́̕͘͜͢͟͞͞͝͠ ̾̈̈́̄ͤ̇ͯ͋͐ͨ̋͒̎ͭ͆͑͌ͮ͊̇ͦͬ͑̍́̂̋̿̊̿ͮ̆̒̽ͬ͑ͧ̇̚͏̷̷̶́͘̕͟͜҉̴̷̷̴̨̬̙̘̬̬̫͚̹̱̹̞̦̘̩͖͎̘͇̝̻̰̳̯̤̜̣̹̦̜͎̠̰̣̮͖̫̳̤͘͟͡ͅ ̧̧̐͋͗̄̉́̔ͥ̌́ͣ͌̈ͤ͌͑ͬ̓͐͌͂ͦ̒ͪ͌͆̾ͭ̃͑̽͐ͦ̔̏ͩͨ̅̀́́̀́̚͜͡҉̵̧̛̛̜̮̺̥͉̗̘̞̬̭͕̝̥̫͇̥͚̠̪̲͎̙͎̯͍̜̪̻̞̲̥̳͔̱̭̥̞̀͘͜͡ͅͅн̋̅ͭ̌ͮ̓̾͛ͩ̀̊̇͐͌͒ͨ̽̓͊̌͆̊̆̓͋ͦ̄̽ͦ̓ͪ̂̃̈́ͣͬͮͭ̅̐͘͟͏̷̷̴̡̢́҉̵̧̧̧̦̦̲͈̪̘͕̯͔̙͓͔͚̫̞͈̜̫̭̙̥͕̦̬̠͕̖͕̣̝̼̞͖̣̥̱̩̥̕͘̕͞ͅͅӓ̷̷̡̛́ͤ̄̃̒̆ͬ̈͌̔̓͛̀͒̏͌̆ͤ͑͌̄̾̐ͬ̉̋̈̉͑̂̋̇̿̉͆̋̑̃͗ͥ͝͝͏̢̛҉̶̸̵̴̧̥̫̼̯̟̺̹̹̼̹̤̲͎̩͉̺̘̖͎̪̲̫͖̰̙̝̤̹̗̯̯̤͖̫̩͍̹̖̕͝͠ͅͅс̸̶̶̡̢ͨ̈́̈̃̔̓ͬ̔̊̌ͯ̒̀̃̄̍͂̆̓ͮ̒̇ͨͣͤͫ͛̈́̉͐͊̅̆ͦ̆ͣ̃ͥ͌́̚͡͞͠͏̵̵̶̢̧̕͢҉̦͇̖̳̬͚̩͕̲̗͉͎͚̺̩͉̫͙͎̪͍̻͈͕̠̼̫̝̼̝͎̟̲̳͉͖̣ͅͅͅ ̸̷̧̛̄̇ͤ̆̿͂̿̅̊ͥͤ̍͊͛ͫ͛ͯ̐ͮ̎ͮ̈́̍̋̃ͪ͗͋̿̄ͬ̑̑ͫͪ̾͂ͧ̍ͨ́̕͘͜҉̡͝͠҉̵̢̲̬͕̜͚̮̝͔̮͙͉̙̻͈̺̯̺̜̱̪̻̯͈̜̪͔̘̻̳͉͚͙͕̬̠̪̲̮̞́͟͝ͅ ̏̓ͯͯ͐̋̓ͦ͂̓̐͋ͮͦͧ̐̍͊̓̿ͯͤ̒̍͊̒͌ͮ̅̍͊̓͐ͪ͋͊ͣ͛ͯ̚͡҉̶̸̵̨̢̢̢̛̀́́͞͞҉̪͚̣̩͖̰̣̮̥̙̻̫͇̟̫͇̣̗͖̮̗͙̦͚̰̭̯͕̹̖͇͉̦͎̻̼̱̜̘̭́̀ ̷̧̛̍ͤͫ̇ͯͫ̊͋͐͆ͫ̓̈́͛ͫ̀͛͗͐͑ͯ̋ͬ̇͒ͥ͐̊̍͗̓̄̏̈́ͭͤ̔̏̽́̚̕͟͏̴̷̨̨̨̛̛̯͙̳̼̻̦͙̱̤̫͚̙̞̮̮̝̪͇̱̜͓̺͇̘̣̯̻̼̝̯͈͔͙̙͈̳̟͚́̕͝͡ͅͅ ̐̾̾̃̏͛̔ͮ͗͊̄̃̍ͫ̓͐̋͊ͥ́̍̇͛͊̐͑ͤ͆ͯ̔̐͗̂ͤͤ̾̃ͯ̄̏̚҉̸̷̵̶̶̵̨̧̛̛́͘͟͞҉̤̮͚̪͉̼̯̺̞͚͉͖̟̦͇͕͔͖̬̫̞̙̤͙̖͉͔̻̫͔̖͙͔̰̣͕͇͕̠̲͈͘͝ ̵ͬ͆̍ͤͨ̽͗͒̒̇̿́̉ͬ̉ͯͬ̎̉̃ͤ͂̾̈̽̈̽ͮ͌͐̐̄̆͒̽ͭ͋ͬ̃̓̊͏̶̴̷̴̨̧̢̛́͘̕͢͟͠҉̲͓͓̱̬͔̻̲̫̠̲̳̱̞͖̻̼͓̜̰̯̝͕̬̯̪͙͚͙̣̬̱̘̙̭̜̙͈͡ͅͅͅв̸̴̶̶̶̢̢̛̂͆͒͂͐ͮͮ͊̒ͭͤ͆̓̉̃́ͤͧ͗͌̊͛̒̍ͨ̅̔̂̿͋̋̐ͧ̐ͬͩ̑̄̌͊͌́́̕͜͏̴̶̢̩̜͓̮̻̫̯̖͈̦̤̤͚̮̝̤͚̟̥͓͍̜̫̝͍̫͈̠̖͚͓̘̟͕̻̝͉͇̜̩̀̕ͅ ̵̶̶̸̸̇͆͐ͧ͐̇͑ͮ͊ͧͬ̾ͣ̒ͣ́͗̋͊̀̓̾̾̎̏ͭͦ͂͌̅͗̔̏̿͗̈́̊̃̈̈̚͟͠͏̡̡̘͓̞͚̖͈͎͕͔̹͎͉̖̬͔̬̺̮͍̯͉͙͖̪̪̝̥̥̻̥͇̥͎̘͔̳̰̹̦̣̘́͜͟͟͠͠͠͠ ̈́͋̿͊̎̂̎̍͂ͣ̑͐ͭ̉̽ͭ́ͯͦ̃ͭͦͥ͐̇ͥ̌̆̎ͯ̆͂̒̑̄ͥ͌̃ͬ͗̚҉̸̴̷̶̛̛́͟͟͟҉̷̢̨͠͡͏̷̩̥̭̠̝̤̘͍͔͙͕̭̳͕̮̭͍͇̭̺̪̠̹̣̳̹͈̯̭̠̩̠̗̳̜͙̖̲̙͍̠ ̧̨ͨ̅͂ͪ͛̽́́ͣͪͨ̏̐ͣͭ̄̎̋̏ͫͭ̍̽̾̊̎͒̏ͣ͌̆͒ͯ͂̈͂ͭ̓ͫ̄ͪ͘̕̕̕͢͝͝͏̶̵̸̡̧̯̞̺̝̘͎̱͎̩͕͔͇̞̤͔̗̗̭̰̠͙̻̪̼̟̳̞̬̼̪͉̱̙̣͚̦̱̙̝̮͟͞͡͝ͅ ̶̶̵̷̵̢̧̛̛̛̍ͨͩ͒̽̒̽͛ͣ̽͌̂̌͂ͣ̊̐̾ͦͯ̿ͣ̏ͮͧ̎͂̋̋̔̂̅̇͑̊̓̐̂ͧͫͫ̇̀͘̕͟͜͠҉̸̢̙̯̥̩̻͇̲̹̳̩͎͔̻͍̻̲̹̳̺̪͖̞̱̖͙͎̭̣̫͍̖̲̙͈̻̖͈̗͚͎ͅͅп̸̶̷̶̵̵̧̡̨̛̱̖̲̜͕͓͍͕̯̭̜̫̟͓͎͕̞̞̟̲̪̞̻͙̠̗̮̖̦̤̣̙͕̭̥̱̞͓̹͔̩̟͂ͧ̽͑̈̍̎̓͒̌̀͂̔͂̅͆ͧ͑ͣ͆̐͐̽͊ͪͨͫͧ͆̊ͪ̈́̉̒̆̈́ͦ͊̋̒̿́́̚̕̕̕͘͢͟͠ӧ̵̷̸͂͂ͭ͒͒͗̈́̏̓͋̂̂ͦ̔͗̏̑ͩ̐ͭ̓͌ͬ̅ͫͭ̃̿̆̽̓̑̎ͯ͋͆ͫͦ̈͌̚͢͞҉̶̴̷̶̷̵̡̢̡̣̫̼̜̱͓̲̭̙̯͕̰̭̳̝̻̘̪͍̺̟̥̹̯̼͇̯͈̰͇͎̱̖̹͉̦̱̝̳̬͎̬́͘̕͜к͗̌ͩ͆̈̋͑̋ͧ̒ͭ̅́̆͗̾̇ͦͧ͂ͫ̾͊̓̾ͬ͂ͪͪ̏ͨ͆̿̅͌͐̅̀̅ͩ̌́̚̕͜͏̛͘͘͏͡͝͏̷̨̧̛̬͉̫͙̺͕̰̦̣͈̞̲̗͉̜̜̠̹̮͙̣̙̫̗͔͓̘͎͎̞̝̲̱̞̻̮͎̼̫͍̱̬́͢͝͝о̸̷̢̧̛̛̓̀̇͛͆̂̀ͨ̏̄̉ͬͣ̄̊̂̓ͤͯ́ͮ͛͂̌̇̈́̌̿̈́ͨ͊̀͑͂̆͋̓̾̑̔́̚̚͡͞͝҉̷̡̨̛̛̖̹̣̪̤̬̹̦̺̳̪̖̠̩̹̳̱̬͓̙̟̱͈̮̗̻͕̺̰̙̱̺͎̺̤̱͓͓̭̩̰̖̕͢͟е̷̶̸̴̴̷̷̵̸̢̢̨̡̦̯͙͔̝̼̝͓̬̪̰͚͖̘̱̺̯͔͖̗̩͉̖̣̜̪̞̣̞̭̘̘̭̮̮̪͎̻̰̖̎̏ͣ̇͌̌̀ͨͬ͛̾͛ͫ͌̀ͪ͋̋̾̇̓͛̎̑͑͛ͥ͗͊ͧͦ̐ͯͧ̐̍͊̈̒̂͒͋́͘͜͟͠͡ͅͅ.ͤͣ̌̾̇ͣ̔ͪ́̀̅ͬ̊̒̈́̇ͦ̐͛̆ͯ̿̈́ͭͤͩͨ̽̇̉̏̋̋̌͗̓̌̉ͪ͊͑ͫ̚҉̸̧̢̡̨̢̢̛́̕͢͜͢͠͡͏̴̦͇͈̭͖̙̙͇̗̜̼̝̦̦͇̩̖̮̯̱̭̳̠͔͎̜̺̖̬̣̮͎̣̥̦͕̦̟̮̖̻̻̥̕

̶̷̷̸ͦͦ̒́͊̊̋͂ͦ́ͭ̂̔̊̇ͮͣ̑̅̏ͥ͊͌ͨ̆̈́̏͋̈́̏̉̌ͣ͋ͭ͋ͯ̋̌̐͌̚̚͟͠͡͞͡҉̸̴̴̴̮͙͎̗̟̞̖̟̞̬͕̩͓͙̥̯̖̟̼͇̩̣̲͉̦̩̠̻̬̞͉͔̝͍͍͚͖͇͉͕͜͜͡͡͠ͅͅͅ—̵͗͋̌̃ͬ̒̍̐ͮͫ̅͛͒̀͗͒ͪ͛̓̌̌̏̾ͯ̉̅̃ͧ̇ͬͨͧ̊̉͗̓͒͌͋̒̐͐̐͘͢͢͞͏̵҉̸͏̸̛̞̦͍̖͕͇̟̱̗̩͕͈̬͕̠̞͚̱̤̟̰͈̭̭̤̫͍̙̬̺͓̱̣͈̗̗͇̼̣̯̀̀͜͜͢͟͝ͅͅͅ ̷̵̷̷̶̶̸̸̡̨̛̛̬̦͚͉̗͙̖̭͚̹̣̼̥͍̱̟͔̰̫͔̖̺̘̟̝̼̠̩̝̞̺̠̪̭̼̝̫̣͍̮͑̋͑ͭͮ͐ͨ͋ͣͮ̽̂̈̍̇̆̒ͩ̓ͮͥ̋ͦ̒͊̀͗ͨ̎ͨ̐̏̈͐ͨ̈͛ͯ̊͑̈̀̀̚͘̕͜͠͠͞ͅͅͅТͭ̓̑ͩ̾̾ͤ̋̾̋̿ͮͧ̇ͮ̈́̔̈́ͥͩ̊͗͐̆̉͐̐ͫ̅͋ͬ͐̎̀͋͛̈́̈́̀ͭ͗̂͐͏̴̧̢̨͜͜͢͞͞͠͏̷̴̴̴̧̝͔̜̞̦͚̙̣̹̹̬̙̦̬̼̯͇̯̜͓̹̟̪̹͚͖̭̝̫̹̙̮̱̩͍͙̘̳̕͢ͅͅͅͅͅеͮͪ̈́ͥ̇̓ͫͥ̾͑̽́̂ͣ̌ͯͬ͂ͯ̅̔̋ͮͬ͐̍̄̽ͥ̎̋̂ͬ͂̄̽ͤ̿ͩ͆ͯ̔̚͠҉̸̴̸̴̶̡̨̼̙̳͖̟͕͇̞͔̟̬̪̺̜̬̮̜̞̮̲͕̣͖͇̞̲̞̬̺̜̳̩͎͍̼̲̜̥̠̘̣͉̥̀͘͘͜͟͜͢͜͞͞б̴̷̴̸̢͑̊ͩ̎͆̆͑̏͌ͧͦ̇̽̋͂̓͒͂̉̃ͤ̎̉̐̃̌̍ͫͦ̏̆͑͂ͦ̽̽̉͋̅̆̎ͯͫ̍̀͢͢͠͞͏̵̷̧̨̨̺̪̜̼̬̣̼͚̮̪̪̜̟̖͈̞̯̯̖̖̱͎̻̭̟̱̱̗̞̯̩͖̭̙͇̩̜̺͙̠̗̬̺̕̕͞͝ͅе̴̡̢̢͂ͫ̿ͨͯ̀̒̽͛̋̑ͧ̄̅̀̾̍̂̋̉͋ͯͧ͆̐ͬ̓̔̏͌ͦ̽ͧ̃̈́͌̅̃̌ͯ̎̆̀̚̚͢͜͡҉̵̶̵̶̧̢̀̀͢͏̶̩̩̯̣̞͈̳̣̭̩͚̰͕̼̪̣͓͓̯̣̙̯͔̬͔͈̩͙͉̳̟̩͈̼̭̗̘̲̥̣͚̥̖ͅ ̋́͐̑ͯ̐͆̓̈̅ͤ̈̅̀ͫ͂ͩ̈́̉́̾ͧ̐̂͒̈́̎ͪ̎̆͐ͬ̃́̍̌͊͌̓ͥ̾ͧ̈́̏҉̵̸̢̀́̕͢͏̢͢͢͏̧͘͡͏̷̛̳̮̗̭̘̝͔̪̻̭̤̪̬̻̻̼͙̫͙͎̺̭̟̥̘̹̱͚̗̝̝̰̣͎͙̫̲̗͇̞̣̱͎̝͢ ̵̵̶̴̧̛̛ͪ͛ͯ͒ͫ̑̓̔͒̍ͨͩ̈́ͦͧ̓͆̂̊̾ͮ̄̑ͬͩ̾ͦ̈́ͣͧ͒͑͒̐̍͛̈ͬ̏́̋̀̀̚̚̚͘͢͠͠҉̸̢̛̗̩̳̮͚̥̺̺̭̺̦̞̘͎̱̝̝̥̲͉̯̙̫͍̺̫̲̱̥̰͓̩͈̞̹̻̟̰̠͇̮̼̹͘͟͡ͅ ̴̴̸̷̧̡̨̢̛̛̛̖͕͍̪̼̖̟̳̺̺͙̪̥̦̥̰̙̥̝̫͙͎͔̩̲̦̼̟̰̯͕̖̝͙͈͓͕̪̩̻͕̳͍͖ͫ̌ͥ̈͗͛͂͒́͆̽͌̑̂̓ͦ͗ͬ͋̌̀̓͗̽́̃͋̆͗ͯ̉͋͗̈́̃͂̀ͪ͑ͭͭ̍ͩ̀̀̚͢͟͢͜͟͟͝ ̷̴̸̷̨̐ͪͪͦ̂ͧͥ͛̅̓̈́̈̾ͨ̿̾͋̋͛͊̈̍̏̔͗͒ͦ͑̾̃̄ͫͩ̐ͬͬͪ̓ͥ̒̇̈ͤ́̀̚̕͢͟͝͞͠͞҉̨̛̕҉̤͚̜͖͚̗̦̼̫̩̪̺̰̺͎̘̺̝̦̯̤͎̬̰̲̥̣̩̥̠̖̦͙͖̯͖̫̣̻͉̠̹̻͜ͅ ̶̵̷̸̷̡̢̢̧͆͌ͨͥͦ̋ͭ̏͌̈́̑̓̿̔͂͋ͥͨ̂ͤ͋̔̌͑ͥ̽ͪͦ͑͆ͤ̔̎͋̆͌͗̊̈́ͤ̑̐̐͛̕͢͢͢͢͜͜͠͠͝͏͔̣̙̣̞͇̺͍̳̻͙͔͕͕͉̩̠͉̺͚̥̠͉̼̮̤̰̰̱̹̙̹͖̜̳͖̰͇̥̺̩ͅͅͅ ̧̛̛͗̓ͯͦͯͨ̒̒̂ͮͬ͑̂̔̿ͦ͌͂͆ͮ̌̓̋̅ͤͪͧͧ̐ͣ̽͒̔͑ͬ̂͐ͫ̊̂̍̄͛̒̏̀͜͜͡҉̴̢͜͢͏̵̶̷̢̛͏̱̼͎͙͈̻̘͇̥̣̩̦̱̜͕͇̦͚͎̲̗̥͇̯̟͔̞̮̪̻̥͓̱̹̜̩̞̟̤̫̙͉͔̙͕͠ ͥ͂ͣ̑ͬ̽ͥͯ͒́ͣ́̐̆̽ͬ̋́̓̇̈̄̏ͬ̍̓̔̈̀ͫ̔ͨͭͨ́ͪͨ͐̐͗̿ͣ̈ͭ̀̚͜͡͝҉̵̸̧́̀͘͜͜҉̵̧̡̙̟̠̲̫͙̖̩̼̯̖͓̟̙͈̲̯͙͖͎̹̗̠͙̱̜̘̦̺̯̹̫̰̺̹̼̤̰̮̭̲͙͉̟̣͡͞͝ ̈́̈́̌̌ͬͪ̐͋̊ͣ̅̾̈͐͆̀́̈ͯ͋ͦ̏̒̉̍̇̒̑̒̉ͦͨͨ̊ͧ̎̎̇̑ͮͬͥ͛̚̚͘̕͜͏̨͜͜҉̴̷͝͏̵̨͘͞͞҉̛̘̹̜͍̬̼̦̼̗̝̻̘̫͎̙̘̙̩̭̱̹̬̥̬̪̫͍̰̗̜̳͈̫̜͖̣͍̯̣͍̪̮̰͠ͅͅл̶̸̨̢̨̀͂͊̊̍̐ͨͤ͆̏̈́ͤ̿ͦͩ͗ͤͤ͂̈́̿̑̂̋ͦ̿ͨ͑ͣ̌ͥ͐ͬ̍ͣ̋̎̉̾̒̈́͛ͦ̄̿̀́͘͟͟͢͡͞͠͠҉̷̬͇̖̘͚̱̘͖̼͍̯̠̞̫̫̯͖̗͍̝̪̲̫͇͔̪̦̫̬̙͎̞̺̲͓͈͙̮̯͎͎͖̳͈̪́͜͞у̵̷̵̡̅͒ͭ̊͂͋́̅ͬ̄̏ͭ̾̔͋ͧ̽ͫ̊ͩ̓ͩͯ̎ͮ́̎͌ͮ͐ͥ̓͌̌̉̈͋ͭͦ͌̅̾̽̐̚͜͜҉̢̀͏̧͈͇̱̻̘͓̬͔͎͍̟͎̻͓̻̬̫̯̝̦͓͎͎̳̞̟͔͉͓̖̤̩͉͔̭̭͇̳̮̹̻͉̹̗͘͟͟͢͠͞͡͞͡ͅч̴̴̷̨̨̛̐̾̄̃̽̄̐̏ͧ̒͆̽̀̂̔̋̍ͯ̅̽̓ͪ́ͣ̐ͪ͐̌̅̓̈͑̊͌̽͆̾͂ͥ̈̍͆ͬͭ́̚͘͟͢͟͜͠͏̵̸͏̶̴̴̺͍̳̯̗̝̭̣̪͖͔̘̩̻̦̣̱̝̻͍͕̩͖̞̜̝͕̬̜̭͇̖̝̯̙̝͈̤̻̬̲͓̞̤̫ш̶̷̶̧̛͛̒ͧ͒͋ͮ͋ͪ͑͊̄ͯͩͣ́ͣ̾ͤ̾ͩͥ̌̈̏͋͌̾̓͛ͪ̐̇̌͋̆̂͆̄̋̓͋̓̔ͣͣ́͜͝͠͝͞҉̧̨͖̻̹͚̫̯̞͕̩̱̱̹̺̥̜̻̻̟̹̯̪̥̻͖̹̤͇̙̮̪̪̗̞̳͎͚̥͙̬̟̰͎̤̬́͢͜͢͟͞ͅе̑ͬͦ̀ͮ̒ͬͬ̿̓ͤ̃̀́͊̂̃ͬ̇͌͒̎̌̓̽ͭ̅́ͥ̊ͮͥ̽ͭͪ͗͛ͮ̓ͦ̇̌͋̏̄͏́͜͡͠͞҉̸̢̡̛̯̟̜̯̗̠̯͙̫̝̼̯͙͍̜͕̩̮̼̜͔̙̠͈̻̜̦̺̲̣̠̼̙̫̣̭͚͍̩̤̟̝̰̘̀͘͘͟͟͢͝͠͞ͅ ̷̛̑ͮͫ̆ͨͯ̑̓̒̈ͮ͋̐̅ͩ͆͑ͮ̉ͭ̐͛̅ͬ̎̇̐̉̽̎̄͑ͦ͂̓͋́̄ͪͫ̋̂͂͊̉́͟͝҉̛̕͘҉̷͘͘͜҉҉̷̶̨͚͍̝͈̫̭̩͙̰̺̻̗̮̥͚̲̩̬̼̪̤̜̱̭͍̹͓͍̻͔̠̱͎͓͉̞̥̟̤͚̬̪̼̺̩̪͘̕ ̧ͨ̓͆ͪͨ̄̉́̌̔͊ͯ͛ͫ̎͐͌̆ͯ̿̂̍̿͂̅̅͛̑̎̓̓̌ͣ̉̇͆ͪ̀͛̿ͭ̈ͦ͒̚̚҉̵̴̶̷̨̨̧̛̬̤̱̹̪̻̻̙̯͎̣͈͔̞̗̜͎̳͍͕̹͖͓̮̰͖̱͉̯̞̬̮͉͉͓̖̣͙̤̙̣̳͇̹̼́͘̕͘̕̕͟͜͢͠͝ͅ ̵̧ͩ̔̔̅̿̒ͫ͛̾̃̎̑ͪ̅̄͂ͪ̒͒ͨ́ͫ̑ͤ̃͋̂ͪ̓̇̑͊̉̐̈̈͛͋̋̌̅͋̿̀͊̒̕͞҉̵̢̢̨̢̡̣͓̖͈̞͓̖̺̞̯̦̫̯̯̦̫̫͚̠̰̹̯̝͙̱̭̯̪̖̺̟̹̫̘̯̫͔͓͉̳͕̟͈̻͇͚́̀͘͟͜͢͝͞͠͠ ̷̶̶̶̵̷̷̶̶̨̧̛̃̏͌̍̉̀̈͗́̊̿ͬ̄̑ͮ̐͗̌ͤ̋ͪ́̈́ͩ̿͗̓͑͊ͦ̆ͬ̍ͬ̅͑́̆ͦͦͣ͌̈́̄̔́̚͘͜͢͟͟͡҉̱̖̹͙͉̣̠̺̘̖̘͔̩͍̝̲̺͕̦̰̪̤̟̻̥̤̯̻͈͈̗̤̮̬̬͇̦̘͓͖̹̘̹̮̱̭͝ ̡̆͑̃͑ͤ̽ͫͤ̎ͤ͆̉̐́̏̈̾̿̈́͗ͥ͑ͪ̓ͧ̍̓͛̈́̽̐̈́͂̆̂͋̌̊́̿̿̊ͥ͑̚̚͟͡҉̴̸̷̡̡̢̢̢̡̬̻̠̙̺̗̗̯̠̖̩̣̠̻̯͙̜͓̝̝̬̻͓̼̱͙̹̯͖͇̥͙̫͈̲͍͎̤͔͙̜̘͘̕͜͝͡͠͡͡ͅͅͅͅп̇͂ͥ͐̒̀̅̒̎̀̅̽ͦ͌͐̏ͫ͊̅ͯ͗ͬ͆ͬ̊͆̏̏ͦ͗̏̍ͣͧͥͤͨͣͪͯ͒ͦ̈́ͥ̉̚҉̷̵̴̸̷̶̶̵̵̢̜̤̳̱̘̺̪̫͚̳͓̺̣̫̩̭̖̟̳͚̞͓̯̼͎͉̳̭̯̟͇̗͇͔̗̘̜̼̰͓̣̦͙̘̬̘́̀͘̕͟͢͟͢͡͡р̶̈͊̌̓͒͋̈ͥ͊̃ͭ̾ͤ͋̅̇͌̋̃ͤ̿̓͂̾̑́ͨ̋ͯ̀̅ͦ̂͌́͊ͪ̆̋̍̆͛ͤͥͤ̓͟͜҉̶̶̨̛̛̀͘͡͡͡͏̨̲͇̺̲̰̹̠̣̗̥̻̰̘͇̼̘̖̬͙̖͕̯͔̳͎̦̬͙̘͇̼̺̪̪̰̤̲̦̦̤̠̘̳͇͍͉̀̕͜͟͡о̶̢ͭ́ͯͭ̄̑͆̆ͮ̂ͥ̍ͭ͛̃ͣ͌̿̑̆͑̒ͬ̊̒ͦ̌͆͌͊͛͐̇͛ͧ͑̐ͬ̎͑̏ͮͧ̾ͭ̂̀̚͘͘͟͢͏҉̀͘͞҉̵̨̧̛̝͕̝̰̮̣̙̰͓̩̮̪̜̹̠̻̘̜͙̻̲̭̦̖̯̞̪̜̩̜̩̠̦̻͔̱̪̣̥̗̭̝̯͔̺̩̗͘͘͜͡с̸̵̴̨̢̢ͯ̄̿̄̋̈́ͨͩ̈́ͬ͊̿͆͑̔̿ͯ́̓̾̈ͭ̊̋ͩͦ̏̂̉͗̃͊͑̽̃ͮͧ͗̉̂ͨͪ̾̇̿ͩͫ́́͘͟͟͢͜͝͝͞͏̡̳̗͕̜̤̗̙͓̜͓̱̼̟̟̗̩̦͓̲͔̱͖̪͙̰͕̹̞̜͔̮̙̣͓̖̪̹͕͈͈͓̮̝̩̪̀̕͡ͅͅт̷̷̸̶̨̡̨̛ͤ͒̒̓͋͋̈́̌̆̐̆̐̆̏̓̂̎ͯ͋̅̊̀ͯ̎̌̅̐͂ͫͧͫͦ̈ͪ̈́̽ͨ̏̈́̆͐ͥ̌̏̾̈́̀̚͟͟͡͠҉̷̷̨̫̣̮̫̟͓͇͙̖̪̘͚̩͔͓͕̼̪̟͇͚̟͔̭̜̩̹̭̖̘̱̙̝̻̪̺̗͕̣̦͖͈͇͓̀̕͟͟ͅͅͅо̓̅ͯͮͮ̑́ͦͫͯͫ͆ͯ̈́̀͗ͦͤ̀̏̅͂̔̑̓̎̃̅͛̒͌̑̃ͨͧ̌́̌̒̒̓̌ͯ̂ͨͣ̚҉̵̵̡͘͢͝҉̸̛̝͕̦̲͍̰̤̪͍̩͔̪̹̫͍͖̝̫̖͚̪͕͙̩̼̲͇͉͎̺̮̟͓̣̺̲̫̝̘̬̝̱̖͍̪̀́̀͘͘͘͢͝͡͠͡ͅͅ ̸̷̛ͣͧ̌ͧͭ͑̈ͦ̊ͬ̔̇ͩ̄ͧ́̄̆ͬ̎̇͆͆͗́́ͮ̿͛ͥͫ̆ͣ̒͑ͫ͗ͯͧ̂͗͑̄ͭ͋͋̊́́́̀͘͟͠͡͞͏̷̢̡̧̨̗̞̝̳̝̲̱͚̰̞͔̲̲͕̬̪̯̠̫̣̣̞̤̭̱͖̱͇̮͕͎̯͓̺̠̹̫̥̩̜̖̘̻̝͕̯̲̀́̀ ̵̡̡̛̔̐ͯ̈́ͫ͐̽ͮ́͊̌̒͑͐̌ͫͦͬ͌̍ͫͦ͋̍ͪ̇̀̃̄̽ͫ̎ͭͮ͗͆̂̈͆͛͛̏̈́ͬ̈̿̑͘͏̸̵̵̶̧̡̡̛̀̀̕͏̸̤̩̗̟͇̻̭͈͙͚̦̦͉͍̦̺̩̱̝̯̱͇̙̣͓̝̺̠̘̭̙̯̠̻̩̜̖̩̲͔͓̳͈̻̘̘́͘ͅ ̵̶̶ͭͬͨ͋̓͑̿̓͒ͬ͒̌̈́̒͛̍̀ͨ̓̀̈̏̀͆̊͋ͣ̍ͭ̀̉ͮ̄̿̊͑̌ͮ̂̍̄ͦͮ̉͌̔ͮ̀͘͜͞͏̵͘͜͢͡͡͠͞͏̧̡҉͚͖̦͕͙̣͚͈͔̘̲̭͕͇͍̲͖̻̺͉͈̟̻̥̱̠̣͉͇̤͚̗̜̜͍͍̪̰̭̟͉̥̯̺̖̀ͅͅ ̵̷̢̧̧̔̓ͤ͒ͧ̏͋͛̌ͫ̈́̎̓̾̍̂̐̅́ͦ͋̌͗̓ͭͭ̿͒̓̓́ͩ̌͆̈̀ͮ̅̊ͨ̑ͯ̀ͭ͗͋͆́̀̕͢͠͏̴̧̢͙͉̲̤͍̣̥̯̖̣̳̺̖͖̟̳͖̳̩̜̞̜͎̖͓͚̥̯̗̻͓͓͚̠͍͓͖͇͍̝̞̠͕̖̜͘͟͢͟͜͠͞ͅͅ ͒̓̏͐̐̋ͨͨͪ͆ͣ̈́̐ͨ̆̆̎̾ͣ̆̽̏̈́̐̒̒͌͊ͪͩ̈͐ͤ̍́̔̀̊̔̓ͧͦ͆̃̉̓̚͏҉̶̸̢̨҉̴̡̢͠҉҉̸́͠͠҉̸͟͏͙̞̼̝̯̮͈̜̭͉̙̭͚͙̬͙͍̠̬̺̪̥̤̞͍͍̯͉̟̫̞̯͔͈̪̪͓̘̮̻̹̹̩̟̰ͅͅуͦͭͥͮ̈́͗͂̅͌͂͛̎͋̑ͩͮͮ̏̐ͪ̇ͪ̎͌͋̉̑̽ͯͦ̂̄̋̊̑͒̂͌ͫ̇͊ͩ͛͗͑̅̍ͯ͢͝͏̴̵̶̷̶̸̡̢̡̢̛̛͉̞̥̙̗͉̗̰̹̥̲͓̩͖̝̝͔͕̳̥̣̜͈̬̲͙̝̱̬͈̻͎̙̫̞̙̬͓͓͎̗͕̖͓̟̙̕̕͜͜͝͝ͅͅб̶̸̵̧̢̧̡̛̋͊̅ͩ͑̓ͯͦ̀̂̇̓̇̈́ͪ͒̆ͮ̄̈̔̇̍̆̋̈́͌͐̃̽ͭ͒ͩͧ͒̈́̅͌ͬͫͩ̈͑͑̑̈̈̀́́̚͜͢͜͢͝͏̧͏̨̛̜̟̲̳̙̪̟͔͉̯̩͈̗̞̣̻̰̺̞͍̦̜̬͓̫̟̗̭͍͕̠̹̱̦̪̘͔͎̣̭̯̭͇̫̺̳ͅͅе̴̴̶̷̢̧̛̛̛̅͗̌͋̔͑ͤ͌ͯͯ̿̾ͫͪͨ̄ͧ̍ͬ̍̏̎͑ͥͪͦ̋͌͂̃͐̌ͨ̉̾ͧͭ͋̑̌̇ͫ͒ͤ́̎̔͐͜͢͟͜͡͏̷̡̡͇̼̦̝̼̖̮͚͎̳̙̥̣͍̹̪̹̰̺͎̬̥̗̲̥̦̺̲̬̻̹̣̳̭̘̲͔͉̼̠̭̝̝̠̞̤͟͝͠ͅͅж̷ͩͩ̂̋͂͌̽ͥͪ̈́ͤͤ̓̌ͪͪ̔̿̅̈̑̇͐͑͌͆ͦ͗̿̔͒ͮ̄͗̓ͭͭ̆͐͌ͮͧ͒ͫ̑̀̄́͏҉̸̧̨҉̷̸̢̧̟̬̙̞̦̬͎̩̣͎͖͎̟̻͎̲̺̩̤͎̙̥̭̩̯͔̱̻̮̟̤͕̻̘̠͔̲͎̮̗̯̩̜͈̭͉̞̘́́́͘͢͟͝͡͡͠а̶̸̡̢̨̨̧͐ͩ̆ͦ͑̒͗̅̓ͣ̽͊ͫ̔̍͂ͥ̄ͬ̆͛ͪ͌̽͐͒̇ͮͫͦ̉̋ͬ͗̋ͭ͒͊ͨͧ̾̔̒ͣͭͤ̾̚̕̕͟͞҉̶̴̸̶̢̧̱̺̬̘̱̥̙̤͔̗̥̮̝͕͙̬̪̪̖̠̻̯̝͉͎̮͔̖̙̭̯̠͓̱̲͙̖̩̣̪̤͖̮̳͢͞͠͞ͅͅͅͅт̒ͦ̒͂̀̈̽̾̇ͭ̉͆̽ͣ͋ͫ̋̑̏̒̾̀͋̿̒ͫͤ̐̊̆̄̿ͨ͌̌ͫͥ͂̂ͪ̈ͬ̔ͤ̚̚̚̚̕͡͏̷̸̷̡̛̀͢͜͠͏̧̨̢̢̳͔̥̙͍̭̼͓̗̟͍͎̮̫̬̤̲̪̳͔͖͍̠̮̭̮͙͚̪̗̻͙̬̠̱͔͍̥̬͖͖̫͇̦̘͉̀͘͜͟͞ͅͅь̡̔̆ͤ͊ͦ̀̑́͛ͩͣ̏̔ͤ́̎̀̇̓ͥͦͥ́ͭ̐͂̽̓ͫ́͆ͦ̽̓ͭ̄̍ͭ̿̒̂͑̃ͭ̊̒ͣ́̚͟͠҉̶̷̵̢̡̡̛̀̕͟͢͢͠͝͏̷͓̳͚͇̜̲͚̬͉͚͍͔͇̣̦̱̺̤̞̤̣̜̭̥̜̱̲͚̜̤̱͔̻̱̹̱̫̰͕̣͓͙͎̯̫͎͚̕ͅ ̷̧̢̾̋͊͒͌̽̌̎̃ͩͫ̓̇̓̅̈̄ͦͦ̈ͪ̅̒͊̓̅͌̍̑̎ͧ̈́̏́ͣ͂̆̂̾͋̔̐ͦ̈́̊̆̈̉͝҉̷̸̡̢̛̛̀́͘͘͜͢͜҉͏̴̳̩̜͍͉̹̗͕̙̮̯͚͈͖̭̪͙͈͔͚̪̻̗͖̗̪̘̻̖͉͍̥̭̺̼͉̲͕̞̘̙̖͎̥͈̖͙̱̀ ̷̷̴̶̵̷̷̡̨̢̧͕̗̙̣̲̼̹̦̪̜̼̼̰̼̮̯̲̰͙̙̪̘̣̹͕̫̮̠͉̼͖̬̺͍̙̱͓̻̯̺̤̗͎͎̪̦͇͗͋͐ͣ̈́ͫͤͩ̔̾ͦ͋̾̏͑̂͛̆ͪͪͪ͛̍̅̍ͮ́͐ͯͦ̃̈́̀̈̑ͩͤ͌ͮͭ̆͛̃ͥ̊̋ͨ̆̀̀̀͢͟͢͝͝͞͝͠ͅ ̸̶̵̴̨̨̊̎̑̇ͧ̿̐̽̂̅͊̉̿̔̒̄̇ͣͥ̾̑͊̑ͤͣ̅ͦ̅̾̾ͦ̊͆͐̌̇̈́͑͑ͩ̒͂̏̽̅ͪͭ̉̀̀̚̕̕͢͜͠͠͠͡͡͡͠҉̨̖̹͖̗̜̖̘̖͓̗̥͇͚͙̻̙̟̤̘̺̠͙̺̰̟̜͈͖̳͕̱͚͖̱̭̝͇̞̩̮̱͔͔̙̭̝̼̻̞͠ ̸̈́͐̍ͤ͋̒̒̽̌̂́͂̏̏ͥͭ̿̾̏̾͛̇͗͗̊ͥ̒̄̒̀̓ͮ̌̏ͨ̄̎̓̿́͒ͧ͒̂ͩ͛̆̀̚̚͏̸̵̀́͘͘͟͏̷̸̡́͘͡͞҉̴̤͓̖̣̲͍̟͍͉̫͍̹̲͕̮̱̥̼̩̩̬̻̲̳͉̟͔̣̫͖͈̹̤̮̩̥̰̩̠̼̱͙̫̟̦̮̠͞͝ͅͅ ̷̴̶̡̂ͥ̂͊̀ͮͩ̈́͑̽̆͐̓ͨ͒ͤ͋̽̈́ͯ̅̌̅̏ͦ̓͆͐̔̒͌̏̓͒̈̉̄̈́͌͂̉͂̂̇̓̂ͭͧ̕̕͡҉̷̷̧͢͟͜͝͡҉̸̶̷̛̱̯̝͓͈͔̱̣͍͔̖̗̼̞̼̲̳̘̯̤͎̰͇̺̬͎̘̜͖͙̱̲͚̯̮͈͔̗̻̻̟͔͙͔̲̰̤̗̘͠ ̑͛̉͗̾̈ͥͯͣͭ̎ͪ̀͆̐̀̔̋ͫ̿ͪͮ̏ͤ̏ͥͦ̂ͥͧ̍ͤ̅̑ͫ̐͒ͩ̍͌̔́̍ͪ͆̓̎͊̿̕͏͜͡҉̧̕͝͝͡͏̸̵̴̨̛̕͝͡͞͝͏̼̪̱͓͈͚̫͓̟̫̘̮͚̯̥̰̯̤̗̥̜̻̫̠̳̦͔͎̮̹͓̰̫͉̪͓͓͈̙̯̺̝͎̦̙̣̝ͅͅо̵̴̸̡̨̧̛̐̉̓͌̈́͛̎ͨ͌ͩ̏̈́̍̂͐ͭ̓̔̈̈́ͨ͗͂̑̔͛̒̉ͨ͛͆̔̃̏ͩ̊ͥ͐ͦ͋̐̾͊ͦͪ̎̚̚̚̕͘͢͟͟͟͏̶̷̨̡̛̣̞̣̯̟͙̩̲̖̼̠͉͍̺͔̣͍͚͔͉̤̩̬̟̺̟̝̦̩͈̼̘̙̭̖̱̟̞̱̞̖͕̙̮̩͈́͝͡ͅͅͅб̢̃̃̓͛͐ͤ̾ͪ̋̇̔ͫ̐͊ͣ͗̍̔ͨ͆̈́̏ͤ̔̊̈́ͣͯ̌̒̌̈́͆̓ͩ̂̏̍͐ͭͥͫͮ͑ͦ͆̚̚̚̕͟͢҉̵̡̢̀҉҉̸̡̢͠͏͏̴̵̨͡͏̬̥̫̼̖͖͚̻̥̭̬͎̫̼̠̗̙͈̩̺̠̬͚͖̤̼̺̬͎̹̞̪̟̥̗̹͚̰̱͚̳̳̣̗͖̖̫͍ͅр̵̷ͣͣ́ͪ̐͗͐ͩ̓̀̄̔̐́̇ͤ̅ͤ̀̄ͮ͐̈͑ͪ̏̂ͭͨ̆ͭͦ͂̊̈ͨ̈ͦ̔̀͛͊ͪ͐͗̿͆̏ͣ͝͡͝҉̸͏̵̨͘͘̕͟҉̷̧͙͇̣͖͚͕̘͍̰̫̤̠̮͍͖̗̺͖͍̪̝̦͖͙̪͓̦̰̰̠͖̬͓̭̲̙͓̙̬̼͖͎̺̗̰̖̥́̕͘͠͡ͅͅа̴̶̶̶̶̵̨̧̧̛̛̪͕̜͙̳͙̪͖̫͕͚͕͙͚͙̗̲̫͉̠͈̞̤͈̭͚̥̻̙̰͈̥͎̯̥̦̲̭̭̟̥͍̯̝͖͙̮̪ͭͪ̽ͨ̏̃ͫ̒ͧͦͮ̔̎ͭͬ͑̀ͤ̑̌͐̒̂̍͂̍͗͐ͤ̐̂̊̂̀̾̑̈́͆͐ͨͥ̆ͪ̽̓́̑̉̃̀̀́͘͢͢͟͡͞͠͝ͅт̷̡̧ͨ͑̀ͩͤͯ̂̅͊̎̀̅̄ͫ̓̾͐̓̌ͦ̔̽̾ͤ͆ͣ̋̋͌̈̔̏͊̃͌̊̒͗̇̿͋̀ͬͭ͑́͗̚̚͢҉̢͠͏̷̷̷̷̴̡̢̨̀̕͜͠͞͏̺͎̻̜̘̼̹̠͇͎̳̻̣͍̗̰̳̖̠͙͙̟͉̝̖͈̖͍̪͙̩͙̤̳͖̫̱̞̜͉̤̬̣̥̗̺̗͙ͅнͤ͒̽̑͊ͮͫ̽͑ͣ̏̇͗ͦ͊̽̽̈́́̉ͤ̔ͥͧ̋̒͑̍ͧ̌̊͐̔ͧ͛̓̆̽̈́͊ͬ͂ͫͨ̍͋̚̚̚͘͏̸̶̨̧̡̀̕͘͘̕͜͢͞͏́͏̶̛͙͍̭̠̦͓̜̘̫̫̳̰̞̻͎̞̥̗̹̙̰̱̫̼͈͕̣̞̣̲̺̺͍̩̠͈̘̲̖̠̗̗̩͈̼̣̘̱͚͞͡о̷̨̽ͧ͗͗̃̈́ͯ̐͐̑ͪ̏ͯ̓̅̐̃ͧ̃͆̽̽̔ͯ͗̄̎ͦ̍ͨͮ͌̿̂̇̌̓̐ͣ͐͋ͥ̆̆̍̓̂̉̄̐҉͏̴̵̡̨̧͜͜͞͡͠҉҉̸̵̧̧͍̙̘̳̺̫̤͈̘̼̟͔̪̞͍͇͔̲̝͖͉̥̣̩͚͙̱̞̯̼̼̰͚̯̦̯̞̱̝̳̮͈̖͉̹̭͈̰̠͢͞ͅ ̈͛̇̋̏̏̈͂ͮ̂͂ͦ̅̾̓̉̾̀ͩͭͫͨ̆ͨ̂̒̏̾̍̔̓̋̎ͥ́̏ͧ͊̽͂͋̓ͭ͒ͥ̔͊͂̚̚͏͘͝͏̴҉͟͏̸̷̢́͘͟͠͏̶̵͖̥̤̹̭̥̣͈̙̫̙͔̟̙̫̻̬̬͙̻̝͖̹͇̜̪̞̦͎̳͎̹̖̘̜̦͖͇̖̺͕̙̖̦͓͎̺̱̠̭͜͢͜͝ ̴̴̧̢̡ͨ͗ͪ̈̀̉ͧ̒̉ͦ̅̃͑̄͛̓ͪͭ̓͊̒̍͑͊̐̾͛̓̃͂̈ͨ̇ͨ̉̄̓̔̔ͮ̉͐̒́̀ͧ̆̇́̚̚͟͟͞͞͞͏̵̵̧̡̨̛͔̙̜͙̦̜͎̯̗̤̯̭̮̺͓͕͇̬̣̯̮͚̬̙̗̯̝̙̹̤̳̜̤̝̺̹̗̠̰̝̪̩͍͇͎͇̼̬̯̀́̕͡ͅ ̆͒ͤ͋̿̅ͫͮͭͪ͑ͣ̽̓͊ͫ̌͌ͩͦ̄ͬ̔̋̐͌̀ͣ͂ͧ͗ͦ̐̑̽͒͋̍́̉̃ͪ̍ͦ͛̉ͧ̚̚̚͘҉̶̶̸̸̴̷̢̧̛̤͉̖͚̫̞̭͈̻̘̞̥̹̜͖̳̯̼̘̖̪̣̺̜͕̳̞̞͔͕͍̭̭̤͖͈̞̖̺̟̤̞͈̫̠̳̣̻́̕͘͜͡͠͝͞͠͞͞ͅͅч̵̸̨͌̓͆͆͌̐̏̃ͣ̿̄ͤ̌̍ͦ̍̏͆̑̒ͦ̓̄̄͆̿ͫ̌ͨ̄͒̓͒ͯ̋ͫ͛͂̽͌̾͋͐̄̍ͯ̅ͭ̊̚͏̸̴̶̧̡́̕͘͘͏̡̢̡̛͖͙̹͓̱̫̝̻̣͈̦͚͎͉̱̤͔̼͚̮̩̝̳͕̼͈͉͎͉̱͇̦͚̥͎̰͍̻̝̞̼͓̥̬̱̜̫̺̜̕͟͠͡ͅе̶̶̴̴̨̡̛ͣͥͣ͑̄͋̇ͣ̔ͣ̎̌̐̂͋̐̋͊̉͗ͩͪ͊̈́͒ͪͩ͋ͫ̊ͧ̅̔̊̈̑͗ͣ͑̉̐̓̓̐ͫͨ̒̀́̚̚̚̕͘̕͜͡͞͞͞͏̴̛̱̻̯͔̰̼̖͈̤͓̙̥̖̩̮̝̜̖͍̬̬͎̙̲̞͖̭̦̞̬̺̪̥̖͖͉̙̟͓͇͓̗͖͚̬̹̬̬͢͡ͅͅр̸̧̛̔͌ͭ̊͒ͫ̏͂̃ͮ̽̌̄͒͋̄͑̎̿̒̓ͣ͆̍̊ͥ͑ͬ̅͋ͭ̃͛́̈̄̈ͬ͒̓͌͗̊̈ͯ̓̔̋ͭ̒҉̵̵̸̴̧̭̹̲̰̘̝͙͓̫͇͙̘̲̻̰͓͇̞̭͍̤͇̠͉͔̻͕͔͙͓̰̗̹͕͕͔̭̲̘̱̼͓̭̬̥̤̮̹̀̀̀̕͢͜͜͢͠͡͡͞͞ͅͅе̶̵̵̵̷̡̛̛̌̋͒̏ͮ̔̔̾̓̋ͥ̈́ͣ͒ͪͪ̓̂̃̆ͦ̅̂̍̋ͣ̄́ͥͩ͂̔ͤ͑ͬ͊͆̽ͪͪ́̊ͣ̎ͣ̍ͫͩ́́̚̚͘͟͝͝҉̷̢̨̛̛͚͇̲̺̟͖͚̬̬͉͖̺̪̘̺̭͎̼̯̟̰̲̰̙̟̥̹͎̳͙̣̙̖͖͈̖͚͇͔̬̩̟͍͍̹̥̞̬̱͘͞ͅз̛͐̎͛ͪ̈̍ͤ͑͗͌͂̄ͬ̇̓ͫͨ̾͑ͬ́͊̐ͫͬ̌̐͂̅̃͑̎ͥ̐͐́̍̽͗̆ͣ͋̿ͬ̅̾͗̑̒́̚͠͏̵̷̷̴̢̧̡̛͘͘͟͜͞͠͝͏̵̡̺̦̟͙̫̥̘͓͔̟̙̩͎̳̫̯̫̲͔̻̬͖͕̹̥̣̼͙͍͕̺͖̙̠̬̮̯̗̟̜̬͇̟͍͇͓͚͓ͅͅ ̢̓̄̿̄͋̿͑̈́͆ͥͥ̔̎͛̌̄̐̌ͩ́̓͆̍͛̑̈͊̔͆ͯ̾͋ͭ̔́̃͋ͦ̒͐̅̂̋ͪ̑ͥͧͦ̀́̚̚̕͡͝͠͞͏̵̵̛́͏̛̛̜̞͕̣͍̟̥̖̫̼͕͔̠͉̭̮̪̤͎͇̥̮͖̟͇̖̼̟̰̘̣̥͙̰̘͙̞̱͕̯̜̳͕̣͇̦̳̻͚̮́̀̕͘͝͡͠ ̸̨̛̾͛͐͛̅̄̂͋ͬͪͮ̍͗͆͐͐̌̓͂ͫ͐̄̅̒ͮ͋̅̽̒̒̿̿̓̾̒̀̐̿͌ͥ̌͗ͤ̍̈́̐͌̈́̀̚̚̕̕̕̕͡͞҉̴̴̨̪̮̱͉̙̠͇̮͔͇͙̖̦͎̭̘̮̹͈̲̫̬̭̣͍̩͙̤͕̫̰̮͈̩̦̙͖̱̺̹̳͍̦̪̗̥̲̟́̀͘͟͢͟͢͞͡ͅͅз̶̷̴̷̶̸̡̡̧̡̛͓͖͍̥͍̬̯͇͍̗̦̻͚̥̝̥͍̮̱̯̤̘͖̯̳̩̠̞̙͕̠̠̥̫̳̩̥̜͇̫͉̼̺̱̘͕̣͎ͧͮͮ͋̿̍ͭ͛̾͂̄̃͛̿̐̂ͦ̔͂ͫ̏ͣ̑̇͆ͣ̋̆ͯͥ̒ͩ̍͐ͧ͗͂̓̂ͩ̀̑͂͆͒̄̔͑̽̀́̚͢͟͜͟͢͟͞͡͞͡ͅͅе̛͆̉͆̆ͣ͆̄̑͛̇̈͐̇͂̃͂͋̐̊̉ͤ̌̇̉ͬ͒̈́͆̀̒ͣ͗͌ͦͣ̎̎̅̅̍̉̋̈́́ͮ̎ͥͥ́́̚͏̶̵̵̵̶̴̴̷̢̨̛͓̪͙̣̤̬̤̭͇̖̩̖̖̖͇̠͔̥͖̻͙͕̞̰͈̰͚̥͓̫̬̠̼̭̼̣͔̩̥͔̺͓͉͎̘͍̦͘̕͢͟͢͝͞͠͝ͅͅͅр̴̵͒̀͛ͪ̈́̏̌̒̽ͬͯ̎ͥ͐̄̆̄̈́͐ͮͥͬͨ̔ͮͤͩ̍̈́ͣ̒ͧͬ͊ͥͩͮ̍̏̊ͮ͂̒̒̔ͤͭ͗͗̀̚̚͘͘̕͟͝͠͞͏̸҉͢҉̶̧̛̛̛̤͓͇̮̯̖̞̠̖̞̝͈͕̼͎̯͙̲̭̥̮̯̙͖̞̺̠̱͙̗̻̩̯̭̬̙̦̯̩͚̻̭̭͈̰͙̠̦̙̺̀̀͠ͅк̶̸̵̢̢̨̡̢̾̎̉̒͒̎̍̏͑ͮ͗ͮ̾ͣ͗ͨ̇̑ͨͩ̂̐̃̈́̿͑͗̇̿̈̽̓ͪ̅̅̾̄̈ͥͫ͆ͯ̔ͬ̏ͩͭ͒ͦ̃̀́̀́̚̕̕͟͟҉́҉̵̶̨̢̯͉̫͎̤̞̮̯̰̟̙̜̹̜͕͖̺̜̹̜̖̣͕̺̼͍̖̖͚̦͇̺͕͓̬̦̯͍͈͈͈̳͙͕͙̟͈̳͍̙ͅа̵̸̴̡̛̛̎͑ͩ͑ͧͮ͐ͫ͑ͩͭ̒̏̓̒ͧ̂ͬͪͤͮ̔̏ͬͬͭ̒ͣ͛̃̒̍̈́ͪ͋ͯ̎ͬ̍̋̆͑ͥ̇̐̇ͫ́̓ͫ̾́́͘͟͟͝͞͠͝͏̴̡́͢҉̢̭̖̣̟͓̼̤̙̳̱̯͖̘̪̳̝̗͚̺͔̠̤̘͓̳̖͕̰͕̘̗̮̹̮̜̤͚̳͚̤̝̘̱̫̙͙͉̘͘ͅͅͅл̨̅ͥ̐ͪͨ̎̇̈́̾̃̆̋̀̄͊͑ͨͧ͊̓ͬ̾͒ͭͤ͑̽ͮ͛͊̆̐̽̽̅͛͗̋̾̄ͨ̍͆ͭ͆͋̎͂́̚̚̚͜͡҉̵̢̧̧͘͘̕͜͏̀́҉̜̝̦͉̪̲͉̫̱̺͎̯̱̬̼͓͉̪̲̙̟̘͖͕̭̗̬̤͓͈͈͕̭͔͕͇̲̗͔̲̬̖̟̪̫̖̖̣̠͖̀́͘͟͢͝ͅо̷̸̴̶̛̓̂̍ͤ̿̒ͥ͛ͫͤͣ̌ͧͬ͗̍ͫ̾ͤ̔̅ͫͩ͊ͯ̊ͮ̾̊̆̑͊ͥ̾̅ͤ̅̽͋͐ͣ͑ͤ̑ͫ͛ͯͮͪ̂̆̀͘͘͜͜͡͡͝͡҉̴̢̳̤̱̹̻͉̯̫̬͈͕͇̞̪͈̠̲̜͖͔̭͇͙̘̗̺̠̦̻͕̞͔̻̖̬̣̼̹̥̥̪̫̭͓̞͔̭̟̲̫͎̀́͘͟͟͝.̷̴̷̴̶̵̧̧̛̤̝͈̰̹̠̱̙̤͇̫̥̖̩̘͉̦̠̣̮̮̻̰̳̳̘̬͚̙̝̣̘̺̭̻͚̼̫̗͓̲̝͍͔̖͖̯̣̞̟͔̉̇ͤ͐ͣͪ́̑̽̎ͭ̓ͣ́͊ͧ͊̏ͩ̊ͫͪ͛ͫ͋ͩ̋͂ͧ̓̌̓͛̂̀͂͋ͣ͆̏̈́ͨ̐ͥ̅͋ͧ̏͆̀̃́́̀́́̕͜͜͡͡͝͡͝͝

̸̴̨̈̐̓̌̓͛ͫ͌͌̄͗̑̈́̏ͮ̍̏̂̍̓͆̔̀ͣ̈́̎̎̌̓̋͆ͦ̊̀ͥͫ̓̔͋ͬͬ͌ͨͩ̽ͪͮ̋̌̽́́̀͏́͏̷̵̷̵̴̢̧̧̨̛̜̝̞͙̝̫̭̫̩̫̻̗̠͇̹͇̟͉̺̲̗̦̭̺̣̙̖͚̗͍̣̫̻͚͔͔̦̬͔͖̤̲̺̬̱̟̘̱́́͘͟͝ͅͅͅ—̸̵̧̢̢̊̆͂̀̀ͧͣ́̇͆͑ͬ͐̿̃ͨ̂͗̉̋̉̈́ͣ̈́͗̆ͣ͊͛͌̎̍̆͋́͌͂ͯ̈ͭ͂̏ͭ͌͌ͭ͊̊͆ͩ́̀̚͘͘͘͟͜͢͝͡͠͡͝͠҉̛̝̠̲̱̭̘̟̲̹̻̜͚̱̹̞̦͈̰̤̣̭̺̼͈̟̣̖͚͕̥͙̥̻͍̫̮̣͉͚͙̬͈̻̘͖̯̪̖͜͟ͅͅͅ ̸̴̴̵̵̡̡ͤ́̋̿̂̀̓̑̑͗̒̄ͩ̄́̀̎ͫ̎̈́ͭ̋̉̈̍ͦ̓ͨ̃̏ͫ̎̋͋ͤ̾ͥ̈́͌͋͐͆̿͆̒̌ͯ̈͂̄̀̚̕͜͜͜҉̡̕͘͜͢͝͝҉̮̻̳̘̹͈̣̯̱͈̹̺̺̱͙̤̼̼̜̲̫͈̤̼͈̦̪̭͓̹̰͈̰͎͙͚͇̼̜̮̦̘̭̫̼̮̹͔͓̕͞ͅͅТ̷̶̶̶̵̶̶̵̵̧̡̛̊͌̒ͤͩ̀̈͗̐̾͆̋ͧ̅̓ͩ̃̀ͨͩ̿͂͋̂̇̋̇ͣ̎̄̍̌ͣ͊̀͗͌̈́̆̉̆̄ͥͪͤ̍̐̃̇̀̚̚͢͢͡͠͝͏̵̲̩̬͙̥̲̯̗͖̥̥̺̻̙̞̠̭̺̯̼̺̞̗̟͎̟͖̮͕̝̜̳̲̥̖̳̙̞̳͕̬͓̰̰̦̺̹̘͚̲̗̀̕̕е̷̴̢̧̨ͥͭ͊́̈́͑ͪ̽ͤͬ̃̈͋̐͂͗̓ͤ̋̽̃̽͒͒̃̎ͭ͛̔ͫͩ̐̂̽ͭ̀͐ͯ͂̾̑̍̄̆̊͒̇̈́̓ͩ̀̀̚̕͠͝͞҉̴̸̸̡̨͘̕͢͜͏̴̜̘̖͓̫̹̟͍͚̯̠̩̩̼͍̝̟͉̠̻̙̱̮̟͎̣͍̬͙̤̬̬̹̖̥̣̣͖̖͎̫̱͙̮͍̣͚̣ͅͅͅб̷̊̉́̿̉̆͗̉̂͆ͦ̓̽͆ͦ̄ͤ͛ͨ͆͊ͭͭ̊͂ͪ̽͌ͤ̄ͧͧ̽̓͆̐ͪ̋ͦ̾̍͌̇͂̀͗ͤ̈́ͨͣ̅͝͏̨̨͘͘͜͡͞͝͞͏̵̢̢̡̮̭͚̦̘͖͖͎̱̼͎͖͕͔͙̻̥̙͈̲̩̗̥̮̱̣̝̰͔̜̭͇͍̹̘͉̤̖̗̳̖̖̦̺̥̬̗̠͎͓́̕̕͘͞͡ͅе̵̸̧̧̢̨̢̡̽̅̀͒̔ͩ̓̈́͋̏̍͂̔̔̊̆ͫͧ̽̈́̂̐̉͌̈̃͋̔ͦ̽ͥ̂ͯͤ́̈̾̏͋͗̌ͧ̔̇̍̇̂͂̌̚̚͘͟͟͝͝҉̸͟͝͏̷̧̧̩͇̦̭̯͕̼̤͙͈͍̹̩͕̮̗͉̹͚̪͍̰̘̳̯̩̮̲̠̝̩̦͇̗͚͎̦̘̜̤̰̥̭̘̙̭̩̹̝́͜ͅͅ ̸̧̛̐͒̌̒ͩ͋͊̊ͧͫ̄ͫ̀̄ͨ͐ͤ́͗ͩ̂ͪ̏ͤͧͤͨͯ̐̓ͯ̔͋͗̍ͯͬͣͯ̅ͫ͋̆ͯ̆ͪ͒͋̋͗͆́́͘̕͠͏̛͞͏̴̧̨̧́̀͞͝҉̡̠̝̩̠͙̭͉͙̹̞̭̠̹̟̣̭̲̩̟̮͖͉̙̟̻̠̰̥̹͉͙͙̲̩͖̱̟̭̖̫̙̳̟̹̘̟̝̹̳̬͜ͅ ̴ͩͮ͆̏͌̓͒͑̀̌̈́̄̓̆͗ͨ̒̀͛͌͆̍͂̂̋̅́̎͗͐̌̎͂ͩ̓̓̽̄̌̉̿̍̃ͬͪ͐̒̉̔͛́́̚̕͢҉̸̡̢̧̢̢̀̕͟͟͟͜҉͏̶̖͚͙͕̥̫͚͇̳̪͙̣̥̥̖̫̩̯̣̮̘̣̲̭̹̯̼̲̟̫̦̹͙͓̩̹̳̦̗͈͉̪̺͍̮̖͔͈͇͖͜͝ͅ ̸̴̶̴̶̸̧̔͌ͭͭ͊̂̾̓̊̃͊ͬͫ̊́͑̀͊ͫ͛ͤ̾͊ͬ̔̈ͭ̈́͑̆ͨͬ͐̔̅͊̒̍̃̑ͫ̈́̋̉ͯ̅͐͛̏̒̀́̚͟҉̧̢̀̕͝҉̴̛͏̵͢҉̝͈̰̬͓̘̩̫̺̪̫̤̗͍̝̥̠͍̩̗͍̻̭͖̼͇͎̣̟͚̣͇̦̝̟̣̮͍͓͇͓̞͖͈̦̖̪̠̖ͅͅ ̷̸̸̓̄͛̓̍̑̾ͧ̅ͩ́͂ͩ̈́̾̑̃̋̀̐ͪͥ̅̀̈́̈́͌ͬ͌̈̄ͤ͌ͥ̇͗̿̒͑̋̌͆̽̽͌ͩͧ̆̾ͪͬͣ͘͢͜͢͢͜͜͠͏̴̴̵̨̀͘͢͜͝͏̤͈̜̟̞̹͕͈̦̗̤̻̪̱̖̘̳͕̞̤̝̖̠̱̘̰̠͍̮̯͓̘̱̘͇͙̻̠̰̗̝͕̳̖̼̞̰̠̭̗͙͠ͅ ̸̶̧ͯ͌̿ͧ̃̏̇̂͋ͦ̇̂ͯ̓́̿̇̽̄͌ͮͮͩ͂ͩ͐ͭ͒̐̄ͬͣ̀̾͊ͪ̍̏̃͋͆̒̎̐͐̐̆ͥͫ̉̀̚̚͘͜͞͡͏̴̛́͢͡͏͏̴̢͇̠̞͍̺̥̝̩̰̣̹̟̫̩̪͓͇͕͔̠̣̰̼̪̟̞̩͕̻̺͚̳̫̹̯̲̠̮̘̰͓͍͍̬̮̻̱̫̩̦͓̀̕͢͞͞ͅ ̢̧̑̽ͯ̔ͥ̓̑́̋̔͗̑̆͌̃̒̌̿ͤ̊̂ͫ̑ͮ̏̐̓̄̒͑ͮ̋̽̾͌̌ͥͯ͛ͥͨ̂͐ͪ̔ͫ͊ͯ̀̂ͤ́́̚͢͟͠͏̨͜͡҉̶̵̶̢͟͜͏̡̨̗̭͙͎͈̦̩̠̩̙̖͈̤͉̩̝̬̖̙̬͕̺̰̗̟͙̹͇͎̭̦̝̪̺̦̰͙̥̥̬̟͇̣̝̻̝̭͚͓̩̙̹̕͞ ̀͒̌̑̿ͦ͐ͫ̿̃̄ͣ̅̈̿̆͌ͦ͊̒̊ͮ̅̍̈ͤ̓ͩ̿ͥͯͬͥͤ̀̔̒̈́͊̀ͬ̄̊ͫ̈͒͌̐̿ͦͫ̚҉̡̧͏̵̸̴̸̷̢̢̡̧̛̭̠̤̦̬͕̝̩͖̺͈̝̖̳͈͙̤͕͓͇̮͎͔̝̤͚̣̗̬̞͖̩̤̯̻̺̜͎̬̱̫̖͚͙͚͓̦̻̥̺͙́̀̕͟͞͠͝͡͠ͅ ̴̡̔ͮͮ̎̈͋̐̇̑ͭͬͪ́̑̒ͤ̿̓̾̔̎ͯ̓̇̍ͧͭ̓ͥ̂ͩ́ͭͨͯ̎ͣ̎̀̏̍͒̈̓́ͨ̒͂̈́̑̿̚͢҉̡̢̧̕͜͢҉҉̵̨̨̢̡̛̛̳͙͚̞̤̰̦̘̘̭̘̻̭̩̠͔̜̲̳͙̤͓̮͎̠͓̫͔̤̗̩͕͈̝̖̭̩̙̗̞͍̭̘̥̫̘̮̱̬̯̗̝̀̀͘͝н̢̅̋ͮ̑̊̎̌̓͑͌̏̈ͣ̈́͒̈́̇̏ͧͧ̈̄ͯ̃̆͑ͣͧͭ̀̎ͦ̇ͪ͋͛̈̿̈́̓͋ͧ͋ͤ̓͆̓̒̆̃̈́̚͝҉͝͏̸̶̸̶̴̛̛͜͟͡͠͠͝͏̵̛̰̫͔̻͓̖͔̺͙̤͉̲̪̦̟̬̭̖̬̫̺̟͖̳̺͈̦̩̹͓͖̠̳͍̘̫̜̙̲̳͎͔͔͎̪͉̹̟̱̳́͞ͅͅе̵̨̊͋̽̃ͫ̅̾̃ͤͧ͗̋̉͒͒ͣ̏̒̏̆̔͂̍͂ͮ͛̈ͧͩ̋ͨ̈́ͦͪ̌̾̽ͧͬ͒́̎̅́̓ͫ̾̉͑͂̚̚͟҉̷̶̶̴̛̀͜͟͠͝͠͏̀̕͢҉̷͇̬̺̟̦͙̥̠̯̩͇̜̘̳̣̟̜̞͈̗̦̙̙̮̹̱̙̦̱̪̣͕̖͚̤̲͇̩̻͎̜̗̬̣̼̭̟̖̜̩́͝ͅͅ ̸̷̵̡̢̧̧̑͒̍͛̊̎̃̑̎͋̀ͦͨͣͩ̍̇̿̆ͮ̽̈̅ͤ̆̓ͣ̀͒̈̋̒ͯͩ̾͂͆̽̓̅̓̆̓ͦ̉ͯͤ͌͐ͩͤ̚͘̕͞҉̴̸̢̡͘͘͜͟͠҉̤̣̹̺̮̪̞̱̮̥̩̯̳̜̼̯͚̹͚̯̪͍͈͙͔͚̼̥̳͙͙͔̤̦͈̤̺̣̳͉̱͓̪̭͓͔̼̯̞́͝ͅͅͅ ̾̽͆ͧ̀̎͒́ͨ͌̑͂ͭ̿ͬ͂ͣͯ̍̒ͥ̒ͭͩ̓̈́ͪͭ̐ͩͦ̔̾́̉ͪ̈́́̈́̿͒ͣ̎̋ͧ͋̈̓̓̐͋̚҉̢͜҉̴̶̴̸̡̧̨̛̺͉̰̹̜̻̠̺̮̞͙͇̪͖̯͕̙͔̝̬͔͚̙̳̞͇͕̥̭̖̜̫̹͚̼̺̺͎̬̝͎̥̖͙̺̫̪̞̩͉͉́̀̀̕̕̕͢͢͡͞͞ͅ ̴̨̨̨͋̂ͧ̊͑̾̌̎ͧ̈́ͨ̎̋ͥ̋͗ͪ̄̾̍ͦ̍̒͋̌ͣͩ̋̈́̒ͩ̿̉ͮ̒̏̅ͪ͐ͭ̾̎ͬ̆̌̆̃̊͒̓ͮͭ̕͟͟͜͝͝͠͏҉̶̶̡̡̫̟̥̪̗̲̪͚̘̭͎̖͓̦̻͙̯̭̭͕͇̗̗̹̠͔̙͔̥͈̯̳̮̠͙̺̹̤̘̲͕͙͎̤̪͚͖̬̕͟͢͜͟͝ͅͅͅͅ ̨̢̡̡ͥ̇̉ͬͬ̀͐ͭ͂̈́͊ͧ̓̎͊ͩͮ̃͛͌̉̋͛ͭͫ́̒͊͌ͭͭͩ̒͋̋̅́ͤ̈ͨ͊͗ͦ̑ͩͩ͂̂̀ͫͭ̚͟͜҉̶̸̧̨̧̡̛̛̛̛̫̣̣̬̤̱͈̼͇̱͎̣̬̠̥͉̘̲̱̪͈̰̱̫̗͇̦̱̳͇̝͉̮͍̞͈̳̱̜͖̪̩̫̩͈̲͕̝͎̮͕̹́́̕̕͟͜ ̵̡̢ͧ̇̆̐ͩ̍̈́͗ͨͧͩ̐̈́͗̄̈́ͯ̎ͣ̿̀ͤ̈̑̀͋ͬ̎͆͐̑̎̆̒̉ͥͣ̈́̉ͧͥ̋̔̌̇ͦͦ̂̊̆̈̽͏̷̧̨̧̕͜͟͜͝͠҉̴҉̵͞͞͏̷̮̹̘̲͉̹̠̙͖͉̯̹̙͓̻͇̺͕̦͔̖͚̜̝͍͍͚̟͖͇͕̲̺̞̭̻͉̥̥̟̬̳͓̮͕͖̳̖̼͕͔͝ͅ ̶̛̽͒ͦͩͥͤͧͨͤ̋ͥ̏̋̇̿̂̆ͣ́ͧ̓̔ͣ̔͌͛ͧͥ͛ͯ̊̃͂ͯ͂ͪ̈́̽͗̄͂̍̈͂̉̋ͫ̈́ͯ̓̚̚̕҉́́͢͞҉̸̨̛̛́̕͢͟͞҉͝҉̵̧̠̖̘̭̖̺̦̳̟̰̗͎̠͚͚̠͖̥̣̭̱̟̙͙̥̬̱̤̯̣̭̠̞͇͙̖̬͉̩̼͎͕͔̪̤̮̩̤̟͓͈ͅ ̨̾͒ͪ͑̂ͧ̾ͮ͌ͤ̂̋̀͋̃ͥ̔̇͑̑́̃̃͋̅͋̂̈ͦ̂̍̋͗͛̽͆ͣ͒̄̅͌ͭ͂̌ͣͪ̉̎̌̇͋̌͏҉̧̡̡̡̧̛́͘͜͜͜͜͞͠͞͏҉̛̻̙̙͖̦͇͇̳̹̻̼̙͔͓̼̺̟͍̜͍̣̖̩̹͉̰̣̳͉̪̬̞̜̫̠̞̮̜͚̬̝̤̲̖͈̭͎̤̳̠̕͢ͅͅ ̷̶̷̵̡̡̢̢̛̛͗̄ͧ̈͂̽̆̌ͭ̇̽͋ͧ͊̅̾̈̇̔ͥ̅ͪ̏̂̍ͬͬ̿̓̃ͯ͌̒ͥ̽̂͊̊ͭ̒́̉̃̇̿̄̃ͪ͗̾̽̀́́̚̕̕͘͟͟͢͜͝͏̷͚̲̞̬̟͓̰͇̫̞̪̥̯͓̲͎͓͖̯̲̜͙̲͕̖̖̟͍̩̲͙̞͖̼͚̭͎͙̬͓̹̮͈͔̳̞̖̥̬͖̩ͅ ̔͌͂ͭ͛̓̇ͣ̋̂ͭ͌̎̆̒ͨͤ̓͂̄ͤ͐̑̂͆̾̂̍ͩ̈́ͮ̑̇ͥ̂̽͌ͬͪͬͬ̓̅̃͗̏̃ͯ͆͆̚̚҉̡̀͘̕̕͢͡͝͞͠҉̴́̀́͘͡͏̧̛͘҉̪͉̝̲͇͉͕͓̖͔͕̦̱͎̗̲͖̜͉͉̦̝͓̪̗̞̘̹̘̠̦̰̹̲̭̪̙̭͎̝̠͇̳̹̭̠͖̩͈̱͖̟ ̵̴̶̨̧ͬ͗̽ͣ̉͂͌̒̀̈́͆ͥ̆͐̌̏̅̅ͧ͋͂ͥ̒́͐̂̾ͣ̂̍ͥͯͤͫ̂̈́̓͆̈́ͬ̔̒͒̒ͣ̓̍̒ͦ͒͋̾͘͢͢͠҉̷̧̕͜͟͞҉̶̴͓̥͚̣̖̗̩̺͍͚̩̤̲̬̠̣̱̞̹̦̜̦̺̳̜̲̤̟͎̠͚̙̬͕̮̲̗̯̭̳̬̼̠̗͍͎̬͇̜͚̝̯́͢͡͞ ͧ̋ͬ̿̉̾̾͛ͣ̇ͥ̐̃̌̍̔ͮ̑́̽̓̒̈́̉͐̒̍̈̉̍ͨͨ͌̂͐̇̃̄̇ͭ́ͥ̉̒̾̑ͦ̔ͪ̈́͊̚̕͢͢͏̴̵̨̛͘͢͢͟͝͞͡͠͝͞͏̴̴̶̢̗̙̹̜͚̲͇̫̙͕͎̳̳͕͍̣̯͖̭͕͇̳͔̼̱̬̘̮͖͕̻̘̖̲̳̺̖̝̞̘̦͚͔͇̣͉͙͍͈͍̙͎ ̶̂̃̽ͯ̅̍͛̒͒́́̑̔̌ͧ͂ͨͤͨ͗̓ͩͥ̒ͭͣ͊̽ͮ̈̿ͭͤ̈́̋̋̿ͪͬͭ̾̑͑ͪ͒̏͐ͪ̃̏̅ͫ́͏̶̷̶̵̴̨̛̀͘͢͟͟͞͞͠͡͞҉͕͇̖̯̹͕͕̘̖̠̯͎̫͉̬͎̖̟̼̙̺͔͈͓̪͉͕̻͚͎̦͔̖̘̫̪̪̲̫̫̖̲̥̖̩̠̗̪̲̮̟͡͝ͅс̐̓̏ͬ̉͛̓̂̈́̆̆͛̅̌̔̃ͧͭͩͫ̓̓͒̌ͣ̒̐̓̄̿̿̋́̋͐ͫ͊͑̒͂̅̎̅̅̓ͧ͂͗̍̉̇͆҉̵̧̛͜͝҉̷̢̢̀͢͝҉̛́͏̷̢̡̪̤͇̹̯̱̰̪͓̩͍̳̤̝̹̘̟̮̙͔̬̭̻͕̫̰̲͖̻̼̭̺̹̞̠̗͍̪̟͎͕̖̟̲̪̲̟͖͍̫̳͞͠͝ͅл̸̷̷̷̡̧̢̛̌ͣ̌̈̐̋͛ͤͦ̏͌͛̂̒͊̆ͧ͛̏̔̔ͫ̆͂͂ͮ̃̊͑͋̊̄ͯͪͤ̋͐̉ͧ̏̈́ͬͤͪͯ̑̒͂̆̇̚̚̕͟͜͜͝͡͝͡͡҉͘͜͞͏̴͚̱̭͕̰̬̬̰̘̥̻͇̞͖͚̠̟̳͍͈̝̮̳͖̝̫̭̜͔̳̰͙̬̤̜͓̻̦̣̗̯̦̣̬͈͓̰̙͇̥ͅͅе̎̾ͭ̀̾ͦͮ̇ͦ̍ͥ͋̈̍̈́̄̀ͬ͒̎̈̌͒̋ͦ̓͋̉̏ͯ̌̀̂ͮ͌ͣ̓ͩͬͭ͂ͯͧ̅ͤͭ̏ͪ͂͑́ͧ҉̶̵̷̵̴̡̡̨̢̢̢̛̛̤̪̯͙̺͓̫͕͓̞̝̺̖̦͖̰̠͎͉̻̻̞͚̝̮͓̭̦̭̱̻̝͙̞̝̮̖̙̭͉̝̗͕̙̫̭̹̱̝͚͉́͘͟͟͜͞͠͠͡ͅд̷̴̷̶̴̷̢̧ͧ̏ͪͫ̎̽̈ͧ̐̈̍̉̑ͪ̓̀͋ͯ̈́̄͑́̈́͐̀̆̽̋̃ͪ̋ͨ̋ͦ̏ͫ̃̈͌ͮ̐̏̐ͦͪ̌͂̈̑̍ͥ͐́́̀͘̕͘͟͟͟͠͡҉҉̛̠̠̤͕̝͍͈̹̣̼̖̩̬̬̯̥̰̩͖̗̯̙͎̪̣̯̣̩̣͙̱̣͉͎̱̝͈̮̼̟̝͈͕̹̥͇̟̲̝̱͡ͅͅо̡̔ͣ͋͌́ͭ͋ͨ̅̏̍̉̈ͨ̐̽͑͒ͫ̀̃̽͆̍̿̾̔ͩ̉̊̓ͯ͒̆ͩ̎͑͂ͬ͂͒́͊ͤ̿͂͋ͯͪ͌̚̚͡҉͏͟͏̵̶̨̧̢̢̛́͘͢͢͝͝͞͡͞͏̹̫͈̫̱̠̪͉̟̟̣̜͇͙̳̮̹̩͙̠̮̜͔̘̮͇̟̬̰̦̺̪͕̪͖̜̦̞̰̪̯͓̜̟͉̳̼̞̠̗ͅͅв̌ͫ͊̔̔͑̇͂͗͗ͪ̂̑̉̆ͤ͂̃́ͯ͆̄̇̊ͣ͒̎̈̐̽ͪ͆́́̔͌͆͋̎̈͐ͧ́̔ͬͦͩ̌ͧ̍̑̎͏̵̢́͝͞͏̸̴̵̧̨̡̧̡̢̘̹̞̲̗͎̣̱͈̱̘̟̘̱̺̩̩̹͚̣̦̥̟̝̖̝̦̬͈̺̦͎̫̗̩̩͙͍̟͕͈̮͈̘̺͓̝̮̩͔́̕͟͜͢͢͞ͅͅа̷̨̛͋̐͋̿͂͂͋́͊̎ͭ͋͑͊͂ͯ̋́̊ͥ̿͗̇̆̓ͯ̉͗̏͌̎̆̑̋̀̓͑ͩ̽̄ͮ̇̈́ͭͭͣ̂̿̑ͪ̈́ͩ̕̕͢͢͞͠͡͝͝͏̷̸̸̶̶̵̗̮̫̙͈͔̣̮̜̖͖̤̣̪̮̪̺̘̞̲͉̯̟̹̘̲̪̺͔̯͎͈̠̫̝̭̘̩̲̹̼̫̰͎̲͔̞͙͍͕̹͘͜͟͞ͅл̴̸̧̨̢̊̾ͪ̓ͤͩͭͨ̈ͬ̅ͨ̊̑͌ͭ̎̈̌ͭ͆́̐ͥͫ̎̃̿̐ͫ̽̐͋̂ͤͬ͊ͥͤͩ͛̓͆̄̽̇͋͗̾́̀́́́̀̚̚̚͘͟҉͞͏͏̴̶̧̩̣̱̫͉̲͚͎̭̻̭̰̮͖͉̭̞͍̤̲̤̫̣̠̦̖͎͇̜͍̦̖͓͓̰̯͚̼̹͖̼̰̜̘͈̟͖̞͈̗̺̤͟͠͝о̵̵̷ͧ͗̊ͫ̓̓ͮ͒ͧ̏ͤ̾͊͑͛͂ͩ̃̿ͭ̉ͥ̊ͮ̂͒ͩ͂̓̂ͣ̽͌̐̒͋ͥ̍̔͐ͣ͛̀̋̅̒̋͋ͪͮ̽̚͜͡҉̛͡͏̵̵̕͠͏̷̀͟͡͏̷̨̛̝̦̦͍̤͚̪͈̬̠̪̻͍͎̩̖̖̲͚̪͖̹̮̻̭̱͖̥̲̰̻̪̥͉̯̼̲̝͖̥͙̝̠̲̲̤̱͚͚̤͜ͅͅ ̡̢ͦ̊̔͒̅̊ͨ͆̒̓̀͂̈̑̄͋̒ͦ̊̂͋́̓ͧ͋̍͒ͫͤ́͒͂ͧͦͨ͑͐̀͐͋͒̍̍ͥ͑ͯ̆͋̉́́̚̚̚̕͜҉҉̵̷̷̴̴̡̡̢̛̝͎̬̖̣̤͉̪̜̙̘̬̣̠̩̠̙̹̯̮͈͚̺̲͔̺̹̝̼̘̝̣͕̦̙̙̭̲͙͖̗̠̘̺̩̗̙̘̞̭͕́́͢͠͞͞ͅ ̶͑͒̌ͪͨ̏̎ͧͦͤ̓̏̃̊̏̔̐ͩ͊̇̐̾̄͒̊ͯͪͫͭ͒̈̀̋̎̅̾̄ͭ͐̈́̐̄̈̿̅ͣ̏͑ͮ̒͂ͯ̀҉̶̵̨̛́̀͘͢͝͡͏̸̨̛͇̪̰͍̞͖͎͉͍̼͚̩̦̻̰̳̜͎͖̳̩̫̣̥͔̳̩͍͉̟̦̦̲͇̳̳̪̠̤̭͉͎͖͔̱̹̗͉̺̫̀̕͟͞͞͡ͅͅ ̴̵̸̢̃ͭͧ͒̋̓̊ͪ̿͒ͪ̑̇̊̈́ͭͮ̋̂̾̉̐͆̾ͬ͋̐̈́̇ͮ͒͗͛ͨ̃̈́ͤ̉̍ͦͥ̈̏̋ͪͤͫ̒͐͑̉̀̚̕͘̕͘͟͝҉̵͏̸̀͏̨̛͟͏͏̻̩͓͚̬̼̝̲̝̬̰͍̝̰͓̰͇̘̜̰̣̙͔͚͉̦͎̟̺͚̼̝̖͈̻͈̙̘͔̞͈̹͔̞͕̰͉͍̲̻͝ͅͅ ̢̧̓̅̀͆̓ͦ̌̈́̑̿ͨ́ͩ͋ͧ̇͂̅̅ͦͪͮ̊ͦ͂ͮͣ̄ͪ̅̾͂̍̔̃͒ͣ̏̇̏̑̆̒ͧ̓͌̃̑̿ͬ̚̚̕͠҉̸̷̸́͟҉̴̵̴̶̷̨̧̢̻̹͔͙̱̟͍̗̮͇̫̠̻̲̘̻̞̲̩̦̲͈̣̥̤̳͙̙̝͉̯̭̖̼̟̱̤͈̙͇͓̭̻̯̰̬̰̥̻͇̲͙͟͜͡͠ ̢̎͗͋̍̍͑ͯ̋͗̄̄̐ͥͧͩ̓͂̆͋̑͊ͭ̂̉ͮͧ̈́̔̍́͆̑͒̇̒ͨ͑̀̇͗̎͌͗̐̃̈́̑̄͒̾̚̚҉̵̴̢̡͡͠҉̴̷̵̸̶̷̸̡̳̣͈̬̗͇̳̹̲̼̹̭͓̳̜̘̞͈̹̣̩̺̬̤̥͕̲͉͕̩͚͈̟̬̳̹̼̘͓̩̭͉͈̼͖̭̭̥̫͖̪̩͘͟͢͟͡͝ ̸̷̵̢̧̨̡̡̛̛̛̛͉̙̼̼͖̣̟̹͖̟̪͉̞͈̭͍̯͕̞̼͉͙͈͔̱̭̯̯̖͇̖̝̭̱̘̤̘̳̤̗̬͇̗̦̳̦̙͇͕̗̱̀̊̃ͥ͆͐ͫ͗͑͆͒̊ͧͮ̊̌ͣ͊ͮ͆̍̿ͯ̈ͤͧͤͥͣͭ̆̐̃̄̓͐̓͌̓ͫ̉ͭ̓ͩ̈́͋̽͆ͪ̀̚̚̚̕͘͘͘̕͟͟͢͟͞ͅ ͆ͮ͌̐ͬ͊̃ͨ͒ͤ̑̀̊̐̽ͬ̉͒̓͋̇̌͗ͬͥ̇͊͆͑̓ͯ͂̉̎͛ͬ̓̅ͧ̈̃͌ͩ̍ͯ̅̄̓͂ͯͬ́̚͘̕͜͞͝҉́͞͝͏͜͟͢͠҉̴̢̕͜͢͞͏͓̳̖͈̜̠̥̱̮̠̤͓͈̮̙̮̣̭̗̻͉͕͔̰̗̬̗̼͙̙͍̬̫̙̰̮̥͖̝̻̝̩̼̰̰̦̲̫̭ͅͅͅ ̴̷̶̷̷̵̡̨̨̧̛̛̺͓̮̩͕̳̹͖̮͚̦͕̘͖̫͇̪̤̥̮̜̠͎͎̣̭̟̺̹̳͙̰͇̼̣̞̣͖͚̮̼̺̬̻̥̮̬͉͓͕̙̲ͧ̂ͩ́͑̊͆̀̍̓̔ͭ̏͊͐͆͑͋̒ͯ̎̒ͮ͑͛̃͒̏͑͑̒̌̃̓̌͒ͯͧ̄͒̊̑ͯͧ̈́̓ͬͪ̈̂̑̿̀́̕̕̕͜͢͞͠͠͞ ̶̢̡ͫ̓͌͗̄͐̃ͥ͂̇̂ͯ͋͋̍ͬ̒̿̈́̈̈̈́̌̑͗ͧ͋ͬͮ͊ͤ͊̐͗̒ͥ̈́̓̍ͦͬ̅̃̀̊̇ͥ͗̋ͤ̚̚͡͝҉͏̶̶̶̨̧̨̧̛͚̜͇̺͖͔̩͕͔͕̰̩̣̯̰͖̯̤̙͇̳͇̼̙̣̺̬̳̮̟̹̯͕̼̬̦͓̖͔̠̤͓̝̣̼̬̭̼̮͖͖͇́̕̕͢͟͟͡͝ ̴̴̶̶̸̢̧̨̛̛͊͋ͤ̓̋̋ͦ͐̋̌̍̽͐̾̀̌̍̓ͮ̋ͧͬ̑ͣͭͨ̂̓̋̐͐̒̒̇͂ͤͯͫ̆̍̍̔̒̈́ͭ̀̿̑̒̃̾̚͘͘̕͟͠͡͡͏̡̕͟͟͏̲̱̱̪̣̙̗̟̣͕̙̯̻̦͖̥̬̳̺͕̰̲̱̪̤̼͍̲̹̰̼̦̣̖̬̜̖̖͖̬͖̙̼̼̪͖̙͈̬̹͙̘ ̵̢̈ͧ͗̋ͣ͌̋̆͆͆͂ͣ̽ͧ̔̿ͬͫ̉͐̽͗ͫ̒̌ͩͬͮ͆̌͂̄͋́̇̾͂͂̌̔ͨ̓̌ͣ̆ͪ̽ͪ̉̈́̚̚͝҉̸̵̶̸̸̨̕͘͜҉͏̶̶̢̡̨͎̬͕̩̗̜̞͍̝̬̥̮̥̳̠̥̘̝̫͇͔̼̩̣̺̫͎̳͓͖̥̪̲͙̤̪̦͓͉̳͉͙̖̼̠̩͙̟͈̭͚͘͜͡ͅс̴̶̢̨̛̛̽̓̒̍̓̓̒͑ͫ̇̾̂̄͊͊̃ͦ͐ͨͩ̓̒ͩ̒̽͐͛ͤ̾͐͗̏̀ͭ̎̾̐ͪ͆͐ͪ͋ͥ͒̽̌ͣ͗̓́̚̚̚͜͡͠͏͏̶̨̡̧͏̵̧̨̨̗͕̜̲̖̦͕̠̭̗̗̭͍̝̩̮̰̗͙͇̼̘̦͍̠͇̞̟̞͚̖̺̺̩͔̝̼͉͖͈͉͔̤̦̪͉̤̙͙̳̕͠ͅͅю̌̄̅ͯ̓ͫ͌͑̀̃̃ͥ̂͊ͮ͌̀̌̽̂̿ͧ̑ͩͩ̊̒͒̀ͧͬ̋͛̋ͯ̔ͣ̿ͫ̑̈́͊̉ͣ̔ͮͭ̂̆͌ͨͬ҉̶̴̷̛́͘͘͢͡͡͡͞҉̧̛̀͢͏̛҉͍͈͓̜͇̲͔͚̺͇̘͚̲̬͔͇̲̝̞̮̩̠̣̭̝͖̱̱͔͇̱̫̖͖̱͈̞͎̯͍̹̗͕̼̪̗̥͉̀͝ͅͅͅͅд̴̢̎̓̔̍ͮ͑̐̇̈́̈́̾ͦͩͧ̀̄̒ͫ͒͗̀̊̐ͩ̀͋̅̊͋̓̃͆̀̊̾̈͂ͯ̔͗́̿̆̅̓̇̇ͦͤ͋͊̚͘͠͏͏̴̴̸̡̨̧̛̀́̀̕͞͝͏̪͎͔̗͚̪̮̥̟̬̱͇͔̺̰̰͖̭͇̟̹͚̗͕̣̬͉̘̝̬̖̣̫̥͈̲͚̜̖͍͖͔̥̬̖̭̮͔͇̹͖͓̕͟͡а̵̶̢̡̓ͮ̐͛͋ͩ̈́ͬ͒ͯ̇̀̓̈̋ͣ͌̉̀ͪ̾̔ͬ̑̉̇̽̾̔ͣ̅̍̌ͯͣͯͮ͂͛̎͗̍̂͛͗͗̏̉̈́́̚̚̚̕̕͜͠҉̶̸̧̡̧̢̛͉͍̭̫͓̥̲͙͚̥̻̦͇̥͇̝͇͚̦̘͎̗̯̘͓͎̼̰̩͖͚̻͎̰̯̬̭̬̩̙̠͙͕̹̪͖̱̦̀́̀͘͞͡ͅͅͅͅ ̂͒ͦ̅̎̈́̓ͪ̑̋͒ͧ̍ͤ̀ͨͪ̃ͧ͊̔ͫͩͥͤͫ̃ͪͫͮ̆̎̃̀̊͆ͨ̉͌̐ͬ̓̊̔ͨ̎̓̔͒͐ͭͤ͝͞҉̵̶̴̷̧̨̧̛́͡҉̵̴̶̢̨̨̘̘̹̹͇̫̣̟̰̪̮̭̥͈̙̜̺̪̝͖̪̪̱̼͍̜̰͎̳̞͎͎̼͎̱̲̰̳̟͇̥̳̱̳͈̹̪̳͕͇̭̰͞͞͝ ̏͗̎ͬ̐͛ͩ͗ͦ̾̔̈ͣ̈̇̇̿̈͑́́ͬͬ̃̑̒̆ͫ͌̓ͭͫ̑͋ͤ̐ͦ̃̋͗̀̈̋̆̃ͦ͂ͧ͐ͬ͆̚͠҉̷̵̴̴̨̀́̕̕͢͝͡͞͠͝͡͝҉̵̣͖͎̺̟̙͓͖̬̻͉͖̖̝̦̙͈̘̰̺̫͇̯͔̪͉̬̭̥͎̝̦̩̻̦͈̱͈̻̣̳̥̬̤̫͍̩̼̙̮̘́͢ͅ ̵ͩ͑̄ͬ͋ͩ̎ͫͧ̉͂ͨ̽̂ͧͭͧ̓̿͒ͦ͐̾ͦ̀̎ͪͬ̓ͬ́̄̅̆̿ͬͩ̌̐̿ͭ̋ͭ̍̈́̾ͫ̏ͩ̐̔̚͏͢͜҉̶̷̷̡̛҉̵̢̛́͏̷̢̧͙̬̞͈̩͕̹̪̹̞̪̫͎̙̩̣̥̥͙̝͙̱͈͈̲̮̗͚̩̱̘̫̮̺̫̙͙̞̠̩̖͚͙̖̦͓͚̬̞͎̀͘͢͜ͅͅ ̶̷̵̷̨̨̢̢̧̛̛ͫ̏̒͆͋ͦ͒͊̍͊̋͑͛̒ͪ̈ͫ̐̃̀ͮͪ̒ͦ̍̔͛ͨ͛̔̑̍ͥͥ͆̉̾̐ͫͬͧͦ͆ͭ͛ͩͤ͋̓̄̄͐̀́̕͟҉̸̷̡̯̰̣̤̤͓͎̼͖̣̩͓̜͙̙͖̱̣̣͉͓̬̠̗̻̱̩̲͍͔̜͎͎̙͓͉̠̤̳͓̳̗̦̣͔͚͖͇͓̦͖̀̀͢͠ͅ ̶̋̓̎ͪ̍̐ͥ̇̽̑ͯ̂ͤ̾ͩ́ͣͥ͆̊́͒̊̑͐͑ͦͥ͗͌͛͒ͪ̓͂ͯͨ͛ͪͣ̎͂̉ͧͮ͊̅ͭ̍̋ͭ̚͠͠͏̶̶̵̕͡͏̸̷̧̧̧̛̺̼̩̫̲̳̪̻̹͎̗̼̱̗̦̲̲͇̖̘̗̮̭͓̟͔̱̪̤̦̥̻̗͔̱͇̠̹̣̹̣͚̗̺͍̝̥͇̻̘̟̱̕̕͜͜͢͢͞ ̂̿̆̽̔̀̒̃͑̈́̊̌̓͋ͨͯ̀͐͋̇ͤͬ͊̏ͯͯ̔̓ͮ̏ͤ͌̊̿ͮͪ̐̊̊̂̅̇̊̎̈ͫ̊ͭ̑̔̋̏͏҉̴̶̸̨̛̀̕͟҉̷̢̛͢҉̡҉̸̸̪̖̩̞͙̹̦̳̮̹̳̹͇̼̹͎̜̻͈̦̝͙̤̥̺̫̥͈͈̣̝͈̮͖͔̲̞͇̙͇̙̲̞̥͓͎͚̠̪̠̮̬͘͢͝ ̓̍ͩ̅ͨ̇̃̾̍͌̌ͦ̃̓̏ͮ̄͊̒̽̎̓́̿ͤ͐̃̿̓̿̈́̃̄ͩ̂ͨͫ̍ͪ́ͥ̿̓̑͒ͬ̀ͦ͗͌ͩ̓͏̴̴̵̴̢̢̢̢̨̛́̕͟͟͟͜͝͡͡͏̴̨̬̼̻̥̙͔̣͔͓̠̠̖̰̣̖͎͙̪̞͕̱͚̲̰͔̮̼̺̟̟͈̰͓̦̦̺̱͈̤̫͉̜͔̝̫̪̫̻͙͉̤̬ ̸̷̶̶̸̵̧̨̨̢̧̛̛̘͎̮̱̯̬͕̮̰͇͇͈̬̠͈̮̲̥̪̘̠̯͓̜̥̼͎̪̥̫̤̞͇̩̹̺͙̮̼̣̬̟̺̠̪̠̲̭͂ͣ͒̒̄̋͑̅̎ͨ͆͋ͥ̓ͨ͛͋ͥ͒̎ͩ͒͂̾̋̂̈́̀̈̐ͨ͗ͣ̑͌ͧ͋͋̓̿ͪ̾̎̐̐ͪ̊͐ͦ́ͥ̚͜͟͜͢͜͝͝͝͝͡ͅͅͅͅ ̸̵̛̛̛͐ͭͩ̋̏̃̍ͥ͛̂̐ͮ̓͊̌ͫ͂ͮ͌̐̑̎͊̓̎ͭ̉̓̐̒̾̅̃̀̿ͪ̔̆ͩ̒̈́̽ͭͪ̓͗̐ͩ̃͗̑͑́̀͢͏͏҉̶̸̡̡̛́͘͢͝͠͏̧̮̥̣͓͔̦͎̻̖͖̫̬̭͓͈̳̜̪̱̩̳͚̪̟̯̙͔͙̫̱̝̭͇͈͍̻̻̩̗̥̬̭̮̳̥̲̬̮̞̼̥̖ ̷̈́ͤ̋̑ͦ̐ͨ͗͗ͥ̿̂̓̓̽̈́̐ͨͥͣ̋͋ͩ̈̈́̽̉́ͤ̆͌̋ͬ̽͑ͨͩ͑̎̉̈͗͆ͭ͐̿͑̽̀͒̚̚҉҉̶̶͘͠͏̢̨́̕͠͡͏̶̷̛͕̬͉̳̮̠͙͈̭͔̩͚̠͉͎̺̦̘͈͙̼͉̮̙̝̫̤̣̘̜̹̜̜͓̖͈̲͉̼̝̲̹̟̮̰̤̺͍̰̞̤̖͘̕͟͢͠ ̴̶͌ͮͪ͆̔̌̀̏ͧͤ͒̓̆̓̍ͪ̾̈̽̈́͌͂ͬ̌̀ͣ͑̆̎ͤ̂ͬͥ̈ͮ̓ͥͮ̑̿ͯ͐̊̎ͭͭͪ̂̿̈̍̚̕͞҉͠͏̸̡͟͞͞͏̧̨̕҉̴͠͝͡͏͇̥̼͔̭̬̤̗̬̙͍̱̣͚͓͕̱̹̼̞̙̘͍̺̹̲̬̗̠͔̘̞̲͔̺̩̱̺̟͇̣̦̭͓̭͎̲̺̼̹̯̀ͅ ͐̾̊͌͐̄ͮ̇ͬ̅͌̄͋ͣ̈ͥ́̏͋ͫ̐ͮͫ̽̃ͫͪ͛̆ͧ̃͋̉ͭ͐̂͂̏ͣ̄̓ͮ̓̽̔ͮͥ̄͊̌͆̚҉̵̴̧̧̛̕͟͜͞͝͝͠҉̴̵̷̡̧͖̻̲̙͍̯͉̬̲̗̩͎͉̭͔͇̻̥̮̙͎̱̦͔̻̜̰̱̥̤̻̺͕̲̘̼̹̞͍̞͔͖͇͕͖̰̦͚̘͖̀̀̀͠ͅͅ ̵̴̶̷̢̧̿͛͑ͫͮ̔̄ͥ̓ͬ̍̒́͑͑̈́̉̒ͬ͋̅ͤͯ̊̍͑̓̀̄͂̾̈̓̓͗ͦͨͬͪ̃̃̏̿̃͋ͮ̃̇ͬ́̚̚̚̕̕͟͠͠͏̵̶̡̨̼̞͙͍͖̭̪͓͚͕̗̭̰̺̙̫̣̲̪̥͍͉͎͕͖̖͎̜͚̹̲͈̺̖̭̫͕̼̘̫̺̣̖̺̠̝̦̘̠̩̯̕͘͢͞͡͠ͅп̷̧̊̌ͤͤͤ̎̆ͩ̓͒ͭ́̄ͧ̉̈́̂ͬ̈́ͮ̀̾ͥͦ͛ͭ͂̅̍ͤ̓̄̐̑̄̌̊ͮ̓̐̈́ͬ͒̐͂́͂̓ͭ͗ͣ̊̀͏̶̷̴̡̡̧̢̛̛̛͘͘͢͟͜͝͝҉̶̻̞̟̩̪̰̗̰͕̩̭͈͉̮̪̜͍̯͎͉͕̰͓͉̞͉̝̺̘̘̭̱̲̰̮͔͎̦̱̬͕͓̱̬͎̜̦̳̟̬̪ͅр̸̸̴̡̢̡̢̧̢́ͣ͒̄ͦͨͪ̇̐̾̓͑̎ͨ͒͊͊̈̑͆̐̀̿͊̐̑ͪ̈́ͨ̈ͪ̿͆̌͑ͨͣͣ͑ͣ̏ͧͪ̅ͫ̓ͥ̔̈ͥ̌̔́͢͜͟͜͜͡͏̷̧͈̦͇͇̟͇̮͇͓̮̲̗̝̠̥̗͇͕̗͙̗̰̣̹̖̼̯̺̥̻̙̺̟̟̦̦͙̖̳̣̩̻̺̺͎̠̣͖̺̜̣́̕͞͡ͅи̶ͥ̑̈̅̄͐ͪ̒͆́ͪ͋̍̔̀͛ͣ̌͗͂͐́̓̈́ͩͮ̂̑̇̎͊̈́ͬͥ̏̐͋̆̋ͥ̌̒̋͆́̾͆ͨ͂͌ͫ̀̚̕͢͟҉̷̨̡́͝͡҉͝҉̷̵͢͜͞͝͏̢̳͎̙͈̪͔̣̻̖̯̫̱̠͉̻̮̼͇̜͎̥̫̮̹̥̜̘̦̯̺̤̬͖̻͖̗̣̗̮̩̠̘͙͇̹̦̫̯͓̲̼ͅх̌͋̂̏ͥͮͪ̂̉̍̄͂͌͛̎ͫ̈́̐̈́ͤ̈́̈́͆ͣ̈͋̂̇̈̐͂ͩͭ̑̆̈͑ͭ́ͧ͛̃̇ͪ͒̊ͧͥ͋ͯ̚̚͘͢͡҉̴̸̧̧̢̀́́͘͠͞͞͏̷̶̡̦̪̠̮̱͇̝̦̮͉͔̺̬̘̦̼̭͉̝̬͚͉̹̗̮͔͎̝̞̥̪̜͚̖̼̰̝͙̱̜͈̦̜̙̟̙̻̺̖̪̻́̕͝ͅо̨̨̧̍ͣ́̃ͭ̈̅̂̿̐̃͋ͭ̉̇͒͐͗ͭͮ̃̏ͮ̌̅͒̽ͮ̎͛͛ͥ͊́̌͑ͭͬͨ̓̔ͤ͒̐̽̐̎ͦ͗͗́̓̕͢͟͏̶̡͟͝͝͏̸͙̳̩͎͎͈̰̱̜͉̘̹̫͍̜͉̙̞̘͇̪̹͓͍̹̳̦͙̩͚̼̥͎̥̬͖̻̥͓̤̘̦͈͕̟̘̥͇̗̩͕̮́̀͘͜͟͟͡͞͞д̵̷̴̴̧̨̧̡̢̢̱̮̮̲̦̝̼̱̯̱͚͇͖̞͖͔̮̟͉̯̜͙͙̱̹̖̻̲̻̖̦͙̞̜̖̭̺̱̰̯̞͙̜̭̠̻̘̗̮̣̱ͥ̍̽̅ͨ̌ͪͤ̂̽ͦ́ͣ̌̒͒͆͊͗̂̂̓̔̽̓͗̄̉̋̈̔̏̓̓̇͌ͣ̑̈͒͂́̾ͬ͋͋ͭͤ̓͌̽̀̚͘͘̕͜͜͝͞͠͝͡͝͡ͅи̴̷̧̡̛̎̔̿̃͗͒̎̂̊̉̇̐̇̍̄̂ͬ́̍͂̋̄̈̊̄͌ͥͭ͊̍͗͌̎ͦ̾͑̈ͩͤ̐̈́̃̐͌͌̒̓ͭ͗ͩ͊̚҉̸̴̛͟͢͠҉̷̛͜͏̴̷̶̧̜͉͈̜̗̙̪̣͖͖̖̰̝̼͎͖͕̱̭̰̬͚͖͔̥͔̜̗̖͚̣̙̯̦̪̺̱̩̳͍̳̩͖̟̦̘̲͖̼̳̞̀͘ͅт̴̢̛ͦͬ̀͛͆ͣ̈́̏̀͐͑̐ͬ͆͐͐̐̔̉̅̏ͯ͛̅͗̊̄ͮͧͫ͒ͫ͌͑͒͗̆̂̅͛̃ͭ̋̃ͪͧ̍͗̌̔̄̚͢͝͝͝҉̴̶̷̨̨͚̩̤̪̘͎̬͍̯̩̬̤̣̹̺̺̯͇̟̗̮͉̘͕̥̘̲̳͙̹̩̭͖͈̜̳͔͈̦͔̻̯̯͓͕̺̯͎͔̱͓́̀̕̕͢͟͠͝͠͠ͅь̶̸̵̵̶̸̷̨̢̳̰̥̬͚̮̥̲̼̭͖̜͕̗͈̳̜̖̗̗̤̲̟̞̦̞̠̯͈̞͍͔͙͖̱̭̥͈̻̯̖̳̼͓͕̳̫͇̩̲̬́̂̋͆͋̓ͨ̎̂̊̅ͤ͋̓ͩͫͯ̇̂̾̌͐͊͋̏̅ͩ̋̈́̑̄̏ͣͫ̇̓̏͆́̂̑̃̽ͩͬͨ̒̆ͩ͋͂̀̀̀̚̕̕͘͟͢͡͡͠͠͝͡ͅ.̶̶̸̴̸̶̡̨̨̛̩̪͎͚̹͇͇͓̦̤͎͔͓̝̘̥̥͎̬̖͔̣͎͓͈̘̯̣̥̯͎̲̥̘̖̘̺͔̺̣̗͎̳͎̺̯̹̻͂̏ͣ̐̄̔ͪͯ̈̑͐͂ͮ͑ͬ͒̉ͭͥ͛͐̌͒̉̌ͥ̐ͭ͐ͨͣ̾ͣ́ͦ̃͛̓̀͗̽ͮ̊̀ͦ͗̎̊̈́̽ͯͨ̕͘͘͘͟͟͜͡͡͠͝͝͡ͅͅͅͅ

