# За краем света - Бесконечность

Night Lier

Спустившись в свой погреб, Флаттершай никак не ожидала, как изменится её жизнь и жизнь всего мира, когда она нашла странную металлическую дверь.

Вполне возможно, что есть отступления от канона или характеров персонажей, хотя я и старался сделать всё как можно ближе к оригиналам. Получилось или нет — судить вам.

## Дверь

Кролик фыркнул, отталкивая лапой салатницу. Сколько раз Флаттершай уговаривала его съесть предписанный ветеринаром базилик, столько же раз он отказывался, желая на обед свою любимую морковь. Такая борьба длилась уже достаточно долго, чтобы желтая пегаска наконец смогла выработать вместе со своим питомцем компромисс. Пришлось, конечно, ради этого пойти на уступки, но чего не сделаешь ради любимого кролика?

— Эйнджел,- сказала она, делая жалостливую мордочку. – Ну пожалуйста. Тебе ведь совсем не хочется снова болеть?

Эйнджел замотал головой, но все равно бросил презрительный взгляд на базилик.

— Если ты не съешь это, то не получишь своё любимое блюдо.

Уши кролика приподнялись, проявляя заинтересованность. Чего и желала Флаттершай. Внутри себя она хитро улыбнулась.

— Ты ведь любишь морковно-медовый салат? Я могу тебе его приготовить.

В этот раз кролик уже не скрывал заинтересованности в словах своей хозяйки. Однако спустя секунду он понял, к чему вела пегаска. Его мордочка тут же сменилась с заинтересованной на смиренную. “Не говоря больше ни слова”, Эйнджел пододвинул к себе салатницу с базиликом и принялся жевать, постоянно морщась от отвращения.

Флаттершай удовлетворенно кивнула и направилась на кухню делать тот самый морковно-медовый салат. Когда нужные овощи и морковь были нарезаны, Флаттершай открыла шкафчик, где обычно хранилась баночка с мёдом. Баночка оказалась пуста. Пегаска вздохнула. Еще позавчера она была полной. Кажется, кто-то из её подопечных тайком брал лакомство.

Отложив выяснение личности преступника, Флаттершай снова вздохнула. Придется спускаться в погребок, где хранятся её запасы на зиму, в том числе и мёд. Пройдя рядом с едва ли не рыдающим Эйнджелом, упорно делающем вид, что уплетает базилик за обе щеки, наслаждаясь его вкусом и полезностью, желтая пегаска откинула люк в полу, спускаясь в погреб. Когда-то давно, когда она только переехала жить в Понивиль и купила этот коттедж, она жутко боялась этого места своего дома. В отличие от всего остального дома, погреб был просто ямой в земле, укрытой от внешнего мира строением над собой. Прежний владелец коттеджа хорошо постарался, выравнивая пол и стены, но обивать их деревом, почему-то, не стал. Потому, особенно во время весны или сильных ливней, здесь всегда пахло землей и сыростью.

Флаттершай тогда показалось, что в таком темном и неуютном помещении обязательно должен кто-то жить. Кто-то жуткий и страшный. Полностью соответствующий обстановке. Подкреплялось это еще тем, что иногда ей казалось, как этот кто-то ворчит. Странно так ворчит, постоянно повторяющимися звуками “Туо-о-о… Туо-о-о…”. Иногда это ворчание подкреплялось странным скрипом и скрежетом, словно мыши скребли по чему-то металлическому. Однако она смогла убедить себя, что это только её воображение, что звуки, что она слышит – это всего лишь дом над ней.

И она перестала бояться своего погребка, без каких-либо страхов входя туда.

Однако сегодня воображение решило снова поиграть с ней. На самой грани слышимости, где стук собственного сердца был чем-то громким, она снова услышала то самое “Туо-о-о… Туо-о-о…”. Флаттершай тряхнула головой, отгоняя от себя это. Скорее всего, эти звуки доносятся откуда-то из города, просто приглушаются стенами дома, потому и появляется такой эффект.

Взяв с полки банку с мёдом, Флаттершай хотела подняться наверх, когда заметила что-то, что совершенно не относится к уже привычной картине погребка. Прямо за банкой, где между полкой и земляной стеной было немного пространства, часть земли откололась. В том месте, в свете открытого люка, блестела ровная металлическая поверхность.

Пегаска удивилась открытию. Ей казалось, что она прекрасно знала свой дом. И предыдущий владелец уверял, что показал всё, что мог предоставить этот домик.

Выходит, он был не до конца честен с ней? Он казался весьма порядочным пони…

Немного посмотрев на блестящий металл, Флаттершай удивленно хмыкнула и вернулась обратно в дом. Эйнджел, морщась от не убывающего привкуса, пытался счистить его с языка своими лапками. Салатница была пуста. Похоже, он всё же съел всё, что нужно… Или выкинул куда-нибудь, пока пегаска была в погребе.

Услышав, как вернулась хозяйка, Эйджел с укором посмотрел на нее, всем своим видом требуя обещанное. Флаттершай улыбнулась. Через пять минут, кролик уже наслаждался своим любимым блюдом, радуясь одновременно тому, что мёд перебил противный привкус противного базилика.

Флаттершай решила прилечь на софу, немного передохнуть. Как бы не была ей в радость кормежка и уход за всеми своими питомцами, это всё равно было очень утомительно. Расслабившись, она даже решила вздремнуть, но её замыслу не суждено было осуществиться. Из головы никак не хотел выветриваться тот скол стены в погребе, и блеск металла. Что-то в нем было странное.

Не выдержав мыслей, Флаттершай поднялась наверх. Она помнила, что копия плана её дома лежала в шкафу. Достав её, пегаска принялась изучать погреб. И её поразило то, что кроме обозначенной земляной стены там больше ничего не числилось. Может быть, предыдущий хозяин забыл указать внесенные изменения в плане? Такое иногда бывало. Или может, план не точный? Нет, этого быть однозначно не может. Она брала его год назад, когда планировала выделить в своем доме небольшую комнатку в качестве кладовки, но потом от идеи отказалась.

Значит, в мэрии сейчас лежит точно такой же план.

Тогда что это за металл там такой?

Отложив в сторону бумаги, Флаттершай снова спустилась вниз, открывая погреб. Полка, за которой был скол не была плотно прижата к стене, но пространства там точно не хватило бы для того, чтобы туда пролез кто-то крупнее Эйнджела. Сама полка была деревянной. Флаттершай на секунду хотела позвать Эплджек или Рейнбоу, чтобы они помогли передвинуть полку чуть в сторону, но посмотрев внимательнее, она поняла, что может легко управиться и своими силами. Нужно только переставить банки и ящики.

Так она и сделала. Не прошло и получаса, как все, что стояло на этой полке перекочевало на другие. Чуть напрягшись, Флаттершай отодвинула её так, чтобы можно было легко подойти к сколу. Теперь он был виден отчетливо. Земляная стена тут была тонкая, хорошо утрамбованная. Может быть, прежний хозяин и не знал, что находится под ней. Но сейчас, эта часть стены немного иссохла, и, видимо, когда-то кусочек отвалился, обнажая то, что пряталось под ним. И Флаттершай заметила это только сейчас.

Слегка подковырнув копытом остальную стену, пегаска заметила, как легко отходит земля. Чуть-чуть усилий, и… Флаттершай и сама не заметила, как любопытство, которого она, вопреки общему мнению, не была лишена, заставило её отколупливать часть за частью, всё больше обнажая металлическое нечто. Вскоре из-под земли показалась ровная линия, похожая на водосточный желобок. Она тянулась вниз. Флаттершай очищала её, но вскоре желоб ушел в сторону.

Следуя находке, Флаттершай наконец очистила её полностью. Это было похоже на дверь. Чуть выдающийся вперед прямоугольник немного выше пола погреба, достаточно большой, чтобы в него могла спокойно войти пони. Однако, как её открыть? Никакой ручки нет. Любого другого отпирающего механизма тоже.

Дверь… Мысли снова вернулись к прежнему владельцу дома. Может быть он хотел, чтобы эту дверь не нашли? Перед продажей замаскировал её, однако недостаточно хорошо, и время вновь приоткрыло тайну.

Нет, что-то тут не вязалось.

Флаттершай осторожно провела по двери копытом. Просто чтобы убедиться, что это не сон, и что она просто не задремала на диванчике. Но всё было реально. Пегаска даже легонько укусила себя за ножку, чтобы убедиться в этом.

Но сон не развеялся. Что бы это ни было, это действительно находилось у нее в доме.

Когда копыто достигло центра того, что так напоминало дверь, неожиданно что-то под металлом осветилось зеленым, образовав под собой круг, в центре которого находилось копытце. Флатершай тут же в испуге отдернула его, но было поздно. Откуда-то раздался глухой звоночек, и пегаска отчетливо услышала слова на неизвестном ей языке.

— Ивута ассегно,- раздалось откуда-то из-за двери. – Тиуа айоль.

Тут же раздалось шипение, заставившее бедную пегаску отпрыгнуть оттуда еще дальше, спрятаться за другими полками. Несколько минут она, сжавшись в комочек, лежала, укрывшись собственной розовой гривой и крыльями, словно они могли дать ей непроницаемую защиту. Её глаза были сомкнуты так плотно, что начали болеть. Она боялась лишний раз пошевелиться, даже вздохнуть, прислушиваясь к окружающим звукам.

Шипение, так напугавшее её, пропало спустя секунду или две, после начала.

Теперь была только тишина.

Наконец, Флаттершай открыла глаза и посмотрела на дверь. На том месте, где до этого был прямоугольник, сейчас зияло черное чрево прохода. Увидев его, Флаттершай еще сильнее испугалась. Настолько сильно, что просто не могла оторвать от него взгляда.

Услышав непонятные звуки, раздающиеся из погреба, Эйнджел приблизился к открытому люку и заглянул в него. Хотя он был всего лишь маленьким кроликом, он обладал на удивление незаурядным умом. И таким же любопытством. Увидев сидящую в ступоре хозяйку, он осторожно спустился вниз и попытался привести Флаттершай в сознание. Ничего не добившись, он посмотрел туда, куда так упорно смотрела пегаска.

Говорят, любопытство сгубило не мало кошек. Эйнджел посчитал, что раз он не кошка, то на него это не распространяется. Подойдя ближе к проходу, он заглянул в него, всматриваясь в темноту. Не видно было ни зги, однако это не помешало ему сделать первый шаг внутрь. Через несколько шагов от него остался видим только едва различимый бледный силуэт. Еще через несколько, темный проход снова был лишь черным провалом.

— Эйнджел? – исчезновение любимого питомца заставило Флаттершай снова прийти в себя. Объект её страха резко сменился с вида черного прохода на то, что в нем может стать с Эйнджелом. – Эйнджел! Немедленно вернись.

Но ответа не было. Или кролик не слышал её, или намеренно игнорировал. Флаттершай пришлось взять всё своё самообладание и, на трясущихся копытах, войти в дверь следом за кроликом.

Её обволокла темнота. Единственным источником света был открытый проход, и пегаска молилась о том, чтобы он не закрылся. Крылом она держалась за стену, идя вперед на ощупь. Под копытами звенел металлический пол.

— Эйнджел,- снова позвала она. – Где ты? Эйнджел.

Но вокруг была только тишина. Лишь стук её копыт о металл и стук её напуганного сердца было единственным, что она слышала.

Вскоре, коридор начал поворачивать куда-то в сторону, а также пегаска почувствовала, как он вроде как пошел под наклоном вниз. Казалось, она идет так уже не одну милю, хотя на самом деле, прямоугольник прохода в её погреб был в какой-то паре десятков метров, даже еще не скрывшийся за поворотом. Флаттершай решила, что будет идти, пока видит дверь. Как только она её потеряет, то будет вынуждена вернуться и просить подруг помочь отыскать пропавшего Эйджела. И обязательно в этот раз надо будет взять свечи. Много свечей. Ринувшись вслед за кроликом, она совершенно не подумала об освещении.

За этими мыслями, она прошла еще с десяток метров, когда стена вдруг пропала. Флаттершай замерла, обернувшись. Пропала не только стена, но и проход. Видимо, он совсем скрылся за поворотом. Пегаску охватил страх. Она была полностью дезориентирована, не знала, где проход, где дверь, где Эйнджел. Во тьме она даже с трудом понимала, где верх, а где низ. Ей казалось, что она оказалась посреди пустого пространства, и это пространство сдавливало её, словно вода. Дышать стало трудно. Страх сковал всё её тело, включая лёгкие. А сердце билось так часто, что готово было разорваться от натуги.

Неожиданно включился свет. Настолько неяркий, что едва можно было рассмотреть контуры предметов. Страх немного отпустил, когда пегаска поняла, что коридор в её дом был всего в шаге за спиной, а перед ней было большое помещение, похожее на винтовую спираль, уходящую вниз, огороженную перилами. Уняв взбесившееся сердце, Флаттершай осторожно приблизилась к перилам и взглянула вниз. Высота была не большая. Всего несколько метров. И внизу промелькнуло что-то белое.

— Эйнджел! — позвала она, взмахивая крыльями, чтобы, минуя спуск, оказаться внизу. — Немедленно вернись домой! Здесь страшно и темно…

Но кролик определенно её игнорировал. Он успел убежать в другой коридор, куда более широкий и освещенный, чем тот, по которому она сюда попала. Коридор не петлял. Был прям, как спица. Однако в нем всё равно был уклон вниз.

Отсутствие полной, кромешной темноты, придало Флаттершай немного уверенности, и она пошла по этому коридору. Лампы светили тускло, лишь ненамного разгоняя тьму, но этого было вполне достаточно, чтобы не сбиться с пути. Так она проскакала несколько десятков метров, прежде чем выбежала в еще одно помещение. В отличие от предыдущего, оно было большим и длинным, заканчиваясь не менее чем в сотне метров впереди. С одной стороны, справа от нее, была стена, в которой было множество проходов, на подобие того, из которого она только что вышла. С другой, слева, был длинный желоб, заканчивающийся с обеих сторон огромными зияющими чернотой провалами прямоугольной формы. А в центре помещения было маленькое белое пятнышко.

— Эйнджел,- снова позвала пегаска, и в этот раз её питомец услышал. Он обернулся к хозяйке и тут же поняв, кто перед ним, ринулся к ней. Спустя несколько секунд он уже обнимал своими мягкими лапками переднюю ногу пони. Флаттершай тихо обняла его второй ногой и нежно начала говорить. – О, Эйнджел! Никогда, никогда так не делай. Я чуть с ума не сошла, когда ты убежал.

Кролик только сильнее прижался к хозяйке. Флаттершай чувствовала, что сейчас он обрадован и напуган не меньше, чем она сама. Быстро посадив кролика к себе на спину, Флаттершай уже хотела уходить, но тут по всему помещению раздался громкий повторяющийся звук “Туо-о-о! Туо-о-о!”. Это заставило замереть и пегаску, и кролика. Звук был пронзителен и громок, из-за чего снова возник тот старый, забытый страх, из-за которого желтая пегасочка так боялась своего погребка. Но в этот раз это было не едва заметное ворчание, а крик. Крик опасного зверя, который желает только одного – покончить с вторгнувшейся в его владения пегаской и её не в меру любопытным питомцем.

