# Клин клином вышибают (Writetober)

Хеллфайр Файр

Отношения между Землёй и Экви улучшаются с каждым днём. Пони торгуют, помогают людям налаживать сельское хозяйство и улучшать погодные условия. Земля и Россия в частности поставляют в Эквестрию природные богатства, чтобы пони сохраняли собственные. Но этим отношения двух миров не ограничиваются — и даже зло может стать добрее, исправиться, проявить себя во благо.

Рассказ создавался в качестве работы по последним четырём заданиям Writetober'a и представляет собой скорее эксперимент.

[Изображение: https://sun9-51.userapi.com/c858428/v858428450/be69b/8quVTIVJ004.jpg]

Аудиоверсия — Первая часть, Вторая часть.

## Одной главой

Под пристальными взглядами сразу четырёх аликорнов великий и могучий Сомбра, экс-король Кристальной Империи, чувствовал себя просто жалкой букашкой. Ещё так недавно — по сравнению с вечностью, конечно же — он гордо вышагивал по Кантерлоту и насмехался над сбежавшими из столицы Принцессами, а теперь свиделся с ними... Только оставшись без армии, без короны, без плаща, даже без накопытников. Он настолько ослаб после десятка лет, проведённых в мире теней, что не был способен создать даже сколь-нибудь опасный магический луч, не то что загипнотизировать четвёрку аликорнов.

И даже яростная жажда мести, душившая его столько лет, уже давно угасла. О какой мести может идти речь, коли самые великие злодеи оказались бессильны против Тетрархии Аликорнов, а все их поражения оказались просто ловушками, придуманными принцессами? А Дух Хаоса, что насмехался над ним, пока конвой вёл его в тронный зал? А драконы и чейнджлинги, которых сейчас на улицах столицы чуть ли не больше, чем обычных пони? А люди... Люди. Именно они и были той причиной, по которой Сомбра всё же прекратил прозябание в нестерпимо-белой пустоте вне миров.

— Король Сомбра! — Кантерлотский тон белоснежной кобылицы заставил жеребца вжаться в пол, теряя последние крохи собственного достоинства. — За свои злодея ты заслуживаешь вечного окаменения и вечной же ссылки на луну! Но... — голос принцессы Селестии чуть потеплел. — Наказывать тебя ради наказания нет смысла.

— Лучше будет, если ты принесёшь пользу, — добавила принцесса Луна.

— И потому для тебя выбрано иное место ссылки. Там ты не сможешь никому безнаказанно навредить, зато будет возможность исправиться

— Окончательно поселите на Морозном Севере? — буркнул чёрный единорог.

— Совсем наоборот, — улыбнулась Каденс, а Селестия поднялась с трона и зажгла свой золотой рог.

— Вот уже много лет наш мир и планета Земля живут в добром сотрудничестве. Ты получал вести об этом — по моему приказу. Мы стараемся укрепить наши связи, и с этой целью я разрешила людям создать научное поселение на территории бывшего Скверноземья — а некоторые из наших подданных и, в первую очередь, пони, переселились на Землю. Это решение имеет много практической пользы — наши народы привыкают друг к другу, делятся опытом, торгуют и развиваются. Решением Твайлайт ты также будешь послан на Землю. Твои таланты деспотичного тирана вряд ли найдут применение там, но я искренне надеюсь, ты найдёшь своё место среди людей.

— К сожалению, наша дружба принесла не только благо, — не давая Сомбре задать вопрос, слово взяла принцесса Луна. — Земляне уже посылали нам несколько жалоб на зловредных магов, использующих силы, неизвестные людям, для всяческих... Недобрых дел. Ты можешь сослужить службу людям и нам, встав на защиту невинных от зла. Как говорится, клин выбивают клином.

— Один вопрос, Принцессы, — Сомбра даже сейчас не терял своей спеси, грубо оборвав речь кобыл-аликорнов. — На Земле я могу делать всё, что угодно, и вы не станете мне в этом мешать?

— Тебе помешают органы охраны и контроля, — улыбнулась Твайлайт, понимая, куда текут тёмные мысли короля. — А чтобы ты не задумал плохого, разрешение на пребывание в стране, которая тебя примет, мы не дадим.

Сомбра недоуменно посмотрел на неё.

— У тебя будет временное разрешение, которое необходимо продлевать каждый месяц., — холодно пояснила Луна. — Такое имеют те, кто захотел переехать на Землю, но за кем необходимо приглядывать. Без разрешения на постоянное пребывание за тобой будет установлен магический контроль. Если ты будешь нарушать закон или же вовремя не продлишь разрешение на пребывание, тебя депортируют в Эквестрию. Однако, мы изгнали тебя.

— В результате ты будешь вынужден вернуться туда, откуда пришёл — в мир между мирами. Или находится за пределами Содружества Королевств, — сурово добавила Селестия. — То есть или на Холодном Севере, или на Неизведанном Юге. Наше решение может показаться тебе жестоким, но оно вынужденное — и окончательное.

* Спустя некоторое время *

Девять — людям в больших городах,

Семь — пони на зелёных лугах.

Три — аликорнам в пышных дворцах,

Одно — властелину на Чёрном престоле,

Чтобы всех заковать, в Мордор созвать,

Навеки узами зла обвязать!

