# Metal Gear: Bestial Alternative

KIllplay

Насилие никогда не приводило мир ни к чему хорошему. Даже незначительный конфликт способен вызвать пожар, в котором окажутся даже те, кто ни в чем ни виноват. Вот так и одна битва из-за нелепых разногласий привела к тому, что мир и все его обитатели изменились навсегда...

Эта работа является смешением двух вселенных, так что пусть вас не смущает наличие современных технологий в Эквестрии. Также первая часть уже была ранее выложена мною в другом сборнике историй, но я создал этот, ибо собираюсь писать продолжение. Времени на это уходит много, так что я сомневаюсь, что новые части скоро появятся. Запаситесь терпением.

## Часть I. Прозревшие дети. Первый и последний.

«Что такое жестокость? Борьба за жизнь, господа, всегда законна»

Карел Чапек

«I’m nuclear

I’m wild

I’m breaking up inside

A heart of broken glass

Defiled

Deep inside

The abandoned child»

Nuclear. Майк Олдфилд.

16 марта 1ххх года. За два года до возвращения Найтмер Мун.

День в замке Кантерлота проходил обыденно и без особых изменений. Все пони были погружены в работу, в том числе и вечно грациозная и неотразимая принцесса Селестия. Сегодня должна была состояться аудиенция с послами других народов. Среди приглашенных были представители зебр, ослов, грифонов и нескольких других рас, которые хотели обсудить с богиней солнца дела, касающиеся их дома. Прислуга убиралась в зале для переговоров, повара готовились подать на стол эквестрийские деликатесы, а композиторы сочиняли торжественную музыку для фанфар. Но и сама богиня не сидела без дела.

Селестия была готова принять высокопоставленных гостей и репетировала в своей комнате приветственную речь, что, впрочем, было излишним, ибо принцесса часто принимала важных гостей в своем замке, но пунктуальность была очень важна для богини. Именно в разгар подготовки к важной встрече к принцессе неожиданно наведался один из личных стражников, который нес перед собой небольшую прямоугольную коробочку, обитую красным бархатом.

— Принцесса, простите за то, что прерываю вас, но сейчас прибыла посылка, которую необходимо доставить лично вам в копыта, — жеребец поставил коробочку на журнальный столик, — Курьер сказал, что это очень важно.

— Правда? Я не ждала никаких посылок, — богиня отвлеклась от своего отражения в зеркале и осмотрела неожиданный подарок, при котором не было никаких записок. — Курьер сказал, от кого эта посылка?

— Нет, он отдал это страже и почти сразу же убежал. Вероятно, это подарок от послов в честь доброй воли.

— Хорошо. Вы можете быть свободны, — сказала Селестия, после чего стражник спешно покинул покои принцессы.

Аликорн, не тратя много времени, развязала ленту и открыла коробку, в которой она ожидала увидеть некое традиционное украшение другого народа, однако сверху располагался небольшой листок бумаги, который перекрывал содержимое коробочки. Богиня вытащила записку, но вместо приветственных слов или благодарности там было написано одно единственное предложение. «До скорой встречи, Селестия». Поначалу такая фамильярность возмутила принцессу, но стоило ей увидеть сам подарок, как аликорн тут же обомлел, не в силах сдвинуться с места. В коробочке лежал небольшой металлический цилиндр со множеством квадратных выступов и углублений. С одного конца цилиндр заканчивался заострением, а с другого – куполовидной гладкой шляпкой с прорезью посередине. Немного поглядев на непонятное устройство, богиня бросила все принесенные ей вещи на пол и быстрым шагом направилась прочь из комнаты, прямиком к стоящим на посту стражникам.

— Немедленно сообщите страже, чтобы они оцепили замок и усилили охрану! – отдала приказ богиня, — Пусть все прибывшие послы едут обратно домой! Возместите им потраченные средства, если они того потребуют. И приготовьте карету. Я уезжаю из Кантерлота.

— Как прикажете, принцесса, — неуверенно произнес растерявшийся от такого поворота событий стражник, который побежал выполнять указание вместе со своим коллегой.

Богиня же выглянула в окно, откуда виднелся весь Кантерлот и даже Понивиль, и тяжело вздохнула, закрыв глаза. Вся уверенность Селестии мгновенно улетучилась, оставив место лишь для страха и отчаяния, которые никто больше не смог бы понять.

* * *

9 днями позже.

Прошло уже больше недели с тех пор, как принцесса Селестия покинула замок при никому неизвестных обстоятельствах. Никто не знал, куда она ушла и когда вернется обратно, однако жизнь в стране с исчезновением богини не остановилась. Советники и политики принцессы взяли на себя обязанности аликорна и держали ситуацию под контролем, что было верным ходом. Поэтому большая часть пони вне замка даже и не знала, что аликорн покинул Кантерлот, а те, что знали, старались не думать о плохом. Но все же напряжение в замке нарастало, а потому умные пони решили дать возможность всем немного развеяться и организовали бал, на который должен был съехаться весь Кантерлот.

Так и получилось. Вечером замок зажегся праздничными огнями, залы были богато украшены, а столы ломились от всяческих блюд высокой кухни. Несмотря на то, что праздник начался всего час назад, в замке уже было полно светских пони, с интересом обсуждавших новую вечеринку. Казалось, вечер был просто идеальным. И он был таким ровно до того момента, как на пороге замка не оказались никому неизвестные ранее гости.

Праздник был открытым и общедоступным, поэтому у входа не стояло никакой стражи. Да и придраться к группе из пятерых не самых обычных пони, было особо не с чем. Каждый из пришедших был одет в дорогой вечерний костюм, выглядел чисто и аккуратно, однако множественные отклонения в телах этих пони заставляли всех встречных внимательно разглядывать гостей, однако пони не обращали на это внимания. Они быстрым шагом двигались к главному залу и остановились только тогда, когда уже стояли напротив двойных дверей, за которыми слышались музыка и гул множества голосов.

— Что ж, господа, — произнес бледный единорог, который вытащил из-под полы плаща маску и надел ее, — Пора творить историю.

Следом за своим предводителем остальные члены группы надели свои маски в виде голов разных животных и вошли в шумный зал. Увидев анонимных гостей, стражники на входе напряглись и сразу же попытались остановить неизвестных. Однако стоило только пони в золотых доспехах приблизится к группе, как один из жеребцов вытащил из кармана пиджака кинжал, за долю секунды перерезав первому стражнику горло, а второй неожиданно вытащил из рукава переделанный под копыто револьвер и прострелил второму (другому) стражнику голову в упор. Услышав выстрелы, гости впали в истерику и начали пытаться убежать от убийц, однако телепатия кобылы, которая в отличие от своих коллег была одета в противогаз, тут же перекрыла все выходы. На помощь подоспела многочисленная стража, вооруженная мечами и арбалетами, которые они сразу же пустили в ход, но и тут нападавшие смогли победить без особого труда. Стрелок с револьверами начал, практически не целясь, стрелять точно в головы врагов, перезаряжая оружие за считанные секунды, а оставшиеся враги внезапно воспламенились стараниями все той же кобылы.

Вид множества убитых стражников вгонял гостей праздника в ужас, но они понимали, что сопротивляться террористам бесполезно, а потому просто забились в одной части зала, ожидая окончания сражения. Тем временем прибыла новая группа стражников, оцепивших зал со всех сторон и прицелившихся в убийц сразу из порядка двадцати арбалетов.

— Немедленно бросьте оружие и сдавайтесь! – крикнул один из стражей, держа в поле зрения трех пони, — Вас было больше! Где остальные?

— Хватит возиться, Мантис, — произнес лидер группы видоизмененным маской голосом, — У нас еще полно работы.

Кобыла в противогазе утвердительно кивнула, и ее рог начал сиять ярким сиреневым светом, и уже через пару мгновений убийца воспарила над полом. Стражники смотрели на это, словно завороженные, однако быстро пришли в себя и открыли огонь по сильному волшебнику, однако болты зависли в воздухе, приблизившись к группе, повернулись наконечниками к стрелявшим, и на огромной скорости полетели назад, убив большую часть стражников. Оставшиеся же также жили недолго, так как один из стражников ни с того ни с сего вытащил кинжалы и резкими движениями убил оставшихся, после чего облик пони мгновенно поменялся на одного из убийц в маске.

— Мы здесь закончили, Босс, — хриплым голосом доложила единорожка в противогазе, — Зал оцеплен. Сюда никто не пройдет без нашего ведома.

— Отлично. Значит, можно приступить к захвату замка, — Босс приставил копыто к уху, куда был вставлен наушник, — Рэйвен, можно заносить оборудование. Вульф, как дела снаружи?

— Гости у ворот услышали выстрелы. Паникуют, — произнесла фисташковая единорожка на крыше замка, регулируя механической рукой прицел снайперской винтовки, — Думаю, скоро прибудет стража. Как у вас дела?

— Все идет по плану. Убивай всех вооруженных пони, которые окажутся в зоне видимости, — приказал Босс, поглядев на прибывшую земную пони, которая несла на плече несколько прямоугольных железных ящиков с маркировкой какой-то частной военной корпорации, — Что ж, раз со стражей разобрались, можно и поговорить с гостями.

Бледный жеребец подошел к напуганным до смерти гостям, которые столпились у фонтана посреди зала и начал рассматривать каждого гостя в поисках кого-то определённого.

— Не стоит нас боятся, друзья. Ведите себя хорошо, и никто из вас не пострадает! Игра в героя может плохо кончится, — спокойно произнес Босс, войдя вглубь расступившейся толпы. Наконец, жеребец отыскал нужного гостя.

— Мистер Фэнси Пэнтс, я полагаю? – глава террористов подошел к синегривому жеребцу с моноклем, который сохранял хладнокровие.

— Да, — сухо ответил единорог, не выражая никаких эмоций.

— Поздравляю вас, доктор Пэнтс! После стольких лет бездействия в области генной инженерии вы снова назначаетесь на старую должность!

— О чем вы говорите? – непонимающе спросил Фэнси, оглядевшись по сторонам.

— Мантис! – рявкнул Босс и направился дальше, а кобыла в противогазе в свою очередь окутала голову ошарашенного единорога фиолетовым свечением, и тот, раскрыв рот, пошел куда-то из зала под удивленные вздохи остальных пони.

Лидер же тем временем приблизился к принцу Блюбладу, который постарался отстраниться от угрозы как можно дальше.

— И его тоже берем, — кивнул Босс, и Мантис стала приближаться к испуганному жеребцу.

— Нет! Нет, умоляю, не трогайте меня! Я дам вам все, что захотите, только оставьте ме… — магия единорожки прервала истерику юного принца, и тот пошел следом за первым загипнотизированным пони.

— Для начала этого хватит. Оцелот, Октопус, прочешите весь замок и сгоните всех оставшихся пони сюда!

Мантис, следи за толпой и докладывай, если выудишь что-то полезное из их голов. Рэйвен, мы с тобой развернем нашу аппаратуру, после чего ты подключишь ее к радиостанции замка. Пора миру нас услышать.

Услышав приказания, террористы начали разбредаться в разные стороны. Лишь трое пони остались в зале вместе с заложниками. Зловещий план террористов приходил в действие.

* * *

Жеребец кремового цвета с коричневой неаккуратной гривой и хвостом вошел в темный кабинет, который освещала лишь лампа, стоящая на столе в конце кабинета. Жеребец прикрыл за собой дверь и уселся на кресло с другой стороны стола. Как пони ни пытался, он не мог разглядеть ожидавшего собеседника, свет лампы никак не доходил до него.

— Итак, я пришел по первому вашему зову, — пришедший пони взял одну из сигарет на столе и закурил, — В чем дело?

— Проблема национальной безопасности, — мрачно произнес низкий мужской голос, — Пока что общественность находится в замешательстве, но скоро среди пони начнется паника. Нам нужно управиться с этой проблемой до наступления этой паники.

— Так в чем же проблема?

— Два часа назад на замок Кантерлота было совершенно нападение группой неизвестных лиц. У нас не слишком много сведений, но мы точно знаем, что это профессионалы и они обладают современным оружием и технологиями. На момент нападения в замке проводился праздничный вечер, поэтому в руках у террористов оказалось порядка сотни пони из высшего общества. Среди них были также и члены королевской семьи.

— Паршиво. Террористы выдвинули свои требования?

— Да. Буквально десять минут назад они устроили теле- и радиопередачу, в которой выставили свои требования. Можешь послушать, — Собеседник включил висящий на стене экран, на котором появилось изображение пони в костюме и маске, за которым виднелась толпа захваченных в заложники гостей.

«Добрый вечер, Эквестрия. Вы задаетесь множеством вопросов, но вам не стоит ломать голову над тем, что вам не следует знать. Наши имена и личности не имеют значения, куда важнее наши мотивы. Эквестрия уже долгие годы находится в пучине грязной бюрократии и коррупции. Пока честные работяги тянут спины, тяжким трудом добывая себе пропитание, буржуазия не знает нужды ни в пище, ни в деньгах, даже не подозревая, что они используют то, что бедняки вырывают из ртов своих детей. Наш мир постоянно осаждали тираны и захватчики, но никто из вас даже не предполагал, что главное зло сидит и у нас прямо под носом. Принцесса Селестия принесла Эквестрии куда больше боли, чем кто-либо еще до нее. В то время, как наши враги били нам в лицо, Селестия медленно вытягивала кровь из всех нас! Довольно лжи и притворства! Когда придет время, я расскажу обо всех злодеяниях, совершенных принцессой, а пока мы выставим свои требования.

Мы требуем, чтобы нам была предоставлена информация о месторасположении научного комплекса «Внешний рай», полная информация обо всех филиалах и дочерних компаниях, а также транспорт для нашего ухода. Пока эти требования не будут выполнены, мы каждые двадцать минут будем публично казнить одного из заложников. Получить принятие требований мы желаем от принцессы Селестии лично. Не делайте глупостей, и все невинные пони выйдут отсюда живыми. Конец связи».

— «Внешний рай»? Никогда не слышал о подобном. Что это такое? – поинтересовался жеребец, повернувшись обратно к своему собеседнику.

— Ничего особенного. Один из оборонных проектов, заброшенных много лет назад. От «Внешнего рая» не осталось ничего, что можно было бы использовать в каких-либо целях. Не знаю, зачем им сдался этот комплекс, но даже если и выдать им его месторасположение, то они найдут там лишь руины и подумают, что их обманули.

— Другими словами, по-хорошему с ними не договорится?

— Да. Поэтому в дело вступаешь ты. Твой послужной список практически идеален. Ты выполнял задания как в горячих точках, так и в разведывательных операциях. Лучше тебя для проникновения в стан врага нам никого больше не найти. Твоя задача заключается в том, чтобы проникнуть в замок, по возможности спасти заложников и, самое главное, уничтожить всех террористов.

— Всего-то?

— Умерь-ка свой пыл. Мы имеем дело не с обычной шайкой головорезов. Это хорошо обученные и оснащенные террористы, каждый из которых обладает своими уникальными способностями. Судя по всему, среди них есть специалист по биоинженерии, так как все члены отряда оснащены механическими имплантами и модификаторами. Опознать личности этих пони мы не смогли, но благодаря нашему информатору внутри замка, нам известны их позывные, а также информация об их обмундировании.

Всего террористов шестеро, однако не факт, что к ним не прибыло подкрепление за время их радиомолчания. Вот что мы о них знаем.

Экран снова зажегся, и на нем появились нечеткие изображения шестерых пони, каждый из которых по своему выделялся.

— Первый из них – Оцелот. Земной пони. В передние копыта встроены револьверы с пересобранными рукоятью и курком. Вместо них установлен самодельный рукав для копыта и провода, подсоединенные прямиком к нервной системе, что позволяет вести огонь биоэлектрическими сигналами мозга. Также вместо правого глаза установлен глазной протез, позволяющий с точностью до нанометров рассчитывать траекторию полета пули.

Рэйвен. Земная пони. При помощи инъекций с наномашинами ее мышечную ткань и кожу подвергли кристаллизации, в результате чего она приобрела огромную устойчивость к любому виду повреждений, а также невероятную физическую силу и выносливость.

Вульф. Единорожка. Подвергла себя наибольшему количеству модификаций. Копыта заменены на пятипалые конечности с подвижными суставами, позвоночник искривлен для полного прямохождения, вероятнее всего, голова также сильно изменена, но из-за маски этого невозможно узнать. Является снайпером и по некоторым данным видит цель с любого расстояния и без всякой оптики.

Мантис. Единорожка. Сильный маг, обладающий способностью к левитации, телепатии, пиромантии и мощнейшему телекинезу, которым обладают очень немногие единороги. Полный перечень ее способностей неизвестен, но это очень могущественный противник. Держи с ней ухо востро.

Октопус. Единорог, хотя данные очень смутные. По данным нашего информатора, это мастер маскировки, который часто меняет свой облик в зависимости от ситуации. Каков его истинный облик неизвестно. Больше данных по нему нет.

Босс. Лидер террористов и самая загадочная личность. Каких-либо сверхъестественных способностей не проявлял, но остальные явно уважают и почитают его. Он твоя цель номер один.

Пусть мы и не знаем истинных личностей этих пони, но мы придумали способ, как это выяснить. Наши ученые разработали специальный опознаватель голоса с дешифратором, который подключен к базе данных по всем зарегистрированным пони в Эквестрии. Опознаватель оснащен мощным микрофоном и ему нужно услышать лишь несколько слов кого-либо, чтобы выдать справку на накопытный компьютер, с которым опознаватель связан напрямую. Возможно, эта информация поможет тебе в борьбе с врагом.

