# Долой царя Селестию 2

Overhans

Продолжение того самого эпик вина о приключениях нашего царя-батюшки в Эквестрии. Теперь на порядок больше эпика, да и с вином тоже вроде всё норм. А ещё главный герой будет не один…

Ну вот, собственно… Шесть лет спустя я, наконец, раскачался и дописал проду. Лучше поздно, чем никогда, верно? Не знаю, получилось ли сохранить дух оригинала (если он там, конечно, был), но что вышло, то вышло. Кстати, первую часть можно найти здесь.

Тексты такого объёма для меня в новинку, поэтому если отыщете ошибки любого рода (особенно, косяки сюжета) — просьба указать о них в комментариях. А вот спойлерить прошу не очень — вдруг кому-то финал хотя бы капельку вынесет мозг (хотя это вряд ли, интригу нагнать у меня, похоже, не особо получилось). В любом случае, приятного прочтения!

Ах, да! И, по старой доброй традиции, жирный-прежирный дисклеймер.

ВНИМАНИЕ!!!

Сюжет этого рассказа целиком и полностью является вымыслом! Личности персонажей и происходящие с ними события созданы исключительно фантазией автора, а любые совпадения с реальностью абсолютно случайны! Данное произведение не несёт в себе ни политического, ни национального, ни, упаси боже, религиозного подтекста, и может рассматриваться только как юмористическая сатира. Вас предупредили, так что можете глушить моторы своих пативенов…

## Глава первая

Дмитрий Медведев был в панике. Он вообще любил паниковать по всяким незначительным пустякам, а действительно важные государственные проблемы оставлять без внимания. Конкретно настоящий его панический приступ был вызван звонком из Центра международной торговли, где уже с минуты на минуту должна была начаться пресс-конференция с Владимиром Путиным, но гвоздь программы по какой-то причине до сих пор там не объявился. И вот теперь премьер-министр Российской Федерации, велев шофёру выжать из иномарки все имеющиеся ресурсы и наплевав на любые правила дорожного движения, гнал по Москворецкой набережной и думал лишь о том, как бы побыстрее попасть в Кремль и где искать отбившегося от рук президента. Пару раз он даже опустил бронированное стекло и обматерил возмущающихся таким произволом властей водителей, что говорило о чрезвычайной напряжённости главы правительства. По обыкновению раздувая из мухи слона, Медведев в этот самый момент свято верил, что если Путин не явится на пресс-конференцию вовремя, то наступит, как минимум, гибель всей Вселенной, и считал себя единственным, кто может её хоть как-то спасти.

«Ну почему именно сегодня? — размышлял он, нервно комкая свой галстук. — Почему именно в такой важный для страны день ему вдруг приспичило снова куда-то испариться? А мне, как всегда, за него всё расхлёбывать!»

Машина проехала через ворота Кремля, и Медведев выскочил из неё, даже не дожидаясь, пока она остановится. Его пристальный и усталый взгляд заметался по окнам Сенатского дворца, будто надеясь высмотреть за одним из них притаившегося президента, которому совершенно некстати вздумалось сегодня поиграть в прятки.

— Только бы он был здесь! Только бы он был здесь! — как мантру повторял премьер-министр, бегом пересекая Ивановскую площадь.

Путин действительно был в Кремле. Но обнаружил его Медведев почему-то отнюдь не на рабочем месте, а возле Царь-пушки, которую президент, словно какой-нибудь китайский турист, и разглядывал.

— Владимир Владимирович?! — ошарашенно выдавил запыхавшийся премьер, для верности протирая глаза и убеждаясь, что перед ним не мираж. — Вы чего тут стоите? У вас же сегодня пресс-конференция!

— В самом деле? — невинно уточнил тот. — Ну ладно, а что делать-то надо?

На этот раз Медведев тёр уже не глаза, а уши, уверенный, что ему послышалась последняя фраза.

— Вы себя точно хорошо чувствуете? — осторожно поинтересовался он. — Голова не кружится? Ничего не болит? Говорил я вам, что в вашем возрасте следует быть осторожнее с этими всякими карате-марате!

— Да нормально я себя чувствую, — пожал плечами Путин. — Как раз вот собирался ехать на эту вашу… конфронтацию, или как её там. А где она будет, не напомните?

— В Центре международной торговли, — подозрительно прищурившись, ответил премьер.

— Ах да, точно! — хлопнул себя по лбу президент. — Спасибо, что напомнили. А где он, этот торговый центр? Далеко отсюда?

— Давайте-ка я лучше сам вас туда отвезу, — Медведеву сильно не нравилось происходящее с Путиным, и он решил лично проследить за ним, чтобы президент вдруг не натворил глупостей.

Усадив непутёвого товарища в подъехавшее авто, Дмитрий Анатольевич плюхнулся рядом и велел шофёру мчать во весь опор к ЦМТ, на что тот лишь удручённо вздохнул, порядком уставший от всех этих гонок.

— Святые депутаты! — ругался премьер, то и дело доставая из кармана свой очередной яблокофон и проверяя время, пока Владимир Владимирович таращился в окно на московские достопримечательности, будто видел их впервые в жизни. — На десять минут опаздываем! Представляю, что там сейчас творится…

Но ничего особенного на пресс-конференции не творилось. Присутствующие в зале репортёры слегка беспокоились, но, завидев вошедшего Путина, покорно разбрелись по своим местам. Медведев пристроился на заднем ряду, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Все его мысли были заняты нелогичным и даже странным поведением старшего друга. Но в чём же причина? Сильная магнитная буря на Солнце? Международный заговор? Или же просто переутомление? Премьер не знал.

«Бедный я, — думал он, слушая, как Путин односложно и невпопад отвечает на простейшие вопросы журналистов, путается в терминах и, как порой кажется, вообще не понимает, где находится. — Всю страну, выходит, на себе тащу. Чуть что ни случись, всё мне разруливать. Ещё и Вовка опять чудит ни с того ни с сего. Может, стоит снова детектива нанять?»

Впрочем, вскоре Путин заметно втянулся в диалог с народом и даже стал задвигать свои обычные ничего не значащие словесные конструкции, отчего премьеру немного полегчало. Он потянулся и зевнул пару раз, так как витиеватые разглагольствования Путина всегда вгоняли его в сон.

Но, как потом оказалось, расслабился он рано, ибо в какой-то момент речи президента явно начали выходить за привычные рамки.

— Владимир Владимирович, — обратился к Путину журналист с «Первого канала», — у меня вопрос по поводу пенсий. Планируется ли в ближайшие годы менять пенсионный возраст и размеры выплат?

— Разумеется, менять будем, — заявил президент. — Не сразу, конечно, но уже в скором времени будет разработана соответствующая программа, направленная, в первую очередь, на средний класс. Нужно отчётливо понимать, что это перспективная задача, и её выполнение зависит, в первую очередь, от таких факторов, как сплочённые и целенаправленные действия сотрудников пенсионного фонда, причём, не следует забывать и о тех, кто работает, что называется, на местах. Система должна быть чёткой, доступной и не иметь в себе никаких дыр, сквозь которые деньги будут утекать попросту в чей-то карман. Мы все должны ясно понимать, что такая важная экономическая составляющая, как выплата пенсионных пособий, должна полностью контролироваться государством. Что касается, собственно, цифр, то возраст, с которого начинаются выплаты, у мужчин будет составлять пятьдесят лет, а у женщин — сорок…

Медведев вздрогнул от неожиданности и беспокойно завозился в своём кресле. Что ещё за пятьдесят и сорок?

— Это то, к чему нужно упорно стремиться, — продолжал тем временем Путин. — Размеры пособий тоже играют существенную роль. Исходя из заявленной выше программы, уже к двадцать первому году мы поднимем планку для средних слоёв в десять раз…

— Во сколько?! — громко вырвалось у Медведева, и на него тут же зашикали со всех сторон.

Чем дольше говорил Путин, тем больше его речь превращалась для премьер-министра в триллер. Он обещал поднять зарплаты учителям и врачам в десятки раз, а работникам госаппарата — во столько же понизить. Обещал заблокировать «Фэйсбук» на территории России и пересадить всех пользователей на «Одноклассники». Обещал даже сократить финансирование государственных телеканалов и кинематографа, а сэкономленные деньги пустить на строительство железной дороги вдоль загруженного Рязанского шоссе.

Премьер почувствовал, что ещё немного, и он точно потеряет сознание. Перед глазами всё расплывалось, а ещё сильно закололо сердце, и второй человек страны схватился за то место на груди, где, по его мнению, оно располагалось. Чья-то сильная рука тряхнула его за плечо.

— Эй, ты живой там ещё? — спросил прямо над ухом смутно знакомый голос.

— А? Нет, всё… нормально… — выдавил в ответ Медведев. — Перенервничал просто. Сейчас только корвалольчику выпью…

Трясущейся, словно от паркинсона, рукой он полез в карман, выудил пузырёк с лекарством, кое-как откупорил негнущимися пальцами и вылил всё содержимое в рот.

— Ой, вот и полегчало! — через силу улыбнулся он.

Картинка перед глазами вернула себе чёткость, и премьер, наконец, смог разглядеть того, кто сидел рядом с ним.

— Анатолий Александрович?! — пустой пузырёк выпал из рук Медведева, со звоном стукнулся об пол и покатился куда-то между кресел. — А вы чего тут делаете?

Самый знаменитый еврей страны ухмыльнулся и пригладил бороду.

— Просвещаюсь, — кивнул он в сторону Путина, который снова нёс какую-то ахинею. — А ты, Димка-холоп, всё подле государя своего трёшься?

Медведева глубоко возмутило такое фамильярное обращение, но отчитывать зазнавшегося Санту Клауса в жилете у него сейчас совершенно не было настроения.

— Видите, что творится? — премьер также кивнул на Путина. — Если так и дальше пойдёт, он нас всех по миру пустит!

— Да, с ним сегодня что-то не то, — задумчиво согласился Вассерман.

— Что-то не то?! Да это просто кошмар! Судный день! Фэйсбук заблокировать — слыханное ли дело! Там же все мои посты, селфи… О горе мне!

— Да ладно тебе, Димон, успокойся! — Онотоле на всякий случай отодвинулся подальше от воздевающего руки к небесам премьер-министра. — А то я уже и за твоё психическое здоровье беспокоиться начинаю!

— Да-да, простите меня… — сконфуженно пробормотал Медведев, поправляя галстук. — Нашло что-то вдруг… Так что же нам теперь делать? Посоветуйте что-нибудь, вы же вундеркинд!

— Это ты вундеркинд, дитятко, — вкрадчиво объяснил Вассерман. — А я гений. Ладно, давай решим с тобой эту загадку. Что-нибудь необычное за Путиным ты в последнее время замечал?

— Да нет вроде… Обычные собрания, проверки разные, встречи с послами… Чёрт, я почти уверен, что это японский посол ему какую-то бурду в чай подмешал! Уж больно ехидно он улыбался тогда…

— Интересная гипотеза, но думаю, что дело в другом, — Вассерман был серьёзен как никогда. — Если Путин действительно так резко изменился в одночасье, то объяснение этому я вижу лишь одно.

— И какое? — рассеянно спросил Медведев, уже вовсю прорабатывая в голове теорию о японском заговоре с целью аннексии Курильской гряды.

— А то, что президент-то ненастоящий!

На секунду премьер потерял дар речи.

— Да что вы такое говорите! — испуганно прикрыл он рот ладонью. — Как это Владимир Владимирович может быть ненастоящим?

— Уж не знаю как, — развёл руками Вассерман. — Это ты у нас специалист по нанотехнологиям и прочим новомодным штучкам. Но я с уверенностью могу сказать, что там, — он ткнул пальцем в сторону президента, — не Путин. По крайней мере, не наш Путин.

— И что же нам теперь делать?

— Будем брать живым, — решительно произнёс Вассерман. — Если Лжепутин знает, где настоящий Владимир Владимирович, то мы вытрясем из него эту информацию.

— Вы что, прямо здесь хотите его… того… — ошарашенно уставился на него Медведев.

— Естественно. Или ты хочешь подождать, пока он окончательно ввергнет страну в анархию своими еретическими заявлениями? Мне-то ничего не будет, я ведь истинный еврей. А вот вы, принцы-полукровки, ещё наплачетесь!

— Ну, я даже не знаю… — заупрямился как маленькая девочка Дмитрий Анатольевич. — Прямой эфир, всё-таки. Вопросы могут возникнуть нежелательные.

— Вот потом их и решим. Ну так что, будем брать самозванца или нет?

— Ладно-ладно, — вздохнул Медведев. — Но только, чур, сделаем это как в голливудских фильмах! Я хочу, чтобы было круто.

Вассерман лишь снисходительно покачал головой. Они незаметно выскользнули из зала, а затем, когда в монологах Лжепутина наступила пауза, ворвались обратно, громко хлопнув дверьми. Все присутствующие разом повернулись к ним, и даже президент удивлённо привстал со своего кресла.

— Именем Российской Федерации вы арестованы! — крикнул Медведев и тут же поперхнулся, зайдясь в приступе кашля, так как громко орать он не привык. Вассерман услужливо похлопал его по спине.

— Что это значит? — поднял бровь путинообразный. — Как это понимать, Медведий?

— Я Медведев! — тот уже достаточно прокашлялся и снова мог надрывать свои слабые голосовые связки. — А вот кто ты — это уже вопрос!

— Я президент Владимир Путин! — самозванец вздёрнул нос и ткнул себя большим пальцем в грудь.

— Да неужели? — полным сарказма голосом переспросил Вассерман. — Тогда ответь нам на такой простой вопрос! Сколько звёзд на российском флаге?

Лжепутин застыл, и по его лицу сбежала вниз капелька пота.

— Разумеется, я знаю, сколько звёзд на нашем флаге! — заявил он и принялся загибать пальцы. — Так… так… Четыре?

— Все видели, как он считает?! — крикнул Медведев, обличающе тыча рукой в сторону президента. — Пальцы загибает, а не разгибает, значит, это точно не Путин!

Народ вокруг тревожно загудел. Операторы, как ошалелые, поворачивали камеры то к Медведеву с Вассерманом, то к разоблачённому самозванцу. Тот вскочил с кресла, опрокинув его при этом, и попятился к стене.

— Лови его, Дима! — крикнул Вассерман, и они с Дмитрием Анатольевичем рванули через зал.

— Стойте! — замахал руками лжепрезидент. — Я всё скажу! На самом деле настоящий Путин сейчас в…

Но договорить столь важное предложение он не успел. Его тело внезапно засветилось, а затем исчезло в яркой вспышке. Медведев и Вассерман, оправившись от неожиданности, поднялись к трибуне, но нашли там лишь едва заметное выгоревшее пятно на полу, где раньше стоял Лжепутин.

— Попахивает магией, — почесал бороду Вассерман. — Возможно, еврейской. В любом случае, это точно не шпион и не диверсант. Они хоть и тупые, но не настолько, чтобы не знать, как выглядит флаг Российской Федерации. Но, если честно, идей у меня больше нет. Совсем.

— Зато у меня есть, — Медведев закончил осматривать пятно на полу, а после медленно и очень эпично выпрямился во весь свой нанорост. — Мне уже доводилось сталкиваться с подобными… странностями. И я точно знаю, где нам стоит искать ответы.

— Ну и где же? — Вассерман был страшно уязвлён тем, что какой-то школьник в самый критический момент оказался более информирован, чем он сам, но виду не подал.

— На подмосковной даче Путина! — вскинул Медведев вверх указательный палец.

Он быстрым шагом направился к выходу, и Онотоле с кислой миной последовал за ним.

— Пока нас не будет, — обратился Вассерман к операторам, — сделайте так, чтобы все присутствующие здесь и зрители прямого эфира были чем-нибудь заняты.

Те согласно кивнули, и вскоре на экране над тем местом, где ещё совсем недавно сидел выдававший себя за Путина человек, появился мультик про Дэйва-варвара. А Медведев и Вассерман в это время уже неслись по шоссе к президентской даче.

## Глава вторая

Принцесса Селестия открыла глаза и бессознательным взором уставилась в окружающую её темноту. Несколько секунд понадобилось правительнице Эквестрии, чтобы осознать нереальность всего произошедшего, а затем она с тяжёлым вздохом покинула своё ложе и, вяло перебирая копытами, отправилась на балкон. Свежий ночной ветерок сорвал остатки сна и внёс некоторую ясность в мысли принцессы.

Снова этот кошмар. Уже больше года минуло с тех самых роковых событий, но они по-прежнему были живы в памяти принцессы.

— Его здесь нет, — как можно твёрже сказала Селестия, чтобы только услышать звук своего реального голоса.

Постояв ещё немного и поглядев на звёзды, принцесса собралась было идти обратно в кровать и попытаться снова заснуть, чтобы хоть как-то выспаться перед долгим и полным забот завтрашним днём, когда внезапно внимание её привлекла странная звезда, мерцающая ярким зелёным светом. В то время как утомлённый ночными кошмарами разум Селестии безуспешно пытался идентифицировать этот загадочный объект, тот становился всё больше и ярче, пока, наконец, не оказался почти перед самым лицом правительницы, а затем вспыхнул и превратился в медленно опускающийся на пол свиток. Облегчённо усмехнувшись, принцесса поймала его магическим полем и развернула.

«Дорогая принцесса Селестия, — гласило послание, — простите, что пишу вам в столь поздний час, но у меня имеется неотложное дело, требующее вашего присутствия. Надеюсь, вас это не слишком затруднит. Буду ждать в библиотеке. Ваша верная ученица Твайлайт Спаркл».

— Вот у кого действительно не бывает ночных кошмаров, — усмехнулась Селестия, сворачивая письмо обратно в трубочку и отправляя телекинезом в лежавшую на столике горку из остальных посланий. — Иногда у меня возникает такое чувство, будто она последние несколько лет вообще не спит.

Принцессу окружила малиновая вспышка, и через секунду она уже стояла возле знакомого дуба. Конечно, ей ничего не стоило телепортироваться сразу внутрь, но такое поведение у единорогов считалось верхом бестактности, ведь никому не понравится, когда посреди твоего дома безо всякого предупреждения появляется некто посторонний. Разумеется, саму принцессу упрекать никто бы не стал, но Селестия не любила пользоваться привилегиями без особой на то необходимости. Поэтому она, как и полагается обычным воспитанным пони, легонько постучалась и стала ждать, невольно прислушиваясь к доносящимся из дома звукам.

Дверь открыл сонный и вечно недовольный Спайк, но тут же был отброшен в сторону внезапно подскочившей Твайлайт Спаркл.

— Принцесса, я так рада, что вы уже здесь! — воскликнула она. — Я вам такое должна рассказать! Это просто невероятно!

— Твайлайт, я, конечно, ценю твоё упорство, но совершенно необязательно проводить исследования до глубокой ночи, — Селестия покосилась на Спайка, который умудрился заснуть на том же самом месте, куда и приземлился. — Любое из них вполне может подождать до утра.

— Но дело вовсе не в исследованиях! — запротестовала ученица. — То есть, я действительно проводила исследования, но… Принцесса, сегодня ночью в библиотеку пришёл незнакомец. Он очень странный, я никогда таких прежде не видела!

— И что же странного ты в нём нашла, моя неугомонная ученица? — мягко поинтересовалась Селестия. — Просто в Понивиль не так уж и редко прибывают пони со всех уголков Эквестрии. Да и не только Эквестрии, да и не только пони. Им вовсе необязательно передо мной отчитываться.

— Но принцесса… — у Твайлайт, явно не ожидавшей такой вялой реакции, поникли ушки. — Он сам попросил меня вам написать! А ещё сказал, что он гость из параллельного мира!

Селестия явственно ощутила, как ей на голову опускается кузнечный молот.

— Кто? — севшим голосом переспросила она.

— Гость, — повторил за Твайлайт откуда-то сверху пугающе знакомый голос. — Из параллельного мира. Интересно, правда?

Со второго этажа медленно спускался Владимир Путин, по всей видимости, специально поджидавший момент для эффектного появления. Перешагнув через похрапывающего на полу дракончика, он приблизился к замершей от шока принцессе. Селестия словно бы попала в продолжение своего кошмара. Она даже зажмурилась, пытаясь проснуться, но ничего не вышло. Это была реальность. Путин вернулся.

— Что ж, приятно видеть вас вновь, принцесса, — произнёс тем временем российский президент. — Вы-то, полагаю, меня ещё помните?

— Ой, так вы знакомы? — встряла в толком не начавшийся разговор Твайлайт. — Я вам тогда чай заварю!

— Благодарю вас, но в этом нет необходимости, — обойдя принцессу, Путин остановился на пороге. — Мы просто немного прогуляемся по округе, так что доброй ночи.

Удивлённая кобылка покосилась на принцессу.

— Д-да, Твайлайт, — с трудом выдавила та. — Всё нормально, можешь идти спать или… В общем, занимайся чем хочешь.

Оставив сбитую с толку ученицу наедине с мирно посапывающим помощником, Селестия покинула библиотеку и поспешила вслед за Путиным, который уже успел отойти на приличное расстояние. Нагнав президента и убедившись, что поблизости нет ни души, принцесса решилась задать главный вопрос.

— Что вы здесь делаете?

— В смысле, зачем я вернулся в Эквестрию? — уточнил Путин. — А вы сами как думаете?

— Чтобы снова попытаться захватить власть! — гневно ответила принцесса. — Но на сей раз у вас ничего не выйдет. Я не допущу, чтобы…

— Я вернулся, — мягко перебил её Владимир Владимирович, — потому что соскучился по вам.

— По мне?! — не поняла принцесса.

— Ну… и по вам тоже, в какой-то мере. Я скучал по Эквестрии и её жителям, мечтал наконец-то увидеть вас вновь, мои милые пони, прикоснуться к вам… — в этот момент Путин украдкой потянулся к развевающейся гриве принцессы, но та невидимым усилием отодвинула её подальше, и президент сделал вид, что просто хотел поправить галстук.

— Зато по вам здесь никто не скучал, — сухо сказала Селестия. — Этот год без вас выдался на редкость спокойным. И если вы ещё не поняли, то скажу как есть: вам здесь не рады.

— Неужели? — поднял бровь Путин. — А у меня почему-то сложилось такое чувство, что меня здесь видят словно в первый раз. Не знаете, как такое могло случиться?

— Да, я наложила на жителей Эквестрии заклинание забвения, — признала Селестия, — и нисколько об этом не жалею. Вы оставили после себя не самые приятные воспоминания.

— Для кого как… — задумчиво произнёс Путин. — И что же, у вас это обычная практика — стирать подданным воспоминания о неприятных моментах в истории страны? Представляю, как огорчаются злодеи, когда в очередной раз приходят завоёвывать Эквестрию, а здесь их никто не помнит. Я бы на их месте очень сильно обиделся на вас, принцесса.

— Воспоминания о злодеях я не стираю, — холодно заметила Селестия. — Из битвы с ними пони извлекают важные уроки о дружбе, а что можно извлечь из ваших выборов и всего остального, что вы тут устроили?

— Любовь к Родине, например. Как бы мне не хотелось стать президентом Эквестрии, Россия всё же была для меня важнее.

— Кстати, — заметила Селестия, — а почему же тогда вы сейчас покинули свою любимую страну? Не боитесь, что там без вас всё развалится?

— А, не о чем беспокоиться, — махнул рукой президент. — Меня там… подменяют.

Путин остановился и поднял голову, вглядываясь в ночное небо.

— Луна сегодня особенно хороша, — задумчиво произнёс он.

— Откуда вам знать? — недоумённо спросила принцесса. — В последний раз вы видели её давным-давно.

— Это не совсем так, — покачал головой Путин, продолжая созерцать космические пейзажи. — Дело в том, что в Эквестрии и России время идёт с разной скоростью.

— Да, я что-то слышала об этом, — пробормотала Селестия.

— Собственно, этот факт и привёл меня сюда вновь, — печально вздохнул Владимир Владимирович. — Я тут на днях пересматривал разные фильмы из своей обширной коллекции видео, и был среди них один любопытный экземпляр… Не буду вдаваться в излишние сюжетные подробности, перейду сразу к сути. Астронавты высадились на планете, которая обращалась вокруг чёрной дыры по малой орбите, вследствие чего время там идёт значительно медленнее. Ничего, кроме гибели одного из своих товарищей, они там не добились и вернулись ни с чем. Вернулись и узнали, что за эти несколько часов в их мире прошло два десятка лет. Знаете, я обычно не плачу, но на этом моменте, признаться, не сдержался, — Путин вздохнул и провёл кончиками пальцев возле глаза, словно и сейчас собирался разреветься. — И тогда я понял, дорогая принцесса, что этот фильм похож на нашу жизнь. Десятки, не десятки тысяч раз составляют разницу между течением времени в Эквестрии и России. Кто-то, быть может, скажет, что это не так уж и много. Всего лишь минута за секунду и всего лишь час за минуту примерно. Но вы только подумайте, принцесса: только год пройдёт в моём мире, а здесь, в Эквестрии, сменится целое поколение. Всех, кого я знал — Твайлайт, Пинки Пай, Флаттершай — уже не станет. И у меня никогда не будет больше шанса пообщаться с ними, повеселиться…

— Повеселиться? — презрительно хмыкнула Селестия. — Это вы то, что было в прошлый раз, весельем называете? Пришли, устроили свои выборы, выкинули меня из замка… Хватит, я больше не позволю вам плести тут свои интриги! Убирайтесь в вашу треклятую Россию и оставьте мою страну и мой народ в покое!

Путин достал платочек и устало вытер им лоб.