̸̵̷̴̵̴̶̷̧͇̮̳̗̱̝̭̙̜̩̹͈͔͚̘͎̱̖̖̪̣̮̰̪͔̠͉̫͈̭̲̭̣̱̰͔̹͍̻̠̝̞͇̞̜̟͙͈̣͍̅̑̌ͥ̅͒͊̌̋͛̊͊͐̒ͤ̄͗̇͐͂͐̆̉̓̃̿̒͑͗̄ͥ̏̎̉̉̈́̄ͥ̿ͮͯͩ̎̈́̾̋ͦ̌͛̍͌́̀̚͘͘͟͢͜͢͜͜͡͡͡͡ͅͅ—̶̷̧̢̡̢̠̠̫̞̮͉̭̙̞̲͔̱̲̘̙̯͔͓̼͕͕͖̮͍͚͙̘̩̟̘̳̹̻͇̟͎̙̰̣̺̙̣̭̺̲͖̤̼̘͖̙̪̈́ͯͤͩ͆̄̋͑͒̉̉ͬ͛ͣ̂ͨ̉̀ͧͮ̒͒͌ͥ͊̏͛͂ͦ̂̓̅̿̎̒̀̈́͆ͣͦ̈́ͤ̇̎͊̈́̈̒ͧ͐̔̆̀̀̀̀̕͘̕̕͢͟͠͠͠͡͝͡͠ ͐̉̐͒̓̔͌̑͑̔̈̓̉̾ͩ͗́̇͆ͩ͋ͯ̋̂̃̈́̋̋̌ͧͫ̂ͨ̐͋ͤ̅̒ͭ͛ͥ̍͂ͫͦ̊͐̇̋͋̿̔͏̶̸̷̶̴̢̛͢͟͠͞͡͡͝͏̴̢̧̡̭̺̘̙̞͓̠͎͇͇̼̬̝̬͓̜̦̺̗͚̲̝̩͉̥̜̹͉̪̘̻̺͚͉͓͈̫̹͖̞̙̖̪̯̺͍̩͚̜̣̯̀͢͟ͅТ̵̸̵̷̨̢̨̡̧̨̛̛̛̓̾ͯ̂̉͗̌ͪͣͤ̅̋͛ͥ̈́̐̑͌̓ͣ̐̓ͧͮͤ͛͆͐̃ͮ̒̈̿̊̓͒̐̃ͭͧͤ̈́͌ͤ̽ͭ͗̓̉̅̋ͣ́͘͟͜͞͞͏̗̠̙̦͓̹̲͙̯̠̯̤͇̬͓̠̗̘̝̮̩̭͕͇̖̳̳̬͇̘͕͚͈̫͔̯̱̻͓̙̲͕͖̖̳̺̟̼̫͎̬̥́͘͢ӗͯͭ̈́͂ͥͧͧ͗̎̿̄ͤ̽ͣͫͮ̃̔͌̇͒͋͊̏ͩ͑̏̑̉͑ͪ̆͑̐ͫ̋̏̎͛͑ͤ͐̅͊͐̓̑͌̃́̚̚҉̸̷̶̶̴̸̵̡̨̛̛̭͈̮̬͎̟̮͉̰̹̞̼̦̭̖̳̠͔̙̙͔̤͙̪̖̠̲̤̜̖̦͎͔̝̦̲͚̯̬̠̭̺̮͙̩̥̘̰̟͖̬̪́̀̀̕̕͜͜͝͠͝б̸̴̵̶̴̷̡̨͓̦̻͕̰̗͔̬̮̪̭̙͖͔̞̼̰̮̭͙̲͓̯̼͎͕̝̭͕̻̗̼̙͔͎͖̙͓̤̻̻͙̫͉̪̜̱̰͓͖͙̍ͪͯͫ̽̎ͨ̐̀ͣͨ͌̽ͫ̎ͮ̅̓̅̓̈́̅͒̆̾̔ͫͪ̆̽͛͐͌̀̄ͫ͐̂͐ͥ̏ͯ͑̐ͬ̅ͬ̂͊ͮͦ̀́̚͘͘͜͜͟͠͡͝͞͠͝͝͞ͅе̸̵̨͌̍͒̊̍͒͑̽ͤ͛ͦͣͯ̍͗͑̓ͣͫ́̑̏ͫͮ̉͗́͌̿ͫͩ̒̓̊ͦͥͤ͌ͣ̏̀ͣ̂̄̌͋̔̅̌ͨ̚̚̕͝҉̷̴̧̢̡́̕͢͞͞͏̷̧̡̞͈̻̮̫͖̭̦̩̬͉̥͚̯̠̩̫̤͎̹̪̻͉̰͖͕̰͖̙̰̖͖͚̺͔̠̟̣̩͕͙̺̜̹̳͖̥̖̖͉͖̘͘͟͝ ̷̨͌͐̽ͥ̄͗ͫͨͤ̐̈́͛͆̾ͮ͛ͨ͑ͦͤ͒̓̾ͩ͆ͤͨͫ̎ͦ̓ͣ̎̄͛ͩͨ͗̃́̾̒̃̇̊̓ͯ͑̄ͬ̚̚͘͏̢͘͞͏̴̷̶̶̵̨̡̨̡̨͈̬̻̺͖̣̦͕̞̱̘̲͔͎̯̫̞͚̹̹̺̯̲̩̯̰͈̣̯̥͍̜̰̝̖͎͚̞͈͙̖̣̲̯̯̭̘͕̤̟̜͘͘̕̕͢ͅ ̷̵̡̛̓́͛̒ͧͮ̔͑ͮ͆̀͗̉ͪ̄̈́ͦ̈̾͐ͨͮ̈́ͨ̓ͮͬ̓͛ͭͦ̒̂̌̐̍̈ͨͩͭͪ̋ͨ̅͋̍̄́̋̀̊̐́́͘͘̕͟͢͢͜͜͢͝͏̷̸̵̯̩̱̝̮͍̩̳̥̦͙̗͎͉̫͖̱̗̹̬͔̝̮͕̠̭̪̮̮͔̺̪̩̰̖̰̫̯̰͈̘͖̻̦͖͓̠̝̼̞͜͜͡ͅͅ ̷̴̴ͭ̐ͩ̄̓̿̉̽͑̈̍͑ͧ̇̋ͦ̾̏ͩ̈́̏͊͋ͥ̂̎̍ͥ͒ͩ͆̇͆̃ͥ̽̓̽͐̎ͭ͂ͯ̈́̔ͥ̂̾ͥ̉ͨ̒͟͠͏͘͟͏̷̴̴̴̶̧̡̛̛͓͍͇͕̪͔͚̞͔͎͍̜̮̪͈̜͈̜̮͖̰͙̣̩̺̪̯̝̟͉͖̦̰͔͇̘̝̼̪͚̺͇̘̙̩̣̩̮̘̻́͟͜͜͡ͅͅ ̶̵̵̷̵̧̡̢̢́̓̈ͩ̂͐͑ͪ͑̈́̍͋ͪ̓̒̀ͩ͑͛ͯ͆̈́̍ͮ͊̓̿͆̆ͣͮ̑̍ͨ͒̂͌̐ͤͮ̾̍̒̒̓ͪ͑͑ͧ̉̀̚̕͢͟͢͡͡͠͡͠͠͡͠͏͓͚̖̻̣̫̥͈̣̣̗̭̤̲͚̤̼̰̗͚̫͉̱̟̳̜̜̞̜̳̤͙͙͎̭̜̻̣̘̮̬̦̙̖̪̝͔͚̙̞ͅ ̇̏̾͑͊̐͗̏̎ͪ̿ͩ̈͑͆͐ͫ̔͌ͤ̆͂͌́͋ͩ̎̍ͤ̀̽̉̀͗͐ͧͪ͋̏ͧ͋ͮ͋͂̿̎̇ͤ̌̓͋͟҉̷҉̶̶̸̀́̕͢͢͠͏̵̢̢̨̛̥͔͖̼̱̗͚͍̞͍͖̺̼̬̱̱̮͔̼̮̱͚͇̞̠̞͔̟̹̬̥̬̜̯̭͓̱͙͈̼͇̳͓̤͎͖̻́̕͘͠ͅͅͅͅ ̷̴͆͑̈̇̾̃̎̐̽͆̔ͨͭ̈̋̀ͥ̍̌͑ͦ͆̄͗̈̎ͤ̓̉̀͛̎̓̂͆̄̾̇ͮ͒́ͨ͑́̀̈ͧ͗͂͊ͥ̀͏̴̶̶̴̶̵̴̨̨̢̢͚͓̜͓͔̩̮̤͕̹̲̳̟͈̤͖̙̺̞̩̮̗̰͎̮̜̼̳̞̹̝͈͔͉̩̦̗̣̬̪͇̠̪̹̰̥̭̲̮́̀́͘͘͜͜͞ͅͅ ͂͐͗ͩ͑͒ͮ͊ͤͮ͌̊̈́̌̀ͣ̐̒ͪͬͧͨ͗ͩ̑̓͌̎͆́̆ͧ̃͛̓ͩ̆͆ͮͧ̈̌̀ͥͣͭ̊́ͦ̚̚͢͠҉̛̀͟͏̴̴̵̷̴̷̡̢̧̧̢̮̘̘̬̣͕̮̘̪͕̙̪͓̝͙̦̖̦̗͇̜̰̱̙̲̫̺̦̦̞̩̱̬͔̜͇̠͈̟͎̪͚̣̖͈̹͙̞̭̝͜͢͟͞͠ͅ ̶̛̛ͦͩ̏̓̐͐̒́̿ͪ̂̾ͫ͗̒ͤ̓̅̅̆ͤ͑̐͊̉̓̈́̆͒ͨ̔̒͗̈́ͧͣ̐̈́̇ͦ̑͛̉ͪ̆̃͌ͮͦ̄̚҉̸̨̢͜͝͞͞͝͏̴̡̨̨́͜͝҉̨̥̯̲̟͕̪̯̯̰̰̫̬̝͕̟̻̱̞̦͚͕̠̠̤̺͉̪̟̲͓͙̙͔͖̱̫̟̹͙̟̱͍̪̣̺͙̥͔̠͙͘ͅн̷̷̧̢̧̉͑̾̐̑͑̂ͭ͆ͯ͌̉͒͛̑͗ͧ̏͒͒ͬͪͮ̏̂͐͆̅ͪ̒̽̀̓ͤͬͭ͋̇̍̈̑̋̀ͮ̆ͩͣ̓ͭ̚̚͟͠͏̷̷̢̧̛́͘͘͟҉̷̢͇̯̪̻̻͈͓̥̙̝̳̠̖͖͉̤̳͙͇͓̙͎̯̤̞̤̲̘̬͓̹̳̱̭̩͖̣̜͍̭͕̞̩͖̟̰͈͍̗̻͢͠͡ͅе̷̴̴̎ͨͭͬ̓͂̓ͦ̈̆̇̂̔̉ͧͫ̾ͨ̉͑̈ͩ̌ͮͫͬ̐̒ͨ̅̀̾̔̒ͬ̔ͫͮ̀ͮ̎ͬ͆ͪ̈̍ͫ͂ͬͥͮ͢͡͠҉̶̴̷̡̧͕̮͖̲̫͙̣̰̲͍̳̩̱̝͓̤̲̜̯̪̰͎̲̲͍͚̮͉̻̫͓͈͖͕͖̲̜̪͎̥̣̩̳͕͕͕͚͇̜̝̗̀̀̕͘̕̕͟͜͠͝͠л̸̵̧̊͛͛̾ͩ̽̀̆̔ͧ̒̿̑͐ͩ̈͗̋͛̆ͩ͆ͯͣ̿ͧͥ͋̄̐̿ͣͤ̂͌ͦͤ͐ͥ̈ͦͣ͊̎̔͂̂ͧ̾ͩ̎́̕͢͏͏̵̸̶̷̡̧̢́̕͢͠͝͏̧̘̘̯̟͎̩̘̙͇̥̦̭̪̦̻̜͕̜̪̖͍̭̪̪̙̙̰̠͈͇͇̪͔͙̺͉͉̰̻̠͕͓͓̪̯̲͓̬͢ͅͅͅь̢͋͐͒͋ͨ͂̅̾ͩ̐ͨ͐̏ͤ̿ͯͨ̐͂͑͌̐͑̋ͬ̂̍̀̏̃̀̄͂̋͐̂̃̑̈́̾̉̈́̒̈ͮ̃̀̽̉̃̚͟͠͏͏̸̴̴̵̧̡̢̢̛̀͘͟͢͞͞͏̷͔̬̬̬͔͕̭͈͉̦̘̩̗̹̳͚̻͍̬̣̺̝̥̣̬̩͕̤̰̠̣̻̞̮̘̗̪̖̗̥̫̜͈̹̳̰̗̬̝͝ͅͅз̧̢̡̛͂̈́ͧ͗ͩ͆̂̊̑̎͋̔ͧ̓ͪ̎̅͐ͣ̽̏ͭͧ͆̔͗̓ͭͧ̑ͪͨ͌͂ͪ͌ͭͭ͊̏ͩ̔͛̓̉ͦ̎ͣ͊̓̎̀́̕͟͜͞͏̷͠҉̶̷̶̬̖̟̦̤͔̣̯̖̞͕̖̹̳̰͙̰̘̳̪͇̩̟̥̜͙̯̠̤̜̼͕͓̤͕̟̗̬̳̮̰̬͇͉̼͇͇̫̝̗̰̀̕̕̕͘͞я̵̶̨̛̋̍̄̇̿́͒̓̅ͯ͒̈́̃̈͒̈ͩ͊ͧͦ̇͆̌̓ͨ̾ͯ́͛́̈͐̅͛͒̾͋ͪ͒̒̌̋̌̔ͨͮͩ̀̉ͦ́̚͘̕͢͜͟͞҉̶̧̢̛̀͘̕͟͢͞҉̥̼̲̺̼͚̲̘̖̦̮̳̬̺͎̗͖͓͓̻͍͎̳̠̯̲̝͔̩͈͉͉̲̣̗̻̥̟̥̭̤̣̙͈̝̟̜̘̦ͅͅ ͗̽ͮ̇ͧ͊̌̂ͤ͋͑̊̓̂̉̾́ͮ͒̅̍͐ͦ̈́̈́͂͒ͤ̀͆͑ͤ̑ͯ̐̃͊̒̈̃͂͒̓̔͑ͦ̊ͩ̆ͭ̚͞҉̴̷̶̡́̕͢͏̵̵̧̧̢̡̀͢͏͞͞҉͇̬͎̥̺̪̱͉͓͎̗͙͎̣̜̱̹͙̲̤̟̱̤̲͎̩̪̠̥͇̹̗͖̣̥̳͎͖̝̹̹͕̙̻̫̙͉̝̩̙͓͜ ̷̴̢̡̡̨̨̍̉͌ͭ̊ͫͭͪ̑̋͆̄͑́͛̍͊̄̐͑̌ͯ̃ͧ̃ͪ̅͊͆ͩͬ̄ͬ͌͂͗͌́́ͮ̈̌̿͒ͣ͐̓ͦ̈̆̀̀̀̚͘͘͢͝͝͞͝҉̶̡̨̥͙͇͇͍͙̗̬̮̫͔̼͉̬̳̯̗̠̺̼̟̯͍̦̜̲̺̜͖̦͎̻̞̼̫̻̲͕̹̱̟̻̼͔̪̳̼͚̺̩͎͘͜ ̷̄̓̐̒̽ͣ̊̒̂͛̃̽̐̔̓͒͌͑̇ͩ͛ͪ̐̋ͮ̅̓̽͑̍ͪ̂̍ͥ̋̑̑͂͗ͦ̾̄̓̽̅ͤ̎́̽ͥ̐͜͏̧̧̧́̀̀͝͠͠͏̡̧̕͏̸̵̵̧̣͓̲̭͖͈͓̖͍̣͍̞̙̺̲̥̟̙̱͚̦͈͓̱̮̮̮͖͍͈͔̗͇̘̬͈̰͔̩̹̯͓̥̻̱̙̺͉̭͟͝ͅͅ ̉̍ͤ̑ͪ̉ͭͪ͗̓̈̇̓̾̏̾͊̇͂ͪͯ͆̾̎͛̒̂̒̏̉̽ͨͩͤͨ̀ͫͭ͐ͣͤ̿ͨ͛̓͂̊̅̿ͭ̚͘͏̸̷̵̷̶̴̶̧̨̢̨̛̛̛̛̹̮̫̪̙̠̮̱̦̞͇͇̗̼̣̥̯̟̪̦̙̥̼͇̩͍̮͈̙̩̗̜͉͇̰͍͍̥̪̥̲̘̘͇̤̲̜̦̼̖͔́̕͘͜͜͞ ̨ͭ̇ͣͮͣͯ͆͂ͤ̀̐̃̌̿̊ͩͯͦͫͯͭͥ͛̍͒͗̇͋͑̇̿ͨͤ̈͂̔͋̎̿̒̑̃͑̓̃ͯͥ̿̈͊ͩ҉̶̢͘͜͏̷͡͏̸̨͡҉͏̸̷̞̪͙̰̙̹̙̻͚̺̪̘̼̟͍̯͙̖̰̦̼͕͈̝̩̖̣̲̯̹̖̜͚̬̭̜̗̭̱̲͚̤͕̦̫̹̯̟͎̀͟͝͠͝͡ͅͅс̵̸̴̵̷̡̨̧̨̛̣̱̲̘͈͉̘̞̖̬͉̗̣̟̪̼̜̤̥̼̮̭̪̠͔̮̦̙͙͈̯̠̘͈͚̪̭̟̳̳͖̭̣͚̺̜̼̭ͩ̈́̓̐̾͂ͫͤ̌ͨͨͩͪ̈̾ͥ̌̊̈́̾̅͂̓ͪ̽̋͌̏̓ͣͯͨͪ̆̒̌̍̾͐̅͛ͦ̂ͤ̿͐̿̑̋́́́̚͘̕̕͟͢͟͢͠͞͝ͅͅу̵̶̸̶̷̴̷̵̴̧̦̮̞͇̥̼͓̙̼̞̻̝̪̖̰̜̝͕͈̬͉̻̬̜͇͖̲̱͈̥͙̗͉͚̬̠̫̣͖̥̩͚̞̥̩̠̞͖̓̽͌̑͛̃̇ͯ̓̉͐ͨ͑ͣͪ̏̉̈́ͦͨ̄̌ͫ͌ͭ̈̍̓ͤͪͮͤ͐͑̅ͥ̿ͬͨ̋̑̔̅ͭ̾̈́ͩ̋ͨ͒́̀̀͟͜͟͢͜͝͝͡͡͞ͅͅщ̵̈́̇ͣͣͦͦ͋͊ͣ̊ͯ̄̂͛ͩ̐̓̆͑ͨ͌̾ͮͦ̀̌̍ͥͥ̆̈͋̊ͥͨͣ̅̍̍́͐͐̆̎̾ͨ̑̾̇̚҉͘͟͏̶̸̸̴̵̴̨̡̨̧̧̨̹͇̱̮̘͙͎͉̲̲͍̥̟̗̬̣̩͈͚̼̱͖̖̖̰̻͔͙͖̥̭͎̰̦͍̹̭͎̗͇͉͔͎̣͓͙̺̭̺̀̀̀͢͠͞ͅе̶̸̵̵̶̷̨̨̧̨̢̧̡̛͖̞̫͎̹̜̦̖̞͇̜̳͓̗̖͙̺̫͓̲̞̳͙̰̖̤̤̜̙̦̣̝̩̻̝͕͔̝͇̜͙̺͍̙̦̩̻̮͕̖̾́̍ͩ̌̏̊ͣ̊ͪ̃̊͑ͤͨ̊̆̿̇̆ͯ̌̅̑ͭͦͨ̌ͯ̋̄̇ͧ͛͗ͤͣͭ͌͗̿́̒ͩ͒̑͐ͪ̀̀̚̚̕͜͜͢͢͝͞с̵ͮͥ̑̉̓̅ͪͥ̅ͯ̽̅ͭ̾ͮͬ̒ͭ̒͊ͬͣͦͮ̓̐̀ͨ̔ͮ̾͑͗ͣ͛ͪͯͦ̾̅͛͋̔͊ͧ̓͑̉̋̀̚͘҉̷̶̶̸̸̡̧̨̨̛̛̛̟̙̰͍̥̖̜̠̫͙̜̖̪̝̼̹̳͉̣͈͍̺̪̣͍̜̤̹͇̜͈̦̭̤̝̝͚̜͈̞͖͙̦̙̱̫̭́̕͡͡͡͝ͅͅͅт̴̷̧̢̛ͤ̍̿̈͑̃̈́̄͗ͥ͗ͥͦͮͥ̽̋͑ͫ̅̈͆̉̀͗̾͂̄̄̽ͩͫ͑͂̃͂͊ͯ̽ͩ̍͊͗ͫ̎͆̈́ͯ̌̚̕͜͢͡͠҉̷̸̶̸̷̧͓̠͓̭̦̻̼͙͉̣͚̹̲͖͍̠͖̜̻͍̥͔͙̮̙̘̝̘̟̤̞̟͔̝̥̙̖̣̗̱͍̦̤̼̣̭̤̕̕͢͞͞ͅͅͅв̈ͨͥ̆̊̄͒͌̋̐̏͊ͫ̎ͬ͆ͬ̾̓̆̌̈ͭ̏͌̑̏̿̽͗͆͌͑ͤͨ̉͊̇̉̌̅ͩ̍̔͗̓ͥ̋͊̾̀҉͏҉́͏͏̵̶̶̢̧̡̨͙̪̗̞͖̱̫̮̖͉͖͍̦̦̳̻͈̞͓̝̟̦̳̲̪̰̭͕̞̱̳̩͙͕̥͈͓̼̳̟̼̻̮̼̟̹̱̻̖̺̀̀͘͟͟͠͠͡о̧͗̂ͦ̈̊͒͐ͧ͑͑̾̉ͮ̌́̀̈̐̎̅̈̅̐ͩͥͪͥ̒ͭ̂͑ͤ̔ͨ̋̊̔ͯ̋̄͋͒̈ͨ̌̓̌ͯ͗̃͘͘͜͡͠͝͏̷͘҉̷̸̴̕͟͜͏̶̗̺̗̪̤̖̬͓̰̝͕̠̟̻̱͔̺͎͖̣̣͈̖̦͉͙̩̭̠͎̹̤̜̱̗͙͚͚̬̰̣̺̘̻̝̘͚̜̹͜͝͠ͅв̢̡ͫ͂ͨ̌̒̆͆ͥ̄ͨͫ̎͆̓͒͒͆̓̌̄̋͐̀͑̔ͥ͂ͮ̓̈ͫ͐͌̋̈́͐̈̐ͩ̒͗̑̽ͦ̽ͤ́̃̅́̀̚̕͢͟͢͟͏̴̶̴̷̶͕̗̖̖̻͖͎̣̦̩͙̝͔͎͍͇̰̠̬͓̳̝̼̳̼̰̥͕͈̟̤̠̮̞̠̟͖͎̝̱͇̠͓̪̘̫̮͈̰̞́͟͢͠͠͡͡а̨̍̊ͣ̋̈̍ͤ̆̍̊͌̽̐ͨͥͯ̋ͥͣ̓̿̇̀̅̇̀ͥ͑̑͐ͭ̅͋ͨ̌͛̔̾̆̓̃ͩͪ͗͋̿́̓̽̚҉̸̶̷̧̧̢̧̰͚̦̺͉͍͚̜̻̗̜̯͓̺͕̰̙͈̪̥̩̣̹̯̦̠̝̗̤͉͍̠̜̲̖̤̹͎̥̰̥̬̻͇̠̹͚͘͘̕̕͟͟͜͟͝͞͠͝͝ͅͅͅт̵̸̸̵̷̧̢ͥ̐̈͋̌̄̏̇̄̍̑ͬ͊ͬ̉ͩͦ͋͑̊ͦ̀̎ͩ̀̒ͨͣͭ̿̃ͫ͗ͪͪ̓ͥ͒̂́̐͌̐̓̾ͫ̋ͥ̚̚̕͟͢͞҉̷̸̵̸̨̢̻̦͉̯͙͎͕̮͎͔͖̲̥̖̱̭͉͇͎̖̳̻̪̺͎̬̯̪̳̙̱̣̭͔̤̪͎̘̪͓̰͍͖̼͙͚̹̫̀͠͠͠ͅͅь̵̸̡̢͛͛ͣ̍ͮͯ̌̔̅͛͋ͮ̐̑͌̇̒̋̎ͯͥ̂ͧ͋̌́̂̂̌́ͭͣ͒̽̍̆̍̒̇͂ͫ̊̿̾̒̒͂ͬͥ̚͜͟͡͝͏̛͟҉͞҉̴̸͙̜͎̮͔͇͓̞̹͖̯̝̭̮͉̰̮̳̲̪̲̪͚̫̖̺̺̜̗̭̩̰͍͈̝͖̙͎͈̖̙̻̙̰̙̫̣̪͇̀͘͜͢͝͠ͅ ̷̆̄ͪ͂͋̒̄̈́̐̽̄ͧ̈́̏̓̎͋ͥ̌ͯ̉̈̀̎ͦ͆ͤ͋̊̂ͩ̔͐ͧ̃̒̈́̀̅̆ͪ̄͌̍ͣͦ̐ͪ͌̿̕͏̵̴̴̢̧̨̡̢̧̡̕̕͘͢͜͢͠͠҉̠̩͎̪̤̘̗̰̣̺̹̠̯̬͙̣̠̰͔͈̹̬͚̳̬̘̹̤͚̫͕̝̹̖̘̪̰̖̯̪̜̬̰̖̙͇̙̣̥ͅ ̴̛ͯ̆̏ͪ̊̈̓ͧ̅͒͋̉̀̓̽̐̊͂ͥ̋̑ͥ̽̌̍̽ͪ̑̽̄̅͒ͩͯͮ̏͋̍̄ͩ̑ͫ̍̅̉ͤ̂͒̚͢҉̷̀͜͟͞҉̀͟͏̷͜͞͏̴̸̧̡̘̳̞͖̫̗̫̘̟͙̗͍̮͎͔̼͚̯̩̱͉̬̦̳̖̟͚̼͈͇̮͎͓̘̮͕̣̤̞̻̞͍̠̜̗̕ͅͅͅͅ ̡̨ͬ̅ͬͦ̇ͧ̂̄͂ͬ̐̽̃̔ͤ̉͋͊͂ͩ͒ͩ̈́ͣ͑̓̑̅͛́̉͌̽̿ͭ̈ͣ͌ͤ̑ͪ̅̋̆ͪͨ̅̿̚̕͢҉̴̷̴̸̴̶̧̡̛́͘̕͟͢͞҉̦̮̘̝̥͖̳̠͎͎͇̜̼̺̺̻̝͙̯͇̻̻̗̫̜̯̺̮̜̼͉̳̘̜̖̠̗̼̻̜͚̬̥̥̜̟͍̗̘͠ ̡̓͂ͨ̅ͣͪ̐ͧ̓ͦ̊ͣ͊̔̂͋ͮ͂̃̾ͨͬͯͭͦ̌ͯ̅͐̔ͭ̇͑̔̄ͪͤͪͤ̉͋̎͋ͨ̿̀ͦ̽̐́͜҉͢͝͏҉̶̴̡̡̕͘͜͝҉̵̧̻͉̠͓̘͚̲̟̳̳̺͈̹̜̙̣͉̻̞̤̖̟̙̬̺̹̩̦̩̯̤͕̦̲̣̳͓̺̹̟̝̹͎̯̲̝͇̺́͟͜ͅ ̸̴̡̢̨ͮ̊ͥ̋̍ͩ͂̾̽ͧͪͣ͌̌͆̾̾͑̾̔̾̽ͯͪ̉̋̑̔̏̉͋ͨ̇̒̈́̉ͬ̈́͗͌͆ͯ͌̅ͩ͊̀̀̚̚͘͘͟͢͞͡͞͡͞҉͞͏͝҉͏̥̹̳̦͕̙̪͕̪͔̣͉̹͙̲̺͙̖̞̬͉͍͉̪̮̪͇̙͔̝͈͔̮̣̖̠̹̰͔̖̹̙̞̗̥̣͓ͅͅ ̵̸̸̷̷̸̶̧̨̡̢̨̛̭̱͚̘͉͇̟̦̝͇̪͕͙͙̬̲͉͍̞̬̟͉̯̹̤̪͎͉͔̝̦̜̯̱̳̺̝̬̝̝͓̦̥̦̣̩̩͉́͌̈͂̏̀̈̎̈́̄̇̃ͦ̀͐̒ͣ̒̓ͤͨ̔̇̊̔̓̆̂ͭ̿͆ͤͣ̓̓͑ͫͬͭ͌͐̉̇͋͛̊͒́́̚̚̕͘͜͜͢͡͠ͅн̵̡̨͋ͤͤ̍ͨ̒ͣͬ̓̂͌̉̓ͮ͑̆̊̄̍͗̌ͪ͛͑̉ͩ̇͐̓́̀́́ͭ͛̿̎ͤ̂̇̆̌̀͑̂ͣ̄̚̚҉̶̸̴̧̀͢͟͜͞͏̷͜͟͡͝͏̸̷̜̥̭͇͙̻͓͓̤̥̣̗̰̹̠̻̘̺̯̜̲͚͕̞̖͓̝̦̫̱̳͈̭̦͎̹̼͉̯̲͈̞͓͉̗̻͉ͅͅи̶̧̉ͭ͒̍̽̿ͧ̋ͩ̾͋͑̄ͦͥ̌̇͆ͦͯͫ̔ͤ̋̊ͮ̂ͮ̽͗̆ͧ͛ͯ̾ͣ͋̓̈̇͆́̾̉̑͌͒̆̓̀͢҉̸̴̷̴̨̢̲̻̬͔̤̥̠̬̠̗̜͙͈̞̫͔͓̝͙͕̥͈̦̦̘̹͔͉̹̮̗̰͓͕͈̣̩̤̭̗͓̻̣͖͕̥̠́́͘̕͘͘̕͘͜͜͞ͅͅ ̶̶̨̛̽ͮ̽̀̑̈́͋̈́ͩͫ̃̈̈́̎̆͂̑̇ͪ͊́͑͒̌̑ͯ̐̋ͭ̇̉̿̋̑ͤ̏͛̈́͒ͫ̎̈͌ͬ̇̈́͋̔̚͟͢͞҉̶̷̡̀͢͝͡҉̩̲̺͉͇̺̮̤̮̱̠̙͉͇̼̳̱̟̺͈̳͕̬͓̮̼͈̝̺̤̼͔͕̩̪̝̖̻͚̫͓̠͓͙͉̹̤̱̥̀͘͠͞͡͡ ̸̋ͭ̓ͣ͗͊ͭͥ̒̑̄͌ͥͫͭ̽̇͛̒͊ͥ̓ͦ̐͗ͤ̐͛͂̓͂͋ͫ̅̐͂͂̑ͣ̄̂ͯ̎̈́̍̅͐ͬ͌̕͜͠͏̵̴̡̡̢̕̕͟͏̶̵̨́͝͏̵̹̹͚͉̰͕̳̯̻͈͖̼͓͈̫͍̙̹̲̼̠̙̮͖̞͕̞̜̰̣̫̣͈̳͉̙͉̮̞̪̲̱̯̫̳͎͓̬͜ͅ ͋̀̄ͭͯͤ͛ͮ̓̎͋̈́͌̑ͦ̏͒̔̒̏̐ͥ̉ͤ̇ͥ͂̇ͮ̇̊̽̽ͩͤ͂̍͒̈̊̉͗ͪ̆̽ͬ̈̚̚͢͡͝҉̴̷̶̵̴̢̢̨̛̠͚̖̩̰̜̤͕̹͚̙̲̘̜͇͔͙͈̰͓̠͔̙̲̖̞̹̱̺̳̫̟̫͚̺̥̬̤̳̱̞̲̖̝̫̙̜͖̘̀́̕͟͟͝͡͡͠ ̷̴̷̷̴̶̷̢̢̨̛̪͇̤̺̠͇͚̪̥̲̳̟̗͉͙̳̙̭̯̞̠̹͓͉̮͇̦̖̣̱͎̩̦͕͈̜̜̘͍͚̱͕͎̩̪̠̠̯͌͊ͨ͑́͛̊̊͊̋̌̎͌̆̇̈͑ͧ̽͊͛͛ͫͮ̐̔̂̓̂̈ͭͥ͊̏ͪ̂̈͑ͮ͌ͬ̑̃ͯ̂́̆ͦ̀̀̕̕͘͜͠͞͝͝͝ ̸̴̴̸̸̵̨̛͓̟̱̭͎̣̲͇͖͖̰̰̹̠̞̯̼̭̬̖̟͉̻̦̺̙̜̭͔̭̪̳͖̼͔̜͔̹͕̙̹͍̫̠̳̫̪͖͑̓͐͌̽͂̄ͣ̉̐͒̄͊̿ͤ̀̏̋̈́̾ͯ͆̒ͫͬ̌̃̎ͤ̿͒ͦͯ͐ͭͥ̍̃̓̋̽̑ͤ͌͆͆͌̀̀̚̕͟͟͜͢͜͝͡͡͠͡͞ ̶̴̴̸̵̷̴̧̨̨̢̨̡̡̨̢̗͔͉̬̦͓͍̹̗͙̤̻͓͓̩̯̮͍̹̪͎͚̙̟̝̰̠͚͍͉̩̱̭̹̠̼̱̙̤̼̺̼̥͚ͣͣ̎̄ͯ͑̄ͮ̈́͗̑́͒̐͛̒͋ͪͭ͆ͥ̑͛̆̌̔ͥͯͩ͋̏͂ͭ̑ͯͭ̒͗̂͂̇̂̊͛̇͆ͣ̀̚͘̕͜͝͝ͅͅͅͅ ̸̴̵̧̢̡̨̢̿ͫ̐̐͗ͬ̄̊ͥ̀̂ͨ̂͗̓̉̐ͥ͛̀ͩ̊͆̏̊ͦ̓ͩ̅͐͑ͧ̾̀͒͂ͨͯͧ͑̉ͣ͐ͧ̉̀̚̚̚͘͡͝͝҉҉̠̜̗̞̰̲͕̙̮̮͕̭̘̝̯͕̝̜̰͎̯̲̞͚̦̝͓͈̰̤͓̟̬̺̫͕̘̭̦̮͇̻̰̖̹̱̣̤̀̀̀͘͜͟͝в̡̡̛͛̓ͤ́̿̅̐̓̀̎͊̒́͐̃̓̾̇̉̓̐̐̆̌̀̒̓̔ͣ̔̍̇͐̋̍ͨ̈́̽̉ͨͦͮ̀̈͑̏ͮ̎̀҉̸̧̕͟͞͏̷̢̡̢̛̛̻̭̯̫̠̦̩͎̫̬̯͎̥̬͍͖͚̳̜̰̣̜͙̪̥̯̞̘͕̦͍̮̻̲̫̳̻̤̭̯̪̼̼̱̪͚̀̕͠͡͝ͅͅ ̴̛̐̎͛̊͂̄ͫ̋͑ͨ̌ͬ̅̋͑̈̓̏̊ͪ͂͂ͤͩͫ̎̆ͧ͐̓̅̆̀̄̀ͫͦ͋̈́̑̆͗ͥ̇̋̊̈́͌̀͟͠͠͏̵̷̵̵̧̡̨̛̫͉̩̺̮͈͍̞̩̫̺̻͇̮͎̻̙̬͍̣͈̜̜̩̮͉̺͕̰̠̬̩̠͈͎͕͓̞͕̲͔̪̜̖͙̫͎̻͘͜͟͝͝͠ ̴̸̵̢̧̨̛̛ͪ̈́̓ͬ̏̂̇̃̓ͣͯͧͫ̎̄̐ͭ̃͋̎̑̿ͯ͋͐ͩ̆̓ͮͫ̊̌̈́̈́̋͒͑̉̍͐̂͛ͪͫ͛̃̄̀̀̚͘͘͜͢͜͟͟͡͝͡҉͈͚͖̯͔̮̺̼̫̠̺̰̮͉͔̠̺̱͓̥̭͙̰̮͓͉̟̥͉͉̱̳̬̮̰̻͎͓͖̣͎̬̫͕̠̼̦͖ ̸̸̷̷̧̡̡̡̛̛̙͖̟̤̳̭̖̹͉̖͓͎̩̠͇̝͓̠̺̻̰̘̝̻̯̣̣̲̖̻̞̗̺̭̞͔̯̻̬̠̖̦̺̭̫̞̜̀͊͆̏̄̀͊̊̔̋ͤ̂͒͗ͬ̌̈́ͨͧͭͨͥ̎̔ͬ̑̃ͦͥͧͨͯ̀̒͑̈̉̈́̈ͦͮ̐̄ͦͥͩ͐̋̀̕͟͜͟͜͞͡͞͡͝ͅэ̶̵̷̶̴̢̧̡̢̡̛̛̛͖̪͈̠͍̝̞͉̤͉͇͎͙͔̣̣͓͇͎̜̘̘͖̤̩̜̦̰̩̪̣̺͇̰̹̳̩̘̠̦̼̩̟̫̯͎̞ͯͤ͌̈́̊͒͛̎̿̿ͬ̑̐̄̆̌ͭͩͬ̒̆̿̽̽̒͛ͩͤ͗ͥ̀͑̀̋ͧ͂̎̀ͮ̇̄ͨͣ̆ͨ͋̚̚͘͘͢͟͜͡͝͝ͅт̷̧̛͑ͤ̅̔̓ͥ͊ͮ́̋̄͌̊ͪ͒ͭ̌ͤ̽̔ͣ̊̂ͮͪ̓͌̽̆̄ͬͮ̿ͤ̔̏̍͗ͬͩͮ̎̃͋͒̚̚̕҉̷̕͢͞͞҉̸̷̴̴̧̨̤̣͙̯̪̹͇̝̪͍̺̗̭̘̺͎̟͍͕̫̜͇̼̣̗̣̲̯̣̣̣̝̟̖̮̦̺̗̫̮̮̞̱̩̟̕͟͢͞ͅͅо̨̨̍̈ͨ̂ͪ̎̇̌̃ͩ̐͒͐̈́ͦ́͐͗͐ͨ̇͋̌͗͛ͬͥ̏̉̐̄ͫ̌ͥͯ͗͛ͦ͊̋͊̂͒̍̾͂́̚̕͜͟͡҉̕҉҉̶̨̢̛͠҉̢͍̩͖͍̠̦̥̙̭̙͍̜̺͎̺͖̺̝͓̠̝̳̠̘̙̮̥͈͖͉̫̥̭̭̬̲̲̲̫̫͉͈̗̳̘͟͡͞ͅͅм͆̔ͫ̄̿́̂ͪͮ͒̑̂̓͑̈̈͒̍͐͛ͪͨ̂ͦͭ͒̍̈́ͧ͐ͪͤ̂̌ͯ̇̂̏͛͂̾ͩ̇ͮ̏̚̕͘͢͏͞͏̷̵̛̛͘͞҉̶̷̴̸̞̘̦̤̦͉̮̲̺̻̮̣̥̖̘̯̲̲̬̻̦̫̤̭͇̘̣͔̮̬͇͇̩͍̺͇̙͉̠̝͓͓͔͚̞̠̜̀͘͟͝,̶̶̷̵̵̧̡̢̨̢̾̎ͩͯ̏͐͛ͥ̓̎̅ͨ̓ͤͭ̑ͥ̿͂ͨͦͥ̽̄ͤ̇ͤͭ͊̒̏͛͐̌ͨͩ̑̓̀̆͒ͦ̿̂̄͊́̚͟͢͢͢͜͡͡͡͞͏̭̜͚͎̹̪̮̟̝̖̪͓̭̼̘͕̤̼̬̦͈̞̼̬̮̗̩̗̤͓̞̠̗͚̦̩͎̝̘̬̠͚̝̩̠ͅͅ ̴̶̶̢̢͛͆̾̆ͬ̓̈̎ͪ̒ͥ̍ͩ̊̉͑̃ͯ̃̀ͣ̔͑̔͋̄ͮͤ̀̑ͯͥ́̓͆̏̅͒̾̔͑͋ͥ͆ͬ̒͊͢҉̸̷̡̡́͢͝͝҉̴̨̛̳̤̫͚̫͎͙͇̤̟̥͖̠̻̗̭͉̜̝̯͓̜̹͉̻̟̳̖̪̠͙͈͖̟̞̥̠͚̳̺̺͕̻͕͙͟͞ͅͅн̵̸̶̢̨̡̨̨̡̛̺̙̳̦͕̠͕̳͖͔̰͕̙͎̥̦̼̠̹̠̺̼̲̘̮̹̬̰̹̦͎̥̗̬̭̝̤̦͉͕̥͖̣̩̎̈́ͮ̑ͮͣͯ̐̓̈́͒̒ͧ̿̂ͩ̈́͐̇̅̑́̎͊̊̓͌̋ͤ̏̋̓͌͂̃ͭ̅̎̋͂ͤ̀ͪ̿̆́́̚̚̕͢͜͜͢͠͡͡͡ͅͅͅи̷̅͑͗͋ͥͧͨ̇̓ͥͫ̿͆̃̃̾ͬ̉̋̆ͧ͆ͩ͋͐̀̌ͭ̋̌̌͆̉̒̋̏́͛́̇̆̌͑̑̅́͂҉̸̷̴̶̸̸̡̡̢̨͙̲̠̪̞̜͈̱̠̫̠̜̥̯͉̩̺̭͎̤̣̫̥̣̯͉͚̮̦̞̳͙͎̝̖̰͈̺̲͈͙͚̰̠̫̤͘̕͢͟͢͜͟͞͠ͅ ̢̆̄̎̔̑ͣͫ̔ͣ̽̒ͬͭ̽̄ͥͦ̂̅̌̓̌́͌̓̓͒̉̓̏ͥ͐̈́͌̃ͧͯ̿ͫ̑̈ͯ̅̇̌̄͛̕͡͏̸̴̵̡̡̧̧̡̛͈̞̤̫̪̞̙̦̱͉̬̰̮͙̗͙̟͍̠̯̙̯͓̤̦̦̱̜̙͙̙͙͓͎̩͇͚̣̞͙̜̦̜͎̮́́́͟͝͡͡͝ͅͅв̀͗͑̆ͥ͆͆ͬ̾̾͐͛ͧͩ͐̾͑̾̇̔̒͒ͩͧ͑͒̄ͦ̏͊̋̀̈ͭ̃ͩͬ̈͌ͩ̈̽ͫ̾̍͌̄͏̛͏͜҉̷́͏̵͢͝҉̷̴̷̢̖͔̫̯̳̱̞̠͎͕̦̲͓̙̞̰͇̳̠͖͈̣̱̖̫̹̺͎͖̯̪̳̠̯͈͙͙̩͇͉͈̜̙̹́͘͘͠͝ͅͅͅ ̴ͭͧ̿͛͛ͤ̔͐ͩͤ̄ͦͣͤ̐̉̽ͧ̓ͣ̓̑̅̉͋͛̆͌́̾̀̐ͭ̽̔ͪ̌͋͂̒̐̄̍̀̉̚͜͏̸̸̡̢̨̡́͟͟͜͢͢͟͢͞͡͞҉̺̜̭̟̲̣̭̖͓̘̜̳͇̘̖͕̠̩̯͓͇͙͎͍͓͉̻̙̺̺̘̭̫̗̲͔͎̝̳̘̪̣͍͔͉ͅд̶̡̇̎ͨ̉̿̔̎ͯͦͦ̇ͣ̒̌̇̔̉͊̌͛̐̓ͭ͂́͊̐ͧ̂͆͆̎̐͋͆ͭͨ̎̎͂̓̐̿̂ͣ́̚͡͏̵̡̢̡̀͟͜͢͜͠͝͡͠҉̶͕̭̻̙̞̥̻̻͓̹̱̹̘̜̱͍͙͓̬̗̲̳̜̯̱͈̣̤͈̤͉͉̦̳̘̦̭̪͎͇͎͎͇̘͜ͅͅр̴̵̵̷̴̸̶̨̛̊ͮ̑ͫ̌̂̈̑͐ͫͣ̾ͩ̈̉̅̉ͦͥ̾̋ͬ̈́̇ͧ̓͆̈́ͣ͊̀ͬͯ̽ͫ͗̍̏͆̾ͯ͊ͮ̈͊ͧ̀́͘͜͟͟͞͠͡͏̷̥͔̣̟͔̥̦͚̞͕̮̥̺̳̹̞̯̠̼̞̠͍̲̪͎̼͎̱̯̰̯͈͉̝̜͔͓͙͔̰͈͇̫̰̰̞͝у̵̶̧̧̧̡̘͍̖̖̖̳̟͍̰͖̮̳͕̯͇̬̻͔̺͎̫͍̦͙͇̱͓͚͓̞̤̬͇͖͍͎͈͇̙̪̥͈͓̤̪̊ͭ̔ͦ̋ͥ̍̀̾̈̎ͯ̍̓̇ͮ̈̅ͬ̒͗͊̇̃̅ͮͪ́̓ͫ̾̓̄̆ͫ͐̄̎̀̓ͪ͗̈́̍̈́̉́̀̀̕̕̕̕͟͡͝͡͠͠͝͡ͅг̨̛̛̛̛͑̒̉͋̂̑̔̄ͧ̄ͭ̊͌ͧ̓͗̽̌ͪ̽ͩ̅ͯ̍̂̅ͯ́̆̿ͫ̌̓̾ͫ̑͌ͮ͌ͯͣ͆̅ͧͮͤ͢͠͠҉̷̡҉̴̡̛̺͈̭̪̥̞͖̘̳̣̮͖̬̲̰̹̞͔͚̜̩̮͍̯̤͍̹̻̥͔̘̜̲͓̪̻̬̥̟̣̰̺͔̯́̕͢͟͞͡ͅͅо̷̷̶̢̧̡̛͔̱͓͙͓̭̱̮̯̗̤͖̟̝̳͔̼̪̹̪͉̝̼̙̥͎͔̤̻̰̪͓̬̖̲͍̱͖̳̳͖̞̱͉̬́́́̍̓̂̏̓̇͆͑̆ͭ͑ͪ̍̌̂ͯ͆̊ͤͭͭͩ̂̑̇̾ͯͨ͂ͮ̽̃̌͒̅̓͂ͯͤͦͮ̈̈́̀́͘͘͘͢͢͟͡͞͝͠͠͞ͅм̵̵̶̷̨̨̛̪͖͖̹̩̭̭̱͔̰̖̤͍̲͓̼̦̱̩̮̙̪̻͚̝̰̘̭̯̦̠͇͚̼̳̹͇̻̮̫̰͉̤̭̯ͭͮ̎ͫ̄ͪ̆̉͒̌͛̒͆̉͂ͫ̿͛̈́̇̎͂̂ͮͨͤ̔̊̌ͥ̓͌̆̿̆̃̓ͨ̈ͪ͋́ͭͧͦ́̀́̚̕͘̕͜͡͝͡͡͝͝ͅ ̷̴̶̷̨̨ͬ̒̉̏ͮ̅͗̾͒̊̅̆ͣ̒̽̋̔̔͑̈́ͮ̑̈́͂ͬ̊̾ͥ̿̐̆ͧ̇ͫ̏͊ͨ̈̀̈́͂͋͊͑̀̚͜͟͝͞͝͏̧́̀͝͏̴̶̙͕͚̩̳̟̠̖̤͔͍̤̠̯̫̪̱̞̯͕̜͔͈̮̠͈̞̺̘͓̮̺̥̬̤̻̬̻̜̖̭͔̮ͅͅм̴̷̨̆ͭ̂̇͆̐ͣ̿ͮ̆̾ͯ͛̈́̍ͤͣ̿̑ͦ̎̒̎̆ͯ́̓͆̎ͦͫ͗̾̇̑̑̿̒ͫ̾͂̾͗ͤ͊̀́͘̕͢͏̢͍̥̗̹̱̦̰͚̟̜̰͚͖̰̺͇̞̳͙̼̹̦̣̮̮̼̣͇̠̟̦̺͙̦͙̜̭̞͔̬̞̼̝̀͘̕͜͜͝͠͝͡͝ͅͅи̸̷̸̧̨̨̛́ͩͬͬ̈̿̆͑̀ͯͭ͋̓͛ͮ̃ͩͩ́ͪ̉̅ͯ͋̂̽͛̿̅̉ͣ͗̉͊̊̔̾ͥ͊͒͑̐̈̚̚̕͘͢͡͏̶̵̧͟҉̨̙̫̙̺̹̣̱̭͉͍̟̟̙̤̯̠̖͚̬̮͕̻̩͙͙̩̹̘̜̬̬̳̯͎͈̗̖̫̠̯͝͞ͅͅͅͅͅр̶̶̡̨̡̨̨̨̛͍͎͎̯͖͈̩̯̺̜͚̣̞̼͚̦̥͙̘̺̖̥̼̯̤̹͍̺͇̪̟̮̣̣̤̗̜̳̤̞̱̗̟͎̀̔̏ͯ̄̉ͫͥ̅ͪͣͭ̽ͮͥ̏̋͋͆͗ͧ̂͗ͫ̃ͫ͑ͥ̓̔̃̋̏̽͐ͮ̏̑̌̅̌ͪ̔̽̀̚͘̕͘͟͢͜͡͠͝͝ͅе̴̅̃́͒̏̿̀͒͊͂͌̆͂ͯ̔̀͐ͯ͂̉̆̆̀ͭ̈́̈ͦͦ̾͋̃̂̅͂̓̔̋͛͊͆͒̾̔̐̀̀̀̕͜͝҉҉̸͠҉̶̶̶̵̢̼͈̤̖̘̹̯̲̥̣͔͖̹̗̙̮͈̖͈̩̪̪͕̹̲̪̱̖͕̫̠͚̬̘̝̗̱͉̪̣̦͈͔̺̀́͘͝ͅ.̋̎̍ͭͨͤ͐̂̉̽ͣͤ͂̂ͧͮ̓ͪͥ͐̍ͯ͋͐̊̊ͯ̑ͭͬ̍̎̂̓̀͂̿ͮ͒ͥ͊̓͑̋̚҉̷̕͝҉̶̵̴̷̷̶̧̢̨̹̹̠̠͖̰͇̥̙̪̺̳̖͖͙͖͔̫̦̬͙̗͇̙̜̜͙͉̖͓̗̙̘̣̖̥̰͎̼̰̤̦̠̬͘͜͟͞͝͡ͅ

