# Помоги моей одинокой душе

Alex Heil

Найтмер Мун всегда была известна как зловещая кобыла тьмы, нераскаявшаяся злодейка, которая не заслуживает прощения.

Но если все ошибались?

Если Лунную Кобылу просто не поняли? Если она всего лишь хотела иметь друга?

И когда она переместилась в другой мир, её желание исполнилось... и даже больше.

[Изображение: https://images-wixmp-ed30a86b8c4ca887773594c2.wixmp.com/f/9b91517b-8e98-4940-b3eb-b4688a82525b/d65o4vh-8f61ef35-933c-4f0f-a69e-70b43a977df9.png?token=eyJ0eXAiOiJKV1QiLCJhbGciOiJIUzI1NiJ9.eyJzdWIiOiJ1cm46YXBwOiIsImlzcyI6InVybjphcHA6Iiwib2JqIjpbW3sicGF0aCI6IlwvZlwvOWI5MTUxN2ItOGU5OC00OTQwLWIzZWItYjQ2ODhhODI1MjViXC9kNjVvNHZoLThmNjFlZjM1LTkzM2MtNGYwZi1hNjllLTcwYjQzYTk3N2RmOS5wbmcifV1dLCJhdWQiOlsidXJuOnNlcnZpY2U6ZmlsZS5kb3dubG9hZCJdfQ.A3PH5XHr8MSKftUSVowsPo91wqYL1O4_u_bBV0zTWFY]

* * *

Ввиду не слишком высокого качества изначального текста переводчик оставляет на своей совести вольные изменения истории, будь то удаление, изменение и домысливание отдельных частей.

## Глава 1. Будешь ли ты моим другом?

В заброшенном замке царила почти кромешная темнота. Ухали совы, не смолкал стрекот кузнечиков — всё так спокойно и приятно. Это была хорошая ночь.

Вот только нечему было развеять скуку Найтмер Мун.

Оглядевшись, она тоскливо вздохнула. Ничто в замке не менялось и оставалось в точности таким с тех пор, как её насильно разлучили с Луной. Когда пони увидели, как её разорвало на кусочки и разметало по полу.

И в известном смысле глаза их не обманули. Тело Найтмер Мун было уничтожено полностью.

Но дух её уцелел. Хотя только лишь затем, чтобы оказаться запертым в тёмном углу замка, неспособным двигаться, изменяться и видеть перемены вокруг. Время для неё застыло, отныне и навеки…

Для прочих она стала неуловимой тенью, которую ни увидеть, ни потрогать… и с которой не заговорить.

В одиночестве тысячелетней ссылки она чуть не повредилась рассудком. И как же опьянела от счастья, когда наконец-то смогла не только разговаривать с другими, но и касаться чего-либо, чуять запахи вокруг. Однако подданные испугались её и её стремления погрузить мир в вечную ночь.

Ночь, которая должна была стать для них бесценным даром.

Но никто из пони не принял дар с распростёртыми объятиями; взамен они шарахнулись от неё, почти сразу попытались заточить снова.

«Пха! Как будто у них силёнок хватило бы», — горько подумала Найтмер.

Уж в этом она не ошибалась. Никто не мог сравниться с ней в силе магии… за исключением элементов гармонии. Опять она не предугадала их вмешательства. А ведь, погрузив сестру в глубокий сон, почувствовала, что та больше не связана с древней силой.

И как жеребёнок упустила из виду вопрос, которым должна была задаться.

Если Селестия не была связана с элементами… тогда кто?!

Теперь же она дорого расплачивалась за ошибку.

«Почему они не попытались понять меня? Я вовсе не собиралась вредить им! Я вовсе не собиралась становиться тираном и придавить их железным копытом!»

Знакомые тоска и отчаяние охватили Найтмер. Чересчур хорошо знакомые, но всё-таки она была рада этим чувствам. Больше ничто не напоминало, что она ещё жива — в каком-то смысле.

Как же одиноко ей было сейчас. Даже больше, чем в ссылке. Тогда, по крайней мере, компанию ей составляла Луна, как бы её другая половинка ни желала в этом признаваться. Но сейчас рядом не осталось ни единой живой души. Да и прежде у неё не водились друзья; а стражники и последователи оставались с ней только из-за силы или страха.

