# Одиннадцать друзей Октавии

Кайт Ши

Бесценная виолончель Октавии забрана алчным драконом. И потому разношерстной компании музыкантов, мошенников и спецагентов предстоит вернуть ее назад! Очередной рабочий день Флеша Сентри, "Героя" Эквестрии... если бы не участие одной принцессы.

Четвертая часть Записок Сентри.

Разрешение на перевод есть.

Другие рассказы серии:

1.Пленник Зебры

2.Кэррот и дубина

3.Сентри в деле

5.Чисто эквестрийское убийство

6.Пятеро добрых

7.От абсента станет веселей

8.Хороший, плохой и Сентри

Флеш Сентри и призрак короля — апокриф

Теперь с озвучкой от Diogenus.

Работа на Фикбуке

## Введение

От Джорджа Макинтоша Фресиана.

В обычных обстоятельствах приглашение ко двору принцессы Твайлайт Спаркл можно считать пиком любой академической карьеры. Ее репутация покровительницы любых ветвей знаний хорошо известна – не говоря уже об ее добродушии и мягком нраве.

Однако.

Как бы мне ни не хотелось признавать это, когда я получил это приглашение, то чувствовал себя жеребенком, вызываемым в кабинет директора. Или, учитывая причину приглашения, мной овладевало то ужасное чувство надвигающегося рока, которое Флеш Сентри часто описывает в своих мемуарах. Тем не менее, письмо было достаточно строгим, чтобы я не решился его отклонить. И потому купил билет на ближайший поезд в Понивилль.

Принцесса Твайлайт Спаркл приняла меня в библиотеке – монументе знаниям, если бы таковой существовал. Я мог бы часами бродить между рядами стеллажей, листая книги, но присутствие Принцессы Дружбы и Магии отвлекло меня. Принцесса сидела в старом кресле, изношенном до максимального комфорта. Она не носила ни короны, ни других символов своего положения – фактически, если проигнорировать крылья, то ее можно было легко перепутать с любой другой единорожкой (за исключением того, что она слегка повыше и выглядела несколько более безмятежной).

— Джордж… могу ли я звать вас Джордж? – спросила она, ставя передо мной чашку горячего чая и наливая одну себе.

— Конечно, принцесса.

— Не нужно быть таким формальным.

— Ах да, конечно. Как скажете, при… Твайлайт.

Принцесса улыбнулась, словно вспомнив давнюю шутку.

— Знаете ли, я давно слежу за вашей работой.

— Да? – мой голос чуть дрогнул.

— Ваша диссертация, – кивнула она. – О политических маневрах Кловера Мудрого при обеспечении мира в первые годы после Объединения Трех Королевств восхитительна.

— Это была моя выпускная работа, — ошеломлённо ответил я. – Я и не думал, что кто-то за стенами университета знает об ее существовании. Вы ее прочли?

— Конечно! – засветилась девичьим энтузиазмом принцесса Твайлайт, вполне достаточным, чтобы забыть, что перед тобой – бессмертное существо неописуемой магической мощи. – Большинство знает Кловера Мудрого лишь по постановкам на День Согревающего Очага. Они не знают, что настоящий Кловер был талантливой – и сложной личностью. У истории есть склонность замалчивать недостатки пони – особенно если они не вписываются в то, что хочет поведать конкретный историк. А иногда происходит и обратное – когда чьи-либо таланты и достижения забываются просто потому, что они кажутся злодеями.

— Это… — нервно сглотнул я. – О Флеше Сентри, так?

— Да, — чуть поблекла улыбка принцессы.

— Клянусь, все, что я публиковал – именно такое, как писал сам Сентри, без малейшего преувеличения.

— В том-то и проблема, — подула на чай принцесса. – Я провела собственные исследования – и согласно тому, что нашла, обнаруженные вами мемуары подлинны.

— Вы же… — задрожал я. – Не внесете меня в черный список?

— Нет, конечно. Я не верю в цензуру, — принцесса Твайлайт глотнула чай и поставила чашку обратно на блюдце. Стук фарфора о фарфор звучал подобно молоточку судьи. – Но.

— Но? – поморщился я.

— Относительно вашего последнего письма, касающегося очередной части Записок, готовящейся к публикации…

— Ах да, — я сжался в своем кресле. – Я, эм, подумал, что будет правильным связаться с вами, учитывая данный вопрос. Несмотря на то, что мой адвокат уверил меня, что поводов для иска о клевете нет.

Принцесса изогнула бровь и вернулась к чаю.

— Это так, — ровно ответила она. – И должна сказать, я сама немало узнала из Записок Флеша Сентри. А учитывая тему ближайшей публикации, мне показалось важным предоставить некоторый… контекст.

— Контекст? – выдавил я. – Вы хотите сказать…

Принцесса Твайлайт Спаркл вновь ослепительно улыбнулась.

— Я собираюсь помочь вам аннотировать следующий том Записок Флеша Сентри.

## Дополнение к введению

Дорогой читатель,

Спасибо вам за чтение! Мне всегда становится тепло на душе, когда вижу пони, уткнувшегося в книгу. Будь то трактат по матемагической теории или просто дешевый романчик – у каждой книги есть потенциал наставлять и вдохновлять множеством способов.

Каждая книга, включая эту.

Честно говоря, я не знала Флеша Сентри очень хорошо. По меньшей мере, я не знала его настолько хорошо, как мне казалось. И я определенно не знала его, как трусливого подлеца, каковым он именует себя в своих мемуарах. Также не стоит упоминать и то, что хоть я и была знакома с Кэррот Топ, ее карьера как Специального Агента Голден Харвест была мне совершенно неведома. Это указывает исключительно на ее навыки тайного оперативника, но никак не невнимательность с моей стороны, и уж тем более – что принцесса Селестия делилась со мной секретами по принципу «что положено знать».

Помня об этом, я воздержалась от комментирования предыдущих изданий Записок Флеша Сентри. Работа профессора Фресиана была безупречной, и я не могу осуждать его принципы публикации мемуаров Флеша. Однако учитывая события в данном томе (и мою вовлеченность в них, сколь ни малую), я почувствовала, что для уточнения потребуются некоторые комментарии.

Посему профессор Фресиан милостиво дозволил мне предложить свои мысли и воспоминания об этом предприятии, отличаемые от его собственных заметок другим типом шрифта (как вы должны были уже заметить). Надеюсь и намерена предоставить вам достойный контекст для этого тома Записок Флеша Сентри, и посему улучшить ваш образовательный опыт.

Ваш друг,

Принцесса Твайлайт Спаркл.

## Глава 1. Мотив

Кобыла рыдала, и это была не моя вина.

Это было не те деликатные «милые слезы», которое можно увидеть в дешевых мелодрамах, когда героиня проливает несколько слезинок и печально смотрит вдаль. Нет, ее обычно милое личико исказилось в уродливую маску, а слезы ручьями лились по серым щечкам. Время от времени она пыталась остановить рыдания и собраться, но все равно разражалась слезами.

Хорошо, что в пончиковой[1] еще почти никого не было, иначе пони начали бы пялиться (а то, что хуже, обвинять меня в эмоциональном состоянии леди). И потому я мог лишь смотреть через стол в неловком молчании. Я бы давно нашел оправдание свалить из кабинки, но рядом сидела Кэррот Топ, блокируя меня (без сомнения, намеренно).

Молча и без вопросов подруга кобылки, белая единорожка в моднючих противосолнечных очках, поднесла ей носовой платок. Серая кобылка протрубила в него не хуже пароходного гудка.

— Все хорошо, Октавия, — Кэррот коснулась копыта плачущей кобылы. – Мы подождем.

— Прошу прощения, — шмыгнула Октавия и начала поправлять галстук-бабочку, слегка покосившийся из-за рыданий. – Просто… ее… ее нет!

Она выглядела готовой рыдать снова, но сидящая рядом единорожка коснулась плеча подруги и успокоила. Октавия коснулась своим копытом копыта подруги и тускло улыбнулась.

— Спасибо, Винил. Не знаю, что бы я без тебя делала.

— Эм, — вмешался я, так как этот маленький момент эмоциональной уязвимости казался еще более интимным и неловким, чем рыдания минуту назад. – Прошу прощения за вопрос, но… чего конкретно нет?

— Моей Стал.

— Вашей чего?

— Простите, сленг музыкантов. У меня… была виолончель Сталлионвари — Стал Феникс, если быть точным. Одна из шестидесяти трех сохранившихся виолончелей работы Сталлионвари, величайшего творца музыкальных инструментов в истории. Ей века, она бесценна, и… и… ее нет, — поежилась Октавия.

— Ее украли? – спросила Кэррот Топ.

— Да. Нет. Это… сложно, — шмыгнула Октавия. – Технически, Стал Феникс, как многие работы Сталлионвари, принадлежит холдингу. Компания доверила виолончель мне, дабы убедиться, что на ней будут играть должным образом.

— И ее передали другому музыканту? – спросил я.

— Нет, — покачала головой Октавия. – Я была бы только рада передать Стал Феникс более умелому музыканту, чем я. Но… произошло не это.

— Так что произошло?

Выдержка Октавии поколебалась, но голос остался ровным.

— Как я сказала, Стал Феникс принадлежала холдингу. Проблема в том, что компании покупаются и продаются. Я… я не знаю конкретные детали, но холдинг был куплен более крупным предприятием, и они… они забрали ее у меня, — нижняя губа Октавии начала дрожать. – Самое ужасное, на ней даже не будут играть! Мне сказали, что теперь она принадлежит какому-то «коллекционеру», — она прямо выплюнула это слово. – Им не нужен сам инструмент – для них это просто трофей!

В этот момент несчастная кобылка не выдержала и снова начала рыдать.

Я поморщился.

— Это… трагедия, но простите мой вопрос, как мы с этим связаны? – как только я задал вопрос, как Кэррот ударила меня локтем. Я поморщился, но не сдался. – Это логичный вопрос.

Октавия снова протрубила в платок и выморгала из глаз свежие слезы.

— Когда моя подруга Лира узнала о Стал, она сказала, что… знает определенных пони, которые могут помочь. Именно потому я попросила вас прийти сюда.

— Что еще за Лира? – моргнул я. Я обращался к принципу «я знаю парня, который знает парня» не один раз, но сам еще не был на другом конце цепочки.

— Это, эм, я, — в пончиковую вошла мятно-зеленая единорожка в сопровождении земной пони с розовыми и синими волосами, обе они несли седельные сумки. Парочка подошла к столу, и Лира смущенно улыбнулась. – Октавия и я играли в Кантерлотстком Филармоническом Оркестре, — затем почесала затылок. – Но на самом деле это все идея Бон-Бон.

— Харвест, — кремовая земная пони кивнула Кэррот с профессиональной (хоть и не дружеской) вежливостью.

— Дропс, — Кэррот повторила жест и выражение.

— Прошу рассчитаться за ту услугу, — произнесла Бон-Бон.

На этих словах кончики моих перьев закололо. Я уже давно понял, что всякий, знающий псевдоним и тайную личность Кэррот Топ, был опасен. Все пони, что знали истинную личность Специального Агента Голден Харвест были либо ужасно опасны сами по себе, либо (что еще хуже) были теми, что отправляли меня в пасть опасности «на благо Эквестрии». Какое-такое благо имела Эквестрия от моих обычных панических метаний – ума не приложу. Но когда это кого-то останавливало?

— Это ужасная идея, — произнесла Кэррот Топ, пока я старался придумать способ выбраться из этого предприятия еще до его начала.

— Знаю, — Бон-Бон и Лира подтянули кресла. – Но ты видишь, насколько это важно для нее. Ей нужна помощь. Помощь профессионалов.

— Да уж, — пробормотал я и получил еще раз локтем.

— У тебя есть план? – не отвлекшись ни на мгновенье спросила Кэррот.

— Только основы, — Бон-Бон вынула пугающе непримечательный конверт из седельной сумки и бросила его на стол. Кэррот схватила его быстрее всех, открыла и начала быстро просматривать документы и досье. Я изогнул шею, чтобы посмотреть, но не увидел ничего, кроме разрозненных карт и фотографий. Должно быть, Кэррот разобралась в них лучше нетренированного меня, потому что вскоре сложила все обратно в конверт и положила его на стол.

— Так ты действительно собираешься сделать это, — прикрыла она глаза. – Украсть самую дорогую виолончель в мире.

— Украсть? – спросил я.

— Ага, — кивнула Бон-Бон.

— И ты знаешь у кого она, не так ли?

— Ага.

— И где ее держат?

— Ага. Ты в игре или нет? – спросила Бон-Бон.

— Мы в игре, — кивнула Кэррот Топ. – Но после этого мы квиты.

— Мы? – спросил я.

— Да. Мы поможем, — ровно ответила Кэррот. – К добру или к худу, у тебя ключевая роль в плане. Кроме того, думаю, великий и благородный Флеш Сентри будет более, чем счастлив помочь даме в беде.

— Но… — я чуть расправил крылья в отчаянной попытке улететь. Но даже если бы Кэррот Топ не засунула меня в угол кабинки, я знал, что не смогу выставить себя малодушным трусом перед такой публикой. Кэррот хорошо меня знала, да и Бон-Бон, несомненно, изучила, но три музыкантши смотрели на меня с новой надеждой в глазах, поняв, что им будет помогать сам Флеш Сентри, Герой Эквестрии, Гроза Подменышей и Вообще Шикарный Парень. От отчаяния я сыграл единственную карту, какую мог: свою уже перераздутую репутацию.

— Я… я просто не могу. Я не преступник, — я старался, чтобы это звучало достаточно героически.

— Ага, — закатила глаза Кэррот Топ. – А то я тебя не знаю, Сентри.

— Ну, эм… — поежился я. – Я не профессиональный преступник.

— Ну и хорошо, — ответила Кэррот. – И не надо. В плане Бон-Бон всем отведена своя роль, и, судя по тому, что я видела, работка тебе предстоит простая.

Если слова страшнее когда-то и говорились, я их не слышал.

— И что же, конкретно, мне предстоит сделать?

— Ничего такого, — ответила Кэррот так спокойно, словно посылала меня принести еще кофе. — Тебе предстоит соблазнить принцессу Твайлайт Спаркл.

## Глава 2. Планирование

— Начнем с начала, — произнесла Бон-Бон и начала показывать слайды. Мы переместились в тайное убежище в подвале пончиковой. Оно было не настолько переполненным, как когда я тут был в последний раз (ну, из-за вторжения подменышей и всего такого), но это же и означало, что мне не за кем спрятаться. И потому я мог лишь смотреть, как Бон-Бон выкладывает свой безумный план.

— Наша цель – Феникс Сталлионвари, — появилась картинка виолончели, покрытой красным лаком. – Ее назвали «Феникс» из-за красного покрытия. Ей века, она совершенно незаменима и стоит примерно шесть миллионов бит. По крайней мере, столько за нее выложил он.

Еще один слайд, и я чуть не улетел при виде рептилии-чудовища на нем. Могучий и древний рубиново-красный дракон улыбался с него, несомненно, чтобы продемонстрировать множество зубов величиной с нож шеф-повара. Чуть погодя я заметил груды золота и драгоценных камней поодаль.

— Это Дрейк Даймондбэк, — сказала Бон-Бон. – Он не Повелитель Драконов… но близок к тому. Он несколько выделяется из драконов тем, что интересуется бизнесом. Он копил свои богатства – и репутацию – как наемник, пока королевства не начали ему платить, чтобы он не воевал. После этого он обратился к более… легальным предприятиям, по меньшей мере, на бумаге, и с тех пор купается в деньгах. Держит он их тут, в Спайтспайре.

Следующий слайд явил зазубренный гранитный пик, который определенно намекал на «плевок» в своем названии.

— Он находится почти на самом юге Драконьих Земель – номинально под властью Повелителя Драконов, но, фактически, Дрейк управляет им как более-менее независимым мини-государством. Сам он не покидал Спайтспайр уже годы – у него на жаловании есть другие, менее могущественные драконы, которые доставляют ему богатства. Они и доставили ему Стал Феникс, помимо других сокровищ, на которые ему удалось наложить когти. Дрейк гордится своей коллекцией – если что-то уникально, то это должно оказаться у него. Помимо Стал Феникс, в сокровищнице Даймондбэка хранится множество других уникальных произведений искусства и артефактов.

— Прошу прощения, — поднял я копыто. – Но… вы с ума сошли? То есть, все выглядело плохо, когда мне казалось, что мы собираемся уворовать виолончель у богатого и могущественного пони – но дракон? Как мы вообще доберемся до Спайтспайра? Не то, чтобы драконы славились гостеприимством.

Бон-Бон посмотрела на меня тем же раздраженным взглядом, который на меня множество раз обрушивала Кэррот Топ (этому что, учат в школе спецагентов?) и кашлянула.

— Да, именно так. Но по древней традиции Спайтспайр открыт для всех драконов. И потому, чтобы добраться до Спайтспайра, нам нужен свой дракон.

— И где же конкретно вы собираетесь добывать дракона? – проворчал я.

— Понивилль, — Бон-Бон показала другой слайд, на этот раз изображающий гораздо меньшего и гораздо менее пугающего дракона. У него не было ничего острого – ни когтей, ни клыков, ни даже крыльев. При взгляде на него вспоминалась неваляшка. – Это Спайк, эм… помощник принцессы Твайлайт Спаркл. И он ей кто-то вроде младшего брата.

— Клянусь, за обеденным столом велись неловкие разговоры, — хмыкнул я.

— Приемного младшего брата, — добавила Бон-Бон. Он быстро глянула на Кэррот взглядом «как ты его терпишь?», на что та просто пожала плечами.

Бон-Бон вздохнула и продолжила объяснять.

— И если участвует Спайк, то участвует и принцесса. Мы никак не сможем рекрутировать Спайка, если принцесса Твайлайт узнает, на что мы идем. Поэтому тут в игру вступаешь ты, Сентри. Мы переведем тебя в Понивилль на должность телохранителя принцессы. И тебе надо будет отвлекать ее, пока мы будем делать всю грязную работу.

— Отвлекать ее, — сухо ответил я.

— Уверена, ты что-нибудь придумаешь, — сказала она. – А теперь, если ты перестанешь перебивать, у меня еще семьдесят два слайда.

Я осел в своем кресле, пока Бон-Бон продолжала разглагольствовать. Как я мог сказать, все мое участие заключалось в том, чтобы стоять рядом с принцессой Твайлайт Спаркл и выглядеть шикарно. Поэтому все остальное я прослушал. Это, конечно, была большая ошибка, чего я осознал много позднее.

Наконец, Бон-Бон нас отпустила – она ушла с Лирой, а Винил забрала все еще хлюпающую Октавию. У всех них были, несомненно, свои роли в переусложненных махинациях Бон-Бон. По крайней мере, у Кэррот нашлось время пропустить стаканчик, потому что будь я проклят, если бы не нуждался в этом.

— Не понимаю, — произнес я над кружкой сладкого сидра (не обычный мой выбор, но Кэррот заказала целый кувшин). – Чего ради ты в этом всем участвуешь? Лапшу на тему страны и короны мне можешь не вешать, потому что я более, чем уверен, что принцесса Селестия осудит неприкрытое воровство.