̵̛̛̛͆́̄ͧ̓͒͑͊ͧ̅̈́̽́̽̋ͨ̍̍͆ͥͫͣ̈͌ͤͥ̿̅̈́̑̆̏̋̊ͥͦͫ͑̇̀͌̾̓ͪ̏͝͝҉̶̢̨̡̢̻̳͉̲͎͓̣̗̪̟̰̦̜̠͓̙̻̱͇̹͍̱̫̮̮̤̖͉͙͚̰̙͔͚͕̟̥̬͙̤̫̖̭̩͇͘͟͜͠͡͠͞͞—̴̾̃̈̍̌͂̃̓̑ͫ̆̿̒ͤ̃̃͛̐̇̋ͪͣͨ̏ͨ̽ͤ̋̓̾̋̐͋͌̉̐̓ͯ͑ͧ̃̂͗̾̅͞҉̢͘͡҉̵̀͘͢҉̧̛͞͏̨̛͎̘̳̱͙͉̠̱̞̭͖̜͙͙̳̫̙͙̫̘̙̝̞̫̠͇͎̪̘͖̺͎̳̠̻̲̹̼̥̭̗̦͜͠ͅͅͅ ͋ͯ̒ͨ̋ͭͫ̓ͭ̓̀̇̃͑̐̋̇ͤ̎͋̅̇̈́̎̆̈́̄́̂ͣ́ͨ̎̆ͯ̍ͫ̈̔͆̍̓̚̚҉̷̸̶̵̡̧̢͘͢͢͜͢͢͠͡͏̶̢͉̦͖̱̟͎̜͇̥͓̘̹͈͎̬̻̖̤͈̰͔̲̙̱̲̫͓̳͙̟͔̞̳̪̙̪̹͖͓̠̭̦̹͞ͅТ̸̸̸̷̨̢̨̧̧̂̿͗ͪͣ͊̿͋̈ͭ͆͛ͫ͊͛̍̆̈ͪ̄ͥ̂ͬ̈ͧ͂̈́̒̋ͤͦ̇̐ͣͫ̋̈͛͂̑ͮ̂̏́̀̚̕͘͟͡͝͠͠͏̮̳͖̫̼̬̜̮̦̘̥͍̣͉̹̫̳̣͍̬̤̝̗͓͔̖̖̹̪̩͙̗̣̺̫͇̫̺̲͚͠ͅͅͅͅы̸̸̶̢͑͆̊ͣ̃̅ͬ͛ͯ͐ͣ͛̋̓ͯ͂͋ͤ̓ͧ̔ͮ͌̓ͬͬ̅ͨ̃̾̈̅ͫ̈́̆̎̂̉ͨ̓͐͐́́̚̚͘͜͜͡͝͏̸̵̧͓̩̗͚̺̣̤̻̲̼͕͕̮̬̟͍͎̫̲͇͉̟̫͕̟̟͓̩̭̲̤̝̫̰͈̫̙̬̟̮̲̤́́́̕͠ͅͅ ̷̵̶̵̧̧̧̢̛ͮͪ͆ͫͭ̎̿ͪ͆̾̀̆͂͌̈́ͪ̎̓̉̃͛̄̌̽̾͋͛̊ͯ̅͌̂̇̈́ͧ͌͑̾̑͊̉͒̇̓̕̕͟͝͞͝͞͞͡҉͉͇̜͔̰̟͔͓̹̘͎̠̰̱͖͙̫̬̲̭͙͚̙͚̯̠̫̲̫͎͎̭͍̝̜̫͉̟̘̺͓̜̜̺͡ ͦͤͧͪͦ͒̑̓̀̿͆̽̈̿͐ͫͣ̏̐́͆ͨ̂̃̊͗͑̆̃̈́̾̇͋̅ͤͯͫͥ̑ͣͦ̚̚̚҉̴̵̵̵̧̡̧̛̕̕͘͢͡͝҉̨͍̳̤̯̭̹̬͎͚͉̖͍̜̲̣̬̩̟̼̭͙̖̱̰̯̪̥̭̘͕̻̳̪͖͈͔͉͇̩̹̰̭̮̙̀͝͠ ̴̵̨̢̈́̈́ͣ̀̅̔̅ͪ̒̀ͯ͗ͮͣ͒̎͒ͣͪͥͬ̓͂̿ͤ̒ͭ̀ͮ̏ͦͫͦ̒̑̈͛͐ͩ̏̎̎ͪ̉͝͡͠͡͡҉̴̵̶̸̘̜͎̮͔͖͖̟̠͖̫͙͙̜͙̰̲̝͇̩͚̗̺͉͓͔͓̮̮͈̦͈̗̭̦̮͈͙͖̮̭̥͍̀͘̕͠͞͞ͅ ̵̸̷̢̅͒͌̈̾̌̌̓ͨ͊ͧ͌̿ͧ͂̂͂̋̉͗̍ͥ̽̉̊ͤ͛̅̉̑̓͆̑̊ͤͤͬ̋̊̒̽ͣ̏͐͘͞͡҉̴̸̡͘͏͟҉͏̢̢̝͈̟̯̤̥̘̘̹͎͉͉̰͈̮͔̞̻͉͚̞̮̣̙̤͔͙̙͖͙͓̦͕̲̬̟̠̹͓̺̠̩͎̀͜ͅ ̶̨̛̎̍͆̽̂̅͆ͨͯ͂̃̋͆̓͊͆̌̔͑ͦ̄ͯ̏ͣͫ̇̊̓ͣ̄̎̔̉̅ͫ̾͋̆͂̆̀̚̚͞҉̨̢́͠͞҉̵̷̴̢̨̙̗̩̬͎̻͇̳͚͕̥̟̩̰̰̹̮̥̦͈͚̲̮͔̟̙̣͈͔͙̪̤̬̻̹̟̰̭̳͍̝͟͜͜ͅͅ ̶̷̸͒̐̑̎ͤͯͧ̊ͮ͊̈̋͊̆̔ͥ̔̏̂̇̐͒͑͆͌̑͊́͆ͭ͐͒̊ͭ̔̌̓͋ͧͮ͆̊͊̀͢͝͏̸̀͞͏̵̴̨͙̞̰͖̼̘̟̞͓̝̱̟̩̳̖͇͉͖̰̹̳̺͇̮̰̱̮͙̻̫̹͇̯̞̥̘͍͎͈̣̲͖̺́̕͢͟͞ ͒ͨ̿͆̉͂͊̄̒ͪ̀ͩͩ̆͊̋ͧ̓́͌̌̑̓̿̍̆̍̋͗ͨ̑͛̍ͬ̑̀ͥͭ̐ͮ̚̚̚҉̶̵̴̴̡̢̢̨̛̛̜̜̗̭̲̤̝̮̦̘͔̫̩̻̯̣̳̠͇͓̣̜̩̻̫͇͙̼͙̖̟̜̱̬͖̺̞̻͖͙͖͟͟͡͠͡͞͠͞ͅͅ ̵̶̶̛̅ͮ̊̇ͦ̄ͩ͆̒ͦ̌̈́͆̆̑ͤ̃͌̊̈́ͥ̀͌̓͒ͣ̉̽̌̔̑̍̇̈ͮ́̉ͩ̉ͦ͛̇̓͏҉̸̢̛͟͝͝҉̴̨̤̣͓̖̮̣̫͚͎̺͔͉̟̱̗͍̠̱͕͎͙͈̥̪͓̟̣̟͙̯̠͍̻̖̹̠̺͔͎͙͚͘͘͢͠ͅͅ ̴̵̵̢̡̢̛̛̜͍͚̯̣̗͔̩̝̟̰̝̭̻͙̞̙̮͚̣͉̼̟͚̻̥̞̘̲̳͕̟̯͚͍͓̭̗͈͑̾̓́͂ͭͭ̆̒̇̾̍̒̿ͤ̾̏ͤͮͤͧ͊ͨ̂̽̿͒ͩ̉̓ͤͥͮ͐ͭ͐ͨͬ̉ͧ̽́́̀́̚̚̕̕͘͜͠͠͞ͅͅͅͅн̏ͪͥͧ́̓̓̇̄̎̓̊̋̇̍̒̈́̐͒̓̋ͦ͑̾̔ͪ̐̓ͯ̏̃ͣ̏̓̾̑́̑̈́ͯ̅ͦ̍̀͟͢͡͏̧͘͝͠͝͡͠҉̸̨̧̲̺̞̞̣̞̳͔̬͖͙͚̪̯͔̞͓̲̦̙̙͔̺̬͈̩̬͚̪̺̺̠̞̱̗̬̦͕̖͎̹̖̩͘͟͡и̵̷̸̷̵̛ͩ̇̋͌ͭ̀̂ͯ́̄͊́ͥ̃̑̄̎ͮ̀̋̇̽͆͗͗̑͒͆̑͋̆̏̈́͂̎̎͒ͩ͗̏͑͋̀̕͘͝͡͏̵̷̀͠͝͏̶̱̠̻̗͓͙̫͖̟̞̻̲̯̖͇͇̝͙͖̝͚̱̦̺͇̬̺̭͇̫̻̙̪̭͉̬͎̤͍̟ͅͅк̶̵̵̴̡̢̨̢̛̭̘̘̠͓̮̘̰͎̭̙͖̞͚͍̼̣͙͎͉̩̟̗̩͎̦̫̭̬̲̭͈̭̺̭͖̝̻̫͖͙̟̔͐͊ͣ̀ͧͫ̇̉̉ͥͣ̽̽̌ͭ̂͑͒ͣ̒̀̇ͬ̉́ͩ͊̓ͫͮ̃̀̽̓͋̄ͫ͋͆̌́̚͘͢͢͞͝͠͝͞͝о̷͒͗͌̎͆ͩ̊͛ͧͤ̔ͧ͆̉̎̇̄̽͆̈́ͪ̿͑͂̓ͯ̿ͮ͐͆͌ͪ̑ͣ̾ͩ̄̓̎̚̚̚̕͘͏̴̸̸̶̸̡̡̛̛̛̛̣̘̰̭̺͚̥͔̭͎̱̳͕͕̻͔̰͍̥͍̱̞̙͍̳̮̙̞͇̳̯͚̩̥͔̘̮̝̱̪̥̕͟͠͠ͅг̴̸̷̡̨̡̢ͮ̓̿ͦͥ̓ͧ̓ͩ̾͛ͫ̽͐̌ͥͭ̽͂̍̄͒̃ͩ͋ͣ͛̉͑͐ͤ̔̏̏ͬͥ̈̉̊ͦ̎̀́̚̕̕͜͟͢͠͞͝҉̸̝͎̣̯̦͖̳̮̞͙̗͓̩̣̪̙͉̤̣̱̜̻͓̥̝̼̦̳̮͕̣̖̯̥̠̙̪̺͉̹̪ͅд̶̶̛ͫ̿͂̐̒ͦ̐ͣ͊͛ͣ͆ͩ̃̓ͥͥ̆̄͌̔̄͋ͫ̋̓̓̽̍̋̀ͤ̋̐̏ͣ̌̌̈̋̐̚͘͠͠͞͝͏̴̨̨̧̕͟͏̕҉҉̺̘̙̩̘̰͕̲̠̮͈͍̪͔̫̻͖̲̩̹̹̖̟̖̲͖̥̲̫̺̻̲͎͓͎͖̼͉̪̠ͅͅа̀̊̀͊͌ͤͮ̾̄̍̉ͭ̽̊̍̆͂̓̄ͧ̀̑ͯͨ̃̉̽ͣ̄̒̅̍͂͆̂͊̍ͨͪ̌̚̚͏̷̸̵̴̴̸̢̢̀́͘͜͝͠͞͏̛͕̮͍͔̠̺͇̯̲̮̼̘̳̻̪͙̩̹̙͈͚̭̪̮̹͉̲̣͎͙͓̹͇̹͈̼̜̗̬͘ͅͅͅ ̸̵̶̛ͬ̌ͩͮ̽̾̐̏ͨͥͦ̽̏̊̾ͩ̂͋͋̾̈́̊̌̊̉̓̽ͥ͑̑̏͆ͦͫ̋̾̾ͬͪ͂̚͞͏̵̸̶̧̛́͘͟͜͜͠҉̺̟̼̣͕̘͈̩̗͍̦͉͖̖̪̠̗̠͙͖͎̻̹̬̙̹̠̖̣͕̟̣̮̼͔͚̩̬̣͘ͅͅ ̧̡͑̈ͯ̀̒͒ͣ̊ͥͧ͌ͨ͛̄ͩ̀ͨͧ̇ͬͪ͑̔ͥ͒ͨ͐̅͒̔ͤͭ͌̄͐̈̌ͦ͗́̚̚̕͟͡͏̷̵̶̷̢̀̕͞͞͠҉̫̬͎̪͈̰̬̖̙͕͍͍͍̹̼̺̯͇͙̣͙̹̬̙̦̺͉̼̱̜̤̬̜̝̣͉̘̙̹̫͕͡ ̎̌̄͛͂̀͂̽͐̐̆̿ͧ̅͒͌͆̉͌̏͗ͮ͐ͪ̽͐̀̊̒̐̎̋̎́ͨͥͧ̐͆̇̚҉̡̛̛͞͏͘͜͠͡҉̷̧̛͎̣͔͕͈͔̙̱̘͓̬̲̹̬͕̜̟̭̯̰͓͚̫͈̳̺̺̹̯͙̱͚̫̞͖̙̣̺̫̀̕͜͢ͅͅ ̷̵̶̵̷̴̷̨̢̨͔̳̩̰͉̪̖̰̘͎̹̟̤̹̦̼̘͔̞̝͕̟̠̼̲̪̼̳̗̱̝̘̬͚̝͍̺̗̪̩̊͑ͥͩ́ͪ̒ͩ̊ͪ̌̀̿́̋ͫ̽̈͑̈̈́̆̆̒̊ͬ͂͑͆̔̈́̎͂ͣ̀͋͛̾̿̇͒̕͢͜͢͝͝͠͡ͅ ̶̶̷̡̡̨̢̢̺̠̞̯͇̲͉͎͇͖͍̱̻͉̪̫͓̣͙̖̹͈̘̻͕̻̖̱͔͔̰̜͖͎͎̥̭̘̳̰̉͐͒ͣ̓̊ͥ͒ͬͥ͐̄̌̍ͧ̋̈̇ͨͦͬ̾̂̔̔ͭ̆ͪ̓̈̃ͪ͐̋͋̅ͩ̌ͣ͌̚̕̕͟͢͟͡͠͡͝͠ͅ ̶̨̿ͬͣ̉̈́̉ͩͩ̀͒͊̔ͬ͛̂̏ͣ̽͐ͬ̈̎̓ͫͭ̆͆̃̇͑͊ͪ̎ͭ̄ͨ̓͆͐ͤ̚̕͡͝҉̵̴̡̨́͟͝҉҉͘҉̸̣̙̯̝͓̩̞͖͍̹̦̯̳̬̦̹̥̙̹̦̟̪̖̖͔̫̯̖̟̮̳̞͈̙͖͉̠͍͔ͅͅ ̸̵̧̢̧͋̾̾͊ͮͫ̉͑̊ͯ͋̂̓̄̔͌͒ͩͯ͐ͮ͂ͭ͛͑ͨ̑͒ͧ̏̓̽́ͮ̉̑͗ͨ̀ͯ̀͘̕͢͞͝͠͞͏̨҉̷̻͇͕̺̗̮͖̬͈͖̭̭͕͚̪͖̼̙̣̯͚̤͔̞̫͇͖̺̥̪̹̗͇̜̙͉̪̯͖̜͘ ̛͊ͣͬͬ̎̄ͨͦͭ̍ͯͮͧ͑̔̽͛ͩ̂̐̇ͪͣ̒̑̃̏͒̀̎̎ͫ͗̈̽̈̒̓̾̚̕͜͠҉̡̨̧̛̛̀̀̀́͟͡͡҉̫̞͍̮̳̭̬̞̠̹͚͓̥͍͖̼̞̘̘̤̥̼͕͈̻͉̬͚͉͓̼̼͈̻̟̦̰̲͎̖ ̵̷̢̧̛ͥͪ͒͆̃̎͒̈͐͋ͤͯ͊̆ͪͯ̄̉̊̂̆̏͑̂̆͌ͩͩ̍̍ͪ̂ͩ͌̿ͯͭ̈́͊́̚̕̕͞͝͞҉̷̨҉͟҉̶̦̦̲̦̯̲̥̠̟̤̰͍͍̟̼̖̖̗̘̤̻͚̠̱̮̠͖̘̲͍̳͙̭̥̙̳̣͈͙ͅ ̶̶̶̢̨̡̢̨̛̙͍̲̯͈̝̣̮̻̮͓̪̫̜̣̥̤̰̩̳͙̖̰̤̦̺͍̺͙͖̣̼̪̪̱͉̜̘̱͙ͨ̽ͭͣͫͩͩͤͦͨ́͐͂̊̈́̅ͯ̾̽͛͂ͨ̒̑̈́̾̍̎̆̈́̌ͮ̾͂̆ͣͯ̊͑ͤ̀͘̕̕͟͜͟͞͡н̡̧̛͑͛ͥ̈́ͨͦ͑̍ͯ̒ͯͣͬ̅ͩͭͦ̂̋ͩͮ̀͂̑̎̄̒̽́̌̏͂͊̏̾̆̈́̂̓ͭ̕͏̵̢͘͟҉͏̛͘͢͞͏̴̩̥̬͎͕̠̺̘̖̲̘̮͍̤̝̫̟̘͓̙̺̝̱͙͔͎͙͉̪͚̞͚͔͎̣̮͕̬̱͡ͅѐ̶̸̵̡̧̡̡̛̐ͮͪ̅ͬ͆ͭ͌ͪͭ͌̄̒̌̊̆̔͗͋͆̃͆̈͌͋ͪ͒͒̂̾̆̄ͧͫ̈́̄ͮ͂̑́̕̕̕͜͟͠͞͏̡̼̹̤̮̩̼͍͙̼̪̻̣͉̦͈̖̘͕̬̣͓͓͎̪̱̰̠͈̭̦̮̼̠̳̹̲̝̺̘ͅ ̶̧ͯ̒ͦ͆͌̑̅̈̎̀͆̔̀̈́ͪͬͤ̑̈́͋͌̅ͣͨ̉̽̈́̅̋̅̃̈̉͛̽̔ͧ̎͋́͏̡͝͏̴̸̷̴̶̢̡̻̯̤̹̮̟̮̥̘͙̪̰̭͈͉͎̱͚̹̤̬̫̹̝͖̥̭̖̩̹̺̱̱̪̠̪͕͕̀̕̕͝ͅ ̡̽ͧ͆̈̊ͧ̈̂̈͐̽ͣ̒̃̓͗ͦ͑ͩͦͩ͐̊̓́͂̈́͐ͭ̄͒̍̾̊͊̊̾̓̾͢҉̸̵̀͢͡҉̨̢̀́͡͏̸̡̠͇̙̲̼͚̮̺̥̜̣̫̺͍̠̞̬̭̙̯̺͍̻͙̻͙̝͎͍͙͍̥̠̲̪͇̜̗͠ͅ ̔̂ͥ̎̓̐ͮͭ̍̿ͨ̈́̒ͣ͆ͬ̀͊͛͋̐ͪ͌̅ͯ͑͗̌̅̅̂ͦ̓ͩͭ̽̅̽̓͏̷̡̧́̕͘͝͏͏҉̴̡͇̼̰̟͔̗͕̲͓̥̗̮̻̻̖̻͍̞̙̯̻̤̰̼̼̠̟̭̬̗̗̭̭͍̯̦͕͘͘͘͟͞ͅͅ ͂̌̽̂̀͊̏̏̽͗ͭ̀̌̍͗ͧ̇ͦ͆̒̐ͭ̀̔͌̆̂ͩ̔̎̑͐ͪ̎ͥ̋́̀̋́̕͘͘҉̷͜҉̵̷̨̛̕͘͞҉̴̝̻͖̙̤̣̘͔̼͙̪͙̯̱̜̥̦̖̟̰͉̫̣͎͚̰͔̻̭̼̜͚̥̼͓͇͖ͅͅ ̧͗̄̓̽ͥ͛ͨ͌͑ͯͦͤ̋̉̿̉ͨ͌̅̌͛̑ͮ́̓̉ͭ̃ͩ͛ͥͬͤ̀̌͋̃̉̀̚͟͠҉̷̷̶̡̢̛́͡͠͏̵͙̺͉̺̯͎͖̦̹̦̳̞̟̖̜̫̫̰̬͎̰͎̼̘͙̩͙̤͙͖̳̤̙̻̲̹͍͝ͅͅ ̔͆ͯ̊ͬͥ̓ͨ̈́̔̋ͭ̈́̉̏̉̿̿̓ͪͪ́̆ͤ͛ͩ̉ͯ́ͣ̈́ͪͣ̎ͤ̇͐̚̚͢҉̸̧̧̢̨̱̬̻̭̺͚̣̳̱̠̤̣̳̱̬̩͖̟̜͈̤̭̼̼̰̺̲̫̖̭͇̝̦̣̯̗̼̲͙́͘͟͜͜͝͡͞͠͡ ̶̸̷̸̷̢̨̡̨̨̳̼̝̩̻̲̻̤̘͖͎̹̗̘̮̭͚̜̻̟̻̤͙̲̲̫̹̬͚̩̰̙̪̖̙͉̙̐͋̓ͯ̌̌̓̂̽̐̌͐̊ͤ̅̄́̉ͬ̎̆ͧ̾͂ͤ̊̓͑̍͂͗̿̀̀͋̀͛̈̀̀́̀̕͡͝ͅ ̷̢̨ͫ̆̍̾̋ͬͫ͐͆̽̋ͥͭ͗̉́ͤ͂̌̐̎̂̊̉̑̎̍ͧ̈́͗̈̃ͦͩ̀̀̽͒͢͠͝͝҉̶̸̸̧̨̡̛̹̖̭̺͕̹̪̦̜͉̼̠͇̬̼͉͓̱̻̘̤͍̲̯̼̟̣̬̱̯͇̖͓̲̭́͞ͅͅͅ ̊̊͌́̏͛̍͛ͭ̓̒̏ͨ̅ͯͭ̎̔ͧ̔̾ͬͮ̋̉̽ͩͤ͆̃̊̓ͫͫ̔͆̚̚҉̴̸̶̨̢͘͘͜͜͢͢͞͠͏̨͖̪̮̜̭̪͈̤͉̭̦̯͇̝̟͔͉͕̰͍̞̠͕͎͓̻̰̟̥̺̺͓͔̤̯̯̲̼̀ ̵̵̧ͫͤ͗̿͋ͭ͌ͩ̽͂͗̽ͬ͊̍ͧ̔͋ͫͣ̓͆ͪ͑͂̋̾̂͑ͤ̄̏͒̌ͮ͊̓̎́̀͞҉̸̶̵̵̶̧̜̗̜͈̘̝͈̯̤̦͕̩̥̝̯͖̯͎̼̠̙̗̥͙̰̼̮̬̗͈͙̖͖͕͎̤͕̠͘͡͝͞с̵̷̴̡̡̨̧͙̮͖̝̤̫̰̙͖̦̬͙̹̺̪͇͕͖̥̣̣͓͉̩̫̱̩̻̘͕̯͈̙̳̹̬ͥ̉ͯ̇͑̎͋̾͂͑͆̇͌̅̀ͮͫ̓ͮ̋ͭ͂ͨ̈̄͛ͣͩ̾̋͐ͧ̄ͨͧ̀͑̀̀̀̚̕͘͡͡͠͠͡ͅͅт̆͂̓̄̐̽ͦ̉ͬ̾ͦͭ̂͐ͨ͋̆̅͛ͧͨ̆͋ͫ̇̐̋͆͗̈ͫ̋͌̓͌̔͆͏̴̢͜͡҉҉̷̴̸̷̶̵̶̢̢̼̩̝̺̫̮̰̩̲̯͉̪̣̩̝̺̮͚̘͖̻̲̝̻͖̫̫͓̜̗͖͚̳̯̘̙͜ͅа̧́́͗ͮ̌͐ͮ̊ͥ̆ͣ͑̇̏̋̓̓̎͌̆ͭ̎̀ͨͬ͑ͫͩ͂̓ͤ̉̋̾̑͛̚҉҉̸̴̵̢̨̡͔̪̱͍̹͎̣͖͖̻͇͉͚̙͉̱̥͕͕͇͉͚̖͖̤̹̦̙̝̩͚͇̻̗̦͓̪̀̀́̀͘͜͞͞н̶̷ͤ̍͒̓ͧ̃̈ͣͣ̍̓ͨ͂͊̆ͬͤͧ̈́͋ͭ̊̉ͨ̽͂͐̎̋͒̍̒̍̍ͬ̌͗͜͟͢҉̸̷̛̛̙̤̤͖̼͕̞̫̭̟̲̟̹͈͚̼̮̳̠͔̫̩͖̥͇̞̰̗̘̝͓̯̬̜̩̕̕͜͜͝͠͠ͅͅѐ̸̸̸͗͆̎ͧ̆̀́ͪ̓̈ͩ̎ͬ̔̾͆̇̄ͥ̔͌͑ͫ̾͌͌ͯ̅̽̉ͬ̋ͭ̊ͨ͗́̕͜͞҉̧̨͟͞͏̷͍̪̜͈̲̖͕̗̗̞̭̙̼͔̫̲̙̺̘̬̗̟̝͙͉̺̼̘͚̮͔͓̣̹͙̀͞͝ͅͅш̸̶̨̧̢ͮͥ̎̍͌̃̓ͪͦ̽́͒̍͑ͮ̀̆ͯ͊̂̑ͤͨ̇͋͋̉ͤͯ̊ͤ͊̌̓̇ͨ͑͘̕̕͜͢͞͠҉̧̛͔̤̜̘̪͍͉̭͓̪̪̰̥̭̼̞̯̤̰̹̩̩͇̳̲̪̲̹̦̱̹͈̠̯̼̦̩́ь̷̒̋̑̾͒ͦ͂ͤͣ̈́͒ͣ̾ͯ͂͐ͣ͋̉̈́ͭ̈ͯ́ͦ͒ͩͬ͒͐̀͆̏͂̒̚̕҉̴̷̷̴̴̨̛̗͕̭̼͓̙̻̪͎͎̣̯͕͉͉̯͔̮͉̳̗͖̼͉͇̰̭͖̪͙̙̟̦̺̣̯̀́͘͜͢͠ ̵̡̨̡͊ͭͬ̑̌ͬ͂ͣ̆̔ͥ̿ͦ͂͂̍͑̍͛̿͊̎̀̇̾ͯ̂̋̒̐̿͋̆͋ͪ̀̚͟͞҉̴̶̴̢͍̱͔̘̯̳͈̤̙͕̱̳̩͍̟̣̟̻̹̯͍̠̗̰̙͔̟͔̼̪̤̦̹̗͘͟͡͝ͅͅ ̸̴̶̸̢̊̆͑̈̐̇̔͊̆̊̍ͭ͂̊ͨͤ͂̋̍̾̒͂̎̾̈́͛ͯ̈͑͋̍͌̅̀̓̅͘͜҉͏̶̴͕͚̰̰͔͖̹̝͚͙̫̹̬̠̞̩̘̥̝̼͎̰͇̞̹̜̥͎̥̯͉̻̟͎͜͢͡͞͡ͅͅ ͌ͥ̔ͥ̿ͪ̈ͮ͋̿ͪ̆͒͋ͮͣͦ͛ͩ̒̋̾ͨ̐ͨ͂͗͐́͂͌̂̈ͤ̚̚͏҉̵̶̡̢̀͘͘͘͢͟͟͡҉̢͍͕̮͖͚̮̟͈̪̤͖̘̰͚̝̫̬͉̜͇͓̘̣̗̖̲̺̼̙͓̼̪̮̹͇̗ ̴̵̸̡ͮ̑̿̓͐ͬ̅̒̇ͤͪ̈͋̍ͫ̓͌̌̓̽ͮ͆̐̒ͥͥ̍ͮ͑ͣͤ̓̒̓̓̒͝͏̸̴̢̨̨̛̥̣͍̲̯̗̼̜͍͉̟̘̗̱̰͚̠̩̩͚̠͈͕͖̩͚͉̗̦̲̣̳̲̹͎͘͜͞͠ͅ ̉ͪ̑̿ͨ̉͑ͣ̑̐̽̀̏̾̏͗̇̿ͥͪ͋ͮ͂ͦ̀̂ͪ̒̆̈̈́͋̃̓͆͡͏́͏҉̶̷̵̨̡̛͙̩̗̰̖̻̜̜͔̦̹̟͓͕̦̰̗̣͔̮̘̩̞͓̙̻̣͎̱̜͉̝̼̭͎̕̕͟͢͡ ̴̸̨̧̨̛̛̘͉̯͈̪̦̳̮͎͓̫͔̯̭̼̖̜̪͕͉̦̜̠̹̝̠̮͚̯̯̫̹͙͚ͥ̀̂̓͌ͧ̌ͥͣ̇ͦ͐ͯ͗͒̆̿̽̿̔̄̍͐̏ͫ͑̇̾ͣ̂̔͛ͤ͋́̚͘̕͢͢͜͞͞͞ͅ ̴̴̷̴̢̢̡̛̀̃ͯ͋ͪ́̑̀̌̐̽̓͌̀̋̽̇ͮ̊͛̋̑ͣ̑ͯ̂̍͒ͫͪ̒͋ͦ̀̚͜͝͝͠͏͢҉̫͇͚̥̻̮̭̞̯̦̬̯̩̤̲̲͙̯͓̹͓̟̹͖͈̝̱̗̟̳͎̥̺̣͎̕ ̶̶̵̡̨̧̨͖̙͎̫͖̺̼͈͚̰͓̪͙͕͙̲͓̭̹͔̱͖̮͉̗̬̣̞̠̭̮͓̱̝̂̄̑̈̌̏̾ͭ̄̌̽̔̅̆͂͛̄͂̍ͦͬ̂̆̀̾ͮ̽ͦͬ̎ͥ̋͗͆ͩ̀́̀́͘͟͡͡͡ͅ ̸͌̅ͮ͛̑͑ͮͩͬͧ́̐̀̄̓ͣͧ͑̾ͭͬͤ̿͌͗̽͒͑̿̽̓͐̑̚̚҉̶̷̷̡̧̧̰̹̪̜͈̖̬͓̱͚̝̱͇͕͕̻̫̜̯̫̭̱̱͎̦̖̫̻̜̥̝̳̭̀͞͞͞͠͠͡͠ͅͅ ͐́̈́̐̎̽ͤͨͧ̋̈̈͗̈̌̆̔ͩ̏ͯͪ͒́̋͊̑ͤ̊̋̀̾ͣ̀͐͡͏̶̶̶̢̡̧̛͜͡͠͠͠҉̴̩̬̮̯̙̝͈̻͉̝͎͈̱̺͙͙̪̘̲̞̜͚̮͈̱͔͉͔̰͓̺͔͔ͅм̵̛̛̓̔ͬͧͥ͌̍͆ͤ͐ͮͨ̋ͥ̍ͯ̋ͬ̂̔̓̈́ͮ̄̽̂͐ͯ̓̈ͦ͑̑̚͘͢͟͜͞͝͠͏̶̡͉̻̼͚̲̭̭͖̤̣̥̤̙͇̗͙̜̞̺̰̖̗͉̱̞̬͎̠͈͉̟̖͖͟͠ͅо̷̵̶̨̨̛̛̑ͦ̓̌ͫ͗ͨͤ̆̔́̄͑ͫ̋̎̍ͬ̇̈̒ͮ̈̉̍͂ͩ̃ͥͣ̔̇͗̊̕̕͝͏̵̧̡̪̩̩̤͕̗̞̰̜͖̜̱̳͖͕̬̦̮̠̝̩͕͎͍̜̰̙̼̖̩̙̖̀ͅͅе̷̧̛ͥ̿ͮ̃͒̄ͯͩ̐̔̋̐̾ͬ̋ͪ̂͊͂͊̓̇̔ͦ̌ͧ̿ͮ̏̄́ͣ̓̚͠͏̸̶̀̕҉̗̦̞̖̞̙̜̺̯͖̥̣̟̙̜̰͖̫̦̟̼̱͇̭͉͔̪̞̦̱̞̹̝̯̕͟͝͝͡й͗̓̏ͦ͗͐́̽̇̇ͥ̇̄͌̈ͭ̎ͤͥ̒̏͑͂̓̐̍ͨ͊̏͂ͪ́ͤ̾̀̀͏̷̶̷̵̡̛̱͓͚̣͓͉̻̜̮̜̳͎̱̜̞̝̳̫̖̺̳̯̤̳̘̖͚̩̙̘̰̼̀́̀̕͢͞ͅͅ ̵̴̡́ͭ̒ͯͨ̃͒͊͂ͪ̽̈́ͦ̊̏̏̑̃͗ͪ̎ͤͮ̐ͪ̄̇ͣͣ́̅̌́̚̕̕̕͟͡͝͏̵̷̩̲͇̬̪͇͔̦̪̘̗͖̺̟̣̘̖̣̖͍͓͔̲̥̫̯͚̪̮̦̫̱̺͞͠ ̛̛ͫ̈́ͩ̐̂ͥ͌͋ͨ̎̆͆́ͪ͆̒͊̂ͤ̊̂̄͌ͫ͊ͥ͋̍ͮ̊̚̚̚͏̕̕҉̵̵̴̛̗̱̯̫̪̝̮̟̪̲̩̟͖̠͚̯͖͚̱̭̩͖͕̠̩̞̙̮̬̦͇̠̥́́̕͢͟ ̴̶̨̛̛̛͊̔ͨͫ̓͋̎ͮ̌ͥͮ͐̓ͮ̍̇̒ͩ̄ͣͨ͛ͭ͑ͥ͒̈͗̊ͣͤͬ̚̕̕͢͟͞͝͏̡̣͙̤͓̖̻̻̝͓̪̠̪͈̱̦̟͉̦̰̜̻̠̼̭̪̬̘͉͖̱͔͎͎͝ ̶̶̡̨ͬ͋̃ͩ͌ͬ̓ͩ͆ͧ̆ͫ̀ͯͨͯ̓̇ͣ̓ͩ̾̌ͨ̍ͬ͗ͮ́͐ͩ̎̓͟͝͠͞͏̴̷̨̲̭̪̦̖̱͖̭̳̼͚̲͔̫̝͎̳̪͚̩̖̫̜̞̞͇̰̠̺̝̟̬̕͟͜ͅ ̶̨̨̨̧̃ͭ̀͂ͥ̅̈̏ͭͫ̌̽ͣͭ͋ͫ̒̈͗ͬ͌̈́͌̽ͣͦ̅̔̋̅͛̚̚͘͜͏͘͟͝͡҉̡͕̥̻͙͕̪̻̣̥͇̝͖͉̘̩̫̥͖̟̗̳̦͙̻͎̭̲̯͉̥̺͔́ͅ ̴̨̛͐̒̇̉̄ͧͮ̊ͧ̈́̾̈́̿͊̈̌ͪͯ̍̈ͦ̑ͯ͌ͪ̌̅̓̽̄ͥͯ́̀҉̸̵̵̢̛̛͖̩͍̤͓̻̹̤̜̠̬̤͕̗̲̠̦̘̲͖̦̳̦̜̯͔̝̖̠̱͖̞̀͘͟ ̴͗̎͆ͩͥ̐͌͌̊ͮ͂ͫ̈͂͐ͨͬ̏̈ͧ̏̍̔ͯ́̒͂̓ͬ͑ͥ̀̚҉̵̡͏̵̸̧̀͟͏̴̸̴̖̼̟͓̰͕̱̞̥̗͈̘̪̯̼͍̺̼̯̦̖̺͕̻̣̟̜͙̭͈ͅͅ ̸̡̎̄̽̒ͦ̇͌̑̌ͦ͑͊ͭͬͮ̈͑̿̄̎̐̔̅̏ͥͤ̑̊ͩͭ̔̚͞͏̸̸̶̷̧̰͕̪̹̞͈̘͈͙̹͔̻̳͈̬͎̩̲͎͕̙̱̰̞͖̣͈̤͕͍̭́̕͘͢͡ͅу̶̷̡̢̢̉̅ͣ͒ͭͦ̎̉́ͭ̈ͦ̿ͤͫ͑͗̆̔̂̉ͥ̅͌̒̀͋͋̄̐̊̉́́́́͜͝͏̪̜̺̭̗͓̮̝̱̬̙̫͈͖̰̩̟͈̘̟͈̳͙͇͕̬̟̭̙̹͎̯͟͞ч̑̾̀͆͑̊̒ͩ̆ͪͪ̊̅͌͆̒̔̇͆ͧ͊ͣ̆͌̋ͤ̃̽͌ͪͬͭ҉҉̵̴̛̛̛̛̜̯̬͉̦̭̻̲͚̗̟̲͍͖͎̪̹̼̬̞̪̰̻̱̟̼̦̻͉̰̟̹̀̀̕͟͜͞е̷̷̷̴̢̢͈͚̗̘͇̦̖̝͖̰̫̩̞̙̟̲̖̦͕̟̹͕̩̙͙̫͍͇̬̗͑ͮ̅̌͂̑͗̅̎ͨ̐̀̓̐̇̏̈̈̽͑ͩ̒̓͗̃ͯ́ͣ̿͊̈́́̀̕͟͞͠͠ͅн̴̡̧̛̤̻̘̻̜̻̟̣̩̠̣̯̘̗̥̣̙̠̟̘͇̝͇̰͉̫̗̯̺̞̀̀̐͋͂̀ͧ͂ͩͭ̉́̋̄͂͋́͂͒͐̉ͮ̍ͪ̏̎̏͂̇͛̍̀́́̀̀͘͢͢͡͝ͅи̷̷̵̡̢̢̛̛̠̗̙͙̜̮̯̦̻̟̬̻̰̗̣͎̮̤̬̜̘̺̼̯͉̼͔̖̹̝̬̓ͬ̊ͩ̂ͣ̇̅̔ͣ̈́͑ͪ̆ͣ̀̿͌ͣ̒͛ͭ̍̀ͫ̓̔ͧ͛̂̀̀̚͞͞͠͞ц̶ͬ̋̅̊̔͛͒ͪ̏ͤ̌́͆ͫͮ̇͂̎ͮ̓̄̂͋̆ͨͪ̓͛͋ͭͩ͘҉͏̶̸̢̨̜͈̮̝͓̼̟̦̣̥͙̪̜̮̝̻̰͚̞̝̰̝̝̮̣͓̜̭̤̼̞͘͘͘͢͞͝е̷̸̨̡̧͐̔ͭ̊̍ͫ̎̋͛̋͆͗̍ͣ͒̒ͪ̉ͥ̇̅ͭ͌͑̾̄̿̋̌̚̚̕͘͜͡͠͏̙̤̲͕̮̯̬̺̩͔̞͚̭͎̜͉̹̥̞͕͍̖͖͈̟̩̬̣̳̱̀́͞ͅй̸̡͌̾̐̒ͩͫ̽̋͐̀̑͒̒͒͆ͭ̋̊̀ͨ̋̽ͭ̐̋̍̇̄̉́̀̚͢͡͏̴̷̨̡̛̤̩̪̯̹͇̼̟̗͉̝͖̝̟͖̪̹̟̯̼̬̟̤̫͍̹̹̖͖̕͡ͅ.ͯͩ̔͗̌ͪͧ͛̈́ͤͤ̿͐͛̆ͩ̃͗̑͊͛̔̏ͭ̑̒̋ͯͧ͋͏̸̶̢̀͞͏͟͡҉͜͢͏̝̼͕̬͕̞͇͍͕̮͉̦͕̞͈̘̗̤̙̲͇͙͍͚̼͇̟͓̠͓͘

̵̷̧̛̔̈́̒̆̃͛͋̍͋̍͐ͨͥ͆̎̓͛̒͑̍͆͒ͤ̾̓̏͛͒͑̚͘͠҉̡̞͎̣̣̝͍͉̰̠͎̞̩̪͉̙̰̻͖̹̹̱̮͖̦̝̝̥̹͚͈̀̀͟͠͝—̵̷̶̵̶̵̡̖̼̪͍̹̫̭̻͙̹͉͙̻̫̥͚͓̮̹̻̝͓̹̤͍͙̹̖̣̈̄͊̔̃ͦ̈́̆͆͊͗͆ͫ̀̂̽̾̉͆̍̔ͦ̔̑̒̈́̽̽͐͋̀͘͘͢͟͟ͅ ̷̸̸̶̧̛͑̾͊̎̈ͥ̌͒̽̽͒͆́͆̎ͤ́̓̏̍̌ͯ̉͛̍́͐̽̒͢͢͜҉҉҉̢͚̯̱͓̣̺̮̯͇̗̱͓̻̤̟͓͕͓̞̜͍̺̫̼̟͉̜̞̠Я̃ͬ́ͯͭͪ̅ͭ̒̏ͯͫͪͣ̾̏͑̍͌͗ͨͫ̽͌̂̂̓̀̇́҉̨̧́͜͠͡͞͏̵̢҉̬̠̖͈̘̗͓̭͇̞̝̮̣̲̮̹͎͍̺̭̳̜̩͎͈̞̺̲͇ ̵̨̧̛ͫ̀ͣ̂̔̄̐͆̔ͦ͊ͧ̾̾̉ͤͦ̉̀̑̈̆̍ͭ̌̏͐͒̚͘͜͡͡͏̛͕̻̱̥̤̣̻͕̞̝̙̩̻̬̯̭̯̳͈̠̗̼̣̞͖̰͍̭͟͞͞ͅ ̵̷̷̛͂ͭ͑͌̽ͧ̊ͥͦ̋̓͋̃ͥ̾ͭ͋̉͆̾͗ͬ̿̏̅̓̀̚̚̚͡͏̷̴̡̭̯̝͉͔̥̤͎̣̙̰̫̲̱̬̫̣̗͈͈͍͈̭̣̤̠̫̱̗́͜͡ ̸̵̷̢̡̛͓̼̜̗̬̞̗͙͓͍̰͕̻͈̼͕̟̼͔̠̮̬͈̳̙̪̳̗̙ͥͬ̎ͧ́͊ͥͣͧ͌ͭͣ̄ͮ̍̾̏͂̋̇̄͌̐ͧ̍̀̇̀̀̚̚̕̕͜͜͠ ͭͫͣͨ͐ͥ̊ͦ̍ͩ̋́͌ͥͮ͂̎͂ͬͪͧͥ͋́̍͊̒̚҉̶̵̵̡̨̢̖̩͓̻͇͉̩͓̪̗͇̝͉̻͚̦̦̥͔̘̪͉̪͓̬̳̳͚́̀̀͘͡͞ ̵̶̴̧̧̡̊ͫ͌̅̋͂̓ͦ͒ͪ͒ͩͫ̐̊ͬ̈́̄͆̅ͮ̍͌͌̇̒͛͘҉̸̡̪͍̦̗̝̩̯͈̟̲̖̩̰̱̟̮̭̺͔͙̻̝̤̯̺̫̲̬́̕͞ ̷̧ͣ̾̃ͭͭͫͯ͌͗̔ͥͦͮ͗͋ͪ̅ͮ͐̃͛̒͂̎ͧ͂̔ͯ͢҉̴̵̶̨̢͙̞̙͚͖̩̫͎̳̥͇͈͓̙̳̺͈̹̳̻̻͎̞̱̘͚̬̤́́́̕н̸̵̨̡̢͎̯͖̦̮̱̙̼̯͚̹̗̯̥͈͇̟̝͍͔̪͎̥͍̰͙̝̘ͦͣ̓͆̍́̑͋̌̏͗̈ͪ̈́̇ͮ̃̽̌̍̽͊̾͂̇̍ͯͧ̀́̀̕͢͠͠иͬ̒̆͋̈́ͧ̒͒̃̔͛̔̂̍͗̒̍̉̆ͩ̃̆͒̓ͥ͋͛͠͡͏̷͟͏̷̸̸̴̡̝͚̼̠͎̪̙̜̠͎̭̼̯͉͓̜͚̦͙̳̳̬̻̪̼̤̬͢к̷̧̲̻̱̺̳͎͙̰͍̩̦̰͈̘͇̟̳̥̻̟̼̝͙̘̹̲̔͌̅̔̀ͯͪ̓̾ͫ̏̊̓̍͒͊ͫ͋̿ͪ͆̈́̄ͮ̀̆̂́̀́́͘̕͜͟͠͡ͅо̷̶̢̢̡̛̛̼̼͉͔̼̩̯͍̼̻̮̱̳̼̮̘̦͈̬̭͉͓͈͙͎̬̔͋̔ͧ̈́͒ͭ̊̑͌ͦ̔̉ͩ̉̊͌ͥ̓̂̌̍͌̄ͭͧͨ́́͜͜͞ͅг̷̷̴̧̡̢̛̬͖̯͍̠͓͔̘͓̺̝̙͔̥̫̦̳̙̼͎͕͙̺͍̜̰̠̍̅̑ͣͯ͂̎ͥ̿̉ͤ̊ͨ̓ͯ͊͛̏̽͒͊ͥ͛͊̈͒̔́͜͜͝͝д̶̴̷̡̧̛̙̦̜̫̞̼͔̩͕̣̼͍̰̲̰͙̯̺̥̲̙̗̗̬̘̋̈ͬ̎ͨ̆̂͊̽͛͑ͦ̏̍̆̊̈́ͯ͌͂ͪ͊ͨ͆̓͂̀͟͜͡͞͞ͅаͩ͊̿͗̑̾̓̈́͐ͪ̓̀̽ͨ͊̽̀ͮ̀͆͋ͧ̈̊͑̚͏̶̵̴̴̨̧͞͡͞҉̸͕̫̠̩͉̠̻̞͉̥͓͕̮̬̟̞̫̳͕̲̣̼͔̠ͅͅ ̴̴͑ͪ̇͒̎̑ͩ͊̈͛͐ͫ̈́ͩ̌ͥ̑ͤͮͬ̔̐̔̒̀̚̚͠҉̢͍̼̣̳̮͎̺̮̰̳̘̲̹̘̤͕͔̪̞̹̳̳͙̠̲̩̕̕͟͠͞͠ ̶̨̃̇̔͌̀̓̊̂ͨ̅̇́̏̈ͫͥͭͩ̀̍̓̾̇ͪͧ̚͢҉̸̶̀͢͟͞͡҉̥̺̝̲̝̞͍̦̲̰͎̱̬̰̰͔͉͚͉̤̲̠͉̤̮͈ ̡̩̜̻̼͎̫̭̦̙͇̩̮̮̝͙̠̻͍͈̥͈̝̬̥̳̽ͮ̄͊̔̋̌ͦ͆̅ͬ̌ͭ̈́́ͫ̊̎ͯ̓̀ͥ̈́̔̇͗́́́́́͘͘͢͢͜͡ͅ ̷̧ͬ̑̍ͩͫ͆̓͋ͤ̎̅ͧ͐̊̂̃ͫ͌̆̾ͣ́͑͌̈͜͡͏̷̵̨̨̠̲͈̳̼̥̞̞̱̻̣̖̤͈͖͖͍̺̹͍̣͉̣̩́͝ͅ ́͌̆͒́̓͌̏̃̊ͭ͑̈̈́̄̿̉ͥ̉̓̌̔͊̊̌́͞͏̴̶͜͝҉̞̩͚͍̭̖̙̮̺̤͚͍̙̪̟̣̯̙̪̙̺̘̜̗̲͟͞͡ ̷̸̨̨̨͊ͫ̈́̿ͪ̑͆̍ͮ̋̌̿ͨ̑̇͗̓͌ͯ́͊̓̓͗ͩ͜͡͡͝͏҉̟̻͇̜̺̜̬̳̭͓̣͇̯̹͈̱͖̙̞̳͓̟̰͍͉ ̢̌̂̑ͥ̿̂̌̄̏̇ͬ̓ͤ̂͂̾ͪ̽̓ͦ̏ͭͥ̔̽҉̴̵̷̶̧̱͇̟̥̠̣̺̟̠̩͙̗̖̪̠̱̼̬̻̜̻̣̳̤̦͝͝͝͞ ̸̷̨̛̹̫̞̱̖̖̼̜͓̲̦͍̱͍̪̝̜̣̤͔̯̩̠ͭ̅̑̑ͧͬ̐ͧͥ̍̍͊͑̇͑̀͌̉̓ͯ͗ͮͨ̃́̀̕͢͞͡͡ͅ ̷̴̷̶̨̡̛̛͛͗͒̆̄͌͒̋̊̉͆̐ͫ̑̀̾̎̿̔̈́ͨ̽̉̂͢͜҉͙̖̞̤͕̫͈͕̖̞͖̳͉͎͎̟̙̪͓͈̬̯̥͈т̴̡̛̉̿̆̔̈́̉̊ͩ̔͗ͣ̍͋̑ͮ͌̿̓͗͂̓͛ͩ͒́̀́̕͏̴̝̺̲̰̠̠͍̗̥̟̘̙̪͎̳̘̪̙͓̞̼̰̫̣́͞е̶̴̴̴̵̒ͩ͊͐̇̄ͩ̄̑ͥ̽͋̈̿̿̂̎̑ͥͯ̍͒̏́̚͘̕̕͜҉̺͍̘̮͙̞͖͈̜̥̫̦͔̜̝̥̝̜̜̞͓͓̠̗б̴̴̧̨̀ͤ̔̍ͮͮ́̎̔͗ͤ̽͂̇̄ͤ̿̇ͧ̍ͮ͋̈́͟͟͡͡҉̝̤̱̗̬̭̪̻͕̥̭̰̱̭̯̣̜̟̼̲̬̠̮͜я̇̽̿̓͌͐ͫ͆ͬ͐͆̓̒̆̂̿̓̈́̅͑̈̉ͤ͏̷̴̢̧̤͈͈̫͈̗͈͙̱̯̘̣̱͓̹͇̙̜͉̖̻̘̀̕͘͠͝͝ͅ ̵̸̸̡̡͓̺̻̭̭̣͇̜͔̹͕̞̱̟͕̦̘͚͈̠̦̗̲ͮ̓̒̍ͪ̄ͣ͒͒̾͋̾̇̿̽̋̌̓̂̾ͨͩͭ͟͟͝͠͠ ̉͐ͮ͋̏̓̌̂͂ͭͤ̍̓̈́̀̓ͫ́ͫ̎̊̊̚҉̴̡̢̯̠̹͓̬̮͕̥̠̗̰͎̯̜̠͔͙͕͈̼͚̝̀́̀̕͠͝ͅ ̸̴̨͆͗̃̓̃̓̌͌͑̔̒̏̄͐ͨͯͩͩ̍̓̚̚͟͠҉̴̢̠̟̱̹̯̬̫̖̬̠̝͍̘̦̟͈̗̠͍̞̦͉̀͟ ̽̌ͣͧ̅ͤ̀̽̋͗ͯ͛͆́ͬͨͪͦ͌͂̽̚͜͏̸̵̨̧̢̢̥͎̟̩̥̲̲̹͍̱̞̞͙͕̭̭̺͇̮̹̥̩̀̀ ̢̢̢̧̛͔͈͉͕̝̳̟̯̖̙̖̟͕̲̯̯̮̦̖̝͖̟̊̂̊ͦͧͦͥͫ̈́͂ͬͬ̔ͧ͊̏̇ͨ̐͛̐̉̕͞͞͠͡ ̷̴̈͐̒̄̄̐̉̔̍̍͑ͥ̋ͪ͐͛ͥ̈͂̐̎͒̕͡҉̡̳͈̬̪̯͇̞̞͇̬̯͎̬͍͓̳̘̗̪̟͈̞́͡͞͝ ̵͂ͫ̏̍͂ͬͧ̓͊̃̓̄͐̉̆ͩ̀ͯͤ̋̚͏͏͜͏̴̷̡̧͇̥͚̻̪̠̦̣̠̘͕̹͓̙̻̪̠͚̘̟͡ͅ ̡̨̰̲͚̹̪͍̱̼̪̫̹̭͖̺̙̬͓̗̞̙̪ͯ̒̈́̊̍͒ͥ̾̌̈́͊̈́͐ͪ̏̍ͯ͂ͧ̂̓́́́͢͢͟͠͞ ̷̸̶̨̨̠͍̘͉̰̖͇̰͔̣͍̜̖̭̗͕̭̜̰̤͍̔̊͌̌̏͌̑ͪ̊̅͒ͪͯͩͮ̀̄̒͑̀̚͟͞͞͠͞н̸̡̧̛̤̟̰̻̼̰̦͎̟͕̗̹̰̥͙͔̹͓̩̮̏̈͊̽̀̾ͥ̃̿̑́̏͊̆̑ͫ͗͋͂ͮ̏͘͜͜͟͡ͅе̸̽̋̍̄̓ͣͦ̓ͥ̑̓ͮ͐͂͂̔ͣ͂̏̚͝͡҉̨̨͠͏̡͓̳̫͎̮̭͚͙͈̹̹̳͈̱̼̭̗͎̣̳ ̵̵̡̨̢̢͓̞̯̞̩͎͔͙̮͕̙͕͙͔͔͙͈͖̪͐̇̆͋̓̅̿͋̊͐͂͊̑̅͒̓̅̆ͮͤ́͝͡ͅ ̸̢̡͚̪̙̥͉͕͎̜̞̤͇͓̥̜̲̺̯̥̦͈͒͐̈́ͣ̔ͨ͐ͦͦ̀͆ͮ̏̑ͦͪ͋ͥ̉̀̀̀͘̕̕͡ ̶̷̴̴̨̡͐̓ͪ̀ͦ̋̇̓̉̃ͫ͌̓̽̊̓̇ͯ̈́́̚҉̧̬̼̟̤̣̼̼͕͈̺̲̭̦͈̪̣̩͚̥ͅ ̵̵̷̨̢̨̧̧̻̙̬̫̖͚͎͍̥̦͖̗̙̹̳͙̠̋̍ͬ̍̋̀ͥ́͌̌̔̉̔̈́͑ͤ̀̌̚̚͝ͅͅͅ ̷̷̡̳͖̱͉̗͖̦̤̠̲͈̙̜̱̘̝̱̫̐͑ͬͨ̀̐͒̐ͫ̊ͮͩ̈́̇̿̃͆͛ͦ́́͟͢͠͡ͅ ̴̨̿͌̅̍ͣͦͪ̋͒̅ͭ͌̄̾́ͤ́̾̈́͢҉̡̛͜͏͕̳͎͓͙̠͔̯̖̪̟̲̟͕͇̺̟̹̲ ̷̸̧̧̢̏̇ͩ̽̅ͦͣ̅ͦ͛ͬͧ͋̔ͣ̈́̉͛̚̕҉̷̺̤͇̣͎͚̻͈͈̥̜͇̗̤̘̲͖͙͖̕ ̴̨̍ͯ͛̐͗̓͐̇̒ͧͯ̏ͫͮ̄̏͌ͧ̚҉̸̡̛̛̬̫̞̼͓͙̠̖͍͎͙̙̦̬͔̭̞͟ͅͅ ͌̓͑̃ͮ͆̔̓̃̌̆̒̄̑̈́̒͑̾҉́́͏̶̶̡̭̭̲̘͙̝̖̫̗͕̦̟̗̰̻̬̹̘͘ ̴̳̭̝̬͉̺͇̮͎̞̱̬̘̖͔̺̝̠ͧ͛͊̆ͤ̌̀ͨͫͤͥ̆̓̑ͯ̾͑̆̀̀̀̀͟͡͝п̡̢̇͊͌̏ͧ̇̽͂́ͫ͊͊ͧ̐ͩ͆̎̚͢҉̴̷̵͖̳͙̬̪̭̞͇͖̘̜̞͕̯̖̙͝ͅͅо̶̴̡̩̟̩̪̮̱̥͕̲̘̘̱̙̭͚̳̱͙́͌̌ͫ̅̑͆̂ͦ̾͒̎̃͗͑̑̐̀̚͘͢͞͡й̵͗ͪͬͬ̓ͯ͌̋ͭ̂ͩ̋͆̔ͮ̋̍҉͟͏҉̴̛͍̝̘̪͓͔̗̫͇̪̤͖͚̖̦͓̦͡м̶̷̨͈̬͇̜̰̠͓͎͚͎̼̼͓̰̯͕̓̏̆̓̆ͥͣ͊̅̆̌̿ͩͬ̍̅̑̕͢͟͠͠ͅӱ́͒͆ͪ͗̏̆̅ͪ̀ͨ͒̈́͂̈ͥ̔́҉̷̧́͜͡͏̖̹̻̦̙͕͙͍̝̦͖̬͎͕̬̻̬.̵̸̸͈̞̣̣̪̘͎̭̫̯̣̭͕͓̲̤́ͮ̆ͪͩͤ̐̇̾̏̃͆̃ͧ̉́̚͘͘͝͡

̵̢̛̦͚͓̺̹͖̪̣̯͎̝͍̟̯̩̲̆ͫ͊̅ͣͫ͗͐ͮͦ̈̈̆ͥ̎̚͘͢͡͡—̶̷̢̻͚̹̲̹̹̦̰̻͕͉̟̹͓̮̯͐ͤͧ̓ͫ̐͒͊͐ͤ͒ͧͤ͒͆̂̕͞͞͡ ̸̡̨̛̘͍͖͖̺̹̗̳͓͍̪̰̙̼̩̗ͫͪ̓̒̎̎ͦ̎ͤͭ̃ͪͮͣ̐̌̀͢͞И̡̧̧̳̟̺͔͈͈͖̫͉̩͉̟̪̊ͥ̉̑ͦ̌̉̐̔̇̍̌́͗̽́́̕͡ͅͅ ̛͊̽ͯͬ̓̿̎̊ͩ̔̒ͮ̑̅̀̚͘͢͡͏͏̮̬̮͇͇͎̲̜̰̩̪͉͖̟̙ ̴̴̵̞̘̬͕͉̣̣͉͙͈̬͓̲̰̤ͯͨͦͪ̎̾ͫ̊̅ͦ̀̑͊̊͆̀̀̕͡ ̴̇̔ͯ͆ͮ͌̿͋̍̋̆̈́́̂́̚͢͢͝͞҉̯̭̰̼̙̦̻̜̖̠̳̘̫̤ͅ ̆̇̽ͮͭ̑̊̉̑̾͒ͯ͒̏͏͢͏̛҉͍̙̦̫͓̜͖̲̖̗̦̟̞̗͜͜ ͤ̓ͯ͂ͮͯ̓̋̐ͣͨ̈ͩͬ̀͏̴̵̡̟̪̫̲̥̟͍̦͔̜̟͍͘͠ͅͅ ̷̵̶̡̳͈̠̩̫͚̭͙̤̪͙̥̟́͛̈ͩ͌ͧ̃ͦ͋ͦͯ̈ͧ̇̀͠ͅ ̵̵̨̡̢̮̱̰̱̹̖͕͙̖̫̼̞͖̀̾̇̐̉ͨ̾ͭ̅̏͆͊̑ͩ̕ͅ ̴ͯ̈́̿͆̏̌͂̏͗ͣ̾ͤͫ̀͏̸̛̘͙̯̱̱͈̩̳̙͍͖̲͢ͅ ̶̛̛̩̳̙̺̳̗͇̜͖͖̙̹̬́͛ͪ͆͑̎̎͑̑̀̈ͬ̚̕͠͡т̢̧̯̞̜͎̜̰͙̦͚̻͔̊ͬ̋ͪ̉ͮͩͤ̑̊ͮ͒ͮ̕͢͟͝ͅͅы̵̨̩͖̻̰̭̙̙̝̖̮̙̩̰͂̓ͨ̍ͨ̐̏̓ͣ͒̈̎ͮ̀͢͢͡ ͣ̍̔̌̌̊ͧ̌̎͒͋̾͡҉̶̸͟҉̪̝͚̻͎̩̫͚̻̲̩̤ ̶̸̛̔̋̽͊̈́ͨ̇̉̒̂̉͂́̀͏̤͙̼̭̝̩̺̯̼̙͔̫ ́̈ͯ́̃ͮ͋͛ͮ̀̏͌҉̛҉̸̷̰̖̩̟͔̤̗̤̫͉̮͢ͅ ̸̨̝̦̦̙͖̙̙͓̗̦̙͕͑ͤ̉̍̌͗ͦͨ̂̈́̄̚͟͟͝ ͪͨ̀̓̄ͦ̊̈́ͭͪ̓͏̷̢̺̦̺̫̱͚̻͚͈̫̗͜͝ ̷̧̰̪̹̦̠̣̠̰͎̯̰̀̀̈́ͬͯ̏̽̑ͧ̽̉́̀͝ ̴̡̧̛͇͍̩̮̯̼͕̗̺̝͔̓̉͛̋͗͐ͮ̑̆ͧͣ͠н̵̴̏̇͗̊̒̌̊͋͊́͑͏̡̖̟͎̗̪̣̬̹̻͜ͅͅи̣̤̲̹͔̪̱̼̘̘ͭ͋ͣ͒̇̾͐ͯ͊ͤ́̕͟͜͝к̧̊̿̀͂ͩͧ̾̐͑̃͜͏̛͖̝̪̝͇̪̠͈͎͙̀о̵̡̡̧̛̫̞͔̤̱͎̭̝̱̦͆͌ͩ͆ͮ͒͒͗̚̚г̵̵̢̟̥̖̱̖̠͕̫̘̤̀͋͂̓̓̌͐ͣ̂̎̀д̷̡̛͎̖̯̞̯͍͓͔̓͑ͥͧ͌ͥ͛͂̓̕ͅа̷̷̼̤̭̭̭̦͎̼̫͗̆̇̄̋̄͌̊͑̀͞ ̧̧͍̞̝̳̺̯̭͓̟ͨ̃͒̊̄̆͆͆͊͜͠ ̨̧̪̯̥̬̱͓̜͍̾ͧ͋͌ͤ̀̎̄̕͜ ̵̵͕̼̼̯̗̰̯͂̅͛̎ͫ̒̾ͥ͡͝ͅ ̛̮̭̦̪͚̮̩̲̎̅ͫ͒ͥͣ̂͌́͘͟н̸̭̘̼̙̩͔̲̹ͫ͒̓͂̋̓̔ͬ̕͠͡ӗ̴̢̤̼̰͚̯̮̮ͮ̑̋̒̉ͣ͟͠ ̨̮̠̫̜̙̩̊͆͆ͮ͛̊͂͘͞ͅ ̷̧̻̞͔̟̫͈̞ͦ̓̎͌̒̎̄́ ̴͓̬̼̣̘͉̩ͯ̏͒̂ͩ̇̚͜͢ ͎̰̬̺͎̦ͨ̔ͫ͆̆̂͡͝͞б̶̵͕͔̙̪̼̜̊̅͆̽͒͌͞у̵̡̰̠̬̳̭͍ͪͫ̍͋̑̈́͘д̛ͭ̉͌ͬ̽̓͟҉͍̮̯̪̝ͅе̸͕̹̙̘̬̐̓̐͗̔͝͡ш̴́̑ͧ̽͗͟͏̣͉̱̬͓ь̵̶͎̳͔̹ͧ͒͐͋̚ͅ ̧̩̺͙̰̆ͯͩ̔͞ ̛̹̗̞̥͛͊̇̋̕ ̵̘͍̰̳̌̅̇ͧ͝ ̡̘̤̖̤̂͛ͧ̔͘с̫̭̫̈́̋́͟͡ӵ̶̮̹̳́ͣ̑͘а͑͊̾͟҉̠̹̘с̛̲̣̽́͌ͅт̛̱̞̇̚л̨̹̲̅ͥи͚͔̾ͪ̕в̴͓̫̈́͗а̡̪ͤ.̧̺̈

̫̊͡

## 23 - Сжечь

Глава двадцать третья

Сжечь

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Спокойствие было практически потеряно. После возвращения из Эквестрии мир стал жестким и холодным. День ото дня все казалось лишь более и более мрачным, и Сансет оставалось только гадать, почему она вообще заморачивается.

Дни летели друг за другом. Сансет делала то же, что и всегда, и только потому, что всегда это делала. Она даже не вспомнила, что произошло. Она разговаривала со своей заменой, затем услышала голос Селестии. Следующее, что она помнила, как она лежит на своей кровати в Новых Горизонтах, уставившись в потолок. Только потом она узнала, что между этими двумя событиями существовал трехдневный разрыв.

И еще была вибрация. Куда бы она не пошла, та следовала за ней, больше не ограничиваясь книгой. Постоянное эхо, напоминающее о мире, который бросил ее, фальшивое обещание, что кто-то тянется к ней. Вибрация останавливалась только на время, достаточное чтобы Сансет привыкла к тишине, прежде чем вновь неожиданно объявиться.

Были и другие проблемы. Несмотря на то, что она всячески старалась избегать их, иногда зеркала заставали ее врасплох. Шел последний на сегодня урок, и девушка, сидевшая перед ней, воспользовалась карманным зеркальцем, чтобы подправить макияж. Сансет этого не ожидала и среагировать не успела. А стоило взгляду зацепиться, и отвести его становилось невозможно.

Зеркало идеально отражало окружающую обстановку. Ничего такого, чего быть не должно, лишь девушка, наносящая помаду, да парта Сансет позади нее. И все. Там, где должна была находиться Сансет, виднелся только пустой стул, на котором она сидела.

Отсутствие собственного отражения пленило ее настолько, что она даже не осознавала, что пялится. В конце концов, другая девушка все же заметила это. Она обернулась и бодро спросила, нужно ли что-то Сансет.

Сансет что-то ответила, но так и не вспомнила, что именно. Что бы она ни сказала, это заставило другую девушку перестать выглядеть такой веселой и отвернуться.

Остаток урока пролетел незаметно. Учитель продолжал рассказывать о предстоящих контрольных или о чем-то таком. Трудно было сказать наверняка, Сансет могла уловить лишь отдельные слова. Другие ученики, похоже, делали заметки. Сансет задумалась, не стоит ли и ей этим заняться, пока не поняла, что уже все сделала. Она посмотрела на то, что написала.

Я больше не нужна. Я больше не нужна Эквестрии. Я думала, что иду домой. У меня нет дома. Я не заслуживаю дома. У меня ничего нет. Я никто. Я всегда буду никем. Я больше не нужна.

Сансет продолжила писать в тетради.

Через интерком раздалось оповещение, предупреждающее всех, что сейчас прозвучат послеполуденные объявления. Заместитель директора Луна всегда заканчивала этим день. Но Сансет слышала другой голос.

— Сансет Шиммер, — сказала Селестия через интерком. Сансет уже знала какая это была Селестия. — Не думай, что ты принадлежишь этому миру больше, чем моему. Ты никогда и нигде не впишешься, никто не захочет быть с тобой.

Сансет кивнула. Она знала, что это правда.

— Мне бы хотелось избавиться от тебя. В конце концов, я уже нашла пони, которая превосходит тебя во всех смыслах. Но я за тебя ответственна, и я выполню свои обязанности. Приходи в актовый зал. Я буду ждать тебя.

Интерком замолчал, и ученики начали подниматься со своих мест. Учитель что-то сказал им, когда они покидали класс.

К тому времени, как Сансет собрала свои вещи, большинство учеников уже убрались восвояси. Запихивая свои конспекты в рюкзак, она заметила цветок на полу. Она подняла его.

Это был изящный малиновый цветок с тонюсенькими тычинками. Сансет сразу же узнала его. Это был ее любимый.

Когда она встала, то увидела еще один. Потом еще. Не обращая внимания на остальных учеников, Сансет последовала за ликорисом в коридор. Они указывали ей путь, и Сансет продолжала идти.

Ликорис радиата прекрасны снаружи, но это лишь часть их очарования. Они использовались людьми для различных целей, но также очень ядовиты, если их съесть. Из-за этого их нарекли цветами смерти. Сансет уверенно пошла за ними.

Они росли все гуще, пока весь пол коридора не превратился в кроваво-красную реку цветов. Сансет продолжала путь. Они вывели ее на улицу и усеяли весь школьный двор. Однако теперь не они привлекали внимание Сансет.

У основания статуи сидела пурпурная единорожица. Она оглядывалась вокруг, кого-то разыскивая. Как только она заметила, что Сансет идет к ней, ее улыбка подтвердила, кого именно.

— Привет, Сансет, — жизнерадостно сказала она. — Принцесса Селестия рассказала мне о тебе, и я поняла, что должна увидеть тебя сама. Тебе действительно стоило представиться получше, знаешь ли. Нам так много нужно обсудить!

Сансет молча уставилась на маленькую пони. Та была намного меньше человека или лошади, едва доходя Сансет до пояса.

— Я думаю, будет лучше, если мы сразу расставим все точки. — Единорожица встала перед ней. — Держись-ка подальше от Принцессы Селестии. Теперь она моя, и ей гораздо лучше без вечно обсирающейся тебя, проебавшей все что только можно.

Сансет опустилась на колени, чтобы быть на одном уровне с пони.

— И теперь, пока мы это понимаем, я думаю, что мы станем лучшими друзьями! Принцесса Селестия сказала мне, что ты не очень хорошо ладишь с друзьями, но это нормально. Я уверена, что если ты последуешь моему примеру, мы просто…

Сансет обхватила руками шею Твайлайт. Она толкнула единорога на спину и навалилась своим телом сверху, сжимая изо всех сил. Это было легко. Твайлайт пыталась оторвать руки Сансет от себя, но копыта не отличались цепким хватом, и Сансет была намного больше. Это было легко и охуительно приятно.

Мало-помалу ее движения замедлялись, пока Твайлайт хватала ртом воздух. За пределами Эквестрии не было магии, и некому было ее спасти. Сансет улыбнулась, когда она наконец перестала двигаться. Это был первый раз, когда она улыбнулась, с тех пор как прошла через портал.

Все кончено. Твайлайт Спаркл мертва, и она больше не сможет затмевать Сансет. Сансет пошевелила руками, они все были в красном. Он покрывал и шерсть Твайлайт, окрашивая ее в идеально лавандовый цвет.

Но это была не кровь. Это куда лучше. Сансет и Твайлайт были покрыты лепестками цветов. Сансет все еще держала один в своей руке. Ликорис радиата прекрасны снаружи, но это лишь часть их очарования.

Сансет взяла лепесток и положила его себе в рот.

Вибрация возобновилась снова, и Сансет почувствовала, что на ее плече лежит чья-то рука. Она моргнула и пришла в себя. Она находилась во дворе школы, но цветы исчезли. Мертвой пони не было. Она даже не сидела на земле.

Сансет стояла перед статуей, вглядываясь в ее зеркальную поверхность. Отражение, глазевшее оттуда, было ее собственным, и в то же время не ее. У нее была темно-красная кожа и кожистые крылья, как у летучей мыши. Ее волосы и платье горели огнем, а глаза отсвечивали черно-зеленым. Она видела в зеркале демона, а демон видел ее. Она видела, как огонь обретает твердую форму.

Послышался голос. Сансет обернулась и увидела Флэша. Он улыбался. Он разговаривал с ней. Что он говорил? Что-то насчет уверенности, что он найдет ее здесь? Сансет тоже что-то сказала. Он хотел, чтобы она пошла в актовый зал. Она последовала за ним, не задавая вопросов.

По дороге он улыбнулся и протянул руку. Сансет взяла ее. Она уже привыкла к этому контакту, и он больше не вызывал у нее неудобств. Поэтому она отпустила его руку и вместо этого обняла за талию. Он последовал ее примеру и положил руку ей на плечо, и все это время он не переставал говорить.

Так-то лучше. Чем ближе к нему она была, тем менее непринужденно себя чувствовала. Держаться за руки было уже недостаточно, и даже прогулка бок о бок, полуобнявшись, почти ничего не давала. Тем не менее, это заставляло ее чувствовать себя немного неловко, и это было хорошо. Это был настоящий дискомфорт. Что-то, что она могла понять. Что-то, что могло отвлечь ее от происходящего вокруг. Она пыталась сосредоточиться на нем, но вскоре начала привыкать и к этому.

Они вошли в актовый зал вместе, но там им пришлось расстаться. Сансет не знала почему, но знала, что это необходимо. Флэш собирался сидеть в толпе, а Сансет отправилась за кулисы. Она была уверена, что причина этому имеется, просто не могла вспомнить ее.

Флэш одарил ее улыбкой и поднял вверх большой палец, когда уходил, но Сансет уже двинулась дальше. Свою задачу по отвлечению Сансет он более выполнять не мог.

За кулисами Сансет была вовлечена в разговор с заместителем директора Луной. Та обращалась сразу к нескольким ученикам, в том числе и к Сансет. Очевидно, она гордилась ими, но Сансет до сих пор не понимала почему.

Один за другим ученики направлялись на сцену. Там стояла директор Селестия, и она встречала каждого выходящего ученика. Одна и та же процедура для всех. Ученик вышел на сцену, Селестия что-то сказала, зрители зааплодировали, и Луна отправила следующего учащегося.

Очередность выхода устанавливали по классам, старшие шли первыми. К тому времени, когда настала очередь Сансет, три четверти студентов уже вышли. Однако она стала первой вышедшей первокурсницей, и она была уверена, что это имеет некое значение.

Когда Сансет вышла на сцену, то увидела перед собой всю школу. Она еще никогда не находилась перед таким количеством людей, но не стала слишком об этом задумываться. Она прошла вперед и заняла свое место рядом с Селестией.

Селестия повернулась и улыбнулась ей. Их улыбки слегка отличались, что, конечно, облегчало задачу. Как Сансет могла принять эту жалкую имитацию за настоящую принцессу?

Селестия вручила Сансет табличку. Довольно простую. Логотип старшей школы Кантерлот выгравированный на золотистом металле. Еще там были слова, содержащие ее имя и поясняющие, что это “Награда за Светлое Будущее”. Сансет не смогла вспомнить, когда ей сообщили, но она откуда-то знала, что была номинирована на нее.

Принимающая награду Сансет стала сигналом для Селестии. Она начала короткую речь о том, как она горда, и что Сансет несомненно далеко пойдет. Сансет не слушала. У нее в голове звучали другие слова Селестии.

Никогда не теряй свой огонь, моя одаренная ученица.

Сансет оглядела толпу. Они вежливо аплодировали, когда Селестия закончила свою речь. Сансет посмотрела на них и осознала, что этого недостаточно. Она могла бы получить большее. Она получит больше. Этим ученикам нужен только правильный толчок, и они склонятся перед ней. Они бы обожали ее гораздо больше, чем Селестию.

Или, если Сансет захочет этого, они будут ее бояться. Многие ученики в средней школе Эверфи боялись ее, но этого недостаточно. Теперь она это видела. Эти ученики наверняка знали ее. Сансет надоело прятаться в тени, если они не начнут любить ее, то будут бояться.

Но все закончилось также быстро, как и началось. Сансет знала, что должна делать, даже если не помнила, как и кто ей об этом рассказывал. Она прошествовала туда, где стояли другие награжденные ученики, а Селестия объявила следующего лауреата. Сансет была уверена, что аплодисменты звучали тише, чем для нее.

Пока остальные заканчивали, вибрация все усиливалась, и Сансет даже забеспокоилась, что кто-нибудь еще сможет это услышать. Как они могут не замечать? Она же повсюду. Но никто не реагировал, поэтому молчала и Сансет. Она должна покончить с этим.

После завершения церемонии она не стала терять время. Идти ей было некуда, но куда-то пойти все же необходимо. Ей нужно избежать этой ужасной вибрации. Она зовет ее, она хочет обмануть ее.

Больше Сансет ничего не ощущала. Только вибрация. Вибрация оглушала, а все ее тело отзывалось болью.

Вот поэтому она так долго не замечала. Еще одна вибрация, но на этот раз у нее в кармане. Это развеяло туман в голове Сансет, и она поняла, что находится за пределами школы, сидит на траве. Она расположилась в стороне от здания и не могла отсюда видеть статую.

Сансет достала телефон, который приобрела со своей последней получки. Это было новое сообщение от Флэша, он спрашивал, где она. Похоже, они должны были встретиться после церемонии. Сансет ответила ему и убрала телефон.

Она закрыла голову руками. Вибрация притупилась, но все еще присутствовала. По крайней мере поблизости не было других учеников, но она все равно видела их вдалеке. Все они казались такими счастливыми, и Сансет не могла понять почему.

Когда Флэш нашел ее, он выглядел раздраженным. Он пытался сказать что-то о том, что она сбежала без него, но она оборвала его, обняв и положив голову ему на грудь. Сансет не поняла, что он сказал, но в его голосе слышалось растущее беспокойство.

Сансет посмотрела на него и не смогла определить выражение его лица. На самом деле это не имело значения. Она закрыла глаза и прижалась своими губами к его. Не то чтобы они никогда раньше не целовались. В конце концов, они встречались уже несколько месяцев. Но Сансет всегда приберегала поцелуи на прощание, и обычно они были короткими.

Это стал совсем другим. Сансет нужно было за что-то держаться. Нужно что-то, что вернет ее в реальность. И если единственный способ, который у нее есть, это ее собственный дискомфорт, тогда она его обеспечит.

Сансет толкнула Флеша к стене, накрывая его тело своим. Пока они целовались, Сансет чувствовала себя лучше, чем за весь день. Она даже начала осознавать, что понятия не имеет, что делает, и что если бы Флэш был чуть более опытным, он, вероятно, нашел бы ее попытки целоваться нелепыми.

— И что это было? — спросил Флэш, когда они закончили.

— Ты что, жалуешься?

Сансет услышала свой ответ. Это был первая вразумительная беседа за весь день, и одна из немногих с тех пор, как она вернулась из Эквестрии. Оказалось, что влюбленный парень все еще может оказаться полезным развлечением, и Сансет наслаждалась тем фактом, что единственный шум сейчас исходил от других учеников.

— Нет, вовсе нет, — Флэш ухмыльнулся. — Я просто удивлен и не прочь узнать, как это снова провернуть.

Сансет хихикнула.

— Ну, школа уже почти закончилась. И я думаю, что летом у нас будет гораздо больше времени, чтобы провести его вместе.

— На это я жаловаться не стану. — Флэш махнул рукой в сторону задней части школы, где стояли автобусы. Точнее должны были стоять. — Ты тут уже давно. Твой автобус уехал.

Сансет посмотрела на стоянку пустовавшую, за исключением нескольких зазевавшихся учеников.

— Да, наверное уехал.

— Давай пойдем ко мне домой. — Флэш протянул руку Сансет.

Рассудив, что не может отказать ему в такой простой вещи после того, что только что произошло, Сансет снова взяла его за руку, направляясь к выходу.

— Эй, эм… — Тон Флэша снова наполнился беспокойством. — С тобой… все в порядке? В последнее время ты какая-то… отчужденная.

Сансет нахмурилась. Хорошего результата от этого разговора ждать не стоит.

— Я была… Я не знаю. Последняя неделя была довольно дерьмовой. — Она посмотрела на него и ободряюще улыбнулась. — Но я думаю, что сейчас все позади.

Флэш тоже улыбнулся. Он так надеялся на положительный ответ, что, похоже, даже не собирался задавать вопрос.

— Отлично. Но ты знаешь, я всегда буду рядом, если что-то понадобится.

— Я знаю. — Сансет не сомневалась в этом. Не сомневалась она и в том, что скоро он снова понадобится ей. Сейчас все хорошо, но она знала, что это ненадолго. Существовал серьезный риск, что она снова превратится в зомби еще до конца дня.

Тем временем все вокруг нее продолжали вести себя так, как будто все было в порядке. Даже лучше, чем хорошо, все вокруг нее казались чертовски счастливыми. Сансет не могла этого понять.

Сансет ушла в другой мир. Теперь она без сомнения знала, что она не человек. Что она не принадлежит этому миру. Кто-то другой занял место, которое по праву принадлежит ей, и теперь все не так, как должно быть.

Она придумывала самой себе занятия, отвлекаясь от негативных мыслей, перед тем как пройти через портал. Но теперь этого было недостаточно, пришло время настаивать на большем.

Пока они шли по школьному двору, Сансет разглядывала окружающих учеников. Она многому научилась за первый год в СШК. Она знала, как это работает: каждый был в своей собственной клике, но они легко смешивались. Впрочем, это несложно изменить. Им просто нужен правильный толчок.

Сансет могла сплотить их сильнее, чем когда-либо, или она могла разъединить их навсегда. В любом случае она возведет себя на вершину. Это может быть нелегко, но у нее есть время. Портал закрылся и не откроется до ее выпускного. Оставался только один вопрос, каким правителем станет Сансет?

Ее внимание привлекли пять персон. Их было трудно не заметить из-за шума, который исходил от Рэйнбоу Дэш. Она радовалась окончанию учебного года, а Пинки Пай присоединилась к преждевременному празднованию. Всегда выступающая голосом разума Рэрети напомнила им, что экзамены продлятся еще нескольких дней. Тем временем Флаттершай и Эпплджек просто смеялись над их выходками.

Все они выглядели такими счастливыми. Как будто просто быть рядом друг с другом это лучшее, что есть на свете. А потом Эпплджек увидела Сансет, улыбнулась и помахала ей рукой. Это была та самая идеальная улыбка, которую память Сансет пронесла сквозь года, которую она не показывала с тех пор, как они оказались в СШК. Но Сансет знала, что это не для нее. Эта улыбка предназначалась только настоящим друзьям Эпплджек.

И Сансет в этом не сомневалась. Она собиралась править школой и собиралась сделать это по-своему. Все были охуительно счастливы, все, кроме Сансет. Она наблюдала, как Эпплджек повернулась к своим друзьям и сказала что-то, что заставило всех остальных рассмеяться. И Сансет сразу поняла, что если она собирается разъединять школу, для этого существует лишь одна точка старта.

Сансет не потеряет своего огня. Она не может. Она найдет свой путь к вершине, и каждый будет знать, что стоит бояться ее имени. Другого пути нет. Сансет Шиммер сама стала огнем, обретшим твердую форму, пришло время всем остальным сгореть.

~ Конец III Акта  ~

<< [начало] >>

От автора:

И вот завершаются Третий акт и первый год Сансет в СШК. Вот музыка для конца акта. Mumford & Sons — Broken Crown

## 24 - Место которое можно назвать домом

Акт IV

Поглощенная огнем

Глава Двадцать четвертая

Место, которое можно назвать домом

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Наконец-то время пришло. После ожидания длиною в жизнь, это, наконец, случилось.

“Не всю жизнь”, — напомнила сама себе Сансет. Было время до Новых Горизонтов, целая жизнь, проведенная в другом месте. Даже после всего пережитого, Сансет все равно приходилось время от времени напоминать себе об этом.

Возможно, именно поэтому она до сих пор не может оставить все это позади. Но когда она положила последнюю коробку на заднее сиденье машины Флэша, это перестало иметь большое значение. Наконец-то пришло время, и Сансет не оглянется назад.

— Уверена, что это все? — спросила Роуз Петал, пока Сансет приводила пассажирское сиденье обратно в сидячее положение. — Знаешь, не повредит проверить дважды на всякий случай.

— Я уверена, — ответила Сансет. — Когда я начинала здесь, у меня столько вещей не было.

— Ты не забыла свою зубную щетку? Кажется, что все забывают свои зубные щетки.

Сансет улыбнулась и закатила глаза.

— Да, я не забыла о зубной щетке.

— Что ж, тогда ладно… — Роуз Петал с опаской посмотрела на авто Флэша. Багажник и задние сидения были забиты вещами Сансет, и машина была готова навсегда унести ее от Новых Горизонтов.

Снейлс стоял, прислонившись к автомобилю.

— Эм... не хочешь, чтобы мы пришли и помогли тебе все распаковать?

Что за идиотский вопрос? Даже если бы Сансет и хотела, чтобы они пришли, а она определенно не хотела, им негде было сесть. Но прежде чем она успела указать на этот факт, Флэш привлек их внимание легким дружеским смешком.

— Спасибо, Снейлс, но я думаю, что дальше мы справимся сами. Но мы ценим твое предложение.

— Тогда увидимся завтра в школе, — сказал Снипс. Он стоял рядом со Снейлсом. Как всегда неразлучны.

— Да, конечно, — вежливо ответила Сансет, следуя примеру Флэша. Сейчас бросить школу было легче, чем когда-либо еще, но важнее этого для нее стало на чем-то сосредоточить свое внимание.

Снипс и Снейлс помогли Сансет и Флэшу загрузить ее вещи. Роуз Петал была слишком стара, чтобы таскать коробки, но она пришла проводить Сансет. Другие воспитатели, которым выпало оказаться на работе в этот день, и несколько детей тоже вышли на улицу, но все они держались на расстоянии и уже перешептывались между собой. Никто, кроме тех, кто уже находился в приюте, не удосужился появиться там в ее последний день.

— Сансет, — нежно сказала Роуз. — Если дела пойдут совсем плохо, я надеюсь, ты знаешь, что всегда можешь вернуться ко мне. Я… ну… мы что-нибудь придумаем.

Это было легче сказать, чем сделать, и они оба это знали. Сансет была официально освобождена из-под государственной опеки, а это означало, что возможность жизни в Новых Горизонтах для нее навсегда закрыта.

Поскольку они оба прекрасно знали об этом факте, не было ни единой причины упоминать его.

— Мисс Роуз, все будет в порядке. Но если что-то пойдет не так, я обязательно вернусь к вам.

Этот ответ не удовлетворил Роуз полностью, но Сансет сомневалась, что такое вообще возможно.

— Хорошо, Сансет. И даже если у вас все будет в порядке, ты всегда можешь зайти просто поболтать.

Сансет улыбнулась.

— Ну конечно. Я по-прежнему живу в этом городе, и теперь, когда у меня есть мотоцикл, расстояние не будет для меня проблемой.

Роуз вздохнула и на мгновение склонила голову, потом подняла ее и улыбнулась.

— Я уверена, что с тобой все будет в порядке. У тебя блестящее будущее, Сансет, и я так горжусь всем тем, чего ты достигла за последние годы.

— Да ладно, мисс Роуз, вы мне льстите.

Без сомнений понимая, что Сансет воспротивится объятиям, Роуз взяла руки Сансет в свои.

— Береги себя, Сансет. Продолжай заставлять меня гордиться тобой.

Сансет не знала, что ответить на это, поэтому просто улыбнулась и поспешила попрощаться.

— Что ж, нам пора. До свидания, мисс Роуз. И спасибо вам. За все.

В конце концов, это действительно все, что тут можно было сказать.

Ничем больше не удерживаемая, Сансет залезла в машину Флэша. Они не разговаривали, когда он садился за руль и заводил двигатель. Сансет молча смотрела в зеркало, пока они уезжали, наблюдая, как ей машут. Один за другим люди возвращались в приют. Никого из них не волновал переезд Сансет, для них это было просто интересное событие.

Роуз Петал не махала, но и не заходила внутрь. Вместо этого, она стояла и грустно смотрела вслед. Пожилая воспитательница была тем человеком, который приветствовал ее в Новых Горизонтах одиннадцать лет назад, никто другой в этом мире не знал Сансет так долго. И все это время она стояла рядом с Сансет, поддерживая ее, даже когда ее следовало списать со счетов как безнадежную. И теперь, после стольких лет, Сансет могла только смотреть, как они отдаляются от нее.

— Ты в порядке? — спросил Флэш.

Сансет оторвала взгляд от зеркала.

— Да, я в порядке.

Флэш бросил на нее полный сомнения взгляд, но не стал возражать. В попытке предотвратить неловкие разговоры о чувствах, Сансет включила радио и стала пролистывать радиостанции, пока не нашла то, что нравилось им обоим.

Потому, что он уловил настроение Сансет или же потому, что тоже хотел избежать неловкого разговора, Флэш сосредоточился на более позитивной теме.

— Итак, круто иметь целый дом в своем распоряжении.

Сансет подозревала, что знает, что именно Флэш находит в этом крутого, но ее саму гораздо больше интересовали другие вещи.

— Да, здорово, когда рядом не ошиваются два десятка детей.

— Ты можешь играть свою музыку так громко, как ты захочешь.

— Высыпаться в выходные станет намного легче.

— Ты сможешь есть все, что пожелаешь.

— Поверь мне, я уже запланировала мороженое на завтрак.

Флэш положил свою руку на ее бедро.

— А самое лучшее, там не будет никого, кто мог бы нас застукать…

— Следи за дорогой, любовничек, — Сансет оттолкнула его руку, но одарила его озорной улыбкой.

Флэш рассмеялся и вернул руку на руль.

— Хотя я немного удивлен, что ты на самом деле пошла на это. Через год тебе будет восемнадцать.

Сансет пожала плечами.

— И я буду наслаждаться этим годом самостоятельно.

Или по крайней мере тем, что от него осталось. Портал откроется меньше чем через месяц, и на этот раз Сансет не собиралась оттуда возвращаться.

Но все же какая-то ее часть нуждалась в этом запасном плане. Однажды Сансет уже вернулась в Эквестрию, так что она знала, что та была реальной. Но с той поры много воды утекло, и семя сомнения внутри нее никогда не исчезнет. Поэтому пожить одной пойдет ей на пользу; все, что поможет ей сохранять спокойствие, будет полезно.

Но поскольку она не могла рассказать Флэшу ничего из этого, Сансет добавила:

— Кроме того, это было запланировано еще до того, как я встретила тебя.

— Да, я знаю. И не пойми меня превратно, я все понимаю. Просто немного удивительно видеть, как кто-то в старшей школе получает собственное жилье. — Флэш ухмыльнулся. — Но, думаю, мне не стоит удивляться. Где это видано, чтобы Сансет Шиммер не стремилась к своей цели?

— Уверена, такого не случится. Сам знаешь, если я что-то вижу — я беру это.

— Конечно, Принцесса.

Грудь Сансет перехватило, а звуки вокруг нее стали далекими.

— Принцесса?

Флэш ухмыльнулся, совершенно не обращая внимания на сложные чувства Сансет к этому термину.

— Скоро ей станешь. Осенний Бал на за горами, знаешь ли.

— Ох, точно. — Вот и все. Сансет выдохнула, и все вокруг начало приходить в норму. Это был обычный разговор с Флэшем, не имеющий ничего общего с тем, почему ее обычно звали принцессой.

И кстати об обычном, Осенний Бал также был обычным делом. Все знали, что Сансет Шиммер станет принцессой Осеннего Бала. В старшей школе Кантерлот каждый сезон устраивали танцы, и Сансет уже была коронована на Летней Вечеринке, Весенней Интрижке и Уборке Зимы. Осенний Бал станет для нее четвертой победой подряд, доказывая, что ее правление будет бессменным.

Вот почему для многих окажется сюрпризом, когда Сансет даже не соизволит явиться на танцы. Это почти позор. Победа на балу — отличный способ скоротать свое время в старшей школе Кантерлот, но портал откроется за два дня до танцев, и не было никаких сомнений в том, что Сансет предпочтет.

— Эй, хм… — Флэш нервно заерзал на сиденье. — Кстати о танцах, ходит много слухов…

— Не удивлена. Я клянусь, в СШК было гораздо меньше сплетен, когда мы начинали учиться там. — Конечно это произошло из-за Сансет, использовавшей свою популярность, чтобы манипулировать учениками, разделяя их на более мелкие, более управляемые группы. Сплетни были как естественным побочным продуктом этого, так и частью того, чего Сансет добивалась в первую очередь.

— Да, но… люди, кажется, боятся соревноваться с тобой. И после того, как ты увидела, что никто не вышел против тебя на Летней Вечеринке…

— Что я могу сделать, если все знают, что выиграю я?

— Я не думаю, что это так. — Тон Флэша сменился с нервного на серьезный. — Похоже, что они боятся тебя, Сансет. Людей пугает, что ты что-нибудь сделаешь с ними, если они бросят тебе вызов.

Ни к чему хорошему не приведет, если Флэш начнет копаться в репутации Сансет. Обычно он оказывался слишком рассеянным, чтобы обращать на это внимание, но иногда Сансет приходилось снова склонять его на свою сторону. Она решила начать представление с того, как сильно эта новость ее расстроила.

— Чего? Но я никогда никому ничего не делала в этой школе! Почему люди так думают?

— Я не знаю. Как ты сама говорила, в школе много сплетничают. — В голосе Флэша не было сочувствия, как надеялась Сансет, но звучал он немного менее уверенно.

Хорошо. Сансет посеяла сомнения. Пока он открыт для мысли, что она невинна, он останется с ней. Позже она сможет закрепить свою хватку. Но это может подождать, а пока лучше оставить эту тему.

Поскольку Флэш не настаивал на продолжении, Сансет сосредоточилась на том, как менялся город, пока они ехали. Дома становились все меньше и ютились ближе друг к другу, исчезали ухоженные лужайки. Крупные сетевые магазины и рестораны поначалу приходили в некоторое запустение с выцветшей краской и устаревшими полуосвещенными вывесками, а затем и вовсе исчезли. На их месте начали появляться круглосуточные магазины и прачечные, как наиболее распространенные местные предприятия.

Минивэны, внедорожники и седаны средней ценовой категории, которые Сансет привыкла видеть вокруг Новых Горизонтов и СШК, сменились старыми потрепанными автомобилями и грузовиками, либо пешеходами. Спортивный автомобиль Флэша с его оригинальной покраской и в идеальном состоянии выглядел настоящей белой вороной в новом районе Сансет.

Роскоши тут не сыскать, но и она здесь надолго не задержится.

— Не могу дождаться, когда смогу оставить все позади.

Флэш не уловил, что она уже не имела в виду слухи.

— Ты же в курсе, что в школе любят позлословить. Быть предметом сплетен — удел тех, кто на вершине.

По крайней мере, в его голосе звучало немного больше сочувствия, так что Сансет решила смириться.

— Я знаю. Обычно меня это не задевает, но… наверное я просто не так хотела начать этот учебный год.

— Клянусь, эта школа с каждым годом становится только хуже. Ты помнишь первый курс? Все ученики поддерживали друг друга, и я гордился тем, что я Вондеркольт! Почему мы вообще позволяем этим глупым слухам разделять нас?

Плохой ход. Сансет не понравилось, куда он клонит.

— Может быть мы были слишком молоды и наивны, чтобы осознать, что так было всегда. Я не знаю. Я только знаю, что готова покинуть эту школу. Вперед к новым вершинам и все такое.

Флэш рассмеялся, и Сансет игриво толкнула его в плечо.

— Эй, это не смешно. Твоя девушка пытается подумать о будущем, а ты ржешь над ней?

— Прости, просто… ты только что обзавелась собственным домом! Ты еще даже не обустроилась, а уже движешься к следующей цели. Этот огонь — одна из тех вещей, которые я люблю в тебе, но может быть сегодня вечером ты хоть немного его пригасишь?

Его огненная метафора с “пригашением” прозвучала не очень, но все равно Сансет поймала себя на том, что улыбается.

— Ладно, твоя взяла. Сегодня объявляю ночь без драм.

— Кстати о твоем доме... — Они остановились напротив небольшого красного дома. Подъездной дороги не было, так что Флэш свернул на обочину.

— Дом, милый дом. — Сансет вылезла из машины и сложила сиденье, а Флэш заглушил двигатель.

Даже работая только вдвоем, им не понадобилось много времени, чтобы занести все. Все земное имущество Сансет состояло из мотоцикла, кое-какой мебели и бытовой техники, которые она только недавно приобрела для нового дома, гитары, подаренной Флэшем на прошлое рождество, компьютера и полудюжины коробок. Поскольку мотоцикл, мебель и бытовая техника уже находились в доме, перенести оставалось лишь компьютер, гитару и несколько коробок.

Как только они закончили с этим и закрыли за собой дверь, Сансет невольно захихикала.

— Окей, это очень увлекательно!

— Так что, будем распаковывать все сейчас или сходим возьмем по пивку?

Сансет закатила глаза.

— Между прочим мне удалось намутить себе немного пива в холодильник после того, как ты и твой отец ушли вчера.