— Хорошо. Какую еще экипировку мне выдадут для задания?

— Стелс-костюм нового поколения, состоящий из легких и прочных полимеров, которые обеспечат хорошую защиту от повреждений без вреда для подвижности. Также оснащен системой жизнеобеспечения, которая автоматически включает подогрев, охлаждение, подачу питательных веществ и лекарств в организм в случае опасности. В общем, ничто не будет отвлекать тебя от твоей основной миссии.

Помимо этого у тебя, как уже сказано ранее, будет компьютер с картой местности, радио для связи со мной, перечень заданий и прочая необходимая информация.

Все остальное снаряжение стандартно. Бинокль, аптечка первой помощи, 9-миллиметровый пистолет с модификаторами и нож. Если тебе вдруг понадобится что-то еще, то придется добывать это на месте. По данным информатора, террористы принесли с собой некое оружие. Возможно, им можно воспользоваться.

— Понятно. Как я войду внутрь? Замок наверняка охраняется.

— Ты пойдешь через сад. Он находится почти у самых крыш замка, поэтому тебя сбросят пролетающие над облаками пегасы. Для этого у тебя будет парашют. В саду полно растительности и высоких кустов, поэтому там будет достаточно легко спрятаться. После этого действуй по обстоятельствам. Если понадобится какая-нибудь информация, ты знаешь, как со мной связаться.

— Последний вопрос: когда начинаем?

— Немедленно! Каждая секунда на счету! Иди в арсенал, возьми свое снаряжение, после чего — в ангар. Там тебя уже ждет повозка с пегасами. Удачи тебе, Гасиус. И помни: жизнь многих пони зависит от твоих действий!

Жеребец кивнул, потушив сигарету, встал с кресла и быстрым шагом направился к выходу из кабинета, полный решимости выполнить эту, пожалуй, самую важную миссию в его жизни.

* * *

По случаю начала важной операции по уничтожению террористов пегасы из Клаудсдейла затянули ночное небо густыми тучами, дабы как можно надежнее скрыть приближение Гасиуса, который уже сидел на краю повозки, ожидая сигнала пегасов. Из-за туч было практически ничего не видно, лишь особо яркие огни Кантерлота пробивались из-под туч, но это не смущало бывалого оперативника.

И вот, ближайший пегас как можно громче крикнул, что пора прыгать, и единорог, не выжидая и секунды, бросился вниз сквозь дождевые облака и через несколько секунд преодолел их, увидев перед собой ночной Кантерлот и величественный замок, который, казалось, совсем не был потревожен силами террористов. Впрочем, любоваться городом свысока было некогда. Бешеной силы ветер бил прямо в лицо, не позволяя постоянно держать глаза открытыми, поэтому Гасиусу оставалось только высматривать тот самый сад, о котором ему доложил, как выяснилось позже, Шайнинг Армор, глава королевской стражи, который уехал вместе с принцессой несколько дней назад. Вскоре подошло время раскрывать парашют, что шпион успешно сделал, и исследовать окрестности стало заметно проще. Парашют был соткан из черной материи, поэтому заметить спускающегося агента, не присматриваясь в небо, было невозможно. Еще через минуту единорог успешно добрался до земли, быстро уложив парашют в кучу и спрятав его за деревьями.

— Сэр, я успешно добрался до сада. Меня никто не заметил, — доложил пони по коммуникатору на копыте.

— Отличная работа, Гасиус. Сверься с картой и по возможности осмотри местность с какого-нибудь возвышения. Никогда не знаешь, откуда подойдет опасность, — сказал Армор, после чего отключил связь.

Послушавшись совета начальства, Гасиус, сохраняя незаметность, пробрался к особо высокому и искривленному дереву в саду, по которому было не так сложно забраться, что пони незамедлительно и сделал. Сверху жеребец достал свой бинокль и начал оглядываться вокруг. Сад был пуст, хотя утверждать наверняка было нельзя, так как, судя по всему, территория была просто огромна. Возможно, где-то все-таки могли прятаться пони, хорошие или плохие. Решив долго не гадать на эту тему, пони спустился обратно на землю и уже более спокойно, но по-прежнему сохраняя осторожность, пошел вглубь засаженного участка замка, где должен был быть выход в основную часть помещения.

Неспешно продвигаясь по густым зарослям, жеребец постепенно приближался к коридорам замка. Все это время лишь птицы щебетали в кронах деревьев да под копытами бегало мелкое зверье с насекомыми. Ничто не нарушало безмятежности ночного сада, что, впрочем, не лишало единорога бдительности, а даже наоборот, заставляло навострить все чувства. Еще несколько минут и территория растительности осталась бы позади, как вдруг сигнал на коммуникаторе заставил Гасиуса остановиться и прослушать Шайнинг Армора.

— Гасиус, в твой компьютер, помимо всего прочего, установлен эхолокатор, настроенный на отклик сердцебиения, что позволяет мне отслеживать любые живые объекты размером с пони в радиусе двадцати метров и помечать их на твоей карте. Обрати внимание, я отметил несколько движущихся в твою сторону объектов. Возможно, это враг! Будь осторожнее!

— Вас понял, шеф, — Гасиус отключил коммуникатор и затаился в высокой траве. Было достаточно темно, поэтому спрятаться не составляло особого труда.

Как и сказал Армор, по тропинке, вымощенной гранеными каменными плитками, прошло двое пони в черной форме, которые явно не принадлежали к королевскому двору. Пони не были особо вооружены, но были явно напряжены и даже напуганы, хотя за масками их эмоций не было видно. Незнакомцы двигались осторожно, то и дело озираясь по сторонам, как будто они знали, что в замок вторгся незваный гость. Это немало смутило единорога в кустах, но тот продолжал лежать в траве, ожидая, когда предполагаемый противник отойдет подальше. Как только это произошло, жеребец двинулся дальше.

— Любопытная ты свинка, — прошептала кобыла, залегшая на одном из особо высоких деревьев, уже давно наблюдавшая за единорогом через оптический прицел, — Босс, он пришел, как ты и предполагал.

— Прекрасно. Обеспечь ему достойный прием, — отозвался голос по рации, и террористка, слегка улыбнувшись, вновь застыла на месте, ожидая удобного случая.

* * *

Прошло еще десять минут, и Гасиус, который теперь полз к своей цели, наконец, добрался до ворот сада, за которыми виднелась и дверь в замок. Вокруг никого не наблюдалось, но Гасиус все равно не осмеливался выйти на открытое пространство, опасаясь нападения откуда угодно. Однако другого выхода не было, и Гасиус, обнажив из кобуры пистолет с глушителем, бегом рванул к воротам, желая поскорее покинуть площадку перед воротами. Однако стоило жеребцу положить копыто на ворота, чтобы толкнуть их, как вдруг где-то вдалеке раздался хлопок, который ни с чем нельзя было спутать. Единорог кинулся на землю, и в следующий же момент о железные двери звякнула пуля, испустив сноп искр.

Жеребец несколькими рывками приблизился к лавке у высокого бордюра, которую и решил использовать в качестве укрытия, а снайпер, тем временем, сделал следующий выстрел, который разнес деревянную спинку скамьи в щепки.

— Вульф, я полагаю? – попытался вступить в контакт с противником Гасиус.

— Собственной персоной! – эхом раздался женский голос по всему саду, отчего определить местонахождение стрелка по голосу было невозможно.

Снайпер Вульф

(Лира Хартстрингс)

— Добро пожаловать в Кантерлот, мистер…

— Вы не хотите раскрывать своего имени, а я не раскрою своего! – отозвался единорог, обдумывая свои дальнейшие действия.

— Как угодно! – усмехнулась пони, выцеливая свою жертву, — Простите, мистер неизвестный, но я не могу вам дать пройти через эти ворота живым. И я готова ждать вашего появления хоть всю ночь.

— Даже не сомневаюсь, — Гасиус просматривал на компьютере информацию о Лире, где первым делом наткнулся на жуткие изображения с операционного стола, — Что должно толкнуть пони так изуродовать и изувечить свое тело?

— Изуродовать? Ох, стоило догадаться, что ваш недальновидный ум тоже не поймет меня, — раздраженно произнесла кобыла, — Пока вы отчаянно скрываетесь от неминуемой смерти, не желаете послушать одну поучительную историю.

— О, да, разумеется, — согласился единорог, попутно анализируя ситуацию.

— Знаете, у меня сложилось не самое лучшее детство. Нет, я была здоровой, жизнерадостной кобылкой. Я ходила в школу, встречалась с друзьями, играла с остальными детьми, но было одно весомое но. У меня были до ужаса строгие родители. Они были консерваторами до мозга костей. Верили в то, что старая Эквестрия, наполненная чистокровными пони, была прекрасна и идеальна. С теплотой вспоминали те времена, когда о зебрах, грифонах и прочих созданиях говорили, как о мусоре, сброде, диких животных. Они всю свою жизнь считали, что пони – единственно верные хозяева этого мира и прививали эти безумные идеалы мне, хотя я никак не могла понять, что плохого в других расах. И они ненавидели меня за эти недопонимания. Родители часто наказывали меня за доброжелательные высказывания в адрес не пони, запирали в комнате в абсолютной темноте, оставляя лишь зеркало, в которое я должна была глядеть часами. Смотреть, что я единорог – лучшая из пони. Они думали, что такой подход сломает мою волю, но он лишь извратил ее до неузнаваемости. Я возненавидела свое тело. Не могла смотреть на свои копыта, не могла без отвращения есть пищу для пони, не могла терпеть саму себя.

Когда я выросла, родители отпустили меня в большой мир, в Кантерлот. Они хотели сделать меня светской пони, чтобы я ошивалась в кругах этих лицемерных ублюдков, но бесконечная похвала моей прекрасной родословной, в которой значились лишь единороги, лишь сильнее сводила меня с ума. Я бы свихнулась и натворила много зла, если бы не Босс. Он пришел ко мне и предложил помощь. Обещал сделать меня такой, какой я сама хочу себя видеть, а потом и вовсе сделать частью мира, лишенного предрассудков и нетерпимости. Босс стал моим истинным отцом, моим мессией. Я пойду за ним в любое пекло этого проклятого мирка. То, что ты считаешь уродством, для меня истинная красота, идеал.

— Грустная история, но, к сожалению, она тебя не спасет! – собравшись с силами, Гасиус схватил левитацией один из наиболее больших обломков скамейки и бросил подальше в заросли травы, после чего стал внимательно рассматривать верхушки деревьев.

Как и предполагалось, снайпер, который был погружен в свой рассказ, мгновенно отреагировал на неожиданное передвижение листвы и тут же повернул винтовку в сторону кустов, отчего отблеск оптического прицела выдал позицию стрелка. Вынырнув из-под скамьи, Гасиус включил на пистолете лазерный прицел и начал светить в место, где произошел отблеск, попутно пытаясь выстрелить в Вульв и спрятаться поближе к противнику. Свет лазера сделал свое дело, и Лира поежилась от ярко бьющего в глаза света, не начав стрелять, поэтому единорог успешно добрался до укрытия.

— Как изобретательно! – наигранно удивилась пони, в несколько прыжков спустившись с дерева на землю, — Но тебя это не спасет!

— Посмотрим! – Гасиус выскочил из-за ствола дерева, наставив пистолет на стоящую вдалеке пони, которая также взяла врага на прицел. В этот момент жеребцу удалось хорошо рассмотреть наполовину механизированную кобылу.

Как и говорил Шайнинг Армор, Лира стояла на задних ногах, которые выглядели, как две тонкие спицы со множеством поршней и креплений вокруг. Но эти ноги, как и передние конечности, невозможно было хорошо разглядеть из-за черного кожаного тренча, который был застегнут на все пуговицы и закрывал тело. Голова кобылы также была сильно изменена. Бледная грива была зачесана назад, глаза были намного уже, чем у остальных пони, а также были явно видны следы химического воздействия, отчего фисташковая шкура была сильно облезлой. Было очевидно, что единорожка всеми силами пыталась убить в себе все, что было от пони.

— В этой дуэли тебе не победить, — Вульф покачала головой, — Пуля винтовки разорвет твой череп на кусочки, а ты даже не знаешь, есть ли в моей «изуродованной» голове броня или нет.

— Нужно проверить, — пробубнил Гасиус, наведя прицел на лоб снайпера.

— Ну, так давай, — палец Лиры слегка надавил на спусковой крючок, — Дерзай.

Напряжение нарастало с каждой секундой. В любой момент оружие обоих пони могло начать стрелять, и кто-то обязательно упал бы замертво. Но тут, как гром среди ясного неба, из-за одного непримечательного дерева выскочил воин в черно-желтых доспехах, выполненных в стиле королевских, вооруженный полуторным мечом с красивой рукоятью. Неизвестный мигом приблизился к снайперу и взмахом меча разрубил винтовку пополам, а вторым ударом лишил Вульф механической руки. Увидев искрящийся обрубок, Лира впала в панику и стала болезненно кричать, завалившись на спину.

— Моя рука! Моя рука! – визжала кобыла, будто лишилась настоящего копыта, но на агонию пони уже никто не обращал внимания.

Гасиус и незнакомец теперь внимательно смотрели друг на друга.

— Ты кто такой? – крикнул единорог, направив пистолет на воина.

— Тот, кто лишит тебя головы! – с презрением заявил незнакомец хриплым голосом, который был приглушен шлемом.

Неизвестный воин

(Шнийгна Оррам)

— Если ты сражаешься за Босса, то почему напал на Вульф?

— Я сражаюсь только за себя и свои идеалы. И я никому не позволю убить тебя, кроме самого себя!

Произнеся это, воин кинулся в атаку, левитируя меч перед собой. Гасиус незамедлительно открыл огонь, однако незнакомец, искусно обращавшийся с мечом, отбил все пули на лету и, сблизившись с соперником, сделал горизонтальный удар с широким размахом. Агент смог увернуться от атаки, отчего клинок оставил глубокий разрез на стволе дерева, и нанес удар в открывшегося оппонента, который пришелся в лицо, закрытое шлемом. Воин отшатнулся, но через пару секунд пришел в себя, начав новую серию выпадов, от которых Гасиус все же умудрялся отходить назад. Найдя окно в потоке ударов, жеребец приблизился к незнакомцу и несколько раз ударил того в лицо, закончив свои атаки ударом ножа, который попал в бок воина, пройдя в щель пластинчатой брони. Незнакомец отступил, пощупав кровоточащую рану, но нисколько не убавил в напористости.

Бой продолжался еще пару минут, во время которых оба противника смогли нанести друг другу увечья разной степени тяжести: от в целом безобидных гематом и заканчивая глубокими порезами. В конце концов воин убрал меч в ножны на спине и, выпрямившись после утомительного сражения, произнес:

— Ты умелый боец. Я тебя недооценил, — все с той же хрипотцой сказал незнакомец, — Мы с тобой еще встретимся, когда придет время.

После этих слов воин подбежал к воротам и в пару прыжков преодолел их, несмотря на внешне тяжелые доспехи. Гасиус же присел на траву, переводя дух, и обратил внимание на Вульф, который уже не был на прежнем месте, отчего агент недовольно вздохнул и связался с Шайнинг Армором.

— Гасиус, рядом с тобой было несколько целей. Ты вступил в бой?

— Да. Я столкнулся с Вульф, но на нас обоих напал некий воин в броне, которую я раньше не видел, но она явно была сделана королевскими кузнецами. Он сказал, что хочет убить именно меня, что он сражается за какие-то свои идеалы. У вас что-нибудь есть по нему?

— Хм, странно. Никакой информации по воину в особых доспехах нет. Будь крайне осторожен, Гасиус! Неизвестно, чего он хочет от тебя и на что готов пойти. Пока продолжай выполнение задания, у нас еще полно работы.

— Так точно, сэр, — единорог отключил коммуникатор и втянул воздух полной грудью. Жеребец прислонился к ближайшей стене и вытащил бинты из аптечки, на скорое копыто перевязав особо тяжелые раны. Отдохнув еще немного, Гасиус медленно поднялся на ноги и направился к воротам, которые теперь никто не охранял. Единорог без труда прошел в замок, а через несколько минут и боль со слабостью отступили под действием лекарств. Миссия продолжалась.

* * *

Рядом с садом располагалась оранжерея, в которой выращивали особо капризные растения, небольшой зоопарк, основу которого составляли мелкие и редкие зверьки, и прочие пристройки, в которых содержалась флора и фауна. Посмотрев на карту, Гасиус убедился, что находится на средних этажах западной части замка в то время, как праздничный зал с заложниками располагался в самом низу, посередине грандиозного строения. Сейчас путь агента лежал через многочисленные извилистые коридоры со множеством смежных комнат самого разного назначения, однако, как любезно отметил Шайнинг Армор в брифинге, на самой западной части замка – высокой башне, где проводились магические и алхимические опыты, — террористы, вероятнее всего, разместили мощное оружие, которое, вкупе с хорошим обзором с башни можно было использовать для уничтожения больших толп противников. Единорог считал, что ему первым делом следует разобраться с основной силой противника, прежде чем браться за главную цель, поэтому Гасиус, недолго думая, направился на запад, прямо к башне, до которой оставалось не так уж и много.

