# Луна на Аноне на Селестии

Mordaneus

Селестия и Анон устраивают для Луны весёлый день рождения.

[Изображение: https://i.ibb.co/dQ1HGMQ/commission-royal-hug-by-carnivorouscaribou-d8kfumh-pre-1659272347.jpg]

(иллюстрация: CarnivorousCaribou)

Привет из 2014 года.

И знаете, брони, этот рассказик не стал менее милым от того, что сейчас на дворе 2019-й. Давайте попробуем жить так, словно на последней секунде S09E26 закончился мультфильм, а не тот волшебный мир, который мы любим.

Первоначально рассказ был опубликован на Фикбуке

## Луна на Аноне на Селестии

— Погоди-погоди, то есть эта жуткая громадная пони — наша младшая сестра? — в обалдении спросил я у Селестии.

— У Нас есть старший брат?! — возбуждённо подпрыгивая, одновременно со мной воскликнула миниатюрная синяя аликорна.

Луна, как её назвала Селестия, запрыгнула ко мне на руки, обхватила меня за плечи и принялась тереться носом об мою шею — обычное такое понячье объятие, я уже привык.

Неуверенно обнимая её в ответ, я вспоминал, как всё произошло.

Если считать с самого начала, то прошло уже несколько лет, как я каким-то чудом оказался в Эквестрии. Без родственников, без друзей, но Селестия, местная правительница, внезапно объявила, что я буду её маленьким братиком, а она — моей старшей сестрой.

Со старшей сестрой, к слову, получилась удачная шутка. Она реально большая, крупнее английских тяжеловозов-шайров[1], и возвышается не только над своими четвероногими подданными, которые все размером с крупную собаку, но и надо мной. Бо́льшая сестра во всех смыслах, так сказать.

И я не был против — мне было двенадцать лет, я не представлял себе, как выжить в столь чуждой стране, и тут — настоящая принцесса называет меня братом!

…пускай даже она — огромная красивая лошадь с рогом и крыльями.

Быть принцем, кстати, оказалось круто, но вечеринки для знати — така-а-ая скукотища!

Но вернёмся к теме. Итак, вчера моя старшая сестра вдруг решила отправить меня в Понивиль, небольшой городок неподалёку от столицы, о котором и сказать-то нечего, кроме того, что там традиционно проводят Праздник Солнца. Кроме того, она отправила со мной свою ученицу, сиреневую единорожку, которая настойчиво стремилась быть поближе к «первому принцу за всю историю Эквестрии, йей!», что слегка напрягало меня — при всём своём энтузиазме эта Твайлайт Спаркл была скучнейшей заучкой.

Впрочем, при ней всегда был миниатюрный дракончик, который оказался вполне свойским парнем.

По факту, я хвостиком мотался за деловито бегавшей по городу единорожкой, пока местная мэр не приказала мне перестать отвлекать своим видом занятых делом пони и дождаться начала праздника и прибытия Селестии в ратуше.

Но Селестия так и не появилась к началу церемонии, мы с парой стражников переминались на месте, оглядываясь во все стороны… и внезапно появилась страшная чёрная аликорна, с ходу начавшая страшный театральный монолог.

В основном она несла какую-то чепуху, но когда сказала, что «избавилась» от моей старшей сестры, я всерьёз забеспокоился. Причём сиреневая единорожка, к которой меня приставили, оказывается, знала, что это за монстр на нас свалился; после завершения своего «ужасающего выступления» монстрокобыла исчезла, а Твайлайт галопом понеслась на улицу.

Когда я её догнал, она уже стояла посреди небольшой группы пони и что-то им говорила; потом заметила меня и начала с начала. Торопясь и глотая слова, Твайлайт объяснила, что именно произошло, и что теперь требуется найти какие-то древние волшебные камни, чтобы спасти мою сестру, иначе случится «вечная ночь». Вот ведь странная фигня…

Все вместе мы направились в лес, пони по дороге чудачили, как им и положено. Деревьев испугаться, представляете себе?!

В общем, добрались мы до развалин старого замка, там были эти самые камни, потом случились ещё странные разговоры о дружбе, странные радужные спецэффекты, и вдруг на месте огромной и чёрной лошади появилась маленькая и синяя.

Вот так я и получил себе маленькую сестричку.

Что, сестричками обзаводятся по-другому, вы точно знаете? Ну так это же на Земле, а здесь — Эквестрия.

— Видишь ли, Анон, она, конечно, лишь немногим младше меня, но пока что ей явно хочется побыть маленькой младшей сестричкой, — «разъяснила» ситуацию Селестия.

