# Гротескная Эквестрия, или маленькое шоу больших пони

KIllplay

Скука. Скука и бездействие доводит существ до самых разных типов деятельности, начиная с моделирования субмарин из макарон и заканчивая конструированием гигантской тарелки спагетти из подводных лодок. Центральная тема нашего (не слишком) познавательного шоу: скука, которая вынудила наших пони заниматься тем, о чем вы сейчас прочитаете. Скука и чрезмерная любопытность. И изобретательность. хотя ее можно и опустить. Как бы там ни было, это...

История написана ни с того, ни с сего, под впечатлением от "Летающего цирка Монти Пайтона" Если вам не нравится подобный абсурдный юмор, то и история вам не зайдет. Надеюсь, вам понравится!

## Часть 1 - Начнем с затравочки

«Здесь должна была быть пафосная цитата,

но мы ее не придумали. Подавайте свои заявки,

иначе мы лишимся работы! Мы не шутим!»

Авторский клуб «Безыдейное перо».

— Привет тебе, мой заспанный друг! Ты только что встал с кровати и додумался первым делом включить свой телеэкран, а значит, ты попал на любимую телепередачу всех существ нашего славного мирка! Доброе утро тебе, Эквестрия! Меня зовут Джером Ленкинс и в нашем утреннем блоке пришло время для «Храни шерстку смолоду», передаче, где я со специально приглашенным гостем расскажем вам, как выпутаться из неприятностей, а то и вовсе в них не попадать! – после своего оптимистичного монолога телеведущий в костюме и с прилизанной прической дождался окончания вступительной темы передачи и продолжил говорить, — И темой нашего сегодняшнего выпуска являются опасные звери и существа!

Камера переключилась с улыбающегося ведущего на симпатичную кобылку, которая постепенно снимала с мольберта картинки. Сейчас на мольберте покоилось изображение какого-то чудовища, перечеркнутого красным крестом.

— Итак, что вы знаете об опасных монстрах? Вы знаете, что они не пони, и знаете, что они опасны, но достаточно ли этой информации, чтобы уберечь себя при встрече с опасным монстром? Определенно нет! – важно заявил Джером за кадром, — Первым делом вы должны определить, что за существо стоит перед вами! Есть несколько категорий существ, которые вам необходимо знать! Первая категория – это «Безопасные звери»!

Кобыла сняла первое изображение, под которым был рисунок мелких зверюшек, пасущихся на поляне.

— Опасные монстры из категории «Безопасные звери» имеют средний рейтинг по нашей шкале опасности, которая находится на последнем месте в нашем уровне шкал опасности по предмету их опасности. Уверен, такие элементарные вещи не нуждаются в подробном описании, поэтому мы сразу перейдем к серьезным темам. Что делать, если вы столкнулись с Безопасными зверями? Вы можете атаковать их или убежать, по своему усмотрению. Победить Безопасных зверей легко, но и собрать с них особо нечего. Помните, золото, выпадающее с крыс в канализации – наглая ложь! Я лично провел эксперименты с Безопасными животными и не нашел там ничего, что можно было бы продать в магазине. Идем дальше!

Кобылка показала следующий рисунок, на котором уже были нарисованы внешне довольно опасные звери и только на краю листа была пририсована серая пегаска, смотрящая в разные стороны.

— Вторая категория – это «Разрушительные существа». Каждое существо из этой категории способно за считанные часы уничтожать целые города! При встрече с этими существами вам следует немедленно связаться со службами охраны и попросить их выпроводить разрушительных существ подальше от жилых поселений. Если же вы имеете при себе огнестрельное оружие, то действуйте на свое усмотрение, вас никто не осудит! Ну, и, наконец, третья категория – «Существа, несущие смерть и страдания всему живому». Мы еще работаем над названием. Эту тему мы обсудим с нашим сегодняшним гостем! Простым, среднестатистическим пони из Мэйнхеттена, который неравнодушен к безопасности других пони! – ведущий повернулся в сторону гостя, камера немного отдалилась и в кадр попал двольно жутко выглядящий жеребец с черной склизкой кожей, голубыми фасеточными глазами и изогнутым рогом на голове, — Добрый день, сэр! Спасибо, что пришли к нам!

— О, спасибо, что позвали! – хохотнул гость, отпив из фирменной кружки передачи.

— Скажите, почему вы так сильно заинтересованы в вопросах безопасности и что вы вообще знаете о монстрах из третьей группы?

— Знаете, раньше я работал, скажем так, клерком в офисе вместе со своими братьями и сестрами. Копал тоннели, откладывал яйца и развивал популяцию своего рода в геометрических масштабах. Образно говоря, разумеется! Но как-то раз я наткнулся на трубопровод, который проходил как раз над нашим… офисом, и меня крайне возмутило такое непотребство. Почему это мы, честные работяги, расширяя свой офис рядом с каким-то мегаполисом, обязаны мириться с такой несправедливостью? Тогда-то я и вызвался бороться с этой несправедливостью. В тот же день мы пригласили строителей, кладущих эту богомерзкую трубу, на ужин и обсудили с ними все вопросы, связанные с инфраструктурой в этом районе. Строителям так понравилось в нашем… офисе, что они остались там… навсегда.

— Воистину, дипломатией можно решить все конфликты в мире! – поддержал своего собеседника Джером, — Значит, вы хотите сказать, что существа третьей категории – это строители?

— О да, несомненно, и не только они! Дезинсекторы, огородники, пастухи с собаками, все это существа, несущие смерть и страдания всему живому! В идеальном мире таких страшных чудовищ быть не должно, — жестко заявил гость.

— Хм, весьма интересная позиция. А что насчет чейнджлингов? За последний год от лап этих монстров пострадало сто двадцать восемь пони и бесчисленное множество существ из первой категории. Что вы думаете на этот счет?

— Вздор. Чейнджлинги совершенно не опасны, — пожал плечами пони, — Копаются себе спокойно в лесах, имеют хорошего босса, отличную страховку, жилищные условия, трехразовое питание. Классные ребята.

— Что ж, тут есть над чем подумать. Время нашей передачи неумолимо приближается к концу, поэтому хотите ли вы что-нибудь сказать перед нашим уходом?

— Да, разумеется. Вдохновленный вашим предложением поучаствовать в этой чудесной передаче, я, при поддержке родственников, решил устроить вечеринку в честь безопасности. Проход на вечеринку абсолютно бесплатный и мы рады видеть всех, от мала до велика. Мы будем валятся в чанах с кетчупом и горчицей, устраивать конкурсы по тому, кто дольше всех продержит яблоко во рту, загорать в гигантских соляриях, а в конце мы устроим большой ужин!

— Ух ты, ужин! Как щедро! Вы собираетесь накормить всех гостей вечеринки?

— Да, конечно! Будьте уверенны, наедимся мы вдоволь, — произнеся эти слова пони начал смеяться, с каждой секундой заливаясь смехом все сильнее, однако смех резко прекратился и гость продолжил говорить, — В общем, повеселимся от души! Ждем в гости как можно больше пони! Приходите по адресу Вечнодикий лес, какая-то глухая чаща. Дресс-код – костюмы из хлебного мякиша. Ненавижу корки.

— Что ж, прибудем всем составом канала! – заверил гостя ведущий, — Спасибо что пришли, сэр! Будем рады видеть вас на нашей передаче еще раз! А теперь я отдаю слово нашему специальному репортеру, которая покажет, почему прыгать с десятиметрового трамплина в бассейн с пираньями – плохая идея!

Когда знакомая по сцене с мольбертом пони, одевшая дыхательную маску, уже летела в воду, наполненную злобными рыбами, телеэкран потух, и Эппл Джек с недовольным лицом раскинулась в кресле.

— Дурацкая передача, — только и пробубнила пони.

Тем временем в замке Кантерлота шел завтрак. Работники замка, начиная от прислуги и заканчивая клерками, собрались в огромной фешенебельной столовой и начали готовиться к плотному рабочему дню. Принцесса сегодня была в приподнятом настроении, поэтому все с уверенностью полагали, что день пройдет без сучка, без задоринки.

Особенно уверенным в сегодняшнем дне был молодой жеребец по имени Миддэй Сафер, который работал в канцелярии, исправляя ошибки и опечатки в свеженаписанных документах. Работа была довольно скучная и монотонная, но непыльная и хорошооплачиваемая. Даже уборщики в Кантерлоте получали приличные деньги. Но Миддэя нисколько не утомляла его работа. Он имел в замке друзей, с которыми регулярно общался, частенько посещал роскошные праздники и балы и вообще, работа в замке была весьма престижной.

Как уже было сказано, Сафер пребывал в хорошем расположении духа, ожидая от сегодняшнего дня чего-то хорошего. Взяв свой завтрак, единорог присоединился к своим друзьям, которые собрались у определенного столика, а также по пути поздоровался со всеми собравшимися пони, получив приветствия в ответ.

— Хэй, парни, как жизнь? – весело спросил пони, взяв кружку кофе.

— Меня пока не отправили на войну, так что вполне неплохо, — хохотнул стражник за столом, — Вижу, у тебя хорошее настроение, Дэй?

— Еще бы! Мало того, что сегодня пятница, так еще и принцесса пообещала повысить всем нам жалование. Разве это не повод для хорошего настроения?

— Твоя правда, приятель, — подал голос земной пони в черном макинтоше, — Есть какие-нибудь планы на выходные?

— Да вот, подумываю сходить с женой куда-нибудь. В ресторан или, может, в кино. Нам давно пора развеяться.

— Эй, Дэй! А помнишь, как ты вчера показывал мне типичную принцессу Селестию? – вдруг раздался голос из одного конца столовой, — Мы тут с парнями сделали небольшие ставки. Сможешь показать это на глазах у всех?

— Пф, ты во мне сомневаешься? – усмехнулся единорог и забрался на стол, откуда его было видно всем присутствующим, после чего надел на голову вылизанную дочиста тарелку из под супа на манер короны и скрючил крайне серьезную мину, — Я – принцесса Селестия, добрый и справедливый правитель Эквестрии. Я так люблю читать письма про то, как кто-то научился чистить зубы и расфасовывать эти бесконечные писульки во все щели замка! Ах, я уже целых десять минут не пила экстракт из слез гипогрифов! Моя кожа вот-вот сморщиться и почернеет! Скорее, несите мне мой экстракт!

После этих слов единорог вновь взял со стола кружку кофе и манерно начал лакать напиток с закрытыми глазами.

— Фу, этим слезам уже больше суток, они испортились! Кто подал мне эту дрянь! Отправляйся на луну, олух! Бззз!

До этого смеющиеся пони вдруг резко умолкли, издав лишь испуганный вздох, причем все разом, на что не мог не отреагировать Миддей.

— Что, я перегнул палку? Разве у нас стоит табу на эту тему? Никогда об этом не слышал. Более того, все ведь втихаря шутят об этом, верно? – в ответ на это некоторые пони приложили копыта к лицу, кто-то покрылся потом и лишь друг Сафера ткнул копытом за плечо приятеля и Дэй резко развернулся.

В нескольких сантиметрах от жеребца стояла всегда грациозная и прекрасная богиня солнца, которая, судя по всему, услышала довольно много из того, что сказал единорог. С испугу редактор в ужасе вскрикнул и упал со стола на пол, попутно пролив остатки кофе на лицо Селестии, что вызвало еще одну волну вздохов.

— П… принцесса? – промямлил единорог, вскочив на копыта, но увидев грязное лицо богини, сжал зубы от смущения и сразу же схватился за салфетку, — Я… я сейчас же все вытру!

Произнеся эти слова, Миддэй подбежал к принцессе вплотную и начал вытирать ее лицо салфетками, от которых коричневое пятно на белоснежной шерстке стало лишь больше, что вскоре заметил и редактор.

— Ой, я только сильнее размазал, — пробубнил жеребец, глупо улыбнувшись, — Я… я… подождите минуточку, принцесса! Я сейчас все исправлю! – единорог, спотыкаясь на ровном месте, побежал куда-то на кухню и через несколько секунд выбежал оттуда с ведром воды, которой с ходу окатил аликорна, грязь с которой начала медленно исчезать, но теперь все тело было мокрым. Спустя непродолжительное время и сам Дэй понял, что это была отвратительная идея.

Единорог нервно хохотнул и огляделся в поисках поддержки от остальных работников замка, которые шокировано глядели на эту сцену. И лишь только стражники сняли шлемы и приложили их к груди, с сочувствием опустив головы.

- Я хотела бы поговорить с вами в своем кабинете, — спокойным голосом произнесла Селестия, после чего развернулась и ушла из столовой, оставив единорога наедине с беспокойными мыслями и обманутыми ожиданиями.

— Хо-хо-хо, какая нелепая ситуация, не правда ли, друзья? – произнес старичок, рассевшись в кресле у камина, с толстым альбомом на копытах, — Мне, как, надеюсь, и вам, интересно, чем закончится эта история, но в отдаленной части Понивиля нас ждет еще парочка персонажей, чья история не менее уморительна, чем эта. Так давайте же поскорее перенесемся в хижину на окраине города и узнаем, чем сегодня решила заняться непоседа Лира Хастр… Лира Хапстри… Лира Харсри… Пресвятая Селестия, кто додумался дать пони такую фамилию? Это насилие над здравым смыслом! Его невозможно прочитать!

Тут пони отложил альбом и повернулся куда-то к краю комнаты, откуда слышался какой-то шепот.

— О, ну, если ты такая умная, то сама тут сиди и зачитывай эти чертовы монологи во вставках! Вы мне слишком мало платите, чтобы я читал такую хрень! – жеребец послушал еще чье-то замечание и раздраженно вздохнул, — Ладно, ладно, я помню, что я подписывал, не надо тыкать в меня этой бумажкой! А пока рекламная пауза!

Двое пегасов медленно шли по улице Клаудсдейла, таща большой тяжелый диван.

— Сколько еще осталось? – протянул один из пегасов, который шел спиной вперед.

— Еще чуть-чуть, дружище. Потерпи еще немного! – простонал второй.

После того, как друзья протащили диван еще пару метров, один из них, окончательно выбившись из сил, начал быстро тороторить.

— Стоп, стоп, стоп! Все, хватит, у меня сейчас копыта отвалятся! Давай поставим его на минутку!

— Ладно, давай! Мне тоже надо передохнуть!

Придя к соглашению, пони осторожно поставили мебель, но как только они убрали копыта, диван сразу же провалился сквозь облако.

— Да вашу ж мать! – гневно закричал первый пегас, — Зачем мы вообще покупаем всякие вещи, если нам их некуда поставить в этом чертовом городе! Да кто вообще додумался построить город из облаков?

— Да, это была явно не самая лучшая мысль, — поддержал друга второй пегас, после чего попытался его успокоить, — Зато выглядит красиво!

— Я переезжаю в Понивиль. Пойду собирать вещи, — промямлил пегас и пошел домой, однако сразу же развернулся и заговорил с издевкой, — Хотя дайте ка подумать, мне нечего собирать! У меня все сделано из облаков! Телек из облаков, окна из облаков, весь дом из облаков! Облака даже воды не держат! Я попить нормально не могу, мне приходится постоянно выжимать тучи себе в рот! Про водные процедуры я вообще молчу! Можешь жить в этой красоте, сколько влезет, а мне надоел этот тупой город с его тупыми облаками! Все, пока!

— Пока, — грустно махнул копытом второй пони и поплелся к себе в облачный дом.

Тем временем в Куполе Рока!!! (ну, или до этого)

В темное черное здание в форме лошадиной головы, что располагалось в темном и мерзком болоте, торжественно вошла высокая пони черного цвета и с зеленой неаккуратной гривой. Королева чейнджлингов довольно уселась посреди зала на самое высокое кресло и начала свою речь даже не открывая глаз от удовольствия.

— Здравствуйте, мои злобные негодяи! Я рада видеть всех вас на нашей первой встрече опаснейших злодеев Эквестрии! Все мы пытались захватить мир и править им по нашему усмотрению, но это всегда кончалось неудачей, поэтому я считаю, что лишь объединившись в альянс мы сможем победить всех наших врагов! В альянс, гордо носящий название «Носителей элементов хаоса»! – после монолога Кризалис залилась злобным смехом под вспышки молний, после чего открыла глаза и увидела, что почти все стулья были пусты, и лишь с самого края сидело существо с белой шерстью, собирая карточный домик, — Так, я не поняла, а где все?

— Все кто мог, уже пришли, — ответил пришедший злодей, пытаясь поставить последние две карты на вершину.

— Что? Чушь какая-то, Эквестрию много кто пытался захватить раньше! Где все? – королева ударила копытом по столу, отчего пирамидка из карт развалилась.

— Найтмер Мун на луне, Тирек в Тартаре, а Дэйбрейкер плод воображения! – недовольно произнес Шторм.

— А как же Сомбра с Дискордом?

— Ну, насчет них у меня две новости. Хорошая новость – они здесь. А плохая… — злодей встал с места и вынес в зал каменную статую и огромный кусок льда с запечатанным внутри существом, — Они не в самом дееспособном состоянии.

- Ох, как же трудно быть злодеем! – печально пробубнила Кризалис, — Неужели у нас совсем нет союзников?

— Почему же. Есть, так сказать, запасной вариант, но тебе он вряд ли понравится, — король Шторм подошел к одной из дверей и немного приоткрыл ее, после чего королева присоединилась к коллеге.

С той стороны двери была толпа пони и прочих существ, среди которых были и братья близнецы, и синекожий бык, хвалившийся бицепсами, и единорожка такого же цвета в нелепом колпаке. В общем говоря, состав был не особо внушающий.

— …И когда эти пони пройдут мимо, мы накинемся на них и будем рисовать на их лицах несмывающимися маркерами все, что захотим! – произнесла синяя единорожка и вся группа начала невпопад хохотать, включив крайне злодейскую музыку.

— Короче, нам лучше пока разойтись по домам, — заключил Шторм, прикрыв дверь.

— Да, пожалуй, ты прав, — невесело согласилась Кризалис и оба злодея уныло поплелись к выходу.

В кресле у камина уютно расположился новый пони, более молодой, но не менее приятный, чем предыдущий. Жеребец откашлялся, взял в копыта толсты альбом, открыл страницу с закладкой и, потягивая из стоящего рядом стакана сидр, начал читать.

— Мне, как, надеюсь, и вам, интересно, чем закончится эта история, но в отдаленной части Понивиля нас ждет еще парочка персонажей, чья история не менее уморительна, чем эта. Так давайте же поскорее перенесемся в хижину на окраине города и узнаем, чем сегодня решила заняться непоседа Лира… Да вы издеваетесь…

Две кобылы неспешным шагом двигались к старой непримечательной хижине у самого леса. Пони тут было очень мало и мимо проходили лишь те, кто шел в Понивиль или из него. Никого не интересовали эти места, кроме двух подруг. Первая пони с фисташковой шерсткой буквально сгорала от нетерпения, в то время, как вторая была наоборот, в подавленном настроении.

— Лира, может, ты просто расскажешь мне, куда мы идем? – не вытерпев, произнесла одна из подруг, встав на месте.

— Не останавливайся, мы уже почти пришли! Ты будешь поражена! – пообещала вторая подруга, попутно подталкивая первую, — Мы уже на месте! Нам сюда!

— В этот старый развалившийся дом? – неуверенно промямлила Бон Бон, — ткнув копытом в мрачную хижину.

— Ага! – не теряя энтузиазма, произнесла Лира и открыла хлипкую дверь, — Заходи, заходи скорее!

Покачав головой, земная пони прошла внутрь дома, где было довольно темно и сыро, а следом вошла и единорожка, которая сразу же закрыла дверь, отчего стало довольно темно. Однако Лира быстро развеяла тьму зажженной керосиновой лампой, которая высветила довольно нелепо выглядящий аппарат, собранный из всякого хлама, и напоминавший кресло для сушки волос.

— Ты тащила меня сюда, чтобы показать мусор? – спросила Бон Бон, подняв бровь.

— Это не мусор! Это шедевр технической и магической мысли! – торжественно произнесла пони, — Это штука, с помощью которой можно перемещаться в другие миры!

— О, я поняла, ты опять хочешь сделать этих твоих людей! – недовольно воскликнула земная пони, — Надо было мне сразу догадаться!

— Да, это связано с людьми, но у этого прибора есть гораздо больший потенциал! – попыталась оправдаться единорожка, — И вообще, что ты имеешь против людей?

— Людей не существует, Лира! Это выдумка для глупого детского мультика!

— В нашем мире существуют драконы, демоны и духи, так почему же в нем не может быть людей? Да и к тому же, может в мире людей мы являемся детским мультиком! Представь, что вся наша жизнь – это лишь матрица, которой мы не осознаем!

— Я пошла в «Сахарный дворец». Мне надо купить что-нибудь к вечернему чаепитию. Как наиграешься со своей фантазией, присоединяйся ко мне, — сказав это, кобыла развернулась и быстрым шагом направилась к двери, однако Лира поспешила ее остановить.

— Постой! Ты мне нужна! – взмолилась единорожка, встав на пути подруги, — Мне лишь нужно провести один эксперимент, один малюсенький эксперимент! Пожалуйста, сядь в кресло на одну минутку и если у меня ничего не получится, то я все брошу и пойду с тобой. Ну, пожа-а-алуйста!

— Ладно, ладно, только не надо строить грустные глазки! – сдалась Бон Бон и уселась в странную машину, — А что ты собираешься делать?

— О, так, мелочи. Просто чтобы управлять машиной нужно двое пони, один в кресле, а другой на этом пьедестале! – Лира вскочила на пьедестал, который находился в метре от машины и уставилась на свою сидящую подругу, — Не волнуйся, тебе ничего не надо будет делать!

После этого единорожка закрыла глаза, сосредоточилась и начала шептать какие-то заклинания, от которых ее рог начал светится и с каждой секундой свечение лишь усиливалось. Вскоре огонь в лампе задрожал, а потом и вовсе потух, отчего комната залилась ярким бирюзовым светом магического ритуала. Земная пони начала уже нервничать и хотела было что-то сказать, как вдруг из рога Лиры вылетел магический луч, который попал в диск для фрисби, подключенный проводами к аппарату, и в следующее же мгновение земная пони пропала со своего места, а единорожка обессилено упала на пол.

— Получилось? – прошептала пони, встав на копыта и потирая голову.

Свет лампы снова зажегся, а от машины исходил густой дым, распространивший страшное зловоние по всей хижине. Пони осмотрелась по сторонам и уже начала страшно расстраиваться, как вдруг тишину разбил приближающийся крик. И уже через несколько секунд на аппарат единорожки, проломив собой крышу дома, свалилось невиданно ранее в Эквестрии существо, которое разгромило аппарат на кусочки.

Заливаясь кашлем и бранными словами, из кучи мусора вылез так желаемый Лирой человек с взъерошенными волосами, в помятом и грязном пальто, под которым была тенниска и в таких же грязных джинсах с ботинками. Человек, вскочил на ноги и начал осматриваться по сторонам, явно не понимая, где он находится.

— Человек! – в восторге завизжала единорожка, размахивая копытами.

— Говорящая лошадь! – в ужасе закричал новоприбывший гость.

Эта вакханалия из восторженного писка и ужасного крика длилась довольно долго, но в конце концов пони успокоилась и, не сдерживая себя, накинулась с объятиями на гостя. Человек же в ужасе отпрыгнул от Лиры и схватился за попавшуюся под руку изогнутую клюшку для гольфа.

— Ты что такое? Где я? Как я тут оказался? – начла спрашивать человек, держась на расстоянии от предполагаемой опасности.

— Эй, эй, дружок, успокойся, тебя никто не обидит, — ласково произнесла пони, — Иди сюда, я тебя не трону!

— Издеваешься надо мной? – недовольно спросил гость, выставив вперед свое оружие, — Что это за хрень? Какой-то упоротый фестиваль косплея? Если так, то у тебя отличный костюм, тут не поспоришь.

— Оу, так ты находишься на одном уровне развития со мной? – заинтересованно произнесла кобыла, — Эм, ты понимаешь, что я говорю? Умеешь считать там, писать?

— Так, ладно, это становится уже совсем странным. Если это дурацкая шутка, то я требую ее прекратить! А если ты действительно… говорящая лошадь, то… я даже не знаю…

— Может, ты опустишь клюшку, и мы с тобой познакомимся? – предложила пони, широко улыбнувшись.

— Ладно, давай попробуем. Но если у тебя изо рта вылезет еще один рот или типа того, то я за себя не ручаюсь! – человек убрал импровизированное оружие в сторону и присел на один из уцелевших стульев.

— В общем, меня звать Лира! А тебя?

— Майкл Форд. Как Харисон Форд. Но ты его, скорее всего, не знаешь.

— Какое у тебя чудное имя, — хмыкнула кобыла.

— Тебя вообще зовут, как музыкальный инструмент! – заметил человек.

— Что ж, резонно, — кивнула единорожка и продолжила, — Ладно, Майкл Форд, тебе, наверное, интересно, как ты тут оказался и где вообще находишься?

— Да, было бы неплохо узнать, — сказал Майкл и приготовился слушать долгий рассказ пони о новом и доселе неизвестном мире, в котором оказался одинокий человек.

Спустя пару часов, пара существ вышла из хижины. В груде хлама Майкл нашел расческу и смог кое как поправить свою укладку, но внешний вид пришельца все равно оставлял желать лучшего.

— Так, ладно, раз уж я не могу вернутся домой, то что мне теперь делать? – непонимающе спросил человек.

— Ну, похоже, тебе придется какое-то время пожить у нас, пока мы не найдем способ вернуть тебя домой, — весело заявила кобыла, — Можешь пока остановится у меня, если хочешь!

— Ты же прекрасно знаешь, что у меня нет выбора, — пробубнил Майкл.

— Да, — еще более восторженно пропищала пони, — Но пока я могу провести тебе небольшую экскурсию по городу! Познакомить с некоторыми пони! Уверена, они тебе обрадуются!

— Что ж, пошли. Что-то мне подсказывает, что я застрял тут надолго, — произнеся это, пара направилась к Понивилю, где вовсю кипела жизнь, — Кстати, а куда, ты говоришь, делась твоя подружка?

— Бон Бон? Она поменялась с тобой местами. Она где-то в твоем мире!

— И ты за нее совсем не беспокоишься?

— Беспокоюсь? Нет, конечно! Бон Бон очень милая, она находит общий язык с кем угодно! Уверена, она уже на всю катушку веселиться в вашем крутом супертехнологичном мире!

К загородному домику в тихом и уютном районе подъезжала все новая боевая техника. Из прибывшего грузовика оперативно высадились солдаты, которые заняли позиции у танков и направили винтовки на один из домов, который представлял особую угрозу. Над домом кружила пара вертолетов, освещавших крышу и двор мощными прожекторами, готовые начать огонь из крупнокалиберных пулеметов в любой момент. Казалось, стоит отдать команду, и сотни стволов разнесут дом в щепки.

Тощий мужчина в очках в круглой оправе и с дипломатом, который несколько минут стоял у двери дома, наконец, подошел к кордону военных, приблизившись к генералу в почтенном возрасте.

— Итак, мистер Тратеншман, вам удалось наладить контакт с врагом? – спросил усатый мужчина, не отрываясь от бинокля.

— Да, мне удалось вступить в контакт с нашим врагом. Это в самом деле пришелец, — такое заявление потрясло всех находящихся рядом вояк, — Он сказал мне, что прибыл с планеты Скаро вместе с армадой кораблей, готовых в любой момент испепелить всю жизнь на Земле, если мы не доставим сюда умнейших людей нашей планеты и президента Соединенных Штатов в течение двух суток.

— Господи боже, я всю жизнь готовился к этому дню. На нас напали чертовы инопланетяне! – вскрикнул генерал, ударив кулаком по броне танка, — Майор, свяжитесь с умнейшими людьми и президентом, мы пока подыграем этому пришельцу. А также вызовете агентов Малдера и Скалли, думаю, им будет интересно это дело.

— Но, сэр, Малдер и Скалли – это вымышленные персонажи! – неуверенно заметил солдат.

— Сынок, оглянись вокруг! На нас напали пришельцы и грозятся уничтожить весь род людской! Тебе ли говорить, кто реален, а кто вымышлен! Немедленно вызывай агентов, пока мы все не превратились в головешки!

— Эх. Как прикажете, сэр, — уныло произнес майор и пошел к переносной рации.

— Пресвятая Селестия, в какой кошмарный мир я попала? — жалостливо пробубнила Бон Бон, аккуратно выглядывая в окно.

В Эквестрии же поным ходом шла разминка перед невероятно важным матчем, от исхода которого зависела судьба всего мира. В углу ринга сидел крепкий жеребец, которого всячески готовили к бою двое тренеров. Пока один обдувал пони полотенцем и давал ему воду, другой диктовал в ухо тактики и стратегии, которые стоило применить в время боя.

— Карл у Клары украл кораллы, а Клара у Карла украла кларнет! – шептал себе под нос раз за разом боец, который был уже весь на взводе и вот, гонг, наконец, прозвенел и пони тут же бросился в мягкое уютное кресло у камина, схватил толстый альбом и одним движением копыта открыл нужную страницу, — Так давайте же поскорее перенесемся в хижину на окраине города и узнаем, чем сегодня решила заняться непоседа Лира Хартс… Ха-а-а-ар… Х… А-а-а!

От перенапряжения жеребец завалился на пол, а к нему подбежал судья, который начал высчитывать секунды до победы сложнейшего слова над очередным чтецом.

— Альбом победил! – судья поднял книжку над головой и торжественно ее возложил обратно на столик, а проигравшего пони начал сметать огромной метлой подальше от дивана.

— Так, теперь моя очередь! – к креслу подбежал новый пони, который также возжелал прочитать злополучную фамилию, — Лира Хратст… Харстр… Ха…

— Хартстрингс! – вдруг в помещение вбежала возмущенная Лира, — Лира Хартстрингс! Ха-рт-стри-нгс! Хартстрингс! Что тут сложного? Это же проще некуда! Да и вообще, зачем вы продолжаете заниматься этим? Мы уже давно закончили с этой сценой, прекратите!

— Что? В смысле закончили? – в кадр вошел единорог в свитере и наушниках, которые он опустил на шею, — То есть номер с человеком уже…

— Да! – никак не унималась фисташковая кобыла.

— И с Бон Бон сцена тоже…

— Да! Все, мы закончили на сегодня! Все расходимся!

— Нет, нет, нет! У нас еще должно быть время! – жеребец схватился за сценарий и стал его перелистывать от начала и до конца, — У нас же еще сюжетная линия с Селестией осталась нераскрытой! И еще пара скетчей после этого? Куда это все делось?

— Спасибо, что были с нами! – единорожка помахала копытом, — Надеюсь, вам понравилось! Всем до скорой встречи во второй части!

— Нет! Всем стоять! Мы не можем так все закончить! – кричал жеребец, — Нельзя вот так вот обещать продолжение истории и потом просто спускать все на тормозах! Нужна логически выстроенная концовка! Не будете же вы просто так брать и прерывать все на полу.

## Часть 2 - Технически, это часть 1, а то был пролог

Наступил очередной чудесный день в Эквестрии. Жизнь бурно текла как на земле, так и в воздухе, куда мы и обратим свое внимание. Пегасам поступили указания того, что делать с погодой и они незамедлительно принялись за работу. День обещал быть солнечным и безоблачным, поэтому крылатые пони спокойно лопали облака, весело переговариваясь друг с другом. Лишь Рейнбоу Дэш уютно устроилась на одном дальнем облачке, решив немного прикорнуть.

Но вдруг обыденный и беззаботный день пегасов был неожиданно нарушен появившимся из-за облаков объектом. Это была огромная туча параспрайтов, постоянно выплевывавших новых сородичей. Но не это было самым необычным. Ко всем столпившимся насекомым были привязаны нитки, с помощью которых параспрайты поднимали земного пони, державшего в копытах граммофон, наигрывающий «Полет валькирий». Судя по лицу жеребца, пони был не слишком то доволен происходящим.

Оказавшись на нужной высоте, пришелец встрепенулся и, оглядевшись вокруг, полез головой в трубу, откуда зубами достал записку, сдуваемую пронизывающим ветром. Жеребец осторожно положив листок на граммофон и, придерживая его копытом, начал читать.

— Бедный Тортик! Я знал его, Цукацио: это было изделие с бесконечной пышностью и… — вдруг листок вырвало из под копыто и тот улетел куда-то вниз, обдуваемый ветрами, — Нет, нет, не-е-ет!

Земной пони окончательно повесил нос, грустно глядя на быстро удаляющуюся записку, горько вздохнул и снова начал смотреть по сторонам в поисках выхода.

— Говорила же мне мама, иди на дантиста. Причиняй боль другим, а не себе, — пробормотал жеребец, после чего громко произнес, — Джером, тебе слово.

— Спасибо, многоуважаемый статист с бессмысленным монологом! – весело произнес улыбчивый единорог, одетый в два огромных ломтя хлеба на манер сэндвича, — А с вами снова передача «Храни шерстку смолоду» и ее бессменный ведущий Джером Ленкинс! Сегодня у нас особый выпуск! Мы находимся в какой-то глухой чаще Вечнодикого леса на вечеринке нашего прошлого гостя!

Вечеринка проходила на большой поляне, где пони весело танцевали и веселились, постоянно обливаемые соусами организаторами вечеринки. Помимо танцев в развлекательной программе также был конкурс по тому, кто дольше продержится на крутящемся шесте над огнем, кто съест больше начинки для фарширования, купание в металлическом бассейне с подогревом и прочие веселые вещи.

Тем временем ведущий подошел к одному из организаторов вечеринки, который с упоением растирал круп особо толстого гостя кетчупом.

— Здравствуйте, сэр! – поздоровался Джером, привлекая к себе внимание, — У вас шикарный праздник!

— Здравствуйте, Джером. Рад, что вам нравится! – с энтузиазмом отозвался пони, — Мы старались создать тут наиболее уютную атмосферу для гостей и надеемся, у нас получилось.

— Несомненно! Гости буквально тают от удовольствия!

— О, да, они же такие нежные, — прошептал хозяин, сглотнув слюну.

— Вижу, вы проголодались. Скоро будет ваш обещанный ужин?

— Не волнуйтесь, он скоро будет. Мы позаботимся, чтобы его никто не пропустил, — произнес пони, тихо рассмеявшись.

— Ладно, веселитесь. А мы пока спросим мнение пришедших об это вечеринке! – с этими словами ведущий отошел от хозяина и направился к ближайшей кобылке, как вдруг перед ведущим выпрыгнула розовая пони в платье из маффинов, которая тут же начала тараторить без умолку.

— Всем привет! Это я, Пинки Пай, и я попала на эту вечеринку! Я попадаю на все вечеринки, которые проходят в Эквестрии. Не могу себе позволить их пропускать! Конечно, мои вечеринки в миллиард раз лучше, но здесь тоже довольно неплохо! Правда, идти далековато, но оно того стоит! Приходите все, пока не поздно! И приходите на мои праздники! О, завтра же и устрою праздник в честь того, что я вспомнила о празднике сейчас! Это та-а-ак здорово!

— Хе-хе, спасибо за ваше мнение, — неуверенно сказал Джером, после чего повернулся к своему оператору, — Уходим, уходим!

Пока Пинки продолжала рассуждать о круговороте вечеринок в природе и бытности мучных изделий, ведущий искал, у кого бы еще взять интервью, однако собеседник сам нашел его. Ведущий случайно наткнулся на серую пегаску, которая стояла задом, поэтому решили спросить у нее, как ей праздник.

— Эм, мисс? – подозвал кобылку жеребец, — Не поделитесь ли своим мнением об этом мероприятии?

— Что? О, да, конечно! – пегаска повернулась, весело улыбнувшись, — Поначалу мне казалось, что тут что-то не в порядке, но теперь я уверена, что…

— Существо из второй категории! Существо из второй категории! – завопил Джером, тыкая копытом в косоглазую пони, — Спасайся, кто может!

— Бежи-и-им! – громогласно крикнула Пинки Пай и все гости в панике помчались к выходу, даже толком не понимая, что представляет опасность.

— О чем вы? Я не понимаю? Я же совершенно не опасна! – крикнула вслед убегающим обиженная пегаска, побежав за остальными.

Однако она споткнулась о какой-то камень и в результате падения опрокинула один из вставленных в землю длинных факелов, который по нелепой случайности упал на расстеленную на земле бумагу для выпечки. Бумага мгновенно вспыхнула и огонь умудрился дойти до наспех сделанного сарая с фейерверками. В итоге свистящие ракеты и бомбочки разлетелись по всей поляне, тут и там образовывая новые очаги возгорания и кричащих от боли хозяев вечеринки, которые подлетали от взрывов в воздух.

— Упс, — прошептала пегаска, раскрасневшись, — Ну, я же не нарочно…

— Ты испортила нам ужин! – недовольно произнес один из организаторов и ткнул в нос кобыле какой-то бесформенной массой, — Смотри, что ты сделала с ужином! Мы это целый день готовили, а теперь все смешалось и испортилось! Чем теперь кормить гостей?

— Ну, из гостей тут осталась только я, — пони встала на ноги и осмотрела опустевшую поляну.

— Хм. Тоже верно, — жеребец кинул пегаске швабру, — Вот. Поможешь нам прибраться.

— Оки-доки! – оптимистично ответила кобылка и принялась со свистом мести землю, вызвав недовольное покачивание головой со стороны хозяина.

Миддэй понуро шагал по роскошным коридорам верхних этажей замка, прямиком к кабинету принцессы Селестии. Настроение было окончательно испорчено и чем ближе к дверям приближался единорог, тем медленнее шел. Тревожные мысли о том, какое наказание достанется бедному редактору, терзали Дэя всю дорогу.

Но, несмотря на неспешную походку, вскоре Миддэй все-таки подошел к кабинету. Перед дверями у стены сидел ряд пони, ожидающих аудиенции с принцессой. Желающих было довольно много, что слегка успокоило редактора, который сел в конец очереди, облегченно вздохнув. Однако спокойствие длилось недолго. Стоило только Саферу поудобнее устроиться на стуле, как вдруг из-за двери раздался приглушенный голос аликорна.

— Миддэй Сафер, пройдите ко мне вне очереди! – настойчиво произнесла принцесса, отчего ждущие пони начали недовольно бурчать и смотреть на «счастливчика», который в свою очередь покорно прошел в кабинет, извиняясь перед своими коллегами.

Единорог осторожно проскользнул в комнату через слегка открытую дверь и остановился, разглядывая кабинет. Это была довольно просторная комната, заваленная книгами, письмами и бумагой. Посреди кабинета располагался рабочий стол принцессы, за которым богиня солнца работала на кассовом аппарате, надев зеленый козырек с очками. Стук клавиш и жужжание печатающего механизма, который распечатывал длиннющий чек, заполняли всю комнату, отчего появление редактора могло остаться незамеченным.

— Принцесса… — тихо произнес жеребец, преклонив колени.

— О, Миддэй. Садись, — произнес аликорн, не отрываясь от своего дела.

Сафер осторожно подошел к богине и сел в кресло на другой стороне стола.

— Вы… хотели меня видеть? – подумав, спросил единорог, хотя прекрасно понимал причину пришествия.

— Да, разумеется, — Селестия закончила стучать по клавишам и оторвала чек, бегло прочитав его окончание и с досадой бросив его к остальной куче таких же чеков, — Я хотела бы с тобой кое о чем поговорить.

— Принцесса, пожалуйста, простите меня! Я… я никак не хотел вас обидеть или оскорбить! Я безмерно уважаю вас, и всегда буду верным работником! – взмолился редактор, — Я готов понести любое заслуженное наказание, что вы назначите мне!

— Что? Наказание? Вообще-то я не собиралась тебя наказывать, но если ты просишь… — принцесса встала с рабочего места и подошла к камину в углу комнаты, достав из огня металлический трезубец, раскаленный докрасна, — Я это готовила для министра культуры, но раз уж такое дело…

— Э, нет, нет, если вы не собирались, то я не имею права вас об этом просить! – поспешил отговорить богиню жеребец, увидев орудие пытки.

— Как хочешь, — аликорн же лишь пожал плечами и положил трезубец обратно.

— Если вы вызвали меня не для того, чтобы сделать выговор за то… происшествие в столовой, то зачем же? – спросил единорог, вытерев пот со лба.

— Просто у меня есть один очень важный вопрос, на который ты обязан мне ответить! – серьезно заявила принцесса, сняв козырек с очками.

— Я вас слушаю, — напряженно произнес Дэй.

— Итак, Миддэй. Как… у тебя… дела? – с паузами спросила Селестия, внимательно глядя на собеседника.

— Простите… что? – непонимающе сказал Сафер, не ожидая настолько непринужденного вопроса.

— Как у тебя дела? – богиня отодвинула весьма громоздкую машинку, дабы не закрывать лицо собеседника, — Как проходит день?

— Простите, принцесса, я не понимаю… — редактор нервно засмеялся, но быстро успокоился, — Зачем вы у меня это спрашиваете? Я ведь всего лишь обычный работник канцелярии, а вы так говорите, будто мы друзья.

— А почему бы и нет? Давай будем друзьями! – с энтузиазмом сказала принцесса, приободрившись после монотонной работы с цифрами.

— Нет, нет, что вы! Разве я достоин такой чести? Вы – богиня, вы должны дружить с пони из высшего общества!

— О, не начинай! Я так от этого устала. Каждый раз сидеть с ними на всяких балах и выслушивать бессмысленную болтовню о моде, политике, пони и прочей неинтересной чепухе! – недовольно возразила принцесса, — Я хочу просто иметь друга, с которым можно сходить в кино, поиграть в мяч, организовать тайный клуб и посплетничать о всяких интересных мелочах. У меня уже добрую тысячу лет не было простых радостей жизни! Разве я их не достойна?

— Нет, конечно, вы достойны чего угодно, но я все равно не понимаю, почему вы говорите об этом со мной?

— Потому что ты простой хороший парень! Ничего о себе не воображаешь, живешь спокойной и насыщенной жизнью! Лучшего друга в замке и сыскать нельзя! Так что, мы будем дружить? – аликорн протянул копыто единорогу, который все еще находился в шоке от такого поворота событий.

— Ну… хорошо. Как скажете, — Сафер принял копыто, тем самым немало обрадовав кобылу.

— Ура! Я знала, что ты согласишься! Сейчас у меня есть работа, но скоро мы с тобой повеселимся, дружище! – с неудержимым возбуждением произнесла богиня и вновь придвинула аппарат, — Все, можешь идти.

Миддэй ничего не сказал на последок и молча вышел из кабинета, размышляя над только что услышанным. Единорог никогда в жизни бы не подумал, что сама принцесса Селестия, словно наивный жеребенок, предложит ему дружить. Все это казалось каким-то безумным сном или выдумкой, однако, как бы Сафер не хотел проснуться, у него ничего не получалось.

В коридоре недовольная толпа уже успокоилась и лишь самый первый сидящий в очереди, который был министром культуры, нетерпеливо ерзал на стуле, покрывшись холодным потом.

— Вы уже закончили? Я могу идти? – с нетерпением спросил пони, подбежав к двери, — Нам с принцессой надо обсудить… один очень важный… законопроект! Вот.

Министр вбежал в кабинет и все глядели вслед жеребцу, который явно не мог дождаться своей очереди.

— Фу… — лишь произнес редактор и поплелся на свое рабочее место, не в силах свыкнуться со своим новым знакомством.

Уютная комнатка. Мягкое кресло с пледом, потрескивающие поленья в камине, толстый альбом с помятыми краями и в грязной от слюны и слез обложке. Атмосфера уюта и спокойствия. Проблема лишь в том, что этот уголок комфорта и уюта пустует. Неужели нет никакого милого старичка, готового устроиться в этом райском гнездышке?

О, постойте, кто-то идет! Это молодой единорог с ведром воды и шваброй. Это же уборщик! Что он здесь забыл? Вот он тушит камин, кладет альбом в мусорное ведро и начинает мыть полы. Казалось бы, это обычная уборка, но сколько же спокойствие и умиротворения может приносить одна лишь мысль о чистой, оттертой до блеска комнате. Что он будет делать после мытья пола? Может, возьмет тряпку и протрет пыль? А может с помощью мочалки он протрет кресло? Или даже поменяет дрова в камине? Сколько же интересного может произойти в нашей чудесной комнате абсолютного спокойствия.

— В этой комнате больше ничего не будет. Всех ведущих сдали в дурдом из-за какой-то там фамилии. Эти декорации прикрывают. Все, финита, — вдруг произнес уборщик, моя пол.

Скажем уборщику спасибо за то, что он ТАК СВОЕВРЕМЕННО рассказал нам о закрытии студии и перенесемся к следующему скетчу, будь он неладен!

Серая кобыла в темно-синей робе с поясом сидела в рентгеновском кабинете, ожидая врача, который должен был принести снимок. Вместе с земной пони пришла и ее сестра – вечно неунывающая Пинки Пай, которая всячески подбадривала сестренку и рассказывала всякие забавные истории. Несмотря на это, серая кобыла оставалась невозмутимой и просто глядела в пол, даже моргая довольно редко. Если бы пони не дышала, то ее бы невозможно было отличить от покойника или статуи.

Вскоре из смежного кабинета, где и находилась установка для облучения, появился врач, на лице которого не читалось ничего хорошего. Скорее всего доктор был в изумлении.

— О, доктор, вот и вы, наконец! – выпалила розовая пони, подскочив к жеребцу в белом халате, — Ну, скажите же, Моди в порядке?

— Пинки… — смущенно произнесла Мод, услышав такое обращение от сестры.

— Мод у нас такая ранимая и нежная натура! Пожалуйста, скажите, что все в порядке!Разве вы не видите этого ужасного напряжения в глазах, — Пинки ткнула копытом в Мод, однако та все еще не выражала никаких эмоций.

— Ну, у меня есть одна плохая новость, — прокашлявшись произнес врач, — Мисс Пай, попрошу вас присесть. То, что вы сейчас увидите, может шокировать вас! Мистер Пай, главное не пугайтесь, будьте сильным!

— Мисс Пай, — сказала Мод.

— Что?

— Мисс Пай. Я женщина, — сухо продолжала земная пони, удивив врача еще больше.

— Оу. Как неудобно получилось… — доктор немного подумал и продолжил, — Ну, в таком случае у меня есть две плохих новости, но давайте сначала разберемся с первой.

Жеребец достал из под халата рентгеновский снимок и повесил его на стену. На снимке была изображена пони в полный рост, и все ее тело было закрашено белым цветом. Пустотой в теле являлась лишь трубка, одним концом кончавшаяся у рта, а другим у крупа, а посередине располагалось углубление, очевидно являющееся желудком.

— Пресвятая Селестия, что это? – удивленно спросила Пинки Пай.

— Ну, не знаю, как это помягче сказать, но почти все тело вашего… сестры сделано из камня.

Нависла напряженная тишина.

— И… это плохо? – наконец, спросила розовая кобылка.

— Честно говоря, понятия не имею. В своей врачебной практике я сталкиваюсь с таким впервые. Но поскольку Мод все еще жива, то, полагаю, все в порядке.

— В таком случае, я пойду, — серая пони встала со стула и пошла к выходу, — Меня еще ждут свидания с базальтом, гранитом и сланцем.

Когда в кабинете осталось только двое пони, вновь нависла тишина, которую довольно продолжительное время никто не нарушал.

— Знаете, это, конечно, не мое дело, но вашей матушке стоит сходить к гинекологу, — наконец, произнес доктор, — Мало ли что в ее шахте может происходить, если вы понимаете, о чем я.

— Я… учту это, доктор, — сказала розовая пони, скривив лицо и пошла следом за сестрой.

Прием был окончен.

Пока в городе кипела жизнь, Эпплджек, ни о чем не беспокоясь, спокойно поливала травку перед амбаром, дабы ферма была не только полезной, но еще и внешне симпатичной. Погода была отличная и теплая, в воздухе не летало никаких надоедливых насекомых, и никто не отвлекал оранжевую пони от ее успокаивающего дела. Эпплджек просто стояла и наслаждалась видом родной фермы и журчанием воды из шланга.

Но вдруг на дорогу по направлению фермы выехала повозка, явно не принадлежащая Понивилю. Эпплджек обратила внимание на непонятных гостей, но посчитала, что это друзья многочисленных родственников земной пони, которые прибыли издалека, а потому не стала отвлекаться на повозку. Та же в свою очередь уже подъехала к амбару и из повозки вылезло двое единорогов в длинных плащах и фетровых шляпах, которые любили носить в Мэйнхеттене. Пара пришельцев быстрым шагом подошла к носительнице элемента честности и остановилась в паре метров от нее.

— Мисс Эпплджек? – спросил один из незнакомцев, заставив пони обернуться к гостям.

— Да? – хозяйка фермы отложила шланг и оглядела приезжих.

— Мисс Джубили передает вам поклон, — вдруг один из незнакомцев вытащил из под полы плаща большое подгнившее яблоко и со всей силы бросил его в Эпплджек.

Яблоко свалило пони с ног, и та упала на свежеполитую траву с размазанным по груди разбитым яблоком. Сделав свое темное дело, пришельцы уселись обратно в повозку и поспешно покинули ферму, оставив Эпплджек лежать на месте.

Вскоре к месту происшествия подошла Эппл Блум, которая видела все в окно. Жеребенок осмотрел лежащую сестру и непонимающе почесал затылок.

— Эм, Эпплджек, что это такое было? – спросила младшая сестренка у старшей, которая приоткрыла один глаз, а потом и вовсе встала на копыта, отряхиваясь от грязи.

— Это все Черри Джубили, будь она неладна. Когда я ушла с ее вишневой фермы в Додж Джанкшне, она обиделась на меня и пообещала напомнить этот уход. Я ожидала от нее любой выходки, но придти в мой собственный дом и бросить в меня гнилым яблоком – это за гранью добра и зла! Это объявление войны! – серьезно заявила земная пони и пошла в амбар.

— И что ты собираешься делать? – поинтересовалась Эппл Блум.

— Дать ей то, чего она заслуживает, — Эпплджек открыла один из старых сундуков, который был до отвала забит уже забродившей вишней с неприятным запахом, — Мы дадим ей бой!

На рынке Понивиля кипела жизнь. Торговцы готовы были предложить практически любые необходимые товары, сделанные или выращенные собственными копытами. Попадались, как добрые и честные, так и скупые, вредные торговцы, заламывавшие цены до небес, но простых и дружелюбных жителей города всегда все устраивало.

Одним из этих неприятных торгашей был вечно угрюмый старик, который день за днем занимал неплохое место на рынке и продавал перчатки – совсем уж бесполезное для пони устройство, которое было неким подобием обуви, только они совсем не держались на копытах и постоянно сваливались. У старика были самые разные перчатки – резиновые, вязаные, силиконовые, даже металлические, на подобии доспехов. Разумеется, ни один здравомыслящий пони не покупал этот мусор, тем более самоуверенный торгаш заламывал совсем уж неприличные цены, от пятидесяти битсов и больше. Приличные сапожки в бутике Рэрити можно было взять дешевле. Но старика это нисколько не волновало, он все продавал и продавал свой хлам.

— Когда-нибудь, когда-нибудь… — раз за разом повторял скряга, — Когда-нибудь вы прибежите ко мне.

Но никто никогда еще не прибегал. Вот и сегодня старик занял свое место и начал ждать покупателей, но вместо денег раз за разом получал недовольные отзывы в свой адрес. Обычно торгаш пропускал это мимо ушей, но услышав сегодня о том, что он просто зря просаживает свою жизнь, старик вспылил, и прокричал на весь рынок:

— Никто не смеет оскорблять меня и мои перчатки! Перчатки – это моя жизнь! Если вы, недальновидные дураки, не видите всю их суть, то даже не смейте заикаться про них! – никак не успокаивался торгаш, выпрыгнув из-за своего прилавка — Ворчите на меня сколько угодно! Одна только небесная сила заставит меня забрать свои вещи и уйти с этого места, понятно вам?

Стоило старику закончить свою тираду, как вдруг на лоток с перчатками на огромной скорости обрушился диван, прилетевший откуда-то сверху. Когда пыль развеялась, все пони увидели, что от прилавка не осталось живого места. Перчатки разбросало по всей округе, а из дивана вылезла добрая половина пружин.

— Ладно, я уезжаю из города, — подавлено заявил скряга, поплетшись куда-то вниз по улице и оставив свой разрушенный лоток в том состоянии, в котором он пребывал.

- И часто у вас такое? – спросил Майкл, ткнув пальцем в раскуроченный прилавок.

— Постоянно, — кивнула Лира, кинув в рот горсть орехов, — Будешь?

— Нет, спасибо. У меня аллергия на фундук. Так куда ты меня ведешь?

— Ну, я решила для начала показать тебе город в целом. Как он тебе, кстати?

— Как гремучая смесь из нашего средневековья и настоящего времени.

— Это же хорошо? – пара существ отвлеклась от дивана и пошла куда-то вглубь города.

— Как минимум любопытно, — человек внимательно осматривал окрестности, собирая на своей персоне немало взглядов пони, — Значит, у вас полно всяких существ помимо пони, да?

— Угу. Грифоны, драконы, ослы, много чего. А у вас кто?

— Вообще-то люди единственные существа с самосознанием. Остальные являются просто неразумными животными.

— Даже пони? – удивленно спросила Лира.

— Ага. Правда, у нас они выглядят чуть иначе. Не такие пестрые, морда подлиннее, размером где-то чуть больше вас. Как-то так.

— Интересно. И вы с ними дружите?

— Ну… в какой-то степени.

— Это как? – все не унималась Лира, подталкивая Майкла к щекотливой теме.

— Слушай, куда мы все-таки идем? – перевел тему человек, что у него успешно получилось.

— Ну, в Понивиле есть несколько важных пони, которым будет интересно с тобой познакомиться. Для начала мы сходим к Твайлайт Спаркл. Она у нас очень любознательная. Хочет знать все обо всем, понимаешь? Она будет на седьмом небе, увидев неизвестное ей существо.

— Ну, ладно, давай, — пожал плечами мужчина и, под разговоры неумолкающей Лиры, пошел к дубу, в котором жила обладательница элемента гармонии, даже не подозревая о том, на что он себя обрекает.

Миддэй сидел за своим рабочим столом и уныло водил карандашом по бумаге, рисуя всякие каракули, и размышляя над произошедшим. Ему все еще не давало покоя мысль о принцессе Селестии. Сафер склонялся к тому, что это была просто шутка, сделанная в отместку за инцидент в столовой, но тревога все еще не покидала Миддэя. Усугубляло ситуацию еще и то, что коллеги редактора не поверили ему и лишь посмеялись, услышав историю про дружбу принцессы и простого клерка. Сафер бы и сам посмеялся, не случившись это с ним самим.

— Эй, Дэй, когда позовешь принцессу на свидание? – вдруг произнес объявившийся друг единорога, расхохотавшись, — Сводишь ее в какое-нибудь недорогое кафе. То-то будет зрелище!

— Как смешно, сейчас животик со смеху лопнет! – недовольно отозвался Миддэй, — Хотя я бы на твоем месте беспокоился за твой живот.

— Ну, хватит, ты же знаешь, что я худею! – обиженно сказал жеребец, но быстро оживился, — Хотя если ты будешь обедать вместе с Селестией, то скоро наешь брюхо еще больше меня!

Редактор тяжело вздохнул, положив копыто на лицо и выслушивая хохот друга. Вскоре к шутнику подсоединилась целая компания, начав новую волну шуток в адрес редактора, но длилось все это недолго. Вдруг в редакторскую контору, как гром среди ясного неба, вошла принцесса Селестия, заставив всех, кроме Дэя с закрытым лицом, склонить колени.

— Э, здрасте, — помахала копытом богиня, улыбнувшись, — Вы не против, если я украду у вас Миддэя?

— Принцесса? – удивленно воскликнул редактор, — Я… я…

Не успел единорог связать и двух слов, как левитация аликорна окутала жеребца и одним рывком принцесса вышла из комнаты вместе с Дэем, оставив только что смеявшихся клерков в глубочайшем шоке.

— О, наконец-то я смогла выбраться из этого болота бюрократии и пафоса, — с облегчением сказала Селестия, отпустив ошеломленного редактора, — Конечно, пришлось отменить пару встреч, отложить полсотни писем, указаний, приглашений и прочей шелухи, но теперь мы вместе!

— О, принцесса, не стоило этого делать из-за меня, — виновато прошептал Сафер.

— Не неси чепухи! Государство никуда не денется. Не устроят же они без меня мировую войну, правда же? – усмехнулась богиня, но вдруг стала серьезной и куда-то телепортировалась, вернувшись через пару секунд с жирным куском торта, — Да, не устроят.

— Принцесса, я не хочу создавать проблем!

— Каких проблем? Ты ни в чем не виноват! – с набитым ртом произнесла богиня, — Знаешь, кто действительно создает проблемы? Мой советник. Скучнее пони не найдешь во всей Эквестрии. Только я проснусь утром, как он с порога спальни начинает тараторить о текущих проблемах в мире. Если я принцесса, то это не значит, что я должна решать все проблемы в мире! Я же не всесильна! Хотя, нет, всесильна. Но это ничего не означает!

— Но принцесса…

— Будешь? – аликорн протянул редактору кусок надкушенного торта, который тот вежливо отклонил от себя копытом.

— Нет, спасибо. Я понимаю, что вам не особо хочется заниматься всеми этими делами, но ведь вместо встречи со мной вы могли заняться чем-то более полезным, разве не так?

— Нет, — коротко ответила богиня, закинув оставшийся кусок в рот, — Ладно, давай придумаем, куда нам с тобой…

— Принцесса!

— Ох, помяни черта…

Из-за поворота выбежал жеребец в костюме и целой кипой бумаг в копытах. Увидев Селестию, пони как можно быстрее направился к принцессе, стараясь не обронить бумаги, однако, приблизившись к аликорну, он не удержался и свалился на пол.

— Принцесса, я вас повсюду искал! – уставшим голосом произнес земной пони, — Зачем вы ушли из кабинета? У нас еще около пяти тысяч заявок на работу из разных уголков света, результаты переписи коров в Эквестрии и я еще не говорю о просьбе мисс Флаттершай официально присваивать каждому родившемуся животному официальное имя! Ежесекундно появляются миллионы насекомых, вы хоть знаете, как много имен нам надо будет придумать?

— Это не может подождать, Нервус? – спросила богиня, в один миг собрав кучу бумаг в одну стопку.

— Нет, конечно! Мы должны были начать решать эти проблемы еще вчера! – не успокаивался жеребец.

— Хорошо, хорошо. Иди в мой кабинет, я сейчас подойду, — приказала принцесса, потирая висок копытом.

— Когда вы сказали мне это в прошлый раз, то отправили меня вместе с кабинетом в карманное измерение, где время идет в пятнадцать миллионов раз медленнее, чем в реальности! – пожаловался советник, — Я провел там сотни лет! Без еды и воды!

— Но я ведь тебя вернула в прежнее состояние, ведь так?

— Я никуда не пойду без вас! И если надо, то я возьму вас под копыто и лично отведу в кабинет! – чуть ли не крича, заявил пони.

— Слушай, не надо все…

Не дослушав богиню до конца, земной пони ухватился на стоящее копыто и со всех сил поволок за собой, однако Селестия не сдвинулась ни на дюйм. После этого Нервус пробовал ее толкать, пинать и даже поднимать, но ничего не получалось. В конце концов пони окончательно выбился из сил и упал на пол, высунув язык.

— Закончил? – поинтересовалась принцесса.

— Кабинет… работа… — в бреду простонал советник.

— Что ж, с этим закончили. Итак, Миддэй, куда мы… Миддэй?

Пока Нервус безуспешно пытался притащить принцессу в ее кабинет, Сафер со всех ног мчался к выходу из замка, то и дело оглядываясь назад.

— Безумие какое-то, — ворчал жеребец, задыхаясь от усталости, — Это все неправда. Мне нужно на воздух!

Когда лестница к выходу была уже в зоне видимости и редактор начал думать, что все под контролем, перед его носом неожиданно возникла принцесса с невозмутимым выражением лица.

— Миддэй, зачем ты… — Селестия не успела договорить, так как единорог уже бежал в обратном направлении.

Не зная, куда ему еще деться, жеребец забежал в ближайшую комнату, которой оказался какой-то темный чулан, в котором Миддэй постарался забаррикадироваться. Благо, дверь открывалась внутрь комнаты.

— Миддэй! – вдруг богиня солнца открыла дверь в сторону коридора, заставив обезумевшего редактора буквально рвануть в узкое вентиляционное отверстие, в котором было пыльно и темно.

Подсвечивая себе путь магическим сиянием рога, жеребец пополз по шахте, толком не понимая, куда он лезет.

— Так вот как себя чувствует фарш в мясорубке, — прошептал единорог, с трудом проползая в вентиляции, но все же вскоре достигнув ее конца. Выбив решетку, редактор спрыгнул на пол, упав на большую мягкую подушку, очевидно оставленную принцессой, ожидающий Миддэя.

— Что ты делаешь? – непонимающе спросила богиня солнца.

— Пытаюсь от вас убежать, — ничего не скрывая, ответил редактор.

— У, догонялки! Наслышана о них! – с восторгом произнесла Селестия, — И что? Я победила?

— Похоже на то, — уже не пытаясь сопротивляться, кивнул Дэй, утопая в подушке.

— Отлично! Ты не устал? Выглядишь не очень? Может, сходим, пообедаем? – предложил аликорн.

— А какого черта, — махнул копытом Сафер, встав на ноги, — Идемте, поедим.

— Вот это настрой! Сейчас мы пообедаем, а потом пойдем в поход! Или лучше в театр, как считаешь? Там сейчас идет прелестное представление, а у меня как раз полно приглашений на них. Может нам выделят вип-ложу и мы поедим прямо там? Это было бы так прекрасно, верно? Ух, Миддэй, как же много вариантов. Опробуем их все! У нас еще весь день впереди! Кстати, я тебе рассказывала о случае в кристальной империи? Ой, конечно же не рассказывала, когда бы я успела! Так вот, слушай… – радостно говорила принцесса, не обращая внимания на подавленного Миддэя, который, наконец, смирился со своей новой подругой.

Тем временем в мире людей страсти лишь только накалялись. Военные, которые окружили дом плотным кольцом, с напряжением следили за каждым движением в доме, где злобный, по их мнению, пришелец готовил свои злобные козни. На самом деле Бон Бон уже осмотрелась в помещении и даже нашла на кухне, что можно пожевать, усевшись перед телевизором. Пони все равно ничего не оставалось, кроме как ждать развязки сложившейся ситуации. Главнокомандующий вояка в свою очередь с нетерпением ожидал агентов ФБР, дабы они разобрались с внеземной угрозой. И он их дождался.

К обочине дороги, объехав всю бронетехнику, припарковался черный автомобиль с тонированными стеклами. Из машины вышло двое мужчин в строгих костюмах, которые, вооружившись своими значками, пошли через толпу солдат к главному, который, судя по всему, был не рад видеть приехавших агентов.

— Вы руководите этой операцией? – сходу спросил один из ФБРовцев, показав значок.

— Так точно, — неуверенно ответил командир, — А вы, собственно, кто?

— Агенты Смит и Симмонс, ФБР. Мы берем ситуацию под свой контроль. Вы можете быть свободны, командир, — коротко заявил мужчина, после чего оба агента обошли вояку стороной и направились прямо к заграждением, выставленным вокруг дома.

— ФБР? Постойте, этого не может быть! Вы не Малдер и Скалли! – недовольно проворчал военный, как вдруг его лицо исказила гримаса ужаса и тот наставил на агентов пистолет, — Вы замаскированные пришельцы!

— Что? – удивленно воскликнул один из ФБРовцев, вытащив оружие в ответ вместе со своим напарником, — А может это вы замаскированный пришелец?

— Они уже среди нас! – вдруг воскликнул один из военных, заставив всех остальных солдат наставить друг на друга оружие.

— Так, без паники! Я смотрел один документальный фильм Джона Карпентера, в котором говорилось о том, как действовать в такой ситуации! – успокоил всех командир, все еще держа агентов на мушке.

— Разве он снимал документальные фильмы? – непонимающе спросил майор.

— Цыц! Не накаляй обстановку! – цыкнул вояка, — Так, кто-нибудь может принести сюда где-то сотню чашек Петри, проволоку и паяльную лампу?

Шикарная повозка из вишневого дерева, в которой гордо восседал один из братьев известной Черри Джубили, ехала на запад, в сторону вишневой фермы. Солнце нещадно палило пассажира и двух впряженных перевозчиков, поэтому двигалась повозка довольно медленно. Но, несмотря на тяжелую дорогу, пони, наконец, подъехали к границе с Додж Джанкшном, родного города фермера. На границе стоял шлагбаум, поднимаемый пограничником в небольшой будке, который принимал плату за проезд.

— Давайте, ребята, поторапливайтесь! У меня еще полно дел! – раздраженно заявил пассажир повозки, отчего перевозчики ускорили шаг и уже через минуту остановились у опущенного шлагбаума. Пограничник открыл окошко для приема платы, фермер же, ничего не говоря, вытащил из кошелька пару битсов и бросил их пони за стеклом.

Казалось, сейчас повозке должны были дать проехать, но произошло совсем другое, чего пассажир никак не ожидал.

Пограничник, собирая монеты, случайно обронил одну из них и нагнулся за деньгами, как вдруг ставни окошка закрылись. Не успел фермер сказать и слова, как перевозчики тоже отстегнулись от повозки, а из кабинок по обе стороны от дороги высунулось с десяток Эпплов. Все пони, в том числе которые вели повозку, достали из седельных сумок вишни и начали закидывать повозку подгнившими ягодами, в том числе попадая и в жеребца. Пони болезненно вскрикнул и вывалился с телеги на землю, отчего стало лишь хуже, так как теперь все вишни летели непосредственно в него. Закидывание продолжалось до тех пор, пока фермер не упал на землю. Однако даже после этого один из Эпплов подошел к телу вплотную и кинул еще несколько ягод в тело, под конец пнув его копытом в бок.

Завершив свою работу, земные пони переглянулись и поспешили уйти от испачканной вишней телеги и фермера, распластавшегося на земле. Их дело было окончено.

Свити Бель со всех ног мчалась домой. Сегодня она с подругами слишком заигралась в искательство меток и совсем потеряла счет времени. Сегодня девочки решили попытать счастья в рыболовстве, но из этой идеи ничего не вышло. Вдобавок ко всему подруги забрались в незнакомую им чащу, но, к счастью, не заблудились и разошлись в разные стороны.

Путь Свити Бель пролегал через вырубленное кукурузное поле. Солнце уже уходило за горизонт, поэтому жеребенок спешил, как только мог, то и дело спотыкаясь на кучах пожухлых стеблей. В итоге это сыграло свою роль и после очередного падения из рюкзака кобылки выпал лист, в котором были записаны еще не выполненные действия для поиска кьютимарки, поэтому потерять эти записи было бы крайне обидно. Записи понесло ветром, поэтому Бель ничего не оставалось, кроме как побежать вслед за листком.

— Стой, стой, стой! – протараторила желтая пегаска в длинном сером плаще, пытаясь поймать лист бумаги, летевший в ее сторону, но у нее ничего не вышло, — Вот ведь… Это было домашнее задание?

Пегаска хохотнула, взглянув на жеребенка, который был немало удивлен, увидев знакомую пони в незнакомых местах.

— Привет, Флаттершай! – Бель помахала кобыле копытом, — А что ты тут делаешь в столь поздний час?

— О, да так, гуляю, смотрю, чтобы какие-нибудь зверята не попали в беду, — ответила Флаттершай, с улыбкой глядя на Свити Бель и поправляя очки в толстой оправе, — А ты тут какими судьбами?

— Ну, скажем так, из-за неудачного эксперимента, — туманно ответила кобылка.

— Понятно, понятно, — кивнула пегаска, как вдруг ее осенило, — О, слушай, мне целый день было нечего делать, и я решила сделать секретный бункер для ребятишек, чтобы они там играли и веселились. Не хочешь его оценить?

— Прости, но уже поздно. Мне нужно домой бежать, — виновато произнесла Бель, однако Флаттершай нисколько не расстроилась и продолжала улыбаться, широко открыв глаза.

— О, ясно. Понимаю. Ну, что ж, иди, — пегаска остановилась, глядя вслед уходящей единорожке, — Просто я так старалась, трудилась. Надеялась, что я работаю не зря. Вы с подругами могли бы сделать этот бункер своим вторым штабом. Но раз надо идти, значит надо…

Тут Свити Бель остановилась, подумала немного и развернулась к Флаттершай.

— Бункер? – спросила кобылка с интересом.

— Да, бункер, самый настоящий! – с энтузиазмом произнесла желтая пони, — Хочешь взглянуть?

— Ну, хорошо, — единорожка огляделась по сторонам, — А где он?

— Ты его не видишь? – спросила Флаттершай, после чего пару раз топнула копытом по чему-то деревянному, молча ответив на вопрос.

После этих слов пегаска открыла деревянный люк, скрытый листвой и дала Бель взглянуть внутрь.

— Ну, что, залезешь осмотреться? – сказала кобыла, улыбнувшись еще шире.

— Ну, пожалуй…

— Так, стоп, стоп, стоп! Всем стоять! – вдруг на поле вышел уже знакомый по предыдущей части жеребец в наушниках.

— В чем дело? – спросила Флаттершай, сменив тон с настойчивого и нетерпеливого на более скромный.

— В общем, с этой сценой мы прогадали. Если читатели поймут, к чему отсылается эта сцена, то сожрут нас с потрохами. У нас тут семейное чтиво, как-никак!

— И что же нам теперь делать? – спросила Свити Бель.

— Не знаю. Когда писался сценарий, то мы даже не думали о том, чтобы как-то изменять концовку, — пожал плечами режиссер.

— Неужели сюжет так плох? – непонимающе произнесла пегаска, сняв с себя очки с плащом.

— Можешь сама посмотреть, — жеребец дал пегаске прочитать страницу сценария, после чего глаза Флаттершай налезли ей на лоб.