— Бон… — Кэррот моргнула и осторожно осмотрелась в поисках подслушивающих (их не нашлось – была уже ночь, а мы выбрали самую дальнюю и темную кабинку). – Специальный Агент Свити Дропс спасла мне однажды жизнь.

— И? – спросил я. – Я тоже не раз спасал твою жизнь, но я не втягиваю тебя во всякие самоубийственные штучки. Обычно случается наоборот. Такая вот благодарность.

Я глотнул сидр.

— Тут другое, — спокойно ответила Кэррот. – Я тоже спасала твою жизнь. Множество раз. Мы на равных

— И тебе до сих пор не случилось с ней расплатиться? Отлично. Спаси ее, остановив. Эта кобыла угробит нас всех ради здоровенной скрипки.

— Не так все просто, — вздохнула и потерла глаза Кэррот.

— Тогда мне стоит спасти твою жизнь, остановив тебя.

Кэррот со стуком поставила свою кружку и посмотрела на меня.

— Мы оба знаем, что ты не смог бы остановить меня, даже если бы и захотел, — тут она тоже была права. Ее специализацией, как Специального Агента, была копытопашная. Если она вобьет себе что-то в голову, то целый взвод Гвардейцев сможет ее лишь немного затормозить.

— Не физически, нет. Но твоя подруга Бон-Бон – не такой уж гений мысли, как ей кажется. Любой план, который опирается на меня – плох по определению. Если я не соблазню принцессу, вы не получите дракона. И потому никто не поедет в Драконьи Земли, чтобы зажариться до корочки. Я просто скажу мисс Октавии: «Я очень извиняюсь, дорогая, но я просто не могу играть с нежными эмоциями принцессы» — и дело с концом. Я остаюсь благородным героем, и мы все остаемся здесь.

— Прежде, чем ты откажешься, позволь задать вопрос, — Кэррот Топ допила свой сидр, стерла пену с губ и налила себе еще. – Ты видел список мест, куда Даймондбэк отправлял своих агентов?

— Боюсь, я задремал где-то на тридцать шестом слайде.

Она наклонилась вперед и постучала по столу копытом.

— Даймондбэк не только музыкальные инструменты собирает. Он еще связывался с картинными галереями, музеями и… винодельнями.

— Погоди-ка, — нахмурился я. – На кой Тартар дракону вино?

— На такой же, что и бесценная виолончель. Ни на какой. Даймондбэк просто хочет утверждать, что у него все самое редкое и лучшее.

— Лучшее и редчайшее? – когда я понял, к чему ведет Топ, сидр вдруг стал горчить. – Хочешь сказать… у него есть Шато де Шеваль?

Мне пришлось устроить набег на винные подвалы замка Кантерлота и убить с дюжину подменышей[2], когда довелось попробовать лучшее (и самое дорогое) вино в Эквестрии. Мой рот в предвкушении начал наполняться слюной, но я потряс головой.

— Нет. Я не собираюсь рисковать жизнью в безумной схеме, даже если ставкой будет бутылка Шато де Шеваль.

— Не бутылка, — хитро произнесла Кэррот. – Бочка.

Я прикусил щеку и тихонько застонал.

— И говоришь, мы сможем ее добыть…

— …Если ты очаруешь принцессу Твайлайт, — закончила она.

— Погоди-ка, — поднял я копыто. – Это тебя не беспокоит?

— С чего бы? Это часть работы.

— Часть работы? Это чего-то спецагентское? – тут меня поразила ужасающая мысль. – Ты ведь… не отвлекала никого вот так? – и тут меня поразила еще одна ужасающая мысль. – Проклятие, ты же не делаешь это со мной, так?

Кэррот Топ долгую секунду смотрела на меня через стол – и расхохоталась. Это был очень приятный смех, хотя я бы предпочел, чтобы смеялись не надо мной.

— Ой! Извини, это было необходимо, — он стерла случайную слезу из уголка глаза. – Но нет. Как ты и сказал, любой план, что опирается на тебя – плох по определению. Так что спи спокойно, я связалась с тобой исключительно в… развлекательных целях, — она ударила своей кружкой о мою и выхлебала с четверть кварты сидра за один присест, чем, видимо, и объяснялся легкий румянец на ее щечках. – Кроме того, я не волнуюсь о тебе и принцессе. Она не твоего типа. Слишком невинна. Слишком оптимистична.

— Так с чего бы посылать меня ее очаровывать?

— Потому что ты – в ее вкусе. По крайней мере, она так думает. Не помнишь, как она вела себя рядом с тобой тогда, в Кристальной Империи?

— Вряд ли, — почесал я голову. – То есть, я же натолкнулся на нее лишь раз. Сказал что-то милое и притворился, что все в порядке. Честно говоря, я позабыл о ней, когда те культисты утащили меня и привязали к той каменюке. И, к слову, спасибо, что вытащила меня оттуда[3].

— Чего бы ты ни сказал, впечатление это произвело. А это нам и нужно, чтобы план Бон-Бон сработал. Ты в игре?

— Проклятье, думаю да, — мое нёбо уже покалывало в предвкушении. – Но могла бы и сразу меня подкупить. Мне не пришлось бы столько жаловаться.

— Я не знала, что у Даймондбэка есть эта бочка, пока Бон-Бон ее не показала, — Кэррот допила свой сидр и перевернула кружку на столе вверх дном. – Кроме того, я решила, что для твоей репутации в глазах Октавии и остальных будет лучше, если я не стану подкупать тебя при них.

— Как благородно, — я допил свой сидр и повторил жест Кэррот. – Я в игре. Что дальше?

— Понадобится пара дней, чтобы перевести тебя в Понивилль. Хотя… — улыбка Кэррот приобрела знакомую хитрость. – Я могу помочь тебе… попрактиковаться перед встречей с принцессой.

— Практиковаться? — ответил я. – Мисс Топ, я могу быть сокрушительно очаровательным, когда захочу.

Кэррот коснулась своим копытом моего и подмигнула

— Докажи.

## Глава 3. Сообщники

И я доказал.

Несколько раз на самом деле.

Следующие несколько дней были спокойными, что позволило мне вернуться к привычному ритму жизни. То есть, большую часть времени я уворачивался от всего, что походило на настоящую работу. Время от времени Кэррот Топ рассказывала мне о прогрессе безумного плана Бон-Бон – обычно за ужином и обычно за счет Эквестрийского Разведывательного Управления.

И обычно я не слишком вслушивался – Кэррот просто упоминала что-то вроде «профессионалы из Лас-Пегаса в пути», «Лира нашла достаточно хитрых крыс» или что-нибудь еще более бессмысленное. Тогда я понимающе кивал и заказывал еще напитки. Слушай я все с самого начала тогда, в пончиковой, то это имело бы смысл, но ставить на это не стал бы.

Однако один факт таки проник сквозь мой толстый череп.

— Приказ о назначении тебя телохранителем принцессы Твайлайт Спаркл придет завтра, — сказала мне Кэррот Топ. – Постарайся выглядеть удивленным.

* * *

Мне не пришлось выглядеть удивленным. Не так уж и часто капитан Шайнинг Армор самолично доставляет приказы. Когда вызывают к капитану Королевской Гвардии – это одно. Но вот когда оный капитан сам приезжает из Кристальной Империи – совсем другое. И, несмотря на автоматическую настройку на виноватость, я напомнил себе, что еще ничего незаконного не сделал, потому Шайнинг Армор не собирается устраивать трибунал. И сделав стоическую, слегка героическую рожу я пошел навстречу судьбе.

— Лейтенант, — произнес он, изучая меня из-за большого стола большого кабинета, который он реквизировал себе на время визита.

— Сэр, — я стоял по стойке смирно и отсалютовал, как на параде.

— Вольно, — капитан отсалютовал в ответ и указал на единственное кресло перед столом. – Присаживайтесь и устраивайтесь поудобнее, лейтенант Сентри. Вам это понадобится.

— Сэр? – я присел, но жесткое кресло было не слишком удобным, должен сказать.

— Просто… прочтите это, — капитан Армор передал мне через стол конверт. Он был запечатан блямбой красного воска – несущей, ни много ни мало, королевскую печать. Я открыл его и прочел кратко сформулированные приказы. Конечно же, меня как можно быстрее отправляли в Понивилль, служить телохранителем принцессы Твайлайт Спаркл. С одной стороны, я этого ожидал – но с другой, не думал, что приказы придут с такой высоты цепи командования. За какие же ниточки потянули Кэррот Топ и Бон-Бон?

Капитан, видимо, заметил мое ошеломление.

— Знаю, это несколько… беспрецедентно, учитывая, что принцесса Твайлайт спасала Эквестрию несколько раз без всякой военной помощи.

— Вы правы, капитан, — тяжело качнул я головой. Тактически примененная скромность всегда была основой моей раздутой репутации. – Вы уверены, что это не какая-то ошибка?

— К сожалению, нет, — вздохнул он. – Это политика, как и все прочее. Кому-то где-то ударила идея, что Твайли… простите, Твайлайт является принцессой только по названию, и не имеет подобающих… аксессуаров.

— Прошу прощения, капитан, но разве она уже не получила крылья? Выглядит более, чем явным и очевидным.

— Вот и вы так думаете, но тем не менее. Кое-какие консерваторы при дворе настаивают, что Твайлайт полагается свой полк Гвардии – на что у нас нет ни пони, ни денег. И тут выступаете вы.

— Я, сэр?

— Кого-то озарило, что раз уж у нас нет средств на тренировку и набор рекрутов, то мы, как минимум, можем отправить одного из наших самых славных и награжденных Гвардейцев. Ваше имя было первым в списке… ну и вот, — капитан Армор страдальчески вздохнул и откинулся на спинку кресла. – Как только Кейденс узнает, она лопнет со смеху.

— Со смеху, сэр? – я обратился в вежливейшее эхо.

— Она сказала, что это долгая история, — капитан поднял взгляд и удивительно тяжело на меня посмотрел. – Но. Скажу неофициально, лейтенант. Я хочу, чтобы вы знали… Мне ведома ваша репутация.

Мое сердце пропустило удар (и, кажется, не один), но я сумел удержать спокойное лицо.

— Репутация, сэр?

— Я знаю, что вы сделали на моей свадьбе. И я знаю, что вы «помогали» Эквестрийскому Разведывательному Управлению не один раз.

— Это… верно, сэр. Но я думал, что это, вроде… секретно?

— Моя жена занимает трон Кристальной Империи.

— Логично.

— Если бы я был более параноидальным пони, я бы задумался, с чего бы ЭРУ вдруг заинтересовалось моей сестрой. Но я лучше этого, — продолжил капитан Армор. – И потому скажу я только одно: если моя сестра будет ранена – физически или эмоционально – я загоню вас на самую далекую, самую холодную погодную станцию в Як-якистане, какую найду.

Я сглотнул – в моем рту вдруг пересохло – и сжался под ледяным взглядом капитана.

— В Як-якистане, сэр?

— Северном Як-якистане. И вы будете меня благодарить, потому что, если вы будете там, то есть малюсенький шанс, что Кейденс и Селестия забудут, что был такой лейтенант Флеш Сентри, ответственный за чего-то, произошедшее с Твайлайт.

— Так точно, сэр, — прохрипел я.

— Хорошо! – взгляд капитана оттаял, и он просто ухмыльнулся. – Хорошо, что я не параноик, да? Я уверен, что это просто обычная политическая рутина, о которой позабудут через недельку-другую. Дворян отвлечет чего-нибудь еще и мы переведем вас обратно в Кантерлот. Если не будет никаких… инцидентов.

— Клянусь, капитан, не допущу, — вас, дорогой читатель, не должно уже удивлять, насколько хорошим лжецом я был (и остаюсь).

Шайнинг Армор, благородная душа, принял все за чистую монету и кивнул.

— Очень хорошо, лейтенант. Свободны.

Я еще раз отсалютовал и вышел из кабинета, как на параде. И только скрывшись из виду, завернув за угол, позволил дрожи взять свое.

— Как все прошло? – материализовалась рядом Кэррот Топ. Я не испугался из-за ее неожиданного появления лишь потому, что уже был слишком поглощен образами гнева Селестии и/или того, как отмораживаю перья на каком-то безвестном пике Як-якистана.

— Я обречен, — пробормотал я, глядя в окно.

— Все как обычно.

— Извини, — покачал я головой. – Но не ты рискуешь тут хвостом. Капитан Армор намерен пристально следить за всем, что я буду делать – и я в принципе не смогу обморочить принцессу Твайлайт, чтобы он чего-то не заметил. А это означает ссылку в Як-якистан – если повезет.

— Капитан Армор не заметит, — ответила Кэррот. – Вспомни, его собственную невесту незнамо сколько изображал подменыш. А ты во множестве случаев распознавал подменышей под личинами.

— Мне тупо везло.

— Все равно считается, — похлопала она меня по плечу. – Но подумай – Шайнинг Армор был настолько дремуч, что не заметил, как похитили любовь всей его жизни. А тут будут работать лучшие агенты Эквестрии – думаешь, ему повезет больше[4]?

— Тут… ты можешь быть права, — пришлось признать мне.

— Конечно, — прижалась ко мне сбоку Кэррот. – А теперь пойдем. Тебе надо собираться, чтобы сесть на утренний поезд в Понивилль.

* * *

Я играл в шпионские игры достаточно, чтобы знать, что совпадения — хоть и не невозможны – очень, очень маловероятны.

И потому, когда в одном вагоне поезда, отправляющегося в семь пятнадцать в Понивилль, оказалось не менее трех музыкантш, двух спецагентов и одного так называемого Героя Эквестрии, я не мог этого не заметить. Но больше всего мое внимание привлекли трое пони, которых я в нашем заговоре припомнить не мог: два брата-единорога в шляпах-канотье и пегаска-блондинка с косым глазом (хотя оперение у нее было красивое). Первые сидели в конце вагона, перекидываясь картишками, а последняя весело болтала с Кэррот Топ, словно была старой подругой. Я гадал, не является ли косоглазие старой боевой раной бедняжки, но болтала она очень жизнерадостно.

Когда поезд достаточно отошел от станции, Бон-Бон сошла со своего места (оставив Лиру сидящей в очень странной позе) и быстро пробежалась по вагону, сначала проверив двери, чтобы нипони не вошел. Затем выглянула в окна с обеих сторон и кивнула.

— Хорошо. Все чисто.

С этими словами все обернулись к ней. Она осмотрела разношерстую компанию пони и кивнула еще раз.

— У нас мало времени, поэтому давайте поторопимся. Так как куш велик, я рекрутировала…

— Флима Флимфлэма, — сказал один единорог в канотье.

— И Флэма Флимфлэма, — добавил другой. До сих пор не могу вспомнить, кто из них был с усами.

— …их, — пробормотала Бон-Бон, глядя на эту парочку взглядом, обычно зарезервированным для меня. – Они будут заниматься… социальной инженерией в нашей операции.

— И это вежливый способ назвать нас разводилами, — сказал Флим, поправляя галстук-бабочку.

— Барыгами, — добавил Флэм.

— Жуликами, — продолжил Флим.

— Аферистами, — поддержал Флэм.

— Мошенниками на доверии, — произнес Флим.

— И хоть называть нас так может быть обидно… — Флэм поднес шляпу к сердцу

— …это не значит, что все эти прозвания не точны, — Флим повторил жест брата и подмигнул.

— Фактически, мой брат и я – лучшие в своем деле! И, учитывая то, что наш достойный лидер обещал нам щедрый процент с этого маленького предприятия, то предложить вам наши услуги – честь для нас, — Флим прокрутил шляпу на копыте и надел ее обратно.

— Спасибо, джентльпони, — сделала лицокопыто Бон-Бон. – И, для дополнительной поддержки с воздуха, Кэррот Топ привела свою подругу, Дитзи Ду.

— Привет! – помахала она толпе.

— Мы все знаем, что надо делать. Считайте первую фазу плана… начавшейся. Продумайте мелочи плана. Итак, все готовы? – мы согласно кивнули (по крайней мере, они кивнули согласно, а я просто за компанию, чтобы казалось, я знаю, что делать) и Бон-Бон улыбнулась. – Хорошо. Отдыхайте пока – дальше будет сложнее.

* * *

После того, как Бон-Бон толкнула свою «вдохновляющую» речь, мы без приключений доехали до Понивилля. Поезд остановился на станции, и все разошлись по своим делам. Я же подобрался ближе к Кэррот Топ, пока она не растворилась в толпе.

— Извини, конечно, но… разве привести еще пони – хорошая идея?

— Это операция Бон-Бон – ей и решать. И она права – если мы выступаем против Даймондбэка, нам понадобится вся доступная помощь.

— И ты доверяешь Флимфлэмам?

— Ни на грош, — ответила она. – Но это означает лишь то, что придется не спускать с них глаз.

Я придержал шуточку о глазах и посмотрел через плечо на Дитзи Ду, бегущую четко к лотку с едой.

— А что насчет твоей подруги? Кто она? Дай предположу… еще один Специальный Агент? Бывший Вандерболт? Охотница за ураганами?

— Она почтальон.

— Почтальон? – моргнул я. – Мы же не… отправим виолончель в Эквестрию почтой, так?

— Слушай, Сентри, — сказала Кэррот. – Понивилль зажат между вратами Тартара и границей Вечнодикого леса. На него нападало все – от параспрайтов до полноценных драконов. И это помимо богов хаоса и злых волшебниц, с которыми пришлось иметь дело принцессе Твайлайт.

— И?

— И, — продолжила она. – В Понивилле никогда не было ошибок почты. Задержки, да, но ни одно письмо или посылка в городе не были не доставлены. И все благодаря ей, — Кэррот указала на свою подругу, с наслаждением жующую черничный маффин (не могу ее винить – закуски в поезде были не очень). – Она самая надежная пони, кого я знаю. Кроме того, мне нужен в команде кто-то помимо тебя, кому я могу доверять.

— Ты не доверяешь Бон-Бон?

— Для Специального Агента Свити Дропс миссия всегда превыше всего. Превыше нее, других пони в команде и определенно превыше… смягчающих обстоятельств. Но это было тогда. Она здорово смягчилась с тех пор, как встретила Лиру, но потом случился инцидент с медвежуком… — Кэррот покачала головой. – Я лишь хочу повысить свои шансы.

— Простишь меня, если я скажу, что нахожу это более, чем немного пугающим.

— Привыкнешь.

— До сих пор не привык.

— Тогда начинай привыкать, — она указала копытом на блистающие кристаллы древозамка Твайлайт. – Потому что новому телохранителю принцессы Твайлайт предстоит рапортовать о прибытии на службу.

## Глава 4. Прошлые преступления

Дверь не открыл не лакей или дворецкий, а тот самый маленький дракончик, которого мы собирались рекрутировать с самого начала. При взгляде сверху вниз на Спайка у меня в животе снова закрутило – и это наш билет в Драконьи Земли?

— Э, привет, — улыбнулся я. – Я лейтенант Флеш Сентри – мне нужно поговорить с принцессой.

— Лейтенант? – Спайк посмотрел на мою выходную форму (путешествовать в ней все же удобнее, чем в доспехах) блестящими от мальчишеского восхищения глазами. – Вы Королевский Гвардеец? И приехали из-за какого-то суперкрутого приключения?