— Рифмоплёт из тебя ещё тот, — сказал я и щёлкнул выключателем, зажигая свет. — Всё, летнее обострение началось? Сейчас надену на тебя Кольцо Безвластия — а то у меня блокатор магии без дела валяется!

Посередине комнаты на полу лежал старый чемодан, обитый по уголкам металлом — наследие советских времён, неизмеримое количество лет пылившееся в моём шкафу. Он играл роль наковальни, а роль кузнечного молота исполнял молоток, зажатый в наглых чёрных копытах. Сам обладатель этих копыт смотрел на меня самым невинным взглядом, но я уже увидел, как он своей магией спрятал за спину моё кольцо с ключами. Зря я ему вчера «Властелина Колец» включал…

У людей нет магии и телекинеза, чтобы что-то противопоставить мелким чародеям, зато у них есть твёрдые руки и чудеса техники. Воспитательную швабру даже аликорн из моих рук не вырвет.

— Эй! Не смей упоминать этот проклятый блокатор! И не сметь тыкать этой грязной половой метёлкой королевскую морду!

Прокричав это, Сомбра наклонил голову, выставив рог, и с громким воинственным кличем бросился на меня. Старое красное покрывало, используемое им вместо королевской мантии, которая по причине летней жары была убрана в шкаф, сыграна с ним злую шутку — запутавшись в ней, Сомбра споткнулся и пролетел мимо, едва не врезавшись в валик дивана.

Я нагнулся, подхватил отлетевшую в сторону связку ключей и положил её в карман с кнопкой — такой телекинезом открывать сложнее. Сбрендивший бедолага вставал, тем временем, отшвырнул в сторону спавший "плащ" движением копыта.

— Извини, — буркнул он, приводя в порядок гриву. — Но ты сам виноват! Мне же надо как-то развлекаться.

С видом крайней степени оскорблённости он отвернулся, сев на круп и сложив передние на груди. А ведь был когда-то нормальный деспот, целые королевства завоёвывал!

— В моей квартире социалистическая республика, — я поднял, выбил и начал сворачивать плед. — А ты не француз, чтобы возвращать монархию обратно.

Мои слова возымели мгновенный эффект. За время жизни на Земле Сомбра прекрасно осведомился и с историей, и с литературой, так что он прекрасно понял, куда я клоню. Вскочив, чёрный жеребец выпятил грудь колесом и даже копытом топнул.

— Я завоеватель! Я — тиран! Я бывший ужас Эквестрии! — его рог заалел, затем покрылся зелёными с чёрным пятнышками тёмной магии. — Сама принцесса Селестия боится меня, так боится, что в ваш мир отправила! А я ничего не боюсь!

— Даже не стать общепризнанным владыкой всего света? — сложенный плед вернулся на полку. — По тебе не видно. Вернёмся лучше к нашей работе.

Я присел на диван и открыл на планшете почту.

— Такой кейс: арестовали серийного убийцу. По тестам — невменяемый. На своём садовом участке он сложил в дровнице расчленённые торсы отдельно, отдельно — конечности и головы. Подозреваемый на голубом глазу утверждал, что заготавливал дрова к зиме. А теперь вопрос: маньяк, сумасшедший или жертва злого умысла?

— Конечно же, невинная жертва, — фыркнул единорог. — Злодеи никогда ни в чём не виноваты!

— Переформулирую вопрос — от кого исходила идея так поступить?

— От злой сущности или демона, захватившего его мозг, — положив передние на край дивана, Сомбра подтянулся и присел рядом, случайно ткнувшись носом в мой локоть. — Ты сам сказал, невменяемый. Значит — душевнобольной. А души болеют только от демонов или вредоносной магии, которая захватывает власть над разумом и вынуждает иногда совершать самые чудовищные поступки!

— Потому твоя консультация и требуется, — развернул я к единорогу планшет, показывая фото. — Если это вредоносная магия, мне хотелось бы знать, кто этот маг, да и тебе хорошо бы понять, кто является твоим конкурентом. А если просто случайный демон — можешь порадоваться распространению зла и особо не напрягаться.

Подхватив телекинезом устройство, Сомбра вгляделся в рожу преступника. Именно в рожу — лягушачьи глазки выпячены, зубы расставлены в стороны... Неприятный тип.

— Чего не сделаешь ради продления прописки, — задумался единорог. Теперь он выглядел сосредоточенным профессионалом, а не капризным принцем, который бесится со скуки. — Ну, так понять что-либо сложно, энергия экранирует. То ли дело старые фотографии! На них любую ауру можно углядеть! Так... Поглядим...

Повертев планшет, он вернул его мне в руки.

— Увеличь-ка ему лицо, хочу в глаза посмотреть. У меня пальцев нет, сам знаешь!

Сенсорный экран на телекинез и в самом деле не реагировал, а от копыт зависал. Поэтому я отвесил поясной поклон, к удовлетворению самодурака, и совершил требуемое.