Кажется мысль о холодной выпивке не так прельщала Флэша, как Сансет.

— Прошу, скажи мне, что ты заплатила за него.

— Ну конечно заплатила, — солгала Сансет. — Я же обещала, что буду вести себя прилично. Мне пришлось объездить пять магазинов, прежде чем нашелся продавец, который не настолько печется о своей работе, чтобы спросить у меня документы.

Это было именно то, во что он хотел верить, поэтому Флэш легко проглотил ложь.

— Да, точно. Но может в следующий раз мне следует уехать домой попозже.

— Ответственный как обычно. Но нам все равно нужно распаковать вещи. Иначе я понятия не имею, как мы проберемся через эту гору коробок.

Первая коробка была забита книгами, которые отправились в маленький книжный шкаф, купленный Вайолет Даск. Во второй коробке лежали еще несколько книг и всякие мелочи; большинство из них тоже перекочевали на полки, поскольку их больше некуда было положить. Оставшиеся четыре коробки в основном были заполнены одеждой, поэтому большую часть времени они потратили на то, чтобы все развесить. Комода у нее больше не было, зато был маленький гардероб.

Словом “маленький” можно было успешно описать практически все в этом доме. В нем было всего четыре комнаты: гостиная, спальня, ванная и кухня — и ни одна из них не была настолько большой, как хотела бы Сансет. Для описания мебели и бытовой техники, помимо "маленький", можно было использовать и "дешевый". Вместе с книжным шкафом в гостиной стоял стол, который они нашли на распродаже и превратили в компьютерный, один стул и диван, на покупке которого, несмотря на отсутствие телевизора, настоял Флэш, в том числе подсобив с оплатой.

Спальня была, если это возможно, еще более минималистичной. Полноразмерная кровать стала трудным решением, но Сансет всю свою жизнь спала на двойном матрасе и выбрала сэкономить где-нибудь еще. Кроме того, дядя Флэша отдал ей старую раму от двуспальной кровати, так что ей нужно было просто докупить матрас. Еще в спальне было несколько пустых коробок и прикроватный столик с ящиками, которые она использовала для хранения нижнего белья, носков и косметики.

— Как ты думаешь? Мне идет?

Сансет обернулась и расхохоталась. Похоже, не все ее нижнее белье попало в ящик прикроватного столика, Флэш нацепил один из лифчиков поверх рубашки. В довершение картины он завел одну руку за голову, другую поместил на бедро и надул губы.

— Сними это, придурок, — сказала Сансет сквозь смех.

— В чем дело? Не хочешь, чтобы твой парень стал твоей девушкой?

— Не, эта часть звучит прекрасно. Но любая моя девушка должна быть в состоянии купить себе собственную одежду.

— Ох, неужели? — Флэш ухмыльнулся. — Тогда объясни мне, почему моя кожаная куртка уже больше года у тебя.

— Потому что быть моей девушкой и быть твоей девушкой — это разные вещи. Я могу украсть твою одежду, потому что, в отличие от меня, ты слабак.

— Ну и кто теперь вредина?

— Да, да, я настоящая сука. А теперь снимай мой лифчик!

Сансет ринулась к нему, но Флэш увернулся.

— Но я чувствую себя невероятно красивой.

— О да, ты невероятна, — сказала Сансет, покачав головой. — Невероятно нелепа.

Флэш рассмеялся и снял лифчик. Он протянул его Сансет, которая небрежно сунула его в ящик с нижним бельем.

— Хотелось бы, чтобы и другие люди увидели эту твою сторону.

Сансет ухмыльнулась.

— Я не думаю, что другие люди должны видеть мой лифчик.

— Ну, нет... очевидно не это. Более теплую, более игривую сторону Сансет Шиммер.

В этом не было никакого смысла. Сансет выбралась на вершину по большей части благодаря своему обаянию. Конечно сейчас, когда она утвердила свою позицию, она могла играть и погрубее, но ей все равно приходилось изображать притворное счастье гораздо чаще, чем ей нравилось.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, Флэш. Я — это просто я.

— Какое-то время я тоже так думал, но когда мы одни, ты совсем другая. Словно… ты держишь всех остальных на расстоянии вытянутой руки. Я рад, что ты можешь расслабиться рядом со мной, но я не хотел бы быть единственным.

Сансет держала всех на расстоянии вытянутой руки, включая Флэша. Тогда откуда это взялось?

— Это все из-за слухов?

Флэш нахмурился.

— Нет, это я сам заметил.

— Что ж, значит ты ошибся.

Тон Сансет всего за несколько мгновений стал жестче. Ей не было уютнее с Флэшем, и он ничем не отличался. Просто пешка в ее планах, как и все остальные.

— Сансет, я…

— Так что именно они говорят обо мне? — резко спросила Сансет. — Они думают, что я что-то сделаю с ними? Чего они от меня ожидают?

— Послушай, мы же договорились, что на сегодня оставим это. Я не хотел поднимать эту тему, я просто сказал… — Кажется, Флэш больше не был уверен, что именно он пытается сказать.

Сансет прищурилась.

— Ты ведь знаешь что-то, не так ли? Что это?

Флэш открыл рот и огляделся, пытаясь выдавить слова. В конце концов он вздохнул и уставился на кровать.

— Это… тупо. И я не знаю точно, что именно, но… люди говорят, что ты запугала одну девчонку, чтобы она не выходила против тебя на Весенней Интрижке.

— Рэрети? — неуверенно спросила Сансет. — Рэрети — эгоцентричная королева драмы. Конечно она будет говорить, что я запугала ее, ведь она не хочет признать, что это ее прокол! Неудивительно, что ее друзья больше не любят ее.

Флэш ничего не ответил, но это означало, что догадка верна. Хотя это было странно. Сансет позаботилась о том, чтобы хорошенько замести следы инцидента с Рэрети, и держала ухо востро, на случай если эта сука заговорит. И все же она впервые услышала о том, что кто-то еще подозревает жульничество.

— Но ты даже не разговариваешь с Рэрети. Кто тебе сказал?

— Сансет, я… я думаю, это не имеет значения, кто…

— Ты считаешь, что не имеет значения, что кто-то распускает сплетни о твоей девушке? — Сансет нахмурилась. — Я думала, ты должен быть на моей стороне…

Флэш выпрямился и быстро ответил:

— Я..! — он вздохнул и на мгновение отвернулся, прежде чем дать Сансет ответ, который она хотела, — я услышал это от Рэйнбоу Дэш.

Ага, в этом был смысл. Сансет никогда намеренно не вбивала клин между Рэрети и Рэйнбоу Дэш, но по мере того, как их круг друзей распадался, они стали общаться намного реже. Однако о чем-то они все же говорили.

— Рэйнбоу Дэш ее подруга. Она поверит всему, что скажет эта маленькая дива.

— Ну, они не очень-то близки теперь, так что я подумал…

Похоже, Флэш осознал свою неудачную формулировку еще до того, как закончил, но Сансет этого так просто не оставит.

— Ты просто подумал что, Флэш? Подумал, что я терроризирую девушек, чтобы они не выступали против меня? Что я какой-то монстр, который пытается подчинить учеников своей воле?

— Нет! С чего ты взяла? — Флэш затряс головой. — Я просто подумал, что должен поговорить с тобой, вот и все.

— Что ж, мои поздравления. Мы говорим. Настоящий, ебать его, восхитительный разговор, который мы ведем прямо сейчас.

Сансет отвернулась, давая Флэшу время что-либо предпринять.

Он отреагировал не сразу. Сансет уже начала думать, что ей придется сделать следующий шаг, но в конце концов он встал.

— Мне нужно кое-что сделать.

Сансет не обратила на него внимания. Вскоре она услышала, как он уходит. Через несколько мгновений открылась и закрылась входная дверь, а затем последовали звуки стартующего двигателя и отъезжающей машины.

Она могла бы справиться и получше. На самом деле, было бы трудной задачей справиться с этим еще хуже. Зачем она снова подняла тему этих слухов?

Поскольку в спальне больше нечего было делать, Сансет тоже вышла. Больше желая скоротать свое время, а не потому что ей чего-то хотелось, Сансет отправилась на кухню. Это была единственная комната в доме, которая не выглядела поразительно пустой, но этот эффект в значительной степени достигался ее крохотными размерами, нежели чем-либо еще.

Вдобавок, мотоцикл, стоящий на кухне, занимал большую часть драгоценного места. Это было временное решение, поскольку у Сансет не было гаража. Ботлед Лайтнинг собирался прийти и помочь ей построить сарай, в котором она сможет его хранить. Она не была уверена, действительно ли он знает, как построить сарай, или просто его маскулинность говорит ему, что он знает, что делает, но он определенно разбирался в этом больше Сансет. Они с Флэшем были здесь накануне, чтобы соорудить пандус, ведущий к кухонной двери, и в конце концов это сработало, мотоцикл оказался внутри.

Сансет подошла к мотоциклу и провела по нему рукой. Поездка, чтобы освежить голову, показалась ей отличной идеей, но у нее было мало бензина, и ей нужно продержаться до зарплаты. Именно поэтому она выбрала мотоцикл, а не автомобиль: его дешевле купить, он ест меньше топлива, а ремонт будет проще. Лайтнинг сходил с ней, чтобы убедиться, что ее не ограбят, а потом они с Флэшем помогли его отладить и научили ухаживать за ним.

Флэш. Если притормозить и немного подумать, Флэш Сентри был ответственен за большую часть успеха всего предприятия. Он помог ей приобрести значительную часть мебели, и его отец был необходим, пока они выясняли, что купить и как распределить бюджет. Да и работу она получила благодаря им, ведь дядя Флэша был владельцем магазина, в котором она подрабатывала.

“Зачем я подняла тему этих слухов? Потому что он был прав.”

Поскольку о поездке не было и речи, Сансет открыла холодильник. Она тут же вытащила один из нижних ящиков и отодвинула в сторону пакет с салатом, чтобы добраться до пива, закинутого в самый дальний угол. Несмотря на то, что все уже позади, она не смогла отделаться от чувства, что кто-нибудь все отберет, если ее поймают с алкоголем.

Поскольку банок было только четыре, Сансет вернула салат на место. Она знала, что лучше будет приберечь выпивку, так как наступит время, когда она захочет ее даже больше, чем сейчас. Возможно, через несколько часов или около того.

Вместо этого, она взяла банку дешевой колы. На вкус как дерьмо, но это дерьмо она могла себе позволить. Поскольку больше на кухне занятий не нашлось, Сансет вернулась в гостинную.

Как бы сильно она ни радовалась переезду в свой собственный дом, делать в нем было решительно нечего. Распаковка вещей закончена, и она не жила в нем достаточно долго, чтобы накопилась какая-либо работа по дому, поэтому она перешла к единственной оставшейся вещи и настроила свой компьютер.

Все это заняло минут пять. Переместить все на стол, вставить кабели и включить. Интернета у нее не будет еще пару дней. Даже если у ее соседей был незапароленный Wi-Fi, у ее компьютера отсутствовал Wi-Fi адаптер для подключения.

Она вздохнула, наблюдая, как загружается система. Было несколько вещей, которые она могла делать и без сети, — она скачала музыку и фильмы, чтобы не помереть со скуки, пока не будет интернета, но в данный момент ничего из этого ее не интересовало.

Вот оно. Это то, чего она хотела. Место, которое она может назвать своим домом.

Текстовый редактор открылся на ее компьютере, и Сансет недоверчиво уставилась на слова, которые начали там появляться.

у тебя нет дома =)

Сансет отскочила назад, расплескав колу на пол. Когда она снова посмотрела на компьютер, то увидела обои рабочего стола без каких-либо документов. Она подняла полупустую банку содовой и выключила компьютер.

Ванная была единственной комнатой с зеркалом, но там же лежали полотенца. Напомнив себе взять бумажные полотенца в следующий раз, когда она будет на работе, Сансет схватила самое грязное полотенце, которое смогла найти. Она избегала смотреть в зеркало, особенно после того, что сейчас произошло.

Грязное полотенце отправилось в мусорный мешок. Корзина для грязного белья — еще одна вещь, которую ей вскоре нужно будет добыть. А пока она положила испачканное белье у стены в спальне, достала из кармана телефон и набрала последний вызванный номер.

— Это Флэш Сентри. Я слишком занят, зажигая по полной, чтобы ответить, оставьте свое сообщение после сигнала!

Из трубки прозвучал аккорд Си Мажор в исполнении гитары Флэша, заменяющий стандартный сигнал автоответчика.

— Эй, Флэш, это Сансет… — Она вздохнула. — Мне очень жаль, что я набросилась на тебя, я просто… Слишком много дел навалилось, и я знаю, что это глупое оправдание, но, прошу, вернись. Мы должны праздновать, а не спорить! Хотя бы позвони мне. Люблю тебя, увидимся.

Люблю тебя. Конечно, это было неправдой. Сансет встречалась с Флэшем уже почти три года, и к этому моменту от нее ожидали таких слов, как “Я люблю тебя”. Но Сансет никого не любила, и то, что она говорила, не делало это правдой.

От безделья Сансет рухнула на кровать. Это была ее собственная вина. Она позволила себе устроиться слишком уютно в доме. Одна даже угодила в ловушку, думая о нем так, как будто собиралась здесь остаться.

Нет, это только на месяц. Она просто завершила то, что уже было начато, и это сделает ее последний месяц в этом аду немного более терпимым. И если она начнет думать об этом, как о чем-то большем, то пожалеет. Все пойдет наперекосяк, если она будет слишком довольна жизнью здесь.

Когда смотреть в потолок ей наскучило, Сансет вернулась в гостинную. Поскольку ее компьютер все еще не интересовал ее, она достала последнюю вещь, которую они привезли из Новых Горизонтов, но еще не тронутую ей — V-образную электрогитару. Цвета морской волны с белой наклейкой. Сансет проводила много свободного времени, играя на ней.

Уроки гитары с Флешем — просто способ скоротать время, и ее практика была в основном тем же. Ей нравилось играть, но когда она вернется в Эквестрию, то будет скучать по компьютерам куда больше, чем по гитарам. И все же это был верный способ убить время.

Она перебрала несколько различных стилей, пытаясь решить, что сыграть. Ничего не казалось подходящим, поэтому она продолжала прыгать с песни на песню, изо всех сил стараясь ни о чем не думать. В конце концов она нашла нужный ритм в медленной мелодичной последовательности аккордов. Это звучало знакомо, но как-то неправильно. Как песня, которую пытаешься вспомнить, но никак не сообразишь, как же там поется. Сансет закрыла глаза.

Мир простерся под ней. Он купался в тускнеющем оранжевом свете, и Сансет знала, что пришло ее время. Она смотрела на землю, хотя и не знала, зачем. Она смотрела, как уходит ее время, и сумерки овладевают миром. Она смотрела, как и это тоже исчезло.

Темнота. Повсюду царила тишина. Тишина, но не спокойствие. Страх был, но Сансет не боялась. Она была также отстранена от страха, как и от происходящего внизу.

Под ней появилась гора. Она резко вздымалась в воздух, словно столб, наблюдая за землей. Наблюдала ли она, чтобы защитить или держать в узде? Где сходилась грань между ними?

Под ней появился город. Он выступал из склона горы, бросая вызов природе, доказывая, что все можно покорить. Город спал, но спалось ему неспокойно.

Темнота была разорвана. Красный и желтый танцевали на улице, создавая искаженные тени, которые теперь претендовали на город. Город горел.

Вдалеке еще один свет разорвал темноту. Свет, который грозил сжечь всю страну. Свет, который когда-то захватил этот город, но теперь свидетельствовал о его конце. Время заката миновало, и наступило утро. Во что превратится свет?

Но Сансет никогда этого не узнает, поскольку стук в дверь вывел ее из транса. Она моргнула и оглядела комнату. Кажется, прошло всего несколько мгновений, но свет за окном тускнел, а руки сводило судорогой из-за того, что она без конца играла одни и те же ноты.

— Сансет? Это я. Не могла бы ты открыть дверь?

— Э-э, да, одну минуту.

Сансет положила гитару на диван и встала. У нее закружилась голова, поэтому она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем направиться к двери.

Флэш ждал с другой стороны.

— Эй, прости, я…

Сансет прервала его объятиями. Она чувствовала себя ошеломленной и знала, что находится на грани, ей нужен Флэш, чтобы помочь успокоиться.

— Меня не было всего пару часов, — сказал Флэш, обнимая ее тоже. Он, наверное, думал, что это из-за ссоры. Лучше ему так и думать.

Сансет отстранилась и улыбнулась. Она хорошо научилась притворяться нормальной, когда это было необходимо.

— Я так понимаю, ты получил мое сообщение?

— Да, и я перезванивал тебе раза четыре. Почему ты не ответила?

Сансет нацепила виноватое выражение лица.

— Прости, я оставила свой телефон в спальне. Я еще не привыкла, что у меня теперь много комнат. Надо не забывать держать его при себе.

Флэш улыбнулся.

— Эй, ничего страшного. И я бы все равно вернулся, мне просто нужно было кое-что забрать. Кстати, не хочешь мне с этим помочь?

Прежде чем Сансет успела спросить, что он имеет в виду, Флэш направился к своей машине. Он гордо улыбнулся, открывая дверцу и демонстрируя телевизор с плоским экраном, стоящий на пассажирском сиденье.

— Он не очень большой, но все же лучше, чем ничего.

Сансет понадобилось всего мгновение, прежде чем расплыться в улыбке.

— О боже мой, я не могу поверить, что ты это сделал! Но тебе вовсе не нужно было.

— Это пустяки. Я заключил выгодную сделку в ломбарде, и они согласились подержать его до тех пор, пока ты не переедешь. — Флэш поднял палец вверх, когда Сансет попыталась заговорить. — И прежде чем ты скажешь, что у тебя нет кабельного, я об этом позаботился. Я взял антенну для цифрового телевидения и принес свой DVD с кучей фильмов.

— Флэш. — Сансет улыбнулась и покачала головой. — Ты невероятно мил. Давай занесем это внутрь.

Вдвоем они оттащили телевизор, а затем вернулись назад за DVD плеером. Флэш снова удивил ее во второй заход, продемонстрировав две пиццы на заднем сиденье, он посчитал, что она не захочет ничего готовить в день переезда.

В отсутствие мебели для телевизора, они перетащили кухонный стол в гостинную. Это была небольшая потеря, учитывая заставленную кухню. С телевизором и компьютером, занимающими все столы, еду пришлось положить на пустые коробки.

Сансет позволила Флэшу выбрать фильм, он, конечно, выбрал боевик. Это было нормально; определенно не любимый жанр Сансет, но она была просто рада, что есть на чем сосредоточиться.

— Удивительно, сколько проблем можно решить при помощи пушек и мускулов, — прокомментировала Сансет на середине фильма.

— Это несправедливая оценка, — ответил Флэш. — Некоторые проблемы они решили взрывчаткой.

Сансет рассмеялась.

— Взрывчаткой замедленного действия.

— А разве бывает другая взрывчатка?

Сансет сладко потянулась. Как и все ее имущество, ее диван не был слишком большим, и все же она решила лечь на него. Ее ноги свисали с одного конца, а легла она, прислонившись к Флешу на другом конце, так что им обоим было тесно. Но когда она снова потянулась и посмотрела в лицо Флэшу, то поняла, что он не возражает.

Если Сансет действительно безразлична к нему, то видеть, как он счастлив, никак не повлияет на нее. Она подозревала, что будь она нормальным человеком, это сделало бы ее счастливой. Вместо этого, она поймала себя на том, что смотрит в сторону. Она не хотела это видеть.

— Ты слишком хорош для меня.

“Вот почему я должна оттолкнуть тебя, пока у меня есть такая возможность.”

Рука Флэша дотронулась до нее.

— Да, я действительно достоин большего, чем самая популярная девушка в школе. Я имею в виду, у нее всего лишь собственный дом, она получает высшие баллы, работает целый день, играет на гит…

Сансет перебила его поцелуем. Она не хотела этого слышать. Не хотела слышать об идеальной Сансет Шиммер, которую он видел. Сансет Шиммер, которой она не сможет стать.

Ведь настоящая Сансет Шиммер? Настоящая Сансет Шиммер должна оставить его. Она даже не собиралась говорить ему, что уезжает. И хотя это означало, что у нее больше нет никаких причин обеспечивать свое господство в школе, она намерена продолжать это делать.

Настоящая Сансет Шиммер уничтожит все что сможет в этом мире, точно так же, как этот мир уничтожил ее.

“Так-то лучше, Принцесса.”

Сансет поморщилась. Это был ее голос, и он доносился из ванной. Ей не нужно было смотреть, чтобы понять, какое отражение она увидит в зеркале.

Еще один месяц. Ей нужно продержаться еще один месяц, и тогда она будет свободна от всего. А до тех пор ей просто нужно не дать демоническому огню поглотить ее вместе со всеми остальными.

Сансет отстранилась от Флэша и поднялась.

— Что скажешь, если мы закончим смотреть этот фильм в другой раз?

Продолжая держать его за руку, она сделала шаг в сторону спальни, и он улыбнулся в ответ.

Никакие уговоры самой себя, что некоторые вещи, которые она видит и слышит, не реальны, никогда не помогали. Поэтому вместо этого, она часто полагалась на Флэша. Одного поцелуя достаточно, но это было много лет назад. Теперь у них появился новый способ вытеснять мысли из ее головы, и избавившись от риска, что кто-нибудь посторонний зайдет к ним, Сансет планировала извлечь из этого максимум пользы.

* * *

Сансет беспокойно зашевелилась. Еще только август, но прохладный воздух уже дает о себе знать. Должно быть они оставили окно открытым. Дрожь пробила ее даже под одеялом.

По крайней мере Флэш остался на ночь. Он должен был пойти домой, но они заснули вместе в постели Сансет. Такого раньше никогда не случалось, и Сансет не была уверена, что чувствует по этому поводу, но тепло чужого тела в такую холодную ночь вытеснило все проблемы из ее головы.

Она придвинулась ближе к нему и положила свою руку ему на живот. Он лежал к ней спиной, и она обняла его. Кажется, он крепко спал. Даже крепко прижавшись к нему, Сансет чувствовала неоправданный холод, но старалась не обращать на это внимания.

Лежа на боку, Сансет могла видеть, как ритмично он дышит. Раньше она этого не замечала. Может быть дело в том, как свет уличных фонарей мягко освещал его силуэт, но что-то в его дыхании привлекало ее.

Сансет вздохнула, понимая, что нужно ложиться спать. Вместо этого она прислонила голову к спине Флэша.

— Прости меня, — пробормотала она шепотом. — Мне очень жаль. Ты заслуживаешь лучшего. Ты заслуживаешь того, кто не бросит тебя. Того, кто честно скажет, что любит тебя. Кого-то доброго. Ты заслуживаешь… все, что ты видишь во мне, это кем я никогда не буду. Именно поэтому… ты должен просто уйти. Тебе будет намного лучше без кого-то, вроде меня, кого-то, кто только заставит тебя страдать.

Флэш зашевелился, и Сансет подумала, что разбудила его. Но он ничего не сказал и не обернулся. Сансет лежала тихо, как мышка, ожидая его дальнейших действий. Но когда его рука накрыла ее руку, она была потрясена.

— Господи Иисусе, да ты ж нахуй заледенел.

Сансет попыталась выдернуть руку, но Флэш не отпускал ее. Он медленно повернулся, и Сансет поняла, что форма его тела какая-то неправильная.

— Сансет… — Эпплджек отпустила ее только для того, чтобы обеими руками обхватить ее тело. Ее кожа была невыносимо холодной по сравнению с Сансет. — Не заставляй меня уходить.

Раздался треск, и земля под ними разошлась.

Они упали в воду и обожглись. Это было больше похоже на огонь, чем на лед.

Тот скудный свет, что там был, больше не достигал их. Теперь в ее мире не было ничего, кроме тьмы. Темнота и обжигающий холод.

* * *

Когда Сансет проснулась, она была слишком напугана, чтобы шевелиться. Все это было сном, в этом она уверена. Но это не избавило ее от ощущения, что если она перевернется, то окажется в своей постели не одна.

Флэш, конечно же, уехал. Он оставался ненадолго после секса, но даже если его отец не возражал против того, чтобы он ночевал у своей девушки, это была ночь перед началом учебной недели. Сансет предпочитала сразу же лечь спать, уверенная, что выброс эндорфина позволит ей хоть раз спокойно уснуть.

Но Сансет никогда не спала спокойно. Иногда она вообще не спала. Так что она привыкла к этому чувству, привыкла к ужасу, привыкла, что нечто из ее снов следует за ней в реальный мир. И она привыкла противостоять этому страху.

Она собрала всю свою силу воли и смогла обернуться. Эпплджек там не было, и никого другого тоже. Все так, как и должно быть.

Первым делом Сансет включила свет. Свет не останавливал видения, но темнота их буквально зазывала. Теперь нужно найти способ отвлечься. Ее телефон был в спальне, поэтому она выбрала его.

Она открыла контакты. Список не особо длинный, и в нем лишь один человек, на которого стоит обратить внимание в такой час.

Она всегда могла рассчитывать на Флэша. Даже посреди ночи он отвечал на ее звонок. Если она скажет ему, что ей приснился кошмар, он будет готов говорить с ней, пока она снова не заснет. Бывали времена, когда она приходила в такое отчаяние, что нуждалась в этом.

Но на этот раз она положила телефон обратно. Впервые в жизни вокруг нее никого не было. Это был ее дом, и никто не помешает ей играть музыку, смотреть кино или делать что-либо еще, что она захочет сделать в два часа ночи.

Вместо любого из этих занятий, она села на кровать и прижала колени к груди. Она никогда не думала, что может почувствовать себя такой одинокой.

* * *

От автора:

Для тех, кто обеспокоен добавлением сексуальных тем, эта история никогда не станет сексуально откровенной. Ничего более подробного, чем в этой главе, не будет. Я не только не заинтересована в написании откровенного сексуального контента, но и чертовски не заинтересована в откровенном контенте с такими молодыми персонажами. Указывать на то, что подростки занимаются сексом (этим занимаются многие подростки) — это одно, но описывать это в деталях — совсем другое.

## 25 - Королева-сука

Глава Двадцать пятая

Королева-сука

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Слишком ярко. Сансет потянулась к подушке, которой смогла бы прикрыть голову, но обнаружила отсутствие оной. Тогда она перевернулась и уткнулась лицом в спинку дивана.

Тридцать секунд песни повторялись снова и снова. Она играла большую часть ночи, и Сансет могла только застонать. Даже если получится спрятаться от света, эта песня сведет ее с ума.

Игнорировать это было решительно невозможно, поэтому после нескольких попыток Сансет заставила себя сесть. Пустая банка из-под пива скатилась с дивана на пол и остановилась рядом с другой такой же. Сансет снова застонала и, продрав глаза, начала шарить вокруг в поисках пульта, чтобы выключить DVD.

Еще до того, как она нашла пульт, ее проняло.

— Блядь… — Сансет вскочила и побежала в спальню. Она увидела свой телефон, лежащим на кровати, где она его и оставила, и проверила время. Восемь часов, а это значило, что ее первый урок уже закончился. Она снова застонала.

Она быстро оценила свои варианты. Она чувствовала себя дерьмово и возвращение ко сну в настоящей кровати могло это исправить. Да и зачем ей теперь ходить в школу? Разумеется, в школе разозлятся, если она полностью перестанет посещать ее. Они сделают несколько телефонных звонков, но что потом? Ее номер уже был добавлен в школьную базу, так что они просто будут звонить ей на мобильный. Вряд ли ее исключат в течение следующего месяца, а это как раз то время, в котором она нуждалась. Никто не будет читать ей нотации, наказывать или что-то еще.

И даже если она продолжит ходить в школу, чтобы занять свое время, однажды это может и навредить. Она и так знала большинство предметов лучше, чем ее преподаватели, и ей даже не нужно больше выполнять задания. Ничто в ее будущем больше не зависело от оценок, полученных в школе.

Логика была довольно прочной, и она не смогла найти ни одной весомой причины пойти в школу. Поэтому Сансет забралась в постель и натянула на себя одеяло. Куда удобнее, чем диван, и даже если она все еще могла слышать музыку из меню DVD, это было исправлено ее первоначальным планом, включающим накрытую подушкой голову.

Наконец-то Сансет могла не только прогонять ночные кошмары своим любимым способом, но и спать утром сколько захочет. И самое лучшее: не осталось никого, кто будет говорить ей, что делать, и Сансет чувствовала, что сполна насладится этим месяцем в одиночестве.

В полном одиночестве. Никто не скажет ей, что делать. Просто целый день сама с собой, в пустом доме, в компании только собственных мыслей.

Сансет села и застонала в последний раз. К тому времени, как она соберется и доберется до школы, второй урок закончится, но она сможет пробыть там до конца дня.

— Это даже не на целый месяц, — напоминала себе Сансет, задаваясь вопросом, а была ли покупка этого дома такой хорошей идеей.

* * *

Когда Сансет заехала на ученическую парковку, вокруг никого не оказалось; все были в классах. Возможно, разумнее было подождать часок и приехать во время ланча, а не в конце второго урока, но она не хотела проводить это время в одиночестве.

Проверка телефона показала, что до конца занятий осталось десять минут. Она потратила некоторое время, чтобы тщательно запереть байк и неторопливо дойти до школы. Опоздание означало, что она должна пройти через офис, но большинство сотрудников души в ней не чают, так что это не доставит хлопот.

Она встретила растерянный взгляд секретарши, которая, без сомнения, была шокирована тем фактом, что любимица старшей школы Кантерлот опоздала. Сансет застенчиво улыбнулась и объяснила, что только что переехала и забыла поставить будильник в новом доме, и они обе посмеялись над этим в течение нескольких минут. Она даже осталась поболтать до конца урока, так как было очевидно, что нет смысла приходить так поздно, и таким образом ей не придется никому объяснять, почему она бродит по коридорам во время урока.

Как только прозвенел звонок на перемену, Сансет помахала на прощание и направилась к своему шкафчику. Ученики начали заполнять коридоры, и только мотоциклетный шлем под мышкой подсказывал, что она не покидала свой класс вместе с остальными.

Никто не останавливался, чтобы поговорить с Сансет, пока она шла по коридору. К настоящему времени основная часть учеников уже примерно представляла что к чему, даже если персонал школы оставался в неведении. Большинство из них, правда, точно не знали, на что способна Сансет, но и это работало ей на пользу. Меньше людей, знающих истинную Сансет, означало меньше людей, у которых появится причина противостоять ей.

Кстати о людях, которые не видели настоящую Сансет… Она остановилась, когда заметила двух человек возле входа в класс. Слишком далеко, чтобы можно было их услышать, но Флэш и Рэйнбоу явно наслаждались общением. Чересчур наслаждались, учитывая, что Рэйнбоу распространяет слухи о ней.

Если прервать их разговор, это приведет только к большим проблемам. Она могла как обмануть Флэша, так и расправиться с Рэйнбоу, но попытка сделать и то и другое сразу, вероятнее всего, потопит ее. Оставив их одних, Сансет развернулась, чтобы добраться до своего шкафчика другим путем.

Другой путь был намного длиннее и занял большую часть перемены, но Сансет в любом случае было нечем заняться. Когда она подошла к своему шкафчику, прозвучал первый звонок на урок. Она не торопилась, Сансет нравилась своим учителям настолько, что ей сойдет с рук небольшое опоздание.

Она открыла шкафчик и положила шлем на верхнюю полку. Она достала учебник по химии, изо всех сил старалась не обращать внимания на коробку внизу.

Большинство учеников или находились в своих классах, или бежали, чтобы добраться до них, к тому времени как Сансет захлопнула шкафчик. Она шла к своему классу чуть быстрее, чем обычно, просто чтобы никто из учителей не отчитал ее за неторопливость.

Когда она заходила в класс, прозвенел еще один звонок, но ее учитель принял самые простые извинения, которые она могла принести, без дальнейших вопросов. Большинство учеников бросали на нее полузаинтересованные взгляды, но никто не придал ее появлению особого значения.

Она заметила, что кое-кто вообще не смотрел на нее. На самом деле Флаттершай намеренно избегала взгляда в ее сторону. Так и должно быть. Многие ученики боялись ее, особенно в последние дни. Чем ближе открытие портала, тем меньше Сансет старалась скрыть свои гнусные намерения. А Флаттершай? Она стала одной из первых мишеней Сансет.

Сансет ничего не имела конкретно против нее. Но Флаттершай дружила с Эпплджек, и это стало достаточной причиной. Потребовалось некоторое время, чтобы разделить неразлучную группу, но Сансет неустанно работала над этим. Большая часть ее действий оставалась за кулисами, и ее причастность никто не заподозрил. Но иногда прямое воздействие приносило больше пользы.

А еще, заставлять Флаттершай корчиться — легкий источник развлечения. Ладно, может это было немного из-за Флаттершай.

Может быть именно поэтому Сансет продолжала думать о ней на протяжении всего урока. После ужасно проведенной ночи было бы неплохо выпустить пар. На самом деле ей ничего не нужно от Флаттершай, но она всегда могла что-нибудь придумать.

А может быть ей просто скучно. Урок, конечно, не занимал ее. Химия — интересный предмет, но учебный год только начался, и они проходили вводные темы. Тем временем Сансет много лет изучала химию в Эквестрии, и в числе прочих дел недавно освежила знания в свое свободное время.

Из-за того, что она хотела выпустить пар, или потому что ей скучно, это не имело значения. Когда прозвенел звонок, означавший время ланча, Сансет вышла из класса, но далеко не ушла. Флаттершай задержалась внутри на несколько минут, вероятно надеясь, что дополнительное время будет означать, что Сансет на безопасном расстоянии.

К несчастью для нее, Сансет поджидала в коридоре.

— Флаттершай, — сказала Сансет с теплой улыбкой, наслаждаясь тем, как она вздрогнула при звуке собственного имени. — Есть минутка? Мне нужно кое-что с тобой обсудить.

Флаттершай сложила руки и склонила голову, стараясь избегать зрительного контакта с ней.

— Эм… вообще-то я...

— Замечательно! Пойдем прогуляемся. — Сансет положила руку ей на плечо, направляя ее в нужную сторону. Флаттершай либо не осознавала, что Сансет уводит ее подальше от класса, в который она могла вернуться, либо была слишком умна, чтобы понять, что это станет всего лишь небольшой отсрочкой.

— Итак, давно не виделись! — болтала Сансет, пока они шли. — Как у тебя дела?

Прежде чем заговорить, Флаттершай отвела взгляд в сторону.

— Ну, я...

— Погоди-погоди, прости, я просто вспомнила, что мне плевать. — Сансет рассмеялась так, как будто это было глупое недоразумение. — Но есть кое-что, что меня действительно волнует.

Сансет остановилась, и Флаттершай сделала то же самое.

— Мне интересно, не собралась ли случайно твоя подруга Рэрети поучаствовать в Осеннем Балу.

— Нет, я… я так не думаю…

Сансет крепче сжала плечо Флаттершай. Хотя этого было недостаточно, чтобы причинить боль, Флаттершай все равно ахнула, как будто почувствовала ее. Сансет проигнорировала это.

— Прости, но это было “нет” или “я так не думаю”?

Флаттершай попыталась сделать шаг назад, но Сансет крепко ее держала.

— Я… Я…

— Сансет?

Сансет нахмурилась. Из всех людей, которые заставали ее в разгар запугивания кого-то, именно он. Она заставила себя улыбнуться и обернулась.

— Привет, Флэш! Как делишки?

Флэш перевел взгляд с одной девушки на другую.

— Что тут происходит?

Сансет пожала плечами.

— Ничего особенного, просто догоняла Флаттершай. Вы ведь знаете друг друга, верно?

— Немного, — ответил Флэш. Сансет не знала, поверил ли он, что Сансет не замышляла ничего плохого, но она знала, что он хотел верить. — Как дела, Флаттершай?

Флаттершай взглянула на Сансет, которая задавалась вопросом, догадывается ли та, насколько ее следующие слова важны для ее собственного благополучия.

— Я… все в порядке.

Что ж, это никого не убедило.

— У нас с Флаттершай химия, — сказала Сансет и ухмыльнулась. — И я имею в виду не только предмет, если ты понимаешь, о чем я. Ведь мы так хорошо ладим.

Похоже Флаттершай была достаточно умна, чтобы понять, что нужно подыграть, даже если это у нее не очень хорошо выходило. Все, что она смогла, это выдавить слабый смешок, который не смог обмануть даже Флэша.

Сансет смирилась с этим.

— Прости за глупую шутку. Но, в любом случае, было приятно пообщаться с тобой, Флаттершай, увидимся позже. Если конечно ты не хочешь присоединиться ко мне и Флэшу за ланчем?

Флаттершай уже пятилась назад.

— Ох, я, эм… мне нужно встретиться… с кем-то. Пока!

Она убежала, прежде чем Сансет или Флэш успели что-либо сказать.

— Она немного… стесняется людей, которых она плохо знает, — сказала Сансет, когда та скрылась из виду.

— И… что все это значит?

Несмотря на то, что она прекрасно поняла, что он имел в виду, Сансет притворилась дурочкой и приложила руку к лицу.

— Ух, я знаю. Не могу поверить, что сказала это. “У нас химия.” Вот почему я не должна пытаться шутить с людьми.

— Проблема не в этом. — В голосе Флэша звучало раздражение. — Она не выглядела застенчивой, скорее испуганной.

— Снова… — Сансет сложила руки на груди и выгнула бровь. — Ну и что? Ты думаешь, я ее запугивала, чтобы она не выступала против меня, или что-то в этом роде?

— Я этого не говорил. — Флэш перешел в защиту.

— Значит ты думаешь, что я пугаю ее без причины?

— Нет! Ты ведешь себя совершенно нелогично!

— Тогда что было бы “логично”, Флэш? — Сансет пристально зыркнула. — Ладно, ты поймал меня. Я хотела выяснить, почему люди распускают обо мне слухи, поэтому решила поговорить с одной из подруг Рэрети. Судя по всему, это было “нелогично”.

— То есть вы просто вели дружескую беседу? — с сомнением спросил Флэш.

— Да! Что я делала по-твоему?

Флэш вздохнул.

— Понятия не имею. Но она, похоже, не считала ее дружеской.

Сансет отвернулась и сменила тон, предпочитая говорить скорее обиженно, чем агрессивно.

— Отлично. Верь во что хочешь.

— Сансет…

Сансет выдавила явно вымученный смешок.

— Кроме того, я вижу, что происходит.

Это сбило Флэша с толку сильнее, чем поддельная обида.

— Что ты имеешь в виду?

— Это Рэйнбоу Дэш. Знаешь, сначала мне показалось странным, что ты так много с ней общаешься. Это ведь не первый раз, когда она распускает обо мне сплетни. Но потом я поняла... она играет с тобой, а ты ей позволяешь.

— Тебе не кажется, что это заходит слишком далеко?

— А я не знаю! — Сансет раздраженно всплеснула руками. — Тебе не кажется странным дружить с кем-то, кто поливает дерьмом твою девушку?

Флэш глубоко вздохнул.

— Давай поговорим об этом не в школе. Я собираюсь перекусить. Увидимся позже, Сансет.

— Делай что хочешь. — Сансет не стала дожидаться, пока он уйдет, а сделала это сама.

Пусть Флэш думает что хочет. У нее были и другие поводы для беспокойства. Хотя она и продвигалась к победе на Осеннем Балу, на самом деле ей плевать на него. Но если поразмыслить, почему кто-то другой должен занять ее место? Даже если она собиралась вернуться в Эквестрию до танцев, Сансет Шиммер была полноправной Принцессой Осеннего Бала. Она не сможет выиграть корону, если не будет присутствовать на голосовании, но она сможет убедиться, что никто другой этого не сделает.

Осталось не так много учеников, которые осмелились бы пойти против нее, но убедиться в этом не помешает. Рэрети почти наверняка усвоила урок во время Весенней Интрижки, но напомнить не повредит. Ей даже не придется марать руки.

По пути во внутренний двор она отправила Снипсу СМС с просьбой взять Снейлса и встретиться с ней у статуи. Первоначально она подружилась с ними только чтобы хорошо выглядеть, но они оказались достаточно полезными, чтобы держать их под рукой.

Было преувеличением назвать их друзьями. Сансет вила из них веревки в Новых Горизонтах, а к тому времени, как они перешли в Старшую Школу Кантерлот, она зарекомендовала себя, как самая популярная девушка в школе. Они смотрели на нее с явным подобострастием, и иметь возможность стать частью ее планов, вызывало у них трепет. Во всяком случае они больше походили на лакеев.

— Привет, Сансет, — поздоровался Снейлс, когда они зашли во двор. — Как все прошло с новым домом?

— С домом все в порядке, но я не для этого вас вызывала. — Сансет огляделась, чтобы проверить, не подслушивает ли кто-нибудь, и не повторить ситуации с Флэшем. — У меня есть работа для вас двоих.

— Что за работа? — спросил Снипс.

— Я хочу, чтобы вы выяснили, будет ли Рэрети бороться за титул Принцессы на Осеннем Балу. И держите ухо востро, на случай если кто-то еще решится участвовать.

— Ты действительно думаешь, что она снова попытается выйти против тебя? — спросил Снипс.

— Нет, — призналась Сансет, а затем злобно ухмыльнулась. — Я просто хочу напомнить ей, почему она этого не сделает.

Снейлс все еще не догонял, но Снипс все понял.

— Не волнуйся, мы позаботимся о том, чтобы она помнила.

— Эм, я думаю, она, скорее всего, помнит, — добавил Снейлс.

— Просто убедитесь! — рявкнула Сансет. — И не забудьте присмотреться к тем, у кого могут быть похожие мысли.

— Будет сделано, Сансет! — отозвался Снипс, убегая со Снейлсом.

Позаботившись о делах, ей оставалось только ждать. Она могла пойти в кафетерий, чтобы перекусить до начала занятий, но ей не хотелось видеться с Флэшем.

Она вздохнула и прислонилась спиной к статуе. Теперь уже недолго осталось. Скоро портал откроется, и Сансет сможет вернуться в Эквестрию.

— И что мы будем делать, когда окажемся там, — спросил у нее голос за спиной.

Сансет проигнорировала его.

— Принцесса Сансет Шиммер, — насмешливо произнес голос. — Собираешься обеспечить себе четвертую победу в своей маленькой школке? Скажи, они хотя бы поменяют титул на “Королева” для такого случая?

Сансет глубоко вздохнула. Она должна просто уйти. Голос был ненастоящим, и он не последует за ней.

Но она осталась. В любом другом месте она избежала бы его любой ценой. Но когда он заговорил с ней из статуи, разница стала ощутима. Он принадлежал этому месту, и Сансет была потрясена.

Не оборачиваясь, Сансет положила руку на статую. Она почувствовала, как ее пальцы обхватили.

— Мне не хочется тебя огорчать, но титул королевы-суки в компании подростков не будет особо цениться, когда мы вернемся домой.

— Я просто убиваю время, — пробормотала Сансет. Было важно контролировать свой тон. Ей вообще не следовало этим заниматься, но раз уж собралась, то нужно вести себя достаточно тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Голос злобно хихикал внутри статуи.

— Сейчас можешь делать, что хочешь. Важно, что мы будем делать, когда придет время.

Правила моментально вылетели из ее головы, и она повысила голос.

— Я собираюсь найти Принцессу Селестию и все исправить.

— Селестия? Ты ей больше не нужна. — Голос сменился на совершенно другой. С ним она разговаривала лишь однажды, но представляла его много-много раз. — Теперь у нее есть я.

— Я собираюсь все исправить, — повторила Сансет и обернулась. Там, где должно быть ее собственное отражение, она увидела пурпурного единорога. — Неважно, что это значит. И если какая-то маленькая сучка думает встать у меня на пути только потому, что Селестия решила поиграть с ней во время моего отсутствия, что ж, тогда она узнает, кого пытается наебать.

Единорог ухмыльнулся, затем ее фигура исказилась. Ее цвет изменился с фиолетового на красный, и Сансет уставилась на более демоническую версию себя.

— Так-то лучше. Нам не нужно, чтобы кто-то, вроде нее, околачивался поблизости. Избавься от нее, как только представится такая возможность. — Демон провел пальцем по своему горлу.

— Я решу, что с ней делать, — четко заявила Сансет.

Демон рассмеялся ее голосом.

— Ох, прошу. Время не повернуть вспять. Да и вообще, зачем останавливаться на твоей замене? Я думаю, пришло время кому-то другому взять на себя бразды правления. Думаю, мы могли бы уничтожить Селестию.

— Нет.

Демон нахмурился, и Сансет почувствовала жар, исходящий от статуи. Но только на мгновение, затем он снова вернул злобную ухмылку.

— Как пожелаешь, Принцесса. Но Селестия не примет тебя обратно. Никто, ни в Эквестрии, ни в этом мире, ни где-либо еще, не сможет простить такую, как ты.

Сансет плавно покачала головой.

— Ты ошибаешься.

Закончив спорить сама с собой, Сансет ушла. Она была достаточно умна, чтобы понимать, что происходит. Не было никакого демона, который прятался в зеркалах, ожидая ее приближения. Она даже не верила в демонов или во все это сверхъестественное дерьмо. Демон, который использовал ее голос и искажал ее лицо, был просто проявлением ее собственных худших качеств. Сомнения, гнев и ненависть — все это слилось в одно целое, созданное ее разумом для того, чтобы мучить ее. Иногда это было трудно помнить, но она знала, что это правда.

Вот почему она занялась этим напрямую. Что хорошего, если она вернется в Эквестрию, а демон будет и дальше преследовать ее? Ей хотелось верить, что в Эквестрии все ее проблемы исчезнут, но уверенности не было. Поэтому она должна суметь победить ее. Чтобы демон не имел над ней никакой власти. Если она встретится с ним лицом к лицу и выйдет победителем, на что еще он будет способен?

Остаток дня был потрачен на выяснение того, как именно это сделать. Она столько раз прокручивала в голове этот разговор, что стало казаться, что демон вот-вот неожиданно где-нибудь появится. Но, к ее удивлению, больше ничего необычного не произошло.

Тем не менее, она ни на шаг не продвинулась к победе над демоном. Она уже потратила большую часть своего перерыва на ланч, и следующие занятия так же оказались не особо продуктивными. К тому времени, как она добралась до последнего шестого урока, она была готова оставить попытки.

Шестым уроком стояла алгебра, и это был ее любимый предмет. Не из-за материала, который был слишком легким для нее, а из-за того, с кем она делила класс.

Эпплджек не садилась на противоположной стороне класса от Сансет. Она не избегала зрительного контакта с ней. Разговоры между ними не заставляли ее заикаться. Пока Флаттершай, как и остальные ученики, жила в страхе перед Сансет, Эпплджек ей сопротивлялась.

Это упрямство стало источником раздражения в течение многих лет, также как когда-то оно же было одним из любимых качеств Сансет в ней. Каждое взаимодействие меж ними превращалось в очередную попытку Сансет заставить Эпплджек сдаться, как всех остальных, но той всегда удавалось держать себя в руках, независимо от того, что Сансет подкидывала ей.

Стыдоба. Даже после всего, что произошло, после всего, что она наделала, Сансет не могла не чувствовать, что Эпплджек будет одной из самых трудных частей этого мира, которые ей придется оставить позади.

Урок почти подошел к концу, когда ее осенило. Сансет поняла, как доказать, что демон ошибается, но не была уверена, что сможет сделать это. Она взглянула на Эпплджек.

“Я не считаю тебя жалкой.”

Эпплджек ошибалась. Все, что сделала Сансет с тех пор, доказывало это. Неудивительно, что Сансет так и не смогла стать частью круга Эпплджек. Без вариантов. Все, на что была способна Сансет, это отталкивать людей.

Поэтому ей придется доказать, что она может стать чем-то большим. И если кто-то в этом мире и заслуживал этого, так это Эпплджек.

Когда урок закончился, Сансет не стала выкидывать никаких фокусов, чтобы форсировать встречу. Она не пыталась подкрасться к ней или каким-то образом манипулировать. Она просто подошла к столу Эпплджек и задала один вопрос.

— Хей, Эпплджек. Мы можем поговорить?

Эпплджек скептически посмотрела на нее, и это было справедливо.

— Я не знаю, че нам обсуждать.

— Просто выслушай меня. Пять минут.

Эпплджек ответила не сразу. Она смотрела на Сансет, взвешивая варианты. Не было способа принудить Эпплджек к этой встрече; она придет, либо нет, по собственной воле. Она встала и перекинула рюкзак через плечо.

— Хорошо. Пять минут.

Сансет вела их, хотя понятия не имела, куда пойти. Особых предпочтений не было, просто куда-нибудь подальше от любопытных глаз. Они остановились у дальней секции шкафчиков.

— У нас всегда были... сложные отношения, — начала Сансет.

— Сложные? Полагаю, эт можно и так назвать. — Эпплджек пожала плечами. — Конечн, я б прост сказала, что ты всегда была ужасной и оставила б эт так.

Сансет поморщилась. Это было не то, что она хотела услышать от Эпплджек.

— Это… это правда.

Сансет сделала паузу, давая Эпплджек возможность ответить, но она ей не воспользовалась. Похоже, Сансет придется нырнуть с головой первой.

— Я понимаю, ты меня ненавидишь. И это вполне заслуженно после всего, что я тебе сделала. Но… я хочу извиниться.

Эпплджек фыркнула.

— Серьезно?

— Да. Я… я не хочу заканчивать наше совместное обучение в этой школе вот так. Поэтому прямо сейчас, пока у меня есть такая возможность, я хочу извиниться за все. Я знаю, что это не так уж много, и я знаю, что не заслуживаю твоего прощения, но мне очень жаль.

Эпплджек усмехнулась.

— И когда ты планируешь выдернуть ковер из-под моих ног в этот раз?

— Что? Нет, я…

— “Ох, эт деревенская девчушка такая тупая, держу пари, она снова попадется на тот же трюк!”

— Эпплджек, это не так!

Сансет не могла в это поверить. Она понимала, что заслужила, но не могла поверить, что слышит, как Эпплджек говорит такое.

— Ох, не так? То ж самое было на первом году? А что насчет седьмого класса?

— Нет! Я… я не знаю! — Сансет затрясла головой. — На этот раз все по-другому, обещаю. Я серьезно.

— Нет. Нет, не по-другому. — Эпплджек уже не защищалась, она выносила окончательный вердикт, и это было даже хуже. — Есть разница между “высказать извинения” и действительно извиниться. Можт быть ты на этот раз думаешь, что говоришь искренне, но я знаю, что эт не так. Если ты действительно сожалеешь о том, кем ты была, то какого ляда сегодня случилась эт история с Флаттершай?

У Сансет перехватило дыхание. Ей показалось, что мир стал теснее. Эпплджек знала, что случилось с Флаттершай, и Сансет знала, что не сможет этого отрицать.

— Это не то… Я извинюсь перед ней. И перед всеми.

— Зачем?

Сансет ждала продолжения, но сдалась, когда Эпплджек проявила еще большее упрямство.

— Что ты имеешь в виду?

— Зачем? Зачем вообще перед кем-то извиняться? Ты не собиралась эт делать, пока я не сказала, так зачем же передумала сейчас?

— Я… я не…

— Эт потому, что ты на деле не сожалеешь о содеянном! — Эпплджек двинулась на Сансет, которая стала пятиться. — Коль ты действительно хотела извиниться, мне не нужн было б вытягивать у тебя эт. Так почему я, Сансет? Зачем ты приходишь со всем этим, если не для того, чтоб потом выкинуть очередную тупую выходку?

Почему она вот такая? Как Сансет могла объяснить это Эпплджек, если она сама никогда этого не понимала?

— Ты сказала мне… ты сказала, что если я когда-нибудь перестану отталкивать людей, то могу поговорить с тобой.

— Я сказа… ты говоришь о той записке, которую я написала, когда мне было двенадцать?

Как только она это произнесла, Сансет осознала, насколько это тупо.

— Я была прост глупым ребенком, — сказала Эпплджек. — Я думала, что все что нужно человеку — эт друг, чтоб помочь, и я думала, что могу быть этим другом для тебя. Но ты научила меня, что никто не изменится, если сам того не захочет, и что некоторые люди возможн слишком холодны, чтоб в принципе измениться. Так что спасибо, Сансет. Я б никогда не смогла научиться этому без тебя.

Так не должно быть. Эпплджек была единственной частью этого мира, которая всегда должна быть хорошей.

— Эпплджек, погоди…

— Прости, Сансет, но твои пять минут истекли. — Эпплджек улыбнулась и приподняла шляпу, прежде чем уйти. — И в любом случае, ты давно опоздала.

Сансет стояла, не веря своим ушам. Она была так уверена, что это сработает, и что бы она ни сделала, она всегда могла рассчитывать, что Эпплджек примет ее, если она когда-нибудь передумает. Она никогда не понимала, как сильно полагалась на это.

Сансет прислонилась спиной к шкафчику и медленно съехала на пол. Эпплджек не простила ее. И если даже Эпплджек не смогла простить, тогда кто в этом мире, Эквестрии или где-либо еще когда-нибудь мог?

Послышался пронзительный смех. Это был ее собственный голос, он исходил как изнутри, так и вокруг нее.

— Так, так, так. Все идет не так, как ты планировала, Принцесса? Тебе действительно следовало бы знать лучше. В конце концов, никому и никогда не будет дела до тебя настоящей. Но ни о чем не беспокойся. Я все еще здесь ради тебя. Я всегда буду здесь.

## 26 - Точка кипения

Глава Двадцать шестая

Точка кипения

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Ничего более не имело значения. Прошла неделя с тех пор, как Сансет переехала в свой собственный дом, неделя с тех пор, как Эпплджек доказала, что ее нельзя простить, и ничего более не имело значения.

Сансет подозревала это уже давно, но все изменилось, как только она действительно получила подтверждение. Хотя она продолжала ходить в школу, чтобы занять свое время, с примерным поведением было покончено.

Последние несколько лет Сансет усердно работала, чтобы сделать себе имя. На первом году обучения она, не спеша, набирала популярность. На втором году школа была разделена на более управляемые группки. И наконец в прошлом году, усердно работая, она заполучила себе титулы и короны.

Все это было тщательно спланировано для наилучшей отдачи в долгосрочной перспективе. Но перспективы больше не существовало. Все, чего добивалась Сансет, привело ее туда, где она сейчас. А что же дальше? Жизнь, которую она создала для себя? Она определенно недостаточно хороша.

Выйдя из тени, доминируя над всеми, заставляя их делать все, что она захочет, она отбросила свою способность играть невинную девочку, ну и наплевать. Даже если слухи дойдут до учителей, у них не останется времени что-либо предпринять. Вся школа может возненавидеть ее, и это не будет иметь никакого значения, пока они также боятся ее. Только с тремя людьми Сансет достаточно близка, и она не сомневалась, что Снипс и Снейлз будут с ней до конца.

Флэш, с другой стороны, был лишь вопросом времени. И все же она предполагала, что он останется с ней еще на немного. Но нельзя было отрицать очевидного, когда она получила от него сообщение:

Сансет, нам нужно поговорить. Встретимся в пиццерии.

Было заманчиво просто не ходить. Это не слишком важно на самом деле. Расстанутся они или нет, Сансет уйдет чуть больше чем через две недели.

Но ей было больше нечем заняться. Она бросила журналистику, как только нашла лучшие способы заполнить свое время, например работу. Но по понедельникам у нее выходной, поэтому, кроме пустого дома, ее никто не ждал, и она совсем не спешила возвращаться туда.

Хотя они познакомились в школе, именно в пиццерии Сансет и Флэш впервые поговорили. Она оставалась постоянным местом встречи на протяжении всех их отношений, в равной степени из-за ее близости к школе и чрезмерно сентиментальной природы Флэша.

Когда она приехала, любовничка еще не было видно, так что она купила газировку и нашла свободное место. Хотя она немного проголодалась, она все же решила не заказывать пиццу. Она не собиралась задерживаться здесь достаточно долго, чтобы поесть.

На самом деле она действительно не против. Одной проблемой меньше, когда она вернется в Эквестрию. Если Флэш дойдет до точки, когда он возненавидит ее, ей не придется тянуть с этим до конца месяца.

Прошла минута или две, прежде чем появился Флэш. Как и она, он не удосужился ничего заказать. Хорошо, это означало, что никто из них не питает иллюзий, что это может быть дружеская встреча.

— Привет, Сансет, — сказал он, присаживаясь. Он уже выглядел побежденным. — Я пытался связаться с тобой всю неделю.

— Я была занята. Ты же знаешь, что я работаю по выходным.

— Раньше это не мешало тебе звонить после работы.

Это было справедливое замечание, и он, вероятнее всего, ожидал как минимум извинений, если не лучшего объяснения. Но он не получит ни того, ни другого.

— Так о чем ты хотел поговорить?

Флэш, похоже, заметил отсутствие извинений, но никак это не прокомментировал.

— Какого дьявола тут происходит? Неужели ты думаешь, что я не заметил всего произошедшего за последнюю неделю? Ты открыто угрожала людям, провоцировала неприятности, шантажировала…

— В свою защиту скажу, что все, что ты назвал, фактически одно и то же.

— Это не смешно, Сансет! — Флэш потер глаза и глубоко вздохнул. — Я хочу знать правду. Что все это значит?

Сансет на мгновение задумалась.

— Правду? Конечно, почему бы и нет? Теперь уже все равно. — Она сложила руки и вздохнула. — Правда в том, что я устала, Флэш. Меня так долго доводили до предела, что я просто сломалась.

— Ты устала? — скептически повторил Флэш. — И что с того? У тебя стресс из-за того, что ты много работаешь, и ты просто вымещаешь это на окружающих? Это не делает твои действия нормальными, Сансет.

— Ты прав, — ответила Сансет, пожимая плечами. — Ничто не делает мои действия нормальными, потому что они “не нормальны”. Но ты меня неправильно понял. Я не устаю из-за учебы, работы или чего-то, связанного с эмансипацией. Все это — главная причина, по которой я все еще в здравом уме. Я устала притворяться. Все годы, что ты меня знаешь, были сплошным притворством. Девушка, которая терроризировала школу? Это настоящая Сансет Шиммер.

— Я в это не верю. У Сансет, которую я знаю, были кое-какие проблемы с людьми. Но она хороший человек.

Сансет усмехнулась и откинулась на спинку кресла.

— Нет, она просто хорошая актриса. И давай будем честны, тебя одурачить было нетрудно. Ты видел милую девушку, которая позволяла тебе быть большим героем и помогать ей в час нужды. Она была мила с тобой, смеялась над твоими шутками и пользовалась твоей растущей популярностью, чтобы пробиться на вершину.

Странно было видеть Флэша расстроенным. Обычно он был таким беззаботным, что сейчас его стиснутые челюсти и сжатые кулаки выглядели совершенно неуместно.

— Значит ты говоришь мне, что все, что между нами было, это большая ложь?

— Ну… — Сансет постучала себя по подбородку, затем подняла палец и улыбнулась. — Ах да! Секс был неплох, хотя бы что-то.

Флэш, похоже, не удовлетворился ответом. На самом деле, он воспринял это еще хуже, и даже не мог подобрать слов.

— Я бы сказала, что мне не хотелось тебя огорчать, но я обещала говорить только правду. — Поскольку Флэш не собрался уходить и не разговаривал, Сансет продолжила. — Тогда давай перейдем к делу. Чтобы мы покончили с этим, изначально должно быть это самое “Мы”. Но это всегда была только я и мои планы, а ты был в них лишь малой частью. И после этого разговора, я думаю, можно с уверенностью сказать, что иллюзия о нас с тобой закончилась.

Флэш невесело рассмеялся.

— Это уж точно. Я не могу в это поверить. Я не могу тебе поверить. Я всегда думал, что ты такой удивительный человек.

—  Кто-нибудь когда-нибудь рассказывал тебе, что бывают вещи, которые кажутся слишком хорошими, чтобы быть правдой?

— Ты же знаешь, что я не собираюсь просто сидеть и смотреть, как ты дербанишь школу, верно?

Сансет пожала плечами.

— Ты можешь делать все, что захочешь. Я сомневаюсь, что ты сможешь остановить меня. Старшая Школа Кантерлот моя.

— Это мы еще посмотрим.

Сансет рассмеялась.

— Думаю, так и будет. В любом случае, для меня это не имеет значения. Мне просто больше не хочется притворяться. — Она сделала глоток содовой и взволнованно поерзала. — Итак! Можно с уверенностью сказать, что другого такого дружеского разговора у нас не будет, поэтому, как я уже говорила, я буду полностью честна с тобой. Так скажи мне, есть ли еще что-нибудь, чего бы ты хотел узнать, прежде чем мы разойдемся в разные стороны?

Флэш на мгновение заколебался, прежде чем пристально посмотреть на нее.

— Ты когда-нибудь любила меня?

Сансет ухмыльнулась и пренебрежительно махнула рукой.

— Ооо, это очень просто! Конечно нет! По правде говоря, я сомневаюсь, что вообще способна кого-то полюбить.

Флэш поднялся.

— Хорошо. Последний вопрос. Ты действительно счастлива?

Улыбка Сансет пропала.

— Нет. Нет, и я не думаю, что когда-нибудь смогу стать счастливой. — Сансет встретила его тяжелый взгляд. — Наша маленькая викторина подошла к концу, так что уебывай с глаз моих.

Флэш ушел, не сказав ни слова, оставив Сансет смотреть на очередную оборванную ей нить.

— Ты… ты действительно так сильно ненавидишь меня?

— Да. Да, это так.

Сансет вздохнула. Если Флэш дойдет до точки, в которой он возненавидит ее, она больше не сможет причинить ему боль.

Раз уж она здесь, стоит извлечь из этого максимум пользы. Она встала и небрежно подошла к стойке, чтобы все-таки пообедать.

* * *

Ничего не могло сравниться с ездой на ее мотоцикле. Сансет сразу же пристрастилась к вождению, наслаждаясь контролем, который она чувствовала каждый раз, когда садилась за руль учебной машины в классе вождения. Это было неожиданным событием в жизни на Земле, но это чувство бледнело по сравнению с тем, что она ощущала на своем мотоцикле. Меньший размер давал ей больше свободы, избавляя от громоздких габаритов автомобиля.

В попытках очистить свой разум и убить немного времени, прежде чем отправиться домой, Сансет прокатилась по городу. Она много бродила по улицам, когда была моложе, в поисках портала домой, так что знакомым достопримечательностям не было конца. Сансет подозревала, что должна чувствовать что-то большее от идеи оставить позади одиннадцать лет своей жизни, но оставалась такой же апатичной, как и всегда.

Но поездка по городу не могла продлиться долго. Другие транспортные средства были ни чем иным, как движущимися препятствиями, которые добавляли острых ощущений, но каждый знак остановки или красный светофор разрушали эйфорию. Кроме того, несмотря на то, что прошло всего несколько дней после получки, ее счета гарантировали, что у нее останется лишь около пятидесяти долларов, чтобы продержаться до следующей зарплаты. Даже если она покинет этот мир через несколько недель, она хотела бы убедиться, что электричество, вода и газ будут доступны на этот срок.

С неохотой, она все же отправилась домой. Она попыталась составить план, чем занять свое время — припомнить подходящие книги или фильмы, но у нее были не слишком радужные перспективы на остаток дня.

Но почему-то она не обрадовалась, когда, подъехав к дому, обнаружила припаркованную перед ним машину. Она остановилась рядом, сняв шлем, и окно опустилось.

— Привет, Вайолет. Не ожидала увидеть тебя сегодня.

— Привет, Сансет. Я просто проезжала мимо и решила проверить, как идут дела в новом доме.

— Звучит неплохо. — На самом деле нет. Сансет должна была встретиться с Вайолет только через неделю. Это было похоже на неожиданную викторину, и Сансет не была готова к ней. — Дай мне минутку, чтобы загнать байк.

Вайолет кивнула и подняла стекло. Сансет снова надела шлем и заехала через лужайку к заднему входу. Она заглушила двигатель и спешилась, чтобы подняться по пандусу на кухню.

“Похоже, свой сарай я уже не получу.”

Не было шансов, что Ботлед Лайтнинг придет помочь ей с чем-либо по дому после того, как она порвала с его сыном.

Еще пара недель, и это тоже не будет иметь значения.

По крайней мере, это давало ей повод войти через заднюю дверь и быстро проверить дом, чтобы убедиться, что нет ничего такого, что могло доставить ей неприятности. Поскольку у нее не больше не было законного опекуна, она не была достаточно уверена, что произойдет, если Вайолет узнает о выпивке, и она не спешила выяснять это.

Как только она решила, что все чисто, то открыла входную дверь. Вайолет ждала с противоположной стороны, поэтому Сансет посторонилась, чтобы дать ей пройти.

— Ну как, нравится новое место? — спросила Вайолет, оглядевшись.

— Да, очень.

Сансет повернула компьютерное кресло к дивану и уселась на него. Даже ее маленький диван мог с комфортом уместить двух человек, но Сансет предпочла не находиться так близко к другому человеку, если это возможно. Даже если это Вайолет, которую Сансет знала дольше всех остальных.

Вайолет последовала примеру Сансет и села на диван.

— Я рада это слышать. Полагаю, ты еще не привыкла к таким переменам.

— Да, это правда. Я все еще жду, что кто-нибудь постучит в мою дверь и скажет, чтобы я шла на ужин или что пора спать, или просто… что-нибудь.

— Только не говори мне, что теперь тебе вдруг стало одиноко, — сказала Вайолет с ухмылкой.

— Нет-нет, не одиноко. Просто… по-другому. — Сансет улыбнулась. — Но это приятно. Я не слишком часто бываю дома из-за школы и работы, но когда я здесь, это так расслабляет.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Кстати о школе, я надеюсь, ты уже догадалась, что даже если бросишь ее, никаких последствий в краткосрочной перспективе не будет.

Сансет всегда восхищалась самоуверенностью Вайолет. В ее тоне не было ни тени сомнения. Она не беспокоилась о том, что ставит Сансет перед этим фактом, потому что знала, хотя они никогда не говорили об этом, Сансет прекрасно догадалась и сама. Она была так уверена, что даже не потрудилась включить в свою мысль "но".

— Да, эта мысль приходила мне в голову. Но я также знаю, что мне нужно поддерживать как свои оценки, так и посещаемость, если я хочу поступить в хороший колледж.

Вайолет кивнула.

— Конечно.

Проверка была формальностью, поскольку она ни на мгновение не сомневалась в Сансет.

— В первый день я пропустила несколько уроков. — Сансет немного отвела взгляд в сторону, дав понять, что смущена, но не придавая этому слишком большое значение. Скорее всего она могла бы ничего не говорить, но она не была уверена, к каким школьным записям Вайолет все еще имела доступ. — Я заснула, а телефон был в другой комнате, и я не услышала его будильник.

Вайолет усмехнулась.

— Похоже, утренний обход не такая уж плохая затея.

— Да, это точно. С того момента я стала гораздо внимательнее к тому, чтобы держать телефон при себе. Сомневаюсь, что у меня снова возникнет эта проблема.

— Я уверена, что беспокоиться не о чем. Несколько пропущенных занятий это еще не конец света. Особенно, учитывая твой список достижений.

Сансет снова расплылась в улыбке от комплимента.

— Да, я уже наверстала упущенное.

— Не сомневаюсь. И инициативная.

— Всегда была. — Сансет никак не могла избавиться от ощущения, что она не справляется с социальной ситуацией должным образом, и тут ее осенило. — О, эм, могу я предложить тебе что-нибудь выпить? Прости, я не привыкла к компании.

Вайолет усмехнулась.

— Нет, все в порядке, но спасибо за предложение.

Странно было думать о Вайолет, как о своей гостье. Вообще странно было иметь гостя. Единственным человеком, посетившим дом с тех пор, как все устроилось, был Флэш, и он едва ли чувствовал себя гостем. Его присутствие стало слишком нормальным, и было странно думать, что в будущем его тут не будет.

Флэш был рядом, когда Сансет просматривала варианты доступные для ее бюджета. Он был рядом, когда домовладелец передавал ей ключи, и у нее впервые официально появился собственный дом. Он был рядом, чтобы помочь чтобы перенести мебель, и когда она закупала продукты, и в тот день, когда она в последний раз переступила порог Новых Горизонтов.

Флэш был рядом на каждом шагу. И теперь он никогда не будет рядом.

— Сансет?

Сансет моргнула и поняла, что Вайолет что-то говорила, пока она потерялась в своих мыслях.

— Прости, что ты сказала?

— Я спросила, отправила ли ты свой первый платеж. Я полагаю, он был за электричество?

— Ох! Да, я об этом позаботилась. И у меня осталось немного денег на текущие расходы.

Вайолет какое-то время молчала, прежде чем продолжить:

— Все в порядке?

Сансет расплылась в своей лучшей ободряющей улыбке.

— Все замечательно. Счет за электричество оплачен, следующий счет придет за воду. И даже учитывая затраты на еду, я смогу вздохнуть чуть посвободнее.

— Ясненько. Ты же понимала, что с деньгами будет туговато.

Улыбка Сансет дрогнула от недопонимания Вайолет.

— Да все в порядке. Если только не случится ничего неожиданного, пока я еще не обжилась в этом доме, у меня не должно быть никаких проблем с деньгами.

Вайолет на мгновение задумалась.

— Ладно, я верю, что тебя не это беспокоит. Но я не верю, что все в порядке.

Неужели это так очевидно? Сансет вздохнула.

— Это был… плохой день. Мы с Флэшем расстались…

— Ох, мне так жаль это слышать. Ты хочешь поговорить об этом?

Здесь не о чем было говорить. Не о чем, кроме нескольких лет эмоциональных манипуляций, чтобы попасть туда, куда ей было нужно.

— Это… я думаю, это из-за дома. Флэш решил, что если я живу одна, то отношения между нами будут более... интимными.

— Ох, понимаю. Должна сказать, я удивлена слышать это. Он всегда казался очень галантным молодым человеком. — Вайолет покачала головой. — Я знаю, что тебе от этого не станет легче, но ты сделала правильный выбор.

— Ага. У меня слишком много дел, чтобы подвергать себя риску, ну вы понимаете… — Несмотря на то, что Сансет не испытывала проблем с разговорами о сексе, притвориться, будто подобное ее смущает, поможет лучше продать свою ложь. — В любом случае, мне не стоило сосредотачиваться на отношениях. Это просто отвлекает от работы над моим будущим.

— Не думаю, что это так. Хотя тебе и будет лучше без того, кто ограничивает твои возможности, нет ничего плохого в том, чтобы тратить время на отношения. Тебе позволено быть подростком, ты ведь в курсе?

— Наверное…

Как и надеялась Сансет, Вайолет, похоже, сочла этот разговор неловким. Это означало, что она не задержится на нем надолго.

— Скажу честно, я не лучший человек, к которому можно обратиться с подобной проблемой. Но поверь мне, одно из худших решений в данной ситуации — это позволить случившемуся разрушить твое восприятие отношений. Я понимаю, ты хочешь сосредоточиться на своем будущем, и ты добьешься успеха. Ты одна из самых впечатляющих людей, которых я когда-либо встречала, и перед тобой открыты бесконечные возможности. Но если ты уделишь немного времени на друзей и отношения, это поможет тебе не перегореть.

По крайней мере “избежать перегорания” звучало лучше, чем “не остаться в одиночестве”.

— Для человека, который не очень хорошо разбирается в таких вещах, у вас припасено немало советов.

— Я могу дать совет. Но это эмоциональные штуки, с которыми я не слишком дружу.

Сансет ухмыльнулась.

— К счастью для нас обоих, я довольно хорошо приспособилась.

— Да, это верно. — Но даже так Вайолет по-прежнему пыталась придумать, что еще сказать. Вскоре она сдалась. — Знаешь, я уверена, что мисс Роуз будет рада, если ты зайдешь к ней в гости.

— Это просто способ переложить заботу о моем эмоциональном благополучии на другие плечи?

У Вайолет было что-то такое, что позволяло ей с легкостью побеждать в неловкие социальные игры. Даже когда Сансет указала на очевидный трюк, Вайолет лишь улыбалась, как будто это было только частью плана.

— Я предпочитаю думать об этом, как о доказательстве, что один человек не может сделать все. Я могу помочь со многими проблемами, но для эмоциональной поддержки тебе действительно следует обратиться к мисс Роуз.

— Хорошо, я поняла. Я обязательно будут иметь это в виду.

— Отлично. В таком случае, есть ли еще что-нибудь, с чем я могу тебе помочь?

Сансет сделала вид, что задумалась.

— Нет, ничего не приходит в голову.

— Очень хорошо. — Вайолет встала, и Сансет сделала то же самое. — В таком случае увидимся в следующем месяце. Как насчет третьего октября? После школы, конечно.

Не то чтобы это действительно имело значение, но Сансет проверила календарь на своем телефоне. К тому времени она уже будет в Эквестрии, но ей нужно, чтобы Вайолет подумала, что у нее есть сомнения из-за работы.

— Звучит неплохо. Значит сегодняшнее мы засчитаем вместо встречи на следующей неделе?

— Да. Боюсь, что на наших встречах больше не будет ничего особо интересного. Пока тебе не исполнится восемнадцать, ты все еще мой клиент, но моя работа с тобой, похоже, закончена. Мне нет необходимости следить за тем, чтобы с тобой больше не обращались плохо, и я полностью уверена в твоей способности видеть свое будущее.

— Я полагаю, это верно. Но думать об этом странно.

Вайолет подошла к двери, но через несколько шагов остановилась.

— Я надеюсь, ты понимаешь, что я по-прежнему с тобой, как и всегда была. Если у тебя возникнут какие-нибудь неприятности, я буду всего лишь на расстоянии телефонного звонка.

— Я поняла. — Сансет проводила Вайолет до двери, хотя в таком маленьком доме это не было большой необходимостью. — Спасибо, Вайолет. Увидимся через месяц.

— Береги себя, Сансет.

Следующего месяца не будет. К тому времени Сансет вернется в Эквестрию, и она больше никогда не увидит Вайолет. И все, что она могла делать, это наблюдать, как еще один из столпов ее жизни в этом мире, уходит прочь.

Это был продуктивный день. Сансет навсегда позаботилась о двух людях, которые ей уже не нужны. Теперь почти никого не осталось. Только Снипс и Снейлз, но их она будет держать до конца.

“Теперь я сама по себе.”

В доме стало подозрительно тихо. Шум был чем-то самим собой разумеющимся, пока она жила со множеством детей в приюте. Она всегда думала, что хочет тишины, пока не получила ее. В большинстве случаев она оставляла включенным фильм или музыку, даже если не обращала на это внимания. Все что угодно, лишь бы побороть тишину.

Это включало в себя даже то, что Сансет ненавидела больше всего. Хотя она не смогла разобраться, почему она это сделала, но она вошла в ванную. И к ее большому удивлению, зеркало показало только ее обычное отражение.

— Всегда ведь была здесь, а? Ты где, сука? — Ее отражение не ответило. Сансет прищурилась, глядя на себя, приложив ладонь к поверхности. Она была холодной и твердой. — Убого.

Сансет вышла из ванной и взглянула на телевизор. Она подумала о том, чтобы поставить фильм, но на самом деле была не в настроении. Кроме того, приближался вечер, и единственным, что она съела за весь день, был кусок пиццы. Решить, что приготовить на ужин, было куда более разумным выбором.

Она отправилась на кухню и проверила содержимое своих полок и  холодильника. Ничего не привлекло ее внимание. Даже если она найдет что-нибудь поесть, ей придется это готовить, что тоже было не слишком заманчивой затеей.

Доставка еды звучала намного лучше, поэтому она быстро пробежалась по списку вещей, которые для этого нужно держать в голове. Она знала все, что необходимо, но передумала, решив, что может подождать до следующей зарплаты. Она посмотрела на свой байк и улыбнулась. Если она сама отправится за едой, то сэкономит на доставке и не будет в одиночестве дома, пока ждет заказ.

После короткой остановки в спальне, опустошить свой рюкзак, чтобы было куда положить еду, Сансет была готова идти. Когда она спускалась по пандусу, двигатель мотоцикла был все еще теплым, и она уже представляла, как большая часть ее бюджета на следующие несколько недель сгорает в цилиндрах.

Двигатель завелся с ревом, который прогнал тишину. Превосходно.

Она двигалась медленно, пока не выехала на дорогу, затем надавила на газ. Если кто-то решит последовать за ней, то для начала ему придется догнать ее.

Скорость быстро вытеснила мысли о еде, и Сансет мчалась, не особо задумываясь о месте назначения. Она ехала, когда садилось солнце и продолжала ехать после. Она путешествовала по районам города, в которых никогда раньше не бывала, почти не замечая окружающего мира.

Управляя мотоциклом, она старалась ни о чем не думать. Роуз Петал, Вайолет Даск, Флэш Сентри, Эпплджек. Все они были частью прошлого, которое не последует за ней в Эквестрию. Ее дом, ее работа, ее статус в школе Кантерлот. Все это больше не имело значения, поэтому Сансет попыталась выбросить все из головы.

Это почти сработало. Мир проносился мимо нее, как в тумане, рев двигателя, когда она снова нажимала на газ, ветер, который был достаточно силен, чтобы продувать ее даже через кожаную куртку и шлем. Этого было почти достаточно. Это не стерло мысли, но помогло скрыть их.

Но как бы ей ни хотелось продолжать, стрелку топлива нельзя было игнорировать. Она позволила баку почти опустеть, прежде чем остановиться на заправке. Она вернулась в ту часть города, которую знала, и была немного удивлена, поняв, что находится так далеко от своего дома.

Все вернулось, когда она остановилась. Ничего не поделаешь, и она это знала. Эти мысли были частью этого города, и она освободится от них, только когда вернется в Эквестрию.

Что ж. Ей просто придется сделать все, что в ее силах, чтобы потратить таким образом как можно больше времени. Она не любила оставлять свой байк в одиночестве, поэтому всегда как можно быстрее ходила оплачивать топливо. В предвкушении новых поездок, подобных этой, она оплатила больше бензина, чем, как она знала, ей действительно понадобится.

— Простите, — сказал кто-то, когда она вернулась к колонке. — Не могли бы вы помочь мне долларом? Просто пытаюсь найти пропитание…

Сансет обернулась и увидела мужчину. Его одежда была старой и выцветшей, и выглядел он лет на тридцать.

— Извините, у меня…

Она усмехнулась, когда у нее появилась идея.

— На самом деле, мы могли бы помочь друг другу. Дальше по улице есть винный магазин. Я дам тебе десять баксов, чтобы ты зашел и купил что-нибудь для меня.

Он помедлил с ответом, явно удивленный предложением.

— Сколько тебе лет?

Это не было отказом, что означало, что она могла повлиять на него.

— Насколько ты голоден?

— Не настолько голоден, чтобы покупать выпивку ребенку.

Сансет начала заливать топливо и повернулась к нему лицом.

— Слушай, я не ребенок. Мне девятнадцать, а этого достаточно, чтобы пить в большинстве других стран. Я не учусь в школе, владею своим домом, у меня есть работа. И сколько детей водят мотоциклы? Ты думаешь, что мои родители не возражали бы, если их пятнадцатилетний ребенок будет ездить на мотоцикле?

— Думаю, это имеет смысл…

— В любом случае мы не будем настолько долго тусоваться вместе, чтобы у тебя были неприятности. Но все зависит от тебя, я не собираюсь умолять или что-то в этом роде. — Колонка перестала подавать топливо, и она закрыла бачок. — Так что ты решил?

Он нерешительно посмотрел на нее, и Сансет знала, что он хочет сказать "да". К сожалению, у него был отчетливый вид человека, который собирается произнести "нет".

— Двадцать долларов, если мы поедем. На самом деле я не в настроении оставаться здесь.

Даже с удвоенной ценой все равно потребовалось мгновение, прежде чем он сдался.

— Хорошо, хорошо. Поехали.

Сансет была не в восторге от пассажира на байке, но это недалеко. По крайней мере он держал свои руки на ее плечах и не использовал поездку, как шанс полапать ее.

Она припарковалась достаточно далеко от входа, чтобы никто внутри не смог рассмотреть ее, но на всякий случай не сняла шлем. Ее пассажир моментально спешился, вероятнее всего хотел побыстрее покончить с этим. Сансет достала бумажник и протянула ему десять долларов.

— Самую большую бутылку водки, которую найдешь. Ты получишь двадцатку, когда вернешься.

Он кивнул и вошел внутрь. Сансет воспользовалась случаем, чтобы снять рюкзак и открыть его. Вот тебе и еда. Как только она заплатит своему сообщнику, она будет полностью разорена до получки.

По крайней мере он быстро зашел и вышел, и бутылка, которую он нес, была соответствующего сумме размера.

— Вот. Ты уверена, что справишься с этим? Это тяжелая вещь.

Сансет рассмеялась, запихивая ее в рюкзак.

— Не беспокойся обо мне. — Она с трудом могла поверить, что он не потребовал деньги вперед. Этого было достаточно, чтобы вызвать у нее соблазн уехать. Но меньше всего ей хотелось спровоцировать его действия, пока она убирает подножку, поэтому она отдала ему деньги. — Приятно поужинать.

— Эй, можешь подбросить меня до…

Сансет умчалась, не услышав, куда он хотел поехать. Ему заплатили куда больше, чем следовало, и кроме того, он действительно не был ее проблемой.

Все, что ей оставалось делать, это приехать домой, разогреть замороженные полуфабрикаты и посмотреть какой-нибудь фильм, в процессе нахуярившись до такой степени, чтобы забыть, насколько она все ненавидит.

Сансет не поехала домой. Приблизившись к перекрестку, на котором она должна была свернуть, она промчалась дальше. Она никуда не собиралась. Ей некуда было отправиться. Но она все равно продолжала путь.

Сансет знала эту часть города, но ей обычно не нравилось там околачиваться. Это был хороший район; дома, в основном все двухэтажные, имели большие дворы и не выглядели одинаково, как пригородные; большинство людей с наступлением темноты уже находились внутри, и это всегда заставляло Сансет чувствовать себя неуютно.

Ее беспокоило не столько идиллическое ощущение тихого города. На самом деле ее беспокоил всего лишь один дом. Одно место, которое Сансет годами избегала.

Именно туда она и направлялась.

Она поняла это только тогда, когда уже почти добралась, и, конечно же, каждый поворот лишь приближал ее. Она хотела развернуться, поехать куда-нибудь еще, но не сделала этого. Она даже не была уверена почему, но по какой-то причине она осталась на маршруте.

На ферме "Сладкое яблочко" никого не было, но Сансет видела силуэты в окнах. Она съехала на обочину, стараясь не оказаться слишком близко и не останавливаться прямо под уличным фонарем, и просто смотрела, как тени движутся внутри дома. Она не могла сказать, что они делали, но, учитывая время, ужин казался вполне вероятным.

Что она делает? Сансет не хотела разговаривать с Эпплджек, так почему же она проделала весь путь до ее дома? Она была поражена, что вообще вспомнила, как добраться до дома Эпплджек; она была здесь всего один раз, одиннадцать лет назад.

Пока она стояла, Сансет сняла рюкзак с одного плеча и развернула его, чтобы открыть. Она приподняла шлем, не снимая его полностью, откупорила бутылку водки и сделала глоток. Напиток обжег ей горло и заставил закашляться, но ей нравилась боль. Она поморщилась, закрывая крышку, затем положила бутылку в рюкзак и накинула его на плечо.

Сансет еще раз взглянула на дом. Может быть ей просто нужно попрощаться с местом, которое в детстве вызывало у нее кошмары, прежде чем она навсегда избавится от него. В действительности она не верила в это, но также не знала, зачем еще она сюда попала. Она надела шлем обратно и укатила прочь.

За “Сладким яблочком” находился национальный парк Эверфри. Сансет однажды в детстве убежала туда, пытаясь спастись от монстра, который жил в сарае Эпплджек. Дорога, ведущая в лес, была в неважном состоянии, и Сансет понятия не имела, куда и как далеко она ведет, но все равно продолжала ехать по ней.

— Ты знаешь, я всегда тут, чтобы поговорить обо всем, о чем ты захочешь. Иногда мне кажется, что эти старые кости только на это и годятся.

Сансет снова нажала на газ. Если какие-то мысли решат последовать за ней, для начала им придется догнать ее.

— Если ты беспокоишься о том, что я доставлю неприятности Шугар Бриз или Дью Дроп, ты должна знать, что они меня не волнуют. Только ты.