— Да – о первом, и нет – о втором, — ответил я. – Но мне нужно увидеть принцессу Твайлайт, если она у себя. Государственные дела, знаете ли.

— А, государственные дела! – дракончик открыл дверь на всю ширь. – Знаю, как это бывает! Иногда я отрыгиваю письмо от принцессы Селестии и через мгновенье Твайлайт мечется в панике и составляет срочные списки.

— Надеюсь это не стоит списка.

— Так это же Твайлайт. Все стоит списка, – добродушно ответил Спайк и впустил меня. Я бывал разок в Замке Дружбы – но тогда праздновалась победа и большую часть времени я держался поближе к выходу на случай, если король Торакс и его подменыши вдруг снова станут злыми и начнут жрать у пони мозги. Без украшений и теснящихся гостей замок был весьма приятен своей малой претенциозностью. Можно было подумать, что принцесса Твайлайт развесит картины или расставит статуи, изображающие ее, но их место занимали многочисленные фотографии принцессы (с крыльями и без), смеющейся и веселящейся с разными другими пони.

Мы нашли принцессу в скромной гостиной за поздним завтраком с двумя фрейлинами – пухлой розовой земной пони и задиристо выглядящей пегаской с явно крашеной гривой[5].

— Эй, Твайлайт! – без всяких церемоний сказал Спайк. – К тебе посетитель!

— Умф? – Твайлайт Спаркл, принцесса Дружбы и Магии, обернулась, глядя над полуоткушенным бисквитом. Увидев меня ее глаза расширились (несомненно, из-за сочетания моей врожденной сногсшибательной красоты и ее несколько закрытой жизни). Она проглотила сдобу и сумела вежливо улыбнуться. – О, здравствуйте. Я, эм, не ожидала гостей.

— Это парень, — пробормотала розовая пони пегаске, после чего они начали, хихикая, перешептываться.

— Лейтенант Флеш Сентри к вашим услугам, — я быстро поклонился и передал принцессе конверт с приказом. – Буквально, на самом деле.

Принцесса вынула письмо, перечитала его – два или три раза – и положила на стол.

— Но… это бессмыслица! Мне не нужен телохранитель!

— Ага! Ты не выглядишь крепышом, — добавила пегаска. – Что сделает один чувак, если какой-нибудь Тирек снова начнет огненными шарами кидаться?

— Честно говоря, вы абсолютно правы. Я всего лишь один пони. Но приказ есть приказ – а политика есть политика, — я сфокусировал внимание на принцессе Твайлайт Спаркл. – Если вы заслужили крылья, то надо соответствовать.

— Я не похожа на принцессу? – спросила она и автоматически стерла несколько крошек из угла рта.

— Но у нее уже есть крылья и все дела! – розовая пони схватила Твайлайт за одно крыло и растянула его на всю длину. Должен признать, у принцессы был весьма… впечатляющий размах[6].

— Да, — я отвел взгляд от перьев принцессы, чтобы не выглядеть невежей. — Определенно. Но где же ее придворные? Советники? Прислуга? К добру или к худу, есть пони, которые просто не последуют за принцессой, которая не выглядит достаточно, ну, принцессно. Мое назначение должно успокоить наиболее консервативных – и вам повезло, что прислали только меня, а не полный полк.

— Я… думаю, вы правы, — принцесса чуть сжалась. – Но я просто не знаю, что мне делать с телохранителем.

Я лениво помахал копытом.

— Не предполагается, что вы будете что-то делать – по крайне мере, ничего такого, чего бы вы ни занимались и так. Просто на мои плечи ложится ваша безопасность, пока вы этим заняты. Хотя, говоря честно, с учетом того, что вы добились своими силами, мне, похоже, придется просто стоять рядом для вида.

— О! О! О! Я знаю, что нам нужно сделать! – заговорила розовая. – Устроить вечеринку! Все, прибывающие в Понивилль должны получить приветственную вечеринку! Особенно если это большой шикарный герой, который тут, чтобы помогать!

Она начала подрагивать от возбуждения в предвкушении внезапного празднования.

— Прошу вас. Не стоит напрягаться из-за меня.

— Нет. Стоит, — убежденно ответила розовая пони, прищурившись.

— Будет проще, если вы позволите Пинки устроить вам вечеринку, — с кривой улыбкой вмешалась принцесса. – Не беспокойтесь, это не доставит проблем. Кроме того, это ваш шанс повстречать… думаю, всех. Вряд ли вы сможете меня охранять, не зная пони города, так?

О, понял я, вот оно. Очарование старого доброго Флеша уже творит чудеса, и принцесса Твайлайт уже ищет оправдания побыть со мной. Кажется, информация Бон-Бон о предпочтениях принцессы была верной. В первый раз с тех пор, как Кэррот Топ втянула меня в эту безумную авантюру, мне начало казаться, что дело может выгореть. Все, что мне нужно – стоять рядом с принцессой и выглядеть ради нее красиво, отвлекая ее достаточно, чтобы остальные провернули свои части плана. А как только я наложу копыта на бочку Шато де Шеваль, то успокою принцессу какой-нибудь благородной чепухой о том, как меня разрывает между любовью и долгом, и меня тихонько переведут на службу куда-нибудь, кроме Северного Як-якистана. Легкотня.

Мне так казалось.

* * *

Хоть в Замке Дружбы и не хватало охраны и прислуги, кладовые у него были заполнены отменно. За час Пинки Пай выдала ошеломляющий набор закусок, не говоря уже о хорошо наполненном баре. И это еще до украшений, приглашений, звуковой системы – я видал военные операции, которые проводились с меньшей скрупулезностью.

Пока Пинки выкладывала свои планы, я замечал и влияние Бон-Бон. Музыкой заведовала никто иная, как Винил Скрэтч (с помощью, честно говоря, до смешного здоровенного набора оборудования). И где-то в процессе беготни мне послышалось, как Дитзи Ду чирикнула «Спецдоставка!», а принцесса махнула ей убрать посылку куда-нибудь из-под ног.

К вечеру в центральном бальном зале Замка собрался весь Понивилль, смеясь, выпивая и танцуя. Он был настолько тихим маленьким поселком, что его обитатели, несомненно, хватались за любой повод устроить вечеринку и развеяться от монотонных крестьянских будней. Помимо пары слов и нескольких вежливых копытопожатий, большинство жителей не обращало на меня никакого внимания. Хоть для моего эго это было и не особенно приятно, но давало возможность исполнять мою «миссию». Даже такой очаровательный красавчик как я не сможет соблазнить принцессу, если под ногами будут мешаться подхалимы и поклонники.

Должен сказать, просто мне не было. Понятное дело, принцесса Твайлайт была популярнее меня, из-за чего рядом с ней всегда были две-три фрейлины, варьирующиеся от элегантной единорожки с безупречно уложенной гривой до крепкой земной пони в ковпоньской шляпе, из которой вышел бы телохранитель получше меня. Но я был терпелив и вскоре подруги принцессы оставили ее одну ненадолго. Тут-то я и обрушился на нее. Буквально.

Я поднялся в воздух, подхватил из бара два бокала шампанского и приземлился у принцессы.

— Флеш! – воскликнула она и прикрыла рот копытом. – То есть, эм, рада видеть вас, лейтенант.

Принцесса носила простое желтое платье консервативного пошива – больше подходящее, честно говоря, школьной учительнице, а не монаршей особе[7].

— А я рад быть тут, — ответил я, протянув бокал игристого принцессе. – Понивилль – такое интересное место, — солгал я.

— Правда? Когда принцесса Селестия отправила меня сюда, мне казалось, он будет суперскучным в сравнении с Кантерлотом, но здесь я повстречала лучших в жизни друзей! Ну и, знаете, все это «спасение мира», и становление принцессой… — она чуть пошелестела крыльями и снова прижала их к бокам.

— Кажется, вы были очень заняты.

— О, конечно! Как говорится, праздные копыта – игрушка Дискорда. Что, эм, может быть буквальной правдой, потому что однажды Дискорд… — ну, это несколько жестоко – но теперь все в порядке, потому что это в прошлом и Дискорд теперь наш друг. Вроде бы. Помимо момента, когда он притащил слиземонстра на Гранд Галлопинг Гала, он вел себя хорошо. Преимущественно.

— Конечно, — я замолчал и посмотрел через плечо. – Вы же, эм, не приглашали Дискорда, так?

— Нет, — облегченно вздохнула Твайлайт. – Он в отпуске, так что все должно быть тихо и мирно. По меньшей мере, насколько все тихо и мирно может быть в Понивилле. Иногда кажется, что тут каждую неделю новая беда – то чудовище выбирается из Вечнодикого, то является какая-нибудь злой волшебник или волшебница, то кто-то играет с древней и непредсказуемой магией… последнее, эм, я и сама разок-другой устраивала. Вроде того, когда я экспериментировала с магией времени, но все закончилось хорошо, потому что я создала причинно-следственную петлю, а не совершенно новый временной поток и… — ее ушки чуть прижались, когда ее настигло понимание. – Я совсем вас заболтала, да?

— Все в порядке, — солгал я. Только опыт многих лет блефа позволил мне не изменить выражения лица. Пока принцесса Твайлайт описывала странные и загадочные кошмары, на которые был богат тихий Понивилль, мои внутренности скручивались от нелегкого понимания. Неудивительно, что принцесса Селестия прислала сюда свою лучшую ученицу – этот городок был гиблым местом, и той, на ком все тут держалось в норме, была маленькая фиолетовая кобылка неописуемой магической мощи.

И, теперь, ее «телохранителе».

И прямо в тот момент я пришел к логическому выводу. Мне нужно очаровать принцессу Твайлайт как можно быстрее, чтобы план Бон-Бон развивался как можно быстрее, чтобы я мог свалить из Понивилля как можно быстрее. Если повезет, можно будет обернуться до следующей катастрофы и мне не придется защищать принцессу Твайлайт от буйствующего демогоргона или чего там будет. Настало время действовать решительно.

— Принцесса Твайлайт, могу ли я пригласить вас на танец?

Щечки принцессы вспыхнули, как будто кто-то повернул выключатель. Она секунду смотрела на копыта, а потом подняла взгляд на меня.

— С… с удовольствием, лейтенант.

Я галантно протянул ей копыто, и мы пошли на танцпол. По пути мы прошли мимо стайки подруг принцессы – они восхищенно смотрели на нас и о чем-то перешептывались. Их я проигнорировал, сосредоточившись исключительно на принцессе.

Винил помахала мне с вершины своей звуковой крепости и поставила новую запись. Динамики тут же начали извергать нечто быстрое, звучащее, будто синтезатор сбросили с лестницы.

— О, я знаю эту мелодию! – застенчивость принцессы Твайлайт сменилась девичьим энтузиазмом, когда по залу разнесся крушащий уши ритм.

А потом она попыталась меня убить.

Не нарочно, уверяю. Но аритмичные метания, которые устроила принцесса, стали для меня пугающим опытом. На секунду мне показалось, что у нее припадок, потому что она махала ногами во все стороны. Пока она «танцевала», ее глаза были закрыты, и мне приходилось уворачиваться, как мастеру копытопашной, чтобы не получить копытом в голову. Хуже всего, я не мог поступить с принцессой так же, как поступал с любым другим бойцом до того – то есть, сбежать от нее. Весь танцпол очистился за мгновенье, и толпа смотрела на нас с теоретически безопасного расстояния. Я знал, что слухи пойдут даже в такой глуши, как Понивилль, если я совершу что-то настолько грубое, как попытаюсь сбежать от принцессы. Сверх того, я не желал объяснять Кэррот Топ, как я умудрился завалить «простую» часть плана. После мучительно неопределенного периода времени музыка стала утихать – а вместе с ней эпилептические метания принцессы Твайлайт[8].

— Уф! – бока принцессы поднимались и опадали. – А это выматывает.

— И не говорите, — ответил я, стирая холодный пот со лба.

К ее чести, Винил должно быть заметила мои муки и сменила трек, поставив гораздо более медленную и цивилизованную струнную музыку. Я насторожился, уловив знакомые звуки – да, теперь было лучше.

— Принцесса, вам не знаком Крылатый Вальс, так?

И снова застенчивый девичий румянец.

— Нет, — тихонько ответила она.

— Тогда, — одарил я принцессу еще одной лихой улыбкой. – Я мог бы вас научить.

— С радостью.

— Повторяйте за мной.

Есть старая поговорка о вальсе – четверо становятся тремя, чтобы двое могли стать одним. Вальс – самый романтичный из танцев, а если один из танцоров имеет крылья (обычно ведущий), то появляется возможность буквально танцевать в воздухе. Кроме того, хороший вальс (как воздушный, так и обычный) не только дает парочке оправдание на близость, но и достаточно благороден, чтобы никто не обращал внимание на случайно сползшее копыто. Не подумайте, мои копыта были на месте. На виду всего Понивилля я вел себя, как образцовый джентльпони.

Тем не менее, Принцесса Твайлайт обняла меня сильнее.

Вальс утих, и я отпустил принцессу обратно на землю. Она распушила крылья и отступила назад, внезапно осознав, насколько близко друг к другу мы были.

— Так… это и был Крылатый Вальс? – ее голос слегка дрожал.

— Да, — ответил я. Наши взгляды встретились, породив один из тех волшебных моментов…

— УРА, ТВАЙЛАЙТ! ДАВАЙ! – прокричала розовая устроительница вечеринки с другого конца танцпола.

— Пинки! – ахнула принцесса. Она прикрыла лицо копытом и посмотрела на меня умоляюще и извиняясь. – Прошу прощения, Флеш – мои подруги иногда могут быть немного слишком поддерживающими.

— Все хорошо, — ответил я. Краем глаза я заметил, как одна из подруг принцессы упала в обморок от смущения, а три других набросились на розовую и утащили подальше, пока она не продолжила «поддерживать». – Но может мы продолжим разговор там, где будет поспокойнее?

— Спокойнее. Хорошо, — решительно кивнула принцесса. – Я как раз знаю такое местечко.

Ее рог засветился, и прежде, чем я успел возразить, весь мир мигнул. Я инстинктивно прикрыл глаза копытом от магической вспышки, и когда мое зрение прояснилось, танцпола (и всех на нем) не было. Но принцесса Твайлайт все же была тут и улыбалась.

— Это самое тихое место, которое я смогла вспомнить.

Я посмотрел через плечо принцессы и увидел вокруг книжные полки. По крайней мере, скорее всего это были они – сложно сказать, когда комната кружится и шатается.

— Библиотека? – несколько оглушенно спросил я.

— Моя Библиотека, — с немалой гордостью ответила принцесса. – Самое обширное собрание книг по магии вне Кантерлота. Да и другие темы не забыты. Показать?

— Если угодно, — я сделал шаг следом и тут же упал.

— Ой! – принцесса тут же начала суетиться вокруг. – Извините! Я забыла, насколько может дезориентировать телепортация того, кто подвергается ей в первый раз. Проход через прокол в складке пространства-времени может сделать многое с внутренним ухом, если не ожидаешь этого.

— Бывало и хуже, — это была, возможно, самая правдивая вещь, что я когда-либо говорил принцессе Твайлайт.

— Извините! – принцесса нервно переминалась с ноги на ногу. – Я виновата – не стоило телепортировать вас без спросу! Не… не слишком самоуверенно телепортироваться на первом свидании?

— Не знаю, — ответил я, таки поднявшись на ноги.

— О. Так… вы тоже никогда не были на свиданиях раньше?

— Я… что?

— Все хорошо! Я знаю, каково быть настолько занятым, что нет возможности пройти определенные общественные вехи в традиционно приемлемые периоды. То есть, у кого есть время на свидания, когда надо спасать мир, да? Хотя, эм, я технически была на свидании раньше, но тогда была проблема с запутавшейся чародейкой, которая превратила себя в демоницу, но под конец все закончилось хорошо. Кроме свидания. Но сейчас мы тут! И, эм… это напомнило мне кое-что.

— О? – ответил я, почти очухавшись от пост-телепортационной мути.

— Флеш, могу я задать вам вопрос? То есть, ой, ха-ха, я уже это сделала, но могу задать другой? Или несколько, на самом деле?

— Конечно же.

— Не беспокойтесь! Я не стану спрашивать ничего слишком личного! То есть, мы же только встретились! Ну, за исключением момента, когда мы буквально столкнулись друг с другом в Кристальной Империи, но это не важно, потому что я постоянно натыкаюсь на пони. Думаю, мне стоит смотреть, куда иду, так?

— Да.

— Но, эм. Вопрос! Это… Флеш, вы случаем не играете на гитаре, так?

Я моргнул и покачал головой.

— Не, вряд ли.

— О, хорошо. И, думаю, машины у вас тоже нет?

— Машины? В смысле, паровой машины, паровоза? Не на жалование Гвардейца.

— Ой, — приложила Твайлайт копыто к лицу. – Конечно, техно-лингвистический контекст тут совсем другой, и… — она глубоко вздохнула и посмотрела на меня. – Как хорошо вы знаете физику пространств?

Она наклонилась поближе ко мне, и я понял, что научный вопрос – единственный, который она смогла найти для поддержания разговора.

— Никогда особенно не интересовался. Несколько не тот склад мышления для магии.

— Хооо-рошо, — почесала затылок принцесса Твайлайт. – Что, если бы я сказала, что есть другой мир с другим вами там, и я бывала в том мире и, вроде бы, встречалась с тем вами, но потом мне пришлось вернуться, и тут же повстречать вас местного? То есть, вы совершенно иная личность, но вы все же Флеш Сентри, просто немного… другой, понимаете?

— Принцесса, — медленно произнес я. – Сколько вы уже выпили шампанского?

— Совсем немного! Но в контексте это имеет смысл, уверяю!

— Поверить на слово?

— Мне не стоило говорить вам, — принцесса Твайлайт вся поникла. – То есть… вы определенно не Флеш Сентри – или, не Флеш Сентри, которого я повстречала и танцевала и, технически, с которым была на свидании в другом мире. Но вы выглядите, как он, говорите, как он, и… и… это требует дальнейших исследований.

Принцесса обернулась к книжным полкам, но я остановил ее, коснувшись плеча.

— Подождите, — сказал я мягко, но строго. – Я знаю, я не… другой пони из того, иного мира.

И хорошо – если бы существовал другой Флеш Сентри, то он был бы таким же пройдохой и подлецом, как я.

— Но какое в этом дело? – продолжил я. – Вы тут, я тут… почему бы всему не развиваться без спешки? Познакомимся лучше, попробуем наслаждаться компанией друг друга и так далее?

Принцесса Твайлайт обернулась ко мне с нервной, но искренней улыбкой.

— Вы правы. Нехорошо сравнивать вас с другой версией вас, о которой вы до этого и не знали. Но… я бы хотела узнать Флеша из этого мира получше, если вы не против?

— Не желаю ничего большего, принцесса.

— Прошу, зовите меня Твайлайт, — принцесса улыбнулась, а потом в монументальном приступе отваги бедная кобылка закрыла глаза, вытянула губы и быстро, легко поцеловала меня в щеку. Все было так быстро, что я едва почувствовал касание.