— Понимаю, в вас говорит обида, — сказал он. — Я бы мог снова и снова доказывать вам, что выиграл тогда совершенно честным путём, но что толку лишний раз сотрясать воздух. Вы должны поверить лишь в одно: в мои планы больше не входит правление Эквестрией.

— А что же тогда туда входит? — Селестия искренне полагала, что скорее гора Кантерлот умчится в небо словно фейерверк, чем Владимир Путин перестанет жаждать власти.

— Жизнь, — коротко ответил президент. — Жизнь здесь, среди тех, кто мне дорог. Может быть, даже к лучшему, что вы стёрли всем память. Так я смогу начать с чистого листа, подружиться с каждым жителем Эквестрии… И никто не отнимет у вас ваш любимый трон, не переживайте.

— Я не переживаю за свой трон! — вспылила принцесса.

— Вот и славно. Так значит, по рукам? То есть… — Путин покосился на копыта спутницы. — Не знаю, как там у вас правильно говорится. В общем, вы согласны с тем, что я могу остаться здесь жить?

Селестия не знала, что ответить. Она прекрасна понимала, что президент не примет отказа. Хочет он власти или нет, но вот быть выдворенным из страны сразу после прибытия в его планы точно не входит. Наверняка он уже всё просчитал. С другой стороны, пустить козла в огород… Ведь кто знает, какие ещё коварные замыслы таятся в голове у Путина. Дай ему только время, и он снова установит в Эквестрии свои порядки. Хм, время…

— Будь по вашему, — внезапно согласилась принцесса. — Я позволю вам пожить в Эквестрии. Но перед этим мы заключим договор в письменном виде.

— Я-то не против, — пожал плечами президент, — у нас в стране бумажки многое решают.

Рог принцессы засветился, и в воздухе перед ними появился чистый лист бумаги, а также чернильница с пером.

— С письменными принадлежностями, я смотрю, всё по-прежнему, — Путин брезгливо взял двумя пальцами капающее чернилами перо. — Надо будет провести в этой сфере небольшую модернизацию…

— Мои условия таковы, — сказала принцесса, игнорируя последнюю реплику. — С этого дня вы можете жить в Эквестрии, но только один месяц. Делайте всё, что вашей душе угодно, за исключением проведения выборов, разумеется. Общайтесь, веселитесь, в общем, наслаждайтесь каждым мгновением, но после окончания срока пребывания вы обязаны немедленно покинуть мою страну и больше никогда сюда не возвращаться. Вас это устраивает?

Владимир Владимирович глубоко задумался. Или сделал вид, что задумался. Через пару минут он взял висящий в воздухе листок и начал что-то записывать, изредка обмакивая перо в чернила и бормоча при этом что-то неприятное в их адрес. Закончив, он с видом уверенного в себе отличника протянул документ Селестии. Принцесса ожидала, что не умеющий писать перьями президент понаделает клякс, и предвкушала момент, когда она сможет отчитать его за неряшливость, но к её большой досаде почерк Путина оказался вполне аккуратным.

«Я, президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин, — гласила бумага, — обязуюсь по истечении срока в один месяц после подписания сего документа покинуть государство Эквестрия и никогда более в него не возвращаться».

— Я обычно изъясняюсь куда более подробно и юридически грамотно, — пояснил Путин, — но для вас лично решил сделать исключение и написать максимально кратко и доступно.

Принцесса лишь усмехнулась.

— За кого вы меня держите? — спросила она, возвращая президенту листок. — Думаете, что я поведусь на ваше плохо завуалированное оскорбление, выйду из себя и не замечу лазейку, которую вы там оставили?

— Какую ещё лазейку? — притворно удивился Путин, делая вид, что внимательно вчитывается в написанные им несколько строчек. — Не понимаю, о чём вы. Тут всё сказано предельно ясно и однозначно.

— Вы написали «один месяц», но не указали, какой именно. Собирались пять лет тут жить? Вашей ошибкой было напомнить мне про разницу во времени между нашими мирами.

Если Путин и был застигнут врасплох, то ничем этого не выдал.

— Подумаешь, — пробормотал он, дописывая что-то в бумажку. — Месяц он и в Африке месяц, а из-за ваших подозрений теперь тут целую «Вселенную Стивена Хогинга» разводить придётся. Может, мне ещё и путешествия во времени надо учесть?

Президент повернулся к Селестии, ожидая реакции на шутку, но та смотрела на него со всей серьёзностью. Вздохнув, Путин черканул ещё одно предложение.

— Теперь сойдёт?

«Под одним месяцем, — было дописано в конце, — следует понимать период времени, равный тридцати суткам согласно современному эквестрийскому летоисчислению и измеряемый внутри эквестрийского пространства-времени по его физическим законам. Также я обязуюсь не совершать путешествий в прошлое либо будущее ради обхода указанного выше ограничения».

Селестия ещё с десяток раз перечитала договор, но больше никаких скрытых уловок ей найти не удалось. Не способствовал этому и наигранно маявшийся рядом от скуки российский президент, который нарочно громко зевал и шаркал ботинками по земле. Тяжело вздохнув, Селестия наконец вывела внизу свою роскошную подпись. Приняв у неё документ, Путин сделал то же самое. После чего он зачем-то посчитал на обеих подписях количество завитков и, видимо, оставшись недовольным результатом сравнения, дорисовал к своей ещё несколько.

— Нельзя ли как-нибудь сделать копию? — поинтересовался он. — Понимаю, что у вас в стране дела с офисной техникой, да и вообще с техникой, обстоят не лучшим образом, но всё же мне бы хотелось, чтобы документ присутствовал у каждой из подписавшихся сторон.

Вместо ответа рог принцессы засветился и повисший в воздухе договор внезапно разделился на два совершенно одинаковых листка.

— Я прекрасно знаю, что у вас уже есть идеи, как это обойти, — ледяным тоном сказала она, помахав своей копией, — и знаю, что вы прямо сейчас строите свои планы по захвату Эквестрии, но, уж поверьте, на сей раз я буду бороться с вами до конца.

— Прямо сейчас, — снисходительно заметил Путин, аккуратно пряча куда-то во внутренний карман вторую бумагу, — я размышлял о перспективах использования аликорнов вместо копиров и принтеров. Но, похоже, это далеко не самая блестящая из моих идей. Что ж, раз все формальности соблюдены, не вижу смысла вас больше задерживать. Доброй ночи.

Повернувшись, президент зашагал прочь в темноту.

— Что вы собираетесь делать? — нерешительно крикнула вдогонку Селестия. — Впрочем, не отвечайте. Я не хочу знать.

— О, вы узнаете, — донеслось из ночи, — думаю, вы скоро всё узнаете.

## Глава третья

— …Я одного не пойму, — задумчиво сказал Владимир Путин, закинув ногу на ногу и машинально поправив сползшую набок корону. — Почему вы продолжаете упорствовать? Почему не можете просто взять и признать своё очередное поражение?

— Эквестрия… никогда… твоей… не будет! — бросила Селестия, с трудом удерживаясь на ногах.

Её пышная некогда грива больше не была похожа на северное сияние и спутанными прядями безжизненно свисала вниз, закрывая один глаз, в то время как во втором читалась нескрываемая ненависть.

— Вынужден с вами не согласиться, — вздохнул развалившийся на троне президент и устало подпёр голову кулаком. — Эквестрия уже моя, и вопрос на повестке дня лишь один: смиритесь ли вы с этим или продолжите выставлять напоказ свою мнимую гордость. И уверяю вас — при выборе первого варианта вам будут прощены все ваши жалкие попытки помешать моему законному воцарению. Скажу больше: я даже найду, возможно, для вас местечко возле престола. Должность главы нового эквестрийского правительства вас устроит?

— Нет… — тихо сказала Селестия, опустив взгляд.

— Не устроит? — озадачился Путин. — Что ж, в таком случае могу предложить вам возглавить одно из министерств. Как насчёт Министерства внутренних дел? Или Министерства финансов? А можно даже создать новое министерство! Назовём его, скажем, Министерством движения небесных светил, сокращённо МДНС. Или можно ещё, к примеру…

— Нет! — откинув с лица бледные пряди, крикнула принцесса и взглянула Путину прямо в глаза. — Я никогда не отрекусь от власти и никогда не отдам страну в твои грязные лапы!

— Так и знал, — печально вздохнул узурпатор и покачал головой. — Так я и знал, что всё к этому придёт. Ну, ничего в таком случае не поделаешь. Ваш выход, девочки… Кхе-кхем! Ваш выход, я сказал!

Ярость на лице Селестии сменилась неверием, когда прямо из-за трона одна за другой стали выходить пони. Пятерых из них украшали золотые ожерелья, а голову одной венчала диадема. Не говоря ни слова, пони выстроились перед троном в одну линию.

— Твайлайт? — на Селестию было больно смотреть. — Как же так…

— Простите меня, — всхлипнула та, виновато глядя в пол. — Он сказал, что так надо.

— Нет, Твайлайт! Не делай этого! Он вас заколдовал!

— Не заколдовал, — многозначительно воздел Путин палец к потолку, — а открыл глаза на многие важные и разумные вещи. Печально, что в наши дни правду всё чаще принимают за колдовство. Но что-то мы отвлеклись… Мне очень жаль, принцесса, но через десять секунд вы станете камнем. Советую принять подобающую позу, ведь ваша статуя, скорее всего, будет служить экспонатом для исторических экскурсий. Да и как знать, может лет через тысячу вас кто-нибудь освободит, но я бы особо сильно на это не рассчитывал… Ладно, приступайте!

Элементы Гармонии засияли, но Селестия, собрав последние силы, в отчаянии выстрелила в злобного тирана магическим лучом…

Раздался грохот, и принцесса чуть было не свалилась с трона, на котором задремала. Удивлённо заозиравшись, она, наконец, установила причину грохота. Оказалось, что луч она выпустила не только во сне, но и наяву, и тот, угодив в потолок, сотворил в нём небольшую почерневшую выбоину, а осколки камня упали на пол.

Услышав шум, в тронный зал вбежало несколько стражников во главе с командиром.

— Ваше Высочество, с вами всё в порядке? — спросил тот, ошарашенно глядя на учинённые разрушения. — Что же здесь такое произошло?

— Видимо, замок уже стар, — невинно улыбнулась принцесса. — Рассыпается буквально на глазах!

— Тогда вам лучше переместиться в более безопасное место, пока здесь всё досконально осмотрят…

— О, в этом нет никакой нужды. Просто приберите тут и сделайте что-нибудь с этой дырой в потолке.

— Вы уверены, Ваше Высочество?

— Да, разумеется. И вот ещё что…

Селестия как могла описала командиру гвардии внешность Путина, справедливо полагая, что его сложно будет спутать с остальными жителями Эквестрии.

— Если вдруг кто-то из гвардейцев заметит его в Кантерлоте, пусть немедленно сообщит об этом.

— Да, Ваше Высочество. Я сию же минуту раздам соответствующие инструкции, — откланявшись, стража покинула тронный зал.

Осколки и каменную крошку очень быстро убрали, а вскоре трое земнопони-рабочих в спецовках внесли ведро с цементом и гигантскую деревянную стремянку, которую им с большим трудом удалось установить вертикально лишь через десять минут. Один из рабочих, подхватив ведро, отправился в длительное восхождение к потолку, а его коллеги, убедившись в том, что опасно поскрипывающая и подрагивающая лестница падать вроде бы не собирается, куда-то слиняли.

Конечно, любому понятно, что с подобными высотными работами куда лучше справились бы пегасы, но принцессе сейчас меньше всего хотелось вникать во внутренний бардак ремонтной службы и лишний раз поднимать щекотливый вопрос о расовом неравенстве. Все её мысли были заняты только одним — внезапным возвращением грозного тирана из Российской Федерации, однажды уже чуть было не поработившего всю Эквестрию.

«До сих пор не могу поверить, что он и вправду здесь, — размышляла Селестия. — Одно дело постоянно жить в напряжении, ожидая, пока это случится, и совсем другое — когда это уже произошло. А я ведь так надеялась, что он никогда больше сюда не вернётся… Впрочем, быть может, я напрасно беспокоюсь, и ничего ужасного на этот раз не будет? В конце концов, мы заключили договор, в котором ясно сказано: больше никаких выборов. Осталось лишь подождать какой-то один месяц, и о Путине можно будет вновь забыть…»

Принцесса всё думала и думала и, возможно, в какой-то момент даже снова начала дремать, но внезапно была вырвана из забытья ввалившимся в тронный зал пегасом-гвардейцем.

— Ваше Высочество… — прохрипел он, тяжело дыша. — Мы… его видели…

— Где? — с трудом подавив дрожь в голосе, спросила Селестия.

— На улице Мудрой Кловер, Ваше Высочество. В точности подходит под ваше описание… Правда, есть одно несоответствие.

— Какое же?

— Одежда. На нём вовсе не деловой костюм, а что-то… зелёное. В Эквестрии никто такого не носит.

Селестия удручённо вздохнула. Она хорошо понимала, что президент России задумал очередную гадость, но пока невозможно было понять, какую именно.

— Хорошо. А что он делает на этой улице?

— Он… — тут пегас внезапно запнулся. — Он чинит повозку, Ваше Высочество.

— Что? — Селестия решила, что ослышалась. — Что делает?!

— У одной повозки прямо посреди дороги отвалилось колесо, — принялся объяснять гвардеец, — и тут он возник буквально из ниоткуда, достал инструменты и начал прилаживать его обратно. Когда я полетел сюда, он уже почти закончил.

— Ничего не понимаю! — вслух пробормотала Селестия. — Хорошо, лети назад и не спускай с него глаз. Как только начнёт вести себя подозрительно, тут же докладывай мне.

— Будет исполнено, Ваше Высочество.

Пегас улетел, и Селестия вновь погрузилась в раздумья. Чинит повозку, значит. Но зачем ему это? Принцесса уже успела хорошо узнать великосветские манеры Путина, и поэтому тот факт, что президент опустился до помощи простым пони, ставил принцессу в тупик. Может, он вовсе не чинил колесо, а, наоборот, испортил его или даже заминировал, решив таким вот странным образом устроить в столице диверсию? А может…

— Ваше Высочество!

В тронный зал снова влетел пегас-гвардеец, но уже другой. Не сумев вовремя затормозить, он пролетел через ползала и едва не врезался в стремянку. Пони-рабочий этого не видел и, даже не подозревая о минувшей его трагедии, продолжал увлечённо нашлёпывать в дырку цемент.

— Ваше Высочество, мы нашли того, кто подходит под ваше описание, только на нём…

— Зелёная одежда, знаю, — перебила принцесса. — Мне уже сообщили.

— Вам сообщили? — растерялся гвардеец. — Но я же так спешил, думал, что первым доложу…

— Это не важно, — Селестия хорошо знала, как гвардейцы любят соревноваться друг с другом и получать от неё похвалы за расторопность, но сейчас ей было совершенно не до того. — И что, он уже закончил чинить повозку?

— П-повозку? — теперь пегас выглядел совершенно растерянным. — Но объект не чинил никаких повозок, Ваше Высочество.

— Как? А что же он тогда делал?

— Переводил через улицу какую-то старушку, Ваше Высочество. Я думал, что объект на неё напал и попытался вступиться, но старушка… то есть объект… огрела меня сумочкой… то есть объект оказал сопротивление… но я храбро отступил и полетел докладывать вам!

Селестия вздохнула и потёрла копытом лоб. Что вообще происходит? Почему Путин вдруг стал всем вокруг помогать? Неужели он и вправду исправился и больше не собирается чинить беды Эквестрии? Или же только хочет, чтобы принцесса в это поверила? Да нет, скорее всего, глупые гвардейцы всё перепутали и приняли за Путина какого-нибудь заезжего минотавра.

— А на какой улице это происходило?

— На Звёздной, Ваше Высочество.

Точно! Улицы Мудрой Кловер и Звёздная находятся в разных частях города, и Путин никак не мог за такой короткий срок попасть с одной на другую, если только не научился телепортироваться.

— Разрешите идти, Ваше Высочество? — осторожно спросил пегас.

— Да-да, — принцесса вяло отпустила горе-гвардейца восвояси.

Но расслабляться, как оказалось, было рано. Всего через несколько минут в тронный зал ввалились сразу два гвардейца. Толкаясь и пихаясь, они галопом понеслись к трону и тоже чуть было не уронили злосчастную стремянку, но вовремя отцепились друг от друга и обежали её с разных сторон.

— Принцесса!

— Ваше Высочество!

— Я засёк объект!

— Нет, я его засёк!

— Он всё врёт, принцесса! Я видел его своими глазами! Клянусь!

— Кто это врёт?! Да ты сам врёшь!

— Тише!!! — прикрикнула на них Селестия. — Говорите по одному. Ты первый.

— Принцесса, я обнаружил объект неподалёку от замка! — доложил пегас, на которого она указала. — А этот подхалим всё выдумывает, чтобы выслужиться!

— Да ты сам… — накинулся было на него второй, но тут же спохватился. — Ваше Высочество, это обман! Объект сейчас находится возле главных ворот города!

— Его что, не пропустили через ворота? — озадачилась Селестия.

— Нет, Ваше Высочество. Он их красит.

— Красит ворота?! Зачем?!

— Ну, там краска уже порядком облупилась, да и цвет более подходит под общий экстерьер…

— Нет! В смысле, почему он взялся их красить? Кто ему велел?

— Не могу знать, Ваше Высочество. Привратники решили его пока не спрашивать — пусть, говорят, сначала спокойно всё докрасит, а то когда ещё так повезёт…

Принцесса тяжело вздохнула.

— А ты что видел? — обратилась она ко второму гвардейцу.

— Я обнаружил объект, Ваше Высочество! Это точно он! Соответствует вашему описанию на сто процентов, за исключением одежды. В данный момент он находится в дворцовом саду!

— Он там тоже что-то красит?

— Нет, он это… стрижёт кусты, кажется.

Селестия совершенно ничего не понимала. Это уже точно не совпадение. Каким-то невероятным образом Путин действительно находился сразу в четырёх местах города, и везде занимался исключительно созидательным трудом. А самое ужасное — принцесса не могла даже представить, зачем ему это понадобилось. Никаких выборов больше не будет, и агитировать ему никого не надо, но почему же тогда он летает по городу со скоростью света и всем вокруг помогает?

— Ты уверен, что он именно подстригал кусты? — спросила она. — Может быть, он, наоборот, портил их?

— Не могу знать, Ваше Высочество, — смущённо пробормотал гвардеец. — Я как-то не решился спросить.

— Почему же?

— У него большие острые ножницы, Ваше Высочество. А у меня семья!

— Принцесса, не слушайте его! — вмешался в разговор другой гвардеец. — Нет у него никакой семьи! И про сад он тоже наверняка выдумал! Я вам точно говорю — объект сейчас ворота красит.

— Хорошо, — тяжело вздохнула принцесса. — Ты возвращайся к воротам, и если его там уже нет, спроси, не видел ли кто, как и куда он исчез. А ты продолжай осматривать территорию вокруг замка. Если он снова где-нибудь появится, его нужно немедля допросить.

— Но если он всё ещё в саду, Ваше Высочество?

Принцесса решительно встала с трона.

— Я сама туда наведаюсь, — сказала она. — Пора, наконец, разобраться в происходящем.

Пегасы поспешили к выходу из зала, и Селестия направилась вслед за ними.

— Ваше Высочество, прошу вас, будьте осторожны! — предостерёг напоследок гвардеец. — У него садовые ножницы!

Выйдя из тронного зала, принцесса двинулась по кратчайшему пути на балкон, с которого открывался вид на обширную часть кантерлотского сада. Она была почти уверена, что Путин за это время успел перебраться в другое место, но проверить всё же стоило.

Но полюбоваться садом принцессе сегодня было не суждено. Когда она поворачивала за угол, её едва не сбил с ног очередной гвардеец.

— Ваше Высочество! — поклонился он. — Объект, за которым вы приказали следить, успешно обнаружен!

— Позволь, я угадаю, — вздохнула Селестия. — На нём зелёная одежда?

— Никак нет, Ваше Высочество! На нём фартук и поварской колпак.

— Что? — опешила принцесса от таких кардинальных перемен в путинском гардеробе. — Но почему он так оделся?

— Потому что он на кухне, Ваше Высочество.

— Он в замке?! — воскликнула Селестия. — Ты давно его там видел?

— Ну… — замялся гвардеец. — Я пошёл на кухню, чтобы пере… в смысле, чтобы проверить обстановку. Захожу, а там он стоит и тесто месит. А на столе уже прям куча всего лежит наготовлено! Особенно хорошо пирожные получились — прям тают во рту… то есть, мне так сказали, ведь самому-то мне откуда знать!

Гвардеец украдкой вытер копытом рот.

— Так когда это было? — напомнила принцесса.

— Я это… Пока обстановку проверял, он уже ушёл куда-то. Так что где-то полчаса назад.

— Понятно, — устало пробормотала Селестия.

Она снова недооценила Путина. В прошлый раз, во время предвыборной гонки, он тоже умудрялся посещать множество различных мероприятий, но на сей раз складывалось впечатление, что он перемещается и переодевается буквально за секунды. Если он уже и в замке успел побывать, то может теперь появиться когда угодно и где угодно. Пожалуй, от пирожных сегодня лучше отказаться — мало ли что он туда мог подмешать…

— Госпожа! Госпожа! — с ведущей на верхний этаж лестницы буквально скатилась перепуганная горничная.

— Что произошло, Литл Брум? — спросила у неё принцесса.

— Госпожа, в вашей спальне какое-то странное существо! Оно сказало, что я неправильно заправляю вашу постель и само всё перестелило. А ещё оно потом в ваших письмах копалось!

С большим трудом Селестии удалось унять начавшийся на левом глазу тик. Не говоря ни слова, она быстрым шагом поспешила вверх по лестнице. Гвардеец задумчиво посмотрел ей вслед, а затем выудил откуда-то из своей брони пирожное и начал с довольным видом его уминать.

— Чего? — выдавил он с набитым ртом, поймав удивлённый взгляд горничной. — У меня только одно!

А принцесса Селестия тем временем чуть ли не галопом неслась к своей спальне. Ещё на подходе распахнув настежь двустворчатые двери, она ворвалась внутрь, словно ревнивая жена, застукавшая мужа с другой кобылкой.

— Ты издеваешься надо мной?! — громогласно крикнула она. — Как ты вообще посмел сюда зайти?!

Её крик остался без ответа, так как спальня была совершенно пуста. Постель действительно заправили гораздо лучше обычного, но принцессе до этого не было никакого дела.

— Где ты прячешься?! — пригнувшись, она заглянула под кровать, но никого там не обнаружила.

Затем рассерженная правительница открыла шкаф, но и тут коварный российский президент не скрывался. Вздохнув, принцесса покинула спальню и понуро направилась в обратный путь к тронному залу. Она знала, что получит ещё гору сообщений от гвардейцев и прислуги, но бегать по всему замку за неуловимым призраком Путина ей совершенно не улыбалось.

— Теперь я понимаю, что ты задумал, — бормотала она себе под нос, войдя в зал. — Решил вот так испытать меня на прочность? Что ж, можешь фокусничать сколько душе угодно, но я тебе не по зубам. Я солнечная принцесса, владычица всей Эквестрии, и ничто не может поколебать моей…

Шлёп!

Что-то мягкое, холодное и мокрое приземлилось на гриву принцессы, когда она проходила мимо стремянки. Это стало последней каплей, причём, в буквальном смысле. Сейчас Селестия находилась в таком бешенстве, что была готова безо всяких Элементов Гармонии отправить на луну нерадивого земнопони, который посмел уронить на неё эту гадость. Она медленно запрокинула голову и открыла рот, собираясь высказать рабочему всё, что о нём думает… да так и осталась стоять, выпучив глаза.

— Виноват, принцесса! — сказали сверху. — С мастерка сорвалось. Говорил я им, что за бурду они развели! Не раствор, а сплошное недоразумение! Сухой, песка много, к потолку вообще не липнет. Из такого только броню для запорожских танков лепить…

— Вы!!! — закричала Селестия и отскочила назад, встав в боевую позу. — Да как… Да вы… Да как вообще…

С её рога сорвался волшебный луч и попал прямиком в стремянку, отчего та угрожающе заскрипела и начала заваливаться вбок. Стоявший на ней Путин в странной, покрытой какими-то зелёными квадратиками одежде испуганно забарахтал руками и, видя, что ничего другого не остаётся, срочно покинул терпящую бедствие лесенку, прыгнув на огромный золотой канделябр и повиснув на нём. Во время прыжка он случайно спихнул ногой ведро с цементным раствором, которое, совершив в воздухе тройное сальто, приземлилось вверх дном точно на голову солнечной принцессы. А довершил всё страшный грохот упавшей на пол стремянки.

Сложно сказать, какие конкретно эмоции испытывала в тот момент Селестия. Её мордашка была почти полностью вымазана в серой субстанции, а золотую тиару заменило съехавшее на глаза старое ржавое ведро. Зато с переживаниями Путина, напротив, всё было предельно ясно.

— Ёпрст! — в ужасе кричал он, болтаясь на канделябре аки Тарзан. — Я же упаду сейчас! Сюда! На помощь! Сос!

Двери в тронный зал распахнулись, но вбежали через них отнюдь не гвардейцы, а целая толпа путиных в точно такой же зелёной одежде. В руках у них оказался натяжной батут, который они тут же растянули и принялись бегать туда-сюда, пытаясь встать точно под канделябром.