Вслед за криком раздалось нарастающее шипение. Пегаска обернулась, чтобы увидеть того, кто так шипит. И едва увидела, как её сердце пропустило несколько ударов. Из большого провала по левой стороне на них неслось чудовище. Самого его видно не было. Только три огромных светящихся желтым глаза, глядящих прямо на них.

Это всё, что смогла разглядеть пегаска. Дальше её память полностью отключилась, и когда возможность мыслить вернулась, то она обнаружила себя и Эйнджела в своем доме, сидящей на диване, который был сдвинут так, чтобы закрыть собой люк в погреб. Похоже, страх предал ей сил, если она смогла самостоятельно, без какой-либо помощи передвинуть нелегкую софу.

Немного отдышавшись, Флаттершай тут же ринулась к двери. Ей нужна была помощь. Срочно. Под её домом живет монстр…

* * *

— Твайлайт! Твайлайт! Помоги мне! – кричала Флаттершай, ворвавшись в замок своей подруги. Лавандовая аликорна тут же выбежала на крик из библиотеки.

— Флаттершай? — удивленно посмотрела она на подругу. – Селестия милостивая, Флаттершай, ты вся бледная… Что случилось?

Пегаска тут же подлетела к ней со скоростью, которой могла бы удивиться даже Рейнбоу Дэш.

— Твайлайт… Твайлайт… Там… Там…

— Успокойся, Флатти. Вдохни воздух. И выдохни… Сделала? А теперь прошу тебя, расскажи, что произошло?

— Твайлайт. У меня под домом живет… монстр.

— Монстр? – Твайлайт была ошарашена услышанным. – Под домом?

— Да, под домом… Я сегодня кормила Эйнджела, и случайно увидела, что часть стены…

Флаттершай пыталась рассказать всё подробно. Настолько, насколько могла вспомнить. Если бы не постоянные прерывания, вызванные накатывающим из-за воспоминаний страхом, она могла бы уложиться в пять минут. Но из-за них повествование затянулось на все двадцать. В этом время мордочка Твайлайт менялась от заинтересованного до сопереживающего, закончив всё на полном испуге и понимании.

-… А потом раздалось шипение, и из туннеля начало выползать… оно,- к концу рассказа из глаз пегаски уже вовсю лились слёзы. – Я удрала оттуда так быстро, как могла, и сразу же бросилась к тебе.

Твайлайт стояла ошарашенная, даже не пытаясь успокоить плачущую подругу. Рассказ Флаттершай был настолько невероятен, что не видь она её, решила бы, что кто-то решил посмеяться и сочинил страшилку. Но Флаттершай не могла такого сочинить. Значит…

— Это плохо,- наконец выдохнула Твайлайт, начиная ходить взад-вперед по коридору. – Это очень и очень плохо. Если этот монстр вырвется на свободу, то может сильно навредить Понивилю.

Неожиданно, Твайлайт спохватилась, что совершенно забыла о плачущей Флаттершай. Она тут же приблизилась к ней и обняла.

— Ох прости, Флатти. Не бойся. Вместе мы сможем одолеть этого монстра. Ну же, успокаивайся.

Они просидели так несколько минут, пока всхлипы пегаски не затихли.

— Я боюсь, Твай,- тихо пропищала пегаска.

— Не бойся. У тебя есть мы. Мы никогда не оставим тебя в беде.

Флаттершай наконец, успокоилась. Её подруги еще никогда не подводили. И в этот раз они не собирались. За это она их так любила.

— Посиди пока со Спайком, выпей чаю, успокойся, а я тем временем соберу подруг, — сказала Твайлайт, заводя пегаску в комнату библиотеки.

## Три глаза

— Это ты сделала? – спросила Рэйнбоу, глядя на сдвинутый на люк диван. Флаттершай неуверенно кивнула. Она совершенно не помнила, как двигала его. — Ничего себе, какая ты можешь быть сильная.

— Эт точно,- согласилась Эплджек, подпирая боком софу и отодвигая её с люка. – Наша Флатти полна на сюрпризы.

— Уууу,- радостно воскликнула Пинки. – Её надо послать на конкурс силачей. Если её хорошенько напугать, она сможет сделать там всех, а потом сделать еще раз так, что никто на белом свете её не сде…

— Мы поняли, Пинки, спасибо,- с галантным спокойствием попросила её Рарити. – Давай сосредоточимся на том, что внизу ползает какой-то трехглазый червяк, который угрожал нашей с тобой подруге.

— Но откуда он там взялся? – спросила больше риторически, чем открыто Твайлайт. – Да еще и этот металлический бункер…

— Будем разбираться потом! – с энтузиазмом ответила Дэш. — Сперва прижучим червячка, а потом будем разбираться.

К тому, что монстр является кем-то похожим на змею или червя, подруги пришли пока направлялись в коттедж Флаттершай. По крайней мере, это казалось логично. Живет под землей, копает туннели, скорее всего не имеет лап, но зато умеет кричать и шипеть. И три глаза, горящие ярким желтым огнем. Твайлайт не могла даже себе представить, что это может быть за подземный монстр, хотя однажды встречалась с каким-то похожим на него, логично решив, что скорее всего это он и есть. В прошлый раз его одолели только благодаря совместным силам самой Твайлайт и Кейденс, хотя и пришлось применить хитрость для полной победы.

Может быть и в этот раз все пройдет также?

Флаттершай зажмурила глаза, когда люк в погреб открылся. Разумеется, там ничего не было. Врятли бы Монстр, кем бы он ни был, мог забраться сюда, учитывая, что коридор был из металла. И всё же, Флаттершай боялась, что в темноте своего погребка увидит те самые три горящих огнем глаза.

Однако там был только её погребок.

— Это об этой металлической стене ты говорила? — спросила Твайлайт, спустившись вниз. Спустившаяся следом Флаттершай, кивнула. Дверь была закрыта, из-за чего пегаска облегченно вздохнула. У нее не было никакого желания снова идти туда. Однако возможная угроза со стороны монстра пугала её еще сильнее. А близость подруг давала уверенность, что они справятся.

— Кажется, дверь закрылась, когда ты убежала оттуда. Как она открывается?

— Не знаю,- ответила Флаттершай. – Я расчистила её, а потом провела по ней копытом, и она сама открылась.

— Сама открылась,- повторила Твайлайт, и спустя секунду, её рог окутала аура заклинания. Такая же аура охватила и дверь. Какое-то время ничего не происходило, но потом аура исчезла и Твайлайт сказала. – Не поддается. Кажется, на ней стоит магическая защита. Я не могу почувствовать замок.

— Так ведь Флаттершай сказала, что нужно провести копытом по ней,- намекнула Рейнбоу Дэш, наблюдавшая за всем из проема люка. Погреб Флаттершай был не настолько большим, чтобы сразу вместить всех пони в себе.

— Да, верно,- согласилась Твайлайт. — Флаттершай, куда ты нажала, когда дверь открылась?

— В центр… кажется.

Твайлайт подошла к проему вплотную и ткнула копытом в самый центр. Но, к её удивлению, ничего не произошло. Дверь и не подумала открываться. Она продержала копыто несколько секунд, после чего недоуменно убрала.

— Не понимаю. Флаттершай, ты уверена, что именно так в прошлый раз открыла?

— Да. Уверена. Когда мое копыто коснулось центра двери, она пискнула, что-то сказала, и открылась.

— Как дверь могла сказать? — не поняла Рейнбоу.

— Видимо, внутри нее или за ней стоит какой-то проигрыватель… Флаттершай, попробуй ты открыть.

Флаттершай слегка замялась, но вдохнула воздух, и коснулась центра двери. Пару секунд ничего не происходило, а потом её копыто очертил зеленый круг. Как и в тот раз, раздался приглушенный звоночек, и голос на неизвестном языке произнес:

— Ивута ассегно. Тиуа айоль.

В этот раз Флаттершай не стала закрывать глаза. Дверь с тем же шипением подалась назад, словно утопая в стене, а потом уехала в сторону. И снова на нее смотрела чернота.

— Ничего себе,- восхищенно произнесла Дэш. За её спиной уже столпились Эплджек, Пинки и Рарити, пытаясь увидеть, что там происходит. – Как ты это сделала?

— Одобрено? Разрешено? – удивленно, даже скорее ошарашенно произнесла Твайлайт, отступив на шаг от двери.

— Ты поняла, что она сказала? – удивилась Рарити. – Я, например, ни слова не поняла.

— Кажется,- промямлила Твайлайт. – Не уверена. Это похоже на Древний язык. Не древнепоньский, а именно Древний. Он еще старше. Я учила его, чтобы читать свитки древних в библиотеке, но не думала, что он может пригодиться… тут.

— Получается, что это построили Древние?

— Нет, не они. Они с трудом могли железо выплавлять, а сотворить такое…

Твайлайт заинтересованно заглянула внутрь. Её рог вспыхнул, и на его кончике появился огонек. Он немного развеял тьму, открывая серые металлические стены.

— Идемте,- сказала Твайлайт, но Флаттершай осталась стоять, как вкопанная. Воспоминания недавних событий всё еще жили в ней, и она боялась этого черного прохода, словно он был огромной пастью, и мог в миг сожрать вошедшего.

— Может Флаттершай лучше остаться тут? — спросила Рарити. — На ней лица нет.

— Нет,- резко ответила пегаска. — Я иду. Может быть мне удастся поговорить с этим монстром.

Сказав это, она вошла в туннель. К её горлу подкатил комок, но она проглотила его. Всё время она уговаривала себя, что все хорошо, что она среди друзей. А с друзьями никакой монстр не страшен.

Твайлайт шла впереди, освещая дорогу. Чуть позади нее шла Рейнбоу Дэш. Теснота коридора не позволяла её как всегда парить. Третьей шла сама Флаттершай. Рядом с ней заняла место Пинки, постоянно всматриваясь вперед, словно желая увидеть опасность первой. Рарити шла пятой, используя тоже заклинание света, что и Твайлайт. Заключала процессию Эплджек. Её сильные ноги легко могли оказать сопротивление кому угодно, напади он с тыла. И хотя тыл сейчас был защищен тем, что позади их был погреб, в таком чуждом месте они были готовы к чему угодно.

Наконец, темный туннель кончился, выведя их к винтовому спуску. Тут же зажглись тусклые лампы, которые едва разгоняли своим светом тьму. Твайлайт и Рарити благоразумно не стали гасить свои заклинания, поскольку один такой шарик света давал больше оного, чем все лампы в этой комнате.

— Потом я спустилась вниз и прошла вон в тот коридор,- пояснила Флаттершай. Как бы она не храбрилась сейчас, по её спине гулял холодок.

— Что это за место? – спросила аликорна, осматриваясь. – Невероятно. Нельзя такое построить тайно ото всех. Может быть, это существовало задолго до того, как тут был основан Понивиль?

— Хочешь сказать, что этому месту больше сотни годков, сахарок? – спросила Эплджек. – Но Бабуля Смит рассказывала, что, когда они пришли сюда, тут ничего не было. Поля да пустыри.

— Не знаю. Может быть, надо спросить у принцессы Селестии, как только поднимемся наверх.

— Скорее бы,- согласилась Рарити. — Это место меня угнетает. Здесь всё такое серое. Такое старое.

— И совсем нет пыли. Словно уборку провели,- заметила Пинки. – Может быть этот монстр не такой уж и плохой? Зачем плохому монстру наводить такой порядок? Если тут порядок, тогда получается он не злой, а очень даже добрый, пусть и страшный. Думаю, он смог бы подружиться с нами, особенно со Спайком, что есть повод для ве…

Рейнбоу не выдержала первой и прикрыла рот Пинки копытом. Пинки еще что-то промычала, но через секунду затихла, поняв намек.

— Хорошо, хорошо, Тссс…

Пони начали спускаться вниз. Но из всех, кто имел крылья, ими воспользовалась только Дэш. Остальные предпочти спуститься по пандусу. Последний туннель они преодолели быстро. Однако, стоило им приблизиться к выходу из туннеля, как Флаттершай встала, словно её ноги приросли в мгновение к полу. Дальше она идти не могла. Не хотела снова увидеть светящийся взгляд трехглазого монстра. И лишь копыто Рарити, легшее ей на спину, вернуло пегаске самообладание.

Помещение было пустым. Как и тогда. Их шаги отдавались гулким эхом и какое-то время звук гулял, прыгая от одной стены к другой.

— Здесь никого нет. Может быть он в туннелях? — спросила Рейнбоу. – Я слетаю на разведку…

— Э не, стой, ретивая,- сказала сквозь зубы Эплджек, одновременно удерживая в этих самых зубах кончик хвоста радужногривой. – Нам не стоит разбегаться кто-куда. Поодиночке этот червяк нас всех перелопает.

— Эплджек права,- согласилась Твайлайт. – Лучше держаться вместе.

— Ну блин,- разочарованно сказала Рейнбоу, опускаясь на пол.

Рарити наотрез отказалась рассматривать это помещение и осталась с Флаттершай. Розовогривая пегаска не стала удаляться далеко от входа в туннель, из которого они пришли, только потому, что, если начнется бой, от нее будет мало толка. Ей проще не мешаться под ногами у остальных. Она и белая единорожка ждали, пока остальные осматривали зал. Твайлайт пыталась читать надписи на стенах, чтобы понять, что это за помещение такое. Однако, судя по расстроенной мордочке аликорны, это ей удавалось с большим трудом, если удавалось вовсе. Эплджек шла вдоль края желоба, не решаясь спуститься вниз, чтобы рассмотреть получше. Всё, что она видела – странные металлические панели, поставленные под углом. Такие же панели были и над желобом. Они как-то странно жужжали на грани слышимости, словно в каждой из них сидело по улью металлических пчел. И это жужжание было тем, что останавливало оранжевую земнопони от более близкого осмотра. Рейнбоу Дэш было немного веселее. Она летала по этому огромному залу, влетая во все боковые туннели, не затрагивая только два больших по краям желоба. Но каждый раз она, выныривая из очередного такого туннеля, говорила, что там ничего нет. Только точно такое же помещение, словно зеркальное отражение. Похоже, это был один и тот же зал, просто разделенный надвое. Однако это не останавливало пегаску от того, чтобы летать между арок, порой влетая в одну и вылетая из другой.

А вот Пинки просто прыгала туда-сюда, подскакивая ко всему, что могло показаться ей интересным. Наверняка она уже размышляла, как превратить это серое невзрачное помещение в огромный клуб с вечеринками от заката до заката. Периодически она останавливалась около каких-то панелей и что-то там трогала, но ничего не происходило. И это успокаивало Флаттершай. Хотя она несколько раз просила ничего тут не трогать, поскольку это могло бы разозлить монстра.

Тихий приглушенный звоночек раздался, казалось, на границе слышимости. По крайней мере, для Флаттершай. Однако едва он раздался, как все пони мигом напряглись, посмотрев на Пинки. Та ошарашенно смотрела на них, а её розовое копытце лежало на одной из панелей.