И тут принцесса начала мерцать.

## Глава 5. Преступное намерение

— Да! – воскликнула принцесса Твайлайт и сделала шаг назад – только чтобы удивленно и извиняясь посмотреть на меня. – То есть – нет! То есть… ух, это сложно, но не могли бы вы помочь мне снять это платье?

— Простите? – в нормальных обстоятельствах на такие слова я надеялся (скорее, ожидал) услышать от красивой кобылы, настолько явно пораженной моей красотой. Но стоя в библиотеке принцессы Твайлайт я уже чувствовал, как в мои кости вгрызается суровая як-якистанская зима. Поэтому я сделал первое, о чем мог подумать – солгал. Отчаянно. – Прошу прощения, принцесса, но я вырос в несколько… консервативной семье. Хоть вы и прекрасная кобыла, может не стоит настолько ускорять ход событий?

— Нет времени! – ответила принцесса Твайлайт и тут же задрала юбку до совершенно неприличного уровня, обернулась и посмотрела на свой круп. Который, должен сказать, мерцал, так как ее метка вела себя как огоньки, которые теперь вешают на елки на День Согревающего Очага. – Это карта! Я так и знала!

— Что? – в недоумении моргнул я.

— Я покажу! – рог принцессы снова засиял, и прежде, чем я успел запротестовать, была еще одна ослепительная вспышка и выворачивающее наизнанку ощущение перемещения из одного места в другое. Второй телепорт был хуже первого – когда мы проявились, меня оглушило и я упал в кресло с высокой спинкой, на которой, по какой-то причине были изображены яблоки. Когда мое зрение очистилось, мне показалось, что принцесса Твайлайт перенесла нас в Клаудсдейл – передо мной была почти вся Эквестрия в миниатюре. Через какое-то время я смог сообразить, что мы не в Клаудсдейле (отсутствие других пегасов и тепло были самыми явными показателями). Это был большой круглый стол в центре комнаты, на котором была невероятно детально изображена Эквестрия в миниатюре.

На другом конце стола над миниатюрной (но все равно пугающе иззубренной) черной горой настойчиво мерцала метка принцессы Твайлайт. Вскоре рядом появилась грубое мигающее изображение зелено-фиолетовой головы дракона, и принцесса ахнула.

— Спайк! – воскликнула она, и будьте уверены, он тут же объявился, топоча короткими ножками. И, конечно, его гребни мерцали в том же ритме, что зад принцессы. Как только появился дракончик, я начал продумывать совершенно разумное и ни капли не возмутительное объяснение, почему платье принцессы Твайлайт в таком беспорядке, и почему у меня такое ошеломленное лицо. К счастью, Спайк полностью отвлекся на мерцание карты, чтобы обратить внимание, насколько недостойно выглядели принцесса и я.

— Я бежал со всех ног! – пыхтя, произнес Спайк. Он схватился маленькими когтями за край стола и привстал на цыпочки, чтобы лучше ее осмотреть. – Мы отправляемся туда, куда, мне кажется, мы отправляемся?

— Именно, Спайк! Мы едем в Драконьи Земли! Подготовь наш воздушный шар, а я возьму в библиотеке несколько книг, которые могут быть полезны, — пропала краснеющая, влюбленная кобылка, которая целовала меня лишь несколько минут назад – ее сменила юная, но решительная принцесса буквально в своей стихии. – Встретимся в главном зале!

— Понял! – ответил Спайк и умчался туда, откуда пришел.

— Э, принцесса? – подал голос я. – А… что произошло?

— Флеш! Ой! – принцесса развернулась ко мне. – Простите, я почти позабыла о вас. Потанцевать и поговорить было приятно, и нам стоит повторить как-нибудь потом. Но вы знаете, как говорят: «Проблемы Дружбы никого не ждут». То есть, я так говорю, но все же. Что-то очень важное происходит в Драконьих Землях, и как Принцесса Дружбы я обязана это узнать. Вы можете вернуться на вечеринку, если хотите. Но, эм, простите – мне нужно в библиотеку. Время уходит!

С этими словами принцесса исчезла во вспышке магии – на этот раз, к счастью, не утащив с собой меня. Я немного постоял там, одуревший от столь внезапного поворота. Проведя рядом с принцессой Твайлайт совсем немного времени, я выяснил одну вещь – выматывает даже быть просто рядом с ней. Неудивительно, что во дворце не было никакого персонала – невозможно поддерживать определенный порядок, если в него постоянно вмешивается судьба, нападения чудовищ и все такое. Запах озона все еще висел в воздухе, и я пришел к вполне очевидному выводу.

Мне надо выпить.

Я покинул комнату со столом и пошел обратно в бальный зал. Дворца я не знал, но было достаточно идти на звуки музыки и смеха. Кажется, праздник продолжался даже в мое (и принцессы) отсутствие. Но вряд ли в Понивилле было еще чем заняться.

— Как все прошло? – Кэррот Топ выскочила из-за колонны и пристроилась на шаг позади меня.

Я подавил вскрик и вымученно улыбнулся.

— О, эм. Достаточно хорошо?

Кэррот изогнула бровь.

— То есть, я принцессе кажется… нравлюсь. Но, эм, тебе стоит знать, что времени на, эм, прогресс не было, если ты понимаешь, о чем я. Принцесса Твайлайт – достойная дама, знаешь ли, и предпочитает не торопиться. А потом она вдруг начала сиять, случилось что-то, названное «Проблемой Дружбы», ну и вот.

— Сиять, — произнесла Кэррот Топ.

— Ты же знаешь, я не стану лгать тебе.

Кэррот мягко рассмеялась и похлопала меня по плечу.

— Нет, я тебе верю. Если принцесса Твайлайт сияет, то это означает, все идет по плану.

— Что? Как?

— Все просто. Принцесса Твайлайт, как Принцесса Дружбы, обязана решать проблемы дружбы. Карта Дружбы, в свою очередь, показывает ей, где эти проблемы.

— Так вы использовали свои навыки шпионов, чтобы заманить на Спайтспайр двух лучших друзей и заставили их орать друг на друга достаточно сильно, чтобы зад принцессы Твайлайт засиял?

— Мы думали об этом, но нет. Подход был… более прям.

— Прям? То есть…

— Правильно, — ухмыльнулась Кэррот. – Мы взломали Карту Дружбы.

* * *

К этому моменту, дорогие читатели, вы должны были уловить склонность Флеша Сентри к преувеличению, если не гиперболе (как в абзаце о моих способностях к танцу, например). На самом деле, хороший эпитет для мемуаров Флеша – «надежно ненадежные». Даже помня об этом мне показалось необходимым дать важный контекст.

Карта Дружбы это невероятно сложный и мощный магический артефакт – я не стану описывать в деталях ее устройство (хотя заинтересованные читатели могут обратиться к многим моим книгам на эту тему, например О Дружбе), но должно быть понятно, что нельзя просто так взять и «взломать» ее. Учитывая полную неосведомленность (и отсутствие интереса) у Флеша к высшей магии, неудивительно, что он не углубляется в конкретные детали, необходимые для научного анализа.

Но учитывая приведенную тут обрывочную информацию, самый логичный вывод, какой можно сделать – Кэррот Топ и компания не «взломали» Карту Дружбы, а заменили ее эффект детальной и вовремя наложенной иллюзией[9].

* * *

— О, это хорошо, — ответил я. – А дальше что?

— А дальше мы только наблюдаем. Пойдем, — ответила она и привела меня в бальный зал.

Когда мы туда добрались, Винил уже переключилась на более мягкие мелодии, позволяя вечеринке утихнуть. Пони начали расходиться – в парах, поодиночке (несомненно, завидуя парам) или даже большими группами, смотря сколько нужно было пони, чтобы нести друзей, находящихся в состоянии нестояния. К счастью, никто не заметил моего возвращения в компании совсем другой кобылы.

Чинная, в целом, атмосфера была разрушена, конечно же, Твайлайт Спаркл. Хоть я знал ее едва несколько часов, мне уже удалось понять, что в ее случае термин «легковозбудимая» был преуменьшением.

Принцесса Твайлайт материализовалась в центре бального зала – мой живот сам по себе свернулся от напоминания о существовании магии телепортации. Но так как все смотрели на принцессу, моей зелени никто не заметил.

— Я должна сделать важное объявление! – принцесса поправила свои набитые книгами сумки и обернулась к редеющей толпе. – Мне не хочется оставлять вас так рано, но выяснилось, что я и Спайк должны позаботиться об очень важной проблеме дружбы.

И, знаете ли, оставшиеся в бальном зале пони зааплодировали. Понивилль – очень странное место, должен сказать.

— К сожалению, эта проблема – в Драконьих Землях, поэтому нам придется задержаться, чтобы все наладить.

— Твайлайт! – прибежал Спайк, выглядящий несколько нервно.

— Готов отправляться? – засияла принцесса.

— Нет! Мы не едем! Шар! – дракончик начал бегать кругами вокруг принцессы, махая лапками в воздухе. – Крысы или мыши или кто там еще – не оставили от шара и кусочка! Корзина, канаты, баллон – все изгрызено!

— Что? – ахнула принцесса. – Но… как? Погоди, нет, это не важно, я… аргх, Флаттершай! – крикнула она очень относительно властно. На нетвердых крыльях прилетела розовогривая пегаска.

— Да? – спросила Флаттершай.

— Можешь позаботиться об этих грызунах, пока меня не будет?

— О, конечно! Эти маленькие крыски, должно быть, не понимали, что наделали – им просто нужно грызть чего-нибудь, чтобы их крохотные резцы были острыми. Скорее всего, твой шар был очень хорош на вкус, и они не смогли устоять.

— Просто, эм, держи их подальше от библиотеки, пожалуйста.

— Поняла, — относительно твердо пробормотала пегаска.

— А теперь, Спайк, нам нужен другой способ добраться до Драконьих Земель – лететь будет очень далеко – и даже в этом случае я не смогла бы нести тебя и все нужные мне книги, — она нетерпеливо переступила с ноги на ногу. – Значит, придется писать принцессе Селестии и просить прислать воздушный корабль – или хотя бы пегасью колесницу – в определенное место встречи. Это может быть сложно и придется угадывать по времени, особенно так неожиданно, но я уверена, принцесса поймет, учитывая обстоятельства.

— Хорошо! – ответил Спайк. – Дай мне перо!

— А может, принцесса, есть и другой выход из вашего затруднительного положения? – Флим Флимфлэм выкатился из небольшого табунчика пони гладко, как на роликах.

— Например, если бы вдруг парочка недавно исправившихся мошенников решила помочь королевству! – Флэм Флимфлэм появился с противоположной стороны таким идеально схожим движением, о котором любой военный офицер (то есть, относящийся к службе серьезнее, чем я) мог только мечтать.

— Флим? Флэм? – огляделась принцесса, стоя между близнецами. – А вы что тут делаете?

— Вы пригласили весь город на свою вечеринку!

— И мы, хоть и не жители Понивилля, были поблизости.

— Посему, мой брат и я оказались приглашены!

— И это хорошо, так как братья Флимфлэм готовы помочь вам с вашей проблемой, как хорошие друзья!

К ее чести, принцесса Твайлайт смотрела на единорогов в шляпах с некоторым подозрением.

— Если у вас не спрятан где-то воздушный корабль, то я не знаю, что вы можете сделать.

— Воздушный корабль, говорит она! – воскликнул Флим.

— Спрятан где-то, говорит она! – присоединился Флэм.

— Принцесса, боюсь, вы правы только наполовину. Хоть у меня и брата есть воздушный корабль, он, определеннейше, не спрятан!

— Зачем же его прятать? Добрый корабль Партнер – лучший воздушный корабль, когда-либо крутивший пропеллер!

— Конечно – он летит быстро, как ветер, и гладко, как облака!

— И он пришвартован прямо снаружи! – рог Флэма засиял, и он откинул занавески, чтобы показать изящный (и свежеокрашенный) воздушный катер.

— Идеально! – произнес Спайк.

— И… поразительно вовремя, — пробормотала принцесса.

— Это судьба, принцесса! – прозвенел Флэм. – Видите ли, мой брат и я готовим новую творческую идею – «Музыка над Эквестрией».

Он охватил плечи принцессы одной ногой, а другой широко махнул перед собой.

Флим отзеркалил его движение, повиснув на другом плече принцессы Твайлайт.

— Все просто! Мы собираем некоторых лучших музыкантов Эквестрии – вроде понивилльских Лиры и Октавии – и отправляемся в тур в далекие земли, распространять идеи дружбы, магии и тому подобных хороших штук.

— И так уж случилось, наш маршрут проходит достаточно близко к Драконьим Землям, — сказал Флим. – И нас нисколько не побеспокоит доставить вас, куда нужно!

— И так уж случилось, на Партнере как раз достаточно места для вас, дракона и телохранителя, — отметил Флэм.

Принцесса моргнула и вывернулась из объятий братьев.

— Ой! Это, конечно, очень приятно с вашей стороны, но я не уверена, что это необходимо… — не могу сказать, она имела ввиду корабль или мое присутствие на нем.

Кэррот Топ не слишком тихо меня пихнула, и я дернулся, осознавая роль, которую мне необходимо играть. Я кашлянул, сделал солдатскую рожу и шагнул вперед.

— Боюсь, принцесса, я просто не могу позволить вам отправиться в Земли Драконов без сопровождения, — в обычных обстоятельствах с сама идея отправиться к драконам вызвала бы у меня дрожь в коленях, но цена за не-сопровождение принцессы была еще страшнее.

— Без сопровождения? – принцесса Твайлайт покачала головой. – Я могу и сама справиться, спасибо большое.

— Не сомневаюсь в этом, принцесса Твайлайт – но как у вас есть долг пред Картой Дружбы, так и у меня есть присяга, которой должен придерживаться, — полная чушь, но у меня немалый опыт выпячивания себя и изображения благородства. И затем, просто чтобы подвести черту, я позволил себе слегка шутливую улыбку. – Кроме того, я бы предпочел лететь на корабле с вами, чем следовать за ним. Я потяну крыло к моменту, как мы доберемся в Драконовы Земли.

— Драконьи Земли, — принцесса покраснела, поправив меня – очарование старого доброго Флеша снова творило чудеса.

— Не суть.

— Ладно, хорошо. Не то, чтобы у меня было сейчас время спорить, — покачала головой принцесса. – Флим…

— Я Флэм.

— Прости, Флэм… сколько Партнеру понадобится времени для взлета?

— Мы можем быть в воздухе уже через час, принцесса!

— Что дает нам достаточно времени, чтобы собрать музыкантов и их оборудование, — добавил Флим. После чего поднес копыто ко рту и присвистнул. После этого сигнала Винил кивнула со своей башни и начала отключать кабеля и паковать проигрыватели, окончательно указывая на завершение вечеринки. – Что скажете, принцесса? Готовы лететь с Флимфлэмами или сначала споем об этом песню?

— Нет – на песни нет времени, — ответила принцесса, и Флэм разочарованно заворчал, убирая банджо, которое он достал откуда-то. – Вы меня убедили! Так что вперед, собираться, пони – нас ждут Драконьи Земли!

Своим необузданным энтузиазмом (несомненно, подкрепленным одним-двумя бокалами шампанского) принцесса Твайлайт заставила казаться магически навязанное путешествие к потенциально активному вулкану, полному алчных драконов, почти что чем-то забавным.

Почти что.

## Глава 6. Мошеннические замыслы

На Партнере нашлось место для всех одиннадцати нас (то есть меня, Кэррот Топ, Бон-Бон, Лиры, Октавии, Винил Скрэтч, Флима, Флэма, Дитзи Ду, принцессы Твайлайт Спаркл и Спайка), хоть и едва-едва. Корабль летел с пристойной скоростью, и как только принцесса осознала, что не может сделать ничего, чтобы добраться до Драконьих Земель быстрее, она засела в своей каюте, изучая груды книг и карт, которые взяла с собой. По крайней мере, ее круп перестал сиять, что, как решил я, уже хорошо.

Большую часть времени я проводил на носу Партнера – частично ради ветра в перьях, частично потому, что там никто не мог споткнуться о меня. Кэррот Топ, видимо, пришла к тому же выводу, поэтому навещала меня на моем насесте относительно регулярно. И, кажется, бутылку яблочного бренди она принесла чисто из вежливости.

— Скажи-ка мне, — я огляделся, чтобы убедиться, что ни принцессы, ни ее дракона в пределах слышимости нет (их не было). – Какое у тебя прикрытие? Не похоже, что ты музыкант.

Кэррот глотнула бренди и откинулась на ограждения корабля.

— Я музыкант, на самом деле. То есть, я немного знаю скрипку, а остальное – изображу.

— Мисс Топ, это звучит подозрительно похоже на то, что сказал бы я. С кем поведешься, от того и наберешься? – я взял бутылку и тоже глотнул сладкий напиток.

— Не льсти себе, Сентри, — улыбнулась она.

— Кто-то должен это делать. Льстить мне, то есть.

— Нам есть, о чем беспокоиться и без того.

— И не напоминай, — простонал я. – Уверен, в любую минуту могут явиться…

— Драконы! – с баллона Партнера свалилась Дитзи. Я подумал, что благодаря смотрящим в разные стороны глазам из нее мог выйти хороший впередсмотрящий. – На десять часов!

— А ведь еще не полдень, — я, конечно, знаю терминологию, но некоторые шутки нельзя не рассказать.

Кэррот Топ оценила, закатив глаза, и поднялась.

— Я за принцессой! – и умчалась по палубе, нырнув в дверь, ведущую к каюте принцессы.

Когда она убежала, проявилась реальность ситуации (и сопутствующий кошмар). Сильный порыв ветра сотряс Партнера, и мне пришлось взмахнуть несколько раз крыльями, чтобы удержаться на месте. Солнце раннего полудня резко потускнело, когда над нами пролетела рептилия в полтора раза больше корабля. Тварь с синей чешуей взмахнула несколько раз крыльями и зависла перед нами. Откуда-то с корабля послышались испуганные крики, но в тот момент я мог слышать лишь свое ускорившееся сердцебиение – я все же оказался нос к носу со злобно выглядящим драконом.

— Пони? – верхняя губа изогнулась, явив ряд острых, как ножи, клыков. – Хорошо. Я как раз голодный.

Дракон расхохотался, как бетономешалка, полная гравия. Раздвоенный язык облизнул губы и пасть ужасающе широко раскрылась.

За мою карьеру меня пытался сожрать практически любой высший хищник, которого вы можете представить – от мантикор и морских змеев до иномировых чудовищ, у которых в именах больше знаков пунктуации, чем букв. Но не было ничего хуже, чем взгляд в глотку злого дракона. Там и рвущие плоть зубы, и капающие с них сгустки слюны. Но хуже всего, однако, то адское, пламенное сияние в глубине их глотки, подсвечивающее пасть и превращающее ее в самый злой в мире очаг. Драконы, наверное, единственные существа, которые готовят свою пищу после того, как ее съедят.

Этот вид способен поколебать даже самого стойкого пони, поэтому неудивительно, что я задрожал от ужаса. Фактически, я так содрогнулся, что выронил бутылку бренди. Она улетела и попала в пасть дракону. Стекло разбилось о зубы, высокоградусное пойло коснулось пламени и тут же вспыхнуло[10].