— Вот, так лучше, — всё же чуть-чуть утерянного собственного достоинства я ему поднял. — Ну да, я прав. Не скажу на сто процентов, однако почти уверен, что здесь был комбинированный удар — на него наслали зловредного духа, который расшатал нервную систему и превратил законопослушного гражданина в убийцу. Сам так делал с парой кобылок, правда, не для убийства, — он так и расплылся в гадкой улыбочке. — Ты знаешь, на что способна самка-грифон, если в неё на ночь подселить похотливого демона?

— Этим занимается другой отдел, по домогательствам, — начал я печатать ответное письмо. — А мы с тобою убойный отдел, ты сам его выбирал, для тебя кражи ниже достоинства, а мошенничества честь замарают.

— Здесь есть шанс проявить все свои таланты! Я же ещё и талантлив! — повернувшись так, чтобы лечь на спину, единорог опомнился и поспешно прикрылся хвостом. — Между прочим, всё из-за Селестии! Мало того, что изгнала из нашего мира, так ещё и здесь не похлопотала — почему я сам должен продлевать себе право пребывания на Земле?

Что-то в его голосе надломилось и обычный самодовольный рык перешёл на какой-то писк:

— Счета закрыли, царство отобрали! Даже если я нарушу условия пребывания, меня депортировать не смогут, потому что некуда!

В зоопарке такого жеребца оторвали бы с руками, но я сейчас не стал этот факт озвучивать — приберегу до момента, когда шантаж будет уместным. И так нервы у короля расшатаны, то в детство впадает, то в депрессию.

— Как будто здесь тебе живётся хуже, чем на Морозном Севере в пещере.

— Там хотя бы чисто! А у вас на улицу без накопытников не вылезешь, соберёшь все плевки и окурки! — шмурыгнув, он вытер нос копытом и скатился с дивана на пол, ловко встав на все четыре копыта. — Напиши ещё в лабораторию, пусть возьмут у него анализы. Кровь, моча, слюна, слёзы — определим тип демона, а через это можно поймать и того, кто его наслал.

— Если не боишься, можем к нему лично приехать. А на обратном пути заедем в Бургер Кинг, я куплю тебе мороженое и корону из хеппимила... Или как он там... — Я поставил планшет на ждущий режим и убрал его в широкий плоский боковой карман сумки.

Упоминание о человеческом мороженом подействовало на короля очень благостно. В конце концов, в Эквестрии всё натуральное, не напичканное ароматизаторами и усилителями, а потому наше мороженое гораздо вкуснее!

— Ну... Пожалуй, в вашем мире всё же можно найти свои плюсы!

* * *

Насчёт плюсов Сомбра, конечно, перегнул палку. Жил он на Земле уже три месяца, и нашёл плюсы не только в мороженом, но и во многом другом. Например, удовольствием смотрел телевизор, удивляясь тому, что в Эквестрии никому в голову не пришло ставить в домах коробки с картинками. Кое-как освоил игры на планшете — правда только те, что требовали для игры наклоны и поворот экрана, с минимумом кнопок. Воздал почести автомобилю как удобному и комфортабельному средству передвижения. Но главное — увлёкся книгами.

Для пони изучение человеческого языка было делом лёгким — особенно для единорога. Ему нужно только дать словарь и детскую азбуку, и он магией усвоит её за несколько дней. Русский Сомбра освоил за три, сначала проклиная его, народ, который говорит на этом варварском наречении, и своих учителей, единорожку и девушку, которые пытались вбить в него все правила и законы великого и могучего. Потом экс-король сообразил, что язык ему нужен не только для общения — и, подучившись ещё немного, уселся за книги.

Наш новый библиотекарь, приехавший из Екатеринбурга и цветастых пони видевший только по телевизору, был очень удивлён, когда к нему явился чёрный рогатый пёс, как ему показалось, и всучил пачку формуляров. Меньше чем центнер книг из библиотеки Сомба никогда не выносил.

Читать единорог очень полюбил. Вот и сейчас — усевшись на заднее сиденье моей "Лады" и пристегнув специально отрегулированный для пони ремень, он поднял телекинезом... оригинал Де Сада.

— Неужели до подобного ни один пони не доходил? Быть не может! Насколько наша раса нравственнее вашей, аж тошно!

— Тебе не кажется, что это слишком? — я тоже пристегнулся. Заодно вытащил из-под сиденья дротикомёт со специальными антимагическими транквилизаторами и убрал в карман — против Сомбры я его использовать никогда не буду, но при начальстве оружие надо показать, чтобы вопросов не возникало.

— Читать вот это на планшете и сажать зрение — слишком! — единорог слеветировал книгу поближе, магией листая страницы.

— Ты ходишь без одежды, а этот текст весьма специфичный, — попробовал я образумить его в последний раз .- Перед кобылками стыдно не будет?

— Моего королевского размаха нечего стыдиться, им нужно гордиться, — продекламировал жеребец. — И кроме того, здесь нет ничего, что я не представлял бы с Селестией, когда прозябал год за годом в Чистилище.

Начать с того, что тут про людей… Хорошо, что я не рассказал Сомбре о существовании фанфиков. Там были и про пони рассказы, куда жёстче и пошлее.

— Соседка тебе больше не досаждает? — выруливая на главную дорогу, я сменил тему, вспомнив про бабушку-комсомолку, у которой был балкон сбоку от нашего.