Нехотя Найтмер признавалась себе, что никогда не была общительной особой. Да, она пыталась вести себя дружелюбно с последователями, но они неизменно смотрели на неё полными ужаса глазами, словно опасались удара за каждое неверное слово.

— Жеребята… — тоскливо пробормотала Найтмер голосом, который легко перепутать с дуновением ветерка. — Неужели я просила так многого — иметь кого-то, с кем можно поговорить или посмеяться?

Печально, что нипони даже в дичайших снах не мог представить такого. Даже сама Селестия никогда не думала об этом.

О том, что самая ненавидимая кобыла, когда-либо существовавшая в Эквестрии, хотела… друга.

И тут что-то случилось. Внезапное ощущение или предчувствие заставило Найтмер насторожиться — а потом нечто тряхануло её и неумолимо потащило куда-то. Тщетно она попыталась увернуться и вырваться: чем бы это ни было, оно утягивало её вниз.

— Убери свои копыта от меня! — зло крикнула она.

Не слушая воплей, неведомая сила дёрнула особенно сильно и швырнула Найтмер в тёмную пустоту, где она падала и падала, и…

Открыв глаза, Найтмер немедленно приложила копыто к заболевшей голове. И замерла как громом поражённая.

«Я могу коснуться своей головы?!» — Найтмер поражённо посмотрела на себя и чуть не рухнула от увиденного.

Она вновь была самой собой!

Как прежде, её шерсть переливалась всеми оттенками темноты, а эфирные грива и хвост напоминали ночное небо. Отсутствовала лишь броня, которую она носила раньше.

Однако ликовала Найтмер недолго; вдруг слева от неё на бешеной скорости промчалась странная повозка, заставив её испуганно взлететь.

— Это что ещё такое?! — совершенно не величественно взвизгнула она, на секунду-другую сбившись с дыхания, прежде чем снова задышала нормально.

Найтмер огляделась по сторонам. Здесь наступало утро, и в его свете она заметила, как мало растительности было вокруг. Единственными зелёными пятнами выделялись несколько деревьев и трава в парке… по крайней мере, именно парк напоминало то место, возле которого она недавно приземлилась. Всё ещё хмурясь, Найтмер попыталась ощутить разлитую в воздухе магию. И вот что оказалось странно: магии было так же много, как и всегда, но создавалось ощущение, что пользовались ею чрезвычайно редко. Да и ощущалась несколько иначе.

Догадка осенила Найтмер, но требовались доказательства. Поэтому она взлетела выше: туда, откуда смогла окинуть взглядом всю округу. В её груди ёкнуло при виде странных домов и созданий, своим обликом подтверждающих правоту догадки.

— Я больше не в Эквестрии.

Больше всего создания напоминали безволосых обезьян. Одетых безволосых обезьян, которые разговаривали друг с другом или — в большинстве своём — с непонятными металлическими коробочками, которые прижимали к ушам своими странными конечностями.

Чувствуя, что нуждается в ответах, Найтмер устремилась вниз и приземлилась перед одной из компаний.

— Приветствую, обезьяне! Я Найтмер Мун, повелительница ночи! Не могли бы вы…

Найтмер замолчала, когда обезьяны буквально прошли сквозь неё, даже не заметив.

«Что за сено?»

Торопливо Найтмер подлетела и снова встала перед ними, помахала копытом перед плоскими лицами. Ни одна из обезьян не обратила на неё внимания, а мгновением позже все они опять прошли сквозь остолбеневшую кобылу.

— Что это такое?! — зло крикнула она. — Какое-то новое наказание за мои деяния?!

Она не могла поверить в происходящее. В то время, когда она наконец-то обрела былую форму и могла двигаться… никто здесь не мог увидеть её или поговорить с ней. Несомненно, о прикосновениях не могло быть и речи, раз уж она была осязаема не больше, чем воздух.

От злости её отвлёк раздавшийся позади громкий звон. Она взлетела и заворожённо посмотрела, как множество молодых обезьян входят в здание. Пролетев следом за ними через большие ворота, она приземлилась и стала наблюдать, как обезьянки проходят мимо или сквозь неё. Потом внимание Найтмер привлекла табличка, к которой она из любопытства подошла и прочла вслух:

— «В школу люди приходят ради того, чтобы учиться, а не драться. Хулиганство здесь недопустимо!»