Глаза дракона расширились, и саламандра-переросток начала хрипеть, кашлять и хвататься за горло. Это определенно было улучшением, по сравнению с ситуацией «готов тебя сожрать».

— Не трогай его! – рядом со мной нарисовалась принцесса Твайлайт.

— Я в порядке, принцесса! – я успел взять дрожь под контроль как раз вовремя, чтобы выглядеть достаточно героически.

— Я обращалась к вам! – рыкнула принцесса достаточно сильно, чтобы я дернулся. – Как мне решать Проблему Дружбы, если вы будете драться с каждым драконом на пути?

— Я… что? – выдавил я.

— Извините, мне не стоило злиться, — вздохнула принцесса. – Вы просто меня защищаете… нужно это или нет. Но так мы далеко не уйдем. Согласно Кодексу Драконов, клан Синечешуйчатых традиционно охраняет границы Драконьих Земель уже тысячи лет.

— Согласно чему? – удивленно спросил я. Меня тут собиралась сожрать здоровая ящерица, а первое, что сделала принцесса – начала книги цитировать. Из-за такого подхода мне начало казаться, что болтаться рядом со Специальным Агентом Голден Харвест безопаснее. По крайней мере, она принесла мне выпивку.

— Чего. Тебе. Надо, — Синечешуйчатый, все еще испуская дым из уголков рта, навис над носом корабля.

— Привет! – радостно помахала ему принцесса. – Мое имя Твайлайт Спаркл, и я с друзьями на важной Миссии Дружбы. Прошу прощения за непонимание… и, эм, поджигание, но важно то, чтобы мы просто сели и поговорили, как цивилизованные существа.

— Говори, — пророкотал дракон.

— Я знаю, это достаточно беспрецедентно, — принцесса была либо невероятно храбра, либо неописуемо наивна. – Но древний закон драконов гласит, что любой дракон может войти в Драконьи Земли в сопровождении… эм, своей свиты. И так уж случилось, что на Миссии Дружбы есть и дракон!

— Привет! Я – Спайк! – маленький дракон вышел из-за принцессы (нос корабля стал очень тесным) и выпятил грудь. – Вы могли слышать обо мне? Я друг Повелительницы Драконов Эмбер, знаете ли. Вроде как важная персона.

— Эмбер? – фыркнул Синечешуйчатый и снова грохочуще расхохотался. – Если ты думаешь, что это имя тут что-то значит, то ты в пролете, козявка. Спайтспайр в ту сторону.

С последним, саркастическим клубом дыма дракон развернулся в воздухе и улетел.

— Видите? – принцесса Твайлайт развернулась ко мне со слишком гордой улыбкой. – Уже прогресс! Не стоит недооценивать дипломатию.

* * *

Пока мы приближались к Спайтспайру посмотреть на нас подлетали и другие драконы, каждый – страшнее предыдущего. Но держались они на расстоянии, несмотря на (или, наоборот, из-за) радостные приветствия Спайка и принцессы Твайлайт.

Сам Спайтспайр был удивительно похож на любой маленький городок Эквестрии – только с драконами вместо пони и с резким запахом в воздухе. Когда Партнер пошел на посадку, стали видны магазины и дома (или их драконьи аналоги). Между ними своими делами занимались драконы всех цветов и размеров – напоминало Мейнхеттен в час пик, только было чуть больше рычания. И, будьте уверены, над всем этим возвышалась иззубренная масса черного гранита, из трещин в которой поднимались тонкие столбы дыма.

Партнер сел на окраине города, и Кэррот Топ с Бон-Бон пришвартовали его. Когда они закончили, к нам уже приблизилось несколько драконов с выражениями на лицах, варьирующимися от любопытства до осторожности.

Мне вдруг подумалось – а как назвать несколько драконов? Толпа? Орда? Гурьба?[11]

Каким бы ни был правильный термин, я решил, что мне это не нравится. Даже одного дракона было достаточно, чтобы перепугать меня, а вид такого их количества, шипящих, фыркающих и качающих змеиными шеями, пробуждал к жизни инстинкт улететь. Я этого не сделал – и не мог, к слову. Конечно, Кэррот Топ знала, насколько раздута моя героическая репутация, но другие пони (особенно принцесса Твайлайт) — нет. Поэтому я мог лишь стоять и мрачно смотреть на глазеющую на нас дюжину тонн огнедышащих рептилий.

— Привет! – принцесса спустилась по трапу, приветливая, царственная и всяким прочим образом слишком приятная для окружающей обстановки. – Я – принцесса Твайлайт Спаркл и для меня честь посетить Спайтспайр. Я и мои друзья присланы сюда с очень важной Миссией Дружбы, и я хочу стать другом всем и каждому из вас.

Драконы не сказали ничего.

— Прошу прощения, принцесса… — Флим спустился по трапу и коснулся копытом плеча принцессы. – Можем ли мой брат и я предложить несколько… иной подход?

— Что вы задумали?

— Просто наслаждайтесь шоу. А мы позаботимся обо всем остальном, — подмигнул ей Флим.

— Драколеди и джентльдраконы! – прогремел голом Флэма из добытого откуда-то мегафона. – Уделите нам, пожалуйста, немного вашего внимания!

Флэм достал из шляпы другой мегафон.

— Мы прибыли из Эквестрии…

— Преодолевая бури!

— И чудовищ!

— И бортовое питание!

— И многие другие унижения и трудности, которые мы не станем упоминать из чувства хорошего вкуса!

— Все, чтобы прибыть сюда, в ваш… прекрасный город, ради вашего развлечения!

— Вам повезло, наши чешуйчатые друзья, ибо лучшие музыканты Эквестрии прибыли сюда, чтобы выступить пред вами! Смотрите! – Флим повернул рычаг и бок Партнера откинулся и развернулся в сцену с батареей колонок с каждой стороны.

— Во-первых, — продолжил Флим. – Она нежна, она мила, ее игра на скрипке небесно хороша! Это Кэррот Топ!

Прежде, чем я мог бы опротестовать все утверждения Флима (честно говоря, я не могу назвать пони, способную сломать шею подменышу голыми копытами «нежной»), Кэррот со скрипкой вышла на сцену. Характерно гладким движением она поднесла инструмент к плечу и коснулась смычком струн. Хоть я и не музыкант, но играла она пристойно.

Я заметил, как Винил коснулась некоторых кнопок на пульте до того и после того, как Кэррот начала играть. Неплохой трюк. Но несмотря на сомнительную аутентичность выступления, она, хотя бы, его изображала, когда огни подсветили ее пышную гриву под правильным углом так, чтобы она сияла, подобно дыханию драконов. Чуть позже Кэррот прекратила играть и коротко поклонилась не сильно впечатленным драконам.

— Но это не конец! – вновь взялся за мегафон Флэм. – Потому что с нами прибыла мисс Лира Хартстрингс – и звуки ее лиры коснутся струн ваших сердец!

Зеленая единорожка улыбнулась и извлекла несколько волнующих нот из своего инструмента (без «технического содействия» Винил Скрэтч, должен сказать). Ее мелодия была странно успокаивающей, но выступление, хоть и подлинное, смотреть было не так интересно. Фырчания и других проявлений эмоций со стороны драконов не было – фактически, они использовали этот более тихий момент, чтобы пошептаться между собой.

— И еще! – воскликнул Флим, видимо чувствуя понижение интереса толпы. – И, в качестве главного нашего исполнителя мы счастливы и горды представить величайшую виолончелистку – нет, величайшего музыканта нашего поколения, единственную и неповторимую Октавию Мелоди!

Октавия вышла на сцену и какая-то догадливая единорожка (кажется, Лира) догадалась прилевитировать ей стул, чтобы сесть. Виолончелистка заняла его и начала играть. Играла она с закрытыми глазами, доверившись лишь ощущениям копыт, порхающих по струнам. Будь я пони получше, я бы стал восхвалять непревзойденные навыки и таланты Октавии, как музыканта – но, честно говоря, в свои древние годы из музыки я могу вспомнить лишь похабные песенки. Тем не менее, того, что Октавия творила с виолончелью было достаточно, чтобы впечатлить даже драконов.

— Ты слышишь это, брат мой? – спросил Флэм. Несмотря на показную «беседу» между двумя братьями, они все еще орали в свои мегафоны.

— О да, определенно!

— Это я такой или это действительно поразительно?

— Ошеломляюще!

— Вдохновляюще!

— Но знаешь ли ты, в чем секрет? – спросил Флим, полностью игнорируя правдоподобие любых секретов, обсуждаемых громким криком.

— И что же это?

— Не только в том, что мисс Октавия – лучшая виолончелистка во всей Эквестрии! Она еще и играет на лучшем инструменте во всей Эквестрии!

— Ах! – ответил Флэм. – Ты же не говоришь о…

— Да! Именно об этом. Мисс Октавии достоин только лучший инструмент – то есть, Сталлионвари! И не просто какой-то Сталлионвари, дружище – мисс Октавия радует наши уши звуками Тайной Сталлионвари! Веками она считалась утерянной – но теперь этот бесценный инструмент занял свое законное место в достойных копытах мисс Октавии!

Если музыка Октавии и не привлекла внимания драконов, то вот это – определенно сработало. Когда она доиграла, все драконы восхищенно и сосредоточенно слушали – хотя что-то мне подсказывало, что их больше интересовал инструмент, чем пони. Были даже краткие, неуверенные аплодисменты, когда Октавия поклонилась и ушла со сцены.

— И это, друзья, только разогрев перед настоящим выступлением! – вернулся Флим к своему мегафону.

— Настоящее шоу состоится сегодня в восемь часов вечера! – сказал Флэм.

— Приходите, приходите все – и за скромную, невеликую цену в тридцать бит…

— …или их эквивалент в золоте, драгоценных камнях или чего у вас найдется…

— Вас ждет выдающееся эквестрийское представление!

— Количество билетов ограниченно, так что поспешите!

— Увидимся на шоу!

С этими словами Флимфлэмы сняли свои шляпы и поклонились – и будь я проклят, если бы не желал им поаплодировать. Эти двое были самыми бесстыжими шарлатанами, какие мне попадались, и я не мог этого не оценить. Родственные души и все такое.

Принцесса Твайлайт, в свою очередь, была менее впечатлена и отвела одного из братьев в сторонку.

— Флэм…

— Я Флим.

— О, извините, — произнесла Твайлайт, но через секунду извиняющийся тон вновь сменился праведным негодованием. – Флим, поверить не могу! Мы тут с важной Миссией Дружбы, а первое, что делаете вы с братом – пытаетесь продавать билеты?

— Пытаемся? Нет, мы не пытаемся продавать. Тут уже очередь! – он кивнул в сторону трапа, где, будьте уверены, Дитзи и Бон-Бон поставили стол и кассу, продавая билеты на вечернее выступление. – Но забудем о семантике, принцесса. Мы всего лишь помогаем вам с вашей Миссией. Если мы соберем толпу драконов в одном месте, то вам и вашему маленькому чешуйчатому помощнику будет проще найти и разобраться с проблемой!

— Это… почти хорошая идея, но не стоило брать за это деньги.

— Ах, я вынужден со всем почтением не согласиться! Хоть вы и я прибыли из Эквестрии, где всем известно, что лучшее в жизни бесплатно, Драконьи Земли, боюсь, не настолько просвещены. Более того, я слышал, алчность вплетена в саму их биологию!

— Инстинкт накопления несколько… уникальный фактор, да, — пробормотала принцесса Твайлайт.

— Именно! И потому мы вынуждены взимать плату, иначе драконы не заинтересуются! Более того, нам, наверное, придется брать за билеты больше, чтобы поддержать их интерес!

Я держал рот на замке и слушал, наслаждаясь видом мастера-лицемера за работой. Хорошо, что Флимфлэмы никогда не поступали на военную службу, иначе бы я был третьим самым награждённым подлецом в Королевской Гвардии.

— Это… имеет смысл, — ответила принцесса. – Но вам лучше забыть про всякие странные делишки, иначе…

Она замолчала, явно не привыкшая угрожать (подозреваю, у нее для этого есть брат). К счастью для принцессы, продолжать мысль ей не пришлось, потому что от стола к ней метнулась Дитзи Ду.

— Принцесса? – почтальонка посмотрела через плечо на толпу драконов, а потом обратно на принцессу. – Пришел дракон с посланием. Он говорит, что кто-то по имени Дрейк Даймондбэк желает встретиться с вами.

— Видите! – пропел Флим. – Мы только прибыли и уже заводим друзей. Я же говорил, что этот план сработает!

## Глава 7. Заговор

Посланником Дрейка Даймондбэка был самый ужасающий дракон, которого я видел, а это уже кое-что. Неисчислимые следы неведомых битв покрывали его зеленую чешую, и самым заметным из них была культя вместо левой лапы. Он компенсировал ее сверхмускулистой правой, сухожилия которой двигались под чешуей, как стальные канаты. Другие драконы держались от него подальше – несомненно из-за его злобных, мрачных взглядов и время от времени выпускаемого пламени. Длинное, змеиное тело посланника Даймондбэка было изогнуто буквой S, напоминая готовую к броску кобру.

— За мной, — прорычал однолапый дракон, и пошел обратно. Принцесса Твайлайт последовала за ним, а я со Спайком – следом. Остальная команда осталась на Партнере, погруженная во все более развивающуюся продажу билетов.

Я пытался – с невеликим успехом – не глазеть на странные пейзажи Спайтспайра. Одно дело – оказаться в другом городе, но совсем иное, когда этот другой город оказывается населен злобно выглядящими ящерами, часть которых была меньше Спайка, а еще часть – величиной с дом. Широкое разнообразие размеров порождало некоторые странные особенности архитектуры, когда меньшие драконы селились в чем-то, вроде скворечников на жилищах больших ящеров. Термин «дом» я тут применяю достаточно широко, конечно – большинство жителей Спайтспайра жили в грубых пещерах, выкопанных в вулканическом камне.

Самый большой тоннель вел к основанию Спайтспайра. Однолапый провел нас через него в пещеру, величиной со дворец, слегка освещаемую через кратер в потолке. И в ее центре был второй самый ужасающий дракон, каких я видел.

Дрейку Даймондбэку шло его имя – бесчисленные блестящие камни были вставлены в чешуйки его спины, сияя так, будто он надел созвездие. Он лежал на вершине обязательной груды золота и других богатств, обернув свое длинное тело вокруг него и удерживая каждую монетку на месте.

— Здравствуйте! Я Твайлайт Спаркл! – заговорила принцесса. – А это мои друзья Спайк и Флеш Сентри – и я рада встрече с вами, мистер Даймондбэк!

— Конечно, — ответил Даймондбэк холодным и культурным баритоном. – Надеюсь, Испепелятор[12] хорошо с вами обращался?

— Кто? – моргнула принцесса.

— Мой помощник, — рыкнул Даймондбэк и кивнул в сторону однолапого дракона, приведшего нас. – Он обходится недешево, но ни один дракон не работает так, как он. Даже если он становится… грубоват время от времени.

Губы Даймондбэка растянулись, показав пугающе зубастую улыбку.

— О, эм. Нет. Все было в порядке, — ответила принцесса.

— Понятно, — пробарабанил Даймондбэк когтями по груде золотых самородков. – И что же вас привело сюда из Эквестрии?

— Рада, что вы спросили! Я и Спайк прибыли в Драконьи Земли с Миссией Дружбы! Мы тут лишь чтобы помочь!

— Дружба, — ответил Даймондбэк. – Слышал. Она несколько… странна.

— Странна? – негодующе спросила принцесса.

— Это идея… слишком от млекопитающих, — ухмыльнулся Даймондбэк. – Боюсь, я не нахожу ее привлекательной. У меня нет друзей, принцесса. У меня есть вассалы.

Позади нас смутно одобрительно фыркнул Испепелятор.

— Это ужасно! – возразила принцесса. – В дружбе нет ничего «млекопитающего» — и Спайк тому живой пример!

— Ага! – ответил Спайк. – Я со всеми дружу! Даже с драконами! Я был даже Повелителем Драконов минут пять, пока не передал титул принцессе Эмбер!

В ответ на это Даймондбэк разразился смехом, и хохотал достаточно долго, чтобы я почувствовал, как смех отдается через пол пещеры.

— Ох. Ох. Спасибо, — Даймондбэк вытер крокодиловы (драконьи?) слезы из уголков глаз. – Я так уже век не смеялся.

— Эй! Я был серьезен!

— И потому это было так забавно, — его длинная шея согнулась, как стрела подъемного крана, чтобы посмотреть на Спайка и принцессу Твайлайт (я сам старался держаться на границах видимости, если понадобится быстро отступать). – Я слышал об Огненных Испытаниях. Но ты не обратил внимания, что все драконы там были мелочью, вроде тебя?

— Я… я думал, так всегда, — пробормотал Спайк и сделал шаг назад.

— Бедный малыш. Выращен млекопитающими, — принцесса Твайлайт нахмурилась, но Дрейк ее проигнорировал. – Ты не понимаешь. Власть Повелителя Драконов опирается на силу, а не «традицию». Торч именовался Повелителем Драконов, но для всех драконов старше нескольких веков он был посмешищем, на самом деле. Я мог бы сокрушить Торча – или даже Эмбер сейчас – века назад и захватить титул Повелителя Драконов. Но, — Даймондбэк поднял когтистый палец, чтобы подчеркнуть слова. – Я не хочу. Мне не нужно. Здесь у меня свое королевство – и более того, мне служит множество драконов-вассалов, которые делают меня все богаче.

— В жизни есть больше, чем золото и драгоценные камни, — ответила принцесса, исполненная характерной наивности.

— И вы абсолютно правы, — с зубастой улыбкой ответил Даймондбэк. – Я долго шел к пониманию этого, но со временем осознал, что любой идиот может выкопать камни из земли. Тогда я начал… коллекционировать. Со временем я стал требовать помощи от других драконов Спайтспайра. Я даю им золото, а они приносят мне сокровища.

С этими словами он сдвинулся, вытянувшись вдоль стен пещеры. Я не мог не заметить, что благодаря этому маневру он оказался четко между мной (а также принцессой и Спайком) и выходом. Несомненно, это было намеренно – хотя он выглядел больше заинтересованным в демонстрации своей добычи, нежели поедании нас.

В стене напротив входа были вырезаны ниши, скрытые поначалу тушей Даймондбэка. И как в музее, в каждой из них было какое-нибудь бесценное сокровище – вроде богато изукрашенной короны из платиновой проволоки размером для пони, или знаменитой виолончели Октавии, либо (что больше всего привлекло мое внимание) большой дубовой бочки с меткой Шато де Шеваль на ней.

С тяжестью в животе я осознавал, как страшно жаркая, сернистая атмосфера логова Даймондбэка влияет на старение вина (думаете, со всеми этими копаниями кто-то из драконов додумался соорудить толковый винный погреб?). Еще один пункт в длинном списке преступлений Даймондбэка, решил я.