— Вы же говорили, что внизу мы будем веселиться и развлекаться! – недовольно воскликнула кобылка.

— Веселиться и развлекаться понятие растяжимое, подруга. Короче, нам надо быстро придумать, как закончить эту сцену. У кого-нибудь есть стезя к импровизации? Хоть у кого-нибудь? – в ответ раздался только стрекот сверчков.

Вдруг из ближайшего куста выскочил черный лакированный рояль, державший в одной из ножек кинжал. Музыкальный инструмент подскочил к режиссеру и с размаху вонзил нож ему в спину, после чего снова скрылся в растительности.

«Рояль в куста-а-ах!

Убивает всех тихо,

Кончает все лихо,

Он рояль в куста-а-ах».

Единорожка с человеком подошли к огромному дереву, переделанному под дом, что немало поразило Майкла и вызвало ряд вопросов, которые он решил оставить при себе.

— Вот мы и пришли! – радостно объявила Лира, постучавшись в дверь, — Ты, наверное, весь в предвкушении?

— Ага. Никогда в жизни не был в выдолбленном изнутри дереве, — с усмешкой произнес человек, — Я видел, чтобы блюда подавали в буханке хлеба с выскобленной мякотью, но такое…

В дубе послышалось какое-то шуршание, и через несколько секунд дверь открыла лавандовая единорожка, пребывавшая в приподнятом настроении.

— О, здравствуй, Лира! Что тебя привело ко мне? – Твайлайт с удивлением посмотрела на пришельца, приоткрыв рот, — И кто этот твой таинственный спутник?

— Привет, Твайлайт! Это человек! Самый настоящий! Его зовут Майкл Форест.

— Форд, — поправил новую знакомую Майкл.

— А я как сказала? – удивленно спросила Лира, но быстро перешла к разговору с Твайлайт, — Неважно. В общем, он только сегодня попал в наш мир из другого измерения, и я показываю ему наш чудный мир. Я посчитала, что тебе будет интересно с ним познакомиться.

— Интересно? Ты шутишь? Это же настоящая находка! Входите скорее! – единорожка открыла дверь пошире и побежала куда-то вглубь дома.

Гости же переглянулись, пожали плечами и вошли в дом, в котором ученица принцессы была не одна. Помимо дракончика Спайка, который корпел на кухне, в зале отдыхали подруги Твайлайт – Флаттершай и Рэрити, которые тоже были немало удивлены, увидев незнакомое им существо.

— Девочки, вы даже не представляете, кто это такой! – с восторгом заявила лавандовая пони, выбежав с кучей непонятных инструментов, — Это настоящий человек! Из плоти и крови!

— Человек? – удивленно вздохнула белоснежная единорожка, приложив копыто ко рту, — Тот самый, о котором все твердила Лира?

— Ага! – гордо заявила бирюзовая пони, — Я сама его сюда перенесла!

— Изучив этого человека, я смогу сделать записи, которые продвинут науку в Эквестрии на годы вперед! – продолжала фиолетовая единорожка, измеряя череп пришельца одним из инструментов, что немало смутило Майкла, — Возможно, я даже напишу свою собственную книгу об анатомии человека!

— Нет! – вдруг взвизгнула пегаска, оттолкнув Твайлайт от ничего не понимающего Форда, — Нельзя так поступать с невинным существом! Это не игрушка! Я заберу его с собой и обеспечу комфортные условия для проживания!

— Эй, это мой человек! – недовольно высказалась Лира, притянув Майкла за рукав к себе, — Найди себе своего и ухаживай за ним!

— Флаттершай, я понимаю все твои опасения, но тебе не о чем беспокоится! Я изучу каждую клеточку тела этого человека и смогу сделать все, чтобы он не пострадал. Ты только подумай, как он может быть полезен для всего мира! – успокоила подругу единорожка.

— Вы меня вообще слушайте? – крикнула бирюзовая пони, размахивая копытами.

— Девочки, девочки, я понимаю, что вы обе хотите сделать, как можно лучше для общества, но вам следует согласиться с тем, что ваши цели ничто по сравнению с моими планами! – вмешалась Рэрити, подтянув Майкла к себе, — Только представьте, какой бум я смогу устроить в мире моды, сшив первый в Эквестрии костюм для человека! Я стану одной из самых знаменитых пони в мире, меня будут приглашать на передачи, фотографировать для журналов! Это будет так чудесно!

— Ты думаешь только о себе, Рэрити! А я думаю о прогрессе! – недовольно пробурчала Твайлайт, еще сильнее притянув Майкла, — Так, ты меня понимаешь? Моргни два раза, если у тебя достаточно сильная регенерация, чтобы отрастить новую ногу.

— Он идет со мной! – яростнее всех крикнула пегаска, — Это не обсуждается! Я никому не позволю эксплуатировать беззащитного человека!

— Ну, вообще-то…

— Молчать! – одновременно выкрикнули все четыре пони, услышав слова Майкла.

- Эй, чего вы тут разругались? – недовольно произнес вышедший на шум Спайк, — Посмотрите на себя! Вы, лучшие подруги, ругаетесь из-за какого-то человека! Оставьте это дело и живите дальше, в мире и спокойствии!

Слова дракончика заставили девочек задуматься и даже немного приуныть.

— Спасибо, чувак, — с благодарностью сказал Майкл, ударившись со Спайком кулачками.

— Обращайся, — кивнул помощник Твайлайт.

— Пресвятая Селестия, девочки, Спайк прав, — виновато произнесла лавандовая единорожка, — Зачем мы ссоримся из-за такого пустяка?

— Да. Это было так… глупо и нелепо, — продолжила Рэрити.

— Угу, это так… — поддержала подруг Флаттершай, — Зачем нам ссориться? Нам нужно объединится и всем вместе изловить этого человека!

— И использовать его для наших нужд по очереди! – с энтузиазмом произнесла Твайлайт, — Спайк, ты молодец!

— Эм, вообще-то, я не об этом думал! – удивленно сказал дракон.

— Эй, а почему никто не спросил меня! Вообще-то именно я пере…

Вдруг Спаркл выстрелила в недовольную лиру магическим лучом, который мгновенно парализовал кобылку на месте.

— Ничего, купим ей мороженное, когда она отойдет от заморозки, — удовлетворенно произнесла ученица, — А пока…

— И… что мне делать? – спросил человек, глядя на приближающихся кобылок.

— Беги, Форест, беги! – крикнул во всю глотку дракон, подтолкнув человека к окну, в которое Майкл тут же и выпрыгнул.

Оказавшись на улице, мужчина вскочил на ноги и побежал как можно дальше по направлению от дуба, однако было очевидно, что кобылы бежали бы намного быстрее, поэтому нужно было придумать что-то и как можно быстрее. Твайлайт и остальные уже выбежали следом и начали быстро догонять свою цель, но как раз в этот момент Майкл нашел решение.

По дороге, ловко обходя прогуливающихся пони, ехала оранжевая пегаска на самокате, прибавляя себе скорости при помощи крыльев. Человек выпрыгнул на пути жеребенка, заставив того остановиться.

— Я ее верну! – произнес Майкл, одним движением отломав у самоката руль и оставив себе доску, начав на ней быстро уезжать от догоняющих пони.

— Эй, он сломал мой самокат! – недовольно крикнула пегаска, держа руль.

— В повозку! – крикнула Твайлайт, указав копытом на ожидающий пассажиров экипаж.

Все трое подруг быстро запрыгнули в телегу, приказав запряженным жеребцам как можно быстрее ехать за человеком на доске, что пони, получив мотивирующие крики от Рэрити, незамедлительно начали делать.

Для Майкла погоня оказалась особо напряженной. По улицам Понивиля ходило множество прохожих и обходить каждого из них на скейтборде было довольно сложно. К тому же троица кобылок пересела на повозку и начала еще быстрее нагонять убегающего человека, отчего приходилось хитрить и стараться ехать туда, где повозка бы не смогла проехать. Но даже эти трюки не срабатывали. Когда телега немного отставала, то вскоре все равно находила Форда и быстро настигала его. Масла в огонь подливали и сами кобылки, которые неустанно подгоняли перевозчиков и приказывали человеку немедленно остановиться.

В конце концов, телега настигла Майкла. Впряженные жеребцы были настолько близко, что могли буквально укусить человека. От постоянных подталкиваний пришелец уже не мог поворачивать и то и дело опирался на головы жеребцов, дабы не упасть. Вдобавок ко всему впереди стояла телега, груженая огромной коричневой кучей непонятного происхождения. Когда до этой кучи оставалось совсем немного, Форд собрался с силами и ловко прыгнул с доски на тела извозчиков, с них на головы любопытным кобылам, и в конце пути он спрыгнул с повозки, приземлившись на скейт, который прокатился под телегой.

В результате этих действий повозка сама начала катится в смердящую кучу. В последний момент жеребцы все же успели отстегнуться и отпрыгнуть в сторону, а вот пассажирам повезло меньше. Экипаж на всей скорости врезался в груженую телегу и половина кучи, которая оказалась навозом, пересыпалась в повозку, засыпав кобылок с ног до головы.

— А-а-а! Навоз! Ненавижу навоз! – заверещала Рэрити, высунув голову из кучи.

Тем временем вокруг места аварии столпилась толпа народу, которая со смехом глядела на замаравшихся пони и человека, который топнул по краю доски, отчего та вертикально поднялась, и поймал ее рукой.

— Вот, спасибо, малышка, — произнес Майкл, вернув скейтборд его хозяйке, а сам направился обратно к дубу, чтобы забрать замороженную Лиру и уйти подальше от одержимых пони.

Когда принцесса Селестия говорила, что у них с Дэем есть весь день, то она совсем не шутила. Домой жеребец вернулся глубоко заполночь. Улицы Кантерлота уже давно опустели, свет в большинстве домов не горел. Возвращаться в такое позднее время для Миддэя было в новинку.

Придя домой, единорог облегченно вздохнул, закрыв глаза. Он совсем выбился из сил. Казалось, в принцессе был безграничный запас бодрости, так как она весь оставшийся день таскала редактора по всем уголкам замка, даже по тем, где ему быть было не положено. За это время Сафер уже успел полностью смириться со своей судьбой и надеялся лишь на то, что завтрашний день был не таким утомительным.

Сняв с себя рабочую одежду, жеребец, как можно тише, прошел в спальню, где его супруга уже давно сопела в кровати. Единорог осторожно прилег рядом и закрыл глаза, практически сразу же окунувшись в мир грез. Напряжение начало спадать, копыта переставали гудеть. Наконец-то Миддэй почувствовал комфорт и спокойствие. От удовольствия пони повернулся к жене, лежавшая к нему спиной, и приобнял ее копытом, желая почувствовать тепло родной души. Однако единорог практически сразу почувствовал что-то неладное. Он много раз обнимал любимую супругу и в этот раз ее размер кардинально отличался от всех предыдущих ночей. Сафер открыл глаза и посмотрел на бугор под одеялом. Жеребец, медленно отодвинул край одеяла и увидел то, чего боялся увидеть больше всего.

— Миддэй, ты еще не спишь? – прошептала Селестия, повернувшись к редактору нос к носу.

Со страшным воплем Миддэй вскочил с кровати. У напуганного жеребца шел холодный пот, которым пропиталась вся подушка. Кобылка, разбуженная криком мужа, быстро включила свет и с беспокойством посмотрела на супруга.

— Милый, что такое? – произнесла жена, — Тяжелый день на работе?

— Ох, ты даже не представляешь насколько, — ответил Сафер, перевернув подушку другой стороной и вновь устроившись в кровати.

Ночь обещала быть долгой.

Тем временем Лира с Майклом тоже готовились ко сну. Для них день вышел тоже весьма насыщенным. Человек с трудом приволок недвижимое тело Лиры к дому, который она ему уже показала во время экскурсии по городу. Под вечер, когда единорожка снова смогла двигаться, они поужинали салатом и маффинами с чаем, чему Майкл был не особо рад, надеясь на полноценный ужин, а потом уселись на диване разговаривая о своих мирах. Когда же настало время сна, Лира начала настойчиво приглашать человека в свою спальню.

— Ты же говорила, что вы с этой Бон Бон живете вместе. Разве у нее нет своей комнаты? – спросил Майкл, со скептицизмом относясь к приглашению кобылки.

— О… да, у нее есть комната, но она… она… на ремонте. Да, мы начали ее ремонтировать недавно! Покрасили стены. Там так воняет краской, жуть!

— О, понятно. Можно мне взглянуть?

— Нет! Нельзя! Там очень сильно воняет краской. А еще я потеряла ключ от комнаты! И вообще, там холодно, темно и страшно!

— Ну, хорошо, я лягу на диване.

— У меня нет дивана!

— Мы сидим на нем.

— О. Правда? Вот так неожиданность! Ну… это… очень старый диван. Вдруг он сломается и ты поранишься…

— В общем, мне негде лечь, кроме твоей кровати?

— Да! Именно так!

— И тебя не смущает, что мы, существа разных видов, будем спать в одной кровати?

— М, нет. Ничуть.

— О, боже…

— Кто?

— Неважно. Ладно, будь по твоему, пойдем в твою спальню, — после этих слов Майкл встал с дивана.

— Да! Да, да, да, да! – стала ликовать единорожка, — Давай, иди за мной! Будь уверен в том, что у нас будет о-о-очень длинная и веселая ночь.

— Я люблю повеселиться, — с улыбкой произнес Майкл и, вдруг наполнившись симпатией к своей новой подруге, пошел за ней к кровати.

Продолжение (18+)

## Часть 3 - Кому-нибудь вообще нужны эти заголовки?

Моросил холодный редкий дождь. Солнце скрылось за тучами. Весь мир вдруг резко потерял в контрастности и стал серым и унылым. Это был день траура по безвременно ушедшему режиссеру.

Группа из двух десятков пони в черных строгих костюмах собралась на поляне, где покойный хотел лежать после своей смерти. Яма для гроба уже была выкопана и четверо носильщиков ожидали, когда все попрощаются с умершим, прежде чем опустить гроб в яму. Когда родственники и друзья сказали пару добрых слов, в дело вступил священник, начавший зачитывать прощальную речь.

— Сегодня, в этот тяжелый для всех нас день, мы прощаемся с… режиссером, который так рано покинул нас. Режиссер был прекрасным другом, отцом, сыном, братом, дядей, кузеном, работником, налогоплательщиком и ломателем четвертой стены. Мы вечно будем помнить этого славного жеребца. Пусть земля ему будет пухом. Аминь.

По окончанию речи музыкант стал играть похоронную мелодию на трубе, а носильщики медленно опускать гроб в предназначенное для него место. Вдруг сильным порывом ветра к гробу, который уже наполовину опустили под землю, приклеило мокрый листок бумаги, на который все обратили внимание, правда, никто не осмеливался отклеить лист. Впрочем, никто бы и не успел этого сделать, так как следом за бумажкой прибежал потный и уставший земной пони, который волочил за собой кучу ниток, к одной из которых все еще был привязан параспрайт. Запыхавшийся незнакомец сорвал листок с гроба и посмотрел на надпись.

— …и дивной комплектацею, — произнес земной пони, после чего свалился на землю без сознания.

* * *

Наступило утро нового дня. Стоило только первым лучам утреннего солнца пробиться в дома через занавески, как у всего рабочего класса зазвонили будильники, вырывавшие пони из теплых кроватей. Точно также было и с Миддэем. Стоило злосчастному механизму начать дребезжать, как пони ловко отключил его, не дав своей супруге проснуться. Несмотря на насыщенный день, единорог спал довольно неплохо, и даже умудрился выспаться. Сейчас все произошедшее в замке Кантерлота казалось каким-то абстрактным бредом, а потому Сафер старался не думать об этом.

Поднявшись с постели, Миддэй первым делом направился на кухню, где поставил чайник на плиту и достал хлеб с маслом, начав делать себе бутерброды. Все было довольно обыденно, однако с завтраком жеребцу пришлось повременить, так как в зале вдруг зазвонил телефон. Обычно в такую рань никто не звонил, а потому Миддэй с особым интересом отнесся к звонку.

— Доброе утро, лучший друг на свете! Как спалось? – вдруг раздался мелодичный голос богини солнца, который ободрил Сафера лучше ведра ледяной воды.

— Принцесса? Вы знаете мой номер? – удивленно спросил единорог, глядя на улицу через окно.

— Ну, разумеется! Мы же с тобой лучшие друзья, а лучшие друзья знают телефоны друг друга, так? – хохотнула принцесса.

— Наверное, — со вздохом согласился редактор, — Принцесса, а вы уверены, что у вас сейчас есть время на безделье?

— Безделье? О чем ты, я работая прямо сейчас! На части разрываюсь! Ты даже не представляешь, сколько сейчас дел в замке!

— Вы не делаете дел в замке! Я вижу, как вы стоите в телефонной будке напротив моего дома! – Миддэй ткнул копытом на телефонную будку, из которой торчал круп Селестии.

— О, прости, ко мне пришли послы из других стран, надо срочно их принять, сам понимаешь! Встретимся в замке! – с этими словами принцесса повесила трубку и начала выбираться из тесной для нее будки, в которой она, очевидно, застряла.

— Просто блеск, — проворчал Сафер, повесив трубку и направившись обратно на кухню, где его уже ждал свистящий чайник.

* * *

Тем временем, далеко-далеко, уже в Понивиле, постепенно оживлялся дом Лиры Харст… дом Лиры. Пони никуда не спешила, а потому могла жить в свое удовольствие и спать хоть целый день, в отличии от своего гостя, который, как и все, вставал на работу. Только на этот раз Майкл проснулся раньше чем обычно. Мужчина не привык делить с кем-то спальное место, а потому ворочался всю ночь, толком не отдохнув. А последние пару часов сна ему, вдобавок ко всему, стало невыносимо душно. Как раз из-за жары человек и открыл глаза, уставившись в окно, откуда бил солнечный свет.

— О-о-ох, как же тут душно. Надо хотя бы окно открыть, — прошептал Майкл, однако попытавшись встать он понял причину нахлынувшей духоты.

Во сне Лира прижалась к человеку всем телом и крепко обняла того передними копытами. Выругавшись про себя, Форд попытался разомкнуть хватку кобылы, однако та была непоколебима. Более того, почувствовав дискомфорт, пони прижалась к новому другу еще плотнее, закинув заднее копыто ему на ноги.

— Лира. Лира! – произнес человек, толкая кобылку.

— Мама, сегодня суббота, я не пойду в школу, — промямлила единорожка.

— Что? Проснись! Ты из меня душу выдавишь!

Поняв, что все попытки разбудить подругу тщетный, Майкл, вместо того, чтобы разрывать объятия, стал из них медленно, но верно выползать. В конце концов, у него это вышло.

Освободившись, Майкл приоткрыл одно из окон, глотнув свежего воздуха, после чего направился на кухню. Все еще мучаясь от текущего пота, мужчина залез в холодильник, работающий на какой-то непонятной энергии, и выудил оттуда стеклянную бутылку молока. Открыв крышку, пришелец одним залпом осушил треть бутылки, после чего облегченно вздохнул.

— ПРИВЕТ! – вдруг крикнула на весь дом выскочившая из окна розовая кудрявая голова.

От неожиданности Майкл испуганно вскрикнул и рефлекторно бросил бутылку в напугавшую его пони. Бутылка угодила в лоб розовой кобыле и разбилась вдребезги, отчего кобыла попятилась назад и покатилась кубарем со ступенек, ведущих к входной двери, которых, к сожалению, было довольно много.

— О, Господи! – воскликнул мужчина, осознав свои действия, и побежал на выручку неожиданно появившейся особе, потиравшей голову, — Ты в порядке?

— Вроде бы да, — протянула Пинки, поднявшись с помощью Форда, — Зачем ты это сделал?

— Ты так неожиданно выскочила, я испугался! – принялся оправдываться Майкл, — Я… принесу полотенце!

— О, брось, не стоит! – хохотнула розовая пони, — Я в порядке!

— Ты уверена? Тебе поллитровая бутылка в лоб прилетела, — смущенно сказал человек, — А еще у тебя осколки из головы торчат.

— Да? – кобыла пощупала лоб и действительно ощутила инородный предмет в черепе, — Ну, я чувствую себя потрясающе! Сейчас просто вытащу его и все буде…

Стоило Пинки дернуть осколок стекла, как она мгновенно упала без сознания, в очередной раз перепугав Майкла до смерти. Мужчина поразмыслил немного и не нашел варианта лучше, кроме как задвинуть инородный предмет обратно в рану.

— …т замечательно! – как ни в чем не бывало произнесла Пинки, — Ой, мы же с тобой так и не познакомились! Я Пинки Пай! Но для друзей просто Пинки! А мы с тобой друзья! Я дружу со всеми, кто приезжает в Понивиль! С человеком я еще не дружила, так что это будет так здорово! Ну, куда пойдем?

— Пойдем? – непонимающе спросил человек, находившийся в замешательстве.

— Ну, да! Ты что, думал, что я оставлю твой приезд без внимания? О, нет, будет вечеринка! Большая вечеринка! С угощениями, играми и танцами!

— Может, сначала в больницу сходим?

— Больницу? Ты болен? Какой ужас! Я не хочу, чтобы мои друзья болели! – рывком приблизившись к Майклу, розовая пони за считанные секунды проверила ему температуру, пульс и сердцебиение, — Мне кажется, что ты здоров!

— Тебе слишком сильно прилетело по голове, или ты всегда такая? – произнес Форд.

— Идем, мой новый друг! Позавтракаем, а потом пойдем с тобой веселиться! А завтра устроим праздник в твою честь! – торжественно заявила Пинки, потянув человека за собой.

— Постой, Пинки Па… — не в силах удержаться на месте, Майкл безвольно пошел за розовой кобылой, прыти которой можно было лишь позавидовать.

* * *

— Ребята, уже девять, пора по домам! – заявил ночной сторож, выключая свет в офисе, в котором остался лишь один аист, спешно заканчивавший писать отчеты.

— Так точно, Эрл! – радостно ответил работник, положив последний документ в ящик стола и начав убираться на рабочем месте, — Уже ухожу, хе-хе!

— Что, намечаются хорошие выходные? – спросил охранник, раскручивая кольцо с ключами на кончике крыла.

— Еще бы! Сейчас с парнями пойдем в бар, потом в кегельбан, а завтра утром оденем свои гавайские рубашки, намажем прически лаком и пойдем к фламинго! – гордо рассказал аист.

— Здорово! Ну, что ж, удачи вам, пижоны! – шутливо сказал сторож.

— И тебе старина! – закончив на рабочем столе, аист взял свой дипломат, и уже собирался было идти к выходу, как вдруг его окликнул коллега по цеху, тоже собиравшийся идти домой.

— Чарли! Чарли! – запыхавшийся аист подбежал к уходящему приятелю, — Стой, еще осталась работа! Одна двойня! Близняшки!

— Издеваешься? Я вообще-то уже домой иду! У меня через двадцать минут свидание с сидром и девчонками! – недовольно отозвался Чарли.

— Ну, если ты не разберешься с этой двойней сейчас, то пойдешь к сидру и приятелям с этими младенцами! Их тут нельзя оставлять!

— Проклятье! Неужели никто не может сделать это за меня?

— Кто? Все давно ушли. Никому не хочется торчать на работе перед выходными!

— Ладно, ладно, ладно! Давай только по быстрому! – работник достал из-за стола ручку с чистым бланком, — Давай их сюда!

Через минуту коллега по работе принес двух малышей, лежащих в большом белом платке, края которого были связаны узлом.

— Так, девочка-единорог и мальчик-пегас. Пусть будут в Понивиле, я не знаю…

— Но в Понивиле нет подходящей семьи, ожидающей детей, — заметил второй аист.

— Почему это нет? А как же эти… как их… Кейки, кажется?

— Они оба земные пони!

— Ну, и что? Все ведь логично! Пацан появился от генов пра-пра-пра-прадеда отца, а девчонка… э-э-э… от двоюродного брата, тридцатиюродной бабки матери!

— Звучит как-то натянуто.

— Сойдет!

— А что если муж… ну… начнет избивать жену?

— Я аист, а не семейный психолог, Джон! Это уже не мои проблемы! – закончив заполнять бланк, Чарли кинул бумагу к младенцам, — Надеюсь, незапланированных детей больше нет?

— Лети давай уже! – проводив приятеля к месту вылета, Джон вздохнул и пошел к выходу, — Интересно, и чем все это закончиться…

* * *

— Здравствуйте, дорогие зрители, с вами Джером Ленкинс и это передача «Береги шерстку смолоду», — грустно сказал ведущий с блестящей шевелюрой, сидя в обнимку с пачкой салфеток, — Сегодня у нас, хнык, траурный выпуск. Мы скорбим по безвременно почившем Режиссере, что радовал нас своими гегами на протяжении… двух выпусков этой истории. Конечно, вы знали его недостаточно хорошо, но для нас он был, как отец. Хнык. Сегодня в этой студии собрались пони, которым был небезразличен Режиссер и которые хотели бы сказать пару слов об это ужасной трагедии. Давай, переключай, я больше не выдержу…

«Принцесса Селестия. Экс-единоличный правитель Эквестрии. Богиня солнца.

Любит: друзей, тортики, абсолютную власть.

Ненавидит: замечания в стиле «это уже было в».

— Да, для меня, как и для многих из нас, особенно моей сестры, Луны, смерть Режиссера стала страшным моральным ударом. Я не знаю, как бороться с этой скорбью, а потому заедаю ее низкокалорийным мороженым, — в подтверждение этого грустная богиня зачерпнула из чаши с высокой башней сливочного мороженного целую ложку и засунула себе в рот, — Однажды режиссер пришел ко мне с какой-то просьбой. Я тогда ела черничный пирог. Он был очень вкусным. Только что из духовки. Тесто было такое мягкое, что на нем можно было прыгать, как на батуте, что я и сделала. Если бы этот пирог выдержал меня, то, наверное, я бы вышла за него замуж. Ну, или, как минимум, стала бы посылать ему любовные письма. Эх, встретиться бы с ним еще раз. Так, вы меня о чем-то спрашивали?

* * *

«Клавесина. Мать Рояля в кустах.

Любит: музыкальную школу, чистые руки, своих родственников.

Ненавидит: грязные руки, небрежное обращение, современную музыку».

— Ох, я даже и подумать не могла, что мой сын станет таким ужасным инструментом! Я с детства твердила ему о том, что он должен хорошо выучиться и пойти в колледж, откуда он попадет на сцену и будет играть с великими композиторами! Но он был бунтовщиком, никогда не слушал родителей! Якшался с этими мерзкими… кустами! Пугал прохожих, слушал этот новомодный рок! И вот к чему все это привело! Теперь он заканчивает зашедшие в тупик скетчи! Разве это жизнь? Я так больше не могу, — тут расстроенный музыкальный инструмент расплакался, начав выводить из себя довольно мерзкие звуки, говорившие о том, что требуется настройка инструмента.

* * *

«Парень из заставки. Просто парень из заставки.

Любит: что-то.

Ненавидит: устриц. Возможно. Не знаю».

— Вы отправили меня в гребаные небеса с этой тяжеленной бандурой! Я чуть не помер там к чертям собачьим! Я не спал тридцать часов и не ел столько же! И я все еще не получил свой чек! После всего этого вы еще спрашиваете, как я отношусь к Режиссеру? Да пошел он со всеми вами в п…

ТЕХНИЧЕСКИЕ НЕПОЛАДКИ

ПОЖАЛУЙСТА, ЖДИТЕ

Вишневая ферма Черри Джубили гордо возвышалась на самом высоком склоне Додж-Сити, где гектары прекрасных вишневых деревьев получали максимум солнца и тепла. День близился к вечеру, а потому все работники неспешно расходились по домам, в то время, как сама хозяйка, довольная жизнью, восседала в своем кабинете на втором этаже, с балкона которого открывался вид на все владения властной кобылы.

Это мог бы быть обычный рабочий день, подошедший к концу, если бы не группа из примерно двадцати земных пони, что смогли прокрасться на территорию фермы и ожидали, когда на улице все стихнет. Эпплы, жаждавшие мести, уже приготовили полные сумки забродивших вишен и были готовы напасть в любой момент.

— Пора! – наконец, скомандовала Эпплджек, — Вперед!

Получив приказ, Эпплы принялись исполнять четко распланированный план.

Пони разделились на несколько групп и принялись обезвреживать охранников, усыпляя тех салфеткой, смоченной в вишневом сиропе. Пони действовали быстро и осторожно, как будто занимались фруктовой войной всю свою жизнь. Когда вся охрана вне виллы Джубили была устранена, Эпплы начали потихоньку группироваться у главного входа. Лишь Эпплджек решила найти другой проход, но единственным таким проходом был балкон на втором этаже.

Когда все оказались в сборе, Биг Маки, который был главным после Эпплджек, подал сигнал копытом и Эпплы всей гурьбой вломились в дверь, мгновенно начав закидывать вишнями обескураженную охрану, у которых даже не было ни одного яблока, лишь ружья да дубинки.

Тем временем Черри Джубили, у которой выдалась весьма трудная неделя, развалилась в кресле перед своим рабочим столом, высыпав на него кучу особой кондитерской пудры, которая была настолько сладкой, что оказалась объявлена вне закона. Обычно пудру делили на дорожки и слизывали, но Черри не отвлекалась на это, засовывая язык прямо в горсть на столе. Когда хозяйка фермы услышала крики охраны и топот множества копыт, она сразу поняла, что за ней, наконец, пришли.

Вдруг в целом пассивная кобылка резко переменилась. Ее обуял необъяснимый гнев, вызванный не в последнюю очередь незаконной пудрой.

— Что, хотите поиграть со мной, да? Хотите поиграть, негодяи? – шептала про себя пони, вскочив с кресла и достав из ящика устройство, с помощью которого работники собирали упавшие вишни, словно пылесосом, который мог не только всасывать, но и выплевывать, — Хотите подраться? Хорошо, жалкие тараканы! Я лучшая, лучшая!

Подготовив свое оружие, заряженное яблоками, Джубили начала быстрым шагом приближаться к выходу из кабинета, сразу за которым была лестница вниз, по которой уже поднимались Эпплы.

— Хотите поиграть со мной? Давайте поиграем! – кобыла наставила ствол аппарата на выход, — Скажите привет моему маленькому другу!

Выкрикнув эту фразу пони начала стрелять беспрерывным потоком яблок, который срезал первых подошедших земных пони, которые завалились на пол. Разобравшись с первой волной, хозяйка фермы вышла к лестнице и продолжила обстреливать все идущих Эпплов, которые, впрочем, тоже успевали кидаться вишней во врага. Однако если захватчики падали от одного яблока, Черри держалась на копытах и после многочисленных попаданий, продолжая отбивать все идущие волны врагов.

— Вы что, думаете, сможете завалить меня вишнями? Плевала я на ваши вишни! Плевала я на все! Давайте, я жду ваши вишни! Я готова принять все ваши вишни! – никак не унималась кобыла, покрытая слоем гнилых ягод, но все продолжавшая отстреливать Эпплов, — Вы хоть знаете, с кем связались! Я – Черри Джубили! Вы играете с лучшей! Чтобы завалить меня, вам понадобится вся армия! Весь Тартар!

Пока хозяйка фермы причитала и стреляла, хитрая Эпплджек смогла забраться на балкон при помощи лассо и теперь тихо подкрадывалась к противнику сзади, чтобы нанести последний удар. Подойдя вплотную, кобыла размахнулась как следует и запустила горсть ягод в спину Джубили. Получив такой удар, пони резко умолкла и, лишенная последних сил, свалилась с лестницы на первый этаж, угодив лицом прямо в фонтан. На этом это долгое сражение было закончено.

— Кхем, простите, что прерываю такую сцену, но мы скоро закончим? Мне еще ребенка из садика забирать, — произнес один из Эпплов, измазанный яблоками.

— Что? Ах, да, да, думаю, мы закончили, верно? – поинтересовалась Эпплджек, поглядев на хозяйку фермы.

— Да, мы закончили. Эпплы победили. Поздравляю, — ответила Черри, выжимая намокшую гриву, — Все, всем спасибо, можете расходится!

Услышав эти слова, падшие охранники фермы и Эпплы начали вставать на копыта и отряхиваться от грязи, весело посмеиваясь и делясь планами на следующий день. На этом долгое сражение было уж точно окончено.

* * *

Уже к девяти часам Миддэй, как и всегда, пришел в замок, на свое рабочее место. Жеребец надеялся, что принцесса все же займется чем-то более полезным, чем времяпрепровождение с обычным редактором, а потому старался не привлекать к себе много внимания со стороны приближенных богини солнца.

Пройдя к своему рабочему столу и поздоровавшись по пути с коллегами, Сафер с удивлением обнаружил, что его рабочее место уже было кем-то занято. Пони никогда раньше не видел этого жеребца в замке, а потому его появление смутило редактора больше, чем обычно. Немного понаблюдав за пришельцем, который даже и не думал уходить, единорог быстрым шагом приблизился к незнакомцу.

— Простите, сэр, но это мое рабочее место, — заявил Миддэй, — Не могли бы вы уйти.

— Ваше место? Вообще-то оно мое! – удивленно ответил новоприбывший пони.

— Нет, мое! Я редактор и я здесь работаю!

— Ах, значит, вы и есть Миддэй Сафер? – вдруг осенило незнакомца, — Принцесса просила передать вам, что вы уволены.

— Чего! – шокировано спросил единорог, уронив свой чемоданчик.

— И наняты на должность левого копыта. Что бы это не значило, — пожал плечами новый редактор, — В общем принцесса сказала, что будет ждать вас в тронном зале.

— Ох, твою мать, — пробурчал Миддэй, взяв свою ношу и уныло поплетшись к принцессе, которая, казалось, могла достать хоть мертвого из могилы.

* * *

Зайдя в зал, Сафер первым делом увидел нескольких столпившихся в кучку пони в дорогих костюмах, распинающихся перед принцессой, которая со скукой слушала пришедших, то и дело зевая. Единорог решил не вмешиваться в официальный прием и встал в сторонку, не привлекая к себе внимания.

— Если говорить кратко, о дражайшая принцесса Селестия, наши новые правила гарантируют увеличение эффективности труда минимум на двенадцать процентов! Однако, как вы и сами прекрасно осознаете, нам придется внести ряд изменений в наш рабочий состав. Отправить многих сотрудников на переквалификацию, сменить штат, приобрести новое оборудование и найти зарубежных специалистов, у которых мы почерпнем бесценные знания касательно наших…

— Вам опять нужны деньги? – прервала речь Селестия.

— Да, — коротко ответил представитель какого-то министерства.

Не задавая лишних вопросов, принцесса вдруг выстрелила золотистым лучом в говорливого чиновника, который тут же превратился в золотую статую.

— Вот вам деньги и повод найти нового министра экономического развития. Свободны! – отрезала богиня, заставив оставшихся пони в спешке уносить драгоценный металл к выходу.

— Принцесса, — неуверенно пробормотал Миддэй, как только двери в тронный зал закрылись.

— А, Миддэй, вот и ты, наконец! – воскликнула резко повеселевшая Селестия, — Ну, чего ты стоишь в темном углу? Скорее подходи сюда!

— Принцесса, послушайте, произошла ужасная ошибка! Как я понял, вы хотите, чтобы я был какой-то важной государственной шишкой, но я не такой! Я ничего в этом не смыслю! Пожалуйста, верните меня на…

— Будешь? – спросила Селестия, протянув блюдо с нарезанным рулетом под нос жеребца.

— Нет, спасибо! – раздраженно отказался единорог, отодвинув десерт, — Верните меня на прежнюю должность! Мне нравилось там работать и я хорошо в этом разбираюсь! Пожалуйста!

— Успокойся, друг мой, ты прекрасно освоишься на новой должности, — неразборчиво произнесла кобыла, пережевывая рулет, — Я бы с радостью сделала тебя своим правым копытом, но эта должность уже занята. Моя сестра убьет меня, если я уволю Нервуса. Она порой такая вредная!

— Но, принцесса!

— Ни слова больше! Это не обсуждается! – строго заявила богиня, — Присаживайся рядом. Сейчас я расскажу тебе об азах твоей новой должности.

— Но тут больше некуда сесть, — произнес жеребец, оглядевшись по сторонам.

— Ой, и впрямь. Ладно, попрошу кого-нибудь принести сюда еще одно кресло, а пока можешь сесть на трон! – с этими словами аликорн подвинулась в сторону, освободив немного места.

— О, нет, нет, я постою!

— Брось, тут хватит места!

— Я не устал! Спасибо большое!

— Ну, как хочешь! – Селестия приняла прежнюю позу и торжественно огласила, — Впускайте следующих пони!

— Кантерлотский Клуб Кротости желает встречи с принцессой, — сказал слуга у входа, — Впустить их.

— Пусть заходят!

— Клуб кротости? Никогда не слышал о нем! – шепнул Миддэй, встав рядом с троном принцессы.

— А, аристократия любит организовывать клубы по интересам. Обычно они не доходят дальше, чем размусоливание одежды или блюд, но вот Кантерлотский Клуб Кротости, или ККК сокращенно, занимаются поддержкой других рас, типа грифонов, зебр и так далее. Получаются не очень, но ребята правда стараются. Не волнуйся, все будет хорошо.

Большие двери открылись и на середину зала вышла группа пони, облаченная в белоснежные балахоны с конусовидными капюшонами, в которых были лишь вырезы для глаз. Несмотря на то, что все, в том числе и обычно невозмутимая стража, с усмешкой смотрели на причудливые одежды, членов клуба это нисколько не смущало.

— Приветствуем вас, достопочтимая принцесса Селестия! Мы рады, что вы приняли нас в своих прекрасных владениях!

— Ближе к делу! – нетерпеливо произнесла богиня.

— О, да, как скажете! В общем, мы собираемся устроить торжественное шествие на землях зебр! В Эквестрии все еще сильны стереотипы о том, что зебры – это дикари и ужасные шаманы, творящие зло, и мы хотим развеять все эти мифы! Специально для этого все члены клуба оденутся в народные одежды зебр и пройдут от Кантерлота до зебринской территории, скандируя лозунг «Зебры – не хуже, чем пони» и поджигая перед домами зебр кресты, как знак уничтожения всяких преград между нашими народами! Мы даже плакаты нарисовали с лозунгом нарисовали!

С этими словами члены клуба гордо вытащили большой кусок картона, на котором аккуратно было написано «Зебры – не, хуже чем пони».

— Нравиться? У нас таких еще много! – гордо заявил глава ККК, — В общем, мы пришли попросить у вас разрешение на проведение этого шествия! Как вы смотрите на это объединение народов?

— Знаете, что-то я не помню, чтобы зебры когда-нибудь одевались в такое, — с усмешкой произнесла принцесса.

— Ну, это было давно, — принялся оправдываться глава ККК.

— Так и я не вчера родилась, — справедливо заметила богиня, — Откуда вы вообще достали эту одежду?

— Наш коллега, работавший библиотекарем, сказал, что вычитал это в энциклопедии. Или вроде того. Да и вообще, мы целую неделю эти балахоны шили!

— Кстати, на вашем плакате ошибка, — вдруг вмешался Миддэй, — Вы запятую не там поставили.

— Что? Разве? – еще более удивленно произнес член клуба, разглядывая написанный лозунг, — Эм… ну, это ведь не критично?

— Не критично? Ваш лозунг обретает совершенно иной смысл! Нам чертовски сильно повезет, если зебры после вашего шествия не объявят нам войну! – вдруг прорвало бывшего редактора.

— Ладно, ладно, мы все исправим, но обязательно вернемся! – заявил член клуба, направившись со своими коллегами к выходу.

— А говоришь, ты не разбираешься в этом! – вдруг сказала кобыла.

— Простите?

— Здорово ты разобрался с этими парнями! Тебя даже не надо ничему учить, ты и так все знаешь!

— Каждый бы заметил эту ошибку! Здесь нет ничего такого!

— Нет! Ты – избранный!

— Принцесса, пожалуйста, не надо…

— Нет, я серьезно! В древних письменах говорится о герое, что придет в божественные владения и низвергнет зло в пучины тьмы, откуда оно выползло!

— Я тоже покупаю эти хлопья и читаю введения для настольной игры на обратной стороне.

— Какой же ты скучный, — недовольно заявила принцесса, — Давайте следующего!

* * *

Тем временем Майк с Пинки прибыли в летнее кафе, урвав столик в тени дерева. Несмотря на то, что пони с человеком шли не больше десяти минут, кобылка успела расспросить пришельца из другого мира обо всем, что только могло придти в голову, что немало утомило мужчину. Пинки Пай же напротив, с каждым новым вопросом наполнялась все большим энтузиазмом. Розовая пони перестала сыпать вопросами только тогда, когда официантка подала гостям меню.

— О, наконец-то, я голодная, как волк! – кобыла открыла меню, начав бегло его прочитывать, — Я уже выбрала! Ты пробовал эквестрийские блюда? Нет? Уверена, наша кухня тебе о-о-очень сильно понравиться! Наверняка даже сильнее, чем человеческая, хоть я и не знаю, что вы готовите! Что же ты молчишь? Заказывай!

— Эм… — неуверенно простонал человек, скептически пролистывая меню, — Суп из шалфея и ромашки с мелко потертой крапивой? Сэндвич с тринадцатью видами цветов? Салат с шоколадной заправкой и укропом?

— Это мой рецептик! – хохотнув, сказала пони, — Ну, как тебе? Уже текут слюнки?

— Ага, конечно, — скривившись, отозвался Майкл, — Это, конечно, все очень интересно и… оригинально, но у вас нет чего-нибудь… ну, не знаю… мясного.

Услышав это, все посетители кафе вдруг развернулись к человеку, пронзив его неодобрительными взглядами.

— Мясного? — ошеломленно произнесла Пинки Пай.

— Ну, да. Телячья вырезка, рагу из кролика, куриная отбивная, говяжий стейк, в конце концов!

После этих слов несколько особо впечатлительных пони встали с места и рванули к уборной, с трудом удерживая рвотные позывы.

— Ну, или можно морепродуктов, — продолжал мужчина, глядя в меню, — Жареная или запеченная рыба, кальмары, суши, что-нибудь из этого.

— Майкл… ты… вы… люди… едите животных? – с нескрываемым омерзением спросила Пинки.

— Ну, да. А вы разве… — вдруг человека осенило, и он вспомнил, что имеет дело пусть и с разумными, но лошадьми.

— Так, приятель, ты отправишься со мной! – вдруг сказал подошедший стражник, — И объяснишь, зачем пугаешь невинных пони своими кошмарными историями!

— Ой, да ладно вам, в нашем мире это нормально! У нас животных специально выращивают для забоя!

— Ну, все, ты перешел всякие рамки, безумный ублюдок! Ты отправишься за решетку! – вдруг стражник вытащил дубинку и принялся бить мужчину по голове.

— Ладно, ладно, успокойся! Я пойду с тобой, только перестань махаться этой штукой! – закричал Майк, получив несколько тумаков.

— Нет, офицер, остановитесь! – вмешалась Пинки Пай, — Не надо уводить его в тюрьму! Если надо, я заплачу за него штраф!

— Что ж, хорошо. Я оставлю его, но только из-за уважения к Пинки Пай! – успокоился жеребец, — Давай тысячу битсов и я о вас забуду.

— Тысячу? Это не многовато ли? – поинтересовалась кобылка.

— Ну, если для общеизвестной пони, которая знакома лично с принцессами это многовато, то я прямо сейчас уведу этого злостного нарушителя за решетку!

— Хорошо, я заплачу! – пригрустнувшая Пинки достала из седельной сумки увесистый мешочек с золотыми монетами и дала наглому стражнику.

— Отлично! Всего хорошего! – весело произнес жеребец, прогулочным шагом уходя от нарушителя, насвистывая себе мелодию под нос.

— Слушай, Пинки, прости, я не думал, что…

— Нет, нет, не извиняйся! Здесь нет ничего такого! – заверила нового знакомого кобыла, — Мне осталось каких-то жалких двадцать семь дней до зарплаты! Уверена, я как-нибудь продержусь!

— Я хотел сказать…

— Говорю же, не извиняйся!

— Но ведь…

— Хватит пытаться извиниться!

— Где мне найти работу? – вдруг выпалил мужчина, — Я тебе все верну. Только я не знаю, где вообще искать работу в вашем мире!

— Хм… а ты умеешь работать с кондитерскими изделиями?

— Ну, мы с мамой пекли пироги для приюта для бездомных, но больше…

— Ура! – вдруг вскрикнула радостная пони, крепко обняв мужчину, — Это же просто замечательно! Ты сможешь работать в сахарном дворце вместе со мной! Идем скорее, я попрошу миссис Кейк устроить тебя! Она тебе не откажет!

— Может сначала…

Как и в первый раз, Майк не успел закончить мысль, как кобыла уже потянула его в другую часть Понивиля, к своему месту работы и одновременному пристанищу.

* * *

— Эй, а кто будет платить! – выкрикнула недовольная официантка, выбежав вслед за ушедшей из кафе парой.

— Я заплачу, — вдруг произнесла серая кобылка в маске полного безразличия, поставив на стол пару монет и усевшись за тот же столик.

— Как пожелаете, сэр, — пожав плечами, сказала работница кафе, забрав деньги.

— Вообще-то я… — начала было Мод, но официантка уже ушла.

Заказав себе чай, кобыла неподвижно застыла, ожидая прибытия своего спутника, иногда понемногу отпивая из чашки. Примерно через полчаса к кафе подошел единорог с прилизанной прической и в красивом костюме с бабочкой, который леветировал перед собою букет цветов. Жеребец подошел к столику, за которым сидела Мод, но увидев ее, у него вдруг резко пропала улыбка, и он стал в чьих-то поисках озираться по сторонам.

— Простите, сэр, но у меня назначена встреча за этим столиком с одной дамой. Не могли бы вы найти другое место, — взволнованно произнес единорог.

— Я и есть та самая дама, — кратко ответила пони, — Я – Мод Пай.

— Вы? – удивленно воскликнул пришедший, — На фотографии в анкете ты была совсем не такой!

— Ты тоже. Но я не против и того, что есть.

— Постой, постой, это же какая-то шутка, да? Какая-то подстава? – никак не мог поверить жеребец, — Послушай, если ты брат этой Мод, то клянусь, я не хотел ничего выходящего за рамки приличия! Просто погулять и все!

— У меня нет братьев. Только три сестры, которые не имеют ничего против моих знакомств с жеребцами.

— Ох, блин, — протянул единорог, — Слушай, я бы хотел с тобой сейчас посидеть, правда, но я вдруг вспомнил, что утюг дома не выключил! И дверь не запер! И вообще, у меня мама в коме! Короче, меня лучше не беспокоить, я сам тебе позвоню, хорошо! Все, до скорого!

— Но я ведь не давала тебе своего номера! – крикнула Мод вслед убегающему жеребцу, который забыл букет на столе, — Эх…

Земная пони вытащила из-за пазухи толстую поношенную тетрадь с карандашом, которую открыла где-то посередине. Все листы были исписаны рядами имен с номерами телефона, половина которых была зачеркнута. Взяв карандаш в зубы, она зачеркнула еще одно имя, после чего поднялась и направилась к ближайшей телефонной будке.

* * *

— Короче, слушай сюда, хмырь! В общем тебе каждое утро приносят шесть бутылок молока и двенадцать пончиков, да? – жеребец выхватил из раковины несколько помытых тарелок и чашек, кинув их на стол, — Но ты, падла, жрешь только восемь пончиков и пьешь, не знаю, две бутылки молока!

После этих слов пони отобрал от чашек и тарелок несколько штук, сметя остальные на пол, со звоном разбив их.

— Но ты, дебил, платишь то за все! А с нашей кондитерской можешь платить за ВОСЕМЬ пончиков и ДВЕ бутылки молока, уяснил, а?

— Уходите из нашего дома! – крикнула заплаканная кобылка, зажавшись в углу с двумя напуганными детьми.

«Иокта. Самый оригинальный рекламодатель в Эквестрии».

* * *

Заспанные и уставшие от ожидания солдаты, собравшиеся вокруг неунывающего командира, с нетерпением ждали окончания теста на замаскированного пришельца. Мужчина взял последнюю чашку Петри и провел по ее содержимому раскаленной частью проволоки, но кровь никак по особому не отреагировала на раздражитель.

— Так, ладно, похоже, никто из на не замаскированный пришелец, — расстроено произнес мужчина, кинув сосуд в кучу таких же, уже проверенных, — И что будем делать?

— Может, просто возьмем дом штурмом? – предложил один из солдат.

— Ага, и сразу же обратимся в пепел? – недовольно выкрикнул командир, — Вы что, думаете пришелец станет выходить без лазерной пушки? Наивные!

— Эм, сэр, — вдруг неуверенно сказал рядовой, следивший за периметром с башни танка, — Кажется, у нас проблемы посерьезнее, чем этот пришелец!

— Что? Что там такое? – бывалый воин вскочил с места и рывками поднялся на боевую машину, отобрав у солдата бинокль, — О, нет… Они уже здесь…

— Ёу, чуваки, не трогайте пришельца, ага! Все мы братья во вселенной, копишь? – произнес длинноволосый парень в расстегнутой рубашке, за которым стояла толпа таких же веселых митингующих.

— Хиппи, — с прищуром прошептал командир, — Президент еще не разрешил стрелять в хиппи на поражение?

— Нет.

— Черт! – воскликнул мужчина, — Значит, придется держать глухую оборону и делать вид, что не видим их.

— Мы знаем, что вы нас видели, чуваки! Этот номер с нами больше не прокатит!

— А они развиваются. Развиваются, как чума! У кого какие идеи? – поинтересовался вояка у солдат.

— Ну, Фил собирается в Старбакс сгонять. Собирает заказы, — ответил майор, — Вы что-нибудь будете.

— Да, пожалуй, — согласился командир, продираясь обратно через толпу.

— Эй, братишка, они отвлеклись? – вдруг спросил у главного заводилы один из хиппи.

— Да, чувак, можно начинать! Выводите его!

С этими словами заговоривший подал сигнал при помощи зеркальца, после чего пятеро людей выбежали из дома через заднюю дверь, неся над собою ничего не понимающую Бон Бон. Несмотря на то, что вышедшая на митинг курящая толпа стояла буквально в двадцати метрах от танков и грузовиков, никто из солдат не смотрел на хиппи и те могли творить все, что им вздумается. Выбежавшие люди с ходу бросили пришельца в разукрашенный всеми цветами кабриолет и главный активист сел за руль, готовый вывозить пони из оцепленной зоны.

— Привет, пришелец! Можешь не бояться, мы мирные существа! Мы отправим тебя обратно на Марс!

— Куда?

Вдруг машина резко тронулась и поехала прочь от кордона, однако впереди дороги виднелся недавно выстроенный блокпост, у которого дежурило несколько солдат.

— Не волнуйся, пришелец! У меня есть план, как нам обойти этих вояк! Положись на меня!

Бон Бон была не уверена, стоит ли верить дымящему человеку, но особого выбора у него не было, поэтому она молча уселась на переднее сидение авто. Тем временем машина подъехала к шлагбауму, а один из солдат подошел к водительскому месту, подозрительно глядя на пони.

— Вы кто такие? – строго спросил вояка.

— Это не тот пришелец, которого вы ищете! – произнес хиппи, проведя рукой у носа солдата.

— Так это пришелец? Вы арестованы! – выкрикнул военный, направив ствол автомата на человека с пони, поднявших руки и копыта.

— Вот дерьмо. Прости, пришелец, ничего не вышло, — разочарованно сказал парень.

— Знаешь, я даже не сомневалась! – раздраженно ответила кобыла.

* * *

Под ясным голубым небом, среди высоких скал и лесов одиноко стоял закрытый со всех сторон замок, откуда не слышалось ни единого писка. Лишь только ветер и животные наполняли сложившуюся обстановку звуками. Впрочем, беззвучие со стороны защитного строения продолжалось недолго.

Из-за стены замка медленно поднялась голова белоснежного аликорна, который с прищуром осмотрел все вокруг.

— Пс, иди сюда! – шепнула Селестия, после чего рядом высунулась вторая голова, на сей раз простого солдата, — Где?

— Вон там! – жеребец ткнул копытом стоящую в отдалении шахту с самоцветами, — Без этих камней нам больше не нанять драконов!

— Ладно. Готовь войска, вокруг чисто! – с этими словами принцесса также медленно опустилась обратно.

— Ну, что, все готовы? Давайте, одно копыто здесь, другое там! – с этими словами ворота замка резко раскрылись, и огромная армия Селестии галопом помчалась к злополучной шахте. Добравшись до точки, богиня света вставила напротив шахты красный флаг и уже начала приказывать всем бежать назад, как вдруг из кустика, что располагался у рва замка, выскочила орда из многих тысяч темных воинов, которые тут же вбежали в замок и закрыли ворота.

— Сомбра, скотина, это мой замок! Открой ворота! – недовольно крикнула принцесса, добравшись до входа со своими солдатами.

— Ты что-то сказала? Прости, я плохо слышу тебя с этой высокой неприступной стены! – крикнул в ответ король Сомбра, взобравшись на стену.

— Вали из моего замка говорю! – еще сильнее крикнула богиня.

— Твоего замка? А с чего это ты взяла, что это твой замок? Когда мы пришли, тут никого не было!

— Мы вышли всего на минуту! Ты и сам это знаешь!

— Что упало, то пропало!

— А, ну, выходи!

— А ты меня заставь!

— Ах, ты, негодяй! — аликорна схватил с земли камень и с силой бросил его в противника, который успел спрятаться за стену, — Я еще вернусь и выбью тебя из этого проклятого замка! Отступаем!

— Селестия, подожди! – вдруг истошно выкрикнул король, — Не уходи пока! У меня тут где-то должна быть бумажка с оскорблениями для тебя! Я их всю вчерашнюю ночь придумывал!

— Ладно, давай, — смирилась богиня, подойдя обратно к стене.

Сомбра извлек из-под плаща свернутую бумажку и, откашлявшись, начал с выражением читать.

— Принцесса Селестия – несостоятельное, нелепое и глупое создание, место которому в змеиной норе Вечнодикого леса. Ее мать торгует телом на дороге, а отец бросил несносную семейку еще до рождения детей. Принцессу Селестию ненавидит даже собственная сестра, которая хочет удушить ее во сне, сварить голову и сделать из мозгов рагу!

— Закончил? – спокойно поинтересовалась богиня солнца.

— Да. Ой, нет, нет, погоди, еще на обратной стороне осталось! Кхм, кхм. А еще она толстая. Теперь все.

-Толстая? Толстая! – вдруг разгневалась Селестия, — Никто и никогда не смеет так меня оскорблять! Ты перешел все рамки доступного Сомбра! Я это так не оставлю! Командир, пришло время пустить в ход секретное оружие! Вызывайте Флэша Хорсона!

Приняв приказ, командир развернулся к солдатам и кратко отдал приказ. От общей группы отделилось несколько пони, которые положили мечи на землю и достали бас-гитары и синтезаторы, начав играть незамысловатую мелодию.

«Флэш, а-а-а,

Спаситель Эквестрии!

Флэш, а-а-а,

Спасет каждого из нас»!

Вдруг из-за деревьев вылетел белокурый земной жеребец на летающей платформе с поручнями, следом за которым вылетело множество пони с металлическими крыльями и булавами.

— Принцесса. Мы пришли.

— Что? – удивленно воскликнула Селестия, выйдя из своих не самых хорошо сохранившихся воспоминаний.

— Мы пришли. Это мой дом, — произнес Миддэй, ткнув копытом в дверь, — Ну, спасибо, что проводили. Наверное.

— О, хорошо, хорошо! Закончу историю о войне с Сомброй завтра! До встречи, Миддэй! Классно провели день! – с этими словами рог богини засветился и та исчезла в яркой вспышке света, расстроив плетущихся следом папарацци.

— Фух, быть другом бога так утомительно, — проворчал единорог, зайдя домой и заперев за собой дверь.

* * *

Майкл уже десять минут сидел у выхода из Сахарного дворца, ожидая возвращения Пинки и миссис Кейк, которые уединились в другой комнате. Хозяйка кондитерской была не слишком довольна кандидатурой человека, но розовая пони не собиралась отступать, даже не смотря на замечания самого предполагаемого работника.

В конце концов, обе пони вышли к мужчине. Пинки была на седьмом небе от счастья, впрочем, как всегда, а миссис Кейк пусть и улыбалась, но крайне натянуто.

— Послушайте, если вы не хотите брать меня на работу, то не надо, я не обижусь! – с ходу заявил человек.

— Нет, нет, все хорошо! Я готова взять тебя на работу, но только есть одна маленькая деталь, которую нельзя оставить без внимания! – произнесла хозяйка заведения.

— И что же это?

— У тебя нет никакого образования. Я не имею права брать тебя на работу без, хотя бы, начального образования!

— Что значит у меня нет образования? Я закончил бакалавриат три года назад!

— Ну, возможно, в твоем мире так и есть, но здесь у тебя совсем нет никаких документов. И это проблема.

— Но не волнуйся, Твайлайт знакома с принцессой! Она попросит сделать для тебя все нужные документы! – радостно выпалила Пинки, но резко успокоилась, — Все, кроме диплома об образовании.

— То есть вы хотите сказать, что мне надо отучиться в начальной школе?

— Ну, грубо говоря… да, так и есть! – кивнула Кейк.

— Зашибись.

— Не волнуйся, у нас есть экспресс-курсы для детей-вундеркиндов! Если ты успешно пройдешь тест, то будешь учиться всего пару недель! Здорово, правда? – с детским восторгом рассказала Пинки.

— Что ж, звучит вполне терпимо.

— Да, но Майклу обязательно нужен опекун! Юридически он ведь только ребенок! – заметила хозяйка дворца.

— Я МОГУ! – вдруг выкрикнула желтая пегаска, вывалившись из окна, — Я могу быть опекуном этого человечка.

— Здорово! Спасибо тебе, Флаттершай! – Пинки крепко обняла внезапно появившуюся подругу.

— Ты что, все это время следила за мной? – неуверенно спросил Майкл.

— Нет, нет. Я просто мимо проходила… раз пятнадцать…

— Поня-ятно, — протянул мужчина, — А у нас есть другие варианты? Кто-нибудь? Ну, пожалуйста… вы ведь не хотите закончить эту часть прямо сейчас, верно?

## Часть 4

Наступила теплая летняя ночь. Пегасы разогнали облака, дабы чарующий свет луны падал на улочки, луга и леса Эквестрии. Кто-то предпочитал в столь тихое и спокойное время прогуливаться с второй половинкой, но большинство уже сопело в своих постелях. А это значило то, что богине ночи пора было приниматься за работу.

Пожелав сестре спокойной ночи и подняв ночное светило на небосвод, принцесса Луна привела себя в порядок и готовилась заняться своей основной работой – слежением за сном пони. Тем более в городе появилось новое, ранее никем не виденное существо – человек, а потому аликорну было вдвойне интересно посмотреть, что твориться в его сновидениях.

Устроившись поудобнее на кровати, Луна закрыла глаза и погрузилась в транс, вселяясь в голову спящего где-то вдалеке Майкла. Поначалу все было типично и спокойно. Человеку снилась поляна, на которой росли многочисленные цветы, и лишь одна тропинка вела в лес, который окружал клочок земли. Богиня ночи вздохнула полной грудью и направилась дальше по тропе, надеясь познакомиться с хозяином сновидения. Однако чем дальше принцесса погружалась в чащу, тем более темной и мрачной она становилась. Раздумывая над тем, что же могло вызвать такие изменения, Луна и не заметила, как лес сменился совсем уж мрачной котельной, свет в которой исходил лишь от раскаленных печей.

— Как-то тут странно, — наконец, заявила богиня, уворачиваясь от горячих струй пара и продвигаясь все дальше по помещению.

— Эй, эй, эй! – вдруг закричал мужчина с обожженным лицом, одетый в красно-зеленый свитер в полоску и когтистую перчатку на правой руке, — Слушай, подружка, это моя территория, вали ка ты отсюда по-хорошему, копишь?

— Что? С какой это стати она твоя? – недовольно спросила Луна у выскочившего незнакомца.

— А с такой, что это человек! Все люди в моей юрисдикции! – заявил человек.

— Но этот человек находится на моей территории, а значит я имею право отвечать за его сны! – поспорила Луна.

— Не, не, не, оставь свои радуге в загашнике и иди кидай их в своих лошадей! У меня тут своя атмосфера, как видишь! – никак не унимался незнакомец.

— Тебе надо, ты и иди! А я наведу здесь порядок!

— Я тебя наизнанку выверну, если ты тут хоть что-то тронешь!

— Да ну? Давай, попробуй!

Вдруг спор человека и аликорна прервала группа людей в деловых костюмах, ворвавшихся через дверь и начав тыкать автоматами во все подряд. Возглавлял же эту непонятную группу Леонардо ДиКаприо.

— Так, всем рассредоточиться и приготовиться к… какому… тринадцатому? Четырнадцатому внедрению? – приказал актер, тыча в своих людей пистолетом, — В реальном мире у нас есть три макросекунды, чтобы… опаньки…

Произнес Лео, заметив ранее пришедших хозяев снов. Нависло неловкое молчание.

— Ариадна, что это такое? – шепотом произнес мужчина, не отрывая глаз от пришельцев.

— Ну, это Роберт Инглунд, — ответила девушка, показав пальцем на обожженного человека, — А это… эм… цирковая лошадь?

— Эй, вообще-то я соправитель королевства и богиня ночи! – недовольно заявила Луна.

— Говорящая цирковая лошадь, — исправилась Ариадна.

— Так, ладно, не отвлекаемся от плана, пока не случилось еще что-нибудь странное, — сказал ДиКаприо, потирая глаза.

Не успели все присутствующие придти в себя, как вдруг откуда-то снаружи послышалась музыка. Выглянув из ближайшего окна, Луна увидела, как по дороге, пританцовывая, идет целая толпа зомби, во главе с чернокожим парнем в красном костюме. И именно на этом моменте Майкл вскочил с постели, покрывшись холодным потом.

— Фух. Присниться же такое, — прошептал мужчина, прежде чем улечься обратно.

* * *

В замке Кантерлота во всю кипела работа. Всех работников оповестили о том, что вскоре в замок приедет инспекция их Мэйнхеттена, которая проверит качество работы, в том числе и обеих принцесс, поэтому все были готовы к сверхурочной работе, дабы закрыть оставшиеся бюрократические пробелы. Принцесса Селестия жутко не любила какие-либо проверки, ибо ей приходилось по нескольку часов ходить со скучными пони, которые цеплялись к каждой мелочи вроде помятых штор или не протертой пыли. Поэтому богиню солнца этим днем пока никто не видел.

Впрочем, это было на руку Миддэю, который все еще толком не понимал, в чем состоит его должность, а потому просто с умным лицом слонялся по замку. Дело близилось к обеду, поэтому жеребец решил взять себе кофе перед тем, как плотно поесть. Увы, планам единорога не суждено было сбыться. Стоило Миддэю приблизиться к дверям столовой, как вдруг его перехватил советник принцессы, который, как всегда, был взъерошенный и куда-то спешащий.

— Миддэй! Миддэй Сафер! – закричал Нервус, заметив левое копыто богини, — Нам надо с тобой серьезно поговорить! Насчет принцессы!

— Оу. Понятно, — неловко произнес Сафер, почесывая затылок, — Слушай, друг, у нас с принцессой чисто деловые отношения! Я не знаю, что она там себе подумала, но я…

— Что? Ты вообще о чем? – прервал советник своего собеседника, — Да плевать мне, какие там у вас отношения! Я по другому поводу!

— О, круто, круто! – облегченно выдохнул единорог, — И что за повод?

— Ну, ты же слышал, что скоро приезжает инспекция, верно? Ох, да кто ж о ней не слышал. Короче, когда она приедет, принцессе Селестии надо будет вести себя… сдержаннее, понимаешь?

— Ну, допустим…

— Ее неуемная страсть к сладостям на пользу делу не пойдет. Нужно отучить ее есть столько сладостей!

— Что ж, удачи тебе в этом. Принцесса скорее вернет Сомбру и отдаст ему трон, чем перестанет есть сладкое, — усмехнулся Миддэй.

— Потому-то мне и нужен ты! Ты единственный, кого слушает Селестия! В общем, у меня есть план! В горах есть один недавно брошенный отель. От него до цивилизации не одна тысяча километров, а потому достать сладкое просто неоткуда. Мы поедем туда с принцессой и проведем там столько времени, сколько понадобиться, чтобы принцесса перестала быть сладкоежкой!

— Хм. Звучит, как хороший план, — кивнул Сафер.

— Слезать с сахарной иглы нужно постепенно, поэтому я возьму с собой коробку шоколада. Будем давать его ей каждый вечер, постепенно уменьшая дозу. Но до этого еще далеко. Для начала надо бы выманить принцессу в этот отель! – с этими словами советник дал коллеге старую брошюру, рекламирующую отель, — Она не любит уходить далеко от замка, а тем более в незнакомые места, так что уговорить ее будет непросто. Но сделать это сможешь только ты!

— Что ж, это благородная цель. Давай попробуем, — согласился Миддэй, которому приходилось каждый день выстирывать свой костюм от жирных пятен.

Собравшись с мыслями, единорог глубоко вздохнул и отправился к покоям аликорна, из которых, по заверениям стражи, она так и не выходила. По пути Миддэй подбирал нужные слова, опасаясь спугнуть принцессу или разгневать ее. В любом случае, жеребец знал, что не стоит упоминать про диету и долгое пребывание в особняке, а дальше все сложится само собой. Нервус шел чуть позади, с нетерпением ожидая обращения единорога.

После нескольких минут неспешной ходьбы, жеребцы приблизились к дверям спальни принцессы. Миддэй уже положил копыто на дверь, приготовившись открыть ее, а Нервус встал у стены, не желая портить все своим присутствием. Когда пони, наконец, собрался и начал толкать двери, вдруг они обе распахнулись и оттуда вышла Селестия с огромным ранцем за спиной, в котором, казалось, пряталась ее родная сестра.

— О, Миддэй, какая удача! А я только думала о том, где тебя искать! Будешь? – радостно воскликнула богиня, протягивая кусок вишневого пирога со взбитыми сливками к жеребцу, — Эй, что там у тебя? Оверкук – первый веганский отель в Эквестрии. Работаем с… угу… угу… Пойдет! Отправляемся в Оверкук немедленно! Кстати, ты не видел Нервуса? Прогулка пойдет ему на пользу! Нервус! Нервус, ты где?

— Я тут, принцесса, — прохрипел советник, закрывая дверь, которая ударила его по носу.

— Отлично! Все в сборе! Вперед! – скомандовала богиня, открыв портал, в который быстро и грациозно запрыгнула.

— Ну, это было не так уж и сложно, — хохотнул Миддэй.

— Эх. Пойду, возьму шоколад и сразу за вами, — произнес жеребец, потирая ушибленную голову.

— Ага. И компресс со льдом захвати, тебе не помешает, — посоветовал единорог и, в отличии от богини, осторожно зашел в магическую дыру в пространстве, тут же оказавшись в этих самых горах, где, судя по всему, трем пони предстояло провести немало времени вместе. В полном одиночестве. В отрыве от цивилизации. Без вкусняшек.

* * *

Немного ранее, утром того же дня, все жеребята Понивиля собирались в школе. Вчера мисс Чирайли пообещала, что в класс придет новый, весьма необычный ученик, а потому всем детям было интересно посмотреть на него. Особенно интересно было троице искателей меток, которые были незнакомы с новичком и желали узнать, есть ли у него заветная кьютимарка или же нет.

Прозвенел звонок и ученики расселись по своим партам. Какое-то время дети еще перешептывались между собой, но когда вишневая кобылка вошла в класс, все сразу же замолчали и обратили все свое внимание на учительницу. Чирайли прекрасно понимала, какой ажиотаж вызвал новичок в классе, а потому специально оттягивала момент его знакомства с классом.

— Здравствуйте, дети, — поприветствовала учеников преподаватель.

— Здравствуйте, мисс Чирайли, — хором произнесли жеребята.

— Думаю, все вы слышали о том, что к нам прибыло пополнение, — начала, наконец, пони, — Итак, дети, хочу вам представить Майкла! Теперь он будет учиться с нами!

С этими словами в кабинет вошел Майкл, которому было невероятно стыдно учиться вместе с маленькими детьми, а потому он старался ни с кем не пересекаться взглядами.

Жеребята же, напротив, с интересом разглядывали пришельца.

— Не обижайте его и покажите, как у нас все устроено! К Майклу есть вопросы? – спросила Чирайли.

— А я думал, что человеческие дети намного больше, — произнес какой-то мальчик на задней парте.

— Мда, чувствую, эти пару недель будут невероятно увлекательными, — пробубнил мужчина.

— Что ж, Майкл, садись за любую свободную парту и начнем урок, — произнесла кобыла и подошла к доске.

Найти свободное место не составило проблем, одна из передних крайних парт пустовала. Однако проблема была в том, что человек не влез бы в стул, как не старайся. Поэтому Майкл не нашел лучшего решения, кроме как усесться на стол, как на табурет.

— Итак, вчера мы с вами начали более глубоко изучать историю Понивиля. Кто мне скажет, кто был основателем нашего чудесного городка?

Тут же в классе поднялось множество копыт.

— Хм. Майкл, не хочешь проявить себя с хорошей стороны? – спросила Чирайли.

— Что? – непонимающе произнес парень.

— Ты знаешь, кто основал Понивиль?

— Понятия не имею, — безэмоционально ответил Майк.

— Может тогда хотя бы скажешь, как звали первых Эпплов, прибывших с первыми поселенцами?

Услышав этот вопрос, одна желтая кобылка с красным бантом в гриве начала поднимать копыто еще сильнее и активнее, едва ли не выпрыгивая с места.

— Да не знаю я! – ответил Форд.

— Хм. Я думала, каждый ребенок в Эквестрии знает это, — произнесла учительница, покачивая головой.

