# Хроники роя. Судьба одиночки.

Лесси Форест

Рой покинул Эквестрию, чтобы однажды вернутся. Но не всем детям Королевы-Матери суждено было последовать за ней. Кем станет потомок роя — злодеем или героем, решит лишь Пустошь.

В начале мною задумывались лишь первые "Хроники", но один из моих читателей попросил продолжения. Что из этого вышло судить вам. С радостью выслушаю критику и приму предложения по улучшению

## Пролог

Аликорн с прозрачными крыльями затаился среди кустов на горном склоне. Его пятнистая серо-зелёная шкура сливалась с окружающим ландшафтом, делая его практически незаметным для стороннего наблюдателя. Антарес смотрел на раскинувшийся внизу лагерь археологов. Среди светло-зелёных палаток, разбросанных на краю большого котлована мелькали разноцветные фигурки научных сотрудников, принимавших участие в раскопках. Его взгляд выхватил среди снующих туда-сюда пони желтую единорожку. Кибермозг мгновенно сравнил полученное изображение с фотографией из базы данных и выдал информацию о девяносто-восьми процентном совпадении образов. Жеребец улыбнулся и с хрустом быстро расправил, а затем свернул прозрачные крылья. Его добыча была на месте, ночью он выйдет на охоту и получит ответы на все свои вопросы. Королева-Мать направила его сюда два дня назад. По полученным данным пони Эквестрийской Академии наук в ходе раскопок остатков древнего поселения, наткнулась на необычные артефакты. Возможно, это была старая базы Зодчих. В задачу Антареса входила проверка этой информации. На случай, если это окажется правдой, Кризалис отдала приказ об ассимиляции главы экспедиции. Рой должен получить беспрепятственный доступ ко всему, что нароют академики.

Тем временем мощный кран стал поднимать со дна котлована ковш с очередной партией каменных валунов, вынутых из зоны раскопок. Стрела описала полукруг и с грохотом вывалила камни в большую кучу, высившуюся рядом с котлованом. Мгновение спустя сенсоры борга отметили мощный пучок нейтрино, вырвавшийся коротким импульсом из каменного вала. Гипотеза о Зодчих подтвердилась, а значит, вскоре у Антареса появится новая сестра.

Ночь спустилась над долиной, уставшие ученые расползлись по палаткам, и на улице остались лишь охранники, кучковавшиеся у большого костра в центре лагеря. Четыре кобылы и три жеребца в синей форме, были вооружены автоматическими пистолетами и дубинками. Где-то там за тысячи километров отсюда гремели взрывы, и лилась кровь. Шла многолетняя война, уносившая ежедневно сотни жизней пони и зебр. Агенты Зебрийского Доминиона могли быть повсюду, поэтому даже здесь, на задворках Эквестрии было не спокойно. Офицер – единорожка насыщенного розового цвета, цепким взглядом окинула своих подчинённых. Раздав пару «плюшек» за грязную форму и незатянутые ремни, она разогнала их по постам и ушла в казарменную палатку. Зайдя внутрь, лейтенант завалилась на свой спальный мешок, но сон не шел к ней. На душе у кобылы сегодня было неспокойно, весь вечер её не покидало чувство, что кто-то смотрит на неё из закатных сумерек.

«Угораздило же меня попасть к этим гробокопателям», — пронеслась в уставшем мозгу тоскливая мысль, а вслед за ней пришли мрачные образы прошлого. Месяц назад шальной снаряд, выпущенный из гаубицы своей-же батареи угодил в их блиндаж. Шесть часов, проведённых под завалом, в сообществе с остывающими телами своих сослуживцев лишили лейтенанта задней левой ноги и подарили массу кошмарных впечатлений, заставляющих просыпаться с криками по ночам. Всё это, поставило крест на её службе, в регулярных частях на передовой, и начальство не придумало ничего лучше, чем назначить проходящую реабилитацию раненую лейтенаншу в начальники охраны этой экспедиции. Сейчас позабытый кошмар вернулся с новой силой. Поняв, что уснуть просто так не получится, единорожка решила прибегнуть к проверенному средству. Достав из вещмешка плоскую фляжку со спиртом, она сделала глубокий глоток. Огненная жидкость скользнула по пищеводу, распространяя тепло и расслабляя нервы. Призраки прошлого отступили, подарив кобыле последнюю спокойную ночь.

В одной из соседних палаток не могла уснуть ещё одна единорожка. Но причины, будоражившие её разум, были иными. Начальница экспедиции, нацепив на нос очки с толстыми стеклами, рассматривала находки, поднятые со дна котлована. Среди обломков костей, и кусков проржавевших доспехов, была одна вещь, поражавшая своей неправильностью. Гладкий металлический артефакт размером с копыто был похож на скрученную вдоль вертикальной оси каплю. Его матовая гладкая поверхность была практически не тронута ржавчиной. Геометрически правильная форма странного объекта отметала все предположения о копытном изготовлении. Единорожка сомневалась, что такое совершенство форм могли воссоздать даже современные техно-магические станки. А уж для эпохи, когда металлическое оружие только начиналось — это было абсолютно невозможно. Волшебница телекинезом заставила предмет подняться из вороха остальных находок и стала пристально изучать его с помощью мощной лупы. Сквозь пыль и грязь она разглядела странные узоры. Внезапная догадка поразила её – линии начали складываться в незнакомые символы. Она услышала шорох откинутого полога и почувствовала лёгкое прохладное дуновение от налетевшего сквозняка.

— Поставьте там, – проговорила она, указав копытом в дальний угол палатки.

Увиденное так поглотило её внимание, что кобыла даже высунула кончик языка и не прервала своего захватывающего исследования. Полуночный гость протопал в указанном направлении, чем-то прошуршал, а затем его шаги стали приближаться. Кобыла почувствовала, как чьё-то дыхание взъерошило её гриву.

— Какого сена! – воскликнула единорожка оборачиваясь. Её взгляд замер на белоснежных клыках и алом языке в распахнутой пасти черного жеребца, тянувшегося к её шее. Кобыла испуганно пискнула, заклинание телекинеза распалось, и артефакт полетел вниз. Антарес краем глаза увидел падающую блестяшку и попытался подхватить её силовым полем. Будь на месте борга обычный единорог, ничего бы не произошло. Но сейчас детонатор, дремавший в снаряде с антивеществом тысячи лет, наконец, получил долгожданную команду. Волновая сигнатура силового поля аликорна, случайным образом, была похожа на импульс активации. Поле, удерживающее сгусток антиматерии, распалось, и над котлованом вспыхнуло маленькое искусственное солнце. Даже борг не смог выжить в эпицентре взрыва. Его бронированное тело сгорело почти целиком, оставив лишь небольшой фрагмент впаянным в расплавленную породу небольшого кратера, возникшего посреди лагеря. На следующий день вспышки жар-бомб осветили Эквестрию, и до пропавшей экспедиции уже никому не было дела. Принцессы исчезли. Миллионы пони погибли сразу. Миллиарды вымирали долгие годы, борясь с обезумевшей природой и магической радиацией. Казалось, всё было кончено.

Именно таков и был план Кризалис. Она добилась своего, Диархи были свергнуты и Рою на этой планете уже ничего не угрожало. Огромные потери магических доноров печалили Королеву-Мать, но борги сделали всё, чтобы цивилизация пони вновь возродилась. Тысячи стойл по всей планете хранили в себе выживших разных рас и народов, и их потомки со временем должны были восстановить необходимую популяцию. Чтобы однажды её дети смогли утолить свой магический голод, а Рой продолжить свой путь.

Шли годы, менялись ландшафты, природа вновь забирала, когда-то отобранное у неё. Многие стойла были распечатаны, а их жители вышли на поверхность, чтобы выполнить свое предназначение – любить и размножаться. Но яд, введенный Кризалис в цивилизацию пони, оказался слишком стойким. Выходцы из стойл продолжили путь насилия и ненависти, отодвигая возвращение Роя на неопределённый срок. К счастью борги умели ждать.

## Глава 1. Правосудие Пустоши

Жизнь в пустоши несправедлива и наполнена насилием и жестокостью. С этой истиной маленькая Грей Стрип столкнулась в раннем детстве. Её отец и мать были фермерами и жили в глуши. Их небольшая ферма располагалась вдали от крупных поселений. Может это и спасало их долгое время. Земля была достаточно плодородна и посевы тошки и бритвозлака приносили неплохие урожаи, несмотря на серое небо и постоянные дожди. Молодые поселенцы с уверенностью смотрели в будущее и даже отважились завести ребенка, и вот тут Пустошь нанесла первый удар. Разразившийся ураган закинул на окраину их поля бочку с «порчей». Молодая кобыла, носящая жеребенка вляпалась копытом в радужную жидкость, струившуюся из бочки и заразилась.

Грей Стрип повезло. Мать успела родить дочку и даже выкормить, пока черная зараза, медленно пожиравшая тело кобылы, не убила её окончательно. Порча нанесла удар и по новорождённой кобылке. Она выжила, но мутировала. Шерсть серого цвета теперь росла у неё лишь на ногах и широкой полоске на спине. За это Грей Стрип и получила своё имя. Несмотря на такую патологию, грива и хвост достались ей от матери просто роскошные. Густые пряди насыщенного розового цвета чередовались с алыми полосками цвета крови.

Её отец был потомком древних воинов – легендарных «призраков» Зебрийского доминиона. По какой причине он бежал из клана, решив жить в глуши и отринуться от своего прошлого — никто не знал. Воин воспитывал свою дочь, так же как воспитывали его. Кобылка с детства училась выживать, но практически не знала любви. Жеребца учили, что это чувство слабость, и этому же он пытался научить свою дочь. Грей Стрип сердцем чувствовала неправильность этого и радовалась любой самой маленькой похвале или улыбке отца. Её тело училось убивать, но разум не мог перешагнуть грань и причинить вред живому существу. Как ни старался наставник, он не смог заставить дочь преодолеть эту преграду. Постепенно жеребец смирился и их тренировки стали просто отработкой техники древнего искусства.

Жизнь фермеров продолжалась. Шли годы, Грей Стрип росла. Работа на земле приучила её к упорству и подарила кьютимарку. Однажды на лысом крупе расцвела фиалка. Именно эти цветы приглянулись молодой кобылке, и она вырастила их на могиле матери, подарив им любовь и заботу, предназначенную ей.

Прошло ещё несколько лет, маленькая кобылка выросла, и Пустошь вновь показала свой звериный оскал. Как они не прятались, однажды их ферму всё-таки нашли. В один из дождливых вечеров, хлипкая дверь лачуги, где они жили, была сорвана с петель могучим ударом. Спустя несколько мгновений на пороге возникли грязные пони в доспехах из ржавых железяк, вооружённые палками и ножами. Отец, ринулся вперед, и вполне успешно успел упокоить двух нападавших, когда выстрел из дробовика главаря разнес ему голову. Его окровавленный и обезображенный труп незваные гости выкинули во двор. Затем убийцы принялись за мародерство.