— Я ничего не трогала,- сказала она, убирая ногу с панели. Твайлайт хотела что-то сказать, но вдруг подруги услышали далекое, едва слышимое шипение. И оно становилось всё громче и громче.

— Отлично, Пинки. Поздравляю, ты вызвала к нам монстра,- с укором произнесла Эплджек, подбегая к Флаттершай. Все остальные тоже начали занимать какие-то позиции. Дэш выбрала место прямо над желобом. Она хотела сразить, или хотя-бы отвлечь монстра в лобовой атаке. Эплджек прикрывала собой Рарити и Флаттершай. Твайлайт вошла в один из туннелей, намереваясь атаковать оттуда. И только Пинки не сдвинулась с места.

Все ждали. Монстр должен был вот-вот высунуться из своей норы, и тогда закипит бой. Лишь усиливающееся шипение говорило о том, что это случится совсем скоро.

“Туо-о-о!!! Туо-о-о!!! Туо-о-о!!!”- раздалось во всем помещении.

— НЕТ!!!- закричала Флаттершай, сжимаясь у ног Рарити в комочек. – Этот крик. Это он. Монстр здесь!

Шипение стало совсем громким, а в туннеле показались три светящихся глаза, которые быстро приближались.

— Всем приготовиться! — прокричала Твайлайт.

— Ну что, червяк-переросток! — закричала Рейнбоу. – Хочешь отведать понятинки! Только с моим поражением, ты, колбаса шипящая! Никто не смеет обижать моих друзей!

С этими словами она ринулась вперед на монстра. Последний мог бы легко её съесть прямо на ходу, будь это кто-то не Рейнбоу Дэш. Однако этот обед будет явно ему не по зубам.

Монстр наконец выполз из туннеля, замедляя своё движение. И едва только взглянув на него, Твайлайт прокричал во всё горло:

— Рейнбоу! Стой!

Но было поздно. Дэш уже влетела прямо в морду монстру и наносила ему удары передними копытами, намереваясь избить. Крик Твайлайт потонул в яростном боевом вопле пегаски. Однако через несколько секунд, радужногривая пегаска сама прекратила избивать вылезшую из туннеля штуку.

— Чего? – удивилась Дэш. – Эй, девочки, этот монстр, кажется, того… Стеклянный.

— Естественно он будет стеклянным, — ответила ей выходящая из своего туннеля Твайлайт. – Стекло, металл и пластик. Каким и должен быть поезд.

Все недоуменно смотрели на то, что еще несколько секунд назад казалось страшным и опасным монстром. Даже Флаттершай, услышав это, подняла голову и удивленно смотрела на подъехавшую машину. Поезд представлял из себя несколько цилиндров, скрепленных между собой чем-то гибким. Сами цилиндры были небольшими, по несколько метров каждый. Но вместе они выглядели как длинная, почти во весь зал размером, змея. И оформление головного вагона лишь усиливало это сходство.

— Оторвать бы голову тому, кто создавал его дизайн,- нарушила тишину Рарити. – В темноте не разберешь, поезд это, или оно готово тебя сожрать.

— Согласна,- сказала Эплджек, осматривая так напугавшее их чудо техники. – Никогда не видела таких странных поездов. Где труба? Да и сам поезд где? Тут только вагоны? Где колеса… Он чё, над землей висит, чтоль?

И верно. Поезд висел в полуметре от пола желоба, и столько же оставалось до потолка. Казалось, в воздухе его удерживали те самые жужжащие панели.

Дэш, наконец, позволила себе отлипнуть от первого вагона. Там, где она атаковала, стекло было разбито, а один из “глаз” помигивал. Будь это реальный монстр, ему точно можно было бы не завидовать. Однако, как локомотив, это зрелище было жалким.

— Поезд… И как в него войти? – спросила Рарити. – Я не вижу тут никаких…

Не успела она договорить, как часть борта каждого вагона подалась чуть вперед и отъехала назад, к хвосту, открывая пони довольно уютный салон.

— … дверей,- закончила Рарити. Она тут же сделала разочарованное выражение мордочки, помахав копытом перед собой. – Ох, не обращайте внимание, это я так, комментирую происходящее.

— Конечно, глупенькая,- подскочила к ней Пинки. – Это ведь поезд. Странный, некрасивый, странный, странный, и снова странный. Но это ведь поезд. У него всегда есть двери. Вот, посмотри.

С этими словами, она подскочила к той панели, рядом с которой стояла всё это время, что-то там касаясь. И тут же двери, словно по команде закрылись. Нажав еще раз, двери снова отъехали в стороны. И так она демонстрировала это несколько раз.

— Видите? Тут всё на кнопках. Эта открывает двери, а эта – вызывает сам поезд. А вот эта… А я не знаю, что она делает, но очень хочу узнать.

— Не стоит этого делать, Пинки,- оттащила её от панели Рейнбоу Дэш. – Нам неприятности дальше не нужны.

— Эм… Девочки,- тихо позвала Флаттершай, оглядываясь в туннель, откуда они пришли сюда.

— Но если кнопку не нажать, то как мы узнаем, что она делает?

— Девочки!

— Давай мы сделаем это в другой раз, когда будем уверены, что это не приведет ни к чему дур…

— Девочки!!!- закричала Флаттершай, и все мгновенно затихли. – Вы слышите?

Пони прислушались. Теперь и они слышали доносящиеся из коридора звуки, словно десятки металлических коготков стучали по металлу. И этот звук, чем бы он ни был, приближался.

— А вы знаете, я не хочу ничего узнавать,- тут же сказала Рейнбоу. – Давайте выбираться отсюда.

Другие кивнули и уже начали пробираться в свой туннель, когда что-то сверкнуло в его глубине. Присмотревшись в глухом свете ламп, они вдруг увидели, как к ним приближается не меньше дюжины каких-то странных созданий. Они чем-то напоминали толи пауков, толи морских крабов. Но каждый из них слегка сверкал металлом, и по размеру они явно были в разы крупнее своих живых собратьев.

— Отход отрезан,- заключила Эплджек, взглянув на Твайлайт. – Чё делать будем?

Твайлайт думала не долго.

— Все быстро в поезд! Закроемся там, вдруг не заметят!

— Лучше так, чем иначе,- согласилась Дэш, первой залетая в дверь первого вагона. Остальные заскочили туда спустя всего секунды. Пинки тут же нажала на какую-то кнопку, и двери поезда тотчас заняли свои места, изолируя подруг от перрона.

Металлические пауки достигли станции. Несколько секунд они стояли неподвижно, словно не понимая, куда делась их добыча, а потом начали озираться по сторонам, явно выискивая что-то. И они нашли.

— Они нашли нас,- прошептала Рейнбоу Дэш. – Ну нет, я без боя не сдамся. Где тут открываются эти двери?

— Тише, Дэши. Они не нашли нас еще,- успокоила её Твайлайт. – Кажется, их интересует поезд.

— Но зачем им поезд? Может потому, что мы здесь?

Ответить никто не успел. Несколько пауков запрыгнули на корпус поезда, крепясь к нему своими лапками, как какие-нибудь насекомые. Их постукивания казались чем-то жутким.

— Ну всё,- сказала Дэш,- только попробуйте меня удерживать. Я им панцири то… Эй, Твайлайт, ты что творишь?!

— Спасаю тебя от безрассудства,- ответила аликорна, удерживая возмущающуюся пегаску в своем телекинетическом захвате. – И, если они проникнут внутрь, ты потребуешься здесь. А открыв дверь, ты однозначно пустишь их сюда.

Немного подергавшись, Рейнбоу сдалась. Твайлайт была права. Она действовала слишком импульсивно, не думая обо всех последствиях своих действий.

Тем временем, пауки уже добрались до того места, которое разбила Рейнбоу. Стекло не разбилось полностью, лишь покрылось трещинами, и было, по заверению пегаски, еще довольно крепким. Немного пощупав это место своими лапками, несколько пауков выставили перед собой маленькие клешни. Показалась маленькая, но яркая вспышка, и они начали что-то делать со стеклом по краям. И тут же, внутри начали появляться раскаленные до бела пятна в тех местах, где пауки работали. Они пытались прожечь оконную панель.

— Ну всё, девочки,- сказала Твайлайт, готовая хватать пауков сразу, как только они прорежут стекло. – Мы победим. Других вариантов не приемлю.

— Да, верно. Раздолбим их сверкающие панцири на скрепки,- согласилась Рейнбоу.

— Беру тыл,- сразу отозвалась Эплджек.

— А можно я потом один из панцирей заберу? – внезапно спросила Рарити. – Отполирую, и будет неплохой вазон для растений.

— Или миска для пунша! – поддержала подругу Пинки. – Тогда мне остальные!

Флаттершай только молчала. В отличие от подруг, у нее в голове были отнюдь не оптимистичные мысли по поводу этих пауков. Их больше, они сильнее, и они могут прожигать металл. Что им справиться с шестеркой пони в ограниченном пространстве? Тем более, что они тут явно хозяева и знают всё.

Пауки уже заканчивали свою работу, когда Флаттершай заметила, что в их поведении что-то не так. Но что именно, она понять не могла. Их была дюжина, когда они появились на станции. Однако сейчас окно резали только три из них. И еще один стоял чуть поодаль, “спиной” к тем, кто резал. Это как-то не вяжется с тем, что она знала о хищниках. Это скорее…

— Они здесь! — прокричала Дэш, едва удержавшись, чтобы не покинуть формацию. Твайлайт тут же подняла щит, а на роге Рарити сверкнуло зарождающееся заклинание. Все были готовы к бою, едва пауки снимут разбитую стеклянную панель…

— Погодите,- вдруг сказала Флаттершай, выступая чуть вперед.

— Что ждать? – спросила Дэш. — Они прорвались!

— Кажется, они нам не враги.

— Что ты имеешь ввиду?

— Стоп… Смотрите,- сказала Твайлайт, кивком головы указывая на пауков.

И действительно. Двое пауков, принимавших участие в резке, аккуратно подцепили вырезанную панель и подняли над собой, оттаскивая её в сторону. Третий так и остался стоять, лишь подняв клешни с резаками вверх. И тут же откуда-то сверху, из зоны, сделанной из металла и пластика, а потому не прозрачной, послышались постукивания ножек еще двух пауков, и вскоре место унесших разбитую панель заняли они, держа на себе… абсолютно целое стекло.

— Это место начинает меня нервировать,- честно призналась Рейнбоу. – Мы боялись сперва поезда, а теперь прячемся в нем, спасаясь от обычных ремонтников? Нет, с меня хватит. Я хочу наружу.

Подойдя к выходу, Дэш ударила по кнопке открытия дверей. Однако… ничего не произошло. Двери не открылись. Ткнув кнопку еще несколько раз и не получив никакого результата, радужногривая пегаска со всей силы впечатала копыто в дверь. Но та даже не прогнулась.

— Да что же это, а? — спросила она, потряхивая ушибленной конечностью. – А ведь день так хорошо начинался.

К ней подошла Твайлайт и приобняла её.

— Не волнуйся. Мы найдем способ выбраться отсюда,- и тут же обратилась к остальным. – Наших сил тут явно недостаточно. И не столько с тем, как противостоять проблемам, сколько в понимании, действительно ли это является проблемой. Предлагаю вернуться и сообщить в Кантерлот о находке. Пусть принцесса Селестия пришлет сюда лучших специалистов.

Все кивнули. Они тоже уже натерпелись всего в этом… сооружении. И хотя прямой опасности сейчас не было, но испытывать дальше судьбу не хотел никто. Сегодня уже трижды пришлось одной только Флаттершай.

— Мне придется переезжать? – пискнула желтая пегаска.

— С чего ты взяла? — не поняла Твайлайт.

— В погребе моего дома дверь в неизвестное сооружение. Если вы сообщите о нем принцессе, и она пришлет сюда своих ученых, то мне придется выселиться,- на её глазах заблестели слёзы. – А я не хочу переезжать.

Теперь настала очередь Твайлайт отводить глаза. Об этом она не подумала.

— Не бойся, Флатти,- успокаивающе сказала Рарити. – Мы не дадим тебя выселить. Никто не посмеет тебя обидеть, пока я буду рядом.

— И я,- подтвердила Эплджек.

— И я,- кивнула Рейнбоу.

— И я! И я! – запрыгала Пинки.

— И я,- последней кивнула Твайлайт.

Флаттершай улыбнулась от счастья, вытирая ногой слёзы. Её подруги. Они лучшие пони на свете. Хвала Селестии, что когда-то они встретились, и не расставались, какие бы приключения не попадались им на пути.

— Всё, выбираемся отсюда,- заключила Твайлайт. – Пинки, ты нажимала тут все кнопки. Мне кажется, что они могут реагировать только на каких-то конкретных пони. Попробуй ты открыть дверь.

Одним прыжком, розовая пони подскочила к той кнопке, которую минуту назад нажимала Рейнбоу. Однако, эффекта по-прежнему не было. Дверь вагона не открывалась, сколько бы раз она не нажимала на нее.

— Не работает. Эта плохая-преплохая кнопка не работает! — сказала Пинки.

— Может стекло разбить? – предложила Рейнбоу.

— Не думаю, что это прокатит,- заметила Эплджек, кивая головой на замененную стеклянную панель. Пауки, чинившие её, уже куда-то исчезли.

— Может, какая другая кнопка их откроет? Их тут много, — сказала Рарити, указывая копытцем на небольшую панельку на противоположном борте вагона. На ней действительно было не меньше двух десятков кнопок, каждая из которых была подписана тем самым неизвестным языком.

— Можно попробовать,- поворачиваясь к панели, сказала Твайлайт. — Понять бы, что значат эти надписи.

— Не нажав – не узнаем! – неожиданно сказала улыбающаяся Пинки, подскакивая к панели, и тут же нажимая на самую первую.

— Пинки! – вскричали все. Но та продолжала улыбаться.

— Не бойтесь. У меня хорошее Пинки-предчувствие.

Почему-то эти слова не заставили всех остальных успокоиться. Даже наоборот, они еще сильнее напряглись, когда по вагону раздался уже знакомый звоночек, и всё тот же голос, принадлежащий, по-видимому, молодой кобылке, произнес:

— Митриап лимса ассегно. Сисутва ка Махейта. Тийта ки.

— Что она сказала? – спросила Рарити.

— Решение одобрено,- сказала Твайлайт. В её голосе была целая смесь эмоций. Но сильнее всего выделялось беспокойство. – Благодарю.

— Какое решение?

Ответить лавандовая аликорна не успела. Неожиданно пол стал не столь незыблемым, а перрон начал двигаться, исчезая во тьме туннеля.

## Странное место

- Ну и зачем ты это сделала? – спросила у Пинки Рейнбоу Дэш скорее для того, чтобы развеять нависшую за эти пять минут тишину. Поезд двигался плавно, почти незаметно. И если бы не проносящиеся мимо тусклые лампы, нельзя было бы вообще сказать, что он куда-то направлялся.