— Может и знает. Но я то не из Эквестрии, — раздраженно произнес Майкл.

— Продолжаем урок! – не обратив внимания на замечание человека, продолжила кобыла.

— Эй, новенький! Эй!

Услышав шепот за спиной, парень развернулся и увидел, как его зовет дерзкого вида мальчуган, по две стороны от которого сидели его друзья, пристально глядящие на человека.

— Ты еще не в курсе, как тут делаются дела, но кое-что ты должен знать сейчас! Я тут самый крутой парень в школе и ты должен считаться со мной, понял? – произнес жеребенок.

— Ладно, как скажешь, — согласился Форд, желая избавиться от лишнего внимания к своей персоне.

— Эй! Никто! Слышишь, никто не смеет так вот от меня отмахиваться! На первый раз прощаю, но если это повториться еще раз, то я тебя здорово поколочу, усек? – никак не унимался хулиган.

— Да ты ростом с мою кошку! Что ты мне сделаешь, ботинки испачкаешь? – не выдержал Майк.

— Ах ты…

— Дети, попрошу тишины! – сделала замечание Чирайли, стукнув несколько раз указкой по столу.

— Ух, зря ты связался с Кокки, — вдруг прошептала девочка за соседней партой, — Он и вправду самый крутой парень школы. И он даже встречается с Даймонд Тиарой!

— Как-нибудь переживу, — ответил парень, слушая о датах и названиях, которые ему ничего не говорили.

Оставшуюся часть учебного дня Майкл провел в поверхностном изучении мира пони и в решении простейших задачек. И человеку даже начинало казаться, что все не так уж и плохо, но он не знал о том, что его ждет в конце дня. Не знал, что Кокки Рокки со своей бандой подготовили для новичка.

* * *

В киностудии было пусто. Съемки начала эпизода были закончены и лишь только один уборщик пылесосил пол в декорациях замка, иногда поглядывая на актеров, пьющих кофе и обсуждающих с новым режиссером сценарий. Увы, гул пылесоса заглушал любые другие звуки. Однако заметив, как все дружно над чем-то смеются, пони не выдержал и выключил устройство, дабы послушать шутку и вместе с тем переместиться декорациям школы. Жеребец нажал на кнопку, заглушив шум и…

— Какого черта? – произнес пони, оглядываясь.

— Кто это говорит? Это… да нет! Не-е-ет! Эй! Эй, ребята, гляньте ка сюда! Вы не поверите, кто вернулся!

Начал было звать жеребец, однако на

— Что там у тебя?

— Наш писатель вернулся!

— Да ладно? Серьезно?

— На все сто! Сколько прошло с выхода последней части месяца два?

— О, нет, больше! Гораздо больше!

— Охренеть! А мы уж было собирались его именное кресло выбросить, да?

— Ага. А может уже и выбросили.

К уборщику подбежал еще один пони, который

— Вот! Слышишь? Слышишь его?

— Да, и вправду вернулся! Эй, ребята, подойдите все сюда, я познакомлю вас с автором истории!

— Он еще не умер?

Ой, да пошли вы…

— Стой! Стой, стой, стой, не заканчивай скетч! Я хочу познакомить тебя со своими детьми! А еще новыми действующими лицами для второго сезона! В конце первого мы устроим встречу между Майклом и принцессой Селестией, и они будут искать…

Простите, данный скетч запрещен к показу из-за критического содержания СПОЙЛЕРОВ. СПОЙЛЕРЫ это УЖАСНО И НЕКРАСИВО. И да, мы пишем некоторые слова КАПСОМ, потому что у нас нет РЕДАКТОРА и мы можем делать все, что ХОТИМ.

* * *

Две известные и всеми любимые кобылки прогуливались по Кантерлоту в поисках развлечений. Вчера вечером Твайлайт дочитал последнюю книгу в своей библиотеке, а новые ей должны были привезти еще очень нескоро, поэтому единорожка решила поискать новых развлечений в столице, а Рэрити, желая покрасоваться новым нарядом в светском обществе, составила подруге компанию. Увы. День близился к завершению, а потому большинство ресторанов и клубов были уже закрыты, но пони не унывали и продолжали разглядывать вывески.

— О, дорогуша, посмотри! – Рэрити ткнула копытом в широко распахнутые двери какого-то бара, на неоновой вывеске которого было написано, что заведение работает круглосуточно, — Наконец-то мы нашли хоть что-то! Идем скорее! Я страсть, как хочу потанцевать!

— Ну, хорошо! Давай посмотрим! – радостно согласилась утомившаяся Твайлайт, двигаясь вслед за белоснежной пони.

Войдя внутрь, кобылки оказались в кромешной тьме. Свет исходил только из открытого дверного проема. Казалось, здание было давно заброшено, однако снаружи оно было явно в ухоженном состоянии.

— Как-то тут странно, — наконец, заявила лавандовая единорожка.

— Мда. Пойдем обратно. Не хочется чем-то запачкать платье в это темноте, — брезгливо заявила Рэрити.

Однако стоило подругам только развернуться к выходу, как двери захлопнулись, а через несколько секунд в баре включился свет, и заиграла довольно странная музыка. Помещение было заполнено большими волосатыми людьми в черной кожаной одежде и солнечных очках, которые с любопытством смотрели на пришедших гостей. Над барной стойкой же висела табличка, с голубой неоновой надписью «Шипперская устрица».

— Твайлайт, что-то мне здесь не нравится, — с опаской произнесла Рэрити.

— Мне тоже. Пойдем отсюда.

С этими словами кобылки начали пятиться назад, однако у дверей уже стоял ряд бородатых парней, один из которых внезапно подхватил белую единорожку за передние копыта и пустился с нею в танец.

— Твайлайт, помоги мне! А-а-а! – заверещала пони.

— Рэрити, держись, я тебя спасу! – сказала волшебница, и собиралась было сотворить какое-то заклинание, как вдруг ее тоже схватили и начали танцевать, — Рэрити, главное не подпускай их к ручке и бумаге, иначе танцевать будем уже мы с тобой!

— Я постараюсь! – откликнулась единорожка, едва поспевая за движениями своего партнера.

Нельзя точно сказать, когда подруги вышли из бара, но они обе были взъерошенные и уставшие. И весь путь домой они провели в молчании, даже не попрощавшись друг с другом перед расставанием. Но, по крайней мере, они как вошли просто подругами, так такими и вышли.

* * *

Две печеньки с шоколадной крошкой шли по лесу. Судя по выражению их лиц, они давно заблудились и никак не могли найти выхода из глухой чащи. На улице начинало темнеть и где-то уже слышался вой волков, вышедших на охоту.

— Мне страшно! – вдруг заявило одно из печений, — Я проголодалась. Что нам делать?

— Да, я тоже. Но у меня есть одна идея! – произнесло второе кондитерское изделие.

И с этими словами печенье повернулось к подруге и со всей силой вцепилось зубами в кромку печеньки. От укуса печенье начало кричать от боли и пытаться освободиться, но нападавший добился своего откусив кусок от друга. И пока каннибал пожирал кусок печенья, жертва с серьезным ранением попыталось убежать, но было слишком поздно. Ощутивший вкус шоколада монстр набросился на свою жертву и пустил обе лапы ей в живот, за сладкой начинкой. После этого печенька уже не двигалась.

«Мини-Синис. Самая жестокая реклама кондитерских изделий».

* * *

Когда Нервус прошел через портал с закрытым коробком шоколада, принцесса Селестия уже успела налюбоваться давно заброшенным, но все еще целым отелем. Несмотря на сантиметровую пыль и ветхость здания, богине солнца тут нравилось. Впрочем, когда проверка прибыла в прошлый раз, Селестия сидела в чулане на протяжении суток, поэтому аликорну в такие дни было просто угодить.

— Ну, как тут дела? – поинтересовался советник, присев рядом с Миддэем.

— Пока неплохо. Принцесса уже застолбила за собой номер и столовую. Но потом я сказал, что там только фрукты и овощи, и она отдала ее мне, — сообщил единорог, — Это же хорошо, да?

— Наверное, — облегченно выдохнул жеребец, — Ладно, скоро обед, пойду приготовлю…

— Уже все готово! – вдруг заявила счастливая принцесса, вернувшись обратно в холл и положив на пол свой необъятный рюкзак, — Прошу к столу!

Богиня солнца раскрыла застежку на рюкзаке и из того вдруг вылетел накрытый всяческими десертами стол, причем сразу с горящими свечами, стульями и квартетом музыкантов с инструментами. Не дожидаясь ни секундой больше, аликорн уселась на самый высокий стул и схватилась за вилку с ножом, решая, с чего же ей начать.

— Эм, принцесса, касательно всего этого… — начал было Нервус, надеясь, что эстафету перехватит его коллега.

— Что такое? – спросила принцесса, наколов на вилку вершину трехэтажного торта.

— Ну, я думаю, нам лучше об этом поговорить… хе-хе… наедине, — неловко отметил Сафер, пройдя с богиней солнца в гардеробную.

И пока лучшие друзья о чем-то говорили, советник, решив не терять времени зря, выдвинул стол на улицу и сбросил с ближайшего обрыва вниз. Закончив свою работу, Нервус вернулся обратно в здание, где серьезный разговор был уже окончен. Селестия с каменным лицом прошла куда-то вглубь отеля, оставив жеребцов одних.

— Ну, и… что? – нетерпеливо спросил советник.

— Эм… думаю, она все поняла… вот… — почесывая затылок, говорил единорог, — Ну, может она подуется на нас чуток, но она ведь одно из мудрейших существ в мире, верно? Она все поймет.

— Ох, надеюсь на это.

— Так и сколько мы тут собираемся провести?

— Даже не знаю. Может недельку, может две. Пока до принцессы не дойдет, что она была не права.

— А если до нее не дойдет?

— Ну, ты же сам сказал, она одно из мудрейших существ в мире. Она с гордостью выдержит это испытание, я уверен!

15 минут спустя.

С грубой щетиной, опущенными волосами и утомленным лицом, принцесса восседала за барной стойкой в пустой столовой, в которой царила абсолютная тишина. Миддэй обустраивался в одном из номеров, а Нервус корпел на кухне за плитой, закидывая в кастрюлю порезанные овощи. Селестия же просто смотрела пустым взглядом на такие же пустые полки, где раньше стояли напитки разной степени крепости. Сейчас же богине приходилось довольствоваться лишь пустым стаканом, в котором лишь только она одна видела столь желанный молочный коктейль. Вдруг на лице богини, которая, казалось, только что прошла через кровопролитную войну, появилась легкая ухмылка.

— Привет, Селестия. Какая-то я вялая сегодня, — произнесла богиня, после чего весело рассмеялась.

— Да, Селестия, есть немного, — ответила такая же богиня, одетая в красный пиджак с бабочкой, — Что будете пить?

— Я рада, что ты спросила меня, Селестия. Давай ка мне смузи, приправленный сверху взбитыми сливками. И чтобы обязательно была вишенка. Ты сделаешь это, Селестия? Ты не занята?

— Нет, Селестия, я ничем не занята, — ответила бармен, начав готовить прохладительный напиток.

— Как видишь, подружка, я сейчас нахожусь в бедственном положении, — с нервным хихиканьем произнес аликорн, — Я уже столько времени не брала в рот чего-нибудь вкусненького, что уже и не сосчитать. Вот скажи же, что мне с этим делать, а?

— Я думаю, что вы должны взять ситуацию в свои копыта, Селестия, — ответила вторая богиня, подав стакан, — Я думаю, что вы заслужили свои вкусности.

— Да! Золотые слова! Золотые слова. Но вот только тут нет никаких вкусностей! Нет, и не будет! – рассмеявшись, произнесла принцесса.

— Нет, вы ошибаетесь, — склонившись перед стойкой, шепотом сказала бармен, — Кое-что у них есть. Они прячут это от вас. Хотят съесть все сами, а вас дразнить мятыми фантиками!

— Нет! Нет, нет, нет! Мы же друзья! Они так со мной не поступят! – стала все отрицать Селестия, попутно потягивая смузи через соломинку.

— Да ну? Ну, так иди и посмотри сама. А если не веришь мне, то послушай Селестию-Коржика, она ерунды не скажет, — бармен ткнул копытом на соседнее сидение, на котором расположилась тряпичная кукла принцессы с глазами навыкате.

— Печенья! – воскликнула кукла, начав поедать печенье с тарелки со звуками «Ам, нам, нам».

— Ну, не знаю. Это, конечно, хороший аргумент, но я все еще не уверена…

— Они прячут от тебя твои любимые шоколадки.

— С вафельной крошкой? – спросила принцесса.

— В особенности с вафельной крошкой, — кивнула вторая Селестия.

Вдруг ближайшую стену пробил топор, окутанный левитационным полем принцессы, которая сразу же вскочила со стула.

— Я достану свой шоколад! – заявила богиня.

— Твою мать! – вдруг раздался крик Миддэя из дыры в стене, который удерживал в копытах разрубленный пополам чемодан — Кто протащил топор через весь дом?

— Извини, я все заделаю… попозже! – уверила друга богиня, после чего снова встала в боевую стойку, вооружившись топором, — Так вот… я достану свой шоколад! Любой ценой!

* * *

Прозвенел звонок, означавший окончание учебного дня. Дети начали неспешно собирать свои вещи в рюкзаки, мисс Чирайли заканчивала начатую тему и попутно давала домашнее задание.

— Так дети, не спешите! Последний вопрос! Майкл, кто был первым покорителем самой высокой вершины в Эквестрии?

— Джон МакКлейн! Не знаю! До свидания! – выпалил новенький, собрав свои скромные пожитки и вылетев первым из класса.

Для человека, получившего высшее образование, слушать про то, как кто-то взял сколько-то яблок у кого-то, было чудовищно скучно. Вдобавок ко всему Лира обещала устроить пришельцу из другого мира взбучку за то, что тот, без ее ведома, перешел жить к Флаттершай и даже хотела было обсудить это со скромной пегаской.

Впрочем, сейчас Майкла ждали куда более существенные проблемы. На пути к воротам парню преградили путь несколько жеребят со злобными ухмылками, которые были вооружены какими-то палками. Тут же сзади дорогу отрезало еще трое детей, одним из которых был тот самый хулиган, затаивший обиду.

— Ну, вот мы и снова встретились, новичок! – произнес Кокки, — Но на этот раз учительница тебе не поможет.

— Слушай, пацан, я не в настроении, — отмахнулся человек, переступив через преграду и направившись дальше к выходу.

— Эй, я тебя не отпускал! – крикнул хулиган, вновь со своей бандой обступив новенького, — У нас есть одна негласная традиция. Мы колотим всех новеньких, чтобы они знали, кто здесь главный. Так что не пытайся бежать, я тебя где угодно отыщу!

— Господи боже… — только и пробубнил Майк.

— Что, уже испугался, а? Неудивительно! – сказал Кокки, рассмеявшись вместе с друзьями, — Ладно, хватит дурака валять! Пора приниматься за дело!

— А ну, стойте! – вдруг раздался девичий голос.

Вдруг в круг из негодяев прыгнула оранжевая пегаска с сиреневой гривой, у которой человек на днях одалживал самокат. Жеребенок заступился за новичка, который, впрочем, не проявлял ни страха, ни облегчения.

— Немедленно отстаньте от него! – приказала кобылка, вызвав очередную волну смеха хулиганов.

— Да ну? И как же ты нам помешаешь, Скуталу? – поинтересовался Кокки, — Ты тут одна, а нас много!

— Кто сказал, что она одна? – раздался другой голос.

На помощь подруге прибыло еще двое жеребят, земная пони и единорожка, которые также вступили в круг, защищая человека. Увидев такое сопротивление, хулиган оскалился и бросил свое оружие на землю.

— Ну, и ладно! Не очень то и хотелось! – заявил Кокки, — Это еще не конец, новичок! Мы с тобой еще поквитаемся, вот увидишь!

С этими страшными угрозами банда Кокки убежала за территорию школы, к каким-то своим обыденным делам. Кобылки же стукнулись копытами и с улыбкой посмотрели на обязанного им спасением Майкла.

— Фух, повезло тебе, что мы вовремя пришли, — сказала земная пони с бантом, — Еще бы пара секунд и ребята Кокки Рокки разорвали бы тебя на клочки!

— Ага, уж и не знал, что мне делать, — сухо ответил новенький, — Ну, типа, спасибо за спасение и все такое. Пока.

— Эй, постой! – преградила дорогу Майклу единорожка, — Давай хотя бы познакомимся! Я Свитти Бель, это Эппл Блум, а это Скуталу! А ты Маркл, верно?

— Майкл. Да, приятно познакомиться… Ну, до скорого?

— Мы не могли не заметить, что у тебя нет кьютимарки! – сказала Эппл Блум, — Можешь не стыдиться этого! Мы тут все такие, верно, девочки?

— Да, верно! И, если хочешь, ты можешь присоединиться к нам, чтобы найти ее! – продолжила Скуталу.

— Минутку. Чего у меня нет? – спросил человек.

— Ну, кьютимарки!

— Марки? Я не собирался отправлять писем.

— Да нет же, дурачок! Кьютимарка – это особый знак на крупе, который отображает твой талант! – пояснила Свитти Бель, указав на рисунок мимопроходящего пони.

— А-а-а. А я все стеснялся спросить, почему тут все с наколками ходят. Думал, тут гетто какое-то…

— Наколки? – непонимающе переспросила Эппл Блум.

— Гетто? –также спросила и Скуталу.

— Ладно, разговор явно не клеится, — пробурчал парень, — Короче, у людей нет никаких кьютимарок.

Услышав это, болтливые девчонки резко умолкли, глядя на пришельца круглыми глазами. После этого они собрались в круг и начали шепотом совещаться, иногда подозрительно поглядывая на человека, но вскоре снова обступили собеседника.

— Мы тут поговорили и решили, что…

— Что мы рады помочь тебе найти твою кьютимарку! – радостно заявила единорожка.

— Да нет, нету у людей кьютимарок! У нас на коже выскакивают сами по себе, разве что, прыщи. Никаких рисунков!

— Может, вы просто не пытались их искать? – поинтересовалась земная пони.

— Мы не одну тысячу лет живем. За столько времени если бы какие-то кьютимарки и существовали, то давно бы появились у кого-нибудь.

— А как же вы тогда понимаете, какой у вас талант?

— Методом проб и ошибок. Занимаемся всяким разным и, в конце концов, находим то занятие, что нам по душе. И все.

— А, понятно! – вдруг осенило пегаску, — И тогда кьютимарка появляется на какой-нибудь вещи, которую вы часто используете, да?

— Нет, у нас вообще само по себе ничего не рисуется! Нигде! Никогда!

— А может кьютимарка появляется на каком-нибудь нижнем слое кожи? – поинтересовалась единорожка.

— Каком… что? Какой еще нижний слой кожи?

— Ну, у тебя столько кожи, — пояснил жеребенок, теребя край пальто копытом, — И на ощупь, как ткань.

— Это не кожа, а одежда! У вас что, одежды нету?

— Есть, но мы ее не одеваем просто так!

— А люди носят ее постоянно!

— Зачем?

— Сама погляди, глупая! У него же нет шерсти, только грива!

— Да, и хвоста нет! Может, он болен и постепенно лысеет?

— А может кьютимарка была на шерсти, но она выпала и теперь люди не знают, какие у них кьютимарки?

— Все, я пошел! – заявил человек, утомившись от этого разговора.

— Постой! Как ты живешь с маленькими копытами на своих больших копытах? – крикнула вслед Эппл Блум, но Майкл ее уже не слушал.

— Эх, бедный, бедный человек, — грустно произнесла Свитти Бель, — Он понял, что у него нет кьютимарки и расстроился.

— Да, жалко этого лысого человека, — подхватила мысль Скуталу, — Нехорошо как-то получается. Девочки, мы должны ему помочь!

— Точно! Мы примем его в ряды искателей меток и поможем отыскать кьютимарку, чего бы нам это не стоило! – радостно произнесла Эппл Блум, — Вот только с чего бы нам начать?

— Как с чего? С этого, конечно, — Свитти Бель вытянула из рюкзака листовку, объявляющую о скором начале летних школьных игр, победитель которых получит кубок и навсегда получит место на стене почета, — Там будет множество соревнований! Уверена, там он отыщет свой талант!

— Отличная идея, Бель! Прямо сейчас пойду к мисс Чирайли и впишу Майкла в нашу команду! – сказала земная пони.

— Постойте, а может для начала спросим его, хочет ли он участвовать? – спросила Скуталу.

— Что за вопрос? Конечно, хочет! Ты видела, с каким энтузиазмом он отвечал на уроках!

— Нет, — сказала пегаска, немного поразмыслив, но Эппл Блум, была уже слишком далеко.

Соревнования были назначены на следующий понедельник, поэтому жеребята разбрелись по домам, дабы как следует подготовиться к такому важному дню. Конечно, у них были сомнения по поводу человека, но девочки научились доверять своим друзьям. Оставалось лишь готовиться и ждать.

* * *

— Город засыпает, пришельцы выходят на охоту! – объявил командир армии, занимая почетное место ведущего в кругу полусотни военных, которые началит закрывать глаза кроме нескольких человек, — Пришельцы решают, кого они хотят забрать.

— Простите меня, конечно, генерал, но мне кажется, что это глупо, — вдруг заявил один из солдат, открыв глаза, — Как эта игра поможет нам понять психологию инопланетян?

— Сливайте его, он по любому пришелец! – прошептал старый вояка майору, сидящему рядом.

— Согласен. Как-то это нелепо! – подал голос другой солдат, — Может, просто эвакуируем город и сбросим на пришельца ядерную бомбу?

— Ага, отличный план, умник! А что если пришелец спрячется в холодильнике, а? Об этом ты подумал? – недовольно заявил генерал.

— Что-то он там притих, — произнес кто-то из толпы, поглядев на дом, где по мнению вояк засел враг.

— Да уж. Наверняка готовит какую-то подлянку! – прищурившись, сказал старый солдат, — Всем держать ухо востро!

— Сэр! Сэр! Умнейшие люди планеты приехали, как вы и просили! – заявил прибежавший солдат, сильно запыхавшись.

— Ох, ну, слава богу! Кто там у нас? – с нетерпением спросил генерал.

— Илон Маск, Стивен Хокинг и Хидео Кодзима, — ответил боец, показывая на трех мужчин, один из которых сидел в инвалидном кресле.

— Меня так заинтересовала ваша история, что я даже ожил, используя силу своего интеллекта, — механическим голосом произнес ученый.

Скетч прерывается по причинам того, что авторы НЕ ПОДДЕРЖИВАЮТ черный юмор. Высмеивать МЕРТВЫХ людей НЕКРАСИВО И НЕЭТИЧНО! Поэтому в дальнейшем Стивен Хокинг, по заветам великих голливудских режиссеров, будет заменен на ГИГАНТСКУЮ РАЦИЮ. СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!

— Да, рация права, пообщаться с другими формами жизни будет очень любопытно, — поддержал коллегу Маск.

— Что ж, господа, не смею вам мешать! – закончил вояка, пропустив гениев вперед.

— Хм, вообще-то шутка с рацией уже была в Южном парке! – заметил какой-то случайный солдат, глядя на переваливающиеся с бока на бок устройство связи.

— Заткнись! – раздался дикий крик Селестии откуда-то из-за кадра и вылетевший следом луч отправил человека куда-то на Луну, но этого уже никто не заметил. Все внимание перешло крайне важным переговорам с давно опустевшим домом.

* * *

Тихие и спокойные будни Понивиля прервал порыв ветра, сдувавший овощи с прилавков и газеты с крыльца домов. Это была отнюдь не разбушевавшаяся погода, а одна из самых быстрых пегасок в Эквестрии, которая, впрочем, была не быстрее розовой кобылки, весело прыгавшей следом за подругой.

Рэйнбоу Дэш безуспешно пыталась скрыться от настырной Пинки где угодно, но везде и всюду земная пони ее находила, поэтому надежды таяли на глазах. Пегаска не знала, чего желает Пинки, но на самом деле и не хотела знать.

Когда надежда оторваться от розовой кобылы начала таять, Дэш залетела в Кантерлот, надеясь скрыться в узких переулках города, но увы, подходящего укрытия нигде не было. Лишь только под конец пегаске посчастливилось найти незапертую железную дверь, служившую черным входом в какое-то общественное заведение. Влетев внутрь здания, Рэйнбоу Дэш захлопнула дверь и даже придвинула ближайший шкаф, после чего обессилено свалилась на пол. Немного придя в себя, пони начала осматриваться в неосвещенном помещении, которое, судя по всему было заброшено. Но, увы, это было далеко не так.

Свет резко загорелся, заиграла странная музыка и обычно смелая пегаска увидела перед собой кучу мускулистых парней в кожаной одежде, которая с улыбками поглядывала на новую жертву.

— Эм, привет, — неуверенно помахала копытом Дэш.

В ответ толпа улыбнулась еще шире, помахав гостье в ответ. И как раз в момент этого неловкого знакомства на голубую пони сверху прилетела Пинки, которая повалила подругу на пол своим телом. Увидев эту картину, люди улыбнулись еще шире, начав одобрительно кивать головами.

— У, а кто твои новые друзья, Дэш? – поинтересовалась Пинки, все также не вставая с пегаски.

— Что ж, Пинки, надеюсь, ты довольна. Судя по всему, мы здесь надолго, — невесело заявила голубая пони, морально приготовившись к страшным мукам.

* * *

Тем временем во все том же Понивиле появилась неизвестная аномалия. На одной загородной тропинке, где изредка прогуливались пони, вдруг появилось большое, спелое и сочное яблоко. Разумеется, проходившие мимо жеребята и кобылки желали взять этот прекрасный плод, и когда они это делали, то на том же месте вскоре появлялось новое яблоко, ничуть не хуже предыдущего.

Впрочем, это продолжалось не слишком долго. В конце концов, по тропинке прогуливался статный жеребец, который тоже был не прочь угоститься яблочком. Однако стоило пони поднять плод, как вдруг из кустов выскочила Мод Пай, схватившая напуганного жеребца.

— А-а-а, помогите, маньяк хочет убить меня! – завопила жертва нападения, но серая пони его не отпускала.

Но ожесточенная борьба продолжалась недолго. Страх придал жеребцу сил и тот все же выскользнул из захвата, под конец пнув Мод задним копытом в лицо, отчего кобыла упала на спину, а жертва в ужасе убегала с места происшествия.

— Эх. И почему здесь так сложно найти парня, — монотонно произнесла Мод.

— Эм, простите, — вдруг окликнули земную пони.

Это оказалась синяя единорожка в мантии и конусовидной шляпе, которые были украшенные звездами. Было видно, что кобыле неловко обращаться к пони, которая только что пыталась поймать ничего не подозревающего жеребца, но выбора у нее особого не было.

— Чем могу помочь? – спросила Мод, поднявшись на ноги.

— Не хочу навязываться, но не могли бы вы дать мне какую-нибудь работу и кров? Я не буду многого просить, просто дайте мне свой угол в доме, прошу! – взмолилась единорожка.

— Что ж, как говорит Пинки, в жизни нужно испробовать все, верно? – произнесла серая пони, оценивающе рассматривая бедняжку.

Нависла неловкая тишина.

— Великой и могучей Трикси не нравится, на что вы намекаете, — наконец, разорвала тишину синяя кобыла, подняв бровь, но было уже поздно.

Мод согласилась принять Трикси в семью.

* * *

— Время ужина! – объявил советник принцессы, войдя в одну из гостиных с камином, который уже разжег Миддэй.

Жеребец поставил на кофейный столик три тарелки супа, от которого исходил чудный аромат, которым единорог не мог не насладиться.

— О, пахнет неплохо, — заметил Сафер, — Где ты научился готовить?

— Ну, знаешь, обычно все повара заняты готовкой выпечки для принцессы Селестии, поэтому для принцессы Луны порой приходиться готовить мне. Она поддерживает здоровое питание.

— Круто, — единорог посмотрел на оставшуюся на столе тарелку, — Кстати, о принцессе. Где она? Она придет обедать?

— Вроде должна. Может, сходишь за ней?

— Ладно, — пожал плечами Миддэй, поднявшись с дивана и подойдя к двери, ведущей в коридор.

Однако стоило жеребцу выйти из комнаты, как вдруг, откуда не возьмись, в дверной косяк влетел мясницкий нож, срезав у жеребца прядь волос. Сафер закрыл дверь и повернулся к своему напарнику, широко раскрыв глаза.

— Может, ты сам сходишь? – пробубнил единорог.

— Ребята-а-а! Выходите-е-е! – раздался мелодичный и в тоже время жуткий голос аликорна.

Вдруг в дверь вонзился топор, проделав большую дыру. Вне себя от ужаса, оба жеребца закричали, вжавшись в один угол. Принцесса же продолжила ломать дверь и, создав достаточно большую брешь, просунула туда свое лицо.

— А вот и принцесса! – безумно произнесла Селестия, — Так, минутку…

Никаких пони в комнате не оказалось. Лишь какая-то давно не использовавшаяся уборная. Пока богиня непонимающе разглядывала темную комнату, соседняя дверь неспешно раскрылась и жеребцы осторожно поглядели на аликорна.

— Бежим? – спросил Миддэй.

— Бежим! – подтвердил Нервус и пони бросились наутек.

— Вот блин! – взвизгнула принцесса, пытаясь вылезти из продолбленной дыры, — Стойте! Умирайте по честному, трусы!

Но советники уже не слушали обезумевшую от недостатка сахара богиню, а бежали по длинным извилистым коридорам отеля, которым, казалось, нет конца. Беглецы сворачивали при каждом повороте, не задумываясь, куда они бегут и, в конце концов, неожиданно наткнулись на двух близняшек у лифта, которые стеклянными глазами смотрели на напуганных жеребцов.

— Идите к нам! Поиграйте с нами, — в один голос произнесли кобылки.

В ответ пони обнялись и дружно закричали, побежав в противоположную сторону.

— Ну, и много клиентов привлекла твоя супер-оригинальная реклама в наш спа, а? А? – недовольно спросила одна из близнецов.

— Ладно, ладно, это была не очень хорошая идея, согласна, — закатив глаза, ответила вторая сестра, — Всю жизнь мне теперь об этом напоминать будешь?

В конечном счете двое напарников прибежали в какой-то чулан, где не было никаких окон или вентиляции. Поскольку лучшего варианта не было, пони решили запереться в этом помещении.

— Фух, думаю, здесь она нас не найдет, — выдохнул Миддэй.

— Будем, надеяться, — согласился Нервус.

— Ха, я нашла вас! – вдруг произнесла Селестия, телекинезом вырвав дверь с корнем.

— Н… но как! – удивленно воскликнул единорог.

— Я учую свои любимые шоколадки везде! Везде! – крикнула обезумевшая богиня, приближаясь к своим жертвам.

— Что? Шоколадки? – переспросил Сафер и повернулся к Нервусу, который сжимал в копытах коробок со сладостями, — Какого черта ты творишь? Отдай ей этот проклятый коробок!

— Но если я это сделаю, то все мои старания пойдут в расход! – расстроено заявил жеребец.

— А если ты этого не сделаешь, то в расход пойдем мы! – справедливо заметил Миддэй.

— Приготовьтесь встретиться с создателем, негодники! – воскликнул аликорн, высоко занеся топор.

— Стойте! – в панике крикнул Миддэй, остановив богиню, — Я тут подумал. Если вы так сильно хотите сладкого, то почему просто не откроете портал в замок и не возьмете там, что хотите?

— Хм? – хмыкнула принцесса и, создав дыру в пространстве, исчезла в ней, но через минуту вернулась с пирожными, — И почему я сразу об этом не подумала?

— Да, хе-хе… да, — грустно хохотнул Нервус, бросив шоколадки на пол, — Я устал от этого отдыха. Переместите меня домой, принцесса.

— Ага, и меня тоже, — кивнул Миддэй.

— Вы чего, ребята, обиделись, что ли? – удивленно спросила Селестия, — Да ладно вам, что я такого сделала? Всего то разок хотела вас покромсать на кусочки!

— До завтра, — коротко попрощался советник, скрывшись в портале.

— Ага. До свидания, принцесса, — произнес Сафер, пройдя через другие врата.

Селестия осталась одна.

— А по-моему мы хорошо отдохнули. Надо будет повторить! — весело сказала богиня, также вернувшись обратно домой.

* * *

Вернувшись к Флаттершай со школы Майкл застал Лиру вместе с желтой пегаской. Как выяснилось, фисташковая единорожка решила решить все вопросы мирным путем и поэтому пришла в гости к Флаттершай. Их переговоры прошли довольно успешно и в итоге все остались в выигрыше. Все, кроме человека.

В честь мирного решения конфликта кобылки решили отметить это дело где-нибудь и теперь шли в одно заведение, которое им порекомендовали друзья. Майка, конечно, они взяли с собой. Пока пони щебетали о своем и смеялись, парень уныло плелся сзади, мечтая оторваться от двух приставучих кобыл.

— Так значит твоя подруга, Твайлайт Спаркл, знает все-все о магии и прочей лабуде? – переспросил человек у пегаски.

— О, да, Твайлайт очень умная! У нее есть книги обо всем на свете! Но сейчас она тебя не должна волновать, верно, Лира?

— Точнее точного, подружка! – расхохотавшись, подтвердила единорожка, — Забудь о Твайлайт, Майк! А то, как будто ты пытаешься сбежать обратно в свой мир!

— О, нет, ты что, и в мыслях не было, — начал отнекиваться человек, — Зачем мне мой дом, семья, друзья, телек, интернет, когда у меня есть… вы.

— — Кажется, пришли, — Флаттершай ткнула копытом в закрытую дверь, — Ну, что, повеселимся?

— А то! Вперед! – сказала Лира, первой войдя внутрь.

Следом зашли пегаска с Майклом. Сразу же после этого заиграла странная музыка и включился свет. Дверь снова открылась и человека пинком под зад выбросили на улицу, а дверь захлопнулась обратно. В «Шипперской устрице» и так было достаточно людей.

Поднявшись с земли и отряхнувшись, Майк оценил ситуацию и, слушая крики о помощи своих надсмотрщиц, направился обратно в Понивиль, к Твайлайт Спарк, надеясь, что она сможет отыскать способ отправить человека обратно домой. Но он даже и не предполагал, насколько долог и тернист будет этот путь.

— Хех, похоже, опять продолжение надо будет два месяца ждать, — усмехнулся уборщик, — Он еще себе и Red Dead Redemption 2 купил, ковбой хренов. Теперь если он и пишет, то только посты в соц. сетях. Писатель, блин. Ладно, я тут вроде закончил. Вот теперь точно конец. Всем пока!

## Счастливого Дня кошмаров, ребятки!

Время близилось к вечеру, но в замке кантерлота все равно кипела жизнь. Работники замка, от уборщиков и до членов совета готовились к большой вечеринке Ночи кошмаров. Сегодня каждый пришел со своим жутким костюмом, и всем не терпелось показаться в нем на празднике нечисти и монстров. Тем более принцесса не скупилась и отвела для такого праздника весь банкетный зал с играми, конкурсами и закусками, а также украсив его фальшивой паутиной, летучими мышами, пауками и прочей атрибутикой этого славного празднества.

Один только Нервус был угрюмым, хмурым и занятым, как и всегда. И пока остальные сдавали свои посты и шли переодеваться и гримироваться, правое копыто принцессы нес в тронный зал толстую пачку бумаг, которые Селестии нужно было подписать.

— Бу!

От неожиданно выскочившего из-за угла чейнджлинга Нервус упал на пол, разбросав документы по всему коридору. Чудовище в свою очередь начало громко смеяться, ткнув копытом в испуганного бедолагу.

— Стража! На нас напали! – завопил Нервус, бегло собирая упавшие бумаги.

— Что? Да успокойся ты, это я, Миддэй, — единорог снял с глаз голубые линзы, после чего помог советнику собрать документы, — Ты чем занят? Ребята уже собираются в зале!

— Извини, но меня это… ребячество не интересует! – важно заявил недовольный жеребец, собрав стопку бумаг обратно.

— Эй, дядюшка Скрудж, будь проще, а то скоро состаришься! – Сафер хлопнул приятеля по плечу и направился к остальным, — Приходи к нам, тебе будут рады!

— Тебе будут рады, — передразнил собеседника Нервус, после чего направился туда, куда и шел изначально – в тронный зал, откуда принцесса не выходила уже довольно продолжительное время.

— Принцесса, позвольте войти, — громко произнес единорог, постучавшись в закрытые двери.

Ответа же не последовало. За дверьми слышался лишь топот копыт, шипение и бурление. Нервус поразмыслил насчет этого и, взвесив все за и против, вошел без разрешения, и то, что увидел жеребец, по меньшей мере, удивило его.

Свет во всем тронном зале был погашен, а посередине помещения стоял огромный котел со светящейся зеленой жидкостью, которая и издавала странные звуки. Советник неуверенно подошел к подозрительному варево и понюхал его, отчего его сразу пробило на тошноту, но жеребец выдержал. Однако стоило Нервусу отойти от котла, как вдруг из-за спины, словно из ниоткуда, выскочила принцесса в рваном черном балахоне и большой остроконечной шляпе, издав зловещий смех. Перепугавшись еще раз, единорог пулей метнулся к трону ,спрятавшись за него и лишь осторожно поглядывал на богиню солнца, которая, казалось, совсем обезумела.

«Веками я была светочем во тьме,

Но раз в году позволить я могу себе

Идеалы позабыть и зло на ночь одну впустить, ха-ха-ха!

Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!»

Решив не ждать ни секундой больше, Нервус аккуратно положил бумаги на трон, а сам побежал к выходу из тронного зала с аликорном в костюме ведьмы. Захлопнув за собой двери, советник сполз на пол и смахнул со лба испарину, решая, что ему делать дальше. И ответ пришел практически сам собой. Принцесса Луна! Богиня ночи всегда сохраняла хладнокровие и королевскую утонченность, а потому в ее компании можно было переждать злосчастную Ночь кошмаров.

Поняв, что ему делать дальше, единорог пошел к королевским покоям, где Луна проводила много времени. И сейчас младшая сестра находилась в своей спальне. Нервус нечасто говорил с Луной, которая обычно держалась одна, но знал, что она хорошая и вежливая пони, а потому смело постучал в дверь. Но богиня ночи тоже не спешила открывать. Решив не испытывать судьбу, советник немного приоткрыл дверь и заглянул внутрь одним глазком.

Принцесса Луна сидела перед зеркалом и прихорашивала свое лицо, тихо насвистывая приставучий мотив себе под нос. Поняв, что все в порядке, Нервус зашел к младшей сестре и тихо кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Эм, принцесса, простите за столь неожиданный визит в позднее время, но, хе-хе, сегодня вся Эквестрия сходит с ума. Ваша сестра надела огромную шляпу и прыгает вокруг котла. Можно я…

Вдруг Луна поднялась со стула, закончив с макияжем, отчего единорог мгновенно умолк. Луна осмотрела себя в зеркале еще раз, после чего довольно кивнула и прошла на балкон.

«Сестра моя беспечна, шутлива, но права,

Ведь ночь так скоротечна, и ждут меня дела!

Сегодня та вернется, кого боятся все,

Я – Найтмер Мун и я приду во всей своей красе!»

Вдруг в принцессу прямо с небес ударил поток темной магии и когда это произошло, на месте милой пони стояла вселяющая ужас в сердца пони королева ночи, которая начала громогласно смеятся, отчего Нервус испугался уже в третий раз.

«Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!»

Рассмеявшись своим зловещим голосом еще раз, Найтмер Мун растворилась в черное облако и улетела куда-то в сторону Понивиля. Советник же осторожно высунул нос из-под кровати богини и, убедившись, что она ушла, вылез обратно, вновь задавшись вопросом, что ему делать дальше. В замке не осталось ни одного уголка, где жеребца бы не побеспокоили празднующие, а потому тихое место предстояло искать где-то еще.

Покинув стены замка, Нервус принялся искать уголок в Кантерлоте, где его бы не беспокоил шум и посторонние лица. Однако, буквально весь город стоял на ушах и не было ни единого места, где взрослого не достали бы дети с ведрами, корзинами и сумками. Поэтому, незаметно для себя самого, единорог добрался до самого Понивиля.

Несмотря на то, что Понивиль был гораздо более уютным, маленьким и менее населенным городом, ночная жизнь тут кипела ничуть не слабее, чем в Кантерлоте. Более того, розовая пони в костюме курицы заводила жителей города еще больше. Глядя на Пинки, которая пугалась буквально каждого шороха, вызывая настоящую волну из воплей и бегущих жеребят, Нервус не заметил, как к нему подобралась грозовая туча, которая внезапно ударила молнией под ноги жеребца, отчего тот закричал и побежал, куда глаза глядят. Впрочем, убежал советник недалеко. Жеребец не заметил открывшуюся дверь и на всей скорости влетел в нее, после чего свалился на землю, набив большую шишку на голове.

Из открывшейся двери же вышел человек, одетый во фрак с длинным плащом, а в руке держал корзинку в виде черепа пони.

«Я здесь пробыл совсем чуть-чуть, недели даже нет,

Но страшный праздник Хэллоуин, похоже, есть везде!

Возьму корзину и костюм, пойду колядовать,

Ну, а на то, что мне тридцать мне как-то наплевать!

Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!»

Придя в себя, Нервус поднялся на ноги, потер ушибленное место и, проверив небеса, направился дальше. Было очевидно, что в этом мире от праздника никак не скрыться, а потому нужно идти на самые крайние меры. На такие меры, на которые не догадается пойти ни один пони в здравом уме. Единорог обдумал все, как следует и решил, что лучше он уйдет прямиком в Тартар, чем останется слушать все эти бесконечные песни и смотреть на разодетых пони. Ближайшая пони, которая могла помочь советнику с такой деликатной просьбой, была ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл. А потому, не ожидая ни секунды больше, Нервус побежал к дубу, надеясь застать там лавандовую кобылку.

— Я легендарный Свирл Бородатый! Великий творец заклинаний! Ты прочел книгу, которую я тебе дал, о истории единорогов?

— Эм…

Не дожидаясь окончания речи кобылы, Нервус влетел в дом, едва не проехавшись лицом по полу, но все же умудрился остаться на копытах. Единорожка в костюме Свирла и дракон в костюме… дракона уставились на незваного гостя, не понимая, что ему нужно.

— Тартар! – отдышавшись, произнес советник, — Отправь меня… в Тартар!

— Э-э-э, а что ты сделал? – спросила Твайлайт.

— Я? Я… я… разбил твой стакан! – единорог убежал на кухню, но быстро вернулся с нее со стаканом, который разбил на глазах у ученицы принцессы, — Все, отправляй!

— Ты какой-то странный. Все в порядке? – поинтересовалась кобыла.

— Стоя-я-ять! – вдруг закричала Пинки Пай, вломившись в дом следом за жеребцом, но не через дверь, а, почему-то, окно, — Никто никуда не пойдет, пока я не исполню свой куплет!

«Я Пинки Пай и я спешу на самый страшный день,

С собой возьму своих друзей, ведь с ними веселей,

Нам всем пугаться предстоит, но если вдруг, то нас

Моя сестренка защитит!»

«Как скажешь, Пинки, да» — произнесла появившаяся из ниоткуда Мод Пай.

«Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!»

— Все, я закончила! Пока, — произнесла розовая пони, схватила в охапку кучу конфет из вазы, и помчалась дальше.

— Так что там насчет Тартара? – нетерпеливо спросил Нервус, который начинал сходить с ума от песен и испугов.

— Ну, если ты так этого хочешь, — Спаркл пожала плечами и выстрелила в жеребца сиреневым лучом, который телепортировал пони в самые темные глубины планеты.

— Какая странная ночь, а? – произнес Спайк.

— И не говори. Я знала, что будет много гостей, но чтобы вот так…

Вдруг крыша проломилась и на пол свалилась серая пегаска, судя по виду которой, это была не первая крыша, которую она пробила своей головой.

— Очень странная ночь, — только и произнесла единорожка, глядя на еще одну гостью.

Несмотря на то, что в Тартаре было темно, жарко, душно, воняло разными нечистотами, и жили самые кровожадные твари в мире, Нервусу тут было куда уютнее, чем наверху, с празднующими пони. Жеребец огляделся вокруг и, обнаружив более-менее освещенный камень, уселся на него, наслаждаясь гнетущей тишиной. Вот оно, долгожданное спокойствие, которое советник так долго искал, однако он не учел одной вещи. В Тартар попадают не для того, чтобы отдыхать, а чтобы страдать за свои грехи.

Внезапно где-то сверху зажегся ядовито-красный свет и Нервус увидел, как существа самой разной формы и размеров стояли на многочисленных холмах и склонах, глядя в одну точку – небольшую платформу, которую окружала лишь бесконечная бездна, а на самой платформе стоял древний демон, который готовился что-то сказать.

«Я – лорд Тирек, здесь заточен уже не первый век,

Когда избавлюсь от оков, заплатит мне весь свет.

Но Ночь кошмаров даже я не смею прерывать,

Вперед, друзья, пойдем скорей до дрожи всех пугать!

Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны мы обратно отбыть!»

— Черт, — устало вздохнул единорог, встал на ноги и пошел к выходу из Тартара, который был где-то высоко наверху, охраняемый цербером.

Пока советник шел обратно в Понивиль, у него было много времени подумать над тем, что он делает. Нервус думал о всех тех радостных и веселых пони, которые, несмотря на возраст и положение, одеваются в нелепые наряды и веселятся, словно дети. Подумал о том, каким же мерзким сухарем он выглядел в глазах остальных. Всю свою жизнь Нервус думал только о работе, изредка находя время для радостей жизни. Может, именно поэтому все считают его угрюмым и скучным?

Достигнув поверхности, пони решил забыть все те негласные правила, которые он давным-давно поставил перед собой. Жеребец решил попробовать влиться в радостную толпу и повеселиться, как следует. Хотя бы попробовать.

Как раз все празднующие решили собраться в кучку и спеть вместе парочку песен, как одна большая дружная семья. И, что самое удивительное, в этой толпе были не только жители Понивиля. Сюда пришли и принцессы, и работники замка, и кантерлотские жители. Завидев такую толпу пони, Нервус испугался идти к ним и решил просто остаться в стороне, посмотреть, что же они будут петь.

Тем временем из кучи вышел один человек, которого раньше никто не видел, но который без труда влился в толпу. Человек откашлялся, взял знакомый всем мотив и начал петь:

«Привет, друзья, я автор этих строк,

Спасибо, кто читает до сих пор,

Мы все для вас старались, любви и счастья ва-а-ам!

И не позвольте в эту ночь вас утащить в Тартар!»

Стоило только незнакомцу пропеть эту строчку, как все в один момент развернулись к единственному стоящему в отдалении жеребцу. Заметив это, Нервус посмотрел по сторонам и даже заглянул за спину, после чего нервно рассмеялся.

— Да, да, я понял, понял. — единорог присоединился к толпе. — Ну, так что, будем припев петь, или нет?

«Ликуйте духи, бегите из Тартара,

В мире настало время для кошмара.

Но не забывайте за временем следить,

Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!

Обратно отбы-ы-ыть, обратно отбы-ы-ыть!»

## Часть 5 - Не, без заголовка что-то не то, верно?

Принцесса Селестия уютно расположилась на диване, попивая какао из кружки и читая какой-то глянцевый журнал. Богиня солнца созвала всю съемочную группу и актеров придти к ней, чтобы сообщить что-то очень важное и пони начинали потихоньку собираться. Когда группа из двух дюжин пони собралась в уголке отдыха в просторном павильоне, не считая многочисленной массовки, аликорн отложила в журнал в сторону и дружелюбно улыбнулась.

— Ну, так, зачем нас тут собрали? – поинтересовался Миддэй с наполовину нанесенным гримом на лице, — У нас съемки через пятнадцать минут!

— О, ну, что ж, у меня есть хорошая новость и плохая! – объявила богиня, думая, с какой бы ей начать, — Хорошая новость – сегодня в пиццерии через дорогу, наконец, появилась пицца для пони, с морковью, брокколи и тимьяном!

Услышав эту новость, все собравшиеся начали бурно радоваться и обниматься, осознавая, что слава, наконец, пришла и можно начать продавать мерчендайз.

— Да, да, это классно, я согласна! – радостно кивнула богиня, — А плохая новость – у нас больше нет денег на продолжение.

В один миг вся бурная радость угасла, и пони резко умолкли, уставившись в Селестию. Гнетущая тишина продолжалась примерно полминуты.

— В каком смысле – нет денег? – наконец, спросила Луна.

— Ну, это довольно забавная история… — хохотнула принцесса, погрузившись в воспоминания.

***

Аликорн гуляла по прекрасному неоновому Лас-Пегасу, наслаждаясь непрекращающейся музыкой и цветными вывесками отелей и казино. В конце концов, внимание принцессы привлек весьма интересный аппарат – зебра-гадалка, которая предсказывала судьбу того, кто кинет в автомат один битс.

Восхитившись чудесной машиной, Селестия галопом подбежала к гадалке, и, не задумываясь, заплатила нужную сумму. Автомат стал шипеть, кукольная зебра зашевелилась и открыла свои яркие зеленые глаза.

— Давай, давай, расскажи мою судьбу! – потребовала Селестия, уткнувшись носом в стекло, разделявшее ее с зеброй.

— О, я вижу… — начала гадалка, покручивая копытами вокруг магического шара, — Я вижу, что ждет вас страшная бедность, избежать которой не выйдет у вас!

Произнеся это, зебра закрыла глаза и приняла прежнюю, выключенную позу. Однако принцесса была недовольна таким ответом, скорее даже возмущена, скорчив недовольную мину.

— Что-о-о? Какая глупость! – возмущенно произнесла богиня, — Я никогда не жила в бедности и не буду жить! И сейчас я тебе это докажу, глупая машина!

Аликорн исчезла в яркой вспышке, а появилась уже в одном из казино, перед кассой.

— Фишек мне на весь бюджет нашего шоу! – не задумываясь, сказала Селестия, — Сегодня я буду выигрывать!

* * *

— Вы проиграли все наши деньги в казино? – шокировано выпалил новый, совершенно не интересный режиссер.

— Ну, в свое оправдание скажу, что там было одно жулье! – важно заметила аликорн, — В блэкджеке у меня всегда было больше всего карт, и я все равно всегда проигрывала! Мерзкие шулеры!

— И что же нам теперь делать? – в панике выкрикнул кто-то из статистов.

— Спокойно, спокойно, без паники, ваша умная и расчетливая принцесса уже все придумала! – довольно сказала принцесса, — Что собирает больше всего просмотров?

— Эм… порнография? – предположил Нервус.

— Э-э-э… да, но я не об этом! – ответила Селестия и, выждав еще немного, сказала сама, — Кроссоверы! Все ведь любят кроссоверы, верно?

— У нас будет полноценный кроссовер? – спросил один из операторов.

— Ну, разумеется! – удовлетворенно произнесла богиня, вновь вызвав восторг, — У нас будет полноценный кроссовер с персонажами Хасбро!

После этих слов восторг сменился разочарованным вздохом.

— Да ладно вам! Хасбро – это круто! Вы хоть знаете, сколько у них лицензий на франшизы? У них есть лицензии даже на такое дерьмо, о котором никто никогда не слышал! – подумав еще секунду, пони добавила, — И тем более нашу франшизу тоже они крышуют…

— А других предложений нет? – спросил кто-то из толпы.

— Ну, поступало предложение от Диснея, но все мы прекрасно знаем, что делают с франшизами за стенами их студии, — сказала Селестия, испуганно поежившись.

— А как насчет Warner Bros? У них есть опыт работы с кроссоверами! – опять раздался голос неизвестного, — А еще у них есть Скуби-Ду!

— Ага. И Багз Банни.

— И Пинки с Брейном.

— Кто-то меня звал? – вдруг из толпы вылезла розовая пони, которую не звали на собрание.

— Так, всем тихо! – приказала богиня, достав папку с документами, и надев очки – У меня уже контракт подписан, так что никаких братьев, сестер и еще бог знает кого! В общем, согласно условиям этого контракта, нужно на протяжении всего выпуска играть в настольные игры от Хасбро с персонажами Хасбро из одной определенной франшизы. Если все пройдет, как надо, то Хасбро профинансирует наше шоу. Все просто! Дело осталось за малым – решить, кто же будет развлекать наших гостей. Желающие есть?

Когда богиня оторвала взгляд от бумаг, в округе никого не было, даже тех, кто не был привлечен к разговору и просто шел по тротуару по своим делам. Селестия осталась в гордом одиночестве.

— Вот блин! – выкрикнула богиня, бросив контракт на пол, осознавая, что ей самой придется заняться его выполнением. Тем временем пора было начинать съемки.

В доме Твайлайт творился форменный беспорядок. Работа окончательно встала. Книги лежали на полках не рассортированные в алфавитном порядке, пол не был подметен, на кухне еще со вчерашнего дня лежала немытая посуда. Все это говорило только об одном – Спайк опять обиделся. Порой у дракончика начинались периоды, когда он наотрез отказывался выполнять свои обязанности и придирался к каждой мелочи, обвиняя в этом лавандовую единорожку. Возможно, это был гормональный период или простая вредность, но мириться с бунтовским духом помощника волшебница не хотела.

— Спайк, прекращай! – серьезным тоном заявила Твайлайт, попутно пытаясь навести хоть какой-то порядок, — Это уже не смешно! Ты со вчерашнего дня ничего не ешь и не делаешь! Так нельзя!

— Я уже сказал тебе, Твайлайт, я и хвостом не пошевелю, пока ты не выполнишь мои требования! – сказал дракон, усевшись на полу.

— Но это просто нелепо! Придумай адекватные требования и тогда уже бунтуй! – сказала единорожка.

— Нелепо? Нет, Твайлайт, это не нелепо! Это касается безопасности не только нас с тобой, но и всего Понивиля! – заважничал помощник, — Повторяю еще раз – убери эту дверь и поставь так, чтобы она открывалась на улицу, а не в дом!

С этими словами Спайк ткнул пальцем во входную дверь, которая стояла на своем законном месте.

— Чем тебя не устраивает эта дверь? – раздраженно воскликнула кобыла.

— Тем, что она травмоопасна, Твайлайт! Сколько раз кто-то входил в дом и бил этой дверью либо меня, либо кого-либо еще! Эта дверь – виновница многих травм и, возможно, смертей! Ты никогда не думала, кто жил в этом дубе до тебя? И отчего они тут больше не живут, а? Я расскажу тебе, Твайлайт! Хозяева звали гостей, накрывали на стол, шли к двери, и тут она открывалась, и происходило непоправимое! И скоро этим хозяином станешь ТЫ, Твайлайт Спаркл! Ты!

— Мы не будем менять дверь! – жестко отрезала пони, — Никого она не убивала! И не убьет! Смотри, ты стоишь прямо у этой двери, но никто тебя ею не бьет, видишь?

Кобыла указала копытом на дверь, и Спайк с ужасом посмотрел на нее, однако так ничего и не произошло.

— Видишь? – еще раз спросила Твайлайт, — Заканчивай свой маскарад и принимайся за работу! Я еще должна написать еженедельный отчет принцессе.

— Ох, опять? И про что ты собралась писать в этот раз? Про то, как вы с Флаттершай недосчитались одного цыпленка? – спросил успокоившийся дракончик.

— Принцесса хочет, чтобы я писала обо всех событиях, что произошли за неделю, даже о таких, — ответила единорожка, взявшись за перо и бумагу, — И о тебе я тоже не забуду упомянуть, негодник!

— Интересно, что она делает со всеми этими письмами? – поинтересовался Спайк, — Должно быть, у нее там целый шкаф с твоими…

Вдруг входная дверь распахнулась, припечатав помощника к стене, и в дуб влетел Майкл, чья одежда была изрезана и больше походила на разорванные штормом паруса корабля. Парень захлопнул за собой дверь и бегло осмотрелся в комнате.

— Меня здесь нет, ты меня не видела! – лишь только заявил человек, после чего кинулся на второй этаж.

— О-о-ох, — простонал Спайк, схватившись за голову, — А я тебе говорил, что эта две…

Вдруг дверь распахнулась еще раз, в разы сильнее прежнего, отчего многие книги свалились с полок. На пороге стояла растрепанная и злая, как буйвол, Рэрити с метром на шее и ножницами, которые угрожающе клацали в левитационном поле кобылы.

— Где он! – воскликнула утонченная пони совсем уж не утонченно, введя Твайлайт в ступор.

— Я не знаю, — только и смогла выдавить лавандовая единорожка.

В ответ Рэрити подозрительно прищурилась и, медленно осмотрев всю комнату, также медленно начала уходить, не отрывая взгляда от дома. Лишь когда дверь окончательно закрылась, резко открылась, а потом вновь закрылась, белоснежная единорожка пошла искать свою жертву дальше.

— Она ушла? – поинтересовался голос из-под одеяла на кровати волшебницы.

— Думаю, да, — ответила Твайлайт, провожая подругу взглядом через окно, — Что случилось?

— Если бы я знал! – продолжил Майкл, спускаясь вниз, — Иду я себе спокойно по улице, никого не трогаю, как вдруг эта ненормальная прыгает на меня, начинает снимать мерки и смотреть, как на мне смотрится разная цветастая ткань. А когда я начал убегать, то она схватила ножницы и кричала, что я не имею права ходить по улицам в этом тряпье!

— Да, на Рэрити иногда… находит… — смущенно заметила Твайлайт, — Что ж, наша первая встреча не увенчалась особым успехом и я бы хотела извиниться за свое поведение в тот раз, хе-хе. Я – Твайлайт Спаркл! А это мой хороший друг и помощник – Спайк.

Пони показала на избитого дракончика, который все же нашел в себе силы помахать лапой.

— Так… ты забежал сюда, чтобы спастись от Рэрити или у тебя есть какие-то конкретные причины?

— Ну, наверное, и то, и другое, — человек почесал затылок, — В общем, я тут услышал, что ты тут самая умная, умеешь колдовать и все такое. И я хотел спросить, ты не можешь вернуть меня обратно в мой мир?

— Мир людей? Так это правда! – с восторгом пискнула кобылка, — Значит ты не ошибка природы и не пришелец из космоса! Ты и вправду пришел из параллельной вселенной! А значит, существует целая мультивселенная с разными вероятностями развития истории! О-о-о, сколько всего надо изучить и понять! Столько новых знаний!

— Мне попозже зайти? – поинтересовался Форд.

— Что? О, нет, нет, нет! Конечно, нет! Прости! – немного успокоилась волшебница, — Еще раз, чего ты хочешь?

— Домой вернуться хочу! У вас тут, конечно, круто, но если я вскоре не съем чего-нибудь мясного, то пойду жить в леса, с медведем и пантерой, — недовольно произнес Майк, погладив урчащий живот, — Твой дракончик случайно не питается мясом?

— Нет, только драгоценными камнями. Будешь? – единорожка протянула гостю горсть сияющих драгоценностей.

— Эм… как-нибудь пожую на досуге, — человек хихикнул и положил камни в карман, — Так что там насчет моего мира?

— Твой мир? Какой мир? А, этот мир, где ты живешь? Все успеется, уверяю тебя, но сперва… — Твайлайт убежала куда-то в кладовую и принесла оттуда шлем, сделанный из кастрюли, к которому были подсоединены разные устройства и провода, — Сперва ты должен помочь мне в одном малюсеньком дельце! Ты же не против?

— Ох. А у меня есть выбор, — вздохнул парень, послушно сев на выдвинутое к центру комнаты кресло, — Давай, валяй.

Принцесса Селестия, которая с самого утра была занята гостями из другого мира, на минуту отлучилась от своих важных государственных дел, чтобы уделить время свежему донесению от своей верной ученицы. Аликорн села перед своим рабочим столом и с нетерпением ждала, когда в зеленом пламени появиться заветный свиток. Прошло около десяти минут и, наконец, письмо упало перед богиней, приведя ту в неописуемый восторг. Однако Селестия даже не думала читать донесение. Вместо этого она забежала в темную комнатку, граничащую с кабинетом, забралась на гору из свитков, самым нижним из которых было пара сотен веков, и водрузила свежее письмо на самую вершину. Затем богиня пулей приблизилась к чистой зеленой доске и повернула ее другой стороной. Доска была поделена на две части, одна была подписана Селестией, другая – Кризалис, а под именами находись черточки. Принцесса нарисовала на своей стороне новую черточку, после чего, приведя в порядок гриву, пошла обратно в тронный зал.

— Простите, господа, дела не терпящие отлагательств, — извинилась принцесса, присев на полу перед картой «Монополии».

Богиня бросила кости и сделала выпавшее ей число ходов, попав именно туда, куда она и хотела.

— У-у-у, завод по производству облаков! Похоже, теперь Клаудсдейл принадлежит мне. Построю ка я тут побольше домиков, — прокомментировала свою игру аликорн.

— Ар-р-р, почему я не могу ввести в это королевство войска и захватить его силой силой! Почему я должен бросать эти дурацкие кубики! – проревел десятиметровый робот белого цвета с плазменной пушкой на правой руке, из которой он разнес игру в клочья, — Ненавижу эту игру! Ненавижу!

— Да ладно тебе, Мегатрон, не нервничай. Это же всего лишь игра! – принцесса покопалась в стопке других игр и достала оранжевую коробочку, — Кто хочет поиграть в дженгу?

— Дженга? Дженга! Как я буду играть этими гигантскими пальцами в дженгу? – возмутился повелитель десептиконов, — Саундвейв!

— Вас понял, лорд Мегатрон. Рамбл, на выход! – грудь синего робота раскрылась, и оттуда вылетел робот поменьше, который и начал играть с принцессой под руководством Мегатрона.

— Проклятье, чем мы вообще занимаемся! Саундвейв, просканируй местность и найди автоботов! Где они там?

Тем временем команда автоботов очутилась где-то в глухих лесах. Все приборы связи потеряли сигнал и роботы оказались отрезаны от своей команды. И, вдобавок ко всему, Бамблби оказался ранен в процессе телепортации и быстро терял энергон.

— Я постараюсь остановить потерю энергона, но без запчастей и инструментов я мало что могу, — доложил Рэтчет, осматривая товарища.

— Я тебя понял, Рэтчет, — Оптимус Прайм повернулся к роботу-самолету, — Джетфайр, облети окрестности и постарайся вступить в контакт с местными разумными формами жизни. Возможно, они смогут нам помочь.

— Так точно, Оптимус! – автобот отдал честь и, издав пять механических звуков, превратился в самолет и полетел осматривать землю на предмет помощи.

Лес был большим и темным, но все же не бесконечным. Джетфайр уже видел вдалеке небольшой городок, однако не осмеливался туда залетать, опасаясь попасть под атаку ПВО. К счастью, этого и не требовалось, ведь на окраине города прогуливалась серая пони в соломенной шляпе, которая собирала самые красивые цветы в корзинку. Трансформер осторожно приземлился перед здешней жительницей, которая следила за роботом с широко раскрытым ртом и трансформировался обратно.

— Здравствуй, многоуважаемая леди, — поздоровался автобот, глядя в раскосые глаза собеседницы, — Моему другу срочно требуется помощь! Не могла бы ты сказать, где здесь можно ее получить?

— Ну, я таких чудиков, как ты раньше не видела, но, думаю, я могу вам помочь! – смело заявила Дитзи.

— О, отлично! Какое счастье встретить здесь кого-то, кто имеет навыки ремонта! Садитесь в кабину, я вас приведу к нему, — Джетфайр вновь обратился в самолет и открыл кабину пилота, в которую пегаска опасливо залезла, готовая помочь неизвестным пришельцам всем, чем только сможет.

В кадре не было ничего. Ни мягкого уютного кресла с камином, ни фермы Паев, ни даже парня, продававшего перчатки, если про него еще кто-то помнит. Лишь зеленый фон. Вскоре вдалеке послышались шаги, и к зеленому полотну подошел один из сценаристов, состроив расстроенное лицо.

— В общем, у нас нет денег на скетчи, поэтому это лучшее, что мы можем вам предложить. Извините.

[Изображение: https://sun9-64.userapi.com/c855236/v855236715/170543/VP_sI7iXFGA.jpg]

Твайлайт, которая здорово увлеклась своей работой, кружилась вокруг сидящего на кресле Майка, проверяя работоспособность причудливого шлема и настраивая хрупкие приборы. Человек сидел неподвижно уже около десяти минут, и это начинало ему надоедать.

— Слушай, Джайна Праудмур, ты долго еще будешь там возиться? – недовольно спросил парень.

— Еще секундочку! Одну секундочку! – уверила нового приятеля волшебница.

— Когда она так говорит – значит долго, — усмехнулся Спайк, приложив лед ко лбу.

— Цыц! Иди лучше прогуляйся! Свежий воздух полезен для маленьких драконов! – произнесла Твайлайт, осторожно поправляя импровизированную антенну на вершине шлема, — Ну, вот, готово!

— А что готово то? Я все пропустил из-за звона в ушах, — пожаловался помощник, осторожно ощупывая шишку на лбу.

— О, ничего особенного! Просто мультимагический интегратор доминирующих процессов нейронов головного мозга в виде материальной сущности в трех измерениях.

Когда Твайлайт заметила, что оба парня смотрят на единорожку стеклянными глазами, та разочарованно вздохнула и перефразировала свою фразу.

— Штука, которая делает выдумки реальными.

— И зачем тебе это нужно? – все еще непонимающе говорил Спайк.

— Что значит зачем? Этот мозг – кладезь бесценной информации о другом мире! И пока что это единственный способ ее оттуда извлечь! – кобылка подумала немного и добавила, — Еще у меня было устройство перемещения между мирами путем обмена, но его кто-то украл на днях…

— Знаешь, могла бы просто поспрашивать. Я бы тебе картинки нарисовал, — подал голос Майк.

— Не бойся, Майкл, это совершенно не больно и полностью безопасно! А теперь тишина, мы начинаем! – с этими словами Твайлайт забежала за защитный экран и надела герметичный костюм, — Так, Майкл, подумай о чем-нибудь хорошем, добром и светлом.

— Эм, ну, ладно, — человек прищурился, а лампочки на шлеме начали загораться одна за другой.

Машина начинала разогреваться и работать, а в воздухе то и дело вспыхивали искры, говорящие о том, что вот-вот воображение пришельца начнет рисовать чудесные образы в реальном мире. На полу уже начала появляться трава, дуб наполнился запахами цветов и свежей выпечки, из все расширяющейся дыры слышался детский смех и музыка. Настоящий Эдем появлялся прямо на глазах завороженной Твайлайт.

— Круто. У вас тут, конечно, здорово, но, наверное я и правда пойду. Эти эксперименты обычно ничем хорошим не кончаются, — тихо произнес дракончик и направился к дверям, как вдруг они вновь резко распахнулись и придавили дракона к старому месту на стене.

— Ты мне солгала! – гневно закричала Рэрити, которая, судя по грязной гриве, перевернула в Понивиле каждое мусорное ведро.

Увидев опасность, Майкл испуганно закричал. Прекрасные вещи стали искажаться, а потом и вовсе исчезли, зато, в вспышке молний и пронизывающего до костей ветра, в комнате появился коренастый мужчина в кожаной куртке, черных очках и дробовиком в руках.

— Я вернулся, — безэмоциональным голосом произнес выдуманный кошмар, наставив оружие на Майка.

— Вот черт! – вскрикнул парень, буквально вынырнув из шлема, который в следующую же секунду пробил заряд дроби.

— О, нет! Мой прекрасный мультимагический интегра…

— Да беги уже! – крикнул Форд, подхватив Твайлайт и прыгнув вместе с ней в окно.

Человек тащил подмышкой единорожку еще пару минут, ни на секунду не останавливаясь и поставил ее на землю только тогда, когда окончательно выбился из сил.

— Что это такое было? – шокировано спросила кобылка, сняв неудобный костюм.

— Ну, конкретно это – робот-убийца из далекого будущего. А вот почему именно он появился, я хочу у тебя узнать! – потребовал ответов человек, присев на ближайшую скамейку.

— Хм. Это весьма любопытно, но вполне закономерно… Что ты почувствовал, когда увидел Рэрити? – Твайлайт присела рядом.

— Она гоняется за мной с пеной у рта с самого первого дня моего появления здесь! Что я, по-твоему, чувствую?

— Что ж, тогда все логично. Из-за сильного эмоционального всплеска твое сознание начертило собирательный образ преследователей, которых ты когда-либо знал.

— Стоп, собирательный образ? То есть это не просто Терминатор, а еще и… и…

— А еще и все остальные преследователи в одном флаконе. Ты же их не так много знаешь, правда?

— Ну… как сказать…

— Что? Говори все, что знаешь! Мне необходимо все знать! – потребовала ответов единорожка.

— Воу, полегче, коняшка, здесь вроде бы не испанская инквизиция.

Вдруг из кустов, под угрожающий аккорд, выскочил усатый человек в красном балахоне, с крестом на шее и широкополой шляпе.

— Никто не ждет испанскую инквизицию! – злобным голосом заявил кардинал.

— Проклятье! Бежим! – крикнул Майкл и кинулся наутек с новыми силами, единорожка последовала за человеком.

Было очевидно, что скрыться от ожившего преследования невозможно и шансы необычной парочки стремительно падали к нулю. Сейчас же главной целью Твайлайт и Майкла являлось найти более менее надежное укрытие и разработать план дальнейших действий.

— Эй, ребята, постойте! Давайте я вам помогу! – крикнул Спайк вслед убегающим от чудовища существам.

Понимая, что его не слышат, дракончик вздохнул и побежал следом за своими друзьями, но его путь был недолгим, так как внезапно открывшаяся дверь вновь отправила Спайка в мир грез. Из двери же выбежала Дитзи с целой коробкой разных запчастей и инструментов, которая спешила куда-то в сторону вечнодикого леса. От волнения пегаска совсем позабыла, что у нее есть крылья, а поэтому бежала, не разбирая дороги. Из-за этого она быстро оступилась и упала, опрокинув содержимое коробки на землю. И все бы ничего, если бы не паяльная лампа, которая вдруг включилась и подожгла навес с фруктами. Увидев такой ужас, бедная пони выхватила у мимопроходящей особы ее большую шляпу и принялась тушить огонь, но эти усилия привели лишь к тому, что шляпа тоже вспыхнула огнем.