Грей Стрип забилась в угол и смотрела оттуда на происходящее, не в силах заставить себя действовать. Она лишь плакала и стонала, когда грабители вытащили её из убежища и принялись избивать, вымещая свой гнев за убитых товарищей. Мутация Грей Стрип впервые оказала ей добрую услугу. Даже у бандитов, разгневанных и истосковавшихся по кобыльему телу, её гладкий лысый круп вызвал не энтузиазм, а чувство брезгливости. Побои быстро прекратились, началась пьянка. Приняв на грудь, двое самых отчаянных и пьяных попытались с ней совокупиться, да и то довести дело до конца удалось лишь одному.

Утро несчастная кобылка встретила в дороге с огромными сумками на спине и петлей аркана на шее. За спиной невольницы стоял столб черного дыма от догорающего пепелища, бывшего долгие годы её домом. Топая по потрескавшемуся полотну древней дороги, Грей Стрип познавала окружающий мир. Два дня в пути её терзали муки голода и жажды. Еда досталась ей только в первый день и то в виде объедков. Во второй день банда развлекалась с «недоделанным» гулем, привязав кобылу к дереву, и поставив чашку с огрызками, туда, где она могла её видеть, но не могла дотянуться. Поток дождя, хлынувшего с неба, заставил их расползтись по палаткам. Поржав напоследок над несчастной, мучители разошлись спать. Когда их храп перекрыл шум дождя, Грей Стрип сумела хвостом опрокинуть чашку и подкатить часть огрызков к себе. Пересилив отвращение, она заставила себя съесть вымазанные в грязи кусочки тошки и попить из возникшей на глазах мутной лужи. Вернувшись к дереву, она скрючилась и, обернувшись хвостом, просидела всю ночь, лязгая зубами от холода и пытаясь перегрызть веревку. К несчастью это был армированный военный трос, оказавшийся ей не по зубам.

Согреться Грей Стрип смогла лишь утром в дороге, когда, закинув на неё полегчавшие сумки, работники ножа и топора отправились дальше. После полудня, когда нудный дождь перестал накрапывать, банда внезапно сошла с дороги. Вдали стали видны какие-то постройки, из трубы одной даже курился дымок.

— У сё. Мы на месте. Собираемся! – выкрикнула могучая кобыла, верховодившая шайкой.

Кривясь от отвращения, один из жеребцов связал ноги лысой кобылке и грязно выругавшись, пробасил:

— Надеюсь, там найдутся кобылки посимпатичнее, этой уродки, – затем привязав её к дереву, банда удалилась. Вскоре, со стороны построек послышались крики боли и ужаса, затем грохнул выстрел. Полчаса спустя, к пленнице вышла одна из бандиток и, отвязав её, потащила за собой.

Ферма, к которой они подошли через десять минут, была явно больше чем её собственная. Она состояла из двух сараев и покосившегося дома. Во дворе валялись окровавленные тела. Одно из них видимо принадлежало хозяину, посмевшему оказать сопротивление, а второе вызвало у Грей Стрип довольную улыбку. В луже крови и кишок, расползавшихся из распоротого брюха, лежал тот самый жеребец обозвавший её уродиной.

— Правосудие пустоши, – подумала лысая кобыла и на мгновение остановилась. Мощный удар копытом, заставил её двигаться дальше. Подняв глаза, она увидела, торжество победителей, и поняла, как её «повезло» со своей внешностью. На крыльце животом вниз лежала голубая кобылка, которую с уханьем покрывал один из бандитов. Рот кобылки был занят хозяйством второго, ещё двое держали её копыта, с матами и ржанием комментируя происходящее. Рядом расположились кобылы во главе с атаманшей, скакавшей на молодом жеребчике, цвета болотной тины. Грей Стрип с отвращением отвела глаза и, опустив голову, проследовала в темный сарай, куда её, освободив от сумок, впихнула одна из бандиток.

Опустившись на земляной пол, кобыла с наслаждением растянулась, давая отдых натруженной спине и ногам. Крики и звуки погрома почти не тревожили её, огонек сопротивления угасал, задавливаемый безысходностью. Внезапно, позади раздалось шуршание, и что-то осторожно коснулось её ноги. Кобыла обернулась и увидела мордочку маленькой кобылки черного цвета.

— Тетя, ты не видела мою маму. Здесь темно и страшно, я замерзла и хочу есть, – пропищала маленькая поняшка, выглядывая из-за большой старой бочки.

— Привет, Я Грей Стрип, а как тебя зовут? – проговорила кобыла, разворачиваясь и садясь на круп. Она из-за всех сил старалась сделать свой голос как можно нежнее.

— Блэк Берд, – ответила кобылка, вылезая из своего укрытия, – но можно просто Птичка.

— Иди ко мне Птичка, вместе мы подождем твою маму, – произнесла Грей Стрип, передними копытами притягивая к себе теплый комочек. Затем она свернулась клубком вокруг жеребенка, согревая её своим телом. Вскоре, почувствовав себя в тепле и безопасности, маленькая Птичка засопела, погрузившись в сон. Тепло и мерное дыхание маленького тела усыпили лысую кобылу.

Уже стемнело, когда дверь сарая со скрипом распахнулась, и внутрь впихнули голубую кобылу. Молодая поняшка выглядела ужасно. Грива спутанная, тело и мордочку «украшали» синяки и кровоподтеки вперемешку со следами спермы.

— Помоги ей, утром мы отправимся дальше, – крикнула бандитка и захлопнула дверь.

— Мама! – запищала малышка Птичка, стараясь выпутаться из хвоста Грей Стрип, которым была укрыта.

Голубая кобыла на трясущихся ногах, подошла к ним и растянулась на полу, прижимая к себе радующуюся кобылку. Из её глаз катились слезы.

— Спасибо, – прошептала она одними губами, зарывшись мордочкой в гриву своей дочери.

— Она очень смелая. Идите сюда. Вместе теплее, – проговорила лысая кобыла, призывно махнув копытом.

Положив малышку между собой, пони обнялись и задремали. Перед тем как погрузиться в сон Грей Стрип услышала, как голубая кобыла прошептала ей на ухо странные слова.

— Начнешь обращаться, убей её быстро.

## Глава 2. Бандитские будни.

Утром их разбудил скрип открываемой двери и крик одного из бандитов:

— Ты должна мне пять крышек, она её не сожрала.

Затем грязный жеребец, заглядывающий в дверной проем, увидел черную головку Блэк Берд торчавшую посреди розовых прядей пушистого хвоста Грей Стрип.

— Бля, теперь ты должна мне десять, они размножились, – заржал мародер, указывая копытом вглубь сарая.

— Ну и чё, мы будем с ней делать, – спросила кобыла в грязных доспехах, просовывая голову в распахнутую дверь.

— Грохнем, да и всё! – проговорил один из грабителей, зубами доставая огромный топор из седельной сумки. Узницы не сговариваясь сделали шаг вперед загораживая своими телами, маленькую кобылку и оскаливаясь.

— Ша, стоять! – выкрикнула атаманша и продолжила — Не смей портить товар. Эти фермерские больные на всю голову, если это касается их детей. Они прежде сдохнут, чем дадут тебе этого сделать. А я всё ещё хочу получить крышечки, хотя бы за одну из них. Привяжите эту малолетку в телеге с хабаром. Продадим её вместе с мамашкой.

Кобыл вывели из сарая и запрягли в большой фургон, куда уже было закинуто награбленное добро и припасы. Птичку утащили внутрь и привязали к ножке стола, стоявшего в углу.

— Тронули, залетные! – крикнула атаманша и щёлкнула плеткой. Напрягая все свои силы, невольницы выкатили тяжелую повозку на старую дорогу.

К вечеру, видя, что у голубой кобылы заплетаются, ноги от усталости. Атаманша скомандовала остановиться на привал. Грей Стрип и её товарку по несчастью, распрягли, чтобы вновь связать на опушке небольшой рощицы. Причем лысую кобылу привязали отдельно. Заплаканная Птичка прижалась к матери и ни отходила от неё, ни на шаг.

В этот раз бандиты притащили большую чашку еды и поставили её перед носом голубой кобылки.

— На! Жри и покорми свою малою. Вы должны выглядеть прилично на торгах, – проговорила бандитка и рассмеялась своей шутке. Затем проследив направление взгляда молодой матери, оскалилась и пробурчала, – за недогуля платить не будут, сдохнет, значит сдохнет.

Голубая кобыла погрузила нос в чашку, выбирая кусочки посимпатичнее и отдавая их своей дочери. Затем, когда та наелась, принялась есть сама. Когда осталось примерно четверть чашки, она исподтишка оглядела развалившихся у костра бандитов и прошептала:

— Птичка унеси чашку, тёте гулю.

Маленькая кобылка ухватила край посудины ртом и, упираясь всеми четырьмя копытцами, потащила её к Грей Стрип.

— Спасибо, — прошептала лысая кобыла и лизнула довольную похвалой малышку в нос. Доев остатки скудной трапезы, она спросила у Блэк Бэрд:

– А, кто такие гули?

Черная кобылка плюхнулась на круп и широко распахнула огромные глазищи:

— Гули – это ожившие мертвые пони, которые хотят съесть живых пони. Так мне мама рассказывала. У них нет шерсти как у тебя. Они холодные и вонючие.

— Никакой я не гуль, – обиженно пробурчала Грей Стрип, и её глаза наполнились слезами.

— Ты неправильный гуль. Хоть ты и пахнешь не очень, – морща носик, пропищала птичка, и продолжила, – ты добрая и теплая, хоть и лысая. Я знаю, ты не будешь нас кушать – потеревшись головой о голую шею, кобылка ускакала к своей матери.

— Я не ем мяса. Я не гуль? Правда папа? – рой мрачных мыслей крутился у Грей Стрип в голове, когда она, свернувшись клубком, смотрела на дрожащее пламя костра. Постепенно усталость сделала свое дело, и кобыла уснула. Во сне она видела себя и родителей, сидевших у камина и пивших травяной настой. Ей было хорошо и тепло.

Мощный удар по крупу заставил её вернуться в реальность. Начинался новый серый день. Утро принесло ей лишь одну хорошую новость. Один из насильников, пользовавших Грей Стрип той ужасной ночью сдох. Накануне, он стал жаловаться на жжение в паху, затем ссаться кровью. Лысая кобыла с тоской ждала своей участи, но их опять запрягли в повозку и путешествие продолжилось. К вечеру банда прибыла к воротам большого поселения, состоящего из полуразрушенных деревянных домов и огромных поваленных повозок с железными колесами.

— Эпллуза. Город работорговцев, – просветила Грей Стрип голубая кобыла и шмыгнула носом. Бандиты распрягли их у ряда металлических клеток где сидели и лежали грязные худые пони. Мать с дочкой запихнули в одну из клеток, а лысую кобылу привязали рядом. Затем атаманша куда-то ускакала и вернулась с хмурой единорожкой в мокром плаще.