— Ох, не напоминай! — он аж содрогнулся. — Я не знаю, она новости не смотрит? Или у неё совсем память отшибло? Уже и крестила меня, и водой противной брызгала, даже экстрасенса вызывала! Ненастоящего, правда. Позавчера поднимался в квартиру — так стояла в дверях и грозила батюшку вызвать. Думает, в нём магии больше?

— Точно, память отшибло... — я затормозил на светофоре. — Во времена её молодости за священников не погладят по голове, а выгонят из партии.

— Так что ты хочешь! Читал я о вашей революции — но что поделать? Живёте в серости, снег приходит неожиданно и уходит неожиданно, дождь по заказу не позовёшь и не прекратишь. Вот и надеется бабка наша на то, что после смерти попадёт в Эквестрию человеческую, будет в тепле жить и на солнышке валяться, а тут не то что от партбилета откажешься...

С религиями Сомбра тоже ознакомился быстро, как и с атеистической литературой. В нашей библиотеке книги по теологии занимали третий стеллаж у входа, сразу после стеллажа с детективами и стеллажа с учебниками и пособиями.

— Всё, надоел со своим бабками! Дай почитать! — жеребец явно не был настроен вспоминать соседку. Ну и правильно, старушка ещё та...

Плавно выехав с нашей улицы, я влился в поток машин и покатил по хорошо знакомой рабочей дороге. Уже не было странно ехать вдоль разукрашенных пятиэтажек, которым понячья любовь к яркому цвету словно подарила вторую жизнь, видеть у светофоров среди толпы людей представителей мира Эквестрии: от звероподобных и ящероподобных двуногих до пони. В нашем городе их проживает всего пятнадцать процентов от всех прибывших в Россию; однако, по той простой причине, что он был первым, кажется, что пони жили среди людей всегда.

* * *

Здание УВД было облицовано гладкой блестящей плиткой, а начищенный герб напоминал новую медную пуговицу на мундире городового. Если бы и в делах наших такой же порядок присутствовал.

— Что-то быстро сегодня, — Сомбра сам открыл дверь и спрыгнул на землю, прицокнув металлическими накопытниками. Затем потянулся и слевитировал из машины свою карточку-пропуск. — Так, если там опять будет эта рогоноска, сам с нею разговаривай! Прислали специалиста по тёмной магии, которая не выносит тёмных магов! Это всё Селестия подстроила, поверь!

Особа, которую Сомбра описывал — Флорал Глоу — сама была той ещё тёмной особой, как внешне — черношёрстая с дикими фосфорицирующими узорами — так и по части избранной области чародейства. Но эта единорожка и Сомбра не поладили сразу, как два паука в банке.

В лаборатории, погруженной во мрак, Флоу мерцающим призраком перемещалась возле шкафов, заставленных магическими реактивами, кристаллами и артефактами прямиком из Эквестрии. Но владеющая темной магией кобылица на самом деле к злым магам не относилась, и в Сомбре видела лишь затаившегося врага.

— Пришли? Двери закрывайте!

Просьбу пришлось исполнить мне. Заодно я включил свет — Глоу работала в полной темноте, предпочитая свет от своих узоров любому другому, но у меня лично без перебивающего освещения от него болели глаза. Пони Баскервилля какая-то...

— Получила запрос, рогачка? — Сомбра прошёлся мимо шкафчика, намереваясь приблизиться к единорожке, но та остановила его телекинезом.

— Изучать безумца на заклятие? Да, получила, и удивлена, что ты не ошибся! Он действительно душевнобольной, — кобылица состроила очень нехорошую мину. — Но не одержимый.

— Тем лучше, — Сомбра довольно обернулся ко мне. — Что, дорогой Артур Гастингс, дело закрыто? Я могу за твои средства угостить мороженым и очаровательную кобылу? Чтобы на рог надеть рожок.

— Попридержи своего коня, — обратилась кобылица ко мне. — Сейчас у нас серьёзное дело. Должна быть причина, по которой человек ни с того ни с сего сходит с ума, и начинает принимать собратьев за поленья. Пока над ним работали психологи, я взяла образцы с его одежды и — та-дам!

Её рог зажёгся яркой магией, и она переместила к Сомбре почти под нос стакан, заполненный голубой жидкостью.

— Нашла магический след!

Жеребец издал возмущённый "фырк", но всё же принял стакан телекинезом и приподнял стеклянную крышку, осторожно понюхав жидкость. Судя по тому. как он скривился, пахла она ещё как!

— Не проклятие, но... Кажется... — он торопливо составил стакан на лабораторный стол и чихнул с такой силой, что чёрную гриву кобылки как ветром разметало!

— Сомбра! — завопила та

.

— Прости, — единорог поморгал, сам ошалев от силы своего чиха. — У меня аллергия на порталы с тех самых пор, как я познакомился с Твайлайт Спаркл!

— Мы все в школе историю учили, а Дневник Дружбы читал наш дорогой человек, — кивнула взявшая себя в копыта Глоу. — Поэтому, если можно и если ты знаешь подробности, скажи их нам!

— Да что тут раздумывать, — фыркнул единорог. — Скорее всего человек оказался в зоне действия портала. Не простой телепортации, а именно перехода из одного места в другое. Так прынцессаТвайлайт из Эквестрии перенеслась в Кристальную Империю за какие-то жалкие полчаса, да ещё и друзей своих захватила.