Сансет никогда не ездила так быстро. Она надавила на газ так сильно, насколько это возможно. Но все еще недостаточно быстро.

— Тогда я хочу узнать. Какова настоящая Сансет Шиммер?

Это было потрясающе. Вокруг не было ничего, что могло бы встать у нее на пути. Ни красных огней, ни знаков "стоп". Просто акр за акром деревьев, проносящихся мимо слишком быстро, чтобы их можно было разглядеть.

— Те нужны люди в твоей жизни, и я… я хочу быть одной из них, если ты мне позволишь.

Все было бы прекрасно, если бы Сансет могла отгородиться от своих мыслей. Ей просто нужно ехать достаточно быстро, чтобы скрыться от воспоминаний.

— Хотя, по правде говоря, я чувствую себя намного лучше, когда ты рядом.

Прекрати это. Перестань думать о прошлом. Все это больше не имеет значения.

— Ненавижу то, что я думаю о тебе! Ненавижу за то, что ты такая охуенная! Ненавижу за то, что ты вернулась в мою жизнь!

Прекрати, прекрати, прекрати, прекрати, прекрати, прекрати, прекрати!

Тормоза завизжали, Сансет остановилась так резко, что чуть не слетела с байка. Она заглушила двигатель и сняла шлем, не обращая внимания, когда он упал на землю. Она слезла с байка и не стала возиться с подставкой, позволив ему тоже упасть.

Она сделала всего несколько шагов, прежде чем споткнулась и упала сама. Она не встала. Ее голова кружилась от резкого изменения скорости, поэтому она обхватила ее руками, желая, чтобы мир вокруг остановился.

Сансет закричала. Это было уже слишком. Более десяти лет она подталкивала всех именно туда, куда хотела, чтобы получить от них именно то, что она хотела, и все это вернулось к ней.

— Это не моя вина!

Рядом не было никого, кто мог бы ей ответить.

— Я ни о чем таком не просила! Я не знала, что зеркало сделает со мной! Этого не должно было случиться!

Она оглядела деревья вокруг. В лесу должно быть что-то, хоть что-нибудь. Но она ничего не увидела. Даже тени оставались совершенно неподвижными, отказываясь сегодня играть с ней какие-либо зловещие шутки.

— Я просто… Я просто хочу домой.

Вокруг никого не было, но, по крайней мере, у нее была одна вещь. Она сняла рюкзак и достала водку. Она открутила колпачок и сделала большой глоток, решив пить до тех пор, пока не забудет, насколько сильно ненавидит себя.

Это обжигало, но Сансет заслужила сожжение. Она остановилась, только когда начала кашлять, и ей показалось, что ее сейчас вырвет. Она свернулась калачиком и сложила руки в молитвенном жесте.

— Простите меня. Простите меня, что я такой дерьмовый человек для всех, кто пытался мне помочь. Простите меня, что я причинила боль всем, кто мне дорог. Простите меня…

Ответа не последовало. Никакой демонической версии самой себя, никакой замены, которая могла бы преуспеть во всех начинаниях, в которых потерпела неудачу Сансет, никакого искаженного бывшего наставника, повторяющего ее имя, ничего из того, что мучило ее на протяжении многих лет.

Здесь не было никого, кроме самой Сансет.

И это было хуже всего.

## 27 - Последний раз

Глава Двадцать седьмая

Последний раз

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Иногда, не слишком часто, но время от времени, все шло гладко.

И похоже, наклевывается именно такой день, и как раз вовремя. Последние несколько недель стали настоящим испытанием силы воли Сансет. В хорошие дни школа и работа слишком утомляли ее, чтобы беспокоиться о чем-то еще.

Что касается плохих дней… ну может чуть лучше, чем проснуться с похмелья в лесу с пустой бутылкой водки, блевотиной на куртке и без четких воспоминаний о том, как она здесь оказалась. По крайней мере у нее было достаточно здравого смысла, чтобы убрать себя и свой байк с дороги. Но краска на одной стороне была поцарапана, и ей пришлось искать шлем.

Это была ее самая низкая планка, но “хорошие” дни случались нерегулярно. Становилось все труднее определить что хуже: галлюцинации или воспоминания. В любом случае, пришло время оставить все позади. Если лес был ее нижней планкой, этот день станет высшей.

Было нечто волнующее в осознании того, что все делается в последний раз. Ее будильник зазвонил в последний раз, и она в последний раз собиралась в школу. Поездка от ее дома до школы стала всего лишь предпоследней, но это был последний раз, когда ей приходилось поспешать, чтобы найти парковку. Каждый урок становился последним предметом, и она уже отсидела три из них.

Это привело ее к последнему школьному обеду. Сансет была слишком взволнована, чтобы есть, и ей оставалось только убить полчаса. Эта мысль почти свела ее с ума, но потом она вспомнила, что после этого ей больше никогда не придется бесцельно бродить по школе.

Больше никаких хитрых схем. Никаких планов на будущее. Не было учеников, которым нужно что-то напоминать и угрожать или людей, с которыми можно было бы поговорить. Больше ничего из этого не имело значения.

Это казалось странным. Сансет ожидала, что последний день окажется потраченным впустую временем. Конечно так оно и было, она потратила годы, чтобы обустроить свою жизнь, и скоро все это исчезнет. Ей нечего было взять с собой, ничего не сможет принести ей пользу. К концу дня, все, что у нее есть, с таким же успехом может прекратить существовать.

Но когда она поняла это, то почувствовала… облегчение. Трудно было понять, почему так, но Сансет не слишком загонялась. Она собиралась домой. Почему бы ей не быть счастливой?

Место назначения, к которому Сансет направлялась по школьным коридорам не было выбрано случайно, более того, это было единственное место, куда стоило сходить. Почти все в школе стало бессмысленным, но была одна причина, которая оправдывала этот день: директор Селестия решила, что поскольку Осенний Бал состоится в конце недели, было бы неплохо выставить корону на всеобщее обозрение.

И это было хорошо. Не для школы, а для Сансет. Ее не будет здесь, чтобы выиграть корону, но она собиралась убедиться, что никто другой ее не получит. Это ее корона, и кроме того, Сансет уже слишком много раз находили замену.

Очевидно, это был необходимый шаг. Когда Сансет подошла к короне, то увидела, что кое-кто уже восхищается ею.

— Это действительно красивая вещь, не правда ли? — спросила Сансет у другой девочки, подойдя сзади.

— Сансет Шиммер. — Рэрети резко вытянулась и напряглась, отпрыгнув назад. — А, эм, она выглядит мило.

На самом деле Сансет не волновал дизайн. Ей нравился золотой обод, но передняя центральная часть короны была ужасной. Она была выполнена в форме шестиконечной пурпурной звезды, и Сансет возненавидела ее с тех пор как увидела. Символ казался ей знакомым, но она не могла вспомнить, где встречала его.

Но эти мысли лучше держать при себе.

— Хм, как ты думаешь, я буду выглядеть также сногсшибательно в этой короне, как и в той, что была на Весенней Интрижке?

Малейший признак агрессии можно было заметить в том, как Рарити прищурилась и нахмурилась, но она быстро поправила себя, заменив все нервной улыбкой.

— Ты будешь такой же сногсшибательной, как и всегда, я уверена.

— Конечно, как я могу не быть? Мы же обо мне говорим.

— Что ж, желаю удачи. — Рэрети отошла на несколько шагов, но Сансет еще не закончила с ней.

— О, мне не нужна удача. — Сансет сократила дистанцию, которую Рэрети создала между ними. — Никто в этой школе не проголосовал бы против меня, даже если бы у меня имелись соперники. Если, конечно, ты не знаешь чего-то, чего не знаю я.

— Нет! Я ничего такого не имела в виду, я просто хотела сказать…

— Рэрети. — Сансет взглядом пригвоздила ее к одному месту. — Давай начистоту. Мы обе знаем, что ты одна из самых популярных девочек в этой школе, даже после того, как то неудачное видео с Весенней Интрижки стало вирусным.

В отличие от Флаттершай, у Рэрети был предел тому, как долго ей могут помыкать. Похоже, Сансет уже приближалась к нему.

— Кто-то мог бы сказать “клеветническое”, это было бы куда более точным определением.

— Что это сейчас было?

— О, не обращай внимания. Кроме того, я уверена, что ты слишком занята, чтобы задержаться и поболтать подобным образом. В конце концов, я знаю, что планирование идеальной кампании отнимает слишком много времени.

Сансет тепло рассмеялась.

— Да, думаю, ты знаешь. Ну может быть не совсем идеальной, если быть точной.

— Да, я полагаю было несколько вещей, которые я могла бы сделать по-другому. — Рарити на мгновение задумалась. — И… полагаю, я не могу сказать, совпадает ли наш опыт в точности. Как ты знаешь, когда я баллотировалась на "Принцессу Весенней Интрижки", у меня были конкуренты. Так умно с твоей стороны обойти это, что полностью исключает всякую необходимость действительно заслуживать титула.

К несчастью для Рэрети, у Сансет тоже были свои пределы.

— Ты знаешь, для своего собственного блага ты чересчур уж умна. Но как я уже говорила, сегодня я не собираюсь плясать вокруг да около. — Несмотря на то, что вокруг были ученики, которые могли стать свидетелями, Сансет схватила Рэрети за рубашку и притянула к себе. — Если я пронюхаю, что ты подумываешь выдвинуться на титул Принцессы Осеннего Бала или на любой другой титул, тогда на кону будет больше, чем твоя репутация. Ты поняла?

Вся сообразительность Рэрети быстро улетучилась, когда дело дошло до физического контакта, и она едва смогла пробормотать согласие.

— Д… да, конечно. Эм… и в мыслях не было.

— Хорошо. — Сансет толкнула Рэрети, и та упала на пол. — Увидимся на моей коронации.

Все расступались перед ней, когда Сансет шла через холл. Был шанс, что кто-нибудь из них побежит и расскажет директрисе Селестии о том, что произошло. Это может даже лишить ее права баллотироваться на звание принцессы. Но это было маловероятно. Они все ее боялись, и Сансет это нравилось.

Ну почти все ее боялись. Как раз перед тем, как она добралась до своего класса на четвертый урок, чей-то голос позвал ее.

— Сансет Шиммер! Тащи свою задницу сюда!

Сансет остановилась с усмешкой, но не пошла обратно. Вместо этого она встала в сторонку и подождала, пока Рэйнбоу Дэш догонит ее.

— Это случайно не наш всеми любимый спортсмен? Чем могу помочь?

Рэинбоу смотрела на Сансет. Ее руки были сжаты в кулаки, а челюсти крепко стиснуты.

— Какого черта у тебя произошло с Рэрети?

— О, так ты видела. Тогда не понимаю, почему не сказала сразу же. — Сансет не могла запугать Рэинбоу физическими угрозами. Без магии ей и близко не сравниться с ней ни в силе, ни в скорости.

Но даже несмотря на то, что Рэинбоу должна знать, что у нее есть преимущество, она просто не из тех, кто безрассудно нанесет удар.

— Я скажу прямо сейчас, я хочу знать, почему ты нацелилась на нее. Ты уже подослала своих лакеев, чтобы убедиться, что она не выступает против тебя.

— Это был просто женский разговор. Кому-то, вроде тебя, не о чем беспокоиться.

— Что это должно означать?

Сансет не могла одолеть Рэинбоу, но это означало только то, что ей приходилось полагаться на другие ресурсы. В отличие от Рэрети, Рэйнбоу ужасно справлялась с интеллектуальными играми.

— Эй, я это не в плохом смысле говорила. Просто иногда приятно поговорить о разных девичьих штучках, а ты практически как парень.

Рэинбоу подошла ближе и прижалась к лицу Сансет.

— Это был не девичий разговор, и ты это знаешь.

Это было почти впечатляюще, обычно Рэинбоу можно было легко сбить с любого хода мыслей, просто переводя тему беседы на нее.

— Конечно девичий. Принцесса Осеннего Бала это большое дело для нас, девушек, которые не лесбиянки.

Вот и все. Сансет нажала Рэинбоу на больное, и та схватила Сансет за руки и оттолкнула назад. Раздался громкий звук, когда Сансет ударилась о шкафчик позади нее, но голос Рэинбоу был еще громче.

— В чем твоя проблема!? Почему ты не можешь оставить всех в покое!?

— Рэинбоу, остановись! — сказала Сансет самым жалким голосом, на который была способна. — Прошу, ты делаешь мне больно…

— Хех, ведешь себя очень жестко, но на самом деле ты просто трус. Просто подожди, и я…

— Что все это значит!?

Глаза Рэинбоу широко распахнулись, когда она повернулась и увидела Крэнки, стоящего в дверях соседнего класса. Было забавно это наблюдать, но Сансет пока не могла как следует посмеяться. Все шло именно так, как она планировала, но ее план еще не был завершен.

— Немедленно отстань от нее, — потребовал Крэнки.

Рэинбоу подчинилась, уставившись взглядом между Сансет и Крэнки.

— Она первая начала.

Сансет прикрыла лицо, чтобы ее смех выглядел как плач. Это что, лучшее оправдание, которое Рэйнбоу смогла придумать?

— Я… я ничего не делала, я просто шла в класс, и…

— Да, конечно! Она же самый большой лжец в этой школе. — Рэинбоу позволила своей натуре взять верх, что было только на руку Сансет. — Она издевалась над другим учеником пару минут назад.

— Почему все продолжают говорить такие вещи обо мне?

— Как тебя зовут? — спросил Крэнки.

— Рэинбоу Дэш.

— Я про тебя что-то слышал. Ты ведь не из моих учениц, не так ли?

— Нет, сэр. — Рэинбоу усмехнулась. Даже в таких обстоятельствах она явно слишком стремилась выпендриться. — Но я участвую практически в каждой спортивной команде. Звездная спортсменка СШК Рэинбоу Дэш.

— Хмф... — Существовало лишь несколько вещей, которые могли произвести впечатление на Крэнки, и спорт не входил в этот список. — Что ж, мисс Дэш, как вы думаете, какова политика школы в отношении спортсменов, участвующих в драках?

Сансет даже не рассчитывала на это. Она знала, что сможет легко спровоцировать Рэйнбоу на драку и рассказать об этом учителю, но запретить ей заниматься спортом? Это просто слишком идеально. Единственным недостатком было то, что она не сможет ткнуть ее этим, пока Крэнки был рядом.

— Я не дралась, я… — Рэинбоу опустила взгляд, так и не найдя другого ответа. Она сжала одну руку в кулак, а другой указала на Сансет. — Ну а как насчет нее?

— Позволь мне беспокоиться о мисс Шиммер.

Рэинбоу посмотрела на Сансет, и понимание происходящего отразилось на ее лице. Она осознала, что все кончено, и что Сансет держит ситуацию под контролем.

— Хорошо. Просите меня. Этого больше не повторится.

— Лучше бы не повторилось. Ну а теперь убирайся, и чтобы я не слышал, что ты снова создаешь проблемы!

Рэинбоу ушла с хмурым взглядом, который Сансет будет помнить вечно. Этот день продолжал быть идеальным.

Теперь ей просто нужно разобраться с Крэнки.

— Я не могу поверить, что это произошло.

— Почему бы тебе не зайти внутрь, и мы поговорим об этом.

Было нетрудно придумать историю, в которую он поверил. Она разыграла слезливый спектакль про то, как Флэш бросил ее, и о том, как он регулярно общался с Рэинбоу. Это было тупо, и не давало Рэйнбоу реального повода для нападения, но Крэнки преподавал достаточно долго, чтобы знать, что драмы в старшей школе действительно были настолько тупы.

Кроме того, он хотел ей верить. Он и его жена были теми, кто нашел Сансет, когда она впервые прошла через портал, и они оба проявляли активный интерес к ее деятельности в СШК. Все ученики знали, что не стоит связываться с ней, и некоторые учителя тоже стали обращать на нее внимание. Но Крэнки и Матильда? Они отказывались видеть в Сансет кого-либо, кроме золотого ребенка.

Поскольку Крэнки был ее учителем на четвертом уроке, Сансет просто села за парту, как только они закончили разговор. Он преподавал географию, и, несмотря на отсутствие энтузиазма, на самом деле у него это неплохо получалось. Он путешествовал по всему миру, когда был моложе, и любил потчевать свой класс историями из собственного опыта.

Несмотря на ее волнение в преддверии окончания дня, урок пролетел быстро. Это был один из немногих предметов, которые действительно интересовали Сансет, так как человеческой географии в Эквестрии, безусловно, не учили. Она задумалась, не следовало ли ей получше запомнить мир, в котором она жила. Тщательное изучение другого мира должно было произвести большее впечатление, чем все, что когда-либо делала эта глупая пурпурная единорожка.

Но сейчас уже слишком поздно заниматься исследованиями, и, кроме того, у Сансет было много собственных историй, которыми она могла поделиться с пони дома. Все, что оставалось сделать, это добраться туда.

Но сначала пятый урок. Прозвенел звонок, оборвав историю Крэнки на середине. Он попросил класс напомнить ему завтра, на чем он остановился, но Сансет никогда не услышит конца этой истории.

Забавно, что пятый урок Сансет был английским с Матильдой. Она сомневалась, что посетит оба их урока исключительно по простой случайности, но задалась вопросом, не специально ли их расположили друг за другом.

Это был предмет, без которого Сансет могла бы обойтись. Матильда сама по себе была неплохой. На самом деле большинство ее учеников действительно любили ее. Заботливая, отзывчивая, изредка строгая, и в принципе, в ней было все, чего только можно пожелать от учителя. Она напоминала Сансет Роуз Петал.

Класс по очереди читал отрывки из книги, которую Сансет уже давно прочла. Она едва следила за ними только ради того, чтобы знать, что она должна будет прочитать, когда наступит ее очередь. Примерно в середине урока она сняла куртку и спрятала ее под парту. На улице было слишком прохладно, чтобы комфортно ходить без куртки, но она вернется за ней.

Как только урок закончился, Сансет покинула класс вместе с остальными. Время для последнего урока, на который она когда-либо пойдет, и у нее кружилась голова от волнения.

Не то чтобы в этом уроке было что-то захватывающее. Даже вооруженная знанием, что ей больше никогда не придется слушать, как бубнит ее учитель алгебры, Сансет все еще не могла заставить себя уделить ему толику внимания.

Не помогало и то, что ее взгляд то и дело падал на другую девушку, сидящую в нескольких рядах от нее. Эпплджек слишком сосредоточилась на своей работе, чтобы замечать взгляды Сансет. Это был последний раз, когда она видела Эпплджек, и она не знала, что с этим делать.

Но что ей оставалось в конце концов? Как только прозвенел звонок, Сансет подошла к Эпплджек, прежде чем уйти.

— Хэй, Эпплджек.

Эпплджек подозрительно посмотрела на нее.

— Я не знаю, что ты задумала, и по-чесноку, мне все равно. Я не в настроении разбираться с твоими глупостями.

— А я вот пытаюсь по-дружески предупредить тебя. — Сансет печально покачала головой. — Я слышала, как несколько детей говорили о тебе и о твоем кузене.

Эпплджек закатила глаза.

— Очень умно, Сансет. Знаешь, после усех этих лет, ты могла б попытаться придумать что-нить пооригинальнее.

Сансет изобразила обиду на лице.

— Что? Эпплджек, я говорю тебе только то, что слышала. Я бы никогда не одобрила, если бы ученики стали распространять такие отвратительные слухи. Ведь я же самая милая ученица СШК в конце концов.

Эпплджек грубо запихнула все свои вещи в рюкзак и встала.

— Прост подожди, Сансет. Ты скоро получишь то, что те причитается.

— То, о чем я всю жизнь мечтала? Не могу дождаться.

Сансет улыбнулась, когда Эпплджек вылетела из класса, но улыбка исчезла, как только она ушла. Вот и все. Это был последний раз, когда она видела Эпплджек.

Это было то, чего она всегда хотела. Эпплджек больше всего на свете ненавидела тот факт, что Сансет сошел с рук весь ее обман. Сила слухов об инцесте, которая кружилась вокруг Эпплджек давно сошла на нет, но это было отличным напоминанием того, как долго Сансет ужасно поступала с ней.

Любые шансы на то, что Эпплджек простит ее, уже исчезли, и, если повезет, испарятся и любые шансы, что Эпплджек перестанет ненавидеть ее после того, как она уйдет. Держать всех небезразличных ей подальше, чтобы она не могла причинить им боль, пока она не исчезнет. Другого пути не было.

Сансет собрала свои вещи и покинула класс. Она в последний раз остановилась у своего шкафчика, забрала шлем и сбросила большую часть вещей. Они ей больше не понадобятся. Коробка, собирающая пыль на дне, привлекла ее внимание, но она проигнорировала это.

Она вышла из здания, но вместо того, чтобы направиться к ученической парковке, зашагала к парковке учительской. Быстрый осмотр показал, что Матильды нигде не видно, но ее машина на месте.

Идеально. Сансет ждала, не сводя глаз с дверей. Это было невероятно скучно, но она не хотела рисковать потерять ее, отвлекаясь на телефон, было слишком важно не упустить ее. Это единственный шанс закончить свое пребывание в СШК на собственных условиях, и она не собиралась позволять небольшому ожиданию ей помешать.

Матильде потребовался почти час, чтобы наконец-то появиться, и все это время Сансет только и смотрела, как остальные учителя разъезжаются по домам. Но даже если бы она проторчала тут до конца дня, это того стоило.

Сансет наблюдала, как Матильда вышла из здания, и подождала, пока она доберется до своей машины, прежде чем позвать ее.

— Миссис Матильда!

Матильда повернулась к ней с растерянным видом.

— Сансет? Все в порядке?

Сансет застенчиво улыбнулась.

— Да, все хорошо. Но я эм… кажется оставила свою куртку в вашем классе. Кто-нибудь с прошлого урока принес ее?

— У меня не было занятий на шестом уроке, — сказала Матильда. Сансет знала это, отсутствие кого-либо, кто мог бы найти куртку, было частью ее плана. — Но я нигде ее не видела. Ты оставила ее на своей парте.

— Я полагаю, она у меня в столе. — Спрятанная так, чтобы было трудно заметить. — Я бы просто подождала до завтра, чтобы ее забрать, но это вопрос безопасности. Конечно я раньше не падала с мотоцикла, но если это произойдет, и на мне не будет куртки, я сильно поранюсь.

— Я правда думаю, что тебе было бы лучше без твоего мотоцикла.

Сансет усмехнулась.

— Знаю. Мне неприятно просить вас вернуться в ваш класс, хотя… — Она улыбнулась так, как будто ей в голову пришла отличная идея. — Если хотите, я могу взять ключ и забрать ее сама. Я обернусь быстрее, чем вы это заметите, и я обязательно закрою дверь за собой.

Матильда выглядела встревоженной.

— Ты же знаешь, мы не должны давать ученикам ключи от классов.

Сансет кивнула. Если она сейчас попытается убедить Матильду, то рискует выдать себя в том, что хочет пойти в одиночку.

— Да, это верно. Я понимаю.

— Но я полагаю, раз это ты… — Матильда достала из сумочки небольшую связку ключей и протянула их Сансет. — Только поторопись.

— Будет сделано! Спасибо, миссис Матильда, я быстро!

Сансет зашагала так быстро, как только могла, не переходя на бег. Ей нужно сделать всего две остановки, но у нее не так много времени, если она собирается успеть добраться до обеих, и чтобы Матильда не заподозрила неладное.

Первым по списку был класс. Она быстро забрала свою куртку и накинула на себя, затем подошла к окну. Она отомкнула щеколду и открыла его ровно настолько, чтобы удостовериться, что окно не захлопнется само по себе, когда она решит открыть его снова, а затем закрыла створку. Она оставила окно незапертым, но уходя, закрыла дверь на замок. Ведь если кто-то проверит и обнаружит открытую дверь, то может более тщательно осмотреть и класс.

Обеспечив себе обратный путь в школу, Сансет поспешила ко второму пункту назначения. Как она и подозревала, в коридорах было уже не так многолюдно, но несколько учеников задержались именно там, где была выставлена ее корона. Однако никто не обращал на нее особого внимания.

Сансет приблизилась под предлогом того, что рассматривает корону. Когда она была совершенно уверена, что никто не обращает на нее никакого внимания, она вставила один из ключей в замок. Он не повернулся. Как и второй, который она попробовала. Но с третьей попытки она нашла нужный ключ. Замок легко открылся, и она сунула ключи обратно в карман.

Она задержалась еще на несколько секунд, а затем ушла. Она не могла взять корону, пока рядом были посторонние, но у нее теперь есть свой путь обратно в школу. Это уже половина дела.

Как только она немного отошла от места преступления, Сансет прибавила скорость. Она практически побежала обратно на парковку для учителей, отчаянно пытаясь удержать Матильду от решения отправиться за ней.

Миллион вещей могли пойти не так с планом, но это был как раз тот день, когда все, похоже, шло гладко. Матильда и Крэнки оба стояли у машины, когда Сансет вернулась, и ни один из них ничего не заподозрил. Она вернула ключи, еще раз поблагодарила Матильду и пообещала, что будет осторожна по дороге домой.

Дом. Это было так близко. Однако до открытия портала оставалось еще несколько часов, так что Сансет нужно продолжать убивать время. Она должна была идти на работу, но весь день раздумывала, стоит ли ей беспокоиться об этом. Не похоже, что сегодня будет зарплата.

Но больше делать было нечего, и к тому времени, как закончится ее смена, путь в школу будет свободен. И в любом случае, это будет хороший день. Больше не было никаких причин терпеть чье-либо дерьмо, и идея послать любого грубого клиента была невероятно привлекательной.

* * *

Настало время. Сансет практически чувствовала это в воздухе, когда выходила из магазина. Наступила ночь, и портал открылся.

Она без сожалений ушла из магазина. Ее положение на работе стремительно ухудшалось — работать на дядю Флэша после разрыва с ним было жалким опытом, но он не мог уволить ее из-за чего-то подобного, а она все еще нуждалась в деньгах. Единственным недостатком стало то, что это был ее последний день, а его не оказалось рядом, чтобы высказать все.

В конце концов, ей так не удалось уйти с шиком, как она надеялась. Хотя она и близко не была фальшиво приветливой как обычно, ее смена прошла без курьезов. Но уход с работы из сферы торговли сам по себе был освобождением, и она не могла найти в себе силы сожалеть об упущенной возможности.

Еще одна короткая остановка, прежде чем она сможет закончить свое пребывание в этом жалком мире. Сансет вернулась к себе домой, чтобы переодеться и забрать пару вещей.

Этот дом так долго был ее целью, но в конце концов, одиночество превратило его лишь в еще один кошмар, дополнивший ее собственный персональный ад. Она едва огляделась по сторонам, когда шла по дому. Она не потрудилась позаботиться о своей рабочей форме, как только переоделась, и решила просто оставить ее на полу.

Ее сумка, уже упакованная, лежала на кровати. Не так уж много ей хотелось взять с собой. Несмотря на то, что многие вещи в этом мире ей нравились, у нее было чувство, что они будут служить напоминанием о ее страданиях. Поэтому вместо того, чтобы тащить свои мучения, она собиралась взять с собой только несколько предметов в седельной сумке, которая у нее была, когда она впервые прошла через зеркало. Свой бумажник на случай, если ее остановят, черный плащ, не раз сослуживший ей добрую службу, роман и комикс из Эквестрии, и мешочек с битcами, которые в скором времени действительно можно будет использовать как нечто большее, чем просто воспоминания.

Она подняла сумку с кровати и неловко перекинула ее через плечо. Сумка не была создана для ношения человеком, но это недолго будет проблемой. Она вышла из спальни и направилась к входной двери, но остановилась и обернулась. Хотя ей до смерти хотелось уйти, она решила сначала проверить одну последнюю вещь. Она вошла в ванную и посмотрела в зеркало.

— Хочешь что-нибудь сказать, прежде чем я уйду?

Ее отражение не было демоническим, но оно ухмылялось, в то время как ее собственное выражение лица оставалось ровным.

— Ты так говоришь, как будто я не иду с тобой.

— Ты не идешь. Я сильнее тебя, и это последний раз, когда я собираюсь сидеть и разговаривать сама с собой.

Ее отражение расхохоталось.

— Хорошо, верь в это, если хочешь. Мы еще посмотрим. И Принцесса? — Глаза отражения сузились, а вокруг вспыхнули языки огня. — Не облажайся.

Сансет только улыбнулась и вышла. Не было необходимости отвечать, ей больше не нужно было ни в чем себя убеждать.

К вечеру дорожное движение было спокойным, так что последняя поездка к школе Кантерлот стала детской забавой. По пути она рефлексировала о том, как делала каждый поворот и останавливалась на каждом светофоре в последний раз. Каждый дом, мимо которого она проезжала, каждый знак остановки, каждый ориентир. Она больше никогда не увидит это снова.

Это заставило ее громко расхохотаться, но если какой звук и вырвался из-под шлема, то его наверняка сорвал ветер. Наконец пришло время. Она собиралась стать свободной.

Поскольку она не хотела привлекать к себе внимание в школе, она припарковалась на стоянке ближайшего магазина. Это почти не имело значения, но она все равно пристегнула на цепь свои байк и шлем. Если что-то пойдет не так, она всегда сможет снова воспользоваться порталом, когда в школе начнутся утренние занятия, но возвращаться домой пешком она не собиралась.

Она сунула ключи в седельную сумку и прошла остаток пути до школы пешком. Было трудно не бежать. Но если она хотела проникнуть в школу, то необходимо быть незаметной. Тем не менее, чем ближе она подходила к порталу, тем больше задавалась вопросом, будет ли ее вообще волновать какая-то глупая школьная корона, когда она вернется в Эквестрию.

Как только статуя оказалась в поле зрения, ей пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. “Лучше уйти без сожалений,” — рассудила она. А если бы кто-то закрыл все обратно и помешал бы ей украсть корону? Тогда хрен с ней, она может бросить эту чертову штуку и бежать прямо в Эквестрию.

Она остановилась в тени, чтобы вынуть плащ из сумки. Она не была уверена, какая система безопасности установлена в школе, но если там были камеры, она хотела защитить свою личность на случай, если что-то пойдет не так. Если ей перекроют прямой путь к порталу, нужно сохранить возможность прийти в школу утром. И ей определенно не хотелось провести все три дня открытого портала в камере полицейского участка.

Удовлетворенная тем, что плащ сохранит ее личность в секрете, она направилась к фасаду класса Матильды. Маленькая часть ее надеялась, что окно не откроется. Она могла бы быть довольна, зная, что пыталась, и просто продолжать жить дальше. Но, как она и ожидала, створка легко распахнулась.

Забраться внутрь оказалось немного сложнее, но она справилась. Как можно осторожнее она закрыла за собой окно и огляделась. Внутри никого не оказалось, и большинство ламп были выключены. Как бы ни соблазнительно было улучшить свою видимость, она не осмеливалась прикоснуться к выключателю. Чем меньше она будет взаимодействовать с этими предметами, тем лучше.

Она спотыкалась в темноте в классе, но в коридоре стало немного светлее. Прежде чем шагнуть туда, она убедилась, что дверь останется открытой. Не будучи уверена, что собирается уйти тем же путем, каким вошла, она все равно знала, что в таких делах лучше не полагаться на импровизации.

Идти в темноте было жутковато. Единственный слышимый ею звук — звук собственных шагов, полуосвещенные предметы принимали чудовищные очертания, а тени выглядели так, словно могли таить в себе все что угодно.

Сансет поплотнее прижала плащ к груди.

“Просто заберу свою корону и свалю.”

Если бы Сансет не останавливалась так часто, чтобы посмотреть на корону, за последние пару дней, она, вероятно, прошла бы мимо нее. На стеклянную витрину, в которой та находилась, не падал свет, но Сансет в нем и не нуждалась. Подойдя к витрине, она остановилась, в последний раз любуясь ею через стекло.

— Титул принцессы нужно заслужить.

Сансет обернулась и обнаружила, что там никого нет. Даже если они звучали одинаково, Сансет сразу поняла, голос какой Селестии она слышала. Но она также знала, что подобные мысли лучше гнать подальше. Сансет увидит принцессу Селестию по-настоящему, как только она окажется в Эквестрии, и ее бывший наставник ни за что не появится до этого.

И все же ее сердце бешено колотилось при мысли о том, что могло таиться в темноте. Пришло время покончить с этим.

Мешок с битсами, вероятно, был достаточно тяжелым, чтобы разбить стекло, если бы кто-то запер замок, но в этом не возникло необходимости. Никто не проверял замок с тех пор, как Сансет отомкнула его ранее, и витрина открылась без каких-либо проблем. Несмотря на то, что Сансет трясло, она не могла не улыбнуться, взяв корону в руки.

— Одиннадцать лет моей жизни я провела в аду, и вот что я получила за это. Я это заслужила.

Обратный путь показался намного короче. Как только корона очутилась в ее руках, ее уже ничего не могло остановить. Даже если бы кто-то увидел ее сейчас, шансы на то, что они смогут поймать ее до того, как она доберется до портала, были невелики.

Не представляя, какие еще двери могут быть открыты, она вернулась в класс Матильды. Она заперла за собой дверь и вышла через окно. Она не была уверена зачем, но закрыла за собой окно, как только вылезла.

Так близко. Все, что ей нужно сделать, чтобы добраться до портала, это обойти здание. Каждый шаг наполнял ее предвкушением по мере того, как она все ближе и ближе подходила к окончанию своих страданий.

А затем не осталось больше никаких шагов. Она подошла к статуе и в последний раз оглянулась на школу. Она не будет по ней скучать.

Повернувшись обратно к статуе, она посмотрела на свое отражение. Она улыбнулась и надела корону на голову.

— Как я выгляжу?

— Потрясающе, Принцесса, — ответило ее отражение. — А теперь идем домой.

— Заметано.

Сансет шагнула вперед, и мир вокруг нее растаял.

## 28 - Ее Верная Ученица

Глава Двадцать восьмая

Ее Верная Ученица

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Несмотря на все потраченное на подготовку время, Сансет все же не продумала эту часть плана. Лежа на полу, запутавшись в одежде, она могла только вздохнуть.

И даже если ее одежда не составляет большой проблемы, сверху ее накрыл плащ, в котором она кралась по школе. Его отбросить было несложно, но как только она это сделала, то не смогла поверить своим глазам.

С тех пор, как Сансет была в замке Кантерлота, прошло несколько лет, хотя ей казалось, что она жила в нем целую жизнь назад. Было разумно ожидать, что за это время она может забыть некоторые редко посещаемые места. Но не что-то, наподобие этого. Это никак не могло быть Кантерлотом, потому что Сансет не смогла бы забыть такую комнату.

Пол и стены словно были сделаны из гладкого хрусталя, в то время как колонны из зазубренных драгоценных камней поднимались к потолку. Как будто самой комнаты было недостаточно, она была богато украшена картинами и изящной керамикой. Мало того, что в Кантерлоте не существовало такого места, Сансет во всей Эквестрии не могла вспомнить такой роскошной архитектуры.

“Возможно ли, что зеркало унесло меня куда-то еще?”

Сансет перевернулась на спину, чтобы посмотреть в зеркало. Она увидела нелепое зрелище: голову единорога, торчащую из рубашки, предназначенной для человека. Ее новые, а точнее старые пропорции тела не имели значения, но голова, видневшаяся под спутанной одеждой, безошибочно указывала, что она снова стала единорогом.

Волна эйфории захлестнула ее, но она подавила это. В прошлый раз, когда она вернулась в Эквестрию, она позволила себе увлечься эмоциями, и куда это ее привело? Нет, ей нужно извлечь урок из своей прошлой ошибки и сосредоточиться. Селестия уже заменила ее, и если она не сможет доказать, что она лучше того пурпурного единорога, то потеряет надежду что-либо изменить.

Сансет пристально посмотрела на свое глупое отражение. Как она могла позволить чему-то подобному удерживать ее? В конце концов, она была одаренной ученицей Селестии, самым могущественным единорогом своего возраста, совершенно незаменимым и непревзойденным. Она была огнем, обретшим твердую форму, и ни за что не позволит кучке тряпья остановить ее.

Ее брюки и ботинки легко слетели от нескольких пинков, но рубашка и куртка оказались сложнее. Безуспешно попытавшись вывернуться из них, она остановилась и упрекнула себя. Неужели именно так самый одаренный маг Эквестрии решает свои проблемы?

Это было давно, но некоторые вещи просто невозможно забыть. Сансет глубоко вздохнула и сосредоточила силу воли на своем роге. Она увидела в зеркале, как загорается бирюзовый огонек, и почувствовала, как все ее тело откликнулось на магическую энергию.

Это был лишь начальный уровень, с которым могла справиться любая кобылка единорог. Сансет высвободила свою магию и приказала ей снять куртку. Получилось легко, но грубо, сила ее магии была так же хороша, как и прежде, но ей катастрофически не хватало контроля. “Сделай лучше,” — сказала самой себе Сансет, прежде чем попробовать снять рубашку. Рубашка пошла куда легче, и она улыбнулась своему успеху.

“Да, отличная работа. Я уверена, что Селестию это впечатлит.”

Сансет сможет и лучше, ей просто нужно немного разогреться. Она начала с того, что аккуратно собрала свою одежду в кучу, используя только магию. Она достаточно легко контролировала изящные движения, но это может сделать любой взрослый единорог. Детский уровень здесь не прокатит, так что ей придется поднажать.

Трогать зеркало любым способом — определенно последняя вещь, которую Сансет захочет сделать, поэтому она огляделась в поисках чего-нибудь еще, на чем можно попрактиковаться. Работать было практически не с чем; единственными предметами в комнате, которые можно было передвинуть, были украшения, так что они в итоге и пошли в дело.

Если что-то пойдет не так, и она повредит, несомненно, дорогой фарфор, Сансет испортит свое грандиозное возвращение в Эквестрию. Но она никогда раньше не сомневалась в себе и не собиралась начинать сейчас. Она наугад выбрала вазу и поднесла ее поближе, чтобы полюбоваться.

Даже проведя более десяти лет вдали от Эквестрии, Сансет все еще могла распознать очевидное качество работы. Добавьте к этому осознание того, что ваза может быть невероятно старой, и она вполне потянет на бесценный артефакт. Она подбросила вазу в воздух.

Пока она была в воздухе, Сансет быстро схватила другую вазу и сделала то же самое. Она поймала первую, прежде чем та упала, и снова швырнула ее, затем проделала это с тарелкой, пока ловила другую вазу. Высокие потолки давали ей достаточно времени, прежде чем что-то упадет, но это лишь означало, что ей нужно добавить больше предметов.

Вазы, тарелки, трофеи, статуэтки и даже некоторые картины со стен были добавлены в замес. Страх сломать что-нибудь скомпенсировал годы магической атрофии и держал ее начеку. Ее магии было более чем достаточно, чтобы взаимодействовать с множеством объектов одновременно, но она ограничила себя. Цель состояла не в том, чтобы контролировать дюжину вещей, а в том, чтобы быстро переключаться между дюжиной вещей.

Наряду с ее магией, это был тест на время реакции и восприятие. Магия была инструментом, который Сансет использует в полной мере, если понадобится, но это не поможет, если ее застанут врасплох. Никто не мог сказать, что произойдет, когда она покинет эту комнату, и Сансет собиралась быть готовой ко всему.

Она продолжала добавлять новые предметы в свое упражнение по жонглированию, пока нечто не привлекло ее внимание, когда она подбросила это в воздух — золотая корона с уродливой шестиконечной звездой. Заметив ее, Сансет широко раскрыла глаза и заколебалась. Всего на долю секунды, но и этого оказалось слишком много.

Внезапно почувствовав неуверенность в том, где что находится, Сансет охватила своей магией всю комнату, наложив заклинание стазиса, которое удержало вещи точно там, где они были. Она спокойно огляделась по сторонам. Фигурка земного пони парила прямо над полом. Если бы Сансет уделила больше внимания, это было бы следующим, что она отправит обратно в воздух, и она вполне могла продолжить свои упражнения.

Но это могло привести и приведет ее в никуда. Она небрежно прошлась по комнате и пересчитала предметы. Четырнадцать, включая корону. Неплохо для начала, но в будущем ей придется стараться лучше.

Она вернула все на свои законные места, в том числе корону, которую водрузила на голову. Она даже не заметила, как схватила ее. Должно быть та свалилась оттуда после прыжка через портал, и она моментально забыла об этом во время приступа эйфории от того, что она снова пони и пользуется магией.

Что, конечно же, еще одна промашка с ее стороны. Возможно, небольшая, но все равно промашка. Сансет нужно сосредоточиться и не упускать из виду детали. Ей нужно быть в курсе всего, что происходит вокруг. Сансет должна быть идеальной, и она будет такой. У нее нет выбора.

Но быть идеальной в этой комнате ей ничем не поможет, так что пришло время выйти наружу и выяснить, где она находится. Она собрала свою одежду в седельную сумку. Она подумывала о том, чтобы выбросить ее обратно через портал, но если кто-нибудь увидит, вылетающие из статуи шмотки и начнет выяснять, все может очень плохо закончиться. Немного рискованно носить их с собой — если кто-нибудь заметит странную одежду, ей придется придумать оправдание, но оставив их здесь без присмотра, она рискует насторожить любого пони, который обнаружит это.

Убедившись, что все в порядке, Сансет вышла наружу через единственную дверь в комнате. Она оказалась в тронном зале, что только еще больше сбило ее с толку. Декор повторял тему предыдущей комнаты, все — даже трон — было сделано из хрусталя. С такой скоростью Сансет наполовину заподозрила, что гобелены, свисающие с потолка, на самом деле какой-то вид кристалла, который просто выглядит как ткань.

Пока она осматривалась, случайный жеребец заметил ее и приблизился.

— Кто здесь?

Сансет с трудом могла поверить в то, что видела. Он оказался бледно-фиолетовым земным пони с белой гривой, а его металлические доспехи выдавали в нем королевского гвардейца. Они не были золотыми, как у Стражи Селестии, но это и неудивительно, Сансет уже догадалась, что она не в Кантерлоте. Что было удивительно, так это то, что все в нем блестело.

“Охренеть, даже лошади кристальные,” — Сансет заставила себя улыбнуться. По крайней мере, ей не нужно притворяться немного неуверенной, так как все в его внешности сбивало ее с толку.

— Эм… привет. Я знаю, что, вероятнее всего, мне тут не положено быть, но... я немного заблудилась.

Он почти не обращал на нее внимания, уставившись вместо этого на корону на ее голове. Почему она не сняла ее? Она правда не подумала об этом, ведь она совсем не похожа на корону Принцессы Селестии. Возможно это был странный аксессуар, но она не думала, что он привлечет такое внимание.

Как раз в тот момент, когда Сансет решала, придется ли ей драться или убегать, он скорчил улыбку.

— Выглядит отлично, скажу я тебе. Я даже залюбовался. Не возражаете, если я рассмотрю поближе?

— Оу, эм, да, конечно.

Он наклонился к ней, когда она протянула ему корону. Что же он задумал? Он усмехнулся и отступил назад.

— Что ж, теперь я догадался, что привело тебя в Кристальный Дворец.

— О? — Сансет понимающе улыбнулась, надевая корону назад. Хотя она чувствовала себя неловко в ней, если бы она сделала с ней что-то другое, это потенциально привлекло бы больше внимания. Она засунет ее в сумку, как только отвяжется от него.

— И что же это?

Он встретил ее ухмылку своей собственной. Идеально, он думает, что они просто игриво ходят вокруг и около предмета обсуждения.

— О, даже не знаю. Возможно некий королевский визит?

Королевский визит? Означает ли это, что Селестия все-таки была здесь? Ей придется выяснить это наверняка, но королевский стражник, который застал ее блуждающей по тронному залу, определенно не тот пони, которому можно задать кучу странных вопросов, поэтому она просто продолжала подыгрывать.

— Ну что я могу сказать? Ты подловил меня.

— Однако ты опоздала на встречу с ней на несколько часов. Принцесса и ее друзья были тут, но они разошлись по своим покоям.

— Вы, эм… не знаете, когда я смогу ее увидеть?

Он усмехнулся и странно посмотрел на нее.

— Ну, конечно она будет завтра на саммите. Не знаю, сможешь ли ты поговорить с ней. Но любой желающий может прийти посмотреть на принцесс.

Принцессы, их несколько. Кейденс тоже тут? Или у этого места своя принцесса?

— Ну конечно. Точно.

— Тем не менее, вам не следует здесь находиться. Вы говорили, что хотели куда-то попасть?

Покои принцессы Селестии, вероятнее всего, прозвучат довольно подозрительно в качестве ответа. Но тогда куда она хотела бы пойти? Это тронный зал, а он — королевский стражник, так что это явно был дворец. И тут у Сансет появилась отличная идея.

— В библиотеку.

Стражник рассмеялся.

— Не поздновато ли для чтения?

Сансет усилием воли заставила себя улыбнуться и понадеялась, что она не сболтнула лишнего.

— Просто… я действительно обожаю книги.

По какой-то причине он посмотрел на ее корону и рассмеялся снова.

— Да, я должен был догадаться. У вас был бы лучший выбор в главной библиотеке города, но вы не успеете добраться туда до закрытия. В Кристальном Дворце есть небольшая библиотека, которая открыта в любое время, и которой вы можете воспользоваться. Пойдемте, я покажу вам дорогу.

Кристальный Дворец. Не самое умное название, но оно безусловно подходило, и по крайней мере, теперь она знала, как называется это место.

— Большое вам спасибо. — Хотя она действительно нуждалась в том, чтобы он отвел ее в библиотеку, она колебалась, изображая растерянного туриста. — Конечно, если это не доставит вам хлопот. Я уверена, вы, должно быть, сильно заняты.

— Ты шутишь? Я рад, что ты тут появилась, иначе была бы совсем скукотища. — Он двинулся вперед, и Сансет последовала за ним. — Никто в здравом уме не станет пытаться что-то сделать со столькими принцессами и их личной охраной здесь. Нам, обычным парням, только и требуется, что подсказывать дорогу таким как ты, приехавшим на завтрашний саммит, и убедиться, что никто не станет создавать проблем.

Столькими принцессами. Это значит, что Селестия должна быть здесь, и что тут еще как минимум двое. Вторая, очевидно, Кейденс, но кто был третьей? Принцесса этого дворца? Неужели еще один пони вознесся до аликорна, пока ее не было? Два аликорна, взошедшие в течение одного жизненного цикла, были поразительным случаем, но все же более вероятным, чем если бы Блюблад нашел ту, кто согласилась бы выйти за него замуж.

У Сансет было так много вопросов, и она могла только надеяться, что библиотека сможет просветить ее. Хотя стражник продолжал болтать, он не давал ей никакой полезной информации: ни имен, ни их местоположения.

— Вот мы и на месте, — кивнул стражник, открывая перед ней дверь.

То, что он описал как “небольшая библиотека”, показалось Сансет вполне большой. Безусловно, она была больше, чем та, к которой она привыкла в СШК, но бледнела по сравнению с Архивами Кантерлота.

— Спасибо, не думаю, что сама нашла бы дорогу сюда, — сказала Сансет, заходя в библиотеку.

— С удовольствием, мэм. Наслаждайтесь пребыванием в Кристальной Империи.

К счастью, дверь успела закрыться, прежде чем он смог рассмотреть полное замешательство на ее лице. Кристальная Империя? Это была легенда, и ни один пони даже не знал, насколько она была правдивой. И теперь она оказалась здесь? Действительно ли так много изменилось с тех пор, как она ушла, или зеркало все-таки перенесло ее в другой мир? Другой зеркальный мир, версия Эквестрии, где Кристальная Империя была реальностью.

Если здесь есть ответы, она их найдет. Но прежде чем сделать следующий шаг в библиотеку, она воспользовалась шансом засунуть корону в свою седельную сумку. Не было никакой необходимости повторять ситуацию со стражником.

Когда Сансет зашла, ее поприветствовал библиотекарь.

— О, здравствуйте. Могу ли я вам чем-нибудь помочь?

Как и стражник, она тоже была кристальной пони. Впрочем больше удивляло то, что она, похоже, не находила ничего странного в том, что Сансет являлась обычной пони.

Не зная с чего начать, Сансет решила осмотреться. Она вряд ли заснет сегодня, так что у нее будет предостаточно времени до саммита принцесс, чтобы обдумать свои планы.

— Спасибо, но думаю я пока просто осмотрюсь.

— Конечно, дайте знать, если вам что-нибудь понадобится.

Сансет зашагала в случайном направлении. Ряд за рядом книжных полок, и на любой из них могли быть ответы для нее. Изучение самой Кристальной Империи стало бы хорошей отправной точкой, но на самом деле она хотела узнать о Селестии. К сожалению, ни одна книга не сможет сказать ей, где в данный момент будет находиться принцесса.

Сансет выбирала книги практически в произвольном порядке. Набрав около десятка, она левитировала их к маленькому столу в холле. Но прежде чем открыть хотя бы одну, она отложила их в сторону, полностью позабыв о них.

Рядом с парой кресел стояла небольшая стойка с журналами и газетами. Ни одна книга не сможет рассказать ей о том, что происходит на саммите, а газета сможет.

И действительно, заголовок на первой странице гласил: “Саммит Принцесс по всем прогнозам ждет искрометный успех”. Сансет взяла газету и нетерпеливо села.

Она не успела прочитать ни слова из статьи, как мир рассыпался на части. Как только она развернула газету и увидела фотографию для статьи, все полетело в тартарары.

Спереди стояла улыбающаяся пони. С фиолетовой шерстью и с темно-фиолетовой гривой. В последний раз Сансет видела ее, когда она была в Эквестрии, и с тех пор бесчисленное количество раз, когда та пряталась в зеркалах и появлялась в кошмарах. Но она всегда была единорогом.

— О да. Я предположу, что вы не местная? Я Твайлайт Спаркл, личная ученица принцессы.

Пони, улыбающаяся ей с фотографии, не была единорогом. У нее был рог, но также были и крылья. Она аликорн. Твайлайт Спаркл, заменившая Сансет Шиммер, стала принцессой аликорном.

Не было слов, чтобы описать чувства Сансет. Ненависть? Этого недостаточно. Она хотела уничтожить Твайлайт Спаркл. Не убить ее, нет, это слишком мягко. Она хотела забрать все, что было у Твайлайт, все самое дорогое для нее. Она даже не хотела этого для себя. Сансет отнимет все, что есть у Твайлайт, а потом сожжет это дотла. Не оставив ей ничего, кроме пепла и воспоминаний о том, ради чего ей когда-то стоило жить.

И когда у нее ничего не останется, Сансет хотела, чтобы она потеряла еще больше. Твайлайт была любимой ученицей Селестии? Что ж, будет справедливо, если она усвоит те же уроки. Что всегда есть что-то еще, что можно потерять. Она научится этому, как научилась этому Сансет.

Сансет так пристально смотрела на улыбающееся лицо Твайлайт Спаркл, что чуть не упустила другую знакомую вещь на изображении. Но как только она ее заметила, то мигом вышла из транса. Твайлайт Спаркл была принцессой, и, как и любая другая принцесса, она носила корону. Но Сансет уже видела эту корону раньше.

Ее копыто залезло в седельную сумку. Там лежала корона Сансет, но на фотографии ее носила Твайлайт. Практически идентичное совпадение. Кажется все, что делала Твайлайт, это забирала вещи, которые по праву принадлежали Сансет.

Сансет встала. Если Твайлайт Спаркл собиралась стать ее врагом, Сансет нужно узнать о ней все, что возможно. К счастью, стать принцессой означало, что твоя жизнь будет открытой книгой, и Сансет была как раз в нужном месте.

— Простите, мэм, — сказала Сансет, подходя к библиотекарю. — Хотелось бы узнать, есть ли у вас какие-нибудь книги о Твайлайт Спаркл?

Библиотекарь улыбнулась.

— Ну конечно, в наши дни она довольно популярна. Никто еще не написал книгу о ней с тех пор, как она стала принцессой, но у нас есть книга, написанная до этого. Она должна быть где-то здесь.

После всего остального было трудно поверить, что что-то еще сможет ее удивить, но Сансет все равно на мгновение остолбенела. Существовала книга о Твайлайт Спаркл, написанная до того, как она стала аликорном?

Она потрясла головой, чтобы собраться с мыслями, и последовала за библиотекарем. Они подошли к стенду, который явно был создан в связи с саммитом, на нем были книги и журналы, касающиеся всех принцесс. Оказалось, что их теперь четыре, Принцесса Луна дополнила список с тех пор, как Сансет ушла.

— Хм, похоже, кто-то уже взял эту книгу, но у нас здесь много другого материала.

Было трудно, но Сансет собрала всю свою силу воли, чтобы изобразить приятную улыбку.

— Это отлично, спасибо.

— Без проблем, дайте мне знать, если вам понадобится что-то еще.

— Обязательно.

Библиотекарь предоставила Сансет самой себе, и та посмотрела на обложки. Было больно смотреть на Принцессу Селестию, даже на фотографии. Сансет отложила этот журнал в сторону, она разберется с Селестией позже. Принцесса Луна была бы более интереснее при других обстоятельствах, особенно после учебы в школе с заместителем директора Луной, но сейчас она не вызывала опасений. И по правде говоря, Сансет скорее бы начала читать словарь, нежели взглянула хоть на одну страницу книги или журнала с Кейденс и жеребцом, с которым ее часто изображали.

В итоге она выбрала журнал, который был обозначен, как специальный памятный выпуск для Саммита Принцесс, метко названный: “Кто такая Твайлайт Спаркл?”, и села рядом с газетами.

Все было бы не так плохо, если бы она не выглядела такой чертовски счастливой на каждой фотографии. Но почему бы ей не быть счастливой? Она всего лишь получила все, чего кто-либо мог захотеть. Желание перестать видеть это улыбающееся лицо было хорошей причиной, чтобы наконец-то перевернуть страницу.

После трехстраничного вступления, написанного кем-то, кто, по всей видимости, никогда не встречался с Твайлайт, журнал начался с краткого обзора ее ранней жизни. Твайлайт произошла из любящей семьи с двумя родителями, которые были весьма успешны в своих областях, и вдобавок обеспечивали домашний уют для своего драгоценного ангелочка-дочери и ее двух братьев. О, и один из них был драконом, потому что, очевидно, они были как раз из тех самых пони, которые усыновляли менее везучих драконов. Еще до того, как все это стало иметь значение, семья Твайлайт уже выбила дерьмо из родителей Сансет.

Прочитав чуть дальше, Сансет узнала, что Твайлайт стала ученицей Селестии в тот день, когда получила свою кьютимарку. Тогда ей было десять лет, и Сансет почувствовала себя немного лучше. Сансет произвела на Селестию достаточное впечатление, когда ей было всего девять, и ей для этого не понадобилась кьютимарка. Но это оказалась не такая уж большая победа в свете того, что произошло потом.

Когда Твайлайт исполнилось восемнадцать, ее отправили в Понивилль. Где она позна…

Сансет моргнула и недоверчиво уставилась на страницу. Твайлайт Спаркл стояла в центре компании пятерых пони, которых Сансет никогда не видела, но которые были до жути знакомы. Сансет закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, но когда она их снова открыла, Эпплджек все еще стояла рядом с Твайлайт.

Всё. Твайлайт каким-то образом умудрилась получить всё, что когда-либо хотела Сансет, и даже ту, которой не должно было существовать в этом мире.

Сансет читала дальше. Чем больше она читала, тем больше ужасалась. Твайлайт и ее друзья нашли Элементы Гармонии, которые были потеряны так давно, что никто даже не знал, что представляет из себя шестой Элемент. Они использовали их, чтобы остановить Найтмер Мун — монстра, пришедшего из сказок, и вернули Принцессу Луну.

Но этого было недостаточно. Дискорд, некогда деспотичный правитель Эквестрии, вернулся. По общему мнению, он должен был обладать непреодолимой силой магии, против которой ни один пони не сможет устоять. Кроме Твайлайт Спаркл, конечно. Вместе со своими друзьями ей удалось превратить его обратно в камень.

Кантерлот был захвачен чейнджлингами, и даже Принцесса Селестия была обезврежена. Но не Твайлайт Спаркл! Даже когда все остальные повержены, Твайлайт Спаркл все равно сумела прорваться и спасти всех пони и Принцессу Ми Аморе Кадензу. Ох Боже, а потом Кейденс вышла замуж за ебучего брата Твайлайт. Две самые ужасные пони во всей Эквестрии теперь еще и породнились!

И когда Кейденс получила власть над Кристальной Империей... погодите, Кейденс управляет своей чертовой империей!? Ох нет, она управляет ей совместно с братом Твайлайт Спаркл! Эта бесполезная сука даже не смогла спасти свой собственный народ, для этого пришлось послать Спаркл. В итоге уже другой брат Твайлайт, тот, который дракон, сделал всю работу, доказав, что все в этой семье сплошь живые легенды.

А затем, когда было совершено больше чудес, чем кто-либо имел право требовать, Твайлайт вознеслась и стала аликорном. Она взяла заклинание, которое даже легендарный Старсвирл Бородатый не смог завершить, и закончила его. Вот так просто. Заклинание за пределами возможностей величайшего мага в истории Эквестрии, а Твайлайт Спаркл справилась с ним, когда ей было двадцать один.

Это было несправедливо. Все это должно было достаться Сансет. А что сделала Сансет? Ее самым большим достижением было то, что она стала ученицей Селестии, и это было практически примечанием в списке Твайлайт Спаркл. Возможно худшей частью всего этого был тот факт, что Твайлайт еще не совершила ни одного из своих героических поступков, когда Сансет последний раз побывала в Эквестрии. Если бы она тогда осталась, если бы доказала, что достойна второго шанса, то, возможно, именно она сейчас посетила бы свой первый Саммит Принцесс.

— Мисс?

Что сделало Твайлайт достойной этого? Почему Сансет не дали шанса проявить себя, как Твайлайт Спаркл?

— Простите, мисс?

Копыто похлопало ее по плечу, отвлекая от размышлений. Она повернулась, чтобы послать нахуй того, кто ее беспокоил, но остановилась, заметив, что он является членом Стражи Селестии. Заставив себя успокоиться, она спросила:

— Эм, чем могу быть полезна?

— Библиотекарь сказал, что вы ждете, чтобы прочесть это. — Он протянул книгу с фиолетовой шестиконечной звездой на обложке. Название гласило: “Твайлайт Спаркл: Элемент Магии.”

— Думаю, я уже получила все, что хотела, — ответила Сансет, поднимаясь. Как только она встала на ноги, то поняла, что понятия не имеет, как долго она тут просидела. Все, что она испытывала — это ослепляющую ярость по отношению к Твайлайт Спаркл. Не сказав ни слова, Сансет направилась к выходу из библиотеки.

— Эта Принцесса Твайлайт что-то с чем-то, да? — спрашивал охранник, выходя рядом с ней. — В наши дни она настоящее вдохновение для всех.

Сансет даже не потрудилась посмотреть на него.

— Что-то с чем-то это верно сказано.

Они вместе вышли из библиотеки и пошли бок о бок. Поскольку она не знала планировку замка, то даже не могла понять, следил ли он специально за ней или это было простое совпадение.

— А ведь я знал ее до того, как она стала принцессой.

В ее сознание постучалась мысль, что ей все еще нужен план, если она собирается что-то сделать с Твайлайт. И если у него есть какая-то информация, он может оказаться полезным.

— Серьезно?

— Конечно! Ну, по правде говоря, я не знаком лично с ней, но я часто видел ее в замке.

Забыли. Он был бесполезным идиотом.

— Да что ты говоришь? — У него могла быть какая-то информация, но связываться со Стражей Селестии было опасно, даже если он не узнал ее.

— Да, в это трудно поверить. Маленькая Твайлайт Спаркл всегда бегала, уткнувшись носом в книгу. — Когда они завернули за угол, он достал карту. — Теперь у нее есть я и куча других стражников из Кристальной Империи для повышенной безопасности. Все еще не знаю, где и что находится в этом месте...

Сансет пришлось ухмыльнуться в ответ на это. Похоже, Кейденс ничего не могла сделать правильно.

— Местная стража не может защитить свой собственный замок?

— Ничего подобного. Просто Принцесса Селестия беспокоится о ней. — Когда стражник сделал еще один поворот, Сансет, не имея особого выбора, потопала за ним. — Знаешь, что бы не случилось, я думаю, она всегда будет видеть Принцессу Твайлайт своей верной ученицей.

— Ее… — Сансет остановилась. Она не могла поверить своим ушам. Просто не могла.

— О да, Принцесса Селестия всегда ее так называла. Думаю, она все еще иногда так делает.

Сансет больше ничего не слышала из того, что он говорил. Твайлайт Спаркл была верной ученицей Селестии. Той, кто остался. Конечно, Сансет была одаренной. Это было очевидно, любой мог это увидеть. Но что хорошего в одаренности, если пони, о котором идет речь, не находится рядом?

Что было у Твайлайт, чего не было у Сансет? Ничего. Просто она осталась, когда Сансет ушла. Любимый маленький питомец Селестии, который никогда не убежит, никогда не задаст ненужные вопросы, никогда не станет ожидать большего. Разве Сансет не доказала, что она более талантлива, став ученицей Селестии, когда она была моложе? Сансет была лучше Твайлайт, Сансет была одаренной. Но Твайлайт была верной, и именно поэтому Твайлайт стала принцессой.

— Как она посмела, — пробормотала Сансет.

— Эм… что-что?

Голова Сансет дернулась в сторону стражника. Конечно она могла попытаться вытянуть из него какую-нибудь информацию, но у него уже было кое-что, в чем она нуждалась, и он не собирался просто так отдавать ей это.

— Итак, если бы дело дошло до драки, ты был бы готов защищать Принцессу Твайлайт?

Он на мгновение растерялся от странного вопроса, но затем отмахнулся.

— Конечно. Но не думаю, что нам есть о чем беспокоиться. Какой пони захочет причинить вред Принцессе Твайлайт?

— Ну… Я хочу.

— Что?

Убого. Сансет даже дала ему шанс, чтобы отреагировать, но все что он сделал, это уставился на нее как идиот. Бирюзовый свет от ее рога на мгновение осветил темный коридор, прежде чем луч магии ударил стражника в грудь, отправив его в стену.

Он попытался встать на копыта, но еще один удар магии сбил его снова. Сансет сделала несколько шагов вперед, нависнув над ним. Он наконец-то вспомнил о своей собственной магии и выстрелил лучом, который Сансет легко отразила.

Удерживая его копыта магией, она заставила его лечь на спину и положила копыто ему на горло. Когда он снова попытался сотворить заклинание, Сансет надавила, лишив его способности дышать и концентрации. Лишь несколько искр вылетело из его рога.

— Это разочаровывает, — сказала ему Сансет. — Мой первый реальный шанс проявить себя, и он был потрачен впустую на такого слабака, как ты. Не то чтобы кто-то смог меня остановить, но ты понял. Было бы неплохо бросить какой-нибудь вызов.

Его глаза были широко раскрыты от ужаса, и он задыхался, хватая воздух. Он мог потерять сознание в любой момент, так что Сансет лучше было переходить к делу.

— Меня зовут Сансет Шиммер. Скажи это Селестии, когда увидишь ее.

Поскольку он не мог толком ей ответить, Сансет стоило просто надеяться, что он вспомнит. Еще один луч из ее рога, и он отключился.

Сансет положила тело к стене. Будет жить. Один из плюсов магии: если неправильно рассчитать физическую силу, пытаясь кого-то оглушить, он может умереть, тогда как достаточно мощное оглушающее заклинание без проблем удержит цель в течение нескольких часов. Сансет не знала, для чего ей нужно столько времени, но теперь оно у нее есть.

Она знала, что ей понадобится его карта, и поэтому взяла ее. На ней была показана планировка замка и расположение комнат некоторых важных пони. Селестия и Твайлайт были среди них, что ставило Сансет перед выбором. Она могла придерживаться своего первоначального плана и найти Селестию, или же она могла отправиться прямо к Твайлайт.

“Ее верная ученица.” Это прозвище прочно отпечаталось в сознании Сансет. Заменить ее было недостаточно. Даже имя, которое выбрала Селестия, было свидетельством неудачи, которой стала Сансет Шиммер.

Что ж, Селестия сделала свой выбор. Она выбрала Твайлайт Спаркл, и Сансет последует примеру своего наставника и примет такое же решение.

Но сначала она хотела кое-что сделать. Один маленький способ почувствовать себя лучше, хотя бы немного. Она развернулась и пошла обратно в сторону библиотеки.

— О, еще раз здравствуйте, мисс, — сказала библиотекарь, когда она вошла.

— Приветик. — Сансет дружелюбно улыбнулась и заговорила так, словно вела просто дружескую беседу. — Держу пари, что в такой поздний час тут не так много пони.

— Нет, обычно нет. — Она усмехнулась. — Ну, только если нет экзаменов, тогда студенты готовы торчать тут всю ночь.

— Полагаю, это делает работу довольно расслабляющей. — Сансет небрежно огляделась. — Наверное я сейчас здесь одна, да?

— Да. Тут были только ты и охранник, но он ушел на ночь вместе с тобой.

— Идеально.

Сансет выстрелила в нее оглушающим заклинанием, вырубив так же, как и охранника. Это было далеко не так приятно. Одно дело отпинать стража Селестии, но бороться с обычными гражданскими не приносило никакой радости. Тем не менее Сансет нужно убрать ее с дороги, и сделает она это безопасно и эффективно.

Она телепортировалась к библиотекарю, а затем вместе с ней в коридор. Никого не увидев, Сансет оставила ее, вернулась в библиотеку и направилась к стенду с книгами о принцессах.

Сансет прищурила глаза, уставившись на улыбающееся лицо Твайлайт Спаркл, которое украшало обложку четверти подборки. Они предоставили ей равное пространство, как и для других принцесс, даже для Селестии, что само по себе было оскорблением.

Сансет глядела на журнал и думала обо всех достижениях, которые были там перечислены.

О друзьях, которых Твайлайт завела, пока Сансет была одна.

О любящей семье, которая заботилась и помогала ей на этом пути.

О принцессе Селестии, которая наставляла ее, подсказывала нужное направление.

И о принцессе Селестии, заменившей Сансет лучшей ученицей. Той, кто не бросит. Той, кто останется верной.

Журнал засветился оранжевым, и Сансет обнаружила, что теперь ей нравится наблюдать за лицом Твайлайт. Страницы горели изнутри, но огонь быстро распространился и на обложку. Когда пламя окутало это улыбающееся лицо, оно искривилось и исказилось, прежде чем было поглощено полностью.

Вскоре огонь перешел на второй журнал, а затем и на третий. Вот еще одна вещь, в которой Твайлайт была хороша — она очень хорошо горела. Не пришлось долго ждать, прежде чем пламя распространилось на Кейденс и Луну, и Сансет продолжала наблюдать. Они тоже могли сгореть, ей было все равно.

Когда пламя добралось до книги о Селестии, Сансет убрала ее с пути. Она поднесла ее к своему лицу и повернула так, чтобы огонь лучше освещал ее. Резкий контраст между светом огня и темнотой помещения идеально подходил Селестии. Вечная пони света, пока ты не отыщешь в ней тьму.

Сансет бросила книгу в огонь и пошла прочь. Она дошла до двери, прежде чем остановилась и оглянулась. Огонь был прекрасен. Ей нравилось, как мерцало пламя, как тени танцевали по комнате, как тепло делало все более осязаемым.

Пока она смотрела на огонь, в ее голове крутился один вопрос. Что ей теперь делать? Твайлайт Спаркл получила все, о чем когда-либо мечтала Сансет. Принцесса Селестия заменила ее и оскорбила ее память кличкой новой ученицы. Она не собиралась возвращаться к скучной человеческой жизни, но и в Эквестрии ее ничего не ждет.

Ничего, пока Твайлайт Спаркл была рядом. Ничего, если только она не придумает для себя будущее.

— Ничего, кроме мести.

Тело, сформированное огнем. Два пламенных крыла широко раскрылись,  распространяя демонический образ Сансет Шиммер по библиотеке.

— Ты уже знаешь, что делать. Что произойдет, когда ты перенесешь Элемент Гармонии в альтернативный мир?

Сансет усмехнулась этой идее.

— Думаю, самое время нам это выяснить.

Не отвернувшись от огня, Сансет открыла свою седельную сумку. Она достала плащ и накрылась им. Свобода движений в нем говорила о том, что он все еще может прикрывать ее, даже когда она пони. Шкура Сансет не собиралась сливаться с ночью, в плаще она стала огнем, скрытым в тени.

А огонь перед ней? Он оставит ее видимый след на Кристальной Империи. И просто чтобы удостовериться, Сансет зажгла свой рог. Луч света от ее рога соединился с пламенем, и ее магия превратилась в огонь. Сансет дернула головой в сторону, и магия стала хлыстом, который воспламенял все, к чему прикасался.

Сансет позаботилась о том, чтобы горело все. К тому времени как она закончила, она буквально была окружена огнем. Бушующее пламя уже наверняка кто-то заметил. Будем надеяться, что стражники, ради своего собственного блага, справятся с пожаром лучше, чем с задержанием нарушителей.

Сансет не собиралась это выяснять. Она бросила последний взгляд на пламя, затем зажгла свой рог и исчезла в темноте.

Согласно карте, комната Твайлайт Спаркл находилась не так уж далеко от комнаты с зеркалом. Она немного промахнулась, но как только поняла, куда идет, ориентироваться стало совсем нетрудно. По пути она слышала, как пони бегут к библиотеке. Однако никто не наткнулся на нее, и Сансет просто улыбнулась при мысли об их панике.

Сансет подошла к двери и остановилась, чтобы свериться с картой. Похоже, крыло замка, где спала Твайлайт, находилось как раз за ней. Сансет убедилась, что знает, как отыскать комнату Твайлайт, и засунула карту в седельную сумку.

Дверь была закрыта и заперта, но это не имело значения. Замки были ничем иным, как механизмом, состоящим из движущихся частей, и магия могла перемещать их так же хорошо, как любой ключ. С помощью всего лишь вспышки света Сансет смогла осторожно открыть дверь. Она увидела королевского стражника с другой стороны, но, к счастью, он уходил и, кажется, не заметил ее.

Так тихо, насколько могла, Сансет подкралась к нему сзади. Еще один стражник Селестии, должно быть она лично поручила ему присматривать за спящей принцессой. Сансет подумывала о том, чтобы избавиться от него, но поднимать шум слишком рискованно. Она была уверена, что это будет не сложнее, чем с последним стражником, но у нее могут начаться проблемы, если она разбудит пони в соседних комнатах, особенно саму Твайлайт Спаркл.

И хотя не было никаких шансов, что Селестия нашла кого-то более впечатляющего, чем Сансет, Твайлайт Спаркл все еще была личной ученицей Селестии и аликорном. Тем временем Сансет давно не практиковалась, даже если последние несколько часов доказали, что она сохранила большую часть своих навыков. Не было причин для излишней самоуверенности, к тому же Твайлайт была не одна; игнорировать такую угрозу нельзя, особенно если это не один на один.

Поэтому Сансет продолжала оставаться в тени за спиной охранника. Она получила свой шанс, когда он лишь мимолетно взглянул в сторону комнаты Твайлайт Спаркл и, убедившись в том, что там ничего нет, продолжил свой маршрут.

Недолгая пауза возле спальни, просто чтобы успокоить нервы. Было еще много вариантов, что может пойти не так. Комната могла быть чьей-то другой или Твайлайт могла не спать. Но она была уверена, что правильно прочитала карту, и уже почти рассвело. Если только Твайлайт не собиралась бодрствовать всю ночь, то сейчас наверняка спала.

Сансет отбросила свои опасения и открыла дверь. Скрип петель и луч света, проникший в спальню из коридора, вызвали у нее мурашки по спине, не было ни малейшего шанса, что ее не заметят, если Твайлайт Спаркл не спит. Но света оказалось достаточно, чтобы осветить спящую мордочку пурпурной пони. Крылья были скрыты, но это лицо отпечаталось в сознании Сансет.

Любые сомнения Сансет мигом исчезли. Она кралась вперед с целеустремленной решимостью заставить Твайлайт заплатить, едва заметив спящего дракона на пути. Мысли о том, чтобы отомстить самой Твайлайт, пока она спала, танцевали в ее голове, но этого было недостаточно. Во-первых, ей нужно забрать у нее все. Как сильно Селестия будет заботиться о своей маленькой зверюшке, когда та перестанет быть идеальной принцессой?

Корона лежала прямо там, на виду, рядом с кроватью. Внешне она была почти идентична короне Сансет с Осеннего Бала, но даже в темноте заметна разница в качестве.

Спеша получить то, что должно было принадлежать ей с самого начала, Сансет врезалась лампу. Ее грудь сжалась, когда она увидела, как лампа летит вниз, но она смогла поймать ее как раз перед самым полом. Она быстро проверила обитателей комнаты и с облегчением обнаружила, что они все еще спят, затем вернула лампу на стол.

Сансет откинула плащ в сторону и благополучно левитировала корону в седельную сумку. В качестве последнего штриха Сансет положила корону с Осеннего Бала на стол. Пусть Твайлайт немного поиграет с этой подделкой.

Она развернулась к двери и осторожно прошла мимо маленькой кровати, на которой спал брат Твайлайт. Во сне он повернулся, и Сансет споткнулась об его хвост.

Она видела, как пол движется ей навстречу, и не смогла вовремя среагировать, и что-то с этим делать. С кряхтением она упала на пол и сразу же услышала позади себя мальчишеский голос:

— А? Чего?

Ей придется телепортировать себя и дракона в другое место, чтобы выяснить…

— Моя корона! У нее моя корона!

Или все может пойти самым худшим из возможных путей. Отбросив всякую скрытность, Сансет пустилась наутек. У нее была фора, но Твайлайт бежала прямо за ней. Сансет едва успела пересечь первый коридор, когда услышала крики:

— Стой! Вор!

Выбегая в зал, она слышала звуки открывающихся дверей.

— Она украла мою корону!

Твайлайт окликнула пони, на которых Сансет не удосужилась взглянуть. Однако у нее было предчувствие, кем они окажутся.

Сансет продолжала бежать, даже когда перед ней появилась Твайлайт Спаркл.

— Стой! — потребовала Твайлайт, как будто это всегда срабатывало вот так просто.

На бегу Сансет использовала рог. Подбежав к Твайлайт, она в последний момент телепортировала себя и седельные сумки, но позволила плащу продолжить движение. Когда она очутилась за Твайлайт, Сансет не отказала себе в небольшом удовольствии посмотреть, как эта идиотка запуталась в ткани, прежде чем снова ускориться.

Взгляд назад лишь подтвердил то, чего ожидала Сансет. Друзья Твайлайт Спаркл присоединились к погоне. Было неприятно видеть пони, которые так сильно напоминали Эпплджек и ее друзей, но Сансет не могла думать об этом сейчас. И потом, это было хорошо. Ее друзья будут свидетелями ее падения.

Они были прямо перед комнатой с зеркалом. Все, что нужно сделать Сансет, это добраться туда, и она наконец-то сможет получить все, что заслужила. Сансет была готова наложить защитное заклинание на дверь в тот момент, когда пройдет через нее, но у нее не было шанса.

Ворвавшись в комнату, Сансет оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как кто-то врезается в нее. Она упала на пол, Твайлайт Спаркл приземлилась сверху, и корона вылетела из ее сумки. Обе в ошеломленном молчании наблюдали, как она проскакала по комнате, но только Сансет улыбнулась, когда корона полетела прямо в зеркало.

— Что ты сделала с моей короной?

— Прости, что так вышло, — сказала Сансет, а затем телепортировалась к зеркалу, — принцесса. — Она издевательски отсалютовала и ухмыльнулась, когда Твайлайт и ее друзья уставились на нее в замешательстве.

Когда она повернулась, чтобы войти обратно в зеркало, то увидела свою собственную демоническую форму, ожидающую ее. Сансет вошла прямо в свои распростертые объятия, и мир вокруг нее исчез.

## 29 - Сожженные мосты

Глава Двадцать девятая

Сожженные мосты

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/7XxwdYVzMgwjz8pd51l4h5RPQV9OOFrM5znru2O4NJB0qiRTniezYPD6TWasHRiPj4DdaX9xIvwl6WP9Ro3sFydTCLBTzS0ZfihRg3r2thUkbdglcD-y56jNyV-jAe4qxoE1iLfy]

Сказать, что дерьмо попало на вентилятор после того, как Сансет украла корону, значит сильно преуменьшить. За день до этого все шло гладко, но теперь внезапно все полетело прямиком в ад.

Начнем с того, что она провела в Эквестрии всю ночь. На часах было около полуночи, когда она вошла в портал, но между прогулкой по Кристальной Империи и чтением о маленькой прекрасной жизни Твайлайт Спаркл, вся ночь словно пролетела мимо. Когда она вернулась в человеческий мир, солнце только начинало вставать из-за горизонта.

Это не было проблемой. Отсутствие ночного сна мало волновало ее в свете произошедшего, к тому же у нее оставалось три дня, чтобы понять, что делать с Элементом Магии. Но когда она вышла из портала, его нигде не было видно. Поскольку между переходами короны и Сансет прошло всего несколько секунд, ее лучшим предположением было то, что неодушевленные предметы проходят через портал быстрее, так как они не требуют трансформации.

Эта была сама по себе увлекательная теория, но она не слишком утешала Сансет после того, как ее корона пропала. Как выяснилось позже, Флаттершай нашла ее и отдала директору Селестии, которая даже не поняла, что это вовсе не корона Осеннего Бала. Ее некомпетентность в собственной работе сыграла против Сансет, и недавно украденную корону решили более не выставлять на всеобщее обозрение.

Не имея понятия, где она находится, у Сансет остался единственный возможный вариант: выиграть ее обратно. Что должно было стать легкой прогулкой, учитывая отсутствие конкурентов. Но потом Твайлайт Спаркл последовала за ней в зеркало, и узрите: Принцессу Хочу-Все-Чего-Хотела-Сансет невозможно было остановить.

Сансет, конечно, пыталась. Когда Твайлайт объявила о своем плане выступить против Сансет, Снипс и Снейлз засняли, как она выставляет себя дурой. Сансет смонтировало видео, которое распространилось среди учеников и показало всем, какой идиоткой являлась ее оппонентка. Сансет была уверена, что за нее никто не проголосует, но Твайлайт Спаркл нашла способ.

Поскольку ни одна победа Твайлайт не могла стать полной, если она не разрушит все, ради чего работала Сансет, ей удалось объединить школу. Хуже всего: она помирила Эпплджек и ее друзей, а также подружилась с ними сама. Недостаточно было иметь пони-Эпплджек, Твайлайт Спаркл требовались и та и другая.

И поскольку Твайлайт была такой же бесполезной, как и Кейденс, Эпплджек и ее друзья тянули ее за собой. Твайлайт явно ничего не знала о человеческой жизни. Даже дракон, которого она зачем-то притащила с собой, оказался более компетентным, чем она; он прекрасно отыгрывал роль собаки, в то время как Твайлайт спотыкалась, стоя на двух ногах, и, кажется, не могла понять, как пользоваться руками.

В первые два дня все шло гладко. Победа Сансет была практически гарантирована до четверга, но в пятницу во время ланча Эпплджек и ее друзья каким-то образом смогли переломить результат при помощи песни. Сансет с ликованием наблюдала за этой сценой, когда она началась, получив подтверждение, что Твайлайт так и не смогла придумать настоящий план.

Но похоже она недооценила, насколько тупыми были ученики. Всего через несколько минут пения и танцев в кафетерии, все в одно мгновение изменили свое настроение. Внезапно Твайлайт Спаркл не только вернулась к предвыборной гонке на пост Принцессы Осеннего Бала, но и стала выглядеть как более популярный кандидат.

Она не сдалась так просто, Сансет разработала новый план. Если школа так сильно заботится об этом дурацком бале, что будет, если их драгоценную маленькую принцессу поймают на том, как она все громит? Сансет велела Снипсу и Снейлзу нанести небольшой ущерб украшениям и отредактировала фото, которые изобличали Твайлайт. Это должно было исправить положение, но кажется у вселенной не было проблем, чтобы выгнуться ради любимой пони принцессы.

Подстава оказалась двойной. Первое: Флэш каким-то образом доказал, что фотографии были поддельными, потому что, конечно же, Флэш до охуения втюрился в эту суку. Почему бы и нет? К этому моменту было чудом, что Снипс и Снейлз еще не переметнулись на другую сторону.

Но это только цветочки. Еще хуже участия Флэша, оказалось то, что когда Сансет приказала Снипсу и Снейлзу нанести небольшой ущерб, они, очевидно, решили, что это означает разворотить все полностью. Сансет в ужасе смотрела на танцевальный зал, удивляясь, как они могли подумать, что она хочет отменить бал после того, как приложила столько усилий, чтобы выиграть его.

И естественно, проклятая чудо-лошадь снова пришла на выручку. И на этот раз ей помогали не только Эпплджек и компания, десятки людей из разных классов и кружков подходили, чтобы закончить украшать зал вовремя. Это было отвратительно, но даже Сансет признала, что это к лучшему.

— Вам повезло, что она смогла это провернуть, — сказала она Снипсу и Снейлзу, когда они тайно наблюдали за происходящим из кладовки. — В следующий раз, когда я попрошу вас что-нибудь испортить, постарайтесь проявить немного сдержанности! Мне, также как и ей, нужно, чтобы эта церемония состоялась сегодня вечером.

Ученики отдавали свои голоса, выходя из спортзала, и у Сансет не было сомнений, за кого они голосовали. Когда вышел последний, она закрыла дверь, чтобы их никто не увидел.

— Итак… что мы будем делать теперь, Сансет? — сказал Снейлз.

— Остается только одно. Я получу эту корону несмотря ни на что.

— Ты думаешь, они все еще будут голосовать за тебя после этого? — спросил Снипс.

— Это не имеет значения. Если они не сделают меня своей принцессой, то я просто получу корону от самой принцессы.

— Э-э, ты действительно думаешь, что она тебе ее отдаст? — протянул Снейлз. — Она приложила немало усилий, чтобы выиграть ее.

Сансет сжала кулаки.

— Ей помогли те девушки. Твайлайт Спаркл сама по себе бесполезна.

— Я не знаю, Сансет. Я думаю, она... — Снейлз был прерван яростным взглядом Сансет. Он поднял руки перед собой и быстро поправился. — Я имел в виду, эм... да! Она ужасна!

Сансет нахмурилась еще раз, прежде чем открыть дверь, чтобы проверить, чист ли горизонт. Все, похоже, ушли, поэтому она оставила дверь открытой и повернулась к Снипсу и Снейлзу.

— Твайлайт отдаст мне корону, потому что я не собираюсь оставлять ей выбора. Бал начнется через несколько часов, так что идите переоденьтесь или типа того, чтобы вы двое смогли слиться с толпой, а потом встретимся во дворе.

— Что ты хочешь, чтобы мы сделали на танцах? — спросил Снипс.

В этом мире у Твайлайт было не слишком много ценного. В конце концов, она провела в нем всего несколько дней. Но она по глупости притащила с собой дракона, и это давало Сансет небольшой рычаг для воздействия.

— Когда Твайлайт будет коронована, вы двое украдете ее собаку. Убедитесь, что она увидит вас, и приведите ее во двор.

Снипс и Снейлз обменялись неуверенными взглядами.

— Тебе не кажется, что это заходит слишком далеко? — спросил Снипс.

— О, мы не причиним ему вреда. Твайлайт передаст корону, так что в этом не возникнет никакой необходимости.

— ...

— Доверьтесь мне, я знаю подобный тип. У нее нет воли принимать тяжелые решения. А теперь идите готовьтесь.

Обычно они убегали в спешке, чтобы выполнить ее приказ, но на этот раз ушли с некоторой неохотой. Тем не менее они ушли, и Сансет знала, что должна максимально эффективно использовать это время. Честно говоря, она не доверит нечто настолько важное этим двоим, поэтому ей придется найти что-то получше, чтобы угрожать Твайлайт.

Заранее, конечно, не угадаешь, что окажется полезным, но пока Твайлайт не выразит глубокой обеспокоенности состоянием спортивного снаряжения, Сансет вряд ли найдет что-нибудь в кладовке спортзала. Она все равно огляделась, в основном потому что не знала, что еще можно предпринять.