— Расценки знаешь? Осмотр — десять крышек за каждую, – пробурчала та, подходя к клетке.

— Нихера расценочки, а ладно, давай работай, – сплюнув в грязь, произнесла главарь.

— Малолетка в норме, а вот мамашку надо бы подлатать, твои дылды её всю поразорвали. Думать надо, как с товаром обращаться. Триста крышек за лечение. Платить будешь? – проговорила единорожка, просветив сканирующим заклинанием, новеньких.

— Да за неё столько не заплатят, это же одни убытки, – выругалась кряжистая кобыла, – может, как нибудь подешевле, можно сделать?

— Шкуру подлатаю за сто, остальное за то место. Думай сама, – флегматично жуя жвачку, произнесла волшебница, и тут её взгляд выхватил скрючившуюся за клеткой Грей Стрип.

— Твое? Сканировать? – не дожидаясь ответа, она просканировала и её. Испуганно проглотив жвачку, она стала пятиться.

— Дура! У неё порча! Нахера, ты её сюда приволокла! – прошипела единорожка прокашлявшись.

— Вот отчего сдох Скелетон, я всё думала, чего он так быстро скопытился. Нехрен было совать свою елду куда попало – произнесла атаманша и оскалилась. Затем достав из сумки кошелек отсчитала врачихе сто сорок крышек.

— Чаевые? – изогнув бровь спросила кобыла в плаще, телекинезом выхватывая кошелек.

— Шас, ага. Меня сканируй – прорычала земнопони.

— С тебя тридцатка – сделав шаг назад, произнесла единорожка.

— С х*я, ли с рабыни десятка, а с меня тридцатка? – выкрикнула мародерша, сделав шаг вперед.

— Ты явно заинтересована в результате, – оскалилась в ухмылке медичка, – платить будешь?

— Подавись! – выкрикнула главная бандитка, швыряя недостающие крышки на землю.

— Порчи в тебе нет, лечение остального будет стоить двести крышек, – довольно промурлыкала единорожка, извлекая телекинезом блестящие в грязи кружочки.

— Свалила отсюда! – рявкнула взбешённая атаманша.

— А, как же мы? – загомонили испуганно остальные бандиты.

— Вычту из вашей доли, уроды, – произнесла земнопони отсчитывая крышки.

— Все чистые. С вами приятно иметь дело, – произнесла единорожка, закончив сканирование последнего из бандитов и, напевая веселую мелодию под нос, ускакала.

— Тварь, – сплюнула в грязь кряжистая мародерша, и занесла копыто над скрючившейся фигуркой Грей Стрип. Затем вспомнив страшный диагноз, обрушила копыто на решетку.

— Блядь, одни убытки, нахера мы вообще нашли твою ферму. Зебровое отродье, надо было кончить тебя там, вместе с твоим полосатым папашкой. Вечно меня подводит моё милосердие, – ворчала атаманша, удаляясь от клетки.

## Глава 3. Подарок звёзд.

Старому Скряге сегодня удивительно везло. С утра он продал остатки хлама, собранного в пустоши и теперь у него водились крышечки, а ещё он обнаружил под крыльцом одного из домов недопитую бутылку яблочного виски, то ли припрятанную, то ли потерянную кем-то. Теперь, когда в его желудке плескалось, согревающее пищевод, благословенное пойло, он решил прогуляться по рынку. Вышагивая вдоль клеток, старый единорог предавался мечтам. Десять лет жеребец провел в пустоши, собирая старый хлам и таская его на продажу, но проклятое время брало своё. Скрипучая садовая тележка, становилась год от года всё тяжелее. Эх, прикупить бы какого-нибудь жеребчика, а лучше кобылку. Увы, за все годы, он не скопил столько денег. Крепкий алкоголь – любовь и отрада всей его жизни, как сварливая жена забирала всё заработанное им, а затем требовала ещё и ещё.

Внезапно его взгляд зацепился за блик металла в грязи возле одной из клеток.

— Крышечка, – понял Скряга и стал короткими шажками подбираться к вожделенной добыче. Зайдя в закуток, он телекинезом вытянул блестяшку из рыжего месива.

«День определенно задался», — подумал старый единорог, поднимая довольные глаза, и в следующее мгновение сердце его замерло от ужаса. Перед ним стоял грязный гуль с розовой гривой. Покрывшись холодным потом старик попытался отпрыгнуть и, зацепившись копытом за обломок кирпича, рухнул на круп рядом с клеткой.

— Правда она сногсшибательна? Покупай старик, – раздался дружный ржач.

— И вы это продаете? – приходя в себя, спросил жеребец у двух грязных кобыл в ржавых доспехах, стоявших возле клетки.

— Бери дед, десять крышек, и эта красавица твоя, – ухмыляясь, произнесла одна из продавщиц.

— Да она меня сожрет и не пикнет, – проговорил единорог, поднимаясь и отряхиваясь.

— Специально для тебя, супер цена, – пять крышек. Мы с ней уже неделю и до сих пор еще живы, – произнесла вторая.

— Три! Больше не дам! – задумавшись, проговорил Скряга и добавил, — вместе с веревкой.

Так старый мусорщик осуществил свою мечту – купил рабыню. Бандиты наконец заработали крышки, а Грей Стрип очередной раз выжила в пустоши. Несчастная лысая кобыла не знала, что атаманша собиралась пристрелить её вечером, если покупатель не найдется.

Нельзя сказать, что в её жизни наступил крутой перелом. Скряга был плохим хозяином, хотя быть может, так вели себя все хозяева в пустоши. Старый единорог полностью оправдывал своё имя. Кобыла жила впроголодь, часто ей доставались испорченные продукты, которые старик находил на свалках поселений. Тележка, в которую она была впряжена, была в ужасном состоянии, и большинство усилий тратилось на то, чтобы просто вращать ржавые колеса. Волшебник пил при каждом удобном случае, когда ему удавалось раздобыть выпивку. Напившись, он начинал приставать и пытаться её покрыть. Возраст и алкоголь делали свое дело, ему ни разу не удалось довести дело до конца. В большинстве случаев его орган тупо отказывался функционировать. Поелозив по лысому крупу, старик впадал в ярость и вымещал свою злобу, избивая бедную кобылу. К счастью для неё силы очень быстро покидали его, и Грей Стрип пока удавалось избежать серьезных увечий, но так не могло долго продолжаться. Знай Скряга, что умеет его рабыня, он бы поостерегся поднимать на неё копыто. Но к сожалению кобыла так и не смогла перейти нравственную границу. Мысли воспротивиться и дать отпор даже, не возникали в её мозгу.

С каждым днем депрессия и безысходность овладевали лысой кобылой всё больше. Бродя по разбитым дорогам, она всё чаще стала задумываться о смерти. Но как это сделать? Мутировавший организм в этом плане был против неё. Какую бы гадость она не съедала, желудок справлялся с трудной задачей и переваривал всё, что в него попадало. Грей Стрип пыталась добраться до ржавого ножа, но Скряга, в каком бы пьяном угаре не был, не давал ей такого шанса. Клинок оставался вне зоны досягаемости, и кобыла тащила тележку дальше. Топая по растрескавшемуся полотну, она не раз, поднимая глаза к небу, обращалась к богиням с просьбой забрать её к себе. Но серые небеса оставались глухи к её молитвам.

Однажды, ночь застала их высоко в горах, и сквозь редкую рваную пелену туч Грей Стрип впервые в своей жизни увидела звезды. Кобыла вспомнила древнюю легенду, которую как-то раз перед сном рассказал её отец. О глупом жеребце, попросившем помощи у звезд. Звезды помогли ему, но забрали его душу. Сегодня Скряга избил её особенно сильно, и теперь храпел, пуская пузыри и выдыхая смрадный перегар. Глядя в просвет между тучами, в котором холодным бриллиантом светила яркая точка, Грей Стрип отчаявшись, мысленно крикнула:

— Помоги мне!

Звезда моргнула и скрылась в серой пелене. Кобыла обреченно опустила голову и закрыла глаза. Одинокая слезинка выкатилась из-под плотно закрытых век. Грей Стрип забылась в тяжелой дреме, не зная, что звезда уже выполнила её просьбу. Далеко впереди древние сваи, изъеденные коррозией, лопнули, и часть дорожного полотна, сползла в пропасть.

Они дошли до пролома ближе к полудню. Глядя вниз на острые камни, кобыла увидела в них свое спасение и бросив мстительный взгляд на своего хозяина, сделала роковой шаг. Катясь вниз с обрыва, она жалела лишь об одном, её смерть была очень долгой и болезненной. Придавленная тележкой, со сломанным позвоночником, она приложилась затылком об острый белый штырь торчащий из блестящего черного камня. Сознание медленного угасало, Грей Стрип не чувствовала своего тела. Боль от нескончаемых побоев терзавшая несчастную кобылу долгое время, наконец оставила её.

— Мама я иду к тебе, – стало её последней сознательной мыслью. Но смерть не пришла за ней в этот день. Белый штырь, пробивший голову и погрузившийся в мозг лысой кобылы, был обломком клыка Антареса. Наниты, получившие команду «Ассимиляция» долгие годы назад, тогда не достигли своей цели. Взрыв антивещества испарил носителя, к которому они устремлялись. Сегодня продукты инопланетных технологий, получили второй шанс. Струйка теплой крови, просочившаяся внутрь клыка, пробудила их от долгой спячки.

Уцелевших нанитов было всего несколько десятков, но и этого оказалось достаточным. Попав в тело носителя, программа, прошитая в микротелах на субатомном уровне, заработала вновь. Решающим фактором стало время, если бы тело кобылы погибло сразу. Все было бы кончено, но коварная Пустошь отказалась подарить Грей Стрип легкую смерть. Пары часов, пока лысая кобыла умирала, колонии нанитов оказалось достаточно. Через полчаса, пожирая кровяные тельца и размножаясь, наниты распространились по всему организму. Ещё полчаса ушло на формирование кибермозга. Едва по его структуре прошел первый импульс, сразу же началась работа по расшифровке генной структуры носителя. К тому времени Грей Стрип окончательно потеряла сознание, её сердце остановилось и кислород перестал поступать в мозг. Кибермозгу потребовалось двадцать минут, чтобы считать генетический код, построить виртуальную модель и приступить к своей главной функции – поддержанию жизни носителя. Повинуясь его командам, наниты запустили сердце, восстановили кровоток и приступили к восстановлению повреждений. Но время было упущено, кибермозг проиграл бой за целостность мозга носителя. Хотя наниты постепенно восстанавливали тело, большая часть воспоминаний была утеряна.

Лысая кобыла с трудом открыла глаза.