— Если мы окажемся на месте, ты сможешь определить, кто телепортировался и куда? — Я спросил у Сомбры, и он, подумал, кивнул:

— Да. Но последовать за ними уже не смогу, только пешочком. Большую часть силы у меня отняли...

— И поделом, нечего было столько пони в рабство обращать! — кобылка обмахнула себя носовым платком и повернулась ко мне. — Возможно, что тут было нечто комбинированное — магия от открытия портала могла наложиться на проклятие. Либо портал открыли для того, чтобы напасть на нашего невменяемого, который тогда ещё был вменяемым, либо он стал свидетелем чего-то, чего не должен был видеть. Я рекомендую вам съездить на место преступления, и может, Сомбра чего-то там почувствует. Хотя я бы лучше взяла собой ручную крысу или собаку на крайний случай.

— Я о своём друге лучшего мнения. Но за помощь большое спасибо! Держите гостинец, — улыбнувшись, я достал из куртки коробочку с сахаром кубиками и положил на рабочий стол. Заметив завистливые молнии в глазах Сомбры, я шепнул ему: — Идём за мороженным.

— Увидимся ещё, — упоминание о мороженом снова подействовало на единорога как ласка на кота — он даже улыбнулся кобылке. — Так что до скорой встречи.

— Давайте-давайте, не задерживаетесь. А то уволят за нерасторопность, где будешь себе работу искать, Сомбра?

— Открою свой бизнес! — крикнул он на прощание, не оборачиваясь.

* * *

Живописный уголок выбрал для портала преступник — высокие и широкие деревья шумели листвой над дорогой, обступая дачи. Жаль, дорога к этому месту была вымощена чем угодно, но только не асфальтом. Свернув с трассы, мы быстро в этом убедились, подскакивая на сиденьях. Сомбра изо всех сил старался не уронить рожок "Мелкой птички", зная, что за пятна на обивке кресел я надеру ему уши, невзирая на экс-королевский статус.

— До сих пор его не доел? Что ты так долго тянешь?.. — я подивился, замедляясь перед нужным нам участком.

— Сейчас! — единорог откусил здоровенный кусок, прожевал. проглотил, и показал мне чёрненький конус. — Шоколад надо оставлять напоследок, так вкуснее!

вчера

— Ни ленточек, ни постовых... — тем временем я ворчал, вылезая из машины. — Не место преступления, а проходной двор. Приходи кто хочешь, кради улики.

— Обычные полицейские уехали, маги побывали... А печать сейчас на двери ставить смысла нет, маг может снять её без всяких следов.

— Все равно безалаберность, — я проверил, на месте ли дротикомёт. Против мага — самое то, чтобы нацепить кольцо-блокатор, нужно слишком близко подойти.

— Да я и не спорю, — Сомбра покрутил головой. — Ну-ну, посмотрим.

— Куда рванул! — остановил я жеребца. — Пойдем сначала опросим народ. В доме все украдено до нас, — и добавил, встретившись с ошарашенным и непонимающим взглядом пони, — земная поговорка такая.

— Прф, — жеребец закрутил головой. — Пойдем, опросим уцелевших. Хотя вряд ли сейчас кто-то захочет разговаривать, несостоявшиеся жертвы обычно замыкаются в себе.

Как назло, в дачном посёлке мы ни одной живой души не нашли. То ли маньяк перебил всех, полностью зачистив посёлок от свидетелей, то ли выжившие разбежались от испуга, и их понять можно…

— Ты чувствуешь, где именно могли создать портал? — поинтересовался я у Сомбры после очередного круга бесплодных поисков.

— Я вроде не чихаю, шерсть у меня не выпадает, — он поежился. — Так что портала рядом нет, а…

Вдруг у него вырвался зверский рев, пробирающий до костей своими злыми нотками. Я проследил за его взглядом, направленным на фонарный столб.

— Это же просто рисунок, Сомбра.

— Это Твайлайт! — жеребец магией сорвал со столба бумажный прямоугольник с надписью "Возьми пони с собой" и пятью отрывными бумажками, на которых была нарисована фиолетовая единорожка. — Да ещё и до аликорнизации! Ррр!

— И повесили её давно, — по привычке, вследствии профессиональной деформации, я внимательно осмотрел подобие отрывного объявления, распечатанного на лазерном принтере. Из шести листочков с Твайлайт сейчас висел лишь один, бумага была помята и высыхала от дождя пару раз. — Значит, жители посёлка относятся к пони нормально, иначе бы сдёрнули сразу и выкинули.

— Я не об этом. Дай хоть бумажной отомстить! — рыкнул жеребец. — Между прочим, Твайлайт настояла на том, чтобы отправить меня на Землю!

— Скажи ей спасибо, здесь тебя считают таким же пони, как остальных, а не ожившим Гитлером. Ты, кстати, говорил, что сможешь почуять мага, который создал заклинание телепортации, если будешь на месте. Итак?