— Думаю, автоботы еще долго нас не побеспокоят, — сказал Саундвейв, просматривая запись с камеры Лазербика.

— Жаль, лучше бы побеспокоили, — проворчал Мегатрон, сидя на полу, скрестив ноги и без всякого интереса наблюдая за тем, как принцесса, которой было невероятно весело, пыталась составить слово в Скрэббле, — Ты еще до…

— Ч-ч-ч, — шикнула Селестия, внимательно изучая свои буквы и игровое поле.

В конце концов, богиня солнца, после почти получасового раздумья, поставила одну из букв на поле, составив слово «пес». Казалось, процессор лидера десептиконов был готов перегореть от гнева.

— Давай, твоя очередь. И не медли, пожалуйста, — важным тоном заявил аликорн, наполнившись чувством собственного достоинства.

— Р-р-р, — прорычал робот и за секунду собрал слово, которое составил в уме уже давным-давно.

Это было слово «Иакон». Увидев это, принцесса прищурилась и с подозрением осмотрела игровое поле, заполненное уже наполовину. Селестия настолько внимательно рассматривала буквы на зеленом фоне, будто потеряла на нем контактную линзу.

— Ну, что? – не выдержал Мегатрон.

— Иакон, да? М-м-м. Нет такого слова, — произнесла Селестия, окончив внимательный осмотр карты.

— Что значит — нет! Это название столицы нашей планеты! – возмутился робот, скрестив руки на груди.

— Никогда не слышала, — не унималась богиня.

— Да ты нас в первый раз видишь! Естественно ты не слышала!

— Слово не считается!

— А вот и считается!

— Нет, нет, нет! Нет!

— Ах, так! Тогда слово «Эквестрия» тоже не в счет!

— Почему это?

— Потому что я никогда не слышала об этом! – передразнил аликорна Мегатрон.

— Ты во вселенной моей франшизы, а значит слово «Эквестрия» есть, а «Иакон» нет!

— Ты что, думаешь, я его сам только что придумал?

— А почему бы и нет.

— Проклятье! Саундвейв!

— Да, лорд Мегатрон? – подал голос советник Мегатрона.

— Wi-Fi работает? Набери ка слово «Иакон»! Сколько найдено страниц?

— Почти восемьдесят девять тысяч.

— А Эквестрия?

— Семьсот двадцать семь тысяч.

— Чего? – удивился лидер десептиконов.

— Ха! Шах и мат! – воскликнула принцесса.

— Ты вообще на чьей стороне воюешь? – спросил Мегатрон у советника.

— На стороне победителей, — сухо ответил тот.

— Ну, ты и козел!

— Ладно, вы тут пока разбирайтесь между собой, а я проведаю остальных, — произнесла довольная богиня, направившись в гостиную, где разместились остальные десептиконы.

Много кто хотел посмотреть на пришельцев из другого мира, так что в этот день в замок пришли и другие пони, не равнодушные к трансформерам. Старскрим мило болтал с Трикси, найдя с пони общий язык, Тандеркрекер и Скайварп говорили с Лотос и Алоэ о некой лени создателей, а Шоквейв сидел за одним столом с принцессой Луной, котая круглыми глазами глядела на своего собеседника.

— …Обычно мы перерезаем трубки питания, дабы автобот быстрее терял энергию и быстрее раскололся, но я не прибегаю к столь варварским методам. Для меня качество важнее скорости. Я делаю надрез за надрезом, вытаскиваю еще теплые детали из их тел прямо у них на глазах. Многие жалуются, что их крики пугают их, но я никогда не отключал своим пациентам голосовой модуль, ибо музыка боли – самый прекрасный звук во вселенной, — закончив говорит, робот залил чашечку чая в какое-то непонятное отверстие в районе головы и поставил чашку на стол, — Спасибо за чай, очень вкусно. Не поделитесь рецептиком?

— Да, да, хе-хе, — промямлила Луна, унося пустой заварник на кухню.

— Ну, вижу, у вас тут весело. Тогда я… пойду, пожалуй, — сказала богиня солнца и закрыла дверь, — Фух. Что ж, пора возвращаться к настольным играм! Жаль, Твайлайт нет рядом, она бы оценила. Наверняка сейчас копается в своих книжках, словно школьница перед контрольной, хи-хи.

Благодаря мощной магии, которую вчера изучала прилежная ученица принцессы, Твайлайт смогла переместить себя с человеком в ночной Мэйнхеттен. В поисках убежища, человек предложил переодеться, дабы замаскироваться, что они успешно и сделали, «одолжив» у ателье красную куртку для Твайлайт и праздничный костюм полицейского для Майкла, ибо это была единственная одежда, которую человек умудрился на себя нацепить. Увы, это не помогло и преследователь нашел их и в большом городе, на этот раз перевоплотившись в нечто более устрашающее, в нечто, что сотрясало землю своими шагами.

— Все чисто? – спросила единорожка у Майка, который осторожно выглядывал за угол.

— Вроде да. Пошли! – прошептал человек и двое существ побежали на другой конец улицы, к темному переулку.

В переулке же находилась одна единственная дверь в какую-то бакалейную лавку, но дверь это была совсем необычная. Вместо простого замка она была закрыта на сложную головоломку с шифром.

— Господи боже, какой вообще идиот поставил это на дверь! – возмутился Форд, пытаясь вбить дверь.

— Они по акции продавались! – раздался крик с балкона одного из жилых зданий.

Однако, было уже слишком поздно на то, чтобы разгадывать головоломку. К входу в переулок подошел высокий лысый мужчина в кожаном пальто, который стал стремительно приближаться к своим жертвам.

— Хе. Ну, могло быть и хуже, — пожал плечами Майкл, глядя на опасность.

Существо резко остановилось и, подумав секунду, резко сменило свой внешний вид, превратившись в не менее большого монстра с одним глазом и ракетницей на плече.

— S.T.A.R.S. – прохрипело чудовище, наставляя оружие на человека.

— Вот теперь хуже некуда, — промямлил Майк, — Ложись!

— Открыла! – радостно заявила Твайлайт, распахнув дверь, и в проход тут же полетела ракета, разрушив большую часть магазина.

— Молодец! А теперь бегом! – приказал Форд, ринувшись в бакалейную лавку.

Забаррикадировавшись с другой стороны, Твайлайт с Майклом спрятались в темном чулане и стали прислушиваться к каждому звуку, что раздавался снаружи. Не сумев пробить дверь, монстр принялся искать другой вход, то и дело крича что-то про то, что он меч господень и должен покарать Билли за его грехи.

— Зачем! – вдруг шикнула единорожка, — Зачем вы придумали все эти ужасы! Для какой цели!

— Ну… не знаю… просто это круто и весело, — ответил Майк.

— Весело? Это кошмарно! Когда я думала о худшем исходе этого эксперимента, то рассчитывала, что ты создашь большого паука или злую версию себя, или… да что угодно, но не всесильного демона, от которого нельзя убежать!

— Ну, да, давай все на меня валить, доктор Франкенштейн.

— Эй, ребятки, о чем болтаете? — вдруг спросила Пинки Пай, появившаяся буквально из ниоткуда.

— Пинки? А это… правда ты или монстр, который превратился в Пинки? – спросила Спаркл, глядя на подругу.

— А ты как думаешь, Твайли? – розовая пони хихикнула и обратилась в молодого парня с ожогом на левой части лица, который управлял огнем.

После пары минут криков, ударов и прочих непонятных звуков, Майк с Твайлайт выскочили из чулана, побитые и покрытые копотью. Торчащий волос на растрепанной гриве единорожки горел, словно свечка, и человек, смочив два пальца слюной, потушил огонек.

— Ну, так… есть идеи насчет того, как его одолеть? – поинтересовался человек, уперевшись в дверь.

— Нет! Нету у меня никаких идей! Никаких! – в панике выкрикнула пони, сняв с себя испорченную одежду, — От него не убежать и не победить! Я не знаю, что делать!

— А вот и Джонни! – раздался голос за дверью, и клинок топора проделал дыру в дереве, едва не зацепив парня.

— Это уже было в прошлой части, придурок! – возмутился человек, глядя в дыру.

Казалось, еще пара ударов и история Майкла Форда будет окончена, однако все оказалось совсем не так, как ожидалось. Вдруг, откуда ни возьмись, помещение озарил яркий свет, ослепивший всех присутствующих, даже монстра, и из света вышла…

ПЯТЬЮ МИНУТАМИ РАНЕЕ

«Отважныый рыцарь Азлагор вошел в темное подземелье.  Факелы на стенах давно догорели, и тьму рассеивал лишь солнечный свет, шедший из открытого прохода. Рыцарь зажег факел и осмотрел сырое помещение, в углу которого лежал заросший паутиной скелет. Оценив обстановку, воин двинулся вперед, несмотря на жуткое рычание из темноты.

Его спутник, умнейший маг Грерльдаф, спустился следом по лестнице и, услышав рев чудовищ, запустил магическую стрелу света в проход. О, ужас! Маг побеспокоил пещерных гоблинов, которые готовы пуститься в бой! Магическая стрела ослепила их и это дает героям право первого хода! Каковы ваши действия?»

— Стреляю из плазменной пушки, — со скукой в голосе произнес Мегатрон, глядя на обширное игровое поле, где стояли фигурки паладина, мага и нескольких чудовищ.

— Стреляешь из магического лука? – переспросила Селестия, выступавшая в роли мастера квеста.

— Нет, из плазменной пушки, вот из этой, — робот указал на орудие на правой руке.

— У рыцаря Азлагора недостаточно интеллекта для использования магического оружия, — прокомментировала принцесса, — Но он может ударить мечом, прикрыться щитом или съесть головку сыра.

— Ой… Пусть делает, что хочет, — пожал плечами лидер десептиконов.

— Понятно. Рыцарь пропускает этот ход. Что сделает маг?

— По моим расчетами урона цепной молнии с увеличенным уроном от зелья буйства должно быть достаточно, чтобы убить гоблинов. Теперь главное, что магнитный полюс планеты остался на прежнем уровне и кости выдали мне критическое попадание, — сказал Саундвейв, бросив пару дайсов, которые и впрямь выдали необходимое число.

— Гоблины получают смертельный удар, однако их скелеты тут же восстают из мертвых из-за некроманта, обустроившего здесь алхимическую лабораторию! – пафосно изрекла принцесса.

— Ох. Похоже, меня ждут еще пятнадцать минут увлекательнейших математических расчетов! – довольно произнес советник, потирая ладони.

— А-а-а! – простонал Мегатрон, трансформировался в бластер и разнес еще одну игру на кусочки.

— Ну, ладно не беда! У нас еще много игр в запасе! – не унывающим голосом сказала Селестия и вытянула из все убывающей кучи настольных игр какую-то черную коробку с проводами, — Вот, например у нас есть… э-э-э… Atari 2600? Хм. Кто-нибудь знает, как это работает?

— Мне уже много миллионов лет, но даже для меня эти технологии слишком древние, — произнес Саундвейв.

— Да, даже не сомневаюсь, пробубнила богиня, как вдруг ее будто осенило.

Принцесса бросила консоль на пол и широко раскрыла глаза, будто увидела что-то крайне ужасное. А точнее услышала.

— Прошу прощения, — неловко хихикнула принцесса и убежала в другую комнату.

Улыбка сползла с лица аликорна и радость резко сменил гнев. Топнув ногой, Селестия телепортировалась в разрушенную бакалейную лавку, где некое чудовище пробивало дверь топором, пытаясь добраться до человека и Твайлайт.

— Кто из вас сказал «это уже было»! – яростно крикнула Селестия, оскалив зубы.

Напугавшись от крика богини больше, чем от непосредственной угрозы кобылка с человеком резко указали на преследователя, который вовсе не понимал, что тут происходит и смотрел то на одного, то на другого, то на третьего присутствующего в комнате.

— Кто! – настолько громко крикнула Селестия, что окна в ближайших кварталах разбились вдребезги.

В ответ Твайлайт с Майком лишь указали на монстра. Принцесса же, не сказав ни единого слова, выстрелила в чудовище магическим лучом, который буквально испарил неприятеля.

— Что ж, а теперь, кто хочет поесть мороженого? – во вспышке солнечного света появилось несколько рожков с лакомством, которое принцесса раздала своей ученице и незнакомому человеку, — Все, я побежала. Надо еще предложить мороженое Миддэю. Интересно, он еще не спит?

Когда Селестия исчезла, Твайлайт и Майкл неподвижно стояли еще пару минут, пока их мороженое не начало таять.

— Это что такое было? – непонимающе спросил парень.

Спаркл же лишь пожала плечами, тоже не понимая, что только что произошло.

— Эм, не хочу прерывать вашу неловкую паузу, но вы должны мне кучу денег за то, что тут натворили, — произнес владелец лавки, спустившийся с балкона.

— Что ж, Майкл, с тобой было весело и все такое, но пора уже идти спать. Пока! – протараторила Твайлайт и телепортировалась обратно домой.

— Ненавижу магию, — прошипел человек, оставшись наедине с долгами и кучей работы.

— Так, я вернулась! Хотела принести вам мороженого, но дорога до тронного зала была слишком далекой и я…

Измазанную десертом принцессу остановило то, что ее новые друзья-роботы собирали свои вещи и готовились уходить.

— Эй, эй, эй! Куда вы! – спросила богиня, бросив мороженое на пол.

— Мне надоело. Мы уходим, — кратко ответил Мегатрон.

— Но вы не можете уйти сейчас! У нас еще остался Мagic the gathering!

— Нет! Все, хватит этих твоих картонных полей, кубиков, фигурок и прочего мусора! Надоело! Я жестокий воин, а не прыщавый ботан!

— Но… но если вы уйдете, то нам не заплатят и это шоу придется прикрыть. Только представьте, чего лишаться наши фанаты. Не будет больше новых частей, скетчей и шуток. Майкл не вернется домой, а Мод не найдет себе парня. Все, что мы создавали… исчезнет из-за какой-то нелепой случайности. Разве это справедливо? Разве мы можем так поступить?

— Да, — сказал лидер десептиконов и покинул замок вместе со своими подчиненными, оставив расстроенную Селестию одну.

— Понятно… Что ж, друзья, простите, но, похоже, это был последний выпуск Гротескной Эквестрии. Спасибо, что читали, мы все безумно благодарны вам. Жаль, что все кончается на столь печальной ноте. Еще раз спасибо всем вам и… прощайте…

— Помогите!

Вдруг в тронный зал вломился покореженный и разобранный до самого каркаса Бамблби, у которого не было нижней половины туловища. Автобот в ужасе подполз к богине и схватился за нее, трясясь от страха.

— Умоляю, спасите меня! Эта… эта тварь, это чудовище! Оно всех нас хочет убить! Погубить! Умоляю, спасите меня!

— А тебе разве не отключали голосовой модуль?

— В том то и дело, что отключали! Помогите! – Бамблби резко умолк и повернулся к открытым дверям, откуда слышался громкий топот, — О, нет. Уже поздно. Оно пришло за мной…

Шаги раздавались все ближе, напряжение росло с каждой секундой. Вот уже на стене появилась тень ужасного монстра с длинными зубами и несколькими лапами. Принцесса загородила собой бедного робота и приготовилась к сражению, однако вместо монстра в зал вбежала серая пегаска, обвешанная деталями роботов и измазанная машинным маслом и энергоном.

— Куда же ты убегаешь? Я почти поняла, куда надо вставить эту штуку! – Дитзи вытащила из сумки пульсирующую деталь, похожую на сердце — Осталось только раскрутить тебе голову и поставить это на место!

— Умоляю! Уберите ее! – закричал автобот.

— Оу. Понятно, — Селестия подумала и добавила, — А денег дадите?

— Да, да, мы дадим столько денег, сколько захотите! Только спасите нас от нее! – если бы робот мог плакать, он бы обязательно это сделал.

— Что ж, похоже, наше шоу еще не закрывается! – весело воскликнул аликорн и начал смеяться от всей души.

Камера начала отъезжать назад, началась задорная ситкомовская музыка, не последняя часть истории подходила к концу, ведь все закончилось…

— Какого хрена вы ржете! Помогите мне! Я умираю, черт возьми! Что тут смешного! – закричал Бамблби, — Эта тварь разобрала всех моих друзей! Их конечности лежат по всему лесу! А вы тут смеетесь и веселитесь! Что тут смешного, уроды! А ну заткнитесь и…

Внезапно из-за трона выпрыгнул рояль и вогнал нож в спину автобота, отчего тот издал протяжный стон и отключился окончательно. Конец.

## Вау, и снова праздничный выпуск!

В школе прозвенел последний звонок, и дети принялись выбегать на заснеженную улицу, долепливать своих снежных пони, играть в снежки, рисовать снежных ангелов, кататься с горок и развлекаться с прочими зимними забавами, которых миру людей так не хватало. Единственный, кто не спешил выходить из класса, был Майкл, который упорно учился в первом классе уже целую неделю и успел познакомиться со всеми одноклассниками. Во-первых – человек не хотел пересекаться с троицей искательниц кьютимарок, которые в упор не желали понять, что у людей нет никаких определяющих меток, а во-вторых – сшитый Рэрити наряд из разноцветного пуха и павлиньих перьев не слишком хорошо защищал от холода. Парню даже приходилось шить себе нормальную шубу в свободное время. Майк сидел у окна и ждал, когда дети уже уйдут со школьного двора, дабы безбоязненно выйти на улицу, но, увы, мисс Чирайли уже собралась уходить домой.

— Майкл, что ты делаешь? Беги на улицу, играть с остальными! – произнесла пони, наматывая на шее шарф.

— Ага, и слечь с простудой на пару недель? Нет уж, спасибо! Овощные рагу Флаттершай уже сами по себе не слишком-то приятная еда, а уж что за лекарства она готовит и подумать страшно! – ответил человек, сидя в своем пестром одеянии, — Можно я посижу здесь еще немного?

— Боюсь, что нет, дружок. У меня назначена встреча с одним… галантным молодым жеребцом, — тихо хихикнула учительница, слегка покраснев, — Так что собирайся и иди домой, либо к остальным ребятам! Уверена, они будут рады с тобой поиграть!

— Эх… ладно, — человек осторожно выглянул за дверь и, убедившись, что трех кобылок нигде не видно, выскочил на улицу и как можно скорее направился к калитке, стараясь не упасть на льду.

Поначалу все шло довольно удачно. Все жеребята были заняты своими делами, и никто не обращал внимания на проходящего мимо человека. До выхода оставалось пройти какой-то жалкий десяток метров, после чего можно было ускориться и сбежать подальше от школы. Но на полпути к заветной калитке из-за сугроба вышла троица искательниц, которые говорили о чем-то своем, то и дело начиная спорить друг с другом.

— Говорю же тебе, не могут люди использовать хвост, как конечность! Это пучок волос, как у пони!

— Нет, это глупо! Тогда бы он был пушистый и не умещался в этих… как их…

— Крюках?

— Вот, точно, в них самых! У людей подвижный хвост!

— Глупости!

— Да ну? Так давай найдем Майкла и спросим!

— Давайте. Только где его искать?

— Может быть поищем где-нибудь у…

Голоса начали стихать, и парень осторожно выглянул из снежной крепости, проделав в потолке дыру для головы. Кобылки медленно удалялись, идя куда-то в сторону школы, а потому проход был полностью безопасным. Поднявшись на ноги вместе с крепостью, Майк начал перебежками приближаться к калитке, то и дел останавливаясь и прячась в похищенном у детей укрытии, а когда оставалось проделать всего несколько шагов, человек выпрыгнул из крепости и побежал к выходу, как вдруг прямо ему под ноги выпрыгнул хулиган Кокки Рокки со своей бандой.

— Так, так, кто это тут у… — начал было мальчуган, однако Майкл не успел остановиться и оступился о жеребенка, свалившись прямо на толпу хулиганов, которые завопили от боли и страха.

И этот крик привлек к себе всеобщее внимание. В том числе и искательниц Майкла Форда.

— О, Майк, привет! А мы как раз тебя ищем! – радостно крикнула Эппл Блум, подбежав к парню вместе с подружками.

— Ох, надо же, как неожиданно, — пробубнил человек, встав на ноги и поглядев на придавленных негодяев, — Простите, парни, виноват. Вы уж в следующий раз не бросайтесь под ноги, ага?

— Ты за это заплатишь! – прохрипел Рокки, потрясывая копытцем.

— Эй, Майк, мы с девочками тут кое о чем спорили вчера… Ну, сегодня тоже, но разберемся сначала со вчерашним вопросом…

— Да! Скажи, люди появляются из яиц или они находятся в косточках гигантских фруктов? – вдруг спросила Свити Бель.

— Боже… я… нам обязательно про это говорить? — произнес Майкл, чувствуя себя крайне неловко.

— Я так и знала! На самом деле люди срезают себе гриву, и из нее вырастает новый человек! Я так и знала! – гордо заявила Эппл Блум.

— Нет, не совсем. М-м-м… Скажем так, люди появляются также, как и пони, — ответил парень, уловив на себе непонимающие взгляды всех трех пони.

— Людей приносят аисты? – наконец, скептически спросила Скутталу.

— Ах, да! Именно так! Людей… приносят аисты, — облегченно выдохнув, кивнул Майк.

— Так и знала, так и знала, так и знала! – вдруг начала кричать выпрыгнувшая из кучки снега Пинки Пай, скача на одном месте, — Ха-ха-ха, получите, маловеры! Вы продули! Про-ду-ли! Ха-ха-ха!

— Чувствую, это будет о-о-очень долгий день, — пробубнил человек, глядя на прыгающую вокруг него розовую пони.

Стало ясно, что спокойно посидеть дома уже точно не получится.

Как и ожидалось, розовая кобылка увязалась следом за Майклом, который до самого конца надеялся на то, что его невольная спутница отвлечется на жеребят. Увы, они оказались куда дальновиднее и поспешили скрыться от Пинки.

Майк направлялся к бутику принципиальной Рэрити, рассчитывая спрятаться от розовой пони там, но, чтобы не подавать виду, человеку приходилось идти шагом, выслушивая безостановочные разговоры Пинки Пай. Парочка прошла от школы всего два десятка метров, а Пинки уже успела рассказать о том, как она готовила бананово-ананасные кексы со взбитыми сливками, какие новости ей поведали остальные жители Понивиля, о том, кто приехал и выехал из города и по какой причине, а также не забыла рассказать о том, что автору стоило бы делать предложения не настолько длинными. Но вот о самом важном кобыла вспомнила спросить лишь когда Майкл уже собирался зайти в «Карусель», где, как выражалась Рэрити, «Чистые и ухоженные люди всегда почетные гости в бутике».

— О, постой! Совсем присовсем забыла! – Пинки молниеносно захлопнула уже открывавшиеся двери в помещение и встала перед парнем, — А что ты подготовил для своей особенной пони?

— Для кого? – в недоумении спросил человек, сразу же горько пожалев об этом.

— Что-о-о!? Ты не знаешь? – шокировано воскликнула Пинки, высоко подпрыгнув от неожиданности, — Как так можно! Как так!

— Эм…

— Ты знаешь, какой сегодня день? – со всей серьезностью спросила пони, крайне недовольная Майклом.

— М-м-м… пятница?

— Сегодня день сердец и копыт, глупенький! День, когда влюбленные находят друг друга и сковывают свои сердца в вечном союзе под название любовь! Ах… — воодушевленно произнесла кобылка, — Так что там насчет твоей особенной пони? Кто эта счастливица?

— Ха-ха, ты, наверное, шутишь? Я – человек, а вы – пони! Это… это противоестественно! Только на голову больная извращенка станет клеиться ко мне! О, привет, Лира! – парень помахал рукой хорошей подруге, которая держала перед собой прекрасно украшенную открытку в виде сердечка, но почему-то на ее лице читалась глубокая печаль, — Красивая валентинка! Будь я на месте того парня, которому ты собираешься ее подарить, то расцеловал бы тебя прямо на месте, серьезно!

— Хе-хе. Спасибо, — уныло протянула единорожка, выбросила открытку в ближайшую урну и поплелась домой, уставившись в землю.

— Хм. Как странно, — пробубнил Майк и повернулся обратно к Пинки, — Короче, у меня нет никакой особенной пони и не предвидится.

— Нет! Нет, нет, нет! Так нельзя! У каждого должна быть своя особенная пони! – никак не унималась кобылка.

— Нет, не нужна! Я не собираюсь искать себе подружку, ясно! И ты меня никак не уговоришь! Все, точка! – поставил ультиматум человек.

— Зато я знаю, кто может тебя разубедить в этом! – вдруг заявила Пинки Пай, немного подумав.

— Ты это о чем сейча…

Не успел парень договорить, как кобыла сбила его с ног, приземлив себе на спину, и галопом помчалась куда-то к окраине города, прямиком туда, где уже не первый год стоял центр для знакомств, из которого еще никто не выходил без второй половинки.

После десятиминутной пробежки, Пинки Пай остановилась у дверей большого двухэтажного строения, окна которого были зашторены розовыми шторами, а над дверями висела неоновая табличка в виде сердца с белоснежными пегасами, на которой стильным шрифтом было написано «Центр знакомств мадам Гон. От нас никто не уходит без пары».

— Пинки Пай! – гневно крикнул человек, наконец, встав на ноги.

— Ну, не злись! Я делаю это ради твоего же блага, — произнесла кобыла, указав на вывеску, которая нисколько не успокоила Майкла.

— Это просто… р-р-р! Просто давай покончим с этим! – раздраженно прошипел человек и вошел внутрь здания вместе с кобылкой, громко хлопнув дверьми.

Внутри все выглядело все также приторно, как и снаружи, если только не хуже. Вся мебель и атрибутика представляла собою сердца разных цветов и размеров, стены и пол были обиты мягкой тканью разных оттенков красного и розового, играла тихая романтическая музыка. Все в этом центре знакомств настраивало на романтический лад, даже запах парфюма и благовоний.

Дзынькнув колокольчиками надел дверью, человек с пони прошли в холл, где не было ни единой живой души. Лишь только за кассой слышалось какое-то шуршание. Стоило Майку приблизиться к звуку, как из под стойки выскочила нежно-розовая пони с сиреневой гривой и улыбкой, натянутой от уха до уха.

— Приветик! Я Фар Гон, мадам Фар Гон! Но для клиентов можно просто Фарго! — протараторила кобылка, активно пожимая человеку руку, — У-у-у, мисс Пинки Пай, вы ли это! Неужели вы решили связать себя любовными узами с этим молодым человеком?

— О, нет, мое сердце занято только им, — Пинки вытащила из сумки фотографию, глядя на нее со всей своей нежностью и лаской, — Ах, мой милый, красивый, сладкий пирожочек! Когда-нибудь… когда-нибудь мы будем вместе! Только дождись меня…

— Пинки, это слоеный торт, — Майкл попытался вывести кобылу из мира грез, но все было тщетно.

— Ах… самый прекрасный слоеный тортик во всей Эквестрии. Я найду тебя, пирожочек! И я не дам тебе попасть в лапы этой… этой подлой вдове, которая меняет торты, как сапоги…

— Нет! Он будет мой! Мой, и только мой! – вдруг закричала ворвавшаяся в комнату Селестия.

— Не смей трогать его! – завопила в ответ розовая пони и помчалась вслед за принцессой, которые сцепились в ожесточенной схватке за слоеный торт.

Майкл остался один на один с Фарго.

— Итак, я полагаю, вы желаете найти себе любовь на всю оставшуюся жизнь? – поинтересовалась кобыла, занося данные о новом клиенте в регистрационную книгу.

— Нет, это все одно большое недоразумение, — начал объяснять ситуацию Майк.

— Ха-ха-ха! Недоразумение? Что за глупости! Сюда никто не приходит просто так! Если вы сюда попали, значит, это ваша судьба – найти себе особенную пони! – воодушевленно объяснила Фарго, также улыбаясь во весь рот.

— Да нет, меня привела сюда более… материальная сущность. В общем, простите за беспокойство, У вас тут очень классно, но мне уже пора, — попрощался человек и быстрым шагом направился к выходу.

— О, нет, нет, нет! – вдруг обеспокоено воскликнула мадам Гон и нажала на кнопку под стойкой, как вдруг входную дверь заперла железная решетка, вылезшая из пола, ровно как и все окна в здании.

— Эй! Как это понимать! – возмутился Майкл.

— Хи-хи. Вы что, не читали нашего заголовка? «От нас НИКТО не уходит без пары». И под словом никто я подразумеваю абсолютно всех! – как ни в чем ни бывало ответила Фарго.

— Чего? Но Пинки то ушла!

— Но у нее уже есть пара! Очаровательный тортик!

— Да ты издеваешься?

— Вовсе нет! Прошу, пройдемте в комнату для знакомства! Там вы найдете для себя все удобства, дабы отыскать для себя идеальную пару! – кобылка вышла из-за стойки и направилась к одному из коридоров.

— Стоп, стоп, стоп! А если я… ну, например, не найду себе пару? Сколько вы собираетесь меня здесь держать? – поинтересовался Майк.

— Столько, сколько вам потребуется для поисков! Или, в крайнем случае, вы отправитесь в комнату к остальным несчастным, — мадам Гон открыла одну из дверей в холле, за которой была весьма жуткая комната с несколькими не самыми симпатичными пони.

Кто-то шатался взад-вперед, глядя в одну точку, кто-то делал очередную зарубку на стене, отсчитывая дни, а где-то в углу, на кресле-качалке, медленно покачивался скелет с широко раскрытым ртом, рядом с которым сидел старый жеребец.

— Ох, да, помню, как будто это было вчера, — прохрипел жутковатый старик с длинной седой бородой, — Мы играли с моим братцем и в шутку решили найти себе подружек. Мы пришли сюда в десять лет, и я до сих пор не видел солнечного света. Верно, братец?

— О, господи, — прошептал Майкл, сглотнув застывший в горле ком.

— Да, ребяткам тут друг с другом весело, как никогда в жизни! Ну, что, пойдем искать особенную пони? – оптимистично спросила Фарго и вместе с Майклом они направились вглубь коридора, к одной из свободных комнат для знакомств.

Комнаты эти не представляли из себя ничего необычного. У дальней стены стояло кресло с небольшим столиком, а напротив него было большое овальное зеркало. На столике лежали лишь записная книжка с пером и чернильницей, а также колокольчик. Помимо этого комната была пуста и лишь на стенах висели жизнерадостные картины с солнечными пейзажами.

— Итак, все просто! Устраивайтесь в кресле поудобнее и наше волшебное зеркало начнет работать. Оно выведет для вас изображение других ищущих пару пони, с которыми вы сможете болтать столько, сколько захотите. Если же вы захотите перейти к следующей кобылке, просто скажите «дальше». Когда же вы найдете свою любовь, просто позвоните в колокольчик, и вас отпустят с вашей особенной пони в свободное плаванье! Легко и просто! – объяснила принцип Фарго, запустив человека в комнату, — Что ж, удачи!

Дверь закрылась, послышался щелчок замка и отдаляющиеся шаги. Раздраженному всем этим Майклу не оставалось ничего, кроме как играть по правилам центра знакомств. Парень сел в кресло и зеркало, как и было сказано, засветилось, отражение начало размываться. Вскоре появилось изображение идентичной комнаты, где сидела растрепанная кобыла, которая тряслась всем телом, озиралась по сторонам, тихо хихикала и подергивала глазом. Судя по всему, она искала себе пару достаточно долго, чтобы двинуться головой.

— О, привет! Меня зовут… как же меня зовут… ай, неважно! Как у тебя дела? Ты такой симпатичный, хи-хи! Где ты живешь? Любишь заниматься садоводством! У меня есть садик с яблоней! Ха-ха-ха! Как же нам весело! Мы созданы друг для друга! Слышишь! Забери меня отсюда! Люби меня, тварь! Люби, иначе я убью тебя! Я перегрызу тебе глотку, слышишь! Я откушу тебе руки и ноги, и съем тебя, засунув яблоко в рот! Да! Да! Ха-ха-ха!

— Дальше, — только и смог произнести побледневший Майкл, переключившись на нового собеседника.

— Эм… привет? Меня слышно? Я тут новенькая! Скажите, где здесь найти мебельный отдел? Схема торгового центра совсем не похожа на это место! – произнесла кобыла в возрасте, рассматривая карту.

— Эм… боюсь, вы не туда попали, — пожал плечами человек.

— Оу, правда? Какая оказия! И… и где же тут выход? – спросила пони, оглядываясь по сторонам.

— Сейчас будет, — со вздохом, Майк позвонил в колокольчик и тут же в комнату зашло двое крепких жеребцов, которым совсем не шла розовая форма с сердчеками.

Следом за ними появилась и сама Фарго, как всегда, сиявшая от счастья.

— Надо же, как вам повезло! Вы так быстро нашли себе особенную пони! Поздравляю! – радостно заявила владелица центра.

— Да, да, счастья немерено! Все, пока, — махнул рукой парень и быстрым шагом направился к двери, как вдруг охранники схватили его за обе руки и потащили в другую комнату неподалеку, где усадили в кресло с множеством датчиков и шкалой со стрелкой, от нуля до ста, — Эй, это еще что! Я же нашел себе подружку! Отпустите меня!

— Да, и я безмерно рада за вас, ровно как и обеспокоена за ваше счастье! С помощью этой машины, которую для нас любезно соорудила Твайлайт Спаркл, мы проверим уровень вашей симпатии к этой пони! – сказала Фарго и запустила механизм, который, после недолгого считывания информации, начал шевелить стрелку на шкале, но та не сдвинулась даже и на полдесятка, — Ой ей! Похоже, ваше сердце вас обмануло! С этой пони вы не будете счастливы. Поищите еще!

— Ой, да хватит уже, просто выпустите меня!

— Только с парой, Майкл, только с парой, — зажмурившись, произнесла Фарго и охранники повели человека обратно к магическому зеркалу.

Поиск особенной пони продолжился.

— Значит так, на тебе готовка, уборка, стирка, потом дети, если родится тройня одного отдадим моей матери на воспитание. Работая с семи утра до восьми вечера, буду приходить домой в полдень на обед. Насчет поцелуев и ухаживаний договоримся позже. Если все устраивает, звони в колокольчик, и пойдем к нотариусу, оформлять договор.

— Дальше.

— Скажите, а вы верите в существование богов?

— У вас ведь есть настоящие боги, не?

— О, нет, нет, я говорю про богов богов! Те, что летают в темной материи ультравселенной и не дают мультивселенным соприкоснуться!

— Дальше!

— Привет. Меня зовут Мод. Как дела?

— Я думал, меня соединяют только с кобылами. Извини, приятель, я не из этих.

— Но я…

— Дальше!

— Оу, приветик! Давно ищешь тут себе подружку? Тогда можешь больше не искать, ведь ты нашел то, что тебе надо! Надувная подружка от нашей компании является полноценной заменой настоящей пони. Надувной подружке не надо покупать подарков, кормить и заботиться, достаточно просто надувать и сдувать ее, когда это требуется! Всего девяносто девять битсов, и это пре...

— Дальше!

= зДравствуй* тыИии не Самечаешъ ничееКо необычног0 в этом месте% бР0сал вскляяяД п0 трукуIO сторррну;

— Кроме того, что меня здесь удерживают насильно – ничего. Дальше!

— О, здорова, хе-хе…

— Ай, фу! Занимайся этим у себя дома, под одеялом, придурок! Дальше!

— Эй! Эй, там, помните меня! Я тот уборщик со съемочной площадки! Похоже, у автора совсем закончилась фантазия! Пыхтит, как паровоз. И, видимо, он думает, что никто не заметит, что новогоднего выпуска истории не вышло! Думаете, он был занят? О, нееет, все выходные эта ленивая задница просиживала на диване, перед экраном, доедая салаты! Свинья! Так, мне уже пора, ведь сейчас будет ГЕНИАЛЬНЫЙ твист от нашего Уайльда современности.

— Ладно, пора сделать перерыв. Дальше, — устало произнес Майкл и уже собирался пройтись по комнате, поискав какие-нибудь лазейки для побега, как вдруг в зеркале появился он.

Истекающим шоколадным кремом, сделанный из мягчайших коржей, покрытых нежной глазурью и украшенный сверху шоколадными фигурками пони. Да, это был он! Великий и вечно прекрасный слоеный торт.

Увидев его, зрачки у человека резко округлились, и он в один момент осознал, почему же Пинки с Селестией готовы были вцепиться друг другу в глотки из-за него. Недолго думая, парень схватился за колокольчик и начал звонить в него, что есть мочи. Мысли о торте заполонили голову человека, который влюбился без памяти, и размышляя о кондитерском изделии он даже не заметил, как его проверили на искренность и как Фарго убедилась, что любовь человека была чиста. Майкл опомнился лишь тогда, когда в торжественной обстановке, с фанфарами и конфетти, счастливую пару воссоединили и отпустили на свободу. И, взяв блюдо с тортиком в руки, человек не удержался от того, чтобы откусить от него приличный кусок и насладиться его ангельским вкусом.

— О, пресвятая Селестия, что вы наделали! – вдруг крикнула Фарго, хотя все еще продолжала улыбаться, — Вы воссоединились с этим тортиком не для того, чтобы его есть, а любить и ухаживать за ним! У нас здесь такое не приветствуется! Торт придется выбросить, а вам вернуться к поиску особенной пони! Вот как забавно бывает в жизни, да? Хи-хи-хи.

Майкл, в голове которого перестали петь ангелы и проноситься мысли о вкусе торта, недоуменно поглядел на мадам Гон несколько секунд в полной тишине, после чего просто молча бросил ей торт в лицо, пулей помчавшись к выходу из здания.

— Нет! Не дайте ему уйти! – еще громче закричала владелица центра и включила тревогу, отчего вся многочисленная охрана помчалась следом за человеком, — Верните его! Не дайте ему убежать от своей любви!

Выбежав на улицу, парень буквально завопил от ужаса. Милые кустики с розами и фонтанчики с милыми пегасами уступили место разнообразным ловушкам и пушкам с клеем. Видимо, Майк был не первым, кто пытался сбежать. Впрочем, прямо за спиной уже топала толпа охранников, а значит необходимо было бежать, несмотря ни на что. Набрав побольше воздуха в грудь, человек рванул вперед, отпрыгивая от клейких выстрелов и многочисленных ям и петлей. Охрана же, из-за своей численности, регулярно попадала в ловушки, и постепенно их становилось все меньше и меньше. Приложив все свои навыки, парень прошмыгнул через все опасности, а его недруги наоборот, попались в свое же оружие. Но даже это было еще не всем, что приготовила Фарго!

Внезапно все здание начало шевелиться, а земля трястись. Центр знакомств стал изменяться и трансформироваться в гигантского монструозного робота с сияющими глазами и широкой улыбкой. Бежать от этого чудовища было некуда, а значит человеку необходимо было дать громадине бой. Сжав зубы, парень ринулся с кулаками прямо на робота и…

— Эй! Стоп! Сто-о-оп! – вдруг закричал Майк, остановив все вокруг себя, — Это… это уже ни в какие рамки не лезет! Что за бред?! У нас тут что, дешевая пародия на аниме? Откуда кусты роз в середине февраля! Где логика! И вообще, в чем суть истории? Это же специальный выпуск к четырнадцатому февраля, причем тут, блин, роботы? Все, хватит, я отказываюсь в этом участвовать! Все, пока!

Несмотря на то, что сегодня был день, когда в мире царила нежность и любовь, в домике Флаттершай слышался лишь горький плач. Но плакала не сама ранимая пегаска, а Лира, которая искала утешения у своих пусть и не лучших, но все же подруг.

— Ну же, Лира, брось. Уверена, Майк совсем не это имел ввиду, — тихо говорила Флаттершай, подавая фисташковой единорожке бумажные салфетки, — Он вовсе не плохой, честно! Я узнала его получше, и оказалось, что он прекрасный парнишка.

— Так может он именно тебя и полюбил! – воскликнула кобылка и стала плакать лишь сильнее.

— Ну, не знаю. Вряд ли, — пожала плечами пегаска.

Именно в этот момент в дом вошел утомившийся, потный и грязный человек, переживший самое неприятное свидание в своей жизни. Конечно, Майк сразу же обратил внимание на плачущую подругу и решил поинтересоваться причиной ее печали.

— Эй, Лира, что такое? – спросил парень, подойдя ближе.

— Что? О… Ничего! Все хорошо, — горделиво заявила кобыла, скрестив копыта на груди.

— Она грустит потому, что, как она сказала, ее отшил…

— Флаттершай! – прервала подружку единорожка.

— Оу. От тебя отказался парень? Печально. Сочувствую, — с пониманием произнес парень, присев рядом с кобылкой, — У меня тоже… выдался тот еще денек, скажу я тебе.

— Понятно, — отвернувшись от друга, пробубнила пони.

— Слушай, сегодня днем я видел, как ты выбросила свою валентинку. У тебя классно получилось, так что я подумал, что… жаль будет просто так потерять такую красоту. В общем, я ее нашел, привел в подобающий вид и вот… — Майкл вытащил из нагрудного кармана немного помявшуюся открытку и посмотрел на нее, — Я ее не читал. Решил, что будет неправильно читать послание, адресованное твоему возлюбленному. Вот, пожалуйста, возьми ее.

— Ты… ты сделал это… но почему? Какое тебе до этого дело? – непонимающе спросила Лира, приняв валентинку из рук человека.

— Не знаю. Просто… не хочется видеть своих друзей грустными, — парень немного подумал, как вдруг его просто осенило, — О, знаешь что, а давай я побуду твоим якобы парнем? Я готов, если тебе станет от этого легче!

— Ты сейчас серьезно? Ты готов встречаться со мной? Это же… противоестественно…

— Ну, до недавнего времени я считал, что и говорящий лошади с магией противоестественны. Жизнь штука изменчивая.

— Что ж… раз так… то я согласна! Сейчас, я только схожу и… поменяю текст в открытке, хи-хи! – ободрено произнесла кобыла и побежала в другую комнату, однако очень быстро вернулась обратно, отдав Майклу валентинку обратно, — Вот… это тебе…

«Дорогой Майкл.

Ты появился в моей жизни совсем недавно и пусть мы с тобой не слишком хорошо знакомы, я при первой же встрече поняла, что хочу провести с тобой всю жизнь. Я хочу делить с тобой невзгоды и радости, тяжелые и счастливые времена. Да, мы такие разные, но я верю, что для любви не существует никаких преград и, надеюсь, твои чувства взаимны. В любом случае, даже если ты отвергнешь мои чувства, я хочу, чтобы мы навсегда остались хорошими друзьями, которые в любой момент придут на помощь. Я люблю тебя, Майкл, и всегда буду любить.

Твоя вечная подруга, Лира Хартстрингс»

— Ха. Звучит… чудесно. И так мастерски переписано, совсем не видно подмены. Будто так и было изначально, — улыбнувшись, произнес человек.

— Да уж… я старалась, — стирая слезы с лица, кивнула Лира.

— Что ж… не знаю, кто был тот идиот, кто отказался от тебя, но я уж точно не буду таким, как он. Спасибо тебе, Лира. И за это, и за все, что ты для меня сделала, — с благодарностью сказал парень и кобылка, не выдержав, крепко обняла его и получила такие же крепкие объятия в ответ.

— Оу-у-у. Думаю, мне пора пойти погулять! – прошептала Флаттершай и поспешила удалиться из дома, оставив влюбленных наедине друг с другом.

Конечно, все сегодня натерпелись всяких неудач, но, несмотря ни на что, все устаканилось, и даже Пинки с принцессой нашли брата-близнеца отправившегося на кондитерские небеса слоеного торта, и отведали его вдвоем, как хорошие подруги. Миддэй взял отгул и провел весь день со своей супругой. Нервус отложил бесконечное множество документов и поехал в Мэйнхеттен, к любви своего детства. Мод, после нескольких часов бесплодных поисков, вернулась на ферму, где не покладая копыт работала Трикси. Даже Дитзи Ду, обвязавшись подушками, призналась в чувствах доктору Хувзу, что жил через дорогу. Ведь день сердец и копыт – это тот день, когда каждый может найти свою любовь. А нашли ли ее вы?

## Часть 6 - Пора начинать писать нормальные названия

Конкурс талантов в школе Понивиля был в самом разгаре. На протяжении всего дня жеребята показывали свои навыки в спортивных и культурных состязаниях. Несмотря на то, что состязались только дети, жюри было жестким и беспристрастным, а потому самые слабые команды вылетали довольно быстро по окончанию очередного состязания. Близился, во всех смыслах, громкий конец – самым последним конкурсом был объявлен музыкальный. Две оставшиеся команды должны были придумать песню и спеть ее вечером на сцене в самом сердце города, куда должно было придти множество пони. Это был крайне ответственный момент, а потому командам дали несколько часов на подготовку и репетиции.

Среди самых сильных команд была и команда, возглавляемая Скуталу. Она, вместе со своими друзьями и почти всеми одноклассниками, вырвалась в лидеры благодаря сплоченности коллектива, дружеской поддержки и полного решимости лидера. А также благодаря Майклу, который был намного сильнее, быстрее и умнее всех остальных участников. Поэтому человеку было очень скучно, а в какой-то момент даже стыдно участвовать в конкурсе, но деваться было уже некуда – Искатели меток записали парня без его непосредственного согласия. Впрочем, на моменте обсуждения песни человек куда-то исчез и появился только тогда, когда все остальные репетировали песню.

— Эй, вы уже репетируете? – спросил Форд, сжимая в руке какой-то листок.

— Да! Я буду ревизором! – с гордостью произнес маленький Пипсквик, стоя у пюпитра с партитурой и палочкой.

— Мда, чувствую, нас ждет успех, — язвительно прошептал Майкл и отодвинул «ревизора» с его инструментами в сторону, — Короче, у меня есть реальная бомба! Нам будут аплодировать стоя! Еще и в газетах до кучи напишут!

— И что же ты придумал? – спросила Эппл Блум.

— Вот! – человек поднял над головой заветный листок с текстом, — Это Аnother brick in the wall!

Реакции на столь громкое заявление не последовало.

— Это Pink Floyd! Это шлягер! Это очень круто! – продолжил убеждать своих коллег парень, — В общем, почитайте и сами убедитесь, что это наш заветный ключик к победе!

— Ммм… как-то слишком радикально, разве нет? – со скептицизмом сказала Свити Бель, пробежавшись глазами по тексту.

— Да вы что! Народ это любит! Пони надоели скучные песни про дружбу и любовь, они хотят перчинки! Чего-нибудь горячего, злободневного! – размахивая руками, восклицал Майкл.

— Ну… ладно. Давайте попробуем. Что может случиться, ведь так? – пожала плечами Скуталу и команда немедленно приступила к разучиванию песни, в то время, как человек настраивал гитару, собираясь сыграть хорошо запомнившуюся мелодию.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ

Солнце высоко светило над Эквестрией. По заявлениям синоптиков, прекрасная погода должна была длиться на протяжении всего дня. Лучший день в году, чтобы отпраздновать сладкую победу в конкурсе и копаться в лучах славы. Именно этим и занялся параллельный класс, в то время, как ученики мисс Чирайли сидели в душном темном кабинете, ожидая своего часа. Каждый из жеребят был в подавленном настроении и не осмеливался нарушить напряженную тишину, которую нарушало лишь тиканье часов, действующее на нервы. Вдруг с другой стороны запертой двери послышались приглушенные голоса, дверь открыли и в кабинет вошла Рэрити с крайне недовольным лицом, приблизившаяся к своей младшей сестре.

— А ну немедленно пошли домой, юная леди! Нас ждет серьезный разговор о твоем поведении и отношении к учебе! – злобным голосом произнесла единорожка, схватила сестренку за ухо и потащила к выходу, не слушая криков и оправданий.

Дверь захлопнулась и вновь воцарилась гробовая тишина.

— Похоже, нам вставили очередной кирпич в стену, хе-хе-хе! – хихикнул Майкл, оглядывая кабинет, но на его остроты отреагировали лишь осуждающим взглядом, — Да ладно вам, чего вы такие кислые! Было же весело!

— Из-за тебя мы обидели мисс Чирайли, — пробубнила Эппл Блум.

— И весь город теперь считает нас злобными хулиганами! – подкрепила слова подруги Скуталу.

— Ну, извините! Откуда ж я знал, что пони такие неженки! Ни капли самоиронии! – недовольно произнес Майкл и вновь затих, однако через несколько секунд добавил, — В следующий раз надо будет петь Нирвану.

— Нет! – хором крикнули жеребята, встав со своих мест.

— Ладно, ладно, не обязательно так орать, — возмутился человек, однако все равно тихо, но достаточно слышимо для остальных начал напевать, -

With the lights out, it's less dangerous

Here we are now, entertain us

I feel stupid and contagious

Here we are now, entertain us

* * *

— Здравствуйте! Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте! С вами снова я, бессменный ведущий «Гротескной Эквестрии» Джером Ленкинс и это передача… а, вы и так поняли, — воскликнул ведущий в стильном сиреневом пиджаке и шикарной шевелюрой, поддерживаемый ликованием и топотом толпы, — И да, я предчувствую первый же ваш вопрос! И нет, мы не умерли, ха-ха-ха! Мы… у нас же никто не умер, пока не вышла эта часть? Нет? Фух, отлично… Да, мы все живы и здоровы, и мы готовы радовать вас дальше!

*Бурные аплодисменты*

— Так, давайте посмотрим, что у нас на повестке дня, — Джером взял в копыта газету и начал просматривать новости, — Хм… война, инфляция, пандемия… ну… в общем, у меня ничего интересного! Эээ… вы же помните нашего оптимистичного и неунывающего статиста из второй главы? Хочу вас обрадовать, он получил повышение и теперь работает репортером с места событий! И так, многоуважаемый статист-репортер, что вы нам расскажете?

Монитор на стене включился и на экране появилось изображение с другой части Эквестрии, где ураганный ветер вырывал деревца с корнем и разрушал целые дома. Вдруг в кадре появился растрепанный и побитый жеребец с микрофоном.

— Это какой-то кошмар! Ураган разрушил половину города! Гигантская саранча пожирает все посевы и уносит младенцев куда-то за тучи! Местные шаманы говорят, что приближающееся землетрясение разверзнет щель в тартар и миллионы демонов обрекут это место на вечные страдания! Проклятье, да куда вы вообще меня отправили! Зачем? Тут же просто апокалипсис какой-то! Вытащите меня отсю…

Ведущий выдернул вилку из розетки и молча сел обратно на свое кресло, с трудом сохраняя спокойствие. Глубоко вздохнув, Джером улыбнулся и произнес:

— А теперь давайте перенесемся в замок Кантерлота и посмотрим, что там происходит!

* * *

Наступил типичный рабочий понедельник. Пони уныло плелись на работу, дети – в школу и лишь старики и лентяи сидели дома и смеялись над остальными. Не исключением был и Миддэй, который вырвался на выходных в клуб с друзьями и вернулся домой только под утро, проспав всего десять минут. Впрочем, несмотря на вялость и усталость, работа не терпела отлагательств, так что единорог оперативно добрался до замка, отчитался о своем приходе и, по направлению стражников, пошел в личные покои богини солнца, которая, как-всегда, что-то затевала.

— Доброе утро, принцесса, — скрипучим голосом произнес Миддэй, войдя в спальню, и обессилено упал на первый же стул.

— О, привет, Миддэй! Погоди минутку! – крикнула Селестия, которая рылась в огромном деревянном ящике, откуда вылетало множество кусочков пенопласта.

Докопавшись до дна коробки, аликорн вытащила огромную мышеловку, размером с пони, и принялась ее заводить, используя в качестве приманки жирный кусок шоколадного торта.

— Э-э-э… принцесса, позвольте спросить, а что это такое? – спросил жеребец, ткнув копытом в огромную ловушку.

— О, не забивай голову, всего лишь борьба с паразитами! – махнув копытом, произнесла богиня, после чего принялась засовывать мышеловку в дыру в стене, — Пару лет назад я увлеклась опытами по клонированию! Хотела создать точную копию себя, чтобы она занималась всеми скучными делами, а я веселилась весь день! Но в итоге я сделала кучу самых разных копий! Там были злые Селестии, добрые Селестии, умные, глупые, серьезные и легкомысленные! Помню, еще была розововолосая Селестия. Она была такой пошлячкой! Ах, веселые были времена! Миддэй?

— Я не сплю! – закричал единорог, сорвавшись с места и убрав со рта текущую слюну, — Я вас слушаю! Внимательно слушаю!

— Ну, в общем, программа по клонированию оказалась неудачной, я все прикрыла, начала избавляться от клонов, но пара десятков все-таки успела убежать. Вот, ловлю их до сих пор.

— И как, работает? – спросил Сафер, но ответом на его вопрос послужил оглушительный хлопок где-то под кроватью.

— Ага! Есть! – радостно воскликнула принцесса, отодвинула свое ложе в сторону и пони увидели прижатую Селестию, дрыгающую задними копытами, — Еще одна попалась!

— Эм… кажется, она еще живая, — произнес Миддэй, глядя на то, как клон, несмотря на ужасную рану, жадно ест торт.

— Ну, да, так бывает. Не волнуйся, я выработала максимально гуманный способ их уничтожения, — с этими словами аликорн ушла куда-то в другую комнату, но быстро вернулась с палкой, в которую было вбито множество гвоздей, — Хочешь попробовать разобраться с клоном?

— Нет, спасибо. Я лучше пойду, сделаю себе кофе, — ответил жеребец и поспешил к выходу, не желая смотреть на эту расправу.

Однако стоило пони взяться за ручку двери, как-то резко раскрылась, отбросив единорога в другую часть комнаты, а в покои вломился молодой пони в пестром наряде и разноцветном берете, удерживая подмышкой свернутый свиток. Однако, первым делом, незнакомец вытащил из своей седельной сумки фанфару и принялся играть весьма длинную торжественную мелодию. В конце концов, принцесса не дождалась конца мелодии и отобрала у трубача его инструмент.

— Ты кто такой? – спросила богиня солнца.

Но в ответ пришелец лишь широко улыбнулся и развернул свой свиток, который от резкого рывка разбил окно и улетел далеко вниз, все продолжая разворачиваться.

— Сим приветственным посланием, я, отважный гонец из светлейшей Клотерании, от имени нашего правителя, его прекрасного и ужасного величества Дискорда,  приветствую вас, принцесса Селестия!

— Ох, только не это, — прошептала принцесса, закрыв лицо копытом.

— Наш лидер, король, царь, император, принц и просто красавчик, великодушно приглашает вас в свой дом, дабы заключить дружеские отношения и сделать вам взаимовыгодное предложение!

— Нет, нет, нет! Вали отсюда! – начала причитать Селестия, выталкивая гонца обратно в коридор и захлопнув за ним дверь.

— Да что сегодня творится? – пожаловался Миддэй, потирая ушибленную голову.

— Прости, друг, это все Дискорд! Стоило ему только «стать хорошим», как он тут же принялся подлизываться ко мне! Даже фотографию мне прислал, — аликорн подняла с полки фотографию в рамке, где драконикус, облаченный в черную мантию и ромбовидную фуражку, пожимал копыто старенькому профессору, во второй лапе удерживая грамоту об окончании школы дружбы, — Чтобы там ни говорила Твайлайт, Флаттершай, или кто-либо еще, я ни за что не поверю Дискорду! Может он и не пытается захватить мир, но он все такой же мерзкий, гадкий и гнусный тип!

— Наш великодушный правитель просил передать, что это грязная ложь! – крикнул гонец, который умудрился забраться в комнату по свисающему из окна свитку, — Он уже давно не такой! Он больше не интересуется хаосом и раздором! Теперь он любит детишек, щенят и сахарную вату! Всем сахарную вату!

С этими словами жеребец принялся носиться по кругу и кидаться из сумки розовыми облачками сахара, который липли на голову злящейся богини солнца. Это закончилось только тогда, когда Селестия не выдержала и выстрелила в пришельца уменьшающим лучом, уменьшив гонца до размеров муравья, и прикрыла его первой же попавшейся вазой.

— Может вместо того, что терпеть нападки Дискорда, стоит всего один раз с ним встретиться? – предположил Миддэй.

— О, понятно, ты никогда не был в доме Дискорда, в его царстве. Это место, где нет никакой логики и здравого смысла, где ты можешь умереть, но не знать об этом, покуда этого тебе не скажет сам Дискорд! Ты можешь потеряться там навсегда и стать его игрушкой! Поверь, это сущий кошмар! – во всех ужасающих деталях описала все принцесса, неслабо напугав своего приятеля.

— И это тоже неправда! – вновь воскликнул гонец, выбравшись из своей трубы, которую принцесса отобрала в самом начале, — У Дискорда больше нет своего царства! Теперь он живет в обычном домике, как и все нормальные пони! Более того, сегодня он стал вашим самым настоящим соседом!

— Что! – гневно закричала принцесса и тут же побежала на балкон, откуда открывался вид на весь Кантерлот и большую часть Эквестрии.

И действительно, прямо у ворот замка, прямо на роскошных клумбах с цветами, стоял небольшой домик, скорее даже сарай, с одной единственной дверцей. А прямо позади сарая стояла огромная неоновая вывеска с изображением куриной лапы, показывавшей на убогий домишко, а рядом с ней красовалась надпись, «Жду тебя, принцесса Жиртрестия».

— Дискорд! Негодяй! Да как ты смеешь! – закричала принцесса, глядя на сарай, после чего резко обернулась и направилась к выходу из спальни, — Миддэй, за мной! Надо разобраться с этим… драконикусом!

— Эм… может, я лучше тут подожду? – подумав, произнес жеребец.

В ответ же левитация Селестии окутала его и потащила следом за аликорном, которая едва ли не бегом направлялась вниз. Тем временем стража уже опасливо осматривала строение и была готова сравнять его с землей по приказу своей принцессы. Ситуация накалялась.

* * *

В доме Флаттершай тоже все было не так радужно, как обычно. Пегаска была крайне недовольна выходкой Майкла на конкурсе песен и отчитывала его так, как могла. Невольно свидетелем этого стала Рэрити, проходившая мимо окна домика. Она не стала надолго задерживаться, а лишь порадовалась тому, что ее лучшая подруга стала тверже, чем обычно.

— Ты повел себя очень, очень некрасиво! Ты был… не очень хорошим мальчиком и тебе должно быть стыдно за это! И я… я накажу тебя за это! Ты будешь сидеть… в своей комнате! Пока… пока тебе хочется там сидеть, конечно, — тыча в человека копытом, заявляла кобылка.

— Ты закончила? – спросил парень, которому вусмерть надоела тирада его невольного опекуна.

— Нет! Хотя… да. Наверное, да, — неуверенно кивнула Флаттершай.

— Хорошо. Прости меня. Я каюсь, и все такое, — без особого энтузиазма произнес человек.

— О, хорошо, прекрасно! Я верю, что ты исправился, — радостно сказала пони, — Что ж, в награду за это я дам тебе то, что ты так давно у меня просил! Вот!

Пегаска ушла куда-то на улицу и через пару минут притащила в дом большую мясную вырезку, завернутую в плотную ткань, которая, впрочем, успела насквозь пропитаться кровью. Пони, воротя нос от куска мяса, как можно быстрее положила его перед ногами Майкла, после чего облегченно выдохнула.

— Пусть для пони это не этично, но я понимаю, что разные виды питаются по-разному. И кто-то ест… других животных. Так уж заведена природа! В общем, специально для медведей и других хищников я держу немного… мяса. Неважно откуда. В общем, приятного тебе аппетита!

— Ух ты! Спасибо тебе огромное, Флаттершай, но… я не видел у тебя на кухне ничего, на чем его можно приготовить, — произнес человек, развернув вырезку и оценив ее качество.

— Э-э-э… приготовить? – непонимающе спросила кобылка.

— Ну, да. Люди не едят сырое мясо. По крайней мере не все.

— Почему?

— Это гадко! Можно завести внутри кучу паразитов! И вообще, оно же просто переполнено кровью!

— Прости, но… я не знаю, как его готовить, — с сожалением произнесла пони.

— Что ж,  я не фанат карпаччо, так что придется пожарить его самостоятельно! Тебе повезло, что в своем мире я лучше всех в своей семье готовил барбекю! Развести огонь, найти сетку и можно готовить! – с этими словами Майкл закатал рукава и направился с мясом во двор, — Будь другом, возьми нож, что-то, чем можно разжечь огонь, да вилку подлиннее.

— Ой, нет! Ты же можешь обжечься! И… или порезаться ножом! Или споткнуться и упасть! Ничего не делай без меня! – закричала Флаттершай,

— Боже, меня так мать родная не опекала. Слушай, успокойся! – сказал парень, обернувшись в сторону пегаски.

И из-за этого Майкл пропустил ступеньку вниз, отчего действительно упал на живот, заставив Флаттершай обронить все собранные вещи и испуганно закричать на всю округу. Причем крик был настолько громким, что его услышала даже прогуливавшаяся по улице Рэрити, успевшая отойти от дома на три сотни метров. Это было настолько нетипично для скромной пегаски, что единорожка сильно разволновалась и решила вернуться назад, дабы узнать, все ли в порядке.

— Ты в порядке? Не сильно ушибся? Где у тебя болит! Я сейчас же принесу аптечку! – испуганно затараторила Флаттершай, бегая вокруг Майкла, который пусть и упал, но успел схватить вырезку, выпутавшуюся из ткани и которая теперь капала алой жидкостью на землю.

— Все со мной нормально, успокойся! Лучше принеси полотенце! Кровь сейчас под рукава польется! – произнес человек, поднимаясь на ноги при помощи пегаски.

— Ох, пошли скорее в дом! Я тебя осмотрю, и излечу все царапины и ушибы! – сказала кобылка и первой забежала в дом, под конец произнеся, — И, знаешь, думаю, готовить на улице средь бела дня не самая удачная идея! Не хочется пугать прохожих куском мяса.

Пожав плечами, Майкл последовал за опекуном, прихватив по пути кровавую ткань. Как раз приближаясь к входной двери, человек заметил быстро приближающуюся Рэрити и, дабы не выслушивать очередную порцию высказываний по поводу халатного обращения с ее одеждой, парень поспешил зайти внутрь.

Белоснежная единорожка, пытавшаяся окликнуть Форда, все-таки не успела с ним поговорить насчет своей подруги. Разочарованно взглянув на быстро прячущегося в доме человека, кобыла направилась к двери, но наступила на что-то мокрое и даже теплое. И этим чем-то оказалось пятно крови. Пятна поменьше тянулись к дому, а последним штрихом в жутковатой картине был кровавый отпечаток руки, оставленный на ручке двери. Рэрити напряглась, но все же постучалась.

— Эй, ребята! У вас там все в порядке? – спросила единорожка.

— Да, да, все нормально, Рэрити! Все хорошо! – уверил свою знакомую Форд, с другой стороны двери.

— Я слышала какие-то странные звуки отсюда. Можно мне поговорить с Флаттершай?

Человек посмотрел на пегаску, которая в панике рылась в своих вещах, по всей видимости разыскивая аптечку. Парень попытался пару раз окликнуть пони, но та и не думала отзываться.

— Нет, вряд ли. Флаттершай сейчас занята. И, думаю, в ближайшее время она не откликнется, — произнес человек, посеяв в душе Рэрити еще больше беспокойства и даже страха.

— Ну, хорошо… я зайду попозже, — с подозрением произнесла Рэрити и начала медленно уходить, поглядывая на дом.

Последнее, что увидела единорожка, прежде чем перейти на бег, это как Майкл, покрытый красной жидкостью, быстро зашторивает окна. Все мысли спутались в голове у кобылы и она лишь в панике убегала от злосчастного дома, потеряв на бегу свою изящную шляпку. Рэрити хотела вмешаться, но из-за нарастающей паники она не осмеливалась этого сделать. Поэтому пони не нашла лучшего варианта, чем побежать к Твайлайт и рассказать все ей. Волшебница, что не раз спасала всю Эквестрию от зла, наверняка смогла бы с этим разобраться.

* * *

Тем временем в Клаудсдейле жизнь шла своим чередом. Улицы города были практически пустыми, все были на учебе или работе с понурым видом. Лишь только пожарники шли на работу с удовольствием, ибо в Клаудсдейле было нечему гореть. Нечему, кроме денег. Поскольку деньги из облаков не пользовались популярностью среди пони без крыльев, валюта в облачном городе была такая же, как и везде – битсы. И сегодня из Кантерлота была новая поставка денег на содержание города, которую несли прямиком в главный банк. И так получилось, что именно сегодня в банк пришел инспектор по безопасности, которому директор был готов с гордостью продемонстрировать новую систему защиты банка.

— На эту систему безопасности мэру пришлось перевести круглую сумму. Надеюсь, все это было не зря, – монотонным голосом произнес тощий жеребец в пиджаке, который записывал все сказанное своим собеседником.

— О, можете не волноваться! Уверяю, что вы будете поражены! Давайте же перейдем к нашей неприступной защите! – гордо заявил директор, ткнув копытом в решетчатую дверь, — Как видите, здесь есть решетка! Она открывается только в том случае, если наш оператор-единорог прямо под этим банком, дал разрешение на открытие и использовал специальное для этого заклинание! За решеткой находиться сейф, открываемый четырьмя ключами, каждый из которых находится у специального доверенного пони, чьи имена не разглашаются! Их ключи, как и замки сейфа, каждые десять минут принимают другую форму, так что подделать ключ просто невозможно! Ну, и конечно, первая ступень защиты. Это гигантская дверь, которая сейчас открыта. Сигналы об открытии и закрытии двери поступают прямиком мне и я, как и другие высокостоящие сотрудники банка, должны дать согласие на ее открытие! Бронированный сейф с деньгами находится внутри нашего сейфа, подвешенный в воздухе заклинанием левитации, он никуда оттуда не денется. В общем, как видите, деньги были потрачены не зря. Эту защиту невозможно никак обойти, мы поймаем вора еще до того, как он притронется к первой двери, ха-ха!

— Мда, звучит неплохо. Посмотрим, как эта защита покажет себя в…

Оба собеседника замолчали и круглыми глазами начали наблюдать за тем, как в комнате с облачным сейфом, прямо из пола, появляется вершина воздушного шара. Летательный аппарат медленно поднимался вверх и вскоре пегасы увидели земного пони в маске, который сидел в корзине. Пони посмотрел на директора с инспектором и просто молча просунул копыта сквозь сейф из облаков, без особого труда погрузив себе на борт сейф поменьше, набитый деньгами. Закончив свои дела, жеребец на воздушном шаре поубавил огонь у горелки и летательный аппарат начал также медленно спускаться вниз, пока вовсе не исчез из поля зрения двух пегасов. Нависла неловкая тишина.

— Эх… Я ненавижу этот город, — только и смог вытянуть из себя директор, сняв свои очки в круглой оправе, и пошел к выходу, осознавая, что больше директором банка он не будет.

* * *

— Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Плэнт Бридер, и сегодня я вам расскажу о чудесах растениеводства, — начал свой рассказ милый молодой жеребец с непринужденной улыбкой на лице, одеты в белую рубашку с закатанными рукавами и зеленый фартук, — Мне приходит крайне много писем от почитателей. Это очень мило с вашей стороны и, думаю, я обязан ответить на ваши наиболее популярные вопросы. Позвольте, я зачитаю письмо милой земной пони из Понивиля по имени Голден Харвест, которая занимается морковью. О, это так мило, не правда ли?

Жеребец взял со стола распечатанное письмо и, откашлявшись, принялся читать.

«Здравствуй, дорогой Плэнт! Я являюсь твоей давней фанаткой и перечитала все твои книги, начиная от «Основ полива милого садика» и заканчивая «Поле в лучах милого утреннего солнца». Но один вопрос все никак не дает мне покоя. Я понимаю, что это не совсем ваша специализация, но все же. Почему драгоценные камни лежат под землей уже чистыми и ограненными? Разве они не должны представлять собой цельные куски, требующие дальнейшей обработки? Заранее спасибо, Голден».

— Ах, дорогая Голден, я рад, что вы задали мне столь смелый вопрос. И даже не смотря на то, что я специализируюсь на растениях, я могу ответить на твой вопрос. Все дело в том, что наш мир куда более удивителен, чем мы можем себе представить! В нем возможно все, что угодно, — пони отложил листок в сторону и направился в сторону теплицы, где его уже ждал новый урожай, — А теперь давайте посмотрим, как там поживают наши посевы!

Зайдя в теплицу, жеребец подошел к высоким побегам, похожим на кукурузу, на вершине которых уже созрели свежие батоны хлеба. Плэнт сорвал один из батонов, из-за которого стебель прогибался вниз и с удовольствием понюхал его, наслаждаясь запахом свежего хлеба.

— Ах, похоже, наш хлеб уже созрел и готов отправиться на стол для семейного ужина! Как же это мило и прекрасно! Что же у нас там дальше? – садовник прошел к следующей рассаде, где его уже ждали кусты с ирисками, леденцами и шоколадными конфетами, — Так, так. Конфетки тоже созрели на радость детишкам! Разве не мило?

Пройдя еще чуть дальше, жеребец добрался до деревца, которое пусть и было небольшим, но уже несло плоды – мороженное тринадцати вкусов и расцветок.

— М-м-м. Думаю, это стопроцентный успех! И все благодаря удобрениям нашего спонсора! – пони указал копытом на стеклянный ящик, внутри которого была темно-коричневая куча, от которой исходил зеленоватый пар, — О, да. Наши общие друзья производят удобрения уже десять лет и делают это исключительно из натуральных высококачественных материалов. Если вы не верите мне, то спросите у моего коллеги, Бист Хандлера, занимающегося заботой о братьях наших меньших.