- Я всё ещё жива? – был первый вопрос, всплывший в её сознании. Она опустила глаза и стала рассматривать своё тело. Под гладкой розовой кожей, что-то двигалось. С хрустом выпрямилась задняя нога. Торчавший из раны зазубренный обломок белой кости с чавканьем, погрузился обратно в тело. Дыра на месте открытого перелома затягивалась прямо на глазах. Перед взором кобылы появилось изображение мрачной кобылки, по всему телу которой были разбросаны красные пятна. Цвет пятен менялся, переходя с красного в оранжевый, затем в желтый и наконец в зеленый. После этого пятно пропадало. По мере того как количество и размер пятен уменьшались, мордочка коблы становилась всё жизнерадостнее. «Окно статуса» — возник странный бестелесный голос.

- Где я? – всплыл второй вопрос. Перед взором кобылы сменилась картинка. Возник странный зеленый образ ущелья, на дне которого она находилась. В центре появилась белая точка, с указывающей на неё стрелкой. «Л.У.М.» – проговорил невидимый собеседник. Спустя пару минут образ кобылки возник вновь. В этот раз на её мордочке, сияла улыбка, а внизу побежали цыпочки символы. Язык был не знаком, но голос продолжил:

— Регенерация завершена. Поиск связи с Роем…

Возникла пауза, затем неведомый собеседник продолжил ментальный монолог:

— Ошибка. Связь отсутствует. Активация первой директивы — Поиск Роя. Активация второй директивы – выживание. Вхожу в режим активного обучения, – бездушный голос замолк. В мозгу возник хоровод мыслей, похожих на пункты какого-то плана:

— Дом – Улей. Семья – Рой. Надо вернуться.

Лысая кобыла, напрягая мышцы, стала выкарабкиваться из-под обломков. Внезапно на Л.У.М.е возникла желтая точка. Грязный единорог в драных тряпках, сотрясая воздух гневными речами, приближался к ней.

Потратив кучу времени и сил Скряга всё-таки спустился на дно ущелья, куда сверзилась его повозка. Не добежав до обломков пары метров, старик замер. Тупая кобыла, которую он костерил всю дорогу, была не только жива, но ещё имела наглость смотреть ему прямо в глаза и улыбаться во весь рот. Болевший с жуткого похмелья, единорог взбесился от такой невиданной ранее дерзости, и ухватив телекинезом обломок арматуры с болтавшимся на конце куском бетона, обрушил её на голову несчастной рабыни.

Поняшка дернула головой и, выплеснув фонтанчик крови из пробитого виска, отлетела в кучу обломков. В окне статуса возникли отчеты о повреждениях. На Л.У.М.е желтая метка сменила цвет на красный. Кобыле захотелось сжаться и замереть. В голове возник голос невидимого собеседника:

— Внимание. Объект враждебен. Носитель поврежден. Начата регенерация, – лысая лошадка продолжала лежать. Даже сейчас, второй раз находясь на пороге смерти, она не могла пересилить себя и начать обороняться. Не дождавшись ответа, кибермозг, лишенный моральных запретов, с легкостью перешагнул эту грань.

— Нарушение второй директивы, – произнес монотонный голос. Внезапно в голове умиравшей кобылы возникла череда образов. Могучий жеребец-зебра, вооружённый боевым копьем замер перед скрючившейся на земле маленькой розовой кобылкой, испуганной закрывшей голову мохнатыми серыми копытцами. Вокруг валялись окровавленные тушки Рад-свинов. Один из них визжал, катаясь по земле, но сломанный позвоночник не позволял ему встать. Полосатый воин наклонился к ней и копытом приподнял её голову. Затем, глядя её прямо в глаза, он проговорил:

— Грей Стрип, тебя надо научиться убивать своих врагов или они убьют тебя. Я научил тебя, как это делать. Теперь дело за тобой, сделай шаг, добей врага – образы пропали. Мир вокруг рабыни окрасился в красный цвет.

— Перехват управления. Активация боевых протоколов носителя, — голос немого собеседника, уже не шептал, а оглушительно ревел в голове лысой кобылы. Она перестала чувствовать своё тело, теперь ей оставалась лишь участь наблюдателя. Судорога прошла по лежащему скрюченному телу, затем ведомое чужой волей оно стало распрямляться и подниматься.

Скряга недоуменно хрюкнул, когда его поверженная собственность стала вставать на ноги. Рабыня оскалила рот, как какой-то хищник, и из её глотки вырвалось злобное рычание. Единорог попытался нанести повторный удар, но кобыла внезапно уклонилась от просвистевшего над головой обломка, а затем выполнив кувырок, сократила дистанцию. Поначалу её движения были медленными, ломаными и неуклюжими, но с каждым мгновением они становились более плавными и быстрыми. Грей Стрип молниеносным ударом сделала подсечку и перевернулась на спину. Взбрыкнув копытами, она вскочила на ноги. Затем, высоко подпрыгнув, лысая кобыла развернулась в воздухе и обрушила передние копыта на голову поверженного противника. Череп не выдержал и раскололся, как перезрелый арбуз разбрызгивая кровавые ошметки.

— Угроза устранена. Враждебные цели отсутствуют. Выход из боевого режима. Возврат управления, – мир вокруг окрасился в привычные цвета, и лысая кобыла вновь стала чувствовать своё тело.

— Грей Стрип, так меня зовут, – поняла бывшая рабыня и опустила взгляд. Вид кусочков мозга на её копытах покрытых серой шерсткой и расползающаяся под ногами кровавая лужа, вызвали рвотный позыв. Который, спустя мгновение прекратился, кибермозг не дремал и мгновенно внес соответствующие коррективы в состояние тела носителя.

Кобыла сделала шаг назад и плюхнулась на круп, рой вопросов, круживших в её голове, заставил подвиснуть едва сформировавшийся логический сопроцессор.

— Кто ты? – утвердившись в своем выборе, наконец, спросила Грей Стрип.

— Я кибермозг, ты мой носитель. Моя функция хранить твое тело и помогать тебе. Перед ассимиляцией твой мозг был существенно поврежден. Для успешного функционирования, мне пришлось вырастить дополнительные логические цепочки и поэтому мои функции сильно отличаются от базовых, – проговорил невидимый собеседник.

— Я не хотела убивать, зачем ты сделал это! – гневно воскликнула кобыла, почти ничего не поняв из длинного монолога.

— Была нарушена вторая директива. Объект нанес повреждения носителю и стал угрозой. Ты бездействовала. Я использовал твои знания и устранил угрозу.

— Ты всегда будешь управлять мной? – понуро голову спросила Грей Стрип, чувство, когда кто-то иной управляет твоим телом пугало её.

— Перехват управления осуществляется лишь при нарушении главных директив, в случае если носитель бездействует в течении трех секунд. После устранения угрозы управление возвращается, – ответил кибермозг.

— Ты можешь хотя-бы не убивать, устраняя угрозу? – всхлипнув, проговорила лысая поняшка.

— Поправка принята, – произнес голос и умолк.

Серое небо вновь, разродилось мелким дождем. Грей Стрип вздохнув, поднялась на ноги и пошла осматривать обломки разбитой тележки в поисках еды. Наниты восстанавливая тело после смертельного падения, забрали всё её скудные жировые запасы. Поэтому теперь она была похожа на обтянутый кожей скелет и очень хотела есть. В повозке нашлось несколько гнилых яблок, и упаковка древних кексиков. Кобыла слопала всё очень быстро, но чувство голода казалось, лишь усилилось. Ещё раз перетряхнув обломки, и не найдя ничего съестного Грей-Стрип направилась к трупу своего бывшего хозяина. Переборов брезгливость она стала обшаривать его седельную сумку, в награду она получила ржавый нож и несколько заколок. Еды не было. Голод постепенно сводил её с ума. Внезапно в правом верхнем углу её поля зрения вспыхнул красный мигающий треугольник.

— Запасы носителя истощенны. Необходимо пополнение биомассы, – раздалось в её голове.

Лысая кобыла опустила голову и прошептала:

— Здесь нет еды. Только камни.

— Биомасса найдена, – выдал ответ кибермозг. Тушка Скряги обвелась мигающим зеленым контуром.

— Ты хочешь, чтобы я съела его? – воскликнула поражённая, до глубины души Грей Стрип и сделала шаг назад – Нет! Я не могу сделать это?

Три секунды прошли в молчании.

— Нарушение второй директивы. Период ожидания превышен. Перехват управления, – многострадальное тело вновь перестало откликаться на приказы хозяйки. Кобыла сделала шаг, затем еще один. Челюсти сомкнулись на животе трупа, с чавканьем выгрызая окровавленный кусок. Гляда как её тело пожирает тело другого пони, Грей Стрип испытывала второй сильнейший шок за сегодняшний день. Сначала убийство, затем поедание тела своей жертвы, всколыхнули самые потаенные уголки её разума. Дух бойца все-таки проснулся в потомке «Призраков». Кобыла поняла, что пока она бездействует, кибермозг будет действовать сам и, если ей не хочется повторения таких кошмаров, действовать надо самой. Три секунды — вот запас времени, который отдалял её от ужаса. Грей Стрип смотрела в серую пелену дождя, и её чудился чей-то жуткий смех. Пустошь получила новую игрушку и собиралась насладится её в полной мере.

## Глава 4. Новые знакомства.

Рассвет вновь застал лысую кобылу в дороге. Но в этот раз она впервые путешествовала по своей воле. Правда куда она шла, Грей Стрип не знала. «Найти Рой» — стало для неё главной целью, но где его искать? Кибермозг ответил на её запрос, крайне лаконично:

— Информация отсутствует. Данных не достаточно.

Поэтому сейчас она шла просто вперед, надеясь в будущем найти недостающие данные. Биомассы в Скряге оказалось более, чем достаточно. Её тело вновь достигло прежних размеров. Худоба ушла, под кожей перекатывались упругие мышцы. Ветерок развивал роскошные блестящие гриву и хвост. Накинутый сверху, драный дорожный плащ укрывал безволосое тело даря тепло и скрывая её истинный внешний вид.

Впереди появился мост, забитый покорёженными древними повозками и фургонами. Однако подойдя ближе Грей-Стрип, увидела, что достаточно широкий проход всё же имеется. Также там были три пони в ржавых грязных доспехах. На Л.У.М.е тут же возникли три метки, имевшие пока желтый цвет. Кобыла двинулась вперед, воспоминания о днях рабства были утрачены в её повреждённом мозгу. Поэтому кибермозг не отнес бандитов, перегородивших дорогу к враждебным целям.

Вперед шагнул синий земнопони, вооружённый огромным топором на длинной ручке.

— Стоять шалава. Гони сюда свои крышки, – проговорил он и оскалился, явив миру кривые гнилые зубы.

Грей Стрип замерла и проговорила из-под капюшона плаща:

— У меня нет никаких крышек. Мне надо идти дальше. Пропустите меня.

— Ха. Нет крышек. Тогда мы продадим тебя, красотка! – воскликнул коричневый единорог телекинезом сдергивая капюшон с её головы. Трое бандитов на секунду замерли, разглядывая гладкую улыбающуюся мордочку.