— След магический, и то если мы будем на месте преступления. Я не знаю, где зацепило того человека, возле дачи ничего не почувствовал, — Сомбра со вздохом зашвырнул бумажку через забор в кусты. — Пойдём поближе к поленнице, может, там что обнаружим. А если нет — значит, за пределами дачи ударило, но подействовало, только когда он домой вернулся.

Я воспользовался ключом, отнятым при обыске у подозреваемого, и открыл навесной замок на калитке. Можно было и перелезть через забор, но зачем полицейскому себя вести как грабителю и нервировать что окружающих, что собственное ведомство?

Придерживающийся такого же мнения Сомбра проскользнул в открывшуюся щель первым и быстро процокал по участку, оглядываясь. Его магия скользнула по участку, тёмными щупальцами дыма обвивая ветви и стволы деревьев, пролетая над дорожками и к дому.

— А вот это уже интересно, — заметил Сомбра, обернувшись ко мне. — Посмотри на восточные ветви сливы.

Те были лишены листьев, как отмершие. Их бы отрезать, чтобы дерево не тянули.

— Ты не забывай, Сомбра, что я простой человек. Мои восприятие и логические способности куда ниже твоих.

— След темной магии, — Сомбра провел копытом линию, показывая, что ветки без листьев были и на других деревьев. Мало того — они образовывали нечто вроде туннеля в листве, и вел этот туннель в лес за границей земель товарищества.

— Неужели никто не заметил такого следа?

— Светлые маги высокомерны, их кругозор ограничивается тем, что они могут почувствовать, — рог жеребца слабо загорелся. — Иди за мной, здесь и вправду все осмотрели. Да кое-что поглядели.

Сомбра смело перескочил через забор. Я постоял в раздумье, оборачиваясь к калитке, но решил неотступно следовать за единорогом, ещё потеряется. С кряхтением я подтянулся на сетчатой ограде, перемахнул через неё, слез, как по шведской лесенке, и побежал вслед за Сомброй. Низко нагнувшись к земле, он сейчас напоминал собаку-ищейку. Только Сомбра не нюхал воздух, а внимательно присматривался, иногда заставляя рог мерцать магией, чтобы не упустить магический след. Ветки задавали лишь приблизительное направление, но и они достаточно задавали нам курс, позволив нам вскоре выйти на небольшую лесную поляну.

Трава на ней полегла, придавленная к земле, словно после посадки летающей тарелки, а в этому кругу был выжжен замысловатый, будто кружащийся узор.

— Это ещё что? — спросил я у Сомбры, который немедленно принялся кружить по поляне, рассматривая замысловатые линии.

— По... По... Апчхи! Портал! — он остановился, утерев нос. — Несанкционированный, конечно же, и направленный в наш мир, но не на территорию Принцесс. Кто-то пытался или тренировался, собираясь призвать в ваш мир что-то злое. Но перестарался, наследив... Апчхи! Теперь понятно, почему дачник сошёл с ума — либо на него наслали проклятие под прикрытием портала, для отвлечения, либо энергия обряда так подействовала на человеческий мозг.

— Что ты так расчихался? — покосился я на жеребца. — Неужели сама Твайлайт этот портал создала, что у тебя снова аллергия проснулась?

— Нет... не она. Сейчас выясню, кто.

Встав по центру выжженного знака, Сомбра поднялся на задние ноги и прикрыл глаза. Рог его запульсировал красным, замигал всё быстрее и быстрее, энергия скользнула по телу жеребца и вдруг собралась на его передних ногах. С кратким рыком Сомбра ударил ими по земле и весь мир вокруг приобрёл багровые тона.

Листва и трава стала одного цвета с корой, небо вместо голубоватого стало апельсиновым, даже мои футболка и джинсы сменили цвет, и только Сомбра остался таким, как раньше. Последи поляны появился дымчатый силуэт другого пони, созданный будто из зависшей в воздухе и застывшей пыли. От этого фантома вела размытая, но различимая дорожка из недвижимой взвеси, иногда уплотнявшейся в похожие силуэты

— Ясно, — прорычал мой напарник. — А ну в машину! Нам нужно срочно вернуться в город.

— Думаешь, он там?

— След не слишком свежий, но в городе мы можем отыскать новый, — единорог скривился. — Давай, не заставляй меня бросать тебя здесь! Я бегу со скоростью в шестьдесят километров в час, а ты сколько выжмешь?

— Не забывай останавливаться на светофорах, а то задержимся куда как на дольше! — чтобы вернуться к машине, я все же решил обойти заборы. Краснота постепенно спадала, нормальный мир возвращался.

Сомбра фыркнул в ответ. Его рог продолжал сверкать магией, удерживая путеводную нить, по которой нам придётся ехать. Пока он устраивался на заднем сиденье, я успел чиркануть письмо о том, что мы напали на след — а больше ничего написать не успел.

— Но-о, поехали! — погонщик выискался! Привык к личному водителю!

— Чего это ты так взъерепенился? — я постарался добавить в тон как можно больше неудовольствия.