Не обнаружив ничего интересного, Сансет вышла из кладовой. Спортивный зал был украшен и готов к торжественному мероприятию, но сейчас он пустовал. В спортзале тоже было нечего делать, так что Сансет отправилась дальше. Она понятия не имела, куда идет, но знала, что нет смысла оставаться там, где она сейчас.

Мысли о том, чем заняться дальше, вылетели из ее головы, как только она вышла за двери. Кто-то ждал ее в коридоре, и кроме самой Твайлайт Спаркл, это был, вероятно, последний человек, с которым Сансет хотела разговаривать.

— Сансет Шиммер, — сказала Эпплджек. — Мы можем секунду поболтать?

Сансет сжала губы, не глядя на нее.

— Не думаю, что нам есть что обсуждать.

Эпплджек вздохнула.

— Слуш, я понимаю, что ты злишься, что я не поговорила с тобой несколько недель назад, но нам действительно щас нужно поговорить.

Сансет бесцельно пошла по коридору, и Эпплджек последовала за ней. Она подумывала о том, чтобы просто отказаться отвечать, но ей никогда не удавалось держать рот на замке, когда Эпплджек была рядом.

— Нет, нам не нужно разговаривать. Я не тупая, я понимаю, что все кончено. Твайлайт победила, а я проиграла.

— Да, в этом ты права. — Даже сейчас Эпплджек звучала не злорадствующе. У нее было на это полное право, но она этого не делала. Однако в ее голосе было что-то еще, и Сансет не могла точно определить, что именно. — Я здесь не для того, чтоб говорить о танцах. Я здесь, чтоб поговорить о тебе.

— Тут тоже не о чем говорить. — Сансет понимала, что ей нужно прогнать Эпплджек как можно быстрее, но даже сейчас она не могла заставить себя избавиться от нее, когда та хотела поговорить. — Как ты вообще нашла меня?

— У меня было предчувствие, что ты останешься, чтоб посмотреть, как все вышло. Потом увидела, как Снипс и Снейлз шныряют вокруг, и поняла, что ты где-т поблизости.

Зачем она с ними возится? Эти двое даже не могут из спортзала выйти, не привлекая лишнего внимания.

— Да, что ж, поздравляю с расследованием. Но я не собираюсь снова громить спортзал или что-то в этом роде, так что можешь бежать к своим драгоценным маленьким друзьям. Я уверена, что они ждут тебя.

— Не, я сказала им, что догоню. Они собираются наряжаться для танцев. Не думаю, что они будут скучать по мне, как минимум какое-то время.

Сансет вздохнула и впервые повернулась лицом к Эпплджек. То же самое, что Сансет заметила в голосе Эпплджек, отразилось и на ее лице, и Сансет поняла, что это решимость. Похоже, Эпплджек пришла поговорить о чем-то серьезном и не собиралась уходить, пока не выскажет все, что у нее на уме.

— Чего ты хочешь?

Эпплджек вздохнула и отвела взгляд. Возможно она была полна решимости поговорить о чем бы то ни было, но она явно не представляла, как об этом поговорить.

— Я, э-э... недавн говорила с Твайлайт о кой-чем очень интересном.

— Да ну? Неужели поймала ее на том, что она даже не учится здесь? А тот факт, что ее допустили до конкурса, это просто шутка.

— Ну, эт вроде как было частью… — Эпплджек нервно поправила шляпу. — Дело в том, что она рассказала нам о том, откуда она.

Эта тупая мелкая сука. Мало того, что она была невыносимой, она продолжала ходить и доказывать, что получит все, что только хотела Сансет, нисколечко того не заслуживая. Что она увидела такого за последние пару дней, что хотя бы намекало на то, что это не ужасная идея? Все, что Сансет могла сделать, это притвориться невеждой и надеяться, что ее еще не раскрыли.

— И мне это не пофиг, потому что..?

— Ты ведь знаешь, не так ли? О мире пони?

Сансет выдавила смешок и огляделась, чтобы убедиться, что они одни.

— Я должна сказать тебе, что это буквально самая глупая вещь, которую я когда-либо слышала от тебя.

— Сансет… — Эпплджек положила руку на плечо Сансет, и та поняла, что все кончено.

Сансет опустила глаза и смирилась с тем, что ее ждет.

— Что она тебе рассказала?

— О тебе? Ничего. Ей не нужн было. — Эпплджек отпустила Сансет и положила руки на пояс. — Мне стало интересн, отчего ты затеяла эту борьбу, если знаешь, как важна для нее эта корона, и эт заставило меня задуматься, почему ты так сильно хочешь ее.

— Ну и что? Я собирала короны весь последний год.

Эпплджек кивнула.

— Точн, я сначала тож так подумала. Но не могла перестать думать о том, что есть что-т еще. Эт заняло некоторое время, но потом меня осенило. Когда мы были маленькими, ты приехала ко мне на ферму посмотреть на пони.

Уже много лет никто не напоминал об этом дне, и Сансет была бы гораздо счастливее, если бы так и оставалось. То, что эти воспоминания регулярно посещали ее голову, вовсе не означало, что ей хотелось поговорить об этом.

— Эт было так давно, но думаю я помню, как ты настаивала на том, что пони и лошади отличаются. И я определенн знаю, что у тя нет семьи в этом мире. На самом деле, я даж помню, как ты говорила, что не знаешь, живы твои родители или нет, что имеет большой смысл, если б их не было в этом мире. Возможно я прост одна из сельских девчушек, которые не оч сообразительны, но было не так уж и трудно понять, что вы двое можете быть из одного и того ж места.

Сансет даже не ощутила, как сжала руки в кулаки или стиснула зубы, или напрягла мышцы. В какой-то момент каждая часть тела Сансет окаменела, и только когда Эпплджек замолчала, она заметила это.

Сансет закрыла глаза и заставила себя глубоко вздохнуть. А когда она открыла их снова, то посмотрела прямо в лицо Эпплджек.

— Эквестрия, — сказала она как можно более спокойно. — Место, откуда мы с Твайлайт пришли, называется Эквестрия.

— Эквестрия. — Эпплджек кивнула, и Сансет поняла, что та ей поверила. Впервые в ее жизни, кто-то поверил ей насчет Эквестрии, и это была Эпплджек. — А теперь что меня действительно беспокоит, Сансет. Еще в средней школе ты говорила мне, что боишься лошадей. Есть и некоторые другие обстоятельства, которые заставляют задуматься о тебе.

Сансет усмехнулась хотя бы для того, чтобы скрыть любые другие эмоции, которые могли отразиться на ее лице.

— Я уже говорила, что ты на самом деле не понимаешь меня.

— Да-да, ты говорила это. — Эпплджек почесала затылок. Она отвела взгляд, а затем снова посмотрела с беспокойством в глазах. — Сансет… все это время ты была в ловушке здесь?

Уже не в состоянии сохранять безразличную гримасу Сансет сложила руки на груди и отвернулась.

— Почему тебя это волнует?

Эпплджек приложила руку ко лбу.

— Господи, я не могу даж представить, каково эт было. И ты здесь с тех пор, как нам было по пять лет?

— Семнадцать. — Сансет не была уверена, зачем она вообще что-то рассказывает Эпплджек. Ей не нравилось говорить о себе или об Эквестрии, но она не могла остановиться сейчас, когда они коснулись этой темы. — Мне было семнадцать, когда я прошла через портал. Он превратил меня снова в ребенка. Я без понятия почему.

— Серьезно? Погодь, сколько тогда тебе сейчас?

Сансет опустила голову и засмеялась. Она ненавидела думать об этом вопросе, потому что ответ был таким трудным.

— Семнадцать? Двадцать девять? По правде говоря, я в душе не ебу. Все это как бы сливается воедино, тем более это взъебло химию моего мозга. Довольно трудно чувствовать себя взрослым, когда у тебя тело и разум ребенка, независимо от того, сколько лет ты прожил.

— И ты никому об этом не рассказывала, не так ли? — спросила Эпплджек. Это было сформулировано как вопрос, хотя она явно уже знала ответ.

— Пыталась однажды. Это не пошло мне на пользу.

Эпплджек протянула руку в сторону Сансет.

— Сансет, я…

— Стоп. — Сансет отступила, прежде чем Эпплджек успела прикоснуться к ней. — Это то же самое, когда ты узнала, что я живу в приюте. Ты хочешь притвориться, что теперь, когда ты меня понимаешь, ты можешь просто войти в мою жизнь и сделать все лучше. Так вот, ты меня не понимаешь, Эпплджек. И ты понятия не имеешь, с кем имеешь дело.

— Ты права, я не понимаю. — Эпплджек покачала головой. — Но ты ошибаешься, если думаешь, что я сделаю все лучше. Я знаю, что не могу, и я знаю, что то, через что ты прошла, не является оправданием твоих поступков. Потому что ты ужасно вела себя со всеми в этой школе, особенн со мной и моими друзьями. И сказать честн? Я все еще чертовски зла из-за этого.

— Тогда почему ты тут? Чего ты хочешь от меня?

— Я не знаю. Думаю, я хочу, чтоб ты поняла, что эт все осталось в прошлом. Да, эт было ужасно, и ты, наверн, эт не заслужила, но сейчас ты ниче не сможешь с этим поделать. Что ты можешь сделать, так эт перестать срываться на людях, которые не имеют к этому никакого отношения! По крайней мере ты могла б перестать докапываться к Твайлайт, так как знаешь, что корона действительно ее.

Сансет почувствовала, как ее мышцы снова напряглись.

— О, я уверена, что она сочинила целую историю об этом! Она, наверное, рассказала тебе обо всех великих деяниях, которые она совершила, и о том, что она любимица принцессы Селестии, и что каждый пони просто очень сильно ее любит!

Эпплджек помедлила с ответом.

— Эм… на самом деле она ниче такого не упоминала. И я должна сказать, ты не заставляешь свою точку зрения звучать лучше.

Сансет оскалилась.

— Неважно. Все равно это не имеет значения. Твайлайт победила, так что все кончено.

— Не будь такой. Слушай, я имела в виду, что сказала о том, что злюсь на все, что ты сделала, но я пытаюсь понять. Так что поговори со мной. Расскажи мне свою сторону этой истории.

— Нет. Этот разговор окончен. — Сансет развернулась, но бросила последний взгляд через плечо. — И в любом случае, ты опоздала.

Эпплджек не пыталась следовать за Сансет, когда та уходила. Она все еще понятия не имела, куда направляется, но ей было уже все равно. Ей просто нужно было уйти.

Значит Эпплджек знала об Эквестрии. И что? Всего через несколько часов корона будет у Сансет, и тогда все это больше не будет иметь значения. Ни  этот мир, ни эта школа, и уж точно не Эпплджек.

Всего пара часов. Все будет кончено. Даже если Снипс и Снейлз потерпят неудачу, Сансет найдет способ. Твайлайт все-таки должна вернуться через портал, Сансет могла перегородить путь. Она придумает способ получить корону, она должна. Корона была единственной вещью, которая могла все исправить. Другого выхода не было.

— И что ты будешь делать, когда вернешься в Эквестрию? — спросил внутренний голос Сансет.

Сансет огляделась, но она была одна. Без зеркала, через которое демон мог появиться, он следовал за ней в форме голоса.

— Я… я что-нибудь придумаю.

Ее голос звучал внутри и вокруг нее, как часть ее самой, так и отдельно от нее.

— Ты думаешь Селестия будет рада твоему возвращению? Признай это, она любит Твайлайт куда сильнее, чем любила тебя. Зачем еще ей было делиться секретом превращения в аликорна с ней, когда только ты была той, кто это заслужил?

— Я знаю, но… она поймет, она должна понять. Как-нибудь, я…

— Нет. — Сансет потрясла головой. — Я не собираюсь делать ничего, что могло бы навредить Селестии.

— Отлично. Пусть пока будет по-твоему. Но Прицесса? Оглянись.

Сансет пришла в ужас от того, что она возможно там увидит, но обернулась. Она ничего не могла с собой поделать, она должна знать, что там будет. Но там не оказалось ни демона, ни чего-либо еще, что могло бы ее напугать. Только один красный цветок, торчащий из пола.

Не было необходимости проверять его, но она все равно это сделала. Как и ожидалось, это был ликорис. Сансет огляделась вокруг, пока не увидела еще один. Она уже знала, как это работает; цветы формировали путь, по которому она могла следовать.

И Сансет последовала. Ей никогда не нравилось то, что она находила в конце, но она каждый раз следовала.

Поначалу идти было трудно. Только один цветок, а когда она доберется до него, придется искать следующий. Но по мере продвижения цветов становилось все больше. Начала формироваться пунктирная дорожка, затем непрерывный красный поток. Вырастая на полу и на стенах, они вели ее по школе.

Она поняла, что приближается к цели, когда услышала звук. Сначала тихий, он становился все громче. Пульсирующий металлический звук. Как будто кто-то заперт внутри школьных шкафчиков. Как будто кто-то пытался выбраться.

Еще до того, как Сансет увидела свой шкафчик, она уже знала, что это такое. Внутри была заперта коробка, которую Сансет всегда старалась игнорировать. Это она пыталась вырваться.

Сансет на ходу опустила руку, чувствуя, как мягкие цветы касаются ее ладони, когда она подошла к своему шкафчику. Вибрация была достаточно сильной, чтобы она могла видеть, как дребезжит дверь. Она спокойно набрала комбинацию на висячем замке и сняла его.

Она смахнула кроваво-красные лепестки с коробки и открыла ее. Внутри была только одна вещь: тяжелая коричневая книга с красно-желтым солнцем на обложке. Предполагалось, что оставив ее в школе, ее будет легче игнорировать, несмотря на все хорошее, что она принесла.

Как только Сансет достала ее, она еще раз завибрировала в ее руках, а затем затихла. Все звуки умерли, когда Сансет уставилась на книгу, пытаясь решить, стоит ли ей доверять. Она вибрировала так много раз до этого, но за последние одиннадцать лет там не оказалось ни одного нового сообщения. Тем не менее, она каждый раз открывала ее.

Сансет положила руку на обложку, но остановилась, не открыв ее.

— Нет. — Она бросила книгу обратно в шкафчик, вызвав громкий стук в обычно тихом коридоре. — У тебя был шанс. В течение многих лет у тебя был шанс. Но сейчас? Теперь ты опоздала.

Сансет закрыла шкафчик и пошла прочь. Она слышала звук своего собственного смеха как внутри, так и вокруг нее. И Сансет улыбалась вместе с ним. Ее единственным сожалением было то, что Принцесса Селестия не могла видеть ее сейчас.

## 30 - Отражения

Глава тридцатая

Отражения

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/aThcyLF6CHJjzIQTXQ1UnHthet-ipQysCWso1yXuK2aaoGd4ihTxTDY9Z5wMldcxdtdIZSef0eOCRg_f3pNAz5fCkJcOGMe-OfUZxr3iLnvj04kTDtIpQB7U0kj4uI7k5YK4Y9OQ]

Тронный зал в Замке Кантерлота на протяжении веков повидал многое. Неоднократно он получал повреждения во время нападений на город, а затем его восстанавливали. Он украшался для официальных мероприятий и встреч с иностранными представительствами, которые подчас проходили идеально, но иногда оборачивались катастрофой. Он служил конференц-залом для пони, жаждущих поведать о своих проблемах принцессе, и их голоса разносились по нему эхом, становясь трудноразличимым гулом.

Это был не один из тех дней. По большей части темный зал сейчас освещал свет луны, проникающий сквозь большие витражные окна. Вдобавок сюда принесли несколько свечей, чтобы исключить необходимость в большой люстре.

А еще здесь было очень тихо. Единственными звуками становились шаги копыт, которые эхом раздавались по залу, когда его единственный обитатель расхаживал туда-сюда. Время от времени она вздыхала или бормотала что-то себе под нос, но слишком тихо, чтобы можно было разобрать слова. Как только она вернется на свое место, в комнате снова наступит полная тишина, но сейчас она разминает ноги.

Но даже если в комнате воцарится абсолютная тишина, это не повлияет на мысли, отплясывающие у Селестии в голове. Этот стук ее собственных копыт по мраморному полу никогда не отложится в ее памяти.

Раздался звук открывшейся двери, но этого оказалось недостаточно, чтобы вывести ее из задумчивости. Только когда жеребец заговорил, Селестия подняла взгляд от пола.

— Прошу прощения за вторжение, Ваше Высочество.

Селестия уставилась на него, моргнув пару раз. Стоут Шилд, капитан стражи Селестии склонился перед ней. Голос Селестии звучал несколько ошеломленно, когда она спросила:

— Стоут Шилд? Все в порядке?

Пегас выпрямился.

— В городе все спокойно, Принцесса.

Селестия отвернулась, и ее голос стал обычным, когда она окончательно освободилась от пут своего разума.

— Хорошо. Я была обеспокоена, нечасто я вижу, чтобы ты бодрствовал ночью.

Стоут Шилд помедлил с ответом, и в его голосе послышалась неуверенность.

— Уже утро, Принцесса. Ваши подданные удивляются, почему солнце еще не взошло.

— Утро? — Селестия повернула голову и рассеяно посмотрела в окно. — Да, точно. Мне пора поднимать солнце.

Стоут Шилд отошел в сторону, чтобы дать ей пройти. Селестия задумалась, было ли это движение таким же автоматическим, как и ее поворот к окну. Она не сразу вышла из зала.

— Эм, какое сейчас точное время?

— Девять часов, Принцесса.

Селестия поморщилась. Она пропустила рассвет на несколько часов. Ее маленькие пони должно быть в панике из-за нее. Просто еще одна ошибка, которую нужно добавить в список.

— Спасибо, Стоут Шилд.

Хотя она знала, что ей следует уйти, Селестия прежде обратила внимание на кое-что другое. Рядом с троном стояло большое зеркало. Селестия уставилась на него, пытаясь принять решение.

Но на самом деле выбора не было. Селестия была Принцессой Солнца, и солнце запаздывало на несколько часов. Эквестрия не могла начать новый день без своего солнца.

Селестия снова повернулась к Стоут Шилду.

— Ты подождешь здесь, пока я отлучусь? Я ненадолго.

Он выглядел озадаченным, и на мгновение Селестии показалось, что он откажется.

— Конечно, Принцесса. Все, что пожелаете.

Ну конечно. Стражник не привык, чтобы она обращалась с просьбами, поэтому был застигнут врасплох тем, что она просто не приказала ему стоять на страже. Вот и все. Не было смысла слишком много думать, и у нее есть работа, которую нужно сделать.

Она покинула тронный зал и двинулась по замку со всей возможной скоростью. Пони, обескураженные ее опозданием, останавливались, чтобы посмотреть ей вслед. Никто из ныне живущих пони не мог вспомнить, когда ей требовался некто, чтобы напомнить поднять солнце. Такое случалось почти тысячу лет назад.

Селестия летала не слишком часто. При более благоприятных обстоятельствах она несомненно находила полеты довольно приятными, но ей редко выпадал такой шанс. Ее дни проходили в стенах замка, посещениях школы или общественных мероприятий в городе, ни одно из которых, обычно, не давало ей возможности полетать.

Так что для нее казалось довольно странным выйти на балкон и расправить крылья, но это позволило легко срезать путь к балкону ее собственной комнаты. Однако полет не доставил ей удовольствия. Она едва ли вообще его заметила.

Со своего балкона Селестия могла видеть весь Кантерлот, а также солидный кусок земли за его пределами. Захватывающее зрелище, но Селестия не обратила на него внимания. Вместо этого она посмотрела на небо, сосредоточившись сначала на луне. Ее рог загорелся золотом, и луна стала спускаться быстрее, чем обычно.

Некоторые пони утверждали, что рассветы Селестии могут меняться в зависимости от ее настроения. Особо мнительные работники дворца могли даже изменить свою манеру прислуживать в зависимости от того, как они интерпретируют восход солнца. Трудно сказать, что они могут подумать об этом, поскольку солнце взошло на небо почти мгновенно, и если бы пони на секунду отвел взгляд в нужный момент, промежуток с полуночи до утра пролетел бы для него незаметно.

Селестия не стала обдумывать эту мысль, так как сейчас она была заинтересована только в том, чтобы поднять солнце, поскольку Эквестрия не могла начать новый день без него. Впрочем она знала, что, скорее всего, будет думать об этом в ближайшие часы. Ей больше ничего не оставалось, ведь вчера она воспользовалась возможностью отменить все назначенные на этот день встречи. Она все еще надеялась, что этот выходной станет для нее праздником, даже после бессонной ночи накануне.

Так же, как и попала сюда, Селестия слетела со своего балкона. Она снова вошла в замок и повторила свой путь обратно в тронный зал. Хотя она знала, что это глупо, она все же надеялась, что все уже будет исправлено, когда она войдет туда.

Но этого не произошло. Единственным пони, ожидающим ее в тронном зале, был Стоут Шилд, который встал по стойке смирно, когда она вошла.

Селестия вздохнула и прошла мимо него.

— Спасибо тебе, Стоут Шилд. Теперь можешь вернуться к своим обязанностям.

— Да, Принцесса.

От безделья Селестия подошла к длинному столу у стены. Это было место для отдыха пони, пока они ждут своей очереди встретиться с принцессой, но никто кроме Селестии не воспользуется им сегодня.

Когда Селестия уселась, стоящий позади Стоут Шилд заговорил:

— Ваше Высочество, если позволите… Я мог бы постоять на страже в тронном зале, если Вы того пожелаете.

Селестия не осознавала, что он все еще был там. Она обернулась к нему и улыбнулась.

— Спасибо, но в этом нет необходимости.

Стоут Шилд нахмурился и сделал шаг вперед.

— Принцесса, прошу. Вы не спали всю ночь, и вам не обязательно ждать лично. Я знаю, что вчера потерпел неудачу, но я не подведу вас снова.

Селестии потребовалось мгновение, чтобы понять, почему он думал, что подвел ее накануне.

— Как я уже говорила вчера, там ничего нельзя было поделать. Сейчас я хочу ждать здесь по своим собственным причинам.

Стоут Шилд обдумал ее слова, а затем кивнул.

— Понимаю. Но Принцесса? Вы поступили правильно. Эквестрии будет лучше без Санс…

— Вы можете быть свободны, — резко сказала Селестия.

Стоут Шилд сделал шаг назад и уставился на Селестию с открытым ртом. Резкость в ее голосе не была запланированной, как и пристальный взгляд, который она на него устремила. Он быстро поклонился.

— Простите меня, Ваше Высочество. Я вмешиваюсь не в свое дело.

После минутного подчеркнутого молчания Стоут Шилд вышел из зала. Селестия смотрела, пока за ним не закрылась дверь, затем опустила голову.

Ее корона покатилась по столу, и Селестия оставила ее там, где она остановилась. Сегодня она не очень-то чувствовала себя принцессой. Встав на копыта, она прошлась по комнате.

Стоут Шилд ничего не понимает. Никто не понимает. Они видят лишь то, что на поверхности, и Селестия прекрасно знала, как это, должно быть, выглядит. Но чего никто никогда не осознавал, так это того, что во всем виновата Селестия.

Она приблизилась к зеркалу, но не посмотрела прямо в него. Вместо этого она провела копытом по его краям, сосредоточившись на драгоценных камнях, которые были инструктированы в раму. Они не представляли для нее особого интереса, во всем зеркале была только одна интересующая ее фигура, и Селестия знала, было глупо надеяться, что она вернется.

— Сансет Шиммер… Мне так жаль. — Селестия наконец-то посмотрела в зеркало и увидела не больше, чем ожидала. Она увидела стоящую перед собой себя; у нее отсутствовала корона, но в остальном она выглядела так же, как и всегда. Она увидела пони, считающуюся многими лучезарной, но никогда не оправдывающую этих ожиданий.

Она увидела пони, любимую многими, но всегда держащую себя холодно и отстраненно с теми, кто ей небезразличен. Пони, слишком редко думающую о чувствах своих близких, предпочитающую считать, что пока все делается по правилам, все получится так или иначе.

Она увидела пони, совершившую колоссальную ошибку. Пони, взявшую на себя роль единственного опекуна и путеводной звезды в жизни одной замечательной маленькой кобылки, не имея ни времени, ни возможности когда-либо стать кем-то большим, чем учителем. Она увидела пони, которая отказывалась задавать себе вопросы, отказывалась видеть, что иногда и она могла ошибаться.

И теперь она увидела кое-кого, кто снова остался один. Это было точь-в-точь как тогда, когда она подвела Луну и позволила своей собственной сестре погрузиться во тьму и страдания. Сколько еще раз она потерпит неудачу? Сколь много раз ни вставало бы солнце.

Эквестрия не могла начать день без своего солнца, ну а Селестии, похоже, теперь придется это сделать.

Селестия оторвала взгляд от зеркала. До закрытия портала осталось еще два дня, напомнила она себе. Еще два дня, чтобы Сансет вернулась к ней домой.

От нечего делать Селестия вернулась к столу. На нем лежала стопка бумаги — работа, которой Селестия могла занять себя, пока ждет. Она мельком взглянула на нее, перед тем как отодвинуть в сторону.

Вместо этого она достала чистый лист бумаги и перо. Она глубоко вздохнула и посмотрела на него, словно ожидая, что что-то произойдет. Она смотрела до тех пор, пока тишина не стала невыносимой, затем коснулась страницы пером. Она представила, что рядом с ней есть кто-то еще, кто прочтет письмо, которое она собиралась написать, и сумела слегка улыбнуться.

“Дорогая Сансет Шиммер…”

* * *

“Легче” — это странное слово. На первый взгляд оно очень простое. Если что-то легче, чем другое, следовательно оно менее сложное.

Но на практике эта простая концепция могла работать множеством других способов. Иногда вещи становились легче, потому что они причиняли меньше боли. Острота спора часто притуплялась со временем, и пони могли двигаться дальше, сохранив лишь неприятные воспоминания о плохих событиях.

Иногда это был не вариант. Но и тогда все могло стать легче, ведь пони редко думали о болезненном опыте. Пони найдут другие способы занять свое время, и наступит день, когда воспоминания просто перестанут всплывать.

Но когда Селестия посмотрела в зеркало и задумалась о прошлом, стало ясно, что ей не позволено ни той, ни другой роскоши. Были вещи, занимающие ее время, и даже те, которые ей нравились: она все еще находила удовольствие, проводя время с Кейденс или встречаясь со старыми друзьями. Но прошло тридцать лун с тех пор, как Сансет сбежала, более двух лет Селестия жила без нее, и боль никуда не уходила.

Дверь тронного зала отворилась, Селестия повернулась и улыбнулась, потому что ей стало легче. Селестию по-прежнему каждый день мучили навязчивые мысли и кошмары, и не было никаких признаков того, что это прекратится. Но она привыкала к этому, также как привыкла к отсутствию Луны. Это было легче просто потому, что Селестия научилась продолжать свою жизнь, несмотря на боль.

Молодая кобылка бежала впереди охранника, который сопровождал ее.

— Добрый день, Принцесса!

Твайлайт Спаркл во многих аспектах напоминала Селестии о Сансет Шиммер. Она была единственной кобылкой, которая могла соперничать с желанием Сансет учиться, и Селестия была уверена, что если ей укажут правильный путь, Твайлайт преуспеет во всем, за что возьмется.

Но нужно указать правильный путь. Селестия понимала, что, возможно, ей никогда не представится шанса исправить свои ошибки в воспитании Сансет. В течение многих лет она учила свою одаренную ученицу преуспевать, хвалила и награждала за каждое достижение в учебе, полагая, что этого достаточно. Научила ли ее Селестия другим добродетелям? Показала ли она Сансет хоть одну причину заботиться о чем-то, кроме желания быть “одаренной”?

— Приветствую тебя, моя верная ученица. Как у тебя дела сегодня?

Если Селестия не могла исправить ошибки, которые совершила, воспитывая Сансет, то лучшее, что она могла сделать — извлечь уроки из своих ошибок. Она сделает все, что в ее силах, чтобы научить Твайлайт верности, состраданию, справедливости и всему остальному, чему ей так и не удалось научить Сансет. Не через скучные лекции, а через собственные действия, где это возможно.

Однако она мало чему сможет научить сегодня. Селестия не покинет тронный зал в течение следующих нескольких дней, пока портал снова не закроется. Но так как Твайлайт еще юна и большую часть знаний получает в школе, для их урока должно хватить и простого разговора.

Они говорили о том, что изучала Твайлайт, о ее учителе, и, самое главное, они говорили о других учениках в классе Твайлайт. Селестия была рада услышать, что у Твайлайт есть группа кобылок, с которыми она дружит, хотя она не могла не чувствовать, что Твайлайт, похоже, все еще отдает предпочтение своей учебе, нежели друзьям.

Но было определенно нечто большее, чем желание учиться. У Твайлайт имелось немало сострадания к другим, и это проявлялось, когда она говорила о своей семье. Кажется ей было легче принять их, так как они уже были частью ее мира, в то время как ее школьные друзья едва ли поспевали за ней. Селестия сделала мысленную пометку добавить к урокам Твайлайт умение идти на компромисс.

По-своему все действительно стало легче. Селестия научилась жить с болью, которая так никуда и не уходила. А сердце — любопытная вещь, неважно насколько заполненным оно было, в нем всегда найдется место, чтобы добавить больше. Радость, которую она испытывала за Твайлайт, не оттолкнула печаль от потери Сансет, но дала ей стимул снова смотреть вперед.

Но урок не мог длиться вечно. Один из стражников пришел, чтобы сопроводить Твайлайт обратно к ее семье, и Селестия вновь осталась предоставленной самой себе. Она села за стол и поглядела на книгу, которую рассматривала годами.

Селестии потребовалось некоторое время, чтобы суметь войти в комнату Сансет. Воспоминания, хранящиеся внутри, было больно переживать, и она не думала, что из них удастся что-то извлечь. Но когда она смогла себя перебороть, то изрядно удивилась, заметив, что определенной книги нигде не оказалось.

Возможно, она выбросила его, в акте подросткового бунта против своего провалившегося наставника. Возможно, журнал был потерян, забыт в библиотеке и похоронен вместе с другими книгами, где никто и никогда не найдет его. Возможно, кто-то узнал в нем магический артефакт и украл из заброшенной комнаты еще до того, как сюда ступило копыто Селестии.

Или возможно, он лежал рядом с его владельцем в другом мире, далеко от того места, где Селестия смотрела на его близнеца. Она открыла дневник, на обложке которого была ее кьютимарка, и пролистала до последней записи, как делала это бессчетное количество раз до этого.

“Я думала об этом зеркале, и все еще не могу понять.”

“Сансет, я уже говорила тебе, ты узнаешь о зеркале в свое время.“

Последние сообщения, которые были отправлены между двумя дневниками. Селестия перечитывала их снова и снова, удивляясь, почему она не попыталась лучше объяснить природу зеркала, как она позволила ситуации дойти до их спора в библиотеке, почему разрешила гневу заставить ее говорить такие ужасные вещи?

Селестия поднесла перо к странице, но остановилась, так и не написав ничего, как делала бессчетное количество раз до этого. Если у Сансет с собой ее журнал, значит за все годы, что ее не было, она решила ничего не писать. Возможно, она наконец нашла то, что хотела, и ей больше не нужен  наставник-неудачник, чтобы отыскать новые способы подвести ее.

Если Сансет счастлива в своем новом доме, то любые сколь угодно  длительные страдания, которые могла испытать Селестия, не важны. И может быть, после того, как пройдет достаточно времени, чтобы Сансет простила глупость старой кобылы, она когда-нибудь решит воспользоваться дневником, чтобы снова написать Селестии.

Селестия отложила перо. Это была хорошая мысль, и она не хотела делать ничего, что могло бы ей навредить.

* * *

Было немного иронично, что одним из своих недостатков, о котором знала Селестия, была ее склонность не замечать собственных недостатков, пока не станет слишком поздно. Когда Сансет сбежала, Селестия смогла узреть, как ее действия могли поспособствовать этому, не только во время ссоры, но и на протяжении многих лет до нее. И по прошествии еще нескольких лет, она начала задаваться вопросом, а не продолжала ли она подводить свою ученицу в течение последних шестидесяти лун?

Откровенно говоря, Селестия никогда не торопилась с действиями. Тысячелетия, проведенные за правлением Эквестрией, научили ее добродетелям терпения и избегания необдуманных решений. Но иногда требовалось принимать меры, и Селестия начала осознавать, что она уже дважды упускала свой шанс.

Что ж, как только портал снова открылся, Селестия была готова. Вместо того, чтобы кругами ходить по тронному залу в надежде на то, что в этот раз Сансет Шиммер вернется, она прошла через него сама.

Это было поразительно. Мир на той стороне был так далек от Эквестрии, насколько это возможно. Самым большим изменением стала ее собственная форма, Селестия не была уверена, что она за существо, но она определенно не пони. Большая часть первого дня была потрачена впустую, чтобы только привыкнуть к двуногому телу.

— Простите, вы знаете кого-нибудь по имени Сансет Шиммер? — спросила Селестия случайного прохожего.

— Не припоминаю, простите.

Селестия вздохнула. Та же самая реакция снова и снова.

— Хорошо, спасибо вам.

Она обдумывала свой следующий шаг, но прежде чем она успела что-либо сделать, к ней подошел Стоут Шилд. Селестия хотела взять с собой взвод стражников для помощи в поисках, но понимала, что лучше не рисковать, нарушая равновесие в другом мире, тем более у нее не было причин подозревать, что Сансет угрожает опасность. Поэтому она взяла только Стоут Шилда со строгим приказом не лезть на рожон.

— Удалось что-нибудь найти? — спросила Селестия.

— Я кое-что узнал об этом мире, но ничего о Сансет. — Он посмотрел на небо, и Селестия поняла, что будет дальше. — Я думаю, что для нас будет лучше, если мы вернемся в портал.

— Но мы же еще не нашли ее, — отчаянно сказала Селестия. — Она должна быть где-то здесь, я не брошу ее!

— Если мы останемся тут еще ненадолго, то застрянем.

Селестия взглянула на луну. В течение часа она достигнет своего пика, и портал закроется, а им еще нужно время на обратную дорогу.

— Ты иди вперед. Я еще немного осмотрюсь и последую за тобой.

Стоут Шилд покачал головой.

— Простите меня, Принцесса, но у меня есть долг перед Эквестрией вернуть вас обратно. После этого вы можете предпринимать любые действия, какие захотите, но я не оставлю Эквестрию без принцессы.

Селестия повернулась к нему и прищурила глаза.

— На что ты намекаешь?

Он на мгновение задержал на ней взгляд, затем сложил руки.

— Селестия, прошу… я знаю, ты хочешь найти доказательства того, что с ней все в порядке, но будь благоразумна.

Селестия была застигнута врасплох такой неофициальной просьбой, что заставило ее задуматься над его словами. Нельзя было отрицать, что они имели смысл.

— Мы искали три дня, — продолжал он. — И у нас до сих пор нет ни единой зацепки. Сегодня мне удалось узнать больше о городе, в котором мы находимся, и мы едва охватили его малую часть. Мы не знаем, живет ли она еще в этом городе, и у нас нет возможности узнать, насколько велик этот мир. Организованный поиск в Кантерлоте может занять больше времени, а здесь у нас ничего нет.

— То есть мне просто бросить ее!? — Селестия в отчаянии всплеснула руками. — Она где-то в этом мире, и мне нужно найти ее!

— Ради кого вы это делаете? Ради нее или для себя? — Стоут Шилд обвел их жестом. — Пока мы были в этом мире, никто не попытался причинить нам вред. Здешние жители кажутся мирными, и мы явно находимся в организованном обществе. Сансет Шиммер — находчивая кобылка, которая, без сомнения, сумеет приспособиться. Все, что тебе нужно — это твое душевное спокойствие.

Селестия закрыла глаза и помолчала. Ее голос стал тихим, когда она вновь заговорила:

— Это действительно так ужасно?

Она почувствовала руку на своем плече.

— Послушай, я понимаю, что это тяжело. Но у тебя есть миллионы пони, которым ты нужна дома, включая Твайлайт Спаркл и Кейденс. Через тридцать лун портал снова откроется, и теперь, когда мы знаем, с чем имеем дело, в следующий раз мы сможем организовать надлежащую поисковую группу. Но прямо сейчас нам нужно вернуться домой.

Нельзя было отрицать, что он прав, но первые шаги в направлении портала давались тяжело. Однако в компании, по крайней мере, сделать это было немного легче.

— Спасибо, Стоут Шилд. Я рада, что взяла тебя с собой.

— Конечно, Принцесса. И я сожалею, что вы не продвинулись в поисках.

Селестия еще раз огляделась вокруг. Мир, в котором они находились, не казался опасным, а Сансет была очень изобретательна.

— Это помогло больше, чем ты думаешь.

* * *

Прошло семь лет с тех пор, как Селестия в последний раз видела Сансет Шиммер. Она снова повернулась к зеркалу, уставившись на свое отражение. Портал был открыт более двух дней, и она не собирала поисковую группу. Еще через день портал снова закроется, и она упустит еще один шанс вернуть Сансет Шиммер домой.

Дверь тронного зала отворилась, и цоканье копыт эхом разнеслось по тихой комнате. Селестии не нужно было оглядываться, чтобы узнать, кому они принадлежали.

— Никаких известий от нее? — спросил Стоут Шилд.

— Нет. — Селестия отвернулась от зеркала, чтобы посмотреть на него. За последние семь лет он постарел, но Селестия едва заметила это. Только когда ей сообщили о его официальной отставке, она поняла, сколько времени утекло мимо. — Как все прошло?

Стоут Шилд ухмыльнулся.

— Все прошло без сучка и задоринки. Все признают, что Шайнинг Армор — верный выбор на мою замену, и он до сих пор отлично справляется.

Шайнинг Армор был братом Твайлайт Спаркл, кольтфрендом Кейденс, а вскоре должен стать капитаном Стражи Селестии. Благодаря этим обстоятельствам, Селестии довелось встретиться с ним несколько раз, но все же она почти ничего о нем не знала. Живое доказательство того, что для такой пони, как Селестия, семь лет — всего лишь миг, когда для любого из ее маленьких пони это долгий срок.

— Ты уверен, что он не слишком молод?

Стоут Шилд усмехнулся.

— Если бы он получил работу прямо сейчас? Возможно. Но я останусь тут еще на год или около того, и позабочусь о том, чтобы он был в форме, когда придет время.

— Да, конечно. Я полностью доверяю тебе.

Селестия вновь повернулась к зеркалу. Семь лет — долгий срок для любого из ее маленьких пони, включая Сансет Шиммер.

Отражение Стоут Шилда появилось рядом с отражением Селестии, и его голос был куда более сдержанным, когда он заговорил:

— У нас есть еще вечер и завтрашний день. Я мог бы собрать поисковую группу.

Селестия искала в своем отражении что-нибудь, какую-нибудь подсказку, что делать. Отражение безмолвствовало, но это было неважно. Она уже приняла решение.

— Нет, я не думаю, что в этом есть необходимость.

Стоут Шилд кивнул.

— Как пожелаете, Принцесса.

За последние семь лет слишком много времени было потрачено на размышления, поэтому, наконец, она отвернулась от зеркала.

— Мне пора опускать солнце. После этого я вернусь в свою комнату, чтобы отдохнуть.

Стоут Шилд навострил уши. Он последовал за ней, когда она уходила.

— Если хотите, я постою у зеркала и посторожу сегодня ночью?

Селестия одарила его улыбкой.

— Я благодарю тебя, но нет. На самом деле я бы хотела организовать его переезд. Куда-нибудь в безопасное место, подальше от прохода.

Похоже, Стоут Шилд точно понял, что она имела в виду.

— Конечно. Я полагаю, что одна из комнат на третьем этаже восточного крыла вполне подойдет.

Место, которое он упомянул, находилось в глубине замка, а это означало, что на него вряд ли наткнутся проходящие мимо пони.

— Звучит отлично.

Они подошли к двери тронного зала, и Селестия остановилась. Она опустила голову и позволила себе еще одно мгновение затаенного сомнения.

— Как думаешь… Сансет счастлива в том мире?

Стоут Шилд тепло улыбнулся.

— Думаю, да.

Селестия тоже улыбнулась.

— Спасибо тебе.

Семь лет принесли много перемен. Стоут Шилд становился старше, слишком стар, чтобы отвечать за командование всей Стражей Селестии. С нетерпением ожидая сравнительно более легкой работы в составе личной охраны Селестии, а после этого выхода на пенсию, он говорил о том, чтобы увидеть земли за пределами Эквестрии, полный решимости сделать свою жизнь приключением до конца.

По прошествии семи лет Твайлайт Спаркл больше не была маленькой кобылкой. В свои шестнадцать она превратилась в молодую кобылу, и Селестия чрезвычайно гордилась своей верной ученицей. Она все еще боролась с дружбой, но ей предстояло расти еще много лет.

Семь лет назад Кейденс еще следовала за Селестией, учась быть принцессой, прежде чем у нее появились какие-либо собственные обязанности. Теперь она коронована как Принцесса Любви и начала играть активную роль в руководстве Эквестрией. Тем временем ее кольтфренд быстро продвигался по служебной лестнице Стражей Селестии и вскоре должен стать ее следующим капитаном. Для них уже пророчили свадебные колокола.

Даже такая пони, как Селестия, могла почувствовать, какое влияние на нее оказали семь лет. Все стало легче. Она знала, что уход Сансет всегда будет тяжело давить на нее, но в такие дни она меньше думала об этом. Кошмары утихли, а болезненные воспоминания стали редкостью.

Их место заняли мысли о хороших временах, которые она провела с Сансет Шиммер. День, когда Сансет получила свою кьютимарку, и Селестия, возможно, была счастлива куда больше, чем должна, увидев, что это солнце. День, когда она смогла разлучить Сансет с ее родителями, и выражение лица кобылки, когда ее пригласили жить в замке. Время, когда Сансет пробовала свои силы в вязании, чтобы сделать Селестии шарф для праздника Согревающего Очага.

Селестия вышла на балкон своей комнаты и посмотрела на солнце. Ее рог засветился золотом, и она медленно опустила его. Как раз перед тем, как оно исчезло за горизонтом, она позволила ему задержаться еще на несколько мгновений, чтобы небо загорелось янтарным, красным и желтым.

Семь лет принесли много перемен для каждого. Возможно, этого времени оказалось достаточно для Сансет, чтобы, наконец, обрести счастье.

— Доброй ночи, моя одаренная ученица.

* * *

Когда что-то становится легче, это не означает, что оно будет легко. Спустя годы после переезда зеркала, Селестия обнаружила, что все меньше и меньше думает о потере своего ученика, но боль возвращается каждый раз, когда она ловит себя на подобных мыслях.

Осознание того, что портал снова открыт, несомненно всколыхнуло эти воспоминания. Хоть Селестия и успешно сопротивлялась желанию провести ночь перед зеркалом, с этим она ничего поделать не могла. Она закончила тем, что отменила свои встречи, даже перенесла занятия с Твайлайт.

К тому моменту, когда ей пришло в голову, что лежать в постели в полном одиночестве целых три дня не так уж и расслабляет, как она надеялась, было поздно. И хотя гораздо лучше было бы найти продуктивное занятие, чтобы заполнить свое время, Селестии просто не хватало силы воли для этого. Жалко тратить впустую очередной день, но в то же время так намного легче.

Ей было доступно множество способов отвлечься. Книги, которые она собиралась прочесть или отчеты, которые требовали ее внимания, но она неоднократно ловила себя на том, как пролистав несколько страниц, откладывает бумаги обратно. Не то чтобы она не хотела работать, но мысли путались в голове, когда она пыталась сосредоточиться, и ей нужно было перечитывать один и тот же отрывок снова и снова, прежде чем хоть что-то понять.

Она почувствовала облегчение, когда кто-то постучался в дверь. Поскольку на этот день не было назначено встреч, велика вероятность, что это связано с какой-то неотложной проблемой, с которой ей нужно разобраться, и все же это было облегчением.

— Войдите, — позвала Селестия, перекатываясь в сидячее положение.

Дверь открылась, и появилась молодая кобылка. Пурпурный единорог, увидеть которого Селестия совсем не ожидала.

— Доброе утро, Принцесса. Надеюсь, я вам не помешала.

— Нет, вовсе нет. — Селестия улыбнулась, как своей гостье, так и неожиданному повороту событий. — Рада видеть тебя, моя верная ученица. Пожалуйста, входи.

Твайлайт вошла в комнату, левитируя рядом большую закрытую кружку.

— Я принесла немного супа, чтобы вам стало легче. Не волнуйтесь, его готовил Спайк, так что все совершенно безопасно.

Услышать это было облегчением, ее ученица преуспела во многих вещах, но кулинария не входила в их число.

— Спасибо тебе, Твайлайт. Это очень заботливо с твоей стороны. — Селестия перехватила кружку своей собственной магией. Сняв крышку, она выпустила аромат, который, как была уверена сама Селестия, непременно заставил бы ее чувствовать себя лучше, если бы она была действительно больна.

— В нем есть морковь для бета-каротина, лук, потому что фитохимические вещества повышают витамин С, сладкий картофель для витамина D…

Селестия улыбалась, когда Твайлайт перечисляла, что было в супе и почему это было в супе. Она потягивала его, слушая объяснения Твайлайт, и терпеливо ждала, пока та закончит, прежде чем заговорить.

— Я вижу, ты очень много думала над этим. И что самое важное, он очень вкусный.

Твайлайт засияла от похвалы.

— Я просто надеюсь, что это сможет помочь. Вы чувствуете себя лучше, чем вчера?

Чувствует ли она себя лучше? Маловероятно, пока портал не закроется снова, и Селестия не сможет смириться с тем фактом, что прошло еще тридцать лун.

— Думаю, отдых мне помогает. Уверена, через несколько дней я снова встану на копыта.

— Слышать это такое облегчение. Я даже не думала, что вы можете заболеть.

Селестия усмехнулась.

— Возможно, я более устойчива к болезням, чем большинство, но я всего лишь пони, Твайлайт.

Твайлайт смущенно посмотрела в сторону.

— Верно, конечно.

— Я просто надеюсь, что мое отсутствие не доставит слишком много проблем остальным. Перенос встреч это всегда хлопоты для тех, кто в этом замешан…

— Я уверена, что никто так не считает. — Твайлайт улыбнулась. — Я разговаривала с Рейвен по дороге, и она сказала, что пони посылали свои наилучшие пожелания.

Хотя это, безусловно, было правдой, Селестия подозревала, что многие из них делали это только из вежливости.

— Это приятно слышать.

— Вообще-то я встретила кобылку, которая искала тебя.

— Кобылку? — Вопреки здравому смыслу, Селестия почувствовала, как ее сердце забилось сильнее.

— Угу. Она бродила по замку, когда я ее встретила, думаю, она не очень хорошо тут ориентируется. Но как только я сказала, что ты больна, она передумала тревожить тебя.

— Она не… — Селестия покачала головой. Мало того, что Сансет Шиммер отлично знала планировку замка, если бы она вернулась с намерением увидеть Селестию, то ее определенно было бы не так просто отговорить. Это продолжается слишком долго, и Селестии нужно перестать мучить себя ложной надеждой. — Неважно. Я уверена, что она придет снова, как только я начну принимать посетителей.

— Ох! — На лице Твайлайт промелькнуло беспокойство. — Простите, вы должны были отдыхать.

Селестия усмехнулась.

— Я не думаю, что настолько больна, чтобы разговор с моей ученицей сделал хуже. Приятно иметь компанию.

— Тогда может быть вы хотите, чтобы я осталась ненадолго?

Оптимистичное предположение Твайлайт согрело сердце Селестии и прогнало плохие мысли.

— Я думаю, это звучит как хорошая идея.

Девять лет минуло с тех пор, как Сансет Шиммер покинула Эквестрию, и ей все еще было больно думать об этом. Но с каждым днем становилось легче. Иногда трудно удержаться от мыслей о прошлом, но все, что нужно сделать в конце дня, это продолжать двигаться вперед.

Не имея никаких других обязательств, Селестия могла часами разговаривать со своей ученицей. Они не обсуждали магию или какие-либо другие уроки, они просто разговаривали. Они говорили о Спайке и о том, каково растить детеныша дракона. Они говорили о апартаментах, в которые Твайлайт и Спайк недавно переехали. Они говорили о книгах, пьесах, музыке и искусстве, как классических, так и современных.

В мире так много вещей, о которых можно поговорить, и не было необходимости, чтобы их отношения вращались исключительно вокруг академических исследований Твайлайт. Селестия не находила достаточно свободного времени для подобных встреч, ни с Твайлайт в последние годы, ни с Сансет в прошлом. Насколько иным могло бы стать мировоззрение ее ученицы, если бы Селестия поощряла ее чаще проводить с ней время?

Но это было в прошлом, и пришло время перестать в нем жить. Все, что она могла сделать для Сансет, — это надеяться, что она счастлива там, где сейчас находится. Твайлайт, с другой стороны, все еще росла, и Селестии еще не поздно оказать на нее положительное влияние.

— Я думаю, мне лучше вернуться домой, пока Спайк не начал волноваться, — в конце концов сказала Твайлайт. — Мы должны были пообедать вместе.

— Да, конечно. — Селестия протянула Твайлайт уже давно пустую кружку. — Передавай ему мою благодарность.

— Будет сделано! — Твайлайт встала и направилась к двери, затем остановилась, чтобы попрощаться. — Было приятно побеседовать, и я надеюсь, что вы скоро почувствуете себя лучше.

— Твайлайт… — Селестия на мгновение отвела глаза, прежде чем снова повернуться к своей ученице. Уделять Сансет достаточно времени вне уроков было не единственным, что Селестии не удалось сделать. Она пообещала себе, что будет лучше заниматься с Твайлайт, но, по крайней мере в одной области, ей это так и не удалось.

— Могу я что-нибудь сделать для вас? — спросила Твайлайт, пока Селестия пыталась подобрать правильные слова.

— Нет, просто… Я хотела сказать, что я очень рада, что ты моя ученица. — Рада, что она стала твоей ученицей? Конечно она могла придумать что-нибудь получше. — То есть я хотела убедиться, что ты знаешь, что я… что мне не все равно.

Хотя самой Селестии выбор слов показался неудачным, Твайлайт вся сияла.

— Спасибо, Принцесса. Я сделаю все возможное, чтобы вы гордились мной!

Сансет и Твайлайт были очень разными пони. Селестия беспокоилась о них обеих и, несмотря на все обстоятельства, никогда не чувствовала, что Твайлайт заменила Сансет в качестве ее ученицы. Но когда она закрыла глаза, то увидела перед собой кобылку янтарного цвета, которая произносила те же самые заверения.

— Я сделаю все возможное, чтобы соответствовать этому, Принцесса.

— Моя дорогая ученица, ты уже сделала.

* * *

Все пошло совсем не так. Это должно было стать радостным временем празднования, шансом загладить прошлые ошибки и начать с чистого листа. Селестия должна сидеть внутри, рядом с Сансет, восстанавливать их связь, разорванную в течение двенадцати долгих лет. Твайлайт, Луна, Кейденс должны быть с ними, и все важные для нее пони смогут впервые собраться вместе.

Вместо этого она сидела на балконе с видом на Кристальную Империю и надеялась, что Твайлайт не вернется одна, когда пройдет через портал. Но до закрытия портала осталось всего несколько часов, и Селестия слишком нервничала, чтобы оставаться оптимистичной.

“Все в порядке,” — говорила она сама себе в сотый раз. — “Я не потеряю их обеих.”

— Все еще никаких вестей.

Селестия обернулась через плечо и увидела, как ее племянница выходит на балкон.

— Как держатся остальные пони?

Кейденс села рядом с Селестией.

— Они заняты своими делами, но друзья Твайлайт верят в нее. Они знают, что она скоро вернется.

Селестия хотела быть такой же уверенной.

— Конечно.

Какое-то время они сидели в тишине, и Селестии не хотелось, чтобы их разговор заходил дальше. Было здорово, что рядом с ней кто-то, кто мог понять, что она чувствует, но у Кейденс не было положительного опыта отношений с Сансет. Селестия уверена, что Кейденс была бы счастлива оставить их подростковые воспоминания в прошлом, если бы только это было единственной проблемой...

— Я не понимаю, зачем Сансет сделала это… — сказала Кейденс спустя какое-то время.

— Хотела бы я знать ответ. — Селестия понимала, что Кейденс хотела какого-нибудь рационального объяснения, которое Селестия могла бы иметь, в отношении поведения своей ученицы, но ей нечего было сказать. — Мы узнаем больше, как только вернется Твайлайт.

— Надеюсь… — Кейденс бросила на Селестию обеспокоенный взгляд, прежде чем ее выражение стало серьезнее. — Стражник, на которого напали, пришел в сознание. Шайнинг сейчас с ним.

— Слышать это — такое облегчение. — Облегчение, которое, несомненно, идет рука об руку с ужасными новостями. — Я думаю, бессмысленно спрашивать описание нападавшего.

— Она назвала ему свое имя, тетя… Она сказала, что хочет, чтобы ты знала, кто несет за это ответственность.

Всем пони уже было известно, что Сансет ответственна за это. В дополнение к украденной короне Твайлайт, той же ночью от пожара сильно пострадала библиотека. Стражники сбегались к огню, оставляя беззащитными подступы к короне. Время было подходящим, и прослеживался четкий мотив. Этого уже было достаточно, даже без свидетельских показаний библиотекаря, достаточно точно описавших кобылу, похожую на Сансет.

Но все равно было неприятно слышать, что она оставила свое имя, особенно для Селестии. Возможно, надежда на то, что Сансет будет счастлива в своем новом доме, была слишком смелым ожиданием.

— Я поняла. Тогда сомнений больше не осталось, хотя их и с самого начала было не так уж много.

— Я всегда боялась, что она когда-нибудь объявится, но я никогда не думала, что это будет так катастрофично.

Селестия вздохнула. Кейденс боялась возвращения Сансет, как и большинство пони, которые помнили ее.

— Похоже, годы были не так добры с ней, раз она так низко пала.

Кейденс посмотрела на Селестию с сердитой гримасой.

— Я бы не была так уверена. Зная Сансет, она наверняка манипулировала всеми, чтобы все было отлично только у нее. Прости, тетя, я знаю, ты хочешь верить в нее, но… Сансет всегда была очень плохой.

Было легко понять, как Кейденс могла подумать такое, но закрыв глаза, Селестия вспомнила кобылку, которую она встретила так много лет назад. Конечно это было до того, как Селестия подвела ее.

— Не всегда.

Между ними снова повисла тишина, но Селестия не позволила этому беспокоить ее. Они с Кейденс, вероятно, никогда не согласятся насчет Сансет, но все равно было приятно, что ее племянница рядом с ней.

— Тетя Селестия… — Кейденс беспокойно заерзала. — Что произойдет, если Сансет вернется с Твайлайт? Она украла корону Твайлайт, нанесла значительный ущерб моей библиотеке, а также напала на твоего стражника.

Это больно признавать, но был только один ответ:

— Поскольку она совершила преступление против трех принцесс, справедливо будет нам всем выслушать, что она может сказать в свое оправдание, а затем вместе решить, какая судьба была бы для нее более подходящей.

— Да, думаю это отличная идея. — Кейденс встала и развернулась, направляясь обратно во дворец. — Я вернусь к остальным. Ты тоже должна присоединиться к нам, тетя.

— Ты иди, я еще немного побуду тут и тоже подойду, — сказала Селестия. Но пока Кейденс уходила, Селестия чувствовала, как в ней нарастает беспокойство. Что будет с ее ученицей, если она вернется? — Кейденс? — позвала ее Селестия, прежде чем та успела войти внутрь. — Если я попрошу тебя об этом, ты будешь с ней помягче?

Хотя Селестия не сводила глаз с Кейденс в ожидании ответа, она все еще отчетливо слышала колебания в ее голосе.

— По правде говоря, я надеюсь, что вообще не будет необходимости щадить ее. Мне бы хотелось думать, что мы придем к соглашению, которое удовлетворит всех, справедливому, но и не жестокому. Но ты понимаешь, что по большей части все зависит от самой Сансет, и когда придет время, я сделаю то, что должно, ради Кристальной Империи.

Селестия наклонила голову.

— Да, я понимаю.

Звук копыт и закрытая дверь подсказали ей, что она снова одна. Это было правильно и справедливо. Кейденс должна была ставить благо Кристальной Империи превыше всего, также как Селестия — благо Эквестрии. Ее собственные личные желания не должны влиять на происходящее, но все же…

— Осторожнее, Тия. Если бы я тебя не знала, то сказала бы, что ты действительно проявляешь какие-то эмоции.

— Приветствую тебя, Луна. — Селестия обернулась и увидела свою сестру, которой, конечно же, не было здесь минуту назад. — Скажи мне, что Сансет не нашла способа обидеть и тебя тоже.

— Нет, я по-прежнему избавлена от волнений. — Луна встала рядом со своей сестрой, вместе с ней наблюдая за городом. — Если дело дойдет до суда, то я чувствую, ты должна знать, что я намерена “быть с ней помягче”, независимо от того, попросишь ли ты меня об этом или нет.

Селестия улыбнулась.

— Спасибо тебе, Луна, но Кейденс права. Наш долг перед Эквестрией превыше всего.

— Конечно. И как гражданину Эквестрии, мы обязаны дать Сансет Шиммер шанс на новую жизнь. В чем Кейденс действительно права: как воспользоваться этим шансом, зависит только от Сансет Шиммер.

— Это то, чего я больше всего боюсь… Сансет послала ясный сигнал о том, что она не хочет заключать мир.

Луна улыбнулась и покачала головой.

— Нет, дорогая сестра, она ясно дала понять, что не желает мириться. Но это было до того, как Твайлайт Спаркл отправилась за ней, и мне не нужно напоминать тебе, что она удивительно способная кобылка.

Селестия хотела быть такой же оптимистичной, как Луна, но было еще так много вариантов, чтобы все пошло не так.

— Но она еще не вернулась. Даже если она останется там до последнего момента, пытаясь все исправить, Сансет ушла одиннадцать лет назад. Кто знает, что могло произойти за это время? Между тем у Твайлайт было всего три дня, чтобы что-то изменить.

Голос Луны потерял игривый тон, когда она заговорила.

— Я припоминаю другой раз, когда у нее была всего одна ночь, чтобы помочь пони, которая заблудилась и отсутствовала куда дольше. Верь в свою ученицу, сестра. Я-то знаю.

Селестия смотрела на свою сестру, пока Луна наблюдала за городом. Прошло два года, и все же она очень редко говорила о своем пребывании в качестве Найтмер Мун.

— И ты думаешь, она сможет найти свой путь?

— Никто не познал этого лучше, чем я. Бывают моменты, когда любого из нас может поглотить наша тьма. Питаемая нашими чувствами отверженности от окружающих нас пони, иль нашей жадностью узреть себя с наградами, коих мы не заслуживаем, иль даже нашей печалью из-за потери тех, кто нам дорог. Иногда мы теряем из виду наше окружение и замечаем лишь самих себя на пути, на котором мы, возможно, даже не хотим более находиться. Но даже когда темнота застит наш взор, всегда есть иная стезя, иные выходы. Нам лишь нужно, чтобы кто-то показал нам свет, дабы мы могли их найти.

Селестия не могла не улыбнуться запутанному объяснению Луны.

— Кто-нибудь говорил тебе, что ты слишком любишь говорить загадками?

Луна ухмыльнулась.

— Кто-нибудь говорил тебе, что метафоры это не загадки? — Она рассмеялась, прежде чем добавить: — Но да, мне уже говорили.

Только Луна могла заставить Селестию улыбнуться, даже когда она была так решительно настроена оставаться несчастной. Она подумала о словах Луны. Сансет потеряла свой путь много лет назад, но она могла найти его снова. Она просто не способна сделать это в одиночку.

— И ты веришь, что Твайлайт может стать светом для Сансет?

Луна на мгновение задумалась.

— Твайлайт Спаркл покажет ей пути. Сансет Шиммер должна выбрать один из них.

— Я… я буду верить. В них обеих.

— Хорошо. Твоя поддержка может понадобиться, чтобы помочь Сансет идти по тому пути, который она выберет. — Луна закрыла глаза и наклонила голову. — Скажи мне, когда вернется Сансет Шиммер, что ты собираешься делать?

Селестия моргнула.

— Как я говорила, мы проведем...

— Тия. — Луна открыла глаза и посмотрела прямо на Селестию. Хотя та потратила тысячелетия, чтобы научиться скрывать свои эмоции, все было бесполезно, когда эти бирюзовые глаза смотрят в упор. — Я спрашиваю не о том, что мы будем делать, а что делать будешь ты.

— Я… — Селестия знала, о чем спрашивала Луна, но у нее не было ответа. Она искала его в течение трех дней, но все что она нашла, лишь неопределенность. — Я... не знаю. Я просто хочу, чтобы она вернулась домой.

Даже не получив настоящего ответа, улыбка Луны говорила о том, что она нашла то, что искала.

— Она вернется. Возможно, это произойдет не сегодня вечером, но она вернется к тебе.

Селестия положила голову на плечо Луны.

— Откуда ты можешь это знать?

Луна обняла Селестию крылом.

— Я же вернулась.

Селестия улыбнулась и прижалась носом к сестре.

— Спасибо тебе, Луна. Годы, проведенные без тебя, были самыми трудными в моей жизни.

— Да, я настоящее сокровище. — Луна убрала крыло, и ее рог зажегся. — Но сейчас есть кое-кто, с кем тебе следует поговорить.

К большому удивлению Селестии, Луна левитировала книгу. Журнал в твердом переплете с кьютимаркой Селестии на обложке.

— Где ты его взяла? И как ты вообще узнала об этом?

— Рылась в твоих личных вещах конечно. — Луна бросила на Селестию растерянный взгляд, как будто не могла понять, какого еще ответа она ожидала. — Какой бы я была младшей сестрой, если бы не пыталась прочитать твой дневник?

На мгновение Селестия поймала себя на том, что гадает, серьезно ли говорит Луна. Но только на мгновение, затем она улыбнулась и покачала головой.

— Даже не знаю, что с тобой делать.

Луна пожала плечами, левитируя перо и чернильницу.

— Я боюсь, что ты застряла со мной надолго, дорогая сестра, так что тебе лучше научиться жить с этим.

— О нет, на это я пойти не могу. Это же испортит все веселье. — Улыбка Селестии исчезла, когда она уставилась на книгу. Даже Луна молчала, открывая ее и перелистывая на последнюю страницу с записью. — Я… Я не знаю, что сказать.

Луна положила свое копыто на копыто Селестии.

— Скажи то, что у тебя на сердце.

Селестия поморщилась.

— Из твоих уст это звучит так легко.

— Для тебя, дорогая сестра? — Луна встала, — я сомневаюсь, что существует что-то сложное.

— Ты уходишь?

— Не мое сердце должна услышать Сансет Шиммер. Верь в себя, Тия. Я-то знаю.

Луна оставила Селестию с журналом и последовала за Кейденс внутрь. Селестия посмотрела на него, задаваясь вопросом, какие слова могли бы рассказать Сансет обо всем, что было у нее на сердце.

— Ох, Сансет... — Селестия глубоко вздохнула и поднесла перо к странице. — Я хотела бы быть там, чтобы увидеть тебя сейчас...

[Изображение: https://lh4.googleusercontent.com/lfFrd2ylT8wGslR8URUFR3waURRlEZcO-y5pL_SqcN8pdrBbpTa1AJvlIpnNpwq2TLecC2jpwWvW4kZKZYLpE2D9i0T1UGQClYIdBZ1YbgbEOLz3lGSOt2gR8bHdVz2bl4TEcLPC]

— Наконец-то. — Сансет уставилась на корону в своих руках. — Больше силы, чем я могла себе представить!

Сансет надела корону себе на голову, и последовала ослепительная вспышка света. Все, чего когда-либо желала Сансет, наконец-то будет принадлежать ей!

— Хорошая работа, Принцесса, — произнес голос внутри Сансет. — Хоть что-то ты смогла сделать правильно.

Сансет попыталась спорить, попыталась указать, что это была ее победа, и она не будет ею делиться. Она попыталась, но ничего не вышло. Кольца синего и черного цвета, выходящие из короны, окружали ее тело, а руки остались прикованными к короне.

А затем все погрузилось во тьму. Ее тело казалось невесомым, но Сансет едва заметила это. Ее разум словно раскололся надвое, и она потеряла волю бороться с чем-либо.

Затем пришла боль. Боль ощущалась наказывающей. Это выводило ее из себя, но она ничего не могла поделать, чувствуя, что ее сжигают заживо. Ее тело словно разрывалось на части, огонь пожирал все, что в ней было, заменяя это чем-то, чего быть не должно.

А потом не было ничего. Боль ушла, тьма рассеялась, и Сансет поняла, что все закончилось. Она чувствовала себя слабее, чем когда-либо за всю свою жизнь, но что бы с ней не делала корона, это закончилось.

Все чувствовалось неправильным. Сансет чувствовалась неправильной. Ее мысли были в беспорядке, и она не могла вспомнить, что происходит. Она открыла глаза и обнаружила, что парит над школой, но не была уверена, как она тут оказалась.

“Что происходит?” — спросила Сансет. Звуков не было слышно, но единственная персона, которая имела значение, отвечала.

“Мы получили все, чего когда-либо хотели,” — ответила она самой себе.

Все, чего она когда-либо хотела. Теперь это принадлежало ей. Она осознавала это, потому что говорила себе и прислушивалась к себе.

“Еще нет,” — напомнила она самой себе. “Мы только начали.”

Сансет только начинала. Она посмотрела на себя и поняла, что все ее тело изменилось. Она больше не была просто огнем, Сансет стала настоящим пеклом. Она могла бы очистить мир своим пламенем и тогда получила бы все, чего когда-либо хотела.

“Пришло время узреть, что мы можем,” — сказала она самой себе.

Сансет с ликованием рассмеялась и осмотрелась в поисках какой-нибудь цели. Она увидела двух мальчиков, которые так долго выполняли ее приказы.

“Они?”

“Да, они. Дай им награду, сделай их первыми, кто последует за нами. Позволь им гореть вместе с нами.”

Сансет дала им форму, похожую на ее собственную. С этим даром они наконец-то будут ей полезны.

“Но не останавливайся на этом. Ты видишь? Ученики бегут в школу. Покажи, что им негде прятаться. Помнишь, как они пытались удержать тебя от того, что по праву принадлежало тебе? Настало время для их наказания.”

Перед ней была стена, и Сансет снесла ее. Ничто больше не встанет у нее на пути. Сансет почувствовала гнев, когда оглядела учеников. Они пытались удержать ее от того, что она заслуживала, и она накажет их. Возможно Сансет что-то говорила, но она не слышала слов.

“Но подожди, мы можем быть милосердны. Прояви к ним нашу милость. Покажи им, что они могут служить нам. Посмотри, как они бегут. Но им не убежать. Они наши. Сделай их нашими.”

Сансет сосредоточилась на их мыслях, а затем удалила их. Это было легко. Они стали такими же, как она. И, как и она, они всегда будут слышать ее голос в голове, чтобы точно знать, что им делать.

“Отлично. Время пришло. Эта школа — ничто по сравнению с тем, чего мы достигнем. Эквестрия будет нашей!

Сансет снова заговорила, но она не была уверена, что говорит и почему. Это было неважно. Сансет реагировала только на то, что говорила самой себе, и ничего больше. Мир вокруг нее был туманным и не в фокусе. Все, что для нее важно: она получит все, чего когда-либо хотела.

Твайлайт Спаркл. Хотя все вокруг было мутным, Твайлайт Спаркл резко контрастировала с окружающим ее миром. Она говорила, и Сансет отвечала, но она не была уверена, что именно говорилось. Все, что она поняла: Твайлайт Спаркл стояла у нее на пути, и она больше никогда не сделает этого снова.

Остальные присоединились к ней. Сансет узнала в них друзей Твайлайт, но они были малозначимыми.

“Какой судьбы заслуживают Твайлайт и ее друзья?”

“Они заслуживают сожжения.”

Когда в руках Сансет загорелся огонь, свечение и жар сфокусировали мир вокруг нее. Она смотрела на Твайлайт и ее друзей, на Эпплджек, и понимала, что не хочет этого. Не этим должна быть Сансет. Сансет была огнем… огнем дающим…

“Мы пламя.”

Сансет была пламенем, и все что она могла делать — это поглощать. Мир снова погрузился в уютную дымку, и Сансет позволила пламени в ее руках устремиться вперед.

И больше ничего не стояло у нее на пути. Пламя поглотило Твайлайт Спаркл и ничегошеньки не оставило.

Что-то было не так. Сансет почувствовала это, что-то изменилось. Она не была уверена, что именно, но знала: это плохо.

Появился свет. Свет, который сиял, когда остальной мир погружался во тьму. Сансет смотрела на него, наблюдала, как он растет. Что-то пошло не так, и Твайлайт Спаркл выжила. Они все выжили. Твайлайт Спаркл говорила, но Сансет не могла разобрать слов.

Свет распространился вокруг Сансет, окутал ее, а затем свет стал единственным, что она еще могла различить.

От переводчика:

В оригинале глава называется “Reflections”. В переводе это означает как “отражения”, так и термин рефлексия. Рефлексия — мыслительный процесс, направленный на самопознание, анализ своих эмоций и чувств, состояний, способностей, поведения.

## 31 - По другому пути

Глава Тридцать первая

По другому пути

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/bqIpfvWKbWOwJdvIpTOgha9ALAE32j1bXixNOFiuJZqxapwVU2fj31mWD91uaPFOECHjU970pvP7hEdJGIVLFSR-LMqX5LyMNLjSO0G9KmDOLEM6hUHS9plaJG2mNPCmw41aH6Av]

Все вокруг стало белым. Это несколько ослепляло, но куда бы Сансет не повернулась, везде было все то же самое. Она продолжала идти просто от безысходности. Насколько она могла видеть, здесь ничего не было, так что ей оставалось только надеяться, что в конце концов она что-нибудь найдет.

Ей потребовалось некоторое время, чтобы заметить, что земля хрустит под ногами. Белый фон и хруст при каждом шаге напомнили ей о снеге, но когда она нагнулась, чтобы дотронуться до него, то обнаружила, что он теплый. Прикосновение оставило мелкие частички на ее руке, и она поняла, что это такое.

Сансет шагала по пеплу, и это было все, что осталось от ее мира.

Что произошло? Сансет получила корону, это несомненно. Однако последующие события словно канули в тумане. Единственное, что она могла отчетливо вспомнить, это боль; там было много боли.

Даже если она ничего не помнила после боли, Сансет понимала, что случилось что-то очень плохое. Что-то, что она не должна была делать, но на самом деле никогда не пыталась остановить. Но она не помнила, что именно и как не допустить этого снова.

— Хмф.

Сансет остановилась как вкопанная при этом звуке. И не только потому, что это стало первым, что она услышала с тех пор, как все вокруг побелело, но и потому, что она узнала этот голос. Она не слышала его больше одиннадцати лет, но этот недовольный тон никогда не выветрится из ее головы.

— Тебе придется придумать что-нибудь получше.

Сансет повернулась к говорящему и встретилась с неодобрительным взглядом своего отца. Брасс Бадж был рыжевато-коричневым единорогом с темно-синей гривой и вечно хмурым выражением лица.

— В чем дело? Я разрушаю твое идеальное ебаное наследие, ублюдок?

— Она всего лишь ребенок, — сказала кобыла. Она тоже была единорогом, с золотисто-желтой шерсткой и зеленой гривой, и стояла в стороне. Выглядело так, как будто она сосредоточилась на каком-то другом занятии, но Сансет не могла понять, на чем именно.

— Не веди себя так, будто ты лучше него, — сказала Сансет своей матери. — И кстати, разве тебе больше нечем заняться?

— Тогда перестать вести себя как ребенок! — потребовал Брасс Бадж.

Сансет моргнула. “Я не ребенок.” Таков был ее ответ в то время. Она наблюдала за воспоминаниями.

Брасс Бадж повернулся к Голден Лейс.

— Сюсюкайся со своей дочерью, если хочешь, но я не собираюсь в этом участвовать. И кроме того, разве тебе больше нечем заняться?

Голден Лейс выглядела огорченной, прежде чем отвернуться.

— Да, и в самом деле есть.

Сансет переводила взгляд с одного родителя на другого. Она помнила этот момент. Именно тогда она поняла, что ненавидит их обоих. Ненависть присутствовала всегда, но именно тогда она перестала верить, что должна чувствовать к ним что-то еще только потому, что они ее родители. Брасс Бадж был абьюзером, даже если он никогда не поднимал копыто на свою жену или дочь. Ничто и никогда не оказывалось для него достаточно хорошим, и Сансет потратила солидный кусок своей юности, тщетно добиваясь его похвалы.

Но как минимум, он показал ей, что ему не безразлично что-то, связанное с дочерью, даже если упоминалась она лишь в контексте его наследия. Голден Лейс была успешной владелицей собственного бизнеса, которая с головой уходила в свою работу. И каждый раз когда Сансет думала, что она сможет постоять за себя и свою дочь, та отступала назад.

Родитель, убегающий от своих проблем, и родитель, пытающийся доминировать над всеми, не обращая внимания на тех, кто попадает под перекрестный огонь. И все, что в то время могла выдавить Сансет, было:

— Простите, сэр. В следующий раз я сделаю лучше.

Это произошло много лет назад и в другом мире, но Сансет почувствовала, как в ней загорается гнев. Она подошла к Брасс Баджу и протянула руку, чтобы схватить его, но он обратился в пепел после ее прикосновения. Она нахмурилась, наблюдая, как он оседает на землю, отметив, что в окружении белого он остался серым пятном.

Она обернулась и увидела, что Голден Лейс тоже исчезла, оставив после себя только пепел. Сансет огляделась в поисках признаков чего-либо еще, но там были только она, пепел и бесконечное ничего.

Устав от бесцельной ходьбы, Сансет присела рядом с одной из кучек пепла. Она понятия не имела, где находится и почему ей видятся ее родители, но было очевидно, что все это из-за короны. Она закрыла глаза и попыталась вспомнить. Она стала... неправильной. Когда она надела корону, ей было больно, а затем она стала чем-то другим. Или может быть она стала той, кем всегда была в глубине души.

Подул легкий ветерок. Сансет почувствовала это своей кожей и открыла глаза, чтобы увидеть, как пепел уносится прочь. Но вместо того, чтобы улететь без следа, он сформировал тропинку. Одну единственную тропинку. Другого пути не было.

Сансет встала и заметила еще кое-что контрастирующее с белым пеплом — цветок в начале пути. С длинным зеленым стеблем без листьев, но с кроваво-красной почкой с десятками тычинок, торчащих во все стороны, на вершине.

Ликорис Радиата или красная паучья лилия. Любимый цветок Сансет, хотя увидев его тут, она почувствовала тревогу. У нее был только один путь, но она удостоверилась, что обошла ядовитый цветок, прежде чем ступить на тропинку.

Тропинка вилась и изгибалась, и в ее движениях не прослеживалось ритма. И все же Сансет не подвергала это сомнению. Что-то в этом пути выглядело для нее правильным, знакомым. Казалось, что она шла по нему и раньше, и так будет всегда. Это ее дорога, и другого пути не было.

Каким-то образом Сансет до последнего момента не замечала следующего пони на своем пути. Возможно ее безупречно белая шерсть позволяла ей сливаться с окружением. Но в тот момент, когда Сансет увидела Принцессу Селестию, она бросилась бежать.

Селестия улыбнулась, приветствуя ее.

— Здравствуй, моя одаренная ученица.

— Принцесса Селестия! — Сансет упала на колени перед принцессой, немного проскользив на пепле. — Я запуталась! Прошу, что тут проис…

— Я надеялась, что ты захочешь полюбоваться закатом вместе со мной.

Сансет подняла взгляд и моргнула. Это было еще одно воспоминание. Десятый день рождения Сансет, и первый, который она провела в качестве ученицы Селестии. Принцесса спросила ее, не хочет ли она присоединиться к ней ненадолго, после того как отпразднует со своей семьей. Сансет согласилась, но не смогла сказать Селестии, что хотела бы провести с ней весь день.

Селестия, между тем, услышала ответ молодой Сансет, которой тут не существовало.

— Ну тебя же зовут Сансет.

— Но ведь это всего лишь время суток, Принцесса, — произнесла Сансет, припомнив свой давний ответ. Вот только когда она это говорила, в ее глазах не было слез.

Селестия из ее воспоминаний не обращала внимания на то, как низко пала ее одаренная ученица, просто улыбалась, разговаривая с кобылкой, которая давно исчезла.

— Верно, но любой пони может полюбоваться закатом. Пойдем посмотрим вместе. Может быть тебе понравится куда больше, чем ты думаешь.

И Сансет понравилось. Она так и не нашла слов, чтобы рассказать об этом Селестии, но она очень дорожила воспоминаниями о том, как смотрела на закат со своим наставником. В то время Сансет думала, что не имеет значения, скажет она что-нибудь или нет. Теперь она задавалась вопросом: а сколько еще вещей остались невысказанными?

Обычно, когда они встречались, чтобы полюбоваться закатом, они не разговаривали. Обычно, но не в тот раз. Это был первый раз, и Сансет, слишком взволнованная возможностью показать своей учительнице, как много она знает о солнце, пустилась в объяснения, почему цвета выглядят именно так, как сейчас, а это означало, что в любой момент…

— Очень хорошо, Сансет.

Сансет склонила голову в ответ на похвалу. Она этого не заслуживала.

— Я не удивлена, что тебе известно это, моя одаренная ученица. Скажи мне, что ты знаешь о звездах? Можешь ли ты назвать созвездия?

Сансет посмотрела в ту сторону, где должно находиться небо, но там не было ничего. Сейчас не было, но она знала, что в воспоминаниях Селестия и Сансет останутся наблюдать, как на небосводе закат уступит место сумеркам.

Воспоминание о Селестии исчезло, оставив после себя только пепел.

— Нет! — Сансет потянулась к Селестии, но та пропала, унося с собой память о проведенных вместе мгновениях.

Все что осталось на том месте, где сидела Селестия, — небольшой пучок красных паучьих лилий. Без особого выбора, Сансет встала и продолжила свой путь.

Долго игнорировать лилии было невозможно, так как они начали прорастать вдоль дорожки. Пятна красного и зеленого усеивали серое ничто, которое в остальном оставалось прежним. Как долго она шла по одному и тому же пути, и что ждет ее в конце?

— Привет, Санни!

Сансет поморщилась. Ей не нужно было возвращаться к воспоминаниям о Кейденс. И все же, когда она повернулась туда, откуда донесся голос, она увидела розового аликорна, взволнованно приветствующего ее.

— Если я просто ткну тебя сейчас, ты испаришься как все остальные?

— Что ты делаешь?

Сансет нахмурилась и скрестила руки. Как бы ей ни хотелось лопнуть Кейденс, возврат к монотонному пути не прельщал ее еще сильнее. Она решила подождать и посмотреть, куда это приведет.

— Я люблю читать! Прямо сейчас я читаю историю о маленькой кобылке, которая последовала за кроликом в кроличью нору и оказалась в сумасшедшем мире, и эм…

Сансет попыталась вспомнить, почему Кейданс замолчала, но прежде чем она смогла понять это, воспоминание рассыпалось в прах, как и все остальные. Сансет растерянно моргнула. Оба других воспоминания были примечательными; это она едва помнила.

Она закрыла глаза и подумала. Кейденс была очень молодой, так что это происходило скорее всего сразу, как она переехала в замок. Сансет прокрутила разговор в голове, и, с небольшим усилием, он щелкнул.

Одна из первых их встреч в библиотеке замка, где Кейденс прервала чтение Сансет, и Сансет ушла. Вот и все. В этом не было никакого смысла, никакого откровения, меняющего жизнь. Сансет была озадачена, что оно появилось позже остальных.

Когда она открыла глаза, то увидела цветок на том месте, где только что была Кейденс. Но и тут поджидал сюрприз: это был не Ликорис. Чуть в стороне от пепельной дорожки выросла розовая роза.

Сансет огляделась, но больше смотреть было не на что. Она повернулась к тропинке, по которой шла. Та была знакомой и удобной. Чувствовалось, что она должна быть на ней и нигде больше. Часть ее хотела продолжить идти, уверенная в том, что это приведет ее туда, куда нужно.

Но что-то заставило ее исследовать розу дальше. Это не могло быть совпадением. Сансет понятия не имела, почему она здесь и что ей следует делать, а все ее построенные гипотезы оставались лишь догадками.

Она сошла с тропинки и зашагала вперед. Не прошло много времени, и она заметила еще одну розу. Она продолжила идти.

Земля менялась под ее ногами. Она стала тверже, и вскоре Сансет увидела, как формируется новая тропинка. Великолепный голубой кристалл, лежащий в основании, был усеян розами и усыпан драгоценными камнями в форме солнца, луны и звезд.

По сравнению с тем, как долго она шла по пепельной дорожке, прошло совсем немного времени, прежде чем она подошла к концу кристальной. Однако то, что она увидела, сбило ее с толку.

Перед ней стояла книжная полка, и тропинка вела прямо в нее. Сансет не понимала, как это может быть концом. Разве здесь не должно быть чего-то еще? Какой-нибудь глубокий смысл, например?

Она подошла и коснулась книжной полки, и все изменилось.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/2Tjbe9NNSC4P18ZapLDFgJ5kWT7r3qccUGe9v4BYVjDnlW2ZSk5WMqgKfSAVhy6nZ03CnZULfuxiWmR9kU-siwFx4yJXvJTuBArkPe3Du-gCaxBU8xr0HpO6D9YjNcroTiRlqVW1]

Сансет находилась в библиотеке одна, как и должно быть. Принцесса Селестия занята своими королевскими обязанностями, и в субботу занятий не было. Однако это не остановило Сансет. В пятнадцать лет Сансет была моложе всех своих одноклассников. В дополнение к тому, что она пошла в школу в шесть лет, она также продвигалась по ступеням обучения быстрее, нежели ее сверстники.

Пони часто называли Сансет самым впечатляющим единорогом ее возраста, но она была полна решимости стать чем-то большим. Она собиралась войти в историю. Имя Сансет Шиммер не будет забыто, и чтобы убедиться, что это произойдет, ей нужно учиться.

Что она и делала в течение нескольких часов без каких-либо проблем, но теперь это станет намного сложнее. Розовая кобылка направлялась к столу, за которым сидела Сансет, и у той не оставалось ни малейшего шанса на покой.

— Привет, Санни! — осторожно сказала Кейденс.

— Не называй меня так, — ответила Сансет, не отрываясь от книги.

— Что ты делаешь?

— Читаю.

Игнорируя полное отсутствие заинтересованности Сансет, Кейденс уселась напротив нее.

— Я люблю читать! Прямо сейчас я читаю историю о маленькой кобылке, которая последовала за кроликом в кроличью нору и оказалась в сумасшедшем мире, и эм…

Сансет встала, оборвав Кейденс на полуслове. Она сунула в сумку свою книгу и ушла, не сказав ни звука. Это было грубо, но в последний раз, когда Сансет пыталась убедить Кейденс оставить ее в покое, она закончила тем, что заставила ее плакать. А затем, что еще хуже, Селестия прочитала ей лекцию и заставила извиниться, что, похоже, только укрепило намерение Кейденс стать с ней друзьями.

Вздох поражения, который она услышала, подсказал, что Кейденс не последует за ней. Отлично, она сможет избежать скандала и спокойно учиться.

Если бы только она не обернулась назад. Кейденс сидела, положив голову на стол, и не смотрела на Сансет. Если уж на то пошло, она вообще ни на что не смотрела. И ничего не делала.

Это было жалкое зрелище, и Сансет понимала, что ей следует просто продолжать идти. Им обеим станет лучше, как только Кейденс наконец-то смирится с тем, что им следует держаться друг от друга подальше. Но было странно видеть Кейденс такой подавленной, всего через месяц после того, как она получила все, ради чего Сансет пахала всю свою жизнь. По какой причине она стала такой несчастной?

— У тебя что, нет друзей, с которыми ты могла бы пойти поиграть?

Кейденс подняла голову и бросила на Сансет смущенный взгляд.

— Все мои друзья остались дома. У меня мало знакомых в Кантерлоте.

— Ты тринадцатилетняя принцесса-аликорн. Разве пони не выстраиваются в очередь, только чтобы стать твоим другом?

— Я не хочу, чтобы пони были моими друзьями только из-за этого.

Сансет закатила глаза.