Принцессу Твайлайт, однако, заинтересовал не самый впечатляющий образец. Он пролетела через пещеру и зависла перед побитым и помятым древним щитом – что-то такое можно найти на стене дома какого-нибудь провинциального помещика. Но принцесса смотрела на эту древнюю штуку взглядом, полным восхищения, обычно зарезервированным для книг (и вашего покорного слуги).

Она потянулась к щиту копытом, чтобы отдернуть его в последний момент.

— Это же…

— Нетитус, да, — довольно ответил Даймондбэк. – Он хорошо сохранился, не думаете?

— Но… как? Я думала, он давно утерян!

— Так и было, — хвост Даймондбэка развернулся, чтобы аккуратно провести кончиком по мятой поверхности щита. – Несколько столетий назад он был утерян в кораблекрушении. Но один морской змей мне задолжал услугу, и теперь он мой.

Даже принцесса Твайлайт уловила намек и убралась от щита.

— Да, эм, у вас очень впечатляющая коллекция, мистер Даймондбэк, но… зачем ее скрывать тут? То есть, почему бы не поместить ее в музей, чтобы все видели ее великолепие? Ваше имя могло быть даже размещено где-то на табличке для потомков.

— Потомство, — фыркнул Даймондбэк и выпустил тонкие струйки дыма из ноздрей. – Еще одна… концепция млекопитающих. «Потомство» — это еще одна смутно полезная идея, изобретенная краткоживущими, чтобы чувствовать себя лучше перед смертью. Когда срок жизни измеряется веками, то гораздо удобнее быть известным в настоящем, чем по какой-то табличке. Но вы из племени Селестии, так? – гигантский дракон изогнул шею, чтобы лучше видеть крылья принцессы. – Вы поймете меня через век-другой. Если доживете.

— Если я… — проговорила принцесса. – Это что, угроза?

Она уперлась копытами и ее рог слегка засиял. Понять не могу, как я не запаниковал. Очутиться посреди сражения между древним драконом и опасно храброй полубогиней – при всей моей изобильной трусости я даже и представить не мог настолько жуткой ситуации, пока не оказался прямо в ней.

Но все же, вместо того, чтобы дышать огнем или применить свои обнаженные зубы по назначению, Дрейк Даймондбэк только засмеялся.

Могло быть и хуже.

— А вы храбрее, чем я думал! – довольно прорычал Даймондбэк. – Хорошо! В будущем это вам пригодится. Но не стоит так напрягаться, принцесса, — махнул он своей когтистой лапой. – Теперь, поговорив с вами лицом к лицу я понял, что вы совершенно искренне относитесь к своей идее «дружбы». Это даже освежает – я думал, это попытка заслать млекопитающих шпионов в мои владения, но, кажется, вы действительно тут, чтобы просто «завести друзей» и не станете использовать это, как повод шпионить за мной. Можете идти – спойте песенку, «обнимитесь» или чем вы, теплокровные, ещё развлекаетесь. Пока это не помешает моим… текущим делам, мне все равно, что вы скажете или сделаете.

Дрейк Даймондбэк вновь свернулся на любимом месте вокруг сокровищ – прикрывая самое ценное своим телом, но открывая выход.

— Знаете, что, хорошо! – фыркнула принцесса Твайлайт. – Можете смеяться, но прежде, чем вы догадаетесь, я задружу вас так сильно, что вы и не узнаете, чего вас накрыло!

— Я весь дрожу, — Даймондбэк уложил голову на передние лапы и закрыл глаза. – Но пока можете быть свободны. Вам, кажется, еще надо подготовиться к вашему маленькому концерту вечером. Надеюсь увидеть вас там.

— Увидеть меня… что? – пробормотала принцесса. Но прежде, чем она успела возмутиться или задать еще вопросы, за нашими спинами прокашлялся Испепелятор. Я, будучи самым трусливым (а потому и разумным) пони там, намек понял и начал аккуратно подталкивать принцессу и Спайка к выходу. Это они поняли и немного спустя Испепелятор нас вывел.

— Итак, все прошло хорошо? – спросил я, когда мы оказались на достаточном расстоянии от логова Даймондбэка.

— С чего бы? – низко повесила голову Твайлайт. – Он над нами просто посмеялся!

— Но он нас и не сожрал. А вы не устроили международный скандал.

— А он прав, — вставил Спайк.

Принцесса Твайлайт уныло вздохнула, но все же смогла выдавить мне слабую улыбку.

— Спасибо, что поискали хорошие стороны. Но кажется, драконов невозможно сделать, ну, дружелюбными. Особенно если считать Дрейка Даймондбэка образцом.

— Может, потому-то ваш сияющий стол вас и отправил сюда? – сказал я. – То есть, по моему опыту, когда вас посылают сделать чего-то невозможное, то лишь потому, что этот кто-то о вас очень высокого мнения.

— А мы делали кучу невозможного, — сказал Спайк.

— Вы правы, — улыбка принцессы Твайлайт стала искреннее – даже ослепительной. – Когда что-то очень тяжело, надо лишь встряхнуться и постараться сильнее! Спасибо, что напомнили! А теперь пошли, нам предстоит завести друзей!

* * *

Перед концертом у сцены Партнера собралась удивительно большая толпа удивительно больших драконов. После встречи с Даймондбэком я понял, что они больше заинтересованы в виолончели Октавии, чем в исходящей из нее музыке. Принцесса Твайлайт пыталась поболтать с некоторыми рептилиями, но безуспешно. Как минимум, не было внезапных слезных объятий или признаний в дружбе. Лично я был доволен уже тем, что ни одна из рептилий не попыталась нас съесть. Но все же я отводил добрую принцессу от тех драконов, что выглядели более крупными и злобными – и от лейтенанта Даймондбэка в их числе.

Когда занавес раскрылся, принцесса сдалась. Мы улетели на Партнёра и нашли местечко для обзора на верхней палубе. Тень баллона скрывала нас, а мы четко видели все, что происходит за кулисами.

Три прожектора осветили Лиру, Октавию и Кэррот Топ. С инструментами и в бабочках, они больше выглядели готовыми к выступлению в Карнейги Холл, нежели в Драконьих Землях. Драконы немного ворчали и бормотали, но с первыми же звуками музыки затихли.

Как говорит пословица, музыка успокаивает любых тварей. Но, повстречав много, очень много свирепых тварей, я любому инструменту предпочту заряженный арбалет или хотя бы тяжелый камень. (Если, конечно, инструмент не будет достаточно прочен, чтобы его можно было использовать как дубину – фагот, например).

Но все же Лира и Октавия (и записи, которые Винил Скрэтч использовала, чтобы «помочь» выступить Кэррот) удерживали внимание воплощенной «сложной аудитории», исполняя одну классическую эквестрийскую мелодию за другой. И, что еще более впечатляет, они смогли заинтересовать меня.

Как достойный джентльпони, я посетил немало опер и концертов в Кантерлоте. И конечно, как достойный джентльпони, я был больше заинтересован в баре и/или милашках, которых приводил с собой. Но тогда на Партнере выпивки под копытом не было (кидать бренди в пасть дракона – не лучший ход), и я определенно не думал о поползновениях в сторону принцессы Твайлайт, так как не хотел морозить перья в Як-якистане.

Потому я перегнулся через ограждение и следил за выступлением Кэррот Топ.

Игра ее была такой же аутентичной, как мой героизм, что делало ее еще более впечатляющей. То есть, любой дурак может годами тренироваться, чтобы отточить навык, но чтобы так нескрываемо его подделывать – нужен особый талант. Я улыбнулся себе и добавил исполнение во все более длинный список секретов Кэррот Топ, в которые только мы двое и были посвящены. И, чисто с эстетической точки зрения, ее выступление было очень приятно посмотреть.

Свет прожекторов обратил ее лохматую рыжую гриву в пылающее золото, и даже на расстоянии я мог видеть движение ее мускулов, пока она водила смычком по струнам скрипки. Я провел взглядом по всей длине ее бока, отмечая, насколько точеная у нее фигурка, если внимательно присмотреться…

— Флеш? – принцесса толкнула меня в плечо, выбивая из раздумий. – Вы меня, вообще, слышите?

— А? То есть, да, — автоматически солгал я. – Но… только немного. Я отвлекся. На музыку. Вы понимаете.

— Ну, как я говорила… — Твайлайт Спаркл выпрямилась, как негодующий подросток. – Я заметила, как вы смотрите на Кэррот Топ.

— Заметили? – во рту у меня сразу пересохло.

— Это было крайне очевидно.

— Очевидно?

— Я просто посчитала, что вам стоит знать, что я подумала о том же.

— О то же? – очень тихо ответил я. Базовые, самые творческие части моего мозга тут же выдали кучу непристойных (и маловероятных) сценариев. К счастью, мое хорошо развитое чувство самосохранения не дало мне упомянуть любой из них.

— Да, — кивнула принцесса и обернулась к Кэррот Топ. – Она не играет на скрипке на самом деле. Смотрите – Винил Скрэтч касается рычажка или кнопки всякий раз, как Кэррот начинает соло. Вам не кажется это подозрительным?

— О, — ответил я. – Да. Это.

Я прижал крылья к бокам прежде, чем принцесса Твайлайт могла бы догадаться, о чем я думал на самом деле.

— Я… подозревал, но не хотел ничего говорить.

— Ммммм, — потерла она подбородок. – Вы не из Понивилля и не знаете Кэррот Топ так же хорошо, как я.

Я сумел не расхохотаться. Едва. Принцесса же продолжила.

— Я никогда не видела, как она играет на скрипке – да еще на уровне Лиры или Октавии. Что-то тут не сходится…

— Может… это боязнь сцены? – выдвинул я предположение и улыбнулся, несмотря на сосущее ощущение в животе. – То есть, она, наверное, не ожидала, что ее первое выступление будет перед толпой злобных драконов и… собственно, вот. Лучше уж выступить под фанеру, чем быть съеденной, так?

— Может быть, — протянула принцесса Твайлайт. – Просто я хотела бы, чтобы Кэррот Топ рассказала нам раньше. Может мы смогли бы сделать что-то? Думаю, стоит поговорить с ней потом.

— Честно, мне кажется, что будет только хуже, — ответил я, может быть слишком быстро. И тут меня настигла внезапная удача – я расслышал несколько нот, донесшихся со сцены. – Но неважно, по-настоящему Кэррот Топ играет или нет… она играет нашу музыку, принцесса.

— Она… ой, — ответила Твайлайт. – Это Крылатый Вальс?

— Да, — я обрушил на нее свою самую очаровательную, самую сокрушительную и отработанную улыбку. У нее не было шансов. И это еще до того, как я галантно протянул копыто. – Вы не против?

— Я… я думаю, это не повредит, — принцесса Твайлайт покраснела и смущенно отвернулась, позабыв все подозрения.

— Определенно не повредит, — ответил я и вскружил ей голову. Буквально.

С развёрнутыми крыльями мы парили в теплом воздухе, более-менее попадая в музыку. Я целенаправленно держал нас в тени баллона Партнера – последнее, что мне нужно, так это чтобы все Драконьи Земли сплетничали о том, кем очарована принцесса Твайлайт. Тартар, с моей удачей какой-нибудь слишком амбициозный дракон додумался бы похитить принцессу Твайлайт (драконы любят похищать принцесс и прятать их в свои замки, как я читал где-то) и все будут ожидать, что я ее спасу. И потому в тени было только двое нас – одно из моих передних копыт на талии принцессы, а другое переплетено с ее копытом. Ее тело было прижато к моему достаточно близко, чтобы я мог чувствовать ее ускорившееся сердцебиение – которое только стало быстрее, стоило ей провести своим копытом по моему плечу…

— Погодите! Стойте! – вдруг сказала она.

Быстро, как молния, я взмахнул крыльями и отпустил принцессу. Может я трус, подлец и потаскун, но будь я проклят, если хоть раз переступил границы с дамой. Не говоря уже об монарших особах, со старшими братьями и бессмертными наставниками, которые гонялись бы за моим крупом, даже подумай я о чем-нибудь неподобающем.

— Простите! – быстро заговорил я. – Я не думал ни о чем, эм, фамильярном…

— Да не это! – ответила она. – Смотрите!

С этими словами она как-то знакомо меня схватила и развернула. Одним копытом она указала вниз – где, будьте уверены, в тенистом закоулке Флим и Флэм что-то тайно обсуждали с драконом. И не каким-то, к вашему сведению – даже в тенях однолапую фигуру Испепелятора было ни с чем не перепутать. Пока все были увлечены концертом, там было идеальное место для тайной встречи – пока поблизости нет пони с крыльями и отсутствующим пониманием романтики.

— Шшшш! – произнесла принцесса мне на ухо и потянула вниз, отправившись расследовать. Я молчал и вскоре мы оказались за куском скалы в пределах слышимости.

— Я уверен, вы найдете наше предложение более, чем разумным, — произнес Флим (или Флэм?). я выглянул из-за камня как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из единорогов вынимает конверт из шляпы и передает его Испепелятору.

Однолапый дракон как-то сумел раскрыть конверт лишь одной лапой, и прочитав записку, тут же ее сжег. Когда пепел осыпался на землю, Флэм (или то был Флим?) протянул копыто.

— Так полагаю, это согласие?

Испепелятор только что-то проворчал.

— Чудесно! Передайте вашему нанимателю наши наилучшие пожелания.

С этими словами братья развернулись и пошли в одну сторону, а Испепелятор – в другую.

Принцесса Твайлайт лишь в ужасе смотрела.

— Я так и знала! – ахнула она и подтянула меня к себе поближе. – Флимфлэмы что-то задумали! Еще не знаю, чего, но явно что-то недоброе. Если этим двоим позволить творить, что захотят в Драконьих Землях, то все может закончиться международным скандалом… или хуже!

Она покачала головой, развернулась и посмотрела мне прямо в глаза.

— Мы должны остановить их, Флеш – даже если это будет последнее, что мы сделаем!

## Глава 8. Преступление

— У тебя была лишь одна задача.

Кэррот Топ мрачно смотрела на меня, говоря лишь настолько тихо, чтобы нас не услышали в нашем маленьком уголке в грузовом трюме Партнера. Она тыкала меня в грудь копытом, но я держался на ногах. Почти.

— Все, что тебе было нужно – отвлекать принцессу Твайлайт, и дать профессионалам сделать свою работу.

— Профессионалам, — сухо ответил я. – Ты доверила прикрывать свою спину почтальонке.

— Профессиональной почтальонке. И это гораздо больше, чем я могу сказать о тебе, — ее глаза расширились от внезапного, ужасающего понимания. – Погоди. Где сейчас принцесса?

— Она отправилась к Спайку – я сказал ей, что пошныряю вокруг и поразнюхаю еще чего-нибудь подозрительного. И… я это нашел, если подумать. Но что более важно, это дало мне шанс предупредить тебя, что принцесса влезла в ваш план.

— Наш план, — указала Кэррот. – Ты в этом так же глубоко, как и все мы, Сентри. Если принцесса надавит на Флимфлэмов, они сдадут всех и каждого, чтобы спасти свои крупы.

— Логично, — ответил я, сообразив, что на их месте поступил бы так же. Почти – я бы включил Кэррот Топ в любое алиби, какое смог бы придумать. Когда двое пони рассказывают схожие истории, то оправдания выглядят более правдоподобными. Основная задача – чтобы наши истории поддерживали друг друга.

— Именно поэтому так важно было держать принцессу Твайлайт… занятой.

— Проще сказать, чем сделать, — ответил я.- То есть, ты, вообще, с ней встречалась? Она же патологическая добродейка. Я, Тартар меня побери, мог на месте ей копыто и сердце предложить – но она все равно продолжала бы охотиться на Флимфлэмов, чтобы выяснить, что происходит.

— Тебе не стоит этого делать, — ответила Кэррот несколько быстровато. – Ты едва знаешь принцессу.

— Именно! – воздел я копыта в воздух. – Я же говорил, это была ужасная идея!

— План не был бы ужасен, если бы ты делал то, что должен, — возразила Кэррот. – От тебя лишь требовалось стоять рядом и выглядеть очаровательно, но ты и с этим не справился. Я знаю, как ты гонялся за юбками в Кантерлоте – чем принцесса Твайлайт тебе не такая?

— Да тем, что я не влюблен в нее, вот чем! – возразил я в ответ.

Одна из чудесных и ужасных особенностей эквестрийского языка (и крайне сложно передаваемая письменно) – то, как весь смысл предложения может измениться при вербальном подчеркивании одного слова при противопоставлении другому. В тот момент простого, почти неосознанного движения языка оказалось достаточно, чтобы между мной и Кэррот Топ воцарилось молчание, и мы стояли оглушенные применением одного-единственного слова.

— О, Сентри, — глаза Кэррот начали наполняться слезами (несомненно, из-за пыли в трюме). Но она улыбнулась и покачала головой. – Ты дурачок. У нас нет времени…

— Флеш? – копыта принцессы простучали по палубе сверху. – Где вы?

— Проклятье, — пробормотал я, на секунду поднял голову и обернулся к Кэррот…

…которая уже исчезла, тихо, как призрак. Едва успел заметить, как кончик рыжего хвоста исчезает за ящиками. Я хотел, было, последовать за ней – но задумался.

У меня же, в конце концов, была одна задача.

— Тут внизу! – ответил я и взмахнул крыльями, взлетая к люку в потолке. Немного потрудившись и покряхтев, я раскрыл его и вдохнул свежий ночной воздух. Я обнаружил, что смотрю снизу-вверх на принцессу и ее маленького дракона, которые, в свою очередь, с любопытством смотрели на меня. – Просто… искал контрабанду, — печально кивнул я. – Но ничего не нашел. Наверное, ее и нет.

— Идея хорошая, Флеш, но у Флимфлэмов, готова поклясться, где-то есть тайный отсек. И вы его не найдете, если не будете знать, где искать. Спайк, останься здесь и следи, чтобы не произошло ничего подозрительного.

— Понял! – быстро отсалютовал дракончик.

— А теперь пойдем, Флеш – время выдвигаться.

— Выдвигаться… куда конкретно? – спросил я, выбираясь из люка.

— Увидите! – ответила принцесса и вновь сияние ее рога стало предзнаменованием подчинения законов природы ее воле. Я сделал несколько шагов, весь шатающийся от телепорта. Принцесса Твайлайт без слов подставила удивительно крепкое плечо и улыбнулась мне. Я даже подумал, не намеренно ли она телепортировалась, чтобы иметь возможность прижаться ко мне[13].

Когда все встало на свои места, выяснилось, что мы у знакомого, но не слишком приятного места – у входа в пещеру, ведущую в логово Дрейка Даймондбэка.

— Я бы телепортировала нас ближе, но внутренности пещеры защищены от этого, — извиняясь, произнесла Твайлайт Спаркл. – Надеюсь, прочих защит будет достаточно, чтобы занять Флимфлэмов настолько, что мы успеем предупредить Дрейка Даймондбэка!

— Предупредить… о чем, конкретно? – ответил я. – То есть, вы предлагаете дело, принцесса, но не лучше ли разобраться, что именно, предположительно, задумали Флимфлэмы прежде, чем кидаться обвинениями?

— Это… логично, — согласилась она. – Простите, я просто немного возбуждена последнее время, и потому излишне… энергична.

Об этом стоило бы знать до того, как принцесса Твайлайт начала сводить законы физики к предположениям, но этого я не сказал.