Путь жеребца в этот раз был уже не таким простым, как в саду. Судя по всему, Вульф уже успела доложить своим о враге, поэтому безымянные солдаты в вязаных масках были настороже и ожидали встретить противника. Шпион старался всеми силами избегать конфликтов, но пару пони все же пришлось устранить и спрятать в укромных углах. К счастью, профессиональный агент смог не попасться врагу на глаза. Таким неспешным темпом, прячась и совершая смертельные атаки, единорог добрался до желанной башни, которая оказалась куда больше, чем рассчитывал жеребец.

Лаборатория была воистину огромной и впечатляющей. Винтовая лестница на стене вела через несколько этажей, каждый из которых был предназначен для определенного рода деятельности. Самый нижний этаж был наполнен самыми разнообразными научными приборами, начиная от склянок с разноцветной жидкостью в подвесных шкафчиках и заканчивая сложными машинами с рядом труб, перегонных кубов и прочих вещей, в которых Гасиус ни черта не смыслил. Пони больше интересовали верхние этажи, где был балкон с мощным телескопом и откуда можно было вести стрельбу. Логичнее всего было искать оружие именно там. Так единорог и поступил.

По-быстрому миновав все неинтересующие пони этажи, Гасиус добрался до купола башни, которая представляла собой обсерваторию со всем вытекающим из этого убранством. Впрочем, жеребца заинтересовал лишь один предмет, который он и хотел увидеть. Несколько положенных друг на друга продолговатых железных ящиков песочного цвета, с маркировками и серийными номерами. Гасиус понятия не имел, что его ждет в них, но, судя по всему, это были ракетные установки, а может что-то и пострашнее. Также единорога смущало то, что один ряд состоял из трех ящиков, а второй из двух, будто один из них уже кто-то забрал. Агент хотел было уже распаковать оружие, как вдруг сзади послышался щелчок затвора, который заставил единорога замереть на месте.

— А ну стой! – раздался настойчивый, но явно испуганный голос кобылы, — Медленно развернись и брось оружие!

Жеребец послушался приказа и неспешно повернулся к вооруженной кобыле лавандового цвета, которая неуверенно сжимала в левитационном поле штурмовую винтовку.

Твайлайт Спаркл

(Лучшая ученица принцессы Селестии)

— Кто ты такой? – потребовала объяснений единорожка.

— Спокойнее. Я тебе не враг! Я от Шайнинг Армора! – поспешил объясниться агент, что заставило кобылу сильно убавить свой пыл.

— Ты? Так значит, ты и есть тот самый агент, которого сюда послали? – пони слегка опустила ствол, но все еще не доверяла незнакомцу.

— Да. Именно так. Меня зовут Гасиус!

— О, хвала Селестии, ты прибыл! – выдохнула пони, кинув оружие на ближайший стол, — Я тут чуть с ума не сошла от страха!

— Как ты так долго умудрялась скрываться от террористов? Я не видел в замке больше ни одного дружелюбного пони, кроме тебя!

— Заклинание невидимости и телепортация делают свое дело, — похвасталась Твайлайт, — Было тяжело, но я все же смогла выкрасть у террористов коммуникатор и рассказать Шайнинг Армору обо всем случившемся.

— Так ты и есть тот самый информатор?

— Полагаю, что да, — кобыла пожала плечами, — Может, ты внесешь частоту моей рации в свою, чтобы мы смогли переговариваться по коммуникатору?

— Да, это явно не навредит, — единорог ввел продиктованную кобылой частоту и продолжил разговор, — Ты можешь мне чем-нибудь помочь?

— Думаю, смогу. Я уже давно живу в замке и выучила его, как свое копыто. Если ты вдруг заплутаешь, то всегда можешь связаться со мной. Я постараюсь помочь. А ты собираешься помогать мне?

— Нет, я брошу тебя на произвол судьбы! — усмехнулся единорог, — Сейчас я разберусь с этими стволами и мы с тобой двинем дальше. Найдешь надежное место, где можно укрыться, а я направлюсь за Боссом в главный зал. Ты, кстати, не знаешь ничего нового о наших врагах?

— К сожалению, нет. Знаю только, что они куда-то увели принца Блюблада и господина Фэнси Пэнтса, не знаю, зачем и куда. А еще они убили первого заложника, — печально произнесла кобылка.

— Проклятье, нам надо поспешить! – Гасиус приблизился к злосчастным ящикам и открыл первый из них.

Внутри лежала по-особому сконструированная ракетница с двумя зарядами, боеголовки которых светились ярким изумрудным цветом. Ранее агент не встречал подобного, но его изучение прервал громкий удар, от которого с потолка купола посыпалась пыль. Кобыла немало испугалась от столь неожиданного звука, но единорог сохранял спокойствие.

— Стой тут! – приказал агент и, взяв со стола винтовку, которую Твайлайт любезно отдала, направился вниз, откуда и раздался непонятный звук.

Гасиус медленно спустился вниз, держа оружие наизготовку, но ничего толком не происходило. Таким образом пони спустился прямиком до первого этажа, где уже виднелись жуткие изменения. Входная дверь, которая, вместе с тем, была и единственной, оказалась заблокирована обвалившимся потолком и куском стены со стороны коридора, что было очень странно, так как само по себе оно никак не могло разрушиться. Почувствовав серьезную опасность, Гасиус стал пятиться назад, попутно спрашивая Твайлайт о другом выходе.

— Ну, я могу попробовать телепортировать нас отсюда, — единорожка спустилась к агенту, не понимая, что происходит, — В чем дело?

— Чуется мне, по наши души уже идут, — не успел Гасиус закончить мысль, как вдруг башню сотряс еще один удар. Двое единорогов, которые стояли на лестнице между первым и вторым этажом, отчетливо увидели, как пол первого этажа буквально выбивали снизу, где в теории не было ничего, кроме бетона и камня. Сразу же последовал второй удар, от которого «опухоль» на полу стала еще больше.

— Твою мать, живо беги наверх! – крикнул Гасиус, прицелившись в чудовищно сильного противника, который вот-вот должен был показаться.

Еще удар и тоннель был прокопан окончательно. Из клубов пыли вышла серая кобыла в черной маске ворона и смокинге, который был сильно испачкан. Но самое ужасное было то, что на правом копыте кобылы был закреплен шестиствольный пулемет, по размерам ничем не уступавший взрослому пони. Увидев противника, террористка сняла ствол пулемета с плеча и голосом, полным безразличия, произнесла:

— Здравствуй, агент Гасиус. Я ждала нашей встречи! – стволы начали медленно раскручиваться, предвещая страшный грохот и поток свинца.

Вулкан Рэйвен

(Мод Пай)

— Черт! – прошипел единорог и кинулся следом за Твайлайт, и в следующее же мгновение ступени с искусно отделанными перилами начали разлетаться в щепки под градом крупнокалиберных пуль.

Мощь оружия была настолько велика, что пули даже пробивали насквозь пол второго этажа, куда продолжила стрелять кобыла, не останавливаясь ни на секунду. К счастью, дальше пулемет не доставал, и жеребец смог без опаски добраться до верха, где его уже ждала лавандовая единорожка.

— Твайлайт, уноси нас отсюда, живее! – скомандовал пони, отчего кобылка лишь сильнее начала волноваться.

— Я… я не могу сразу… мне надо сосредоточиться!

— У нас нет на это времени! – Гасиус взглянул на лестницу. Огонь прекратился, и теперь были слышны лишь приближающиеся шаги.

— Я стараюсь! – единорожка закрыла глаза и раз за разом пыталась провернуть заклинание, что кончалось ничем.

— Вот ведь… — агент подбежал к только что распакованной ракетнице и начал заряжать ее одним из зарядов, как вдруг его попыталась остановить кобылка.

— Постой! Это ракеты с зарядом, усиленным магически выведенной сверхзвуковой волной! Это очень мощное оружие!

— Как раз то, что надо, — пробубнил пони и немного спустился вниз, после чего выпустил ракету в лестничный проем.

Взрыв чудовищной силы отбросил Гасиуса назад, а также разрушил приличный кусок башни. Сразу за взрывом последовала обещанная Твайлайт сверхзвуковая волна, которая прокатилась по всему замку, разбив вдребезги все стекла и оглушив всех пони. Также волна, вкупе с сильными разрушениями, обрушила пол всех верхних этажей, отчего пол второго этажа был уничтожен практически полностью, а все остальные попадали вниз, в целом оставшись в порядке. Только это и спасло двух единорогов, которые, получив много синяков, упали вниз.

— Я же сказала, что это очень мощное оружие! – недовольно простонала Спаркл, откашливаясь от нависшей пыли.

— Если бы я этого не сделал, то нас бы уже размололи в фарш, — жеребец поднялся на копыта и подошел к своей новой спутнице, чтобы помочь ей встать, как вдруг каменная плита, бывшая полом и потолком, начала трястись, а потом и вовсе подниматься.

Гасиус с Твайлайт успели соскочить на груду обломков, и как раз вовремя, так как Рэйвен отбросила многотонную глыбу прямо в стену, еще больше повредив и так еле держащуюся башню. Одежда и пулемет кобылы были уничтожены взрывом, но вместо этого Мод стала неестественно черной. Ее тело больше напоминало по структуре железо, и было покрыто множеством вздувшихся вен, идущих от сердца. Когда пони откинула от себя камень, чернота быстро исчезла и кобыла вернулась к обычному виду.

— Что это, черт возьми, такое? – прошипел Гасиус, отступая от приближающегося врага вместе с единорожкой.

— Наномашины, сынок, — вдруг Мод резко перешла с медленной походки на молниеносный бег и, приблизившись к врагам, нанесла размашистый удар копытом, от которого оба пони смогли вовремя отпрыгнуть.

— Твайлайт! – настойчиво крикнул Гасиус, безуспешно расстреливая Рэйвен из винтовки.

Единорожка же огляделась и побежала куда-то в угол разрушенной комнаты, заваленной грудой хлама.

— К чему это сопротивление? – все также отрешенно спросила Мод, не обращая внимания на пули, которые просто отлетали от кобылы, — Вам меня никогда не победить.

— Просто так подыхать тоже не хочется, — Гасиус отбросил винтовку и стал думать, что делать дальше, — Может, пока расскажешь, кто ты такая и зачем все это делаешь?

Вместо ответа земная пони одним рывком сблизилась с врагом, прижав того копытом к стене.

— Как… грубо, — протянул жеребец, пытаясь отпихнуть от своего горла копыто, которое было недвижимо, как копыто каменной статуи.

— У тебя есть семья? Родители, жена, дети?

— Жена и две дочери, — бросив все усилия и ожидая Твайлайт, тянул жеребец.

— Тогда ты должен понимать, зачем я здесь! У меня есть… были родители и три сестры: Марбл, Лаймстоун и Пинки. Я была самой старшей сестрой. Я держала в копытах всех троих, когда они были еще младенцами, нянчилась с ними, кормила и играла. Родители зачастую были не в состоянии ухаживать за ними, поэтому я брала все на себя, но никогда не жаловалась. Я любила их всех больше, чем себя саму и готова была посвящать своей семье все свободное время.

Со временем мои сестры росли, их интересы и требования росли вместе с ними. Вскоре я не могла удовлетворить всех их потребностей по самым разным причинам, главной из которых была наша бедность. Мы не жили впроголодь, но всегда покупали только необходимое, из-за чего жизнь на ферме была тяжела и уныла. В подростковом возрасте они хотели покинуть ферму, на которой мы жили, увидеть другие места и даже поселиться там, где им захочется, но я не позволяла им этого делать. Я выбиралась в город за покупками и знала, насколько циничен и жесток этот мир. На улице все улыбаются тебе в лицо, но в крайнем случае тебе никто не подаст копыто без какой-либо выгоды для себя. Если хочешь хорошо жить, то надо иметь толстый кошелек или надежные связи. Мои наивные сестрички не понимали этого. Думали, что им покорится весь мир, хотя их ждали лишь голод и нищета. Они быстро невзлюбили меня за мою строгость, а Марбл с Лаймстоун открыто высказывали свое презрение ко мне. Один раз они даже пожелали, чтобы я сдохла на своей работе.

Но я никогда не сердилась на них. Я желала лишь самого лучшего для моих сестер! Я видела, что они рвутся на волю и хотела отпустить их только с необходимыми средствами, которых у меня не было. Как я уже говорила, мы мало зарабатывали из-за нашей отдаленности от остального мира, и единственным способом хоть как-то поднять свое финансовое состояние было обратится лично к принцессе Селестии. Я готова была склониться перед ней и умолять о повышении зарплат, но в итоге она даже не пожелала принять меня. Мой долгий путь в этот проклятый замок кончился ничем. Вся надежда на хорошую жизнь для моих сестер была разрушена. Когда я вернулась домой, Пинки уже сбежала с фермы. Да, Лаймстоун так и сказала мне, Пинки «сбежала от моей тирании». Это было самой ужасной болью в моей жизни.

Вот почему я присоединилась к Боссу. Я не желаю жить под правлением того, кто четко делит мир на бедняков и богачей! Я не желаю жить в мире, где ты ничего не значишь без денег или власти, а еще больше я не желаю, чтобы в таком мире жили мои сестры! И я убью любого, чтобы они жили радостно и безбедно! Селестия не может обеспечить этого мира, а Босс сможет!

— Отпусти его! – вдруг раздался крик единорожки, которая умудрилась раскопать один из ящиков с оружием, в котором была громоздкая снайперская винтовка с множеством магических модификаций.

От мощности выстрела Твайлайт не удержалась на копытах и завалилась на спину, а пуля, оставившая в воздухе зеленый след, прошла через заднее копыто мод и прошила приличную часть замка насквозь, улетев куда-то вдаль.

Копыто Рэйвен оторвалось от тела и упало на пол, причем обрубки не испустили и капли крови. Пони не удержалась и упала, отпустив агента, который быстро присоединился к лавандовой единорожке.

— Ты молодец! Теперь надо прикончить ее, — Гасиус схватил пушку, но Твайлайт вновь его спустила с небес на землю.

— Она однозарядная, — вяло пробурчала кобыла.

— Блеск!

Тем временем Мод взяла отстрелянное копыто и со всей силы прислонила его на законное место, отчего наноботы начали медленно восстанавливать утраченную плоть.

— Вытаскивай нас отсюда, иначе нам точно конец!

— Хорошо, хорошо, я постараюсь еще раз, — лавандовая пони положила копыто на плечо товарища и вновь попыталась сотворить заклинание, и с каждой попыткой она добивалась все больших результатов.

В конце концов еле державшаяся башня начала крениться и постепенно падать в обрыв прямо на скалы.

Но все же единорожке удалось сделать задуманное, и оба пони мгновенно исчезли в магической вспышке как раз в тот момент, когда Мод закончила регенерировать и уже устремилась к врагам. Оставшись одна, кобыла попыталась сбежать из башни, но было слишком поздно: часть замка окончательно отломилась и упала вниз вместе со всем своим содержимым.

* * *

— Как жаль, — прошептал белый единорог, глядя в монитор, — Рэйвен была хорошей пони. Самой преданной, что я знал. Впрочем, она выполнила свою задачу.

Жеребец встал с кресла и подошел к аристократу, который угрюмо сидел за мощным компьютером с несколькими экранами.

— Итак, доктор Пэнтс, к нам еще не поступало сообщений от принцессы?

— Нет, — уныло произнес единорог, — Она никогда не скажет вам, где находится «Внешний рай». Это одна из важнейших работ в ее жизни!

— Я знаю, доктор, знаю. Потому и желаю заполучить ее. Это слишком мощное оружие, чтобы оставлять его в копытах тирана.

— Да что вы можете знать о «Внешнем рае», — усмехнулся Фэнси, — Вы ведь всего лишь жалкий террорист!

— Поверьте мне, доктор, я знаю о нем гораздо больше, чем кто-либо еще, — со всей серьезностью заявил неизвестный, — Как дела у вашего эксперимента?

— Хватит его так называть, — устало покачал головой Пэнтс, — Залечил раны после первой встречи с Гасиусом. Сейчас разыскивает его.

— Отлично. Дайте ему координаты. Как только Гасиус будет мертв, отмените и удалите все занесенные директивы.

— Но он выйдет из-под контроля! – заявил аристократ, резко развернувшись к собеседнику.

— Я знаю, — с улыбкой произнес террорист и вернулся на прежнее место.

Единорог свернул окно, в котором проигрывалась видеозапись и развернул карту, с сияющей на ней отметкой.

— Оцелот, это Босс, — пони прислонил копыто к микрофону в ухе, — Направляйся в архив и притащи сюда голову Гасиуса. Если же он еще будет жив, то разберись с ним и кобылой, которая его сопровождает.

— Будет сделано, — коротко ответил жеребец на другом конце, после чего Босс отключил микрофон, обратив все свое внимание на монитор с множеством раскрытых окон, где помимо карты с видео также были и командная строка, и датчик сердцебиения, и еще множество показателей, за которыми следил террорист.

* * *

Гасиус очнулся со страшной болью в голове. Телепортация далась единорогу довольно нелегко. Особенно сильно зудело у правого виска, который жеребец начал чесать первым. После неприятного пробуждения весь мир плыл перед глазами, цвета и их яркость ежесекундно менялись, и казалось, что жеребец очутился в какой-то безумной фантазии, но спустя несколько секунд все прошло, как и зуд у виска.