— Ну да, о чем я только думала. Должно быть это так тяжело, когда пони равняются на тебя!

— Но это так! — Кейденс оттолкнула свой стул и подалась всем телом вперед через стол. — Все пони ожидают от меня так много, а я понятия не имею, что я должна делать!

— Ты что, шутишь? — Сансет телепортировалась в упор перед Кейденс, заставив юную девчонку отскочить назад. — Просто стать аликорном более удивительно чем то, что большинство пони достигают за всю свою жизнь! Ты знаешь сколько пони стали аликорнами в том же возрасте, как ты? Ни одного! Ты самый молодой аликорн в истории Эквестрии! Даже если ты больше никогда ничего не сделаешь до конца своей жизни, пони будут обожать тебя только за это!

— Конечно ты не понимаешь! — Кейденс сверкнула глазами и приблизила свое лицо к лицу Сансет. — Ты так хороша во всем, что делаешь! Ты лучше всех разбираешься в магии, и ты знаешь все, абсолютно все! А я даже не могу ходить в школу с другими детьми! Мне нужно брать частные уроки, чтобы не застрять с жеребятами в волшебном детском саду!

— Эй. Все, что у меня есть, я заработала! — Сансет обвиняюще ткнула копытом в грудь Кейденс, не обращая внимания на слезы, которые появились на ее глазах. — Почему, ты думаешь, я трачу так много времени на учебу? Ты хоть представляешь, сколько ночей я работала на пределе своих возможностей, чтобы выучить новое заклинание, вырубаясь от усталости или вообще без отдыха?

— Я знаю! Вот почему это должна быть ты! — Кейденс отвернула голову от Сансет и уставилась в пол. — Ты самая наикрутейшая пони, которую я знаю. Ты сильная, никогда не сдаешься, ты становишься все лучше и лучше с каждым днем, и ты делаешь все это без короны или крыльев аликорна. А я… я ошибка. Я не понимала, что делала, когда останавливала тот амулет от кражи любви, это была просто случайность. Я определенно не пыталась стать аликорном. Так что это должна быть ты, а не я. Ты единственная, кто заслуживает быть принцессой.

Сансет на мгновение уставилась на Кейденс, обдумывая то, что она сказала. Наконец она вздохнула и уселась рядом.

— Что ж, похоже у нас обеих есть свои сложности.

Кейденс положила голову на стол.

— Я просто хочу домой… там я всех знала, и мне не нужно было беспокоиться о том, что я их подведу.

Не беспокоиться о том, что подведешь других пони, не являлось для Сансет непозволительной роскошью. Но она знала, как одиноко может быть в замке. Она куда чаще оказывалась одна, будучи в доме своих родителей, но почему-то снующие по замку пони сильно усугубляли это чувство.

Сансет открыла свою сумку и вытащила маленькую баночку, наполненную землей. Она сняла крышку и отложила ее в сторону, привлекая внимание Кейденс. Сансет только усмехнулась.

— Зацени-ка это. — Рог Сансет засветился бирюзовым, и ее магия достигла маленького зернышка внутри. Она повелела ему вырасти, и маленький росток продрался сквозь почву.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/mTjaBkOYjd8TQSFxE4b51rFmoCbS8MOFYC8JalC7Np_hwbIzms1A-_w00_vPpA1FLoVLz0YjM8i0l7RoH-AB0lNQ0gd_-Nbjp8IY7fTd2yRd_oNTedGIvGE1ZLX5r3T-KxH-jaRT]

Кейденс ахнула при виде этого зрелища, что только усилило ухмылку Сансет. Она еще не все увидела. Побег быстро рос, становясь крепче и темнее. Листья и шипы раскрывались у них на глазах, и через мгновение то же произошло и с луковицей. Розовый, в тон шкуры Кейденс, бутон распустился цветком в сторону смотрящей с благоговением пони.

— Я работаю над заклинанием роста для предстоящего экзамена, — сказала Сансет, срезая стебель и передавая розу Кейденс.

— Она прекрасна, — Кейденс попыталась взять ее копытами, но тут же отдернулась. — Ауч!

Сансет изогнула бровь.

— Эм, ты ведь знаешь, что теперь ты можешь использовать магию, верно? Так будет намного проще избежать шипов.

— Да, но я еще не настолько хороша в ней… я не хочу случайно раздавить его.

Похоже, Кейденс не шутила, говоря, что ее способности были на уровне волшебного детского сада. Она действительно беспомощна. Что ж, если Сансет принудили жить с Кейденс, ей просто нужно убедиться, что ее не придется стесняться.

— Это не так уж и сложно, — сказала Сансет, подсаживаясь ближе. — Давай, я научу тебя. Начнем с удаления шипов.

— Спасибо, Санни… Сансет!

Сансет уже видела проигранную битву.

— Просто… называй как хочешь.

— Правда?!

— Остынь, это всего лишь имя! И если я собираюсь помогать, тебе лучше отнестись к этому серьезно.

Хотя ее хихиканье звучало не очень серьезно, ее голос стал спокойнее, когда она заговорила:

— Заметано, Санни.

* * *

Во что ввязалась Сансет? Ей следовало работать над заклинанием роста, а не стоять у стены в переполненном помещении, пока какой-то парень болтает о своем фруктовом магазине.

Большинство пони вокруг нее были взрослыми, но имелось и несколько подростков. И было бы прекрасно, если бы все подростки не скучковались вместе, из-за чего Сансет чувствовала себя не в своей тарелке. Со взрослыми проблем не было, Сансет привыкла, что ее окружают пони намного старше ее. Но вот подростки? Единственный подросток, с которым Сансет проводила время, с неохотой надо признать, была Кейденс.

Кейденс. Это все ее вина. Жизнь Сансет была прекрасна до того дня, как появилась Кейденс. Она жила в замке с Принцессой Селестией — единственной пони, в которой Сансет нуждалась и с которой хотела быть рядом. Сансет была ее одаренной ученицей и стремглав летела к цели стать следующим Старсвирлом Бородатым.

Но потом появилась Кейденс, и жизнь Сансет перевернулась в одночасье. Внезапно у принцессы Селестии стало меньше времени, так как ей приходилось следить за благополучием уже двух маленьких пони. Внезапно появилась молодая кобылка, которая следовала за ней повсюду, и всегда хотела принимать участие во всем, что делала Сансет. И как бы она ни старалась, Сансет просто не могла сказать ей “нет”.

Именно так она оказалась в окружении кучки подростков, обсуждающих, кто из учеников их брат, кузен или кто-либо еще. Или, что еще хуже, хихикающих над тем, кто из членов ”New Colts on the Block” самый симпатичный. Сансет совершила ошибку, признавшись, что понятия не имеет, кто они такие, и теперь слушала, как кобылка ее возраста пустилась в излишне тщательное описание каждого участника группы и всех их самых впечатляющих черт.

Как только сцену открыли, и настала очередь Сансет, она телепортировалась прямиком туда. Все, что она планировала, это как можно быстрее уйти от разговора, но удивленная реакция аудитории стала ей весомым бонусом.

Сансет оглядела комнату. Большую часть толпы впереди составляли пони на несколько лет моложе нее. Вдоль стен и позади стояли пони постарше, родственники младших. На задней стене висел огромный плакат с надписью: "День семьи".

А еще там была сияющая Кейденс, неистово машущая Сансет копытом. И это было самой худшей переменой из всех. Потому что каждый раз, когда Сансет видела взволнованную маленькую кобылку, смотрящую на нее такими горящими глазами, Сансет просто не могла больше обижаться на нее.

— Привет всем пони. Меня зовут Сансет Шиммер, и я — старшая сестра Кейденс.

* * *

— Я все еще не вижу в этом смысла, — сказала Сансет, когда они с Кейденс подходили к большому дому.

— Да ладно тебе, Санни! Подумай о добром поступке, который ты совершишь для маленькой кобылки!

Сансет ухмыльнулась и указала на дом.

— Посмотри на это место! Он почти такой же большой, как дом моих родителей. Они могут позволить себе нанять частного репетитора.

— Да, но ты лучшая! — Кейденс лукаво улыбнулась и подтолкнула Сансет. — Кроме того, мы знаем, что в глубине души ты мягкая.

Сансет вздохнула и отвернулась.

— Тебе следовало ограничиться комплиментом.

Прошло больше года, как Кейденс переехала жить в замок Кантерлот, и Сансет даже бросила притворяться, что та ей не нравится. Эта пара стала неразлучна, и дело было даже не в Кейденс, которая каждый день ходила за Сансет по пятам. Сансет позволяла ей куда больше, чем кому-либо еще. Но назвать Сансет мягкой? Это уж слишком.

Но стоило Сансет развернуться, чтобы уйти, как она обнаружила, что окружена светло-голубой аурой. Она не пыталась убежать, когда Кейденс отлевитировала ее обратно.

— Твоя магия стала намного лучше.

— Спасибо.

— Я все еще смогу отсюда вырваться хоть во сне.

— Я знаю.

На самом деле не было никакого смысла отрицать. Хоть Сансет и не была в восторге от встречи с кобылкой, за которой присматривала Кейденс, но и отступать от своего слова не собиралась. Поэтому, смирившись со своей судьбой, Сансет подошла к двери вместе с Кейденс.

Кейденс постучалась в дверь и ободряюще улыбнулась. Сансет даже не попыталась выглядеть довольной. Спустя пару мгновений дверь открыл белый единорог с голубыми волосами. Он казался примерно одного возраста с Кейденс.

— О! К… Кейденс! — Он застыл в дверях, наблюдая, как Кейденс краснеет и хихикает. Сансет позаботилась о том, чтобы запомнить все происходящее, чтобы как следует подразнить Кейденс по этому поводу позже.

— Привет, Шайнинг, — сказала Кейденс и снова хихикнула. — Мы можем войти?

— Да! — Шайнинг произнес это слишком громко. Он яростно покраснел и жестом пригласил их следовать за ним. — Эм, прошу, проходите…

Сансет была почти уверена, что если бы она прищурилась достаточно сильно, то смогла бы увидеть сердечки, витающие над их головами.

Шайнинг провел их в гостинную, где они вместе с Кейденс продолжили с треском проваливаться во всем, что с натяжкой можно назвать флиртом.

— Как бы восхитительно неловко это ни было на самом деле, мы здесь, чтобы увидеть твою сестру, — сказала Сансет. — Как думаешь, ты сможешь достать ее для нас?

Шайнинг, кажется, впервые заметил Сансет.

— А? О, да, конечно. Предоставьте это мне! — Он придал своему лицу решительное выражение и убежал, будто бросился в бой. Эффект был отчасти испорчен, когда его голос надломился на крике: — Твайли! К тебе пришла Кейденс!

Однако не похоже, чтобы Кейденс находила его менее привлекательным.

— Разве он не мечта?

— Он придурок.

— Угу. — Кейденс ухмыльнулась, выгнув бровь. — И это говорит кобыла, которая читает учебники просто для развлечения?

Теперь это было просто нелепо.

— Ох, прошу тебя. Я не придурок, я нерд.

— Ох, прости меня, — передразнила Кейденс в притворном извинении.

— Я прощу, но только один раз. Если это случится снова, мне придется…

— Кейденс!

Прежде чем Сансет успела озвучить свое наказание, маленькая пурпурная кобылка сбежала вниз по лестнице и нырнула головой вперед в объятия Кейденс.

— Приветик, Твайли! Мне тоже приятно тебя увидеть, но есть кое-кто, с кем бы я хотела тебя познакомить.

Когда они оторвались друг от друга, Сансет уверенно улыбнулась.

— Ты должно быть Твайлайт Спаркл. Мое имя Сансет Шиммер, и я слышала, что ты ищешь лучшего из лучших, чтобы он рассказал тебе пару слов о магии.

Вместо того, чтобы обратиться к Сансет, Твайлайт повернулась к Кейденс.

— Ты права, у нее очень большое эго.

Не переставая улыбаться, Сансет перевела взгляд на Кейденс, но обнаружила только ее невинное выражение лица. Сансет испытывала сильное искушение отомстить, но, по какой-то причине, Кейденс нравилась эта маленькая кобылка, поэтому Сансет решила не смущать ее. Однако это не означало, что она позволит себе стать объектом их шуток.

— Не просто большое. У меня самое большое эго во всей Эквестрии! Оно настолько большое, что мне пришлось переехать в замок, только чтобы получить достаточно места для него!

Хотя Сансет немного скептически относилась к тому, что Твайлайт поймет шутку, основанную на сарказме и метафорическом размере, юная кобылка рассмеялась.

— Кейденс сказала, что ты ее старшая сестра.

Сансет кивнула.

— Это так.

— Ты не похожа на ее старшую сестру…

Кейденс и Сансет переглянулись. В логике Твайлайт имелось несколько пробелов, но Сансет понятия не имела, как правильно их заполнять. К счастью, у Кейденс было гораздо больше опыта общения с детьми, поэтому она бросилась объяснять:

— Не все семьи работают одинаково, Твайли. Как мои родители, например. Они земные пони, и они тоже не очень похожи на меня, потому что они удочерили меня, когда я была жеребенком. Затем принцесса Селестия удочерила меня, как свою племянницу, и когда я переехала жить в замок к Сансет, мы приняли друг друга как сестры.

Сансет фыркнула.

— И чем меньше мы будем говорить о моей семье, тем лучше.

Твайлайт выглядела озадаченной.

— Мне просто показалось странным, что старшая сестра выглядит меньше.

По крайней мере Кейденс нашла это забавным. Сансет нахмурилась, но не отказалась оставить за собой последнее слово.

— Это потому, что Кейденс ужасная младшая сестра. Я все время говорю ей перестать расти, но она меня совсем не слушает!

Кейденс показала язык.

— Быть младшим братом или сестрой намного круче. Верно, Твайли?

— Правильно! — Твайлайт согласно кивнула. — И кроме того, даже если у вас одни и те же родители, только один аллель должен отличаться, чтобы изменить тип пони, к которому вы относитесь. Плюс, даже у двух пони одного типа могут родиться жеребята любого типа, так как признак может быть рецессивным и передаваться через поколение.

Сансет моргнула в замешательстве, а Кейденс ухмылялась.

— Я же говорила тебе, что она умная.

Сансет перевела взгляд с Кейденс на Твайлайт и улыбнулась.

— Напомни, сколько тебе лет?

— Девять, — ответила Твайлайт. — Это правда, что ты стала ученицей Принцессы Селестии, когда тебе было девять?

Сансет не смогла сдержать чуть более широкую улыбку, когда кивнула.

— Конечно.

— Ух ты! Тогда ты, должно быть, действительно хороша в магии!

— О, я не просто хороша. Я лучшая! — Сансет усмехнулась, вспомнив, как Кейденс называла ее мягкой. Кажется она отомстит скорее раньше, чем позже. — На самом деле, как насчет небольшой демонстрации?

Спустя всего лишь вспышку рога и один истошный визг Кейденс, Сансет преобразовала ее идеально ухоженную розовую шерстку. Короткая до этого, теперь ее шерсть рассыпалась кудрями по всему телу.

— Что ты наделала? — причитала Кейденс, ощупывая копытами свое тело.

— О, ничего. — Сансет посмотрела на Твайлайт и подмигнула. — Просто сделала тебя еще более обнимательной, вот и все.

Уловив, к чему клонит Сансет, Твайлайт, не теряя времени, зарылась копытами в Кейденс.

— Ты как овечка!

Кейденс похлопала Твайлайт по спине и нервно рассмеялась.

— Сансет, я не хочу быть овечкой…

Сансет закатила глаза.

— Расслабься, это временно. — Она подождала, пока Кейденс вздохнет с облегчением. — Как только мы все это сбреем, твоя новая шкура будет такой же, как и раньше.

— Что?! — Кейденс взмыла вверх, заставив Твайлайт отскочить назад.

Тем временем Сансет могла только хохотать.

— Я шучу! Вот… — С еще одной вспышкой рога шкурка Кейденс вернулась в нормальное состояние.

— Это было потрясающе! — сказала Твайлайт, пока Кейденс осматривала свою шерсть, чтобы убедиться, что Сансет не сделала ничего подлого. — Могу ли я сделать что-то подобное?

Сансет ухмыльнулась.

— Сможешь когда-нибудь. Но прямо сейчас, я думаю было бы лучше, если бы ты выучила несколько заклинаний, которые больше подходят для твоего возраста. Так что давай посмотрим, на что ты способна.

Твайлайт поковыряла копытом пол.

— Я не очень хороша в магии…

Кейденс положила копыто на спину Твайлайт и ободряюще кивнула.

— Все в порядке, Твайлайт. Сансет здесь, чтобы помочь тебе учиться.

Предвкушение Сансет от того, что сейчас она увидит магию Твайлайт, сменилось шоком, как только маленькая кобылка начала. Ей едва удавалось левитировать маленькие предметы, и она не смогла исполнить ничего другого. Сансет надеялась, что она просто нервничает, но какова бы ни была причина, Твайлайт оказалась ужасна в магии.

Что было чертовски обидно. Каждый раз, когда Твайлайт открывала рот, появлялась сложная магическая теория. Казалось, что она понимала в магии все, кроме того, как на самом деле использовать ее.

Как это могло быть так сложно, для кого-то настолько умного? Она знала лишь одну пони, столь же преданную магии, как и Твайлайт, но всякий раз, когда Сансет заставляла себя что-то делать, она преуспевала.

После того, как они немного попрактиковались и получили только крайне расстроенную кобылку, Кейденс убедила их закончить на сегодня. Чтобы подбодрить Твайлайт, они ненадолго задержались и поболтали о ее любимых вещах. Неудивительно, что все они оказались книгами.

На обратном пути в замок Сансет поймала себя на том, что погрузилась в свои мысли. У Кейденс, похоже, не было этой проблемы, и она сохраняла жизнерадостное самообладание.

— Видишь? Она во многом похожа на тебя! За исключением того, что она хорошо себя ведет, конечно.

— Да… — Сансет даже не потрудилась ответить на эту подколку.

Кейденс на мгновение замолчала, а потом ткнула Сансет.

— Ладно. Что случилось, мисс Угрюмость? Неужели было так ужасно провести день с милой маленькой кобылкой?

— Кейденс… — Сансет нахмурилась, когда посмотрела аликорну в глаза. — У Твайлайт есть друзья?

Улыбка Кейденс исчезла, когда она поняла, что на уме у Сансет.

— Она… во многом похожа на тебя.

— Да, я так и думала… — Твайлайт была той самой Сансет. Она считала, что другие пони ее возраста занимаются глупостями, и она никогда не откажется от своей цели стать лучшей. Но с тех пор, как появилась Кейденс, которая могла оторвать ее от учебы, чтобы посмеяться и вспомнить, что в жизни есть нечто большее, Сансет и близко не была такой несчастной, как раньше.

— У Твайлайт действительно есть кое-что, чего не было у тебя в ее возрасте, — сказала Кейденс, и часть ее улыбки вернулась. — У нее двое любящих родителей, которые поддерживают ее, у нее есть старший брат, который включает ее в игры, в которые он играет со своими друзьями, и у нее есть я. — Она на секунду ткнулась носом в шею Сансет, пока они шли. — И, может быть, ты тоже будешь у нее?

Сансет на мгновение задумалась обо всем том времени на учебу, которое будет упущено, если она начнет регулярно ездить в город. Но только на мгновение, а затем ее мысли обратились к маленькому единорогу янтарного цвета, который сидел в одиночестве, наблюдая за другими жеребятами через окно, не имея ничего, кроме книги, для компании.

— Да. Да, я у нее тоже буду.

* * *

Солнце зашло несколько часов назад, но Сансет все еще бодрствовала. Только свет от ее рога позволял ей видеть, когда она лежала в постели с книгой. Та была настолько увлекательной, что она почти не заметила стука в дверь.

— Открыто, — крикнула она.

Дверь со скрипом отворилась, и Сансет была застигнута врасплох пони с другой стороны.

— Здравствуй, Сансет, — сказала принцесса Селестия. — Я боялась, что ты уже спишь.

Сансет быстро приняла подобающее сидячее положение.

— Здравствуйте, Принцесса. Все в порядке?

Селестия вошла в комнату и села на кровать рядом с Сансет.

— Да, моя одаренная ученица, все в порядке. Я вижу, твоя учеба продвигается хорошо.

Поняв, что она имеет в виду открытую книгу, Сансет застенчиво улыбнулась.

— Это… это роман. Кейденс хотела, чтобы я прочитала его. Это, конечно, роман, но он не так плох.

Возможно это воображение, но Сансет показалось, что Селестия больше гордилась тем, что она читала из-за Кейденс, чем когда думала, что Сансет учится.

— Понятно. Вы двое определенно стали очень близки.

Сансет покраснела.

— Думаю, что так.

Было очевидно, что Селестия пришла не для того, чтобы поговорить о книге Кейденс, но, как обычно, она не торопилась переходить к делу. Сансет вспомнила, как сильно это расстраивало ее, когда она была моложе и всегда стремилась поскорее докопаться до сути, но теперь она принимала это спокойно. Даже без разговоров присутствие Селестии действовало умиротворяюще.

— Ты долгое время была моей ученицей. Девять лет ты не переставала удивлять меня.

Сансет улыбнулась такой похвале.

— Спасибо вам, Принцесса. Я просто благодарна за то, что мне представился такой шанс.

— Ты ведь знаешь, что я также многому научилась у тебя, как и ты у меня?

Это заставило Сансет покраснеть еще больше.

— Я не знала об этом.

— Это правда. Каждый учитель должен учиться у своих учеников. — Селестия оглядела комнату, отмечая все книги и завершенные проекты, разбросанные повсюду. — Я уже неспособна отыскать для тебя новый материал. Ты превзошла все мои ожидания, и я не уверена, что смогу научить тебя еще чему-то.

Смысл разговора поразил Сансет в полную силу и оставил ее с открытым ртом. Селестия не просто так не торопилась доходить до сути, она смягчала удар.

— Но ведь мне еще многому нужно научиться.

— Да, это так. — Селестия прикоснулась к копыту Сансет, и той не понадобились слова, чтобы понять. “Да, это так. Но не у меня.”

Говоря это, Селестия опустила глаза:

— Сегодня прошли вступительные экзамены в школе. Я встретила очень многообещающую молодую кобылку. По правде говоря, я могу вспомнить только одну другую кобылку с настолько большим потенциалом.

Это все объясняло. Селестия нашла новую ученицу, которая нуждалась в ней, и у нее недоставало времени, чтобы сосредоточиться на обучении Сансет. Она моргнула, прогоняя слезы, и с улыбкой повернулась к Селестии.

— Она не найдет лучшего учителя.

Селестия тоже улыбнулась.

— Я рада видеть, что ты хорошо это приняла. И я надеюсь, ты понимаешь, что я не планировала такие быстрые перемены. Но количество магической силы, которой она обладает, может представлять угрозу для нее самой и для окружающих пони, если она не научится ее контролировать.

Сансет кивнула.

— Я понимаю. Она будет в хороших копытах.

— На самом деле это именно то, о чем я хотела поговорить с тобой. — Улыбка Селестии стала шире, и она посмотрела в глаза Сансет. — Ей понадобится много внимания, чтобы научиться использовать такое количество энергии. Я подумала, что будет разумно обратиться за помощью в ее обучении.

Во второй раз Сансет почувствовала дрожь от намека Селестии. Нет, Сансет определенно все не так поняла. Она бы ни за что не попросила ее об…

— Что вы имеете в виду?

Когда Селестия ответила, Сансет как будто снова стала кобылкой, взволнованно показывающей своему любимому наставнику, что у нее теперь тоже есть солнце на ее кьютимарке.

— Тебе действительно многому нужно научиться, Сансет. Но хороший учитель всегда учится у своего ученика. Я думаю, что уроки, которые ты извлечешь из этой молодой кобылки, уведут тебя гораздо дальше, чем я могу сейчас. И я не могу придумать ничего более подходящего для твоего последнего задания в качестве моего ученика, чем помочь мне передать знания, которые я дала тебе, другой молодой пони.

Сансет почувствовала, как в ней закипает решимость. Селестия доверилась ей, и Сансет ни за что ее не подведет.

— Конечно. Для меня большая честь получить такой шанс.

— Есть еще кое-что, — сказала Селестия с оттенком игривости в голосе. — Когда я упомянула твое имя, наша новая ученица была крайне взволнованна. Похоже, она уже знает тебя. Имя “Твайлайт Спаркл” ни о чем тебе не говорит?

— Твайлайт Спаркл!? — Сансет резко вскочила и поняла, что ухмыляется.

— Я приму это как “да”. Странная вещь произошла во время ее экзамена. Дела шли скверно, но затем вспышка радужного света вдалеке зажгла искру, которая, кажется, и раскрыла ее способности. Что ж, я уверена, что она тебе все об этом расскажет.

— Твайлайт Спаркл… она наконец-то сделала это.

— Я рада видеть, что ты так же взволнована, как и она. А теперь отдыхай, завтра у нас у всех будет напряженный день.

— Спасибо еще раз, Принцесса. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, моя одаренная ученица.

Даже находясь в эйфории от новых перспектив, Сансет не могла не почувствовать, как от этих слов у нее защемило сердце.

— Кажется я буду скучать по этому прозвищу.

Селестия остановилась у двери.

— Ох, Сансет. Неважно, куда ты пойдешь или что будешь делать, ты все равно останешься для меня той же. — Селестия обернулась, и Сансет почти показалось, что она видит слезы в ее глазах. — Ты всегда будешь моей одаренной ученицей.

* * *

Все это было невероятно. Нет, теперь это уже в прошлом. Но когда события развивались, Сансет даже не сумела в полной мере осознать происходящее.

Твайлайт отправилась в Понивилль. Это было ожидаемо. Сансет даже приложила копыто к этой части плана. Под руководством Селестии и Сансет Твайлайт расцвела, но ни одна из них так и не сумела научить ее дружбе, вероятнее всего потому, что ни одна из них не была хороша в этом с самого начала.

Но после этого? Что ж, история становится все более удивительной. Твайлайт завела друзей, что само по себе стало неожиданностью. Но затем она повела этих друзей за собой, чтобы остановить Найтмер Мун, и в процессе вернуть давно потерянную сестру Селестии в ее прежнее обличье Принцессы Луны.

Сансет всегда знала, что Твайлайт предначертано совершить великие дела, но лишь сейчас она впервые увидела, насколько великие.

Впрочем, именно сейчас у нее не было возможности обдумать все это. Настало время для неловкой встречи, к которой Сансет чувствовала себя абсолютно неподготовленной. По крайней мере, она была вместе с Кейденс.

— Итак, пойманная в ловушку лунная богиня вернулась к нам, — пробормотала Сансет, когда они подошли к дверям комнаты Луны.

— Она не богиня, Сансет, — мягко поправила Кейденс. — Она сестра тети Селестии. Она часть семьи.

— Для тебя — может быть, — сказала Сансет с усмешкой. — А для нас, простых смертных, это совсем другая история.

— Как будто ты считала себя “простой смертной” хоть когда-нибудь. — Было приятно, что Кейденс присоединилась к ее маленькой шутке, но это длилось недолго. — Серьезно, Сансет. Подумай о том, через что она прошла. Не говори при ней такие вещи.

Сансет вздохнула.

— Ты действительно считаешь, что я не знаю, когда мне следует держать язык за зубами?

Кейденс на мгновение задумалась над ответом, затем улыбнулась чуть более искренне.

— Ты права. Мне очень жаль.

Миллион умных замечаний пронеслись в голове у Сансет, но чтобы показать, что она понимает всю серьезность ситуации, она остановилась на нехарактерно сдержанном:

— Все в порядке. Давай пойдем познакомимся с ней.

Сансет постучалась в дверь, и они чуть-чуть подождали. Эта комната была одной из немногих в замке, куда Сансет никогда не заходила. Очевидно, это была комната Луны до того, как она стала Найтмер Мун, и Селестия сохранила ее такой, какой та ее оставила. Ею воспользовались снова только потому, что Луна вернулась.

Секунды шли, и Сансет постучалась снова, немного погромче. Они с Кейденс обменялась взглядами. Обе прекрасно знали, что Луна находится в своей комнате, если, конечно, она не вылезла через окно или что-то в этом роде. Почему она не отвечает?

Сансет собиралась постучать еще раз, но прежде чем она это сделала, дверь со скрипом открылась. В комнате за дверью было темно, но можно разглядеть очертания кобылы.

— Да?

Сансет сделала глубокий вдох.

— Принцесса Луна? Я Сансет Шиммер. Я здесь с Принцессой Кейденс. Мы можем войти?

Луна какое-то время молчала, и Сансет засомневалась, услышала ли она ее вообще. Но затем тихий голос произнес:

— Вы можете войти.

Они вошли внутрь, и Сансет осознала, что единственный источником света была оставшаяся открытой дверь. Луна держала занавески задернутыми, а факелы потушенными.

Следующей заговорила Кейденс.

— Мы хотели познакомиться с вами, потому что мы обе близки с Принцессой Селестией. Она приютила меня как свою племянницу, когда я стала аликорном, а Сансет…

— Я была ученицей вашей сестры, а сейчас я ее со-учительница, — отрекомендовалась Сансет. — Твайлайт Спаркл — моя ученица.

— Твайлайт Спаркл… — Луна медленно произнесла ее имя. — Она была той… кто спасла меня.

Сансет кивнула.

— Да. Никто не гордится ее достижениями больше чем я, равно как и не удивлен ее участием.

— Я… я уверена, что заставила вас волноваться… простите…

Сансет посмотрела на Кейденс, которая выглядела такой же озадаченной, затем снова повернулась к Луне.

— Что вы имеете в виду?

— Я… я подвергла вашу ученицу опасности, когда я… когда я была…

— Вы не сделали ничего плохого, — сказала Кейденс, шагнув вперед. — Тетя Селестия объяснила нам о Найтмер Мун. Это были не вы.

Луна на мгновение затихла, а Сансет пришло в голову, что она даже на миллиметр не двигалась с тех пор, как они вошли.

— Моя сестра… она очень добра ко мне…

Вся эта ситуация казалась неправильной. Луна была разбитой и поверженной кобылой, это очевидно. Ее время в качестве Найтмер Мун и ее изгнание оставили от нее лишь оболочку пони.

Кейденс тоже все поняла. Она сделала еще один шаг вперед.

— Давайте не будем беспокоиться об этом прямо сейчас. Как вы себя чувствуете? Вам что-нибудь нужно?

— Я… нет. Стражники обеспечивают меня необходимым.

Кейденс грустно улыбнулась.

— Вы не покидали свои покои с тех пор как вернулись. Даже для еды.

Луна с опаской посмотрела на Кейденс, возможно встревоженная тем, что та постоянно приближалась.

—Нет. Я не чувствую в этом необходимости.

Кейденс остановилась прямо перед Луной.

— Мы хотели бы стать твоими друзьями. Мы поняли, что ты никого здесь не знаешь, кроме своей сестры, поэтому мы подумали, что можем стать первыми.

Луна ничего не ответила.

Сансет мысленно вздохнула и пересекла комнату гораздо увереннее, чем Кейденс.

— Послушай, Луна… у вас много чего произошло. Я с уверенностью могу сказать, что ты по-прежнему винишь себя за то, что случилось в прошлом. Но это шанс начать все сначала, и мы хотим помочь в этом.

— Я не понимаю. — Луна повернула голову, избегая прямого взгляда. Это было самое сильное движение, которое она сделала с тех пор, как они вошли в комнату. — Почему?

— Потому что… — Кейденс посмотрела на Сансет.

— Потому что однажды я получила свой второй шанс. — Сансет вернула Кейденс взгляд. — Я шла по скользкой дорожке, но потом мой друг указал мне верный путь. И я хочу помочь тебе, сделав тоже самое.

— Я… я не знаю, что сказать.

— Тебе не нужно ничего говорить, — ответила Сансет. — Давайте сядем все вместе, и я расскажу вам о Твайлайт или о чем-нибудь еще.

— Твайлайт Спаркл… — Луна повторила ее имя. — Я… я бы хотела услышать о ней еще.

Луна посмотрела на протянутое копыто Кейденс, затем оглянулась на Сансет. Та кивнула, и Луна снова вернулась к Кейденс. Медленно она подняла свое собственное копыто и коснулась им Кейденс.

* * *

Зачем Луне понадобилось так много ступеней? Хотя подъем на самый верх крыла астрономии сейчас определенно был наименьшей из ее забот, это не делало его менее утомительным.

Когда она наконец-то добралась до дверей Луны, Сансет не потрудилась даже постучать, прежде чем войти. Вежливость существовала для тех пони, которым не хватало смелости разместить свои апартаменты на противоположной стороне замка от сансетских. Кроме того, Луна и так была в курсе, что она здесь.

— Приветствую, Сансет, — сказала Луна, когда дверь открылась. Ей не нужно было поднимать взгляд.

— Луна, — кивнула ей в ответ Сансет, а затем повернулась к другой пони в комнате. — Твайлайт.

— Сансет! Прошу, скажи мне, что и ты видишь, как странно ведет себя Кейденс.

Сансет не смогла выдавить из себя улыбку для своей ученицы.

— Да, вижу. Именно поэтому я попросила Луну позвать тебя сюда.

— Твайлайт как раз рассказывала мне о том, что она заметила сегодня, — сказала Луна, когда Сансет села рядом со своей ученицей. — Похоже, появилось еще больше доказательств, подтверждающих твои опасения.

— Вы обе уже знаете, что что-то не так? — спросила Твайлайт.

— Разумеется, я знаю, — ответила Сансет. — Ты действительно думала, что я могу не узнать, если с Кейденс что-то не так?

— Почему же тогда никто ничего не делает с этим?! — Резкий взгляд Сансет напомнил Твайлайт, что ей стоит держать себя в узде. — Прости…

— Все в порядке. Я знаю, что ты беспокоишься о Кейденс и о своем брате. Но ситуация очень сложная. — Сансет склонила голову. — Главная причина в том, что Селестия не верит, что что-то идет не так.

— Боюсь, я имею к этому некоторое отношение, — добавила Луна. — У меня есть способность обнаруживать уникальные магические сигнатуры пони. У Кейденс ничего не изменилось, а это означает, что она не самозванка.

— Или это означает, что самозванка может подделывать магическую сигнатуру, — настаивала Сансет.

— Придержи коней… — Твайлайт потрясла головой, а затем недоверчиво уставилась на Сансет. — Ты думаешь, что она самозванка?

Сансет кивнула.

— Только после того, как я исключила контроль над разумом. Я вполне убедилась, что на Кейденс не наложено никаких заклинаний.

— Да, — сказала Луна. — Похоже, Сансет сомневается только в моих способностях. В своих она вполне уверена.

Они уже обсуждали это, но Сансет вновь задобрила ее ради Твайлайт.

— Я не сомневаюсь в твоих способностях, я просто думаю, что кто-нибудь достаточно сильный мог бы имитировать магическую сигнатуру другого пони.

— В теории это возможно, — смягчилась Луна. — Вероятно, ты смогла бы сделать это, Сансет. Но такое потребует магического мастерства, сопоставимого с твоим, а затем значительных усилий для поддержания иллюзии. Любой настолько опытный пони, наверняка, мог бы найти более разрушительное применение своей силе, чем вмешательство в свадьбу. Даже если это королевская свадьба.

— Но это возможно, — повторила Сансет. — Мы можем выяснить мотивы позже.

— Но подождите, может ли вообще кто-нибудь это провернуть? — спросила Твайлайт. — Им же нужно было выждать момент, чтобы во время сна… — Она ахнула. — Ты же не думаешь, что Шайнинга тоже подменили?

— Я не заметила ничего странного в Шайнинге, но я знаю Кейденс, — решительно заявила Сансет. — И это не она.

— Помните, что мы проводим эту встречу потому, что я осознаю вашу озабоченность. — Луна попыталась использовать тот же взгляд, который сдерживал гнев Твайлайт. Это оказало куда меньший эффект на Сансет, которая была не в настроении подавлять огонь, пылающий внутри нее.

— Есть три варианта, — сказала Луна. — Первый и самый лучший: вы обе ошибаетесь, и нам не о чем беспокоиться. И Сансет, и Твайлайт попытались возразить, но Луна взмахом копыта приказала им молчать. — Второй, с которым вы вряд ли согласитесь, это что сама Кейденс что-то тайно замышляет. Третий: Сансет права, и мы все находимся в куда большей опасности, чем вы можете себе представить.

Твайлайт бросила на Сансет нервный взгляд.

— Так что мы будем с этим делать?

— Буду продолжать следить за ней. Как у лучшей подруги Кейденс, у меня есть повод таскаться за ней повсюду. Если она каким-то образом разоблачит себя, я буду там и поймаю ее.

— И как только у нас появятся доказательства, я без колебаний арестую ее, — подтвердила Луна. — Пока наши вопросы остаются без ответов, наш план таков: Сансет по-прежнему будет тенью Кейденс, и я по-прежнему буду наблюдать за городом по ночам.

— Но что насчет настоящей Кейденс? — спросила Твайлайт. — Если у нас самозванка, то мы должны отыскать настоящую!

И Сансет, и Луна уставились на Твайлайт, которая не сразу поняла намек.

— Подожди, ты хочешь, чтобы я нашла ее?

— Ты единственная, кто сможет, — пояснила Сансет. — Поскольку Селестия нам не верит, и никто другой не будет слушать, это должна быть ты.

— Это не так безнадежно, как кажется, — сказала Луна. — Кейденс не заключена в замке, я в этом уверена. Я сама найду время, чтобы проверить город на предмет ее магической сигнатуры. Если она не отыщется в Кантерлоте, единственным оставшимся местом будут пещеры внутри горы.

Твайлайт попятилась назад.

— Горные пещеры? Но они не нанесены на карты, никто не может в них ориентироваться!

— Это не совсем верно. — Луна бросила короткий взгляд в сторону двери. — Мои стражники хорошо знают пещеры. Им было поручено помочь тебе в этом задании, сейчас они ждут тебя за дверью.

Сансет и без слов могла заметить растущую панику Твайлайт.

— Твайлайт, послушай меня. Ты можешь это сделать. Ты брала на себя гораздо более сложные задачи, чем поисково-спасательную миссию, и всегда выходила победителем.

Твайлайт сделала глубокий вдох.

— Спасибо, Сансет. Я не подведу тебя.

Сансет кивнула.

— Я знаю, что ты не оплошаешь.

Она держала маску уверенности, пока ее ученица не вышла из комнаты, а затем повернулась к Луне за поддержкой.

—У нее же получится… верно?

Луна улыбнулась.

— Твайлайт Спаркл удивительная кобылка. Она безусловно преуспеет в этой задаче.

— Ты права. — Сансет сказала это больше себе, чем Луне.

Луна пересекла комнату, чтобы сесть рядом с Сансет.

— Между вами двумя, я должна признаться, что больше беспокоюсь о тебе.

Сансет ухмыльнулась.

— Ого? Внезапно поверила мне, что Кейденс подменили?

— Я верю, что это возможно, но также я верю, что ты способна справиться с любой ситуацией, которая может возникнуть. — Луна бросила на нее обеспокоенный взгляд. — Но я вижу, что ты устала. Ты работаешь без перерыва с тех пор, как все это началось, и ты выжигаешь себя.

Не было смысла спорить, по крайней мере с Луной. После ее возвращения они с Сансет быстро стали подругами, и она могла читать Сансет как открытую книгу.

— Да, я плохо спала. Есть ли какое-нибудь лекарство от этого, о Ночная Принцесса?

— Если это не из-за терзающих тебя кошмаров, то боюсь, я не знаю ни одного неизвестного тебе средства.

Сансет вздохнула.

— Я боялась, что ты так скажешь. На этой ноте мне следует поспешить обратно. У меня впереди еще спуск на шесть тысяч ляганых ступенек все-таки…

Луна накрыла копыто Сансет своим, прежде чем та успела встать.

— Тебе не нужно уходить, если ты предпочтешь остаться. В этом случае добро пожаловать в мою постель.

Сансет усмехнулась.

— Охо-хо, может для начала купишь кобылке выпить?

— Я не утверждала, что сама буду там присутствовать. Не забывай, мне нужно присматривать за городом, пока моя сестра не проснется, а к тому времени, я полагаю, ты уже уйдешь.

— Меня назвали в честь заката, а не восхода. — Сансет была не единственной открытой книгой и моментально разгадала маневр уклонения Луны. Она наклонилась немного ближе и продолжила. — Предположим, я не уйду. Предположим, я буду ждать тебя. Что произойдет, если я все еще буду в твоей постели, когда ты вернешься?

Чтобы остаться непревзойденной, Луна тоже наклонилась ближе, коснувшись Сансет своим лбом.

— Все, что угодно, пока ты будешь не против. Но вернуться, чтобы обнаружить прекрасную кобылу в своей постели? Не думаю, что я буду жаловаться, чем бы это ни оказалось.

— Луна… — Сансет отодвинула голову назад, совсем чуть-чуть. — Это только из-за свадьбы?

Луна нахмурилась и отвернулась.

— Да, полагаю, так оно и есть. Я извиняюсь, ты была мне дорогим другом, и я не хочу быть нечестной по отношению к тебе.

— Нет, я просто хотела убедиться, где мы находимся сейчас, прежде чем двигаться дальше. — Учитывая обстоятельства, Сансет заподозрила, что снятие стресса пойдет на пользу им обеим. Она ухмыльнулась и прильнула к Луне всем телом. — Да-а, полагаю, ты определенно не против. Ничего не обещаю, но мы посмотрим, что произойдет.

— Ох? — Луна оживилась. — Тогда нас ждет незабываемое утро.

— Я в этом не сомневаюсь. — Несмотря на то, что было заманчиво просто отдыхать на Луне, Сансет заставила себя встать. — Но для начала, меня ждет ночь, чтобы выспаться. Надеюсь, твоя кровать достаточно удобная.

— Подходит для принцессы, уверяю тебя.

Сансет закатила глаза и встала. Она едва успела сделать два шага, как вздрогнула, когда ее осенило.

— Твоя спальня находится вверх по лестнице, не так ли?

Луна рассмеялась.

— Так и есть. Ты знаешь, твоя магия не имеет себе равных, но, возможно, будет полезно приложить некоторые усилия для повышения твоей выносливости.

Хотя мысль о том, чтобы подняться по еще одной лестнице, наполняла ее страхом, Сансет скрыла это, закатив глаза.

— Ну же, Луна. Я архимаг высшего порядка. Зачем мне тренироваться?

* * *

Сансет сделала мысленную заметку тренироваться почаще. Всегда полагаться на свою магию было хорошо в теории, но теперь, когда она собиралась подвергнуться испытанию, она поняла, что не помешало бы иметь и физические навыки, на которые также можно опереться.

Но независимо от того, готова она или нет, время поджимало. Твайлайт все еще не нашла Кейденс, а день свадьбы уже наступил. В довершение всего, лучшего шанса принять меры, чем сейчас, уже не предоставится; Сансет и Селестия находились в раздевалке, наедине с пони, которая заменила Кейденс.

— Я переживаю, что от Твайлайт по-прежнему никаких вестей, — нахмурившись говорила Селестия.

— Ты знаешь, она ведет себя странно с тех пор, как приехала сюда, — сказал розовый аликорн. — Как будто она даже не рада моей свадьбе.

Сансет сдержала свой ответ. Не “свадьба”, а “моя свадьба”, как будто Шайнинг Армор не был ее частью. Настоящая Кейденс никогда бы так не сказала, особенно по отношению к родной сестре Шайнинга.

— Конечно она рада, — рассеянно отвечала Селестия. — Я уверена, что она появится с минуты на минуту.

— Но как ни крути, у тебя все еще есть я! — Сансет обхватила передней ногой плечи самозванки. — Ты же знаешь, я всегда буду рядом, чтобы присмотреть за своей маленькой сестренкой.

Это было всего на мгновение, но раздражение промелькнуло на лице Лже-Кейденс. Даже когда оно сошло, последовала неудачная попытка скрыть все явно вымученным смехом.

— Спасибо, Сансет. Не знаю, что бы я без тебя делала.

Сансет, а не Санни. Но никакие доказательства не имели ценности, если они не убеждали Селестию, которая была слишком поглощена тем фактом, что одна из ее маленьких кобылок выходит замуж, чтобы обратить внимание на такую мелочь.

Время проверить, принесут ли плоды ее исследования. Сансет обратила всеобщее внимание на букет на туалетном столике, за которым сидела самозванка.

— Розовые розы, наши любимые. Ты, конечно, помнишь ту историю, когда мы еще были подростками, верно?

К ее чести, Лже-Кейденс ни на минуту не дрогнула.

— Как я могу такое забыть?

— Но знаешь, Селестия не слышала ее. — Сансет взглянула на Селестию, которая выглядела озадаченной. Она не только знала о той истории в библиотеке, но и сама рассказывала ее при случае. — Почему бы тебе не рассказать ей об этом? Немного оглянемся назад перед твоим торжеством!

Лже-Кейденс ухмылялась, но ее глаза бегали по комнате.

— Ох, но ты ведь рассказываешь ее намного лучше!

Этого следовало ожидать, поэтому Сансет улыбнулась и закатила глаза.

— Что ж, так и есть. Это было в то время, когда мы с Кейденс навещали ее родителей. Мы играли в лесу, когда Кейденс крикнула, чтобы я подошла. Я подумала, что она в беде, поэтому побежала к ней со всех ног. Но когда я добралась туда, оказалось, что она наткнулась на целое поле розовых роз! Позже мы узнали, что это был спрятанный склад флориста, но в то время мы действительно думали, что это целое поле, полное идеально розовых роз.

Селестия выглядела так, словно собиралась протестовать, но Сансет взглядом заставила ее молчать.

Как и следовало ожидать, Лже-Кейденс просто улыбнулась фальшивым воспоминаниям.

— Я никогда этого не забуду.

Селестия шагнула вперед, чтобы встать с другой стороны розового аликорна, таким образом взяв ее в клещи.

— Я помню, как ты впервые приехала жить к нам, Кейденс. Я никогда не видела, чтобы две кобылки так быстро сдружились. С самого первого дня вы с Сансет были неразлучны.

Прекрасно, Селестия наконец-то смогла понять. Прошло больше месяца, прежде чем Сансет смогла находиться в одной комнате с Кейденс, о чем Селестия, конечно же, не забыла. Но естественно, Лже-Кейденс этого не знала.

— Осесть здесь было безусловно легче благодаря теплому приему моей старшей сестры.

Сансет усмехнулась.

— Что ж, все так, как я и сказала. Я всегда буду присматривать за своей младшей сестренкой.

Без предупреждения Сансет схватила самозванку своей магией и швырнула ее в зеркало. Когда та закричала, и повсюду полетели осколки стекла, даже Селестия отскочила назад.

— Сансет! Тебе не кажется, что это немного чересчур?

— Представь, что ты несколько недель выслеживаешь какую-то суку, которая притворяется Луной, и скажи это еще раз.

— Справедливо…

Розовый мех самозванки был испачкан кровью, когда она пыталась ползти на своих копытах.

— Что!? Зачем ты…

— Все кончено, — сказала Селестия. Она расправила крыло, чтобы отодвинуть Сансет назад. — Только один чейнджлинг способен провернуть такое безупречно. Почему бы тебе не сбросить маскировку и не сказать, где моя племянница, Кризалис?

К удивлению Сансет, Кризалис рассмеялась и встала в полный рост. Зеленое пламя охватило ее тело, и когда оно исчезло, твердый черный экзоскелет пришел на смену розовой шкуре Кейденс. Она была намного выше, почти такой же высокой, как и Селестия, у нее были дырки в ногах и тонкая зеленая грива.

Она была похожа на демона, нарядившегося под пони.

— Я знала, что должна была избавиться от тебя, пока у меня была такая возможность, — сказала Кризалис Сансет.

Селестия использовала свою магию, чтобы отодвинуть Сансет еще дальше.

— Ты не прикоснешься к ней! И теперь, когда я знаю, кто ты, я не позволю тебе снова причинить кому-то боль.

Золотой луч вырвался из рога Селестии. Он столкнулся с зеленым лучом Кризалис, и Сансет оставалось только наблюдать.

За все годы, что Сансет училась у Селестии, она никогда не видела, чтобы ее наставница использовала всю мощь своей магии на ком-либо. Сила столкновения лучей резонировала в Сансет, полностью приковав ее к этому зрелищу.

Это должно было стать блистательной победой. Это должно было стать историей, которую Сансет рассказывала бы спустя годы. Но когда Кризалис усилила свою магию, а Селестия не смогла сделать того же, остался лишь чистый ужас.

Когда Селестия упала, тоже самое произошло и с сердцем Сансет.

— Я… я сделала это. — Кризалис посмотрела вниз на неподвижное тело Селестии и шагнула вперед. — Я победила! О как могуществен…

Кризалис заткнулась, когда защитное заклинание встало между ней и Селестией, а затем расширилось, прижав ее к стене. Она легко развеяла его, и посмотрела на Сансет, которая стояла рядом с Селестией в защитной стойке.

— Отойди от нее!

Кризалис медленно шагнула вперед, используя свои размеры, чтобы запугать оппонента.

— Неужели маленькая пони думает, что она смож…

Сансет бросилась на Кризалис, ударив чейнджлинга копытом по лицу и телепортируя их обеих наружу. К тому времени, как зажегся рог Кризалис, Сансет уже телепортировалась позади нее.

Пони закричали, и Сансет поняла, что они оказались в зале, где должна была состояться свадьба.

— Позовите Луну! — приказала она, не обращаясь к кому-то конкретно.

— Ты бойкая, я оценила это, — произнесла Кризалис, поворачиваясь, чтобы поглумиться над Сансет. — Но ты действительно думаешь, что сможешь мне что-то противопоставить, когда я уже победила твою драгоценную маленькую принцессу?

Сансет пылала яростью. Не имело значения, на что была способна Кризалис. Сансет собиралась заставить ее страдать.

— Теперь попробуй меня, сука!

Зеленый луч устремился в сторону Сансет, которая даже не попыталась встретиться с ним лицом к лицу. Вместо этого, она сосредоточила свою магию на мраморном полу, оторвав от него кусок и использовав его в качестве щита. Он разлетелся вдребезги, и Сансет смогла разглядеть Кризалис, укрывающуюся от обломков.

Сансет не защищалась. Она игнорировала летящие в нее камни, не чувствуя боли от попаданий. Ее рог загорелся, и кольцо пламени окружило ее и Кризалис, отделяя их от других пони.

Кризалис отступала от пламени, но Сансет сжимала кольцо. Жар только разжигал огонь внутри нее, когда она смотрела на своего противника сверху вниз.

— Ты понятия не имеешь, с чем столкнулась, — спокойно сообщила ей Сансет. — Сейчас ты играешь с огнем, Кризалис. Сейчас ты сгоришь.

* * *

Казалось, посетителям не будет конца. Каждый день с того момента, как Сансет очнулась в больнице, пони безостановочно приходили и уходили. Дошло до того, что Твайлайт пришлось вмешаться и составить расписание для встреч с ней.

Хотя ее воспоминания становились размытыми после определенного момента, Сансет все еще могла вспомнить большую часть боя с Кризалис. Она сдерживала Кризалис при помощи своего острого ума и рационального использования магии, но остановить так и не удалось. Грубой силы Кризалис было достаточно, чтобы одолеть Селестию. Пламя сбило ее с толку на какое-то время, но в конечном итоге она смогла поймать Сансет.

Затем начался ад. Сансет нанесла Кризалис множество болезненных уколов, и королева чейджлингов была не из тех, кто спустит такое. Но Сансет обратила ее злобную натуру против нее, провоцируя Кризалис причинять ей боль, чтобы задержать нанесение смертельного удара. Прибытие Луны стало последним, что Сансет могла отчетливо вспомнить.

Только после того, как Сансет очнулась, она смогла оценить свои травмы. Наиболее примечательной стала ее передняя левая нога, которая, возможно, никогда больше не будет использована по назначению. Кость была раздроблена в нескольких местах, и даже если она заживет, то вряд ли восстановится полностью. Даже с магией исправить что-то в теле пони крайне проблематично. Они спасли ее от ампутации, а что будет дальше, покажет только время.

Лицо получило три заметных травмы, но Сансет настаивала на том, что повреждения косметические, несмотря на их печальный вид. Результатом одной атаки стала потеря кончика правого уха и части гривы, которая может отрасти, а может и нет, в зависимости от того, как зажила рубцовая ткань. Также на ее лице обнаружился порез, происхождение которого она вспомнить не смогла, он шел от левой щеки к морде.

Еще нашлось изрядное количество синяков и несколько мелких порезов. Некоторые, скорее всего, оставят шрамы, но ни одного достаточно заметного сквозь шерстку. Она также потеряла часть волос на хвосте из-за слишком близкого собственного пламени, но она потушила его до того, как обожгла кожу.

Сансет попросту отмахнулась от всего, кроме передней ноги, настаивая, что каждая травма станет свидетельством того, что она пережила битву с королевой чейнджлингов. Только поздним вечером Сансет раскрыла собственную неуверенность в своей внешности, да и то лишь одной пони. Луна, однако, заверила ее, что она по-прежнему красива.

Ночная Принцесса также поведала ей, что случилось дальше. Когда Луна прибыла, ей удалось одолеть Кризалис. Она объяснила этот подвиг тем, что Сансет измотала ее, хотя Сансет подозревала, что это в большей степени было для того, чтобы потешить ее эго. Луна организовала медицинскую помощь для Сансет и Селестии, прежде чем возглавить королевскую стражу и очистить Кантерлот от чейнджлингов. Даже когда Кризалис была повержена, в городе продолжался хаос, но Твайлайт вернулась с Кейденс, которая смогла использовать мощность щита Шайнинг Армора, чтобы моментально очистить город от чейнджлингов.

Несмотря на то, что многие пони сыграли важную роль во время вторжения, травмы Сансет и ее быстрая реакция на события привели к тому, что она получила большую часть славы. По слухам некоторых пони, Сансет с тем же успехом могла бы и сама отбиться от всех чейнджлингов.

Сансет солгала, если бы сказала, что ей не нравится всеобщее внимание. Оно не компенсировало потерю возможности пользоваться передней ногой, но безусловно помогло ей не чувствовать себя постоянно несчастной из-за этого. А учитывая, что Кейденс и Шайнинг отказались проводить свадьбу до тех пор, пока Сансет не сможет занять свое место подружки невесты, а также огромное количество гордости, которую она испытывала от успеха Твайлайт, и Луну, игнорирующую часы посещений, чтобы навещать ее поздно ночью и обнимать Сансет, пока она спит, ее настроение было куда выше, чем могло бы.

Естественно, Луна, Твайлайт и Кейденс постоянно находились рядом. Среди других ее посетителей были Спайк, друзья Твайлайт и ее родители, Шайнинг Армор с отрядом солдат, родители Кейденс, пара дюжин пони, которых Сансет не знала, но которые присутствовали в свадебном зале, и даже собственные родители Сансет. Конечно это был болезненно неловкий визит, без которого Сансет предпочла бы обойтись, но они все-таки пришли. Казалось каждый пони в Кантерлоте нашел время заглянуть в ее комнату и поблагодарить ее за то, что она сохранила их город и близких в безопасности.

Каждый пони в Кантерлоте, кроме одной.

Когда Сансет впервые очнулась, Селестия была там. Но в суматохе врачей и медсестер она исчезла еще до того, как Сансет смогла хотя бы заговорить с ней. Селестии потребовалась целая неделя, чтобы навестить ее, и когда она это сделала, то записалась в очередь заранее. Эта часть раздражала Сансет больше, чем следовало бы, но, по крайней мере, у нее было достаточно времени, чтобы придумать, что она собиралась сказать.

— Привет, Сансет, — сказала Селестия, входя в комнату. — Ты достаточно хорошо себя чувствуешь для приема посетителей?

— Сорок шесть.

Селестия остановилась.

— Не поняла.

— На этой неделе меня посетило сорок шесть разных пони.

Если Селестия и поняла точку зрения Сансет, то сделала вид, что это не так.

— Я представляю, как тебе, должно быть, утомительно. Надеюсь, тебе все еще удается как следует отдохнуть.

— Знаешь, есть одна забавная вещь в отдыхе и разговорах с другими пони. — Сансет многозначительно уставилась на Селестию. — На самом деле эти два понятия не являются взаимоисключающими.

Селестия сделала шаг назад.

— Ох, эм, я не вовремя? Я оставлю тебя одну, если пожелаешь.

Как могла пони, которая обучала самые яркие умы Эквестрии, быть такой тугодумкой?

— Я бы пожелала, чтобы ты не ждала целую неделю, чтобы зайти ко мне! Неужели не могла включить это в свой график пораньше?!

Селестия склонила голову.

— Прости. Я не думала, что это так важно для тебя.

Сансет фыркнула и откинулась на спинку кровати.

— Нет. Конечно ты не думала.

Селестия заколебалась, вероятнее всего опасаясь, что Сансет снова начнет кричать, но затем села рядом.

— Я принесла тебе кое-что.

Было понятно, что Селестия пыталась сменить тему, и Сансет тоже этого хотела. Когда Селестия подарила ей коробку ее любимых конфет, Сансет захотела поблагодарить ее. Ей хотелось улыбнуться и пошутить обо всем, что произошло. Она не хотела так злиться, особенно на Селестию.

Сансет закрыла глаза и постаралась держать себя в копытах.

— Я знаю, что ты занята. Я знаю, что после всего этого навалилось множество дел. Но… все остальные сделали это. Все, кроме тебя.

— Я… мне жаль. Теперь я понимаю, какой невнимательной я была.

Сансет открыла глаза и увидела, что Селестия отвернулась от нее.

— Ты не шевелилась. — В голосе Сансет не осталось гнева, только отчаяние и затянувшееся воспоминание об ужасе, которое еще не полностью покинуло ее. — Я видела, как атака Кризалис поразила тебя, а потом… ничего. Когда я сражалась с Кризалис, я даже не знала, жива ли ты вообще.

Голова Селестии опустилась еще ниже.

— Ох, моя бедная ученица… несправедливо, что это выпало на твою долю. Если бы я только была более внимательной… Я могла бы раскусить ловушку Кризалис до того, как она стала слишком сильной, чтобы остановить ее в одиночку, или я могла бы противостоять ей вместе с Луной. Я могла бы… я могла бы сделать что-нибудь другое, чтобы уберечь тебя!

За все годы, что Сансет знала Селестию, она никогда не видела такой огромной трещины в ее обычно-царственном поведении.

— Так вот почему ты не пришла раньше.

Селестия нерешительно приподняла голову.

— Я была… не уверена, как говорить с тобой. Не после того, как ты столько страдала из-за моей глупости…

— Это не твоя вина, и я ни в чем тебя не обвиняю или что-то в этом роде. Я просто… — Сансет хмыкнула, возвращаясь в сидячее положение. — Я знаю, что ты не моя мама, но… ты привела меня в свой дом, ты заботилась обо мне, пока я росла, ты сделала намного больше, чем когда-либо делали мои “настоящие” родители, и…

Прошло восемнадцать лет с тех пор, как Сансет впервые стала ученицей Селестии. Восемнадцать лет самых важных и сложных отношений в жизни Сансет, и все же она по-прежнему обнаруживала, что делает что-то в первый раз.

Сансет прильнула к Селестии и использовала свою здоровую переднюю ногу, чтобы обнять ее так крепко, как только могла.

— Я люблю тебя. И… — Сансет не выдержала и поняла, что плачет на груди Селестии. — И я так боялась, что никогда не смогу тебе этого сказать!

Селестия на мгновение застыла, затем медленно обхватила Сансет одной передней ногой. Вскоре она добавила и вторую, прижимая Сансет крепче к груди и плача.

— Шшш, все в порядке. Я всегда буду с тобой, Сансет. Я тоже тебя люблю.

* * *

— Весь замок очищен, — доложила Сансет. — Не осталось никаких признаков магии короля Сомбры.

— Хорошо. А город?

— Шайнинг и стражники все еще осматривают его, но предварительный отчет моих пегасов-разведчиков предполагает, что все в целости и сохранности.

Кейденс торжественно кивнула.

— Отличная работа. Спасибо, капитан Шиммер.

Сансет отдала честь.

— Рада служить, Принцесса Каденза.

Обе пони какое-то время сохраняли серьезные мины, но вскоре Кейденс сдалась и расхохоталась, Сансет не заставила себя долго ждать.

— Я все еще не могу поверить, что это взаправду, — сказала Кейденс, пока они шли к ее спальне.

Каждый четвертый удар копыт Сансет звучал немного не так. Благодаря скобе для ног ее собственной конструкции она ходила так же хорошо, как и всегда, но ее нога так и не зажила должным образом, и ритм всегда был немного сбит. По крайней мере, ее офицерская куртка прикрывала скобу; отсутствующие кончик уха, часть гривы и шрам на лице всегда были на виду.

Но она не позволяла этому слишком сильно задевать себя. Никто в Кантерлоте никогда не видел в ней меньше, чем героя. И хотя именно Твайлайт и Спайк спасли Кристальную Империю, кристальные пони, казалось, не испытывали ничего, кроме уважения, к новому Капитану Кристальной Стражи.

И конечно ничего из этого не могло помешать Сансет дразнить свою младшую сестру.

— Я все еще не могу поверить, что ты заставила меня тащиться за тобой и убирать твой беспорядок.

— Не припоминаю, чтобы тебя было слишком трудно убеждать, — ухмыльнулась Кейденс. — Я на самом деле думала, что ты не захочешь, учитывая, сколько времени ты проводишь кое с кем.

Сансет хихикнула.

— Мы с Луной во всем разберемся. Я поговорила с ней об этом, прежде чем что-то предпринять, и мы с ней все еще на одной волне. Нам очень весело вместе, и мы очень важны в жизни друг друга, но у нас никогда не было ничего серьезного.

— Ага-ага, — понимающе кивала Кейденс, когда они наконец добрались до ее комнаты.

Сансет ухмыльнулась и покраснела.

— И… она сказала, что будет навещать меня. Часто.

Кейденс хихикала.

— Конечно. Как думаешь, свадьбу проведем тут или в Кантерлоте?

Сансет игриво подтолкнула ее.

— Проведем там, где ты захочешь, пока она останется в твоих снах. Кстати об этом, тебе не следует отдохнуть? Ты, должно быть, истощена.

— Слишком устала, чтобы дразнить тебя? Никогда. — Как по команде, Кейденс зевнула. — Ладно, я очень устала. Но сначала я должна дать тебе кое-что. Я хотела отдать его тебе, как только мы приехали, но потом случилась вся эта заварушка с Сомброй.

Сансет последовала за Кейденс в ее комнату.

— Ох? Это “Спасибо, что стала капитаном Кристальной Стражи” или “Спасибо, что стала учителем для кобылы, которая спасала меня дважды”?

— Ни то, ни другое. — Кейденс подвела ее к столу, на котором не было ничего, что она могла бы дать Сансет. — Это скорее “Спасибо тебе за то, что ты лучшая сестра на свете”.

Проведя так долго без сна, сдерживая магию Сомбры, было безусловно удивительно, что Кейденс нашла в себе силы вообще что-либо делать. И тем не менее, она сосредоточила свою магию в тонком луче, который направила на стол. В месте их соприкосновения вырос короткий зеленый кристалл, затем еще один поверх первого, затем еще, продолжающийся неровной линией. Через несколько сегментов более крупный розовый кристалл распустился поверх зеленых, образовав кристаллическую розовую розу.

Сансет левитировала его, чтобы взглянуть поближе. С кристаллами было трудно работать, и все же Кейденс создала из ничего идеальный цветок, вплоть до последнего лепестка.

— Я практиковалась, — сказала Кейденс. — Я уверена, что это не сравнится с тем, что можешь сделать ты, но…

Сансет покачала головой и улыбнулась.

— Он прекрасен.

* * *

Серебристый свет налился в комнату ровно настолько, чтобы осветить лицо спящего фиолетового аликорна. Сансет осторожно вошла внутрь, остановившись прямо перед кроватью Твайлайт. Она улыбнулась своей ученице, но вынуждена была закатить глаза, увидев, что та просто оставила свою корону на прикроватном столике.

Это был бы чистый побег, но Спайк перевернулся, когда она пыталась уйти, и Сансет споткнулась об его хвост. Она свалилась на пол со стоном, когда боль пронзила ее больную ногу, и услышала голос Спайка позади себя:

— А? Что?

— Сансет? — спросила Твайлайт, приподнимаясь с постели. Спайк бросился к ней, чтобы поддержать ее с левой стороны. Она благодарно улыбнулась, убедившись, что кристальная роза не выпала из петлицы на ее офицерской куртке.

Что сделано, то сделано, поэтому Сансет, прихрамывая, подошла к кровати Твайлайт.

— Извини, я не хотела тебя будить. Я просто проверяла ночную стражу и подумала, что смогу очень быстро заскочить и проверить тебя.

— О, не беспокойся об этом! — сказала Твайлайт. — Мы все равно не слишком хорошо спали.

— Говори за себя, — добавил Спайк.

Сансет рассмеялась и ткнула его в живот.

— Ох, я не сомневаюсь, что ты спал как младенец. По правде говоря, я даже удивлена, что умудрилась тебя разбудить!

— Я не так крепко сплю… — проворчал Спайк, заставив обеих кобыл расхохотаться.

— И я могу угадать, что не дает тебе уснуть, — сказала Сансет Твайлайт. — Переживаешь из-за завтрашнего саммита?

— Ну отчасти так, но в основном все из-за них… — Твайлайт расправила крыло. — Я просто не могу к ним привыкнуть!

Сансет ухмыльнулась.

— К сожалению, с этим я помочь не могу. Но я уверена, что скоро ты приспособишься.

— Я надеюсь. Последнее время мне приходится ко многому приспосабливаться.

— Да, я знаю. — Сансет обхватила Твайлайт передней ногой. — Но еще я знаю, что ты отлично справишься и с этим, Твай. В конце концов, ты обучалась у лучших.

Твайлайт рассмеялась.

— Спасибо, Сансет. — Она посмотрела на свою корону, и ее улыбка потускнела. — И… мне очень жаль.

Сансет склонила голову набок.

— Почему?

— Потому что… я знаю, что ты всегда хотела быть принцессой.

Это было свидетельством того, насколько выросла Твайлайт, что даже она заметила. Сансет никогда не говорила ей об этом напрямую, и какой бы яркой ни была ее ученица, обычно она очень плохо читала между строк. Но похоже, изучение дружбы дало ей способность лучше понимать других пони. Сансет решила впредь быть более осторожной с тем, что она говорит Твайлайт.

— Ты права. Я всегда этого хотела. — Сансет левитировала корону Твайлайт, чтобы лучше рассмотреть, оценивая мелкие детали, которые издалека она могла упустить. — И думаю, что когда дело доходит до нее, я все еще хочу. Быть принцессой, такой же как Селестия, было моей заветной мечтой с девяти лет, но я знаю, что этого никогда не случится.

— Это нечестно, — сказала Твайлайт. — Я даже не хотела быть принцессой, и никто не заслуживает этого больше, чем ты.

Сансет улыбнулась и положила корону обратно.

— Ты знаешь, Кейденс говорила мне почти тоже самое давным-давно. Но в том-то и дело, что одна из причин, по которой вы обе подходите для этого, заключается в том, что вы изначально не ставили перед собой такую цель. Я стала самой юной ученицей в ШОЕС, и этого было недостаточно. Я стала личной ученицей принцессы Селестии, и этого было недостаточно. Я получила неожиданную должность в качестве со-учителя вместе с ней, стала архимагом, сразилась с королевой Чейнджлингов, и всего этого было недостаточно. Теперь я капитан Кристальной Стражи, и я все еще хочу быть принцессой. Так что же произойдет, если я стану принцессой, и этого будет по-прежнему недостаточно.

— Эм, я не думаю, что после принцессы есть что-то еще, — вставил Спайк.

Сансет покачала головой.

— Всегда есть способ получить еще больше силы для достаточно хитрой пони. И я не думаю, что это просто говорит мое эго, когда заявляю, что достаточно хитра.

— Я думаю, что ты ошибаешься, — сказала Твайлайт. — Я думаю, ты была бы великолепной принцессой.

— Ты так говоришь, потому что ты моя ученица. — Сансет растрепала гриву Твайлайт. — Но на самом деле это не имеет значения. Я не могла бы гордиться тобой больше, чем сейчас, и Кейденс тоже. Потому что знаешь, может быть я и хочу быть принцессой, но мне это не требуется. У меня уже есть все, что мне нужно. У меня есть вы двое, Кейденс, Шайнинг, Луна и Селестия. — Сансет обняла их обоих передней ногой и притянула ближе к себе. — У меня есть моя семья, и это все, в чем я когда-либо действительно нуждалась.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/91-Yy-lt2g0ZaaVjA6V8poziLBe9WSvBxvqgqHKw_R5d2h08PC6LmDOYP-VLMKFeUNjIAMkQZFRQrWKKJqEV-pKvfP01lnyFmuQtI935Yq74mzAjYpCpZmR7kQ2d9wypsB9TZpPj]

Сансет отшатнулась от книжной полки. Она упала на землю и обхватила голову обеими руками. Сперва обе реальности стали правдой. Сансет ненавидела Кейденс даже больше, чем когда была подростком, и в то же время приняла ее, как любимую младшую сестру. Твайлайт была ее заклятым врагом, который отнял у нее все, и в то же время она была ученицей Сансет.

Ее разум медленно примирялся с фактом, что обе реальности не сосуществовали, но воспоминания остались. Яркие воспоминания о мире, который был невозможен, но все еще казался таким реальным.

Это была лучшая жизнь. Сансет была счастлива. Она не достигла всего того, чего хотела, и понесла личную потерю, которой могла бы и избежать, но все равно она была довольна тем, что имела. И все из-за того, что один разговор прошел иначе. Она вспомнила тот день в библиотеке, она ушла не оглянувшись. Если бы она осталась, все было бы по-другому?

Сансет не хотела уходить. Она не хотела возвращаться на пепельную тропу, чтобы бесконечно продолжать идти. Еще некоторое время она оставалась на земле, надеясь, что произойдет что-нибудь, и она каким-то образом сможет вернуться в мир, который только что видела.

Но ничего не происходило. Время шло, и единственное, что изменилось, то, что Сансет смирилась со своей судьбой. Тропинка, по которой она шла, закончилась, поэтому она встала и развернулась. Другого пути не было.

Обратный путь к пыльной тропе был коротким и легкоразличимым. Хотя она ранее не видела кристальную тропу рядом с пепельной, теперь они сходились в том месте, где она впервые свернула с дороги, образуя ровный перекресток.

Когда Сансет вернулась на пепельную тропу, то поняла, что теперь она гораздо менее уверена в ней. Раньше все казалось знакомым, и это успокаивало. Теперь она знала, могло быть что-то еще.

Она стала внимательнее следить за окружающим миром и обнаружила, что мир вовсе не так прост. Она смогла различать смутные очертания предметов вокруг себя, которые исчезали, когда она пыталась сосредоточиться на них.

— Это не совсем то, что ты ожидала, не так ли?

Сансет поморщилась. После того, как она увидела мир, в котором у нее с Селестией были сложные, но позитивные отношения, снова услышать эти слова было больно. Она едва нашла в себе силы заглянуть в это воспоминание.

— Ты могла стать великой. Я думала, что видела в тебе сострадание и искренность, но это были лишь амбиции. Ты эгоистична, тебе нужно оглянуться назад и поразмышлять над…

Каждое слово поражало как удар. Слова в памяти всегда причиняли боль, поскольку их произносила Селестия, но никогда так сильно, как сейчас.

— Нет. Титул принцессы нужно заслужить. Я пыталась научить тебя всему, что ты должна знать, но ты отказывалась от этих знаний. Каждый раз, когда ты говоришь, что «заслужила», не прикладывая к этому усилий, это доказывает мне, что ты не готова.

Тогда Сансет была так уверена в своей правоте. Год спустя ненависть к себе довела ее до того, что воспоминания стали причиняли боль, ведь она поняла, что Селестия говорит правду. Но сейчас? Теперь она знала, что даже если эти слова были правдивы, это вовсе не обязательно.

— Сансет Шиммер, я исключаю тебя с места моего протеже. Если мы не можем преодолеть это разногласие, то твое обучение на этом закончено. Ты можешь остаться в Кантерлоте, но в замке тебе больше не рады.

Сансет посмотрела в лицо Селестии и увидела гнев в ее пурпурных глазах.

— Мне жаль…

—  Нет. Стража сопроводит тебя на выход.

Воспоминание закончилось, и Селестия рассыпалась в прах. Сансет продолжала смотреть туда, где она только что стояла. Но прошлое не вернуть, и она знала это. Единственное, что ей оставалось, это продолжать идти по дороге, которую она сама для себя проложила. Другого пути не было.

Когда Сансет продолжила путь, тропинку усеяло еще большее количество Ликорисов. Они росли по бокам и посередине, что делало встречу с ними практически неизбежной. Сансет бросила попытки их обходить.

Последовали очередные болезненные воспоминания, теперь уже связанные с людьми. Она увидела Вайолет Даск, которая присматривала за ней, когда Сансет была еще маленькой девочкой, Шугар Бриз, после того, как Дью Дроп удочерили, которая надеялась, что Сансет сможет стать ей другом, Роуз Петал, которая изо всех сил старалась справиться с неуправляемым подростком.

И Сансет знала, что это только верхушка айсберга. Было еще так много людей, которые не желали ей зла, и все же Сансет сделала их несчастными. И это означало, что был только вопрос времени, прежде чем…

— Эм, Сансет?

Эпплджек. Она предвидела, что это произойдет. Проклятье, она предвидела именно это воспоминание.

— Я прост… спасибо.

Сансет взвесила варианты. Она знала, что произойдет в этом воспоминании, и не было особого смысла переживать его заново. Бессмысленный просмотр не покажет ничего нового, и Сансет приняла решение.

— Ну, я имею в виду… за то, что спасла мою жизнь.

Сансет протянула руку к плечу Эпплджек, и воспоминание тут же превратилось в пепел. Она почувствовала себя виноватой, но было бессмысленно слушать этот разговор снова.

Если только он не пройдет по-другому.

Сансет посмотрела на тропинку перед собой и не увидела конца. Если это однажды сработало раньше, то может сработать и снова. И действительно, чего ей было терять?

Сансет сошла с тропинки в сторону, где находилась Эпплджек. Ничего не остановило ее, и она двинулась вперед.

И снова почва под ее ногами изменилась. Она стала мягкой, и хотя все еще издавала шум во время ходьбы, звук был скорее шелестящий. Она наклонилась пощупать и поняла, что это трава.

Сансет на мгновение закрыла глаза. Она не понимала, что происходит, но начинала видеть закономерности в этом мире. Она сосредоточилась на своем знании, что стоит на траве, и снова открыла глаза.

Теперь она могла видеть траву у себя под ногами. Газон был слегка запущен, и повсюду разбросаны яблоки. Вдоль дорожки выстроились подсолнухи, и Сансет последовала за ними.

Пепельная дорожка была знакомой. Кристальная была заманчивой. Эта была умиротворяющей. Прогуливаясь по ней, Сансет чувствовала себя куда спокойней, чем когда-либо за долгое время. Может быть, чем когда-либо за всю свою жизнь.

Это ощущение резко оборвалось, когда земля ушла у нее из-под ног, и Сансет упала в обжигающе холодную воду.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/vQjbrzLfL8Y_5GPkw2I6-xgziUhjSTjILRcjDEzc_I8HSfim516BehepJq9VtUIPnjDYtBxU_acoK07mGBkliaxwa_cuoO5um103yeZdfheUgrJalN-s03SKRbInKL2RTURHaDxy]

Несмотря на то, что Сансет вернулась в свою комнату в теплой одежде и в отапливаемое помещение, она все еще дрожала. Она сидела на полу, а Эпплджек на ее кровати, и единственный звук исходил от CD-проигрывателя. Однако Сансет знала, что это ненадолго.

Конечно не заняло много времени, чтобы Эпплджек забыла об их уговоре молчать и произнесла:

— Эм, Сансет?

— Да?

— Я прост… спасибо.

Это было несправедливо. Сансет этого не заслуживала.

— За что?

— Ну, я имею в виду… за то, что спасла мою жизнь.

Сансет опустила голову.

— Нет, я чуть не убила тебя.

— Эт была случайность, и ты пошла спасать меня.

Она знала, что должна сказать. Она знала, что должна сказать Эпплджек, что это не было несчастным случаем, что Сансет все это задумала. Любой ценой убедить Эпплджек, что ее не стоит пытаться спасти.

Сансет понимала это, но не могла сказать. Слова были прямо тут, но она не могла заставить себя их произнести, не могла вынести мысли о том, что Эпплджек будет думать о ней так низко.

— Это не имеет значения. Ты не должна меня благодарить. Исправление собственного проеба не должно считаться хорошим поступком.

— Может быть, но эт не значит, что я не должна благодарить тя за то, что ты сделала, — Эпплджек на секунду затихла, прежде чем добавить, — и кроме того, если я не хочу обвинять тя в драке, то эт мое дело.

Сансет хотела возразить. Она хотела, чтобы Эпплджек поняла, что это все ее вина. Но язык не поворачивался, не после всего того, что произошло.

— Неважно…

На CD заиграла следующая песня, а это означало, что он наполовину закончен. У нее осталось меньше получаса, чтобы найти способ убедить Эпплджек оставить ее в покое.

— Сансет, почему… почему ты себя так ведешь?

— Я не знаю. — Сансет пожала плечами. — Я просто такая, какая есть.

— И ты действительно счастлива быть одна?

Сансет задалась вопросом, когда в последний раз она была по-настоящему счастлива. Она не смогла вспомнить.

— Люди, вроде меня, не могут быть счастливы.

Несмотря на то, что Сансет продолжала избегать зрительного контакта с Эпплджек, она подвинулась к краю кровати. Сансет услышала шорох, а затем голос Эпплджек стал ближе, когда она произнесла:

— Я в эт не верю.

Да что Эпплджек могла знать? Она ничего не знала о том, через что прошла Сансет, она не знала о кошмарах, галлюцинациях, ложных воспоминаниях, дразнящих ее, о том, что она всегда была одна — ни о чем!

— Тебе легко это говорить. Ты живешь на живописной маленькой ферме со своей идеальной семьей. Может быть в твоем мире ты можешь забыть обо всех своих проблемах, но у меня так не прокатит.

Эпплджек слезла с кровати, чтобы сесть рядом с Сансет, прихватив с собой одеяло.

— Эт не совсем так. Может быть у меня есть кое-что, чего нет у тя, но для меня тож не все так идеально.

— Да ну? — Сансет нахмурилась и впервые повернулась лицом к Эпплджек. — Тогда давай послушаем. Что такого ужасного в твоем мире, что заставляет тебя думать, что ты можешь понять меня? Твоя младшая сестра доставляет тебе хлопоты? Твои родители не купили тебе желанную игрушку на Рождество?

Эпплджек склонила голову.

— Нет, их… их не стало.

У Сансет отвисла челюсть.

— Не стало? Ты имеешь в виду, они мертвы?

Эпплджек только кивнула, и все, что Сансет могла сделать, это вспомнить, что она сказала перед дракой.

— Боже… Я такая ублюдина…

Эпплджек положила руку ей на плечо. Сансет не понимала, как Эпплджек могла терпеть прикосновения к ней.

— Хей, ты ж не знала. Те больше незачем себя корить.

Сансет сжала кулаки.

— Да ну нахуй. Ты не можешь утешать меня сразу после того, как сказала нечто подобное. Тебе вообще не должно быть до меня дела! Я ужасно обращалась с тобой в течение нескольких недель, я распускала о тебе слухи, ты чуть не умерла из-за меня!

— Да, но не умерла ведь. Я… погодь, ты чего…?

Сансет не хотела плакать, но слишком многое навалилось сразу.

— Ты чуть не умерла… и это была моя вина…

— Ш-ш-ш, все в порядке. — Эпплджек придвинулась ближе к Сансет, которая обхватила себя руками. — Вот. Ты выглядишь так, будто замерзаешь.

Хотя Эпплджек должна была понимать, что не холод был причиной дрожи Сансет, она все равно укутала ее одеялом.

— Хей, все в порядке. Я все еще здесь.

Это неправильно. Сансет нужно было оттолкнуть Эпплджек, это единственный способ обезопасить ее. И все же, как и семь лет назад, Сансет обнаружила, что плачет, пока Эпплджек обнимала ее.

— Мне жаль… Мне так жаль…

* * *

Шансы на то, что эта встреча закончится хорошо, были крайне малы. Даже в хороший день вероятность, что все пойдет наперекосяк, значительно перевешивала вероятность нормального исхода. Но сегодня? Сегодня не было ни малейших сомнений: этот разговор перерастет в спор.

Возможно было бы лучше перенести его на другой день, но Сансет дала слово, что придет. Так что плохой исход или нет, после школы она направилась к автобусной остановке.

Эпплджек и Голден Харвест уже беседовали там к тому времени, как она появилась.

— Хей, простите за опоздание, — сказала Сансет, подойдя к ним. — По дороге вляпалась в неприятности.

Улыбаясь, Эпплджек повернулась.

— Без проблем, а теперь… матерь Божья, что с тобой произошло?!

— Не беспокойся об этом. — Сансет глубоко вздохнула ртом, так как дышать через нос было трудно из-за крови. Она проигнорировала потрясенное выражение лица Эпплджек и повернулась к Голден Харвест, так игнорировать потрясенное выражение получалось еще лучше. — Отлично, итак, я знаю, что ужасно вела себя с тобой в прошлом году, и я не была многим лучше, когда мы встретились на зимних каникулах, но я хочу извиниться.

Было ли это из-за ее явно принужденного тона или из-за засохшей крови на лице Сансет, Голден Харвест, похоже, не заметила ее извинений.

— Что ты сделала на этот раз?!

Первым инстинктом Сансет было запугать. Голден Харвест допрашивала ее? Конечно нет, уж ей-то известно, что может случиться. Но, к сожалению, это был не вариант для подруги Эпплджек, поэтому сарказм это лучшее, что она могла использовать.

— Я ходила собирать цветы. Чудесно провела время.

— Кто эт сделал с тобой? — спросила Эпплджек.

— Это не имеет значения. — Сансет ухмыльнулась, пытаясь разрядить обстановку. — И кроме того, ты все равно бьешь сильнее.

— Невообразимо, — сказала Голден Харвест. — Я не знаю, почему ты думаешь, что она изменилась, Эйджей. Просто посмотри на нее!

Эпплджек умоляюще посмотрела на нее, и Сансет понимала, чего она хотела — какого-нибудь объяснения, почему у Сансет разбит нос. Какую-нибудь причину, которая покажет Голден Харвест, что Сансет заслуживает доверия.

Вот только она не заслуживала. Сансет не стоила времени Эпплджек, и она знала это. Этого не скроешь, и она не собиралась пытаться.

— Слушайте, это пустая трата времени. Я просто пойду.

Сансет развернулась, но Эпплджек, не теряя времени, крикнула ей вслед:

— Сансет Шиммер! Не смей уходить!

Сансет повернулась, всплеснув руками.

— Почему нет? Даже кто-то, вроде тебя, должен понимать, что это ужасная идея.

Эпплджек скрестила руки на груди.

— Даже кто-т, вроде меня? И что эт должно означать?

Сансет приложила ладонь к лицу.

— Ничего, просто… прости, я не это имела в виду.

Эпплджек вздохнула.

— Ладн, хорошо. Но ты должна рассказать мне, что случилось.

— Почему? Какое это имеет значение?

— Потому что мы друзья, и я не хочу, чтоб с моими друзьями происходили плохие вещи!

Сансет указала на себя.

— Срочные новости, Эйджей: плохая вещь прямо здесь! Если тебе так интересно, я устроила драку. Вот и все на этом.

— Да черта с два эт все! — Эпплджек подошла к ней так близко, что они оказались лицом к лицу. — Я не так глупа, как ты, возможн, думаешь. Я знаю, что драка, эт не твой стиль.

— Я не думаю, что ты глупа!

— Угу, зато ты думаешь, что я так прост поверю в “ой, не переживай так о моем лице” в качестве объяснения?

— С каких пор нежелание волновать тебя превратилось в утверждение, что ты глупа?!

— Я вижу, что происходит. Ты хочешь, чтоб все пошло плохо, тогда у меня будет еще одна причина отвернуться от тя, и ты сможешь снова вернуться к самобичеванию!