— Левее, левее! — командовал сверху их попавший в беду собрат, дрыгая ногами. — Да не в ту сторону левее!

— Отойдите, пожалуйста! — велел с трудом стащившей с головы ведро принцессе один из путиных. — У нас тут, между прочим, спасательная операция проходит, а вы под ногами путаетесь!

Отшвырнув прочь ведро и откинув назад слипшуюся в цементе гриву, Селестия вновь встала в боевую позу.

— Теперь… всё ясно… — тяжело дыша, процедила она. — Как же я сразу не поняла… Стоило догадаться, что здесь замешаны чейнджлинги! Думаю, вы и в прошлый раз ему помогали, но теперь ваш обман раскрылся! Немедленно сдавайтесь и примите свой настоящий облик, иначе я буду вынуждена применить силу!

Путины застыли, уставившись на неё и явно не зная, что делать дальше. Молчание опасно затянулось, но тут один из двойников глянул наверх, и у него отвисла челюсть.

— Воздух! — в ужасе закричал он.

Все путины разом подняли головы, а после также синхронно отпустили растянутый ими кусок материи, прыгнули в стороны и залегли, накрыв руками головы.

А ещё через секунду прямо на батут со звоном и грохотом обрушился канделябр, осколки которого разлетелись по всему залу. Поняв, что опасность миновала, путины тут же вскочили на ноги.

— Батут придавило! — суетились они, чуть ли не водя хоровод вокруг упавшей конструкции. — Доставайте батут!

— А ничего, что я тут скоро падать собираюсь?! — поинтересовался сверху путин, ухватившийся каким-то чудом за оставшийся торчать из потолка крюк.

— На батут нет времени! — закричал кто-то из незадачливых спасателей. — Устанавливайте лестницу!

Снова позабыв напрочь о присутствии гневного аликорна, путины облепили гигантскую стремянку и шустро подняли её в вертикальное положение. Их товарищ, ругаясь на чём свет стоит, кое-как спустился вниз, где разразился ещё большей тирадой.

— Это полнейшее безобразие! — причитал он, охая и утирая со лба испарину. — Чиню себе потолок, никого не трогаю, а тут такой обстрел!

— Кошмар! — согласно кивали остальные. — Беспредел чистой воды! После такого и на работу выходить страшно! О чём он только думал, интересно…

Возможно, они бы ещё долго так кудахтали, но принцесса громко топнула копытом, и путины разом повернулись к ней.

— Смотрите, принцесса вся перепачкалась! — ахнули они, словно только сейчас это заметили. — Нужно срочно её отмыть, а то всё так и засохнет!

— Назад! — попятилась Селестия от президентов, двинувшихся было к ней и вытянувших руки словно толпа зомби. — Отвечайте немедленно, кто вы такие, почему выглядите как Путин, и что вообще происходит?!

Путины переглянулись — никто из них, похоже, не испытывал желания пускаться в долгие объяснения.

— А, так сейчас же обращение должно начаться! — вспомнил вдруг один из клонов.

— Точно! Точно! — подхватили другие. — Сейчас обращение посмотрите, и сразу всё понятно станет!

— Какое ещё обращение? В кого? — не поняла принцесса, решив, что речь про перевёртышей.

— Да вы наружу выйдите! — заторопили её путины. — Там главный с минуты на минуту выступать будет!

Надеясь, что никто не увидит её в таком непрезентабельном виде, Селестия вышла на ближайший балкон и принялась осматривать окрестности. Она ожидала обнаружить там, как и в прошлый раз, большую сцену и стоящего на ней президента, но всё оказалось куда масштабнее. На безоблачном до этого небе внезапно появилась большая чёрная туча. Она зависла над городом, и вскоре в её очертаниях проступило лицо российского президента. Высыпавшие из домов пони смотрели на это странное явление со страхом и недоумением, но тут лицо заговорило.

— Граждане Эквестрии! — разнёсся над Кантерлотом подобный громовому раскату голос. — Причин для паники нет — это всего лишь способ односторонней связи, организованный мною при поддержке знакомых пегасов и единорогов ввиду отсутствия в вашей стране телевидения. Полагаю, вы меня не помните, хотя я раньше уже здесь бывал. Меня зовут Владимир Путин, и я правитель страны под названием Российская Федерация. Вчера я прибыл сюда, чтобы погостить некоторое время, но давайте перейдём сразу к сути. Вы наверняка заметили, что с раннего утра по всей Эквестрии без устали трудятся люди, выглядящие в точности как я…

— По всей Эквестрии… — едва слышно повторила принцесса Селестия. — Быть этого не может…

— Не стоит пугаться, — продолжал свою речь небесный Путин. — Да, это мои своеобразные допельгангеры, и они здесь только с одной целью — сделать вашу жизнь лучше. Считайте это скромной платой за ваше гостеприимство. Не стесняйтесь обращаться к ним за помощью, мои люди очень вежливы и всегда готовы оказать посильную поддержку в любом вопросе. Надеюсь, мы все скоро подружимся. До новых встреч!

Туча медленно развеялась, но Селестия продолжала смотреть в небо.

— Я должна срочно что-то предпринять… — пробормотала она.

— Разумеется, — ответили сзади. — А начать следует с хорошей ванны!

Обернувшись, принцесса увидела троих путиных: у одного из них в руках была щётка, у другого — полотенце, а у третьего — шампунь с нарисованным на этикетке маленьким пегасиком.

— Не щиплет глазки… — сощурившись, прочитал путин инструкцию к шампуню. — То, что нужно!

— А ну пошли все вон из моего замка!!! — закричала Селестия. — И чтобы духу вашего здесь больше не было!

## Глава четвёртая

Стоит ли говорить, что после обращения российского президента вся Эквестрия буквально стояла на ушах. Все, от маленьких жеребят на детской площадке до кантерлотских министров в королевском совете, обсуждали появление загадочных, как две капли воды похожих друг на друга существ. А тот факт, что принцесса Селестия до сих пор не сделала никакого заявления по этому поводу, лишь создавал дополнительную почву для различных слухов. Впрочем, многие пони уже успели оценить полезность таинственных гостей и высказывались о них довольно положительно, хотя оставались и те, кто считал происходящее крайне подозрительным.

К этой второй категории относилась и Твайлайт. Она уже битый час моталась по библиотеке, наспех листая различные книги, а затем раздражённо отбрасывая в сторону. Спайк, бегая за ней по пятам, едва успевал ловить увесистые тома и водружать их на законное место. Со своей задачей он явно не справлялся, так как башня из неубранных книг в его лапах всё росла и росла.

— Дорогая, может быть, ты уже объяснишь нам, что происходит? — решила нарушить тишину Рарити. — Что это за существа такие, и откуда они взялись?

— Я и сама ничего не понимаю толком, — не найдя в очередной книге никакой полезной информации, библиотекарша кинула её уже порядком запыхавшемуся помощнику и полезла за новой. — Их главный, который спроецировал своё изображение в небе, сегодня ночью пришёл сюда и сказал, что прибыл из другого мира и должен поговорить с принцессой Селестией. Причём вёл он себя так, будто уже бывал здесь раньше. Я, конечно, сообщила обо всём принцессе, после чего они вместе куда-то ушли…

— Ой, мамочки! — испуганно воскликнула Флаттершай. — С принцессой ведь ничего не случилось?

Услышав это, Твайлайт застыла как вкопанная, и зазевавшийся дракончик врезался в неё, рассыпав книги.

— Я уверена, принцесса бы справилась в случае чего, — задумчиво пробормотала она. — Но, думаю, что написать ей всё равно стоит. По-моему, она тоже с этим существом уже когда-то встречалась. Надо попросить её рассказать всё, что ей известно. Спайк, записывай!

— Да к чему эти разговоры! — крикнула Рэйнбоу Дэш, пока её подруга наскоро диктовала утомлённому помощнику текст письма. — Давайте найдём одного из этих монстров и спросим его, какого сена они тут забыли!

— Я тож так хотела, — сказала Эпплджек, — да вот только ребята эти молчаливы прям как братец. Но зато работают на совесть!

— Ты их что, на свою ферму пустила? — рассердилась пегаска.

— А как бы я их не пустила, интересно? Их там целая орава прибежала — давай, говорят, мы вам тут подсобим малость. А я что? Если за просто так, то чего уж там… Пускай мальца поработают, думаю.

Рэйнбоу со вздохом приложила копыто к голове.

— Просто супер! — проворчала она. — Давайте теперь позволим им ходить где вздумается и делать что хочется! Мы с Твай, что, одни понимаем, насколько это всё подозрительно? Пинки Пай, а ты что думаешь?

Ей никто не ответил — оглядевшись, пони внезапно обнаружили, что их розовой подруги нет в библиотеке.

— Странно, — пробормотала Твайлайт, — куда же она подевалась?

— А что если… — задрожав, пропищала Флатти. — Что если те существа её похитили?

— Глупости, — протянула Рарити. — Она сейчас наверняка занята своими очередными дурачествами. Держу пари, скоро она объявится.

Будто дожидаясь её слов, в дверь постучали.

— А вот, похоже, и она! — констатировала белая единорожка. — Как всегда легка на помине!

— Что-то я в этом сомневаюсь, — заметил Спайк, отложив незаконченное письмо и направляясь к двери. — Она бы не стала стучаться, а просто выпрыгнула откуда-нибудь из шкафа с криком «Сюрприз!», доведя всех до инфаркта.

На пороге и вправду оказалась не Пинки, хотя видеть такого незваного гостя было не менее странно.

— П-принцесса Селестия?! — воскликнула Твайлайт, когда аликорн вошла в библиотеку.

— Твайлайт, — серьёзным голосом начала та, жестом остановив поклоны, — я должна рассказать кое-что очень важное всем вам. Это касается…

— Можете на меня положиться, принцесса! — не дослушав, крикнула Рэйнбоу Дэш и начала делать показушные выпады в воздухе. — Я этих пришельцев мигом раскатаю, они глазом моргнуть не успеют.

— Рэйнбоу! — шикнула на неё Твай. — Принцесса, я все книги перерыла, но ни в одной не нашла ничего про этих существ! Всё действительно очень серьёзно?

— Да, моя верная ученица, — ответила та, — всё очень серьёзно. В прошлом я допустила ошибку и не собираюсь больше её повторять. Но попрошу лишь об одном: то, что вы сейчас узнаете, должно остаться между вами шестью.

Спайк быстро смекнул, что его в шестёрку никто не записывал, и понуро поплёлся на кухню, чтобы заварить собравшимся чай. Но едва он успел немного приоткрыть дверь, как внезапно был припечатан ею к стене. Розовый ураган по имени Пинки Пай, неизвестно каким образом оказавшийся на кухне и неизвестно чем занимавшийся там всё это время, вырвался наружу и закружился по библиотеке.

— Слушайте все! — кричала поняша, возбуждённо скача из угла в угол. — Случилось нечто совершенно ужасное!

— Мы уже знаем… — начала было Рарити, но Пинки её явно не слышала.

— Сегодня я внезапно обнаружила, что в Понивиле появились новые жители, и, конечно же, собралась познакомиться с ними и устроить для них вечеринку, но тут оказалось, что их всех зовут Владимир Путин, после чего я спросила, как же они обращаются друг к другу, если у них одинаковые имена, а они сказали, что по номерам на одежде, которые я переписала на бумажку, но пока я всех записывала, те владимиры путины уже куда-то ушли, а вместо них пришли другие владимиры путины, которых я ещё не записала, и мне пришлось записывать и их, а потом оказалось, что в других городах тоже появились владимиры путины, и тогда я поняла, что если устрою вечеринку только в Понивиле, то остальные владимиры путины могут обидеться, поэтому теперь я должна устраивать общую супер-вечеринку для всех владимиров путиных в Эквестрии, но я совершенно без понятия, сколько их вообще, и я не уверена, что смогу раздать каждому ровно по одному приглашению и не перепутать их, а ещё надо приготовить столько сладостей, что ими можно будет набить десять «Сахарных уголков», и это уже не говоря о шариках, хлопушках и конфетти, так что вы понимаете, насколько плачевно наше положение? — тут у Пинки, похоже, закончился воздух, и она сделала глубокий вдох для второй части тирады. — Вы понимаете?!

— Так, теперь я вижу, что все в сборе, — мягко констатировала Селестия. — Подойдите поближе, я наложу на вас заклинание, разрушающее блокировку.

Твайлайт хотела было поинтересоваться, какую блокировку имела в виду принцесса, но своей наставнице она полностью доверяла, и потому приблизилась без колебаний. Остальные последовали её примеру. Рог принцессы Селестии озарился свечением, которое начало распространяться по библиотеке, а затем, став на миг нестерпимо ярким, резко пропало. Первой пришла в себя Твайлайт.

— Я вспомнила… — пробомотала она, протирая глаза копытом. — Владимир Путин. Он уже был в Эквестрии и устраивал здесь эти… выборы, кажется.

— Точно! — к Рэйнбоу Дэш тоже вернулась память. — А потом он принцессу Селестию обманул и страну захватил! Так и знала, что ему нельзя доверять!

— А ещё он хотел запретить продавать сидр после одиннадцати вечера! — подключилась Пинки. — Как вообще можно запретить сидр? А вдруг меня перед сном жажда замучает? Нетушки, никаких тебе больше вечеринок, дядя!

— Да я и так бы не стала по ночам сидром торговать, — заметила Эпплджек. — А вот с фермой моей он чего-то собирался учудить, эт точно!

— И плюс ко всему его совершенно безвкусный костюм! — решила Рарити обратить внимание на интересующую её тему. — Я-то думала, что в стране, где все постоянно ходят в одежде, есть хоть какое-то понятие о моде.

— А ещё он… — пискнула Флаттершай, но высказаться в адрес Владимира Владимировича ей не дали.

— Принцесса, но почему мы забыли об этом? — спросила Твайлайт. — Это он нас заколдовал?

— Нет, мои маленькие пони, — печально ответила та. — Боюсь, это моя вина. Дабы побороть гипноз, которым Путин окутал жителей Эквестрии, я стёрла воспоминания о нём у всех, кроме себя. Признаться, когда его забрали, я решила, что это навсегда, и что подобного больше никогда не повторится. Думала, что теперь можно вздохнуть спокойно. Это стало моей ошибкой. Простите.

— Вам не за что извиняться, принцесса! — с жаром воскликнула её ученица. — Вы сделали то, что должны, и мы все это понимаем. Правда ведь?

Она оглянулась на остальных, и те вяло покивали. Им не было приятно от того, что кто-то покопался у них в мозгах, но раз это было нужно для блага страны, тогда чего уж там…

— Так что же получается, — нахмурилась Рэйнбоу Дэш, — этот Путин решил второй раз тут свои порядки навести? Ага, разбежался! Теперь-то уж я его так уделаю!

— На этот раз всё по-другому, — объяснила принцесса. — Путин заявил, что больше не жаждет власти, но я ни капли ему не поверила, и потому мы с ним заключили договор. В нём сказано, что через месяц Путин должен навсегда покинуть Эквестрию. Тогда мне казалось, что я учла все возможные варианты и лазейки, но теперь уверена на сто процентов, что он уже придумал, как обойти наше соглашение. И первое доказательство этому он продемонстрировал уже сегодня.

— Вы про его двойников в зелёной одежде? — уточнила Твайлайт. — Я, если честно, сперва подумала, что это его соотечественники, но потом отмела эту мысль — уж больно они одинаковые.

— А может, это его братья-близнецы? — предложила свою версию Пинки Пай. — Как мило, приехали к братику на каникулы погостить!

— Ага, а потом всей оравой к нам завалились! — усмехнулась Эйджей. — Не, я, канеш, слыхала про большие семьи в Эппалузе — там и пять, и шесть жеребят за раз бывает. Но не сотнями же!

— Может быть, это чейнджлинги? — решила Рарити выдвинуть более здравую идею.

— Именно так я и решила, когда впервые их увидела, — сказала Селестия, — но теперь я понимаю, что это не перевёртыши. Да, они глуповаты и назойливы, но что-то от самого Путина в них всё же есть.

— А что если это и есть Путин, но только путешествующий в прошлое? — озарилась догадкой Рэйнбоу. — Как в «Дэринг Ду и Колесо Времени»?

— Даже один скачок во времени совершить очень сложно, — покачала головой Твайлайт. — Поверь, я знаю. А уж про сотни и речи быть не может.

— К тому же, согласно договору, такие путешествия для него под запретом, — вспомнила принцесса. — Кстати, Твайлайт, ты не могла бы прочитать его. Может быть, тебе удастся свежим взглядом найти какие-то зацепки?

Надувшись от гордости, что ей доверили ознакомиться с государственным документом, ученица взяла материализовавшийся в воздухе листок и забегала по нему глазами.

— А может быть, он просто… — но писк Флатти вновь не был услышан.

— Миражи! — решила Рэйнбоу реабилитироваться за предыдущую провальную гипотезу. — Такое в «Дэринг Ду и затерянный храм» было! Идёшь по пустыне и видишь озеро. Подходишь ближе, а там ничего нету!

— Это в голове у тебя ничего нету! — хмыкнула Эпплджек. — Ты где тут пустыню-то увидала? И вообще, чего у Путина с твоим озером общего? На солнце блестят одинаково?

— Чего? — разозлилась пегаска. — Это я пустоголовая? Да ты сначала сама получше придумай!

— Это точно не миражи, — заявила Твайлайт, которая как раз дочитала договор. — Мираж — это физическое явление, вызванное преломлением света в атмосфере. Оно заставляет далёкие объекты казаться ближе, но это лишь зрительный образ, который нельзя потрогать. Согласись, Рэйнбоу, что любой из двойников Путина вполне материален и может тебя даже пощупать.

— Пусть только попробует! — совсем раззадорилась храбрая пони. — Я ему так пощупаю между глаз!

— Разумеется, миражи бывают не только в пустыне, — увлеклась Твайлайт своей лекцией, не обращая внимания на гневные боксёрские выпады подруги. — И повторять они могут что угодно, а не только оазисы, пальмы и озёра. Понятно, Эпплджек?

Оранжевая земнопони, которая собралась было подшутить над перечитавшей глупых приключенческих книжек пегаской, со вздохом кивнула.

— Совершенно верно, озеро тут совершенно не причём! — поддакнула Пинки, задумчиво подперев копытом подбородок. — Сначала я тоже решила, что это озеро, с помощью которого я в тот раз хотела быть в нескольких местах одновременно, но потом я ещё хорошенько подумала и поняла, что это абсолютно исключено, ведь я завалила вход большущим-пребольшущим камнем!

С этими словами розовая пони изобразила, как она катит по библиотеке несуществующий камень. Оказавшаяся на пути Эпплджек шутливо отошла в сторону и сделала картинный жест копытом, пропуская её. Рарити, оказавшаяся следующей преградой на пути невидимого валуна, лишь высокомерно хмыкнула и вздёрнула нос, из-за чего кудряшке пришлось, недовольно ворча, катить свой груз в обход.

— Твайлайт, я, конечно, люблю твою подругу, — тихо шепнула Селестия, наклонившись к своей ученице, — но как мне понять, когда она говорит серьёзно, а когда просто веселится?

— Поверьте, я и сама нечасто это понимаю, — ответила ей та. — А если в Эквестрии и найдётся тот, кто будет её понимать, он и сам наверняка окажется таким же странным. Но насчёт Озера Отражений она совершенно права — мы тогда чуть было не потеряли её в этом пинки-табуне!

Для Твайлайт и остальных это был лишь забавный эпизод из прошлого, но принцессу информация сильно шокировала.

— Постой, я правильно тебя поняла? — серьёзным тоном спросила она. — То есть в Эквестрии находится волшебное озеро, способное создавать копии живых существ? Но почему ты ничего не написала об этом случае в письме?

— Я… ну… — замялась на секунду застигнутая врасплох отличница. — А, так ведь в тот раз Пинки Пай письмо и писала!

Все взгляды обратились на розовую пони, которая тут же прекратила возиться с невидимым камнем.

— Ну, я написала про дружбу… — нервно захихикала она, — про то, что нужно делать выбор, когда тебе предлагают повеселиться разные пони… и что не страшно, если ты что-то пропустишь… там… Ой, кажется, я забыла выключить дома утюг! Прошу меня простить, но я вынуждена удалиться!

И Пинки, картинно откланявшись, ускакала обратно на кухню и захлопнула дверь, отчего до сих пор припечатанный ею Спайк смог наконец-то отклеиться от стены и свалиться на пол. Остальные же крепко задумались над озарившей их внезапной догадкой.

— Если наша теория верна, — первой нарушила молчание Твайлайт, — и Путин действительно каким-то невероятным образом прознал об Озере Отражений, то нам же от этого лучше, ведь мы сможем легко развоплотить всех его клонов точно так же, как и в прошлый раз. Спайк, ты помнишь, где лежит та книга с заклинанием?

Только-только оклемавшийся после близкого знакомства с дверью дракончик, вздохнув, принялся осматривать полки. Наконец, обнаружив за книгами потайную кнопку в форме подковы, он нажал на неё лапой, и под звук жужжащих шестерёнок задняя стенка отъехала вверх.

— Тут её нет, — констатировал Спайк, заглянув внутрь. — Только паутина. Может, ты в тот раз переложила её в другое место? Постой-ка, а это что?

Он вынул из тайника сложенный листок бумаги и развернул его.

— «Довожу до вашего сведения, — прочёл дракончик, — что находившуюся в этом старом пыльном тайнике книгу я позаимствовал на некоторое время. Не волнуйтесь, теперь она хранится в надлежащих условиях. Можете записать её на моё имя — карточку я себе уже завёл. Ваш Владимир Путин».

— Невероятно, он забрал её! — воскликнула Твайлайт. — Но про тайник-то ему откуда стало известно?

— Это уже не важно, — печально сказала принцесса Селестия. — Он заранее лишил нас возможности избавиться от его двойников. Впрочем, этого стоило ожидать, ведь он всегда на два хода впереди нас.

— Но нельзя же просто сидеть и ждать, пока он нас всех поработит! — Рэйнбоу Дэш взлетела и сделала пару выпадов копытами. — Давайте сразимся с ним, пока его не стало ещё больше.

— Боюсь, его уже слишком много, — покачала головой принцесса. — К тому же путины не толпятся в одном месте. Они сейчас повсюду, возможно, во всех городах Эквестрии.

— Тогда нужно использовать Элементы Гармонии! — воскликнула Твайлайт. — Они помогли нам справиться уже со многими злодеями, помогут и сейчас!

— Это действительно так, моя верная ученица, но пойми… Путин не совсем обычный злодей. Он завоёвывает Эквестрию, не делая при этом, на первый взгляд, ничего дурного. Есть большая вероятность, что Элементы просто не смогут на нём сфокусироваться. И к тому же эффекта не будет, если применить их только на одного клона. Целью должен стать настоящий Путин, но мы даже не знаем, где он находится, и как отличить его от остальных.

— Ну, и какой у нас тогда план? — спросила Эпплджек. — Делать-то что?

Принцесса молча оглядела выжидающе смотревших на неё пони. Она уже знала ответ, но озвучить его было не так просто.

— Ничего.

— Как?! — ахнули все.

— В данный момент мы ничего не можем сделать, кроме как наблюдать за действиями Путина. Через месяц он должен покинуть Эквестрию, но у него наверняка уже созрел план, как обойти договор. Если нам удастся этот план разгадать и сорвать, то у нас появится шанс на победу. Я постараюсь понять, что именно он затевает, а вы пока незаметно следите за тем, что делают его приспешники. Если увидите что-то подозрительное — пишите об этом мне. И ещё…

Селестия на миг задумалась, не уверенная в том, стоит ли говорить то, что внезапно пришло ей в голову, но потом решила, что замалчивание и утаивание до этого не принесло Эквестрии никакой пользы.

— И ещё, — повторила она, окутывая себя магией телепортации, — постарайтесь не злить клонов. Путин и сам по себе коварен и опасен, но эти существа возникли благодаря неизвестной древней магии. Хоть они и подчиняются ему, никто не может знать наверняка, что у них на самом деле на уме.

## Глава пятая

Шли дни, но ситуация, вопреки ожиданиям Селестии, в худшую сторону не менялась. Путины всё так же безвозмездно оказывали жителям Понивиля, Кантерлота и других городов Эквестрии всевозможную помощь, и никаких тайных козней за ними вроде бы не наблюдалось, хотя Рэйнбоу Дэш и проводила полдня в засаде на облаке, пытаясь уличить хоть одного клона в преступлении. Даже наоборот, по всем признакам выходило, что Путин действительно хочет доказать поням свою любовь. Благодаря регулярным субботникам самые заброшенные доселе уголки Понивиля теперь засияли чистотой. Никто больше не боялся выходить из дома посреди ночи, так как все дороги патрулировались специальными отрядами путиных, которые стали самым настоящим символом безопасности. А ещё выяснилось, что путины способны очень эффективно и быстро околачивать яблони, отчего на плантациях Эпплджек завёлся аж целый батальон клонов. Так антипутинская коалиция сама не заметила, как потеряла одного члена.

Хотя нет, двух членов. В бутике Рарити тоже засела парочка путиных, из-за чего тот постепенно стал превращаться ни много ни мало в цех по производству одежды. Сама модельерша утверждала, что за всю жизнь не встречала столь исполнительных и галантных помощников. Вразумления и доводы подруг действовали на неё мало.

В остальных рядах мнения, собственно, тоже разделились. Пинки и Флаттершай хоть и продолжали поддерживать Селестию, Рэйнбоу и Твайлайт в их стремлении изгнать Путина из Эквестрии, но от помощи клонов всё же не отказывались, заняв более либеральную позицию по отношению к ним.