— О, хвала Селестии, вы живы! – к лежащему единорогу подбежала напуганная кобылка, которая склонилась перед товарищем, — Вы так медленно дышали и похолодели! Я боялась, что вы не очнетесь! Я и подумать не могла, что телепортация может так негативно сказываться на здоровье! Только на электронике! Может у вас есть кардиостимулятор или…

— Я в порядке! – грубо бросил единорог, в котором вдруг неожиданно проснулась какая-то раздражительность, — Где это мы?

— В кантерлотском архиве! Здесь собраны все запретные и опасные знания Эквестрии!

— До зала далеко?

— Нет, мы на первом этаже, так что идти надо не слишком далеко!

— Хорошо. Спрячься где-нибудь здесь. Если мне что-то понадобится, я с тобой свяжусь, — Гасиус поднялся на копыта и проверил коммуникатор, который только отошел от воздействия магии.

— Постойте! – Твайлат встала перед жеребцом и радостным голосом заявила, — Пару минут назад я видела, как за воротами архива прошло несколько пони в черных накидках. Вам следует быть поосторожнее!

— Спасибо, я буду настороже, — Гасиус обошел по непонятным причинам обрадованную единорожку и пошел к виднеющимся воротам, по пути связываясь с Шайнинг Армором.

— Гасиус, тут какие-то помехи. Как у тебя дела? – поинтересовался жеребец.

— Все в порядке, сэр. Я почти пришел к месту назначения. По пути я столкнулся с Рэйвен, но смог ее уничтожить, а также столкнулся с ученицей принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл. Думаю, она важная личность, не так ли?

— Пожалуй. Постарайся эвакуировать Твайлайт из замка, но не забывай о своей главной миссии! Тебе необходимо убить Босса и всех его приближенных! – Шайнинг Армор успокоился и продолжил говорить, — Пока было радиомолчание, нам удалось выяснить личности особо важных заложников. Это принц Блюблад и известный филантроп Фэнси Пэнтс. Принца держат только в качестве щита, Пэнтс же раньше работал в научной сфере в замке, поэтому он обладает знаниями, необходимыми террористам. Ты должен спасти принца при любых обстоятельствах. Фэнси Пэнтса же, в случае крайней необходимости, можно устранить.

— Вас понял, сэр. Приступаю, — единорог отключил компьютер и толкнул ворота, которые оказались заперты.

Выругавшись про себя, Гасиус несколько раз ударил по воротам, и, убедившись, что ему их не открыть, единорог решил обратится к спутнице, у которой могло найтись заклинание, что решит проблему. Жеребец развернулся и открыл рот, однако не успел агент сказать и двух слов, как ворота резко слетели с петель, и на Гасиуса накинулся уже знакомый ему воин, который начал душить единорога. Агент, недолго думая, уперся нижними копытами в живот противника и перекинул того через себя, мигом поднявшись на ноги. Незнакомец поступил также. Битва была готова завязаться вновь и двое солдат уже бежали навстречу друг к другу, как вдруг между врагами встала лавандовая кобыла, перед которой остановились и Гасиус, и воин.

— Остановитесь! – закричала Твайлайт, — Не надо драться!

Остановка агента была ясна, но вот почему незнакомец, уже занесший меч над головой, встал, как вкопанный, было непонятно. Твайлайт повернулась к незнакомцу и подошла к нему вплотную, не испытывая никакого страха. Воин же сбивчиво дышал и буквально трясся, будто не понимая, каким инстинктам ему подчиняться.

— Зачем ты это делаешь? — прошептала единорожка, положив копыта на шлем незнакомца, — Остановись! Брось оружие!

Левитационное поле вокруг меча стало медленно растворяться, и вскоре клинок свалился на пол. Гасиус же ничего не понимал и лишь смотрел дальше, готовый оттащить Твайлайт в любой момент.

— Они сказали мне, что он виноват в смерти невинных. Сказали, что он убил и тебя, — жеребец оперся на кобылку одним копытом.

— Это ложь! Он защищал меня! Он хочет помочь мне!

— У меня есть приказ! Я должен убить Гасиуса! Я не могу ослушаться приказов… — с болью в голосе протянул воин, постепенно теряя силы.

— Нет, можешь! Ты же остановился, увидев меня, — Твайлайт усмехнулась, но на ее глазах выступили слезы, — Я думала, что ты мертв. Я думала, что ничего не получилось.

— Я жив, милая. Я жив.

— Я… я люблю тебя, бааааа, — Твайлайт не удержалась и крепко обняла незнакомца, получив встречные объятия.

— Что ты сказала? – хотел было спросить Гасиус, не расслышав слов единорожки, но его прервал крик воина.

— Берегись! – незнакомец схватил пони и прикрыл ее своим телом, так как в следующее же мгновение раздался выстрел, попавший в доспех.

Агент резко развернулся и увидел в проходе земного пони в широкополой ковбойской шляпе, коричневом пиджаке с узором из позолоты, и кошачьей маске с прорезью лишь для одного глаза, который горел красным цветом. Единорог схватился за свой пистолет, но террорист встал на задние копыта и начал одновременно стрелять как в защищенную Твайлайт, так и в агента, который успел спрятаться за одним из книжных шкафов.

— Босс, ваши подозрения подтвердились. Программа дала сбой, он освободился! – доложил Оцелот.

Воин же оттолкнул кобылку от себя и схватился за меч, намереваясь разрубить жеребца с револьверами пополам, но на полпути незнакомец свалился на пол, трясясь в агонии.

— Ох уж эти старые технологии, — Оцелот подошел к поверженному врагу и приставил один из револьверов к незащищенному участку в шлеме, — На них нельзя положиться!

Револьвер Оцелот

(Брейберн)

— Не смей! – единорожка выскочила из-за укрытия и побежала к своему старому знакомому.

Земной пони отреагировал на это и сразу же навел ствол на кобылку, но Гасиус вовремя выстрелил во врага, однако пуля попала лишь в железный рукав, отчего Брейберн без вреда перенес пулю, пусть и выстрелил мимо.

Пока единорожка отволакивала контуженого воина в укрытие, Оцелот с Гасиусом спрятались в разных сторонах комнаты за стеллажами, полными книг и свитков.

— Так ты, значит, и есть тот самый Гасиус, что умудрился победить Рэйвен с Вульф? – спросил стрелок, стоя у края укрытия.

— Он самый, — единорог, который был весь на взводе от такого количества событий, достал сигарету и вставил ее в зубы, — А ты Оцелот, лучший стрелок в Эквестрии?

— Так точно, дружище!

— Вульф тоже была мастером в стрельбе. Чем ты отличаешься от нее?

— Ну, Вульф работает на дальних дистанциях, а я… — вдруг земной пони выстрелил куда-то в угол комнаты, отчего пуля отлетела от стены, еще несколько раз отрекошетила от полок и стен, и, в конце концов, прошла в нескольких сантиметрах от лица Гасиуса, запалив конец сигареты, — …На ближних. Наша битва будет длиться не больше нескольких секунд, приятель. Ты не успеешь перезарядить свой ствол, так что считай каждый патрон. Дай-ка угадаю, у тебя их пятнадцать штук?

— Верно, — единорог выпустил струйку дыма – А у тебя осталось всего одиннадцать.

— Ага. Можешь не волноваться, мне хватит и на тебя, и на кобылу, которую ты так рьяно защищаешь, — усмехнулся Оцелот, — Ну, что, готов?

— Думаю, да.

— В таком случае…

Оба противника выскочили из укрытия и побежали к следующему стеллажу, попутно расстреливая друг друга из пистолетов. Этот рывок занял не больше пяти секунд, поэтому оценить, ранен враг или нет, было невозможно.

— Семь! – крикнул Гасиус.

— Девять! – ответил Брейберн, — Будешь перезаряжаться, дружище?

— Хватит и того, что осталось! – оба пони практически синхронно вышли из своих новых укрытий и продолжили перестрелку. Оба оппонента были достаточно ловки, чтобы не попасть под пулю, поэтому и этот раунд кончился нечем.

На сей раз пони не стали давить друг друга морально и сразу же вышли из обновившихся прикрытий, оказавшись в нескольких метрах друг от друга на открытой площадке, словно соперники на дуэли.

— У тебя последний выстрел, — произнес земной пони.

— Как и у тебя, — ответил единорог, — Что ты там говорил про то, что тебе хватит патронов для нас всех?

— Хе, mi dispiace, — улыбнулся стрелок, — Обсчитался.

В следующий же момент раздалось два выстрела. Гасиус быстрее нажал на спусковой крючок, а потому его пуля настигла грудь Брейберна. Оцелот же попал лишь в плечо, отчего единорог, сжав зубы, лег на пол, но быстро встал и пошел следом за врагом, который умудрился отползти подальше от поля битвы.

Земной пони не ушел далеко. Брейберн присел на пол, оперевшись спиной на одну из книжных полок, ожидая Гасиуса. Террорист снял злосчастную маску вместе со шляпой, которую приложил к груди.

— Мне… недолго осталось, — сказал Оцелот, увидев подошедшего единорога, — Думаю… надо излить душу… пока жжение в груди не стало невыносимым.

— Ну, давай. Минутка у тебя еще есть, — агент перезарядил пистолет и приготовился слушать врага.

— Ты знаешь о городке Эпплуза, что находится в прериях на окраине Эквестрии? Хе, конечно, не знаешь. О нас никто не знает, хотя мы один из крупнейших поставщиков яблок в этой чертовой стране. Наш город в упадке, горожане каждый день заболевают неизвестными нашим врачам болезнями, а каждый месяц от этих болезней кто-то умирает, в основном взрослые мужчины, которые пашут от заката до рассвета, чтобы получить денег на жалкую корку хлеба! Из-за недостатка копыт к работам подключают и женщин, и детей, которые стирают копыта в кровь, вытряхивая яблоки с тысяч деревьев. Нам бы хотелось все бросить, но яблоки – это единственное, что держит наш город на плаву. Скажи, разве это нормально? Нормально, что три четверти жителей не имеют кормильцев? Нормально, что мы месяцами ходим в грязи и клещах, потому что у нас нет времени ухаживать за собой? Нормально, что наши дети молятся о том, чтобы их мать не сдохла ночью в постели? Это дико, но для нас это было нормой.

Мы всегда терпели все нападки жизни. Полагали, что когда-нибудь нас вознаградят за все наши муки. Но нет, с каждым днем все становилось только хуже. А когда в наши края пришли бизоны, требующие выдрать яблони, наш хлеб и воду, с корнем, то жители Эпплузы и вовсе опустили копыта. Пони начали гибнуть не только от болезней и изнеможения, но и от рогов этих дикарей, и самоубийств. Многие просто не выдерживали такой жизни. Мы пытались объяснить наше положение и бизонам, и пони из растущих городов, но никто не откликнулся на наш зов. А власти даже и не думали о том, чтобы помочь тем, кто выращивает для них пищу!

Я посвятил всю свою жизнь борьбе за выживание. Научился стрелять без использования магии, ходил с караванами между такими же мелкими городами и отбивал нападения бизонов. Я хотел сделать нечто большее, чем это. Хотел поменять мир к лучшему, и только Босс дал мне такую возможность, пусть для этого и пришлось стать хладнокровным убийцей пони. Я не горжусь тем, что убиваю, но, не пролив крови, мир не изменить. Босс это понимал и дал мне копыто. Дал шанс воплотить мою мечту в реальность. Он – истинный герой Эквестрии, кто бы о нем что не думал, — Брейберн залился болезненным кашлем, от которого изо рта пошла кровь, силы окончательно покидали жеребца, и напоследок тот лишь улыбнулся и направил передние копыта на Гасиуса, как будто желая выстрелить в того, хотя револьверы оставались нерасчехленными, — А ты хорош!

Сказав свои последние слова, Оцелот опустил копыта, голову и перестал дышать. Его борьба была закончена.

* * *

Прослушав историю Оцелота, сохранявший хладнокровие Гасиус неожиданно сорвался. Единорог тяжело вздохнул и уселся на пол, прикрыв лицо копытом.

— Что же это такое происходит, — прошептал жеребец, качая головой, однако его душевные терзания прервал звонок коммуникатора.

— Гасиус, твой пульс сильно участился. Ты в порядке? – поинтересовался Шайнинг Армор.

— Нет. Я не понимаю. Все террористы, с которыми я столкнулся, рассказали мне свои истории. Они не хотят получить какой-то материальной выгоды или власти, их просто толкнули на этот путь. Толкнуло современное общество в целом и принцесса Селестия в частности. Это… так ужасно…

— Сосредоточься, солдат! Эти террористы не только опытные бойцы, но и манипуляторы, они морально давят тебя, чтобы ты открылся для удара! Не позволяй их вракам сломить твой дух! – серьезно произнес единорог на другом конце линии.

— Да. Думаю, вы правы, сэр, — попытался успокоиться агент, — Вы совершенно правы. Я должен закончить начатое.

— Так держать, солдат! Доложи обстановку!

— Я столкнулся с Оцелотом и смог его устранить. Также на меня вновь напал неизвестный воин и самое удивительное, что Твайлайт Спаркл находится с ним в близких отношениях. Сейчас я попытаюсь выяснить у нее, кто он такой.

— Забудь, Гасиус. У нас нет времени на болтовню о каких-то там любовных или родственных связях. Время идет, заложники умирают! Скорее направляйся в зал!

— Так точно, сэр. Конец связи, — агент отключил коммуникатор и направился к лавандовой единорожке, которая уже привела в чувства воина, и они о чем-то увлеченно беседовали.

— Не хочется вас прерывать, но должен сообщить, что я направляюсь в зал, — сказал Гасиус, — Твайлайт, останься вместе с этим… парнем, думаю, он сможет тебя защитить. Укройтесь где-нибудь и ждите, когда все закончится.

— Гасиус! – окликнул воин единорога, который уже собирался уйти, — Я хотел принести свои извинения. Мною управляли, как марионеткой, приказали уничтожить тебя во чтобы то ни стало, на благодаря Твайлайт я вспомнил о том, кто я есть. Спасибо тебе за все.

— Да. Береги ее, — зудение в виске будто напомнило жеребцу о том, что ему необходимо спешить, — Я должен бежать! Увидимся позже и ты мне все расскажешь!

С этими словами единорог покинул своих новых товарищей и, поглядывая на карту, побежал к залу, до которого оставалось идти совсем недолго. Пони был уже в предвкушении от встречи с зачинщиком этого нападения.

* * *

Устраняя пособников террористов и обходя особо опасные места через вентиляционные шахты, жеребец вскоре добрался до своей первоначальной цели. До огромного зала, где несколько часов назад царила радость и веселье. Сейчас же зал пустовал. О празднике напоминали лишь столы с нетронутой пищей, некоторые из которых были перевернуты, брошенные музыкальные инструменты, конфетти и прочие следы шумной вечеринки. Тишина также стояла гробовая.

Гасиус был немало озадачен. Он ожидал увидеть толпу заложников, охраняемых захватчиками, но никак не абсолютную пустоту. Связываться с кем-либо агент также не желал, боясь привлечь к себе лишнее внимание. В итоге Гасиус решил осторожно обойти весь зал в поисках следов террористов или заложников.

Выставив вперед пистолет, единорог медленно прошел к середине зала, осматривая каждый угол, в которых никого не было. Никаких следов также не осталось, даже не было крови, что странно, ведь здесь должны были казнить уже, как минимум, двоих пони. Это немного успокоило жеребца, но громко открывшиеся двойные двери, ведущие в тронный зал, вновь напрягли агента. Гасиус повернулся в сторону дверей, к которым вели широкие ступени вверх, и перед его взором предстало четверо пони, один из которых что-то бессвязно бормотал и захлебывался в слезах. Остальные же, очевидно, были террористами. По середине стоял белый единорог в фарфоровой маске, слева от него находилась пони в противогазе, а справа покалеченная Вульф, которая успела обзавестись новой, еще более угрожающей винтовкой. Заложник же находился впереди всех и упал на пол, как только его остановили.

— Здравствуй, Гасиус. Рад, что ты смог забраться так далеко, — довольно произнес глава террористов.

Босс

(Личность неопознана)

— Босс, — проворчал единорог, направив оружие на врага, — Куда ты дел всех заложников? Что с ними?

— Не беспокойся, они в полном порядке. Я никого не собирался трогать. Кроме него, — жеребец схватил хныкающего пони за растрепанную шевелюру, подняв его голову вверх, — Приготовил его к твоему приходу.

— Умоляю, не трогайте меня. Прошу, — слабо умолял единорог, даже не пытаясь сопротивляться.

Принц Блюблад

(племянник принцессы Селестии)

— Немедленно отпусти его! – приказал Гасиус, угрожающе сделав шаг вперед.

— Зачем? Чтобы эта самовлюбленная гнида оплодотворила какую-то наивную кобылу и через год этот и без того бренный мир заселили такие же мерзкие ублюдки? Подобные ему отравляют Эквестрию, рисуют четкие границы между бедными и богатыми, а потом смеются над вторыми! Остальные гости этого праздника просто слишком тупы, чтобы думать своей головой. Им хочется выглядеть хорошо в глазах других, и они равняются на богатых и успешных. Но подобные Блюбладу – паразиты, которым нет прощения и спасения. И главный паразит, который уже веками терроризирует этот мир – принцесса Селестия, которая побоялась встретиться со мной лицом к лицу. Впрочем, с ней мы еще разберемся. Сейчас нас ждет принц.