Значит, эти обезьяны назывались людьми. Найтмер припомнила, что читала об этой расе в книге мифов. Кажется, их ещё называли человеками…

Раздавшийся сзади крик боли прервал её мысли и заставил развернуться. От представшей картины её глаза сузились: в былые дни — вернейший признак для последователей, что она начинает злиться по-настоящему.

Неподалёку у ворот небольшая компания людей-самцов обступила меньшего самца. Самый крупный человек держал его на весу и сильно бил спиной о створку, яростно что-то говоря ему. Приблизившаяся Найтмер заметила лежащую рядом на земле сумку с разбросанными вокруг книгами.

— Где мои деньги на обед, чмо?! — требовательно спросил крупный человек, брызжа слюной.

— Нет у меня денег! — тонко вскрикнул от боли меньший самец.

После этого его тут же бросили на землю и принялись пинать всей компанией. Глаза Найтмер распахнулись от полнейшего неверия и отвращения. Ни разу в жизни она не видела столь жестокого избиения даже в те дни, когда Эквестрию сложно было назвать мирной страной.

Распахнув крылья, с перекошенным от злости лицом она одним махом подлетела к самцам.

— Немедленно прекратите! — приказала она, но компания продолжила бить подростка. Тогда она ринулась на крупного человека и саданула по нему копытом… которое пролетело насквозь.

В отчаянии она призвала магию и попыталась раскидать их, но по неведомой причине магия обтекла их, как вода камень — и перескочила на валявшийся неподалёку отломанный сук дерева.

Не ожидавшая такого эффекта Найтмер удивленно заморгала, но не позволила себе растеряться и швырнула ветку в большого самца. Та ударилась о его затылок, заставив покачнуться.

— Чё за хрень?! — рыкнув, он круто развернулся и с недоумением заозирался в поисках виновника.

Он не знал, что Найтмер стояла прямо перед ним и зло фыркала ему в лицо. Так и не заметив этого, человек подозвал своих приятелей:

— Айда, ребята, поищем, кто тут палками швыряется!

Найтмер проследила, как все они ломанулись в здание и уже собралась последовать за ними, когда услышала стон позади себя. Развернувшись, она увидела подростка, который медленно вставал на ноги; всё его лицо покрывали синяки, а из пореза над бровью сочилась кровь.

С жалостью она наблюдала, как он принялся собирать и складывать книги в довольно большой рюкзак. Потом попытался накинуть ремни себе на плечи, но лишь стиснул зубы от боли, когда не смог нормально поднять левую верхнюю конечность. Найтмер подошла к нему и магией подтянула ремень.

Подросток дёрнулся и болезненно вскрикнул, вынудив её остановиться и беспокойно посмотреть на него.

— Ох-х… — здоровой рукой он осторожно ощупал себе голову, — похоже, сегодня больше обычного досталось.

От боли в его голосе уши Найтмер опустились, и она продолжила поднимать ремень ему на плечо. Всё ещё трущий лоб подросток на сей раз не вскрикнул от боли, равно как и ничего не заметил. Именно тогда Найтмер увидела небрежно написанное имя на его рюкзаке.

«Собственность Джейсона Шторма».

«Так его зовут?» — подумала она.

Джейсон всё-таки обратил внимание, что рюкзак уже висит у него за спиной и чуть удивлённо приподнял бровь. Затем помотал головой и направился в здание. Глядящая ему вслед Найтмер заколебалась; ей хотелось пойти и дальше изучать этот мир, но также ей не хотелось, чтобы бедный жеребчик пострадал снова.

Она раздосадовано фыркнула, но полетела за ним, заодно осматриваясь в поисках чего-нибудь для защиты на случай возвращения хулиганов.

Часом ранее

У Джейсона Шторма наступил очередной паршивый денёк. Начать с того, что проснулся он около семи утра от стука открывшегося чердачного люка.

Его чердачного люка.

Джейсон никогда не имел собственной комнаты и довольствовался чердачной клетушкой. Говоря по правде, это было не так уж плохо. У него хотя бы имелась кровать с одеялом — на улице и того не сыщешь. Опять же, уборкой можно особо не озадачиваться.

Однако сегодняшним утром все эти несомненные плюсы сошли на нет.