— Просто мне стало любопытно,- ответила Пинки. – Если это поезд, значит он должен куда-то направляться. Если эти кнопки расположены по порядку, то может быть они обозначают станции. А поскольку в поезде нет машиниста, то и управляется он как-то иначе. Я рассудила – раз возле каждого названия станций есть кнопка, то нажав на нее, поезд должен нас доставить на эту станцию. Я нажала первую кнопку, поскольку это станция конечная. Так мы узнаем, насколько далеко от Понивиля простирается ЭТА железнодорожная сеть.

— И как мы это узнаем.

— Выйдем из поезда и поднимемся на поверхность, глупая,- усмехнулась Пинки.

— Если места покажутся нам знакомыми,- подхватила мысль Твайлайт,- то мы сможем понять, как вернуться домой. Пинки, это было безрассудное действие… Но я благодарна, что ты так сделала.

Пинки Пай улыбнулась еще сильнее, чем ранее.

— Значится, эт еще одно приключение? — спросила Эплджек.

— Похоже, на то,- кивнула Твайлайт. — Но я всё не могу понять, кто построил эту дорогу? И почему о ней никто не знал?

— Может потому, что о ней забыли? – предположила Пинки.

— Как это?

— Ну… К примеру, оно было построено так давно, что никто и не помнит, когда это случилось. Может быть даже принцессы не помнят… Или… Ох, прямо сюжет для фантастической книжки… Даже Принцессы не знают об этом.

— Пинки, ты несешь какую-то чушь. Этот поезд и сейчас нельзя построить. А уж в древности и подавно.

— Но ты сама подумай, Твайли. Тебе ли не знать, что наша история тянется в прошлое лишь до прихода Принцессы Селестии и Луны к власти. Всё, что было до них или стерто, или осталось исключительно в виде легенд и приданий. А до легенд? Еще раньше что было?

— Раньше пони не имели письменности, жили маленькими племенами и боролись за своё выживание.

— Если так, то кто тогда контролировал погоду? – внезапно задала вопрос Пинки, от которого все остальные подняли на нее недоуменные взгляды. Даже Дэш, слушавшая разговор только в половину уха, заинтересовалась этим, как ни странно, точно заданным вопросом. А Пинки, тем временем задала еще один, который поверг в глубокую задумчивость уже саму Твайлайт. – А кто тогда поднимал Солнце и Луну?

Твайлайт была ошарашена. Она никогда не задавалась такими вопросами, хотя считала, что понимает сложившуюся картину мира. Но оказалось, что нет. А её близкая подруга, тем временем, эти вопросы задала себе. Однако, до сегодняшнего дня, даже если она и искала ответы на них, то исключительно в качестве развлечения, мысленного упражнения…

Пока они не нашли этот поезд.

И вопросы, которые раньше казались чем-то несерьезным, не требующим внимания, теперь стали актуальными, как никогда.

И ведь действительно, что было раньше? Кто мог оставить в земле незамеченную железную дорогу, которой даже в фантастических книгах еще не было? И как жил их мир тогда, давным-давно в прошлом? И самый главный вопрос – могут ли два предыдущих вопроса оказаться связаны?

Наверняка какой-нибудь археолог или историк предположит, что до сестер-аликорнов на свете существовали другие, такие же могущественные существа, которые могли управлять всем этим. Какой-нибудь футуролог заметит, что подобные технологии, которые они видели за сегодняшний день, могли сами собой возникнуть через каких-то пятьдесят, сто, может быть двести лет, но появились бы обязательно.

Но это не укладывалось в то, что они видели сейчас.

Как ни странно, но эти мысли кружились сейчас вовсе не в голове Твайлайт, хотя они и были похожими на её. Не у Рейнбоу, занятой сейчас простым осмысливанием разговора подруг. Не у Рарити, погрузившуюся в себя и не желающей расставаться с уже привычным миром. И даже не у Эплджек, пытающейся сформировать вопросы, которые кружились у нее в голове.

Эти мысли сами собой появлялись в голове у Флаттершай. Сидя тихо в одном из кресел, пегасочка пыталась собрать свою собственную картину мира, учитывая всё то, что она увидела и услышала за последний день. Прошло всего… часа четыре, может быть пять часов, а её привычный мир пошатнулся, как башня, у которой вдруг начал исчезать фундамент, но она еще не думала разрушаться. До этого она не задумывалась над тем, как всё было там, в далеком прошлом. И не задумалась бы. Для нее бы так и остался незыблемо стоять тот мир, который она знала с самого детства. Тихий, спокойный, практически безопасный. И хотя то, что она являлась Элементом Гармонии и перевернуло её привычный жизненный уклад, но это позволило ей заново раскрыть свои лучшие стороны.

Став Элементом, она обрела счастье.

Но вдруг оказалось, что мир не так прост, как казалось раньше. И сейчас он приоткроет им еще одну свою тайну. Что она принесет – неизвестно. Но Флаттершай знала точно, что эта тайна принесет больше, чем от нее ожидают.

Пытаясь справиться с волнением от осмысливания новой информации, Твайлайт соскочила со своего места, направляясь к кнопочной панели, стараясь изучить её и понять, куда они едут. Остальные или погрузились в свои собственные мысли, как Рарити, или предпочти впасть в ожидание, как Дэш, или о чем-то непринужденном разговаривали, как это делали Эплджек и Пинки.

Все ждали. Сейчас они не могли ничего сделать, потому приходилось просто ждать, когда поезд прибудет на станцию назначения.

Минуты превращались в десятки, а Твайлайт всё изучала записи. Казалось, она выпала из реальности, лишь иногда что-то бормоча себе под нос. Флаттершай не выдержала и подошла к подруге.

— Как ты? — спросила она лавандовую аликорну.

— Не очень, если честно,- ответила Твайлайт, не отрывая взгляда. – Иногда кажется, словно я близка к пониманию перевода. Но едва я так думаю, как он ускользает от меня. Вот смотри. Видишь вот это слово?

- Да,- кивнула пегаска, глядя туда, куда указывает подруга.

— Это слово читается как “Ирлатор”. На древнем языке слово “Ирла” означало Жизнь. Существование. Но что значит приставка “тор” в этом контексте – я не знаю. Или вот, смотри. “Циттахор”. “Цит” в переводе – звезда. “Тахор” – путь. Вместе это можно перевести как Путь звезды. Но одновременно с этим, “Цит” можно перевести как сказание, знание. Я… Я просто не могу понять этих значений.

— То есть, ты не можешь сказать, куда мы едем? — спросила Эплджек.

— Мы едем в Махейту. Больше я ничего сказать не могу. Просто не знаю. Никогда не встречала этих слов.

— Будем надеяться, что эта Махейта не окажется какой-нибудь опасной дырой, в котором нас непременно будут ждать ловушки и прочие… неприятности.

— Угум,- кивнула аликорна, снова возвращаясь к изучению табличек. — Вот еще странность. Я насчитала двенадцать названий, где есть как слово или как приставка “Тиссм”. Дом, жилье, помещение.

— Так может, один из этих Тиссмов и есть домик Флаттершай? Флатти, у тебя оказывается теперь есть личная железнодорожная ветка,- усмехнулась Рейнбоу.

— Нет… Тут что-то… Больше, чем просто дом или…

Договорить она не успела, как из-под потолка раздался звонок, за которым последовал голос:

—  Иххода Махейто. Айоли дотта хамидос ктара э саллит беббор. Тийта ки.

Все посмотрели на Твайлайт.

— Я не разобрала большей части. Мы приехали на Махейто. Разрешение для… Высокий… Не знаю. И благодарность.

— Ничего не понятно,- вздохнув, заключила Дэш.

Тем временем, поезд стал заметно замедляться. Лампы, освещавшие туннель, стали проскакивать всё медленнее и медленнее, пока наконец не превратились из быстрых черточек в что-то более понятное глазу. Наконец, в вагоны проник свет. Чуть более яркий, чем на станции, откуда они отправились, но всё еще слишком тусклый. Поезд вышел из туннеля и остановился напротив перрона. Тут же открылись двери.

Подруги, словно сговорившись, тотчас выбежали из вагона. Снова случайно оказаться запертыми внутри не хотела никто из них. И едва последняя пони покинула салон, как что-то в поезде решило закрыть двери. Поезд слегка качнулся, приподнимаясь в воздух, и тут же уполз в туннель.

Эта станция отличалась. Во-первых, она была похожа на очень широкий и низкий цилиндр, и была просто огромной. Во-вторых, здесь был не один, а множество желобов-рельс. Словно тут сходились множество веток. И наверняка так и было. И в-третьих, она была освещена куда лучше всего остального. И дело было отнюдь не только в лампах, но и в красках. Стены были покрашены в белый, золотой и приятный розовый цвета, напоминая собой залы Кантерлотского дворца. Там, где должны были ходить пассажиры, стояли пустые кадки для цветов, видимо, когда-то с росшими в них растениями. Время не пощадило даже стебли. И хотя этот вокзал был чист и убран, одновременно с этим возникало чувство заброшенности, одиночества, в котором пребывало это помещение многие года. Стены украшали декоративные колонны, вдоль которых располагались некоторые лампы.

Также вокзал был поделен на два уровня. Видимо наверху было что-то вроде зала ожидания, поскольку там было довольно много кресел и какие-то вывески на стенах. Одна из них тут же привлекла внимание Твайлайт, когда подруги поднялись туда по одной из лестниц.

— Я облечу, осмотрюсь,- сказала Рейнбоу Дэш, взмывая в воздух.

— Только будь осторожна,- попросила её Флаттершай.

— Буду,- ответила радужногривая пегаска и улетела осматривать вокзал. Флаттершай повернулась к остальным. Твайлайт напряженно изучала какую-то схему, состоящую из квадратов, прямоугольников, кругов и других фигур. Пинки же наоборот, заинтересовалась вывеской, показывающей несколько странных по форме кондитерских изделий… или… просто чего-то съедобного. Рарити нельзя было оттащить от любования вокзалом. В её воображении уже наверняка этот зал был восстановлен в былой красоте и величии. А вот Эплджек осматривалась отнюдь не заинтересованным взглядом. Похоже, как и Флаттершай, она ждала… чего-то. И один раз даже дождалась, когда из-за небольшой будки выползло что-то… похожее на черепаху, такое же металлическое, как и те пауки-ремонтники. Оно медленно проползло вдоль стены в сторону подруг, а потом уползло в отходящий коридор, оставляя за собой чистый пол. Эплджек фыркнула на черепаху-уборщика, но своего занятия не прервала.

Вскоре вернулась Рейнбоу Дэш. Он приземлилась совсем рядом с оранжевой земнопони. Немного отдышавшись, она начала рассказывать:

— На той стороне ничего интересного нет. Тоже кресла, тоже вывески… и эти штуки, которые подметают. Там есть несколько коридоров, но все они запечатаны довольно толстыми дверьми. Такие не пробить даже тараном. Да и магия тоже врятли возьмет.

— Жаль,- внезапно ответила Твайлайт, отрываясь от схемы,- поскольку именно в одну из них нам, похоже и нужно.

— Ты нашла выход на поверхность? — спросила Рарити.

— Нет. Похоже, на этой станции его нет. Однако я нашла тот самый Махейто. Вот, смотрите,- она указала кончиком копыта на кружок в центре схемы. – Это план помещений. Вот здесь вокзал. И мы в нем находимся вот тут. Но если обойти его по кругу и зайти вот в этот коридор, то мы довольно быстро дойдем до Махейто.

С этими словами она постучала кончиком копытца в небольшое тонкое ответвление от основной массы помещений.

— Коридор прямой, так что не заблудимся.

— Звучит, конечно, красиво,- сказала Рейнбоу, складывая передние ноги на груди. – Но если ты забыла, то напомню – там толстенная дверь, которую нам и вжизнь не открыть.

— Наверняка там есть какая-нибудь панель или кнопка. Что-то, что позволит открыть её без проблем.

— А зачем вообще нам сдался этот Махейто? — спросила Эплджек. — Разве нам не нужно возвращаться домой?

— Ты права. Но я нутром чую, что этот Махейто не просто комната. Внутри нее что-то есть. Что-то, что позволит разгадать все загадки.

— Я тоже нутром чую,- встала на сторону подруги Пинки. – Мы попали в супер-дупер-шмупер приключение, и как-то неприлично бросать всё, когда мы так близки к цели.

— Ну хорошо. Давайте посмотрим на этот ваш Махейто, и домой, лады?

— Хорошо,- одновременно сказали все. Кроме, разве что Флаттершай. Сейчас она очень сильно хотела домой. К привычной жизни. Но одновременно с этим, каким-то непонятным чувством она знала – ей тоже надо туда. Зачем – она не знала. Но внутри нее словно что-то звало. Словно музыка. Песня. Одновременно тихая и жалостливая. И такая притягательная. Просящая прийти и утешить поющего её.

Разумеется, никакой песни она не слышала. Кроме разговора её подруг, во всём вокзале царила тишина. Но это чувство, словно маяк, звало к себе. Потому Флаттершай даже не заметила, как пошла в направлении указанной Твайлайт двери.

— Флаттершай? — удивленно спросила Твайлайт. – Куда ты идешь?

— К Махейто. Кажется… Я тоже считаю…- Флаттершай вздохнула и закончила. – Нам нужно туда попасть. Не знаю почему, но уверена – нам надо туда.

— Откуда такая уверенность, Флатти?

— Не знаю. Может и не откуда. Но она есть.

— Хм… Вроде никто не против?

— Что уж тут? – кивнула Дэш. — Если даже наша Флаттершай хочет туда попасть, значит оно того стоит. Наверное. Флатти, ты хорошо себя сейчас чувствуешь? Столько стрессов…

— Всё в порядке,- ответила желтая пегаска. – Просто… Я не знаю, как это объяснить. Чувствую, и всё.

— О! Флаттер-чувство! – взвизгнула от радости Пинки.

— Ладно, не важно,- махнула копытом Рейнбоу. – Потом разберемся. А сейчас давайте поскорее в этот ваш Махейто и домой. Сейчас уже, наверное, поздний вечер.

Пони быстро догнали свою розовогривую подругу и вместе с ней направились к неизведанному Махейто.

## Край света

Дверь не оказалась каким-либо трудным препятствием. Как правильно догадалась Твайлайт, рядом с ней была панель, позволявшая без труда её открыть. Пинки, испытывая любопытство ко всяким кнопкам, сразу нажала её, едва заметила. Массивные створки уползли в пол и потолок, открывая взору пони длинный широкий коридор, по которому полдюжины повозок могли проехать, не столкнувшись, со множеством отходящих от него проходов поменьше. Махейто, чем бы он ни был, находился строго впереди, потому подруги скорее из любопытства поглядывали в них. Часть вели в другие такие же коридоры, другие в какие-то помещения, в которых ютилось… что-то. Какие-то металлические конструкции непонятного назначения. Иногда попадались и более привычные интерьеры, вроде столов, стульев или шкафов. Один раз даже попалось нечто, похожее на столовую, но проверять её никто не решился. Если тут уже несколько веков царит запустение, то кроме металла и пластмассы там больше ничего нет.