Вдруг жеребец обхватил голову белокурого жеребца обоими копытами и одним резким движением развернул голову, отчего шея издала громкий хруст.

— Нет! – выпалил Гасиус и выпустил всю обойму из пистолета в Босса, однако пули застыли в воздухе, благодаря кобыле в противогазе, — Ах ты ублюдок! Ты поплатишься за это, кто бы ты ни был!

— Надеюсь, тебе понравилось это зрелище. Жаль, что ты не увидела этого лично.

— Что ты несешь, идиот?

— Скоро узнаешь. Недолго осталось, — с этими словами босс развернулся и пошел обратно в тронный зал вместе с могучей колдуньей, — Он целиком твой, Вульф.

— Отлично! – прошептала единорожка и сходу выстрелила из винтовки каким-то ядовитым дротиком.

Гасиус ожидал атаки, а потому вовремя отскочил от выстрела и укрылся за накрытым столом с длинной скатертью. На сей раз Лира была немногословна. Видимо, ее фантомная рана сильно ударила по настроению в целом. Террористка просто стреляла в свою цель, останавливаясь только для перезарядки. Агенту удавалось вовремя отходить от приближающихся дротиков, который пробивали скатерть насквозь, но вскоре стол закончился, поэтому Гасиус пошел в наступление. Выскочив из укрытия, жеребец вновь открыл огонь, однако пони умудрялась прятаться за перилами и стрелять через щели в этих самых перилах. Итог дуэли был неутешителен. В то время как единорог не смог попасть в кобылу ни разу, ему самому прилетело три-четыре дротика. К счастью, броня выдерживала повреждения, однако незащищенная голова находилась под угрозой. Еще несколько секунд и Лира бы попала в свою цель, если бы не ставший дружественным воин, который вновь появился из ниоткуда и отбил летящие в сторону Гасиуса дротики.

— Поднимайся! – незнакомец подал агенту копыто, быстро подняв того с пола.

— Я же велел тебе оставаться с Твайлайт! – прячась за опытным мечником, сказал жеребец.

— А она велела мне помочь тебе! Извини, но ее слово для меня дороже!

— Опять ты! – воскликнула Вульф и сменила магазин в винтовке с дротиков на боевые патроны, — В этот раз я тебе мозги вышибу!

Лира действовала настолько быстро и яростно, что буквально не целясь, выстрелила в свою цель, и в этот раз воину не удалось отбить пулю. Выстрел пришелся в шлем, который соскочил с головы и отлетел куда-то вглубь зала. Гасиус, наконец, увидел лицо незнакомца, и это шокировало его больше, чем что-либо другое до этого. Агент смотрел на изуродованного шрамами и побледневшего Шайнинг Армора.

— Это невозможно! – воскликнул единорог, — Этого не может быть!

— Хватит причитать! – крикнул Армор, вновь принявшись отражать пули, — Я займусь ею, а ты иди за остальными! Живее!

После этого воин несколькими длинными рывками преодолел расстояние между ним и кобылой, оказался за спиной Лиры и мощным апперкотом скинул ее с возвышения, освободив двери в тронный зал для Гасиуса. Жеребец не мог понять, как такое возможно, но все же помнил о своей главной задаче, данной… Шайнинг Армором. Агент побежал к дверям, не обращая внимания на схлестнувшихся в ближнем бою врагов, и вошел внутрь, закрыв двери за собой. Жеребец оказался в длинной широкой комнате с роскошным троном в конце. В середине комнаты его уже ждала кобыла в противогазе.

* * *

— Вижу, Вульф не справилась, — приглушенным голосом произнесла террористка, — Но мимо меня тебе не пройти.

— Мне много кто так говорил, — ответил Гасиус, на лбу которого выступила испарина.

— Больше никто не скажет, — пони воспарила в метре над полом, а ее рог начал ярко светиться, предвещая серьезные проблемы.

Психо Мантис

(Старлайт Глиммер)

— Я самый могущественный маг в Эквестрии! Моя сила соизмерима с силами богов! – громогласно заявила Мантис, расставив передние копыта в разные стороны, — Я способна видеть то, что никто не сможет увидеть и делать то, чего никто не сможет.

— Ну, стрелять в тебя бесполезно, как я понимаю, — единорог убрал пистолет в кобуру.

— Ты быстро учишься, — кобыла пустила из рока яркий фиолетовый луч, от которого Гасиус смог увернуться, но не полностью. Луч оставил на боку жеребца большой ожог.

За первым выстрелом последовал и следующий, но к ним Гасиус был готов лучше. Агент спрятался за одной из колон. В открытом бою Мантис было невозможно одолеть.

— С такими силами ты могла бы изменить мир более мирным путем, Старлайт, — крикнул единорог, который с каждой секундой чувствовал себя все хуже, — Зачем ты это творишь? О твоей личности пока никто не знает, кроме меня. Ты еще можешь все бросить!

— Хватит тянуть время, — левитационное поле Мантис обхватило колонну и стало сжимать ее, отчего та мгновенно покрылась трещинами, — Я могу читать мысли пони. И управлять ими. Но, увы, твой разум уже забит, им невозможно манипулировать. Поэтому придется действовать по старинке!

— Забит, говоришь? – единорог перебежал к новому укрытию, — И чем же, интересно узнать?

— Босс тебе все расскажет, как только я разберусь с тобой, — Старлайт сделала еще один залп, который уничтожил половину новой колонны, — Впрочем, какое это имеет значение.

— Не любишь своего Босса?

— Нет. Дело в том, что развитие событий зависит не от нас. Мы всего лишь выдумка на листе бумаги. Черный текст на белом фоне, — неожиданно заявила злодейка, — Левитация, телепатия, телекинез, все это лишь игрушки, поверхностные способности, коими никого нельзя удивить. Я научилась влиять на нечто большее.

Вдруг кобыла испустила магическую волну, котораяниначтонеповлияла

ЧтотысделаласпросилГасиусосматриваясвоетело

МешаютемктозанамисейчаснаблюдаетСтарлайтпосмотрелакудатовсторонуВамжеэтоненравитсянетакли

ВоспользовавшисьотвлечениемединорожкижеребецвыскочилиззаколонныиподбежалкпротивникукоторыйужезаметилприближающуюсяопасностьНоМантисоказаласьнедостаточнобыстройижеребец скинул ее на землю, лишив ее непонятную магию силы. Оказавшись сверху, Гасиус нанес противнику несколько ударов, однако Старлайт быстро отбросила от себя единорога, прижав того телекинезом к полу.

— Глупец! – яростно воскликнула единорожка, — В моей власти менять саму реальность! Тебе меня не победить!

С этими словами пони стала вновь применять непонятные заклинания, однако нанесенные ей увечья не давали сосредоточиться. Что, впрочем, не мешало Мантис одновременно взаимодействовать и с Гасиусом, который все никак не мог вырваться из захвата пони, хотя постепенно он ослаблял действующую на себя силу. Единственное, на что хватило сил жеребцу, — это связаться по коммуникатору с Шайнинг Армором, который, возможно, им и не был.

— Сэр, Мантис слишком сильна, — из-за сдавленных легких пони едва слышно говорил, — Как мне ее одолеть?

— Проклятье! Не волнуйся, Гасиус, у меня есть идея! Зайди на мой профиль! Там я выложу то, что поможет тебе справиться с Мантис!

— Нет! – крикнула единорожка, откинув освобождающегося врага в стену, — Вам меня не победить! А что касается вас, люди по ту сторону экрана…

Thrust On a pony Si-si-si Uniform More milk Alfa Si-si-si ? Eh? Dog did it ? Alfa ? ? ? A pizza pie Rotation One of us Si-si-si Thrust One of us Nudist Alfa A light is lit Alfa God loves it Eh? Nudist Thrust ? Si-si-si Thrust Rotation Uniform Dog did it One of us More milk A pizza pie One of us Dog did it Nudist ? With white whale ? Dig it Si-si-si X marks the spot Nudist Alfa Kick the Can One of us A pizza pie On a pony Thrust Alfa ? Nudist Eh? Thrust ? ? Thrust One of us Thrust On a pony Si-si-si A light is lit Dig it ? Kick the Can One of us More milk God loves it A light is lit Uniform A pizza pie On a pony I want you, Jones ? ? Thrust One of us Be a good boy On a pony A pizza pie One of us Nudist Dig it More milk Alfa Thrust X marks the spot Dig it Si-si-si Thrust Dig it Nudist Uniform ? ? Si-si-si Thrust Alfa Rotation A light is lit Alfa I want you, Jones Thrust Si-si-si Thrust Alfa A light is lit Alfa More milk Eh? Dog did it A light is lit Eh? Nudist Nudist One of us A pizza pie Rotation Dig it Be a good boy A light is lit Dig it Victory V Alfa Thrust X marks the spot Si-si-si ? Kick the Can God loves it Alfa Si-si-si Dig it Uniform Si-si-si Uniform ? Be a good boy Eh? Shaka zulu Uniform Si-si-si Thrust Nudist Alfa Nudist Alfa Nudist Nudist One of us God loves it Eh? Nudist Nudist Nudist God loves it Eh? Nudist Eh? Rotation Dig it Rotation Uniform ? Nudist One of us With white whale With white whale With white whale On a pony Eh? Shaka zulu Alfa Kick the Can A light is lit Dig it Nudist Alfa Nudist Alfa Dig it Nudist Alfa Nudist Nudist Dig it ? ? ? Be a good boy On a pony Si-si-si Rotation Alfa Dog did it One of us Si-si-si Thrust X marks the spot ? Rotation Alfa Shaka zulu One of us Rotation With white whale Alfa A light is lit Alfa Thrust Eh? Be a good boy ? Nudist Alfa Kick the Can Uniform Si-si-si Kick the Can Dig it ? Nudist One of us Thrust On a pony Nudist Uniform Victory V Eh? Nudist Victory V Eh? Nudist Be a good boy One of us Si-si-si Si-si-si Si-si-si Si-si-si Uniform Uniform Victory V Dig it With white whale On a pony More milk ? Nudist Eh? Shaka zulu Nudist Alfa ? ? ? Thrust One of us Dog did it Eh? A light is lit Alfa Thrust X marks the spot Dog did it Alfa A light is lit X marks the spot ? Eh? ? Eh? Dog did it Dig it Nudist One of us Rotation One of us God loves it Eh? Dog did it Rotation One of us One of us God loves it With white whale Nudist One of us With white whale X marks the spot Dog did it One of us Si-si-si Thrust Alfa A light is lit A pizza pie Dig it Si-si-si Thrust One of us A light is lit Eh? Thrust Dig it Nudist Alfa ? Alfa A light is lit Si-si-si Thrust Rotation Eh? A light is lit ? Thrust X marks the spot ? A pizza pie Uniform A light is lit Dig it ? ? Thrust One of us One of us Victory V Dig it Dog did it Alfa Eh? More milk One of us More milk One of us More milk One of us More milk One of us More milk One of us More milk More milk More milk One of us More milk ? Nudist Eh? One of us A pizza pie A pizza pie Alfa Dog did it Alfa A light is lit Dig it With white whale Kick the Can One of us Be a good boy On a pony A light is lit A light is lit Be a good boy On a pony A light is lit A light is lit A light is lit Uniform ? Nudist One of us A pizza pie One of us More milk One of us God save the Queen X marks the spot ? Kick the Can Alfa Kick the Can Dig it With white whale Si-si-si A light is lit Uniform ? Alfa Eh? Si-si-si With white whale One of us Dig it Nudist One of us More milk ? A pizza pie Rotation Dig it ? A light is lit Alfa Dig it Shaka zulu Nudist Dig it One of us Thrust Kick the Can Uniform Dog did it Alfa ? With white whale Dog did it Rotation Uniform God loves it With white whale Si-si-si A pizza pie Dig it Nudist Uniform Si-si-si Thrust Alfa Rotation A light is lit Alfa I want you, Jones Thrust Uniform Dog did it Alfa Rotation Dig it A light is lit More milk Alfa God loves it Dig it ? Eh? Si-si-si Kick the Can Dig it I want you, Jones A light is lit Uniform ? ? Kick the Can One of us Thrust One of us Rotation On a pony I want you, Jones Si-si-si With white whale Alfa A light is lit Dig it A light is lit Kick the Can One of us A light is lit Dog did it Uniform Nudist X marks the spot ? Nudist Alfa A pizza pie One of us A light is lit ? With white whale Dog did it Rotation Uniform God loves it One of us More milk Kick the Can One of us Nudist Coca-cola Eh? Kick the Can One of us More milk Nudist Alfa Thrust On a pony Si-si-si Thrust One of us ? A light is lit Alfa Thrust With white whale Alfa I want you, Jones A light is lit Alfa I want you, Jones Thrust ? Kick the Can One of us Thrust One of us Rotation Alfa ? Thrust One of us A light is lit X marks the spot Kick the Can One of us ? Thrust One of us A pizza pie One of us ? With white whale Dig it A light is lit Alfa Si-si-si X marks the spot With white whale Thrust Rotation One of us Nudist Nudist One of us More milk Shaka zulu Alfa A light is lit Eh? Si-si-si A pizza pie One of us More milk One of us God save the Queen X marks the spot ? Thrust Eh? A light is lit Eh? A pizza pie One of us Rotation Thrust Alfa Coca-cola Dig it Dig it

— Не может быть, — протянула Мантис, повернувшись на бок, — Я видела будущее. Ты не должен был выжить.

— Будущее изменчиво, — произнесла Твайлайт, — Ты в порядке, Гасиус?

— Да. Спасибо, — несмотря на эти слова, единорог был совсем не в порядке. Слабость в теле была уже просто невыносимой.

— Идеальный мир, — будто в бреду говорила Старлайт, — Наш идеальный мир… уничтожен… Ты спрашивал, зачем я это творю? Потому что этот мир слишком несправедлив, чтобы в нем можно было решать проблемы миром. Я родилась в одном загнивающем городке, на манер Эпплузы, о которой тебе уже рассказывал Оцелот. С детства я видела лишь горе и страдания, и сама испытала их вдоволь. Но у меня была сила. Сила, которой не было больше ни у кого. Меня боялись и ненавидели из-за этого. Я хотела помочь своему городу, но все отталкивали меня от себя, называли чудовищем. Родители часто наказывали меня и отказывались проводить со мной время. Удивительно, что они не удавили меня в моей же постели. Я выросла с желанием сделать мой город лучше мирным путем, но позже пришло осознание, что это невозможно. Эти узколобые и кровожадные пони понимают лишь язык силы. И я применила его. Я заставила пони стать добрее. Уравняла бедных и богатых. Заставила их всех улыбаться. Заставила их всех сменить свои кьютимарки, дабы у всех они были одинаковы. Я создала утопию, о которой всегда мечтала.

Но потом пришли солдаты Селестии. Принцесса была недовольна моими действиями. Солдаты пригрозили мне сожжением моего славного мира и убийством идеальных пони, лишенных лжи и коварства. Мне ничего не оставалось, кроме как распустить всех по разным уголкам мира и уйти самой в надежде найти новый уголок, где я смогла бы всех сделать счастливыми. Но меня нашел Босс, который предложил мне нечто большее. Жить в идеальном мире, в большом и процветающем. В котором пони сами будут радоваться жизни без моего принуждения. Это было бы так… прекрасно… так…

Мантис запнулась на полуслове и окончательно испустила дух, в очередной раз полоснув по сердцу уже неравнодушного ко всему происходящему Гасиуса. Единорог тяжело вздохнул и посмотрел на Твайлайт, которая также внимательно слушала Старлайт.

— Твайлайт, спасибо тебе за помощь, но я же велел оставаться в архиве! – пожурил кобылу агент.

— Я и оставалась. Оставалась слишком долго. Я ждала три часа в одиночестве, а потом в поисках меня пришли несколько террористов. Они говорили о том, что убили и тебя, и моего брата! Я не нашла варианта лучше, кроме как использовать заклинание перемещения во времени, чтобы помочь тебе. Так я и оказалась в этом месте.

— Теперь понятно, почему идеальное будущее Мантис не сбылось, — силы Гасиуса подошли к концу, и жеребец обессилено упал рядом с кровоточащим трупом, напугав кобылу.

— Гасиус! Гасиус, что с тобой? – Твайлат кинулась к жеребцу, осматривая его со всех сторон, — О, пресвятая Селестия, что это? Дротик? Гасиус, что произошло?

— Вульф меня достала, — с трудом протянул жеребец, — Это… транквилизаторы. Она не хотела меня… убивать…

— Что я могу сделать, Гасиус? – Твайлат в панике крутилась вокруг своего соратника, но неожиданно начала пропадать, становясь все более прозрачной, — О, нет, я возвращаюсь в будущее! Если все пройдет хорошо, то я окажусь в измененном будущем, где вы будете живы! Прости, я ничем сейчас не могу помочь!

— До встречи в будущем, — усмехнулся единорог, провожая взглядом исчезающую кобылу.

Вскоре все начало расплываться и темнеть. Последнее, что агент увидел перед тем, как упасть в беспамятство, – это трон принцессы Селестии, который отъехал в сторону, и из образовавшегося отверстия в полу на платформе выехало несколько пони. Эта сцена сопровождалась голосом Шайнинг Армора из коммуникатора.