— Вставай, Джейсон, пора в школу! — велел раздавшийся из люка голос матери.

Вряд ли она сошла бы за идеал матерей. Она не была наркоманкой или алкоголичкой ни в коем разе, но в то же время всецело посвящала себя модельной карьере и завлечению разных мужчин на ночь или две к себе в постель; на сына не оставалось времени.

Подобный порядок вещей не слишком нравился Джейсону, но со временем он привык и предпочёл просто не обращать внимания — до тех пор, пока не окончит школу и не накопит достаточно денег, чтобы съехать отсюда.

Без особого желания он выбрался из кровати и спустился по лесенке, после чего направился в ванную и принял освежающий душ. Уже заканчивая вытираться, Джейсон посмотрелся в зеркало и поморщился от того, что полученная пару дней назад ссадина до сих пор не зажила толком.

Никто не назвал бы его уродом. Да, кое-где под кожей выпирали кости, и синяков на ней хватало, но кое-какие хихикающие девчонки постреливали глазками на бледного парня с короткой чёрной шевелюрой и голубыми глазами.

Подойти и заговорить они, правда, тоже не стремились. И синяки появлялись у него отнюдь не из-за щипков поклонниц.

После душа Джейсон потратил ещё немного времени, чтобы переодеться в школьную форму, и поспешил в школу, по пути схватив яблоко с кухонного стола. Здесь открывался ещё один плюс проживания с матерью: школа находилась всего в нескольких минутах ходьбы от дома.

К сожалению, сегодня он явно проспал и провозился дольше положенного, потому что школьный звонок застал его на подходе. Джейсон ускорил шаг, намереваясь успеть в класс вовремя — а через миг его внезапно схватили за грудки, приподняли и впечатали спиной в школьные ворота. Мысленно юноша простонал, поняв, что проморгал появление печально известного школьного хулигана и его прихвостней, преградивших пути к бегству. Заодно они стащили с Джейсона рюкзак, вывернув ему руку, и раскидали все книги по земле.

— Где мои деньги на обед, чмо?! — потребовал Аарон Флетчер.

У Аарона в этой школе имелась репутация, и вовсе не чемпиона по шахматам. Скорее уж по выбиванию зубов тех, кому не посчастливилось пересечься с ним. Или выбиванию денег, как в случае с Джейсоном, с которым это происходило чуть ли не ежедневно последние четыре года.

— Нет у меня денег! — с болью в голосе соврал он, хотя они лежали в маленьком кошельке на дне рюкзака и не выпали лишь чудом.

Он прекрасно знал, что последует дальше и успел подготовиться к тому моменту, когда его бросили на землю и принялись пинать всей гоп-компанией. И пусть выглядело это крайне неприятно, но спустя некоторое время он привык к боли.

Джейсон умел привыкать вообще ко всему.

Внезапно он услышал вопль Аарона, и рядом с головой что-то упало. Джейсон медленно открыл глаза и увидел, как бугай с дружками убегает в школу.

Убедившись, что остался в безопасности, Джейсон поднялся на пошатывающиеся ноги и принялся собирать выброшенные вещи. Затем попытался надеть рюкзак, но каждый раз в плече начинало горячо пульсировать. А внезапно вспыхнувшая головная боль вовсе заставила его пошатнуться и зажмуриться, схватившись за лоб. И так же быстро она исчезла — только виски слегка заныли.

— Ох-х… похоже, сегодня больше обычного досталось.

Несильно встряхнувшись, Джейсон снова предпринял попытку надеть рюкзак… и к своему удивлению обнаружил, что оба ремня покоились на плечах. Не понимая, в чём дело, он приподнял бровь, но решил не задумываться, учитывая, что голове и так уже досталось. Поэтому не стал медлить и поторопился на урок.

Учебный день прошёл быстро и обыденно; разве что сегодня учителя, видя состояние подростка, не единожды предлагали Джейсону уйти с уроков раньше, однако он неизменно отказывался. Попросту потому, что понимал: дома ему вряд ли станет лучше, чем здесь. Но вот уроки закончились, и причин не возвращаться у него не осталось. Неохотно он надел рюкзак, в очередной раз удивившись, как легко ремни поднялись на плечи. Будто сами по себе. Наверное, он действительно устал, ведь рюкзаки сами по себе не двигаются.