— О, да, Плэнт! Наши спонсоры – очень важные люди, зарекомендовавшие себя на рынке! Они производят самые разные товары и один из них – их вкуснейший корм для кошек, собак и попугаев! Он настолько аппетитный, что я бы и сам его ел, если бы моя собака мне это позволяла, ха-ха-ха! И я докажу это на примере этого милого песика! – единорог с коробкой собачьего лакомства подошел к дрожащей и загнанной собачонке, которая из последних сил воротила нос от миски, — Она уплетет этот корм еще до того, как вы успеете моргнуть! Смотрите же!

Стоило только Бисту приблизиться к собаке, как та оскалила зубы и укусила жеребца за ногу, из-за чего тот закричал от боли и обронил коробку, из которой несколько шариков корма попали на второе копыто единорога и прилипли к нему.

— О нет! Нет, нет, нет! Оно на мне! Оно уже на мне! На помощь! А-а-а!

— Сейчас принесем аптечку!

— Нахрен аптечку, тащите сразу топор! Я чувствую, как она начинает превращаться! Проклятье! А-а-а!

— Пресвятая Селестия, оно обвилось вокруг его шеи!

— Оно плюется кислотой!

— Код красный! Код красный! Сжигайте тут все к х…

*ВРЕМЕННЫЕ ТЕХНИЧЕСКИЕ НЕПОЛАДКИ. ОЖИДАЙТЕ*

* * *

Не прошло и десяти минут, как по приказу богини солнца ветхий сарайчик окружила толпа из нескольких десятков стражников с длинными копьями. Воинам был дан приказ атаковать строение, если оно начнет хоть как-то изменятся или если оттуда кто-то появиться. Сама же принцесса в это время убежала в кантерлотские архивы, а Миддэй ждал ее у входа и даже успел прикорнуть.

— Есть! – с ликованием в голосе закричала аликорн, разбудив Сафера.

— А? Время обеда? – спросонья простонал жеребец, оглядываясь по сторонам.

— Увы, нет. Я нашла заклинание, которое может ранить Дискорда, а может даже и уничтожить! – объяснила Селестия.

— О, здорово. А почему вы его раньше не применяли? – спросил Миддэй, придя в себя.

— Потому что в одном случае из трех оно может стереть всю жизнь во вселенной. Не помню, два раза я его использовала или только один, — почесав затылок, пробурчала богиня, — А, да неважно! Игра ведь стоит свеч, верно?

— Э-э-э, спорное утверждение, принцесса, — испугавшись, сказал единорог, — Вы… вы же не будете его использовать, верно?

— Посмотрим. Дискорд меня так бесит! Но я могу сохранять хладнокровие и выдержку, если это требуется, не волнуйся! – заявила Селестия, как вдруг в коридор вбежал королевский повар.

— О, принцесса, дурные вести! Мы не можем подать вам на десерт эклеры, у нас кончилось заварное масло! Вы не откажетесь от пончиков? – с натянутой улыбкой спросил толстоватый жеребец.

— Что ты сказал? Вы забыли сделать заварной крем? – невероятно громким голосом прокричала богиня, а ее рог начал ярко светиться, от чего солнце начало гаснуть, а земля покрываться трещинами.

Миддэй, который понимал, что грядет что-то кошмарное, поспешил вытолкнуть повара за дверь и захлопнуть ее. Стоило Саферу это сделать, как принцесса резко успокоилась и непринужденно направилась к сараю на улице.

— Быстрее, Миддэй, не опаздывай! – окликнула своего друга принцесса, у которого чуть сердце не вылетело из груди.

— Фух. Это будет очень долгий день, — недовольно протянул пони и поплелся следом за своей подругой по несчастью.

— Стража! Какова обстановка? – скомандовала Селестия, подойдя к убогому строению.

— Все в порядке, принцесса! Никаких признаков жизни! – отчитался один из воинов.

— Хорошо! Стойте здесь! Мы с Миддэем заходим! – закончила разговор принцесса и быстрым шагом пошла к двери.

— А может сначала послать туда воинов? – предложил единорог, спрятавшись за спинами солдат.

— Ну, хватит, Миддэй! Мы просто идем в гости к одному из опаснейших существ во вселенной! Что ты как маленький! – пожаловалась аликорн, притягивая к себе своего приятеля, который крепко вцепился в щит одного из стражников, который все же слетел с головы вооруженного пони, — Пошли! Все будет нормально!

— Я бы не был так уверен! – возразил единорог, но Селестия уже открыла дверцу и закинула туда своего приятеля, словно мячик, а затем вошла следом за ним.

Внутри сарай не был ни на долю интереснее, чем снаружи. Дощатые стены, дощатый пол, никакой мебели и лишь свет солнца, шедший из открытого дверного проема. Лишь только на дальней стене виднелся клочок бумаги, прибитый к стене гвоздем. Принцесса, не задумываясь, подошла к бумаге и сорвала ее со стены, прочитав на обратной стороне листа только два слова «Позади тебя». Бросив листик, богиня резко развернулась и готова была выстрелить магическим лучом, но позади совершенно ничего не было.

— Что за глупые шу…

Не успела аликорн договорить, как пол открылся, словно люк, и оба пони начали падать в бесконечную черноту. Спустя полминуты свободного полета, пони приземлились прямиком в вагонетку в виде головы Дискорда, которая резко сорвалась с места и поехала вперед на огромной скорости. И пока парочка проезжала причудливые ландшафты и преодолевала повороты, в которые невозможно было войти, на фоне заиграла приятная музыка, а затем раздался до боли знакомый Селестии голос, который она так ненавидела.

«Я приветствую тебя!

Рада вся моя семья!

Рад мой брат, кузен и Дискорд-младший!

Можешь все ты отрицать,

Но одно должна понять,

Я хочу заботу проявлять!

Здесь все торты жирнее,

И все конфеты слаще

Нет места этикету,

Как может быть иначе!

Создам рай для лентяев,

И всяких раздолбаев,

Нелепых идиотов,

Отходов и пометов.

То место, где ты будешь главной!

Эквестрия уж не нужна,

Ведь ты достаточно умна,

Чтобы выбрать этот мир,

И засунуть в рот зефир, кефир и сыр.

Эх, короче говоря,

Принцесса, я люблю тебя-я-я!»

— Отвратительная песня, — произнесла принцесса, когда тележка, наконец, остановилась перед сценой, где Дискорд подтанцовывал под взрывы фейерверков и радужные искры.

— А ты все такая же противная милаха! – с умилением произнес драконикус, потрепав аликорна за щеку лапой, которая вылезла откуда-то снизу, — Рад, что ты зашла, принцесса. Я уж не надеялся, что увижу тебя в гостях.

— Ты от меня ничего не получишь, Дискорд? – без особого энтузиазма спросила богиня солнца.

— Что? Селестия, ты обижаешь меня! До глубины души! Просто… разбиваешь мне сердце! Сама посмотри! – заплаканным голосом произнес дух раздора и отодвинул кусок кожи, обнажив треснутое сердечко, — Мне одиноко, Селя! Мне так хочется с кем-нибудь поговорить по душам! А из старых знакомых у меня только ты и Луна.

— Ты пытался нас убить! – крикнула принцесса.

— Кто прошлое помянет, тому глаз вон! – Дискорд щелкнул пальцами и глаз принцессы буквально выкатился из глазницы и прыгнул прямиком на лоб драконикуса, где появилась третья глазница, — Хм, не мой фасон.

С этими словами третья глазница превратилась в челюсть, которая принялась пережевывать глаз. Когда же он был проглочен, то появился на прежнем месте у принцессы, которая начинала выходить из себя., а ее рог медленно наполняться мощнейшей магией.

— Тише, принцесса, тише, все хорошо! Все прекрасно! Посмотрите на меня и успокойтесь, — принялся успокаивать свою подругу Миддэй.

— Ух ты! Какая у тебя миленькая собачка! – произнес Дискорд и испарился в клубах дыма, после чего вагонетка превратилась в реальную голову и драконикус высунул язык, дабы выпустить пони внутри себя, — Как ты его назвала? Как любимую вещь? Жирок? Тефтелька?  Худоба?

— Не лезь к Миддэю, иначе у тебя будут…

— С животными нельзя! – произнес Дискорд поменьше, который надел ошейник на голову Сафера и потащил куда-то в сторону.

Принцесса хотела вмешаться, однако из пола резко выехала стена, разделявшая двух друзей, но зато на стене была дверь. Недолго думая, аликорн зашла внутрь, но оказалась в совершенно другой комнате, в столовой с длинным столом, на котором были накрыты самые разные блюда. И за дальним концом стола уже восседал Дискорд с надетым фраком и моноклем.

— Прошу занять ваше место, мисс, — услужливо сказал Дискорд-дворецкий, отодвинув стул богини, который был раза в три шире, чем все остальные стулья в комнате, хотя в этом и не было нужды.

— Р-р-р, — прорычала принцесса, осознавая, что придется играть по правилам ее бывшего врага и присела на непропорционально огромный стул, напоминавший скорее скамью.

— Ну, давай, Селя, рассказывай, как у тебя дела! Столько воды утекло с нашей последней встречи! Столько всего поменялось, а ты осталась прежней. Только чутка выросла, пусть и вширь, а не вдоль, — произнес драконикус на другой стороне стола, получавший истинное наслаждение от своей компании.

— Долго ты меня здесь собираешься держать? И куда ты дел Миддэя? – потребовала ответов богиня солнца.

— Успокойся, все с твоей зверушкой в порядке. Его уже галантно проводили к выходу, принеся искренние извинения, — убедил свою новую подругу Дискорд, — Давай лучше поговорим о нас с тобой. Ведь у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, хе-хе-хе…

Тем временем у замка стража все еще стояла вокруг сарая, не понимая, что происходит. Нависла напряженная тишина, как вдруг дверь раскрылась и из прохода вылетел кричащий единорог, угодивший прямиком в кучу навоза, которой раньше там не стояло. Это послужило сигналом для стражи, которая с криком набросилась на сарай, однако стоило острию пики коснуться стены домика, как тот лопнул, словно огромный воздушный шар, из которого вылетели конфетти. Пони оказались в тупике. Оставалось только ждать.

* * *

— Знаешь, это было как-то грубо, — произнес Майкл, который был обмотан бинтами, словно мумия, — Рэрити так быстро ушла. Обиделась, наверное. Ты уверена, что стоит так укрываться?

— О, да. Рэрити очень тонкая натура, если бы она увидела кусок мяса, то упала бы без чувств. Не хочется ее пугать, — уверенно произнесла пегаска, приклеив последний пластырь на лоб человека, — Думаю, теперь все в порядке.

— Ну, наконец-то! Надеюсь, ты больше не будешь так паниковать, — недовольно пробурчал парень, надев обратно рубаху, сшитую Рэрити, и направился на кухню, где лежала вырезка, — Раз ты не хочешь, чтобы я готовил на улице, то мне придется оккупировать твою духовку.

— Ну, я бы не хотела, чтобы ты пачкал ее, но если так надо, — смиренно произнесла кобылка, — Пойду тогда готовить в печи.

— Стоп! У тебя есть печь? – спросил человек.

— Ну, да. Мне приходится готовить для множества животных, поэтому я попросила соорудить мне большую печь внизу, в подвале — ответила пони.

— Так это же другое дело! Мясо на огне не отменяется, ха-ха! – радостно заявил человек и пошел открывать люк вниз, взяв мясо подмышку, — А ты, будь другом, сходи, прикупи пряностей и овощей! Это приготовлю идеальное блюдо!

— Хорошо. Я и сама собиралась сходить на рынок, — кивнула Флаттершай и отправилась за своей седельной сумкой, — А ты… сиди дома и никуда никого не пускай! Пусть твоя готовка останется нашим маленьким секретом.

— Ладно, понял, — согласился человек и пошел вниз, растапливать печь и нарезать мясо.

В этой спокойной атмосфере Майкл пробыл около двадцати минут. Порезанное мясо уже шипело на решетке, наполняя подвал приятным ароматом, а сам человек с удовольствием глядел на это, глотая слюнки. Флаттершай ему нравилась все больше и больше. Однако идиллию прервал внезапный стук в дверь, который все никак не унимался. Человек думал просто сидеть и ждать, пока незваные гости уйдут, однако вместо этого они стали пытаться буквально вломиться внутрь. Это заставило Майка оставить готовку, закрыть подвал и направиться к двери.

— Флаттершай! Милая, мы знаем, что ты здесь! Открой, пожалуйста, дверь! – кричала Рэрити взволнованным голосом.

— Да, мы видели дым из трубы! – раздался голос Твайлайт.

— О, боже! Дым! Точно! – прошептал человек, ударив себя по лицу, после чего немного приоткрыл дверь, — О, дамы! Добрый день!

— Привет, Майк. Можно нам поговорить с Флаттершай? – спросила лавандовая пони, глядя на лицо парня с обвязанным лбом, — Эм… ты в порядке?

— А? Да, да! Все хорошо! Я… упал, — пожав плечами, признался парень.

— Упал значит? Поня-я-ятно, — прищурившись, произнесла Твайлайт, — А что насчет…

— Где Флаттершай? – не удержавшись, крикнула Рэрити, оттолкнув подругу в сторону.

— Ой, а она ушла. За покупками, — ответил человек.

— Хм. Что за мерзкий запах? – принюхавшись, спросила лавандовая пони.

— Ой, я тоже чувствую! Как будто кто-то горит, — согласилась Рэрити.

— Слушайте, девочки, зайдите через часик! Думаю, к этому времени Флаттершай вернется, — начав нервничать, сказал человек и начал закрывать дверь, но вставшее  проходе копыто помешало это сделать.

— Мы подождем ее здесь! – настойчиво произнесла Рэрити и распахнула дверь, оттолкнув человека, — Фу, какая же вонь! Ух…

— Да, я тут себе новый парфюм взял! Думал, будет неплохо, а оказалось, что он не очень, — начал оправдываться человек, как вдруг заметил, что люк в подвал не прикрыт ковром, как это было изначально.

— Никогда не слышала о таком запахе! А я много чего знаю о парфюмерии, — с подозрением сказала Рэрити, оглядываясь вокруг.

— Майкл, ты можешь рассказать нам всю правду, мы тебя не осудим! – попыталась успокоить человека Твайлайт.

— Послушайте, мне нечего скрывать! Я просто сижу тут и отдыхаю в ожидании Флаттершай, ничего более, — с этими словами Майкл выдвинул стул из-за стола и поставил его на люк, сев сверху.

— Готовили? – спросила белоснежная кобылка, добравшись до кухни, в которой Майкл перевернул все вверх дном в поисках приправ к своему блюду.

— Нет! То есть да! Да! Готовил. А. Готовила утром. Флаттершай, — протороторил парень.

— А тут что произошло? – спросила Твайлайт, наткнувшись на сундук, из которого пегаска повытаскивала все вещи в поисках аптечки.

— Ну…

— А-а-а! Что это такое! – взвизгнула Рэрити, неожиданно наткнувшись в мусорной корзине на окровавленную ткань, которой пони едва ли не ткнула человека в нос.

— Мне кажется, зловоние идет откуда-то из под половиц, — не унималась лавандовая единорожка.

— Так, думаю, вам пора! Приходите все попозже и получите от Флаттершай все ответы на вопросы! – Майкл поднялся со стула и принялся выталкивать кобылок на выход, после чего захлопнул дверь и уже облегченно выдохнул, но не тут то было.

Внезапно Рэрити снова ворвалась в дом и повалила всем своим весом человека на пол, телекинезом скрутив ему руки за спиной.

— Я все видела и слышала! Я знаю, что Флаттершай ругала тебя, а потом услышала ее крик! А когда вернулась, то нашла следы крови! Что ты с ней сделал, монстр! Отвечай немедленно! – закричала единорожка, все сильнее скручивая руки.

— Боже, да ничего я ей не сделал! Она ушла на рынок, за покупками! – закричал человек.

— Эй, смотри! – произнесла Твайлайт, которая все-же заметила проход в подвал и незамедлительно открыла его, отчего запах жареного мяса наполнил комнату и кобылы начали кашлять и закрывать носы.

— Спустись и проверь, что там! – приказала Рэрити и лавандовая единорожка незамедлительно пошла вниз.

И то, что она там увидела, повергло ее в ужас. Окровавленные ножи на столе, пятна крови на полу и скворчащие куски мяса над огнем. У ужасе закричав, Твайлайт выбежала из подвала и вылетела на улицу, не в состоянии больше переносить кошмарный запах.

— Он… он… он… — заикаясь, начала единорожка, указывая дрожащим копытом на человека, — Он съел ее! Он съел нашу Флаттершай!

— Съел? О, нет! Нет, нет, нет! – Это что, запах жареного… — рвотный позыв скрутил желудок Рэрити и та понимала, что не сможет долго держать завтрак в себе.

— Господи боже, вы шутите! Да как вы вообще об этом подумали! Это просто какая-то вырезка! Флаттершай мне ее сама принесла! Сказала, что понимает, что я плотоядный и все такое! – закричал Майкл, — И вообще, это отличный запах!

Недолго думая, белоснежная кобыла, не убирая захвата с рук человека, подошла к настольной лампе на тумбочке, взяла ее в копыта и стала приближаться к парню, который понимал, что его ждет.

— Ну, нет, не надо! Я говорю правду! Серьезно! Флаттершай скоро придет! Фла…

Лампа резко опустилась на голову человека, расколовшись на два. В глазах сильно помутнело, после чего Майкл перестал дергаться и потерял сознание.

— Какой кошмар! Что нам с ним делать? – спросила Твайлайт, глядя на предполагаемого маньяка-пониеда.

— Никто не должен об этом знать! Это слишком ужасно, чтобы кто-то еще знал, — уверенно произнесла Рэрити, — Мы с тобой разберемся с ним. Разберемся так, чтобы больше никто не пострадал от его лап! Понимаешь, о чем я?

— Думаю… думаю понимаю, — кивнула Твайлайт, — Но это такой жуткий грех! Готовы ли мы взять его на себя? Вдруг он и вправду не виновен?

— Твайлайт, мы сделаем благое дело! Ошибок тут быть не может – он виноват! Мы обязаны с этим разобраться! – продолжала убеждать подругу белоснежная единорожка.

— Что ж… давай покончим с этим поскорее, — наконец, согласилась Спаркл.

Пони с трудом погрузили тело человека к себе на спины и как можно быстрее потащили его в чащу леса, где никогда никого не бывало, дабы совершить возмездие. Дабы Флаттершай, которая сейчас выбирала помидоры, была отомщена.

* * *

— Чего у тебя на уме, Дискорд? – спросила принцесса, сложив копыта на груди.

— Да вот я тут подумал на досуге. В этом шоу у тебя постоянно случаются всякие приключения, развлечения, ты общаешься с множеством пони. И я понял, чего же мне так не хватает – экранного времени! – объяснил драконикус, — В общем, сделай так, чтобы я появлялся чаще и можешь идти на все четыре стороны.

— Хм. И насколько часто ты хочешь появляться? – осторожно произнесла Селестия.

— Каждый выпуск! – без зазрения совести произнес Дискорд.

— Исключено! Тебя невозможно будет гармонично вставить в каждый выпуск передачи! – возмутилась аликорн.

— Согласен. Поэтому я хочу свою отдельную рубрику!

— Ни за что!

— Ладно, ладно. Тогда второй вариант, – дух хаоса похлопал в ладоши, и стол убежал в ближайшую дверь, закрыв ее за собой, — Ты должна будешь объективно оценить мою пьесу.

— Чего? – спросила принцесса, как вдруг пол сделал оборот на 180 градусов и Селестия с Дискордом оказались в огромном театральном зале.

От неожиданности богиня солнца закрыла глаза, а открыв их обнаружила, что уже сидит не на стуле, а на столь же широком кресле в зрительском зале, а она сама с головы до хвоста обвязана цепями. Селестия сразу поняла, что деваться ей уже некуда. Занавес начал отодвигаться. Представление начиналось.

«Темнота. Тишина. Полное отсутствие чего бы то ни было! Ни жизни, ни смерти. Одно глубинное ничто! Но… что это там, вдалеке? Не уж то это свет? Да! Свет жизни! Свет надежды!

Акт первый.

Шли как-то во вьюгу трое правителей. Знатные были те существа. В поисках были новой обители. Народ свой скрывали от жуткого зла! И вот говорит им один из правителей!

— Толку сейчас нам грызться друг с другом! Не отдадимся мы злюкам и вьюгам! Вот что скажу я вам – будем дружить! Имя Дискорд мое – будем дом возводить!

Тяжелые думы князей посетили. Они согласились, строить мир приступили. Дискорд добрых жителей от вьюги спасал. Ну, а Дискорд начало столицы задал. Третий Дискорд народ свой сплотил. Добрый народ старания оценил.

Акт второй.

Жил главный Дискорд и не тужил. Славный народ его боготворил. Но властью своей он не злоупотреблял! А посему Эквестрию долго-долго возглавлял. Но вот как-то раз, из дальних земель, явились два тирана, поставив себе цель! Силою престол отнять, и свое зло распространять. Две страшных сестры, их зубы остры, одна туповата, другая коварна! Вломились в тронный зал, перепугав народ, и заявили громко, что лишат его свобод. Дискорд пал на колени, и стал их умолять.

— Возьмите вы меня, не троньте вы невинных!

Но сестры засмеялись, и желчь текла из пасти! И старшая сестра вдруг съела полведра!»

— Ой, да хватит уже! Ты же и сам понимаешь, что это полная бредятина! – закричала Селестия, глядя на Дискорда с картонным рогом и крыльями, который закидывал себе в рот кукол-жеребят, лежащих в ведре, — Скоро уже конец этой неудачной шутки?

— Еще триста пятьдесят восемь актов! – услужливо произнес Дискорд, одетый во фрак, который сидел в соседнем кресле, — Но вы смотрите внимательно! Сейчас будет самое интересное! Шестьдесят актов описания старшей сестры!

Услышав это, Селестия начала трястись, ее губы крепко сжались, а лицо начало краснеть от неудержимой ярости. И чем больше богиня солнца злилась, тем ярче сиял ее рог, обжигая все вокруг мощной магией. Впрочем, драконикуса это нисколько не смущало. Совсем даже наоборот. Зрительский зал заполнился копиями духа хаоса, которые принялись аплодировать и свистеть актерам-принцессам, которые вгрызались зубами в доброго правителя Дискорда.

— Прекрати немедленно, иначе я сотру тебя с лица земли! – закричала принцесса, стиснув зубы.

— Оу, оу, оу, Селя, прошу успокойся, не нервничай! Нам не стоит сражаться! – вдруг принялся успокаивать со сцены драконикус аликорна, однако его беспокойство быстро сменилось на коварную улыбочку, и Дискорд добавил, — Ведь это уже было…

Не выдержав, богиня солнца бешено закричала и была готова запустить в своего старого противника мощнейшим лучом древней магии, как вдруг в зале раздался крик доброго единорога, который пришел на помощь своей принцессе.

— Принцесса, не надо! – закричал Миддэй, на теле которого было полно ран и всяческих нечистот, — Прошу вас, остановитесь! Он того не стоит! Подумайте об Эквестрии, о всех тех пони, что вы поклялись защищать!

И Селестия действительно остановилась. Ее все еще переполнял гнев, однако и в словах ее друга был смысл. Стоила ли месть Дискорду за старые обиды того, чтобы рисковать сохранностью Эквестрии? Однако, если этого не сделать, то драконикус одержит победу. Думая над тем, что делать дальше, богиня солнца даже не заметила, как целая толпа Дискордов и один отважный единорог собрались вокруг нее, ожидая ее дальнейших действий. И вот, издав последний вздох, Селестия потушила свой рог и спокойно посмотрела на духа раздора, с лица которого не спадала ухмылка.

— Черт с тобой. Будет тебе рубрика, — уныло заявила принцесса.

Заиграли торжественные фанфары, под потолком начали взрываться фейерверки, а все Дискорды принялись хлопать принцессе, которой торжественно подносили контракт с пером. Ворча себе что-то под нос, аликорн подписала бумажку, которая тут же сгорела зеленым пламенем, цепи спали, а истинный драконикус принялся пожимать Селестии копыто.

— О, Селя, я так рад, так рад, что мы смогли с тобой договориться! – радостно произнес Дискорд, — Теперь мы с тобой станем одной дружной командой! Разве не здорово, ха-ха-ха!

— Сейчас копыта откину от счастья, — вырвав копыто из лап драконикуса, принцесса повернулась к Миддэю, который был очень горд за богиню солнца, — Спасибо тебе, дружок! Если бы не ты, не знаю, что могло бы случиться. Как ты смог сюда добраться?

— Хе-хе. Ну, вообще-то, Миддэй сюда и не добирался, — сказал жеребец и упал на пол, являясь всего лишь плоской картонной фигурой.

Точно также на пол попадали и Дискорды, окружившие принцессу кругом, и богиня солнца увидела, что сидит уже не в театральном зале, а безграничном темном пространстве, в кругу света, ровно как и один оставшийся Дискорд.

— Ты знаешь, что ты козел? – спросила принцесса, у которой уже не осталось настроения и сил на то, чтобы злиться.

— Какая-то моя часть определенно козлиная! – кивнул дух раздора.

— Что ж, поздравляю, ты меня обманул, молодчина. Надеюсь, ты хотя бы не разоришь это шоу до основания? – произнесла аликорн, встав на ноги.

— О, нет. Это слишком ценный бриллиант, чтобы просто так его уничтожать! – тихим подозрительным голосом сказал Дискорд, — Не волнуйся, Селя. Я буду внимательно следить за тем, чтобы шоу продолжалось. И начну, пожалуй, прямо сейчас!

— О чем ты…

Вдруг огромная пружина отправила принцессу куда-то высоко вверх, где ее уже было невозможно разглядеть, обратно в нормальный мир. Дискорд же с улыбкой смотрел вслед богине, понимая, что самое веселье только начинается.

* * *

— О-о-о, какого дьявола? Что происходит? – простонал ослепленный солнцем Майкл, который слышал лишь только писк в ушах.

Попытавшись встать, у человека это не получилось. Потерпев неудачу еще пару раз, человек понял, что связан по рукам и ногам, а когда в глазах, наконец, начало проясняться, он вовсе перестал дергаться и лишь испуганно дрожал, ведь человек был привязан к убогому высохшему деревцу на краю обрыва.

— Рэрити? Кажется, он просыпается?

— Отлично!

Ведро холодной воды окончательно привело парня в чувство. Прокашлявшись, Майкл огляделся вокруг и увидел двух кобылок, одна из которых злостно смотрела на парня, а вторая стояла в стороне, все еще полная сомнений.

— Ну, что скажешь перед тем, как принять справедливое возмездие, мерзкий пониед? – спросила Рэрити, стоя у дерева.

— Слушай, я тебе клянусь, с Флаттершай все…

— Молчать! Ты не имеешь права произносить ее имя!

— Но…

— Хватит! Все! Пора покончить с этим! Прощай, Майкл! – произнесла Рэрити и обернулась к подруге, — Твайлайт, исполни приговор!

— Приговор? – спросила пони.

— Эх… Столкни его в пропасть! – раздраженно объяснила кобыла.

— Но, Рэрити…

— Мы это уже обсуждали, Твайлайт! Майкл – злодей! Он заслужил этой участи!

— А что насчет этих пони? – единорожка ткнула копытом и молодую семейную пару с жеребятами, которые тоже были связаны и лежали неподалеку от человека.

— Я же сказала, они видели нас, Твайлайт! Они будут говорить о нас много нехороших вещей! Это маленькое зло во имя великого добра, понимаешь?

— Не очень, — честно призналась Твайлайт.

— Аргх! Все придется делать самой! – возмутилась Рэрити и одним пинком сорвала дерево с человеком в пропасть, и начала слушать крик, который быстро затихал, — Вот и все. Все кончено. Теперь Флаттершай может спать спокойно, верно, Твайлайт?

— Но сейчас ранний день. Зачем мне спать? — вдруг раздался тихий голосок желтой пегаски, которая выходила из чащи леса.

Увидев подругу, обе кобылы обомлели от шока и ужаса. Пони круглыми глазами смотрели на Флаттершай, которая разглядывала подруг и ничего не понимала.

— Эм, девочки, а вы не видели Майкла? Он… кое-что готовил у меня дома, а когда я вернулась с рынка, он исчез и даже бросил свое блюдо. Я его нигде не могу найти, — сказала Флаттершай, — И… почему тут лежат связанные пони? Чем вы тут вообще занимались?

Вновь нависла напряженная тишина, которую нарушила Твайлайт, горько расплакавшись.

— Я не виновата! Я была против этого! Она заставила меня, заставила! – заливаясь слезами, кобылка побежала обратно домой, — Я хорошая пони! Я хорошая пони!

Когда рыдания стихли, вновь воцарилась тишина, которая, казалось, могла длиться вечно.

— Флаттершай, милая, произошел некоторый, так сказать, казус, хе-хе, — заливаясь потом, произнесла Рэрити, — И… иди домой! Уверена, Майкл скоро к тебе вернется! Да, вернется, обязательно!

После этих слов единорожка незамедлительно побежала к краю обрыва и начала осторожно спускаться вниз, оставив Флаттершай в еще большем недоумении. Пожав плечами, кобыла собрала ягоды, за которыми и пришла в этот лес, направилась обратно домой, надеясь, что Майкл скоро придет обратно.

ЗА МИНУТУ ДО ЭТОГО

— Аргх! Все придется делать самой! – пробубнила пони и ударом столкнула предполагаемого убийцу вниз.

Полетев вниз, Майкл в ужасе закричал, то и дело ударяясь об острые скалы и колючие кусты. К счастью, ствол дерева защищал человека от самых сильных ударов, однако уже после третьего столкновения с горой, деревце развалилось на куски, и человек летел прямиком на самое дно пропасти уже безо всякой защиты. Казалось, что это конец. Еще секунда и от Майкла бы осталось лишь мокрое место на твердой земле, как вдруг откуда-то с небес на бешеной скорости вниз свалилась большая белая пони размером с человеческую лошадь, которая упала на спину. В следующую же секунду Майкл упал прямо на живот лошади и отпрыгнул от него, словно от батута, оставшись при этом в живых.

— Боже! О, боже! Я жив! Жив! – радостно воскликнул человек, после чего принялся обнимать аликорна, — Не знаю, кто вы, но благодаря вашему упитанному животику я остался жив! Господи, спасибо вам!

— Ой, да иди ты! – недовольно произнесла принцесса, оттолкнув от себя человека, и телепортировалась обратно в Кантерлот.

— Майкл! Ма-а-айкл! – вдруг раздался крик Рэрити и человек с ужасом увидел, как кобыла быстро спускается вниз, прыгая по камням, словно горный козел.

— Вот черт! Она идет добить меня! Живым не дамся! – крикнул парень и со всех ног побежал, куда глаза глядят.

— Майкл! Стой! Я была… не права! – кричала Рэрити, пытаясь догнать человека, который ее не слушал, — Постой! Извини меня! Прости-и-и!

## А теперь нечто совершенно иное...

*Приятная музыка*

*Заставка с нарезкой из прошлых интервью*

*Аплодисменты*

— Ха-ха-ха, здравствуйте, здравствуйте! Доброго времени суток, леди и джентельпони. С вами вновь я, Джером Ленкинс и наша бессменная рубрика…

Жеребца прервал драконикус, который вел за собой группу рабочих, и показывал им, что нужно изменить. Ведущий некоторое время недоуменно смотрел на все это безобразие, но все же решился подать голос.

— Простите, вы кто такие? Почему вы вламываетесь в студию посреди записи? И куда уносите мою мебель! – возмутился Джером, глядя на то, как пони быстро освобождают в студии место.

— А-а-а! Ты и есть Джером Ленкинс? – довольным голосом произнес Дискорд, — Не волнуйся, всего лишь небольшой ребрендинг. Как по мне здесь слишком… скучновато.

— Какое право вы имеете тут что-то менять? – никак не унимался Ленкинс.

— Тебе не сказали? У меня теперь есть своя собственная рубрика, а эфирное время не резиновое. Пришлось кем-то жертвовать! – Дискорд пожал жеребцу копыто, — В общем, поздравляю, тебя отправляют в неоплачиваемый отпуск! Навсегда.

— Что? Это возмутительно! Я никому не позволю вот так просто убрать меня со счетов! – вскочил на ноги пони, — Зрители любят меня! У нашей передачи хорошие рейтинги! Эта работа и есть я сам! Я никуда не уйду!

— Ладно, ладно! Не кипятись! Даже такому обворожительному и всесильному существу, как мне, требуется более слабый и страшный напарник, — с этими словами дух раздора надел шутовскую шапку с бубенцами на голову пони, — Либо так, либо я позову охрану и мы отпинаем тебя.

— Эх. Из двух зол выбирают меньшее, — разочарованно промямлил Джером, — И чем мы будем заниматься?

— Практически тем же чем и раньше, только круче! На двадцать процентов круче! – уверенно произнес Дискорд, — О, да, фансервис! Просмотры должны взлететь до небес! Итак, ДискорТВ начинает свое вещание! Прямо…

— Тишина! – гневно крикнул судья и белом парике, начав стучать своим молотком, — Тишина в зале суда! Я приказываю всем соблюдать тишину, уважать себя и других! Слышите? Уважать И себя, И других!

— Мы поняли, господин судья, — осмелился произнести кто-то со зрительской скамьи.

— Тишина! Ти-ши-на! – еще громче прокричал пони, отчего у него вздулись вены на шее, — Итак! Прокурор, зачитайте обвинение.

— Спасибо, ваша честь! – кобыла средних лет поднялась со своего места и обратила взгляд в бумаги, — Существо из параллельной вселенной, идентифицирующее себя, как Майкл Форд, обвиняется в жестоком нападении на невинного пони прямо на глазах его семьи! Сие ужасающее происшествие произошло вчера, ровно в полдень! Жертвы просто шли в парк, дабы отдохнуть всей семьей, как вдруг этот маньяк выскочил и нанес тяжкие телесные повреждения отцу семейства!

— Нет! Этого не было! – возразил взъерошенный пони, чей пиджак был жутко измят, и неправильно застегнут, — Вы это видели? Видели это своими глазами? Может присяжные это видели? Кто-нибудь из собравшихся это видел?

— Тишина в зале суда! – вновь проревел судья, — Всем сохранять спокойствие! Адвокат, будете говорить, когда вам предоставят слово! Обвинение, продолжайте!

— Спасибо, ваша честь, — с этими словами прокурор положила на столик сумку, откуда начала доставать улики, — В качестве доказательства у нас имеются: медицинское заключение, орудие нападения и, что самое главное, отпечатки копыт обвиняемого на месте преступления! На основании этих доказательств, прошу немедленно закончить суд и признать вину обвиняемого!

На столе лежали скомканный листок бумаги, внушительных размеров камень и кусок земли на лопате с отпечатком копыта.

— Хм. Готовы ли присяжные уединиться для вынесения вердикта? – спросил судья у группы пони на скамьях в правой части зала.

— Постойте! Да у меня даже копыт… — возмутился Майкл, который все это время раздраженно слушал своих оппонентов, но адвокат быстро заткнул ему рот и усадил на место.

— Цыц! Не возникай! Только хуже сделаешь! Дай мне профессионально сделать мою работу, любитель! – после этого жеребец вскочил сам и принялся горланить, — Вы видели, чтобы он напал на пони? Лично я в это время сидел дома и ел суфле! А вы что делали? Смотрели, как он избивает того жеребца до полусмерти? Вы это видели? Может, выйдем на улицу и поищем там того, кто это видел?

— Протестую! – закричала прокурор, стукнув копытами по столу.

— А поставишь мать родную? – произнес адвокат, отчего весь зал ахнул.

— Хороший контраргумент, адвокат! Говорите! – уважительно произнес судья, ткнув молотком в небрежного пони.

— У меня есть мощный туз в рукаве! Надежный свидетель! – гордо заявил адвокат и достал из-за пазухи дохлую рыбу, которую бросил на место для свидетелей, — Итак, господин лосось, вы являетесь ЕДИНСТВЕННЫМ подтвержденным очевидцем это таинственной истории. Что вы можете сказать в защиту обвиняемого?

Воцарилась гробовая тишина. Все пристально смотрели на рыбину, которая оставила на рубашке и пиджаке адвоката жирное смердящее пятно. Наконец, жеребец понюхал свидетеля и уверенно заявил:

— Господин лосось говорит, что это дело… пованивает ложью! – зал снова озарил удивленный вздох.

— О, не спешите этому верить, — не унималась немолодая кобыла, — Я могу доказать, что на господина лосося… оказывалось давление! – с этими словами женщина показала всем картинку из учебника, где рассказывалось о глубоководном давлении.

— Лосось, мы же договорились держать это в тайне, козел! – рыкнул адвокат и набросился на рыбу, из-за чего охране пришлось разнимать дерущихся.

Весь зал буквально бурлил. Споры и обсуждения захлестнули всех собравшихся пони, и лишь Майкл сидел с широко раскрытыми глазами, не понимая, что вообще происходит.

— Тишина! Тишина в зале суда! – вновь принялся кричать судья, тарабаня своим молотком, — Требую тишины в зале суда! Нам всем нужно обдумать услышанное и успокоиться! Объявляю перерыв, после которого мы послушаем остальных свидетелей этого происшествия.

— Перерыв окончен! Оконче-е-ен! Тишина в зале суда! Я сказал тишина! – срывая горло, заорал судья, вместе с тем долбя своим молотком по столику, — Тихо! Тишина! Тишина, слышите? Да кто там орет, как ненормальный!?

— Ваша честь, здесь орете только вы, — прошептал кто-то в зале, за что в него полетел избитый молоток судьи.

— Все! Тишина! – заключил жеребец, достав из-под пол мантии еще один молоток, — Итак, пригласите первого свидетеля!

— Не боись, я уже все придумал, — шепнул адвокат Майку, которому уже начинала надоедать вся эта ситуация, — Если нас вдруг прижмут к ногтю, говори, что все забыл! Прокатит сто процентов!

— Меня и так в этом зале все ненавидят! Не прокатит это! – возмутился человек.

— Тц! Тц, тц, тц!

— Чего расцыкался?

— Тц! Заткнись, щенок! У меня здесь куплен адвокатский диплом или у тебя?

— Чего?

В зал вошла желтая пегаска с розовой гривой, которая осторожно прошла к месту для свидетелей, здороваясь со всем знакомыми в зале. Флаттершай было крайне неудобно выставляться на обозрение у целой толпы, но она была готова пойти на все, чтобы помочь Майклу.

— Итак, мисс Флаттершай, расскажите, что вы знаете по этому вопросу? – попросил судья.

— Ну… если позволите, я расскажу, как же было на самом деле… — тихо начала кобылка.

* * *

На дворе было прекрасное воскресное утро. Солнышко нежно обнимало согревающими лучами всех зверюшек, что пробуждались от крепкого сна, цветочки наполняли улочки непередаваемым ароматом, а птички пели свои трели не радость всем пони. Даже Эйнджел в этот день не хотел грубить и брюзжать, что о многом говорило.

Выйдя из дома, Флаттершай не могла нарадоваться прекрасной погоде. Ей хотелось упасть на зеленую травку и лежать вместе со своими лесными друзьями до самого заката. Однако нужно было подать лесным друзьям завтрак, а также встретиться с подружками, с которыми у кобылки был назначен пикник.

Но вдруг из-за угла появился Майкл. Человек буквально прыгал на кончиках пальцев от переполнявшей его радости и оптимизма. Закрыв глаза от удовольствия, парень, словно пушинка, перемещался по земле, неся в руке большой и красивый цветок.

♫ Приветствую тебя я, Флаттерша-а-ай,

Я о тебе всё думал, так и зна-а-ай,

Спасибо же тебе за то, что приняла меня-я-я,

Спокойствия такого никогда не ведал я!♫

Парень протянул пегаске цветочек, который дружелюбно улыбнулся кобылке и присоединился к песне. Затем стали петь и деревья, и животные, и даже солнце не удержалось от бурного веселья.

♫О, Флаттершай, прекрасный день наста-а-ал,

Глаза протри и побеги же к на-а-ам,

Чудесный мир нас ждет, все будет хорошо-о-о…

Внезапно, откуда ни возьмись, у дома появилось несколько не очень красивых пони, у которых были не самые хорошие намерения. Злодеи принялись топтать несчастные цветы и прогонять лесных друзей. Даже солнца затянули злые тучи, начав поливать Флаттершай дождем и смеяться.

От такого Майкл страшно возмутился и ринулся в бой, дабы отстоять честь добра, любви и света.

♫Злодеи, прекратите все ломать,

А ну, назад, бегите ка вы вспять!

Иначе буду я вас колотить,

Пока вы извинений не начнете приносить!♫

* * *

— Ага, значит, вы подтверждаете, что обвиняемый совершил хладнокровное нападение на потерпевших! – ликующе воскликнул прокурор.

— Протетестую! – закричал в ответ адвокат, вытянув копыто, — Кое-что в этой истории не сходиться. И у меня есть всего один вопрос, который обличит эти показания. Вы это видели? Своими глазами видели? Когда это было? Где вы стояли? Вы видели все своими глазами! Отвечайте!

— Не-е-ет, — расплакавшись, протянула Флаттершай.

— А на нет и суда нет! Заседание окончено!

— Вообще-то нет, оно продолжается, — произнес судья.

— Ну, блин! – раздосадовано сказал адвокат, скрестив копыта на груди, — Видел? Почти получилось! Ты уже одной ногой на свободе!

— Ваша честь, можно мне другого адвоката! – взмолился Майк.

— Отклонено! Спасибо, мисс Флаттершай, можете быть свободны. Следующий свидетель, — приказал судья, провожая расстроенную пегаску взглядом.

Следующим свидетелем оказался аристократичный единорог с моноклем в глазу, который собирался дать показания против обвиняемого. Единорог вальяжно прошел через зал суда, сверкая своим дорогим костюмом, и остановился у места для свидетелей. Жеребец снял с головы цилиндр, сделал приветственный поклон судье, откашлялся, и начал очищать зубы, заметив кусочек латука, застрявший между зубов. На это пони потратил еще пятнадцать минут. После этого он вновь откашлялся, протер губы платком, положил его в нагрудный карман пиджака. Аристократ набрал в грудь побольше воздуха, дабы рассказать все, что он хотел, как вдруг в зал ворвалась принцесса Селестия, пинком оттолкнувшая единорога в сторону, и встала на его место.

— Короче, сейчас я расскажу, как все было, — протараторила принцесса, которая явно спешила сюда.

* * *

Был полдень. Рабочий день в замке был в самом разгаре. Каждый был занят своим делом, ничего не происходило, и день обещал быть тихим и спокойным.

Выйдя на балкон, принцесса Селестия широко улыбнулась, вдохнула свежий воздух полной грудью и сделала пару глотков из чашечки чая на блюдце, что летело впереди богини. Луна уже спала крепким сном, а потому аликорн могла делать, что ей заблагорассудиться, и начать этот день она решила с осмотра своих владений.

Подойдя к своему телескопу, Селестия принялась смотреть на улочки Клаудсдейла. Пони спешили по своим делам, кто-то просто прогуливался и о чем-то общался с друзьями, а кто-то отдыхал на лавочках в тени деревьев. Затем богиня устремила свой взгляд на передний двор замка. Садовники ровняли кусты и поливали цветы, пони в строгих костюмах то входили, то выходили из замка, все шло своим чередом. Пока вдруг Селестия не увидела того, кого боялась увидеть больше всего на свете.

В ужасе закричав, принцесса обронила чашку и галопом помчалась прочь из комнаты.

— Стража! Стража! Код красный! Всем приготовиться защищаться! Оно уже идет! – завопила принцесса на бегу, отчего все стражники тут же сгруппировались, и поспешили приготовиться к защите от врага.

После пары минут бега Селестия добралась до своей цели – просторного зала, где проходил конкурс лучшего яблочного блюда года. Огромный стол был усеян различными деликатесами от лучших поваров мира и все учувствовавшие гордились тем, что они сделали. Однако принцесса не стала отдавать почестей и разглядывать вкусности. Вместо этого она сгрудила всю еду в скатерть, словно в мешок, и побежала с ним обратно, введя всех в неописуемый шок.

— Ух ты. Даже не вериться, что мы это делаем, — усмехнулся Миддэй, глядя на то, как Нервус достает из старой коробки небольшую табличку.

— И не говори. Идем на мировой рекорд, — жеребец сдул многовековой слой пыли с таблички и поставил ее на нужное место.

Это был стенд сразу у входа в замок, где гордо писалось «Дней без происшествий: 6». Положив табличку с пятеркой в коробку, пони отошли подальше и с восторгом посмотрели на заветную шестерку, которую никто никогда не видел. Но момент триумфа был прерван Селестией, которая схватила своего лучшего друга и засунула его в мешок, не сбавляя при этом ходу. Нервус же обреченно вздохнул и направился менять шестерку на старый затертый ноль.

Принцесса тем временем добежала до тронного зала, на подходе к которому уже стояла пара десятков стражников, ожидавших опасности. Забаррикадировавшись внутри, богиня солнца устало плюхнулась на трон и стала нервно поедать первое попавшееся пирожное из мешка. Глядя на двери в тронный зал, охранники даже не заметили, как в коридор вошел посторонний, который держал измученного заложника.

— Эй, — окликнул грубым голосом незнакомец стражу, отчего та встрепенулась и выставила оружие вперед.

Это был темно-серый пони с растрепанной гривой, у которого виднелись длинные клыки, а за спиной красовалось два жутких крыла летучей мыши. Его заложник был сильно избит, во рту торчал иссушенный яблочный пирог, который испускал последние капли сочного сока.

— Поднимите копыта… у кого есть яблочный сок, — томно спросил захватчик, не теряя самообладания.

После нескольких секунд промедления несколько стражников подняли копыта вверх.

— Уведите его. Он потерял много сока, — с этими словами захватчик оттолкнул замученного заложника охране, которая принялась быстро уводить бедолагу.

И, пока все были в смятении, пони достал молоток и ринулся в бой, без страха и сомнений.

* * *

— Погодите минуточку! Как это связано с делом? – непонимающе спросил судья у богини.

— Что? – еще более непонимающе переспросила Селестия, оглядевшись вокруг, — Постойте... это не суд по делу массового истребления фруктовых вампиров?

— Нет, — побледнев, ответил судья.

— А-а-а! Ха-ха. Фух! Я-то думала! – резко повеселев, произнесла Селестия, -  Тогда забудьте, что я сказала! Извините за беспокойство, развлекайтесь! – насвистывая песенку под нос, богиня солнца покинула зал суда.

— Вот видите! Она ничего не видела! – воскликнул адвокат.

— Ой, да заткнись ты уже, — приложив ладонь к лицу, пробубнил Майк.

Настало время второго перерыва.

* * *

— Хо-хо. Похоже, ты остался один, — усмехнулся человек, положив руки на туловище и встав в весьма странную и неудобную позу, — Судьба снова благоволит мне! Твои друзья не были способны противостоять моим способностям! А теперь и ты станешь жертвой меня, великого МАЙКЛа!

— Ублюдок! – простонал жеребец, из тела которого торчал набор кухонных ножей, ножницы, канцелярские скрепки, гвозди, два дорожных знака и несколько иссохших частей тела, — Я еще достаточно силен, чтобы продолжить сражаться с тобой! Полу…

— Остановка! – прокричал парень и время моментально замерло, оставив подвижным одного лишь человека, — Моя способность может останавливать время на полторы секунды. Этого вполне хватит, чтобы избавиться от тебя раз и навсегда. Я поклялся, что вернувшись на эту землю, я не стану сдерживаться в битве с твоим семейством! Моя способность непобедима! Судьба на моей стороне! Ты в моих руках! Смирись с неизбежной гибелью и прими свое наказание! Наказание за унижение, что твои предки принесли мне много лет назад! Прямо сейчас я уничтожу твое бренное тело в одно мгновение, не медля ни одного мига! Твой дух покинет разорванную оболочку и отправится в ад, где тебе и место! Приготовься узреть в свои последние секунды жизни мой триумф, триумф МАЙКЛа! Я достиг своей цели! Я на вершине пищевой цепи! Я совершенная форма жизни! Ха-ха-ха!

«Прошло только 0.7 секунды. Джонси понимал, что способность МАЙКЛа не успеет закончиться, а потому, перед тем, как враг использовал ее, он, при помощи своей способности, Goof Off, создал под землей копию тела своего врага, и стоило лишь МАЙКЛу ударить Джонси, как вдруг…»

— …Чай! – пестрая призрачная фигура вылетела из героя и ударила человека в лицо, после чего целый шквал ударов обрушился на злодея, — Чай, чай, чай, чай, чай, чай, чай, чай!

«Копия МАЙКЛа остановила время именно к тому моменту, как срок способности злодея истек. Это и дало герою возможность нанести удар, ибо его вера в победу и решимость были непоколебимы!»

* * *

— Что за бред! Не было этого! – не выдержав, прокричал Майкл на нового свидетеля.

— Ваша честь, не слушайте его, он ничего не помнит! – еще громче крикнул адвокат, затыкая человеку рот.

— Тишина в зале суда! – громче всех остальных заорал судья, который был в шаге от того, чтобы сорвать голос, — Так, у нас есть еще один свидетель! Последний! Заседание подходит к концу!

После этих слов в зал вошла смущенная Лира, которая слегка улыбнулась и помахала человеку, не получив никакого ответа. После этого кобылка встала на место свидетеля и, поразмыслив, начала говорить.

— Ну, знаете, я даже не знаю, с чего начать, — хихикнув, созналась пони, — Это все так неловко. Не хотелось бы что-то недосказать или приукрасить…

— Не беспокойтесь мисс Ха… Лира, говорите начистоту! – успокаивающе произнес единорог с молотком.

— Ты что-нибудь видела, а? Ты ничего не могла видеть! – опять вмешался адвокат, — И мой клиент ничего не подтвердит, он ничего не помнит! Так ведь?

— Я ничего не помню, — раздраженно ответил Майк, скрестив руки на груди.

— Что? Серьезно? Совсем ничего? – вдруг оживилась кобылка, — О, тогда дело было так…

* * *

Не ведая страха, отважный человек, облаченный в черную мантию и маску, скакал по проселочной дороге, освещаемый луной. Его верный скакун, Флаттершай, которая являлась не более, чем животным, которого Мигель никогда не ставил выше этого уровня, смело мчался вперед, огибая препятствия на дороге. И вот, спустя столько времени, отважный герой прискакал к своей цели – особняку графа Хартстрингского, дабы повидаться со своей единственной любовью, прекрасной дочерью графа. Особняк хорошо охранялся, а комната прекрасной Лириаты находилась на самом высоком этаже, но отважному авантюристу было плевать.

Разогнавшись, Мигель одним прыжком преодолел высокие ворота, хотя его скакуну повезло меньше. Флаттершай свалилась прямо в кусты терновника, больше не надеясь когда-нибудь побывать вместе с любимым хозяином. Но Мигелю было плевать. Ослепленный любовью, он принялся, словно тень продвигаться к заветному зданию. Он был так ловок, что без труда избежал встречи со стражей, а потому в кратчайшие сроки достиг заветного балкона прекрасной Лириаты.

Достав гитару из-под полы плаща, Мигель присел на бочку под балконом и принялся бренчать чудесную мелодию, а затем и подпевать своим звучным голосом.

♫ Un amor

Un amor viví

Llorando.

Ya atormentado

Las palabras de Dios,

Llorando por ti,

es con amor♫

После этого куплета к романтичному мучачос присоединилась группа мариачи, который принялись подыгрывать человеку, следуя точному такту. Такую прекрасную и страстную песню юная госпожа не услышать просто не могла, а потому выбежала на балкон, слушая голос любимого человека и прекрасную музыку. Когда же песня подошла к концу, Лириата помогла Мигелю побыстрее забраться, пока его не заметили, после чего началось самое интересное.

— О, любовь моя! Мой лучик света в царстве невежественной тьмы! – с придыханием начал человек, попутно расцеловывая копыто кобылки, у которой перехватило дыхание от такого, — Столь многие пытались стать моей компанеро, но я брезгливо отвергал их всех, ибо увидев вас раз, я более не смог смотреть на других женщин! Прошу, Лириата, уедем вместе со мною! Вы не заслужили томиться в этих душных стенах, ожидая избранника, что вас не заслуживает! Убежим вместе, прямо сейчас!

— О, моя любовь, я бы с радостью ушла с тобой в закат и провела всю жизнь, но не могу. Здесь мой дом, я не могу так просто бросить моих падрес! И безродного бродягу ко мне они не подпускают! У нас ничего не выйдет, прости, любовь моя! – жалобно произнесла единорожка, едва не расплакавшись.

— Тогда… я брошу быть бродягой! Я стану богачом, чтоб быть достойным вас! Ничто не будет преградой для нашей любви, клянусь пред вами я!

Вдруг в комнату ворвались стражники во главе с грузным жеребцом, который был отцом юной девочки. Пони грозно посмотрел на пришельца и заявил суровым баритоном.

— Ты, смерд, да как ты смеешь тут стоять и трогать мою дочь! Прочь, грязный нищий! Тебя терпеть я не могу! Верные воины, прогнать и проучить злодея, сейчас же!

Охрана вытащила свои шпаги и бросилась в бой. Мигель же не стал бежать. Ради поцелуя Лириаты он готов был сразиться с целым войском. Достав свою… камень, герой кинулся в битву и, несмотря на превосходящие силы, достойно боролся, не делая и шагу назад! Но, в конце концов, силы стали неравны. Человек пал на колени. Он мог сбежать, но не стал. Ради любви он готов был принять смерть.

— Давайте же, бейте меня прямо в сердце! Без Лириаты оно и так будет разбито. Уж лучше умереть, глядя в ее чудесные глаза, чем жить средь недостойных женщин!

— Ах! Как же был не прав я! – вдруг заявил падре, — Столь честный и отважный юноша достоин всех почестей! Нет кандидата в жены дочери моей более достойного, чем ты! Встань же, обними ее, порадуй отцовское сердце картиной чистой любви!

* * *

— Все! Я так больше не могу! – страдальчески протянул Майк, ударив кулаками по столу, — Ваша честь, умоляю, просто дайте мне рассказать все, как было на самом деле! Пожалуйста!

— Эй! Замолчи! Ты все забыл! – недовольно воскликнула Лира, — Так вот, а потом он достал язык и…

— Тишина! Требую тишины в зале суда! Всем тихо! – прервал всех судья и очередным ударом молотка сломал свой столик пополам, — Ладно, свидетелей все равно не осталось, а обед еще не скоро. Валяй.

— О, спасибо! Огромное спасибо! – после этого Майкл выбежал на место свидетеля, оттолкнув увлекшуюся рассказом Лиру в сторону, — Фух. Итак…

* * *

Человек спокойно шел по дороге, думая о чем-то своем. В школе шептались, что намечается что-то любопытное, и Майк пытался хотя бы предположить, о чем шла речь. Из-за этого парень совсем потерял всякую концентрацию на дороге и в итоге споткнулся об увесистый камень, едва не свалившись на живот. Из-за этого человек разозлился и со всей силы пнул камень ногой, отчего тот влетел прямиком в грудь пони, который шел впереди. Удар пусть и был не сильным, но пони был в крайней степени шокирован подобным.

— Эй! – крикнул жеребец, за спиной которого стояли жена и дочь.

— Ой. Прости, друг. Не заметил тебя. Виноват, — мягко извинился Майкл, после чего пошел дальше.

— Не заметил? Ты что, считаешь меня пустым местом! Может я и безызвестный пони, но это не дает тебе права просто так брать и кидаться в меня камнями! – серьезно возмутился жеребец.

— Чего? – непонимающе пробубнил человек, повернувшись обратно к недовольному.

— О, ты еще и не слушаешь меня! Отлично! Ты, грязный, неотесанный, мерзкий грубиян!

— Да успокойся ты! Это просто случайность!

— Ты хотел убить меня, да? Что я тебе сделал?

— Господи, ты еще в суд на меня подай, болван, — недовольно буркнул Форд и пошел дальше по своим делам.

* * *

— Я и подумать не мог, что этот придурок действительно подаст на меня в суд! – закричал человек, ткнув пальцем в «жертв нападения».

— Хм… не сказал бы, что ваша история звучит убедительно, — скептически заявил судья, — Но, так и быть, приравняем ее ко всем остальным. Итак, суд присяжных уже вынес окончательное решение?

— Я буду говорить, – со скамьи встала Мод Пай, которая выступала главой присяжных, — Мы тщательно изучили детали этого дела и единогласно решили, что Майкл Форд невиновен в нападении на эту семью.

Тут же зал заполнился радостными криками и ликованием. Все друзья человека ринулись обнимать его и смеяться, радуясь победе в столь напряженном деле. Однако, Мод все еще не закончила говорить.

— Однако он полностью виновен в хладнокровном нападении на несчастный камень, который получил сильнейшую психологическую травму, — внезапно объявила пони, — Подсудимый сам сознался в этом. Его вина неоспорима. На этом все.

— Ты же несерьезно? – спросил испуганно Майк, но было уже поздно.

-Спасибо, мистер Пай. Что ж, пришло время вынести финальное решение! – громогласно заявил судья, — Майкл Форд, за умышленное нанесение тяжких физических и моральных увечий ни в чем не повинному камню, вы приговаривайтесь к двум годам лишения свободы и к обязательным исправительным работам в целях оплаты моральной компенсации родственникам этого камня. Вам есть, что сказать?

— Я… я… — запнулся человек, пытаясь осознать услышанное.

— Не бойся! У меня есть еще одна идея! Последняя, но она точно сработает, уверяю тебя! – уверенно шепнул адвокат на ухо своему клиенту, — Ты готов? Поехали!

С этими словами жеребец вытащил из своего чемоданчика складной нож и, без тени сомнения, вонзил его в бок человека так, чтобы этого никто не увидел. От ужасной боли и неожиданности Майк закричал и завалился на пол, держась за кровоточащую рану.

— Пресвятая Селестия! Майкл! Ему плохо! Срочно зовите врачей! Скорее! – завопил адвокат, схватившись за голову, — Смотрите, до чего вы довели несчастного парня! Заседание суда придется перенести, пока мой клиент оправляется от этой жуткой травмы!

— Скотина! Я убью тебя! – стиснув зубы, протянул человек, которого водружали на носилки.

— Он бредит! О, бедный, бедный паренек! Как же так могло случиться! Как же так! – еще немного погоревал адвокат, после чего резко успокоился и вернулся на свое место.

Когда крики Майка стихли окончательно, наступила напряженная тишина. Все переглядывались друг с другом, ожидая того, что будет дальше. Но ничего так и не происходило.

Тем временем, на другом конце света, у берега лазурного моря отдыхал один немаловажный персонаж. Рояль лежал на шезлонге, потягивая березовый сок из бокала с зонтиком, и любовался безграничными просторами океана. Это был воистину прекрасный день до тех пор, пока курьер не доставил роялю записку. Музыкальный инструмент не ждал никаких сообщений, но все же быстро развернул записку и бегло прочитал ее, отчего пришел в глубочайший ужас.

— Новая часть? Серьезно? Я думал, он забросил эту историю! Черт! – воскликнул рояль, после чего сорвался с места и на всей скорости рванул к ближайшему воздушному такси.

— Ну… так… что дальше? – не выдержав, спросил прокурор.

— Эм… по идее должно что-то происходить, когда все заканчивается… ну… вот так, — неуверенно ответил судья, — Видимо, надо ждать этого, пока хронометраж не закончится.

— Будем ждать, — кивнул адвокат, и пони принялись усиленно ждать.

Пегасы гнали, как только могли. Клиент заплатил кругленькую сумму за то, чтобы они доставили его в Кантерлот в кратчайшие сроки. Докинув чаевых сверху, рояль выпрыгнул из такси и побежал по улице, расталкивая всех по дороге.

— Ах! Нож! У меня есть нож! Да что ж такое! – раздосадовано воскликнул инструмент, забегая в магазин с кухонными принадлежностями.

Пони в зале суда продолжали молчаливо сидеть, не осмеливаясь вставать с места. Что-то явно шло не по сценарию. Судья, который с каждой секундой напрягался все больше, в очередной раз посмотрел на часы, что отсчитывали последние минуты положенного хронометража.

— Скоро должны закончить, — попытался ободрить всех жеребец, но получилось у него не очень.

— Могу посоветовать вам прекрасную кухонную доску для столь…

— Отвали!

Рояль буквально вывалился из задних дверей магазина, едва не уронив новенький нож, после чего снова устремился к своей цели. Оставалось меньше полуминуты. Забыв даже про кусты, музыкальный инструмент перебежал дорогу, испортив все дорожное движение, и побежал к дверям здания суда. Под возмущенные окрики охраны, рояль вломился в зал, одним рывком приблизился к адвокату и

— Ха-ха-ха! Воистину прекрасная история! – засмеялся Дискорд, закончив рассказ, — Надеюсь, она вам понравилась. Ровно как и надеюсь, что вы растягивали удовольствие, потому что следующая часть может задержаться еще на полгода, ха-ха-ха! Добавишь что-нибудь под конец, Джером?

— Ну, хотелось бы сказать…

— Как с языка снял! На этом все, мальчики и девочки! Не болейте, правильно питайтесь и не пинайте камни, если не хотите, чтобы камень пнул вас! До скорого, ха-ха-ха!

## Часть 7 - Так, нормальное название. Надо подумать...

Очередной рабочий день в замке Кантерлот протекал обыденно и тихо. Пони сидели на своих рабочих местах, в обеденное время встречаясь в комнатах отдыха и столовой, чиновники и политики обсуждали ситуацию в мире, по нескольку часов просиживая в зале совещаний, а туристы и гости из других стран восхищенно разглядывали мозаики, витражи и гобелены на стенах.

Принцесса Селестия же, все утро посвятившая себя работе, уединилась в своей комнате с подносом, на котором лежали бисквитные пирожные с толстой прослойкой кондитерских кремов самого разного вкуса. С удовольствием обнюхав прекрасные десерты, богиня солнца радостно вздохнула и приготовилась начать свою трапезу, как вдруг произошло то, чего никто не мог ожидать. Внезапно комнату озарила ослепительная вспышка света, а сразу после нее в гостиной оказалась… еще одна Селестия, вся запачканная чем-то липким, которая принялась в панике оглядываться вокруг.

— Что происходит? Ты кто? – непонимающе спросила первая принцесса.

— Я – это ты из будущего! Я прибыла в это время, чтобы предотвратить ужасную катастрофу! – со всей серьезностью заявил пришелец.

— Ах! Какой ужас! Что же такого ужасного произойдет в будущем? – спросила богиня солнца.

— Эти чудесные божественные пироженки… будут уничтожены! – чуть ли не рыдая, произнесла вторая Селестия, — Поэтому я прибыла сюда, дабы съесть их и миновать ужасного исхода!

— Оу, хе-хе, не волнуйся, подружка, с этим я и сама справлюсь, — махнув копытом, уверила себя же принцесса, — Спасибо за предупреждение, можешь возвращаться обратно в свое время.

— О, даже так. Ну… хорошо, — растерявшись, пробубнила принцесса из будущего и стала медленно уходить в сторону.

Проводив себя взглядом, принцесса из настоящего поглядела на лакомства и, облизнувшись, приготовилась уже сделать первый укус, как вдруг, откуда ни возьмись, на нее напрыгнула Селестия будущего, повалив на пол.

— А ну, отдай пирожные! – потребовал пришелец, прижимая копыта оппонента к полу.

— Нет! Ни за что!

— Отдай! Отда-а-ай!

— Нет! Не дам! Нет!

— Отдай сюда, или я тебя укушу!

— Кусай, не отдам! А-а-ай!

— И часто ли у вас такое происходит? – спросил один из туристов с фотоаппаратом, которых по замку вел Миддэй.

— Постоянно, — скучающим голосом ответил жеребец и повел группу дальше, — А здесь у нас кристалл, вобравший в себя сразу пять разных цветов! Удивительнейшее чудо природы!

* * *

Солнце неспешно поднималось над эквестрийской землей. Где-то вдали заголосили петухи, объявляя о начале нового дня. Несмотря на это, до начала рабочего дня оставалось еще пару часов, и большая часть Понивиля все еще мирно сопела в своих кроватях, но только не ученики младших классов. Сегодня их ждало увлекательное приключение, от которого любопытные жеребята вряд ли могли отказаться, и начиналось оно у входа в монструозно возвышающийся Вечнодикий лес.

Вчера, в начале учебного дня, мисс Чирайли обрадовала своих подопечных новостью и приходе одной особенной гостьи, которая подготовила для детишек нечто интересное. Это не на шутку взбудоражило учеников, которые бросились шептаться о том, кто же это может быть. В конце учебы этот гость действительно явил себя, как и обещал. Влетев в открытое окно и прокрутив в классе двойную мертвую петлю, перед учениками приземлилась грациозная и обворожительная Дэринг Ду, заставив ахнуть от восхищения даже высокомерную Даймонд Тиару. Помимо рассказов о своих приключениях и пишущейся новой книге, она также сделала жеребятам интересное предложение – отправиться в поход в глубины Вечнодикого леса с ночевкой, где можно было увидеть множество удивительных вещей, растений и животных. Для Дэринг это было бы неплохим материалом для нового рассказа, а для детей увлекательным путешествием. И, разумеется, на него согласился почти весь класс, ибо рядом с такой кобылкой все чувствовали себя в полной безопасности. И даже Майкл, который неохотно соглашался на внеклассные активности, согласился пойти в этот поход, ведь это было одно из немногих внеклассных мероприятий, в котором он кое-что знал.

— Так, детишки, встаньте ка поближе ко мне и послушайте! – громко созвала всех к себе Дэринг Ду, — Держитесь плотной группой, не отставайте от меня, слушайте все мои указания и все будет просто чудесно! Вам все понятно?

— Да, мэм! – хором ответили жеребята.

— Пхе. Да, как скажешь, — Майкл усмехнулся, отведя взгляд куда-то в сторону.

Пегаска не услышала его, но пот троица меткоискателей, которые пристроились поближе к человеку, расслышали его прекрасно и остались недовольны подобным.

— Тебе стоит проявить побольше уважения к ней, Майлоу! Дэринг Ду много чего повидала на своем веку! – заметил Эппл Блум.

— Ой, не смеши меня! – парень самоуверенно махнул рукой, — Я еще в детстве перелазил весь лес рядом с моим домом, был лучшим скаутом в группе, занимался скалолазанием и дайвингом! Будет меня еще учить кобыла, пишущая приключенческие книжки! Причем книжки про саму себя! Мда, от излишней скромности она не страдает.

— Ну, не знаю. Вечнодикий лес очень жуткое место! Там обитают страшные и опасные существа, растут ужасные растения! А еще… еще там погода не зависит от пони! Ты себе это можешь представить? – разнервничалась Свитти Бель, которую Эппл Блум поспешила успокоить.

— У-у-у, солнце и луна двигаются сами собой! Ка-а-ак страшно! Никогда подобного не видел! – стал паясничать Майкл, в конце концов не удержавшись от смеха, — Ладно, хватит на месте топтаться, пойдем уже!

— Знаешь, если бы тебя сейчас услышала моя «старшая сестренка», она бы тебя проучила за твои слова! – пригрозила Скуталу, крайне недовольная самодовольным человеком, — Дэринг Ду, конечно, крутая, но Рэйнбоу лучше и круче всех на всем белом свете! И уж точно круче тебя!

— Ха-ха-ха, не знаю, причем тут твоя сестра, но мне тоже нравится Ричи Блэкмор и остальные. У тебя отличный вкус, детка, — группа двинулась вперед, в темную чащу леса и Майкл двинулся за ними.

Троица меткоискателей еще несколько секунд непонимающе поглядел вслед парню, после чего ринулись догонять остальных. Жеребятам еще было, что спросить у человека (как, в общем-то, и всегда), и на это у них было уйма времени. Долгий и далекий путь, заложенный пегаской Дэринг Ду начинался.

* * *

Тем временем вся мэйнхеттеновская знать стояла на ушах. В город, буквально на пару суток, приезжала одна из известнейших в Эквестрии театральных трупп, за плечами которой были сотни выступлений, от уличных представлений, на которых они собирали для себя пожертвования, и до выступлений в крупнейших театрах мира. Эта труппа славилась своим мастерством, роскошными декорациями, спецэффектами и актерами, среди которых было минимум по одному представителю от каждой расы, благодаря чему представления удавалось сделать максимально реалистичными и разнообразными.

Разумеется, посмотреть на новую трагикомедию труппы желали все, от мала до велика. Из-за этого у входа в театр толпилась неуемная толпа пони, кассиры едва успевали выдавать билеты на тянущиеся в окошко копыта и принимать деньги. Сегодня для работников театра был тяжелый день, но благодаря этому их карманы пополнялись золотыми монетами с небывалой скоростью. Разумеется, долго эта вакханалия продолжаться не могла. Все билеты были быстро распроданы, объявлен аншлаг и разочарованные богатеи начали разбредаться по кафе и ресторанам в ожидании следующего показа.

Конечно же, на это представления также были приглашены и самые влиятельные пони Эквестрии, чье присутствие всегда было честью. Первыми в числе этих пони были богини солнца и луны, которым подготовили лучшую ложу, что располагалась прямо напротив сцены. На этом балконе было весьма много места, но оно было только для принцесс и, по настоянию Селестии, для Миддэя, который тоже был не против посмотреть на роскошное выступление. Принцесса предложила пойти и Нервусу, но, к всеобщему удивлению, он отказался, предпочтя разгребать отчеты и документы, из которых богиня солнца так любила делать лодочки и самолетики. Уговаривать его никто не стал.

Любуясь интерьером фешенебельного театра, единорог медленно двигался к своему месту. До начала представления оставалось еще около пяти минут, поэтому Миддэй мог себе позволить прогуляться по недоступным для простых смертных местам, почувствовать себя светским пони из высшего общества. Дойдя до своей ложи, жеребец зашел за штору и увидел принцессу Луну, которая прибыла первой.

— О, принцесса Луна. Мое почтение, — единорог низко наклонился, еще не привыкнув к компании младшей богини.

— Здравствуй, Миддэй. Рада тебя видеть в добром здравии, — мило ответила аликорн, дружелюбно улыбнувшись, — Твое место то, что справа. Присаживайся.