— Гасиус, в чем дело? Что там у тебя происходит? Гасиус? Гасиу-у-ус! – кричал жеребец, однако отравленный единорог этих криков уже не воспринимал.

* * *

Яркий холодный свет ламп ударил жеребцу в лицо. Издав протяжный стон, Гасиус медленно открыл глаза. Во рту страшно пересохло, а копыта были намертво зафиксированы на вертикально стоящей платформе, отчего настроение у агента испортилось окончательно.

— Вколите ему адреналин, — послышался голос где-то вдалеке, — Он очнулся.

Единорог почувствовал, как с его копытом начали взаимодействие, однако никакого дискомфорта игла не принесла. Зато после нее рассудок Гасиуса резко прояснился. Силуэты стали четкими, как и звук. Вдохнув побольше воздуха, будто секунду назад он тонул, пони осмотрелся вокруг. Он находился в неком техническом помещении. Стены были металлическими, двери автоматическими, и данное помещение уже совсем не напоминало о замке. Скорее о современном заводе. Напротив прикованного Гасиуса стояло двое жеребцов. Один из них был уже хорошо знакомый Босс, а второй — единорог, который прибывал в подавленном состоянии, орудовал медикаментами и стоял чуть в стороне.

— С пробуждением, друг мой, — произнес террорист, все еще находясь в маске.

— Где я? – прошипел агент, ворочаясь на платформе.

— Ты все еще в замке, — Босс подошел к столу, на котором размещались различные шприцы и хирургические инструменты, и начал снимать маску, — В той его части, о которой знает лишь несколько пони.

— И зачем ты меня сюда притащил? – единорог попытался разглядеть лицо своего врага, однако тот стоял к агенту затылком.

— Чтобы ты сделал окончательно решение, — со всей серьезностью заявил жеребец, чей голос уже не искривлялся маской, — Остаться во тьме, либо принять правильную сторону. Мою.

— Что ты несешь? – усмехнулся пленник, — С чего ты взял, что я буду работать с тобой?

— Действительно. Сейчас выбор очевиден. Но когда я расскажу тебе, что происходит в мире на самом деле, ты дважды подумаешь о том, что делал, делаешь и будешь делать, — наконец, террорист подошел к Гасиусу, и тот увидел своего противника в лицо.

Внешне это был ничем не примечательный единорог, с черной гривой, белой шерстью и зелеными глазами. Но кое-что было не шокирующим, но очень странным. Босс был очень сильно похож на самого Гасиуса. Цветовая палитра у них кардинально различалась, но черты лица, морщины, формы, все мелкие детали были один в один.

— Что ж, с чего бы мне начать мой длинный рассказ? Пожалуй, начну с самого начала, еще до тебя и меня.

Несколько лет назад произошел один незначительный для Эквестрии вооруженный конфликт между пони и зебрами. Причины были смешными, да и сама битва быстро забылась, но все же было кое-что, что запомнилось народу. Помимо своей армии, зебры использовали и частные военные корпорации. Это были беспощадные головорезы, жестокие, охочие до денег, беспринципные сволочи, от чьих копыт погибло множество королевских воинов. Исход этого конфликта был отрицательным для обеих сторон, но Селестия была крайне недовольна этим результатом. Она была удручена от того, что не может положиться на собственную армию и тогда к ней пришло радикальное, но необходимое решение. Обновление вооруженных сил. Не только экипировки и снаряжения, как это делалось раньше. Обновление пони. Принцесса возжелала иметь непобедимую армию, в которой не будет непослушания, дезертирства и предательства, чем грешат любые армии мира. Разумеется, добиться этого от пони было невозможно, как тщательно их не отбирай, и тогда она возжелала сама создать своих идеальных суперсолдат. Так и появился проект «Внешний рай».

Первоначально задача проекта заключалась в том, чтобы улучшить опытных воинов до совершенного состояния различными способами, но технологии того времени не позволяли сделать подобные улучшения эффективно. Те немногие добровольцы, что вызывались быть подопытными, зачастую умирали от имплантаций и вмешательства в генную структуру. Единственный доброволец, который смог пережить улучшение, был Шайнинг Армор. Он мечтал защищать свой дом на пике возможностей, и, возможно, его рвение и придало ему сил выжить. Но даже в таком случае полной покорности добиться не удалось. Команды можно было отдавать, и воин их выполнял, но сильный эмоциональный всплеск мог вывести сдерживающие импланты из строя. Шайнинг Армор поставил крест на проекте, став первым и последним солдатом своей эпохи. Его перевели в анабиоз, а мы с доктором Пэнтсом его пробудили вновь. Как видишь, свою задачу он не выполнил. Кстати о докторе. Он был одним из умнейших пони в Кантерлоте и был одним из первых привлечен к проекту «Внешний рай». По такому случаю принцесса лично написала ему легенду, по которой он был пони из высшего общества. Не правда ли, доктор?

Угрюмый жеребец ничего не ответил, глядя куда-то под ноги.

— Продолжим. Потерпев первую свою неудачу, принцесса велела построить отдельный комплекс для создания суперсолдат, который должен был быть снабжен передовыми технологиями, которые постоянно обновлялись на новые. Вторая идея принцессы заключалась в том, чтобы не улучшать пони, а выводить их искусственно в инкубаторах и выращивать, как солдат на протяжении всей жизни. В качестве материала для будущего потомства Селестия использовала собственную ДНК, как наиболее благоприятную для нее самой. Этот проект был менее затратным, чем предыдущий. Закупать дорогие материалы для имплантов было не нужно, всего лишь содержать кучу детей. Детей, которые были лишены детства с самого их появления.

Обучение жеребят было чудовищно жестким. Биологи могли делать с эмбрионами в пробирках все, что им заблагорассудится, поэтому срок жизни искусственных пони приравнивался к трем-четырем годам, дабы долго не ждать взросления жеребят. Пока пони были младенцами, им внутривенно вводили питательные вещества и стимуляторы, дабы укрепить иммунитет, мышечную ткань и кости в период взросления. Конечно, многие не выдерживали подобного и умирали, но всем было глубоко плевать. Выращивать пони было просто и дешево. Если жеребенок заболевал или получал увечья, то проще было его убить и сделать нового.

Когда дети вставали на ноги, всех отправляли на имплантацию нейрочипов. Их клали на стол и проводили лоботомию, при которой удаляли височную долю мозга. Вместо нее в виске просверливали дыру и устанавливали туда чип. Если жеребенок переживал это, то его сознанием становилось возможно управлять, словно компьютером. Заносить и удалять информацию и знания, создавать слуховые и визуальные галлюцинации и искажения, давать команды, с помощью чипа можно было делать все, что угодно.

Как только контроль над сознанием проходил успешно, начинались тренировки. По двадцать часов в день, без перерывов и выходных, пони учились драться, стрелять, управляться с оружием и техникой. Их учили всему тому, чему учат солдат, только намного жестче. Прерывались они только на сон, во время которого медики поддерживали в солдатах тонус. И так они жили один год, после чего выживших воинов отправляли в запас, ждать вооруженного конфликта. Пони, обреченные на жалкое существование, словно бездумные роботы.

— С чего ты взял, что они были живыми? – спросил Гасиус, — Если они никогда не знали радости, то может они и не горевали от своего ужасного существования?

— О, нет, Гасиус. Они страдали. Страдали каждую секунду своей проклятой жизни! Может они и были под полным контролем свыше, но эмоции и чувства ничем невозможно было притупить! Хочешь знать, откуда мне об этом известно, друг мой? Я тебе покажу! – единорог подошел вплотную к прикованному жеребцу, отчего тот увидел на висках седеющие волосы, и сдвинул часть гривы на правой стороне головы в сторону.

Тут-то единорог и увидел то, чего не ожидал увидеть. Это была золотая шляпка, плотно прижатая к виску террориста.

— Это… это…

— Это нейрочип. Новый. Незапятнанный лапами Селестии или ее подхалимов. Старый я отправил своей дорогой матушке, — усмехнулся единорог, снова отойдя от пленника, — Я бы рад отказаться от железок в своей голове, но, увы, мертвый кусок мозга необходимо чем-то замещать. Я был там, Гасиус. Я жил там и лично видел, что делают с пони! Ты не можешь мыслить сам, действовать сам, у тебя нет ничего! Все твое тело принадлежит принцессе, и это просто кошмарно! Обычно по окончанию тренировок из разума бойца удаляют все плохие воспоминания, но мне повезло, я вырвался из этого кошмара будучи ребенком. Меня посчитали бракованным товаром и выбросили прочь из комплекса в яму к сотням гниющих там братьев и сестер. Но я не сдался! Я выбрался и, не имея ничего, нашел семью, друзей и средства к существованию. Я побывал в аду и выжил!

Может быть, ты хочешь спросить меня, зачем я все это делаю? Зачем я терроризирую невинных пони и очерняю принцессу? Надеюсь, моя история дала тебе ответ на этот вопрос. Пока миром будет править чудовище, ни в грош не ставящее жизни пони, я не успокоюсь! И, как ты успел заметить, не я один! Селестия принесла этому миру так много боли, и наивные пони, считающие ее справедливым лидером, все еще терпят эту боль! И только я, тот, кто видел ее истинное лицо, могу показать пони, что мы можем жить лучше.

— Нет, это все ложь! – Гасиус начал качать головой, — Это неправда! Все не может быть так плохо! Сколько я живу, я ни разу не усомнился в принцессе! Она всегда заботилась о нас, и никогда не бросала!

В ответ на это Босс рассмеялся, и, закончив это делать, ушел куда-то за платформу, куда агент уже не мог посмотреть. Вернулся же террорист уже с закрытым ноутбуком в левитационном поле.

— Сколько ты живешь, хе-хе. Хотя, чему мне удивляться, ты же ничего не понимал и не сможешь понимать. Пэнс, магический блок работает?

— Да, — вяло произнес доктор.

— Прекрасно. Тогда можно поговорить и о тебе, Гасиус. Скажи, во время своей операции ты не обращал внимания на какие-то странности? На зацикленный, будто зависший звук, на непонятную тарабарщину вместо надписей, на какие-то необычные вещи или боль в голове? Спорю, что нет. А я обращал. Я обращал внимания на каждый твой шаг, — террорист открыл компьютер и показал монитор пленнику.

На мониторе Гасиус увидел… монитор компьютера, в котором был такой же монитор, что создавало бесконечный тоннель из мониторов.

— Что это такое? – непонимающе произнес единорог.

— Камера в твоем глазном яблоке, — Босс поставил ноутбук рядом с маской.

— Но как? Я не позволял устанавливать камеру!

— Тебя никто и не спрашивал, — повернув экран к пленнику, жеребец переключил видео на внешнюю камеру, которая висела прямо над головой Гасиуса. Босс наклонил ее к голове единорога и магией отодвинул гриву жеребца, за которой покоилась такая же шляпка, что была у террориста, — Вот она правда, братец.

— Нет, нет, нет! – в панике забился пленный, — Не верю! Невозможно!

— Придется поверить. Благодаря Мантис я узнал, что твоя голова, по сути, пуста. Ни прошлого, ни будущего. Я сразу подумал о том, что ты можешь быть агентом принцессы, посланным сюда, чтобы убить меня. Как говорится, клин клином вышибают. Благодаря доктору Пэнтсу, я смог настроить оборудование этой лаборатории на частоту твоего чипа, и мои подозрения подтвердились. Ах, да, помнишь, как ты удивился, увидев Шайнинг Армора в зале? Как же так, ведь тебя послал Шайнинг Армор! Спешу раскрыть эту тайну, — единорог открыл окно с несколькими аудиодорожками и запустил одну из них.

— Сэр, я успешно добрался до сада. Меня никто не заметил, — раздался голос Гасиуса.

— Отличная работа, Гасиус. Сверься с картой и по возможности осмотри местность с какого-нибудь возвышения. Никогда не знаешь, откуда подойдет опасность, — вместо голоса Шайнинг Армора говорила кобыла, чей голос знал каждый житель Эквестрии. Это был голос принцессы Селестии.

— А как тебе это? – не останавливался террорист, запустивший видеозапись, на которой агент подкрадывается к королевскому стражнику и перерезает ему горло, — Все это время тебя вела Селестия. Из-за чипа ты видел и слышал ее, как Шайнинг Армора, который всегда был здесь. Оставшихся в замке стражников ты тоже видел, как врагов. Принцесса боялась оставлять в живых хоть кого-то, кто может знать что-то о «Внешнем рае». Лишь Твайлайт Спаркл она пожалела, хотя она тоже прекрасно знала, как минимум, о превращении Шайнинг Армора.

Все это время тебя водили за нос, устраняя твоими копытами неугодных принцессе. Уж не знаю, что она приготовила для тебя в конце. Может быть сдала бы тебя, как одного из террористов, может самолично бы прикончила, а может быть усыпила и отправила в спячку до следующего задания. Кто знает. Твои жена с дочкой тоже выдумка чистой воды. Ты появился всего год с небольшим назад и все это время провел в тренировках и промывании мозгов. Вся твоя жизнь – ложь, а ты – никто. Пони без имени, без прошлого, каким был и я в свое время. Разве это не больно, а?

— Я… я не верю, — Гасиус опустил голову, окончательно повесив нос.

— Придется поверить. Сейчас я блокирую сигнал Селестии, она не знает, что тут происходит, но за пределами замка блокировка перестанет действовать. Скорее всего, она разучит тебя дышать, и ты умрешь, так как теперь все знаешь. Она никого не жалеет и никогда не жалела. Присоединяйся ко мне! Я избавлю тебя от ее контроля, и вместе мы сможем изменить этот мир!

— Ты убил много невинных, — недовольно пробурчал единорог.

— Революции не проходят без крови! Ты, как солдат, должен это знать! В любом случае, как бы там ни было… — Босс быстрым шагом направился к выходу из комнаты, — Эта платформа подключена к электричеству. Тебя будет бить током каждые полминуты, и каждый новый разряд будет сильнее. Если ты решишь примкнуть ко мне, то мой пони освободит тебя, если же нет, то ты сгоришь заживо. Выбирай свою судьбу сам.

Единорог покинул пыточную, оставив Гасиуса с тяжелыми размышлениями о услышанном. Слова брата потрясли его. Он не мог поверить, что всего лишь расходный материал, пешка в крупной игре. Агент был максимально сильно удручен, но не испытывал никакого сближения с террористом. Нет, теперь он пылал ненавистью и к принцессе. Гасиус по-прежнему считал методы Босса аморальными и жестокими, и потому все еще желал его остановить. Не ради Селестии, а ради всей Эквестрии.

Вдруг размышления единорога прервал непонятный шум. Оглядев комнату, Гасиус с удивлением обнаружил, что Фэнси Пэнтс ломает распределительный щиток в комнате с помощью огнетушителя, отчего свет в комнате погас, и включилось аварийное освещение. Удерживающие агента колодки разомкнулись, и тот упал на железный пол.

— Вставайте! Вставайте скорее! – доктор начал помогать единорогу подняться на копыта, — Я слышал, как Босс говорил о «Внешнем рае»! Говорил, что там находится то, что может запитать величайшее оружие в мире! Ходячая крепость… металлический механизм! Вы обязаны остановить его! Во что бы то ни стало остановить!

— Я сделаю это! Сделаю, — Гасиус крепко встал на ноги, опираясь на аристократа, — Вы знаете, где он?

— Он в коридоре с витражами! Где за закрытыми дверями хранятся элементы гармонии! Говорил, что будет ждать там. Идите по правому коридору от двери, там есть лифт, — Фэнси уселся на стул и начал качать головой, — Ох, что же мы натворили. Гореть нам всем в аду за наши грехи!

Гасиус не остался выслушивать причитания аристократа, а галопом помчался к своему брату. Помчался к своей последней битве.

* * *

Наступила полночь. Грозовые тучи уже рассеялись и землю осветила яркая луна. Сегодня было полнолуние. Длинный коридор, который до этого освещали лишь факелы, теперь полностью осветился лунным светом, который разукрашивали витражи с изображениями наиболее эпохальных событий в Эквестрии. В основном это были сюжеты с победой двух сестер над древним злом.

Белый жеребец неспешным шагом прогуливался по коридору, разглядывая каждый витраж. Он был в подавленном настроении, несмотря на то, что он почти достиг своей цели, пусть ради этого и пришлось смотреть на смерти хороших друзей. Единорог тяжело вздохнул и посмотрел на карманные часы, которые покоились в нагрудном кармане черного сюртука.

— Босс, у нас все готово, — вдруг раздался голос в наушнике, — Вы уверены, что это необходимо?

— Да, друг мой. Гасиус далеко забрался и вряд ли отступится. Как бы тебе ни хотелось, не вмешивайся, чтобы тут не произошло и если у меня не получится победить, то ты знаешь, что делать.

— Да, Босс. Я знаю, — с сожалением в голосе произнес собеседник, — Ну, если все будет так плохо… то заранее прощай, Босс. Ты был хорошим товарищем.

— Как и ты, — единорог грустно улыбнулся, как вдруг где-то в начале коридора раздался шум, — Мне пора. Прощай, дружище.

С этими словами террорист вытащил из уха наушник и откинул назад, глядя на то место, где раздался звук. Это была стена, которая отодвинулась в сторону, и из прохода вышел Гасиус, полный решимости закончить начатое.