— Пока что? То есть потом она вырастет?

— Не-е-е-т. Мы желаем остаться маленькой! Мы всегда мечтали о старшем брате, чтобы он носил нас и защищал! — воскликнула в ответ Луна, игриво извиваясь у меня на руках.

— Есть вещи, которых нельзя избежать; но пока что, Луна, ты получила себе старшего брата.

— Он будет носить Нас?

— Ладно, буду я тебя носить, буду! Сеструха, нам надо возвращаться в Понивиль, там же праздновать собрались!

С этими словами я опустил Луну на землю и присел на корточки, подставляя ей спину.

— Что ты делаешь, брат?

— Ты вроде хотела покататься?

— Ты разве не будешь носить Нас на руках? Что же Нам делать?

— Просто забирайся мне на спину и держись передними ногами за плечи.

Она устроилась у меня на спине, и я обнаружил, что, несмотря на свои размеры, Луна оказалась удивительно лёгкой.

Когда я поднялся на ноги, она покрепче уцепилась за меня и захихикала.

— Ух, Мы такие высокие, что можем свысока смотреть на всех, кроме старшей сестры!

— Да, Луна, а теперь давай поторопимся!

Успевать за бегущей аликорной непросто, особенно с другой лошадкой на плечах, но я справился. Я ведь бегаю вместе с ней уже несколько лет, и это серьёзно сказалось на моих силе и выносливости, потому что кому-то надо развлекать Селестию, когда она компенсирует физическими нагрузками своё увлечение тортиками. Однако, когда мы приблизились к цели и перешли на «торжественный шаг», как она это называет, я уже выбился из сил. Так что её решение не бегать, а шествовать по городским улицам оказалось весьма уместным. С моей точки зрения уж точно.

Горожане заметили, что их принцесса с принцем возвратились из леса, и окружили нас, наперебой расспрашивая и поздравляя. Разумеется, сразу же прозвучал вопрос о том, что это за новая аликорна, и Луна ответила, что теперь у меня и Селестии есть младшая сестра.

И пони сразу это приняли! Впрочем, после сегодняшних событий это меня не особенно и удивило.

Эта волшебная страна… Здесь всё происходит по-другому.

В общем, остаток праздника прошёл нормально.

* * *

Теперь у меня есть две сестры — одна заботится обо мне, а вторая хочет, чтобы я заботился о ней. И, несмотря на тысячу или сколько там прошло лет, Селестия помнит, когда у Луны день рождения. Уж не знаю почему, но мне эту дату она не сочла нужным сообщить.

Так что сегодня, стоило мне спуститься к завтраку, вокруг вдруг облака конфетти, стол уставлен праздничными угощениями, и радостно подпрыгивающая синяя аликорна заявляет:

— Сегодня Наш день рождения! Что ты мне подаришь?

— Никто не предупредил меня, так что у меня нет для тебя никакого подарка, сестричка. Хотя… давай я просто сделаю, что ты захочешь?

Она замерла, задумчиво подпирая подбородок копытом.

— Ладно, только на будущий год не забудь! Но тогда Мы хотим, чтобы ты забрался на спину Нашей старшей сестре, а Мы заберёмся тебе на спину, и тогда мы весь день будем самой-самой высокой пони, сможем смотреть сверху вниз вообще на всех!

— Ну, если она согласится…

Привычным уже движением опускаюсь на корточки, Луна запрыгивает мне на спину.

— Вперёд, на поиски Нашей сестры!

Найти Селестию оказалось несложно — более чем двухметровой аликорне не затеряться среди метрового роста лошадок, и добраться до неё тоже легко — толпа в зале расступается перед нами.

— Сестра, сестра, Анон залезет на тебя, а я буду сверху!

Мгновенно наступает оглушительная тишина, лишь слышен шлепок, когда я делаю рукалицо.

— Луне хочется побыть самой высокой пони, — поясняю я обалдевшим лошадкам во главе с правительницей, — и она предложила, чтобы я сел тебе на спину, а она усядется на мою и тогда окажется выше всех.

Моё объяснение успокаивает собравшихся, и многие начинают хихикать над детским желанием голубой аликорны, которая и так выше большинства обычных пони.

— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, сестра!

Я не вижу её лица, но ни на секунду не сомневаюсь, что она сейчас изображает свой особый щенячий взгляд — потому что с лица Селестии исчезает возмущение, сменяясь на улыбку.

Со вздохом старшая аликорна кивает, и Луна радостно пищит от восторга.

— Ладно, но только сегодня, в качестве подарка на твой день рождения!