— Не люблю конкурентов. А если серьёзно, зря мы столько времени тратили… — Сомбра вздохнул. — Представь себе единорога, который всерьёз решил использовать магию во зло. Какие заклинания он знает? Он может телепортироваться прямо к тебе домой, или к нашей дорогой соседке, повернуть кран газа и отправить весь дом на воздух. Телекинезом вывести из строя крохотный винтик и отправить в придорожную канаву автобус. Магическим лучом просто убить или наслать проклятие, сводя с ума…

— Чего-то ты о других стал беспокоиться? — я удивлённо посмотрел на своего товарища. — Может, как раз на это и рассчитывала Твайлайт, отправляя тебя сюда?

— Я просто избавляю нас от лишней работы! — фыркнул Сомбра. Но фырк был настолько наигранным, что я поскорее отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

* * *

— Молодец убийца, ничего не скажешь... — мне пришлось остановить машину у контрольно-пропускного пунка Сокольников, закрытых на мероприятие любителей причудливых костюмов. — Легко скрыться в яркой толпе, отвадить ненужных лиц без билета, да и чертить любые пентаграммы ему не помешают, а ещё и помогут!

— Что ещё за ерунда? — Сомбра выглянул из окна как раз в тот момент, когда мимо нас прошла кучка зомби. — Кому пришло в голову изображать мертвецов, если можно в любой момент ими стать! — он загнусавил голос, как в озвучке знаменитого фильма. — Вот так, лежишь себе в постели задаром живёшь — и вдруг раз, и ты уже покойник! Жизнью нужно…

— Кончай! — развезло Сомбру от мороженого чего-то. Вот так земная еда, напичканная половиной таблицы Менделеева, действует на пони. — Наоборот, хорошо. Если нашему негодяю известно, кто ты, он подумает, что это просто косплей такой.

Билета нам, конечно, не понадобилось — следовательское удостоверение, считай, бесплатный абонемент куда угодно. Только вот "мою собаку" долго не хотели пускать, пока она не поставила охрану на место.

— Считай, не спутает, — разозлёно выдохнул Сомбра, оставив охранников в море их собственных кошмаров. Нечего чинить препятствия правосудию. — Если я его просто ищу, то он наверняка меня почуял. Ну так может хоть бы спугнём... Не зря он сюда приехал, чует моё чёрное сердце, не зря!

Я его понимал. Народу здесь собралось — уйма, и если вдруг взбесившийся маг решит повторить свою разрушительную затею, жертв будет очень много, но куда хуже того — паника. Испуганные люди будут мешать работе полиции, затрудняя своё спасение. А главное, все эти маньяки в окровавленных одеждах, рыцари с мечами в почти собственный рост, супергерои с надутыми мускулами бросятся бежать врассыпную, а злоумышленник, скрываясь, сам затеряется в толпе.

Похоже, Сомбра разделял мои опасения. Саблевидный рог вспыхнул — жеребец пытался определить, куда ведёт запутанный магический след.

— Он здесь, определённо. Но что задумал — не знаю. Если это ритуал призыва, проще всего будет начертить определённый магический символ — но ума не приложу, какой именно он выберет!

— Тот, который он и тренировал? — я всматривался в людские массы, пытаясь углядеть среди них пони. Увы, их тут, кроме моего друга и коллеги, не было. Кстати, к Королю уже начали проявлять неуместное сейчас внимание. Несколько девчушек лет пятнадцати, взвизгнув, подбежали к нему и, даже разрешения не спрашивая, начали по-очереди с ним фотографироваться.

Сомбре это в поисках ничуть не помогало, но повторить трюк с кошмарами он не мог. Пугать детей вообще нехорошо, так ещё и точно выдаст себя врагу! Хотя и так, считай, выдал.

— Там были комбинированные знаки... — процедил сквозь зубы жеребец, выбираясь из толпы поклонниц. — Так, давай следовать от противного. Он наверняка пони и, почти уверен я, что единорог. Ищи! Если не поймаем, так хоть спутаем злодейский план!

— А может, попробовать его отвлечь и заставить беспокоиться? — постоянное внимание публики к Сомбре навело меня на прекрасную мысль.

Как только ещё один почитатель инопланетной культуры — полноватый мужчина в футболке с гербом Эквестрии — присел на корточки, делая с Сомброй селфи, я тоже влез в кадр, заодно тихо спросив мужика на ухо:

— Ты других единорогов тут не встречал? Мы их ищем для группового выступления.

— Да пара-тройка ходила, — парень дождался фотографии, затеем махнул рукой куда-то в сторону. — Они всё группами держатся. А что за выступление?

— Закошмарю вас, — фыркнул Сомбра, вызвав у парня почти девичий вопль восхищения. — Но потом. Так, пошли, посмотрим, где эти разгильдяи прохлаждаются.

— Не хочешь попробовать снова сделать... Красную вещь? — я покрутил руками в воздухе, следуя за единорогом.

— Тут уже слишком много людей, чтобы внятно почувствовать пони, а то бы я так сделал с самого начала. Но смотри, кажется, его видно и так…

Сказав это, он тут же повернулся и как бы случайно наступил мне на левую ногу. Не сильно, но достаточно, чтобы я догадался повернуться в правильном направлении.

Ну да, единорог. Белый, с нежно-розовой, но наверняка крашенной гривой, и кьютимаркой в виде дуги семицветной радуги.

— Почему он?

Сомбра через плечо посмотрел на меня.