— И снова здравствуй, брат, — сказал Босс, — Я так и думал, что Пэнтс поможет тебе. Он слишком сильно устал от плодов своих трудов. Итак, каково же твое решение?

— Я никогда не встану рядом с тобой! – жестко заявил агент, — Я покончу с тобой, здесь и сейчас!

— Понятно, — террорист покачал головой и вновь окинул коридор взглядом, — Только посмотри. Здесь запечатлены величайшие сражения в истории Эквестрии. И мы будем сражаться здесь. Иронично, не находишь?

Гасиус по привычке потянулся к своей кобуре, однако ни ее, ни пистолета на месте не было.

— У тебя нет оружия, — произнес единорог, — Как и у меня. Решим наш конфликт по-мужски.

— Как хочешь, — с этими словами Гасиус начал быстро приближаться к своему врагу, как и тот к агенту, в результате чего жеребцы встретились по середине коридора.

Не произнося и слова, Гасиус первым начал атаковать. Казавшийся неожиданным и резким удар единорога террорист ловко заблокировал. Тоже самое произошло и со следующим ударом, однако теперь Босс и с силой оттолкнул противника, отчего Гасиус упал на пол, но сразу же вскочил на ноги. Террорист не бил первым, а лишь уворачивался и контратаковал, изматывая агента, который и без того был морально и физически измучен. После еще дюжины безуспешных выпадов, Гасиус выбился из сил и свалился с задних копыт, все еще удерживаясь на передних, однако встать полностью жеребец был уже не в силах.

— Ты вымотался, — заявил террорист, встав перед упавшим единорогом, — В таком состоянии ты неважный боец. Давай сделаем так, чтобы все было честно.

Жеребец вытащил из кармана два шприца, наполненных темно-оранжевой жидкостью и, немного склонившись над своим соперником, вколол один из шприцов Гасиусу в шею, а второй потратил на себя. После инъекции на уставшего жеребца накатил прилив сил, и тот, недолго думая, оттолкнул от себя Босса, который тоже пребывал на пике своих возможностей.

— Отлично! – крикнул террорист, который сорвал с себя сюртук и отбросил его назад, — Вот теперь все будет серьезно!

Оба противника галопом кинулись друг к другу и с ходу разменялись ударами разной степени успешности. Успешно попадал как Гасиус, так и Босс, однако, несмотря на силу ударов, оба противника крепко стояли на ногах. Но террорист оказался хитрее и смог заломать копыто врага, и со всей силы ударить того о близлежащее стекло, которое полностью покрылось трещинами. Но Гасиус быстро оттолкнул Босса от себя и даже умудрился ударить того задним копытом по лицу с разворота. Пользуясь ошеломлением врага, агент сделал еще несколько успешных атак, которые оставили на лице главы террористов пару рваных ран и гематом. Впрочем, Босс быстро пришел в себя, и следующая смелая атака жеребца была прервана захватом, с помощью которого Босс умудрился перекинуть агента через себя и повалить того на спину. Вновь вскочив на ноги, Гасиус продолжил борьбу, на сей раз нацелившись на копыта террориста. Увернувшись от серии ударов, единорог умудрился ударить по заднему копыту Босса так, чтобы свалить того на пол, после чего Гасиус накинулся на террориста сверху, приставив копыто к горлу. Но удушение не удалось. Жеребцу удалось пнуть агента в живот, и уже самому оказаться сверху. После этого Босс в припадке ярости обрушил на лицо Гасиуса град ударов левым копытом, отчего все удары попадали в правую часть лица единорога.

— За какие идеалы ты сражаешься? – крикнул террорист, когда половина лица агента покрылась кровью, и тот не мог уже отбиваться, — Ради чего ты идешь против меня? Я мог и хотел дать тебе все! Свободу, права, средства и место в мире! Почему ты отказался от меня? Думаешь, тебя похвалят за все то, что ты сделал? Пулю не хвалят за то, что она достигла цели! Ее оставляют, как израсходованный материал! Без меня ты никто и останешься никем на всю свою жизнь, тупорылый ты идиот!

— Я не желаю… сражаться за одного тирана… чтобы свергнуть другого, — протянул единорог, взглянув в потное лицо Босса единственным целым глазом.

Пока террорист обдумывал услышанные слова, Гасиус столкнул того задними копытами и встал в боевую стойку. Террорист, который тоже был покрыт множеством ран, также приготовился к следующему раунду, который начался уже в следующую же секунду. Несмотря на многочисленные ранения, оба противника яростно бились друг с другом, игнорируя боль и усталость. И Гасиус, и Босс пропускали намного больше ударов, чем в начале битвы, но никто не успокаивался. Оба жеребца всегда вставали и снова шли в бой. Так жестокая битва продолжалась еще несколько минут, но все же опыт Босса был куда обширнее, чем у молодого Гасиуса, и потому он свалился без сил раньше, чем террорист.

— Вот и все. Твоя борьба окончена, — террорист притянул агента к себе спиной и обхватил его голову передними копытами, дабы сломать шею, — Прощай, братец.

Но именно к этому моменту, как раз вовремя, на выручку пришел Шайнинг Армор, который по своему обыкновению появился из тени и резким выпадом меча отсек Боссу половину правого копыта, предотвратив смертельное движение.

— Ты как? – поинтересовался воин, подав соратнику копыто.

— Бывало и получше, — простонал агент, отплюнув кровь, — Надо покончить с ним.

— Это точно, — Шайнинг, который так и не надел шлем, оставил Гасиуса, чтобы схлестнуться с террористом, но тот атаковал первым, нанеся сокрушительный дар оставшимся копытом, отчего воин выронил свое оружие из левитационного поля.

Босс же ловко подхватил падающий меч и с ходу нанес несколько колющих ударов по жеребцу, которые пронзали тело Армора насквозь.

— Как ты смеешь вмешиваться в нашу битву! Ты неудачный эксперимент, вонючий отброс! – безустанно кричал террорист, раз за разом вонзая меч в тело воина, — Просто сдохни и никогда больше не возвращайся!

С последним ударом единорог оставил оружие в теле своего противника и начал медленно ковылять к висящему факелу. Недолго думая, Босс сорвал источник света со стены и, прикусив сорванный с хвоста клок волос, прислонил его к кровоточащему обрубку. Как только кровотечение было остановлено, единорог отбросил все лишнее и посмотрел на Гасиуса.

— Продолжаем! – произнес жеребец, ненамеренный идти на уступки.

— Ты обезумел! Ты не можешь сражаться! – сказал Гасиус, который уже пришел в себя.

— Я могу сражаться! Всегда могу! – стиснув зубы, Босс вновь ринулся в бой, орудуя единственным копытом, отчего агенту стало вполовину проще уворачиваться от атак.

Бой был намного медленнее, чем вначале битвы. Оба оппонента были на грани смерти, и оба это осознавали, но продолжали драться. Но теперь побеждал Гасиус. Жеребец, скрипя зубами, обрушивал на голову врага удар за ударом, рискуя потерять равновесие и упасть, но все же оба еще стояли на ногах. Террористу тоже удавалось попадать по агенту, и эти удары были ничуть не слабее, чем раньше. Разменявшись дюжиной ударов, большая часть из которых пришлась по Боссу, глава террористов завалился на пол, но после нескольких секунд изнеможения начал пытаться встать и продолжить драку.

— Все кончено! Сдавайся! – крикнул Гасиус, который оперся на стену не в силах стоять.

— Нет, нет, нет! Я не позволю тебе победить! – отчаянно крикнул Босс, задыхаясь от усталости, — Я не позволю победить ей! Никогда!

Террорист, который никак не мог подняться, начал ползти к агенту, который также ничего не мог поделать, но медленно поплелся навстречу Боссу. Когда же братья встретились, террорист бросился на врага, но вместо удара единорог лишь повис на Гасиусе, обхватив его копытом за шею, будто в объятии. Агент же, опасаясь упасть, также поддержал жеребца одним из копыт за бок.

— Я лишь хотел создать идеальный мир, — горестно простонал террорист, положив голову на плечо брата, — Хотел показать пони другую жизнь. Сделать их счастливее, чем члены нашей команды. Хотел просто жить с любимой женщиной там, где мне не нужно будет бояться за свою и чужую жизнь, хотел увидеть, как растут мои дети и умереть, лежа в своей постели. Разве справедливо, что за столь простые радости нужно сражаться?

— Нет. Это несправедливо, — ответил Гасиус, чувствуя, что хватка его брата быстро ослабевает.

— Я не вправе ни о чем тебя просить, Гасиус, но если ты тоже считаешь этот мир неправильным, то сделай для меня одно одолжение.

— Чего ты хочешь?

— С моей смертью ничего не кончиться. Поэтому, когда придет время, не оставь этому миру правителя. Пони слишком долго жили под чьим-то контролем. Пусть они поживут, думая своей головой.

— Я… я постараюсь, — не понимая, о чем речь, кивнул агент.

Захват Босса окончательно обмяк, и копыто сползло с тела жеребца. Гасиус обхватил тело Босса левитацией и положил его на пол. Пони уже не дышал. Несмотря на все свое отношение к террористу, Гасиус все же закрыл ему глаза.

* * *

Убедившись, что Босс мертв, единорог прилег рядом с ним на спину, уставившись в потолок и, откашлявшись, сам начал закрывать глаза. Жеребец полагал, что на этом все и закончиться, как вдруг где-то в другом конце коридора раздался голос. Голос Шайнинг Армора, который каким-то чудом пережил тяжелейшие увечья.

— Гасиус! – воин, который истекал кровью, подбежал к товарищу и начал поднимать его с пола, — Нет, Гасиус, держись! Не засыпай! Ты победил! Все кончено!

— Как… как ты…

— Выжил? В лабораториях под замком меня напичкали таким количеством всякой электроники и синтетики, что убить меня можно лишь размозжив голову в лепешку, — Шайнинг Армор перекинул копыто жеребца через себя и пошел с ним к выходу из замка, — Со мной все будет в порядке. Главное, ты держись!

— Ребята! – вдруг в коридор ворвалась Твайлайт, которая явно волновалась за жеребцов, — Вот вы где! Я вас так долго искала! Все… все закончилось?

— Да. С Боссом покончено, — кивнул Гасиус.

— О, Селестия, твое лицо! Ты ранен! Это он с тобой сделал? – кобыла подхватила второе копыто агента, помогая брату, — Как же хорошо, что этот злодей мертв! Будь он проклят!

— Сложно сказать, кто в этой истории настоящий злодей, — невесело пробубнил жеребец, однако его уже никто не слышал.

Троица пони медленно, но верно направлялась к выходу из злосчастного замка, принесшего им всем столько боли и страданий. Для них все закончилось хорошо, но они даже не подозревали, с кем встретятся на выходе из замка.

* * *

«We passed upon the stair»

Вертолет молниеносно перемещался над ночными улицами Кантерлота.

«We spoke of was and when»

Четверо солдат терпеливо ожидали высадки, которая должна была начаться с минуты на минуту. Радио же наигрывало некую заунывную песню.

«Although I wasn't there»

Помимо солдат с передовым снаряжением и оружием, в вертолете также восседала хозяйка особого отряда.

«He said I was his friend»

— Мы у входа в замок. Высаживаемся через минуту! – произнес пилот, который начал приземлять вертолет на землю.

«Which came as a surprise»

Трое пони, которые уже спускались со ступенек, явно не ожидали увидеть вертушку, которая явно не принадлежала какой-то обычной организации.

«I spoke into his eyes»

— Это они? – спросила кобыла, глядя в окно на троицу.

— Так точно, — ответил один из солдат.

«I thought you died alone

A long long time ago»

Вертолет опустился на землю, боковая дверь резко распахнулась.

«Oh no, not me»

Их транспорта один за другим выскочили бойцы, наставившие оружие на выживших пони.

«We never lost control»

Последней же начала выходить кобыла в длинном кожаном плаще.

«You're face…»

Гасиус внимательно всмотрелся на самую важную гостью.

«…to face»

Кобыла же внимательно смотрела на жеребца.

«With the man who sold the world»

Принцесса Селестия

(Единоличный правитель Эквестрии)

Находясь друг от друга на приличном расстоянии, обе группы все равно были напряжены до предела. Никто не осмеливался начать говорить. Единорог презрительным взглядом смотрел на прибывшую богиню солнца, она же, в свою очередь, глядела взглядом, полным безразличия и холода.

— Пошли отсюда к черту, — протянул Гасиус своим помощникам, — Я больше не хочу связываться с принцессой Селестией.

Ничего не сказав, Твайлайт с Шайнинг Армором свернули и пошли в сторону от принцессы и ее солдат, так ничего им и не сказав. Один из бойцов хотел было направиться следом и вернуть беглецов, но принцесса остановила его копытом.

— Пусть идут, — произнесла богиня, — Они это заслужили. Освободите заложников и заберите все тела. Трупы террористов отправьте в комплекс, на вскрытие.

Получив приказания, солдаты побежали в замок. Принцесса же медленно пошла следом, в последний раз глядя на уходящих пони.

* * *

Двое единорогов в лабораторных халатах и силиконовых перчатках везли по белоснежному коридору каталку с телом в черном мешке для трупов. После непродолжительной ходьбы они подошли к раздвижной двери с электронным замком. Один из пони воспользовался сканером сетчатки глаза на стене, и дверь незамедлительно раскрылась. Пони ввезли труп в стерильный хирургический кабинет, по соседству с которым также располагался и крематорий.

— Так, ладно, что у нас тут? – жеребец взял тканевую маску и надел на себя, дав помощнику такую же.

— Так называемый Босс – лидер террористов и один из клонов, созданных здесь пару лет назад.

— С ума сойти. Как он смог сбежать?

— Об этом все стараются умалчивать, — хирург расстегнул молнию на мешке, — Нам необходимо извлечь его нейрочип, провести вскрытие и после получения всех результатов кремировать тело.

— В общем, ничего сложного, — второй хирург раскрыл мешок и поглядел на избитое тело, — Хорошо его отдубасили.

— Не то слово. Давай не терять времени зря, главный сказал, что принцесса желает побыстрее получить его чип.

— Да кто бы сомневался. Подай мне пилу, — хирург наклонил голову тела и с огромным для себя удивлением обнаружил, что чип отсутствует на своем месте, — Не понял?

Вдруг труп открыл глаза, резко поднялся и, схватив один из пинцетов, вонзил его в шею хирургу. Второй же единорог не успел ничего понять, так как убийца бросил пинцет точно в горло жеребцу. Всего за пару секунд оба хирурга были убиты без шума и пыли. Пони поднялся с каталки и подошел к стоявшей рядом раковине. После непродолжительной манипуляции с желудком, убийца смог извлечь изо рта плотно запечатанный пакет, в котором лежали микрофон с наушником и золотистый цилиндр с отверстиями и выступами.

— Все прошло успешно, — произнес в микрофон жеребец, чей внешний вид начал быстро меняться, — Я прибыл.

Декой Октопус

(Личность неизвестна)

— Отлично. Мы отслеживали твой сигнал. Уже подходим к комплексу. Встретимся в сердце проекта, — ответил грубый женский голос.

Октопус кивнул и, отключившись, пошел к выходу из кабинета, приняв облик одного из хирургов.

* * *

По прибытию в просторный зал, где находилась регистратура, жеребец обнаружил лишь кучу трупов сожженной и порезанной охраны комплекса «Внешний рай» и троих своих товарищей, один из которых с упоением допрашивал одного из напуганных до смерти ученых.

— Ах, Октопус, вот и ты, — произнесла вишневая кобыла с шрамом на правом глазу и разломанным рогом, из которого то и дело били молнии.

Электрическая пони

(Темпест Шэдоу)

— Так значит… он мертв, — с горечью спросила пони, с сожалением нагнув голову.

— Мне очень жаль, Шэдоу, — с сочувствием сказал Октопус.

— Что ж… это был его выбор… — сдерживая слезы, сказала кобыла, — Давайте же воплотим его план в реальность. Как он того хотел.

— Рэйвен, рад, что ты выжила, — произнес жеребец, посмотрев на серую земную пони.

— А ты сомневался, что я выживу? – спросила кобыла.

— Друзья мои, у меня есть хорошие новости! – кот в красном пиджаке, под которым виднелись ножны с множеством ножей, подошел к остальным, ведя перед собой напуганного ученого, — Я уговорил доброго доктора телепортировать нас прямо в самое сердце! Никаких походов пешком!

Вамп

(Каппер)

— Тогда хватит болтать! Пусть переносит нас! – заявила Темпест, и ученый, который напугался еще сильнее, покорно начал читать заклинание, которое успешно телепортировало всю группу именно туда, куда им и надо было.

Это было темное помещение шестиугольной формы, в центре которого находилась капсула, наполненная жидкостью. В этой же жидкости находилось тело размером с саму принцессу Селестию, к которому было подключено множество проводов и трубок, поддерживающих жизнь в формирующемся аликорне.

— Вау! – удивленно прошептал Вамп, одним резким движением вскрыв ученому глотку ножом, — Это и есть она?

— Да, — Шэдоу приблизилась к капсуле и прикоснулась к стеклу копытом, — Дэйбрейкер.

— Или лучше сказать… — Октопус подошел к своей соратнице и передал ей нейрочип, — …Биг Босс.

— О да, — с энтузиазмом согласилась пони, — Рэйвен, ты сможешь перенести эту капсулу на нашу базу?