С некоторой магической помощью я забираюсь на широкую сильную спину Селестии и устраиваюсь там поудобнее.

— Ура, я теперь самая высокая пони в мире! — радостно восклицает Луна с вершины королевской пирамиды. — А теперь вторая часть!

— Вторая? — в один голос произносим мы с Селестией, моё содрогание передаётся ей.

Внезапно моё поле зрения резко сужается, закрытое чем-то светло-коричневым с узкой прорезью перед глазами. Выглянув в эту прорезь, я обнаруживаю, что Селестия теперь облачена в скреплённые между собой картонные коробки, явно изображающие броню, и я, очевидно, теперь одет так же.

— Супер могучий Рыцарь-Принцесса, вперёд! — восклицает Луна, пихая задними копытами мои бока и рассчитывая, похоже, что я передам этот сигнал Селестии.

— Ох, Луна, — вздыхает Селестия, ковыряя передним копытом пол, — ты опять изображаешь маленького жеребёнка.

— Сегодня Наш день рождения, неужели Мы не можем поиграть в Нашего любимого героя комиксов?

— Но ведь есть пони, которые умеют делать такие вещи профессионально, почему мы с Аноном должны помогать тебе?

— Потому что вы мои старшие брат и сестра!

Мы с Селестией одновременно вздыхаем и одновременно киваем.

— Ладно, но только сегодня!

— Мне подходит, йей! — радуется Луна, снова пихая мои бока копытами. — Вперёд, во имя справедливости! — восклицает она, поворачивая мою голову в сторону двери.

Прежде чем я успеваю возразить на такое обращение, дверь обеденного зала распахивается, и в проём врывается облако плотного розового тумана[2].

— О нет, это мой грозный враг, Великий Лорд Понкус! — с театральным испугом кричит Луна, а от двери доносится зловещее хихиканье.

— Супер могучий Рыцарь-Принцесса Луна, ты опоздала, у меня теперь есть секретное оружие! — восклицает Пинки Пай, высовываясь из облака — у неё на лице повязка через глаз и завитые чёрные усы.

— Никакое зло не остановит мой Молот Справедливости! — кричит в ответ Луна, воздевая метлу с привязанной к рукоятке подушкой.

— Серьёзно? — ехидно отвечает Лорд Понкус. — Твой молоточек не сможет повредить моему Грандиозному Танку Дисгармонии!

Из облака выдвигается странный фургон, собранный из картонных коробок, в нём сидят мои знакомые пони — те самые, с кем мы «встречали» Луну; к каждой пони привязано какое-либо оружие или щит.

— Громыхальная Пушка, пли! — и пушка, установленная на спине Твайлайт, выбрасывает в нашу сторону охапку мелких подушечек. Многие из находящихся в зале понячьих дворян получают попадания и, трагично вскидываясь, с очень жалобными стонами падают на пол.

Луна своим молотом отбивает летящие в нашу сторону подушки, смеясь над вражеской атакой.

— Вперёд! — восклицает она, понукая меня с Селестией.

Я чуть сдвигаю колени, и Селестия устремляется вперёд, несколькими быстрыми шагами оказываясь возле Грандиозного Танка.

— Поднять Писклявый Щит! — приказывает Понкус, и на переднюю броню танка выталкивают жалобно пищащую Флаттершай, которая тут же сворачивается перед нами в комочек, выставляя привязанные к ней надувные игрушки в форме разнообразных зверушек.

Луна останавливает меня и Селестию, видя, что теперь её молот не достанет до танка.

— Твой щит прочен, Лорд Понкус, но на моей стороне Могучий Разбиратель! — после секунды неловкой тишины, когда не происходит абсолютно ничего, Луна шепчет мне на ухо: — Твой ход, братец, это для твоих рук! Раздери её щит!

Высвободить руки из-под брони оказывается довольно сложно, но я справляюсь и, с трудом наклонившись, начинаю одну за другой отдирать с Флаттершай надувные игрушки.

— О нет! Убрать щит, снова выстрелить из Громыхальной Пушки! — приказывает Лорд Понкус. Пушка Твайлайт разворачивается в нашу сторону. Упираясь друг в друга, мы пережидаем удар облаком подушек.

— Твоему оружию не справиться с нашей мощью! — торжествует Луна, снова воздевая Молот Справедливости. Она наносит удар, с танка внезапно взлетает огромное полотнище ткани, останавливающее оружие Луны.

Молот отбрасывает полотнище, но танка под ним нет, он исчез!

— Ха, я так и знал, что мой Тканевый Покров собьёт вас с толку! — хохочет Понкус, доставая откуда-то привычную пати-пушку. — А теперь я справлюсь с вами своими силами!