— Да она гуль, мочи её ребята! – заорала третья грабительница, выхватывая зубами длинный клинок старого зебрийского меча. Точки на Л.У.М.е мгновенно сменили свой цвет на красный, и лысая кобыла тут же начала действовать. В этот раз интервал ожидания не был превышен, и она сама управляла своим телом. Сделав пару длинных прыжков, Грей Стрип почти мгновенно преодолела три метра отделявшие её от жеребца, тянувшегося зубами свой страшный топор из петель на спине. Встав на дыбы кобыла нанесла ему передними копытами удар по ушам. Резкая боль от лопнувших барабанных перепонок полностью дезориентировала его. Забыв про всё, он рухнул на землю, зажимая копытами повреждённую голову. Тем временем, лысая кобыла, выполнив сальто, перескочила через его тело и нанесла удар задними копытами, в грудь несущейся на неё кобыле с мечем в зубах. Рейдерша хрюкнув, отлетела назад и впечаталась спиной в борт ближайшей ржавой повозки. Её глаза закатились, меч выпал из разжатых зубов, и она стала медленно сползать на землю. Спустя пять секунд после начала боя на ногах оставался лишь один противник. Коричневый единорог был вооружен серьёзнее, чем его собратья по кровавому ремеслу. Он левитировал дробовик, и когда лысая кобыла возникла перед ним, нажал на курок. Заряд дроби, выпущенный в упор пробил грудь Грей Стрип и отшвырнул её тело назад на несколько метров. Главарь перезарядил ружье и не торопясь пошел осматривать свою добычу.

Подойдя ближе, он внезапно насторожился. Обычно после таких выстрелов жертвы валялись на земле в лужах крови, а вокруг странной кобылы было всего несколько капель. Огромная дыра, оставленная выстрелом, затягивалась прямо на его глазах. Гуль распахнула огромные голубые глаза и улыбнулась, показав ряд ровных идеально белых зубов. Нервы единорога не выдержали, и он выстрелил вновь. Тело лысой кобылы, казалось, смазалось, в мгновенном рывке, уводя её с линии огня.

В следующее мгновение мощный удар копытом в основание рога, отправил незадачливого стрелка в омут беспамятства. Отец учил свою дочь на совесть, навыки борьбы с различными расами пони были намертво закреплены в её сознании. Грей Стрип не помнила учителя, но боевые приемы, вбитые долгими тренировками остались. Боевой сопроцессор выудил их в нужный момент и помог пустить их вход, подсвечивая во время схватки наиболее уязвимые места противника и направляя копыта носителя точно в цель.

Тело единорога еще не рухнуло на грязную мостовую, а в голове кобылы кибермозг уже давал отчет:

— Угроза нейтрализована. Пораженно семьдесят пять процентов целей, потерь среди пони нет. Регенерация носителя завершена.

Голос умолк и над полем битвы опустилась тишина, прерываемая лишь редкими всхлипываниями, жеребца, зажимавшего кровоточащие уши. Лишь сейчас Грей Стрип увидела на Л.У.М.е метку еще одной цели. Точка находилась дальше на мосту, где-то посреди сгрудившихся повозок и её цвет пока был желтым.

— Пока оно не враждебно, займусь этим позже, – решила лысая лошадка и принялась обыскивать горе-грабителей. Индикатор энергии, светившийся желтым светом в правом верхнем углу её поля зрения, указывал, что схватка далась её телу не так-то просто. Восстанавливая поврежденное тело и ускоряя её мышцы, наниты опять здорово подъели внутренние запасы. Грей Стрип очень не хотелось проходить через ещё один кошмар поедания других пони, поэтому её первоочередной задачей стал поиск еды. Вытряхнув содержимое седельных сумок в небольшую кучку, кобыла стала разбирать вновь приобретённые запасы. Её старания были вознаграждены несколькими ломтями вяленого мяса, которое она тут-же с аппетитом умяла. Упаковка сахарных бомбочек и морковка послужили прекрасным десертом. Индикатор вновь приобрел, изумрудный цвет и Грей Стрип вздохнула с облегчением.

Ещё ей досталась металлическая коробочка, с улыбающейся полосатой кобылой с высокой стоячей прической на крышке, набитая странными конфетами. Закинув одну в рот кобыла была вознаграждена очередным пугающим сообщением кибермозга:

— Внимание! Обнаружено присутствие неизвестного нейротоксина. Провожу нейтрализацию. Дальнейшее потребление нежелательно.

Испуганная кобыла тут-же выплюнула ставший прозрачным, желтый шарик и стала отплёвываться. Коробочка, раскидывая свое содержимое, отправилась в полет за парапет моста.

— Жрут чего попало, – обиженно пробубнила Грей Стрип, сидя на крупе, и принялась за оружие. Повертев в копытах дробовик, она отложила его в сторону. Кобыла не знала, как им пользоваться, а, следовательно, оно было бесполезно. Следующим на очереди был ржавый топор, изъятый у жеребца. Покрутив в копытах плохо сбалансированное и тупое оружие, поняшка также отложила его в сторону. Теперь пришло время меча. Когда её правое копыто, коснулось копытояти, а левое заскользило по потемневшему от времени и плохого ухода клинку, что-то щелкнуло в поврежденном мозгу. Она вновь увидела маленькую кобылку, сидевшую на крупе и баюкавшую свое левое переднее копытце. Перед ней лежал такой же меч. Жеребенок не отрываясь смотрела на лезвие оружия, где две капли собирались в одну. Одна из них была прозрачной слезинкой, а вторая алая – капля крови из раненой ноги.

— Духи предков избрали твою судьбу, тебя ждет путь война. Я всей душой надеялся, что этого никогда не случится, но кто я такой, чтобы препятствовать им. Отныне я буду учить тебя, как когда-то учил меня мой учитель. Подними его, – произнес возникший в голове Грей Стрип властный голос. Лысая кобыла погрузившись в транс, одним плавным движением поднялась на задние ноги и подхватив меч, сделала несколько молниеносных выпадов и ударов. Оружие и тело стали единым целым, Грей Стрип словно танцевала безумно опасный и вместе с тем прекрасный танец.

Клинок замер в нескольких сантиметрах от шеи, пришедшей в себя рейдерши. Вид пустых глаз, безумной улыбки и смертельного железа возле своей морды, вызвал у неё приступ непроизвольного мочеиспускания. Грязная кобыла вновь потеряла сознание, растягиваясь в растекавшейся из-под неё желтой луже.

Придя в себя, Грей Стрип ещё раз любовно провела копытом по клинку и огляделась в поисках ножен. Не найдя ничего подходящего, она завернула древнее оружие в свой драный плащ, а сверток закинула к себе в сумку и вернулась к оставшейся кучке. Среди странных вытянутых предметов, некоторые из которых были увенчаны иголками, она нашла небольшую россыпь круглых блестяшек.

— Наверное это и есть крышки, интересно зачем они? Явно несъедобные, – думала кобыла, копытцем выгребая кружочки из кучи. Скидав крышечки к себе сумку, она оглядела своих недавних противников. Оглохший жеребец отполз под колеса одной из повозок и оттуда настороженно наблюдал за ней, время от времени тряся головой. Остальные всё еще пребывали без сознания или умело притворялись.

— Пришло время проверить последнюю метку, – решила Грей Стрип и, подмигнув на прощание, дернувшемуся грабителю, потопала по проходу. Метка оставалась неподвижной и находилась внутри одной из древних повозок. Обойдя длинный фургон по кругу лысая кобыла обнаружила в его задней части двустворчатую закрытую дверь. Поняшка дернула за ручку, но створка осталась на месте. Грей Стрип напрягла мышцы, внутри что-то громыхнуло, и дверь с протяжным скрипом распахнулась. Тяжелый запах нечистот и грязного тела хлынул наружу. Громко чихнув, земнопони заглянула внутрь. В начале ей трудно было что-либо рассмотреть. Света, проникавшего снаружи в распахнутую створку, было недостаточно, но секунду спустя активизировавшийся кибермозг обработал видеоряд и добавил чувствительности. Тьма расступилась и в дальнем конце кобыла разглядела кучу грязного тряпья. Усиленный слух уловил, чье-то тихое дыхание и металлическое позвякивание. Затем раздался тихий голос:

— Пожалуйста не надо. Я больше не могу. Во имя богинь убейте меня.

Запрыгнув внутрь, Грей Стрип сделала несколько шагов вперед, приближаясь к источнику звука. Наконец улучшенным зрением, она разглядела кобылу, лежавшую посреди кучи тряпок. Грязная, непонятного цвета, со спутанными гривой и хвостом, поняшка лежала на животе повернувшись крупом к выходу и закрыв передними копытами голову. Металлическое позвякивание шло от темных цепочек сковывающих попарно передние и задние копытца узницы. Петля троса сжимала её шею, другой его конец был примотан к каркасу фургона. Услужливый кибермозг уже успел просканировать цель и выдавал отчет:

— Многочисленные поверхностные повреждения. Низкие жизненные показатели в виду сильного истощения. Объект не опасен.

— Ты повреждена, истощена и обездвижена. Зачем мне убивать тебя? – спросила Грей Стрип, подходя вплотную к незнакомке. Услышав чужой голос, кобыла подняла голову и обернулась. Её большие зеленые глаза расширились и стали ещё больше. Она пискнула и попыталась отпрыгнуть, но запуталась в цепях и вновь завалилась в своё вонючее ложе. Не дождавшись ответа, лысая кобыла потрогала копытом дрожащий комок и повторила свой вопрос. Но ответа не было. Пожав плечами, Грей Стрип направилась к выходу.

— Ты не будешь меня есть? – раздался тоненький голосок из кучи тряпок.

— Пока в этом нет необходимости, кроме того ты грязная и вонючая, – развернувшись проговорила земнопони и улыбнулась, блеснув в темноте белым зубами.

— А, как же те, снаружи, ты их убила? – произнесла грязная кобыла, наконец, справившись с цепями и вставая на ноги.

— Их жизненные показатели не были критическими, когда я видела их в последний раз. В данный момент всё трое очень быстро удаляются отсюда. Ну, мне тоже пора, – проговорила лысая кобыла.

— Стой, возьми меня с собой, я пригожусь, – взмолилась узница, опускаясь на колени и складывая вместе передние копытца.

– Мне очень страшно, но лучше ты меня съешь, когда обратишься, чем остаться здесь одной, – рыдая, добавила она, видя заминку собеседницы. Грей Стрип вздрогнула, когда перед её взором мелькнул недавний кошмар. Встряхнув головой, чтобы прогнать мрачные мысли, она подошла к стоящей на коленях кобыле. Достав из сумки меч, кобыла просунула лезвие в петлю и перерезала трос на шее узницы. Затем сев на круп стала осматривать цепи, сковывающие копыта пленницы. Что-то подсказывало лысой кобыле, что рубить мечом металлическую цепь идея не очень разумная.