Жеребец устроился в мягком бархатном кресле, разделяемый с Луной еще одним, самым высоким креслом для богини солнца.

— Хм. Я думал, вы прибудете вместе с сестрой. Где же она? Представление вот-вот начнется, — произнес пони, оглядываясь вокруг, а затем осторожно добавил, — Не сочтите за грубость, но ваша сестра такая… неугомонная. Надеюсь, она не наделает глупостей…

— О, не извиняйся! Я прекрасно знаю свою сестру. Она обязательно что-то, да выкинет, — закатив глаза, ответила Луна, — Вот тебе мой совет. Когда она начнет творить околесицу, просто игнорируй ее. Не смотри на нее и не отвечай. В конце концов, ей это наскучит и она успокоится. Уверяю тебя, это рабочий способ. В основном.

— Хм. Спасибо за совет. Я обязательно попробую! – кивнул жеребец и стал тихо ждать, когда в зале приглушат свет и заиграет музыка.

Примерно через минуту шторы раздвинулись и, сдавая задом, на балкон вошла принцесса Селестия. Впереди обзор ей закрывал огромный бумажный пакет, а потому она шла задом наперед, глядя назад. Плюхнувшись в кресло, старшая сестра облегченно выдохнула и посмотрела на своих друзей, которые не могли не заметить пакет, который выглядел совсем не под антураж дорогого театра.

— В этом театре кроме билетов и театральных биноклей ничего не продают. Пришлось сбегать в магазин напротив и закупиться всяким по мелочи, — с этими словами Селестия вытащила из пакета самый большой объект – огромное ведро с карамелизированным попкорном, целую жменю которого она с ходу кинула себе в рот, — Будете? Луна, будешь?

С этим предложением он ткнула ведро в лицо сестры и попкорн посыпался через край прямо в ее чарующие синие волосы и на голову. Из-за карамели зерна были липкими и легко запутывались в волосах, что, собственно, и произошло с богиней ночи, которая упорно игнорировала это. Затем с таким же предложением принцесса обратилась к единорогу, которого тоже постигла участь быть обсыпанным липкой закуской. Не получив согласия, Селестия пожала плечами, устроилась поудобнее и стала смотреть на сцену, громко пережевывая горсти попкорна. Представление обещало быть очень долгим.

* * *

« 94 день.

Я чувствую, как рассудок медленно покидает меня. Я слышу их голоса в своей голове все чаще и уже не в силах отличить реальность от вымысла. Они видят меня, где бы я ни был. Миллионы глаз, сияющих в темноте, что не закрываются никогда. Он постоянно смеются, а их возгласы заставляют меня цепенеть от страха.

Я так больше не могу. Этот кошмар никогда не закончится. Впрочем, я сам избрал эту судьбу и теперь несу наказания за свои прегрешения. Алчность и чрезмерное любопытство способны привести пони к тому, что не должно познать ни одно здравомыслящее существо, дабы не превратить свою жизнь в бесконечный ужас, из которого есть только один выход.

Стук в дверь. Они снова прислали за мной. Очередной палач, призванный обеспечить мне новую пытку. Я не могу отказаться от этого, дабы не стало еще хуже. Я обязан открыть. Таков мой рок».

Засунув дневник в щель между досок и прикрыв ее ковром, растрепанный жеребец, с содроганием сердца слушая настойчивый стук во входную дверь, медленными шажками направился к входу, мысленно смирившись с наступлением нового кошмарного дня. Глубоко вздохнув, пони распахнул дверь и увидел на пороге не кого-нибудь, а саму принцессу Кейденс, как всегда прекрасную и восхищающую одним своим присутствием. Впрочем, для жеребца такое уже стало обыденностью, а потому он лишь угрюмо смотрел на аликорна и ждал.

— Оу, простите, у моей кареты отломалось колесо, вы не могли бы нам помочь? – невинным голосом спросила принцесса и тут же где-то послышались свист и ликование толпы.

Дождавшись наступления тишины, Кейденс попыталась войти в дом, однако ее рог зацепился за дверной косяк, и принцесса пошатнулась назад, отчего раздался громкий смех все той же толпы.

— Эх… Сейчас принесу инструменты, — уныло пробубнил жеребец и направился к кладовке, как вдруг поскользнулся на банановой кожуре, которой ранее в доме не было.

Разумеется, падение вызвало новую волну смеха.

— А-а-а! Ненавижу! Всех ненавижу! – сорвался пони, — Зачем я вообще подписывал тот чертов контракт! Зачем я вообще подался в актеры ситкомов! Это не весело и не смешно, тупое вы стадо! Я больше не хочу каждый день попадать в дурацкие приключения с приглашенными звездами и видеть кучу одних и тех же морд!

— Кто-то тут сказал торт? – вдруг спросил толстый лучший друг главного героя, высунувшись из открытой входной двери.

— Я убью тебя, гад! – завопил жеребец еще громче и, схватив первое попавшееся оружие, резиновую курицу, накинулся на толстяка, избивая его игрушкой на потеху зрителям.

Под аккомпанемент смеха и аплодисментов, начала играть вступительная мелодия и понеслась заставка. Сто девяносто четвертая серия популярного ситкома началась.

* * *

В Клаудсдейле был объявлен чрезвычайный режим. К вратам облачного города быстро приближался корабль, полный пиратов-попугаев, кричавших «Ар-р-р» и громко хохотавших на своем судне. Никто не понимал (в том числе и пираты), что именно разбойники собирались красть в городе, состоящем из облаков, но факт оставался фактом – пираты были уже близки к Клаудсдейлу, и их необходимо было остановить.

Вся доступная стража города, облаченная в доспехи, собиралась у стены, дабы начать стрелять во врагов, как только те подойдут достаточно близко. По пути каждому воину давали арбалет и меч, которые, в отличие от доспехов, были сделаны из облаков.

— Готовсь, — закричал командир, глядя через облачную подзорную трубу с мыльными пузырями вместо линз, — Целься! Огонь!

Град стрел тотчас устремился к вражескому кораблю. Поначалу пираты на палубе запаниковали и попытались скрыться в трюме, но увидев, что на борту не осталось не единой царапины, стали ликовать и радоваться еще громче.

— Готовсь! Целься!

— Сэр! Сэ-э-эр!

— В чем дело, рядовой? – спросил вояка, покрытый шрамами.

— Не хочу ставить под сомнение оснащение нашей стражи, но эти арбалеты вообще никак не задевают врагов! – пожаловался воин, протянув оружие командиру.

— Хм… — хмыкнул вояка, повертев арбалет в копытах, после чего молча выстрелил в ногу жеребцу, отчего то свалился с кровоточащим копытом, — Оно отлично работает, рядовой! Живо в бой!

Вернувшись к своим пони, командир продолжил смотреть в подзорную трубу на то, как стрелы разбиваются на маленькие облачка от столкновения с попугаями. Когда четырнадцатый залп не дал никаких результатов, вояка стал подозревать, что что-то делает не так.

— Ах, так! Окопались, значит! Ну, хорошо, будем по-плохому! Солдаты, выкатывайте наше супероружие! Радужное орудие! Эта штука уже заряжена солнечным светом! Достаточно дернуть рубильник и свет, рассеянный в радугу, сожжет их корабль дотла, ха-ха-ха! Целься!

Рядовые послушно притащили огромную пушку, напоминавшую бутылку и прицелились во врага. Когда наведение завершилось, стрелок дернул заветный рубильник и… окатил корабль потоком радуги, которая разлилась по палубе и разукрасила всех в самые разные оттенки цветов. Но на этом все и закончилось. Радужные пираты-попугаи продолжили свое наступление.

— У нас даже радуга жидкая! Я дезертирую из этого города! – в панике закричал солдат и убежал прочь, бросая свое снаряжение на бегу.

— Ха, жалкий трус, недооценивающий мощь Клаудсдейла! – усмехнулся командир, — Если среди вас еще есть те, кто не верит в нашу безоговорочную победу, убирайтесь сейчас же, и не показывайтесь мне на глаза!

Воины переглянулись между собой и дружно побежали прочь от баррикад, также разбрасывая свои вещи. В итоге на стене остался один лишь командир, который, тем не менее, не терял решимости.

— Ха! Отлично! Слабое звено этой армии отколото! Остались лишь лучшие! Что ж, готовьтесь получить тумаков! – вояка достал меч и приготовился залететь на борт корабля, — Даже если мне суждено погибнуть в этом бою, я сделаю это, как истинный воин! Красиво и по героически!

«Командир Чики Фулл. Погиб при сражении у Клаудсдейла от облака, ударившее его в затылок при порыве ветра. Вечная память тебе, глупый вояка. Твою смехотворную смерть будут помнить всегда».

* * *

— Так, ребята, не отставайте, двигайтесь строем и не выпускайте друг друга из вида! Мы входим в не истоптанные копытами пони уголки леса! – зловеще произнесла Дэринг Ду, отчего у всех жеребят в группе по телу пробежал мороз, — Но не бойтесь! Я знаю эти места, как свое копыто! Я проведу вас безопасной тропой!

Человек же ее даже не слушал. Плетясь в самом конце строя, Майкл насвистывал себе под нос жизнерадостные мелодии, с упоением разглядывал причудливые растения и насекомые, что ворошились в траве, слушал трели ранее невиданных птиц, одним словом, всячески единился с природой. Человек давно забыл многочисленные предостережения от Флаттершай об опасностях Вечнодикого леса, а огромный рюкзак, набитый вещами для всех случаев жизни, он и вовсе скинул едва ли не в начале пути. Парень не чувствовал никакой угрозы, лишь расслабляющее спокойствие и умиротворение.

Закрыв глаза, человек вдохнул полную грудь свежего воздуха и прислушался к мельчайшим шумам этого неутихающего места. Каким-то образом мимо его слуха начал проходить треп меткоискателей о том, чем они должны заняться в этом походе. Казалось, если Майкл примет позу йога, то полетит вперед, поддерживаемый переполняющей его энергией ци. Но чуда не произошло. Вместо этого он, шагая вперед с закрытыми глазами, пропустил резкий поворот и отделился от группы столь молниеносно, что этого даже никто не заметил.

Продолжая идти вперед, Майка все чаще стали тревожить шипастые кустарники и кривые ветви жутких деревьев, бьющие парня по лицу. Не выдержав этого, он открыл глаза и стал через силу продираться вперед, думая, что остальные уже ушли далеко вперед. Казалось, спокойному путешествию пришел конец, как вдруг на руку парня с ненавязчивым жужжанием приземлился один из частых жителей Вечнодикого леса – бирюзовый комочек шерсти с четырьмя ножками и крылышками, который глядел на пришельца большими и яркими зелеными глазами.

— О-о-оу, только поглядите какая прелесть! – не удержался человек, освободившись от последней приставучей лозы, — Что ты такое, дружок? В нашем мире таких существ нет. Обычно, у нас насекомые никаких милых ассоциаций не вызывают.

Пройдясь по ладони парня, существо принюхалось и облизнуло растекшуюся золотистую капельку на коже – нектар, попавший на человека с одного из не опыленных цветков.

— А, ну, конечно. Ладно, вот, возьми, — умиленный Майкл без всякой задней мысли полез в один из кармашков рюкзака и достал оттуда крекер, кусочек которого хотел дать насекомому, но оно молниеносно проглотило печенье полностью, — Ого. Даже знать не хочу, куда ты все это дел.

Внезапно щеки существа надулись и он выплюнул красный шарик поменьше, который мгновенно отрастил ножки с крыльями и стал постепенно увеличиваться до размеров своего родителя.

— А, теперь понимаю, — усмехнулся Майкл и достал еще пару крекеров, — Ладно, давайте еще по одному.

Тем временем отважная пегаска, выбравшись из наиболее густых зарослей, дождалась, пока все жеребята выйдут на открытую местность, и начала проводить подсчет. На первый взгляд все казалось нормальным, но все же кого-то недоставало.

— Так, дети, мне кажется, что кто-то отстал, — как можно спокойнее сказала Дэринг Ду, — Вы кого-нибудь недосчитались?

Вся группа начала оглядываться по сторонам и неуверенно мычать, ведь найти среди метровых пони человека в два раза выше было слишком сложной задачей, которая была под силу лишь мудрейшим магам в Эквестрии. Впрочем, напрягать мозги и не понадобилось. С быстро приближающимся криком, из чащи выпрыгнул Майкл, чья Дизайнерская походная форма от Рэрити™ была изорвана и запачкана грязью. Заметив свою группу, человек незамедлительно нырнул прямо под пегаску и в следующую же секунду из леса вылетел рой параспрайтов, который, не найдя свою цель, отправился на поиски дальше, пожирая все на своем пути.

— Это что еще за твари такие? – недовольно закричал Майкл, вылезая из под недовольной пони.

— Это твари, которые не водятся на той тропе, по которой я веду! – процедила Дэринг, глядя на парня с прищуром, — Ладно, теперь все на месте. Идем дальше! И на сей раз не витай в облаках, человек!

— Не витяй в обляках, целовек! – передразнил Майк, закатив глаза и очищая ботинки от толстого слоя грязи, пока остальные ушли чуть вперед.

Все мечты о тихом отдыхе у Майкла моментально разрушились, но не все жители Вечнодикого леса желали зла своим посетителям. Пока человек недовольно бурчал себе под нос, из кустарника выпорхнула малюсенькая тоненькая пони, которая широко улыбнулась и подлетела к лицу парня.

— О, здравствуй, добрый путник! Меня зовут Лак, и я видел, какая неприятность с тобой произошла! Позволь мне залечить твои раны своей волшебной пыльцой! Ты вновь наполнишься силами, радостью и… — шлепок ладони заставил мгновенно умолкнуть милое создание.

— Проклятое комарье! Нигде от вас покоя нет, даже в другой вселенной, — проворчал Майкл, разглядывая то, что он прихлопнул, как вдруг его глаза округлились от ужаса, а рот слегка приоткрылся.

Тут из кустов вылетела еще кучка пони, верных друзей того, что сейчас был на ладони человека. Они отстали от него и теперь пытались понять, куда он мог деться.

— Приветствую тебя, неведомое мне создание. Не видел ли ты тут нашего собрата? – вступила в контакт другая бризи, — Он самый добрый и вежливый из нас! Такой непоседа! Интересно, куда он мог подеваться?

— Он… я… это… — замямлил побледневший парень, но поняв, что составить предложение для него непосильная задача, он молча ткнул пальцем в другую сторону.

Поблагодарив человека за помощь, бризи быстро удалились в указанную сторону, а Майкл, едва ли не плача, начал соскребать пони со своей ладони.

— Прости. Прости, прости, прости, — произнес человек и побежал за своей группой.

Теперь-то Майкл точно не собирался отставать от группы и сам желал исполнять все приказы Дэринг Ду, какими бы они ни были.

(В процессе написания этого отрезка ни одна бризи не пострадала).

* * *

Первый акт подходил к концу. После каждой сыгранной до конца сцены зал заполнялся аплодисментами, а некоторые колкие реплики персонажей заставляли всех ахать от удивления и восторга. К сожалению, принцесса Луна и Миддэй не могли по достоинству оценить игру актеров и старания сценаристов, ибо вместо этого их слух постоянно сверлил хруст и чавканье богини солнца, гордо расположившейся посередине. Это был один длинный акт из трех, впереди еще было две трети представления, и никто не мог предположить, насколько еще хватит выдержки этих двух пони. Однако, звуки со стороны Селестии неожиданно стихли. Ведро опустело и богиня солнца, словно кухонный комбайн, перемалывала своими зубами последние не вздувшиеся зерна, расположившиеся на самом дне. Прикрыв рот копытом, Селестия отставила картонное ведро в сторону и удовлетворенно вздохнула.

— Ах, как же хорошо, — мечтательно прошептала принцесса, обратив все свое внимание на сцену.

Наступила столь сладкая тишина, которую так желали услышать жеребец с богиней ночи. Все вернулось на круги своя и они продолжили следить за разыгрывающейся на сцене драмой. Вот только Селестия, видимо, тоже подумала про СЛАДКУЮ тишину, а потому достала из пакета прямоугольный пакетик с драже, оглушительно зашелестевший на весь балкон. Принцесса всеми силами пыталась вести себя как можно тише, но избежать шелеста было просто невозможно. Особенно когда она принялась открывать пакет. Один его край не поддавался, как бы Селестия не тянула. Тогда она перевернула запечатанные конфеты и принялась открывать другой край, который тоже не желал сдаваться. Нахмурившись, богиня солнца начала дергать пакетик во все стороны и это сработало! Упаковка разорвалась посередине и драже разлетелось во все стороны, в том числе и на Миддэя с Луной, застряв в волосах вместе с попкорном. Часть конфет также попала и на Селестию, а часть осталась на дне пакетика, что было самым главным. Высыпав остаток драже в рот, аликорн принялась их с удовольствием пережевывать. Но и это было еще не все.

— Пс-с-с! Ребята! Не хотите шоколадку? – прошептала богиня Солнца, вытащив плитку шоколада, — Она немного подтаяла, но есть можно. Хотите? Луна? Миддэй? Шоколад! Вкусненький! Эй, Луна! На! Шоколадка!

Угол плитки, освобожденный от фольги, уткнулся в щеку младшей сестры, медленно стекая по лицу к шее. В темноте не было видно, но у принцессы задергался глаз, а уголки губ дрожали от негодования.

— Миддэй! На, откуси кусочек! – жеребец был ниже аликорна, а потому Селестия угодила ему шоколадом в висок, едва не попав в глаз, который пони успел закрыть.

Принцесса явно не спешила убирать лакомство, надеясь, что ее друзья одумаются. Однако даже ее терпение истекло, и она закинула плитку к себе в рот целиком. Проглотив шоколад, богиня солнца замаялась и начала поглядывать на друзей, явно с какими-то намерениями.

— Эм… Луна, сестренка. Этот шоколад был очень, очень вкусный! А у меня была всего одна плитка. Так что… ты не против, если я слижу шоколад у тебя с лица? – спокойно спросила принцесса, глядя на младшую сестру глазами невинного жеребенка.

Вот только Селестии хватило одного прищуренного взгляда Луны, чтобы отказаться от этой идеи и уставиться на сцену. Когда богиня ночи успокоилась и забыла про этот инцидент, принцесса Селестия наклонилась к Миддэю.

— Нет, я категорически против! – закричал единорог, стоило только аликорну вдохнуть воздуха в грудь для разговора.

— Хорошо, поняла, — бегло пробубнила Селестия и молниеносно вернулась на исходную позицию.

Близился второй акт.

* * *

В другой вселенной ничего не менялось. Уже шестой час домик на окраине города был оцеплен военными, а командир думал над тем, как вытравить оттуда пришельца, готовившего какой-то злобный план.

— В общем, вот что мы сейчас знаем о пришельце! – заявил командир, выкатив доску с нарисованным существом, которое имело восемь лап, стреляло лазерами из глаз и топтало небоскребы, — Благодаря нашим гениям, а также архивным записям, я выяснил, что это существо уже неоднократно нападало на Японию, разрушая ее до основания. Именно поэтому в сорок пятом мы сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, за что японцы благодарны нам до сих пор. Судя по всему, эта тварь упала на планету десять миллиардов лет назад, построив египетские пирамиды и сотрудничая с Советским союзом, который предоставлял ей водку и медведей в обмен на украденные у нас секретные планы. Сейчас этот монстр решился напасть на нас и уничтожить Америку! Но не бойтесь, я уже связался с МИ-6 и они должны вот-вот прислать своего лучшего агента!

Уже через минуту над кордоном показался черный вертолет, откуда на веревочной лестнице спустился белокурый мужчина в обтягивающем шпионском костюме.

— Вы возглавляете этих людей? Я агент Томс, прибыл из Британии по жизненно важному поручению. Это вы сообщили о том, что террористы из Аль-Каиды вновь начали проявлять активность в этом районе?

— Ты не Агент 007, — прищурившись, прошептал командир.

— Ч… что? – опешив, спросил агент.

— О, парень, садись, это надолго, — произнес агент ФБР, который уже смирился с происходящим.

— А ну, замолкни, НЕ Малдер! – крикнул командир.

— Что здесь происходит, черт возьми! – воскликнул британец, оглядываясь вокруг.

— Умолкни! Проверим тебя позже, приятель! – военный отошел от агента и обратился к своим людям, — Ребята, я не хотел прибегать к этому, но придется! Я сам войду туда и использую свою особую силу!

Командир схватил какую-то ветку и поднял ее высоко над головой, расставив ноги.

— Властью серого черепа! Сила у меня! А-а-а! – с этими словами вояка побежал к дому, ломая все, что стояло на его пути палкой.

Солдаты увлеченно смотрели на это зрелище и даже не заметили, как к ним подошла кобылка блекло-лимонного цвета, которая все никак не могла понять, что же вообще происходит.

— Простите, но, пожалуйста, объясните мне, в чем дело! Меня и моего спутника схватили какие-то люди, потом сказали, что мой спутник браконьер и выпустили меня в лес. Я увидела летающую штуку, пошла за ней, и вернулась сюда. Чем вы тут занимаетесь? Из-за чего весь балаган? – непонимающе спросила Бон Бон.

— Мы знаем не больше твоего, подруга, — не поворачивая головы от дома, ответил один из бойцов, поедая попкорн, — Но, вроде как, ловим пришельца.

— Ого. А почему вы решили, что этот пришелец опасен? Может, он хороший, — предположила пони.

— Ну, дело в том, что так у нас устроено. Все, что не умещается в рамках человеческого разумения, должно быть уничтожено! – сказал второй солдат.

— Да! Нахрен открытия! Люди рулят! – крикнул не обремененный умом солдат в майке, дав пять своему другу.

— А, понятно. И почему Лира хотела завести себе человека? – пожала кобылка плечами и пошла прочь от баррикад.

— Завести… человека? – повторил один из людей, резко развернувшись назад, но уже никого не увидел.

Блокада пустого дома по-прежнему продолжалась.

* * *

Крупнейший хувбольный стадион в Эквестрии был битком заполнен народом. Сотни пони замерли в ожидании (и не только), поедая свои закуски и с содроганием сердца следя за происходящим в небольшом кругу света посреди поля. Там, на двух шезлонгах, поставленных друг напротив друга, расположились двое упитанных жеребцов, что были на грани между сном и бодрствованием. Казалось, эти двое давно забыли и про стадион, и про множество глаз, что были устремлены к ним. Они знали лишь о своем сопернике и нескончаемом ничегонеделании.

— Я вновь приветствую всех любителей пассивных видов спорта. С вами филлидельфийская команда комментаторов, и мы продолжаем внимательно следить за международным чемпионатом по безделью, — лениво произнес один из комментаторов.

— Все так, мой друг. Это полуфинал, крайне важный для обоих участников матч, в котором одна ошибка может стоить долгожданной победы, — намного более жизнерадостно добавил второй.

— Да, воистину долгожданной, ибо идет это действо уже около семи часов…

-Так и есть, коллега. Но, тем не менее, никто не смеет покидать своих зрительских мест. Напряжение растет с каждой секундой и, думаю, скоро мы узнаем, кто же станет победителем.

— Ты говорил это три часа назад, но поскольку профессиональная этика не позволяет мне избить тебя этой брендированной кружкой, которая постоянно должна быть в кадре, я просто с тобой соглашусь.

Вновь нависла гнетущая тишина. Большая часть зрителей давно спали, укрываясь чужими хвостами. Те же, кто еще сидели с открытыми глазами, либо давно перебрали с кофе и готовы были устроить дебош, либо наоборот, казались больше живыми трупами, чем нормальными пони.

Движение! Один из участников нахмурился и начал дергаться влево-вправо. На это мгновенно обратил внимание судья, который подбежал к участнику и начал внимательно следить за его движениями.

— О, только посмотри. Похоже, на поле возникла конфликтная ситуация.

— О, да! В профессиональной спортивной среде это называют «зачесалась спина». Участник пытается почесать себе спину о шезлонг, не шевеля копытами! Если судья сочтет движения участника недопустимыми, то засчитает ему оффсайд и штрафа ему будет не избежать!

— Тем временем я сделал цепочку из скрепок, которую подсыплю тебе в кофе, если ты не перестанешь перебивать меня и озвучивать мои мысли.

Когда спортсмен перестал чесаться, судья подумал над его действиями и со свистом показал красную карточку, от чего спящая половина стадиона мгновенно очнулась, толкая друг друга. Выпустив свисток изо рта, судья протянул толстяку огромный стакан с газировкой и участник сделал из трубочки несколько больших глотков.

— Суровое наказание от нашего судьи.

— О, богини! Так глупо подставляться под самый конец игры! Как же так! В профессиональной среде этот штраф зовется «сделать три глотка из стаканчика с газировкой». Если участник не сдержит отрыжку или же не сможет удержать все в себе до конца матча, то ему будет автоматически зачислено поражение.

— Совершенно с тобой согласен. Как мы можем видеть, у биотуалета уже дежурит рефери. Игра близится к логическому завершению. А теперь, друг мой, будь добр и подай мне еще одну кружку с полки.

Внезапно для всех второй спортсмен, чувствую приближающееся поражение соперника, начал медленно сползать по шезлонгу вниз. Внимание остальных судей было обращено на стакан с газировкой, поэтому он решился пойти на столь отчаянный риск.

— События развиваются крайне стремительно.

— Н-е-е-ет! Не может быть! Что же происходит! В профессиональной среде подобный маневр называется «съехать с крупа на спину и свесить ноги с края лежанки». Участник снимает все напряжение со своего крупа и переводит его на спину, чтобы не чувствовать дальнейшего дискомфорта и набраться сил, а, свесившись, затекшие ноги могут *ХРЯСЬ*

— Немного напрячься и восстановить подвижность для других маневров. Эта крайне опасная тактика, которая стоила карьеры многим именитым спортсменам. Она запрещена почти во всем мире из-за своей активоопасности, но, похоже, наш участник достойно с этим справляется. Ни одна его жировая складка не дрогнула и ни единая капля пота не свалилась со лба. Ох, похоже, вопреки нашим предположениям, игра еще далека от своего завершения, но мы готовы следить за ней хоть до… эх, хоть до бесконечности. Благо, мой коллега на ближайшие сутки отошел по делам, и мы можем продолжить наблюдать за всем происходящем исключительно в моей…

— В нашей веселой и счастливой компании! Ох, как больно…

— Прошу прощения. Мой коллега не до конца отошел по делам, а потому мы уходим на рекламную паузу. Не переключайтесь!

* * *

Половина экскурсии по глубинам Вечнодикого леса была завершена. За это время Дэринг Ду успела показать жеребятам древние, заросшие мхом и лианами руины давно забытых цивилизаций, прекрасные виды со скал и утесов на просторы леса, памятные для пегаски места, где проходили ее прошлые приключения и, в конце концов, группа достигла финальной точки похода – милой полянки с небольшой и мягкой травкой, где вожатая отряда и решила остановиться на ночь. Солнце уже уходило за горизонт, начинало смеркаться и холодать. Пора было обустраивать лагерь.

— Ах, как же здесь все-таки красиво! – воодушевленно произнесла Эппл Блум, — Надо будет когда-нибудь наведаться сюда с Эпплджек! Уверена, ей понравится!

— Да, точно! Как в прошлый раз! Только надеюсь, что обойдется без ночных прогулок Скуталу, — усмехнулась Свитти Бель.

— Ха-ха! Очень смешно, — закатила глаза маленькая пегаска, — Только если пойдем еще раз, то надо будет захватить и остальных девочек! Всем вместе будет веселее, не так ли?

— О, точно! Попросим пойти всех шестерых! А еще позовем с собой Бэбс! И Майлза! – подхватила мысль Эппл Блум, — Эй, ты же не будешь против сходить сюда всей компанией еще раз?

— О, нет, спасибо, я пас, — сразу же отказался человек, которому надоело поправлять троицу.

— Но почему? Неужели ты испугался? – поддела Скуталу, поглядев парню в лицо.

— Испугался? Пф-ф-ф! Просто одна из этих ваших подруг подвергла нас обоих опасности, другая пыталась убить, а сестра третей едва не засадила за решетку за пнутый камень, — ответил Майк, который, впрочем, не испытывал к лесу никаких приятных чувств, — Такая себе компания для походов, не находите?

— Да ладно тебе, Пинки же все утрясла! Ты на свободе! – возмущенно произнесла Свити Бель.

— Ага, вот только теперь я остался у нее в должниках и должен буду заглянуть к ней по какому-то делу. Так что даже не знаю, что страшнее: тюремное заключение или долг перед Пинки Пай.

— Итак, дети, здесь мы и будем ночевать! – гордо объявила Дэринг Ду, оглядываясь вокруг, — Давайте, ставьте свои палатки, осматривайтесь, располагайтесь! Тут в окрестностях водится всякая назойливая мошкара, пройдитесь, разгоните ее, чтобы она не мешала нам отдыхать. А еще надо набрать хвороста для костра. Думаю, этим займутся…

— О, я! Я, я, я! Я этим займусь! – выпалил Майкл, стоило ему лишь услышать про насекомых, — Не волнуйтесь, я со всем справлюсь, а вы тут разберитесь с этими… жуками, или что там у вас за дрянь водиться.

— Давайте сначала поставим палатки, а потом будем распределять роли, — заключила кобыла и пока дети понемногу разбирались с устройством своих палаток, человек воздвиг ее буквально за полминуты, после чего, запыхавшийся и вспотевший, с невинной улыбкой приблизился к Дэринг Ду, — Ох… ладно, иди.

Получив одобрение, парень молниеносно удалился с поляны обратно в чащобу леса, откуда, судя по всему, не планировал возвращаться в ближайшее время. Дэринг Ду была занята наблюдением за остальными членами группы, зато троица меткоискателей, приготовившие одну большую палатку на троих, заметили, куда именно убежал человек и были этому не сильно рады.

— Может, стоит догнать его и сказать, что Дэринг Ду велела не лезть туда, где темно, везде пожухлая трава и деревья со страшными лицами? – спросила Свитти Бель у своих подружек.

— Да зачем. Он опытный выживальщик, забыла? Знает все получше нас с вами, — спокойно ответила Эппл Блум.

— И то верно, — согласившись, единорожка вернулась к установке палатки.

Вновь вынужденный бороться с густой растительностью, сковывающей движения, Майкл углубился в чащобу и стал собирать многочисленный ветки, что трещали под его ногами. Вокруг было все тихо и спокойно, не слышалось даже намека не жужжание насекомых, а потому парень успокоился и занялся своим делом, погружаясь в мрачные мысли.

— Боже, ну и лес у них тут. Неудивительно, что Флаттершай боится сюда заглядывать. Надо будет извиниться перед ней за то, что насмехался над ее предостережениями, — бурчал Майк, неглядя собирая ветки в кучу, — Мантикоры, куролиски, пони-драконы. Для полноты картины не хватает только болот с монстрами-утопленниками. Зараза…

Человек схватился за очередную толстую ветку и дернул ее на себя, но ветка не поддалась. Тогда Майкл стал дергать сильнее, но она крепко зацепилась за что-то другим своим концом. Прорычав, парень бросил весь собранный хворост и потянул ветку обеими руками, как вдруг она зашевелилась, а из темноты выглянуло два злобных зеленых глаза. Отпустив шевелящуюся древесину, Майк сделал два шага назад, как вдруг из темноты показалась волчья морда состоящая из множества других веток и поленьев. Только сейчас человек догадался, что тянул это существо за ухо и ему это страшно не понравилось. Следом за первой парой глаз из темноты выглянула еще одна. А затем еще. И еще. Дэринг Ду краем уха услышала какой-то странный шум вдали, который был похож на истошный крик, но решила не придавать ему особого значения и продолжила заниматься своим делом.

Не разбирая дороги, Майкл бежал вперед, ловко уворачиваясь от корявых веток деревьев, норовивших зацепиться за одежду. Всего в паре метрах позади неслась целая стая древесных волков, громко клацая своими дубовыми челюстями, а потому у парня был серьезный стимул бежать со всех ног вперед. Вырвавшись из самой густой чащи, человек заметил впереди, внизу по склону, бурно текущую реку. Она была не слишком широкой, но Майкл всем сердцем понадеялся на то, что волки не смогут ее пересечь. Задержав дыхание, парень подбежал к самому краю склона и, прыгнув, схватился за свисающую с дерева лиану, которая понесла его прочь от жутких чудовищ. Обдуваемый прохладным ветерком, человек даже начал радоваться своему спасению, как вдруг лиана оборвалась, и он с воплем упал прямиком на небольшую темно-синюю кочку посреди реки.

Очухавшись от удара, парень сел поудобнее, посмотрел на оба берега и стал думать, как ему быстрее и безопаснее перебраться на сушу. Но его размышления мгновенно прервались высоченной фигурой, вылезшей из воды. Только сейчас человек осознал, что он сидел не на земле, а не теле гигантского водяного змея.

— А-а-а! Огромная подводная тварь! – прокричал парень, дрожащим пальцем указывая на морду существа.

— А-а-а! Визжащая лысая обезьяна! – крикнул в ответ змей, после чего его лицо приобрело злобную гримасу, — Ну, как тебе? Приятно? Будешь знать, как обзываться, хамло!

Но Майк его не слушал. Одним длинным прыжком достигнув берега, человек устремился вперед, то и дело оглядываясь за спину. Он слышал вой волков, который звучал пугающе близко, но нигде не видел их, отчего страх овладевал человеком еще сильнее. Потеряв всякое чувство самосохранения, Майк бросился по прямой не разбирая дороги, за что жестоко поплатился. Пробравшись через очередные густые кустарники, он не обнаружил ни тропы, ни леса, ни воды. Одно лишь черное небо, ведь человек добежал до края отвесной скалы, с которой и полетел вниз. Эта гора казалась воистину огромной, но падение должно было занять не больше нескольких секунд. Уповать на чудеса не приходилось, но все же они случились. Приготовившись встретить свой конец, Майкл зажмурился, как вдруг его подхватило мягкое пушистое облако. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил под собой плотный рой параспрайтов, так вовремя пролетавших мимо.

— О, боже, спасибо! Спасибо вам, милые создания! Я знал! Знал, что такие милахи, как вы не могут быть злыми! Знал, что в мире пони царит лишь только любовь и дружба! И даже бездумные дети природы следуют этому принци… а вы чего там делайте? – вдруг спросил Майк, заметив, как несколько жучков отделились от группы и активно копошились у лямок рюкзака.

Вдруг обе лямки разорвались, погрызенные параспрайтами, и человек провалился сквозь пушистое облако в то время, как рюкзак остался у довольных своей работой жучков.

— Так и знал, что вы такие, сволочи неблагодарные! – крикнул на последок Майкл, который уже точно перестал верить в чудо.

На сей раз под человеком не было пузатой принцессы, которая могла бы его спасти. Лишь холодная и твердая земля. До падения оставалось всего пара секунд. Парень закрыл глаза, приготовившись к жуткой боли, но… ничего не произошло. Осторожно приоткрыв один глаз, он увидел, что висит в нескольких сантиметрах над землей. А оглядевшись назад, парень понял, что его зубами за рубаху держит подоспевшая на выручку Дэринг Ду, которая все же решилась проверить источник шума.

— О, это вы! Спа… — человек свалился на землю, обуреваемый раздраженным взглядом кобылы, а потому мгновенно умолк, лишь глупо улыбаясь ей в ответ, — Я собирал дрова! А потом… дрова захотели меня убить.

— За мной. След в след, — холодно прохрипела пегаска, приземлилась и пошла вперед, не спуская с человека глаз.

— Так точно, мэм! – кивнул Майкл и стал безукоризненно выполнять приказ.

* * *

Второй акт оканчивался затяжной и пафосной арией, заканчивающей кульминацию пьесы. Кобылы вытирали текущие по лицу слезинки своими шелковыми платками, жеребцы находились в мрачных и тяжелых думах, даже еще несмышленые жеребята глубоко прониклись историей и не могли сдерживать эмоций. Разворачивающаяся на сцене драма никого не смогла оставить равнодушным и красивая, но вместе с тем печальная песня лишь усиливала сцену. Все были так или иначе растроганы, кроме главной ложи. Миддэй и Луна тратили все свои силы, игнорируя Селестию, отчего совершенно не следили за сценой, а вот богине солнца все нравилось, и в целом ей было хорошо. Доев свои кукурузные чипсы, которые почему-то сильно крошились и не могли нормально удерживать сливочно-сырный соус, принцесса убрала весь мусор в пакет, довольно откинулась в кресле, положив передние ноги на набитый живот, и облегченно выдохнула.

— Думаю, я хорошо перекусила. На этом можно закончить, — произнесла богиня солнца и ее друг с сестрой готовы были расцеловать ее за эти слова, но они слишком рано радовались, — Вот только пить что-то захотелось. Я хотела было взять небольшой бочонок яблочного сока, но потом подумала, что это слишком скучно. Поэтому… я хочу сделать молочный коктейль!

С этими словами аликорн вытащила из пакета ведерко ванильного мороженого, двухлитровую бутылку молока, длинный стакан и миксер. Никакой крышки у нее, разумеется, не было.

— Принцесса… прошу вас… — хныча, прошептал Миддэй.

— Тише, дружок, я понимаю, ты тоже хочешь, но придется набраться терпения, — ответила Селестия, заталкивая в стакан как можно больше компонентов коктейля, — Я давно этого не делала, может, слегка переборщила с пропорциями, но, думаю, все будет нормально.

Включив миксер на максимальную мощность, ибо принцесса не могла позволить себе долго ждать десерта, богиня сунула венчики в стакан, содержимое которого веером полетело во все стороны, пачка трех пони, бордовые шторы, дорогие ковры, кресла и даже зрителей снизу, которые из-за своих пышных причесок даже не замечали неладного. Ария со сцены перебивала жужжание устройства, поэтому посторонние звуки тоже никого не смущали.

— Это так не работает! Убери это! – не выдержала Луна, перекрикивая миксер.

— Подкинь еще? Уверена? Впрочем, звучит логично, — пожала плечами принцесса и начала заваливать в извергающийся стакан остатки мороженого и молока, — Ну, что там с коктейлем? Я не вижу!

— Мне надо выйти! – крикнул единорог и уже было соскочил с кресла, дабы убежать от молочного потока, как вдруг левитация Селестии усадила его обратно.

— Нет! Я не позволю тебе покупать всякую магазинную дрянь из порошков и прочей ерунды! Сиди, я сейчас все сделаю! – приказала Селестия, не отвлекаясь от перемешивания.

Принцесса остановилась только тогда, когда стакан опустел окончательно и лишь на его стенках, причем с обеих сторон, осталась густая пузырящаяся смесь мороженого и молока. Поглядев на дно стакана, богиня солнца молча отбросила его назад и заключила:

— Молочный коктейль не получился, — с толикой грусти произнесла аликорн и ее спутники обессилено откинулись в своих креслах, — Ой, точно! Я же еще взяла несколько стаканов горячего шоколада на случай, если с коктейлем не выйдет! Они где-то на дне пакета, сейчас я их вытряхну оттуда!

— Не-е-ет!

— Не-е-ет!

ВЫ НЕ ЖДАЛИ ЭТОГО! ВЫ НЕ ПРОСИЛИ! НО МЫ СДЕЛАЛИ ЭТО!

— Знаете, когда я начинал писать Гротескную Эквестрию, это должен был быть жесткий гримдарк, с предательствами, убийствами, гигалитрами кровищи, какой-нибудь однополой любовной линией и прочим, что так любят в современном обществе. А потом пришли е***ые админы, отдали историю другому человеку и сделали ее юмореской с рейтингом 13+.

ИМЕННО ТАК! ДОЛГОЖДАННОЕ! ЭПОХАЛЬНОЕ! ВЕЛИЧЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ, ПРОДОЛЖЕНИЯ КОТОРОГО НЕ БУДЕТ, НО ВЫ БУДЕТЕ ЕГО ЖДАТЬ!!!

ТА ЖЕ САМАЯ ИСТОРИЯ, НО ТАМ БУДЕТ…

БОЛЬШЕ ПАФОСА!

БОЛЬШЕ НАСИЛИЯ!

БОЛЬШЕ СЛОУ-МО!

И ОНА БУДЕТ РАСТЯНУТА В ТРИ РАЗА!!!

— Ты был героем! Должен был стать спасителем Эквестрии! Почему ты стал монстром, обрекшим нас на вымирание? – прокричала растворяющаяся в пепел Лира, глядя на залитого кровью человека.

— Я всегда им был, — замогильным голосом ответил тот, зыркнув на главу сопротивления своими дьявольски-красными глазами.

УЖЕ СКОРО!

— Эквестрийские герои пали, мой лорд, — склонившись, смиренно произнес зомбированный Шайнинг Армор, облаченный в доспехи из черных кристаллов.

— Прекрасно. Теперь эта планета будет принадлежать мне, — прошептал демонический голос из магических врат, по ту сторону которых была лишь непроглядная, гнетущая тьма.

САМАЯ ЭПИЧНАЯ БИТВА ЗА СУДЬБУ МИРА!

— Элементы гармонии уничтожены. Старые боги впали во мрак. Нам нужны новые защитники, — мрачно сказала Твайлайт с протезом вместо ноги, глядя, как замок Кантерлота обращается в руины из-за бьющих с неба фиолетовых молний.

НАЧНЕТСЯ!

— Если вы не готовы остановить бушующую принцессу, — с важным видом объяснил Миддэй, — Не трясите перед ней мятным леденцом.

И КОНЕЧНО ЖЕ…

ДЛИННЮЩАЯ СЦЕНА ПОСЛЕ ТИТРОВ, НЕ ИМЕЮЩАЯ ЗНАЧЕНИЯ, НО МЫ ВПИХНЕМ В НЕЕ СТОЛЬКО ЗАДЕЛОВ НА ПРОДОЛЖЕНИЯ, ЧТОБЫ ВЫ ТОЧНО ЗАХОТЕЛИ ЕГО УВИДЕТЬ!

Группа, состоящая из Таинственного защитника в укрепленной броне, лишенного одного глаза Кабаллерона, изцарапанного Рояля в кустах с энергетическим мачете и кибернетической Рэйнбоу Дэш двигалась по давно разрушенной дороге, по которой некогда бегали радостные пони. Сейчас же здесь царила смерть и запустение. Разрушенный до основания Кантерлот и гигантский замок из кристаллов на горизонте об этом активно напоминали. Вдруг Твайлайт остановила группу жестом и посмотрела на старую знакомую, сидевшую на тележке, которая прогнила много лет назад.

— Мы живем в обществе, для которого дружба… далекое воспоминание. Не так ли… Твайлайт Спаркл? – произнесла Трикси с длинными неаккуратными волосами и размалеванным лицом.

ГРОТЕСКНАЯ ЭКВЕСТРИЯ, АВТОРСКАЯ ВЕРСИЯ. 21000+ (ибо столько времени вам понадобиться, чтобы прочитать ее полностью)

СКОРО!

Но, скорее всего, никогда.

* * *

День близился к полудню. Была суббота, долгожданные выходные, а потому довольные жизнью пони посвящали это время прогулкам, занятию спортом и походам в гости, в то время, как менее активные жители спокойно отлеживались в своих кроватях. Группа же из жеребят, как и обещала Дэринг Ду, успешно выбралась из Вечнодикого леса в полном составе, без каких либо травм и повреждений. Дети остались крайне довольны этим походом, и их буквально распирало от впечатлений. Все хотели поскорее попасть домой и рассказать родственникам о том, какое восхитительное приключение они пережили. И пегаска не собиралась их надолго задерживать.

— Вот и все, детишки! Надеюсь, вы не разочарованны этим походом? – спросила кобыла у группы.

— Нет! – хором ответили жеребята, собравшись в кучку, — Спасибо тебе, Дэринг Ду!

— Ха-ха-ха, не стоит благодарности. Мне всегда приятно порадовать своих фанатов, — с улыбкой ответила кобылка, — Ладно, если у вас нет никаких вопросов, можете быть свободны. Дойдете до дома сами?

После этих слов дети начали разбегаться кто куда. Кто-то уходил в компании, кто-то по одиночке. И, провожая своих подопечных взглядом, Дэринг Ду не удержалась от нежной улыбки. Однако, вспомнив еще кое о ком, улыбка мгновенно сползла с ее лица.

— Мы вышли из леса. Понивиль вон там, невдалеке. А теперь… слезь уже с меня! – крикнула пегаска на человека, который все дорогу назад сидел на ней, обхватив руками за шею и уткнувшись лицом в гриву.

Оглядевшись вокруг, Майкл отпустил пони, встал на ноги, отряхнулся и, откашлявшись, спокойным голосом произнес.

— С вами приятно было иметь дело, — человек протянул пегаске руку, на что та лишь недовольно покосилась.

Брезгливо оттолкнув от себя ладонь, Дэринг Ду молча пошла обратно, к себе домой.

— Эм… еще увидимся? – чувствуя себя неловко, спросил парень вслед, отчего сразу же получил комком грязи в лицо, — Все, понял. Прощайте навсегда.

— Майкл! Ма-а-айкл! – к человеку со всех ног неслась желтая пегаска, неся за спиной огромную аптечку, — Наконец-то ты вернулся! Я тебя с самого утра тут жду! Ты не ранен? Не проголодался? Хочешь пить? Может, тебе плохо спалось? Ты не подхватил клещей? И тебя никто не кусал?

— Ох. Флаттершай, просто пошли домой, — только лишь и ответил человек и, засунув руки в карманы, направился к домику Флаттершай, размышляя над всем пережитым и умело пропуская мимо ушей всю ту кучу вопросов, которой его осыпала беспокойная кобылка.

* * *

Представление подошло к концу. Довольные и наполненные целым ураганом эмоций зрители кучно покидали театр, задорно обсуждая между собой увиденное, а те же, кто выжидал в очереди, с завистью глядели на первых. Хватало одного беглого взгляда на выходящих, чтобы понять – это пони высшего сословия, вы приглаженных костюмах, с прилизанными шевелюрами и дорогими украшениями. И именно поэтому вводило в ступор то, что самые эпатажные гости театра – принцессы Луна и Селестия, вышли их здания грязными и пахнущими жуткой смесью из самых разнообразных сладостей и закусок. Сопровождавший их Миддэй выглядел не сильно лучше. Но даже несмотря на все это, богиня солнца сияла от счастья и ее не смущали ни грязь, ни многочисленные взгляды со стороны, полные непонимания.

— Ух, все же это отличная пьеса! Заставляет взгрустнуть, где нужно, и где нужно – засмеяться, и вся эта гамма эмоций никак не конфликтует друг с другом. Удивительное представление, не правда ли? – радостно произнесла принцесса Селестия, поглядев на лучшего друга и сестру.

— Я хочу домой, — протянула Луна, убирая с лица слипшуюся тяжелую прядь волос.

— Говорят, через месяц сюда приедет другая труппа, не менее знаменитая! Ох, уже не терпится сходить сюда с вами снова! – не обращая внимания на ной, сказала богиня солнца.

— Принцесса, может, в следующий раз возьмете с собой не меня, а вашу лучшую ученицу, Твайлайт Спаркл, — едва ли не умоляя, спросил Миддэй.

— О, забавно, что ты спросил! Мы ходили в прошлый раз и с ней, и с ее подругами! Почему-то после этого они отказываются со мной куда-то ходить. Ох уж эти глупые стеснения, верно! – хихикнув, махнула копытом принцесса, после чего полезла в свой пакет еще за чем-то, — О, я совсем забыла про свои пироженки! Захватила их перед отъездом из замка, слишком уж они хороши, чтобы просто оставлять их без… о… о нет. Нет, нет, нет! Не-е-ет!

Упав на колени, Селестия вытащила из пакета расплющенные пирожные с давно вытекшей начинкой. Видимо, они упали на дно пакета, и их раздавило всем остальным его содержимым. Для принцессы это было настоящим ударом, ранившим ее глубоко в сердце, но Луна с Миддэем не разделяли ее горе, каменными лицами глядя на богиню солнца.

— Давайте вернемся в замок и королевский кондитер сделает вам новые, — предложил жеребец.

— Нет! На это нет времени! Я отправлюсь в прошлое и спасу эти невинные пироженки от столь кошмарной гибели! – жестко заявила аликорн и в следующее же мгновение растворилась в золотистой вспышке света, оставив всех в глубочайшем недоумении.

— Ну… что будем делать теперь? – спросил Миддэй у младшей сестры.

— Каждый раз одно и то же, поэтому я давно выучила дорогу к одному чудному спа в паре кварталов отсюда, — произнесла Луна, — Ты пойдешь?

— Вы еще спрашиваете? – с этими словами странная парочка пошла прочь от злосчастного театра.

И пусть этот вечер был странным, жутким, безумным и чрезмерно приторным, заканчивался он на славной ноте.

## Часть 8 - Когда надо, ничего в голову не приходит

В креативном отделе «Гротескной Эквестрии» царил самый настоящий бедлам. Пачки бумаг со сценариями, диалогами, накладными и прочими документами, что еще утром аккуратно были разложены в шкафах по алфавиту, сейчас застилали пол, словно ковер, сливаясь в единую кучу. Грязные пластиковые стаканчики, бумажные пакеты из-под еды, канцелярские принадлежности, верхняя одежда и море другой мелочи захламляли длинный полукруглый стол, не оставив на нем ни единого свободного места. Сценаристы, что обязывались работать денно и нощно на славу шоу, расположились в кабинете, как у себя дома, не стесняясь в выражениях или действиях. На часах проходил второй час ночи, а никто даже и не думал о такой сладкой мысли, как вернуться в свою кровать и спокойно заснуть. У команды возник серьезный затор, и им кровь из носу необходимо было решить эту проблему, над которой они работали в едином творческом порыве. Получалось у них не очень…

— Есть! Придумал! – взъерошенный жеребец в измазанной кетчупом рубашке вскочил со своего кресла, подняв копыто над головой, — Что если… Майк и Лира пойдут по своим делам в какой-нибудь жуткий замок, но в это же время там будут Селестия с Миддэем. Они будут случайно пугать друг друга и думать, что это призраки! А? Как вам это?

— Уже было, — скучающе сказала кобылка на другой стороне стола, строившая башенку из карандашей, ластиков и точилок.

— Твою ж… — жеребец гневно ударил копытами по столу, отчего в воздух поднялась очередная кипа бумаг и попадала на пол.

— Да, мама, еще на работе. Не знаю, скорее всего нет. Да, я ем твой суп. Нет, не выбрасывал. Нет, не ел эту дрянь, только твое, — невозмутимо говорил пони, откусывая от хот-кэрота с восьмью разными соусами, — Да, я взял этот пледик. Да, ты всех здесь знаешь. И Жаннет тоже тут. Скажи привет маме, Жаннет.

— Здрасте, миссис Пёрп!

— Вот, слышала? Да, она хорошая девочка, не спорю, но она на пятнадцать лет старше меня, мама…

— У кого-нибудь еще осталось кофе? – в панике заверещал один из сотрудников, у которого бешено бегали покрасневшие глаза при виде пустого кофейника, — Заварите кофе! Дайте сбегать за кофе! Умоляю! Прошу, прошу, прошу!

— Никто отсюда не уйдет, пока мне не отдадут мои пенсионные отчисления! – закричал старик с ружьем, дежуривший у двери из кабинета, который был целиком и полностью одет в мерчендайз студии, — И я больше не намерен их принимать сувенирной продукцией!

— Так, заткнитесь все! А, ну, уймитесь! – перекричал же всех креативный директор, единственный жеребец в комнате, который выглядел лучше, чем привокзальный нищий, пусть и не намного, — Вы что, совсем тупые? Посмотрите на себя! Чем вы занимаетесь? Мы собрались здесь, чтобы творить искусство, магию сатиры и иронии! А, ну, соберитесь и сделайте то, ради чего мы все здесь собрались!

— Но начальник, это тяжело-о-о! – заныл молодой парень, который заменил потерянную шляпу коробкой из-под азиатской лапши, — Невозможно придумывать сюжеты в сериале, у которого уже девять сезонов!

— И это не считая спин-оффов и полнометражек! – поддержала коллегу одна из пегасок, которая со скуки залезла на потолочный вентилятор.

— Слушайте, я понимаю, что это сложно, но мы сами взяли на свои плечи эту ношу и должны нести ее до конца! – воодушевляющее произнес директор.

— А конец-то вообще будет? – поинтересовался кто-то из толпы.

— Ну, для нас уж точно с такой работой, — пробубнил жеребец, откашлялся и продолжил свою речь, — В любом случае, мы обязаны сделать это не только из-за чувства долга, зарплаты или желания уйти домой. Есть кое-что гораздо страшнее, что грозит нам, если мы продолжим валять дурака…

— Увольнение?

— Сокращение зарплаты?

— Сверхурочная работа?

— О, нет. Все гораздо, гораздо хуже, — покачал головой директор, готовясь сказать вещь, которую надеялся никогда не говорить своим подчиненным, — Если все продолжиться так, как продолжается, то мы… эх… мы сами станем скетчем.

От такого заявления все испуганно ахнули, а пара особо сердобольных особ упали без сознания. Услышанное казалось чем-то непреодолимом кошмарным, ужасными, словно

— А кто это говорит? – спросил один из сотрудников, пр

— Да, я тоже слышу! Кто-то будто озвучивает наши действия, — кивнула кобылка, ус – Фу! Пусть это прекратится! Жуть какая!

— О, нет. Слишком поздно, — ахнул директор, — Он здесь. Рассказчик уже здесь! Он описывает на-а-ас!

На мгновение зал погрузился в мертвую тишину, которую нарушал лишь шелест падающих листов бумаги, но уже в следующую секунду осознавшие все происходящее сценаристы принялись, вопить, кричать, толкаться и бегать по комнате в поисках выхода. Кто-то проталкивался в вентиляционную решетку, которая была мала даже для жеребенка, кто-то бездумно прыгал в окна, разбивая их вдребезги, а скучковавшаяся толпа снесла напуганного грохотом старика и застряла в дверном проеме плотным засором. Один лишь директор остался сидеть на месте, боясь даже сделать вздох.

— Тихо! Всем замереть на месте! – властно воскликнул пони, отчего все словно заморозились на месте, даже пегаска, которая уже наполовину выпрыгнула в окно, зависла в воздухе с открытым ртом, — Никому не двигаться! Не дышать! Не думать! Если ему будет нечего описывать, то он уйдет. Так что всем тс-с-с!

Началась немая сцена. Никто не издавал ни писка, даже будучи в совсем уж плачевном положении. Не происходило ровным счетом ничего. Не было даже назойливой мухи, которая рада была полакомиться пиром на столе. И еще… м-м-м… линолеум положили неплохой. Ему было года полтора, но он совсем не износился. Рабочие знали, что делали, когда клали его. Во-о-от… Что ж… Думаю, всем интересно посмотреть, как дела в Понивиле, не так ли? А тем временем, там…

* * *

Стоял прекрасный осенний день. Несмотря на прохладный ветерок, солнце все еще стояло высоко, а на небе не виднелось ни одной тучки. Все это благодаря усилиям пегасов, которые расчистили небо, дабы солнечные лучи напитали своей энергией зеленую листву, которой пора было пожелтеть, опасть и засохнуть. Земные пони-фермеры собирали последние урожаи перед наступлением заморозков, маги колдовали над погодой, пегасы боролись с подступающими холодами. Все были заняты делом, и почти ни у кого не было времени сидеть на месте. Ни у кого, кроме Майкла.

Сегодня в школе жеребятам было дано задание – собрать самые красивые и разнообразные осенние листья, и составить из них картину этого времени года, которая бы наиболее полно описывала бы его. Дети подошли к заданию с креативом, особенно неутомимая тройка Искательниц знаков отличия. Человек же отделался тридцатиминутным коллажем, компоненты к которому нашел на заднем дворе школы. Чирайли была не рада такому подходу, но поставить отрицательную оценку ей было не за что, а потому Майк остался свободным, как птица на весь день. Человеку не пришлось долго думать над тем, чем занять себя в свободное время, ибо над ним все еще висел долг перед Пинки Пай, благодаря которой он избежал пассивного гнева Мод, а человек привык как можно скорее расплачиваться по своим долгам. Приняв решение, Форд твердой походкой направился к Сахарному дворцу, над которым сгущались мрачные краски.

Еще на подходе к зданию человек почувствовал, что что-то не так. У кондитерской лавки висела какая-то депрессивная атмосфера, природу которой сложно было объяснить. Возможно, дело было в черной, как смоль, туче, которая висела только над Дворцом, поливая его настоящим ливнем, с громом и молниями, но Майк не брался утверждать наверняка. Он знал буйный нрав Пинки, а потому, пожав плечами, вошел внутрь и стал двигаться к комнате розовой пони.

— Эй, Пинки Пай, ты тут? – позвал Майкл, попутно передвигаясь по дому, в котором было на удивление тихо, — Ты звала меня к себе по поводу какого-то дела, помнишь? Ну, я пришел! Эй? Есть кто дома?

По мере продвижения вглубь Дворца все становилось все страннее и страннее. Разноцветная отделка комнат в виде разнообразных сладостей постепенно сменялся на серьезное однотонное оформление сороковых годов, а все вокруг словно теряло в цвете. И действительно, стоило Форду подойти к комнате Пинки Пай, как все окончательно стало черно-белым, а из граммофона за дверью тянулся заунывный джаз без вокала. Сама дверь в комнату тоже изменилась. Теперь это была дверь из темного дерева с непрозрачным окошком, на котором были наклеены буквы «Пинкамина Д. Пай. Частный детектив». Осмотрев новый интерьер, Майкл протянул руку к дверной ручке, как вдруг свет неожиданно выключился, погрузив весь дом во тьму.

-  Да что происходит? Кто-нибудь мне объяснит? – непонимающе воскликнул парень, как вдруг его ровный голос резко сменился на панический, — А? Что… что вы что делаете? Ай! Это что, масляные краски? Зачем вы… А-а-а! Прекрати! Хватит! Нет! Только не в рот! А-а-а! Кхе, кхе, кхе-е-е! Тьфу! Мерзость…

Свет вновь включился и черно-белый Майкл стоял на коленях, протирая кулаками слезящиеся глаза.

— Господи, в глаза то зачем? Они у меня и так серого цвета! – прокричал человек, наконец, оклемавшись после неожиданного художественного нападения.

Обреченно вздохнув, парень открыл дверь и вошел в кабинет детектива.

«Он вошел так, словно сразу знал все, что я собираюсь ему сказать. Не удивительно, везунчик Майки всегда был прошаренным малым. Везде совал свой нос, всегда знал все обо всех. Кто знает, где бы он оказался, если б продолжил шататься по улицам, со всем тем отребьем и поганью, что живет в темных закоулках города.

Я не хотела иметь с ним дело. После того дня, когда все те пони, которых я считала друзьями и коллегами, повернулись спиной к закону, я предпочитаю никому не доверять. Но мне не оставили выбора. Чтобы выживать в жестоком мире, приходится идти на самые разные уступки. И я готова заглотить эту наживку, чтобы привлечь самую большую рыбу. Главное вовремя стать рыбаком, а не приманкой, ведь»

— Ты в курсе, что говоришь все это вслух? – прервал Майкл тираду кобылки в рубашке, черном жилете и с фетровой шляпой на голове, которая сидела за своим рабочим столом, — Получается очень атмосферно, не спорю, но хотелось бы знать, зачем я тебе был нужен.

«Хех. Везунчик Майки проницателен, как никогда. За что его выгнали из стана детективов? Взял на себя дело, которое ему было не по зубам? Навлек на себя гнев высших сил, которые значат в этом городе больше, чем сами богини? Нет, если бы все было так, он давно бы плавал где-нибудь в канаве. Он никогда не был хорошим парнем. Он такой же, как и все остальные. Но если он мне поможет найти того, за кем я охочусь столько лет, то все будет не зря».

— Ты ведь знаешь, зачем я тебя позвала, не так ли, Майки? – Пинки встала из-за стола, взяла леденец на палочке с карамельницы, из которой торчал целый лес скомканных белых палочек, и засунула его себе в рот.

— Понятия не имею? – искренне ответил человек.

— Конечно, придуривайся, сколько хочешь. Это пройдет с твоими дружками из Нижнего Понивиля, но не со мной, — прищурившись, произнесла кобылка, — Я знаю, что тебе есть, что мне сказать.

— О, мармеладки, — безучастно заметил парень и закинул несколько конфет себе в рот, даже несмотря на краску.

«Пристрастился к жевательному мармеладу. Это в его духе. Во времена сухого закона он ни секунды не могу усидеть без яблочного сидра. Уж и не счесть, сколько раз мне приходилось вытаскивать его круп из тех сырых подвалов, где разливали это грязное пойло».

— Мне нужна твоя помощь! – с ходу призналась Пинки, — Помощь в поимке нашего общего знакомого.

— М? Кого? – спросил человек, пережевывая мармеладки за обе щеки.

— О, ты знаешь его. Вся страна знает. Появившийся из ниоткуда и исчезающий в никуда. Загадка, разгадку к которой ищут все влиятельные политики, бизнесмены, копы и преступники. Конечно же, я говорю о нем, — пони дернула за нитку, свисающую с потолка и включила лампочку, которая осветила стену, утыканную фотографиями, письмами, документами, отчетами и газетными вырезками, которые были соединены сложной сетью из нитей.

Но все они вели к одному единственному фото, фотографии человека в длинном серебристом плаще, широкополой шляпе, закрывавшей верхнюю часть лица, и длинными шелковым шарфом, который, в свою очередь, закрывал нижнюю часть лица.

— Серебряный призрак! – медленно протянула кобыла, пристально всмотревшись в фотографию преступника, — Никто даже предположить не может, кто скрывается за его маской. Так много пони пытались узнать, кто он, но никто из них не вернулся целым.

— Ого. И что же он делает? Грабит банки? Подрывает незаконный бизнес? Держит Эквестрию в страхе? – спросил Майкл, который никогда раньше не видел человека на фотографии.

— Нет, все гораздо хуже, — Пинки взяла указку и стала тыкать ею в разные фотографии на стене, — Филидельфия, клуб «Милдред Пирс», Сансет-бульвар в Мэйнхеттене, Лас-Пегасус, постановка пьесы «Femme Fatale». Что объединяет все эти случаи?

— Ну…

— Там танцевали лучшие танцоры во всей Эквестрии! Показывали чудеса грации, все совершенство лошадиных движений! А сейчас все они лежат в больницах, с растянутыми лодыжками и вывихнутыми копытами! – Пинки гневно стукнула по стене, словно вспомнив некие трагические для себя события, — Серебряный призрак чудовище! Он врывается на любые вечеринки и затмевает всех своей хореографией, не оставляет никому и шанса на то, чтобы показать себя. Вгоняет юные таланты в депрессию, а опытных танцоров отправляет на пенсию. Этим преступлениям нет оправдания, и я заставлю этого злодея заплатить за каждую сломанную танцевальную мечту!

— Постой, постой! Ты хочешь сказать, что самым опасным злодеем в Эквестрии является какой-то расфуфыренный танцор? – переспросил Майк, до которого лишь сейчас дошла мысль собеседницы.

— Само собой! Танцы правят миром, мой наивный друг! Чем толще твой багаж танцевальных движений, стилей и техник, тем более влиятельным пони ты станешь! – со всей серьезностью заявила детектив Пай и подошла к кинопроектору в другой части комнаты, который был наведен на белый экран, — Я подняла все свои связи из подполья и брейкдансеры смогли кое-что накопать. Это стоило мне годового абонемента в танцевальную школу в Кантерлоте, но это была справедливая цена.

Две большие бобины с намотанными пленками закрутились, и на экран вывелась шаркающая и дергающаяся запись. Съемка велась из-за кустов, и на пленке виднелся всем хорошо знакомый вход в бутик «Карусель». Дверь открылась и из-за нее выглянула голова в отблескивающей шляпе, которая осмотрела улицу, после чего и все остальное тело вышло из здания. Человек спрятал небольшую прямоугольную коробку под плащом, после чего парой быстрых рывков скрылся за бутиком, словно его там и не было. На этом пленка обрывалась.

— Теперь ты понимаешь, почему эта запись была так ценна? – спросила Пинки, перемотав запись назад.

— Ну, догадываюсь, — ответил Майкл, кивнув.

— Значит, ты еще не безнадежен. Мой зоркий детективный глаз сразу заметил эту деталь! – нажав кнопку на проекторе, кобыла приблизила изображение Серебряного призрака на том моменте, когда он прятал коробку под плащ, — В его нагрудном кармане лежит расческа! Тоже серебряная! А значит можно увидеть, что в ней отражается!

Пинки сделала приближение еще сильнее, дабы разглядеть мутное отражение в поблескивающей расческе. В нем можно было разглядеть строго одетого жеребца, который шел куда-то по своим делам, поправляя шляпу на голове. Приближение вновь усилилось и теперь стало можно разглядеть накопытные часы прохожего, стрелки которых говорили о том, что стоял самый разгар рабочего дня.

— Видишь? В этот час все пони в костюмах сидят на работе, либо играют в бильярд в ресторанах, но никак не гуляют по улочкам Понивиля. Это не просто прохожий, это гангстер! Один из разведчиков, который тоже следил за Серебряным призраком, — с важным видом объяснила детектив, — Я навела справки и узнала, что это Динь Мартини, также известный, как Эквестрийский сокол. Он каждый вечер выступает в одном из фешенебельных кабаре Мэйнхеттена, а в свободное время собирает информацию для различных преступных главарей. Уверена, Мартини выведет нас на Серебряного призрака или его сообщников. Тем более, других зацепок у нас попросту нет. Поэтому вперед, младший детектив, в Пинкомобиль!

С этими словами кобыла запрыгнула на пожарный шест, который уводил прямиком в секретный гараж пони, а человек остался наверху, пытаясь осмыслить все увиденное и услышанное.

— Ну, не знаю насчет Диня, но с мартини ей точно лучше не связываться, — пробубнил себе под нос Майкл и прыгнул следом за своей невольной напарницей.

Расследование по делу Серебряного призрака начинало набирать обороты.

* * *

В замке Кантерлота же жизнь пестрила самыми яркими красками, и на то была веская причина. Принцесса Селестия всегда слыла невероятно доброй и гуманной правительницей, даже несмотря на все ее странности, а потому в Эквестрии на законодательном уровне было установлено, что понедельник – худший день недели. В этот день всем работникам возмещали моральную компенсацию тем или иным способом, а также пони могли и вовсе устроить себе выходной по причине плохого настроения. Однако в замке Кантерлота жизнь не утихала ни на миг, каждый сотрудник в замке был необходимым винтиком для работы системы, никому не дозволялось брать отгул по понедельникам, но взамен принцесса лично постановила, что в этот день недели в столовой будут выдавать особый секретный десерт каждому работнику в замке. Это всегда были десерты, достойные королей и даже богов, а потому все, от горничных до министров, по понедельникам устремлялись в столовую, чтобы поскорее узнать, чем им повезет полакомиться в этот раз.

Одним из таких пони был Нервус, который стоял со своим подносом в длинной очереди, что несколько раз заворачивалась по всей столовой, в ожидании получения своего десерта. Сегодня подавали кальцоне с тринадцатью видами редчайших ягод, которые, по заверению попробовавших, были самыми вкусными пирогами в их жизни. Нервус то и дело озирался по сторонам, втягивал голову в воротник рубашки и всячески старался скрыться в толпе, словно стыдясь здесь находиться, однако все меры предосторожности не спасли его от нахождения.

— Эй, привет!

От неожиданного голоса Нервус с криком подпрыгнул на месте, обратив на себя всеобщее внимание, но сразу же заткнул себе рот копытом. Позади жеребца стоял Миддэй, который тоже ждал своей очереди на получение долгожданного десерта.

— О, пресвятые сестры, никогда так больше не делай! – выдохнул седовласый жеребец, пытаясь успокоиться и придти в себя.

— В чем дело? – усмехнувшись, спросил единорог.

— В принцессе. Мне невероятно лестно, что она предложила нам обоим обедать вместе с ней, в ее комнате, однако ее компания немного…

— Утомляет? – продолжил Сафер, который хорошо понимал своего приятеля.

— Да! Точно! Ну, когда принцесса ест, то ей ни до чего нет дела, так что обеденный перерыв — это единственная возможность провести время с самим собой. Лучше уж я простою эту огромную очередь за обедом, чем… ну, ты понял…

— Понимаю, — кивнул Миддэй, поглядев на свой пустой поднос, — Хех. Интересно, чтобы сказала принцесса, если б забрела сейчас сюда и увидела, как мы стоим тут и ждем своей очереди.

— Ничего хорошего, — прошептал Нервус и еще глубже зарылся в воротник.

Немного подумав, единорог скривился и последовал примеру своего друга, стараясь держаться как можно незаметнее. Впрочем, из этой парочки получались плохие шпионы.

— Мистер Сафер?

— А-а-а!

— А-а-а!

Словно из ниоткуда, рядом с Миддэем появился почтальон в синей рубашке и кепке, который левитировал рядом с собой письмо в красном конверте. Придя в себя, Миддэй принял письмо, на котором не было имени адресата, после чего повернулся обратно к почтальону.

— Что это за письмо? От кого оно?

— Простите, он не представился. Но это был весьма галантный джентльпони, чем-то похож на вас. Оу, а еще… — жеребец помялся, но все же сказал, — Во время перевозки почтовый дилижанс сломался и письмо задержалось на пару дней. Надеюсь, это не проблема?

— Надеюсь, что нет, — пожал плечами единорог и поспешил вскрыть конверт, из которого разнесся запах дорогого парфюма.

По мере того, как Миддэй читал письмо, его глаза все больше округлялись от переполняющего жеребца ужаса. В конце концов, листок в левитационном поле затрясся, а потом и вовсе упал на пол вместе с подносом, напугав не ожидавших грохота пони.

— Нет! О, нет!

— В чем дело? – взволнованно спросил Нервус, как вдруг Сафер схватил его за копыто и потащил за собой.