А они всё шли вперед. Перед ними открывались всё новые и новые двери. Некоторые приходилось открывать нажатием кнопки, одну открыл уборщик, выехав из нее по своим делам. Но наконец, они дошли. Дверь была намного массивнее предыдущих, и имела не две, а четыре створки. И еще поражал её размер. Она была в три… нет, в четыре понячьих роста в высоту.

Это точно Махейто.

— Дошли? — спросила Эплджек.

— Наверное. Если я правильно помню, за этой дверью будет еще одна, и потом мы дойдем.

— Зачем им столько дверей? Они что, кого-то боялись? — спросила Рейнбоу Дэш, осматривая её вдоль и поперек.

— Наверное, дорогая, тут хранится что-то весьма ценное, раз они сделали столько дверей на пути сюда,- предположила Рарити. – Можно сказать, что они пробудили во мне любопытство этим.

— Не думаю, что там находятся самоцветные камни или горы битсов,- серьезно сказала Твайлайт, осматривая дверь в поисках панели управления. Однако её не было. – Странно, как же она открывается?

— Может быть, она не открывается вообще? – спросила Дэш. – Типа, заперли один раз, чтобы навсегда?

— Тогда какой в этом смысл? — удивилась Пинки. — Вести нас длинными коридорами, чтобы прямо перед нами поставить дверь, которую нельзя открыть? Мне кажется, что создатели этого места были куда умнее.

— Думаешь? – с иронией спросила Дэш. – Тогда почему они не сделали простых ручек на этих дверях?

— Потому что они на кнопках, глупая.

Флаттершай не слушала спор подруг и просто подошла к двери. Внутри её сознания вдруг начали возникать образы и мысли, словно её действительно кто-то направлял. Кажется, в этот самый миг, она знала, что делать, хоть и не знала, откуда. Может быть это какое-то чувство позволяло ей так мыслить. Может быть здесь есть кто-то или что-то, что посылает ей эти образы. Или может, здесь всё настолько очевидно, что даже это не требуется? Одно она сейчас знала точно.

Ей надо коснуться двери. Ровно также, как она открыла дверь у себя в погребке.

Она так и сделала. Пока остальные отвлеклись на обсуждение, она приложила свое копытце к центру небольшой серебристой панели, находившейся в центре нижней створки, и немного подождала. Её расчет оказался верен. Через несколько секунд вновь показался уже знакомый зеленый кружок. Однако, что-то явно пошло не так, поскольку дверь не открылась. Вместо этого, из потолка вылез небольшой штырь с красным кристаллом на конце. Он чуть-чуть покрутился, словно оглядывался, и на секунду замер.

Это не могли не заметить остальные, которые с опаской смотрели на устройство.

Устройство их не заставило ждать. Неожиданно, из кристалла на его кончике вырвался тонкий красный луч, словно пущенный фонариком. Он быстро коснулся каждой пони, причем так быстро, что только Рейнбоу Дэш смогла отреагировать, подавшись вперед. Однако, пони врятли смогли заметить, что луч задержался на розовогривой пегаске чуть дольше, чем на остальных.

Получив, что было нужно, штырь тут же втянулся в потолок. И снова знакомый голос произнес:

— Ивута ассегно. Тиуа айоль. Митти Ра, Ктара Дит.

Твайлайт не успела сказать ни единого слова перевода, когда дверь с сильным шипением открылась, втягивая свои створки во все четыре стены, открывая еще один, теперь уже последний коридор. Пони стояли в оцепенении. Особенно была удивлена аликорна, едва удерживая стремившуюся отвалиться челюсть. Её глаза расширились от услышанного. А взгляд не сходил с Флаттершай.

— Что? Что она сказала? — не выдержала Рейнбоу, буквально тряся Твайлайт своими копытами.

— Я… Я не уверена. Нас поприветствовали… Хотя я не уверена, что поприветствовали всех нас. И это… Ктара Дит… Высокий… ведущий… Нет, не так… Высший ведущий.

— Ну и язык был у этих древних,- сказала Рарити, подходя к Флаттершай. Та была в порядке, но немного удивлена. – Что это вообще значит? Высший ведущий. Может это правитель? А единственная принцесса среди нас – это ты. Голос мог тебя приветствовать.

Твайлайт только пожала плечами, показывая своё сомнение. Она не была уверена. Точнее сказать, она была уверена, но не в том, что голос обращался к ней. Скорее в том, что Высшим Ведущим была вовсе не она.

Повинуясь скорее внутреннему зову, Флаттершай начала идти вперед. Переглянувшись, подруги последовали за ней.

— Флатти,- спросила Рарити. – С тобой всё в порядке? Ты какая-то отрешенная. Больше, чем обычно.

Флаттершай, не останавливаясь, повернула голову к белой единорожке.

— Не беспокойтесь обо мне,- ответила она своим мягким тихим голосом. – Все в полном порядке. Просто... Я что-то чувствую. Словно там, впереди, кто-то есть.

— Чувствуешь?

— Можно так сказать. Это… Это наиболее похожее слово. Я… словно слышу, как впереди кто-то поет. Не ушами слышу, но слышу. Он поет так… жалостливо. Так… грустно. Ему одиноко. Он хочет, чтобы кто-то пришел, сказал, что теперь он не один, и что нет больше причин бояться пустоты.

Рейнбоу Дэш и Эплджек обеспокоенно переглянулись. Рарити прижала уши к голове.

— Но кто это? — спросила Твайлайт. — Неужели, в этом месте есть кто-то? Это пони?

— Не знаю. Но… песня, она только изменилась. В ней появилась радость. Ожидание встречи. Кто-бы это ни был, но он ждет нас.

— Нас? – спросила Рейнбоу. – Флаттершай, ты прости меня, конечно, но сейчас ты говоришь очень странные вещи. Если честно, ты пугаешь нас.

— Не стоит бояться,- сказала Флаттершай. – Это место нам не враг. Я думаю, оно так давно было пустым, что обрадовалось первым встреченным.

— Ты говоришь так, словно это место – кто-то разумный. Живой.

Флаттершай не ответила. Они приблизились к последней двери. Точно такой же, как и предыдущая. И в этот раз она не колебалась. Сразу приложила копытце к такой же серебристой панели. Дверь не стала их снова освещать красным фонариком, а открылась сразу.

За ней был огромный темный зал. Казалось, он был бесконечен. Необъятен. И абсолютно пуст. Пони осмотрели его. Начиная от двери, вперед, во тьму, выдавалась длинная, похожая на вытянутый узкий язык, платформа, покрытая по своим краям множеством каких-то полукруглых устройств, похожих на полусферы, которые поместили в плотные кольца. Их было несколько десятков. Каждый был не меньше трех метров в диаметре, но всё равно казались крошечными по сравнению с остальным помещением. А в самом конце, на самом кончике “языка” находились ещё несколько штук, выстроенных по окружности. От двери они были далеко, но всё равно были отчетливо видны.

Эплджек присвистнула:

— Ничё себе. И у кого-то хватило терпения всё это отгрохать… Это не амбар поставить.

Твайлайт приложила копыто к голове, пытаясь что-то вспомнить.

— Это похоже на… Похоже на… Где же я это уже видела? Или читала?

Очередная неожиданность заставила всех встрепенуться. Внезапно, от того места, где стояла Флаттершай, по полу пробежала желтая искорка. Бежала она по определенному маршруту, словно по каким-то проложенным под полом дорожкам. Потом пробежала еще одна, и еще одна… Все они, казалось, пытались проводить пегаску куда-то вперед. Наверное, к тем самым полусферам на самом конце платформы.

— Они хотят, чтобы ты шла туда,- сказала Пинки, неотрывно следя за бегущим светом. – Наверное, тот, кто звал тебя сюда хочет поговорить.

— Не бойся. Если что, мы будем рядом,- улыбнулась Твайлайт.

Флаттершай улыбнулась в ответ, и пошла за огнями. Следом за ней, в нескольких метрах следовали остальные. Идя туда, пегаска думала, зачем она потребовалась здесь? Никто не просил её влезать в ту дверь. Наверное, она даже не должна была найти её. Жить спокойно, заботиться о зверушках, помогать подругам. То, что с ней произошло за последние несколько часов не должно было случиться.

Но она тут. Случайность привела её сюда.

И она не жалела, что оказалась здесь. Внутри себя, в своем сердце, она чувствовала – она там, где должна быть. И хотя это темное, непонятное, огромное помещение пугало её, она не чувствовала того, старого страха, который она ощущала всю свою жизнь. Этот страх был… другим. Страх предвкушения. Она понимала, что сейчас случится что-то. Будут даны ответы на вопросы.

И она боялась этого. Боялась получить ответы. Боялась, что это перевернет и без того пошатнувшийся мир.

Тем не менее, он была готова. Впервые в своей жизни она чувствовала уверенность. Уверенность в том, что какими бы ни были ответы, она преодолеет свой страх.

Огонек привел их к одной из полусфер. Она казалась чуть больше остальных. Всего здесь было шесть таких полусфер, располагавшиеся не по окружности, как могло показаться вначале, а шестиугольником. Одна на самом краю платформы впереди всех. По две с каждой из сторон. И та самая, самая большая из них, чуть позади.

— Немного напоминает наш стол в замке Твайлайт,- сказала Дэш, облетая конструкцию. – Если брать эти… штуки вместо тронов.

— Выходит, самый большой должен принадлежать Твайлайт? — спросила Рарити.

— Нет,- ответила аликорна. – Это не наш стол в замке. И это явно не моё место. Кажется, это место Высшего Ведущего. Флаттершай.

— Моё? – удивилась желтая пегаска. – Почему? Ведь ты принцесса…

— Это место выбрало не меня. Может я и принцесса, но я принцесса там, в Эквестрии. А не здесь. Это место выбрало именно тебя.

— Почему? – непонимающе посмотрела на нее Флаттершай.

— Я поняла это, когда ты открыла дверь в Махейто. Вспомни, Флаттершай, когда мы вместе пытались открыть дверь в твоем погребе, я не смогла это сделать. Но это получилось у тебя. И обе эти двери, ведущие сюда, они тоже открылись по твоему велению. Голос назвал тебя Высшей Ведущей. И сюда мы пришли, следуя именно за желтыми огнями. Я уверена, что это место – твоё.

— Но… Что мне делать?

— Коснись его,- поддержала Пинки Пай. – Оно обязательно среагирует.

— Да, сахарок,- кивнула Эплджек. – Я тоже думаю, что Твайлайт права. Это место выбрало тебя.

Рейнбоу Дэш и Рарити кивнули. На их мордочках были радостные улыбки.

Флаттершай вздохнула, и подошла к полусфере. Подняв копытце, она вдруг побоялась им прикасаться к стенке устройства. Несколько секунд в ней боролись нерешительность и любопытство. Наконец, она коснулась.

Спустя секунду, она отпрянула от открывшейся полусферы. Это произошло мгновенно, словно лопнул мыльный пузырь. И тут же им предстало…

Увидев его, Флаттершай вскрикнула, прикрывая копытцем рот. На её глаза навернулись слёзы. Остальные мгновенно подбежали посмотреть, что могло напугать пегаску.

— Ничего себе подарок,- ошарашенно сказала Рейнбоу Дэш. — Он, наверное, долго тут лежал.

Перед ними, сидя в кресле, специально предназначенном для пони, перед панелями, полными переключателей и кнопок, находился скелет. Он принадлежал тоже пони. Похоже, пегасу. Настолько выбеленный временем, что не осталось ничего, никакого намека на плоть. Его копыта лежали на панели, словно перед своей смертью, он что-то делал с кнопками. На его голове было некое подобие диадемы, подключенной к креслу тонким проводом. То, что раньше было одеждой, теперь представляло собой истлевшие лохмотья. Только круглая нашивка на его груди до сих пор сохранила более-менее нормальный вид.

— Так это с ним мы должны были поговорить? — спросила Дэш. — Кажется, мы опоздали к беседе лет на сто, если не больше.

Твайлайт осторожно, чтобы не повредить останки, оторвала от одежды нашивку. На ней были буквы, и она хотела их прочесть.

— Техуум Асмарт. Ктана Дит,- прочла она, снова переводя взгляд на скелет.

— Так это он Высший Ведущий? — спросила Рарити.

— Да… Он. Почему-то, он умер здесь.

— Меня больше беспокоит то, что Флатти надо занять место мертвеца,- сказала Дэш, переводя взгляд на пегаску. – Я настаиваю, чтобы ты не делала этого. Всё, хватит. Давайте возвращаться домой.

— Агась, поддерживаю всеми копытами,- согласилась Эплджек, которую вид скелета несколько вывел из колеи. Обычно она многого не боялась. Но это бесстрашие не распространялась на мертвецов. И потому она хотела, как минимум, отойти от него подальше.

Нервы у Рарити были покрепче, чем у её подруг. Но даже она не желала тут теперь оставаться.

— Но ведь разве это не тайна? — спросила Пинки, подходя к креслу со скелетом. – Мы проделали долгий путь сюда, проникли в комнату, которая была сотни лет запечатана, и вы испугались каких-то костей? А разве вам не хочется узнать, почему он умер? Вдруг он умер, спасая всех? Или умер потому, что спасал всех в будущем?

— Меня больше напрягает не то, что он умер, а тот факт, что он был запечатан, пока не пришла Флаттершай, и не открыла его,- вступила Эплджек. — Вдруг он умер не потому, что спасал кого-то, а потому, что не смог выбраться отсюда? И если Флатти сядет на его место, то окажется в такой же ловушке, как и он… Неа, я не прощу себе, если она тут застрянет.

Спор грозил затянуться. Но Флаттершай в нем не участвовала. Она пересилила свой страх и подошла к тому, которого звали Техуумом Асмартом. Был ли он заперт здесь? Или сам запер себя? Кто из её подруг был прав в своих предположениях? Она не знала. И не могла догадаться. Единственный, кто мог бы дать ответы на все вопросы – это место. Именно единственный. Не зная почему, но Флаттершай чувствовала это место как, словно бы, живое существо. Как зверька, который потерял своего хозяина, и который ждал, пока не найдется новый. Пока не подойдет к нему, и не спросит, хочет ли он быть с ним. И зверек посмотрит, нравится ли ему тот, кто хочет стать его новым хозяином. Если нет – то он просто продолжит ждать, не теряя надежды. Но если да, то он станет самым дорогим, самым верным и самым близким другом.

Было ли это место другом для Техуума?

Странный блеск привлек её внимание. Она посмотрела. Перед креслом находилась кнопочная панель, которую она заметила сразу же, как купол странного устройства открылся. Но сейчас в ней что-то изменилось. Присмотревшись, Флаттершай поняла, что. Это был не блеск. Одна кнопка начала мигать. Неярко, словно боялась, что её увидят. И, возможно, её бы и не заметили. Но любопытство Флаттершай не дало этому случиться.

— Девочки, — позвала она, но её не услышали. Настолько они были заняты спором между собой. Рейнбоу Дэш, Эплджек и Рарити пытались убедить Пинки и, вставшую на её сторону, Твайлайт, что надо покинуть это место. Аргументы второй стороны были не менее весомыми – надо исследовать, понять это место. А только потом решать, стоит его предавать забвению снова или нет. Потому, желтая пегаска решила попробовать сама.