— Износ материала цепей около пятидесяти процентов. Нагрузка приемлема, – раздался в голове голос немого советчика. Ещё не веря себе, лысая кобыла подняла копыта и мощным рывком разорвала цепочку сковывающую передние ноги узницы.

— Меня зовут Грей Стрип, – проговорила она, наклоняясь к задним ногам и повторяя процедуру.

— Я Найт Флауер, – пропищала освобождённая кобыла, шокированная таким проявлением силы. Пони выбрались из душного фургона, и набежавший ветерок разметал длинную челку бывшей пленницы. Сквозь спутанные пряди волос лысая кобыла разглядела неровные края сломанного рога.

— Так ты единорог! – удивленно воскликнула она.

— Я раньше была единорогом, когда бандиты напали на нашу ферму, в меня попал разряд дроби. Мне повезло выжить, но магия теперь мне практически недоступна, – опустив глаза и шмыгнув носом, произнесла Найт Флауер.

— А, я не знаю, кем я была раньше. Все говорят, что я Гуль. Наверное, так оно и есть. Я умерла, а затем ожила. Некто живущий во мне заставил меня убить и съесть единорога, напавшего на меня. Он помогает и лечит меня, но если я не успеваю, то он заставляет меня делать жуткие вещи. – поежившись проговорила Грей Стрип.

Под звон обрывков цепей, две кобылы продолжили свой путь в неизвестность.

## Глава 5. Откровения.

Старая хибара с местами обвалившейся крышей и почерневшими стенами дала им прибежище от льющегося, непрерывным потоком, холодного дождя. Потоки воды частично смыли грязь с тела бывшей узницы, и наконец, стало видно, что у неё были лазурная шерстка на теле и темно зеленая грива. Уже темнело, и Найт Флауер попыталась развести костер с помощью спичек. Грей Стрип с любопытством смотрела на её священно действия и когда пламя, наконец вспыхнуло, восторженно воскликнула:

— Здорово, а говоришь магией не владеешь!

— Да ты, что. Какая магия? Так все могут, – удивленно ответила единорожка.

— Я не могу, – проговорила лысая кобыла, пытаясь копытом потрогать оранжевый язычок. Кибермозг мгновенно проинформировал её о высокой температуре, но светящееся чудо завораживало и тянуло к себе.

— Эй, ты что! Обожжёшься! Ты, что никогда не видела огня? – воскликнула лазурная кобыла, отталкивая копыто любопытной земнопони.

— Не помню, – погрустнев ответила Грей Стрип и, свернувшись калачиком, продолжила смотреть на пляшущие язычки пламени.

Уставшая Найт Флауер, привалилась к её спине и закрыла глаза. Тело спутницы не было холодным, как у мертвой пони, наоборот оно было даже теплее, чем её, собственное. Вымотанная дальней дорогой и слушавшая мерное дыхание, лазурная кобылка практически мгновенно уснула.

Костер довольно быстро прогорел и стал тухнуть. Грей Стрип аккуратно поднялась на ноги и попыталась разжечь его снова, но по неопытности напихала в него мокрых палок и окончательно затушила. Печально вздохнув, она села на круп и задумалась, чем заняться. В отличие от её спутницы, модернизированному нанитами телу, сон не требовался. Взгляд кобылы зацепился за копытоять зебриского меча, торчавшего из сумки. Достав древнее оружие она ещё раз осмотрела его. Тьма, сгустившаяся вокруг, нисколько не мешала Грей Стрип. Её улучшенные глаза видели почти также хорошо, как и днем. Прогулявшись по округе она нашла подходящий камень и стала править затупившееся оружие.

Холод и странные звуки разбудили Найт Флауер посреди ночи. Что топало и чавкало в окружающей её тьме.

— Грей Стрип, ты где? – испуганно прошептала кобыла, не ощущая рядом тепла тела компаньонки. На секунду ей показалось, что она вновь находится в ненавистном фургоне.

Звук раздавшегося из темноты шепота заставил её вздрогнуть:

— Я тут, но здесь ещё кто-то есть. Пойду, осмотрюсь.

Затем последовали удаляющиеся шаги. Глаза лазурной кобылы постепенно привыкли к темноте, и она разглядела силуэт своей недавней спутницы, на фоне начавшего светлеть серого неба в дверном проеме. Внезапно, что-то огромное и темное возникло перед ней. Раздался ужасный рев и тяжёлые чавкающие звуки ударов. Несколько капель чего-то горячего попали на мордочку испуганно сжавшейся лазурной кобылы. Невольно облизав губы, она почувствовала металлический привкус крови. Найт Флауер съежилась ещё больше и зажмурившись, стала ждать неминуемой смерти. Шум схватки между тем продолжился, внезапно рев повторился, но почти сразу прервался, переходя в булькающее звуки. Послышался шум падания, чего тяжелого, и все стихло.

Единорожка, забившись в угол, не сомкнула глаз до рассвета. Когда стало достаточно светло, она разглядела мохнатую серо-коричневую массу, лежащую невдалеке от двери. Тело неведомого зверя изредка вздрагивало. Были слышны звуки шуршания и скрежета. Видя, что пока ей особо ничего не угрожает, Найт Флауер набравшись смелости, подкралась к двери и выглянула на улицу. Здесь ей открылась кошмарная картина ночного боя. Волосатая масса, валявшаяся на покрытой бурой кровью земле, оказалась тушей огромного Яо-гая, напавшего на Грей Стрип. Теперь страшный хищник был мертв. Трудно жить если из твоего затылка торчит лезвие зебрийского меча.

Лазурная кобыла с опаской обошла всю тушу, но отважной напарницы нигде не было видно. Вдруг одна из передних лап дрогнула и стала подниматься, заставив единорожку испугано взвизгнуть и отскочить. Из-под туши показался розовый круп с кьютимаркой в виде фиалки, едва видной под корочкой запекшейся крови. Грей Стрип, нанёсшая роковой удар, повергший монстра, была придавлена его рухнувшей тушей и теперь пыталась выбраться. На глазах Найт Флауер страшные когти мертвого зверя прошлись по полоске серой шерсти, оставляя за собой глубокие красные раны, но лысая кобыла не издала ни звука. Наконец земнопони выбралась целиком, и тяжелая лапа с глухим стуком упала на землю.

— Ты в порядке? – спросила единорожка, делая шаг вперед. Приглядевшись, она осознала всю абсурдность этого вопроса. Вид обезображенной фигуры говорил об обратном. У Грей Стрип почти целиком отсутствовала правая часть головы. С оголенного черепа свисали лоскуты сорванной с мясом кожи. В самом черепе не доставало большого фрагмента, сквозь дыру был виден розовый пульсирующий мозг, покрытый странной серебристой сеткой. У кобылы отсутствовала часть шеи, вырванная пастью хищника. Внутри страшной раны, белели позвонки. Ещё одна огромная рана, по-видимому нанесённая уже лапой, чернела на боку. Из неё торчали белые куски вырванных и изломанных ребер. Сквозь прореху Найт Флауер даже разглядела судорожно бьющееся сердце, и ещё какие-то внутренние органы, также окутанные серебристой сеткой. Как лысая кобыла умудрялась оставаться при этом живой и довольно активно двигаться, осталось для бывшей волшебницей загадкой. Раненная поняшка повернула голову к единорожка и оскалила пасть. В рассветных сумерках блеснули длинные белоснежные клыки. Найт Флауер испугано отпрянула и сунула своё копыто себе в рот, чтобы не заорать. Между тем страшные раны на теле Грей Стрип стали постепенно зарастать. Постояв несколько секунд неподвижно, лысая кобыла наклонилась и мощным рывком измененных челюстей вырвала кусок из тела Яо-гая. Кровоточащая плоть исчезла в её пасти, следом последовал еще один рывок и ещё.

Единорожка была не в силах оторваться от этого кошмарного зрелища и продолжала молча сидеть пока Грей Стрип полностью не восстановилась. Насытившись, лысая кобыла поднырнула под голову хищника и мощным рывком головы выдернула зебрийский меч из черепа. Стерев кровь с клинка об шерсть зверя, она повернулась к Найт Флауер. В её глазах стояли слезы.

— Уверенна, что хочешь остаться? – глухо произнесла Грей Стрип.

— Ты спасаешь мне жизнь уже второй раз, как после этого я могу тебя бросить? Под защитой такой неуязвимой защитницы мне нечего бояться. Я остаюсь, – проговорила единорожка и топнула копытцем. Лысая кобыла утвердительно качнула головой и сказала:

— Тогда тебе надо поесть, такая слабая, ты будешь мне помехой.

— Отрежь мне несколько кусочков, я сделаю шашлык, – улыбнувшись, проговорила пришедшая в себя Найт Флауер, указывая копытом на тушу Яо-гая.

— Ты тоже ешь мясо? – удивленно приподняв бровь, спросила Грей Стрип.

— Глупая, все пони в Пустоши едят мясо. Надо лишь уметь его правильно готовить, – ответила бывшая волшебница и стала собирать дрова для костра. Запалив огонь, она надела кусочки мяса на куски проволоки найденной в хибаре. Обжаривая мясо, она стала рассказывать подруге основы выживания в пустоши:

— Почти вся дикая трава и растения заражены магической радиацией, если их есть можно заболеть и умереть. Лишь то, что выращивается на фермах не опасно. Тоже самое касается и воды. Безопасно пить можно только воду, очищенную специальными талисманами. Её производят в больших поселениях. Если заболела, там же можно вылечиться у врачей. Правда в большинстве случаев, тебя будут лечить, если у тебя есть крышки. В разрушенных домах иногда можно найти ящики с тремя бабочками, в них бывают лекарства.

Когда мясо было готово, Найт Флауер с удовольствием схомячила его, впервые наевшись за много дней.

— Всё хотела спросить, да не было удобного случая. Куда ты идёшь? – проговорил лазурная кобылка, сыто отрыгнув и откидываясь на спину. Её наполненный живот заметно выпирал, на фоне проступавших сквозь кожу ребер.

— Я должна найти Рой, – проговорила Грей Стрип, глядя на огонь и водя камушком по кромке клинка.

— Что это? – спросила единорожка, переваливаясь на бок и глядя на свою спутницу.

— Я не помню, но тот, кто живет во мне, говорит, что это моя семья. Они живут в Улье. Я знаю лишь одно, во что бы то ни стало я должна найти их. Ты, что ни будь знаешь про Рой или Улей? – спросила земнопони, повернувшись к лежащей кобыле.

Лазурная кобыла наморщила лоб и задумалась. Спустя пару минут, проведенных в молчании она проговорила:

— Я никогда не слышала о таком поселении. Но однажды в детстве к нам на ферму пришла бродячая торговка. Среди вещей, предложенных ею для обмена, был листок из древней книги. Клочок бумаги, на котором я видела картинку. На ней была изображена странная черная пони с прозрачными крыльями, кривым рогом и дырявыми ногами. Под картинкой был кусочек надписи, там было написано «королева роя».