— На два слова! – с этими словами единорог потащил приятеля за собой, словно тряпичную куклу, и вместе с ним выбежал из столовой в коридор, который был полностью пуст, ибо даже стражники надолго застряли в очереди.

— Да что происходит? Что это за письмо? От кого оно? – раздраженно начал спрашивать седогривый жеребец, отряхиваясь от пыли.

— Миднайт, — жутким голосом произнес Миддэй, протянув письмо Нервусу.

— Миднайт? Кто это?

— Это… мой старший брат, — нехотя признался жеребец, словно это было чем-то зазорным.

— Ого! Я и не знал, что у тебя есть старший брат! Почему ты никогда о нем не рассказывал?

— Потому что он напыщенный самовлюбленный эгоцентричный хвастун! – злостно выдал Сафер, стуча копытами по полу, — Он вечно считал меня неудачником, слабаком и простофилей! Насмехался надо мной и выпячивал себя перед всеми! И он считает, что во всем лучше, чем я! Да он даже старше меня всего минуты на полторы, но никогда не оставляет это без внимания! Аргх, как же я его ненавижу-у-у!

— Воу. Да ладно тебе, он же все-таки твоя родня. Уверен, не все так плохо, — решив не бесить Миддэя еще больше, Нервус перешел к чтению письма, — Дорогой младший братец. С радостью спешу тебе сообщить, что я решил одарить своим присутствием столицу города и устроить масштабное празднество в честь своего первого приезда в Кантерлот. В скобках, празднество – вечеринка, попойка, шабаш, но в культурном понимании. Через два дня я прибуду в Кантерлот и лично вручу тебе твое приглашение, так как не хочу позорить свое имя перед гонцами, посылая их на встречу с тобой. Надеюсь на скорую встречу. Твой прекрасный, бесподобный, блистательный и бесконечно эстетичный старший брат, Миднайт Экскьюзит.

— И как тебе? – без особого энтузиазма спросил Миддэй.

— Ну… это было… немного странно, но ведь все братья так подтрунивают друг над другом. Возможно, он отличный парень!

— Только не называй его парнем, иначе он на тебя обидится. А он обид не забывает. У него даже есть блокнот с именами обидчиков, — призадумавшись, Сафер добавил, — И мое имя там вышито на обложке.

— Эм… ладно, — растерявшись, ответил Нервус.

У Миддэя же, в свою очередь, не было времени на то, чтобы топтаться на одном месте.

— Так, ладно, два дня. Времени вполне достаточно, — с этими словами единорог помчался дальше по коридору, к высоким двойным дверям.

— Достаточно для чего? – крикнул вслед седогривый жеребец.

— Чтобы уехать подальше от Кантерлота, само собой! – не останавливаясь, произнес Сафер, — Попрошу у принцессы недельку отпуска, залягу где-нибудь в Эпплузе, заведу себе там небольшую ферму, а потом, кто знает, может…

Вдруг двери резко раскрылись, отпихнув мечтающего единорога назад и в коридор вбежала пара прилизанных слуг, которые раскатили длинную ковровую дорожку, даже несмотря на то, что в коридоре и так был роскошный ковер. Затем парочка пони встала по обе стороны от двери, в торжественном поклоне приветствуя грациозно вышагивающего жеребца, чей стук копыт эхом отражался от сводов замка.

— О, нет. Слишком поздно, — с горечью прошептал единорог, ударив себя копытом по лицу.

Стоило Нервусу присоединиться к своему приятелю, как в комнату вошел единорог мягкого синего цвета с отблескивающей ночной синевой гривой. Одет он был в идеально приталенный костюм,  на котором не было ни единой складки, а на крупе красовалась кьютимарка в виде бокала шампанского. Пони шел уверенно и расслабленно, а с лица ни на секунду не сползала легкая улыбка, которой жеребец мог сразить наповал любую кобылку.

— О. здравствуй, прекрасный Кантерлот. Прости меня что заставил тебя так долго страдать своим отсутствием, — артистично взмахнув ногой, произнес Миднайт, первым делом подойдя к Нервусу, ибо Миддэй плавно скрылся за спиной друга, — О, полагаю, ты Нервус, советник принцессы Селестии? Безмерно рад увидится со столь достопочтимым жеребцом. По правилам этикета, гость должен привозить с собою дары, а лучший подарок – это книга, не так ли, ха-ха-ха! Вот, прими ее и не надо благодарностей.

Единорог всучил в копыта Нервуса толстую книгу в твердом переплете, на обложке которого красовалось лицо жеребца, подпертое копытом. «Сто правил успеха с Миднайтом Экскьюзитом. Пособие для эстетов» — гласило название, выведенное золотыми буквами на алом фоне.

— Ого… как неожиданно, — смущенно и непонимающе пролепетал жеребец, не ожидавший такой напористости от гостя, — Обязательно почитаю, сэр.

— Конечно почитаешь! И перечитаешь еще бессчетное количество раз, если не хочешь водиться с такими… — Миднайт посмотрел за спину собеседника, лукаво хохотнув, — …друзьями.

Пока пони были заняты знакомством, Миддэй принял отчаянную попытку уползти к ближайшему окну, словно притаившийся змей, но попытка была неудачной. Обойдя Нервуса, Миднайт подошел к своему брату, натянув на лицо маску безмерной радости.

— О, мой маленький милый братик, сколько лет, сколько зим! Я б тебя обнял, но этот костюм мне собственными зубами вышил Хойти Тойти. Не хотелось бы его марать, сам понимаешь, хе-хе-хе, — в явно приподнятом настроении произнес единорог, — Почему ты не навещаешь своего старшего брата? Боишься сгореть в лучах моего великолепия?

— Потому что охрана твоего пентхауса меня не пускает, — без энтузиазма ответил жеребец, у которого постепенно закипала голова.

— О, нет, нет, она не пускает лишь грязных бездомных. Разве честно будет их винить в твоих проблемах? – все с той же приветливостью произнес Миднайт, — О, столько времени прошло, а ты нисколько не изменился! Даже пахнешь так же, как в детстве! Все еще не отучился писаться в свою кроватку?

— Говори, зачем пришел и вали уже отсюда!

— О, братишка, ты и читать не научился? Я же присылал тебе письмо! – слуги подбежали с позолоченным пьедесталом и встали рядом с ним в качестве ступеней, по которым Миднайт забрался наверх, — Я, прекрасный и неповторимый Миднайт Экскьюзит, собираюсь устроить самый шикарный вечер в истории Кантерлота в честь своего первого прибытия в столицу! Я уже разослал гонцов с приглашениями всем самым влиятельным пони этого города и праздник я собираюсь устроить в саду замка Кантерлота!

— Я не пойду, — с ходу заявил Миддэй, что не порадовало его эпатажного брата, который осторожно спрыгнул с пьедестала.

— Ты не можешь не пойти! Я уже всем сказал, что ты там будешь! Разве не здорово?

— Я просто в восторге, — с кислой миной ответил Сафер, — Но мне плевать, кому ты там что сказал. Я пас!

— Ну, что ж, если ты хочешь прослыть на всю Эквестрию, как трусишка, то это твое право, — Миднайт повернулся к ближайшему лакею, — Голубчик, сделай заметку для моего будущего эссе. Мой брат, Миддэй, всю свою жизнь был трусом и неудачником, который так и не осмелился высунуться из-под своего камня одиночества и комплексов, которые раздавили его окончательно, превратив в пятно из горечи, боли и…

— Ладно, ладно, приду я на твой вечер, только избавь от своих душных метафор, — воскликнул Миддэй.

— Великолепно! Я знал, что ты не сможешь отказать! Для каждого гостя я лично разработал его приглашение, которое отражает его внутренний мир. Вот, возьми свое, — с этими словами Миднайт вручил брату рулон туалетной бумаги, на который шариковой ручкой были криво выведены буквы, — О, и еще одна деталь! Каждый гость должен придти со своей пассией, это обязательно условия. С особой пони или просто с другом, неважно, главное, чтобы это была кобылка. Так что постарайся найти в своем гардеробе что-нибудь поприличнее мешка из-под картошки и найди кобылку, которая будет выглядеть и пахнуть лучше, чем ты. Это совсем несложно, поверь мне, ха-ха-ха-ха! На этой ноте я прощаюсь с вами, джентльпони… и Миддэй. Встретимся на празднике! До скорой встречи, братишка!

Под торжествующую фанфару Миднайт вышел из коридора, а прислуга поспешила свернуть коврик обратно в рулон, после чего поспешили выйти вслед за хозяином и закрыть за собой двери. Комната погрузилась в гробовую тишину, которую нарушало лишь эхо захлопнувшихся дверей.

— О-о-ох, как же он меня бесит, — раздраженно произнес Миддэй, закатив глаза.

— Да уж, брат у тебя не сахар. Хотя он очень даже хорош собой, — пробубнил Нервус, на заметив злобный взгляд приятеля, поспешил сменить тему, — Ну, так, значит, ты собираешься пойти на этот торжественный вечер?

— Придется. Может он и хочет всем показаться хорошим парнем, но я то знаю, что единственная причина этого чертового приглашения – это повод высмеять меня перед знатью Кантерлота, — вдруг гневное настроение единорога сменилось на более ехидное, — Однако, мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним.

— Воу! Ты куда рванул? – спросил седогривый жеребец у Сафера, который побежал к дверям.

— Миднайт сказал, что на праздник надо придти со своей пассией. И я знаю одну богиню, которая точно мне не откажет, хе-хе-хе! – сказав это, Миддэй скрылся за дверьми, оставив Нервуса наедине с самим собой.

Пожав плечами, жеребец развернулся и направился обратно в столовую. Какие бы тучи не сгущались над головой, ягодные кальцоне никуда не девались.

* * *

«Буклин. Этот район всегда был самым беспокойным местом Мэйнхеттена. Банды постоянно грызутся друг с другом за клочок заасфальтированных данс-площадок, реггитиры донимают простых работяг, а в темных переулках дилеры подсаживают жеребят на присыпку от трения. Здесь не осталось ничего святого, ни добра, ни дружбы, ни любви. Лишь страх, уважение и танцы. Когда-то и я подсела на этот образ жизни. Никаких забот и проблем. Если кто-то донимает тебя – вильни бедрами посильнее и никаких проблем. Но все это в далеком прошлом. Однако, как бы глубоко я не зарывала свое прошлое, оно всегда приносит новые ростки, которые приходится срезать. Впрочем, иногда и они могут быть полезны, особенно в нашем деле».

— Может, пойдем уже? Мне надоело мокнуть под этой тучей! – возмутился человек, ткнув пальцем в черное облачко, которое неотрывно следовало за детективами.

— Как всегда рвешься в бой первым, старина Майки? – Пинки достала из нагрудного кармана своего пальто пачку с леденцами на палочке, один из которых вытянула к себе зубами, — Здесь полно бойцов семьи Тарантелло. Они держат этот район. Если им покажется, что ты ведешь себя вызывающе, то можешь считать себя перетанцованным. Эти ребята безжалостны. Держись меня, я нас проведу внутрь.

С этими словами Пинки Пай выбросила леденец в сторону, засунула левое копыто в карман и, натянув воротник повыше, направилась ко входу в кабаре, где обычно собирались боссы семьи Тарантелло, как для отдыха, так и для работы. Интересовал же парочку детективов лишь один пони – Эквестрийский сокол, который должен был заканчивать свое выступление.

На входе стояла пара охранников в строгих костюмах, чьи глаза было не видно из-под полей шляп, но то лицо, что было видно, не говорило ни о каких добрых намерениях. Майкл был все еще не уверен в реальности происходящего, а потому постоянно мялся на месте и разглядывал каждую черно-белую мелочь, в отличие от своей напарницы, которая успела набить копыто на подобных делах.

— Я друг семьи, — коротко произнесла кобылка, поправив свою шляпу, — У меня дело к Эквестрийскому соколу.

— Мистер Мартини сейчас занят. Зайдите попозже, — сухо ответил один из охранников, перегородив своим мускулистым телом проход.

— Скажите ему, что детектив Пай пришла вернуть должок, — бескомпромиссно продолжала пони.

Второй охранник раздраженно сплюнул, после чего пошел в кабаре. Вернувшись через пару минут, он кивнул своему напарнику, который что-то проворчал, но впустил парочку внутрь.

Кабаре представляло собой шикарное заведение, которое предусматривало любые виды развлечений. Ряды столиков для карточных игр, постоянные стук бильярдных шаров, смех кобылок в вульгарных нарядах, что проводили свое время с раскрепощенными богачами, богатое разнообразие напитков и непрекращающиеся представления на сцене. В этом месте было невозможно заскучать, а потому было неудивительно, что сюда пускают лишь действительно влиятельных пони. Пожалуй, всеобщую атмосферу непрекращающегося кутежа и вседозволенности нарушали лишь многочисленные таблички с зачеркнутым танцующим пони и подписью «Танцы запрещены». Пинки же не повела и бровью при виде творящегося веселья и молча прошла к двери для персонала, которая вела к гримерным и комнатам отдыха.

— Будет лучше, если я пообщаюсь с нашим другом сама, — произнесла детектив Пай, взявшись за ручку двери, — Жди меня тут и держи ухо востро. Я позову тебя, если будет нужно.

— Как скажешь, — беззаботно ответил Майкл и собирался было пойти развлечься, как вдруг Пинки наступила ему на полу плаща, — Эй!

— Нет, ты должен сказать «Хорошо, напарник» и поправить шляпу, вот так, — кобылка сделала тот же жест, что и на входе в кабаре.

— Зачем?

— Простой делай и все! – взвизгнула пони, напугав человека до смерти.

— Эм… Хорошо, напарник! – смущенно промямлил человек, дернув шляпой на голове.

Старший детектив ответил тем же жестом и скрылся за дверью, а Майк облегченно выдохнул, радуясь тому, что ему больше никому не надо подыгрывать хотя бы какое-то время.

«Гордыня. Похоть. Алчность. Несоблюдение цветовых сочетаний в одежде. Это место — обитель всех смертных грехов Эквестрии. Стоило мне пересечь порог, как в нос ударила вонь беззакония и преступности. Будь моя воля, я бы отправила всех здесь за решетку, но не может быть добра без зла. Черного без белого. Впрочем, было бы слишком заносчиво называть серую пони, вроде меня, белой. Те, кто себя так называют, обычно чернее ночи. И с одним таким чернильным пятном меня ждет горячий разговор».

Стоило Пинки войти в дверь, как до ее ушей донесся смех пары молодых кобылок, которые обхаживали прилизанного жеребца в костюме. Пони увлеченно рассказывал о своих достоинствах и о шикарных концертах, которые давал по всему свету, а кобылки лишь мило хихикали, исполняя все его прихоти. Однако стоило им только увидеть серьезную пони в плаще, как улыбки попадали с радостных лиц, и кобылы поспешили удалиться в следующую гримерку. Динь же кинул обреченный взгляд на новую гостью и глубоко вздохнул, приготовившись не к самой приятной беседе.

— О, детектив Пай! Какая радостная встреча! – с натужной улыбкой произнес Эквестрийский сокол, вскочив со своего стула, — Чем обязан такой честью?

— Ты прекрасно знаешь чем, Мартини, — сухо ответила Пинки, пристально глядя в глаза собеседнику, — Я знаю, что ты, как и все, копаешь под Серебряного призрака. Пытаешься вынюхать его тайны. И ты знаешь больше, чем я. Мне интересно, что именно ты знаешь.

— Ох, простите, детектив, но тут я вам не помощник, — взволнованно произнес жеребец, почесывая затылок, — Я всю неделю был в Мэйнхеттене и до меня лишь доходили слухи о Призраке, но не более того.

— Не заговаривай мне зубы, ловкач! – жестко заявила земная пони, приперев оппонента к стене, — Я знаю, что ты следил за Серебряным призраком в Понивиле и ты определенно что-то должен знать! Колись!

— Иначе что? Пританцуете меня? – с усмешкой спросил певец, почувствовав свое превосходство, — В этом кабаре полным полно пони Тарантелло. Если со мной что-то случиться, вы и шагу не сможете сделать.

— Мне не обязательно быть настолько жесткой, — с этими словами Пинки взяла с гримерного столика длинные ножницы и сначала приставила их кончик к горлу жеребца, показывая всю серьезность своих намерений, после чего перешла к самой пытке, разомкнув ножницы у свисающего со лба локона волос.

— Нет! Не смей этого делать! Ты хоть знаешь, как их сложно укладывать? – в панике закричал Мартини, беспомощно забарабанив копытами по полу.

— Отвечай! – вновь потребовала ответов детектив Пай, расколов допрашиваемого окончательно.

— Ладно, ладно! Я следил за Серебряным призраком, это правда! И я даже знаю, кто его сообщник! Убери от меня копыта, и я тебе все расскажу!

Немного подумав, Пинки бросила ножницы обратно на столик и сделала два шага назад, ожидая ответов. У детектива был целый ворох подозреваемых, которые могли быть связаны с Призраком, но не было ни одной существенной зацепки, из-за чего она долго топталась на месте. Но, наконец, дело готово было сдвинуться с мертвой точки.

— Итак, несколько дней назад я выследил Серебряного призрака и пошел за ним следом. Я думал, что он заметил меня и водит кругами, однако вскоре он зашел в…

Рассказ жеребца прервали громко распахнувшиеся двери. Музыка в зале резко утихла, разговоры и смех тоже. Неугомонное кабаре погрузилось в мертвую тишину. Это не могло не привлечь внимания детектива, которая осторожно прошла на зашторенную сцену и выглянула из-за кулис в зал.

Шоку Пинки не было предела, ровно как и всем остальным постояльцам заведения. И это было не удивительно, ведь на пороге стоял он. Высокий, тощий, в поблескивающей одежде, похожий на звезду, упавшую с небес. Серебряный призрак, не обращая внимания на интерес к своей персоне, сделал несколько шагов вперед и остановился. Медленно оглядев зал, он отвел руку к карману брюк, чем заставил охрану вздрогнуть и приготовиться к битве, однако пришелец лишь вытащил из кармана золотую монетку и, прицелившись, бросил ее прямиком в щель музыкального автомата. Машина с жужжащим звуком сменила пластинки, игла встала на нужную дорожку и по залу раскатилась музыка, которая оживила обстановку.

Пощелкивая пальцами, Призрак стал двигаться вглубь зала, шагая в такт музыке. Один из охранников попытался остановить нарушителя, но стоило ему только встать на пути негодяя, как тот дважды крутнулся на одной ноге и резко остановился, указав на обидчика пальцем. Не выдержав такой пластичности и резкости движений, пони упал на пол, пораженный танцевальным движением. По залу разнеслись испуганные крики, посетители ринулись к выходу, кто-то начал прыгать на пол и лезть под столы. Охранники же принялись окружать негодяя, оттанцовываясь своим скудным арсеналом, но заразность движений Призрака оказалась настолько сильной, что пони безвольно присоединились к человеку, подтанцовывая сзади, пока полностью не остались без сил.

— О, нет! Он пришел за мной! Он хочет избавиться от меня! – испуганно промямлил Динь, грызя свое копыто.

— Спокойно! Я вытащу тебя отсюда! За мной! – приказала детектив и ринулась к другой двери, что должна была провести пару к заднему выходу, — В этом аду я Майка не найду. Надеюсь, он сможет выбраться оттуда самостоятельно.

Выбив запертую дверь ногой, Пинки повела свидетеля за собой, то и дело озираясь назад. В здании было полно дверей, которые вели в самые разные комнаты, а сияющие таблички с надписью «Выход» все тянулись вперед. Повернув за очередной угол, кобылка увидела заветную дверь, распахнутую другими работниками кабаре.

— Быстрее, выход уже близко! – крикнула Пинки и побежала вперед, в то время, как ее спутник еле двигался, пытаясь отдышаться.

— Детектив! Дайте секундочку! Я не привык столько бегать! – жалобно воскликнул пони и устремился за своей защитницей, как вдруг боковая дверь, мимо которой он бежал, открылась, и серебряная рука утащила пони в комнату, — Детектив! На помо-о-ощь!

— Нет! Оставь его! – приказала пони и принялась долбиться в запертую дверь, которая никак не поддавалась.

Собравшись с силами, Пинки всем своим весом приложилась к преграде и дверь с треском отворилась, представив детективу жуткое зрелище. Озаряемый вспышками молнии за окном, Серебряный призрак заканчивал танцевать со своим партнером энергичное танго, от которого Динь шатался в руках злодея, словно тряпичная кукла. Завидев Пинки, человек бросил обезвоженное тело к ней, а сам пулей выскочил в окно, скрывшись под раскаты грома. Когда кобылка подбежала к окну и выглянула на улицу, там уже никого не было. Лишь напуганные шумом танцев пони бегали и звали полицию, которой никогда не оказывалось на месте, когда она была нужна.

— Проклятье, скрылся в толпе! – раздраженно вспрыснула пони, ударив копытом по подоконнику, — Теперь его не найти! Прыткий гаденыш!

— Эй! Пинки! То есть напарник! Ты тут? – вдруг в комнату вбежал Майкл, который на бегу натягивал на себя свой плащ, — Фух. Что произошло? Я на минуту отлучился в туалет, вышел, а в зале твориться не пойми что! Откуда такая паника?

— Серебряный призрак! Вот, что произошло! – гневно ответила детектив, — Он знает, что я отслеживаю его! Боится и заметает за собой следы! Наверное, он знал, что я приду сегодня допросить Мартини, но откуда? Кто его информатор? И откуда он так много знает?

— Вообще без идей, — честно признался Форд, пожав плечами, как вдруг услышал внизу протяжный болезненный стон.

— Встань с моей ноги, пожалуйста, — прошептал еще живой Динь, и Майкл, бросаясь извинениями, отошел в сторону, дав поработать своему напарнику.

— Динь, прошу тебя, сделай так, чтобы твой уход не был напрасным. Расскажи нам, что ты видел в Понивиле! Кто помогает Серебряному призраку? – спросила детектив Пай, приподняв голову жеребца.

— Это… это… модельер, — не в силах говорить, жеребец измазал копыто пудрой со щеки, которая смешалась с потом, и нарисовал на груди Пинки ромб, после чего поник, потратив последние капли оставшихся сил.

— Клянусь, я заставлю Серебряного призрака заплатить за это. Даю тебе слово Пинки Пай, — кобыла закрыла жеребцу глаза, после чего выпрямилась, смахнув скупую слезу со щеки, — Ромб. Модельер. Понивиль. Что же все это может значить?

«Столько вопросов и никаких ответов. Пони падают без сил у меня на глазах, а я стою на месте, не в силах этому помешать. Серебряный призрак умен и опасен. Он может быть где угодно, даже у меня за спиной. Думаю, мой напарник со мной согласился бы».

— Не, не думаю, — покачал головой Майк, стоявший позади старшего детектива, — Слушай, я из-за этой истории есть захотел. Пойдем, поужинаем, а потом продолжим расследование. Тут через дорогу подают шикарную пасту!

Вдруг Пинки осенило. Паста. Одно слово, которое имело для нее крайне важное значение. Из глубин сознания вылетело забытое воспоминание, которое повторилось в голове пони, как кинозапись. Она все вспомнила. И это был ключ к дальнейшему расследованию.

В тот день Пинки Пай занималась записью пленки, которую пара детективов смотрела в офисе, в Сахарном дворце. Тогда кобыла потратила весь день, чтобы собрать хорошие кадры, которые можно было бы использовать в ее деле, и немало уморилась, снимая все подряд. К счастью, ее заметила Рэрити, вышедшая из бутика, и пригласила к себе, чтобы поболтать и угостить Пинки домашней пастой. Все кусочки пазла сложились, открыв детективу настоящую картину. Она все поняла. Развернувшись к Майклу, кобылка улыбнулась и уверенно произнесла.

— Я тоже есть хочу, а Рэрити готовит шикарную пасту! Пошли к ней!

— Почему бы и нет, — утвердительно кивнул парень, и пара детективов пошла на заслуженный ужин.

«Желудок урчит, мозг ворчит» — так поговаривала миссис Кейк, и Пинки было сложно с ней не согласиться. Тайну ромба, модельера и Понивиля решено было оставить на потом.

* * *

Чем ближе Миддэй приближался к тронному залу, тем больше поднималось его настроения. Горечь от встречи с не лучшим братцем сменилась на радостное предвкушение. Единорогу уже не терпелось посмотреть, как челюсть Миднайта отвиснет при виде принцессы Селестии, которая идет рядом с Миддэем, и как его распухшее самомнение будет втоптано в грязь. Глупо хихикая себе под нос, жеребец добрался до огромных дверей, которые охраняла пара стражей, без проблем пропустившие единорога, пусть и смущенные его странным расположением духа.

— Если мы переведем наших копейщиков в авангард, а лучников разместим на осадных башнях, то однозначно прорвем первую линию обороны, но потом у воинов не хватит сил взять стену штурмом, — командным голосом рассказывал генерал свою стратегию, двигая фигурки солдат по карте поля боя, — Если же пустить кавалерию в бой под прикрытием магов, то у нас будут свежие отряды для штурма, но мы потеряем много хороших бойцов. Понимаете, принцесса?

— Ага, — сладко зевнув, ответила Селестия, распластавшаяся на своем троне, — Вы закончили? Меня ждут кальцоне.

— Принцесса, попрошу вас отнестись к этому со всей серьезностью! На кону не только жизни хороших солдат, но и честь и будущее всей Эквестрии, — топнув, заявил генерал, как вдруг его отвлекли тихие шаги вторгнувшегося на аудиенцию единорога, что старался не привлекать внимания, — Это еще что? Стража, выведите отсюда гражданского! Мы с принцессой обсуждаем важные…

— О, Миддэй! Проходи, не стесняйся! – выпалила богиня солнца, приободрившись при виде приятеля, — Пришел на обед? Не волнуйся, сейчас пойдем.

— Ну, на самом деле, у меня есть к вам одно дельце, — смущенно ответил Сафер, чувствуя тяжелый взгляд старого вояки.

— О, надо же! И что за дело?

— Принцесса! – рявкнул генерал, недовольный происходящим, — Со всем моим уважением, вы не можете просто так брать и игнорировать меня! Если мы сейчас не решим этот вопрос, то Эквестрию может охватить хаос и раздор! Навсегда! Наша империя падет перед гнетом…

— Ой, ладно, ладно, заткнись, — потирая висок, произнесла Селестия, после чего исчезла с трона в яркой магической вспышке.

Генерал с Миддэем начали было думать, что принцесса решила сбежать от разговора куда подальше и уже готовы были возмущаться, как вдруг аликорн снова появилась на своем месте, но не одна, а с пузатым бульдогом с длинной короной на голове, который полетел носом в стратегическую карту.

— Вот, король Гавдрагон схвачен, война закончена. Все, забирай его и вали отсюда, — раздраженно протараторила принцесса, выпроваживая всех лишних пони из зала.

— О… я… я ни на секунду в вас не сомневался, о, моя принцесса, — кланяясь, расщедрился на комплименты генерал, медленно покидая покои ее величества вместе со стражниками, что заковали вражеского короля в кандалы, — Да осветиться имя ваше над всей Эквестрий и узнают все, что принцесса Селестия самая прекрасная, добродетельная, справедливая и…

Конец фразы оборвался захлопнувшимися дверьми. Миддэй с принцессой, наконец, остались наедине.

— Прости, что заставила ждать. Эти королевский мелочи, сам понимаешь! – махнув копытом, произнесла богиня, тихо хихикнув, — Так, что ты хотел?

— Ну… вы наверняка слышали о вечеринке, что состоится сегодня вечером в саду замка. И я хотел бы пригласить вас пойти на этот праздник.

— О-о-оу, Миддэй, это так мило с твоей стороны, ты просто душка! Я бы с радостью пошла, но меня уже пригласили!

Звонкий голосок Селестии резанул по всем мечтаниям единорога, словно нож по бумаге, окончательно выбив жеребца из колеи.

— Что? Пригласили? Кто? – ошарашено спросил пони, нервно топочась из стороны в сторону.

— Это был весьма видный молодой жеребец. Такой милый, обходительный. И чем-то похож на тебя, только темно-синего цвета. Я просто не смогла ему отказать, — эти слова ранили Миддэя еще сильнее, — Я обязательно тебя с ним познакомлю на празднике! Он тебе наверняка понравится!

— Нет! Я терпеть его не могу! – гневно закричал единорог, сам не ожидавший от себя такого.

Когда же пони Сафер осознал, что сделал, то поспешил выбежать из зала, а принцесса, удивленная такой неожиданной реакцией, осталась сидеть на троне, переваривая в голове все произошедшее.

Стискивая зубы, единорог бежал по длинным коридорам замка, ибо знал, что если остановиться сейчас, то начнет в ярости крушить все вокруг. Миднайт обошел своего младшего брата на три шага вперед, оставил полностью безоружным перед своим гнусным планом. Ведь что может быть более престижным, чем явиться на вечер с самой принцессой Селестией? Отступать тоже было поздно, а противопоставить этому Миддэй ничего не мог. Гнев медленно сменялся обреченным смирением, а силы покидали тело. Готовый заплакать от безысходности, пони упал на живот, закрыл голову копытами и крепко зажмурился, раздумывая над своими дальнейшими действиями. Впрочем, он прекрасно понимал, что все кончено. Миднайт Экскьюзит снова победил, даже не начав битву.

— Миддэй? Что с тобой? Ты в порядке? – до ушей жеребца донесся мягкий кобылий голос, наполненный беспокойством.

Решив не позориться больше, чем есть и будет потом, единорог вскочил на ноги, глубоко вздохнул и повернулся к принцессе Луне, которая что-то забыла в коридоре посреди дня.

— Принцесса Луна? Что вы тут делаете? – с искренним интересом спросил Сафер, — Я думал, вы предпочитаете отдыхать у себя в это время суток.

— Ну, да, обычно, так оно и есть. Но сегодня я не смогла удержаться от того, чтобы посмотреть на это, — аликорн вернулась к огромному окну, которое выходило прямиком на сад, в котором активно велась подготовка к торжественному вечеру, — Ох, мне уже не терпится отправиться туда! Не знаю точно, что это будет, но все, что делается по произведениям Нагаты Райсти однозначно имеет успех!

— Произведениям? В это о чем? – без особого энтузиазма спросил жеребец, присоединившись к пони у окна.

— Только не говори мне, что ты не читал Нагату Райсти! Она публикует лучшие романы во всей Эквестрии! Я все их зачитала до дыр! – с восторгом жеребенка рассказал Луна, что немало удивило Миддэя, который никогда не видел богиню ночи такой жизнерадостной, — Я по одной только ледяной статуе зебринского герцога Вайдерляйнда поняла, что этот приезжий пони воссоздает сад из «Загадочного происшествия в Стойлзе»! Ты, случайно, не знаешь, что именно там собираются делать?

— Ну, на самом деле… — единорог резко прервался, озаренной влетевшей в голову идеей.

Глядя в широко раскрытые глаза принцессы Луны, пони не желал ей врать или что-то недосказывать, но стоило ему вспомнить манерный смех Миднайта, как отвращение и злость пересиливали все остальные чувства. Откашлявшись, единорог продолжил.

— На самом деле понятия не имею, — пожав плечами, ответил Миддэй, — Должно быть… что-то серьезное.

— Поскорее бы узнать! – Луна оторвала взгляд от собеседника и продолжила наблюдать за тем, как на ее глазах воссоздают сцены из ее любимой книги.

Сафер же осторожно покинул принцессу и направился по своим делам. Он сам не до конца понимал, что делал и каков его план, авантюрная идея складывалась сама собой, словно на инстинктах. Кое-как жеребцу удалось все разложить по своим полочкам и безумная идея начинала казаться ему воистину гениальной. Улыбнувшись, Миддэй рванул обратно в столовую, забрать Нервуса и рассказать ему о спонтанно появившемся плане, который должен был спасти положение.

* * *

На улице вечерело. Небо окрашивалось багровыми красками, работяги спешили обратно домой, к своим любимым семьям, жены готовили ужин, а дети с упоением ждали отцов, чтобы похвастаться оценками в школе и поделиться впечатлениями за прошедшие сутки. Все шло своим чередом, скучно и обыденно. Но эта заурядность всех более, чем устраивала.

Ничем не отличался и один небольшой загородный домик, из окон которого горел свет. Мама-яблоня с пышной листвой, украшенной белыми цветками, напевала себе под сучковатый нос зацепившуюся мелодию, попутно наливая в три тарелки ароматный солнечный суп с щепоткой крахмала, который так любила вся семья. За столом же в ожидании ужина сидела пара молодых побегов, девочка и мальчик. Парень был первым ребенком в семье и на его ветвях уже появились первые почки, что было большим событием для всей семьи. К тому времени, как стол был накрыт, а ужин подан, домой вернулся и отец семейства. Положив на тумбочку свой дипломат, он прошел в столовую, одариваемый счастливым криками детей.

— О, привет, привет, — хохотнуло крепко и большое дерево, потрепав детей по макушкам веток и поцеловав жену, — О, чувствую запах пластохинонов! Уже не терпится отведать этого супчика!

— Дорогой, с тобой все в порядке? – поглядев на мужа, спросила мама-яблоня.

— Конечно! Полный порядок! А почему ты спрашиваешь? – поинтересовался папа-яблоня, набрав полную ложку супа.

— Ну, знаешь, за столом принято снимать солнечные очки, — после этих слов глава семейства пощупал очки с большими черными линзами на стволе, словно не замечал их.

— Ах, это! Ха-ха-ха! Не волнуйся, дорогая, просто после работы я заезжал к своему окулисту, проверить годичные кольца на стволе. Он немного пошаманил со мной и сказал носить очки несколько дней. Ничего серьезного, — объяснив ситуацию, папа-яблоня вернулся к еде, стараясь забыть про этот разговор, — О, сегодня будут твои фирменные компостные пирожки, или их ждать завтра?

Нахмурившись, мама-яблоня встала из-за стола, подошла к своему мужу и одним резким движением стянула очки с его лица, открыв страшную правду. Под правым кольцом мужа красовался огромный вздувшийся синяк.

— О, нет… — обреченно вздохнула яблоня, приложив ветку к лицу.

— Я… я могу все объяснить!

— Скажи честно! Эта оранжевая пони снова избивала тебя?

— Что? Нет! Ну, то есть, да, но нет! Это было не избиение, а… взаимовыгодное сотрудничество, понимаешь?

— Какое сотрудничество? Она каждый раз приходит и лупит тебя со всей силы, забирая все яблоки, а что дает взамен, а?

— Между прочим, она делает это очень вежливо! И поименно помнит каждое дерево в саду!

— Я знала, что нельзя было тебе связываться с этими пони! Они никого до добра не доводят.

— Это отличная работа! – вспылил папа-яблоня, вскочив с места, — Там прекрасные трудовые условия! Удобный график! Отличная страховка!

— Какой график, какая страховка? Ты работаешь в этому саду без перерывов и выходных! Возвращаешься только под вечер, а с утра тебя уже дома нет! И ради чего?

— Но… зато за последние пять лет во мне не было ни одного жука! Так то!

— Да потому что ни одному жуку не захочется сидеть в дереве, которое постоянно избивают!

— Она меня не избивает!

— А что она, по твоему делает? Над нами уже все соседи смеются! Мне стыдно смотреть в лицо вишням!

— Ой, не начинай опять!

— Да! В вишневом саду с ними обращаются, как с королями, а у тебя что?

— Мама, можно мы пойдем, поиграем, — осторожно спросил напуганный сын.

— Сиди и ешь свой суп! – закричала мать, напугав детей еще больше, — Видишь, что из-за тебя происходит? Ты пугаешь детей! Как ты им собираешься объяснять свои постоянные побои?

— Просто… аргх, просто отстань от меня, женщина! Ты ничего не понимаешь, — резко развернувшись, глава семейства пошел обратно к выходу.

— Ну, и куда ты собрался?

— Туда, где меня будут ценить! – с этими словами дерево вышло из дома, громко хлопнув дверью, а его жена залилась горькими слезами, не в силах больше держаться на корнях.

Быт деревьев в Эквестрии суров и беспощаден. Каждый день пони разных рас, полов и национальностей калечат свыше десяти миллионов невинных деревьев ради собственной выгоды. Помните, у каждого срубленного дерева тоже есть своя жизнь, семья и будущее. Не становитесь причиной домашнего насилия. Живите в пещерах и ешьте насекомых. Насекомых никто не любит.

* * *

«Круговорот жизни. Спираль, которой нет конца. У каждого есть свое место, своя судьба, предначертанное ему дело, которым он занимается день за днем, без надежды на изменения. Неужели моей спиралью стала поимка преступников, раскрытие дел, помощь в борьбе со злом? Сколько бы негодяев я не отправила за решетку, их всегда заменяет кто-нибудь другой. У Серебряного призрака наверняка полно подражателей, которые только и ждут того, чтобы встать на его место. Так имеет ли смысл гоняться за ним? Может, мне действительно стоит уйти на покой, дабы эту спираль продолжал кто-то другой?»

— Дорогая, хватит играть с едой! – сделала замечание белоснежная единорожка при виде того, как Пинки Пай задумчиво накручивает спагетти на вилку, — И не надо бурчать себе под нос. Это выглядит странно.

— О, прости. Просто каждый наш подсюжет должен начинаться с моих глубоких и мрачных рассуждений, — приободрившись, ответила кобылка и сунула оставшуюся пасту себе в рот, — Спасибо, Рэрити! Это бесподобно!

— Хи-хи-хи, рада, что тебе нравится. А как тебе, Майкл? – спросила единорожка, поглядев на человека, который протирал рот салфеткой после плотного ужина.

— Весьма достойно! Никогда бы не подумал, что ты неплохо готовишь, — уважительно высказался человек.

— О, на самом деле, у меня много опыта в высокой кухне! – гордо заявила Рэрити, задрав голову вверх.

— О, да. Особенно в приготовлении отбивной из человечины, — произнес Форд, мигом сбив с пони всю спесь.

— Кхм-кхм! Так, какие у вас новости? Чем занимаетесь? – поспешила сменить тему Рэрити, унося опустевшие тарелки на кухню.

— О, ничего особенного. Выслеживаем опасного суперзлодея, — не задумываясь, сказала детектив Пай, доедая свежую чесночную булочку из корзинки на столе, — Серебряный призрак! Слышала о таком?

— Оу, — Рэрити вдруг встрепенулась, словно ее облили холодной водой и выглянула из кухни, — Ну… нет! Конечно, нет, никогда не слышала! А… кто это такой?

— О, не бери в голову! Я уже иду по его следу и буквально чувствую запах его одеколона после бритья! – после этих слов Майк решил отодвинуться подальше от своей коллеги, — Мы с напарником выяснили, что у Серебряного призрака есть некий подельник и мы в шаге от того, чтобы вычислить, кто же он такой! Сейчас мы закончим перекус и приступим к делу.

— О, ну, что вы! Куда вам торопиться! – взволнованным тоном произнесла хозяйка бутика, помчавшись обратно на кухню, — Я… я не отпущу вас, пока вы не… э-э-э…

— Послушаем, какая одежда популярна в этом сезоне? – подсказала Пинки.

— Да! Точно! Сейчас я принесу альбом! Никуда не уходите! – белоснежная пони вылетела с кухни и побежала в рабочий зал.

— Ох, как же я это не люблю. Ску-у-ука, — раздосадовано протянула земная пони, свалившись лицом на стол, — Пойду, развеюсь. Прикрой меня, если что.

— Прикрыть? От кого? – вопросы человека затерялись в вечности, так как детектив Пай уже вышла из-за стола, отправившись вслед за Рэрити.

«Глаз дергается, в животе свело, меня тянет пососать леденец. Давно надо было бросить эту дрянь, но с такой работой на здоровый образ жизни нет времени. К тому же, сахарный диабет – это последнее, от чего я могу отбросит копыта в Эквестрии. Каждый шаг дается мне с трудом, мозг переваривает все происходящее, бросает мне разрозненные куски информации, пытаясь собрать из них вопросы и ответы. Это значит только одно. Мое детективное Пинки-чутье дает о себе знать. Здесь что-то нечисто».

— Ты сегодня какая-то дерганная, Рэрити? Все в порядке? – спросила детектив попутно осматривая рабочую комнату модельерши.

— О, конечно! Все просто прекрасно! – с натянутой улыбкой ответила единорожка и, заметив, как Пинки внимательно изучает обрезки ткани, щедро сдобренной блестками, поспешила спрятать эти заготовки в ближайший ящик, загородив собой стол, — А почему ты спрашиваешь?

— Ну, знаешь, времена нынче совсем неспокойные. Никому нельзя довериться. Даже ближайшим друзьям, — загадочным тоном прошептала детектив Пай, обратив внимание на сделанный под заказ манекен в форме человека, который был порядком затерт, хоть и сделан недавно, — Похоже, ты много работаешь с Майки, верно?

— О, да! Это прекрасная возможность поработать с чем-то воистину новым! Он мне столько рассказал о человеческом мире моды! Хотела бы я все это увидеть, — Рэрити одним левитационным движением свернула пачку чертежей на столе и спрятала их в тубусы, которые также отправились в запертый шкаф, — Я могу тебе помочь в твоих поисках, дорогая?

— Вот и я! – вдруг в бутик вошла Свитти Бель, что несла перед собой коробку для обуви, — Я принесла те туфли, что ты заказывала. Тебе не кажется, что Мику было бы удобнее танцевать в другой обу…

В рот жеребенка на сверхзвуковой скорости залетел маффин с малиновой начинкой, а старшая сестра поспешила забрать коробку себе.

— А-ха-ха-ха! О, спасибо тебе большое, дорогая! Вот, возьми эти кексики в благодарность и иди, угости подружек, — Рэрити буквально вытолкала младшую сестру за дверь и сразу же захлопнула ее, облегченно выдохнув.

— Хм-м-м. Забавно… — вдруг осенило детектива, что продолжала изучать обстановку, — Наш последний свидетель успел сказать про некого модельера, который как-то связан с Серебряным призраком. И мы пришли к тебе! Вот так совпадение, не так ли, ха-ха-ха.

— Ха-ха-ха! – рассмеялась Рэрити, которая едва поспевала смахивать испарину со лба, — Точно! Бывает же такое, ха-ха-ха!

Пони начали задорно хохотать, что выглядело крайне странно со стороны, как вдруг Пинки резко сменилась в настроении. Веселая развеянность розовой пони мгновенно сменилась на серьезность, что заставило единорожку не на шутку перепугаться.

— Ладно, хватит притворяться, Рэрити. Я все знаю. Знала с самого начала, — заявила детектив, расставив точки над И, — Говори сама или это скажу я.

— Ох. Пинки, прошу, не кипятись! Я все объясню, — начала оправдываться белоснежная пони.

— Да, уж постарайся мне объяснить, по какой причине ты купила маффины не в Сахарном дворце, а у каких-то непонятных пони! – оскорблено сказала Пинки, пронзив подругу взглядом.

— Оу. Ну… я пришла утром и увидела, как ты все красишь черно-белыми красками и подумала, что тебя не стоит отвлекать…

— Это не оправдание! Я всегда найду время на маффины и на друзей. И уж тем более на друзей, которые пришли за маффинами, — чуть ли не крича, произнесла земная пони, — На первый раз я прощу тебе такое невежество, но в следующий…

— Хорошо, я поняла тебя, прости, пожалуйста, — попыталась успокоить подругу единорожка и это сработало.

— Ну, вот и ладненько, — повеселев, прощебетала Пинки и пошла обратно на кухню, — Ладно, Майки, собирайся! Нам надо продолжать расследование. Ма-а-айк!

Однако, вернувшись, пони не обнаружила человека на своем месте. Ни она, ни Рэрити не видели, как он выходил из комнаты, а все окна были закрыты изнутри, поэтому исчезновение человека стало ужасной загадкой. Ошалев от увиденного, детектив Пай принялась бегать по всей кухне в поисках напарника и неустанно звать его, что не имело никакого смысла.

— Нет! О, святая Селестия, ни единого следа! Что могло произойти? Что-о-о? – завопила розовая пони, обшаривая выдвижные ящички.

— Пинки, мне кажется, этого здесь раньше не было, — осторожно произнесла Рэрити, указав в сторону кинопроектора, стоявшего рядом со столом.

— Ну, конечно. Хочешь спрятать хорошо, спрячь у всех на виду! Какое коварное злодейство! Как до этого можно было додуматься? – детектив направила проектор на стену с белыми обоями, пока Рэрити зашторивала окна и включила машину, в которую уже была вставлена бобина с пленкой.

Какое-то время проектор разогревался и вот, наконец, на стене появилось изображение, которое привело Пинки в ужас. На записи была темная комната, без окон и дверей. Посреди экрана же расположилась спинка черного кожаного кресла, обшитое золотыми нитями, а также на нем была того же цвета эмблема в виде жуткого черепа пони. На единственном видневшемся подлокотнике кресла лежало тонкое оранжевое копыто в костюме, которое медленно и вальяжно поглаживало резиновую курицу, лежавшую на коленях. Заиграл зловещий эмбиент, к которому вскоре добавился пугающе-скрипящий мужской голос.

— Добрый день, детектив Пай. Столько лет прошло с момента нашей последней встречи и я рад приветствовать вас вновь.

— Нет! Быть не может! Трюфельд! – ошарашено воскликнула Пинки, отчего даже шляпа свалилась с пружинистых волос.

— Если вы все так же предсказуемы, как и раньше, то сейчас должны были в ужасе выкрикнуть мое имя. Да, это действительно я. Я жив и готов к нашему следующему рандеву, — злостно хихикая, произнес злодей, — Вы уже успели познакомиться с моим новым другом, Серебряным призраком. Пока вы бегали за ним по всей Эквестрии, я следил за вами. Изучал вас, разрабатывал план мести. Он уже близок к завершению, ровно как и ваше бытие. Я забрал кое-кого, кто вам дорог, чтобы у вас было больше мотивации придти за мной, поэтому я надеюсь на нашу скорую встречу, детектив. И эта встреча уже точно станет последней.

Земная пони остановила запись, оставив и себя, и подругу в напряженном молчании. Не в силах стоять на ногах, Пинки села прямо на пол, все еще глядя в пустую стену. Рэрити же мало что понимала в происходящем и желала получить хоть какие-то ответы.

— Не хочу портить саспенс, но может ты мне объяснишь, кто это был такой и что вообще происходит? — спросила белоснежная единорожка, вернув Пинки Пай в реальный мир.

«В участке мне часто говорили не браться за это дело. Говорили не совать свой нос туда, куда не просят. Говорили, что мое чувство долга доведет до беды. Я не верила им и продолжала гнуть свою линию, бороться с преступностью, ловить злодеев. И вот, к чему все это привело. Я недооценила своего врага и подставила под удар своих друзей. Шляпа детектива все же привела меня к печальному концу. Что же мне теперь делать? Как быть?»

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ?

* * *

День заканчивался, его сменял прохладный влажный вечер, а за ним следовала и ночь. Погода все еще была хорошей, заканчивались последние деньки золотой осени, за которыми следовала серая и промерзлая пора. Потому было неудивительно, почему новоприбывший Миднайт Экскьюзит выбрал именно сад замка Кантерлота для своего торжественного вечера. В эту пору сад показывал все свое желто-багровое великолепие, кленовые листья плавно опускались на брусчатые тропинки, ветерок обдувал тепло одетых гостей, которые развлекали себя светскими беседами и экзотическими закусками, ледяные и кустарниковые фигуры известных генералов и диковинных зверей возвышались над всеми, одновременно грозные и притягательные. Одним словом, атмосфера в замке этим вечером стояла воистину элитарная, и для простых пони попасть на подобный вечер было большой честью. Тем более, каждому уважающему себя аристократу хотелось показать и себя, и свою пару всему высшему свету, принять льстивые комплименты и удивленные вздохи кобылок.

Готовился к вечеру и Миддэй, поправляя свой смокинг перед зеркалом, дабы на нем не было ни единой помятости, а из прилизанной гривы не выпирало ни единого волоска. Несмотря на все свое недовольство днем, сейчас единорог был более, чем спокойным и щедро обрызгивал себя душистым облаком парфюма. Нервус, который тоже оказался приглашен на праздник, не разделял спокойствия своего приятеля и нервно бродил из одного конца комнаты в другую, то и дело поглядывая на стрелки часов.

— Так, давай еще раз повторим твой план! – выпалил седовласый жеребец, наконец, встав на месте, — Ты узнал, что этот праздничный вечер является копией вечера из книги, которую любит принцесса Луна, так?

— Угу.

— В книге ведется рассказ про аристократический вечер мод, на который любовные пары приходят, дабы показаться высшему сословию, продемонстрировать свои лучшие костюмы и все такое, верно?

— Ага.

— И ты наплел принцессе Луне о том, что это не просто вечеринка, а реалистичная постановка книги, сделанная по прихоти твоего брата, и предложил принцессе сыграть роль твоей пассии на этой постановке, дабы утереть нос Миднайту. Так?

— В целом все так, — кивнул Миддэй, закончим прихорашиваться, — Тебя что-то не устраивает?

— Меня не устраивает абсолютно все! Этот план просто смешон! – вспылил Нервус, — Неужели ты правда думаешь, что это может сработать? Принцесса же не глупая, чтобы не заметить несостыковки в твоих словах и происходящем в саду!

— Ой, да хватит тебе причитать! У меня не было другого выбора! А эта маленькая ложь никому не навредит, — попытался успокоить своего друга Сафер, но получалось у него неважно.

— Ох, надеюсь, ты внимательно читал эту книжку и запомнил все, что там происходит с той парой, которую вы собрались изображать.

— А, ну… как сказать…

— Что? Нет. Не-е-ет! – новая волна паники напала на Нервуса, отчего он был готов полезть на стену, — Не смей говорить, что ты ее не читал полностью!

— Я прочитал страниц пятнадцать! Это типичный любовный роман, где в конце все целуются на фоне фейерверков. Все будет нормально! – закатив глаза, ответил Миддэй, — Слушай, я ведь не прошу у тебя ничего сверхъестественного! Просто подыграй мне, когда я с принцессой подойду к тебе и все! Дальше можешь делать, что захочешь!

— Не знаю, Миддэй. Эта твоя интрижка с богиней ночи кажется такой…

— Какой? – вдруг в комнату вошла принцесса Луна в своем элегантном и притягательном платье, что поблескивало на свету, словно звездное небо.

Принцесса была в приподнятом настроении и с ее лица не сходила счастливая улыбка, которая обескураживала и умиляла любого, кто ее мог увидеть.

— Такой… чудесной! – глупо хихикнув, сказал Нервус, медленно пятясь к другой двери, — Вы будете бесподобной парой, уверяю! Вы просто затмите этот вечер, хе-хе-хе.

— Ну, так ведь и должно быть, — аликорн подошла к Миддэю, который пялился на прекрасно выглядящую Луну, закрыла его приоткрытый рот и взяла под копыто, нежно прижимая жеребца к себе, — Ну, надеюсь, ты готов? Я уже не в силах ждать!

— Да… да! П… пойдемте! – заикаясь, ответил Сафер, не ожидавший такого резкого поворота событий и вместе с принцессой медленным шагом направился в сад,

И как раз вовремя. Праздник уже начинался.

Несмотря на то, что главной темой праздника считался показ мод, одним лишь модельным искусством развлечения этим вечером не ограничивались. На празднество были приглашены и художники, начиная с известных на весь свет классицистов, заканчивая молодыми и амбициозными авангардистами, и талантливые музыканты, что скрашивали этот вечер музыкой самых разнообразных инструментов, а скульптуры из всевозможных материалов, от глины до шоколада, были едва ли не ключевой особенностью праздника. Все это в равной степени интересовало всех собравшихся пони, однако стоило лишь появиться главным звездам вечера, как все внимание устремилось к ним. В свете прожекторов к гостям вышла пара из Миднайта и принцессы Селестии, которые были одеты в одинаково стилизованные бежевые костюмы, пошитые золотыми украшениями и драгоценными камнями, отчего эта пара и впрямь сияла, словно дневное светило. Принцесса Селестия не отличалась скромностью, однако при виде бахвальства своего спутника даже ей становилось неловко. Миднайт громко смеялся, кричал торжествующие лозунги собственного сочинения, так или иначе связанные с солнцем, приветствовал дам воздушными поцелуями и гордо принимал поклоны от жеребцов, сам даже и не думая сгибать коленей. Спустившись по ступеням к разошедшейся толпе, единорог и вовсе выбежал вперед Селестии и, осыпаемый белыми лепестками роз двумя белоснежными пегасами, начал грациозно вышагивать вперед, с упоением слушая ликующие возгласы народа.

— Да! Да! Приветствуйте меня, не стесняйтесь! Я знаю, как вам было плохо без меня, но я спустился к вам, словно сияющая звезда из-за туч, и готов согреть вас своим великолепием! Становитесь ближе, но не слишком! В этот вечер трогать меня смеет лишь моя пассия! – Экскьюзит протянул копыто богине солнца, которая смущенно приняла его и встала рядом с пони.

— Ну, на самом деле мы знакомы всего один день, но…

— Да, мы с принцессой давние друзья! Она писала мне каждый день, вопрошая, «О, милостивый Миднайт, когда же ты расщедришься своим приездом к нам». И я не мог ей отказать! Ведь как отказать такой прелестной кобылке! Единственной воистину достойной такого спутника, как я!

Пропуская мимо ушей тщетные попытки Селестии рассказать, как все было на самом деле, аристократы обступили Миднайта с принцессой плотным кругом, засыпая жеребца тонной вопросов. Тот лениво отвечал на них, ибо прекрасно знал, что ему вовсе не обязательно уделять внимания всем. Главное ослепительно улыбаться, смеяться над каждой шуткой собеседника и утвердительно кивать, не вдаваясь в суть рассуждения. Это правило всегда работало в высшем обществе, и Экскьюзит не собирался от него отходить.

Принцессе Селестии же было неуютно от столь пристального внимания к ней даже не как к собеседнице или объекту обожания, а как к красивой побрякушке, которую Миднайт носил с собой, и ей уже хотелось пойти штурмовать шведский стол со сладостями, однако единорог цепко держал копыто аликорна, словно маленького ребенка. Обреченно вздохнув, Селестия так же вернулась к тактике своего спутника, надеясь, что скоро все кончиться. Но Миднайт всем своим естеством говорил, что не скоро. Очень не скоро.

— Смотрите! Это принцесса Луна!

— А кто это с ней?

— Он похож на господина Миднайта!

— Что? – пискляво воскликнул разодетый жеребец, который забыл о своей щепетильности с одеждой и принялся расталкивать толпу, пробираясь к тому, на что все смотрели.

И действительно, в сад медленно направлялась любовная пара, пусть не такая пафосная и громкая, как пара Миднайта и Селестии, но у этой скромности был свой очаровательный шарм. Миддэй с Луной постоянно разменивались многозначительными взглядами и шли так плотно друг к другу, что ни у кого не могло остаться сомнений в их близких отношениях. Не оставалось их даже у Экскьюзита, который таращился на своего брата с широко раскрытым ртом, не веря, что это действительно происходит.

— Неужели принцесса Луна нашла себя пару? Скорее, пойдем узнаем! – сказал один из жеребцов своей кобылке и они оба поспешили к новоприбывшей паре, совсем забыв про Миднайта с его громкими речами.

Затем от толпы начали отделяться и другие пони, и уже через минуту рядом с Миднайтом не осталось никого. Всеобщее внимание мгновенно устремилось к Миддэю и Луне, которых завалили целым градом вопросов и комплиментов, и, как бы организатор вечеринки не желал выглядеть подобающе, сейчас он чувствовал себя совсем беспомощным.

— Ну… ну и ладно! Кому вы нужны! – обиженно крикнул Экскьюзит толпе, которая даже не обратила на него внимания, — Мы с принцессой прекрасно проведем время одни! Не так ли, принцесса? Принцесса?

Обернувшись, Миднайт не обнаружил даже свою пару. Селестия уже пробралась в первые ряды, перекрикивая своими вопросами и ликованиями всех остальных.

— Эх… Что вы стоите? Принесите мне кресло, болваны! Мне надо посидеть! – нахмурившись, крикнул темно-синий единорог своим слугам, которые раньше всех приложили копыта к закусками и коктейлям, — Пфе. Что за напыщенный идиот? Только и думает о том, как бы выпендриться.

— Эй, братишка! – из толпы вышел Миддэй, который уговорил Луну оставить всеобщее внимание на себе, — Чего ты такой грустный? Разве праздники организовывают не для того, чтобы развлечься?

— О, что ты, мне очень весело, Миддэй, — с лукавой улыбкой ответил старший брат, показательно пригибаясь при разговоре, хоть и оба жеребца были одинакового роста, — Я не якшаюсь в компании невеж. Это твой удел.

— Я думал, ты лично приглашал этих «невеж», — язвительно подметил Сафер, еще больше раздражая своего собеседника.

— Давай, давай, смейся, пока можешь, Миддэй. Через тридцать минут начинается показ мод. Посмотрим, как ты будешь выглядеть в своем мешковатом балахоне на ярко освещенной сцене. И даже ослепительная красота принцессы Луны тебе не поможет.

— Что ж, пусть победит лучший, — незамысловато ответил младший брат, после чего добавил в один голос со старшим, — То есть я!

Высоко задрав голову, Миднайт презрительно посмотрел на братца и грациозным шагом ушел от него. Как раз в это время запыхавшиеся слуги притащили самое большое, роскошное и тяжелое кресло, которое смогли найти, но, увидев, как их господин уходит прочь, со вздохом водрузили эту ношу себе на спины и поспешили следом. Миддэй же дождался, пока его брат скроется вдали и, наконец, дал волю эмоциям, радостно запрыгав на месте.

— Да! Наконец-то! Наконец-то я утер тебе нос, Миднайт! Так тебе и надо! – торжественно воскликнул единорог, поправил укладку и, выпив бокал шампанского для смелости, вернулся к Луне и окружавшей ее толпе.

Когда все эпатажные гости прибыли, были обсуждены всеми, кому не лень и ответили на все заданные им вопросы, плотная толпа расползлась по всему саду, вернувшись к праздничному времяпрепровождению. Торжественный вечер, наконец, вступал в полную силу.

Несмотря на то, что в своих приглашениях Миднайт обещал важным гостями свою теплую и дружескую компанию, хозяин вечера куда-то скрылся, уведя за собой и принцессу Селестию, которая не смела сопротивляться, и даже не думал возвращаться. Некоторые шептались о том, что Миднайт готовит шикарное выступление на сцене во время показа, однако разговоры о жеребце и его пассии быстро утихли, так как у всех появился новый и неожиданный повод для обсуждений. Никто не мог поверить, что принцесса Луна, которая все это время держалась в отдалении от других пони, нашла себе кавалера, которому открыто признавалась в любви у всех на глазах. На фоне аликорна Миддэй выглядел действительно невзрачным и, если бы он не волновался о том, что принцесса может почуять неладное, то его бы действительно смущала такая разница со своей спутницей. Впрочем, Луна брала все неудобные вопросы на себя, плавно и элегантно оборачивая их в шутку, а потому Миддэю оставалось лишь смеяться вместе со всеми и кивать головой. Его такая роль вполне устраивала.

Наконец, всеобщее внимание вокруг парочки поутихло. Близился показ мод и все спешили к нему подготовиться, дабы выставить себя в как можно более выгодном свете. Луна, к счастью, Миддэя вопросами о подготовке не отягощала, а потому жеребец смог взять небольшой перерыв, отделившись от своей пары. Прикидываться заморским графом с вычурно-аристократическими манерами оказалось сложнее, чем он думал и потому был рад просто говорить нормальным языком, без акцента и ходить, как обычный пони, а не пародирующий кого-то мим. Любуясь предметами искусств и наслаждаясь закусками, Сафер наткнулся и на Нервуса, который тихонько ужинал в отдалении ото всех. Заметив приятеля, седовласый жеребец немало обрадовался и поспешил узнать, как же идут дела.

— Ну, как? План работает? – спросил Нервус, отставив тарелку в сторону.

— Как часы! Мне очень повезло, что в книге тоже есть персонаж принцессы Луны, а меня по настоящему имени здесь никто не знает, — облегченно рассказал обо всем единорог, — Видел бы ты морду Миднайта, когда мы с принцессой спускались по лестнице вниз! Вот это была умора! В последний раз я видел это выражение лица, когда я подменил этому олуху шоколадные шарики мороженого в рожке на комки грязи, ха-ха-ха!

— Хе-хе, да, очень смешно, — слегка скривившись, ответил Нервус, не разделяя чувства юмора приятеля, — Вроде бы скоро начинается показ на подиуме. У тебя есть план на этот счет?

— Я тебя умоляю, какой тут план! Просто буду ходить рядом, как декоративная собачка, и дело в шляпе!

— Кажется, твоя хозяйка идет брать тебя на поводок, — Нервус указал куда-то за плечо Миддэя, тот обернулся и увидел, как к нему почти что вприпрыжку идет Луна, которой не терпелось что-то сказать, — Я тут рядышком подожду.

— Ну, что, Миддэй, ты готов? – возбужденно протараторила богиня ночи, дрожа от нетерпения.

— О, конечно, моя богиня. Для вас на что угодно, — преклонив колено, ответил единорог.

— Хи-хи-хи, отлично! Так когда мне лучше тебя ударить, в толкучке на сцене или лучше заранее, за ней?

— Само собой на сцене, чтоб нас увидело побольше… В каком смысле ударить?

— Ну, как же? Вот этим кинжалом! — Луна с лязгом вытащила из-под платья длинный сияющий кинжал с кривым лезвием, напоминающий язык пламени.

— К-к-кинжалом? – с трудом произнес жеребец с застрявшим в горле комом.

— Миддэй, ну, ты как будто не читал «Загадочное происшествие в Стойлзе»! – обиженно произнесла принцесса, закатив глаза, — Во время показа, когда пони скучковались, пытаясь разобраться, кто должен выйти первым, из толпы внезапно выпадает лорд Гайстингс с ножом в спине! Все в ужасе, приглашают детектива, он на протяжении всего сюжета ищет убийцу и в конце выясняется, что им являлась убитая горем вдова лорда, убившая его на почве ревности! Ну, разве это не лучший детективный роман за всю историю Эквестрии, а?

— Детективный? – едва слышно промямлил Миддэй, оттягивая душивший его галстук.

— О, как же мне здесь все нравиться! Здесь все такое реалистичное, натуральное! Именно так я себе все и представляла! Даже кинжал прямо как настоящий! – принцесса осторожно притронулась к кончику клинка, но все равно умудрилась больно уколоться, — Ну, так что? Выбирай скорее, показ уже начинается!

— Э-э-э… мне… мне надо посоветоваться с моим другом, лордом… Какимтотаменским! – развернувшись, единорог со всех ног побежал к Нервусу, который все это время стоял за углом и все слышал, — Ты… ты слышал это?

— Да, слышал! – громко шепча, ответил жеребец.

— И… что мне теперь делать?

— Что делать? Рассказать ей обо всем, что тебе еще остается!

— Но… но она тогда разозлиться на меня.

— А в другом случае она заколет тебя насмерть! Не неси чепухи и иди рассказывать ей обо всем! – Нервус собирался было выйти, чтобы поддержать приятеля в этом нелегком признании, но Миддэй поспешил его остановить.

— Постой, постой, постой! То, что она на меня разозлиться, это одно. Но тогда и Миднайт все узнает! И тогда…

— О, святая Селестия…

— Тогда он начнет смеяться надо мной! Выставит на посмешище на глазах перед всеми!

— Ты это серьезно? Тут твоя жизнь висит на волоске, а ты думаешь только о том, как перещеголять своего брата?

— Ну… да, но… Слушай, у тебя нет ни братьев, ни сестер, тебе не понять!

— Зато я могу выбрать между высмеиванием и смертью!

— Миддэй! – к разговору присоединилась Луна, осуждающе глядя на жеребца, — У нас мало времени! Все уже выходят на сцену!

— Принцесса! Дайте мне… минутку! Полминутки!

— Нет времени! Мы уже не успеваем! Давай, я воткну в тебя нож! – аликорн размахнулась своим орудием убийства и ударила по Миддэю, но жеребец успел в последний момент отпрыгнуть в сторону, — Ты что делаешь?

— Принцесса, я… я… Ой, а что это там! – Сафер ткнул копытом куда-то в небо.

— Что? – Луна повернулась посмотреть, но не увидела ничего, кроме ночного небосвода, когда же она повернулась обратно, единорог удирал от нее что есть мочи, — Эй! Я понимаю, что сцена убийства в книге оставлена нераскрытой, но не обязательно так импровизировать!

Глубоко вздохнув, принцесса скинула с себя неудобное платье и помчалась следом за жеребцом, намереваясь и дальше следовать по сюжету романа. У Миддэя, было несколько секунд форы, но Луна была на голову выше и бежала быстрее, а потому медленно нагоняла свою жертву. Оглядевшись вокруг, Сафер не придумал ничего лучше, чем побежать в кустарниковый лабиринт, который был достаточно большим, чтобы затеряться в нем. Забежав внутрь, единорог принялся поворачивать на каждом повороте, путая свои следы на перепутье и, когда Миддэю все же не повезло забраться в тупик, жеребец немедленно припал к земле, слушая звуки шагов. Где-то вдали слышался спокойный топот копыт, который не мог принадлежать бегущей и разгневанной принцессе. Немного расслабившись, Сафер распластался на спине с закрытыми глазами, однако стоило ему их открыть, как взгляду предстала летающая над ним богиня ночи, грозно глядящая из-под своей челки.

— Эй! Так нечестно! – возмутился единорог, в ответ получив бросок кинжала, который вонзился в сантиметре от лица.

Вскочив на ноги, Миддэй со всей силы врезался в стену, все же сумев проломить плотно переплетенные ветви и листву. Луна приземлилась на землю и схватила свое оружие. Погоня продолжалась.

— Тебе не убежать от меня, грязный изменник! – угрожающе вопила аликорн, вселяя в сердце жеребца еще больше ужаса.

— Давайте… решим… этот вопрос… миром! – задыхаясь, крикнул единорог, но его слова затерялись в глубине лабиринта.

Луна не собиралась отступать от своей цели. Пони разделяли какие-то пять метров и это расстояние постепенно сокращалось. Миддэя окончательно покидали силы, он постоянно спотыкался и с трудом удерживался от того, чтобы не пропахать носом землю. Все же, желание не получить острым лезвием по спине пересиливало даже чудовищную усталость. Сафер повернул за очередной угол и устремился вперед, как вдруг вместо ожидаемой впереди стены единорог увидел балкон на утесе со снятыми перилами, которые заменяла желтая ремонтная лента. Сафер закричал и начал тормозить из последних сил, но по инерции поехал вперед, сорвал ленту и кубарем полетел вниз, в глубокую пропасть.

— Ах! Миддэй! – испуганно воскликнула Луна, отбросила кинжал в сторону и пулей устремилась следом за единорогом, которого успела подхватить за секунду до попадания на острые скалы.

Подняв напуганного до смерти жеребца обратно наверх, принцесса опустила его на землю и осмотрела одновременно непонимающим и взволнованным взглядом.

— Миддэй, о чем ты думал? Ты хоть представляешь, насколько близко ты был к гибели? – с материнским упреком воскликнула Луна, когда единорог немного пришел в себя.

— Поверьте, вы даже не представляете, насколько близко, — виноватым тоном ответил Сафер, уткнувшись взглядом в землю, — Принцесса, простите меня! Я вас обманул…

— Обманул? О чем ты?

— Не было никакого представления. Это обычный праздничный вечер. Миднайт Экскьюзит – мой брат, которого я хотел поставить на место, выдав вас, как свою возлюбленную, но… хе, план действительно оказался ужасным…

— Ох! Получается, я гналась за тобой с настоящим… — от нахлынувшего ужаса Луна не смогла закончить фразу и просто закрыла рот копытом.

— Не берите в голову, принцесса. Вы ни в чем не виноваты. Я заварил всю эту кашу, мне ее и расхлебывать, — поднявшись на ноги, Миддэй скинул с глаз упавшую челку и направился к выходу из лабиринта, а Луна же лишь стояла на месте, провожая его печальным взглядом.

Жеребцу больше не было смысла оставаться на этой вечеринке, которая являлось одной большой западней для него, но совесть просто не позволяла ему так просто ретироваться с поля боя. Все пары уже выстроились на сцене и ждали лишь Луну с Миддэем, пока Миднайт развлекал народ своими язвительными шутками про пунктуальность младшего брата. Набрав в грудь побольше воздуха, Миддэй сделал шаг вперед и, подбирая слова, уверенно направился к сцене. Близилась самая неприятная часть вечера.

* * *

«Стояла темная туманная ночь. На затянутом черными тучами небе не виднелось ни звезд, ни луны. Впрочем, на секретной суперсовременной злодейской базе где-то в глубинах Вечнодикого леса и так было достаточно света. Огромный купол, что возвышался над кронами деревьев, но был талантливо замаскирован рисунками деревьев и неба, медленно раскрылся, и лес осветился ярким светом прожекторов, что были направлены на огромную ракету, что готовилась к запуску. За пультом управления сидел жеребец в высоком черном кресле со своей резиновой курицей на коленях, управляя запуском. А позади него, в десятке метров, трое пестро одетых гангстера танцевали напротив розовой земной пони, которую подвесили за веко прищепкой на веревке и залепили рот изолентой.

— О, да, детектив Пай. Внимательно следите за моим триумфом! – самодовольно возглашал Трюфельд, жестикулируя правым копытом, — Стоит мне только нажать на красную кнопку, как я запущу эту ракету со спутником в космос и смогу транслировать по всей Эквестрии все, что только пожелаю. При помощи моего гипнофона я порабощу умы всех пони и сделаю их своими рабами! Мне будет подчиняться весь мир, ха-ха-ха!

Пинки попыталась что-то крикнуть, но вместо слов из-под скотча вырвался лишь невнятный бубнеж.

— Да, одна лишь кнопка. Прямо сейчас… Но чтобы посмаковать свою победу и посмеяться над вашим бедственным положением, я поставлю минутный таймер до запуска. Разве у такого гения, как я, может что-то пойти не по плану? Ха-ха-ха-ха!