Всё это не могло не печалить Твайлайт. Селестия в её доме больше не появлялась, письма от неё приходили крайне редко, и ученице было хорошо заметно, что принцесса замыкается в себе, так как всё чаще получает от подданных вместо поддержки молчаливый протест. Рэйнбоу всегда была готова помочь, но, если по правде, за ней самой нужен был глаз да глаз, так как из-за вспыльчивости она могла что-нибудь учудить и тем самым только усугубить ситуацию.

А ещё Твайлайт беспокоил сам Путин. Настоящий. Он нигде не появлялся с тех пор, как обратился с неба к жителям Эквестрии, и волшебница была почти уверена, что он где-то прячется и придумывает новый план по захвату Эквестрии. Она даже наведалась к старому особняку, где в прошлый раз обитал Владимир Владимирович, но дверь была по-прежнему опечатана с того самого дня, когда Медведев забрал президента обратно в Россию.

У Селестии были похожие мысли, но в особенности её беспокоил договор, заключённый с Путиным. Она по нескольку раз в день доставала его и перечитывала, но никаких подвохов в нём не видела. По всему выходило, что президент по истечении месяца должен убраться из Эквестрии, но интуиция и печальный опыт подсказывали принцессе, что так просто всё не закончится. Поэтому она вновь и вновь доставала свой экземпляр договора, невидящими глазами блуждая среди полсотни слов.

И вот однажды, на исходе четвёртой недели, когда Селестия в очередной раз расположилась на троне с ненавистной бумагой, двери зала внезапно распахнулись, и внутрь промаршировал целый взвод клонов, по два путина в шеренге. От такой наглости принцесса чуть было не выронила договор и уже открыла рот, чтобы досконально объяснить дерзким нарушителям, куда и на какие буквы они должны маршировать теперь, но слова замерли в горле, так и не вылетев. Путины развернулись на одной ноге, оказавшись лицом друг к другу, и сделали шаг назад, после чего между дверьми и троном появился своеобразный коридор.

А затем вошёл он. Его идеально выглаженный чёрный пиджак слегка колыхался в такт ходьбе, каблуки до блеска начищенных туфель гулко стучали по мраморным плитам пола, а из-за льющегося сквозь стеклянные витражи солнечного света создавалось впечатление, что над сияющей плешью висит едва заметный золотой ореол. Клоны, мимо которых в данный момент проходил российский президент, старались как можно эффектнее вытянуться по струнке, а вот те, мимо которых он уже прошёл, откровенно расслаблялись, начинали переминаться с ноги на ногу и чесаться.

Принцесса Селестия, забыв закрыть рот, молча наблюдала за этим представлением. Миновав последнюю пару из своего эскорта, Путин остановился подле её трона и мимолётным движением склонил голову.

— Вижу, вы подготовились к моему визиту, — сказал он, глядя на висевший возле рога принцессы договор.

— Подготовилась? — обрела та, наконец, дар речи. — Я не знала ни о каком визите. С каких это пор вы являетесь ко мне без приглашения, господин Путин?

— Дело в том, — вздохнул Владимир Владимирович, — что я в последнее время как на иголках. Плохо сплю, да и аппетит пропадает часто. У вас похожие проблемы, я полагаю?

Селестия чуть было не брякнула «да», но вовремя одумалась.

— Мне нет никакого дела до вашего сна и аппетита, поэтому кончайте ходить вокруг да около.

— Так вот, — продолжил, как ни в чём не бывало, Путин. — Я немного поразмыслил на досуге и внезапно понял, что причина моего душевного упадка кроется в приближающейся дате, которую со всей уверенностью можно назвать чёрной. Это, как вы, должно быть, уже поняли, дата окончания действия нашего с вами договора. В этот самый день я, как ни прискорбно, обязан навсегда покинуть Эквестрию, чего мне, признаться, совсем не хочется. Поэтому я, как одна из подписавшихся сторон, предлагаю вам наш договор поскорее разорвать, после чего я получу право свободного проживания в этой стране.

Лицо Селестии по-прежнему сохраняло строгое выражение, но на самом деле ей с трудом удавалось прятать улыбку. Её худшие опасения не оправдались. У Путина нет никакого хитрого плана, равно как и лазеек в договоре, и теперь он приполз сюда, чтобы вымаливать амнистию. Нет, Владимир, твоим фокусам пришёл конец. Сейчас главное оставаться твёрдой, не идти у него на поводу и не поддаваться гипнозу. Вспомнив себя на главной площади в тот ужасный вечер, когда Путин победил на выборах, принцесса поморщилась.

— Если я правильно понимаю, — начала она, тщательно подбирая слова, — вы хотите остаться в Эквестрии насовсем? А вот я думаю, что нам необходимо следовать договору. Месяц назад вы были полностью согласны с его условиями, разве не так?

— Я думал, что возникшее между нами недопонимание давно улажено, — на лицо Путина упала тень. — И я думал, что в достаточной степени доказал вам свои добрые намерения. Так почему же вы до сих пор хотите избавиться от меня?

— То, что вы называете недопониманием, я считаю попыткой свержения законной власти, — сухо заметила Селестия. — Быть может, для вас скидывать легитимных правителей и воцаряться вместо них является чем-то вроде развлечения, но для меня это в корне недопустимо, особенно когда дело касается меня и моего народа.

— Ой, да ладно вам! — отмахнулся Путин. — Всё это дела давно минувших дней! Сейчас, принцесса, я очень многое понял. Я понял, что есть вещи поважнее высоких постов и громких титулов. Я понял, что моё сердце неразрывно связано с Эквестрией и её жителями.

— А с чем или с кем связаны их сердца? — спросила Селестия, кивнув в сторону клонов, которые украдкой прислушивались к разговору.

— Через них я творю добро по всей Эквестрии! — Путин раскинул руки в стороны и обвёл ими тронный зал, словно это и была вся Эквестрия. — Благодаря им в стране многое изменилось в лучшую сторону, и вы не можете это отрицать. С моими клонами вам не страшен ни один враг, они всегда готовы оказать необходимую помощь в трудный момент, да и в хозяйстве их не заменить, — тут Путин приложил ладонь ко рту и уже шёпотом добавил. — Но если нужно, я могу их всех запросто развоплотить. Ведь созданы они были лишь с одной целью. Знаете, с какой?

— Может, для устрашения? — хмыкнула принцесса.

Путин печально улыбнулся.

— Чтобы показать вам свою любовь.

— Нам — в смысле, жителям Эквестрии? — мрачно уточнила Селестия.

— Ну, и им тоже. Но в данный момент я вообще-то имел в виду лично вас.

Принцесса замерла, явно не готовая к такому ответу. Она внезапно осознала, что ведёт себя сейчас словно маленькая кобылка, продолжая обижаться на то, что минуло давным-давно. Почему она ненавидит Путина? Разве есть какая-то весомая причина для ненависти, кроме досады на то, что президент оказался популярнее и, возможно, мудрее неё? Быть может, ещё не поздно прямо сейчас отринуть все разногласия и порвать договор на кусочки?

— Я хочу подарить вам это в знак нового этапа наших дружеских отношений, — откуда-то издалека донёсся голос Путина, который как в замедленной съёмке доставал из-за пазухи своего пиджака платиновое ожерелье с кулоном в форме солнца. — Скажите, примете ли вы мой скромный дар?

«Что ты творишь?! — в ужасе кричало подсознание. — Он снова тебя гипнотизирует! Борись, ты не должна проиграть во второй раз!»

«Я не могу… — принцесса медленно встала с трона. — Я слишком долго с ним враждовала… Нужно сейчас же положить этому конец…»

«Ты положишь конец вражде, если избавишься от её источника! Просто выгони Путина из Эквестрии, и всё будет как раньше!»

Селестия сделала крошечный шаг в направлении президента.

«Остановись! — кричал из последних сил угасающий разум. — Ты хочешь, чтобы твой кошмар стал явью? Хочешь, чтобы твои подданные были навсегда порабощены?»

— Нет…

— Что? — удивлённо переспросил Путин, продолжая протягивать украшение.

— Я сказала, нет! — от крика принцессы задрожали витражи. — Мне не нужны ваши подачки! Вы лжец! Вы всегда им были и всегда им будете! Но на сей раз у вас ничего не выйдет! Убирайтесь из моего замка и помните, что договор никогда не будет расторгнут! В указанный день вы развоплотите всех своих клонов и покинете Эквестрию навсегда!

— Я… — пробормотал несчастный Путин, теребя в руках ожерелье. — Я же только…

— Вы оглохли? Вон!

Путин развернулся и поплёлся прочь. Возле самых дверей он слегка обернулся, продолжая глядеть куда-то в сторону, и тихо произнёс:

— Как бы вам не пожалеть о своём решении.

Он вышел прочь, и клоны заспешили следом, забыв даже повыделываться и помаршировать напоследок. Последний молча затворил за собой двери, и Селестия осталась одна.

Принцесса понимала, что всё сделала правильно, но ужасное чувство вины терзало её. Казалось, что даже солнце за окнами потускнело, и на город легла тень — настолько сейчас мрачно у неё было на душе. Но вскоре Селестия осознала, что внезапно наступившие сумерки никак не связаны с её настроением — что-то происходило снаружи. Выйдя на балкон, принцесса увидела над головой громадную тучу, на которой медленно проступали очертания лица. Это было второе обращение Владимира Путина к Эквестрии.

— Дорогие друзья! — помолчав немного, начал он. — Вот уже почти месяц прошёл с тех пор, как мои люди стали помогать вашему народу. И я с гордостью могу заявить, что за это время многое в Эквестрии изменилось в лучшую сторону. Мы проложили километры железных дорог, построили три современные больницы и четыре школы, установили освещение на прежде тёмных улицах Кантерлота, повысили сбор урожая на яблочных акрах. И это только начало, понимаете? Точнее, — тут лицо Путина помрачнело, — это могло быть началом. Некоторые пони, несмотря на все мои старания, по-прежнему не хотят видеть меня в Эквестрии. И ваша принцесса — одна из них. Она заставила меня подписать договор, согласно которому уже через несколько дней я и мои помощники должны покинуть это государство. Увы, но все мои увещевания она жесточайшим образом проигнорировала.

— Не-е-ет! — заплакал в толпе какой-то жеребёнок. — Не хочу, чтобы дядя Путин уходил!

— Но не стоит расстраиваться раньше времени, — внезапно улыбнулся президент, — ведь выход у нас с вами всё же есть. Это серьёзный шаг, но вам придётся его сделать, если вы хотите, чтобы мы и дальше вели Эквестрию к светлому будущему. В договоре сказано, что я должен, цитата, «покинуть государство Эквестрия и никогда более в него не возвращаться». Но что если Эквестрия официально не будет считаться государством? Верно, тогда и договор не будет иметь силы. Иными словами, я предлагаю провести референдум о присоединении Эквестрии к Российской Федерации. Так и есть, вы не ослышались. Я предлагаю вам стать частью моей великой страны. Только представьте, чего мы можем добиться вместе! Наши технологии, вооружение, ресурсы — всё это станет вам доступным, если вы сделаете правильный выбор. Мы с вами объединим не только два государства, но и два мира… — тут лицо Путина вновь стало серьёзным. — Понимаю, вы сейчас думаете о негативных для вас последствиях такого решения. Скажу вам откровенно, не нужно бояться перемен. Я гарантирую вам полную автономию с сохранением существующего политического строя. Ваше правительство лишь будет подчиняться правительству моей страны, только и всего. Никаких ограничений ваших прав и свобод это не повлечёт. Кстати, насчёт организации референдума вам тоже не стоит волноваться — мои люди вежливо согласились взять всю работу по его проведению на себя. Вам лишь остаётся всё хорошенько обдумать и обсудить с близкими и друзьями этот важный шаг в вашей жизни и жизни вашей страны. Референдум состоится послезавтра, как раз накануне той злополучной даты, когда истекает наш с принцессой договор. Приходите и голосуйте, ведь кто как не вы сможет выбрать ваше будущее!

Изображение Путина пропало, и облака рассеялись, но пони ещё долго смотрели в небо, пытаясь осознать и переварить услышанное.

— А что такое референдум? — наконец тихонько спросил кто-то.

## Глава шестая

Новость о грядущем референдуме буквально взорвала эквестрийскую общественность. По правде сказать, никто до этого и слова такого не слыхивал, а теперь оно буквально было у всех на устах. Впрочем, всё равно значение его вряд ли много кто понимал, но поучаствовать в заумных разговорах о политике хотелось всем.

Рэйнбоу Дэш обращение Путина благополучно прозевала — в этот момент она вовсю дрыхла на облаке, а когда небо заволокли тучи, и окрестности содрогнулись от гласа российского президента, лишь поглубже зарылась в белую вату и пробормотала что-то вроде «ещё пять минуточек». Поэтому, когда через пару часов проснувшаяся, наконец, пегаска заявилась в Понивиль, она была несколько озадачена ведущимися тут и там странными беседами, а также то и дело проскальзывающим в них непонятным словом на букву «р». Ничего не понимая и мысленно обозвав всех чересчур головастыми, Рэйнбоу направилась в библиотеку за разъяснениями, где и застала всех остальных подруг, которые как раз начинали собрание.

— Что происходит, Твай? — спросила она, бесцеремонно ввалившись внутрь и чуть было не опрокинув Спайка со стопкой книг в лапах. — Город гудит словно улей! И что значит этот рендеринг, или как там его?

— А ты чего, не слыхала? — удивилась Эпплджек. — Путин-то наш опять учудил! Собрался всю страну заграбастать, или что-то в этом роде. А как это ты, погодная пони, и его тучу в небе прошляпила, интересно?

— Да у меня срочные дела были, — отмахнулась та. — Но что я вам говорила? Нельзя было верить в то, что Путин просто так возьмёт и покорно свалит отсюда! Твай, чего он там ещё придумал, и что это за ребрендинг такой?

— Путин нашёл лазейку в договоре, которую мы с принцессой не заметили, — мрачно объяснила та, — и теперь он хочет лишить Эквестрию статуса государства, включив её в состав своей собственной страны. Если ему это удастся, то он не просто сможет здесь остаться, но ещё и спокойно править всеми нами.

— Да не бывать такому! — воскликнула пегаска. — Эквестрия никогда не подчинится какой-то там дурацкой стране монстров!

Твайлайт вздохнула и покачала головой.

— Всё не так просто. В прошлый раз Путин победил на выборах, только лишь посещая разные города и втираясь в доверие к тамошним пони. А сейчас всё гораздо хуже, ведь у него уже есть поддержка абсолютного большинства населения Эквестрии. По моим неутешительным прогнозам, количество положительных голосов на референдуме может превысить девяносто процентов.

— Но ведь тогда он просто всех обманул! — возразила Рарити. — Наверняка у него был хитрый способ, как изменить результаты в выгодную для себя сторону.

— Боюсь, теперь ему это и не нужно, — мрачно сказала Твайлайт. — Тогда его знать никто не знал, а сейчас его слуги буквально заполонили Эквестрию. Все уже слишком привыкли к их помощи, чтобы вот так вот внезапно от неё отказаться. К тому же, простые пони, далёкие от политики, вряд ли осознают, что такое для государства потеря независимости. Им кажется, что смена фактической власти — это что-то далёкое и никак их не касающееся. Тем более что принцесса Селестия, по словам Путина, по-прежнему будет править, вот только такое «правление» — чистой воды фикция.

— Тогда нужно рассказать всем об этом! — не унималась единорожка. — Пусть принцесса сделает заявление перед народом! Пусть объяснит, что нельзя отдавать страну в лапы Путина!

— Я ей так и написала. Дважды. Но принцесса Селестия мне до сих пор не прислала ответ. Боюсь, что она снова сдалась и рассчитывать на её помощь не приходится.

Повисло молчание. Никто из присутствующих не знал, что делать. В прошлый раз они нарисовали один жалкий агитационный плакат, а Путин тем временем сделал тысячи. А теперь ему и плакаты не нужны — за этот месяц российский президент успел переманить на свою сторону практически всё население Эквестрии.

— Знаете что, — сказала вдруг Рэйнбоу Дэш, — хватит нам терпеть выходки этого старого мошенника! Раз не хочет играть по нашим правилам, тогда мы будем играть по его!

— Ты это о чём? — не поняла Твайлайт.

— Да о том, что раз Путин нас провёл на тех выборах, то теперь пришла пора и нам его провести! Короче, мы пойдём на этот его рентген, подтасуем там каким-то образом голоса и заставим его проиграть, а когда он поймёт, что его обдурили, то будет уже поздно — пора собирать чемоданы. Думал, что он один тут может за ниточки дёргать, а мы для него раз — и сюрприз устроим!

— Ура! Сюрприз! — запрыгала Пинки Пай. — Постой, или ты это не в хорошем смысле?

— А ну придержи-ка поводья! — нахмурилась Эпплджек. — Ты что же это, хочешь обманом победу получить?

— Я хочу, чтобы Путин убрался из Эквестрии, а как это произойдёт — не такая уж и большая разница.

— А вот и большая! Путин мож и злодей, а мы тогда чем лучше, если так же себя вести будем?

— Ой-ой-ой, какие мы честные-пречестные! — язвительно протянула Рэйнбоу. — Да все уже давно в курсе, как тебе путины яблони околачивают! И кто из нас, интересно, будет в выигрыше, если они останутся?

— Ну помогают они мне, и что с того? — с вызовом спросила Эйджей. — У нас работа тяжёлая, копыт вечно не хватает. Ну а тебе-то помощь явно не к спеху — на облаке целый день валяться всякий мастак.

— Перестаньте ссориться! — остановила Твайлайт готовый вот-вот выплеснуться поток ответных оскорблений от возмущённой пегаски. — Раз уж мнения по этому поводу у нас разделились, то давайте лучше проголосуем. Кто за то, чтобы саботировать проведение референдума?

Она подняла копыто и ожидающе поглядела на остальных.

— Ну вот, теперь только и будем что голосовать… — проворчала Рэйнбоу, но копыто всё же подняла.

— Я тоже за, — поддержала их Рарити. — Всегда считала, что нет ничего плохого в небольшой хитрости для пользы дела.

— Я за! Я за! — Пинки Пай вздёрнула копыто вверх. — А если я два копыта подниму, то это считается как за двоих?

— Нет, Пинки, — вздохнула Твайлайт, глядя как кудряшка, балансируя на задних копытах, держит передние над головой. — Голос у каждого только один.

— А если четыре? — не унималась та, упав на спину и перебирая в воздухе всеми четырьмя копытами. — А если десять?

Твайлайт изумлённо уставилась на десяток тянущихся к потолку розовых копыт, а затем хорошенько потрясла головой. Всё правильно, копыт у Пинки было только четыре.

— Привидится же… — пробормотала библиотекарша, потирая лоб. — Хорошо, а кто против?

Эпплджек невозмутимо подняла своё одинокое копыто.

— Так… — посчитав в уме голоса, Твайлайт огляделась вокруг. — Флаттершай?

— Эм… — пискнула та, отступая в угол. — Надо было поднять, да?

Она на пару сантиметров подняла своё дрожащее копыто.

— Да нет же! — закатила глаза Рэйнбоу. — Ты должна была решить, согласна ли ты с нами или нет… А, неважно! Нас в любом случае больше, и мы выиграли!

— Ну и ладно! — отмахнулась Эпплджек. — Делайте, что хотите, но я в этом участвовать не буду.

— А что ты тогда собираешься делать? — спросила Твайлайт.

— Буду следить за путиными, чтоб они эту свою байду по-честному проводили. Пока я рядом, у них не выйдет доверчивых пони облапошить.

Рэйнбоу хотела сострить насчёт кое-каких знакомых доверчивых пони, которых можно на раз-два облапошить, но удержалась.

Весь оставшийся день подруги занимались планированием завтрашней операции. Твайлайт выбрала шесть самых стратегически важных городов и закрепила за каждым одну пони. Затем она вместе с Пинки Пай, Рарити и Эпплджек отправилась на железнодорожную станцию, где каждая села на свой поезд и поехала в назначенный уголок Эквестрии. Рэйнбоу улетела своим ходом, а Флаттершай осталась в Понивиле, так как боялась ездить куда-либо одна. Проводив подруг, она поскорее направилась домой, потому что вокруг уже стемнело, а шатающиеся по ночным улицам клоны никакого чувства безопасности больше не вселяли. Пегаска долго не могла заснуть — ей всё время казалось, что путины окружили её дом и заглядывают в окна.

Спайк, которого оставили за старшего в библиотеке, сначала подулся немного, но затем решил провести время с пользой и допоздна читал комиксы. Неудивительно, что всю оставшуюся ночь дракончик спал как убитый, а когда проснулся… впрочем, об этом ещё рано говорить.

Утром следующего дня все благополучно добрались до своих участков. Начавшие просыпаться жители городов шли не на работу и не на базар, как обычно, а прямиком в эти самые участки. Их направляли снующие повсюду путины, чья зелёная форма сегодня была идеально вычищена и выглажена.

— Сюда, пожалуйста! — наперебой повторяли они. — Ваш голос очень важен для страны! Сделайте правильный выбор!

Цветной поток втекал в распахнутые двери участков, а с противоположной стороны точно так же вытекал, поэтому подругам ничего не стоило смешаться с толпой и не вызвать подозрений у многочисленных двойников.

Твайлайт придумала специальное заклинание, переставляющее галочки на бюллетенях, и лично опробовала его в Кантерлоте. Один из клонов, правда, заметил пробивающееся сквозь щель сияние, но значения этому явлению не придал и решил, что ему померещилось. У Рэйнбоу в Клаудсдэйле вообще всё прошло удачно — путиных в небесном городе по понятным причинам не было, и за голосованием никто толком не следил, так что испортить бланки с помощью радужной смеси с фабрики было делом пары минут. Ну случилась какая-то протечка в трубах, ну затопило участок под потолок — подумаешь!

Рарити закатила целую драму в Мэйнхэттене, когда ей якобы стало плохо прямо возле урны для голосов. Пока путины носились туда-сюда в поисках воды, веера и удобной кушетки, хитрая единорожка быстро подменила всё содержимое контейнера на заранее заготовленные бланки с отрицательным ответом. Пинки Пай тоже постаралась: неизвестным образом попав внутрь запертой урны в Филлидельфии, она порезала все бюллетени с положительным ответом на конфетти. Когда один деловой и надутый пони в галстуке принялся с важным видом засовывать внутрь свой бланк, урна внезапно взорвалась словно хлопушка, осыпав бедолагу и весь участок бумажными квадратиками. С воплями ужаса и перекошенным галстуком чиновник галопом покинул избирательный участок и скрылся в неизвестном направлении. Хотя нет, в известном, так как за ним ещё долго оставался след из конфетти.

На Флаттершай изначально никто особых надежд не возлагал, но застенчивая пегаска со своей задачей справилась идеально. Не без помощи кое-кого из могущественных друзей, но результат был налицо: все бюллетени в понивильском участке внезапно превратились в бумажные самолётики и разлетелись кто куда. Путины бросились было их ловить, но ни один не поймали. А вот Эпплджек свою позицию так и не изменила и весь день лишь наблюдала за ходом голосования в Эппалузе. Но никаких вопиющих нарушений ей обнаружить не удалось — то ли путины и впрямь проводили референдум честно, то ли простоватая и доверчивая фермерша не замечала их хитрых махинаций.

Поздно вечером все шестеро встретились на станции Понивиля, со смехом пересказывая друг другу свои достижения.

— Думаю, теперь шансы примерно равны, — с гордостью подытожила Твайлайт.

— Равны?! — искренне изумилась Рэйнбоу. — Да мы их этот референдер, или как там его… короче, мы этих путиных знатно проучили! Теперь поглядим, как они будут выкручиваться, когда проиграют!

Твайлайт хотела было сказать, что для Путина в любом случае отсчёт голосов надо вести процентов этак с сорока, но промолчала. Также она не стала говорить о том, что у российского президента определённо есть ещё парочка козырей на случай проигрыша.

— Ты права, — улыбнулась она, — теперь мы точно победим!

— Давайте прямо сейчас устроим вечеринку! — радостно запрыгала Пинки Пай.

— О нет, лучше попозже! — возразила ей Рарити. — Я сейчас так волнуюсь за результаты, что кусок в горло не полезет. Давайте сперва дождёмся окончания референдума.

— А что если… мы проиграем? — пропищала Флаттершай.

— Не переживай об этом, сахарок! — бодро ответила Эйджей. — Ну проиграем, и что с того? Будем жить как прежде, и принцесса Селестия с нами останется. Твай, мож мы тогда к тебе пойдём? Всё равно ждать ещё долго.

Порешив на этом, пони направились в сторону библиотеки. Но тут скакавшая впереди Пинки внезапно остановилась, глядя вверх.

— Смотрите! — крикнула она. — Вовочку опять показывают!

Редкие звёзды на вечернем небе внезапно заволокла уже знакомая тёмная масса.

— Что-то он рано, — обеспокоенно сказала Твайлайт. — Голосование ведь ещё не завершилось!

На этот раз туча была больше и гораздо чернее, чем в предыдущие два. Она всё росла и росла, пока не закрыла собой почти всё небо. Но куда больше самой тучи ужасало проступившее на ней грозное лицо российского президента.