— Все в порядке, — ответил я.

— А теперь мы… — принцесса моргнула и посмотрела на что-то за моим плечом. – Прячемся!

Я обернулся и увидел Флимфлэмов, идущих по извилистой дорожке к логову Даймондбэка.

Они тащили за собой тележку с каким-то длинным ящиком.

— Мы не можем позволить Флимфлэмам знать, что мы тут – пока что! – с этими словами принцесса скрылась за валуном. Я последовал за ней, но из-за размеров камня там было тесновато. Очень странное ощущение, должен вам сказать, когда один бок прижимается к грубому вулканическому камню, а о ребра другого трутся тартаровски мягкие перышки принцессы.

Тем временем мимо прошли Флим и Флэм. Они нас либо не заметили, либо были достаточно вежливы, чтобы не подать виду. Пока они шли мимо, мы слышали их разговор.

— Уверяю тебя, Флим, с этим делом будет справиться проще, чем кусок торта съесть.

— И это будет не просто кусок торта, Флэм, а еще и со скатертью и столовым серебром!

Они радостно расхохотались, только чтобы замолчать у входа в пещеру.

— Хорошо! А теперь сделай деловое лицо, брат мой, — сказал Флим (или Флэм). – Не нужно, чтобы кота в мешке обнаружили.

— Это не стоит и упоминать, брат мой. Мы же профессионалы, в конце концов!

Покончив с пикировкой, братья удивительно для них безмолвно вошли в пещеру.

— А теперь за ними! – сказала принцесса и едва не наступила мне на голову, неуклюже перебираясь через валун. – Мы возьмем их с поличным!

— Погодите! – прошипел я и метнулся вперед, хватая принцессу за талию и затаскивая обратно. – Мы не можем просто так ввалиться – они… они убегут, когда узнают, что мы по их души, и тогда вообще не разберемся, зачем они тут.

— Но у меня нет с собой компонентов для чар невидимости… — запротестовала принцесса.

— Тогда придется работать по старинке, — я улыбнулся особой, отработанной улыбкой, после которой пони считают, что я знаю, чего делаю, и поставил ее на ноги. – Делайте, как я.

Так как я трус, у меня огромный опыт в маскировке и прокрадывании – а еще ужасная удача, из-за которой мне эти навыки приходится использовать раз за разом. Я бы, конечно, предпочел уползать от пещеры Даймондбэка, а не в нее, но, как я уже говорил, удача не на моей стороне. Это, а также осознание того, что принцессу Твайлайт все равно не остановить, а если оставить ее одну, то будет только хуже.

И хорошо, что я умел ступать тихо и молчать, потому что принцесса точно этого не могла. Ее можно описать множеством прилагательных – дружелюбная, умная, энергичная, великодушная и так далее – но уж точно не скрытная. И не незаметная[14].

Принцесса наткнулась и наступила, наверное, на каждый камушек и впадинку в полу пещеры. Я морщился всякий раз и всякий же раз ожидал протока пламени навстречу – но обошлось.

Нашим спасением, как я вскоре понял, были Флимфлэмы. Их болтовня вскоре начала разноситься по тоннелю, заглушая стук наших копыт по камню. Очень осторожно я заглянул через проход в сокровищницу Даймондбэка. Братья стояли перед ним, бесстрашно улыбаясь гигантскому ящеру.

— Теперь позвольте представить наш товар! – Флим достал откуда-то ломик и снял крышку ящика, который они привезли, явив скромный, потертый чехол виолончели. Вспышка единорожьей магии открыла застежки, явив ее – виолончель Октавии. Той, на которой она играла драконам. – Вуаля! Тайная Сталлионвари! И за хорошие деньги она может стать вашей.

— Как и говорилось в вашем письме, — дракон изогнул шею, чтобы посмотреть на инструмент, хотя и держался на расстоянии, чтобы случайное пламя из ноздрей не повредило лак инструмента. – Ваш посланник был… настойчив. Но где вы ее взяли?

— Уверяю вас, мистер Даймондбэк, мы завладели ею совершенно легально, — ответил Флэм.

— Сверх-легально, мы бы сказали, — добавил Флим, и они понимающе рассмеялась.

— И это подлинник?

— Вы сами ее слышали – как и весь Спайтспайр! Какой еще инструмент может играть так же прекрасно?

— Определенно. Но у меня уже есть Сталлионвари.

— Зачем вам какая-то Сталлионвари… — сказал Флим (а может быть Флэм), нахальный и бесстрашный, как опытный коммивояжер.

— Когда можно иметь Сталлионвари? — продолжил Флим (а может быть и Флэм).

— Тайную Сталлионвари – виолончель номер шестьдесят четыре! – добавил Флэм.

— В конце концов, вы специализируетесь на ранее утраченных сокровищах, не так ли?

— А быть более утерянной, чем эта – невозможно!

— Конечно же, мы знаем, что вам ни к чему две Сталлионвари, поэтому любезно согласны принять Стал Феникс в обмен.

— Ну, это даже не обмен, так как Тайная Сталлионвари стоит много дороже Феникс, учитывая ее уникальную природу, но мы более, чем готовы обсудить, как вы сможете компенсировать разницу в стоимости. Золотые самородки, драгоценные камни или иная твердая валюта, на которой вам посчастливилось возлежать.

— Очень приятно знать, что хотя бы у некоторых пони есть должное чувство алчности, — улыбнулся Даймондбэк, демонстрируя целый арсенал зубов. – Ваша… подруга, принцесса, заставила меня думать, что весь ваш вид мягок.

Принцесса Твайлайт попыталась возмущенно пискнуть, но я быстро прижал копыто к ее губам. Но ее глаза засияли подавляемым гневом.

— Говоря честно, «подруга» — несколько смелое утверждение, — ответил Флим.

— Скорее, «знакомая» на самом деле, — добавил Флэм.

— Но, если бы мы были совсем уж немилосердными, мы бы назвали ее «дурочкой».

— Простофилей.

— Деревенщиной.

— Молокосоской.

— И мы так можем продолжать еще долго.

Даймондбэк расхохотался с громкостью обвала, а принцессу Твайлайт всю буквально трясло от праведного гнева. Я уперся ей в бок и отпихнул от входа, твердым взглядом потребовав тишины.

— Вы изложили свою точку зрения. Вот, — золото застучало о золото, когда Даймондбэк высыпал щепотку (учитывая размеры его когтей, это было немало) миллиардов в тележку Флима и Флэма. После чего дракон аккуратно достал «тайную» виолончель из футляра и поместил ее на подставку – не глядя выбросив оттуда Стал Феникс. К счастью, Флим подхватил ее телекинезом и уложил в футляр.

— Да, еще одна мелочь, мистер Даймондбэк, — вышел вперед Флэм.

— Да? – с неохотой отвернулся дракон от нового приобретения.

— Видите ли, в Эквестрии нам приходится принимать в внимание еще одну глупую идею, которая здесь не известна. Вроде дружбы.

— И это?..

— Вопрос происхождения товара. У вас, драконов, есть очень твердая традиция «кто нашел, тот и хозяин». Но, к сожалению, некоторые пони склонны задавать неприятные вопросы, когда бы ни появлялись определенные предметы, — ответил Флэм.

— И есть некоторые пони, — печально кивнул Флим. – Которые не задают вопросов, но отворачиваются и предлагают лишь гроши от честной рыночной цены.

— Это постыдно, поверьте, — добавил Флэм.

— И потому, мой брат и я были бы очень благодарны, если бы могли получить вашу подпись на этом маленьком документе, который удостоверит, что наша сделка была легальной, — Флим вынул из жилетки конверт и, движением копыта, развернул документ, соперничающий с иными списками принцессы Твайлайт по длине.

— Вы меня порадовали, поэтому я вас побалую, — с этими словами Дрейк вытянул один коготь и быстро дунул на него пламенем. После чего он самым кончиком когтя, теперь раскаленным докрасна, вывел стилизованную «Д» над пунктирной чертой. – Конечно, если вы меня обманули, то я стану вас поджаривать, пока с ваших обугленных костей не сойдет вся плоть.

Флим и Флэм побледнели. Я тоже.

— Это очень, очень разумно, мистер Даймондбэк, — голос Флима едва слышно дрогнул, что показывало его профессионализм. Будь на его месте я, то уже бы дрожал, валяясь на земле. – И потому хочу напомнить вам, что я и мой брат мошенники – но не дураки.

— Искренне на то надеюсь.

— А теперь, если вы нас простите, нам пора возвращаться на корабль, пока принцесса не начала задавать неудобные вопросы.

Уже поздно, подумалось мне.

— Да, да. Идите, я с вами закончил, — буркнул Даймондбэк, двигая свою огромную тушу.

Не упуская возможности, Флим и Флэм ушли быстрее, чем пришли. Принцесса Твайлайт и я прижались к стене пещеры, но братья не обратили на нас внимания, уходя с неправедно нажитыми богатствами. Я мог только надеяться, что кто-то вроде Кэррот Топ или Спайка (честно говоря, скорее всего Кэррот) не даст им поднять Партнера и улететь, потому что будь я проклят, но что-то вроде сделал бы я сам, учитывая угрозы, рассыпаемые Даймондбэком.

На самом деле, я уже обдумывал, как ускользнуть из логова, когда дракон заговорил.

— Можете выйти, принцесса.

И она вышла.

— Вы все это время знали, что мы там? – принцесса обогнула меня и зашла в логово. Она уперлась ногами и раскрыла крылья, что было бы пугающей позой, не превосходи ее чешуйчатая туша размерами многократно.

— Я чуял вас и вашего… друга, — дракон посмотрел на меня, и я весь напрягся от страха. Из-за этого я ненамеренно встал по стойке «смирно» — Даймондбэка едва ли впечатлил, но принцесса оценила.

— Вот это дух, Флеш, – кивнула она. – Он не сможет нас запугать!

— Я не «запугиваю», принцесса. Это все для детишек. Я же просто… излагаю факты. Если кто-то переходит мне дорогу, я их убиваю. Болезненно. И наоборот, если кто-то угождает мне, то я их вознаграждаю. Те два брата быстро это поняли. Но, пожалуйста, проходите. Я желаю поговорить с вами. Хотите чего-нибудь выпить?

С этими словами Даймондбэк скользнул в дальнюю часть пещеры и подобрал почерневший кубок величиной с ванну, лежавший за грудой золотых слитков. Когтем свободной лапы он проделал длинную дыру в стене пещеры – которая тут же начала истекать раскаленной докрасна магмой, как кровь из раны.

— Геология Спайтспайра очень активна, — произнес дракон, наполняя кубок жидким камнем и посыпая его драгоценными камнями. – Крайне опасна, но стоит того.

Дрейк молча сделал долгий глоток.

— Ах, да. Вы, млекопитающие, умрете ужасной смертью, если попытаетесь пить лаву, как подобает драконам. Жаль.

Я почти, почти успел упомянуть бочку Шато де Шеваль, но принцесса Твайлайт заговорила раньше меня.

— Мы понимаем, вы большой и… более, чем немного страшный. Вы пригласили нас только, чтобы грубить?

— Грубить? Да вот уж кто бы говорил. Или подслушивание в моде в Кантерлоте?

Принцесса открыла, было, рот, чтобы возразить, но Даймондбэк продолжил.

— Неважно. Я хотел, принцесса, чтобы вы их увидели. Как напоминание, что вы, млекопитающие, не настолько… чисты, как вам может казаться.

— Ха! – она обвинительно указала копытом и переключилась в полноценный режим дебатов. – Ошибаетесь вы! Так как Флим и Флэм выделяются – да, они жадны, беспринципны и не очень-то честны… и я даже гадаю, почему я приняла их предложение довезти меня сюда, но это не важно. Важно то, что если бы вы изучали статистику и/или социологию, как я, то вы бы знали, что два пони не определяют всю культуру! Большинство пони дружелюбны, самоотверженны и всегда готовы помочь. Как я! Или Флеш!

Ну, подумалось мне, как минимум, мой образ до сих пор цел.

— Наверное. Но попытка убедить меня в том, что два пони — не образцы вашего вида, используя как контрпример пару других пони, сама по себе содержит логическую ошибку, не так ли? Особенно когда одна из этих пони имеет крылья и рог. Я понимаю, что это достаточно редкий феномен. Потому и хотел поговорить с вами.

— Да?

— Когда Флимфлэмы предложили мне купить Тайную Стал, это заставило меня… переосмыслить кое-что. В этих двух проходимцах больше драконьей алчности, чем в иных цыплятах, что вылупляются в наши дни. И, наверное, в этом есть… возможность.

— Вы о чем? – подозрительно спросила принцесса.

— Вы юны, принцесса. Ваш возраст едва ли измеряется в десятилетиях, не говоря уже о веках. Но само ваше существование нарушает баланс вещей таким множеством образов, что вы едва ли можете еще понять. Подумайте, чего бы вы могли достигнуть, если бы думали меньше, как пони, и больше, как дракон. Подумайте о мощи, которой могли бы обладать. И это при некотором… наставничестве, конечно.

Принцесса Твайлайт смотрела на Дрейка Даймондбэка с отвисшей челюстью, осознавая сказанное.

А потом она начала смеяться.

Я же начал искать укрытие.

— Ой! – вытерла принцесса слезу из уголка глаза. – Я.. ох. Не ожидала старого клише «будь верна мне и сможешь править миром». Вы… ведь не очень хорошо знаете пони, так? Или, что важнее, не очень хорошо знаете меня. То есть, мне пришлось иметь дело с Дискордом еще до того, как я получила крылья. А вы, сэр, не Дискорд.

— Очень хорошо, — Даймондбэк допил лаву и отбросил сосуд в сторону. Он упал ближе ко мне, чем хотелось бы, что дало возможность разглядеть разнообразные выступы и впадины в том, что раньше казалось камнем – огромный кубок был сделан не из камня, а черепа какой-то давно умершей рептилии.

— Я боялся, что вы откажете мне. Но не важно, — быстрее, чем любая тварь таких размеров имеет право, Дрейк сместился, плотно перекрывая выход из пещеры. – Если вы не станете моей союзницей, то подойдете для обмена. Как думаете, сколько выложит Селестия за ваше освобождение?

— Что… нет! – принцесса Твайлайт взмахнула крыльями и ее рог засиял так, что стало больно глазам. – Если вы думаете, что можете взять меня в заложницы, то у вас проблемы. Я не желаю драться с вами, но буду, если понадобится.

— Станете? – Даймондбэк навис над нами и улыбнулся ужасающей, клыкастой улыбкой. – Думаете, это хорошая идея? Вы внутри активного вулкана. Начнете палить – и все станет крайне неприятным для всех, кто не имеет чешуи.

Пока принцесса Твайлайт и Дрейк Даймондбэк подтрунивали друг над другом, я погрузился в тихий ужас – и так было до тех пор, пока дракон не пронес свою голову над нами, ненадолго явив свой силуэт на фоне тусклого солнечного света, проникающего сквозь кратер. В неожиданном приступе отваги я понял, что надо делать.

Я рванул так быстро, что монеты полетели во все стороны. Мне едва хватило места набрать скорость до того, как я врезался в бок принцессы. Она испуганно ойкнула и внезапно сорвавшийся луч магии из ее рога прочертил канавку в стене пещеры. Начала вытекать лава и все зловеще зарокотало.

Я проигнорировал рокот (и разъяренные вопли Даймондбэка) и работал крыльями сильнее и быстрее, чем когда-либо ранее, поднимаясь к кратеру. Даймондбэк либо не знал, как быстро может лететь хорошо мотивированный пегас, либо не рассматривал кратер как выход из-за своих собственных размеров. Что же до принцессы, я знал, что летаю лучше – если бы она взлетала и улетала своими силами, то дракон давно бы нас поджарил.

Сухой воздух свистел в моей гриве и перьях, пока я нес принцессу вверх и вперед. Устье кратера становилось все ближе – сквозь него могли выбраться двое пони. Я рассмеялся радостным смехом жеребца, который увидит завтрашний день…

…когда Дрейк Даймондбэк ударил по мне.

Драконий хвост со свистом разрезал воздух. Он только меня зацепил, и потому удар сломал несколько костей, а не расплющил о стену. Принцесса Твайлайт выпала из моих передних ног – и прямо через край кратера. Наши взгляды встретились на единую, ужасную секунду – принцесса умоляюще вскрикнула «Флеш!», будто это принесло бы какую-то пользу. Но потом она пропала из виду, а я полетел вниз.

Сил в моих крыльях оказалось едва достаточно, чтобы неустойчиво слететь вниз – и увернуться от зубов дракона. Я влетел в сокровища, ругаясь и крича. Множество древних артефактов валялось у моих ног, когда я сумел подняться. Двигался я практически на рефлексах – левое крыло свисало под нездоровым углом, и лететь было невозможно.

Дрейк Даймондбэк навис надо мной, похожий на кобру, готовящуюся к атаке.

— Ты отнял достаточно моего времени, млекопитающий, — прошипел он и разинул пасть, готовясь обрушить на меня пламя.

Я встретил неизбежную смерть как обычно – то есть, взвизгнул, как жеребенок, и попытался спрятаться. И снова нутряная, отчаянная трусость спасла мою жизнь. Я выхватил что-то твердое и металлическое из груды сокровищ Даймондбэка и свернулся за этим в клубок. Пламя обогнуло меня, подпалив кончики перьев… но не более.

Пламя прекратилось, и я выглянул из-за своей импровизированной баррикады. Дрейк Даймондбэк все еще был на месте, глядя на меня с яростью и удивлением.

— Нетитус?! – прорычал он. Я быстро глянул на антиквариат, который спас мне жизнь – каким-то чудом старого, побитого щита оказалось достаточно, чтобы спасти меня от огненного дыхания дракона, пусть и ненадолго. Он, однако, не был этим удивлен. – Стоило догадаться! Эта безделушка, может, и спасла тебя, но вот от когтей…

Еще одна волна рокота сотрясла Спайтспайр, и вокруг нас затанцевала каменная пыль. Толчок был достаточно громок и силен, чтобы привлечь внимание даже этого гиганта. Он обернулся (а я посмотрел через его плечо) в ту сторону, где магия принцессы Твайлайт прорезала борозду в стене вулкана. Из нее пугающе неравномерными толчками вытекало все больше лавы, сопровождаемой струями перегретого пара. Даже дураку, вроде меня, было понятно, что происходит.

Спайтспайр собрался извергаться.

## Глава 9. Последствия

Все кобылы рыдали, и виноват в этом был лишь я.

Я любил пошутить, что на мои похороны придет множество кобыл с разбитыми сердцами, но увидеть такое вживую было не очень-то и приятно. Принцесса Твайлайт пыталась крепиться и быть сильной в глазах других пони, но ей не особенно удавалось. Кэррот Топ держалась чуть получше, хотя и тяжело опиралась на плечо подруги-почтальонки. На лицах остальной команды были различные степени шока и/или печали – даже Бон-Бон пролила пару слез, а она меня с самого начала невзлюбила.

Не то, чтобы я их винил – Спайтспайр качественно так бабахнул, сбросив немыслимое давление в одну катастрофическую секунду. Хоть извержение было достаточно небольшим, чтобы лава не достигла Партнера, но все же это была адская катастрофа, которую нипони не мог пережить.