* * *

Всё время, пока Джейсон находился в школе, Найтмер приглядывала за ним. Само учебное заведение она нашла завораживающим и постаралась разузнать так много, как могла, сидя на уроках возле своего человека. Так, на истории она почерпнула немало сведений об этом мире, но притом сильно огорчилась, узнав, что он дважды горел в пламени войн. На математике она без труда решала примеры с остальными учениками и злорадно ухмылялась, когда видела, как недавний хулиган отчаянно чешет в затылке.

И в то же время она не спускала глаз с Джейсона, на тот случай, если кто-нибудь ещё попытается навредить ему. Досадно, что она не могла применять магию на живых существах, но вот с предметами ей удавалось управляться. Поэтому она таскала с собой остро наточенный нож, который «позаимствовала» в столовой.

«Что ж, этот день выдался богатым на знания. Возможно, мне стоит приходить сюда вместе с Джейсоном. Тогда я смогу лучше понять этот мир и… куда он собрался?»

Урок только что завершился, и Найтмер снова помогла Джейсону надеть рюкзак. Вот только сразу после этого подросток покинул школу и быстро зашагал по улице. Без раздумий она пошла за ним и после недолгой прогулки увидела, как он свернул к большому дому и зашёл внутрь; помедлив на секунду, Найтмер проследовала за ним и просочилась сквозь закрытую дверь.

С другой стороны оказался коридорчик, куда выходили другие двери, и из которого вела наверх лестница. Джейсон поднялся на второй этаж и там, на верхней площадке, сделал нечто странное: ухватился и потянул за свисающий с потолка шнур. В потолке открылся люк, оказавшийся ещё одной лесенкой, по которой подросток сноровисто вскарабкался.

У Найтмер чуть сжалось сердце, когда она увидела скудную обстановку его комнаты. Всего-то узкая кровать посередине, да стол с непонятного предназначения коробкой на нём. Чёрные шнурки соединяли её с необычным прямоугольником, чью поверхность плотно усеивали квадратики, и странным овальным предметом.

Её взгляд переместился обратно на Джейсона, сейчас раздевающегося и стискивающего зубы от боли. Магически Найтмер помогла ему стянуть рубашку и замешкалась, уставившись на шрамы, усеивающие его живот и спину.

— Во имя богов, кто сделал это с тобой?.. — с сочувствием спросила она.

В этот миг Джейсон застыл и медленно повернулся, оказавшись лицом в нескольких дюймах от её лица.

Глаза Найтмер расширились от надежды.

— Ты можешь меня видеть? — взволнованно спросила она. Как же ей захотелось, чтобы смог! Было бы так чудесно поговорить с пони-нибудь.

Джейсон поморгал, мотнул головой и продолжил раздеваться.

— Ну вот и я чокнулся, начал голоса слышать, — раздосадовано пробормотал он себе под нос.

От такого признания Найтмер просияла. Он слышал, как она заговорила с ним! Может быть, если… Внутренне приготовившись к очередному разочарованию, Найтмер протянула копыто к плечу Джейсона.

Копыто не прошло насквозь.

От неведомого прикосновения у перепугавшегося подростка чуть душа из тела не выпрыгнула. Он резко развернулся, на секунду скривившись от боли, — а потом изо всех сил потёр глаза в попытке понять, спит ли он или сошёл с ума. Перед ним стояло… нечто, выглядевшее как высокая и стройная пони. Но у пони на голове точно не растут рога, нет крыльев по бокам. Её шерсть была иссиня-чёрной, в то время как грива с хвостом напоминало ночное небо, и, более того, развевались как на несуществующем ветру.

— Ну всё, я точно спятил, — пробормотал он вслух.

— Ты можешь меня видеть? — настойчиво спросила Найтмер.

На этих словах Джейсон с округлившимися до размеров блюдец глазами попятился от неё.

— Что за… ладно, это был непростой день, голова начала шуточки выкидывать. Всё это ненастоящее.

Скептически изогнув бровь, Найтмер последовала за испуганным человеком.

— Я более чем реальна, Джейсон Шторм. Ибо меня ты должен благодарить за избавление от того грубияна этим утром.