— Слушайте меня, жители Эквестрии! — разнёсся над городом его голос. — В связи с многочисленными нарушениями, вызванными группой недовольных лиц, референдум отменяется. Я до последнего закрывал глаза на ваши выходки, но моему терпению пришёл конец. Сегодня я, Владимир Путин, объявляю себя единоличным правителем вашей страны, императором Путиным Первым. Мой первый указ будет таким: государство Эквестрия отныне называется Эквестрийской Империей, так что ваш глупый договор больше не имеет силы. Вторым указом я упраздняю должность принцесс. С аликорнов снимаются все привилегии, и теперь они обязаны жить по законам Империи, как и все остальные, иначе их ждёт суровое наказание. А третьим своим указом я повелеваю немедля выдать мне Элементы Гармонии, где бы они ни были! За их укрывательство наказание также будет суровым. На этом пока всё. Доброй ночи, дорогие друзья.

Выплюнув эту последнюю фразу, сказанную отнюдь не дружелюбным тоном, лицо Путина Первого рассеялось среди тёмных облаков.

## Глава седьмая

Прошло уже минут пять или, может быть, даже десять, а подруги всё так же молча стояли посреди городской улицы, не в силах поверить в происходящее.

— Какого сена сейчас только что было?! — наконец воскликнула Рэйнбоу, тыча копытом в небо. — Это у него шутки такие, или что? Твайлайт, что вообще происходит?

— А чего это ты у неё спрашиваешь? — нахмурилась Эпплджек. — Это была твоя идея правила нарушить, и смотри теперь, что из этого вышло!

— Да кто б говорил! — ополчилась на фермершу Дэш. — Я, в отличие от тебя, не работала на два лагеря и не водила домой заклятых врагов! Интересно знать, благодаря чьей неуёмной честности они выведали все наши замыслы?

— Так, девочки, прекратите! — прервала Твайлайт очередную перепалку двух вспыльчивых поняш. — Я сама не знаю, что происходит, но в данный момент нам нужно с учётом обстоятельств составить новый план действий.

— Эм… — тихо сказала Флаттершай.

— Да чего тут составлять! — продолжала бушевать радужная пегаска. — Я уже давно предлагала задать Путину по первое число, а вы всё нянчились с ним как с капризным жеребёнком! Из-за вашей мягкотелости он уже вон как зазнался, императором себя объявил! Если не сейчас время ему навалять, то когда ещё?

— Послушайте… — Флатти снова попыталась «докричаться» до подруг.

— А слышали, что он сказал про Элементы Гармонии? — напомнила Рарити. — Как будто их ему кто-то просто так отдаст!

— Мне кажется… — робкую пони по-прежнему никто не слышал.

— Ты права, но раз они зачем-то понадобились Путину, то он сделает всё, чтобы их заполучить, — Твайлайт устремила свой взор к далёкому городу на склоне горы, где уже начали зажигаться первые огни. — Мы должны немедленно отправиться за ними в Кантерлот, и заодно поговорить с принцессой Селестией. Она уже наверняка организовала оборону замка и готова дать отпор возможной атаке.

— Пожалуйста, посмотрите туда… — собрав все свои силы, громче обычного пропищала Флатти.

На сей раз подруги её в кои-то веки услышали и недоумённо повернулись в том направлении, куда указывало дрожащее жёлтое копыто. Там, на противоположной стороне широкой улицы, частично скрытые тенью домов, стояли неподвижно два путина и таращились на поняш в ответ.

— Чего это они удумали? — обеспокоенно шепнула Эйджей.

— О, не беспокойтесь, я их знаю, — с облегчением сказала Рарити, присмотревшись к путиным. — Эти джентльмены помогают мне в бутике. Добрый вечер, мальчики!

Она помахала им копытом, но клоны даже не шевельнулись.

— Девчонки, — прошептала Твай, — смотрите туда.

Из небольшого переулка вышли ещё два путина и также остановились, молча глядя на шестёрку.

— А этих я не знаю, — нервно произнесла Рарити. — Эпплджек, может, ты их знаешь? Они не из тех, что у тебя на ферме работают?

— Я их знаю! — радостно крикнула Пинки. — Это Триста Сорок Седьмой и Две Тысячи Пятьсот Семьдесят Девятый! Эй, ребята! Как делишки?

Флатти, трясясь от страха, оглянулась назад и в ужасе захныкала — прямо посреди улицы стояло ещё три путина, перекрывая путь к отступлению.

— Хм, а этих даже я не знаю, — озадачилась Пинки, задумчиво подперев копытом подбородок. — Может быть, нам уже пора паниковать и бежать отсюда?

Словно только этих слов и дожидаясь, путины сорвались с места и бросились к маленькой кучке из шести пони. С каждой секундой клонов становилось всё больше и больше — они словно агенты смиты выскакивали из домов и переулков, собираясь в одну грозную и неумолимую толпу.

— Рэйнбоу, Флаттершай, — скомандовала Твайлайт, — летите в Клаудсдэйл и поднимайте всех на защиту города!

— Нет, мы останемся и тоже будем драться! — запротестовала храбрая пегаска.

— Летите же! Если нас всех сейчас поймают, Путина уже никто не остановит!

Клоны были совсем рядом, бежавшие впереди уже вытянули руки, чтобы схватить непослушных пони. Но внезапно раздался хлопок, и небо над городом озарила яркая вспышка. Затем ещё одна. И ещё. Путины застыли на месте, запрокинув головы и любуясь на это завораживающее зрелище.

— Фейерверки? — ошарашено пробормотала Твайлайт. — Что происходит?

— Сюда, быстрее! — громко шепнули из темноты.

Обернувшись на голос, подруги увидели фигуру в плаще, которая махала им копытом, призывая следовать за собой.

— Давайте, ну же! Надолго это их не отвлечёт!

Подруги мельком переглянулись, а затем бросились вдогонку за таинственной фигурой, лавируя между загипнотизированными клонами, которые неподвижно стояли на дороге, словно столбы или деревья, пораскрывав рты от восторга.

— Пинки? — оглянулась назад Рэйнбоу. — Ох, да ладно!

Кудряшка сидела там же, где её и оставили, вместе с путиными заворожено глядя на салют. Вздохнув, Дэш силой потащила не в меру впечатлительную подругу за собой.

Пони с незнакомкой во главе петляли по городским улочкам, перебегая из тени в тень, благо путины так и не успели принести в Понивиль ночное освещение. Твайлайт не имела ни малейшего понятия, куда они направляются, но справедливо полагала, что им, прежде всего, следует выбраться из кишащего клонами города. Она искреннее надеялась, что у их таинственной спасительницы есть хоть какой-то план дальнейших действий.

Наконец, миновав крайний дом на отшибе, группа оказалась за пределами Понивиля. В тот же миг позади вяло хлопнул последний заряд, и городок погрузился в тишину. Но все понимали, что тишина эта обманчива: где-то там сейчас, словно потревоженные муравьи, начинают расползаться во все стороны сердитые путины, разыскивая беглецов.

— Чего встали? — спросила пони в плаще, откинув капюшон и смахивая копытом пот. — Нечего расслабляться. Если что, Трикси вас второй раз спасать не будет.

— Трикси?! — ошарашено воскликнули все.

— Ты чего опять в Понивиле забыла, мошенница? — нахмурилась Рэйнбоу Дэш, нависая над печально известной единорожкой.

— Хм, дайте-ка подумать, — язвительно протянула та. — Может быть, Трикси в одиночку пробралась в ваш жалкий и никчёмный городишко, чтобы героически спасти кучку глупых пони, которые её даже отблагодарить, как следует, не могут? Да, Трикси и сама с трудом верит, что опустилась до такой жизни.

— Да кто поверит, что ты станешь кому-то помогать! — воскликнула Рэйнбоу. — И нечего на Понивиль бочку катить — он нормальный город! Не лучше Клаудсдэйла, но всё же…

— Точно! Ты злюка, вредина и бяка! — вторила ей Пинки. — Нет тебе больше веры!

— А ещё твой плащ совершенно не соответствует моде! — сморщила нос Рарити. — Какое ужасное попрание всех устоев стиля!

— Кстати, а шляпа твоя куда подевалась? — не к месту спросила Эпплджек.

— Осталась в фургоне, разумеется! — резко ответила та. — Трикси, в отличие от некоторых, не такая дура, чтобы расхаживать повсюду в шляпе, по которой её смогут быстро распознать! А теперь, если глупые вопросы закончились, лучше ступайте за Трикси, или вас точно поймают.

— Так ты знаешь, зачем нас пытались схватить? — спросила Твайлайт. — Из мести за референдум?

— Так-так! — ухмыльнулась Трикси, повернувшись к ней. — Это же та самая всезнайка, которой обязательно надо быть во всём лучше всех. Однажды Трикси поквитается с тобой за все унижения, но пока что она великодушно решила тебя пощадить. Ты спрашиваешь, зачем вы понадобились Путину? Ну, это и параспрайту понятно — он же прямо сказал, чтобы ему Элементы Гармонии доставили. И если вы думали, что речь шла о ваших дурацких блестяшках, то не надейтесь — он уже давным-давно наложил на них лапы. Теперь, думаю, ему нужны вы, чтобы использовать их и получить ещё большую власть.

— Но куда мы в таком случае направляемся? — задала ещё один вопрос Спаркл, внутренне содрогнувшись от услышанной правды.

— В Белохвостый лес, конечно же. Остальное великодушная Трикси расскажет по дороге, если, конечно, у неё будет настроение.

Сказав это, «великодушная» единорожка с высоко вздёрнутым носом направилась по дороге, ведущей прочь от города. Твайлайт, закатив глаза и вздохнув, поспешила за ней, а следом потянулись и остальные.

— Погодите! — недоумённо замерла Рейнбоу. — Мы что, и вправду за ней пойдём? Давайте уж лучше в Клаудсдэйл, как и собирались!

— И как же мы все туда попадём, балда? — усмехнулась Эпплджек. — Тут некоторые, знаешь ли, не летают.

— Прости, но нам сейчас и впрямь лучше последовать за Трикси, — обернувшись, сказала Твайлайт. — Мне кажется, у неё, в отличие от нас, действительно есть какой-то план.

— Точно! Моё пинки-чувство подсказывает, что нужно идти за ней! — подтвердила Пинки, которая ещё минуту назад фокусницу чуть ли не во лжи обвиняла.

Недовольно ворча, Рэйнбоу полетела вслед за остальными. Их группа двигалась по дороге, стараясь держаться в тени редких деревьев и кустарников. К счастью луны сегодня не было, что астрономически подкованная Твайлайт нашла довольно странным — до новолуния было ещё далеко. Трикси гордо шла впереди, не забывая, правда, высматривать на горизонте врагов, но и тут им пока везло — ни одного случайного путина они ещё не встретили.

— Твай, ты точно уверена, что этой ненормальной стоит доверять? — тем временем громко шептала Рэйнбоу Дэш, ни разу не беспокоясь о том, что «ненормальная» может её услышать.

— Надеюсь, — задумчиво ответила та. — Да, от неё бывали порой проблемы, но сейчас наш главный и единственный враг — это Путин, а потому я считаю, что лучше забыть на время наши мелкие разногласия ради общей цели.

— Но что если на самом деле Путин её подкупил, и сейчас она ведёт нас прямо в его логово? — не унималась подозрительная пегаска. — Как вообще можно верить, что эта пройдоха на нашей стороне?

— Да как ты смеешь уличать благородную волшебницу Трикси в сговоре с этими мерзавцами! — вскричала фокусница, не стерпев подобных наветов. — Трикси всей душой ненавидит этих отвратительных зелёных человечков, ибо уже целый месяц страдает от их нападок! Всё это время они только и делали, что срывали её концерты и не давали дурачить… в смысле, дурманить зрителей её чудесными фокусами, собирая с них заслуженный гонорар. Везде, куда бы Трикси ни отправилась, её встречали пони с промытыми мозгами, которые говорили, что удивительная и потрясающая магия Трикси якобы ничем не отличается от магии других единорогов, и нагло отказывались платить за её просмотр. Но зелёным человечкам и этого было мало! Они постоянно останавливали Трикси в дороге, спрашивали какие-то документы на её фургон, конфисковали партию лучших контрафактных фейерверков и вообще не давали спокойно существовать. В конце концов, устав от такого несправедливого обращения, бедная Трикси поставила фургон в лесной чаще и стала жить как отшельница, надеясь на то, что когда-нибудь всех её врагов постигнет ужасная небесная кара. Какое-то время Трикси обитала там в гордом одиночестве, но её покой вновь оказался недолог. Вскоре на поляну, где она поселилась, стали приходить и другие пони, обиженные путинским режимом, которые с чего-то решили, что теперь тут будет рай для всех, кто не согласен с порядками чужеземцев. Поначалу Трикси всё это очень не нравилось, но потом она осознала, что теперь цель её жизни — сплотить вокруг себя единомышленников, поднять восстание и изгнать из Эквестрии проклятых интервентов! К тому же великую и могучую Трикси в лагере всячески боготворят и почитают, по любому поводу спрашивая её мудрого совета…

— Погоди, я правильно поняла? — перебила её Твайлайт, так как последнее предложение уже начинало напоминать откровенное враньё. — То есть в Белохвостом лесу спрятан целый лагерь противников Путина? И много вас там?

— Пара тысяч найдётся, наверное, — с наигранной небрежностью сказала Трикси. — Пока вы там у себя плясали под дудку захватчиков, доблестная Трикси и остальные уже вовсю искали способы борьбы с ними.

— Это я-то под дудку плясала?! — возмутилась Рэйнбоу. — Да я целыми днями за ними шпионила, важную информацию добывала!

— Так что же ты раньше молчала? — Трикси остановилась и выжидающе уставилась на пегаску. — Тогда скорее поделись ею, раз она настолько важная.

С минуту Дэш мялась и топталась, пытаясь придумать хоть какой-то ответ, но в голову ничего достойного не приходило — большую часть её разведывательной деятельности составлял безмятежный сон на облаке, а в остальное время она просто следила за однообразными действиями путиных-рабочих, безуспешно ища повод устроить с ними разборку. Естественно, ничего нового о клонах она тогда так и не узнала.

— Вот придём к вам в лагерь, и тогда расскажу, — наконец буркнула пегаска и демонстративно полетела дальше. — Перед тобой-то мне чего отчитываться? Не знаю, кто у вас там главный, но уж сто пудов не ты.

— Трикси, между прочим, занимает высокий пост и пользуется всеобщим авторитетом, — надулась единорожка. — Без Трикси ни лагеря, ни сопротивления вообще бы не было. А перед главной ты будешь по струнке ходить, это уж Трикси тебе гарантирует!

Так, за редкими стычками и вялыми перепалками, путешественники в конце концов добрались до опушки Белохвостого леса. Тёмной безлунной ночью он выглядел почти таким же жутким, как и другой печально известный лес, также расстилающийся близ Понивиля. Флаттершай с трудом удалось уговорить идти дальше — робкая пегаска мямлила, что лучше подождёт остальных здесь, хотя перспектива остаться в одиночестве возле мрачных зарослей была явно не намного привлекательнее.

— Давай, Флатти! — подбадривала её Твайлайт. — Нам совсем немного осталось пройти!

— Ничего подобного, — сухо заметила Трикси. — Лагерь спрятан глубоко в лесу, иначе Путин уже давно бы его обнаружил. Туда ещё часа три добираться, если повезёт.

Не сказать, чтобы Флаттершай после этих слов преисполнилась особого энтузиазма. В течение следующего часа она семенила то позади, то в середине продвигающейся между деревьев колонны, вздрагивая от любого шороха и каждые пять минут тихо спрашивая, далеко ли ещё, и не пора ли повернуть назад. Рарити, кстати, тоже не горела желанием шляться по лесной чаще, но причины этому были несколько иными.

— Я, конечно, извиняюсь, — начала она, брезгливо ступая по жухлым листьям и обходя за два метра раскачивающуюся на ветру паутину. — Возможно, я не совсем правильно поняла, но… лагерь?! Мы что, будем жить в каких-то ужасных старых палатках?

— Да ладно тебе! — махнула копытом Эйджей, отчего прицепившийся к нему репей перелетел на синий хвост новой хозяйки, которая этого, к счастью, не заметила. — Чего плохого в том, чтобы иногда выбраться на природу? Как по мне, так нет ничего приятнее свежего лесного воздуха!

— А ещё вечерние посиделки у костра! — подключилась к походной теме Пинки. — Кстати, я уже слышу, как он трещит где-то неподалёку, значит, мы почти на месте! Чур, я буду жарить зефирки!

С этими словами она продемонстрировала всем веточку с насаженной на неё зефириной. Трикси удивлённо уставилась на сей непонятно откуда взявшийся предмет и, кажется, на секунду усомнилась в своих великих способностях к фокусам.

— Трикси же ясно сказала, что до лагеря ещё далеко… — пробормотала она, но внезапно остановилась и прислушалась. — Хм, и правда что-то потрескивает.

— И дымом пахнет! — повела носом Эпплджек. — Здесь точно нет никого из ваших?

— Да здесь вообще на километры вокруг никого быть не должно, — фокусница была явно встревожена.

— Давайте подойдём поближе и посмотрим, — предложила Твайлайт, в которой проснулся исследовательский энтузиазм. — Наверное, кто-то просто искал дорогу в ваш лагерь и заблудился.

Сказав это, любознательная пони зажгла свет на кончике рога и двинулась прямиком в ту сторону, откуда доносился дым и треск. Рэйнбоу, решительно направившись вслед за ней, оттянула мешавшуюся на пути ветку, после чего та метко хлестнула шедшую позади Эпплджек.

— Ауч! Ты чего такое творишь? — крикнула та, потирая нос.

— А чего ты идешь, зеваешь? — ехидно спросила та.

— Фу-у-у, я наступила во что-то липкое, — жаловалась тем временем Рарити. — А я ведь только сегодня отполировала копыта!

— Жефирки! Жефирки! — держа в зубах ветку с зефириной, весело прыгала Пинки Пай. — Бужем жарить жефирки!

Трикси от увиденного лишь приложила копыто к голове и тяжело вздохнула.

— Куда вы всей оравой ломанулись! — зашипела она на горе-исследователей. — Ты, погаси сейчас же свет! А вы тише! Тише!

Она сердито зыркнула на Флаттершай, словно та производила больше всех шума, отчего пугливая пегаска попыталась слиться с текстурой ближайшего куста, но получалось у неё это неважно.

— Подождите пока здесь, — распорядилась Твайлайт, — мы с Трикси быстро всё разведаем и вернёмся.

Оставив обиженную Рэйнбоу, которой тоже хотелось сходить на разведку, потирающую нос Эпплджек, жалующуюся на неизвестную субстанцию Рарити, жонглирующую зефирками Пинки и безуспешно пытающуюся мимикрировать под заросли Флатти, две пони направились к источнику недавнего треска. Шли они недолго. Вскоре между деревьями появился просвет, и Твайлайт с Трикси, притаившись за кустиком, осторожно выглянули из укрытия.

Посреди небольшой полянки, окружённой густыми зарослями, горел маленький костерок. Возле него на поваленном берёзовом стволе сидел путин и грел перед пламенем руки. Неизвестно, действительно ли клону было холодно в тёплую летнюю ночь, или он просто дурачился, как любили делать все его собратья.

— Что он здесь делает? — прошептала Твайлайт. — Неужели они узнали о лагере?

— Быть не может… — с досадой процедила Трикси. — Кто же мог выдать его местоположение? Наверняка это был тот подозрительный тип, что поселился через палатку от фургона Трикси! Между прочим, Трикси его хитрая рожа сразу не понравилась! Как же его там звать? Обормот? Нет… Обдуракс? Тоже не то… Овердаун какой-то, короче, или типа того. Ну погоди, вот узнает главная, как ты пытался у Трикси колёса свинтить, ух она тебе покажет!

— Со шпионами можно и потом разобраться, — торопливо перебила её Твайлайт, — но с этим клоном-то нам что делать?

— Да ничего не надо делать! — отмахнулась Трикси. — Просто обойдём его стороной и двинемся дальше. Повезло ещё, что он нас не заметил.

— Ну конечно, вас не заметишь! — не оборачиваясь, саркастически усмехнулся клон. — Ломитесь, как медведи сквозь джунгли… Ну что, так и будете там стоять?

Твайлайт и Трикси застыли на месте, словно это могло каким-то образом вновь скрыть их присутствие. Видимо, устав ждать хоть какой-то их реакции, путин с кряхтением поднялся на ноги и потянулся.

— А ночи тут тёплые, — задумчиво сказал он. — Не то, что у нас в России.

— У вас в Озере Отражений, хотел ты сказать? — к Твайлайт, наконец, вернулся дар речи. — Не забывай, что ты оттуда появился.

— Да-да, — обиженно отмахнулся клон. — Не придирайся к словам.

Он хотел ещё что-то сказать, но тут на поляну молнией вылетела Рэйнбоу Дэш.

— Ага, попался! — крикнула она, зависнув перед ним. — Решил пошпионить за нами? Не выйдет — я шпионов на раз-два вычисляю! А где дружки твои? Прячутся? В засаде сидят? — пегаска сделала несколько боксёрских выпадов в сторону тёмной лесной чащи. — Давайте, выходите, трусы несчастные! Посмотрим, кто кого!

— Говори, сколько тут вас! — потребовала Трикси.

Путин задумался или сделал вид, что задумался, а затем отогнул один палец.

— Вот столько.

— Один? — недоверчиво протянула Дэш. — А, ну да, тебя ведь шпионить послали…

— Никто меня не посылал, — терпеливо объяснил клон и, не обращая внимания на грозные взгляды окруживших его пони, принялся закидывать костёр землёй. — Я пришёл сюда по своей воле.

— Да прям! — усмехнулась Рэйнбоу. — Нету у клонов своей воли — они просто туповатые отражения Путина, которые ему прислуживают. Это уж я хорошо поняла, пока за вами следила!

— У кого-то, может, и нет, а у меня вот есть, — закончив набрасывать на кострище землю, клон начал аккуратно притаптывать её ногой. — И я решил, что пора прекращать участвовать в этом безумии с императорами и охотой на пони. Прозвучит немного пафосно, но можете считать меня предателем, который переметнулся на сторону врага. Вас, то есть.

— Послушай-ка ты, — Дэш скосила взгляд на шеврон с номером, — Тысяча Седьмой! Не знаю, какой там план на этот раз придумал ваш господин, но больше вы нас не проведёте! Переметнулся он, как же! Небось, хотел расположение лагеря выведать, чтобы с утреца ваша армия сюда наведалась!

— Да, я действительно ищу лагерь, — согласно кивнул путин, — и буду очень признателен, если вы покажете дорогу. Трикси, не составит ли тебе труда меня проводить?

— Откуда ты знаешь моё… — изумлённо процедила та. — Неважно. Оставлять тебя здесь точно нельзя — ты либо побежишь докладывать своим, либо незаметно последуешь за нами. Поэтому Трикси отведёт тебя в лагерь, где ты будешь допрошен со всей строгостью.

— Отлично, — удостоверившись, что из кучки больше не идёт дым, путин повернулся к ней. — Я рад, что мы так быстро пришли к консенсусу. Тогда чего время терять — идёмте же!

И, обойдя сбитых с толку пони, он уверенно направился прямиком в темноту.

— В другую сторону, дебил! — закатила глаза Трикси. — Там выход из леса!

— А то я не знаю! — и глазом не моргнув, путин снова прошествовал мимо них. — Просто проверял на честность.

## Глава восьмая

В общем и целом, конвоирование схваченного клона выглядело со стороны весьма странно. Сам «пленный» бодро вышагивал впереди, насвистывая себе под нос что-то про южные моря, а пони за ним едва поспевали. Спустя некоторое время лес внезапно начал редеть, и вскоре путники вышли на большую поляну метров двести в диаметре, которая была практически целиком усеяна разномастными палатками, шатрами, навесами и прочими походными сооружениями. Источниками света служили редкие и тусклые переносные фонари, видимо, из соображений скрытности, поэтому детально разглядеть что-либо было трудно.

А вот нагрянувших как снег на голову гостей, похоже, заприметили довольно быстро. Отовсюду начали выходить обитатели лагеря и, восторженно галдя, облепили семерых пони.

— Ура, Элементы Гармонии с нами! — ликовали они. — Теперь-то мы точно победим!

— Это Трикси их привела! — пыталась перекричать толпу единорожка. — Трикси молодец! Хвалите и почитайте её!

Но, разумеется, никто чересчур скромную фокусницу не хвалил и не почитал — всё внимание было приковано только к шестёрке. Рэйнбоу Дэш, Рарити и Пинки Пай купались во всеобщем внимании, Твайлайт с Эпплджек смущённо переглядывались, а Флаттершай тщетно пыталась найти лазейку в окружившей её толпе, чтобы сбежать обратно в лес.

— Мы рады, что вы благополучно добрались сюда, — раздался властный голос, и собравшиеся вокруг пони поспешили расступиться.

Флаттершай хотела было юркнуть в образовавшийся проход, но, увидев ту, для кого его сделали, пискнула и отшатнулась назад. Перед шестёркой стояла сама владычица ночи, принцесса Луна, которая без тени радушия смотрела на возмутителей спокойствия. Те поспешно поклонились.

— Полагаем, вам уже объяснили, что это за место? — Луна скосила взор на Трикси, и та подобострастно закивала. — Если вдруг кому до сих пор не ясно: это лагерь ополчения, последний оплот сопротивления враждебной силе по имени Путин, которая уже подчинила себе всю Эквестрию. Здесь собрались те, кто не согласен с текущим положением вещей и хочет вернуть нашей стране независимость, навсегда изгнав проклятого узурпатора. Мы же, — тут она приложила копыто к груди, очевидно, имея в виду себя, — возглавляем всё это сборище, или хотя бы пытаемся это делать по мере сил.