Она протянула копыто и коснулась кнопки.

Секунду ничего не происходило, но потом вдруг раздалось шипение, которое прекратило спор подруг лучше, чем уговоры и попытки отвлечь внимание.

Оставшиеся пять устройств, повинуясь чьей-то команде, вдруг повернулись к центру шестиугольника. Купола над ними тут же исчезли, открывая пони свою пустоту. Более никто не захотел разделить судьбу Техуума. Едва все кресла повернулись к центру, внутри шестиугольника загорелся круг. Сперва он медленно набирал яркость, но через несколько секунд он светился ярким голубовато-белым светом. Тут же в воздух взметнулись сотни, может тысячи небольших вспышек, словно искры от большого костра. Немного покрутившись внутри образованного светом цилиндре, они начали выстраиваться во что-то, имеющее осмысленную форму. Объемное изображение чего-то, что могло показаться какой-то необычной черепахой, если бы не отсутствие лап и головы. Да и сама она была очень сильно приплюснутой. Одни конец был острым, напоминая собой наконечник копья, хотя и слишком закругленного. Панцирь этой черепахи был окутан странными нитями, словно кто-то накинул на нее сеть, если бы эти самые линии не казались частью этого самого панциря.

— Что за сено? — удивилась Эплджек. – Флаттершай, это ты сделала?

— Наверное,- сконфуженно призналась пегаска. – Я увидела мигающую кнопку и нажала на нее…

— Поздравляем, теперь вас двое любителей нажимать на кнопки,- не обидно хихикнула Рейнбоу Дэш, взмывая в воздух и рассматривая сотканное из света изображение. – Что это такое? На черепаху похоже, вот только сомневаюсь, что всё это странное место сделали для того, чтобы любоваться на черепах.

— Это и не черепаха,- ответила Твайлайт, взлетая следом, чтобы лучше видеть. – Это тоже какое-то устройство, но… Погоди… Дай мне посмотреть…

Твайлайт подлетела поближе, всматриваясь во что-то, что располагалось внутри изображения. Она что-то шептала себе под нос, и с каждым произнесенным словом её глаза становились всё больше. Она не могла поверить в то, что видела.

— Эй, что там? – подала голос Рарити, возвращая аликорну в реальность.

— Это… Это Эквестрия.

## Проясняющие ответы

— Что? — разом ахнули все.

— Мы что? Всё это время жили в брюхе какой-то черепахи? — спросила Дэш, вглядываясь лучше. — Вот Сид Тэрнип Трак обрадуется. Он всегда утверждал, что наш мир покоится на черепахе…

— Не совсем. Это явно не черепаха. Но я отлично узнаю Кристальные горы, Бухту Подковы, остров Гиппогрифов… А вот и Кантерлотский пик. Это определенно Эквестрия.

— Погодь-погодь, сахарок. Если это Эквестрия, то чего эта штука рисует её внутри… другой штуки?

— И почему вдруг стало еще темнее? Темнее темного,- сказала Пинки, осматриваясь вокруг себя.

— Пинки, не сейчас.

— Нет, я серьезно… Разве уже ночь?

— Нет,- ответила Рарити. — Еще должен быть только закат.

— Тогда откуда звезды? — задала вопрос Пинки. И все недоуменно посмотрели на нее… Чтобы тут же поднять взгляды вверх.

Раньше всё это помещение было словно накрыто чем-то черным, будто колпаком, что создавало обманчивую иллюзию, что оно бесконечно. Однако, когда зажглась эта непонятная картинка-карта, произошло еще кое-что. Чернота, окутывающая помещение, вдруг начала рассеиваться, открывая другую, более… бесконечную черноту, которая не была абсолютной.

Они смотрели на россыпь звезд. Куда бы они не глянули, всюду были звезды. Миллионы ярких, совершенно не похожих на те, что они каждую ночь видели в небесах, звезд. И хотя света они давали больше, в помещении всё равно стало чуточку темнее. В мыслях Флаттершай мгновенно возник образ старой легенды об одном пони, который шел и шел куда-то, пока не достиг края света. Казалось бы, всё, конец мира, больше некуда идти. Но он не поверил этому и заглянул за его край.

И увидел бесконечность.

То же самое, что сейчас видели её глаза.

— Селестия милостивая,- произнесла Твайлайт. – Никогда не видела такого.

— Девочки, я боюсь,- неожиданно произнесла Рейнбоу Дэш, но мгновенно поняла, что сказала, и поправилась. – В смысле, не то, чтобы я боялась так уж сильно, но… Туда провалиться можно.

— Никогда не видела столь глубокого неба,- согласилась Рарити. – Но что это? Небо ведь не такое.

— И тем не менее, это оно,- ответила Твайлайт, подходя к краю платформы и глядя вниз. – Это, наверное, какая-то проекция. Кажется, мы в… в чем-то вроде планетария. Или…

Неожиданно Твайлайт поднялась в воздух, решая проверить пришедшую ей в голову абсурдную по своей нелепости мысль, одновременно занимая положение прямо за проекцией непонятного устройства так, чтобы его острая часть была направлена точно вперед, на самое “острие” платформы. Немного приглядевшись, Твайлайт ахнула, медленно опускаясь на пол. В её глазах проскочило осознание. А если не оно, то слишком правдоподобная теория.

— Девочки,- сказала она, не зная, как продолжить. – Вы сейчас решите, что я чокнулась, но мы сейчас не в планетарии. Я поняла…

Твайлайт замолчала. Она сейчас сама не верила собственным мыслям. Её подруги терпеливо ждали.

— Мы в космосе,- наконец сказала она, выговаривая каждое слово с большим трудом.

Слова встретила гробовая тишина. Никто из присутствующих до конца не понимал сказанное принцессой, однако по тону они поняли, что дела обстоят не самым лучшим образом. Максимум, что они знали о космосе, что это место находится где-то высоко наверху, куда даже самый сильный пегас или грифон не долетит, и даже драконы боятся подниматься столь высоко. Место, где парят Солнце и Луна, ведомые принцессами-аликорнами. Где светят звезды, где они рождаются и умирают.

Но глядя на то, что сейчас находилось вокруг них, ломались даже такие простые представления о мире.

— Объясни, пожалуйста, для нас, недалёких,- попросила Эплджек.

Твайлайт набрала в грудь воздуха, едва не подавившись им:

— Еще будучи в Кантерлоте, мне была попалась одна книжка. Просто развлекательное чтиво, бульварная книга. Однако автор в ней описывал полет на луну с помощью огромной пушки и снаряда, внутри которого были пони. До луны они так и не добрались, но сумели облететь её и вернуться назад. Эта книга мне понравилась и в дальнейшем я часто приобретала подобные романы. Они по-разному описывали полеты в космос. От небольших, похожих на ядра, капсул, до огромных, летящих на силе взрывов, кораблей. Так я впервые узнала термин, которым авторы назвал эти корабли – космический корабль.

Эплджек на секунду отвлеклась, глядя на светящееся изображение “космического корабля”.

— Чёт он не похож на пушечный снаряд. Скорее на зернышко.

— Но это он,- ответила Твайлайт. – И мы сейчас находимся в его рубке управления. Махейто – это мостик корабля.

— Мостик… Погоди, как мы вообще оказались на космическом корабле? – спросила Дэш. – Мы ведь на поезде ехали, разве нет? Или я пропустила, как нас телепортировали?

— Не было никакой телепортации. Мы всё время, всю свою жизнь находились внутри него. Это,- она указала на изображение,- и есть наш корабль. Вся Эквестрия находится внутри него.

Снова наступила тишина. Длилась она не долго. Рейнбоу, глядящая на проекцию корабля, нарушила её первой. Но не единственной.

— А он немаленький,- одновременно с Эплджек и Пинки, сказала она, тут же посмотрев на подруг. В другой бы ситуации, они бы улыбнулись, или даже засмеялись. В другой ситуации.

— Но зачем кому-то было строить такой огромный корабль? — спросила Рарити. — Корабль, в который вмещается целая страна.

Аликорна не знала, что ответить, потому промолчала, подойдя к пульту, за которым сидел Техуум. Если кто и знал все ответы, так это капитан этого корабля.

Капитан…

Капитан…

Твайлайт посмотрела на Флаттершай. Когда они вошли сюда, голос назвал именно Флаттершай Высшим Ведущим. Капитаном. Он не мог знать Флаттершай, и тем более выбрать её на эту должность. Но он сделал это. Может быть автоматика корабля долгое время наблюдала за своим экипажем, и среди них выбирала… Но если так, то как именно она выбрала именно желтую пегаску?

Флаттершай заметила взгляд Твайлайт и немного съежилась. Она не могла читать мысли других, однако точно знала, о чем размышляла Твайлайт. Ктана Дит. Высшая Ведущая. Она была плохо знакома с корабельными званиями, но даже её знаний хватало, чтобы сопоставить это звание и должность Капитана. К сожалению Твайлайт, страх в ней сейчас перевешивал над любопытством. Флаттершай не хотела брать на себя эту работу. Не столь большую ответственность. Она уже была ответственна. За своих питомцев, за своих подруг, за многое. Но брать на себя ответственность за весь мир, пусть вдруг и уменьшившийся до размеров корабля… Нет, такого она не могла принять.

— Флаттершай,- начала Твайлайт.

— Нет,- тихо пропищала Флаттершай, отходя на несколько шагов назад. – Нет, я не могу принять это. Слишком много… Я не смогу столько…

— Флатти,- постаралась успокоить подругу Твайлайт. Но та не думала прекращать:

— Слишком много ответственности. Да, мы много раз спасали Эквестрию от всяких монстров и злодеев. Мы были ответственны за тех пони, которые пострадали от них. Но это всё не то. Ты предлагаешь мне взять на себя ответственность за абсолютно всех живых существ. И если я ошибусь, то все они погибнут.

— Не погибнут…

— Откуда ты знаешь?

— Прикинь сама,- вмешалась Эплджек. – Эквестрия существует многие тысячи лет. И если мы и взаправду на корабле, то за это время с ним определенно ничего не случилось. Не думаю, что ты сломаешь его в первый же день.

— ЭйДжей права,- кивнула Дэш. – Да и так, ты же не думаешь, что одна будешь управлять этой штукой? Любому кораблю нужна команда. И эта команда сейчас перед тобой.

— Да-да-да-да,- запрыгала Пинки. — Самая лучшая команда для космического корабля на свете!!!

— Но… Почему я? Почему не ты, Рейнбоу? Ты сильна и крута. Ты справляешься с такими делами, о которых я даже подумать боюсь. Или, почему не Твайлайт? Она принцесса и очень умная пони. Она легко бы справилась.

— Потому, Флаттершай,- ответила Твайлайт,- что ты добрая и заботливая. Ты сможешь сохранить корабль и всех живых существ на его борту. Корабль как-то узнал об этом. И он доверяет тебе. Верит, что именно ты сможешь управлять им.

— Я… я…- хотела что-то сказать розовогривая пегаска, но не смогла.

Всё, что она смогла сказать, это:

— Я еще никогда не заботилась о питомце, размером с Эквестрию.

Услышав это, все рассмеялись. Даже Флаттершай слегка улыбнулась. Она не могла сказать, сможет ли действительно заботиться о столь большом “питомце”, но она пообещала себе, что сделает всё, что сможет.

Ведь вместе с кораблем, она будет заботиться обо всех жителях Эквестрии. И не только.

— Давайте сделаем это! — с нахлынувшим энтузиазмом сказала Дэш, тут же облетая каждую из полусфер, выбирая себе свою. Но на её взгляд, все они были одинаковы, потому она не могла сделать выбор.

Флаттершай подошла к устройству, где сидел Техуум. Глядя на скелет, она подумала, что он был хорошим пони, если мог управлять всем кораблем. И умер он, явно спасая его.

— Твайлайт,- позвала она. Аликорна посмотрела на подругу. – Можешь оказать услугу? Техуум был… Хорошим пони. Мы должны его похоронить так, как он заслуживает.

— Я поняла тебя,- ответила Твайлайт, аккуратно поднимая магией скелет прошлого капитана. — Он будет похоронен со всеми почестями, как и полагается капитану.

— Спасибо. Ну что же… — Флаттершай посмотрела на подруг. – Давайте попробуем.

— Погоди,- неожиданно сказала Рарити. – Ты что, собираешься туда прямо сейчас?

Флаттершай недоуменно посмотрела на белую единорожку.

— Ведь так нельзя. Там несколько секунд назад мертвец сидел. Дай хоть почистить там всё.

От последней фразы глаза расширились не только у желтой пегаски. Только Пинки тихо захихикала от этого.

Рог Рарити мягко засветился, и по креслу, а после по всей полусфере пробежалась волна света, после которой место капитана стало сиять.

— Вот, так-то лучше… Что? — она посмотрела на пораженных подруг. – Вы что, думали, что я каждый раз убираю свой бутик метлой и щеткой?

Флаттершай усмехнулась, и села в кресло. Оно было довольно удобным, несмотря на все года. Однако, чего-то не хватало.

— Пульт не работает,- подтвердила её мысли Твайлайт. – Чего-то не хватает…

— Может быть вот этого? – спросила Пинки, осторожно стягивая передними ногами, предусмотрительно завернутые в носовые платки, с головы скелета, диадему. Твайлайт закатила глаза. Она и думать забыла про нее, хотя при подъеме Техуума почувствовала сопротивление, словно на секунду что-то задержало его. Осмотрев диадему, она с облегчением вздохнула. Провода оказались не повреждены. Похоже, они были вставлены во что-то, и Твайлайт просто выдернула их.

После очередной обработки от Рарити, Диадема водрузилась на голову к Флаттершай. Твайлайт также быстро нашла то место, куда крепились провода, и вставила их.

Но ничего не произошло.

Несколько секунд. А потом панель зажглась множеством огней.

— Ничё себе,- сказала Эплджек. – Выглядит непонятно и сложно. Может, ну её, эту затею?

— Нет,- сказала Флаттершай, закрывая глаза. – Это не сложно. Я… Я понимаю. Эквус объясняет мне, что делать.

— Эквус? – спросила Твайлайт. Так назывался их мир. Выходит, это было не название планеты, а название корабля…

— Да,- произнесла Флаттершай, словно слегка сонным голосом. — Корабль Его Императорского Величества, Правителя Эквусианской Звездной Империи, Эквус-3. Отчалил  из родного порта на Эквусе в год Эм четырнадцать точка ноль тридцать семь. Держит курс… Курс неизвестен.  Миссия – спасение, эвакуация, защита.

— Мне одной кажется, что это жутковато? – спросила Дэш.

— Спасение, эвакуация…- Твайлайт перебирала услышанные слова. – Эм четырнадцать. Флаттершай, ты можешь назвать текущую дату?

— Зачем это? – задала вопрос Рейнбоу.

— Так мы узнаем, сколько корабль в пути.

— Текущая дата Эм двадцать девять точка сто двадцать один.