Страх в глазах Джейсона сменился недоумением, но чуть опять не подпрыгнул, когда упёрся спиной в стену. Найтмер встала перед ним и продолжила смотреть на него, чувствуя подступающую тоску.

— Почему ты тоже боишься меня? — спросила она без особой надежды.

Джейсон удивлённо моргнул и, окинув её с ног до головы быстрым взглядом, ответил:

— Ну, во-первых, ты говорящая пони, во-вторых, появилась из ниоткуда!

Услышав такое, Найтмер слегка склонила голову набок.

— Моя внешность не ужасает тебя? — спросила она.

«Её внешность?». Снова Джейсон осмотрел её с головы до ног, но решительно не увидел ничего страшного в ней. Глаза только были странными, но при некотором размышлении они показались ему крутыми. И развевающиеся на неосязаемом ветру грива и хвост тоже ничуть не ужасали; даже напротив, гипнотизировали своими переливами. И на мордочку она не выглядела опасной или страшной — скорее уж расстроенной.

— Эм-м, ты выглядишь миленько, а не страшно, — ответил он, сглотнув нервный комок в горле.

Настала очередь Найтмер округлять глаза до блюдец. Одно дело, что она очутилась в другом мире, где никто, кроме этого юного жеребчика, не мог видеть её. И совсем другое, совершенно чуждое — услышать комплимент о своей внешности.

— Ну что ж… я… м-м-м… благодарю тебя, — с запинкой ответила она.

Сейчас на неё свалилось озарение, что она в самом деле с кем-то разговаривает. Не произносит речь о вечной ночи или о власти и битсах — просто разговаривает.

И получает от этого неимоверное удовольствие.

Джейсон смотрел, как она села на задние ноги и пристально посмотрела ему в глаза:

— У меня есть предложение к тебе, Джейсон Шторм.

Это заявление не могло не удивить подростка, но всё-таки он просто кивнул неведомому созданию, понимая, как глубоко увяз в игре воображения.

— Скажи, окажешь ли ты мне честь быть моим пони-собеседником?

«Её кем?» — на долю мгновения Джейсон зажмурился, а вслух спросил:

— А… что вы имеете в виду, мисс…

— Меня зовут Найтмер Мун, богиня всех дел ночных. Что до твоего вопроса…

Джейсон едва не хихикнул, глядя, как Найтмер сосредоточенно сморщила лицо.

— Я желаю, чтобы ты стал моим пони-собеседником. От тебя непременно потребуется разговаривать со мной и выслушивать меня, а также веселить и развлекать нас обоих.

Непонимающий взгляд Джейсона заставил Найтмер задуматься, правильно ли она всё объяснила.

— То есть… — наконец спросил он, растягивая слова, — в целом ты хочешь, чтобы я был твоим другом?

Глаза Найтмер возбуждённо раскрылись, пока он ещё говорил. Она знала, что не совсем правильно сформулировала желание, но Джейсон, по всей видимости, ухватил самую суть.

— Да, было бы замечательно, если бы ты… подружился со мной.

Джейсон в упор смотрел на неё ещё несколько секунд, затем пожал плечами и кивнул.

— Раз я всё равно сошёл с ума, то почему бы и нет.

Волнение Найтмер сменилось неописуемой радостью. В следующее мгновение Джейсон очутился сжатым в объятиях пони. Невольно он обнял её в ответ, чем доставил Найтмер немалое удовольствие.

«У меня появился друг, настоящий друг!»

Тут она обратила внимание, что дыхание Джейсона становится редким и прерывистым, и поспешила выпустить его из железной хватки.

— Сожалею, Джейсон Шторм, — она виновато посмотрела на него. — Это не заставит тебя передумать быть моим другом?

Найтмер испытала приступ отчаяния, внезапно сообразив, что Джейсон в любой миг может перестать дружить с ней. Хоть прямо сейчас, когда она чересчур сильно обняла его и причинила боль, он мог усомниться и забрать предложение дружбы обратно.

Однако все её опасения развеялись, когда она услышала негромкий смех:

— Ого, ты довольно сильная.

— Сожалею… ты по-прежнему хочешь быть моим другом? Клянусь, я могу обнять тебя мягче!

От громкого голоса Джейсон поморщился, чем вселил большее беспокойство в Найтмер.

«Как же кошмарно у меня получается дружить… неудивительно, что нипони не хочет быть со мной», — тоскливо подумала она.