Нипони, кроме меня, как минимум.

Я встал за стенающими кобылами, волоча древний щит за собой по гравию. Каким-то образом скрежет металла по камню не привлек их внимания, поэтому я слегка прокашлялся.

— В чем дело, леди? Никто не пострадал, так? – это звучало бы куда героичнее, если бы сразу после этого я не выкашлял пару кило пепла.

— Флеш?! – принцесса Твайлайт оказалась рядом быстрее остальных, мгновенно добравшись до меня. С широко раскрытыми от неверия глазами, она взяла меня в передние копыта. – Вы здесь! Вы живы! Вы… — королевские ноздри принцессы слегка дернулись, так как она теперь была достаточно близко, чтобы почуять мой особый «одеколон» из сладкого вина и сернистого дыма. – Вы пьяны?

— Нет, — я сумел не поморщиться, когда принцесса Твайлайт обняла меня достаточно крепко, чтобы сдвинулись мои уже сломанные кости. – Но так еще не вечер!

— Но… но… я видела, как вы погибли!

— Не совсем, — я слабо отпихнул ее копыта. – Вы видели, как я упал в вулкан. А там мне пришлось творчески применить некоторые предметы из коллекции Даймондбэка.

Я сбросил с передней ноги щит, и он с тяжелым грохотом упал на камни.

— Нетитус! – посмотрела на него принцесса и ахнула. – Конечно же! Но даже его защитная магия не…

— И потому я спрятался в бочку Шато де Шеваль. Защищенный толстым дубом и щитом, я улетел, выброшенный взрывом, — я кивнул на обломки бочки немного позади меня[15]. Столько хорошего вина, разлитого по вулканическому камню Драконьих Земель – трагедия, конечно, но я смог отхлебнуть пару кварт, когда открыл бочку и влез внутрь. И это заставило меня гадать, кружится у меня голова от контузии или от выпивки.

Но об этом я принцессе решил не говорить.

— О, Флеш, — шмыгнула принцесса. – Я так рада…

— ВЗЯТЬ ИХ! — проревел Даймондбэк достаточно громко, чтобы его можно было принять за завершение извержения. Рыча и скаля зубы, Дрейк выкопался из-под обрушившегося вулкана. То есть, он попытался – нескольких тысяч тонн вулканического камня оказалось достаточно, чтобы замедлить дракона даже его размеров. И потому он смог освободить только одну лапу и свою длинную шею. – УБИТЬ ИХ ВСЕХ! Я ДАМ ДВА ВЕСА ЗОЛОТОМ КАЖДОГО ПОНИ, ЧТО ПРИНЕСУТ МНЕ! – Когти дракона оставляли борозды в камне, пока он выкапывался. – НЕТ, ТРИ ВЕСА!

И тут другие драконы (которые, в основном, восприняли извержение, как приятный летний дождичек) бросили свои дела и помчались на нас. Рыча и выдыхая пламя, драконы окружили Партнера. Краем глаза я заметил, как напряглась Кэррот, готовая броситься в бой. Честно говоря, один на один Кэррот и любой дракон были бы на равных, но даже она не смогла бы справиться со всей их ордой.

Благодаря принцессе, ей и не пришлось. Не выжидая ни секунды, ее рог засветился и нас прикрыл толстый розовый купол, отсекший всех драконов.

— Это купит нам время, — сказала принцесса, тяжело дыша. Некоторые драконы начали колотить и жечь купол, но наш мерцающий щит держался.

— Именно! – ответил я несколько громче, чем следовало. Но я был полуоглушен и полупьян, поэтому удивительно, что я вообще мог говорить членораздельно, или даже думать. – Вы сказали, купит нам время!

— Флеш, вы о чем? – моргнула и наклонила голову принцесса.

— Смотрите, — я подошел к барьеру и выбрал самого здоровенного и злого дракона (а это было непросто, скажу я вам). Затем постучал по силовому полю и кашлянул.

— Ты там! С плохими зубами! – крикнул я, и, будьте уверены, тварь наклонила голову. Он немедленно выдохнул длинный поток пламени, бессильно расплескавшийся по щиту.

— Сентри, вы идиот, вы только его злите! – крикнула откуда-то сзади Кэррот Топ. Каким-то образом ее яростный голос меня успокоил – как напоминание о странностях, которые я привык принимать за «норму». Но я ее проигнорировал и продолжил разговор с драконом по ту сторону барьера.

— Так Даймондбэк сказал, что выдаст золотом три веса любого пони, которого вы притащите, так?

Дракон кивнул.

— А вы задумывались, откуда он возьмет это золото? То есть, прямо сейчас его богатства – под большей частью обрушившейся горы, — я указал туда, где Даймондбэк все еще рыл землю, стараясь освободиться. – Честно, вам будет проще вернуться в свои пещеры и выкопать золото из-под него, пока он еще завален.

Дракон замолчал и перестал бить купол. Он отступил, махнул другим ящерам, и они завели тихую дискуссию рычащими голосами. Вскоре драконы молча разошлись по своим пещерам и тоннелям.

— Поверить не могу, что это сработало, — пробормотала Кэррот, подойдя ко мне.

— Я тоже, — и так как меня больше ничего не пыталось убить на месте, я лишился остатков сил и потерял сознание.

* * *

— Флеш? – кто-то позвал меня. – Флеш, вы проснулись?

— К сожалению, — я продрал глаза и увидел принцессу Твайлайт – встревоженную, милую и более, чем изможденную. При виде монаршей особы я автоматически попытался встать, как на параде – лишь для того, чтобы по мне прокатилась волна боли, а раны взяли свое за все то время, что я мог их игнорировать.

— Лежите спокойно, — коснулась она копытом моей груди. – Вам там серьезно досталось.

— Такова моя работа, — печально привычно ответил я. Я сумел раскрыть оба глаза и понял, что лежу на кровати в одной из кают Партнера. Легкий гул двигателя разносился по кораблю – я чувствовал его даже сквозь пару десятков метров бинта, в которые меня замотали. По крайней мере, это уже лучше Драконьих Земель. И это заставило меня кое-о-чем вспомнить. – Погодите. А что случилось с Даймондбэком?

Последнее, что мне нужно – злющий дракон, жаждущий моей крови, особенно когда я в таком прискорбном состоянии.

— Не беспокойтесь. Мы в безопасности, — ответила принцесса. – Я… поболтала с Даймондбэком после того, как вы потеряли сознание. Похоже, у него не оказалось друзей, которые могли бы его откопать. И, как вы сказали, у него не было золота, чтобы заплатить за это сразу. И потому, по доброте душевной, я предложила ему помощь. Хотя и могла заставить его поклясться никогда более не вредить пони за это.

— Вы?

— На самом деле, это была идея Кэррот Топ.

Я едва не сказал «конечно, ее», но прикусил язык в последний момент. Учитывая простодушие принцессы, она могла подумать, что это внезапно родившаяся идея. И будь я проклят, если выдам Секретного Агента Голден Харвест.

— Но… я тут не за этим, — принцесса почесала шею, внезапно занервничав. Даже в тусклом освещении каюты я видел ее румянец. – Флеш, я… я хотела поблагодарить вас за все, что вы сделали. Вы один из самых храбрых, самых самоотверженных пони, что я встречала. Но вы… слишком храбры.

— Я? – удивленно ответил я.

— Вы были готовы умереть ради меня тогда, в Спайтспайре… и... я просто не могу уложить это в своем сознании. Не поймите меня неправильно, я вам благодарна, но это заставило меня подумать о многом, что мне не приходило в голову ранее. По крайне мере, до того, как я получила их, — она чуть развернула крылья и покачала кончиками перьев. – Как только мы вернемся в Кантерлот, я переведу вас обратно в ваш прежний полк. А потом объясню принцессе Селестии, что мне не нужны телохранители[16], что бы там всякие традиционалисты ни думали.

— Хорошо быть принцессой, наверное.

— Не так уж, как может показаться, — слегка улыбнулась она. Затем закрыла глаза и глубоко вздохнула. – Флеш, последние несколько дней были чудесными… кроме тех, когда нас пытался убить Дрейк Даймондбэк, но это не ваша вина. Но… у меня есть обязанности, как и у вас. И как бы мне ни хотелось обратного, но вряд ли в будущем есть «мы», Флеш.

— Ах, — ответил я, стараясь не звучать слишком радостно. Вместо этого я прижал уши и постарался выглядеть как можно более эмоционально уязвленным (в противоположность ранам физическим, которые у меня были уже). – Я понимаю.

— Вы не сердитесь?

— Ничуть. Вы абсолютно правы – у нас ничего бы не вышло. Это может быть болезненно сейчас, но нам лучше будет разойтись.

— Ой, Флеш! – обняла меня принцесса со слезами на глазах. Я тоже чуть пустил слезу – из-за боли, пронесшейся по моему побитому телу. – Может, если бы все было иначе… нет, бесполезно думать об этом сейчас.

Она чуть всхлипнула и отступила, глядя мне в глаза.

— Спасибо вам, Флеш. За все.

После чего нежно поцеловала в лоб и ушла.

Я устроился поудобнее, морщась, когда слишком налегал на левое крыло. Когда боль перешла в нытье на заднем плане, появилась вторая гостья. Услышав топот копыт по палубе, я посмотрел и ухмыльнулся.

— А ты не торопилась. Уже начал гадать, когда ты появишься.

— Некоторым из нас до сих пор надо придерживаться образа, Сентри, — ответила Кэррот Топ. Она поставила маленькую корзинку для пикников, которую принесла с собой, и подтянула к моей кровати стул. Затем достала пару жестяных кружек и наполнила их исключительно медицинским бренди. Мы чокнулись, и я опрокинул свою одним, так давно нужным глотком. Тепло яблочного алкоголя приятно отвлекло меня от множества ожогов, шрамов и сломанных костей. Кэррот без напоминаний наполнила кружку снова, и я начал потягивать выпивку.

— Знаешь, — пробормотал я между глотками. – Я тут задумался.

— Неожиданно, – шутливо ухмыльнулась она.

— Я понимаю, что виолончель Октавии бесценна, и она пойдет на все, чтобы ее вернуть. Но… чтобы в этом деле участвовали два самых опытных Секретных Агента Эквестрии? Не говоря уже о Принцессе Дружбы, а также самом прекрасном, героичном и в целом приятном Королевском Гвардейце во всем Кантерлоте? Немного… слишком, не находишь?

— Мы рекрутировали всех, в ком нуждались.

— О, да. Все в соответствии с планом Секретного Агента Свити Дропс. И он сработал. Даже слишком хорошо, думаю. То есть, мы не только добыли Стал Феникс, но еще и древний магический артефакт. Не говоря уже о том, сколько золота получили Флимфлэмы.

— На самом деле, принцесса Твайлайт взяла с него королевскую долю – как с каперов. Она объявила о праве короны на большую его часть и планирует пожертвовать его на благотворительность, как только мы будем в Кантерлоте.

— Еще одна твоя идея?

— Могла предложить мимоходом.

— Думаю, все это совершенно естественно, если проигнорировать часть, в которой был унижен и низложен правитель, противящийся власти Повелительницы Драконов Эмбер. Выглядит весьма… полезным, не так ли? Да еще и правдоподобно отрицаемым.

— Похоже, ты достаточно долго проболтался рядом со мной, — Кэррот глотнула бренди и подмигнула. – Как Секретный Агент, я не могу ни подтвердить, ни отрицать какие-либо теории или утверждения.

— То есть, это «да», — ответил я. – Проклятие, я слишком долго болтался рядом с тобой.

— Есть жалобы?

— Разве? Но есть у меня предложение – разве нам не будет приятно провести какое-то время вместе, не свергая тиранов или спасая Эквестрию от верной гибели?

— А разве без этого скучно не будет? – проказливо улыбнулась Кэррот.

— Ты права, — ответил я и откинулся на груду подушек. – Готов поклясться, Фэнси Пэнтс уже дожидается нас в Кантерлоте с какой-нибудь «важной миссией». Но ему не повезет – в текущем состоянии я буду нетрудоспособен несколько недель. Если он думает, что я в любом состоянии готов бороться за страну и корону, то это его проблемы.

— Я поговорю с Фэнси Пэнтсом, когда мы вернемся. Чтобы у тебя было достаточно времени на восстановление. Хотя…

— Хотя? – чуть наклонился я вперед.

— Не думаю, что будет хорошо оставлять «героя», вроде тебя, одного – особенно в нынешнем состоянии. Может, тебе понадобится телохранитель? Понибудь, кто сможет приглядывать за тобой и не вызывать подозрений.

— Вроде Секретного Агента Голден Харвест?

Кэррот Топ отставила свою кружку с бренди и удивительно нежно меня коснулась.

— Я и это не могу ни подтвердить, ни отрицать.

* * *

На этом заканчивается четвертый том Записок Сентри.

## Эпилог. Заключительные заметки к тексту

— Итак, после всего этого вы не сердитесь на Флеша Сентри или Кэррот Топ? Зная, что они столько скрывали от вас? Что они могли вас использовать?

— Сердиться? Нет. Конечно, нет. У них… были свои причины, и в основном хорошие. Я просто удивлена, вот и все, — принцесса Твайлайт глотнула чай, обдумывая ситуацию. – Хотя, говоря честно, Записки Сентри многое объясняют.

— Вы встречались с Сентри или Топ после Спайтспайра?

— Конечно! В основном случайно проходя мимо или во время разговоров на том или ином балу. И да, был еще момент, когда я сочетала их браком…

Моя чашка ударила о блюдечко так, что они едва не разбились. Я проглотил полный рот горячего чая и ошеломленно уставился на принцессу.

— Простите… вы сказали «брак»?

— Ага. Это было через пару лет после Спайтспайра, если мне память не изменяет. Маленькая церемония. И очень милая. Рарити даже пошила Кэррот платье.

— Но… но… Сентри нигде ее не упоминает! По крайней мере, не в дневниках, которые я уже разобрал.

— Не упоминает? — принцесса Твайлайт изогнула бровь и деликатно глотнула свой чай. – Предполагаю, мемуары Флеша не так уж и полны, как вам казалось.

1

Скорее всего Пончиковая Джо, спрятанное на ровном месте убежище Эквестрийского Разведывательного Управления. – Дж.М.Ф.

В то время я не ведала о связи Джо с разведкой. Я думала, принцесса Селестия заходит туда ради шоколадных пончиков. Они были настолько хороши. – ТС.

1

Смотрите Сентри в деле. – Дж.М.Ф.

2

Как упоминалось ранее, мемуары Сентри прискорбнейше неорганизованны и неполны. Но судя по тому, что я вывел, Сентри был командирован в Кристальную Империю примерно в период между событиями второго и третьего тома Записок. – Дж.М.Ф.

1

Здесь стоит отметить кое-что очень важное, что отбрасывает Кэррот. Конкретно, во время Первой Битвы за Кантерлот мой брат был под влиянием темной и могучей силы внушения королевы Кризалис. Фактически, то, что королеве пришлось прибегнуть к настолько крайним мерам, когда обычной смены образа не хватило, лишь подтверждает силу любви Шайнинга к принцессе Кейденс. То, что Кэррот Топ описывает столь тяжелый эпизод настолько пренебрежительно, указывает на неведение в лучшем случае и на грубую манипуляцию Флешем Сентри в худшем. – ТС.

1

На всякий случай, уникальная расцветка гривы и хвоста Рейнбоу Дэш была всецело натуральной. Но Пинки Пай и впрямь была сластёной. И не стоит даже упоминать, что они – мои подруги, а не фрейлины. – ТС.

2

Ради двух третей аудитории, не способных летать, стоит упомянуть, что в традиционной культуре пегасов крылья и оперение издавна считаются мерилами физической красоты (и, иногда, плодовитости). – Дж.М.Ф.

Профессор Фресиан, иногда контекст бывает лишним. – ТС.

3

Нет причин не быть и тем, и другим. – ТС.

4

Хоть этот абзац определенно не льстит мне, я настояла на том, чтобы оставить его в тексте. Цензурирование научной работы будет грехом против большей истины и очернит мою репутацию сильнее, чем что-либо, чего может раскрыть Флеш Сентри. Фактически, я приветствую точку зрения Флеша, так как это напоминает, что, несмотря на титул, я все же не идеальна. Я такая же пони, с такими же слабостями и причудами, как у всех. Хотя я не настолько плохо танцую.

Уже. – ТС.

1

Можно также предположить, что описываемые Сентри события должны были произойти сами по себе? Если Карта Дружбы – настолько сложный и невзламываемый артефакт, то она могла работать в точности, как надо. – Дж.М.Ф.

Но если подумать, Лира посещала Кантерлотский Университет (мою собственную alma mater), поэтому взлом не невозможен, хотя и очень сложен. – ТС.

1

Хоть драконы и известны своим огненным дыханием, им требуется немало стараться, чтобы огнеупорные части рта защищали уязвимые, вроде языка. Внезапная, неожиданная вспышка пламени (не говоря уже о вызванной катализатором, типа высокогорючего бренди) может быть весьма болезненной для дракона, что может подтвердить мой друг и помощник Спайк. Драконья икота – это не шутки. – ТС.

2

Правильно – «стая драконов». – Дж.М.Ф.

1

До сих пор Испепелятор, знаменитый однолапый дракон-воин считался легендой, существовавшим только в драконьих балладах и тому подобном. Упоминание его в мемуарах Сентри – единственное вне художественной литературы. Конечно, возможно, что Испепелятор лишь изображал древние легенды, но описание его внешности (конкретно, упоминание лишь одной лапы) совпадает с сохранившимися песнями и рисунками той эпохи. – Дж.М.Ф.

1

Совершенно определенно нет. Просто телепортация была самым эффективным видом перемещения в данном случае, даже учитывая легкую дезориентацию Флеша. Использовать настолько могущественную (и, прямо говоря, опасную) магию ради собственных удовольствий, было бы верхом безответственности. – ТС.

2

Не вижу ничего плохого в открытом и честном подходе, должна сказать. – ТС.

1

То, как Флеш пережил извержение Спайтспайра, удивительно схоже с печально известной «главой с холодильником» из одного из последних романов о Дэринг Ду, выпущенных после перезапуска серии. Хотя спасение от извержения в бочке и кажется поначалу невероятным (хотя и не настолько, как некоторые другие подвиги Флеша), вполне возможно, что защитная аура Нетитуса смогла распространиться на бочку, используя ее металлические обручи, как своеобразный эфирный проводник. Такое хоть и неправдоподобно, но не невозможно. Я бы сама не поверила в эту историю, если бы не видела все своими глазами. – ТС.

2

Внимательно изучавшие историю знают, что Принцессе Твайлайт Спаркл все же был приписан полк Королевской Гвардии (Пятый Полк Клаудсдейльских Воздушных Гусар, если конкретно). Однако она ни разу не использовала этих Гвардейцев в каких-либо военных операциях. – Дж.М.Ф.

Однако я должна уточнить, что Воздушные Гусары были чрезвычайно полезны, оказывая помощь при стихийных бедствиях, и должны быть восхвалены за верную службу. – ТС.