Внезапно Найт Флауер прервала воспоминания, заметив, как изменился взгляд её попутчицы. Поначалу Грей Стрип с любопытством слушала рассказ, в её глазах плясали отразившиеся язычки пламени костра, а зрачки были сужены, реагируя на свет. При последних словах рассказчицы, зрачки расширились и почти заполнили радужку. Лысая пони замерла и уставилась в одну точку, перестав даже моргать. Наниты выстроили очередную логическую цепочку.

— Королева Роя. Королева – Мать. Мама. Она моя мама! – спустя несколько секунд ступора прошептали губы, а в глазах вновь появилось осмысленное выражение.

— Эй, Грей Стрип, ты чего, какая мама? – встревожено произнесла лазурная кобылка, копытом толкая земнопони в плечо.

— Она моя мать. Рой это моя семья. Я не знаю, как это объяснить, но мы должны найти их – вскакивая на ноги, воскликнула лысая кобыла.

— Да ты, что? Книжка была довоенной, с того времени прошла уйма лет. Она не может быть твоей матерью, – попыталась разубедить Найт Флауер, внезапно возбудившуюся кобылу.

— А, сколько лет мне? Ты знаешь? Я умирала и оживала трижды, за то время, сколько я себя помню, а это всего несколько дней. После того, что ты видела сегодня, ты уверена, что я не смогла пережить эту уйму лет? Если не хочешь помочь, можешь идти, куда хочешь, – опустив мордочку, со слезами в голосе произнесла Грей Стрип.

— О нет, так легко ты от меня не избавишься. Я всю жизнь прожила на ферме, где всё было безумно скучно. Работа, страх перед рейдерами и снова работа, и так изо дня в день. Потом плен, где были только страх, боль и насилие. Там я потеряла счет времени и была готова сдохнуть. Но тут появляется пони, которая распугивает и напинывет крупы моим мучителям. Пони которая одним левым копытом смогла завалить Яо-гая, и заявляющая, что её мама древней, чем Пустошь. Поверь, я хочу знать, чем всё закончиться, и я пойду с тобой до конца. Возможно, это будет стоить мне жизни, но это самое большое приключение в моей жизни, – говорила единорожка, обнимая лысую кобылу и утешающе поглаживая её по спине. Найт Флауер чувствовала, как горячие слезы, катились у неё по щекам.

## Глава 6. Пробуждение дружбы.

Две кобылы в молчании топали по растрескавшемуся полотну древней дороги, не обращая внимания на накрапывающий дождик. Впереди шла закутанная в серый плащ земнопони с розовой гривой, несущая на себе переметные сумки. Из-за левого плеча у неё выглядывала рукоятка зебриского меча, покоившегося в самодельных деревянных ножнах. Следом, приотстав на полкорпуса, двигалась лазурная единорожка с поломанным рогом. Бывшая волшебница периодически рассматривала свою попутчицу, и уже открывала рот, чтобы о чем-то её спросить, но затем, стушевавшись, опускала взгляд и молчала.

Грей Стрип заметно изменилась с того момента, как они повстречались. Её мордочка слегка вытянулась. Под верхней губой поблескивали кончики длинных клыков, когда лысая кобыла улыбалась или просто открывала рот. Остальные зубы, тоже заострились, и теперь было видно, что их хозяйка явно предпочитает, траве мясо. Тело тоже претерпело едва заметные изменения, оно стало более поджарым и мускулистым.

— А, ты в курсе, что выглядишь не так, как раньше? — не в силах больше терпеть, спросила волшебница.

— Это сделал кибермозг. Он сказал — так мне легче будет выполнять первую директиву. После боя с Яо-гаем, эта штука сообщила мне, что мое тело недостаточно совершенно для этого, и он может улучшить его на основании данных считанных с ДНК поглощенной биомассы. В тот момент я была слегка не в себе и промолчала. Интервал ожидания был превышен, и он изменил моё тело, – грустно кивая головой, в такт шагов, стала рассказывать Грей Стрип.

— Вау, ты словно древнее заклинание, сейчас прочитала. Я почти ничего не поняла, но давай попробуем разобраться, – весело проговорила Найт Флауэр.

— Давай – улыбнувшись, произнесла лысая кобыла.

— Расскажи мне, что значит биомасса, ДНК и интервал ожидания? – сделав серьёзную, мордочку попросила лазурная кобыла.

— Биомасса, это мясо, кожа сухожилия и кости животных, которых я съедаю – ответила Грей Стрип и, вздрогнув мысленно добавила, — и пони. ДНК это, что-то внутри биомассы, где содержится информация. Интервал ожидания – время которое дается мне на принятие решения в тяжелой ситуации. Если я не начинаю действовать, кибермозг берет управление моим телом на себя. О последствиях тебе лучше не знать.

— Слушай, из всего этого я поняла, что ты можешь менять свое тело, — удивленно произнесла единорожка, — а можешь ты обрасти шерстью?

— МММ. Об этом я не подумала, – пробурчала Грей Стрип и умолкла. Через пару секунд она ответила:

— Он сказал, что может сделать такую модификацию. Посмотрим, что получится.

Лысая кобыла скинула плащ и зажмурилась, по её коже прошла судорога и оно стало покрываться шерсткой. Спустя несколько секунд, кибермозг доложил, что модификация закончена, и она, не открывая глаз спросила:

— Ну как я выгляжу?

— Эм..! – раздалось невнятное восклицание её спутницы.

— Что, всё так плохо? – севшим голосом произнесла Грей Стрип, страшась открывать глаза.

— Ну, теперь, ты не выглядишь как гуль, но ходить без плаща я тебе не советую – рассмеявшись произнесла Найт Флауэр – зебры более странной окраски я не видела.

Земнопони не выдержала и широко распахнув глаза стала себя осматривать. Её тело было покрыто шерсткой весьма дикой раскраски. Мало того, что оно стало полосатым, так ещё поло чередующимися полосками розового и серого цвета.

— Знаешь, а так мне нравится гораздо больше, – весело пританцовывая, прощебетала единорожка, — ты такая цветастая.

Внезапно, потрескавшееся полотно дороги вздыбилось в нескольких местах, и по ушам кобыл ударил пронзительный визг. Найт Флауэр испуганно закрыла глаза и копытами передних ног попыталась зажать уши. Что-то темное вынырнуло из образовавшейся в земле дыры. Мощный толчок сбил единорожку на землю, в следующее мгновение огромные зубы впились в её плечо, вызывая вспышку дикой боли. Второй хищник, оставляя за собой фонтан земли, устремился к земнопони.

Острые, как бритва, клыки сомкнулись на шее, одним быстрым движением выхватывая из неё огромный кусок. Серое тело, выплеснув фонтанчик крови, с хрипом полетело на землю.

Атака кротокрысов застала врасплох даже Грей Стрип. Сенсоры Л.У.М. не смогли засечь скрывающихся под землей монстров. Враги были выявлены лишь в момент их появления на поверхности. Биологический мозг кобылы ещё полностью не осознал новой угрозы, а кибермозг начал действовать, уводя тело носителя с траектории удара и атакуя. Длинные зубы хищника щелкнули вхолостую, в нескольких миллиметрах от лоснившейся шкурки зебры, а вот челюсти Грей Стрип нашли свою цель. Сглотнув откушенный кусок, полосатая воительница вступила в бой. Неистовый рывок выиграл время, и пони опомнившись от шока, вызванного внезапным нападением начала действовать осознанно. Третий нападавший получил по голове мощный удар задней ногой, который кобыла выполнила, исполнив полуоборот. Благодаря боевому сопроцессору копыто встретилось с мордой зверя в самой уязвимой точке, вминая нежный нос и ломая кости черепа. Кротокрыс отлетел назад и, захрипев, стал биться на земле в агонии. Ещё два фонтана земли взметнулись рядом с полосатым телом. Зебрийский меч покинул ножны со свистом, неслышимым на фоне продолжавшегося визга нападавших. Первый хищник промахнулся, а распластанная в прыжке тушка второго зверя разделилась на две почти равные половины прямо в воздухе, обдав Грей Стрип кровавым дождем. Тем временем вожак, приземлившись после неудачной атаки, развернулся и бросился на жертву вновь, и вновь розово-серая зебра не дала себя укусить. Выполнив изящный переворот, она отпрыгнула назад, разрывая дистанцию, и замирая в стойке на задних ногах. Меч зажатый в передних копытах был направлен на хищника. Спустя мгновение, глухо зарычав, кобыла сама бросилась в атаку. Клинок со свистом разрезал воздух, нанося рубящий удар. Вожак был опытным зверем, и добычей смертельного железа стал лишь его хвост. Кротокрыс успел скрыться под землей, выкопав в твердом асфальте лаз в мгновение ока. Через секунду хищник вновь выскочил из земли уже за спиной Грей Стрип.

Удивление стало последней эмоцией вожака, когда холодное железо древнего клинка пробило ему мозг. С перерубленной головой тушка подземного охотника отлетела к обочине. Стоя на одном колене, зебра плавным движением стряхнула с меча капельки крови. Дикий крик полный отчаяния и рычание раздались у неё за спиной. Кобыла прыжком вскочила на ноги и развернулась к источнику звука и последней красной метке на Л.У.М.е.

Найт Флауэр из последних сил пыталась удержать передними копытами извивающееся тело зверя, тянувшегося длинными кривыми зубами к её шее. Кобыла почти отчаялась и сдалась. Внезапно широко распахнутыми от ужаса глазами, она увидела, как изо рта кротокрыса выдвинулось окровавленное стальное лезвие, не дойдя до её носа считаных миллиметров. Затем мощный рывок откинул, подрагивающую и хрипящую тушку далеко в сторону. На месте морды монстра в поле зрения лежавшей кобылы появилась сосредоточенная мордочка розово-серой зебры, и Найт Флауер потеряла сознание.

Когда единорожка пришла в себя вокруг была ночная тьма. Она почувствовала, что лежит на боку, и она не одна. За спиной волшебницы раздавалось тихое дыхание спящего пони. Кто-то, обхватив её передними копытами, плотно прижимался к ней всем телом. Ужасные воспоминания о месяцах рабства всплыли в её сознании, и она стала ожесточенно вырываться, но хватка незнакомца не ослабевала ни на мгновение.

— Тише. Ты в безопасности. Тебе надо отдохнуть и поспать, – пришел из темноты знакомый и нежный голос Грей Стрип.

Единорожка перестала вырываться и спустя несколько мгновений расслабилась, а затем она разрыдалась. Со слезами уходили страхи и нервное напряжение копившееся долгие годы. Постепенно шепот подруги и ласковые поглаживания копыт успокаивали её. Впервые за несколько лет рядом была самая лучшая и отважная пони, которую, она когда-либо встречала. Та, кто, не задумываясь об опасности, вступила в бой с очередным кошмаром Пустоши и победила его. Та, кто не бросила единорожку инвалида, а осталась и продолжает хранить и оберегать её. Повернувшись на другой бок Найт Флауэр, всхлипнув напоследок, зарылась носом в розовую гриву и уснула. В этот раз её сон был спокоен и беспечен.