Весь пол под копытами Селестии завален подушками и ворохом ткани, она не успевает отступить, и удар облаком конфетти и серпантина ослепляет нас и сбивает с ног.

Пойманный в ловушку собственной картонной брони, я слышу торжествующий, злобный хохот Понкуса:

— Бва-Ха-Ха-Ха, я победил! — и Тёмный Лорд принимает величественную позу.

— Не так быстро! — раздаётся сверху боевой клич, и все удивлённо ахают, наблюдая плавно парящую под потолком зала Луну, чья броня отсоединилась от моей. — Злу не одержать верх над Справедливостью! — и она красиво приземляется, складывая крылья и выставляя перед собой свой Молот.

— Что же, теперь ты или я!

— Да, и на этот раз победа будет за Нами!

Дальше последовала эпическая битва пони против аликорна, которую могла бы дать лишь одна Пинки Пай.

Молот Справедливости раз за разом обрушивался на врага, в ответ взлетали нунчаки, сделанные из подушек; бойцы нападали и отпрыгивали, вверх взлетали облака перьев. Это выглядело бы круто… если бы не было одновременно невероятно глупо и смешно.

Луна постепенно начинает одерживать верх, Лорд Понкус уходит в глухую оборону, отбивая сыплющиеся на него удары.

Загнанная в угол, Пинки глядит снизу вверх на Луну, воздевающую молот для добивающего удара.

— Сдавайся, Понкус, у тебя нет шансов!

Печально повесив голову, Лорд поднимает вверх передние ноги; торжествующая Луна, принимающая этот жест за окончание боя, на секунду отвлекается… и этого достаточно Понкусу для перехода в атаку. Копыта Пинки погружаются в её пышную гриву, тут же стремительно возвращаясь с чем-то длинным и зелёным.

— Удар Скрытого Аллигатора! — кричит Лорд Понкус и швыряет в лицо Луне миниатюрного крокодильчика, который тут же вцепляется ей в нос. Подушечные нунчаки обрушиваются на бок оторопевшей аликорны, сбивая её с ног.

— Последние слова произносить будешь, принцесса? — торжествующий Понкус заносит нунчаки для добивающего удара.

— Да! Справедливость никогда не остаётся одна!

…ничего не происходит. Тишина кажется физически ощутимой.

— Эх, сестра, брат, с вами та-а-ак скучно… Вы же должны были прийти мне на помощь! Совсем комиксы не читаете, что ли?

— Да уж… я целый месяц репетировала свой предсмертный вопль, и что же мне делать? Побеждать? — сердито добавляет Пинки, скрещивая перед собой передние ноги.

Со вздохом поворачиваюсь к Селестии и пожимаю плечами.

— Раз уж это зашло так далеко, может и нам стоит?..

— Да, придётся.

Вскакиваю и, оставляя позади куски разваливающейся картонной брони, кидаюсь на Пинки, обхватывая её в объятия со спины. Селестия отдирает от лица младшей сестры маленького беззубого аллигатора и принимается успокаивать его. Луна снова заносит свой молот.

— Ты побеждён, Понкус, и страна освобождена от твоей тирании!

Молот устремляется вниз, я чуть подталкиваю Пинки вперёд, в момент удара в воздух взлетают облака перьев и конфетти, раздаётся жуткий, постепенно затихающий вопль. Скрытая облаком визуальных помех, Пинки куда-то исчезает.

Короткий момент тишины, а потом со стороны «публики» доносятся топот и восхищённые крики.

Пинки выходит из-за кучи коробок, уже без усов и повязки, и артистично раскланивается. Луна радостно подпрыгивает и вопит:

— САМЫЙ! ЛУЧШИЙ! ДЕНЬ! РОЖДЕНИЯ!

Грандиозный Танк разделяется на отдельные коробки, пони принимаются выпутываться из своего боевого снаряжения. Я слышу, как Рэйнбоу Дэш жалуется, что ей так и не довелось применить Стремительные Липкие Облака, а Эпплджек отвечает, что и ей не удалось поучаствовать в бою, но она-то не возмущается!

Представление постепенно снова превращается в празднование, все возвращаются к столу.

И меня, и Селестию радостно обнимают, благодаря за участие в великолепном развлечении. Собственно, что ещё нужно? Чтобы твоя семья была счастлива.

Даже если твоя семья — это две волшебные разноцветные лошади, одна из которых взрослая, а вторая жеребёнок, хотя им обоим по несколько тысяч лет…

1

Английский тяжеловоз

2

прим. переводчика: я в этом месте слегка испугался.