— А принцесса Селестия тоже здесь? — поспешила Твайлайт задать интересующий её вопрос.

— Увы, наша сестра была схвачена пару часов назад, — безразличным тоном поведала ночная принцесса, словно речь шла о каком-то досадном пустяке. — Полагаем, Путин сейчас удерживает её в кантерлотских подземельях и всячески измывается над её самообладанием.

— Тогда нужно немедленно её спасать! — крикнула Рэйнбоу Дэш. — Эй, пони! Кто из вас отправится со мной в Кантерлот, чтобы освободить принцессу и надрать Путину одно место?

В толпе неуверенно завозились, но ярого желания следовать «плану» радужной пегаски ни у кого не возникло.

— Вызволение нашей непутёвой сестры не является сейчас приоритетной задачей, — холодно заметила Луна. — Она сама виновата, что для неё всё так обернулось. Возможно, что ничего этого вообще бы не случилось, прояви она в нужный момент хоть каплю твёрдости. Так что скажите спасибо, что хотя бы вашу шестёрку успели спасти.

— Это Трикси постаралась! — тут же влезла фокусница. — Рискуя жизнью, между прочим!

Принцесса Луна обратила на неё свой суровый взгляд, отчего единорожка нервно сглотнула.

— Я вижу, как ты постаралась, — ледяным голосом произнесла она. — Только объясни нам, пожалуйста, всего лишь одну вещь.

— К-какую? — дрожащим голосом спросила Трикси.

— Зачем ты привела в лагерь это? — с этими словами Луна указала на путина, который тем временем уже деловито прохаживался вдоль палаток и с любопытством их осматривал.

— Так-так, — задумчиво бормотал он, щупая верёвочки и колышки, — сразу видно, что ставили дилетанты. А вот на этом месте должна, по идее, располагаться полевая кухня. Хм, а где же у них огнетушители? Никакой противопожарной безопасности! Этому месту явно требуется серьёзная модернизация…

Жители лагеря, пораскрывав рты, с минуту таращились на незваного гостя, а затем кто-то крикнул:

— На нас напали!

Что тут началось! Пони в ужасе носились туда-сюда, спотыкаясь об верёвки и снося собственные палатки. Многие натыкались друг на друга в потёмках и орали ещё больше, думая, что их схватили враги. Некоторые храбрецы пытались дать «врагам» отпор, а те мутузили их в ответ, создавая ещё большую неразбериху. Кто-то задел копытом душ, сделанный из брёвнышек и стоявшей на них бочки, отчего вся конструкция рухнула, окатив водой ближайшую палатку. Оттуда как ошпаренная выскочила мокрая единорожка, которая, видимо, уже улеглась спать и явно не была готова к таким внезапным водным процедурам. Неизвестно, сколько ещё продолжался бы этот бедлам, но тут над лагерем раздался оглушительный крик принцессы Луны:

— ВСЕМ СТОЯТЬ!!!

И все тут же замерли. Казалось, застыл вообще весь лес, и даже птицы, вместо того чтобы закаркать и разлететься, как от обычного громкого звука, буквально примёрзли к своим веткам, не в силах выдавить и писка.

— Ну и ну, — покачал головой клон, оглядывая учинённый вокруг разгром, словно и не являлся его причиной, а просто случайно мимо проходил. — А вот был бы у вас нормальный план эвакуации, и такого бы точно не произошло. Ладно, пока вы снова не начали бесноваться, доходчиво объясняю: я хороший и на вашей стороне.

Уставившиеся на него жители лагеря озадаченно перевели взгляд на принцессу, ожидая разъяснений. Та же обратила свой уничтожающий взор на вконец потупившуюся фокусницу.

— Мы ведь ясно тебе сказали, чтобы ты не привлекала внимания! Сколько пони до этого выходило на разведку за пределы леса, и всё было нормально, но именно тебя угораздило привести сюда одного из врагов! Ты хоть понимаешь, что поставила под угрозу существование всего сопротивления?!

— Трикси нашла этого шпиона возле самого лагеря! — мямлила та. — Он тут лазил, разнюхивал, карту рисовал… Ей ничего не оставалось, кроме как взять его в плен!

— Ничего подобного, — некстати для единорожки решил уточнить путин. — Мы встретились далеко отсюда, и один я бы вряд ли дорогу нашёл. Спасибо уж, добрые пони проводили!

— Мы тебя предупреждали, — нависла принцесса над сжавшейся в комок пони. — За этот промах ты понесёшь самое суровое наказание!

— Не на-а-адо! — хныкала та. — Трикси больше не бу-у-удет!

— Ну и ну, вот это цирк! — покачал головой путин. — Дурдом на выезде. Одна в третьем лице о себе говорит, другая во множественном числе… Даже не знаю, стоит ли мне иметь с вами дело.

Оставив трясущуюся в ужасе Трикси, Луна повернулась к нему.

— Отвечай, что ты здесь забыл, жалкий клон! — потребовала она. — Для шпиона или диверсанта ты слишком вальяжно себя ведёшь. Тебя послали как переговорщика?

— Никто меня не посылал, — повторил путин свои недавние слова. — Я пришёл сюда, чтобы помочь вам победить Путина Первого и его армию. Я понял, что они неправы в своих действиях и потому предал их.

— Какая отвратительная ложь! — фыркнула Луна. — Даже последний идиот не поверит в подобную чушь! После всех тех трюков и обманов, что твой господин проворачивал в Эквестрии, этот выглядит просто нелепо.

— У меня нет господина, — спокойно заметил клон, — и это никакой не трюк. Да, я понимаю, что у вас нет никаких причин мне верить, и я не прошу вас прямо сейчас целиком мне довериться. Но совсем скоро вы и сами поймёте, что я на вашей стороне, и вот вам первое доказательство! — с этими словами путин полез за пазуху и достал старую книгу в тёмно-красной обложке. — Надеюсь, срок ещё не вышел, Твайлайт?

— Не может быть… — прошептала библиотекарша, с опаской беря телекинезом книгу из протянутой руки путина. — Это же та самая… Где заклинание против клонов есть…

— Ты уверена, что это она? — нахмурила брови Луна. — Не подделка?

— Нет, вроде… — прилевитировав к себе томик, Твайлайт судорожно начала его листать. — Точно, это та самая книга! Ага, а вот и заклинание!

— Сколько времени тебе нужно, чтобы его освоить? — спросила ночная принцесса.

— Да нисколько! Я ведь уже использовала его раньше, а сейчас только в памяти освежила.

— Очень хорошо. Тогда прямо сейчас его и опробуем.

— Не-не-не-не-не! — запротестовал путин, мигом сообразив, куда дует ветер. — Этого ни в коем случае нельзя делать! Я ведь уже сказал, что полностью вас поддерживаю и готов помочь вам в вашей борьбе!

— Ну конечно! — усмехнулась Луна. — Думал, что отдашь нам эту книгу и тем самым заслужишь всеобщее доверие? Но ты ошибся. Я не моя сестра и не поверю ни единому твоему слову. Никакой ты не предатель и не изгой, а всего-навсего винтик в очередном мудрёном механизме Путина. Но он сильно просчитался, посылая к нам тебя с этой книгой, ведь теперь у нас есть оружие против вас.

— Интересно, и кто же будет его применять? — поинтересовался её собеседник. — Твайлайт? Ты? Сомневаюсь, что у вас найдутся другие сильные волшебники, чтобы использовать это заклинание. Кто ещё из вас достаточно силён в магии, чтобы им овладеть?

Клон обвёл суровым взглядом собравшихся, но ответа не последовало — все единороги лишь стыдливо отворачивались, мол не можем мы, что уж поделать. Даже некоторые пегасы и земнопони отворачивались, хотя им-то с чего бы?

— Трикси очень сильная! — буркнула Трикси, но так, чтобы никто не услышал.

— Так я и думал, — удовлетворённо сказал путин. — Ну так что, всё ещё собираетесь вдвоём против целой армии выступить или всё-таки меня для начала послушаете?

— Твайлайт, — сказала Луна, — дай-ка сюда книгу, он нам надоел.

— Простите, принцесса, — робко начала та, — но, может быть, нам всё же стоит его выслушать? Вдруг он действительно хочет нам помочь? А развоплотить его мы ведь всегда успеем, если что!

— Девочка, — снисходительно посмотрела на неё принцесса, — сколько раз уже Путин вас обманывал?

— Много раз, — согласно кивнула Твай. — Но перед нами ведь не он сам, а его двойник из Озера Отражений. Да, они все служат Путину, но мы не знаем наверняка, что на самом деле творится у них в голове. В любом случае, у клона со временем должны появиться свои личные воспоминания, чувства, убеждения, которые определят его характер. Что если этот клон и впрямь отличается от других? Что если крохотная частица доброты, которая была в Путине, воплотилась в этом двойнике, и он искренне, от чистого сердца хочет нам помочь?

— Ах, твои слова растрогали меня до глубины души! — путин достал платочек и картинно промокнул им лицо. — Простите, что-то в глаз попало…

— А я ему ни капли не верю! — заявила Рэйнбоу. — Вспомните, как оригинал нам до этого головы морочил и точно так же в доверие втирался! А клоны у него только тупостью и хамством друг от друга отличаются, но никак не добротой!

— О вашей компашке такого не скажешь, верно? — закончив изображать сантименты, непринуждённо осведомился у неё клон. — Среди вас есть Элемент Доброты — Флаттершай, так что Элемент Тупости и Хамства тоже, наверняка, имеется.

Рэйнбоу ничего не поняла из этой фразы, но смутно ощутила над собой насмешку и нахмурилась. Флатти же вздрогнула и что-то невнятно пробормотала, испугавшись внезапного упоминания своего имени.

— И как нам тогда быть? — спросила Эпплджек. — Как узнать наверняка, врёт он или нет?

Все замолкли, размышляя над этой дилеммой, но никому в голову ничего путного не приходило. Не размышляла, похоже, только Луна — она терпеливо ждала, когда все остальные, наконец, согласятся жахнуть по путину заклинанием.

— А я, кажется, знаю, как мы поступим! — вдруг осенило клона. — Давайте проведём голосование! Только надо бы сперва урну для голосов найти… Народ, у вас тут не завалялось, случайно, какого-нибудь закрытого ящика с прорезью наверху?

Народ многозначительно переглянулся, а затем чуть ли не хором крикнул:

— Да пошёл ты знаешь куда со своими голосованиями!

— Подумаешь! — обиженно надулся путин. — Не очень-то и хотелось!

— Давайте лучше вечеринку проведём! — крикнула Пинки Пай. — Этот лагерь ведь самый настоящий город, а в каждом городе обязательно нужно устраивать вечеринки, иначе это будет очень скучный и унылый город, прямо как тот, в котором я когда-то жила, а моё пинки-чувство подсказывает, что здесь ни разу не проводили вечеринку, ведь если бы здесь недавно была вечеринка, то я бы учуяла запах тортиков и увидела остатки конфетти, но ничего такого я здесь не чую и не вижу, разве что здесь есть парти-пони, которая тщательно заметает следы своих вечеринок, но её саму я тоже пока не вижу, хотя вдруг она просто прячется от меня, испугавшись конкуренции, так что нужно как можно скорее её отыскать и объяснить, что я хочу с ней сотрудничать в нашем нелёгком деле, а для этого следует забраться повыше и оттуда всё хорошенько осмотреть!

С этими словами она запрыгнула на верхушку ближайшей палатки и стала прыгать на ней как на батуте. Та сильно прогибалась и скрипела всеми верёвками, но подобный краш-тест пока выдерживала.

— Есть у меня одна идея, — сказала Твайлайт, глядя на это представление. — Не верится, что я предлагаю это, но давайте попросим Пинки Пай решить наш спор. Пусть её чутьё подскажет, можно ли доверять этому клону или нет.

— Ты хочешь доверить столь важный вопрос… — Луна покосилась на подлетающую всё выше и делающую в воздухе какие-то акробатические трюки пони, — …ей? Если собираешься отдать всё на волю случая, тогда уж проще будет монетку кинуть.

— Тут вы неправы, принцесса, — возразила Твай. — У Пинки есть особое чувство, позволяющее ей предвидеть будущее. Я сама изначально в это не верила и до сих пор, если честно, не понимаю, как это работает, но она и вправду может угадывать, что произойдёт в скором времени. Эй, Пинки!

Кудряшка сделала последний прыжок и ловко приземлилась перед остальными. В толпе кто-то облегчённо выдохнул — видимо, это был хозяин несчастной палатки.

— Ты можешь определить, стоит ли ему доверять? — Твайлайт указала на путина, который снова начал шататься по лагерю и совать нос во все щели.

— Моё пинки-чувство по желанию не работает, — с важным видом отрезала Пинки.

— Эх, жалко… — опечалилась наивная всезнайка.

— А за пять бесплатных порций яблочного сидра на ближайшем фестивале? — ехидно поинтересовалась Эйджей.

— За пять не знаю, но за десять будет работать как часы! — не моргнув и глазом, заявила Пинки и, получив насмешливый кивок от фермерши, деловито направилась к путину.

— Чего тебе? — недоумённо спросил тот, перестав замерять ширину отверстий в ближайшем сортире и выглянув наружу.

Пинки подошла к нему вплотную и вытянула вперёд одно копыто.

— Мадам Пинки производит сканирование… — таинственным голосом известила она собравшихся. — Энергетические потоки идут сквозь меня… Я вижу прошлое так же ясно, как и будущее…

— Вот она, золотая жила! — загорелись глаза у Трикси. — Надо срочно переквалифицироваться в экстрасенса! Предсказывая будущее и снимая порчу, мадам Трикси покорит всю Эквестрию!

Пока фокусница витала в фантазиях о золотых горах, которые она сможет стрясти со зрителей своего нового представления, розовая экстрасенсша продолжала водить копытами вокруг недоумённо пятящегося от неё путина и бормотать об астрале и тонких материях.

— Ну что там? — с нетерпением спросила Твайлайт.

— Хм-м-м, — задумчиво протянула Пинки. — Мой тщательный анализ показал, что субъект доверия не заслуживает.

— Об этом мы и говорили! — торжествующе сказала Луна, словно и сама изначально полагалась на силу Пинки. — Твайлайт, заклинание!

— Эй, погодите! — возмутился клон. — С чего это я вдруг не заслуживаю доверия?

— А с того, что ты соврал! — Пинки обличающее ткнула в него копытом. — Ты сказал, что слова Твайлайт тронули тебя, но на самом деле ты еле сдерживался, чтобы не рассмеяться! Как не стыдно! Можно смеяться вместе с кем-то, но нельзя смеяться над кем-то, понимаешь? Это очень некрасиво!

— Так, погоди! — перебила её Твайлайт. — А что насчёт сказанного им до этого? Про то, что он на нашей стороне и тому подобное? Это ведь тоже ложь?

— Не, это всё правда! — легкомысленно махнула копытом Пинки Пай. — Самая наичистейшая истина из всех!

— Ну что, убедились? — довольно надулся клон и потрепал розовую гриву. — Этот прибор не обманешь! Придётся вам пока что мне довериться, даже если кому-то из вас я не особо нравлюсь. Ну, раз уж сие недоразумение мы благополучно разрешили, давайте поскорее перейдём к более важным вопросам. Где тут у вас штаб… — он зачем-то сделал козырёк и принялся оглядывать окрестности. — А, всё, нашёл. Идёмте скорей, и так уже сколько времени даром потратили!

И путин деловито направился вглубь лагеря мимо озадаченных зевак. Те постояли немного, почесались и тоже начали расходиться по своим делам. Кому-то ещё предстояло чинить свои палатки, пострадавшие от набегов.

— Да что он себе, в конце концов, позволяет… — процедила Луна. — Ладно, пусть пока будет по-вашему. Но если он вызовет хоть одно малейшее подозрение…

Не став договаривать эту фразу, она величественно направилась в ту же сторону, куда только что ушёл путин. Подруги потянулись за ней.

## Глава девятая

Штаб сопротивления располагался в самом сердце лагеря, в большом и роскошном тёмно синем шатре, украшенном звёздами. Стоявшие поблизости палатки, даже самые причудливые и разноцветные, выглядели на его фоне как-то блёкло. Разве что затесавшийся среди них фургончик Трикси тоже немного выделялся.

— Проходите внутрь, — Луна пропустила вперёд шесть подруг. — А ты куда это намылилась?

— Так ведь… — замялась Трикси, увязавшаяся следом за ними. — Трикси очень важная особа, поэтому она тоже будет участвовать в собрании!

— Даже не думай, — отрезала принцесса. — Ты это чудо-юдо сюда притащила, так что скажи спасибо, что тебя вообще из лагеря не вышвырнули!

Смерив единорожку надменным взглядом, аликорн величественно удалилась внутрь шатра.

— Между прочим, Трикси тут самой первой поселилась, — тихо буркнула фокусница ей вслед, — так что не известно, кто кого вышвыривать должен…

Она хотела всё равно зайти в шатёр и ещё немного там повыделываться, но внезапно заметила, что рядом с её фургоном трётся некий мутный тип с домкратом и кирпичами.

— Опять ты на мои колёса позарился! Ну я тебя сейчас… — начисто позабыв обо всех обидах, волшебница погналась за вконец оборзевшим соседом.

А в шатре тем временем царила напряжённая атмосфера. Напряжение вызывал исключительно путин, по-хозяйски расхаживающий вдоль большого стола с расстеленной на нём картой Эквестрии.

— Что за странные условные обозначения? — бормотал он, водя пальцем по бумаге. — Атлас для дошкольников, а не карта! Домики какие-то, водопады… Кужугетыча на вас нету… Надо бы это дело поскорее модернизировать…

— Эй ты, а ну прекращай тут хозяйничать! — строго велела Луна. — И давай, выкладывай, что ты нам хотел рассказать.

— Кстати, — внезапно спросила Твайлайт, — а как нам тебя, собственно, называть?

— В смысле? — не понял клон.

— Ну, мы же не можем постоянно говорить «эй ты», да и по номеру звать тебя как-то странно.

— У меня идея! — воскликнула Пинки Пай. — Давайте придумаем ему имя! А то ребята, которые будут текст читать, совсем запутаются!

— Какие ребята? — удивлённо переспросила Твай. — Какой ещё текст? О чём ты?

— О! О! Придумала! — вновь перебила её Пинки. — Давайте будем звать его Апельсин!

— Чего-о-о? — нахмурился клон. — Почему это вдруг Апельсин?

— Ну, у тебя голова круглая, гладкая и блестящая, прямо как апельсин.

— Вот уж дудки, не будете вы меня так звать! — обиделся тот.

— Тогда назовём тебя Дискошар. Или Солнечный Зайчик. Это потому что…

— Стоп! Хватит! Не надо объяснять! — поспешно замахал руками путин. — Никаких больше предложений на эту тему! Ладно, если уж вам так это необходимо, можете звать меня Владимир.

— Окей, Владимир! — согласно закивала Пинки. — А Вовкой звать можно? А Вованичиком? А…

— Нет, нет и нет! — прервал её Владимир. — Давайте обойдёмся безо всех этих… вариаций. Так, если мы уже закончили обсуждать всякие глупости, давайте перейдём к делу, — он ткнул пальцем в карту, где был показан Вечносвободный лес. — Как вы наверняка знаете, все клоны были созданы здесь, в загадочном месте под названием Озеро Отражений. По правде говоря, они до сих пор создают сами себя если не в геометрической, то в арифметической прогрессии точно, производя примерно десяток клонов в минуту. Несложно подсчитать, что на данный момент их количество исчисляется сотнями тысяч, а через месяц-два может превысить миллион.

— Это мы знаем и без тебя, — хмыкнула Луна.

Впрочем, тут она лукавила — никто из присутствующих и понятия не имел, что клонов настолько много.

— Так вот, — как ни в чём не бывало продолжал Владимир, — какие у нас есть варианты? Вариант первый, который уже обсуждался — Твайлайт и Луна, используя заклинание, расстреливают клонов поодиночке, причём каждая из них должна укокошить за каждые десять секунд хотя бы одного клона, чтобы был хоть какой-то прогресс. И это не говоря уже о том, что клоны не будут всё это время стоять по стойке смирно, а сами начнут атаку. Против такого и Луне не выстоять.

— Не фамильярничай тут, — велела принцесса. — И что за слова такие: «расстрелять», «укокошить»… Речь вообще-то о твоих собратьях идёт, если что.

— То был первый вариант, — проигнорировал её Владимир. — А теперь второй — нужно решить проблему на корню, устранить, так сказать, её источник.

— Найти и размазать по стенке настоящего Путина! — крикнула Рэйнбоу Дэш. — Я это с самого начала предлагала, но кто меня слушал!

— Поверьте, это не поможет, — покачал головой Владимир. — И не спрашивайте, почему. Нет, я имел в виду другое: нужно уничтожить само Озеро Отражений. Тогда все клоны исчезнут, и останется лишь оригинал.

— И как нам, интересно, уничтожить озеро? — недоверчиво спросила Рэйнбоу. — Оно же из воды сделано! Мы его выпить должны, или что?

— Но его можно испарить! — нашла ответ Твайлайт. — У пара ведь очень низкий коэффициент зеркального отражения, так что, думаю, это должно полностью развеять магию Озера! Правда, для этого нам понадобится мощный источник тепловой энергии, но, в принципе, это можно сделать и с помощью магии. Я не знаю точных объёмов и начальной температуры, но, думаю, у меня получится вскипятить всю воду минут за десять.

— За десять минут тебя уже схватят! — покачал головой Владимир. — Я ведь говорил, что клоны непрерывно создают сами себя, так что пещера с Озером набита ими битком. Лично я бы предпочёл использовать какую-нибудь бомбу, ведь во всех крутых фильмах любые проблемы решаются именно ею. Бомбой можно взорвать астероид, раскрутить ядро планеты и даже раскочегарить затухающее солнце, так что и в нашем случае по закону жанра она должна помочь, — поймав на себе пустые взгляды собравшихся, он вздохнул. — Короче, нужна такая штука, которую можно быстренько закинуть в Озеро, и — бдыщ! Ну, вы поняли.

— Как хлопушка? — Пинки Пай достала из воздуха разноцветную трубку и бахнула ею прямо в клона. Тот даже не шелохнулся, но судя по недовольному виду, с которым он смахивал конфетти со своей лысины, мини-представление ему явно не понравилось.

— Примерно, но нужно что-то раз этак в миллион мощнее… Нет, убери это! — поспешно велел он, увидев, как Пинки достаёт партии-пушку и разворачивает в его направлении.

— Нам известно одно средство, подходящее под твоё описание, — задумчиво произнесла Луна, краем глаза наблюдая за тем, как кудряшка понуро убирает пушку обратно в воздух, и, видимо, безуспешно пытаясь осознать, как она это делает. — Существуют особые магические камни, в которые можно запечатать практически любое заклинание, в том числе и тепловое. Благодаря тому, что насыщать магией такие камни можно продолжительное время, их мощность может многократно превосходить мощность заклинания, сотворённого обычным способом.

— Невероятно, я когда-то читала про них в одной книге! — тут же встрепенулась Твайлайт. — Но я думала, что технология их производства давно утеряна! Принцесса, так вы и вправду можете создавать эти камни?

— Да, можем, — коротко и безразлично ответила та, явно не настроенная на излишние похвалы в свой адрес.

— Превосходно! — с довольным видом потёр руки Владимир. — Осталось только решить, кто этот камушек кинет в Озеро Отражений. Есть кандидатуры?

— Мы были уверены, что ты сам вызовешься это сделать, — недоумённо произнесла Луна, которая в душе всё ещё подозревала Владимира и полагала, что тот обязательно заберёт главное оружие себе. — Ты ведь сможешь легко туда проникнуть, в отличие от нас.

— Увы, у меня будет несколько иная роль в этой битве, — заявил тот. — Дело в том, что Озеро Отражений — самое охраняемое место. Там несколько кордонов, патрули кругом, и даже мне не пробиться к пещере. Единственный способ — заставить Путина Первого мобилизовать все свои силы и отправить их подальше оттуда.

— Но как мы сможем это сделать? — спросила Луна, пока ещё не понимая, к чему конкретно клонит клон.

— С помощью наших собственных сил, конечно же, — Владимир демонстративно ткнул рукой в сторону выхода из шатра, за которым располагался спящий лагерь. — Когда они выйдут и направятся в сторону Озера, Путину Первому волей-неволей придётся поднимать своё войско. А когда основная масса покинет окрестности пещеры, наши диверсанты смогут благополучно забросить магическую бомбу.

— Ты хочешь, чтобы мы отправили всех этих пони на бой против стотысячной армии?! — вскричала Луна. — Но это самоубийство! Твой глупый отвлекающий манёвр может стоить жизни многим нашим подданным!

— Да не будет никому ничего стоить… наверное, — Владимир отодвинулся подальше от кричащего аликорна. — Как только две армии встретятся, я лично выйду и потребую поединка. Это должно выиграть немного времени для тех, кто пойдёт к Озеру.

Принцесса тяжело вздохнула и медленно прошлась туда-сюда по шатру, обдумывая всё сказанное.

— Это самый тупой план, который мы слышали за всю свою жизнь, — наконец вынесла она свой вердикт. — Он ни за что не сработает уже только потому, что у них сотни тысяч бойцов, а у нас — от силы две тысячи наберётся. Глупо надеяться, что у Путина затрясутся поджилки, когда он увидит наше жалкое стадо. Максимум, что он выставит против нас — десять тысяч. Остальные так и будут караулить Озеро.