— Эм двадцать девять… — Твайлайт с трудом удержала свою челюсть на месте. Но вырвавшийся возглас не смогла. — О Селестия…

— Что? — спросили одновременно Дэш и Рарити.

— Если предположить, что Эм означает тысячелетие, то… корабль в пути по чуть более пятнадцати тысяч лет.

— Пятнадцать тысяч? – ахнула Рарити. – Выходит, он невероятно старый. Что с ним случилось?

Флаттершай не ответила. Однако тот же миг изображение корабля исчезло, а на его месте возник образ жеребца-пегаса желтого, как у Флаттершай окраса, но его грива была фиолетовой. На нем была форма, точно такая же, как на Техууме. Нет, это и был Техуум. Он смотрел прямо перед собой.

— Говорит Техуум Асмарт, капитан в третьем поколении на эвакуационном корабле “Эквус-3”.

— Стоп, я понимаю его? – спросила Твайлайт.

— Не одна ты,- согласилась Рарити. – Пусть и с акцентом, но он говорит на Эквестрийском.

— Но… Как это возможно? Он ведь не должен его знать.

— Может быть,- вдруг предположила Пинки. – Он и не говорит на нашем языке, но корабль, подключившись к Флаттершай, понял, что Древний уже не является нашим языком, и старается переводить.

— Если так, то он делает это хорошо.

— Идет сто пятьдесят третий год нашего полета,- продолжил Техуум.- С Эквуса нет вестей, как и с других кораблей. Думаю, мы улетели так далеко от родины, что не можем поймать ни единого сигнала. Похоже, Цефоны добрались до Эквуса. Не хочу казаться пессимистом, но возможно, что мы последние спасшиеся.

Техуум сделал паузу.

— Состояние корабля удовлетворительное. Система замкнутой биосферы превосходно справляется со своей задачей. Потери биомассы и воды пока нет. Состояние пассажиров соответствует норме. Расход топлива двигателей и реактора также без изменений. Этот корабль просто чудо. Думаю, он сможет продержаться не одну сотню лет…

“- А смог продержаться пятнадцать тысяч,- подумала Твайлайт. “

— Курс неизменен. Система Глиппартоба. С такой скоростью, нам потребуется всего пять лет, чтобы её достичь. Надеюсь, что там будут пригодные к заселению планеты. По крайней мере, эта надежда греет души всем членам экипажа. Мы давно вышли за пределы изведанных территорий, и дух команды сейчас слишком неустойчив. Конец отчета.

Техуум протянул копыто, явно намереваясь что-то отключить, но изображение с ним не исчезло. Оно только дернулось, возвращаясь в прежнее положение.

— Говорит Техуум Асмарт, капитан в третьем поколении на эвакуационном корабле “Эквус-3”.

— Зачем он это повторяет? — спросила Дэш.

— Кажется, это следующая запись,- догадалась Твайлайт.

Техуум продолжил. Его голос казался встревоженным.

— Идет сто пятьдесят пятый год нашего полета. Сегодня в три часа семь минут по стандартному времени Эквуса, мы были обнаружены. Два корабля Цефонов совершили прыжок в нескольких световых минутах от нас. Скорее всего, это патруль. Я приказал заглушить двигатели, чтобы не выдать себя, но мы опоздали. Они заметили нас и начали сближение. К счастью, у нас достаточно вооружения, чтобы отбить подобную атаку. Если ничего критического не произойдет, я составлю рапорт по этому инциденту. Конец отчета.

— Кто такие эти Цефоны? – спросила Эплджек.

— Инопланетная раса инсектоидов,- тут же ответила Флаттершай,- вторгшаяся на территорию империи в Эм тринадцать точка девятьсот сорок два. Отличились тем, что уничтожали все живое на захваченных планетах, или подвергали ассимиляции. В Эм четырнадцать точка ноль ноль три ситуация по сдерживанию вышла из-под контроля, возникла неотвратимая угроза существованию Империи. Было принято решение о строительстве десяти кораблей мега-класса “Эквус” для эвакуации гражданского населения.

— Плохие, плохие насекомые,- заключила Пинки.

— Как они выглядят? — спросила Твайлайт. Рядом с Техуумом тут же возник образ Цефона. Твайлайт поёжилась. Столь безобразного и столь знакомого существа она еще не видела.

— Теперь понятно, от кого произошли Чейнджлинги,- сказала Дэш.

— Чэйнджлинги – это Цефоны?

— Нет,- ответила Флаттершай. – Существа, именуемые чейнджлингами, ранее были теми, кого теперь называют Пони, подвергшиеся воздействию Ассимиляции Цефонов.

— Выходит, ассимиляция – это что-то вроде болезни?

— Поправка. Это мутация.

— Хорошо, с этим разобрались. Хотя признаюсь, я не поняла и половины, — сказала Дэш.

Словно ожидая этого, изображение Цефона тут же исчезло, а изображение Техуума снова заговорило.

— К Стекраю формальности. У нас ЧП. Мы смогли уничтожить оба корабля Цефонов, но они успели выпустить десантные капсулы и взять нас на абордаж. К счастью, я приказал изолировать жилую зону и инженерные палубы. Сейчас производится зачистка атакуемых отсеков. Их много, и это займет достаточно много времени. Конец отчета.

Изображение снова дернулось. Вид жеребца стал еще более усталым, можно сказать даже подавленным.

— Говорит Техуум Асмарт. Капитан… Не важно. Мы смогли отбить атаку Цефонов, но, боюсь, мы всё равно проиграли. Цефоны успели проникнуть в блок климат-контроля Си-пятнадцать и полностью вывести его из строя. Ремонт невозможен. Пока это не слишком сильно отражается на жилом модуле, но в скором времени в контролируемой зоне возникнет пустошь. Сейчас производится медицинская проверка всех без исключения отсеков. Эти жучары могли выпустить свою мерзость в систему жизнеобеспечения. Жилая зона в безопасности благодаря изоляции. Замкнутая биосфера позволит им просуществовать даже если весь остальной корабль окажется заражен. Конец отчета.

Снова изображение дернулось. Техуум стал выглядеть еще более подавленным.

— Этого я и боялся. Они всё же сделали это. Заражен практически весь экипаж Эквуса-3. К счастью, только экипаж. Пассажиры в безопасности. А значит моя жена и сын спаслись. Мы попытаемся найти способ излечиться, но шансов мало. Я предложил более радикальный план решения проблемы и спасения корабля. Не все его поддержали, но всё равно голосов За было больше. Когда последний шанс будет утрачен, я дам команду распылить в технических коридорах пары топлива и выжечь здесь всё. Основные агрегаты и системы выдержат огонь, как и корпус. Все роботы обслуживания уже получили аварийные протоколы на этот случай. Они полностью восстановят корабль после зачистки… Надеюсь, они не пригодятся. Конец отчета.

Изображение снова сменилось. Но в этот раз Техуум сидел в том самом кресле, где сейчас сидела Флаттершай. Вид у него был скорее решительный, чем печальный. И всё же, глаза его выдавали. Он едва сдерживал слёзы.

— Говорит Техуум Асмарт. Это мой последний отчет. Нам не удалось сдержать заражение. Было принято решение о последней инициативе. Сейчас коридоры и все отсеки заполняются топливными парами. Один день назад мы совершили большой прыжок по случайному вектору. Надеюсь, так мы оторвемся от Цефонов, хотя курс можно теперь послать в самую глубокую задницу из всех доступных в космосе. Двигатели переведены в аварийный режим. Потребление топлива минимально. Реактор приглушен, но снова войдет в рабочий режим после выжигания. Скорее всего наиболее пострадавшей частью окажутся системы климат-контроля, но роботы быстро их восстановят… Экипаж тоже готов. Сейчас производится финальная корректировка систем. Изоляция жилого отсека должна продлиться около тридцати стандартных лет, после чего доступ к техническим палубам снова откроется. Думаю, наша смена сможет завершить то, что не удалось нам… Проклятие. Кажется, пришло время прощаться. Не думал, что всё вот так закончится. Если кто-то найдет моё тело и эти записи, прошу помнить о нас. Мы сделали всё, что могли. И… Пемма, я люблю тебя. Прошу, вырасти из Лиамея хорошего Капитана. Пусть он завершит мою работу и доставит нас в наш новый дом. Не переживай. Мы еще увидимся когда-нибудь. Прощай… Конец отчета.

В этот раз изображение замерло окончательно.

Все смотрели на капитана Техуума. Единственная, кто старалась сдерживать слёзы, была Рейнбоу Дэш, но и это давалось ей с огромным трудом. Стянув с головы диадему управления, Флаттершай вылезла из кресла и подошла к останкам своего далекого предка.

Через тридцать лет доступ сюда не был получен. Корабль автоматически перевел себя на автопилотирование, а компьютер не смог установить причину подобной неисправности.

В жилом отсеке жизнь текла. Постепенно забывалось то, что они все они живут на гигантском космическом корабле, летящем в бескрайних просторах космоса. Постепенно выходили из строя некоторые системы, и запертым в своей просторной тюрьме пони, грифонам, драконам, фелиссам и другим существам пришлось приспосабливаться, научиться управлять всем изнутри.

А поколения сменялись. Не имея необходимого количества ресурсов, кроме тех, что были завезены случайно при строительстве корабля, общество деградировало, откатываясь всё дальше и дальше в прошлое в своем развитии. Наконец, была преодолена какая-то точка, когда древние пони перестали помнить, кто они, и начали свой путь развития заново. Не как спасшиеся с Эквуса граждане Империи, а как живущие под искусственным небом существа, вынужденные двигать искусственные светила и управлять искусственной погодой, не понимая того, что всё окружающее их – не настоящее. Что их предки принесли жертву, чтобы спасти всех.

Сколько поколений прошло с тех пор? А род, начатый Капитаном Техуумом Асмартом не прервался. И вот она, потомок Капитана, стоит над его костями и плачет. Она готова взять на себя бремя. Задача одна – найти им новый дом и привести их туда.

— Флаттершай,- раздалось сзади. Пегаска обернулась, глядя на своих подруг. Её подруги. Её команда. Надежда.

Твайлайт улыбнулась.

— Приказывайте, капитан Флаттершай,- сказала она, поклонившись. Все её подруги сделали тоже самое.

— Эм… Займите свои места,- несколько неуверенно сказала Флаттершай. Тут же, словно отозвавшись на приказ своей новой хозяйки, корабль осветил оставшиеся пять полусфер, в цвета каждой из её подруг.

— Ну вот видишь? – похвалила её Твайлайт. – Ты можешь.

— Я верю в тебя, дорогая,- сказала Рарити. – С меня мундир.

— Ты станешь крутым капитаном. Круче любого в Эквестрии,- поддержала Рейнбоу Дэш. Но снова осеклась, и уже тихо, с улыбкой добавила, подмигнув глазом. – Даже круче меня.

— Вот эт подход,- заявила Эплджек, направляясь к своему месту. – За таким капитаном можно и в шторм, и в бесконечность.

— А потом ВЕЧЕРИНКА в честь КАПИТАНА ФЛАТТЕРШАЙ!!!!- радостно заорала Пинки на всю мощь своих легких. – Пригласим всю Эквестрию!

— ПИНКИ! — прикрикнули все, и тут же разразились смехом. На мгновение показалось, что от этой сцены слегка улыбнулось даже изображение Техуума. Но только на мгновение.

— Спасибо вам, девочки,- Флаттершай была счастлива в этот миг. Её сердце было наполнено решимостью. Она знала – она сдержит негласное обещание, данное ей Техууму. Она доведет “Эквус-3”.

И она не будет в этом одна.

## Путь домой

Уверенно ступая по коридору, ведущему на мостик, капитан Флаттершай размышляла, из-за чего главный космогатор Твайлайт решила её вызвать. Аликорна вызвала её прямо посреди ночи, попросив прибыть как можно скорее. Надев мундир, так заботливо сшитый Рарити много лет назад, она спустилась на станцию.

Её коттедж ради доступа к коммуникациям корабля решили не сносить. Оставили как личный вход. Однако специально для других был проделан еще один туннель, начинающийся недалеко от главной площади Понивиля. Теперь кто угодно мог сесть на маглев и домчаться до любой точки эквестрии. Как только правда о том, где они все находятся, была предана огласке, развернутая транспортная сеть “Эквуса-3” заработала на полную мощность, перевозя пассажиров и грузы по всему кораблю. Принцесса Селестия даже организовала специальный департамент, контролирующий эти перевозки во имя безопасности. Старые распри между государствами всё еще были в силе, а доступ в центр страны пони, благодаря маглевам, стал как никогда открыт.

Однако, не считая небольших инцидентов, пассажиры корабля быстро приняли новую правду, и вскоре после этого не стало Эквестрии, Грифонии, Кристальной Империи или Зебрики. Страны просто потеряли свою необходимость, уступив место Содружеству Эквуса. Все начали работать и жить не во благо своих стран, а во благо всего корабля.

Флаттершай гордилась тем, что вместе с подругами, ставшими высшими офицерами ходовой рубки, приложили усилия к этому.

Первыми, кто всё узнали, были правящие Принцессы. Луна долго не могла поверить в рассказанное, даже когда увидела полностью функционирующую рубку корабля. Селестия приняла новую правду намного легче и быстрее. Она согласилась с тем, что корабль выбрал именно Флаттершай своим капитаном, а её подругам позволил править собой. И хотя теперь, спустя года и многочисленный опыт, подобные выражения казались смешными, тем не менее, они всё равно казались уместными. Корабль действительно оказался живым существом. Не в том смысле, как пони, кролик, птица или кто-либо еще. Его компьютеры, хранящие в себе полноценный разум и опыт всех предшествующих капитанов и высших офицеров, бережно следили за состоянием корабля все пятнадцать тысяч лет полета. Представляя из себя лишь цифровые копии когда-то живших пони, они не могли не наблюдать за тем, как сменялись поколения.

Однажды, Флаттершай даже смогла поговорить со своим далеким предком, могила которого теперь находилась в мемориальном комплексе, возведенном близ радужных водопадов. Оказывается, он был очень рад, когда желтая пегаска приняла на себя бразды правления, и поклялся всячески поддерживать её и обучать.

Так и случилось.

Её подруги тоже не остались в стороне. Когда они вызвались быть её командой, по подсказке компьютера и Техуума, их распределили в соответствии с их навыками и умениями. Твайлайт, как наиболее умная и начитанная пони, взяла на себя роль космогатора. Под её началом теперь работал огромный штат сотрудников в десятках лабораторий и обсерваторий. Также, по личной инициативе, она заведовала огромной базой данных скорее всего уже давно исчезнувшей цивилизации Эквуса, изучая историю, космогацию, астрономию, физику червоточин и остальное.

Не даром Флаттершай выбрала именно её своим старпомом.