Понимая, что ждать больше нельзя, детектив Пай перешла к решительным действием. Пока ее мучители были заняты своим вычурным танцем, кобылка при помощи своего длинного хвоста залезла под плащ и, немного пошарившись в нем, бросила во врагов большой розовый кекс, который при ударе об землю взорвался липким жвачным облаком, в которое попали все трое негодяев. Следующим действием пони ловко подтянулась по веревке наверх, специальным движением головы активировала вращающиеся зубцы на полях шляпы и при помощи этой пилы разрезала прочную нить, выбравшись из вражеской ловушки.

— Тебе никогда меня не победить, Трюфельд! – гордо заявила Пинки, освободив рот от скотча.

— Нет! На этот раз я не дам тебе одержать верх! – злодей ударил по кнопке на подлокотнике кресла, на полу раскрылось несколько квадратных отверстий и на лифтах к куполу поднялось несколько агентов Трюфельда, которые все вместе набросились на Пинки Пай, — Не дайте ей добраться до панели управления!

Уворачиваясь и разбираясь с врагами при помощи приемов дзюдо и движениям из сальсы, детектив быстро двигалась к Трюфельду и консоли. До запуска оставалось каких то двадцать секунд и двигатели ракеты начинали разогреваться, готовясь отправил спутник в небеса. При виде того, как розовая пони разбирается с его последними подручными, Трюфельд злостно прорычал и нажал на другую кнопку. Из кресла вылезло четыре механических паучьих ноги, на которых злодей принялся как можно быстрее убегать от Пинки Пай. Детектив же, избавившись от противников, подбежала к панели управления, которая отсчитывала последние десять секунд, ударом ноги снесла переднюю крышку с кнопками и схватилась за два провода, красный и синий. Один из них должен был остановить запуск, второй немедленно запустить ракету и запустить систему самоуничтожения, которая в обязательном порядке устанавливалась во всех злодейских убежищах. Оставалось пять секунд, со лба пони стекал град пота, она никак не могла определиться. Три секунды. Времени не оставалось. Детектив приняла единственное верное решение и выдернула вилку из розетки, обесточив панель управления. Таймер замер на последней секунде, а затем окончательно потух. Детектив Пай успела как раз вовремя. На очереди был зачинщик всего этого кошмара.

— Трюфельд! – воскликнула Пинки и побежала вслед за злодеем, — На этот раз тебе не уйти от справедливого возмездия!

— Это мы еще посмотрим, — крикнул в ответ негодяй, и, подбежав к краю купола, спрыгнул вниз, на карниз, который проходил под водопадом.

Скала была холодной и скользкой, но металлические ножки крепко впивались в камень, не давая соскользнуть вниз. Убегая на всех порах от своего главного врага, Трюфельд уже самодовольно потирал копыта, празднуя победу, как вдруг сверху на него свалилась розовая пони, повалившая кресло на бок. Злодей, словно прикованный, продолжал сидеть на своем сидении и даже умудрялся все еще держаться спиной к Пинки, отчего пони обхватила спинку кресла обоими копытами в попытках достать восседающего на нем пони. Оба противника разменивались ругательствами и всяческими плохими пожеланиями в этой напряженной борьбе не на жизнь, а насмерть, но в итоге Трюфельд допустил ошибку и одна из механических ног сорвалась с карниза вниз, и потянула за собой и все остальное кресло.

— Не-е-ет! – закричал падающий злодей, в последний момент успевший ухватиться за копыто Пинки Пай, которая держалась из последних сил, — Если мне суждено погибнуть, то я заберу тебя с собой, детектив! Если же тебе хочется жить, то тебе придется вытащить нас обоих, хе-хе!

— Нет! Ну, уж нет! – жестко заявила Пинки, пытаясь разглядеть Трюфельда, но видела лишь его опостылевшее копыто, вцепившееся в ногу, — Если мне придется пожертвовать собой, дабы избавиться мир от такого зла, как ты, то я готова заплатить эту цену!

— Нет! Ты не должна так говорить! Вытащи нас! Мы не должны вот так уходить! Я не должен, черт побери!

— Прощай, Трюфельд. Встретимся с тобой в недрах Тартара, — с этими словами Пинки ослабила хватку, соскользнула вниз и оба пони кубарем полетели в пропасть, прямиком на заточенные водопадом скалы».

— С тех пор я не видела Трюфельда и считала его погибшим. До сегодняшнего дня… — закончила свой рассказ Пинки Пай, накручивая у Рэрити все больше вопросов.

— Постой, если вы оба упали с водопада, то как ты выжила? – удивленно спросила единорожка.

— А я и не выжила, — беззаботно ответила розовая пони, — Но мои фанаты были крайне недовольны и я воскресла.

— Ого. Глубокий сюжет, ничего не скажешь, — разочарованно промямлила белоснежная пони, — Ну, так, и что же ты думаешь делать дальше?

— Эх. Это моя работа приносит близким мне пони… и людям, одни только беды. Мне уже давно надо было бросить все это, но теперь дороги назад нет, — Пинки Пай встала, выпрямилась и твердо заявила, — Я собираюсь освободить Майка из плена, остановить злобные планы Трюфельда и покончить со всем этим. Это будет последнее дело детектива Пай! Клянусь богинями!

— Рэрити, у тебя кончились бумажные полотенца, — из ванны вышел человек, держа перед собой мокрые руки, — Чем мне вытереть руки? Чего вы так на меня пялитесь?

— Минутку, — с подозрением пробубнила розовая пони и продолжила проигрывание записи на кинопроекторе.

— Если вы сомневаетесь в серьезности моих слов, то можете посмотреть на своего друга. Думаю, ему сейчас нужна дружеская поддержка, ха-ха-ха, — камера перевелась на огромную клетку, посреди которой недвижимо стоял маленький крокодильчик, который при желании мог бы пройти между прутьями клетки.

— Нет! Как он посмел! Это чудовищно даже для него! – со слезами на глазах воскликнула Пинки, припав на колени, — Ты заплатишь за это, Трюфельд! Клянусь всеми богами, ты дорого заплатишь! Даю слово Пинки Пай! Ты слышишь меня? Трюфе-е-ельд!

— Я что-то пропустил? Может мне кто-нибудь объяснить, что происходит? Почему все молчат? Эй?

* * *

— …И вот я сижу в библиотеке, читаю свои любимые мемуары, а ко мне подходит измазанный грязью Миддэй и спрашивает: «Братик, а это точно был шоколад» — толпа залилась сдержанным смехом, поддерживаемый хохотом Миднайта, что стоял у микрофона, — О, вот, вспомнил еще одну! Про ершик и пчелиный улей!

Рассказ увлекательных и совсем не приукрашенных баек прервал единорог, которого все давно ждали вместе с принцессой Луной. Миддэй выглядел просто ужасно, грива растрепалась и больше походила на птичье гнездо, весь костюм был измазан в пыли и грязи, а на лице повисла маска усталости и разочарования. Такой вид удивил и напугал немало гостей, один лишь Миднайт стоял с надутыми щеками, пытаясь удержаться от дикого хохота.

— О, милый младший брат, а мы как раз тебя вспоминали! – посмеиваясь, произнес Экскьюзит, радости которого не было предела, — Что случилось? Неужели принцесса узнала, кто ты такой на самом деле и ускакала как можно дальше от тебя? Мне казалось, пони из приличного общества должны были сторониться тебя уже из-за одного только амбре! Ты точно принимал душ сегодня? Пха-х-ха-ха!

— Отвали, — утомленно произнес Сафер, забрав у брата стойку с микрофоном, — Слушайте, мне надо вам… кое в чем признаться.

Аристократы начали взволнованно о чем-то перешептываться, ожидая дурных вестей. Даже Миднайт оставил свои издевательства, дабы послушать позорное признание Миддэя.

— Я соврал вам. Соврал вам всем. На самом деле мы с принцессой Луной не пара, — такое заявление заставило всех удивленно вздохнуть, а Миддэя стыдливо опустить голову, — Да, все так и есть. Я хотел показаться лучше, чем являюсь на деле, а в итоге сделал только хуже. Мне все равно, что вы будете думать обо мне, но я не хочу, чтобы вы дурно думали о принцессе Луне. Она тоже является жертвой моего обмана и ни в чем не виновата. А потому, когда она вернется сюда, я хочу, чтобы вы продолжали относиться к ней с должным уважением. Больше я ничего у вас не прошу.

Единорог отставил микрофон в сторону и посмотрел на умолкнувшую толпу. Пони стеклянными глазами таращились на Миддэя, который ждал их реакции, которой все никак не было. Казалось, что все так и останется, пока пони не скроется со сцены, как вдруг тишину разорвал наиболее дерзкий из голосов.

— Фу, грязный лжец! Как у тебя хватило совести врать нам всем прямо в глаза!

— Да, вот именно! Кто вообще занимался твоим воспитанием!

— Негодяй!

— Обманщик!

Аристократы все, как один разразились осуждающим гулом и Миддэй, прижав уши к голове, уже ждал, когда в него начнут лететь камни и прочий мусор. Казалось, что ситуация хуже некуда, но любезный старший брат все же вызвался это исправить.

— Ну, народ, не надо устраивать балаган! Будто бы от Миддэя можно было ожидать чего-то другого? – с усмешкой произнес Миднайт, — Я вам уже говорил, что ему до приличного общества, как пешком до луны! Разве я стал бы вам врать… в отличие от моего никудышного братца, ха-ха-ха?

Пока все отвлеклись на очередную порцию скверного юмора Экскьюзита, Миддэй поспешил сойти со сцены и, обойдя толпу как можно более дальней дорогой, пошел обратно к замку. Тем временем Миднайт заканчивал свою развлекательную программу и подводил все к началу показа мод, который унял буйствующие настроения пони. Все устроились по своим местам с бокалами и театральными биноклями, праздник продолжался.

Когда музыка играла во всю силу, а роскошно разодетые пары щеголяли по подиуму взад-вперед, из лабиринта показалась принцесса Луна. Выбежав на середину сада, кобылка осмотрелась вокруг и, не найдя того, что искала, пошла к первому же попавшемуся пони, которой оказалась дама средних лет в большом и неудобном платье с павлиньим хвостом.

— Простите, вы не видели тут Миддэя? – поинтересовалсь принцесса.

— Ах, этого мелкого плута? Хах, конечно же видела. Все видели, — с важным видом произнесла кобыла, обмахивая себя веером, — Он с позором ушел куда-то в замок. Забудьте о нем, дорогуша! Лучше присоединяйтесь к нам на показе! Это будет очень…

Оттолкнув пони в сторону, из-за чего та едва не свалилась на землю, аликорн устремилась в замок. На дворе стояла глубокая ночь и вся прислуга уже разошлась по домам или своим комнатам. Одни лишь стражи непреклонно стояли на постах, словно гранитные статуи.

Немного порасспрашивав стражников и порыскав по коридорам и залам, Луна нашла искомого пони. Миддэй сидел на скамейке в холле замка, поникший и удрученный. Рядом с ним лежало распечатанное письмо, которое, очевидно, сделало вечер жеребца только хуже. Грустно поглядев на своего незадачливого ухажера, принцесса осторожно подошла к Саферу, который заметил ее, но не стал даже поднимать взгляда.

— Эм… можно присесть? – неловко начала разговор Луна, ткнув на скамейку копытом.

Немного помедлив, Миддэй молча подвинулся в сторону, уступив принцессе достаточно места. Та присела рядом, продолжая смотреть на него.

— А что у тебя там за письмо? Если не секрет? – Луна не знала, как лучше начать разговор, а потому спрашивала о всем, что могла найти глазами.

— Письмо от жены. От бывшей, — убитым голосом ответил единорог, — Миднайт подсуетился и отправил ей письмо о том, что мы с вами якобы встречаемся. Она оказалась в ярости, разорвала со мной все отношения, а мой «любимый» братец тактично предложил ей уехать вместе с ним в Мэйнхеттен завтра утром.

— Ох! Сочувствую тебе, Миддэй, — кобылка хотела было приобнять жеребца, но решила пока не трогать его, чтобы не смущать его еще больше.

— Между нами и так были натянутые отношения, но я не думал, что все закончиться… вот так, — смяв ответное письмо от жены, Сафер яростно бросил его подальше от себя, — Что вы тут делаете, принцесса? Вечеринка в самом разгаре. Идите, развлекайтесь! Вас там никто не осудит.

— Ну… как видишь, я потеряла свое вечернее платье, так что… — пожав плечами, ответила принцесса, обняв себя передними копытами.

На улице уже холодало, а в холле было ничуть не теплее, чем снаружи. Обратив внимание на дрожащий вздох аликорна, Миддэй все же поднял на нее глаза и, немного поразмыслив, встал на ноги, осмелившись продолжить разговор.

— Это, конечно, не платье, но хотя бы будет потеплее, — жеребец снял свое полупальто, отряхнул его от грязи и осторожно укутал в него принцессу, которая без нотки сомнения приняла жест доброй воли.

— Спасибо, — Луна благодарно кивнула и улыбнулась, отчего Миддэй грустно улыбнулся в ответ, — Послушай… м-м-м…

— Что?

— Не хочу показаться бестактной, но… вся эта история с любовной парой… ты ее придумал исключительно для того, чтобы утереть нос своему брату?

— Ну… ну, да. Само собой! Разве я смел подумать о чем-то еще? – смущенно ответил Миддэй, которому в голову еще не приходили такие мысли, — А почему вы спрашиваете?

— Просто я отлично знаю, каково это, жить с несносной родней, — стыдливо хихикнув, произнесла богиня ночи, — Раньше я терпеть не могла арахисовую пасту и Селестия, мне на зло, постоянно на завтрак намазывала себе бутерброды с арахисовой пастой и ела их исключительно рядом со мной. Иногда она даже добавляла в мои блюда арахисовую пасту. Говорила, что ничего другого в замке больше нет. В итоге мне это надоело, и пока Селестия спала, я выкрала всю арахисовую пасту из всех близлежащих городов, выбросив ее в какое-то ущелье. Тогда в народе все начали рассказывать байки про лесных пони с острыми ушами, которые похищают арахис и… хе-хе, много же проблем я тогда нажила на всю Эквестрию.

— Хе-хе-хе, да уж. Принцесса, она такая, — кивнул Миддэй.

— Я хотела сказать, что не держу на тебя зла. Мы все совершаем ошибки, а друзьям надо прощать ошибки, разве нет?

— Да. Думаю, вы правы, — покраснев, произнес Сафер, — Что ж, думаю, мне пора идти домой. Завтра ведь снова на работу.

— Эх. Да уж, неудачный вышел вечер. Я планировала развлекаться до самого рассвета, но, видимо, придется идти в свою постель. Общество аристократов меня что-то не прельщает, — Луна встала со скамьи и медленно направилась в свою комнату.

Миддэй тоже собирался было пойти к выходу из замка, но он обдумал только что сказанные слова принцессы и его осенило. Он понял, что принцесса сказала далеко не все, что хотела, и вряд ли бы ей хватило уверенности сказать это здесь и сейчас. Для скромного жеребца это казалось каким-то сюром, он не мог поверить в происходящее, но из-за… уважения к принцессе он так же не мог просто взять и уйти, даже не попрощавшись. Набрав воздуха в грудь, единорог отключил на секунду мозг и выпалил первые пришедшие на ум слова.

— Но, знаете… если у вас нет планов, то мы могли бы прогуляться по городу. Как… друзья, разумеется!

— Как друзья? – по-доброму усмехнувшись, сказала Луна, развернувшись к жеребцу, — Ну, раз так, то почему бы и нет… друг.

Подойдя к Саферу, аликорн протянула ему копыто, мягко и тепло посмотрев ему в глаза. Очарованный этим взглядом, пони взял свою спутницу за копыто и они вместе направились к сияющим улицам Кантерлота. А за всем этим с упоением смотрела принцесса Селестия с Нервусом, которые все это время стояли за углом и слушали разговор двух пони.

— Ах, разве они не очаровательны? – романтическим тоном произнесла богиня солнца.

— Да уж, парочка, как на картинке, — согласился седовласый жеребец, — Кто бы мог подумать, что безумная авантюра закончиться… вот так.

— Я подумала, — как бы невзначай сказала Селестия, переполошив Нервуса.

— Минутку… что?

— Ну, мы с Миддэем договорились об этом никому не говорить, но тебе-то можно! На самом деле весь этот план с постановкой был моей идеей, — от такого заявления у жеребца буквально отвисла челюсть и появилось миллион вопросов одновременно.

— Что? Зачем? Как? Почему? И когда?

— Когда Миддэй бежал к тебе в столовую, мы пересеклись с ним в коридоре. Я волновалась за него и он рассказал о своем брате, вечеринке и прочем. Этот дурачок не придумал ничего лучше, чем инсценировать свою смерть путем падения на него декорации в виде полумесяца, но я повернула его на нужную тропу, — гордо рассказала принцесса.

— Но… но… но как вы сами к этому пришли?

— Очень просто. Все дело в Луне, — в этот момент Селестия пригрустнула, словно вспомнив что-то печальное, — Все думают, что она вся такая отрешенная одиночка, таинственная пони, что сидит в своих чертогах и думает о вечном. Но на самом деле она обычная пони, как и все. Ей до сих пор стыдно за то, что она делала, будучи Найтмер Мун, и потому ей достаточно тяжело заводить новые знакомства. Ей не хватает простой уютной компании, в которой ей было бы хорошо, и я подумала про Миддэя. Они достаточно давно знают друг друга, и между ними высекалась какая-то искра. Надо было только дать повод огню разжечься, понимаешь?

— Ого, — уважительно прошептал Нервус, глядя на Селестию, — Принцесса, признаюсь, я от вас такого не ожидал.

— Никто не ждет. В этом то и вся прелесть. Моя жизнь слишком длинна, чтобы вечно ходить с умной миной, — сладко зевнув, принцесса потянулась одним копытом и опустила его на плечи Нервуса, который вздрогнул от неожиданного прикосновения, — Ну, что ж, днем у нас так и не получилось пообедать наедине. Давай хоть поужинаем!

— Оу, принцесса, прошу простить, но я уже собирался домой, — жеребец попытался проскочить под копытом, но оно крепко вцепилось в тело пони.

— Поздно! Ох, день был такой насыщенный! Мне надо тебе столько всего рассказать! – с этими словами Селестия силой повела своего советника к себе, и никакие мольбы или сопротивление не могли ему помочь.

— Нет, принцесса, ну, пожалуйста, войдите в положение! Мне завтра рано вставать! У меня спина затекла! Я хочу полежать!

— Я найду тебе постель, не переживай!

— Нет, я лучше бы пошел домой!

— Не отпирайся!

— Пожалуйста, не надо! Я не хочу, честно! Я буду слушать вас завтра хоть целый день, прошу, отпустите меня! Принцесса! Принцесса-а-а!

* * *

Камера медленно отдалилась от громадного экрана на стене и взяла общий план телестудии. Зрители радостно свистели и топали копытами, яркие огни сияли везде, где только можно, а в кресле ведущего вальяжно расположился довольный собой и (своим) шоу драконикус, который был доволен увиденной концовкой.

— Что ж, друзья мои, надеюсь, вам понравился этот выпуск! Он вышел несколько больше, чем раньше, но мы с вами сделаем вид, что это было сделано специально, дабы компенсировать долгий перерыв между выпусками. Сможет ли детектив Пай одолеть злобного Трюфельда и узнать тайну личности Серебряного призрака? Чем кончится история Миддэя и Луны? И сколько нам, черт возьми, ждать следующего выпуска? На все эти вопросы вы узнаете ответы уже совсем скоро (не факт), но в честь почти что юбилейного восьмого выпуска я дам вам ответ на один из вопросов! А точнее четыре ответа!

Изображение на экране сменилось на четыре таблички, на каждой из которых была своя буква.

— Итак, вариант А – через полгода, не будем нарушать традиции, ха-ха-ха! Вариант Б – в канун дня горящего очага, как оригинально, не правда ли? Вариант В – в день сердец и копыт, у-ля-ля! И вариант Г – креативный отдел так из себя ничего и не выдавит, и нам придется делать спин-офф про них . Думаю, вы все доГадываетесь, какой вариант выбираю я. А на этом все, еще увидимся в нашей Гротескной Эквестрии, а может и нет! До скорых встреч!

## С днем горящего очага, человеки!

Мягкий декабрьский снежок медленно падает крупными хлопьями на землю, ветерок изредка гоняет снежинки взад-вперед, пони весело поздравляют друг друга с праздником, украшают дома, дарят друг другу подарки, поют и веселятся, позвякивая бубенцами. Любимейший праздник всех пони, от мало до велика, День горящего очага, наконец, настал и все с нетерпением ждали наступления полуночи, чтобы торжественно, фанфарами и фейерверками, встретить новый год, который обязательно должен был стать лучше предыдущего.

Каждый житель Эквестрии был поглощен предпраздничной суетой. Кто-то, сломя голову, обшаривал магазины игрушек, бижутерии и сувениров в поисках подарка, кто-то подбирал идеальную елку, которые волна покупателей сметала за считанные минуты, кто-то составлял огромные списки покупок, дабы порадовать домочадцев прекрасным вечерним ужином и лишь жеребята задорно играли и веселились, наполненные волшебным духом чудесного праздника. Впрочем, никакие передряги и невзгоды не омрачали пони. В этот день все воспринималось не как проблема, а как веселая неурядица, ведь каждый прохожий был готов помочь пони, которого даже никогда не знал, и получал заслуженную благодарность в ответ. День горящего очага был праздником дружбы и любви, без которой бы не было и самой Эквестрии. Все это чтили и строго блюли, радуя себя и близких.

Но вот мы переносимся с заснеженных улиц Понивиля в одно крайне важное для нашей истории место. Место, где мы уже были, но которого так давно не видели. Небольшая уютная комнатка, растопленный камин, в котором тихо потрескивали поленья, большой красное кресло, потершийся от времени, но все еще весьма мягкий и уютный, и на нем же был постелен шерстяной плед, дополняющий и без того идеальную картину. На столике справа от кресла источала пар кружка со свежесваренным какао в котором плавали сверкающие драгоценные камни, а зачинщик всего этого заканчивал свою безтягостную работу. Сняв оставшуюся в дальнем углу паутину, фиолетовый дракончик облегченно выдохнул, скинул с себя рабочий фартук и запрыгнул на кресло, которое промялось под весом дракона, обволакивая того своей мягкостью.

— Хех. Ну, привет. Не так часто мне удавалось становиться рассказчиком или типа того, но у всех должен быть свой звездный час, не так ли? — произнес Спайк, взяв со столика большую книгу, наполненную всевозможными увлекательными историями, — День горящего очага — это большой праздник для всех пони и не только, а потому я, великолепный Спайк, приготовил для вас одну увлекательнейшую историю. Про преодоление невзгод, дружбу, самопожертвование и любовь, которые всегда приводят к хорошему финалу. Может, я и не буду слишком оригинален, но обещаю, что эта история…

— О, Спайк! — внезапно в комнату вошел Дискорд, одетый в шерстяной зеленый свитер с оленями и елями, — Ты решил не только убраться в комнате, но и согреть мне место? И даже какао мне приготовил! М-м-м, с сапфирами и рубинами, мое любимое…

— Эй, вообще-то…

Вдруг книга в лапах Спайка начала дрожать и злобно рычать, а через секунду и вовсе набросилась на дракона, оскалив ряд острых зубов. Завопив, Спайк бросился наутек от плотоядного букинистического издания, а драконикус спокойно занял его место, с упоением отхлебнув из кружки.

— Погладь ее по корешку и она успокоиться! — с легкой улыбкой на лице крикнул Дискорд убегающему вдаль дракону, после чего тихо добавил, — Может быть… В любом случае, мы собрались здесь, чтобы послушать веселую и поучительную историю в честь Дня горящего очага, не так ли? Вам очень сильно повезло, что я проходил мимо и милостиво сменил угрюмого Спайка на неподражаемого меня. Я побывал в миллионах мирах и видел много всякого, поэтому мне определенно есть, что рассказать, но чтобы не перегружать ваши головы непонятными нормальному человеку отсылками, мы остановимся на этом мире. А конкретно на наших главных героях, чтобы вам было легче вникнуть в суть повествования, иначе зачем эти главные герои вообще нужны, ха-ха-ха!

Итак, начнем с чего-нибудь более… привычного. Однажды, в начале Дня горящего очага, в замке Кантерлота развернулась крупномасштабная подготовка к празднику…

* * *

Молодой жеребец, наливший себе горячую кружечку кофе, медленно прошелся по коридору замка, любуясь тем, как холодные гранитные стены сияли красками от гирлянд, мишуры и прочих украшений, которые так любили все пони в Эквестрии.

День горящего очага был одним из любимейших праздников принцессы Селестии, которым она хотела поделиться со всеми своими подопечными, а потому с самого утра все сотрудники в замке были освобождены со своих рабочих мест, дабы общими силами привести замок в праздничный вид. Конечно, многие бы предпочли этому спокойный выходной день дома, но не рисковали высказывать это принцессе в лицо, на что были весьма веские причины.

Миддэй был в числе хорошо осведомленных о характере принцессы пони, а потому первым явился исполнять свои праздничные обязанности. Не от большой любви к тяжелому физическому труду, конечно, а благодаря тому, что в этот день в замке происходило особенно много интересных вещей.

— Эй! А-а-ану прекратите трясти лестницу!

— Мы пытаемся! Давай уже, заканчивай поскорее!

— А я чем, по вашему, занимаюсь? Если будете так шатать лестницу, то будем сидеть тут до послезавтра!

— Меньше слов, больше дела, черт возьми! У меня спина ноет почти так же сильно, как ты!

— Может, мне стоит спуститься и ты скажешь мне это в лицо?

Дойдя до конца коридора, единорог подошел к перилам разветвленной лестницы, которая выводила в главный холл. Именно здесь каждый год ставили огромную ель, достигающую самого потолка, и на ней развешивали самые красивые и яркие игрушки, которые только можно было найти. Любоваться богато украшенным древом можно было долго, если бы картину не нарушали несколько жеребцов, один из которых стоял на самой вершине приставной лестницы с коробкой елочных игрушек, а остальные держали ее снизу, то и дело пошатываясь из стороны в сторону.

— Хе-хе-хе, неужели всех пегасов разослали делать праздничные фигуры из облаков? — спросил Миддэй, прислонившись на перила.

— О, привет, Миддэй, — знакомый с прошлого места работы помахал единорогу копытом, отчего лестница мигом оторвалась от ствола дерева, наполнив холл испуганными криками и недовольным бубнежом, — Ого, выглядит опасно. Смотри не побей игрушки, приятель, их все делают на заказ, только для принцессы! О, и не забудь надеть лучезарную звезду на вершину, иначе все усилия будут потрачены зазря.

— Если ты такой умный, то может сам поднимешься сюда и сделаешь все правильно? — вспылил наряжающий, обернувшись к Миддэю, отчего только что приставленная обратно лестница вновь начала крениться в сторону.

— Если я сделаю все сам, то вы так ничему и не научитесь, ха-ха-ха! — весело засмеялся жеребец, еще больше выводя всех из себя.

— Миддэй! — раздался хорошо знакомый крик, которые пони слышал гораздо чаще, чем спокойный голос.

— Привет, Нервус! Счастливого Дня горящего очага! — поприветствовал с поздравлениями приятеля единорог, пусть у него настроение и не было праздничным, — Что опять не так? Кондитеры покрасили карамельные палочки в красно-белый вместо бело-красного?

— Оставь свой сарказм и ответь на вопрос! Ты купил принцессе Селестии подарок? — запыхавшись, спросил Нервус, держась за средце.

— Нет. А должен был? — произнес Миддэй с поднятой бровью.

— Ты не купил? — в панике закричал жеребец, едва не свалившись на пол, — Ну, все. Мы пропали. Нам конец…

— Да объясни ты толково, в чем дело? — потребовал ответов Сафер, как вдруг центральные двери в замок резко распахнулись, и в холл влетела богиня солнца в красной шапке с белым помпоном и толстым красным мешком.

— Хо-хо-хо, с наступающим праздником вас, пони! — божественно громким голосом заявила аликорн, отчего перепуганные держатели лестницы резко отпустили свою цель, лестница свалилась вниз, а стоявший на ней повис на еловой ветке, жалостливо дрыгая задними ногами, — Знаю, знаю, вы все в предвкушении от того, какую же отпадную вечеринку я приготовила для всех вас к вечеру и скоро вы об этом узнаете, а пока, чтобы скрасить ваши ожидания, я решила подарить своим любимым подданным лучшие подарки!

Те немногие, что смотрели за всем этим, стали неуверенно радоваться и салютовать, а кто-то и вовсе попытался смыться подальше в ожидании чего-то плохого. Именно один из таких жеребцов, что до этого спокойно развешивал гирлянды на витражах, и стал первым счастливчиком, на которого упал глаз богини.

— Э-э-эй, я тебя знаю, ты… эм… тебя же зову-у-ут…

— Памфлет, мэм, — стеснительно пропищал пони, вздрогнув от упавшего на плечи копыта Селестии.

— Ну, конечно, Памфлет из отдела кадров, как же я могла забыть, ха-ха-ха!

— Я ваш гонец. Мы видимся раза четыре за неде…

-Вот твой подарок, Памфлет! — в лицо пони влетела ярко-красная коробка, перевязанная белой лентой, — Набор для ухода за крыльями, чтобы твои перышки всегда сияли и лоснились!

— Эх. Спасибо, — смиренно поблагодарил пони, у которого не было ни крыльев, ни рога, из-за чего он часто впадал в глубокую прокрастинацию.

— О, не благодари! А лучше скажи мне на ушко, по секрету, какой подарок ты подготовил для своей любимой принцессы? — прошептала Селестия, склонившись к жеребцу, который сжался, как только мог.

— Ох, ну, знаете, сегодня было столько работы, я так замотался, что совсем забыл купить подарки. П… простите…

— О, ничего страшного! Более того, для таких, как ты у меня есть еще один, особенный сюрприз! Держи! — богиня солнца протянула земному пони золотой билет, красиво переливавшийся на свету.

Поглядев сначала на аликорна, а затем и на второй подарок, Памфлет принял билет и принялся читать вслух то, что на нем написано.

— Кхм, кхм. Поздравляем, вы являетесь счастливым обладателем безлимитной путевки на… луну?

— Да! Удачных каникул! — кивнула Селестия, и опешивший жеребец исчез в яркой солнечной вспышке, — Что ж, продолжим! Кто следующий? Не стесняйтесь, подходите ближе, подарков хватит на всех…

— Ну, как тебе перспектива провести новогодний уикенд на луне? — сглотнув, спросил Нервус, наблюдая за вручением подарков.

— Принцесса Луна рассказывала, что там было не очень, — добавил Миддэй и, переглянувшись с приятелем, оба пони ринулись к ближайшему выходу из замка, как вдруг богиня солнца появилась у них прямо перед носом, отчего те врезались в нее и попадали на пол.

— О, ребята, вы тоже здесь! Отлично! Давайте ка посмотрим, что у меня есть для вас!

— Простите нас, принцесса! Мы очень спешим, — глупо улыбаясь, произнесли друзья, медленным шагом обходя копошащуюся в мешки принцессу и стоило им только вновь побежать к выходу, как аликорн снова оказалась впереди, будто всегда там и стояла.

— Спешите? Куда это? — дружелюбно поинтересовалась Селестия, не спуская глаз с Миддэя и Нервуса, — Единственное, за чем сейчас можно спешить — это за подарками, но я уверена, что вы достаточно дальновидные пони и купили их заранее. Ведь так?

— Пф, само собой! За кого вы нас держите! — махнув копытом, произнес Сафер, пытаясь сдержать дрожь в коленях.

— Ха-ха-ха, ну, конечно! Разве можно в вас сомневаться! Итак, что же у вас для меня есть?

— Ох, ну, как вам сказать… этот подарок, он…

— Ну, это очень хороший подарок! Он настолько ценный, что мы…

— Мы не рискнули брать его с собой, чтобы его не сломали или не украли!

— Да! Вот именно!

Жеребцы держались стойко и из последних сил сохраняли спокойствие под прожигающим взглядом принцессы, полным некой подозрительности. Но, наконец, Селестия расслабилась и лишь весело рассмеялась, а друзья поддержали ее своим нервным смехом.

— Оу, ребята, вам не стоило так беспокоиться насчет подарка, честное слово! Я бы не расстроилась, даже если бы вы у вас его не было!

— Серьезно? — выкрикнул кто-то из толпы, после чего испарился так же, как и бедолага Памфлет.

— Не хочу вас утруждать сохранением этого ценнейшего подарка, так что давайте так. Я пока раздарю подарки остальным, а вы сходите и принесете мне свой, после чего я подарю вам свои! Идет?

— Да! Отличная идея! — радостно воскликнул Нервус.

— В таком случае, не будем долго заставлять вас ждать! — с этими словами Миддэй с силой подтолкнул приятеля в сторону ворот и они вместе побежали на улицы Кантерлота.

На улице начинало темнеть и через час солнце должно было окончательно закатиться за горизонт. В это время все магазины в Эквестрии уже пустовали, а их хозяева расходились по домам с полными кошелями выручки. Особенно остро это касалось магазинов игрушек, ювелирных лавок, кондитерских, бутиков и прочих магазинов, где покупались подарки для детей и взрослых, отчего перед Миддэем и Нервусом становилась непосильная задача, и с каждой пройденной минутой шансы на нахождение достойного подарка стремились к нулю.

* * *

Сладко зевнув, усатый старичок посмотрел на башенные часы, которые пробили восемь часов вечера и понял, что пора собираться. Знать в Кантерлоте была без ума от диковинных и чудаковатых вещей, особенно если на них висел большой ценник, а потому декоративные и экзотические растения в отдельных сосудах, коими старик торговал уже не первый год, всегда разлетались, как горячие пирожки. С наступлением праздников ажиотаж вокруг этих безделушек лишь возрастал и всего за пару часов пони распродал весь свой товар. На прилавке осталась лежать лишь одинокая бирюзовая роза, с которой спал первый лепесток. Прекрасное напоминание того, что пора было закругляться.

— Эй! Стойте! — вдруг раздался панический крик, заставивший торговца остановиться.

Укутанный в шарф Миддэй подбежал к почти пустому прилавку, держась за мучимый покалыванием бок.

— Вы еще открыты? Отлично! Дайте лучшее, что у вас есть, — протороторил жеребец, попутно выкладывая толстый мешочек с монетами.

— Простите, это все, что осталось, — спокойным тоном произнес старик, указав на увядающую розу.

— Вы уверены? Может, у вас завалялось что-то еще? Что угодно, я заплачу любые деньги! — взмолился единорог, вцепившись копытами в ногу торговца, — Пожалуйста, это вопрос жизни и смерти! Я не шучу!

— Простите, ничем не могу помочь! — вежливо, но настойчиво пони принялся отталкивать от себя жеребца и, когда у него это получилось, махом собрал все свои вещи в чемодан и поспешил уйти от слишком навязчивого клиента.

— Стоять! Стой, кому говорю! — послышался приближающийся вой Нервуса, полный неподдельной агрессии, — Я только поговорить хочу! Я ничего тебе не сделаю! А ну стой, козел!

Мимо прилавка пробежал молодой земной пони, несущий на спине внушительную коробку с подарком, а за ним следом несся разгоряченный единорог, обливаясь потом и вспенившейся слюной. Несмотря на не слишком впечатляющие физические навыки, нервус несся за своей жертвой, словно гепард и постепенно догонял жеребца, но в последний момент тот запрыгнул в рядом стоящее пегасье такси, даже не открывая дверцы.

— Гони, гони, гони! — приказал везунчик, добывший подарок и пегас, встав на дыбы, понесся вперед, начав набирать высоту.

— Давай поговорим… как цивилизованные пони! — скрипя зубами, прошипел Нервус, успев зацепиться за лыжню саней.

— Отстань от меня, псих! — завопила жертва и принялась пихать своего агрессора в лицо.

В итоге единорог не удержался и кубарем полетел вниз, приземлившись прямо на снеговика, заменив его голову своим крупом. Миддэй, который все это время наблюдал за происходящим, подошел к снеговику и начал скрести живот снежной фигуры, в котором откопал перевернутую голову Нервуса.

— Ну, как успехи? — смирившись с поражением, спросил седовласый пони, поглядев на друга.

— Так себе, — так же понуро ответил Сафер, — Мы уже потратили много времени. Скоро принцесса начнет искать нас. Может, стоит вернуться, пока еще не поздно?

— Может, просто подарим ей тортик?

— Она подарила себе уже штук пять. И это только утром.

— Значит, мы пропали, — заключил жеребец, выбравшись из сломанного снеговика.

— Хм. Господа, я тут случайно подслушал ваш разговор. Вы ищите подарок? — откуда ни возьмись, перед друзьями оказался подозрительного вида жеребец в длинном черном балахоне, говоривший тихим шипящим голосом, — Возможно, я смогу помочь вам с вашей бедой.

— Вы серьезно? — радостно воскликнул Миддэй, но поспешил умерить свой пыл, — Ну, нам нужен не простой подарок, а такой, который не стыдно было бы подарить самой принцессе!

— Думаю, мы что-нибудь придумаем. Прошу за мной, — поманив приятелей копытом, жеребец направился в ближайший темный переулок.

Переглянувшись между собой, Миддэй и Нервус направились следом. В обычной ситуации они бы ни за что не поверили столь странному типу и обошли его дальней дорогой, однако, будучи в безвыходной ситуации, у друзей просто не оставалось выбора.

После недолгой прогулки среди забитых помоек и воющих бездомных кошек, троица дошла до непримечательной двери, над которой горел мигающий фонарь. Отперев дверь, незнакомец прошел внутрь, а затем и его клиенты. Жеребцам казалось, что они попадут в какой-нибудь грязный чулан, набитый хламом, но, к своему удивлению, оказались в небольшой уютной лавке, полки которой были доверху забиты самыми различными вещами, от разваливающихся в пыль фолиантов, до редчайших магических духов в бутылках и ранее невиданных насекомых.

— Добро пожаловать в мой магазинчик странностей! — поприветствовал гостей хозяин лавки, устроившись за прилавком, — Я люблю путешествовать в самые потаенные уголки мира и привозить оттуда самые различные вещи, которые собираю здесь. У меня закупаются самые известные алхимики, чародеи и коллекционеры, что с лихвой окупает любые мои затраты. Прекрасная жизнь, не правда ли, хе-хе-хе.

— Слушайте, это действительно интересное место, но…

— Вы торопитесь? Я знаю, — кивнул незнакомец, хитро улыбнувшись, — Я весь вечер наблюдал за тем, как вы кропотливо выбирали подарок для своей принцессы. Среди моих клиентов никогда не было богинь и их приближенных, потому я и пригласил вас сюда. У меня есть кое-что, от чего принцесса Селестия будет без ума, уверяю вас.

С этими словами пони порылся в закромах и с гордость вытащил сияющую скульптуру. Это был прозрачный кусок минерала на подставке, который расщеплял свет на все цвета радуги, но самое удивительное было то, что он вырос в форме аликорна с длинным рогом и расправленными крыльями, что не могло не впечатлять.

— Чистый горный хрусталь прямиком из края драконов. В незапамятные времена лучшие драконьи мастера добыли этот хрусталь и с поразительной аккуратностью вырезали эту фигуру богиням в знак своей дружбы. Таких фигур было две, из хрусталя и вулканического стекла. Вторая успешно добралась до получателя, а эта считалась утерянной до тех пор, пока я лично не нашел ее, ха-ха-ха! Это бесценный шедевр, второй такой вы нигде не найдете.

— Ого, — шокировано прошептал Миддэй, с упоением глядя на фигуру, — И… и сколько вы хотите за нее.

— Я не люблю торговаться, а потому не возьму больше, чем у вас есть. Все же, сегодня День горящего очага, нужно быть добрее к своим близким, хе-хе.

Не веря в свою удачу, пони без лишних вопросов бросили на прилавок все до последней монеты, немало порадовав торговца своим энтузиазмом. Поблагодарив покупателей, незнакомец начал упаковывать фигуру в подарочную коробку, а Миддэй с Нервусом едва ли не прыгали на месте, радуясь тому, что они нашли подарок, который даже не могли себе представить. Впрочем, как это всегда и бывает, счастье не могло длиться вечно.

Пока жеребцы кричали, прыгали на месте и обнимались друг с другом, по просторному помещению лавки разнесся гулкий скрип деревянной двери. От постороннего звука все тут же замерли на месте и уставились на слегка приоткрывшуюся дверь, из-за которой через несколько секунд появилось весьма необычное лицо. Черный, поблескивающий на свету пони с голубыми фасеточными глазами осторожно осмотрелся и, увидев, что магазин не пустует, неловко хохотнул, вжав шаю в хитиновый панцирь.

— Простите, тут открыто? М… можно войти? — на удивление обычным голосом пробурчал посетитель, как вдруг пони мигом влетел в помещение, распахнув дверь настежь, а следом в комнату забежал второй такой же жеребец, который был куда напористее первого.

— Так, у нас мало времени, так что во-первых — да, мы чейнджлинги! Во-вторых — нет, мы не будем устраивать тут злодейств или еще чего-нибудь. Нам нужна самая красивая побрякушка, которая только есть, сейчас же! — незванный гость топнул копытом по прилавку, вместе с тем обратив внимания на наполовину упакованную фигуру из хрусталя, — О, вот это подойдет! Сколько с нас?

— Эй, эй, эй! Мы уже заплатили за это! — возмутился Миддэй, опасливо приблизившись к существу, — Найдите себе что-нибудь еще! Тут полно всякого хлама!

— Вы пришли покупать подарок для своей королевы, не так ли? — поинтересовался торговец у чейнджлингов, первый из которых лишь с улыбкой покивал, — Что ж, боюсь, даже у меня нет так много сувениров, которые способны порадовать таких высокородных пони. Эта фигура единственное, что у меня было и эти джентльпони уже заплатили.

— Да, вот именно! — грубо бросил Нервус, прижав к себе подарочную коробку.

— Проклятье! Да чтоб вас всех! — гневно прокричал второй чейнджлинг.

— Ну, парни, пожалуйста, войдите в наше положение, — вклинился в разговор первый, боязненно припав к полу, — Королева не любит, когда ее подводят и уж тем более, когда ее подданные не приносят ей достойных даров. Она сильно разозлиться на нас! Пожалуйста, дайте нам эту фигуру! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Так, ладно, сколько вы за нее хотите? — второй оттолкнул своего приятеля в сторону, вернувшись к деловому тону беседы, — Мы заплатим вдвое больше! Втрое, если хотите!

— А у нас есть столько денег?

— Заткнись, Нимф! — пшикнул более старший товарищ своему младшему.

— Извините, но мы ничем не можем помочь, — заключил Сафер, подталкивая Нервуса с подарком к выходу, — Надеемся, что у вас все будет хорошо. Удачи, успехов и… все такое…

* * *

Громко хлопнув за собой дверью, пони выбежали на улицу и помчались как можно дальше от злополучного магазинчика. После появления настолько нежданных клиентов ни у Миддэя, ни у Нервуса не оставалось вопросов в том, почему лавка с таким многообразием товаров находилась где-то в закоулках Кантерлота. Впрочем, дело было сделано, и это было самым главным.

— Фух. Ты когда-нибудь видел чейнджлингов так близко? — тяжело дыша, спросил Миддэй у своего приятеля.

— Ну, когда они напали на замок несколько месяцев назад, я забился за трон и сидел там, пока меня не нашел уборщик, так что… — стыдливо признался советник, — Слушай, может, уберемся отсюда поскорее. Вдруг эти двое пойдут за нами.

— Да уж, от этих злодеев всего можно ждать. Идем, — кивнул единорог и, стоило ему развернуться, как он едва не врезался в милую старушку в чепчике, которая дрожащими ногами ковыляла по дороге.

— Добрый вечер, молодой жеребец. Не подскажете, как мне пройти к ближайшей цветочной лавке? — затягивая каждую букву, спросила пожилая кобыла.

— О, простите, мэм, но, боюсь, вы опоздали. Все магазины уже закрылись.

— Не-е-ет, не может быть. Я уверена, что цветочный работает до девяти. По моему он налево через дорогу, так?

— Нет, он совершенно в другом квартале.

— Правда? Может, вы сможете меня отвести туда?

— Миддэй! — беспокойным тоном окликнул Нервус.

— Знаю, знаю, — бросил жеребец, не глядя на приятеля, и склонился у старушки, — Слушайте, мы с другом торопимся, так что давайте я вам просто объясню. В общем, дойдете до дороги и свернете направо. Дорога освещена фонарями, вы не заблудитесь…

— Эй, братишка, твой план сработал, они повелись! — внезапно заявила кобыла, заглянув за плечо единорога, — Как там у тебя дела?

Друзья одновременно оглянулись и увидели старшего чейнджлинга, который осторожно вытягивал подарок из-под копыта Нервуса.

— Аргх, придурок! — яростно завопило чудовище и, оттолкнув советника принцессы пинком, схватило подарок и помчалось вспять.

— Эй! Хватай е… — в лицо Миддэя влетел чепчик и младший чейнджлинг устремился за братцем, пытаясь догнать его изо всех сил.

— Миддэй! Они уходят с нашим шансом на выживание! — заистерил Нервус, топчась на месте, — Быстрее, за ними!

Собравшись с мыслями, жеребцы устремились следом за похитителями, которые не уступали им по скорости. Благо, на улице валил снег и насекомоподобные крылья чейнджлингов в такую погоду им ничем не помогали, а потому погоня велась на равных.

— Брат, смотри! Там стражники! Побежали, затеряемся среди них! — воскликнул Нимф, указав на перекрестке в левую сторону, где по дороге шла группа королевских стражей.

— Ты совсем мозги отморозил? — рявкнул второй монстр, дав затрещину первому.

— Стража? Стража! Тут чейнджлинги! Ловите их! — закричал Миддэй, услышав диалог братьев.

Бешено зарычав, старший брат схватил младшего за ухо и потащил его вправа, где тоже виднелся выход из сети переулков, а к Нервусу с Миддеем присоединилась еще и дюжина воинов, которые, толкаясь и пихаясь, побежали по тесному переулку. Впрочем, толку от подкрепления оказалось немного, ведь стоило догоняющим выбежать на большую улицу, как беглецов и след простыл. И даже следы на снегу путались со следами прохожих и утопали в снегу.

— Проклятье, они скрылись! Теперь мы их никогда не найдем! — с досадой воскликнул советник, пнув кучку снега и уселся на заснеженную скамейку, — Сколько у нас еще времени? Может, мы успеем сбежать из страны?

— Сбежать от Селестии? Если бы не обстоятельства, то я бы посмеялся, — невесело произнес Сафер, присев рядом, — Ну, может, мы найдем в лавке того чудака что-то еще?

— Мы ничего не найдем, мы обречены! — едва не рыдая, ответил Нервус, — Мы… мы в полной… по… апчхи! В полной…

— Будьте здоровы.

— Спасибо. Так вот…

В один момент все затихли и друзья молча подняли головы вверх, в сторону третьего голоса. Поначалу никто в это не поверил, но чейнджлинги действительно решили, что забраться на вершину фонарного столба было бы лучшей идеей из всех, что у них были. Разочарованно вздохнув, старший брат отвесил еще один подзатыльник младшему и бросил его прямо на своих преследователей. С испуганным криком чейнджлинг свалился на Миддэя, а Нервус, спохватившись, продолжил бежать за старшим братом. К тому времени стражники начали идти обратно, но, услышав крики и звуки борьбы, так же вернулись к погоне за нарушителями спокойствия.

— Отдай подарок, пока я тебе панцирь не помял! — с удивительной уверенностью пригрозил советник, чуть-чуть не догоняя своего соперника.

— Сначала догони, неудачник! — развернувшись, бросил чейнджлинг и хотел было подразнить Нервуса языком, как вдруг на полном ходу влетел на заледеневший участок дороги.

Попытки удержаться на ногах оказались тщетными и, подкинув коробку вверх, чейнджлинг свалился на живот, а Нервус что есть сил прыгнул на спину беглеца, успев поймать хрупкий подарок до падения, но вместе с тем толкнул монстра вперед, покатившись на нем сверху по скользкому льду.

— Братишка! Я тебе помогу! — испуганно крикнул Нимф, однако и сам добился лишь того, что, выкрутив пируэт, свалился на спину.

При виде всего происходящего, группа стражником мгновенно затормозила перед скользким участком, вот только Миддэй всего осознать не успел и на бегу врезался в переднего воина, отчего тот полетел на лед и, словно шайба в керлинге, толкнул младшего чейнджлинга, устремив его вперед. Дорога на этом участке как раз уходила по склону вниз, а потому скорость скольжения росла в геометрической прогрессии.

— Впереди поворо-о-от! — завопил старший брат, глядя на то, куда он катится.

И действительно, в сотне метров впереди была витрина магазина, за которой красовались ножи, вилки, тарелки и прочие столовые приборы, красиво разложенные на полке, а потому мотивации скооперироваться и избежать столь болезненного столкновения прибавилось у обоих пони. Не жалея копыт, Нервус вцепился задними копытами в землю, пытаясь затормозить, но добился лишь того, что катящийся чейнджлинг потерял всякий контроль над телом и начал с бешеной скоростью крутиться по кругу. Впрочем, это помогло и в этом хаотичном движении парочка повернула в другую сторону как раз вовремя. Вот только впереди на сей раз оказался мост через небольшую речку, в перила которого пони и врезались. И при ударе коробка с подарком выскочила из копыт Нервуса, упав прямиком в бурно текущую воду.

— Эм… а та штука в коробке может испортиться из-за воды? — опасливо спросил чейнджлинг, глядя на плывущий по течению подарок.

— Ну, если он обо что-то удариться, то да, — ответил Нервус.

— А он может обо что-то удариться?

— Еще как.

После недолгого разговора пони вмиг забыли о вражде и, переьравшись через перила, побежали по ухабистому берегу за заветной коробочкой. Сугробы на берегу скопились немалые и копыта утопали все глубже в снегу, не говоря уже про многочисленные кусты и деревца, но жеребцы, не обращая внимания на преграды, бежали за подарком. Впереди уже виднелись торчащие со дна ручья камни, готовые размолоть промокший картон с его содержимым вдребезги, а потому пони спешили, как только могли.

— Имаго! Бра-а-ат! — вдруг раздался знакомый крик с другого берега, на котором стоял младший чейнджлинг, махая копытом, — Я тут! Я нашел тебя! Как я могу помочь тебе, братишка? Я…

— Нервус! — вдруг подскочил Миддэй, толкнув соперника в огромный сугроб, — Ты что там делаешь? И где подарок?

— Плывет навстречу смерти! Помоги мне! — крикнул в ответ советник, указав на плывущую коробку, которая медленно шла ко дну.

Завопив от ужаса, Сафер тоже помчался к подарку и ему это давалось куда легче, ведь второй берег был расчищен для прогулок и именно поэтому эта речка была не заморожена зимней стужей. Понимая, что такими темпами до подарка первым не добраться, Имаго запрыгнул на спину Нервусу, повалив того в снег, и прыгнул вперед, дав себе небольшую фору. От обиды и злости седовласый жеребец принялся бросаться в противника снежками, пусть от этого и было не слишком много пользы.

— Да ты серьезно? Прекрати! — возмутился старший брат, прикрывая голову от снежного обстрела.

— Ты подлый трус! Сражайся честно! — потряся копытом, произнес Нервус.

— Честность для неудачников! — высказался Имаго и пнул задними ногами по дереву, обвалив весь упавший на него снег прямиком на соперника.

Пока Нервус выбирался из-под снежного завала, его соперник успешно сравнялся с заветным подарком, который вот-вот должен был удариться об острые камни. К счастью, в паре метров впереди виднелось покосившееся над рекой дерево, к которому и рванул уставший, но полный мотивации чейнджлинг. Проворно вскарабкавшись на ствол дерева, пони склонил его как можно ниже к водной глади, и в последний момент все же успел поймать коробку, которая все еще была в приемлемом состоянии. Но радость длилась недолго, ведь подарок тут же окутало чужое левитационное поле, которое потянуло его на другой берег реки, в сторону Миддэя, что все это время шел по следам.

— Это наш подарок! Отдай его сюда! — потребовал жеребец, попутно отламывая одну из веток, которой принялся бить похитителя по голове.

— Мы предлагали вам решить все по хорошему! Вы выбрали по плохому! — огрызнулся Имаго, после чего ловко поймал летящую ветку зубами, не забывая тянуть коробку в свою сторону.

— Эй! Мы с тобой еще не закончили! — гневно воскликнул Нервус, который выбрался из-под сугроба и бежал по уже протоптанным следам за похитителем, однако не справился с толстым слоем снега и, вместо того, чтобы запрыгнуть на согнувшийся ствол дерева, оступился и воткнулся в него рогом.

— Братишка! Держись, я тебя спасу! — к куче мале подоспел и Нимф, своим героическим возгласом выдав свое появление.

Как следует разбежавшись, чейнджлинг набросился на Миддэя, но тот успел вовремя отойти в сторону и пони приземлился прямиком в водную гладь, начав беспомощно барахтаться в воде.

— Помогите, помогите! Я тону! Тону-у-у! — закричал младший брат, уносимый течением вниз по реке.

Скрипя зубами, Имаго смотрел на это зрелище и, в последний раз зажмурившись, отпустил подарок и прыгнул в реку, пытаясь поспеть за непутевым братцем. В свою очередь Сафер, заполучив наконец, подарочную коробку, поспешил обратно к мосту вместе с Нервусом, который с большим трудом, но вытащил себя из столба.

— Имаго! Брат! Я… я не могу! У меня больше нет сил держаться! — запыхавшись, званыл пони, у которого над водой торчало лишь одно лицо.

— Сейчас я тебя вытащу! Держись! — буквально приказал старший брат, который тоже плавал весьма посредственно, однако, как вскоре выяснилось, это было и не нужно.

— Похоже, это конец, брат! Обещай, что выберешься отсюда! Любой ценой выполни обещание, слышишь? — из последних сил прошептал младший брат, собираясь сдаться и пойти ко дну, однако, жесткий пинок в бок заставил его изменить планы.

— Я тебя когда-нибудь прибью, слышишь? — процедил сквозь зубы Имаго, стоя по колено в воде, — Давай за ними! Живо!

* * *

Тем временем Нервус с Миддэем успешно добрались до моста и сбежали от моста настолько далеко, насколько хватало сил.

— Подарок! Он в порядке? — нетерпеливо пролепетал советник.

Не говоря ни слова, Миддэй осмотрел коробку со всех сторон. Поскольку картон был завернут в крепкую бумагу, хорошо приклеенную к коробку со всех сторон, подарок выглядел вполне презентабельно, если не считать стекающих с низа струек воды. Облегченно вздохнув от этого факта, жеребцы нервно хихикнули, не веря, что весь ужас, наконец, закончился. Подарок был получен в целости и сохранности, погоня отстала и оставалось лишь дойти до замка. Впрочем…

— Эй! — вдруг раздался незнакомый голос, принадлежавший командиру группы стражников, к которым за помощью обратились друзья несколько минут назад, — Смотрите!

— Да, офицер, все в порядке, — махнул копытом Сафер с улыбкой на лице, — Мы отобрали подарок у этих проходимцев. Теперь все в…

— Мы таки нашли этих хитрых похитителей чужого добра! Думаете, ваша маскировка собьет нас с толку? — перебил стражник, настроенный максимально серьезно.

— Постойте, мы не… они! Мы настоящие! — попытался оправдаться Нервус, но в ответ получил лишь подозрительный взгляды.

— Ага, конечно. Так мы вам и поверили, чертовы оборотни! Взять их, ребята! — отдал приказ командир и стражники начали обступать двух друзей со всех сторон.

— О, богини, эта ночь когда-нибудь кончится? — всплакнул Миддэй, опустив голову.

— Лично я не собираюсь кончать ее на луне! — куда живее воскликнул советник и, отобрав у приятеля, коробку, рванул наутек, — Беги-и-и!

— Что? Куда? Постой! — растерялся Миддэй, но стоило группе стражников набросится на него, как все сомнения отпали сами собой и единорог поспешил за другом.

— А, ну, не зевать! Вы королевские воины, гордость Кантерлота! Немедленно догнать этих преступников и захватить их! — рявкнул капитан, — Клнусь, я поймаю этих злостных чейнджлингов, или мое имя не капитан…

* * *

— Болван! Если бы не твои дурацкие выходки, мы бы уже дарили королеве подарок на зависть всему улью! — жаловался Имаго, подыскивая подходящую одежду во вскрытом магазине.

— Прости, братец, виноват, — стыдливо кивнул Нимф, но быстро оживился, — Но я все исправлю, вот увидишь. Эта идея сработает, как надо!

— Твои идеи никогда не работают, как надо, — старший брат с удивительной ловкостью завязал галстук на шее младшего, намеренно затянув его как можно туже, — Но других у нас нет, так что…

— Не бойся! Самое сложное ведь уже позади, — младший брат накинул на себя куртку и, немного подумав, принял облик Нервуса, который, вкупе с новой одеждой, был практически неотличим от оригинала, — Осталось только найти патрульных стражников и попросить их найти “похитителей” подарка. Нам даже ничего не придется делать!

— Ладно, признаю, в теории план звучит неплохо, — с неохотой и бегло произнес чейнджлинг, принявший вид Миддэя, после чего он с братом вышел на улицу через разбитую витрину, — Вот только город огромный. Мы можем потратить всю ночь на поиски этих двоих. С чего нам следует нача…

Вынырнувшая из-за ближайшего поворота парочка, не в силах остановиться, влетела на полном ходу в братьев, повалив их на землю. Беглецы спешили, а потому, расплываясь в извинениях, собирались было вскочить на ноги и бежать дальше, но вид своих двойников заставил Миддэя с Нервусом замереть на месте.

— Пресвятая Селестия! — воскликнул Сафер, столкнувшись со вторым Сафером нос к носу, — Я никогда так не зачесывал челку! Когда ты в последний раз был в парикмахерской, в средневековье?

— Миддэй, этот мелкий негодник отнял у меня подарок! — закричал советник, тыча копытом в другого себя.

— Что? Ну, не-е-ет! Он врет! Он чейнджлинг, а я настоящий! — возмутился второй Нервус, отскочив от оппонента с подарком в копытах.

— Ну, нет! У нас нет на это времени! — пожаловался единорог, осторожно поглядывая за угол, где активно велись поиски беглецов, — Если ты настоящий, просто кинь мне подарок, чтобы подтвердить это!

— Что? А вдруг ты не настоящий Миддэй! — усомнился второй Нервус, приведя в негодование первого.

— А, ну, хватит тянуть время! Гони подарок, балда!

— Отдай подарок мне, я настоящий! — внезапно вмешался в разговор второй Сафер, — Поверь мне на слово!

— Эм… ну… — Нервус подумал и вдруг воскликнул, — Скажите день моего рождения!

— Я никогда не знал, когда у тебя день рождения! — возмутился первый Миддэй.

— Ты не знал, когда у меня день рождения? — еще более оскорбленным тоном спросил второй Нервус, — Может, ты еще и не знаешь, где я живу?

— Ой, не начинай! Только не сейчас!

— Ну… вроде, пятнадцатое июля! — предположил второй Сафер.

— А… ты точно в этом уверен? — спросил Нервус с подарком.

— Нет! Я родился не в этот день! Миддэй, он не настоящий! Это же очевидно, да?

— Ох, у меня уже голова болит, — посетовал один из Миддэев, болезненно потерев голову под шапкой.

— Аргх! У нас нет на это времени! Просто отдай сюда подарок! — закричал Нервус и набросился на самого себя.

— А, ну, не трогай его, НЕ Нервус! — воскликнул Сафер, бросившись отбивать коробку от обоих жеребцов.

— Эй! Я не знаю, кто тут есть кто, поэтому буду бить всех! Без обид, Нервус! — заключил второй Сафер, прыгнув в дерущуюся толпу.

— Так, так, так…

Потасовка одномоментно прекратилась и все противники замерли на месте, оглядываясь вокруг. Во время ожесточенного сражения за заветную коробочку пони даже не заметили, как их со всех сторон обступила вооруженная стража во главе с беспринципным капитаном. Очевидно, бежать уже было некуда, а каждый лишний шаг грозил риском получить острым копьем в круп. Выход оставался только один.

— Сэр, что-то их тут многовато, — шепнул один из воинов.

— Забираем всех! Чем больше привезем, тем лучше, — невозмутимо заявил бывалый жеребец.

— Слушай, братишка, раз нас все-равно посадят за решетку, то может уже не стоит притворяться? А то у меня тоже голова болит.

— Просто замолчи. Просто замолчи, — прошептал Имаго, ударив себя копытом по лицу.

* * *

Холодные серые стены, испещренные нацарапанными неприличными художествами, ледяной каменный пол, пара убогих кроватей с соломенными матрасами и лишь одно решетчатое окошко, из которого дул холодный зимний ветер. Вот и все убранство камер темницы под замком кантерлота, куда отправлялись различные преступники, негодяи и хулиганы. Даже в канун праздников здесь царило вечное уныние и безнадега, а протяжная музыка губной гармошки лишь усиливала тягостные настроения заключенных. Несмотря на свою неуклюжесть, Нимф весьма неплохо обращался с этим музыкальным инструментом и отдавал этому делу всего себя, в то время, как его братец сидел на кровати по соседству со скрещенными передними ногами, в ожидании того, когда же это закончится.

— Слушайте, это все одно огромное недоразумение! Мы не сделали ничего плохого! — кричал Нервус из соседней камеры, тарабаня по решетке, — Вы же видите, что мы не чейнджлинги! Выпустите нас!

— Ори сколько влезет. Быстрее ты от этого все-равно не выйдешь, — скучающе произнес охранник, сидя на стуле рядом с камерой.

— Вы хоть знаете, кто мы такие? Мы близкие знакомые принцессы Селестии! И если вы нас немедленно отсюда не выпустите, у вас всех буду огромные проблемы!

— Хех, друзья Селестии? Ну, да, а я генерал Файерфлай, приятно познакомиться, — усмехнулся стражник, откинувшись на стуле.

Внезапно игру на губной гармошке прервал звук резко открывшихся дверей и громкий стук копыт. Посетителей в темнице было немного и поэтому все обратили внимание на пришедшего. И ею была не кто нибудь, а сама богиня солнца, которая все еще раздавала подарки. Офисные клерки и прислуга уже были поздравлены, дальше на очереди значились стражники и заключенные.

— Э-ге-ге-е-ей! Счастливого Дня горящего очага пони! — воскликнула принцесса, попутно бросая за решетки коробочки с десертным сервизом, — О, а вот и наша уважаемая стража темницы! Как у нас тут дела?

— Все в порядке, принцесса. Вот, задержали нескольких нарушителей! — похвалился охранник, указав на новоприбывших.

— Что? Миддэй? Нервус? Как вы тут оказались? Вы же ушли наверх, за подарком? А, ну, хватит прохлаждаться! — несмотря на то, что камера была заперта, принцесса открыла решетку безо всяких усилий, попутно оторвав кусок стены, — Вы же принесли подарок, не так ли?

— Ну, да! Разумеется! — закивал советник и позвал приснувшего Миддэя, который резко проснулся от нежданного шума и не до конца понимал, что происходит, — Пришлось поискать немного дольше, чем мы планировали, но, все таки, хе-хе… надеюсь, вы будете довольны.

С этими словами пони протянули аликорну помятую и покосившуюся коробку с порванной в нескольких местах бумагой и намокшей нижней частью. Вид такого подарка смутил даже отъявленных негодяев, сидящих в темнице уже очень давно, но принцесса с радостной улыбкой приняла его, будто ничего не замечая.

— О, ребята, спасибо вам огромное! Правда, вы могли бы не заморачиваться! — Селестия застенчиво махнула копытом, после чего принялась жадно распаковывать свой подарок.

Когда она добралась до содержимого коробки, то не смогла сдержать удивленного вздоха и, дрожащими копытами извлекла оттуда изящную фигуру аликорна, завернутую в упаковочную пленку.

— Ну, как вам? — с натянутой улыбкой спросил Сафер, молясь всем богам о том, чтобы фигура была целой.

— О. Мой. Бог, — только и смогла вымолвить принцесса, — Ребята… это то, о чем я думаю?

— Да, принцесса, это именно оно, — гордо произнес Нервус.

— Не могу поверить. После стольких коробок со всяким барахлом и безделушками мне, наконец, подарили то, чего я так страстно желала! Наконец-то, наконец-то, наконец-то! — развернув статуэтку, богиня бросила ее в сторону, до смерти напугав двух друзей, который бросились ловить ее, — Пупырчатая пленка! Наконец-то! Ура-а-а!

— Пупырчатая…

— Пленка… — пропищали жеребцы, глупо пялясь на скачущую от восторга принцессу.

— Не знаю, откуда вы узнали, но я уже так давно мечтала о том, чтобы мне кто-то подарил пузырчатую пленку! Все эти побрякушки и украшения такие твердые, холодные, неприятные, а мне ведь хочется лишь только похлопать пупырышки с воздухом и ничего больше! Спасибо вам, друзья, вы самые лучшие на свете! — Селестия схватила двух друзей и обняла так сильно, что у обоих жеребцов захрустели кости, — Ваш подарок поистине бесценный! Я даже не знаю, как вас отблагодарить за это. Просите, что хотите! Мне ничего для вас не жалко!

— О, серьезно? Что ж, тогда можно мне… ну, не знаю… месяцок оплаченного отпуска? — поводив копытом по полу, попросил Нервус.

— Две недели.

— Идет, — без раздумий согласился Нервус, после чего галопом рванул прочь из замка, не веря в свою удачу.

— Ну, а чего хочешь ты, Миддэй?

— Ох, это так неожиданно! Может… домик где-нибудь у моря. Или лучше в горах? А еще я всегда мечтал о кругосветном путешествии и… — мечтания Сафера прервали два знакомых голоса из соседней камеры.

— Эй, братишка. А… а что с нами теперь будет? — вдруг раздался знакомый голос из соседней камеры, который прервал мечтания Сафера о лучшей жизни, — Ну, то есть, когда выйдем из этой тюрьмы? Королева будет нами недовольна… очень недовольна…

— Ну, да. Она будет вне себя от бешенства, — тот голос, который раньше был злым и раздражительным, сейчас утих и был скорее печальным, смирившимся со своей судьбой, — Ладно, слушай. Сделаем вот как. Когда будем подходить к королеве, будешь кричать на меня и ругать, а ей скажешь, что из-за меня мы потеряли ее подарок и это моя вина. Понял?

— Но… но мы ведь потеряли его вместе. Зачем мне тогда…

— Черт тебя дери, просто… просто сделай, как я велю и все!

— Ну, ладно. Как скажешь, Имаго. Как скажешь…

— Миддэй! Ты чего притих? — окликнула жеребца принцесса, обратив внимание на то, как резко упало его приподнятое настроение, — Все в порядке?

— Знаете… у меня есть к вам просьба. Может, она немного странная, но все же. Не могли бы вы открыть эту камеру, — единорог указал в сторону нужной решетки.

Пожав плечами, Селестия исполнила это желание, а сама, наконец, приступила к долгожданному лопанью пупырок, коих было предостаточно. Миддэй же, сделав глубокий вздох, вошел в камеру к чейнджлингам, которые лишь обреченно посмотрели на своего гостя.

— Что, пришел поиздеваться над нами? — грубым тоном спросил старший брат, с прищуром глядя на единорога, — Да, мы облажались! Я признаю это! Доволен?

— Нет, я не хочу над вами издеваться. Просто я… — Миддэй попытался подобрать нужные слова, но, когда не смог этого сделать, то просто молча поставил перед братьями злосчастную статуэтку, которая все еще была цела и прекрасна, — Слушайте, может, мы с вами и не похожи внешне, но внутри мы одинаковые пони. Пони, которые бывают и плохими, и хорошими. Вся эта глупая борьба затуманивает нам головы, хотя нет ничего такого, чего бы мы с вами не могли разделить. В общем… возвращайтесь домой, к своей королеве, отдайте ей этот подарок и живите себе дальше…

— Ты… ты это серьезно? — не веря своим ушам, прошептал Имаго, взяв статуэтку в копыта.

— Да, конечно. В конце концов, сегодня ведь День горящего очага. Да и у меня с этого не убудет, а вас здорово выручит, — неловко почесав затылок, произнес Миддэй, — Ну, в общем, удачи вам и все такое. Пока!

Жеребец развернулся и собирался было уже выходить из темницы, как вдруг на него с объятиями обрушился Нимф, который был по настоящему счастлив.

— Спасибо тебе, Миддэй! Спасибо большое! — произнес младший брат.

— Да, спасибо. Мы твои большие должники, — кивнул и старший, впервые улыбнувшись за все это время.

— Да ладно, хе-хе. Рад помочь, — Сафер похлопал чейнджлинга по спине, после чего попытался отодвинуть его, но тот вцепился в единорога, словно клещ, и не желал его отпускать, — Ну, ладно, хватит уже. На нас все смотрят. Отпусти.

Вот так, под неловкие односторонние объятия, смех заключенных и лопанье пупырышек заканчивается эта праздничная история. Была ли в ней мораль, смысл или художественная ценность, судить лишь читателям, но, в любом случае, я надеюсь, она не оставила вас равнодушным. Позвоните своим друзьям и близким, поздравьте их, если не сделали этого, улыбайтесь прохожим и здоровайтесь с ними, не будьте сухарем, сделайте хотя бы маленькие, но душевные подарки своим любимым людям… и пони, само собой. Все же, сегодня особенный день, в который весь мир становиться чуточку добрее. Станьте добрее и вы.

— Он все еще здесь, Твайлайт!

— Дискорд! Сколько раз я тебе говорила не создавать агрессивных монстров из неживых предметов!

Пфе. Ну, что за ябеда. Что ж, теперь мне точно пора бежать и как можно скорее! Счастливого Дня горящего очага, мои друзья и с новым годом!