— Тогда мы должны заранее убедить врага, что нас много, — пожал плечами Владимир. — Скажем ему, что нас больше миллиона, вот тогда он и засуетится.

Эпплджек нахмурилась — враньё она на дух не переносила.

— Но как мы ему об этом скажем? — спросила Твайлайт. — Для этого кому-то придётся отправиться прямиком к Путину, а это, считай, билет в один конец. Не думаю, что Путин просто возьмёт и отпустит кого-то, тем более, после такого заявления. Мы так и не узнаем, дошло ли послание, или же посланник просто струсил и спрятался где-то.

— Тогда я отправлюсь! — храбро вызвалась Дэш. — Уж я то не испугаюсь, прилечу и лично в харю ему всё выскажу!

— В этом нет необходимости, — сказал Владимир. — Мы просто напишем письмо и отправим его через помощника Твайлайт.

— Причём тут Спайк? — удивилась та. — Он же остался в Понивиле, сторожить библиотеку.

— Твоего «сторожа» вынесли ещё утром, а он даже не проснулся. Полагаю, потом он был сильно удивлён, обнаружив себя неизвестно где.

— Спайка похитили?! — ахнула Твай. — Но зачем он им понадобился?

— Очевидно же, — вздохнул Владимир, видимо, устав уже разжёвывать самые простые вещи, — чтобы принцесса Луна смогла передавать через него сообщения. Разумеется, это планировалось как ловушка, но теперь это нам только на руку… — он мельком оглядел собравшихся, — и на копыта. Ну, что скажете? Теперь-то вы поняли, что я уже всё за вас продумал?

— Всё, да не всё, — покачала головой Луна. — Похоже, ты упустил из виду одну важную деталь.

— Это какую же? — удивился Владимир.

— Ты ведь сам клон. Если Озеро Отражений взорвётся, ты тоже исчезнешь вместе со всеми.

— Ну… — лицо Владимира внезапно помрачнело. — Иногда нужно чем-то жертвовать ради общего блага.

— И что, тебя совершенно не пугает перспектива прекратить своё существование?

— Хм, откуда вдруг такая забота? — поинтересовался клон. — Совсем недавно вы хотели в меня заклинанием пальнуть, а теперь вдруг забеспокоились о моей судьбе. Если вас до сих пор волнуют мои мотивы, то повторюсь ещё раз: я лишь хочу избавить Эквестрию от ига, а что при этом случится со мной самим — дело уже десятое.

Все пони молчали, думая при этом об одном и том же. Одно дело храбро идти в бой и надеяться вернуться из него живым, а совсем другое — изначально понимать, что ты будешь обречён, и всё равно идти. Если Владимир действительно на их стороне и не замышляет никакого предательства, то его героизм сложно переоценить.

— Жаль будет, если ты исчезнешь, — наконец сказала Эпплджек.

— Точно, — пробормотала Рэйнбоу Дэш. — Впервые мы встретили Путина, который пытается спасти Эквестрию, а не завоевать её.

— Обидно, что исчезнешь ты, а не этот злодей, — шмыгнула носом Твайлайт.

С минуту Владимир глядел на их понурые лица, а затем громко расхохотался.

— Чего ты ржёшь? — рассердилась Рэйнбоу. — По-твоему, смерть — это что-то смешное?

— Нет, но смотреть на ваши траурные рожи без смеха просто нельзя. Серьёзно, вас это вообще не должно волновать.

— А может… — тихо пропищала Флаттершай. — А может, есть способ, чтобы…

— Чтобы Владимир не рассеялся вместе со всеми клонами, — помогла ей Рарити.

— Может и есть, — пожал тот плечами. — Но у нас нет на это времени. Путин Первый уже знает о сопротивлении, так что на днях он может наведаться в этот лес и хорошенько его прочесать. Вот тогда-то всем точно будет крышка. Поэтому предлагаю начать операцию завтра с утра. Есть возражения?

— Хорошо, — кивнула Луна. — Чем раньше мы начнём, тем больше у нас будет шансов на победу.

— Агась! Если уж взялся за что-то, то делай это сразу! — заявила Пинки Пай, почему-то повернувшись в угол шатра, где никого не было. — Если будешь постоянно чего-то ждать, тянуть резину и откладывать всё на потом, то ничего никогда не сделаешь! Шесть лет?! Серьёзно?! Да ты совсем рехнулся, приятель!

— С кем ты там… — хотела было спросить Луна. — Впрочем, не важно. Итак, кто из вас хорошо знает дорогу к Озеру Отражений?

— Я! Я знаю! — тут же запрыгала Пинки, начисто забыв про своего воображаемого собеседника. — Я там была целых два раза!

Она подняла в воздух два копыта, хотя оставшиеся три по-прежнему использовались для отталкивания от земли. Луна благоразумно решила не обращать на это внимания.

— Тогда ты и пойдёшь туда с камнем.

— И я пойду! — спохватилась Рэйнбоу Дэш, которой хотелось участвовать в гуще событий, а не просто стоять и смотреть. — Доверьте это дело мне!

— Ладно, пойдёте вдвоём, — согласилась принцесса. — Думаю, так будет надёжнее. И раз уж мы со всем определились, то собрание можно закончить. Для вас шести уже приготовлены палатки, так что идите отдыхать. Завтрашний день решит судьбу Эквестрии.

Поблагодарив её и раскланявшись, пони направились к выходу. Твайлайт хотела было задержаться и посмотреть, как изготавливается магический камень, но остальные вытолкали её из шатра.

— Осталось только камень приготовить… — сказала себе Луна. — Ну что ж…

— Два камня, если точнее, — внезапно вставил Владимир, который по-прежнему тёрся рядом.

— А второй зачем? — не поняла принцесса.

— В нём будет заклинание, стирающее память. Селестия ведь однажды использовала такое, верно? Стоит приберечь его для Путина, когда всё закончится.

— А что, неплохая мысль, клон, — удивлённо хмыкнула Луна. — Сотрём Путину память об Эквестрии и отправим восвояси. И наши беды, наконец, закончатся. Два камня, значит… Это всё?

— Нет, ещё один маленький пустячок остался, — Владимир подвинулся ближе к принцессе и, словно боясь, что их могут подслушать, перешёл на шёпот. — Мне понадобится вот что…

## Глава десятая

Ранним утром следующего дня лагерь был разбужен звуками гонга, и вскоре к главному шатру начали стягиваться полусонные пони.

— Блин, чего так рано? — ворчали они, продирая заспанные глаза и зевая. — Вчера чёрте что до поздней ночи творилось, а теперь ещё и будят ни свет ни заря!

— Внемлите моим словам, подданные! — обратилась вышедшая из шатра принцесса Луна, пресекая бубнёж. — Мы не станем говорить долгих и бессмысленных речей — пускай это делает наш враг перед своим войском. Вместо этого мы скажем лишь одно: сегодня мы все, наконец, выступим против злобного узурпатора, поработившего нашу страну!

В толпе тревожно зашушукались — похоже, пони уже порядком привыкли к лагерной жизни, и перспектива отправиться в последний бой их совсем не прельщала.

— Да ну нафиг! — громко шепнул один понь, который вчера пытался свистнуть колёса у Трикси. — Мы Путина ни в жизнь не одолеем! Я считаю, уж лучше уж сидеть на попе ровно и не высовываться…

Владычица ночи грозно зыркнула в том направлении, откуда исходил звук, отчего не в меру говорливый комментатор вмиг пожалел не только о своей реплике, но и о своём появлении на свет.

— Мы знаем, что всем вам страшно, — продолжила она, — но подумайте о своих родных и друзьях, обо всех, кто не покинул свои дома и оказался в лапах захватчиков! Подумайте о том, что с ними могут делать в этот самый момент! Вчера, когда Путин провозгласил себя императором, и, казалось бы, наше положение стало совсем отчаянным, внезапно у нас впервые за долгое время появился крохотный шанс на победу. Так не будем же его упускать! Мы не ждём от вас храбрости и героизма в бою, мы лишь хотим, чтобы вы пошли и показали Путину, что жители Эквестрии не собираются отступать! Если всё пройдёт согласно нашему плану, то битва закончится, не успев даже начаться. Но если же нет, — тут Луна помолчала пару секунд, — мы будем стоять за нашу страну до конца, потому что никто кроме нас не сможет нам её вернуть! Ну что, теперь-то вы воспряли духом? Мы ради вас даже речь произнесли, хоть и не собирались изначально этого делать.

Пони нерешительно переглядывались и духом не особо-то воспревали, но тут кто-то крикнул:

— Долой царя Путина!

— Точно! — подхватили другие. — Сколько можно терпеть его бесчинства! Давайте уже пойдём и вернём себе наши земли!

— Э-кве-стри-я! Э-кве-стри-я! — принялась скандировать толпа.

Луна удовлетворённо окинула взглядом воодушевлённый народ, но радости в её глазах не было.

— Хорошо, тогда готовьтесь, — сказала она, прежде чем удалиться. — Через полчаса мы выступаем.

Войдя обратно в шатёр, принцесса устало вздохнула и направилась к разложенным на столе картам, чтобы ещё раз проверить маршрут.

— Ничего себе вы их раскочегарили! — восхитился Владимир, осторожно выглядывая в щель между пологом. — Лучше я пока не буду им на глаза попадаться, а то вон они какие воинственные!

— Слушай сюда, клон! — холодно сказала Луна, продолжая рассматривать карты. — Мы доверили тебе страну и свои жизни. Если всё это очередной хитрый план твоего хозяина…

— У меня нет хозяина, сколько раз вам повторять, — вздохнул тот. — Я сам себе хозяин, если что. Лучше скажите, что там с вещами, о которых я вас просил?

— Кузнец всю ночь не смыкал глаз, — Луна указала копытом в угол шатра, где лежала поблёскивающая в свете свечей бесформенная куча. — С размерами он не ошибся, полагаем?

— Сейчас посмотрим, — Владимир начал разбирать принесённые для него вещи словно новогодние подарки. — А послание уже отправили? Если нет, то самое время это сделать.

— И без тебя знаем, — принцесса подняла со стола заранее приготовленный свиток, в котором говорилось о бесчисленной армии пони, идущей по душу Путина, и сожгла его в зелёной вспышке. — Сестра вроде так делала. Надеемся, дойдёт куда надо…

— Принцесса! — в шатёр ввалилась Рэйнбоу Дэш и отдала копытом честь. — Разрешите приступать к выполнению задания?

— Разрешите… Ой! — внезапно стол слегка подпрыгнул, и из-под него, потирая ушибленную макушку, сконфуженно выбралась Пинки Пай. — Разразите припускать к выплавлению здания?

Луна на всякий случай заглянула под стол, так как была точно уверена, что ещё секунду назад там никого не было, но никаких магических порталов и тайных подземных ходов не обнаружила. Махнув на это дело копытом, принцесса взяла со стола камень, до того момента придавливавший угол карты и передала его Дэш.

— Будьте с ним предельно осторожны, — предостерегла она. — При любом контакте с водой он быстро нагреется и взорвётся! У вас будет примерно минута после того, как он окажется в Озере. Надеюсь, вы хорошо понимаете, что от успеха вашей операции зависит ни много ни мало судьба всей Эквестрии?

— Можете на нас положиться! — вздёрнула нос пегаска. — Бросить камушек в озеро — плёвое дело! Да я могу с закрытыми глазами это сделать! Да хоть со связанными копытами! Да я даже во сне могу…

— При контакте с водой взорвётся… — задумчиво повторила Пинки, разглядывая камень. — А что будет, если я по дороге вспомню что-то грустное и заплачу, а слёзки прямо на него попадут? А если я буду хохотать до упаду и случайно плюну на него? А если дождь пойдёт или случится всемирный потоп? А если маленький жеребёнок псюкнет в него из водяного пистолетика? Столько опасностей вокруг, как же быть?

Луна лишь покачала головой — выбор героев для спасения Эквестрии был явно не самым удачным.

— Так, а куда делся второй? — она оглядела стол, но камня с заклинанием забвения, который она также сотворила ночью, нигде не было видно.

— Второй? — непонимающе переспросила Дэш.

— Что, потеряли? — ехидно поинтересовались из угла. — Ай-яй-яй, вот ведь растяпа! А ещё принцесса называется!

Луна, перевернувшая тем временем карту в поисках пропажи, хотела было огрызнуться на Владимира, но тут в шатёр внезапно просочился зелёный дымок и, зависнув перед носом аликорна, вспыхнул. На стол упал свиток, но уже другой.

— Быть того не может! — воскликнула принцесса, разворачивая его. — Он прислал ответ!

— И что пишет? — поинтересовался Владимир.

— Ничего цензурного, так что, похоже, он клюнул. Но это значит, что нам нужно выступать как можно скорее!

Дав Рэйнбоу и Пинки последние наставления, Луна вновь покинула шатёр и увидела, что всё население лагеря уже готово выдвигаться. Настрой был по-прежнему боевым.

— Постоим за Эквестрию! — выкрикивали одни.

— Долой узурпатора! — потрясали копытами другие.

— Будем драться до конца! — твёрдо клялись третьи.

— А я лагерь буду сторожить! — ни с того ни с сего заявил тот самый пони, который полчаса назад призывал всех «сидеть на попе ровно». — Нельзя же так вещи без присмотра оставлять, вдруг их кто сворует!

— Не слушайте этого гада! — крикнула Трикси. — Он опять замыслил с фургона колёса снять! Давайте уж лучше Трикси посторожит, ей ваше барахло до лампочки.

— Никто ничего сторожить не будет, — пресекла разговоры Луна. — Эта битва касается нас всех, и потому пойдут все. Что ж, если все готовы, тогда выступаем!

И толпа пони дружно направилась через лес. Никакого построения, естественно, не было, ведь никто о воинской дисциплине и слыхом не слыхивал. Все просто брели абы как, растянув «войско» на несколько километров и постоянно теряясь среди редких деревьев. Ещё почти час пришлось стоять на опушке и дожидаться, пока некоторые особо медлительные личности подтянутся из леса, закончив там все свои важные дела, которые они почему-то забыли сделать в лагере.

Тем временем на горизонте уже появились первые намёки на рассвет — это значило, что принцесса Селестия, даже будучи схваченной, продолжает исполнять свои обязанности по передвижению светила. Ещё около часа у поней заняла дорога к назначенному месту битвы, куда к тому времени уже подошло войско Путина. Летевшие по бокам погодные пегасы нагоняли густой утренний туман, скрывавший для врага истинную численность пони, а все остальные старались погромче топать, чтобы создать иллюзию настоящей армады.

А вот количество клонов поражало безо всякого обмана: первая шеренга растянулась буквально от горизонта до горизонта, а сколько их там было позади — одному Путину известно. Абсолютно неотличимые внешне, они неподвижно стояли и смотрели на приближающихся противников. От этого зрелища громкие и бодрые шаги начали как-то сами собой затихать.

— Стой! — скомандовала Луна.

Её армия неуклюже остановилась: кто-то в кого-то врезался, кто-то наступил на чей-то хвост, а кто-то и вовсе, считая ворон и не услышав команды, в одиночестве потопал дальше и лишь через десять метров, наконец, заозирался и сконфуженно засеменил обратно в толпу.

Клоны спокойно смотрели на всё это безобразие, по недоразумению назвавшееся армией. Похоже, они были готовы в любой момент ринуться в атаку и лишь ожидали нужного приказа. После нескольких минут такого противостояния ряды пони слегка дрогнули — те, кто стоял впереди, начали потихоньку сдавать назад.

— Где он там застрял? — озабоченно пробормотала Луна, оглядываясь.

Но тут раздались тяжёлые шаги, и сопровождавший их металлический звон, а затем вперёд вышел Владимир, уже готовый к поединку — на нём была лёгкая кольчуга, а в руке он держал меч — именно эти вещи и были выкованы для него этой ночью. Проделав путь до середины поля, он остановился, воткнул перед собой меч и опёрся на него.

— Путин! — крикнул он. — Выходи! Хватит прятаться за чужими спинами!

По рядам клонов пополз шумок, в утренней тишине долетавший даже до армии пони. Путины то ли были глубоко возмущены дерзостью своего сородича, то ли просто не понимали, к кому из них конкретно он обращается.

Прошла минута, затем другая, но ответа всё не было. Пони беспокойно переминались с копыта на копыто и украдкой переглядывались между собой, но вслух ничего сказать не решались. Лишь принцесса Луна стояла неподвижно, погружённая в раздумья, и Твайлайт, взглянув на её мрачное выражение лица, внезапно осознала, что шансы на победу у них ничтожные.

Путин не выйдет. Ему совершенно незачем это делать. В любой момент он может отдать приказ, и его бесчисленное войско бросится в атаку, сметёт, раздавит горстку мятежников, осмелившихся встать у него на пути. А после он вернётся к Озеру Отражений и поймает Рэйнбоу с Пинки, которые так и не успеют закончить свою миссию. Быть может, однажды у кого-то снова хватит храбрости выступить против узурпатора, но сегодняшняя битва будет проиграна.

— Ты, император хренов! — снова крикнул Владимир. — Долго ещё отсиживаться собираешься? Я тебя сто лет ждать не буду.

С этими словами он поднял меч и медленно направился обратно к пони.

— Так-так-так! — внезапно раздался за его спиной точно такой же голос. — И что же это у нас тут такое?

Парочка путиных в первой шеренге расступилась, и вперёд вышел сам Путин Первый. Он был облачён в массивные чёрные доспехи, а на голове у него даже в предрассветных сумерках сияла золотая корона, инкрустированная драгоценными камнями. В руке у императора непринуждённо покачивалась в такт шагам огромная секира. Остановившись в двадцати метрах от своего войска, он сначала посмотрел влево-вправо, оценивая тщедушную армию принцессы Луны, а затем остановил свой взор на Владимире.

— Как это понимать? — Путин говорил тихо, но его голос удивительным образом разносился далеко по полю, слышимый для всех, кто сегодня здесь собрался. — Почему ты стоишь рядом с этими мятежниками, клон?

— Потому что ты неправ, — спокойно ответил Владимир, чей голос также долетал до всех присутствующих. — Сначала ты захватил страну, в которой тебя приняли, а теперь ведёшь своих людей на ни в чём не повинный народ. Лучше отступи, пока ещё не поздно, и возвращайся откуда пришёл, потому что тебе не победить в этой войне.

— Ну уж нет! — злобно ухмыльнулся Путин Первый и отрицательно помахал перед собой секирой, словно она была игрушечная и сделана из пластмассы. — Я не вернусь в Россию, пока каждый пони в Эквестрии не будет славить меня, как своего повелителя. А потом да, я туда вернусь. Давно мечтал проверить на прочность парочку государств. Да что там государств! С моей армией я завоюю всю Землю, а потом все миры во Вселенной! Никто меня не остановит!

— Нет, — сказал Владимир. — Я тебя остановлю.

— Ты?! — расхохотался император. — Что ты там такое мелешь, жалкий клон?! Упал быстро в строй, потом с тобой разберусь!

Владимир даже не шевельнулся.

— Ты думаешь, что силён, — сказал он и взмахнул мечом, указывая на всех клонов, — но вот она, твоя сила и твой главный страх. Да, на самом деле ты боишься. Ты не можешь понять, почему один из твоих клонов вдруг перестал тебе подчиняться, и теперь твою голову раз за разом невольно посещает одна и та же мысль: а не покинут ли тебя однажды и остальные? Будут ли они так же беспрекословно следовать твоим приказам, или же в один прекрасный день отвернутся, выбрав нового командира…

— Довольно! — эхом разнёсся над полем крик императора. — Так и быть, я лично тебя уничтожу! Сейчас ты узнаешь, как поступали с предателями у нас в КГБ! — он повернулся к своим солдатам, которые испуганно потупили глаза, словно тоже боясь быть случайно уличёнными в вольнодумстве. — Пусть это станет для вас уроком, который, надеюсь, мне никогда больше не придётся повторять.

И два путина, размахивая оружием, бросились друг на друга. Добро против зла. Двойник против оригинала. Творение пошло против творца, а творец решил уничтожить творение.

## Глава одиннадцатая

Пока две армии стояли друг напротив друга, Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш пробирались по Вечносвободному лесу в поисках Озера Отражений.

— Где кусты столь густы, там найдёшь его ты, — в который раз бормотала розовая пони стишок, — озерцо под покровом лесной темноты…

— Обязательно нужно повторять это всю дорогу? — раздражённо поинтересовалась Дэш.

— Разумеется, — с серьёзным видом кивнула Пинки. — Иначе как мы эту самую дорогу найдём?

Пегаска хотела было съязвить, но внезапно замерла на месте, так как заросли впереди расступились. За ними расстилалась начисто вырубленная и избавленная от всякой растительности пустошь, в центре которой зиял вход в пещеру, а рядом небрежно был брошен тот самый валун, которым Пинки когда-то его заткнула. По всей видимости, обычно здесь ошивалась куча народу: тут и там виднелись различные следы техногенной деятельности — заборчики, шалаши, окопы, шлагбаумы, «ежи», а также прочая военная атрибутика, наспех сделанная из палок и травы. Сейчас же всё это стояло заброшенным, и лишь на входе в пещеру дежурило всего два клона — остальные, похоже, присоединились к великому путинскому войску. Отвлекающий манёвр сработал.

— Чего ты здесь встала, это не то место! — ни с того ни с сего заявила вдруг Пинки и направилась дальше в лес.

— Как это не то?! — ошарашено спросила Дэш. — Вон и дыра в земле, и охрана сидит!

Вместо ответа Пинки снисходительно вздохнула и приложила копыто к лицу.

— Ты что, ничего не слушала? — проворчала она. — Ладно, повторяю ещё раз. Где кусты так густы, там найдёшь его ты… Ты здесь кусты где-нибудь видишь? Нет? То-то же!

Теперь настала очередь Рэйнбоу делать фэйсхув.

— Неважно, просто жди здесь.

Она хотела было подобраться ближе, но тут из пещеры начали один за другим выходить путины. Похоже, это были свежие клоны, только что появившиеся из Озера Отражений. Кое-как построившись в три колонны, они вразвалочку зашагали в сторону боевых действий.

— Ничего не понимаю, — озадачилась Пинки. — Кустов нету, а вход есть… Неужели они зачем-то прорыли ещё один тоннель? Может быть, за кусты цепляться устали?

— Надо действовать, пока новые не вылезли, — рассуждала тем временем Дэш. — Сейчас их вышло где-то полсотни, а тот клон сказал, что они себя по десять штук в минуту штампуют. Получается, у нас в запасе остаётся… остаётся…

Она напрягла весь свой мозг, но вычисления оказались слишком сложными, так что пегаска почти сразу плюнула на это дело, решив, что даже Твайлайт с такой задачкой наверняка не справилась бы.

— Только как нам мимо этих двоих незаметно пробраться? — Рэйнбоу обратила внимание на дневальных, которые, рассевшись по бокам от дыры, откровенно маялись от скуки и зевали. — Может, попробуем отвлечь их как-нибудь? Пинки, ты что думаешь… Пинки?

Она оглянулась назад, но подруги рядом не оказалось. Сначала Дэш подумала, что та вновь пошла искать «правильный» вход с «густыми кустами», но тут увидела её идущей прямиком к пещере и уронила челюсть. Клоны тоже заметили незваную гостью и вскочили на ноги, удивлённо таращась на неё.

— Это что ещё такое?! — внезапно закричала Пинки командирским голосом, остановившись перед ними. — Вы чего это тут развалились, как на пикнике? А враг не дремлет, между прочим! Считайте, вас уже убили!

Клоны в ужасе вытянулись по стойке смирно — видимо, они и впрямь с чего-то решили, что перед ними начальство.

— Чего молчите? — продолжала тем временем входить в образ Пинки. — Какую команду вы сейчас должны были подать?

— Дежурный по пещере, на выход? — с надеждой предположил один из клонов.

— А вот нетушки! «Смирно» надо было кричать! А ну, упор лёжа принять и пятьдесят отжиманий!

Путины повалились на землю и принялись лихорадочно отжиматься.

— Совсем вас, слонов, тут распустили! — ворчала Пинки, прохаживаясь между ними. — Ниже корму, отжимайтесь как положено! Встать! Так-с, что тут у нас… Почему валун не покрашен? Где кантик? А ну марш за работу!

— А где же мы краску в лесу возьмём? — заныл второй клон.

— Мне какое дело! Ищите! Доставайте! Чтобы через десять минут уже красили!

Клоны со всех ног припустили в лес. Но, видимо, даже у их тупости был предел. Совсем чуть-чуть не добежав до опушки, они встали как вкопанные и настолько синхронно хлопнули себя по лбу, что им, наверное, можно было выдать золотую медаль на Олимпийских Играх. А затем они медленно и угрожающе повернулись к поняшке.

— Ах ты, маленькая…

— Ой, ошибочка вышла! — хихикнула Пинки. — До свидания!

Она бросилась наутёк и клоны, ругаясь на чём свет стоит, кинулись вдогонку. Вскоре вся троица исчезла в зарослях, и путь к пещере оказался свободен. Понадеявшись, что Пинки сможет оторваться от преследования, Дэш прошмыгнула внутрь. Миновав узкий извивающийся тоннель, она оказалась перед пологим спуском, за которым раскинулась сама пещера. В её центре поблёскивала водная гладь, очевидно, являющаяся тем самым Озером Отражений, а на берегу толпилась целая орава клонов.