— Разумеется.

— Отлично. Тогда настраиваем автономные системы жизнеобеспечения и забираем эту красотку с собой, — скомандовала Темпест, — Да здравствует Биг Босс.

## Предисловие. Пони, который просто хотел любить.

24 июля. За десять лет до возвращения Найтмер Мун.

Близился жестокий бой. Зебры, недовольные предвзятым и высокомерным отношением к себе пони, объявили принцессе Селестии ультиматум: либо все зебры получают права, равные пони, либо начнется кровопролитие. Ранее переговоры с лидерами зебр не привели ни к чему хорошему, договориться с самоуверенными и упертыми существами было практически невозможно. Границы между государствами были открыты, но ни зебры, ни пони не спешили их пересекать, опасаясь и даже ненавидя друг друга. В таких тяжелых условиях было сложно найти компромисс, поэтому королевская армия пони готовилась к сражению, на которое пони должны были выдвигаться с первыми лучами солнца.

Конечно, столь напряженная атмосфера не могла не повлиять на пони, которые были в курсе событий. Все же вооруженные конфликты желательно было оставлять втайне от простых жителей. Принцесса Селестия видела, что происходит в ее королевстве и потому не могла сидеть, сложа копыта. Дабы поднять боевой дух солдат и политиков, принцесса решила организовать вечером закрытый бал, о котором не знали пони-подхалимы, что так сильно любили всякого рода вечеринки. Только воины, чиновники и пони, лично знакомые с принцессой. Так и получилось.

Вечером был объявлен пусть и тайный, но ничуть не ограниченный в своей постановке и фешенебельности бал с экзотическими блюдами, лучшими музыкантами и прекрасными нарядами. Даже сама богиня солнца решила присутствовать на балу, чтобы поддержать уходящих на фронт солдат и их семьи, которые также пускали на вечеринку.

Богиня, одевшись в свое лучшее белоснежное платье, появилась на празднике, когда гости уже были на месте. После небольшой приветственной речи и бурных аплодисментов, аликорн устроилась у стены бального зала и стала следить за тем, как веселятся пришедшие гости, которых было не особо много, попутно вступая в беседы со всеми неравнодушными к принцессе. Такой непринужденный досуг продолжался около десяти минут, пока к Селестии не подошел статный высокий светло-серый жеребец с огненно-оранжевыми гривой и хвостом, которые были стильно зачесаны и прилизаны. Принцесса давно была знакома с этим пегасом и даже питала к нему симпатию, на что пони отвечал взаимностью. Вот и сейчас командир кантерлотской стражи, облаченный в свой выглаженный мундир с орденами и со шпагой в белых ножнах, медленно подошел к принцессе, неся перед собой два фужера с шампанским.

— Добрый вечер, принцесса, — ласково произнес пегас, подав один из бокалов богине, — Позволите угостить вас?

— Здравствуйте, командир Фэйтфул, — принцесса любезно приняла бокал, благодарно кивнув, — Как вам праздник?

— О, бал просто великолепный, принцесса. У меня нет слов, — жеребец оглядел зал, — Не хочется говорить о плохом, но ребята боятся, хоть и скрывают это. Сражаться с толком неизвестным врагом, да еще и на его территории. Такая судьба всех вгонит в уныние. Этот бал поможет им развеяться и хотя бы на несколько часов оставить тревожные мысли. Спасибо вам за это.

— Не стоит благодарностей, мой друг. А что насчет вас? Вы не боитесь?

— Каждый солдат, которому есть, за что бороться, боится сражаться, потому что знает, какова цена поражения, — мрачно заявил Фэйтфул, но тут же улыбнулся и сменил тему разговора, — Впрочем, что мы все обо мне. Как дела у вас? Как поживает Сансет Шиммер?

— Все хорошо. Сансет, она почти окончила свое обучение, но ее бунтарский дух растет. Надеюсь, это не перерастет в нечто большее. В любом случае, мне пора подыскивать новую ученицу.

— Если позволите быть с вами откровенным, Сансет никогда не вызывала во мне доверия. Может оно и к лучшему, что вскоре она покинет замок, — пегас допил свой игристый напиток и поставил фужер на поднос официанта, — Но вам, разумеется, виднее, принцесса. Делайте, как считаете нужным. Я готов поддержать все ваши начинания.

— Ох, спасибо, Фэйтфул. Это очень мило с вашей стороны, — смущенно хихикнула богиня солнца, также отставив бокал в сторону, — Я не забуду вашу преданность.

— Простите мне мою дерзость, принцесса, но не позволите ли мне, вашему скромному слуге, пригласить вас на танец? – командир встал перед аликорном и протянул ей копыто, немного приклонившись.

— Разве я могу вам отказать, — не задумываясь, произнесла Селестия, приняв приглашение жеребца, и оба пони неспешно вышли в середину зала.

Гости, которые были удивлены, увидев такую пару, закончили свои танцы и уступили место принцессе и командиру, которые, казалось, не замечали всеобщего внимания в их сторону.

Положив одно копыто туда, докуда позволял рост, а второе оставив на копыте Селестии, пони первым начал танец, а принцесса успешно его продолжила, также приложив одно из копыт на плечо пегасу. В честь этого музыканты даже начали по новой играть одну из любимейших песен принцессы, которая идеально подходила к медленному и красивому танцу не совсем симметричной пары. Впрочем, ни командира, ни принцессу это нисколько не смущало. Они лишь с улыбками смотрели друг на друга, получая удовольствие от каждой секунды танца.

— Принцесса, вы так прекрасны, — шепотом произнес командир, крепче прижавшись к аликорну.

— И вы тоже, командир, — также ответила и Селестия.

— Как бы я хотел остаться… с вами… навсегда, — в приливе эмоций произнес Фэйтфул.

— Разве нам кто-нибудь мешает? – богиня солнца тоже вся раскраснелась от эмоций, после чего нагнулась к уху жеребца и прошептала, — Вернись с поля боя, и я больше никуда тебя не отпущу.

Введя жеребца в ступор таким откровенным заявлением, Селестия продолжила танцевать и, в конце концов, даже запела, наизусть зная слова песни, которая лилась из-под клавиш фортепиано. Прекрасная музыка вкупе с бархатным голосом принцессы буквально убаюкивала пребывающего в состоянии глубочайшего блаженства пегаса. Ему хотелось, чтобы столь прекрасный момент не кончался.

* * *

— Полковник Фэй, сэр! – в палатку вбежал жеребец в кожаном дождевике с капюшоном, — Оу, вы… вы заняты…

Пегас открыл покрасневшие глаза и аккуратно поднял иглу граммофона над пластинкой, после чего повернулся к солдату.

— В чем дело, боец? — прохрипел капитан.

— У… у нас тут бунт, сэр! – сбивчиво протараторил жеребец, — Нанятые нами солдаты начали жаловаться на то, что они бродят без дела и без цели. Они хотят действия!

— Они получают свои деньги. В чем проблема? – недовольно пробурчал пони, протез правого копыта которого разделился на пять частей, создав таким образом пальцы, доставшие из кармана сигару.

— Я… я не знаю, сэр! Но у них есть оружие! Если ситуация выйдет из-под контроля, то у нас будут серьезные проблемы! Я посчитал, что вам необходимо вмешаться, чтобы…

Не слушая взволнованного солдата, Фэйтфул поднялся со стула и, одевшись в свой плащ, вышел на улицу, где бушевала гроза. Палаточный лагерь, который разбила группа пони еще во время заката, весь шатался от ветра, и, казалось, палатки готовы были улететь куда-то вдаль. Жеребец с механическим копытом-рукой быстрым шагом направился к виднеющейся вдалеке толпе, которую старались контролировать преданные короне стражники с винтовками. Оставив позади дюжину палаток разного размера, жеребец, наконец, дошел до порядка тридцати пони, которые что-то говорили, но из-за грома и дождя их не было толком слышно.

— Что тут происходит? – крикнул пегас, натянув шляпу пониже на изуродованное лицо и прикурив сигару, надавив на ее конец одним из пальцев.

— О, смотрите-ка, мистер трухлявый скелет вылез из своей норы! – усмехнулся один из наемников, вызвав смех всех остальных пони, которые были одеты кто во что, — Слушай, ты, доисторическое животное, когда мы уже начнем действовать, а? Сколько можно сидеть на месте да уныло ездить туда-сюда в поисках неведомо чего, а? Будь ты хоть трижды капитаном какого-то там элитного отряда, если ты унылый кретин, который ничего не делает, то я тебя выше собачьего дерьма не поставлю, понял, ты?

— Что-то я не припоминаю, чтобы во время вашего найма вы запрашивали клоунов или груши для битья. Вы – наемники, а значит обязаны браться за любую работу, если вам за нее платят, какой бы, как ты выразился, унылой она не была, — поставил на место наглеца Фэй.

— Ладно, умник, может хоть скажешь, за кем мы так тщательно охотимся? – поинтересовался бандит, который ничуть не успокоился.

— Это не твое дело и не дело твоих дружков. Я не какой-нибудь мародер-оборванец, который хочет вскрыть карман богатенького мажора. Я представляю королевский двор, а дела королевского двора никоим образом не касаются тупой рабочей силы, типа вас. Выполняйте свою работу, либо валите отсюда сейчас же!

— А что нам мешает перебить вас всех, украсть все эти пушки и прочие игрушки и продать их на черном рынке, а? – напрямую пригрозил наемник.

— Хотя бы потому, что я могу убить вас всех, не сделав и шага, — такое заявление здорово рассмешило наемников.

— Когда-то ты действительно был крут, экс-командир Фэйтфул. В те незапамятные времена, когда на твою мордашку еще клевали кобылки, — усмехнулся наемник, — Скажи-ка, бывший командир, ты помнишь те джунгли? Помнишь ту бойню? Помнишь тот день, когда ты резко перестал быть нужен своей любимой принцессе?

* * *

Пегас, облаченный в позолоченные доспехи, прыгнул в ближайшую канаву, вырытую одним из магических взрывов, сделанным одной из сторон. Над головой все еще летали стрелы и магические лучи, а где-то вдалеке постоянно раздавались крики боли. Осторожно выглянув из укрытия, Фэйтфул убедился, что впереди чисто и, сжимая в зубах свой верный меч, с которым пони мастерски обращался, ринулся к следующему укрытия, опасаясь попасть под атаку.

— Лайтинг Лав, какова обстановка? – спросил командир, оказавшись рядом с несколькими своими союзниками.

— Хреново, сэр. Мы не ожидали от зебр такого яростного сопротивления! Их численность гораздо больше, чем мы того ожидали! Им явно кто-то помогает на стороне! – отчитался воин.

— Проклятье! Неужели они действительно наладили контакты с ЧВК? – стиснув зубы, спросил пегас, держа рядом с собой клинок.

— Скорее всего, сэр. Боюсь, нам придется мобилизовать оставшиеся силы и отступить назад, к нашему лагерю. Иначе нас просто сожмут в кольцо!

— Твою ж… Ладно, давай! Постараюсь прорваться вперед, чтобы очистить путь к отступлению!

— Хорошо. Я подам телепатический сигнал еще целым ребятам. Как только вы выбежите, то мы все пойдем с вами, пока другая часть воинов уводит раненых.

— Мы можем это и не пережить! – предупредил командир подчиненного, — Лучше мне пойти одному! Вдруг проберусь в тыл незамеченным!

— Да кто мы такие. Солдаты. Наше место здесь! А вот вы, командир, вы не простой пони! Вы пони, который дорог сердцу принцессы Селестии! Если не ради себя, то ради нее вы должны выбраться отсюда, — эти слова заставили пегаса задуматься.

— Ох, проклятье. Ладно, давайте сделаем это все вместе! – согласился Фэйтфул, и, после недолгой подготовки, пегас выскочил из укрытия с мечом наперевес, а следом за ним бежали и другие солдаты.

Единороги неустанно покрывали зебр и наемников магическими лучами, пегасы рывками перемещались от укрытия к укрытию, не осмеливаясь подняться в воздух, а земные пони шли, прикрываясь щитами. Такое резкое нападение заставило расслабившихся врагов занервничать и растеряться, но фора для королевских воинов была недолгой. Уже через минуту на них обрушился еще больший шквал стрел, отравленных дротиков и друидской магии. Но, несмотря ни на что, пони смогли прорваться к стрелковым позициям зебр на холме и вступить в открытый бой, в котором хозяева проявляли себя, как ловких и умелых бойцов, которые умели обращаться с кинжалами из кости. Но и королевские воины были не лыком шиты. Завязался ожесточенный бой, в котором многочисленные потери несли обе стороны. Кто-то дрался лучше, кто-то хуже.

Но Фэйтфул был очень умелым фехтовальщиком, даже несмотря на то, что у него не было рога. Зебры и наемные пони падали замертво один за другим, а меч и доспехи пегаса покрывались все большим количеством крови. Но все же командир был недостаточно ловок и внимателен, чтобы заметить подкравшуюся сзади кобылу, которая накинулась на жеребца сверху и вместо того, чтобы сразу вонзить в него кинжал, зебра, по какой-то непонятной причине, достала из сумки пузырек с какой-то мутной жидкостью и, быстро открыв его, вылила все содержимое на лицо Фэйтфула, который даже не успел закрыть глаз и рта.

— Грязный ублюдок! Гнить тебе заживо! Сдохнуть тебе в мучениях! – безумно прокричала кобыла, как вдруг в ее голову влетел клинок одного из воинов, который помог снять труп с командира.

— Сэр, вы в порядке? Что она сделала? – поинтересовался страж, взглянув на отплевывающегося и вытирающегося жеребца.

— Сука облила меня какой-то дрянью! – пожаловался пегас, — Но я в норме! Продолжаем сражаться!

* * *

Особо громкий раскат грома вывел Фэйя из мрачных воспоминаний. Жеребец огляделся вокруг и остановил взгляд на довольном лице наемника.

— Я все помню, — произнес пегас, — Все, до мельчайших деталей. Настолько детально, что я сам порой пугаюсь своего прошлого. Но вот откуда об этом знаешь ты, простой наемник?

— Ты же знаешь ответ, да? — закивал жеребец, облизнув губы.

— О да, знаю, — вдруг шум дождя перебил оглушающий звон металла, который раздался не пойми откуда. Лишь только когда тело наемника, разрезанное вертикально пополам, свалилось на землю, все пони увидели, как в протезе Фэй сжимал катану с раскаленным до красна клинком.

Лезвие было настолько горячим, что мгновенно прижгло разрез на кусках трупа, отчего тело не проронило ни капли крови. Капитан неспешно вставил меч обратно в ножны, которые скрывались за плащом и трансформировал протез обратно в копыто, твердо встав на землю.

— Вот только ты ошибся. Принцесса никогда не оставляла меня… — жеребец снял шляпу, показав всем лысую бледную голову, с которой почти полностью слезла кожа и, как следствие, щеки с веками, отчего лицо Фэя выглядело просто кошмарно.

* * *

— Фэйтфул! – принцесса Селестия вскочила со своего трона, позабыв о всякой грации и подбежала к пегасу в плаще с длинным капюшоном, крепко прижав того к себе, — Ты… ты вернулся! Хвала всем богам, ты вернулся ко мне!

— Да… вернулся, — жеребец приобнял аликорна копытом, пустив скупую слезу.

— Я так ждала тебя! Я боялась, что ты погиб там, вместе со многими другими! Эта бойня была просто кошмарной!

– Селестия опустила копыто на капюшон, начав его стягивать, но командир остановил ее.

— Нет. Пожалуйста, просто не надо, — жеребец покачал головой, и дрожащим голосом продолжил, — Я пришел сообщить тебе… неприятную новость…

— Что? В чем дело? – испуганно спросила принцесса, немного склонившись перед пегасом.

— Я… я не могу… не могу остаться в замке… — все тело пони покрылось дрожью, — Я должен уйти.

— Уйти? Куда? Зачем? Объясни, в чем дело?

— Прости, Селестия. Я не могу остаться с тобой. Ты заслуживаешь большего, чем я.

— Что ты такое несешь? Мне не нужны никакие пони, кроме тебя! Я… я люблю тебя! – богиня потянулась лицом к лицу жеребца, однако тот резко отпрянул, отвернувшись в сторону.

— Я ухожу. Ухожу из Кантерлота. Я все еще верен тебе и буду верен до конца своей жизни, но мы… не можем быть вместе. Больше не сможем.

— Фэйтфул, прошу, остановись! – взмолилась принцесса, убитая горем, — Скажи, в чем же дело? Мы все исправим? Ты… ты получил страшный шрам? Мне плевать, мы все вылечим.

— Боюсь, одной внешностью дело не заканчивается, — пегас подошел к выходу из тронного зала и, прежде чем уйти, сказал несколько последних слов, — Прощайте, принцесса. Я люблю вас. Всегда буду любить.

* * *

— Это я оставил ее. Оставил мою первую и последнюю любовь, подобную которой найти невозможно. И если кто-нибудь из вас, ублюдков, хоть раз заикнется про меня и принцессу, то я выпотрошу и вас, и всех, кого вы цените. А теперь, раз конфликт исчерпан, расходитесь по палаткам. Завтра двинемся дальше на запад.

С этими словами пегас надел шляпу и направился обратно в палатку предаваться воспоминаниям о прекрасных днях, которые никогда не вернуться.