Рейнбоу Дэш досталась не менее важная, хотя и не требующая столь же усердного контроля, как остальным, должность. Она, как лучшая летунья, весьма очевидно была назначена на место Пилота. И хотя “Эквус-3” не мог в силу своего размера, маневрировать, как это любила делать радужногривая пегаска, понимание, чем она управляет, доставляло Дэш поистине небесное наслаждение. А её подчиненные, пилоты и военные, исправно снабжали корабль ресурсами из пролетающих мимо астероидов, комет и других небесных тел, встреченных по пути, а также обеспечивали безопасность и порядок на корабле. Особенно в первые годы, когда мировоззрение многих было поставлено с ног на голову. Дэш справлялась со всем этим так, словно была рождена для этого.

Эплджек заняла пост офицера инженерной службы. Именно от неё самой и её команды теперь зависела целостность и работоспособность всех корабельных систем, а особенно – системы жизнеобеспечения. Того самого “Ирлатора”, который года назад так упорно пыталась перевести Твайлайт. И, надо сказать, что справлялась она с этим просто отлично. Довольно быстро выучившись и разобравшись со всем, она и её команда инженеров в течении года смогли устранить все неполадки на всем корабле-исполине.

И им в этом помогала Рарити. Взяв на себя организацию снабжения и логистики, она напрямую контактировала со службами добытчиков и инженерами, распределяя добытое туда, где это было наиболее необходимо. Особенно после того, как Содружество Эквуса получило доступ ко многим технологиям, заново открытых Твайлайт в корабельной базе данных. Стремительно начавшееся развитие общества требовало множества ресурсов. И Рарити их давала.

Хотя это и не требовалось, но за моральным духом пассажиров и экипажа во все глаза и во все свои чувства следила Пинки. За время её вахты не случилось ни одного серьезного бунта. И хотя общество сильно лихорадило в первые годы после открытия правды об их мире, Пинки смогла успокоить всех, дать надежду и цель, сплотить общество лучше, чем даже правящие принцессы.

Как ни удивительно, для Селестии и Луны тоже нашлась работа. Хотя формально они не числились в экипаже корабля, продолжая пребывать в списках пассажиров, пусть и высокопоставленных, тем не менее, они присоединились к службам Эплджек и Пинки. Селестия, как лучше всех знавшая законы “мира”, стала шефом одного из подразделений инженерной службы, занимающихся поддержанием работоспособности Жилого отсека. Луна же решила играть свою прежнюю роль, как и тогда, в Эквестрии. Она не подчинялась службе Пинки напрямую, но часто помогала им, используя свои способности проникновения в сны, чтобы поддерживать моральный дух на высоте.

Все были при деле. Даже Кризалис, когда она осознала всё, нашлась работа на корабле. Не столь достойная королевы, однако вскоре она призналась, что управлять подразделением аграрной службы ей даже нравится. И хотя компьютер настаивал не привлекать к работе тех, кто подвергся мутациям Ассимиляции Цефонов, Флаттершай настояла, что так будет лучше для всех.

Хотя до сих пор она надеялась, что поступила правильно насчет Кризалис. Слишком долго она была заложницей собственных амбиций и негативных чувств.

И всё же, надежда была.

Последняя дверь открылась перед Флаттершай, давая ей возможность взойти на мостик. Когда они нашли это место, здесь было пусто и одиноко. Огромное помещение ничем не выдавало того, насколько оно важно. Однако, не теперь. Сейчас оно кипело жизнью и деятельностью. Десятки пони, зебр, грифонов, гиппогрифов, драконов и других сидели за своими пультами, контролируя каждую систему космического исполина. Рубка управления была мозгом и сердцем всего металлического организма, именуемого “Эквус-3”. И сейчас, Флаттершай заметила, что обстановка была намного оживленнее и радостнее, чем раньше.

— Капитан на мостике! – объявил белоснежный грифон в форме офицера охраны, едва пегаска сделала шаг внутрь. Тут же все, кто не был занят в ближайших пределах от нее, подняли передние правые ноги к своим вискам, салютуя своему капитану.

— Вольно,- поблагодарила Флаттершай, направляясь на свой пост. Множество глаз, преисполненных уважения, глядели её в след. Пегаска не могла не отметить, как в них играет радость и предвкушение чего-то, что скоро случится.

Неужели, они наконец достигли цели?

Увидев капитана, старпом и космогатор Твайлайт отсалютовала, приветствуя подругу на мостике. В отличие от Флаттершай, аликорну время не тронуло. Она по-прежнему была также молода и энергична. Как и раньше.

Остальных её подруг не было на местах. Но она была уверена, что они сейчас на пути сюда.

— Докладывай,- кратко попросила Флаттершай, салютуя в ответ. Её голос хоть и казался приказным, полностью соответствующим своей должности, тем не менее, все понимали, что всё было с точностью наоборот. Флаттершай приказывала только тогда, когда происходили чрезвычайные происшествия. В других ситуациях она не приказывала. Она всегда просила что-либо сделать. Она не обращалась со своими подчиненными, как с подчиненными. Она обращалась с ними, как с её семьей, близкими друзьями.

И экипаж оказывал ей ту же услугу.

— Семь часов назад вернулись зонды, посланные в семнадцать ближайших звездных систем. Согласно процедуре, они провели там почти месяц, собирая данные по планетарным системам. И, кажется, мы нашли кое-что интересное в системе, которую отдел космогации назвал Исмилой.

Голограммер, встроенный в пол, мягко засветился голубоватым светом, выстраивая изображение планеты. Она была… прекрасна. Совсем не то, что они видали на протяжении долгих лет. Не очередная серая или цветная каменная глыба, непригодная к заселению. Эта планета даже в виде трехмерного изображения дышала жизнью. Её континенты были полны зелени, а океаны сверкали, как сапфиры. Облака, сворачивающиеся в спирали над ними, медленно плыли к берегам, чтобы пролиться дождем. Горные цепи, словно жемчужные ожерелья, красовались белоснежным блеском.

— Сорок лет поисков,- прошептала Флаттершай, смахивая со своего покрытого морщинками личика слёзы. – Сорок лет поисков, и пятнадцать тысяч лет надежд.

— Мы уже отправили туда группу разведки под командованием Рейнбоу Дэш. Сейчас они уже должны быть на планете. Данные с зонда говорят о том, что атмосфера пригодна для дыхания. Сканирование не выявило никаких ядовитых веществ в воздухе и в почве. Еще предстоит уточнить параметры орбиты планеты, однако, по предварительным прогнозам, они соответствуют необходимым критериям. Климат теплый, но не жаркий. Следов развитых цивилизаций не замечено… Похоже, мы нашли себе новый дом, Флатти.

— Да… Дом,- кивнула Флаттершай. — Предлагаю начать торможение, чтобы войти в систему. Сколько у нас займет сближение с планетой?

— Советую не спешить пока, Капитан,- посоветовала лавандовая аликорна. — Дождемся заключения от Разведки. Но если верить расчетам, то “Эквус-3”, с его текущей скоростью, сможет выйти на орбиту этой планеты, даже с учетом отложенного торможения, через три года и пять месяцев. Однако, как только мы убедимся, что планета безопасна, то сможем начать предварительную колонизацию уже через два месяца.

Флаттершай кивнула, занимая место за капитанским пультом и одевая на голову нейропорт, так сильно напоминающий королевскую диадему. Всё, что ей требовалось, это мысленно отдать приказ, и корабль начнет маневр торможения прямо сейчас. Но она не станет так делать. Не станет поддаваться на сиюминутное желание. Планета была прекрасна, и манила к себе. Но вдруг окажется, что Пони и другие не смогут там выжить? И причин может быть масса. Опасные флора и фауна, непредвиденные катаклизмы, которые для планеты были бы нормальными, недостаточный защитный экран магнитосферы или озонового слоя. Все эти факторы могли сделать из планеты, о которой она мечтала последние сорок лет, безжалостного убийцу, который убьет всех колонистов. Столько факторов.

И всё равно. Надежда есть. Её не может ни быть.

Только сейчас Флаттершай заметила, как всё стихло на мостике. Казалось, все затаили дыхание, ожидая слов своего капитана. Они понимали, почему она молчит. Сорок лет прошло с тех пор, как корабль снова наполнился жизнью кроме как в Жилом модуле. Сорок беспокойных лет, полный тревог и надежд, печалей и радостей.

Сорок лет поисков.

— Дождемся отчета десантной группы,- сказала Флаттершай. Старпом кивнула, занимая свой пост. И хотя связь лежала не на ней, она временно приняла на себя эту функцию.

К счастью, ждать долго не пришлось. Не прошло и пятнадцати минут, как через систему Анзибль пришел запрос на связь. Голограммер изменил изображение, показывая возбужденную мордочку Рейнбоу Дэш, скрытую прозрачным шлемом. Казалось, этот шлем, несмотря на свою прозрачность, скрывал то, что сделало с пегаской время. На фоне был прекрасно виден десантный корабль, с которого остальные пони и грифоны группы сгружали какое-то оборудование.

— Говорит командир разведгруппы Рэйнбоу Дэш. Два часа назад мы успешно высадились на поверхность планеты. Первый орбитальный облет не выявил каких-либо сейсмоопасных зон. Магнитосфера и атмосфера полностью соответствуют параметрам. Гравитация на две сотых ниже нормы. В пределах параметров. Вредной для организма микрофлоры и микрофауны не выявлено, всё в пределах нормы. Сканеры не выявили в зоне высадки каких-либо опасностей. Но, если не по-уставному, то совсем никаких. Сейчас выставляем сеть дополнительных датчиков, но не думаю, что от них будет какой-нибудь толк,- радужногривая пегаска на секунду замолчала, но тут же заговорила снова другим, более радостным тоном. — Эквус, вы бы это видели. Это не планета, а просто рай какой-то.

Дэш повернула камеру, показывая долину, где они посадили корабль. Оказывается, они совершили посадку на небольшом уступе горы, откуда открывался поистине впечатляющий вид на речную долину. За многие миллионы лет, река прорезала среди этих гор огромный каньон, который теперь плотно зарос плотным ковром зеленых деревьев, столь сильно похожих на те, что произрастали когда-то на Эквусе. Флаттершай разглядела несколько полянок, заросших яркими цветами. А по небу пролетела стая существ, внешне напоминавших птиц, окрашенных так пёстро, словно они готовились к карнавалу.

Нет, не готовились. Они и были участниками карнавала, который длился многие тысячи лет на этой планете.

Последним штрихом в картине было заходящее, или наоборот восходящее солнце, окрасившее небо в яркие красные, оранжевые и желтые цвета, заставляющее воды реки превращаться в текущее золото.

Это действительно казалось Раем.

— Моя предварительная оценка – пригодна для колонизации,- Рейнбоу снова повернула камеру на себя. С её мордочки не сходила счастливая улыбка. — Повторяю – пригодна для колонизации. Уточненную оценку ожидайте через неделю. Однако уже могу сказать точно – поворачивайте нашу малышку сюда. Не останемся, так хоть передохнём. Разведгруппа, Рейнбоу Дэш, конец связи.

Изображение пропало, а по рубке прокатилась волна радостных и облегченных вздохов. Все видели то, что показала Дэш. Этот неописуемый пейзаж, так трудно описываемый словами, это небо, зелень…

— Старпом, ваше мнение,- спросила Флаттершай. Твайлайт повернула голову в сторону капитана.

— Дэш права. Согласно данным с зондов и присланных разведгруппой, планета действительно пригодна для колонизации. И даже если нет, то ресурсов нашего корабля более чем хватит для того, чтобы сделать её таковой. Если мы сейчас сменим курс по направлению к планете, даже если что-то пойдет не так, то мы сможем использовать гравитацию Исмилы для того, чтобы вернуться на прежний курс. Таким образом, мы ничего не теряем, Капитан.

— Какое счастье, что мы, наконец, сможем обосноваться в новом месте,- сказала подошедшая Рарити, слышавшая отчет Дэш. — Я за начало колонизации.

— И я, и я! — Пинки на всем скаку запрыгнула за свой пульт. – Это будет самая классная вещь на свете за всё историю! Навсегда!

— Хорошо,- с радостной улыбкой ответила Флаттершай, поворачивая свой пульт в направлении остальной рубки. — Лейтенант Скуталу, займите место пилота. Меняем курс на Два-Шесть-Один-точка-Восемь-Семь, склонение Один-точка-Три-Семь. Новый курс – система Исмила. Крейсерская скорость.

Уже немолодая оранжевая пегаска с фиолетовой гривой мгновенно заняла место Рейнбоу Дэш, и её пост также быстро окутала голограмма навигационной сетки, помогавшей пилотировать.

— Есть смена курса на Два-Шесть-Один-точка-Восемь-Семь,- с нескрываемым энтузиазмом повторила Скуталу, расправляя в голографическом коконе свои крылья и аккуратно заваливаясь на левый бок. И тут же звезды на центральном экране начали медленное движение, словно пегаска управляла собственным полетом, а не кораблем. – Есть склонение Один-точка-Три-Семь. Система Исмила. Крейсерская скорость.

— Гравитационные демпферы в штатном режиме,- сказала Эплджек, заняв своё место секунды назад. – Инерционные гасители – штатный режим. Маневровые двигатели – штатный режим.

— Выйдем на новый курс через шесть минут тридцать секунд, Капитан,- отчиталась Скуталу.

— Полное гашение боковой через тридцать восемь минут семнадцать секунд. Курс – на новый дом.

Флаттершай взяла в копыто микрофон и, дав команду через нейропорт, заговорила.

— Внимание всему экипажу и пассажирам “Эквуса-3”,- заговорила она, и её голос разнесся по всему кораблю, достигая самых дальних его концов,- говорит действующий капитан Флаттершай. Семь с половиной часов назад зондом в системе Исмила была обнаружена планета. Данные с зонда, а также от посланной туда разведгруппы говорят о том, что эта планета пригодна для колонизации. Повторяю – планета в системе Исмила пригодна для колонизации. Высшим командным составом и мной принято решение о смене курса в направлении этой планеты. Расчетное время прибытия “Эквуса-3” составляет три года и пять месяцев. Однако, первые партии колонистов будут отправлены туда через два месяца, как только мы установим безопасность пребывания на этой планете. Однако, уже можно со всей уверенностью сказать – миссия нашего корабля заканчивается. Наши предки могут нами гордиться. Мы нашли новый дом. Капитан Флаттершай, конец сообщения.

Не надо было быть провидцем, чтобы видеть, как волна радости и воодушевления прокатилась по кораблю, от кончика носа до кончика кормы. Все ликовали. Кто-то плакал от счастья. Были даже те, кто бросился собирать вещи, чтобы сразу ринуться на колонизацию нового мира. Некоторые тут же бросились устраивать празднества.

Да, курс на новый дом. Флаттершай прикрыла глаза, вытирая копытом навернувшиеся на глаза слёзы счастья. Сзади за ней раздавались радостные возгласы и похвальбы капитану. Она смогла… Нет… Все смогли. Все, кто присутствует сейчас на корабле. Все, кто присутствовал раньше. Начиная с первого капитана, который отдал приказ отчалить от орбитального дока Эквуса и его команды, и заканчивая Флаттершай и её командой. Более пятнадцати тысяч лет полета.

Наконец, долгое путешествие по Бесконечности подходит к концу. Их ждет новый дом. Новая жизнь.

Новая история.