Одни, встав возле кромки, совали руки в воду, и вытаскивали из неё других, а те, занимая их место, повторяли действие. Предыдущие же отходили в сторону и строились там, собираясь в скором времени покинуть пещеру.

— В своё отраженье получше вглядеться, стремясь поделиться им с кем-то всем сердцем, — эхом раздавалось магическое песнопение, — поклявшись торжественно не испугаться, лишь только начнёшь на двоих разделяться…

Зрелище было действительно завораживающее, но Рэйнбоу не могла позволить себе промедление. Взвесив на копыте магический камень, она размахнулась и что есть силы бросила его в Озеро.

Но тут случилось непредвиденное — камень ударился о сталактит, отскочил назад и упал прямо на голову одного из путиных. Ойкнув и потирая макушку, клон уставился на валяющийся у его ног неопознанный объект. Его собратья, заставшие сей неприятный инцидент, тут же заржали над непутёвым товарищем. Затем все подняли головы к потолку, видимо, думая, что камушек откололся оттуда.

— Ай, да чтоб вас! — выругалась Дэш. — Ну, тогда план «Б». За Эквестрию!

Вырвавшись из укрытия и обогнув растерянных клонов, она подлетела к камню и пнула его прямиком в Озеро, после чего тот, сделав несколько «блинчиков», благополучно пошёл на дно. Какое-то время ничего не происходило, затем на поверхности лопнуло несколько пузырей, а ещё через пару секунд всё Озеро стало зловеще гудеть и бурлить.

Вот тут-то и начался полнейший хаос. Некоторые из клонов героически полезли в воду, надеясь, пока не поздно, вытащить оттуда камень, но основная масса в панике ломанулась к выходу из пещеры, чем фактически его заблокировала, создавая давку и толкая своих собратьев, которые сыпались с каменного склона, как орки с моста у Хельмовой Пади.

— А ну пустите! — безуспешно пыталась Дэш пробиться сквозь затор. — Дайте мне выйти отсюда! Вам же всем в любом случае крышка!

Но путины эту очевидную истину не приняли и не стали смиренно ждать своей погибели. Вместо этого их зелёная масса, гонимая инстинктом самосохранения, продолжала валить в дыру, не давая пегаске возможности выбраться. Отчаявшись распихивать нескончаемый поток клонов, Рэйнбоу уже готовилась героически погибнуть во имя Эквестрии и даже начала фантазировать о том, насколько большой монумент в её честь однажды воздвигнут, но в этот момент снаружи появилась Пинки Пай, которой, по всей видимости, успешно удалось оторваться от преследования.

— Эй, вы! — крикнула она выбегающим из пещеры клонам. — Спорим, что не скорчите рожи страшнее этой?

Внезапно увидав перед собой жуткую квадратную харю прямиком из первого поколения, только что выбравшиеся наружу путины в ужасе отшатнулись назад, повалив бегущих сзади. Сминая друг друга, клоны лавиной съехали со склона и забарахтались бесформенной кучей в самом низу, у вовсю бурлящего Озера Отражений.

— Ты вовремя, Пинки! — поблагодарила Дэш, вылетая из пещеры. — Но сейчас нам нужно скорее убираться!

— Ты хочешь устроить в лесу уборку? — недоумённо спросила кудряшка, доставая из воздуха метлу. — И правильно, тут такой бардак развели!

— На твои дурости нет времени! Просто беги!

— Да ладно, ладно… — запрыгнув верхом на метлу, Пинки резво поскакала прочь.

А тем временем, далеко от этого места, две армии наблюдали за ходом поединка. Над полем стоял оглушительный лязг металла — противники дрались не на жизнь, а на смерть. Поначалу бой шёл на равных — никто уступать не собирался, и удары одинаково яростно сыпались с обеих сторон, но постепенно Путин начал одерживать верх над Владимиром. Его тяжёлая секира с огромной скоростью мелькала в воздухе, а клон едва успевал отражать удары. Один он чуть было не пропустил, и конец рукояти здоровенного топора ткнул его в плечо. Владимир поморщился, но сдаваться он был не намерен.

— Жалкое… ничтожество… — кричал Путин. — Я научу тебя… как идти против власти…

Клон молча сражался, шаг за шагом отступая под натиском оппонента. В какой-то момент ему также удалось пробить защиту, но меч лишь звякнул о мощную броню императора. Воспользовавшись этим, Путин размахнулся и нанёс сокрушительный удар. Клинок, которым Владимир поспешно попытался прикрыться, не выдержал и разломился надвое. Его хозяин едва не упал и лишь с большим трудом устоял на ногах. По толпе пони прошёлся стон, а вот клоны принялись радостно свистеть и улюлюкать.

— Вот и всё! — тяжело дыша, процедил Путин. — Бился тут, сражался… и ради чего? Стоял бы сейчас там, — он указал рукой на своё войско, — но нет! Что ж, теперь ты поплатишься за своё неповиновение! Я, великий император Путин Первый, будущий правитель всего сущего, приговариваю тебя к смерти! А твои друзья, — теперь он указал на пони, — будут отправлены на тяжёлые работы, где и проведут остаток своей жизни. Это послужит назиданием для всех жителей Эквестрийской Империи, чтобы у них даже и в мыслях не было мне перечить.

— Можешь называть себя кем угодно, — крикнула принцесса Луна, — но Эквестрия никогда не склонится перед тобой! Ты пришёл к нам, воспользовался нашей добротой, обратил против нас магию нашего мира… Ты просто жалкий паразит, которого мы раздавим!

— Что?! — вскричал Путин. — Да как ты смеешь так говорить о своём повелителе, кобыла! Да я тебя на фарш пущу… Да я тебя…

Но договорить он не успел — его слова прервал пронёсшийся над полем низкий громовой раскат. Все, и клоны, и пони, и двое сражающихся между их рядами, разом повернулись на звук, чтобы увидеть, как над далёким Вечносвободным лесом поднимается огромный белый гриб.

— Что это?! — в ужасе завопил Путин Первый.

— Конец твоего правления, — коротко ответил Владимир.

Лишь только он произнёс эти слова, в рядах клонов сверкнула первая вспышка, затем ещё одна. И началась паника.

Путины бросились врассыпную, пытаясь найти укрытие от неизвестной угрозы, но тщетно. Один за другим исчезали они, охваченные сиянием, и уже через минуту непобедимое войско императора Путина Первого превратилось в таящую на глазах толпу.

— Нет! Нет! Всем стоять! Держать строй! — орал во всю глотку Путин, хотя его уже никто не слушал. — Плевать, я создам новых, а после замочу всё ваше жалкое подполье в сортире!

— Ты уже никого не создашь, — устало покачал головой Владимир, смиренно глядя на вспыхивающих одного за другим клонов, — ведь Озера Отражений больше нет. Всю свою жизнь ты был одержим только властью, но так и не понял, что есть вещи поважнее неё. Я бы рассказал тебе о них, но, похоже, что уже не успею этого сделать.

— Ну уж нет! — отвернувшись от своего гибнущего войска, процедил Путин. — Ты так просто не уйдёшь! В последний миг твоей жизни я заставлю тебя страдать!

С этими словами император занёс над головой секиру, но Владимир даже не шелохнулся, оставшись стоять на том же месте.

Пони в ужасе наблюдали за этой сценой. Они не понимали, почему Владимир не пытается уклониться от удара, но никак не успели бы ему помочь. Им оставалось лишь обречённо смотреть, как всё выше и выше вздымается секира, и молиться, чтобы вспышка света забрала жизнь Владимира раньше, чем это сделает удар огромного топора.

Но дальше произошло нечто совсем уж невероятное. Между стыками металлических пластин, сначала слабо, а затем всё сильнее, начал пробиваться свет.

— Что?! — Путин ошарашенно опустил и выронил из рук занесённую для удара секиру. — Что, чёрт возьми, происходит?! Так… Так не должно быть! Нет…

От былой грозности императора не осталось и следа. Тот, кто ещё совсем недавно обещал покорить все миры во Вселенной, теперь судорожно пытался прикрыть руками озарившиеся сиянием щели в броне, словно это должно было ему как-то помочь.

— Стойте… Подождите… — умоляюще кричал он, неизвестно к кому обращаясь. — Это неправильно! Я не должен… Нет! Не-е-е-е-ет…

А потом была вспышка света, такая яркая, что затмила собой все предыдущие. Когда пони через пару секунд убрали копыта от глаз, они увидели, как пустые доспехи с грохотом и лязгом развалились, обрушившись на землю кусками металла. Золотая корона, подскочив пару раз, укатилась прочь и затерялась в траве.

Над полем битвы воцарилась тишина. Первые лучи солнца пробились через рассеивающуюся дымку и озарили всё вокруг своим оранжевым светом. Все путины исчезли бесследно, и мало что теперь напоминало об их существовании. Лишь один человек всё так же неподвижно стоял посреди этой пустоты, задумчиво устремив свой взор куда-то вдаль и не обращая ни малейшего внимания на прикованные к себе взгляды тысяч пони.

— Что всё это значит? — наконец нарушила тишину принцесса Луна.

— Это значит, — сказал Путин Единственный, повернувшись к ней и остальным, — что мы победили.

## Глава двенадцатая

— Я надеюсь, у вас найдутся достаточно внятные объяснения всему произошедшему, — начала принцесса Селестия.

Она, Путин, принцесса Луна, а также шесть подруг собрались в доме Твайлайт, чтобы обсудить недавние события и, наконец, расставить все недостающие точки над буквами русского и эквестрийского алфавитов. Пони сидели полукругом на мягких подушках, а президент, посчитав сей предмет местной мебели весьма непрактичным для человеческой физиологии, устроился на ступенях лестницы, причём даже там у него получалось восседать величественно.

— Что ж, самое главное, я думаю, вы уже поняли, — начал он. — А именно то, что настоящий Путин — это я.

— И как, по-твоему, мы должны были это понять? — мрачно спросила Луна, сверля его взглядом. — Признаться, до этого мы думали, что ты уцелел благодаря магии дружбы, или что-то в этом роде. Но тогда кем был этот Путин Первый, с которым мы сражались?

— Моим клоном, конечно же, — ответил Владимир Владимирович таким тоном, словно это была самая очевидная вещь на свете. — Всё началось, когда я вытянул из волшебного озера своего первого двойника и нарёк его клоном номер один, наплевав на все мыслимые каноны, согласно которым первым номером является оригинал. Признаюсь честно, мне просто не хотелось отождествлять себя со своими копиями, хотя и нежелание следовать нелепым устоям здесь тоже имеет место. Первоначально я собирался отправить Первого в Россию, но тот, узнав о моих на него планах, внезапно воспротивился. В обоснование своего недовольства он выдвинул гипотезу, что последующие клоны могут получиться уже не такими… как бы сказать… удачными, как он сам, и есть смысл назначить его кем-то вроде моего заместителя. Поначалу я колебался, но потом понял, что в этом Первый оказался прав. Чем больше моих двойников выходило из Озера, тем менее развитыми они получались. Было ли это связано с тем, что клонов производили другие клоны, или же Озеро Отражений просто истощило свои ресурсы — не знаю. В общем, я стал уделять своей растущей армии всё меньше времени, целиком переложив управление ею на Первого, который был этому только рад.

Из кухни появился Спайк с подносом и начал раздавать всем только что заваренный чай. Путина он обходил чуть ли не за километр, хорошо помня, как вчера его спящим унесли из дома. Пришлось президенту, кряхтя и вздыхая, вставать за своей чашкой лично.

— К сожалению, — продолжил он, усаживаясь на место и отхлёбывая чаёк, — перемены в заме я обнаружил слишком поздно. Его жажда власти всё росла и росла, и в один прекрасный день он совсем съехал с катушек и внезапно решил, что является настоящим мной. Я пытался образумить Первого, но к тому времени он уже успел склонить на свою сторону всех военачальников. Поняв, что ситуация вышла из-под контроля, и одному мне никак не справиться, я был вынужден бежать, стащив форму у одного из клонов и притворившись им. Ранее я слышал от разведки, что где-то в лесах засели недовольные моей политикой партизаны, потому и направился на их поиски. Остальное вы знаете.

— Но зачем ты солгал нам о том, что являешься клоном? — недоумевала Луна. — А ведь клялся, что говоришь чистую правду!

— А я и не говорил, что я клон, — хмыкнул Путин. — Это вы уже сами додумали. Но, признаться, так было куда проще заслужить ваше доверие, чем если бы я изначально сказал, что являюсь настоящим.

— То есть вы хотите сказать, — решила подвести итог его рассказу Селестия, — что все беды последних дней вызваны не вами, а вашим злобным двойником?

— В яблочко! — довольно ухмыльнулся президент. — Хорошо, что всё стало понятно с первого раза.

— И ответственность за это вы, конечно же, не несёте?

— Да какая уж там ответственность, помилуйте! — отмахнулся Путин. — Можете считать данный инцидент просто-напросто неудачным стечением обстоятельств.

Селестия заскрипела зубами — назвать захват власти в Эквестрии «инцидентом» и «неудачным стечением обстоятельств» она никак не могла.

— Выходит, и референдум тоже ваш допельгангер организовал?

— Ага, конечно! — саркастически усмехнулся Владимир Владимирович. — Хватило бы у него ума на такое… Нет, референдум организовывал лично я, а уж вы с Первым его благополучно сорвали. А ведь я так старался, столько времени всё продумывал, планировал, ночами не спал…

Путин укоризненно взглянул на шестёрку, словно разочаровавшийся в своих падаванах учитель. От этого взгляда всем на миг стало стыдно: подумать только, испортили такой значимый день в истории Эквестрии!

— Это была моя идея саботировать референдум, — вздохнув, призналась Твайлайт.

— А вот и нет — моя! — топнула копытом Рэйнбоу Дэш.

— Теперь я понимаю, что мы повели себя очень некрасиво, — тряхнула гривой Рарити.

— А тот бедный дяденька, наверное, до сих пор икает! — вспомнила Пинки свои свершения в Филлидельфии.

— Я в этом вообще не участвовала, если что, — на всякий случай уточнила Эпплджек.

— Эм… ну… — начала было свою исповедь Флаттершай.

— Простите нас! — хором выкрикнули все.

— То-то же! — удовлетворительно кивнул Путин. — Признание вины — первый шаг на пути к исправлению. Надеюсь, из этого вы извлекли для себя много важных уроков…

— А ну кончай гипнотизировать наших подданных! — потребовала Луна. — Если кто здесь и виноват, так это ты!

Путин сделал вид, что случайно поперхнулся чаем и не услышал реплики принцессы.

— Но не стоит грустить по этому поводу! — сказал он, прокашлявшись. — Мы с вами проведём новый референдум! Без клонов, нарушений и прочих эксцессов. На сей раз каждый житель Эквестрии сможет абсолютно непредвзято определиться, согласен ли он видеть свою страну в составе могущественной Российской Федерации. Сегодня наши пони уже доказали, что способны принимать серьёзные решения без оглядки на правительство, так давайте предоставим им все условия для этого…

Путин резво вскочил со ступенек и принялся энергично жестикулировать руками, продолжая свою пламенную речь, а пони смотрели на него как пегас на новое облако, не в силах и слова выдавить. Селестия вообще пребывала в полной прострации. Видимо, уже смирилась с тем, что этот ад на земле эквестрийской не закончится во веки веков.

— …Медицина, нанотехнологии, атомная энергетика — всё это станет доступным уже в ближайшие годы, — продолжал тем временем вещать о светлом будущем Путин. — А после мы совместными усилиями построим в Эквестрии настоящий космодром и отправим на орбиту первого пони-космонавта, который, наконец, докажет всем, что солнце и луна движутся по законам физики, а не по прихоти отдельных лиц. Тысячелетнее иго невежества будет сброшено, и настанет эра науки и процветания…

— Извините, — внезапно подняла копыто Твайлайт. — Можно задать один вопрос?

— Конечно, — кивнул Путин, полагая, что он будет связан с новым референдумом и бороздящими орбиты космонавтами.

— Я тут поразмыслила над сказанным вами ранее и пришла к выводу, что вы отправили одного из клонов в вашу страну, чтобы он там исполнял ваши обязанности, верно? Но ведь он тоже должен был исчезнуть вместе с остальными!

Несколько секунд президент таращился на неё, а затем хлопнул себя по лбу.

— Вот засада! — сокрушённо воскликнул он. — Об этом я как-то и не подумал! Эх, придётся теперь срочно возвращаться, а то там Медведев скоро опять всех на уши поставит. Простите уж, что так получилось, но референдум придётся снова отменить.

— Какая… жалость… — с трудом выдавила Селестия.

— И не говори, сестра! — поддержала её Луна. — Горе-то какое! Даже не знаем, как мы дальше жить будем без Путина.

— Крепитесь, мои маленькие пони! — твёрдо сказал Владимир Владимирович, украдкой вытирая глаза платочком. — Жестокая судьба вновь разлучает нас, но прошу вас, не нужно лить слёзы! Да, сегодня мы расстаёмся, но за расставанием всегда следует встреча! Однажды я обязательно вернусь сюда насовсем, ведь за всё это время, проведённое с вами, Эквестрия стала для меня настоящим домом. Мне ещё столько нужно здесь модернизировать, столькому вас научить…

Он вытащил из кармана пульт и начал выискивать на нём кнопки, открывающие портал между мирами.

— А вы сами хоть какие-то уроки для себя извлекли? — с надеждой спросила Селестия.

— А то! — с гордостью ответил Путин. — То, что в следующий раз нужно тщательней организовывать проведение голосования и больше внимания уделять дисциплине в своей армии клонов!

— Он неисправим… — вздохнула Луна, приложив копыто к голове.

Наконец Владимир Владимирович нашёл нужные кнопки и нажал их, после чего вокруг него появились радужные всполохи. Он махал поням рукой и кричал им что-то ещё, но те его уже не слышали, а через минуту разноцветный вихрь и вовсе рассеялся. Шестеро подруг, две принцессы и Спайк с неверием таращились на то место, где ещё совсем недавно стоял Путин.

— Он… ушёл? — еле слышно спросила Флатти.

— Да, — голос обычно громкой Рэйнбоу сейчас был почти таким же тихим.

— И это всё? — сняла шляпу Эпплджек.

— Всё-всё, — устало произнесла Луна. — Покинул он нас.

— Вечеринка… — повинуясь общему настрою, прошептала Пинки Пай. — В честь Твайлайт… Немедленно…

А затем библиотека буквально взорвалась от ликующих криков и радостного топота копыт.

Тем временем Путин обнаружил себя стоящим посреди своей секретной видеотеки.

— Снова дома, — горестно вздохнул он, кладя на место пульт. — И почему всё хорошее всегда так быстро заканчивается?

Бросив прощальный взгляд на тёмный экран, президент понуро поплёлся наверх. Но стоило ему выйти из тайного прохода, как в него едва не врезался выскочивший из-за угла Медведев.

— Дмитрий Анатольевич? — удивился Путин. — Вы что тут за гонки устроили?

— Вопросы здесь задаю я! — крикнул Медведев, на последнем слове сорвавшись чуть ли не на писк. — А ну отвечайте, когда у меня день рождения?

— Эм… ну… — замялся Путин. — Уж точно не сегодня! Так, он будет через… раз… два…

Президент начал отгибать пальцы начиная с мизинца, и Медведев чуть не прослезился от радости.

— Настоящий! — воздел он руки к потолку. — Какое счастье! Нашли!

— Ничего не понимаю! — Путин сделал вид, что и правда ничего не понимает. — Я заехал сюда буквально на минуту по делам, а вы тут вытворяете невесть что. И сколько раз я вам говорил, чтобы вы закрывали входную дверь! Только поглядите, из-за вашей безалаберности на мою дачу опять какой-то бородатый бомж забрался.

Вассерман насупился, но решил благоразумно промолчать.

— Моей безалаберности?! — воскликнул Медведев. — По-вашему, это я бросаю страну и отправляюсь путешествовать по мультикам? Мало вам было прошлого раза: я тогда с ног сбился, разыскивая вас в этой дурацкой Албании! И это перед самыми выборами!

— Во-первых, не в Албании, а в Алфее, — поправил Путин. — А во-вторых, я вовсе не просил меня оттуда забирать. У меня только-только с той рыженькой что-то начало вырисовываться! Эххх… — президент печально вздохнул. — Ладно, поехали уже в Кремль. Вернусь к своим унылым будням.

— Всенепременно, — согласился Медведев, — но для начала было бы неплохо заглянуть в Центр международной торговли и объяснить всем собравшимся, а также миллионам зрителей, куда это вы вдруг исчезли в прямом эфире!

— Мда уж, неудобно получилось, — пробормотал Путин. — Ну ничего, придумаем что-нибудь.

В ЦМТ за это время, как ни странно, никаких волнений не случилось. Людей, казалось, вообще не беспокоило, что на их глазах таинственно исчез президент России. Более того, они словно вообще забыли, зачем здесь собрались, и с интересом следили за приключениями уже полюбившихся героев.

Войдя в зал, Медведев махнул техникам, и через пару секунд мультик на экране сменился статичной заставкой конференции. Народ тут же загалдел.

— Включите назад! — раздавались отовсюду возгласы. — Досмотреть дайте! Хотя бы одну серию!

— Потом, потом! — пытался Медведев успокоить разбушевавшуюся публику.

Но гомон тут же утих, когда на сцену поднялся Владимир Путин. Он как ни в чём не бывало уселся на стул, пододвинул микрофон поближе и окинул взглядом аудиторию.

— Уважаемые дамы и господа, — начал он. — Простите нам эту досадную техническую задержку. Уверяю вас, сейчас всё уже налажено и функционирует стабильно. Полагаю, вы все хотите узнать, почему я внезапно исчез в странной вспышке и где находился всё это время. Что ж, скажу как есть: я был в волшебной стране Эквестрии. Кому-нибудь из присутствующих о ней известно?

Некоторые люди робко подняли руку, хотя на их лицах читалось точно такое же непонимание, как и у остальных.

— Для тех, кто пока не в курсе дел, поясню, — продолжил президент. — Эквестрия — это страна маленьких говорящих пони. Причём там живут не только обычные земные лошадки, но и пегасы с единорогами. А правят всеми мудрые принцессы Селестия и Луна, у которых я позаимствовал… — тут Путин завозился, ища что-то по карманам, — вот это.

Журналисты привстали со своих мест, пытаясь получше разглядеть странный камушек на его ладони.

— В этом камне запечатано волшебное заклинание аликорна, и сейчас я вам его покажу. Смотрите внимательно… И вы тоже, дорогие телезрители! Раз… Два…

Вместо слова «три» Путин крепко сжал камень, отчего тот треснул и разлетелся на мельчайшие кусочки. Зал осветила ярчайшая вспышка, подобные которой вырвались из экранов у всех, кто смотрел сейчас Первый канал. Люди недоумённо протирали глаза, пытаясь понять, где они находятся и что вообще происходит.

— Ещё раз спасибо всем, кто принял участие в моей ежегодной пресс-конференции, — сказал Путин, вставая. — Надеюсь, что смог ответить на все ваши вопросы. До новых встреч!

Журналисты медленно потянулись к выходу. К некоторым ещё не до конца вернулась ориентация, и они беспорядочно водили руками в воздухе, натыкаясь на стены и своих коллег. Операторы, наблюдавшие вспышку через свою навороченную оптику, пострадали ещё больше: они бесцельно водили камерами туда-сюда, снимая пол, потолок и друг друга, а один так вообще держал аппаратуру задом наперёд, приложившись глазом к объективу.

— Слушай, — обратился один журналист к своему коллеге, — а ты запомнил хоть что-то из того, что говорил президент?

— Если честно, то практически ничего. В голове одна каша. Может, записи свои посмотрим?

Оба достали блокноты, но под сегодняшней датой обнаружили лишь крестики-нолики да беглые рисунки, изображающие почему-то совсем не Путина, а Кэнди и Ирмоплоц в разных откровенных позах. Задумчиво почесав затылки, горе-журналисты убрались восвояси, и с их уходом зал окончательно опустел. Ну, почти.

— А вы никуда не торопитесь? — осведомился Путин, заметив, что Вассерман по-прежнему трётся поблизости.

— Да куда уж мне… — махнул тот рукой. — Просто решил узнать, как дела в этом вашем… Эквадоре, или как его там.

— Вы что, всё помните? — изумился Путин.

— Конечно, помню, — усмехнулся Вассерман. — Я же еврей, на меня эти ваши колдовские штучки не действуют. Чисто из научного любопытства: а как получилось, что такой немолодой человек фанатеет от всяких дурацких пони?

— Почему это вы думаете, что они дурацкие? — повысил голос Путин, нахмурившись. — Может, это борода у вас дурацкая. И жилетка. Да и вообще…

— Тише, тише, — шёпотом сказал Онотоле и приложил палец к губам.

— Что тише? — не понял Путин.

— Медведев заснул.

И точно! Премьер-министр Российской Федерации, опустив голову и сложив на животе руки, тихо спал в последнем ряду. Порой его губы едва заметно шевелились, словно глава правительства даже во сне подсчитывал какие-то бюджетные расходы.

— Умаялся, бедный, — покачал головой Вассерман. — Загоняли вы его совсем своими приключениями!

— Ничего, — задумчиво произнёс Путин. — Ещё неизвестно, кто кого на следующие выборы гонять будет.

— Скажу по секрету, на следующие выборы я и сам, наверное, баллотироваться буду, — заявил Онотоле. — А почему нет? Первый бородатый правитель после Владимира Ильича — это вам не шутки!