Сансет открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что Эпплджек, вероятнее всего, права.

Эпплджек явно поняла, что в этом вопросе положила ее на лопатки, поэтому продолжила давить.

— Так что произошло, Сансет?

Сансет отвела взгляд.

— Я вышла из себя и ударила кое-кого. Получилось не очень.

Эпплджек наклонила голову.

— Ты выходишь из себя каждый день, но ты не ходишь вокруг и не кидаешься на людей. Итак, еще раз… что случилось?

Сансет стиснула зубы и сдалась.

— Кто-то рассказывал всякое дерьмо о тебе, ясно?! Опять эти ебучие слухи, и она не заткнулась, когда я ей велела. Поэтому я ударила ее, поскольку я идиотка, которая слишком тупая, чтобы понять, что не умею драться. Довольна теперь?

Эпплджек недоверчиво покачала головой.

— Почему я должна быть довольна этим?! Ты думаешь, я хочу, чтоб ты дралась с людьми из-за меня?!

— Нет.

— Тогда зачем тебе делать что-т подобное?!

— Я не знаю!

Сансет повернулась спиной к Эпплджек, и обе замолчали.

— Эм… — сказала Голден Харвест через некоторое время. — Я, наверное, эм… пойду?

Сансет совсем забыла о ней.

— Нет, это я пойду. Все равно из этого ничего бы не вышло.

Удивительно, что Эпплджек не попыталась остановить Сансет, когда та уходила. Столь же удивительно, что это сделала Голден Харвест.

— Эм, Сансет?

Сансет остановилась и посмотрела в сторону Голден Харвест. Та явно нервничала.

— Да?

— Я... все еще думаю, что это очень плохая идея. И я не простила тебя за то, что случилось в прошлом году. Но… если ты действительно пытаешься стать лучше, и если Эпплджек думает, что ты сможешь, что ж… Думаю, я готова дать тебе шанс.

Забавно, как она думала, что Сансет все это волнует. Но потом Эпплджек улыбнулась, и Сансет больше не находила это забавным, так как поняла, что ее действительно волнует, даже если и не по правильной причине.

— Ты права, это определенно плохая идея. Но все равно, спасибо.

* * *

Сансет вздрогнула и проснулась. Она лихорадочно огляделась вокруг, но увидела только темноту.

“Это все не взаправду, — напомнила она сама себе. — Это просто ночной кошмар.”

Не помогло. Неважно, что она говорила себе, она все еще чувствовала жжение пурпурных глаз.

Она попыталась вернуть себя в реальность. Она осталась ночевать в доме Эпплджек. Они делили постель, потому что Эпплджек выросла в доме, где это не считается странным, и хотя Сансет от такого почувствовала себя странно, она предпочла промолчать. Это означало, что Эпплджек была рядом, а когда Эпплджек рядом, ничего плохого не случится. Нужно взять себя в руки, иначе дрожь может ее разбудить.

— Ммм, Сансет? Ты в порядке? — пробормотала Эпплджек.

Сансет постаралась успокоиться, насколько это было возможно, прежде чем ответить:

— Д-да.

Хотя она была повернута спиной к Эпплджек, Сансет услышала, как та села.

— Еще один кошмар?

Сансет зажмурила глаза.

— Я в порядке. Ложись обратно спать, Эйджей. — Рука легла на плечо Сансет, и она инстинктивно отстранилась. Что, однако, только еще больше насторожило Эпплджек, и Сансет тут же пожалела об этом.

— Сансет, ты обещала, что поговоришь со мной про эт…

Это было правдой, но обещание далось легко, пока оно оставалось гипотетической возможностью. Теперь, когда это действительно произошло, Сансет просто хотела все проигнорировать, пока оно не пройдет, как всегда. Если повезет, это предотвратит ухудшение ситуации.

— Я собираюсь включить свет. — Эпплджек встала, и через несколько секунд стало светло. — Вот так. Видишь? Не о чем беспокоиться.

— Да… — Сансет чувствовала себя глупо. Она вела себя по-детски и из-за этого не давала Эпплджек уснуть.

Эпплджек вернулась к кровати.

— Итак… ты хочешь поговорить об этом?

Разумеется она не хотела. Что подумает о ней Эпплджек, если узнает, что творится в ее разуме?

— Нет, будет… лучше, если не будем.

— Ты уверена? — Рука Эпплджек нашла руку Сансет, и на этот раз она не позволила себе отстраниться. — Я знаю, что об этом не весело говорить, но эт продолжает происходить…

— Прости… я та еще заноза, я знаю…

— Чего? — Эпплджек звучала озадаченной. — Ты думаешь, что я переживаю из-за того, что меня разбудили? Эт меня нисколечки не тревожит.

Сансет вела себя глупо. Она должна хотя бы взглянуть на Эпплджек. Это был не сон, и Эпплджек реальна. Сансет должна довериться этому.

Собравшись с духом, она повернулась к своей подруге. Это была просто Эпплджек, ничего необычного. Сансет вздохнула с облегчением.

— Ты когда-нибудь… думала, что проснулась, но потом оказывалась в другом сне?

—А, хм. Эт то, о чем ты беспокоишься всякий раз, когда просыпаешься?

Сансет кивнула.

— Эт имеет смысл. Но понимаешь, я здесь, чтоб напомнить те, что эт не сон. — Эпплджек усмехнулась. — Я хотела сказать, я не думаю, что те снятся кошмары обо мне.

Сансет сохраняла молчание.

— Эээ, те снятся кошмары обо мне?

— Иногда… — Сансет заметила, как изменилось выражение лица Эпплджек, и поняла, как это могло прозвучать. — Иногда я вижу тебя и думаю, что все будет хорошо, но потом… ты не дышишь. И я не могу тебя откачать.

— Ох… — Иногда они шутили о драке на озере, но никогда не говорили о том, что было после. — Ну, я тут. И я никуда не уйду, можешь рассчитывать на эт.

Сансет нахмурилась и отвела взгляд. Эти слова должны были ее обнадежить, но Сансет могла сосредоточиться только на одной мысли: Эпплджек все еще не знала, насколько сумасшедшей на самом деле была Сансет.

— Ты не… ты бы не…

— Я бы не поняла? — предположила Эпплджек.

Сансет покачала головой.

— Если бы ты узнала, ты бы не… Я действительно запуталась, Эпплджек.

— Ох, я ненавижу тя огорчать, но для меня эт не новость.

— Как… как далеко ты помнишь свое прошлое? Ты можешь вспомнить, что было до детского сада?

— Эм… — Эпплджек выглядела смущенной от неожиданной смены темы, но не стала настаивать. — Возможн немного. Но только некоторые события, знаешь ли.

Сансет глухо засмеялась.

— А я не помню.

Эпплджек пожала плечами.

— Могу поспорить, что многие не помнят.

— Я помню день, когда меня нашли. Мне было пять лет, я была потеряна и одинока. Я не знала, где мой дом или кто мои родители, ничего. Единственное, что я знала, это мое имя, которое я прочитала. Я не… я на самом деле не знаю, Сансет Шиммер ли я, или это чье-то другое имя.

— Ох, блин… — Эпплджек ободряюще улыбнулась. — Что ж, неважн, кем ты была в прошлом, сейчас ты — эт ты.

— Врачи сказали, что воспоминания вернутся ко мне, но потом, когда этого не произошло, они сказали, что это потому, что я была слишком молода. — Сансет заколебалась. Как много она может рассказать Эпплджек? Она хотела доверять Эпплджек, но не могла потерять ее. — Я… я помню кое-что… но это нечто сумасшедшее.

— И что же? — Когда Сансет не ответила сразу, Эпплджек нежно сжала ее руку. — Все в порядке. Ты можешь рассказать мне что угодно.

Рука Эпплджек такая теплая. Жизнь Сансет очень долго была холодной, но теперь в ней была Эпплджек, и ей больше не нужно быть потерянной и одинокой.

— Я знаю, что это невероятно, но у меня есть воспоминания… о другом мире.

Эпплджек даже глазом не моргнула.

— Лады. И как он выглядит?

В отличие от Эпплджек, Сансет была полна сомнений. Однако Эпплджек терпеливо ждала ее ответа.

— Это была… это была страна фантазий пятилетнего ребенка. Но даже сегодня она все еще кажется реальной в моих воспоминаниях.

— Типа… феи, единороги и прочее?

Сансет улыбнулась ее точному попаданию.

— Ну, фей там не было.

— Да ладн тебе. Не бывает сказочных стран без фей.

Каким-то образом Эпплджек всегда удавалось облегчать переживания Сансет, просто оставаясь самой собой.

— Она называлась Эк… — Сансет остановилась. Она никогда не позволяла себе думать об этом названии. Но когда она взглянула в глаза Эпплджек и увидела ее молчаливое поощрение продолжать, Сансет сдалась. — Эквестрия. Там нет никаких людей. Вместо этого ее населяют пони. Грифоны, драконы и много других разных существ, но в основном пони.

Улыбка Эпплджек ни разу не дрогнула.

— Хорошо, а что насчет тебя?

Сансет тоже улыбнулась, хотя в основном от смущения.

— Я была единорогом. — Как только дамбу прорвало, Сансет поняла, что ее уже не остановить. Эпплджек была готова выслушать и подбодрить ее, даже если все это будет абсолютным безумием. — Я была волшебным вундеркиндом, личной ученицей принцессы. Но однажды она показала мне это зеркало…

* * *

— Какие клубы хочешь посетить? — спросила Эпплджек, пока они ехали. Они были прижаты друг к другу в пикапе Биг Мака, который вез их на ярмарку для новеньких в старшую школу Кантерлот. Сансет поленилась пойти на день открытых дверей, поскольку поступила в эту школу только потому, что там была Эпплджек, но ее уговорили пойти на ярмарку для новых учеников.

— Я не знаю. Я даже не уверена, хочу ли я вообще вступать в какие-либо клубы.

— Ох, точняк. — Эпплджек ткнула ее локтем. — Мы ж не станем делать ничего такого, что могло б навредить образу крутой девочки, не так ли?

— Ты действительно хорошо меня знаешь. — Честно говоря, эта “крутая девочка” давно пала к ее ногам. Она пыталась сохранить свое положение в средней школе Эверфри, оставаясь при этом подругой Эпплджек, но поскольку Эпплджек не могла с этим смириться, ей приходилось все время лгать. В конце концов, чувство вины овладело ею, и Сансет просто сдалась.

И когда это произошло, она почувствовала себя намного лучше после. У нее была Эпплджек и в какой-то момент даже Голден Харвест, и это было намного лучше, чем править школой. Сансет с удивлением осознала, что ей на самом деле жаль слышать, что Голден пойдет учиться в другую старшую школу, а не с ней и Эпплджек.

Но в целом, оставить среднюю школу Эверфри позади было хорошо. Сансет могла начать все с чистого листа в новой школе, и ничто из ее прошлого не будет ее сдерживать.

Или так она думала, пока они не подъехали к зданию. Она узнала его. В

последнее время ее кошмары сильно поутихли, но это место оставалось яркой их частью в течение многих лет.

Эпплджек встряхнула ее, чтобы привлечь внимание.

— Ты в порядке?

— Я… да. — Глаза Сансет метались между Эпплджек и Биг Маком, который, впрочем, сосредоточился на парковке. — Просто… немного нервничаю из-за сегодняшнего дня.

Эпплджек кивнула.

— Все будет хорошо. — Рука Эпплджек нашла руку Сансет и быстро сжала ее, и она поняла, что никто из них не говорил о ярмарке.

— Старшая школа не так уж и плоха, — сказал Биг Мак. — Вы, девочки, попадете в хороший клуб, найдете хороших друзей, и все у вас будет в порядке.

— Те легко говорить, — парировала Эпплджек. — Ты уже выпустился!

Биг Мак усмехнулся.

— И именно это делает меня экспертом. Поверь мне, эти годы пролетят незаметно.

Биг Мак высадил их и напомнил, что вернется через несколько часов. Они помахали на прощание, а затем Эпплджек, не теряя времени, приступила к делу.

— Что происходит, Сансет?

Сансет понизила голос.

— Помнишь ту историю? О том, что я прибыла из… хм, другого места?

— Да, конечно.

Сансет огляделась вокруг.

— Вот отсюда я и прибыла. Там, на другой стороне школы, есть… есть статуя. Это портал…

— Ну тогда ладн. — Эпплджек улыбнулась и схватила Сансет за руку. — Чего ж мы ждем?

В то время как Эпплджек пыталась пойти, Сансет не двигалась с места. Но она продолжала сжимать руку Эпплджек, внезапно испугавшись ее отпустить.

Эпплджек не попыталась принудить ее, вместо этого шагнув ближе. Ее голос был мягким и успокаивающим.

— Эй, только не говори мне, что ты испугалась.

— Я не… А что, если…

Эпплджек потянула ее в объятия.

— Никто из нас не знает, что произойдет, но вот что я знаю точно: несмотря ни на что, я буду здесь, с тобой.

Сансет пыталась заговорить, но смогла только кивнуть.

— Отличн, тогда пойдем найдем эту статую.

* * *

Прошло несколько недель с тех пор, как Сансет начала ходить в старшую школу Кантерлот, и у нее постоянно что-то всплывало. Самой примечательной была, конечно, директриса Селестия, но и еще несколько учителей казались слишком знакомыми.

Именно Эпплджек первой высказала то, о чем думала Сансет. Что, если воспоминания Сансет не были фальшивыми? Что, если она действительно пришла из другого мира? По какой-то причине Эпплджек выглядела вполне готовой принять такой расклад. Сансет не была уверена, как бы она справилась с этим без нее.

К сожалению, у них двоих не было общих занятий. Но к ее большому удивлению, Сансет обнаружила, что действительно общается с другими одноклассниками.

Тем временем, Эпплджек достигла гораздо большего: она завела собственных друзей, но, конечно, она всегда была куда более общительной, чем Сансет когда-либо будет. Сансет встречала некоторых из них то тут, то там в школе, но сегодня они впервые договорились собраться всем вместе вшестером.

Сансет шла по торговому центру, пока не услышала, как кто-то зовет ее.

— Сансет! Сюда!

Она обернулась, чтобы увидеть, как Пинки Пай машет ей рукой. Создавалось впечатление, что Пинки знала всех в школе, хотя была новенькой, как и остальные. Сансет улыбнулась, подходя к столу с ней и другими девочками.

— Привет, Пинки, — сказала Сансет, садясь рядом с Эпплджек. Она быстро огляделась. Она знала Рэрети по их общему классу английского, но едва ли найдется много причин для задушевного разговора с ней. Также она узнала Рэйнбоу Дэш, восходящую школьную звезду спорта, которую Эпплджек представила ей несколькими днями ранее. Оставалась только одна незнакомка.

— Привет, меня зовут Сансет, — сказала она девушке с желтой кожей и длинными розовыми волосами.

— Ох, эм… Я Флаттершай…

— Флаттершай немного, хм, застенчива, — пояснила Эпплджек. — Но я уверена, что вы отлично поладите.

— Что ж, приятно познакомиться, Флаттершай. — Сансет одарила ее улыбкой, которую Флаттершай вернула.

— Да-да, мы все будем лучшими друзьями и все такое, — сказала Рэйнбоу. — Но давайте перейдем к тому, что действительно важно: на какой фильм мы собираемся пойти?

Рэрети встрепенулась.

— Голосую за новый…

— Нет, — одновременно отрезали Рэйнбоу и Эпплджек.

— Прости, Рэр, — сказала Эпплджек, — но вампиры не должны сиять.

— Кроме того, вы с Флаттершай уже видели его! — добавила Рэйнбоу. — Я хочу посмотреть тот фильм про монстров!

— Ой, звучит страшновато… — пробормотала Флаттершай.

Несмотря на то, что Сансет тоже не прочь увидеть его, она не была уверена, что Флаттершай вынесет это.

— Я слышала, что это просто набор кадров с трясущейся камеры, и монстров там нереально разглядеть.

— Эм, там есть милый анимационный фильм о роботах… — предложила Флаттершай.

Рэйнбоу Дэш выглядела удрученной.

— Анимационный? Да ладно тебе, Шай, мы же не дети…

Рэрети скептически посмотрела на Рэйнбоу.

— Ох, прошу, как будто ты все еще не смотришь то глупое шоу про качков с ирокезами.

— Это другое, — настаивала Рэйнбоу.

Эпплджек закатила глаза.

— Конечн. В любом случае, я люблю мультики, так что меня вполне устроят роботы.

По правде говоря, Сансет тоже не очень интересовалась мультфильмами. Но она сомневалась, что они найдут что-то, что понравится всем, поэтому решила проголосовать вместе с остальными и покончить с этим.

— Прости, Рэйнбоу, но похоже, что ты меньшинстве. Я нормально отношусь к роботам. Может быть мы сходим на какой-нибудь супергеройский фильм в следующий раз?

По крайней мере Флаттершай выглядела достаточно взволнованной, чтобы компенсировать разочарование Рэйнбоу Дэш.

— Я не думаю, что смогу заинтересовать кого-нибудь из вас романтической комедией? — спросила Рэрети.

— Значит роботы! — быстро смягчилась Рэинбоу, заставив всех остальных рассмеяться.

* * *

В школьную жизнь в СШК было несложно влюбиться. После той памятной встречи в торговом центре шестеро девушек стали неразлучны. Даже когда Сансет наконец-таки завела друзей в Эверфри, она была  в основном сосредоточена вокруг Эпплджек, в то время как ее прошлое мешало ей сблизиться с Голден Харвест. Но теперь она стала частью группы, и каждую из них можно было считать ее настоящим другом.

И Сансет было непросто это принять. После долгого одиночества быть одной из шести немного пугало. Но за ней всегда присматривала Эпплджек, и внезапно она обнаружила, что из всех людей сильнее всего сблизилась с Флаттершай. В групповых мероприятиях обе зачастую предпочитали отсиживаться и просто смотреть.

Впрочем, остальные такой роскоши им не позволяли.

— Эй, Сансет! Спорим, я смогу победить тебя в этой игре.

Они устраивали ночевку дома у Рэйнбоу, и остальные уже были заняты. Рэрити делала макияж Флаттершай, а Эпплджек помогала Пинки готовить для всех печенье.

Это оставляло Сансет единственным возможным противником для Рэйнбоу, хоть она и не слишком заинтересована в состязаниях с чрезмерно азартной девушкой. Сансет постучала себя по подбородку, делая вид, что обдумывает предложение.

— Хм, ну, учитывая, что я никогда в нее не играла, да и вообще почти не играла в видеоигры… я бы сказала, что у тебя довольно неплохой шанс.

— Хорошо, ладно, тогда ты можешь быть в моей команде, и мы сыграем против компьютера.

Сансет посмотрела на игру, о которой шла речь и ухмыльнулась.

— Ты уверена в этом? В ней есть роботы, так что ты можешь снова заплакать в финале.

— Те роботы были влюблены! — оправдалась Рэйнбоу, яростно краснея. Рэрити и Флаттершай захихикали из угла.

Это была легкая подколка, но Сансет решила компенсировать ее, приняв предложение Рэйнбоу.

— Ладно, я попробую. Но не обвиняй меня, когда мы обе погибнем.

Иметь так много друзей немного пугало. Сансет все еще совершала множество ошибок, иногда перебарщивая с шутками или выходя из себя из-за пустяков. Но даже так, она ничего не хотела менять в этом мире.

* * *

Иметь кучу друзей было здорово, но Сансет также радовалась, что у нее по-прежнему оставалось много времени один на один с Эпплджек. Наступила поздняя осень, и они вдвоем отдыхали после работы на ферме Сладкое Яблоко. Сансет проводила там большую часть своих выходных, и Эпплы привыкли считать ее постоянной частью фермы. Иногда это означало помогать с работой, но Сансет была этому только рада.

Сансет и Эпплджек сидели рядышком и общались, попивая яблочный сидр, когда в разговоре наступило затишье. Но вместо чувства неловкости момент принес только больше уверенности. Они работали все утро, и днем предстояло поработать еще, но Сансет чувствовала себя удовлетворенной, о лучшей компании она и мечтать не могла.

— Ну, полагаю, нам лучше вернуться к начатому, — сказала Эпплджек через какое-то время.

— Эй, Эпплджек?

— Да?

— Я люблю тебя.

Сансет думала об этом целую вечность. Она наконец-то решилась сказать Эпплджек, но никак не могла найти правильный способ это сделать. В конце концов она просто сдалась.

Эпплджек лишь на мгновение казалась смущенной, затем она обняла Сансет за плечи.

— Ооо, я тож тя люблю.

— Серьезно? — Сансет репетировала этот разговор в течение нескольких месяцев, но никогда не думала, что все будет так просто. Но… пожалуй даже слишком просто. — Погоди, что ты имеешь в виду?

— Э, ух… — Теперь Эпплджек выглядела смущенной больше чем на мгновение. — А что ты имела в виду?

— Я подразумеваю… Я люблю тебя. Я влюблена в тебя. — Когда Эпплджек не ответила сразу, Сансет добавила: — Ну знаешь, хм, по-гейски.

Эпплджек встряхнула головой, чтобы очистить разум.

— Я думаю, хм, что мы имели в виду немного разные понятия…

Сансет опустила голову и задалась вопросом, осознает ли Эпплджек, что по-прежнему обнимает ее.

— Точняк. Прости. Я… Я просто создала неловкое положение.

— Не-а, ничего ты не создала. — Эпплджек крепче сжала свои объятия и улыбнулась. — Я прост, ну… мне даж мальчики еще не нравятся, что уж говорить о девочках.

— Я… наверное мне стоило начать с этой части. — Сансет поймала себя на том, что смеется после своей провалившийся попытки завести роман. Эпплджек все еще обнимала ее одной рукой, и этого было достаточно.

— Кроме того, эт бы сделало предстоящий сюрприз немного странным.

— Что за сюрприз?

Эпплджек рассмеялась.

— Если я те эт расскажу, эт уже не будет сюрпризом, не так ли? Прост немного подожди, эт будет потрясающе!

* * *

— А потом она сказала, что это будет странно из-за какого-то сюрприза, но не сказала, что это будет такое.

Сансет и Флаттершай находились в приюте для животных, в котором она работала волонтером. По какой-то причине Сансет стала той, к кому можно обратиться, когда им требовалась дополнительная помощь. Но она не возражала, в приюте было спокойно, много забавных животных, а с Флаттершай всегда легко поговорить.

— Я не хотела делать все странным…

— Но, эм, это не то, что она сказала, не так ли? — спросила Флаттершай. — Она сказала, что это было бы странно, а не то, что это было странно.

— Полагаю… И она не изменила своего поведения или что-то в этом роде. — В тот же день Сансет переночевала у Эпплджек, которая была такой же дружелюбной и ласковой, как и всегда. — Но она также сказала, что любит меня, так что я не знаю. Не думаю, что всегда правильно понимаю, что люди действительно подразумевают под своими словами.

Флаттершай хихикнула.

— О, эта часть не такая уж и сложная. Я вот люблю Рэйнбоу, но не как девушку или что-то такое. Мы дружим с детства, и она практически стала мне сестрой.

Сансет пожала плечами.

— Возможно.

— Я уверена, что с Эпплджек все будет в порядке. Ты просто слишком много заморачиваешься. Опять.

— Да, наверное ты права.

Флаттершай восхищенно улыбнулась.

— Я все еще не могу поверить, что ты сказала ей… Это так храбро с твоей стороны.

Сансет закатила глаза.

— Не слишком. Это всего лишь три слова.

— Я не думаю, что могла бы сделать что-то подобное. Особенно с… эм, другой девушкой…

— Все делают вид, что это намного сложнее, но, честно говоря, не думаю, что для меня это имеет значение. Какая разница, девушка или парень? Главное, что ты это сказала.

Флаттершай опустила взгляд.

— Для тебя может быть… Но ты такая уверенная в себе.

Сансет наклонила голову набок.

— Ты хочешь сказать, что положила на кого-то глаз, Шай?

— Н… нет!

— Ох! Точно положила! Кто это?!

Флаттершай яростно покраснела.

— Никто! Я не… я просто…

Сансет рассмеялась и похлопала ее по спине.

— Хей, просто шучу. Тебе не обязательно говорить мне, если ты не хочешь, хотя я вся во внимании, если вдруг пожелаешь рассказать.

Флаттершай глубоко вздохнула.

— Я знаю. Спасибо, Сансет.

— Без проблем. Я рада быть здесь, с тобой, понимаешь?

Флаттершай улыбнулась и кивнула.

— Да, понимаю.

* * *

Дни сменяли друг друга, и еще один год подошел к концу. Снег укрыл город, как обычно навевая воспоминания о непроницаемом льде и обжигающе холодной воде. Но то случилось два года назад, и с тех пор все изменилось.

Этот день Сансет провела как в тумане. Все казалось сюрреалистичным, как будто она наблюдала сцену из чьей-то другой жизни. Подобного рода вещи не случались с ней даже в последние несколько лет, когда она не всегда могла сразу поверить своему счастью.

Но когда Сансет вышла из пикапа Биг Мака с коробкой собственных вещей в руках, она поняла, что это реальность. Оглядываясь назад, множество событий в ее жизни могло показаться выдумкой, но теперь все было по-настоящему, и это весьма радовало.

Она отнесла коробку в комнату Эпплджек. Или скорее в то, что она считала комнатой Эпплджек, хотя теперь это было нечто другое.

Сансет положила коробку на свой комод, который они занесли ранее. Чувствуя себя немного очумело, она села у изножья их новой двухъярусной кровати. Она оглядела комнату, которая теперь частично принадлежала ей.

Эпплджек вошла с еще одной коробкой и поставила ее сбоку от той, которую принесла Сансет. Она улыбнулась, села на кровать рядом с ней и похлопала ее по спине.

— Добро пожаловать домой.

* * *

Был поздний вечер субботы, так что старшая школа Кантерлот уже пустовала, когда Сансет зашла во двор. Ей оставалось только надеяться, что никто ее не остановит, поскольку удовлетворительное объяснение, а что она, собственно, тут забыла, у нее отсутствовало.

У нее на уме был только один пункт назначения, поэтому она направилась прямиком к статуе. Однако она остановилась, не дотронувшись до нее, и уставилась на свое отражение в гладкой поверхности.

Она села рядом, удостоверившись, что случайно не облокотится на нее. Она долго сидела в раздумьях, не столько о том, что делать, сколько о том, где находится ее жизнь сейчас по сравнению с тем, где она была раньше.

Она сняла рюкзак, достала блокнот и ручку, и задумалась о том, сколько времени прошло с тех пор, как она последний раз выводила пером строки, которые собиралась написать сейчас.

“Дорогая Принцесса Селестия.

На самом деле я не могу подобрать слов, чтобы начать это письмо. Столько всего произошло с тех пор, как я была твоей ученицей. Наконец я поняла, что я вовсе не та, кем себя считала, хотя и не совсем уверена, что точно знаю, кто же я такая.

Вот почему я пишу тебе вместо того, чтобы явиться лично. Я знаю, что как твоя ученица, я потерпела неудачу. Я преуспела на каждом уроке кроме тех, которые действительно имели значение. Возможно хуже всего то, что я принимала тебя, и все что ты делала для меня, как должное. От собственной ученицы ты заслуживаешь гораздо большего, чем я когда-либо смогу дать.

И я все еще не уверена, что я та, кем хотела бы быть, та, кого ты всегда видела во мне. Я постоянно злюсь, говорю лишнее, я цинична, эгоистична… короче, со мной не всегда легко поладить.

Но некоторые люди делают все, что в их силах, и впервые в моей жизни я могу поблагодарить их за это. Меня удочерила семья из этого мира, и они принимают меня, как одну из своих. Я не уверена, что когда-нибудь смогу увидеть в них семью… ну за исключением одной из них… но я благодарна и усердно работаю, чтобы отплатить им тем же. У меня даже есть друзья, целая группа людей, которые заботятся обо мне, так же как я забочусь о них.

Хочу сказать тебе одну вещь: я пытаюсь. Я знаю, что мне еще предстоит пройти долгий путь, но я пытаюсь стать лучше. Я знаю, что уже поздно, но я думаю обо всех уроках, которые ты пыталась мне преподать и стараюсь жить с ними. Я не готова встретиться с тобой прямо сейчас, ведь мне еще так далеко идти, но я очень хочу увидеть тебя снова.

Пройдет еще тридцать лун, прежде чем портал снова откроется. Когда это время наступит, я хочу пересечь его, чтобы рассказать тебе все, что я сделала, и показать, какой личностью я стала. Прости, что мне потребовалось девять лет, чтобы написать это, и прости, что я должна просить тебя подождать еще. Я могу только пообещать, что постараюсь стать той, кого стоит ждать.

С уважением, твоя одаренная ученица, Сансет Шиммер.

Сансет встала и повернулась лицом к статуе. Либо сейчас произойдет кое-что волшебное, либо она почувствует себя невероятно глупо.

Но когда она бросила блокнот в сторону статуи, и он бесследно исчез, Сансет ошарашенно уставилась туда.

Как только она вышла из оцепенения, то не смогла удержаться от улыбки. Она повернулась и направилась обратно к автобусной остановке, чувствуя себя легче воздуха. Похоже, теперь у нее появилась еще одна причина стараться стать лучше, чем она есть сейчас.

* * *

Как только она сошла со сцены, все побежали поздравлять Рэрети. Они все говорили одновременно, из-за чего было трудно расслышать отдельные похвалы, но они явно радовались за свою подругу.

— Большое спасибо всем вам, — отвечала Рэрети, а затем повернулась конкретно к Сансет. — И спасибо тебе, Сансет! Я бы никогда не справилась с этим без тебя!

Сансет неловко почесала шею.

— Не так уж много я сделала…

— Не так уж много? — Рэрети обхватила Сансет за плечи. — Ты всего лишь руководила всей моей кампанией на Весенний Бал! Если это не так уж много, то что тогда много?

— О-о-о, я рада помочь. Кроме того, именно ты действительно выиграла приз! Сегодня твое шоу, Принцесса!

Хотя Сансет боялась, что та продолжит сыпать ненужные похвалы, Рэрети, услыхав в свой адрес “Принцесса”, только легкомысленно захихикала.

После церемонии награждения Весенний Бал раскрутился на полную силу. Все оказались на танцполе, и Сансет не стала исключением. Возможно из-за успешной поддержки Рэрити в получении короны или еще почему, Сансет обнаружила, что наслаждается таким времяпрепровождением. Они были уже на полпути к выпускному, и все же это первый раз, когда она действительно получала удовольствие от школьных танцев.

За нахлынувшими эмоциями Сансет потребовалось некоторое время, чтобы заметить, что в их группе кого-то не хватает. Она тихонько отошла в сторонку, чтобы добраться до трибун, откуда Флаттершай наблюдала за остальными.

— Устала от танцев? — спросила Сансет.

— Ох, я не знаю, наверное танцы не моя стихия, — сказала Флаттершай. — Но мне весело наблюдать за всеми.

Сансет кивнула.

— Я бы тоже не сказала, что увлекаюсь танцами. Хотя иногда они бывают веселыми.

— Ты права. Может быть я вернусь через какое-то время.

Песня сменилась более медленной, и одиночки покинули танцпол, освободив его для пар. Флаттершай улыбнулась перемене.

— О-о, мне нравится эта песня.

Сансет тоже заулыбалась.

— Ты знаешь, мы с тобой всегда отсиживались и наблюдали за другими, особенно когда мы впервые встретились.

Флаттершай кивнула.

— Смотреть со стороны интересно, особенно в хорошей компании.

— Так и есть. Но иногда стоит рискнуть и присоединиться. — Сансет протянула руку. — Потанцуешь со мной?

Флаттершай потянулась навстречу, как бы соглашаясь, но резко остановилась.

— Но… это медляк.

— Да, — сказала Сансет. — Я знаю.

Очень медленно Флаттершай вложила свою ладонь в руки Сансет.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/FLVLN2UayfWCFQd75DnXy65VtHUfuDMjXVrs_bRPbNUEwKnHKEF-E_CNdjJi4S10ubDPJAaD0ucCCY6NrTD1J_DVVElcf0DPWZKDQUH-NVqZtFduEGMp9BAzjIWHquqAC8bjnkvA]

* * *

Вечеринка не закончилась с окончанием танцев. Друзья забрались в минивэн Пинки и поехали обратно на ферму Сладкое Яблочко, где была запланирована вечеринка-ночевка-после-танцев. Но поскольку все порядком умотались, это стало больше ночевкой, чем вечеринкой.

Сансет зашла на кухню, чтобы принести остальным немного бодрящей содовой, когда Пинки нашла ее.

— Приветики, Санни.

— Привет, Пинки. Рэйнбоу уже отрубилась?

— Она сказала, что просто немного вздремнет.

Сансет хмыкнула. Она не сомневалась, что дрема продлится до утра.

— Что ж, тогда нам достанется больше содовой.

Пинки прыжком уселась на кухонный стол.

— Знаешь, Флаттершай вышла на улицу подышать свежим воздухом.

— Да ну? — Сансет ухмыльнулась. Она отлично поняла, к чему это сказано.

— Агась! Это будет идеальный момент, чтобы поговорить с ней… — Пинки наклонилась вперед, чтобы добавить, — …наедине.

— И о чем же я должна поговорить с Флаттершай наедине?

Пинки пожала плечами.

— Я не знаю. О динозаврах?

Сансет рассмеялась, а затем прислонилась к столу рядом с Пинки. Она передала ей банку с содовой, прежде чем открыть свою.

— Я думаю… Я хочу, но меня беспокоит ее реакция. В прошлый раз, когда я сделала что-то похожее, у меня ничего не вышло.

Пинки глотнула из своей банки.

— Тот человек сделал что-то безумное, например возненавидел тебя?

— Нет.

— Он перестал быть твоим другом?

Сансет закатила глаза.

— Нет. Это даже не стало чем-то странным, и все быстро вернулось в нормальное русло.

— Это не выглядит так, как будто ничего не вышло.

Сансет хлебнула своей содовой, размышляя.

— Да. Думаю, в этом есть смысл. Спасибо, Пинки.

—Хмм? Я ничего не сделала. Просто поддерживала разговор!

Сансет усмехнулась.

— Конечно. Отнесешь содовую остальным?

— Оки-доки-локи!

Сансет допила остатки своей газировки, выбросила банку в корзину для переработки и вышла через кухонную дверь. Она огляделась в поисках Флаттершай и решила, что сад будет ее счастливым билетом.

Лотерея оказалась непростой. Помимо прочего, подсолнухи, которые возвышались над Сансет, мешали ей осматривать сад. Она могла бы пройти насквозь, разыскивая Флаттершай, но решила использовать другой подход.

— Марко.

Она услышала, как Флаттершай хихикнула, прежде чем ответить:

— Поло.

Сансет улыбнулась, когда пошла на звук голоса Флаттершай и обнаружила ее, сидящей на маленькой каменной скамейке, практически полностью покрытой растениями. Она предназначалась для одного человека, но Флаттершай все равно подвинулась, чтобы Сансет могла сесть рядом.

Поначалу никто из них ничего не говорил, обе лишь наслаждались прохладным ночным воздухом, наблюдая за звездами на небосводе.

— Сегодня прекрасная ночь, — нежно сказала Сансет, спустя какое-то время.

— Да. Так и есть.

— Тебе удобно? Я могу взять другой стул, если хочешь.

Флаттершай покачала головой.

— Нет, все в порядке.

Сансет потянулась и приобняла Флаттершай за талию.

— И… так тоже нормально?

Флаттершай прижалась к Сансет и положила голову ей на плечо.

— Идеально.

Они сидели в тишине, наслаждаясь покоем и присутствием друг друга. В какой-то момент Сансет положила другую руку на живот Флаттершай, полностью обнимая ее из своего стесненного положения. Флаттершай откинула голову назад, чтобы улыбнуться ей, и Сансет сократила расстояние между ними.

Поцелуй тоже был идеальным.

* * *

Нервозность Сансет грозила прикончить ее. Так или иначе, сегодня вечером все изменится. Она едва могла сосредоточиться на беседе, происходящей вокруг нее.

Флаттершай погладила ее по щеке.

— Все будет хорошо, Санни.

Сансет прижала ладонь Флаттершай, наслаждаясь ее теплотой у своего лица.

— Надеюсь, что так…

— Ты должна послушать ее, — сказала Пинки. — Шай действительно умница-разумница!

Это заставило Сансет слегка улыбнуться.

— Как ты вообще это услышала с водительского сиденья?

— Ох, Санни… я слышу все!

Пинки находилась за рулем, так как ее минивэн был единственным транспортом, который мог вместить всех шестерых друзей. Рэрети сидела рядом с ней спереди, Эпплджек и Рэйнбоу заняли средние места, а Сансет и Флаттершай достались места позади.

Минула полночь, но они направлялись в старшую школу Кантерлот, где жизнь Сансет должна будет измениться навсегда.

— Помни, несмотря ни на что, мы будем тут, рядом с тобой, — сказала Эпплджек.

— В горе и в радости, как говорится! — добавила Рэрети.

Сансет заерзала на сиденье. Она помнила, что произошло, когда она бросила блокнот в портал, но с тех пор минуло уже больше двух лет, и трудно было не сомневаться.

— Даже если я просто сумасшедшая?

— Знаешь, после того, как мы с тобой делили одну комнату последние три года, я должна сказать… — Эпплджек обернулась назад, ухмыляясь, — ты чертовски сумасшедшая, что б не случилось сегодня вечером.

— К тому же, сумасшествие это хорошо! — воскликнула Пинки.

— Мы твои друзья, — сказала Рэйнбоу. — Независимо от того, сработает ли эта штука с порталом или нет, мы никуда не денемся.

— Непременно! — согласилась Рэрети. — Мы здесь ради тебя, дорогуша, потому что мы твои друзья. Мы были твоими друзьями до того, как ты рассказала нам об этом другом мире, и мы, безусловно, не перестанем быть твоими друзьями, если с ним что-то не получится.

Рэйнбоу Дэш практически подпрыгивала на своем месте.

— Хотя я действительно надеюсь, что это сработает, потому что это будет так круто!

— Это сработает, — сказала Флаттершай. Как ни странно, она куда больше Сансет верила в Эквестрию.

Пинки въехала на пустую парковку школы Кантерлот, и шесть девочек прошли через нее во внутренний двор. Было странно так поздно находиться в школе, и Сансет беспокоилась, что кто-нибудь может увидеть их и прогнать.

Но никто не появлялся, и довольно скоро они оказались перед статуей.

— Итак, эм… — Эпплджек поправила свою шляпу. — Как эт работает?

— Я… я думаю, мы просто должны пройти через него, — ответила Сансет. Она проглотила комок в горле, а затем шагнула вперед.

Чья-то ладонь взяла ее за руку, пальцы сомкнулись вместе. Она повернулась, чтобы увидеть улыбку Флаттершай.

— Мы пойдем вместе.

Сансет кивнула. Бок о бок со всеми своими друзьями, она шагнула в портал, и мир вокруг них исчез.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/Akx3NS7FrpuN8z6aVg1glESnZabqgNNnqmu-ayT3oj7rC4fcxOcfNfd9uWOFC2jhYuU13eEH6Ctscwjg3ZnUi18k78yjfvtyta2f3yFhDZU_8aGK3sFD6IHfowaJXHi791XNGHZy]

Сансет упала на землю и даже не попыталась встать. И снова она изо всех сил пыталась отделить реальное от искусственного, пока все, что она только что испытала, боролось с жизнью, которую она на самом деле прожила.

Навалилось слишком многое, что нужно было принять или обдумать, но постепенно все вставало на свои места. Эпплджек не была ее сестрой. Флаттершай не была ее девушкой. Пинки, Рэйнбоу и Рэрети не были ее друзьями. У Сансет вообще не было друзей.

Две разные жизни в двух разных мирах. Жизнь полная волшебства и приключений, проведенная в самой неподходящей семье, которую она могла вообразить, и Сансет была счастлива. Жизнь полная школьных танцев и юношеской любви, проведенная с группой друзей сколь близких, столь и непохожих, и Сансет была счастлива.

Ни один из миров не дал ей всего, чего она хотела, но Сансет была счастлива, и этого ей было достаточно.

Когда она подняла глаза, то увидела, что уже вернулась к пепельной тропе. Это было тем, что она создала для себя. Она поднялась на ноги и внимательно огляделась вокруг. Смутные очертания, которые она ранее видела вдалеке, теперь прояснились — ее окружали другие пути и тропинки.

Там была каменная дорожка, поросшая мхом. Абсолютно чистая дорожка из стекла. Полуразрушенная деревянная дорожка, которая выглядела так, словно могла рухнуть в любой момент. Пути закручивались и переплетались, в бесконечном количестве мест она могла бы принять другое решение и начать другую жизнь.

Сансет повернулась вперед. Если раньше ее путь и казался ей знакомым, то теперь он выглядел ограниченным. Это был итог всего, что Сансет построила для себя, и этого было просто недостаточно.

И что же она получит? Что ждет ее в конце пути? Был только один способ выяснить это. Собрав всю свою решимость, Сансет двинулась вперед.

Когда появлялись воспоминания, как Флэш приглашал ее на свидание, решение остаться в СШК вместо того, чтобы отправиться в Кристальную Академию, Сансет игнорировала их. Она знала, какие решения приняла, и видела достаточно из того, что могло бы случиться.

Вскоре она бросилась бежать. Она пробегала мимо воспоминаний, даже не притормаживая, чтобы взглянуть на них. Она бежала сквозь красные паучьи лилии, не обращая на них внимания, хотя их становилось все больше и больше. Она мчалась мимо расходящихся во все стороны тропинок, толкая свое тело вперед.

Дорога вывела ее на цветочное поле — Ликорис Радиата, насколько хватало взора. Сансет знала, что она уже близко, и побежала сквозь них. Ей просто нужно пересечь поле, и она получит свободу. Она уже могла видеть ночное небо вдалеке.

Что-то стояло перед ней. Сансет сначала не поняла, что это, но как только она приблизилась, и все стало ясно, она остановилась как вкопанная. Цветочное поле подошло к концу, и как раз на границе стояла статуя лошади, поднявшейся на дыбы высоко в воздух. Она каждый день видела ее на школьном дворе, но здесь статуя возвышалась над ней, смотрела сверху вниз, оценивая ее каменными глазами.

А за ней не было ничего. Никаких тропинок, не было даже бесконечного белого моря, только пустое пространство.

— Вот, — раздался голос Сансет у нее за спиной. — Это все что есть.

Сансет обернулась и оказалась лицом к лицу со своим отражением.

— Что ты имеешь в виду?

Отражение ухмыльнулось.

— Прости, Принцесса, но у тебя больше нет выбора. У тебя он был, масса вариантов. И что же? Ты испортила их все до последнего.

Сансет склонила голову. Это правда. У Сансет было куда больше, чем те два шанса, чтобы сделать свою жизнь достойной и стоящей, но она всегда стремилась к достижению своей цели — убедиться, что она лучшая.

— На самом деле, это позорище. Ты была чертовски близка, чтобы сделать что-то великое! Но в конце ты просто не смогла и… вот мы здесь.

Сансет посмотрела на свою руку. Что она натворила? Она получила корону, но как только надела ее на голову… Она сжала руку в кулак и подняла взгляд.

— Я не приму этого.

— А? — Отражение, кажется, обрадовалось услышанному. — И что по-твоему случится, если ты сможешь выбраться отсюда? Неужели ты думаешь, что все просто посмеются и забудут то, что ты натворила? Может быть ты все еще не помнишь, но ты…

— Я превратилась в тебя. — Сансет скрестила руки на груди. — Теперь я все помню.

— Ой, при мне-то не будь такой праведной. Ты получила то, чего всегда хотела.

— Ты права. Больше власти, чем я когда-либо могла себе представить, и да, мне это понравилось.

— Ну конечно понравилось. — Отражение вскинуло руки, и огонь промчался по ее телу, превращая ее в демона. — Вот кем мы должны быть на самом деле!

— Нет. Это часть меня, но это вовсе не обязательно станет всем, кем я когда-либо буду. — Сансет развернулась и сделала шаг к статуе.

— Не смей уходить от меня! — Между Сансет и статуей вспыхнуло пламя, и демон предстал перед ней. — Ты не понимаешь. Все кончено!

— Почему? Потому что ты так говоришь? Я много чего сделала неправильно, но никогда не сдавалась раньше, и, черт возьми, не собираюсь начинать сейчас!

— Отлично. Сделаем это по-плохому. — Демон щелкнул пальцами, и поле с цветами поглотило пламя.

Сансет быстро крутанулась, но куда бы она не посмотрела, она уже была окружена. Пожар начался вдалеке, но он быстро приближался. Она уже чувствовала жар.

— Ну и что ты будешь делать дальше? Все что ты умеешь, это поглощать!

Что произойдет, если пламя доберется до нее? Может ли она умереть в этом месте?

Кажется демон знал, о чем она думала.

— Это не один из твоих маленьких кошмаров. От этого уже не проснешься.

Пути назад не было. Прятаться некуда. Но это не имело значения. Сансет сама загнала себя сюда, и убегать ей надоело.

Сансет сделала шаг к демону.

— Нет.

— Чего?

— Нет. Я этого не приму. Это моя жизнь, и я буду решать, когда остановиться. Возможно я сожгла несколько мостов, которые никогда не восстановлю, но теперь я знаю, что всегда есть другой путь!

Демон сделал шаг назад.

— Нет обратного пути после того, что ты натворила, Принцесса. Ты не сможешь жить нормальной жизнью после того, что случилось ночью.

— Про то, что будет дальше, ты знаешь не больше, чем я. — Сансет ухмыльнулась. — И это то, чего ты боишься.

Когда она приблизилась, демон заставил огонь ускориться. Пламя почти поглотило Сансет.

— Ты ничто без меня!

— По правде говоря, я понятия не имею, кто я без тебя. — Сансет остановилась прямо перед демоном. — И… я тоже боюсь. Боюсь узнать, кто я безо всех этих титулов и власти. Но я все равно собираюсь это выяснить.

Демон попятился, оказавшись прямо под статуей.

— Дальше ничего не будет. Ты дошла до конца, другого пути нет.

— Тогда я проложу себе один.

Демон сжала кулаки, и на мгновение Сансет подумала, что она собирается броситься в атаку. Но когда она посмотрела на Сансет, выражение лица сменилось с гнева на разочарование.

— Жалкая.

Демон осыпался пеплом, и огонь погас. Сансет огляделась вокруг и, насколько хватало взора, не увидела ничего, кроме пепла.

Сансет пошла вперед к статуе и к куче пепла под ней. Наклонившись, чтобы рассмотреть повнимательнее, она заметила, что там есть что-то еще. Она засунула руку в кучу и достала цветок, теплый от горячего пепла.

Шесть розовых лепестков, выходящих из желтого центра. Ликорис Сквамигэра. Сансет взяла его с собой, и прошла под статуей, остановившись неподалеку от того места, где заканчивалась тропинка.

Здесь ничего не было, только пустое пространство. Она сделала шаг.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/rzpblLDjCrXY-QnW51Ce4f150OIARKGf5vpmaEfV2fUa3QpKHN5li7Kca9AwXvljCHCNBnWWk8S3X7_4KmCJBvVIlk8-C5mOl1drZumUuC55dmKPKG_OqkzHngxkAkedNRZuaHYe]

Слишком много всего. В голове Сансет проносилось так много мыслей, что у нее не было возможности сосредоточиться ни на одной из них. В третий раз разум Сансет пытался собрать воедино то, что было реальным.

Она стояла на четвереньках, опустив голову, вокруг клубился дым. На секунду он сыграл с ней злую шутку, и ей показалось, что она видит руки демона там, где должны быть ее собственные. Но когда дым рассеялся, видение исчезло.

Воспоминания нахлынули. Все, что сделала Сансет как до, так и после получения короны. Она знала, что вся школа смотрит на нее. Пришло время встретиться лицом к лицу с тем, что она натворила, время признать свои ошибки. Каким-то образом это пугало гораздо больше, чем встреча со своим внутренним демоном.

— Ты никогда не будешь править Эквестрией! — говорила Твайлайт, стоя над ней. — Любая сила, которой ты могла обладать в этом мире, исчезла. Сегодня вечером ты показала всем, кто ты есть на самом деле. Ты показала всем, что у тебя в сердце!

Когда она подняла взгляд на Твайлайт, в глазах у Сансет стояли слезы.

—  Я… мне жаль, — выдавила она, хотя знала, что этого никогда не будет достаточно. — Мне так жаль. Я не знала, что есть другой путь.

Болезненно ощущая на себе чужие взгляды, Сансет выползла из кратера, в котором очнулась. Твайлайт продолжила:

— Магия дружбы существует не только в Эквестрии. Она повсюду. И ты можешь отыскать ее или остаться в одиночестве навеки. Выбор за тобой.

— Но… Но все что я делала с тех пор, как оказалась здесь, это стравливала всех. Я ничего не знаю о дружбе…

К своему удивлению, Сансет почувствовала, как чья-то рука схватила ее руку. Твайлайт с улыбкой помогла ей подняться на ноги.

— Держу пари, они могут научить тебя.

Твайлайт указала на своих друзей, тех самых, которых Сансет мучила годами. Флаттершай выглядывала сзади. Рэйнбоу Дэш парила на крыльях, которые она, должно быть, получила от той же магии, которая разрушила демоническую форму Сансет. Всегда благоразумная Рэрити все еще скептически поглядывала на Сансет, но вскоре улыбнулась вместе с остальными. А Пинки Пай, напротив, мгновенно завелась от такого поворота событий.

А Эпплджек? Эпплджек стояла впереди всех. Ее глаза были устремлены прямо на Сансет, а улыбка была теплой и приветливой.

## 32 - Как феникс из пепла

Глава Тридцать вторая

Как феникс из пепла

[Изображение: https://lh4.googleusercontent.com/9BqXCTAtOeFgviQHEB6n2oNYq4eiAwyVshgS8OrPoRBH0xuTMhN_SHLlWBsMMHHr2AkwkS2sEaUZoseqOI_Y8f055x34hCZ_iwM0d1vwRT9gpKA1k9L1L5s3QlBrD9j047vif3-spEJMgARrZw]

Вокруг стало так тихо.

Во время танцев в спортзале было много шума, как от музыки, так и от подростков внутри, но и только. Лишь звуки окружающего мира, который после всего пережитого казался тревожно незнакомым. Впервые за долгие годы в ее голове воцарилась тишина. И теперь, когда танцы закончились, это чувство только усилилось.

Сансет пряталась за разрушенной стеной фасада школы. Ею же и разрушенной. Ее действия оставили ужасный след на школе, и урон, нанесенный стене, бледнел перед ущербом, который она причинила ученикам. И как только до этого дошло? Сансет даже не была уверена, почему. Она хотела власти, но ради чего? Захват Эквестрии никогда не был ее целью, по крайней мере до тех пор, пока она не надела корону. И все же она потратила годы, подпитывая себя смутными мыслями о мести, убеждая себя, что она лучшая, позволяя себе стать настолько слепой, чтобы не замечать другого пути.

Сансет пыталась вспомнить, о чем она думала в то время, но все было как в тумане. Она помнила каждую деталь происходивших событий, но куда более сложной задачей оказалось вспомнить, что творилось в ее голове. В тот момент, когда она надела корону, она потеряла саму себя.

Нет, это все ложь, и Сансет это знает. Она хотела обвинить демона в своих поступках, но должна сама нести ответственность. Не было никакого контролирующего ее злого духа, все просто и ясно: она сама была демоном. Худшая ее часть, но, тем не менее, ее. Она стала такой сильной, поскольку Сансет старательно игнорировала все хорошее в себе, предпочитая подкармливать злобу. Даже если магия короны вытолкнула эту ее сторону вперед, та изначально сидела в ней.

Но сейчас там ничего не было. Сансет находилась в большем смятении, чем когда-либо, но теперь все было по-другому. Как только она выползла из кратера, она ожидала увидеть или услышать какое-нибудь проявление своей тьмы, но этого так и не произошло. Помогли ли ей в этом Элементы? Или это потому, что она встретилась с демоном лицом к лицу в другом месте? Может в этом ей помогли Элементы?

Ответа не последовало. Там не было вообще ничего, кроме самой Сансет, и это приводило ее в ужас.

Несмотря на этот инцидент, Осенний Бал каким-то образом прошел без сучка и задоринки. Сансет понимала, что ей следовало просто уйти, пока все остальные заняты. У нее не осталось причин задерживаться в старшей школе Кантерлот, она уже все испортила.

Но она осталась, хотя и не была уверена, почему. Может просто потому, что это лучше, чем возвращаться в ее пустующее жилище. Не похоже, что она когда-либо чувствовала себя там как дома, и она сомневалась, что вдруг начнет сейчас. Для кого-то, вроде Сансет, не существовало дома. Ни на Земле, а тем более, ни в Эквестрии.

Эквестрия. Сансет не была уверена, сможет ли она когда-нибудь заставить себя вернуться туда. Она страстно желала этого в течение многих лет, но почему-то сейчас это казалось гораздо дальше, чем когда-либо. Даже когда она понятия не имела, как туда вернуться, то всегда чувствовала, что ей там самое место. А сейчас? Для нее нигде больше нет места.

По крайней мере Твайлайт вернется назад. Сансет с удивлением обнаружила, что рада этому. Она проебала многое, но ей все же не удалось облажаться настолько, чтобы кто-то другой смог испытать ее судьбу. После танцев Сансет наблюдала, как Твайлайт прощается со своими друзьями, и у нее наконец появилась возможность подумать о том, как она заблуждалась.

Она уже осознала это, когда была в том, другом месте, а затем подтвердила это самым реальным способом, который только можно себе представить, когда Твайлайт взяла ее за руку и помогла выбраться из кратера. Но наблюдать, как она возвращается через портал, было весьма занимательно. Это был первый раз, когда Сансет увидела Твайлайт, как настоящую пони, с настоящей жизнью, не только как символ. Твайлайт всегда олицетворяла замену Сансет, идеальную версию самой себя, которую Сансет ненавидела просто за то, что она была куда лучше, чем Сансет могла бы стать. Сансет много читала о жизни Твайлайт, но она вообще ничего не знала о том, какой пони была Твайлайт на самом деле.

На кристальной тропе Сансет встретила Твайлайт, которая стала ее ученицей. Между ней и той пони, которую Сансет ненавидела годами, не было ничего общего. И хотя она не обязательно должна быть такой же, как Твайлайт, с которой Сансет встретилась лицом к лицу, реальная личность оказалась куда ближе к Твайлайт-ученице, чем к иллюзии, созданной воображением Сансет.

Конечно она все еще понятия не имела, сколь многое из того, что она видела в другом месте, было реальным. Тогда казалось, что она прожила каждую из жизней, ту, что в Эквестрии со своей семьей, и ту, что на Земле со своими друзьями. Но теперь, когда все закончилось, это стало походить на просмотренный фильм. Воспоминания остались, но чувства ушли, и это мешало относиться к тем событиям непредвзято.

Не имеет значения. Даже если это были возможные жизни, которые она могла бы прожить, теперь их больше нет. Осталась лишь Сансет, которая снова одинока.

Она села на землю и прислонилась к разбитой стене. Твайлайт ушла, но ее друзья все еще были там. Они говорили о том, чтобы пойти куда-нибудь отпраздновать, а Сансет просто надеялась, что они забудут о ее присутствии.

Однако о том, чтобы полностью игнорировать ее существование, не могло идти и речи.

— Итак, эм… что нам делать с Сансет Шиммер? — спросила Флаттершай, прежде чем они ушли.

— Давайте возьмем ее с собой! — воскликнула Пинки. — Мы можем устроить “добро-пожаловать-в-друзья” вечеринку!

— Я не совсем уверена, — сказала Рэрети. Конечно, Рэрети была самой разумной из них. Это хорошо, хоть Сансет и чувствовала себя растерзываемой, когда слушала. — Поверьте, я была бы счастлива оставить все позади, но не уверена, что это возможно так скоро.

— Да, может мы сможем разобраться с ней в понедельник? — предложила Рэйнбоу. — Я знаю, мы сказали Твайлайт, что будем присматривать за ней и все такое. Но вы действительно думаете, что Сансет Шиммер сразу подружится с нами после того, как мы просто подорвали ее жалкую задницу?

— Но мы пообещали Твайлайт, что будем присматривать за ней, — настаивала Пинки. — Мы не можем оставить ее одну после такого!

— Я, эм, э…

— В чем дело, Флаттершай? — спросила Рэрети.

— Ну… я не уверена, что я… готова дружить с Сансет…

— Может быть лучше подождать и посмотреть, придет ли она к нам? — предложила Рэрети. — Например, я бы хотела получить искренние извинения без необходимости вытаскивать их из нее.

— Этого не случится.

Сансет зажмурилась, услышав тон Эпплджек. Когда Твайлайт впервые вытащила Сансет из кратера, Эпплджек, казалось, была готова принять ее, но теперь ее тон говорил об обратном.

И когда Эпплджек продолжила, лучше не стало.

— Мы могли б попытаться насильно стать ее друзьями, но эт ни для кого не закончится хорошо. И зная ее, она не собирается измениться сама по себе.

— Так что по-твоему нам следует делать? — спросила Флаттершай.

Последовала пауза, прежде чем Эпплджек ответила.

— Думаю, я согласна с Рэйнбоу. Давайте подождем понедельника и посмотрим, что произойдет. В любом случае, я не думаю, что теперь ей сойдет с рук чье-нибудь запугивание.

Послышались возгласы согласия, а затем звуки удаляющихся шагов.

Это хорошо. Сансет причинила боль им всем, и не важно, чего хотела Твайлайт, они ничего ей не должны. Им было лучше без нее, а Сансет было лучше одной.

Но почему же ей так ненавистно слышать, как они уходят? Это потому, что она воочию убедилась, что они могут стать друзьями? Или просто потому, что она не хотела оставаться одна?

Единственное, что Сансет поняла, что она больше не может продолжать сидеть на месте, поэтому она встала и вышла во двор. Школа уже опустела; даже если это вечер пятницы, для старшеклассников все равно уже довольно поздно. И кроме того, кто захочет остаться в школе, когда танцы закончились? Никто, кроме тех, кому некуда больше идти. Никто, кроме Сансет.

Даже зная, что портал больше не активен, Сансет все еще колебалась, подходя к статуе. Она не была уверена, чего опасалась. Может быть Твайлайт найдет другой способ открыть портал и вернется, чтобы назначить реальное наказание за ее действия, или может быть ее отражение начнет кричать на нее за то, что она неудачница.

Но единственное, что произошло, когда Сансет приблизилась к статуе, это ее сердце, которое бешено заколотилось. Единственное, что она увидела в своем отражении, это свой собственный ужасный вид. Ее лицо, покрытое грязью и следами от слез, волосы, торчащие во все стороны, и разорванную одежду.

Сансет остановилась аккурат перед статуей. Очень медленно она подняла руку и приложила ее к мрамору. Ее рука остановилась там же, где ее отражение подняло свою ей навстречу, и она была холодной и твердой.

Сансет прислонилась лбом к статуе. Портала больше не было, по крайней мере еще тридцать лун. Все, что оставалось делать, это максимально использовать ту жизнь, которую она создала для себя, и Сансет знала, что создала она не так уж много.

— Так и думала, что ты будешь здесь.

Сансет обхватила себя руками и отвернулась от Эпплджек, но осталась стоять, прислонившись к статуе.

— Почему ты вернулась?

Эпплджек подошла к ней ближе и тоже прислонилась к статуе.

— Не хочешь угадать?

— Ты должна была просто уйти со своими друзьями.

— Полагаю, ты слышала наш разговор?

— Да.

На какое-то время они замолчали. Сансет продолжала стоять спиной к Эпплджек. Она не была уверена в ее мотивах, но чувствовала, что не имеет права распрашивать.

— Тебе следует… вернуться к своим друзьям.

— Ты хочешь, чтоб я ушла?

Сансет колебалась. Дело не в том, что она колебалась с ответом, сколько в том, что она просто его не знала. Она понимала, что Эпплджек должна уйти, но хотела ли она этого?

— Не имеет значения, чего я хочу.

— Конечн имеет. — Голос Эпплджек был прямым и четким, она не приукрашивала и не говорила с какой-либо злобой. — Если ты хочешь, чтоб я ушла — я уйду. Если ты хочешь, чтоб я осталась — я останусь. Эт твой выбор, Сансет.

Сансет повернулась спиной к статуе, но по-прежнему не смотрела на Эпплджек.

— Почему? Почему у меня вообще должен быть выбор, после всего что я натворила?

— Потому что, ну… взгляни на эт с другой стороны. Как ты думаешь, что произойдет, если я скажу: “Лады, ты идешь с нами в Сахарный Уголок, и теперь мы все будем друзьями”?

— Я… Я не знаю. — От этой мысли у нее все сжалось в груди. Они все имели право возненавидеть ее. И даже если каким-то образом они этого не сделают, было ли это вообще тем, чего она хотела? Она понятия не имела, но точно знала, что не заслуживала этого.

— Ну, я думаю, что эт ничем не будет отличаться от того, когда мы были в средней школе. Может быть ты придешь, может быть те даже будет весело, но потом, через несколько недель, ты начнешь обижаться на нас за то, что мы навязываемся, и ты снова оттолкнешь себя прочь.

Было ли это правдой? Очень даже возможно, но Сансет больше не хотела быть таким человеком.

— Но если мы оставим тя в покое, ты никогда не будешь той, кто сделает первый шаг.

Вот это определенно было правдой.

— Ты права. Я безнадежна.

— Или может те прост стоит быть той, кто решит, хочешь ли ты дружить с нами. Мы не можем заставить тя сделать это, и ты не можешь сделать эт сама, вот почему я пытаюсь дать те выбор. Итак… что ты хочешь сделать?

Что Сансет хотела? Она получила шанс построить свое собственное будущее так, как она желала, все что оставалась: решить, как именно.

— Я не знаю. — Сансет сползла вниз по статуе. — Я не… я не могу смотреть им в лицо… не после того, что я с ними творила.

— Хорошо, значит мы не пойдем к остальным. Но что насчет меня? Ты хочешь, чтоб я покрутилась с тобой немного, или ты предпочтешь прост побыть одной?

— Я не… — Сансет покачала головой. Она знала, что сделала бы прежняя Сансет, и это было достаточной причиной, чтобы сделать что-нибудь другое. — Нет, я не хочу быть одна.

— Ну тогда ладн. — Эпплджек села рядом с Сансет.

Сансет впервые повернулась, чтобы посмотреть на Эпплджек, и была удивлена, увидев, что она улыбается.

— Но… почему? Ты должна пойти со своими друзьями, а не застрять здесь со мной…

Эпплджек вздохнула.

— Сансет, никто меня не заставлял сидеть здесь. Я собиралась пойти с ними, но потом передумала и вернулась. Эт мое решение, так что я тут не застряла.

— Да, но… я этого не стою.

— Да, ты действительно сделала много плохих вещей. — Эпплджек смягчилась. — Но, хм… эт второй шанс. Если ты готова постараться стать лучше сейчас, то может вскоре ты станешь той, кто сто́ит.

Сансет закрыла глаза и почувствовала, что тонет. Как она могла надеяться на такое, если даже не знала, с чего начать?

— Раньше все казалось таким простым. Я лишь должна была прорываться к вершине, несмотря ни на что, и мне казалось, что другого пути нет. Теперь я знаю, что все не так, но я так же знаю, как легко я могу все испортить…

— Но ты ж этого хочешь, верно? — спросила Эпплджек. — Ты правда хочешь сейчас стать лучше?

— Я хочу. — Сансет почувствовала капельку своей прежней решимости. Если и было что-то, в чем Сансет сейчас уверена, то только в этом. — Я хочу стать лучше. Но… я не знаю, с чего начать. Такое чувство, что я уже упускаю этот шанс…

Эпплджек ткнула ее локтем, и Сансет почувствовала, как у нее защемило сердце от этого дружеского жеста.

— Не, ты прост слишком много думаешь. Я имею в виду, те придется выбрать какие-нить способы стать лучше, но ты не должна ничего выбирать прям сейчас!

— И когда же? — Сансет с надеждой повернулась к Эпплджек. — Что мне теперь делать? Как все исправить?

Эпплджек отвела взгляд, прежде чем ответить.

— Хотела бы я иметь для тя простой ответ, но на самом деле такого нет. Те точн не нужно ничего делать, ты лишь должна быть хорошим человеком с этого момента. Проще простого.

Не было ни единого шанса, что все решалось так просто, как это озвучила Эпплджек. Сансет причинила слишком много вреда для этого.

Но Сансет хотелось верить Эпплджек, поэтому она не стала спорить. Вместо этого, она предпочла сидеть в тишине, задаваясь вопросом, сколько еще это может продолжаться. Конечно Эпплджек скоро вернется к своим друзьям, и тогда Сансет останется одна.

— А почему ты не прошла через него? — Эпплджек кивнула на статую. — Ты должна была сообразить, как легко попасть в Эквестрию, пока мы были на танцах.

Эта мысль определенно приходила Сансет в голову, но Сансет сразу отказалась от нее.

— Есть много причин.

— Знаешь, я б все равно хотела услышать твою точку зрения, если ты захочешь рассказать мне об этом.

Это тоже было легче сказать, чем сделать. Трудно поверить, что прошло всего несколько часов с того момента, как Эпплджек пыталась заставить Сансет рассказать ей об этом.

— От возвращения мне бы ничуть не полегчало. Я ошибалась, а Твайлайт была права.

— Так вот значит как? Ты не хотела возвращаться назад прост потому, что Твайлайт будет там?

Сансет повернулась к Эпплджек и задумалась над ответом. Все, что имело отношение к Эквестрии, так долго было тщательно охраняемым секретом, что даже сейчас говорить об этом казалось неправильным.

— На самом деле я боялась увидеть вовсе не Твайлайт…

— Я так и думала… — Эпплджек нервно поправила шляпу. — Ты, эм… ты сделала что-т плохое и в Эквестрии тоже, не так ли?

Сансет кивнула.

— Я наворотила целую кучу ужасных вещей…

— Как думаешь, у тя будут неприятности, если ты вернешься?

— Возможно. — Сансет поморщилась, вспомнив о пожаре в библиотеке. — Определенно… Но думаю, с этим я бы справилась. У меня будут неприятности и здесь из-за ущерба, причиненного школе, но… но есть кое-кто, кого я действительно подвела в Эквестрии, и я ужасно боюсь увидеть ее снова.

Эпплджек положила руку ей на плечо.

— Что ж… разве эт не еще одна причина стать лучше к тому времени, как ты ее увидишь?

Пойманная, между прикосновением Эпплджек и ее позитивным настроем, Сансет каким-то образом нашла в себе силы слегка улыбнуться.

— Да. Да, это так.

— И я знаю, что те многое нужно понять, но пока ты действительно стараешься, те не придется делать эт в одиночку.

Сансет подтянула колени к груди.

— Спасибо. Жаль, что я не приняла твою помощь раньше. Может быть нам всем сейчас было бы намного лучше.

— Может быть. — Эпплджек пожала плечами. — Но мы уже ничего не сможем с этим поделать.

Сансет попыталась восстановить в памяти, что она чувствовала, когда смотрела путь, в котором ее удочерили Эпплы. Но то чувство ушло, и Сансет никак не могла вызвать его, даже если была способна вспомнить.

— Здесь так тихо, — пробормотала Сансет. — В течение многих лет у меня в голове столько всего происходило. Так много мыслей и негативных эмоций, и… других вещей. Это было похоже… Я никогда не могла думать ни о чем, кроме того, каким будет мой следующий шаг, хотя всегда считала себя чертовски аналитичной. Но сейчас все тихо. С того момента, как Элементы обрушились на меня, ничего не осталось, и я чувствую себя такой опустошенной.

Эпплджек смотрела на нее, не отвечая, и Сансет поняла, что ее тирада не содержит никакого смысла.

— Извини, я просто размышляю вслух.

— Нет, не извиняйся, — сказала Эпплджек. — Я действительно не знаю, что сказать. Я вправду не представляю, на что похожа твоя жизнь, поэтому не могу понять, каково эт, быть тобой. И я могу сказать, что ты, на самом деле, не хочешь сейчас вдаваться во все эт. Но когда б те ни захотелось поговорить со мной об этом, я вся во внимании.

— Я… — Сансет повернулась к Эпплджек. — Я буду иметь это в виду. Может было бы неплохо поговорить об этом… э-э, когда-нибудь.

Эпплджек кивнула и улыбнулась.

— Конечно.

Сансет откинула голову назад, чтобы увидеть ночное небо.

— А ты… действительно думаешь, что я могу стать хорошим человеком?

— Я уверена, — без колебаний ответила Эпплджек. — Тебе придется хорошенько постараться, но да, без сомнения, ты справишься.

— И… — Сансет покачала головой.

— Что не так?

Сансет посмотрела на Эпплджек и едва смогла выдавить из себя эти слова.

— И ты будешь со мной?

Эпплджек ухмыльнулась.

— Ааа, да ладно те. Ты ж должна знать, какая я упрямая! Сказала, что останусь с тобой, значит именно эт я и буду делать.

Сансет резко вдохнула, но удержала себя от того, чтобы дать волю любым другим эмоциям.

— Спасибо. Я знаю, что это намного больше, чем я заслуживаю…

— А ну-ка завязывай. — Эпплджек обняла Сансет за плечи и силой затянула ее в объятия. Сансет потеряла равновесие и оказалась ближе, чем Эпплджек, вероятнее всего, хотела, но, кажется, та не возражала.

— Ни один мой друг не должен унижать себя так!

Друг. Эпплджек назвала Сансет своим другом. Как долго Сансет этого хотела? Раньше она всегда сдерживала себя, но теперь поняла, какой идиоткой была.

— Просто… Спасибо, Эпплджек.

— Эй, нет проблем.

Эпплджек отпустила ее, и Сансет села как следует. Она хотела, чтобы этот момент продлился подольше, но даже если они были друзьями, — а Сансет не была полностью уверена, что для такого достаточно просто озвучить этот факт, — они по-прежнему были и близко не на том уровне, чтобы Сансет могла надеяться на что-то более интимное.

— Тебе следует вернуться к остальным, — сказала Сансет. Как только она увидела взгляд, который бросила на нее Эпплджек, она быстро добавила: — Я думаю, теперь со мной все будет в порядке. Мне есть за что чувствовать себя виноватой и без того, чтобы отрывать тебя от друзей.

Как минимум, не было никаких сомнений в упрямстве Эпплджек.

— Нет причин чувствовать себя виноватой! Остальные не будут возражать, если я уйду, не беспокойся об этом.

Сансет решила использовать другой подход.

— Возможно, но я не думаю, что будет хорошим началом, если они подумают, что я избиваю тебя или что-то в этом роде, поскольку ты слишком долго не возвращалась.

Эпплджек нервно хихикнула.

— Я, хм, думаю, в этом есть смысл. — Она встала и отряхнулась, затем протянула руку, чтобы помочь подняться Сансет.

Конечно в этом жесте не было ничего, кроме приятной, но ненужной вежливости, и это длилось всего мгновение. И все же, когда Сансет взяла Эпплджек за руку, это каким-то образом развеяло небольшую часть ее сомнений.

— Итак… Наверное, увидимся в понедельник, — сказала Сансет, не совсем уверенная, куда приведет их шаткая дружба.

— Да, увидимся, — Эпплджек ухмыльнулась. — Конечн, ты могла б пойти со мной и немного познакомиться с остальными.

Сансет отвела взгляд.

— Я… не уверена, что это хорошая идея…

Эпплджек отряхала юбку.

— Я знаю, ты сказала, что не готова, и я все понимаю. Я сказала, что не буду тя ни к чему подталкивать, и я этого придерживаюсь. — Довольная тем, что смахнула большую часть пыли, Эпплджек оставила юбку в покое и улыбнулась Сансет. — Но, по крайней мере, подумай об этом. Никто не будет слишком строг к тебе, и ты сможешь прост расслабиться.

Разговарить с Эпплджек было тяжело, но как минимум, Сансет знала, чего от нее ожидать. А вот от других…

— Я не знаю, они вроде были не в восторге от этой идеи. Ну кроме Пинки.

— Я говорила с ними об этом после того, как мы ушли, так что они знают, что ты можешь придти. — Эпплджек опустила взгляд вниз. — Они прост обеспокоены тем… ээ…

— …что я по-прежнему могу оказаться сукой?

Эпплджек ухмыльнулась.

— Да, что-т вроде того. Они все готовы познакомиться с новой тобой, до тех пор, пока эт будешь действительно новая ты.

Несмотря на все ее попытки понять, что же ей следует делать или даже что она хочет сделать, Сансет была все так же сбита с толку, как и раньше. В итоге оказалось легче просто согласиться с кем-то другим, по крайней мере, на остаток ночи.

— Я полагаю… если ты уверена, что это не будет проблемой.

— Абсолютно.

Сансет последовала за Эпплджек в сторону парковки.

— Что заставило тебя вернуться ко мне?

Эпплджек бросила на нее неуверенный взгляд, прежде чем ответить.

— Я подумала… что, если тебя не будет в школе в понедельник? Не стала б винить тебя, что ты прикинешься больной и останешься дома, но что, если ты не появишься и после?

Это было логично, и Эпплджек, вероятнее всего, даже знала, что для Сансет вполне реально больше не приходить. У нее была работа и дом, не так уж и трудно перевестись в другую школу. Никто не смог бы ее остановить, даже реши она совсем бросить школу.

— Наверн, я подумала, что если я ничего не сделаю, то другого шанса может и не быть.

Возможно был другой путь, в котором Эпплджек решила подождать до понедельника, но Сансет вполне устраивало, что она никогда не узнает, что там произойдет.

— Я рада, что ты вернулась.

— Да, я думаю, что поступила правильно. — Они подошли к красному пикапу, и Эпплджек открыла дверь. — Хочешь поехать со мной или поедешь следом?

Было бы неплохо просто прокатиться вместе с Эпплджек, но Сансет не хотела оставлять свой мотоцикл без присмотра. Похоже, что он, так или иначе, останется у нее, как и все остальное, что она полагала лишь временным.

— Я поеду за тобой. Сахарный Уголок, верно?

— Агась. Но прежде чем мы поедем… — Эпплджек забралась в пикап и протянула Сансет расческу. — Возможн, те не помешало б использовать это. И хм, возможн, ты захочешь посетить уборную, когда мы туда доберемся, и немного умыться.

За время их разговора Сансет действительно совсем забыла, насколько она была растрепана. Она тихонько рассмеялась, когда начала распутывать свои волосы.

— Да, наверное, это неплохая идея.

— У меня есть кое-что, если ты хочешь переодеться. — Эпплджек протянула ей голубой свитер. — Эт не много, но лучше, чем ничего.

Сансет взяла предложенный свитер и развернула перед собой. Она улыбнулась знакомой золотой подкове.

— Не могу сказать, что я была хорошим Вондеркольтом.

Эпплджек завела грузовик.

— Вдруг те подойдет, не попробуешь — не узнаешь.

Поскольку Сансет некуда ее положить, пока она будет ехать на байке, она быстро привела в порядок свои волосы и вернула расческу Эпплджек. Предложение по поводу свитера она тоже приняла, оставив свою куртку в пикапе.

Хотя Сансет заверила ее, что знает, где находится Сахарный Уголок, Эпплджек все равно ждала ее у выезда с парковки. Говоря по правде, Сансет не чувствовала в себе сил, чтобы садиться за руль, но она уже согласилась поехать и не собиралась оставлять свой мотоцикл.

Однако поездка отрезвила ее ум гораздо лучше, чем она ожидала. Уход из школы тоже этому поспособствовал. И хотя свитер мало что мог сделать против встречного ветра, Сансет обнаружила в холоде бодрящие свойства. Все это вытащило ее из мглы, в которой она неосознанно находилась, и она не могла вспомнить, что когда-либо ощущала себя настолько живой.

В прошлый раз, три дня назад, она едва ли потрудилась взглянуть на окружающий мир, думая, что больше никогда его не увидит. В то время ее мысли занимали лишь мечты о грядущем освобождении из ловушки человеческого измерения. Теперь она словно заново открыла глаза. Мир вокруг нее казался таким новым, и она больше не была уверена, хорошо это или плохо.

Как, впрочем, и во всем остальном. К тому времени, как они подъехали к Сахарному Уголку, Сансет не была уверена, что чувствовала во время поездки на мотоцикле. Пожалуй это было чрезмерное возбуждение, хотя часть ее наслаждалась приливом ощущения жизни, которое исчезло в тот момент, когда она спешилась.

Однако насчет предстоящей встречи сомнений не было. Мысль о том, что произойдет внутри, наполняла ее тревогой, и если бы не Эпплджек, она бы даже не слезла с мотоцикла. Но Эпплджек находилась там, и этого было достаточно. Она всю дорогу держалась прямо перед Сансет, чтобы они приехали вместе. Было бы нелегко встретиться лицом к лицу с остальными, но становилось чуть легче, когда Эпплджек стояла рядом с ней.

Сансет припарковала свой байк, а затем медленно подошла туда, где ее ждала Эпплджек.

— Я полагаю, это тут…

— Нервничаешь? — спросила Эпплджек.

Сансет посмотрела на здание.

— Я в ужасе.

— Эй, все будет хорошо. — Эпплджек тепло улыбнулась. — Если станет совсем невмоготу, дай мне знать, и мы прост пойдем куда-нить еще.

Сансет отвела взгляд от здания, чтобы посмотреть на Эпплджек.

— Но я не хочу отрывать тебя от друзей.

Эпплджек пожала плечами.

— Конечн было б здорово провести с ними вечер, но эт не значит, что я не увижу их в ближайшее время. Между тем, я не хочу оставлять тебя одну, пока ты все еще привыкаешь ко всему, по крайней мере если ты эт не захочешь. — Она похлопала Сансет по плечу. — Может ты и не привыкла ко всей этой дружбе, но забота друг о друге эт часть этого.

И снова Эпплджек назвала ее другом. Как это могло быть так просто?

— Мне жаль, я так все усложняю. Я действительно жалкая…

Рука Эпплджек нашла руку Сансет.

— Я не думаю, что ты жалкая.

Осенний ветер нес с собой прохладу, но рука Эпплджек по-прежнему была теплой. И когда Сансет взглянула в лицо Эпплджек, она почувствовала это тепло внутри себя. Ей предстояло многому научиться, и она знала, что впереди долгий путь, прежде чем она заслужит прощение, но это нормально. Эпплджек была с ней, и, как будто этого уже было недостаточно, она доверила другим девочкам так же стоять рядом с Сансет.

Это все еще пугало, но Сансет сделала шаг вперед. Ее поглотил собственный огонь, но теперь у нее есть шанс восстать из пепла. Она понятия не имела, кем она станет, когда это произойдет, но была готова рискнуть и выяснить.

## Эпилог

Предисловие: Ну вот и все три года работы над переводом подошли к концу, для меня это был очень интересный опыт, ведь это был мой первый перевод, и это было реально интересно выискиваешь, что значит та или иная игра слов, как перевести этот диалог ведь тут непереводимая игра слов и.т.д.   Буду ли переводить дальше? Не знаю, может быть по приколу какую нибудь коротенькую историю или взяться, за что-то масштабное и попробовать перевести ранобэ. Спросите “Так ведь у истории есть продолжение” да есть, “Playing House”  и “Breaking the Ice” но я не хочу их переводить, хотя переводить что-то с название “Дочки-матери” было бы забавно, но я не хочу. Зазеркалье это прекрасный рассказ про-то, что происходило с Сансет Шиммер до событий фильма “Equestria Girls” оригинальная и не заезженная тема, а в сиквелах, особенно в первом, на героев вываливается столько говна! Да и прочие решения автора, так что уж простите не мое это, если хотите перевод то Krickis всегда открыта для общения, можете попросить у нее разрешение и тоже как и я попытаться перевести. Спасибо что читали, жду отзывов, много отзывов. Спасибо, что были моими читателями. Спасибо всем вам!

Эпилог

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/K60wh4Y9wApy3mjUGeTmuTIhl7H4AtxLpwrjF7FR1Mdnzp8P1oN3uDYX3d-Iw2HnJ4JLxau3bkMFqPnrRuvpu5jpkj4RKHy5MYFPdYEukdRbYigaBOSECv7yRBt3ktOdeerp-3su6IF5smFWRw]

Сансет наслаждалась тем, как они дрожали от страха перед ней. Они все думали, что их маленькая принцесса-пони каким-то образом спасет их, но корона была у Сансет. Школа уже под ее контролем, безмозглые приспешники выполняют все ее приказы, и единственное, что стоит между ней и всем, чего она хотела, эта маленькая принцесса и ее друзья.

Что ж, это ненадолго. Сансет сложила руки вместе и собрала магию между ними. Она создала огненный шар и бросила его в беспомощных дураков внизу.

Сансет хохотала, празднуя свою победу. Наконец-то пришло время. Никто не сможет помешать ей захватить Эквестрию.

Но когда она оглянулась назад, там, где не должно быть ничего, кроме пепла, стояли шесть девочек подростков, окруженные магическим сиянием, и полностью невредимые.

Это нечестно. Это должно было стать победой Сансет, она все сделала правильно! У нее была корона, а у них ничего! И все же, каким-то образом, принцесса смогла извлечь магию из короны Сансет и объединить ее с другими Элементами Гармонии.

Шесть девочек направили магию Гармонии прямиком в Сансет. Она ничего не смогла поделать, и радужный свет поглотил ее. Она даже не могла кричать, чувствуя как ее разрывает на части, отделяя от самой себя.

Это оставило ее никем, но не уничтожило ее. Гармония не уничтожает, только восстанавливает равновесие. Как ни в чем не бывало, она бежала. Она путешествовала от пространства к пространству, руководствуясь скорее чувствами, нежели глазами.

Что-то знакомое привлекло ее внимание, и она направилась к нему. Она двигалась сквозь темноту, разыскивая его. Желание. Стремление быть чем-то большим. И гнев, так много гнева. Это казалось знакомым, это будет принадлежать ей.

* * *

Сансет с криком проснулась. Не из-за сна, который сам по себе был достаточно странным, а из-за жгучей боли, как будто что-то горело у нее в голове.

Но оно исчезло так же быстро, как и появилось. Сансет рухнула обратно в кровать, обхватив голову руками. Взгляд на часы рядом с ней показал, что уже восемь утра. Даже если это суббота, Сансет не из тех, кто спит до последнего, так что пришла пора вставать.

Этот сон был таким невероятным. Сансет училась в школе, которую не знала, и была каким-то демоном. Однако у нее была сила. Было захватывающе иметь столько силы и контроля. Она так и не смогла решить, был ли это хороший или плохой сон, но в любом случае не придала ему большого значения.

Раздался стук в дверь.

— Мисс Шиммер, с вами все в порядке? Я слышала крик.

Голос принадлежал одной из горничных, которых ее родители наняли присматривать за домом, пока те слишком заняты своей собственной жизнью. И как следствие, голос принадлежал одной из тех, кто на самом деле растил Сансет, поскольку ее родители и для этого были слишком заняты своей собственной жизнью.

— Я в порядке, — ответила Сансет. — Просто ударилась головой.

— Тогда все хорошо, мисс. Мне подать вам завтрак?

— Нет спасибо. Я скоро спущусь вниз.

— Как пожелаете.

Сансет знала, что не ударялась головой, но не хотела признавать, что испытывает случайную боль, которая появлялась в ее снах. Ей было семнадцать лет, слишком много, чтобы беспокоиться о каком-то дурацком кошмаре. Лучшая в своем классе в Военной Академии Адмирала Фейрвезера, самом престижном военном учебном заведении в стране, с репутацией, которую нужно поддерживать, и наследием, которое нужно представлять. Она не боялась сна.

Она выбросила это из головы и поднялась на ноги. По крайней мере, суббота означала, что ей не нужно беспокоиться о школьной форме. Вместо нее она выбрала более яркое дизайнерское платье, которое наверняка вскружит всем головы, когда она отправится в город.

Все шло хорошо, пока Сансет не села укладывать волосы. Несмотря на то, что ее лицо ничего не выражало, когда она посмотрела в зеркало, ее отражение по-прежнему улыбалось ей в ответ. Ее рука метнулась ко рту, но она была слишком потрясена зрелищем, чтобы закричать.

— Ну что ж, — произнесло оно. — Это должно быть интересно.

Ее отражение расхохоталось, когда все остальное в зеркале охватило пламя.