Грей Стрип смотрела, как на мордочке её спутницы гримаса ужаса постепенно разглаживается, уступая место легкой улыбке. Сенсоры так же фиксировали нормализацию состояния единорожки. Пульс замедлялся, дыхание успокаивалось, мышцы расслаблялись. Когда поняшка уснула, зебра опустила голову на землю и закрыла глаза. Враждебных целей на Л.У.М.е не было, а до рассвета, согласно таймеру, оставалось ещё пара часов. Грей Стрип провела эту пару часов в полной неподвижности, согревая теплом своего тела напарницу. Лишь изредка по её телу проходила легкая волна – наниты поддерживали мышцы в тонусе, не давая им затечь. Так обнявшись, они и встретили рассвет.

## Глава 7. Свет и тьма.

Звуки выстрелов поняшки услышали, поднимаясь по склону холма. Уже вечерело, когда внезапно вспыхнувшая за гребнем перестрелка заставила их прижаться к земле.

— Лежи здесь, я сползаю на разведку – прошептала Грей Стрип и поползла к вершине. Уставшая единорожка подволакивая переднюю раненую ногу, отползла к груде камней и затаилась там.

Зебра, прижав уши, аккуратно выглянула из-за вершины. Перед её взором развернулась картина боя. Кибермозг увеличил мощность радара, и перед внутренним взором розово-серой зебры развернулась схематическая карта части долины, раскинувшейся за холмом. Спустя несколько мгновений, на неё наложилось около десяти точек. Четыре из них располагались внизу в долине и были собраны в одном месте. Остальные перемещались по обратной стороне холма. Внизу на дороге стоял фургончик, накрытый тентом. Вокруг него, в придорожных кюветах залегли трое пони, один из которых был единорогом. Земнопони стреляли из автоматических пистолетов, зажатых во рту. Их напарница палила короткими очередями из чего-то более серьёзного, левитируя длинный ствол в облаке синей магии. Нападавшие были рассредоточены по склону холма и, прячась в складках местности, постепенно сокращали дистанцию. Трое земнопони в грязных ржавых доспехах вооружённые холодным оружием, двигались под прикрытием трех единорогов, сумбурно обстреливавших фургон из охотничих ружей. Усиленный слух Грей Стрип выделил в какофонии звуков боя детский плач, доносившийся из фургона, где-то там скрывалась пони соответствующая последней метке на Л.У.М.е.

Зебра отползла к единорожке и рассказала об увиденном.

— Рейдеры грабят торговцев, – стиснув зубы, проговорила Найт Флауэр, и добавила, – Твари!

— Твоё состояние ухудшается. Тебе нужны лекарства. У кого из них они могут быть? – разглядывая вздувшуюся рану на плече своей спутницы, спросила розового-серая кобыла.

— Торговцы обычно возят с собой лечебные снадобья – ответила волшебница. Помолчав несколько мгновений, она, глотая слезы, прошептала – Умоляю, помоги им.

— Согласно анализу боевого сопроцессора, шансы на их победу составляют двадцать три процента, — проговорила зебра голосом, лишённым эмоций. Затем она зловеще улыбнулась, и зебрийский меч с шелестом покинул деревянные ножны.

— Я увеличу их шансы, до приемлемых, – услышала единорожка, когда розовый хвост скрылся за гребнем холма.

Тем временем расклад сил поменялся. У оборонявшихся теперь стреляла лишь кобыла земнопони, единорожка уронив винтовку пыталась оказать помощь жеребцу, зажимавшему копытом рану на левом плече. Нападавшие, тоже потеряли одного из своих. Тело грязного пурпурного жеребца замерло в луже крови на дороге в паре десятков метров от повозки. Двое других земнопони, скрытых от стрелка фургоном, крадучись приближались, обнажив ржавые топоры, зажатые в зубах. Трое единорогов с охотничьими ружьями скучковались в противоположном направлении, стараясь огнем прижать защитницу к земле.

— Сложите оружие и не пострадаете! – раздался громкий крик у них за спинами. Бандитки, прекратив стрелять, дружно обернулись. Перед ними на задних ногах стояла странная зебра в розово-серую полоску. В передней правой ноге у неё покоился длинный слегка изогнутый клинок, кончик которого пропадал в густой траве.

— Зебрийское отродье! – заорала единорожка, голубого цвета и разрядила дробовик в сторону нового противника. &

— Сдохни! – поддержали её напарницы, спустя пару мгновений, тоже присоединяясь к стрельбе. Зебра, поднырнув под облако дроби, скользнула вперед и, сделав перекат, оказалась почти вплотную к стрелкам. Противник явно превосходил её в огневой мощи и кибермозг мгновенно вывел вторую директиву на первый план, давя любые мысли носителя о милосердии. Блеснувший на мгновение в багровом закатном свете меч снёс голову первой бандитке. Продолжая разворот, полосатая воительница нанесла сокрушительный удар задним копытом в голову второй рейдерше. Височная кость с хрустом вмялась. Фиолетовая единорожка закатила глаза и, выронив ружьё, отлетела на несколько метров. Грей Стрип развернулась к последней противнице, и тут грохнул выстрел. Кибермозг попытался увести тело носителя из опасной зоны, но не успел. Разряд крупной дроби выпущенный практически в упор, впился ей в грудь выбивая фонтан крови и разрывая плоть. Правая полосатая нога отделилась от тела. Звук жалобно звякнувшего упавшего меча слился с клацаньем передергиваемого затвора. Последнее, что увидела в своей жизни грабительница, были белоснежные клыки, блеснувшие в пасти зебры. Грей Стрип впившись ей в шею, резким движением головы сломала позвоночник.

Найт Флауэр, выглядывавшая из-за холма, с ужасом наблюдала как выстрел дробовика, покалечил её подругу. Мгновение спустя она, расширенными глазами увидела невозможное. Трехногая кобыла продолжила биться, несмотря на смертельное ранение. Разинув пасть, она вонзила клыки в свою противницу и мощным рывком свернула ей шею. Выплюнув поверженного врага, зебра на трех ногах похромала к оторванной конечности и, подняв ею, приставила на место. В месте разрыва возник вихрь из темно красных и серебристых нитей, спустя несколько секунд покрутив, вновь обретённой ногой, Грей Стрип подняла меч и поскакала к фургону. Там уже во всю кипела копытопашная. На земле хрипя лежала одна из нападавших, её грудь пересекала строчка красных отверстий от очереди автоматического пистолета. Второй рейдер размахивая топором, старался поразить, оставшуюся на ногах единорожку. Кобыла, прикрывавшая лежавшие тела своих спутников, с трудом отражала его удары, используя в качестве защиты своё покореженное ружьё. Последний мощный удар разрубил винтовку пополам, а сама единорожка рухнула на землю. Широко распахнув глаза, она в отчаянье сжалась, ожидая смерти. Грабитель вскинул топор, готовясь нанести фатальный удар. Внезапно за спиной бандита возникло розово-серое пятно. Из груди жеребца, со скрежетом раздвигая пластины брони, вынырнул блестящий кусок металла и тут же скрылся. Рейдер выронил топор, из уголка его рта потянулась тягучая ленточка алой крови. Земнопони рухнул на землю рядом со своей жертвой. Булькая кровавыми пузырями, он старалась втянуть воздух разорванными лёгкими, но силы быстро оставляли его. Зеленая единорожка перевела взгляд с тела поверженного врага, на розово-серый силуэт, замерший рядом. Им оказалась зебра весьма необычного окраса. Серые полоски на её теле чередовались не с белыми, а с розовыми. Кобыла с голубыми глазами, улыбнулась, и по спине волшебницы прокатилась холодная волна ужаса. Она увидала кончики белоснежных клыков, блеснувшие во рту незнакомки. Единорожка захлопнула глаза и замерла, мысленно прощаясь с жизнью.

Раздались приближающиеся шаги, незнакомка прошла мимо и затихла. Пару секунд ничего не происходило, а затем раздался мелодичный голос:

— Все враждебные цели поражены. У тебя нет критических повреждений, твои жизненные показатели в безопасной области. Мне нужна твоя помощь.

Зеленая кобыла открыла один глаз. Странная зебра была рядом и никуда не делась, сидя на крупе она рассматривала, тела торговцев, лежащих без сознания. Заметив обращённый, на неё взгляд, полосатая поняшка произнесла:

— У жеребца большая потеря крови, у кобылы сотрясение мозга и множественные поверхностные повреждения. Их жизненные показатели близки к критическим. У вас есть лекарства?

— Да. Конечно. — Произнесла единорожка, приходя в себя и вскочив на ноги, она устремилась к фургону. Едва она сунула морду внутрь, раздался испуганный визг, переходящий в детский плач. Кобыла залезла внутрь и невнятно забормотала. Всхлипывания быстро затихли, и она стала чем-то шуршать и брякать. Спустя пару минут единорожка выпрыгнула наружу, левитируя магией две склянки с восстанавливающим зельем. За ней на полотно дороги спрыгнула маленькая кобылка шоколадного цвета с зареванной, но счастливой мордочкой. Увидев полосатую незнакомку, она поспешила спрятаться за круп единорожки. Зеленая кобыла, косясь на странную зебру и прикрывая жеребенка своим телом, последовала к своим лежащим без сознания спутникам.

Подняв копытом голову жеребца, она залила ему в рот половину одно из пузырьков, остатки кобыла вылила на повязку, наложенную на рану. Проделав эти манипуляции волшебница, направилась к земнопони, но была остановлена окриком:

— Стой! У вас еще есть лечебные зелья?

— Нет, это последняя бутылочка, – запинаясь произнесла она, глядя на поднимавшуюся на ноги зебру.

— Тогда отдай её мне, — сказала незнакомка.

— Но как же она? – спросила испуганная единорожка, косясь на тело своей спутницы.

— Отдай, она мне нужна, — проговорила полосатая кобыла. На этот раз в её мелодичном голосе прорезался металл. Зебра поднялась на задние ноги, и с шелестом извлекла свой меч из ножен на спине.

— Но она же умрет! – пропищала севшим голосом, зеленая единорожка, затравленным взглядом глядя на свою недавнюю спасительницу.

— Отдай или ты тоже умрешь! – произнесла зебра, зловещее оскаливаясь и делая шаг вперед.

— Стой! Грей Стрип не надо! – раздался крик, и за спиной полосатой лошадки возникла фигура лазурной кобылы.

— Я пока в порядке, им нужнее! – тяжело дыша от быстрого бега проговорила вновь прибывшая, ковыляя на трех ногах к фургону.

— Ты слышала её. Лечи своих спутников, — поговорим позже, сказала зебра, закидывая меч в ножны и опускаясь на все четыре ноги.