— Кьюти не совпадает с окрасом, и вряд ли он работает на погодной фабрике. Кроме того, в Эквестрии принято выделять шесть цветов радуги, а не семь. Окрас стандартный, прям как у ваших дурацких игрушек. И…

— Понял. Ты слева, я справа... — я кивнул Сомбре, немного от него отходя и доставая из заднего кармана маленький дротикомё, выданный мне для усмирения Сомбры, если он забуянит. Но пригодится он против другого пони.

А тёмно-серый, тем временем, подскакал к крашеному, ухмыляясь как Пеннивайз и цитируя Генри:

— Эй, мальчик! Хочешь получить пакетик леденцов и прокатиться?

— Сомбра! — в голосе пони скользнула насмешка. — Ты ли это? Ой, боюсь-боюсь-боюсь! Великий король Кристальной Империи... А где же твоё королевство?

Прекрасно, единорог на своего собрата отвлёкся. Значит, пока не буду вмешиваться, постою в сторонке, но чуть что, когда выяснится, что это действительно наш клиент — выстрелю.

— Там же, где твои мозги, — изощрялся Сомбра в полемике уровня школьников на продлёнке. — Забыл четвёртое правило злодея? Убивай своих врагов, надёжнее, чем проклинать их.

— Это ты о чём? Смотри, Селестии пожалуются, мигом тебя в саду обратит в предмет декора, — а белый не собирался уступать. — Будешь радовать Её Величество своим внешним видом, а ещё порадуешь жеребят и птичек! Только садовник радоваться не будет, с тебя какашки счищая!

— Как видишь, из меня статуи не сделали, а вот из тебя — вполне! — Сомбра устал от бесплодных разговоров и перешёл в наступление, попытавшись обхватить пони в луч своей магии.

Тот неожиданно легко отбил тянущийся к нему луч и отскочил назад. Поклонники пони, явно принимая эту сцену за начало представления, принялись радостно галдеть. Чтобы не затягивать выступление рогатых, я воспользовался дротикомётом и пульнул иглу с усыпляющим составом белому в круп, где мяса побольше.

Однако дротик не достиг цели — лишь завис в воздухе, охваченный магическим облачком, тогда как пони резко обернулся ко мне и с диким хохотом притопнул копытом.

— Опоздали, господа! — облизнулся он, отшвырнув дротик. Голос его поразительно изменился, зазвучав зло и сильно. — Вы, мерзкие, поганые людишки, изгадившие родной мир! Вы как чума, как заразная болезнь переползаете с материка на материк, с суши смотрите в воду, с планеты лезете в космос! Но я не позволю вам заразить нашу Эквестрию!

— Чёрт рогатый, какой ты банальный... — просипел Сомбра, переходя на уже более серьезные, боевые заклинания.

Зрители радостно завопили, когда начался магический поединок, а я всё никак не мог выждать момента, чтобы атаковать отвлечённого врага. Сомбра явно уступал ему по силам — он и так был лишён большей части своей магии, да ещё и колдовал сегодня много! И быть бы ему битым, если бы не зрительский запал: с каждым новым воодушевлённым воплем, с каждым новым подбадривающим криком «Побей его, Король!» Сомбра и сам воодушевлялся всё больше. Симпатии зрителей явно были на его стороне, и не прошло и минуты, как враг был отшвырнут мощным магическим ударом!

Однако было поздно. Единорог ещё не закончил свой полёт, а пол под ногами уже заходил ходуном. Один из магических символов на полу зажёгся бледным свечением, которое начало стремительно пробегать по завитушкам рун.

Зрелище было завораживающим и волшебным, но зрители уже не могли восхищаться его красотой. Их начало мутить, головы закружило, конечности ослабели. Да я и сам почувствовал себя плохо. Зловредная энергия портала мутила разум, скручивала желудок. А из его середины, из чёрного лаза между мирами выглянула столь мерзкая рожа, что глазам становилось больно, если смотреть на неё.

Смех тёмного мага ударил по моему слуху мелким противным градом. Сомбра зарычал, зажмурился, напрягая все силы — его рог раскалился уже не докрасна, а добела. Дышать сразу стало легче — портал окольцевала красно-чёрная магия, закрывая сначала его середину, а затем выжигая символы зелёным пламенем.

Монстр рванулся наружу, но отступил, порезавшись о руны, и скрылся в истаявшей дымке. Сомбра со вздохом обессиленно опустил голову, расслабляясь. Теперь начиналась моя работа. Не теряя времени, я прыгнул на единорога-виновника преступления, схватил его за голову и, борясь с ним, нацепил на рог противомагическое кольцо.

— Отпусти! Грязная лысая обезьяна! — засучил ногами единорог, однако внезапно его морду охватила красная магия, лишая всякой возможности оскорблять меня.

— Ты имеешь право хранить молчание, гадёныш! — рыкнул Сомбра.

— Потому что любое твое слово может быть использовано против тебя! Но ты уже наговорил на пожизненное заключение! — не ограничившись кольцом, я стреножил злого, но неудачливого колдуна. — Организация массового убийства и разжигание межнациональной вражды!

— Меня будут судить не по вашим законам, а по понячьим! — фыркнул высокомерный болван. Сомбра помахал ему копытом:

— Тогда до встречи в саду, дружище!