— Успокойся, Муни, я останусь твоим другом.

— Как… ты назвал меня? — слова Джейсона вновь привлекли её внимание к нему.

А Джейсон слегка покраснел и задался невольным вопросом, действительно ли он разговаривает с воображаемой пони.

— Эм… я назвал тебя Муни. Это прозвище. Друзья же дают друг другу прозвища.

Прозвище? Раньше Найтмер не задумывалась о таком назначении этого слова, но раз друзья так поступают друг с другом, то… почему бы и нет, как сказал Джейсон.

— Если желаешь, можешь звать меня Муни, но и я должна как-то называть тебя.

Разум Найтмер усиленно заработал в поисках некоего прозвища для Джейсона, и опять она отчаялась, не в силах придумать чего-либо.

Подросток заметил выражение лица пони и положил ладонь ей на плечо в попытке отвлечь. От ощущения тепла Найтмер подняла на него взгляд.

— Можешь звать меня Джеем, если хочешь. Друзей у меня самого нет, но думаю, если бы они были, то звали бы меня так.

«У него тоже нет друзей? — пронеслась у Найтмер торжествующая мысль. — Вот мой шанс! Я могу стать его первым другом, а он станет моим!»

— С большим удовольствием буду называть тебя Джеем. Но на всякий случай уточню, действительно ли ты не против… дружить со мной?

Джейсон кивнул, и впервые за много лет Найтмер улыбнулась по-настоящему. Она подлетела, чтобы обнять его снова, но замешкалась, припомнив прошлую попытку.

«Хорошо… просто обхватить его копытами, держать мягко и нежно. Ох, это будет сложно… мягкое и нежно — это к Тие, не ко мне. Но я обязана сделать это, чтобы сберечь первую дружбу! Так, давай-ка…»

Пока она размышляла, Джейсон обнял её в ответ, чем напрочь сбил со всяких мыслей. Ощущение его рук было удивительным и таким приятным, что она обхватила подростка копытами и просто постаралась быть с ним мягкой.

Но когда Джейсон зевнул, она отодвинулась и с беспокойством посмотрела на него.

— Ты устал, Джей? — спросила она.

— Да, день выдался долгим… и удары по голове не придают бодрости, — вяло ответил он.

Глаза Найтмер сузились, когда она задумалась над возможными способами заставить этих людей-самцов пожалеть о сделанном. По непонятной причине её магия работала только на Джейсона и неодушевлённых предметах, но ведь она ещё не испытывала свой главный талант.

В конце концов, не зря её звали Кобылой Кошмаров.

— Спокойной ночи, Муни, — снова зевнул Джейсон.

Оставившая на потом раздумья Найтмер стала наблюдать, как подросток пытается устроиться на узком ложе. С растущим беспокойством она заметила, что одеяло не укрывало его полностью, оставляя часть туловища открытой прохладному воздуху в комнате.

Так дело не пойдёт.

Только Джейсон начал засыпать, как его подняли из кровати в воздух и перенесли на пол. Не успел он сообразить или сказать что-нибудь, как нечто мягкое и чуть щекотное окутало его и притянуло к теплу. А когда он растерянно развернулся, то уставился прямо в глаза Найтмер.

Когда же он приподнялся, то понял, что именно её крылья обхватили его и крепко прижали к груди, согревая.

— Муни, что ты…

— Разве тебе не удобнее здесь, чем на крошечной постельке? — перебила она его, заставив моргнуть. И в самом деле, он почувствовал себя куда уютнее, пускай даже лежал на полу.

— Ну… в общем-то да, — робко признался он.

— Тогда спи, а я присмотрю за тобой.

Ситуация уже немножко пугала его, но всё-таки он расслабился в мягких крыльях Найтмер и тепле её тела. Было ли дело в разыгравшемся воображении или безумии, он не знал — и больше не придавал этому значения, намереваясь сейчас просто получить удовольствие от происходящего. Через несколько минут он заснул, зарывшись лицом в шёрстку на груди пони.

Странное ощущение охватило Найтмер: будто она была матерью, а под боком лежал жеребёнок, ищущий у неё тепла и безопасности. Далеко не плохое ощущение. Вдобавок Джей стал её первым другом, и если ему захочется всегда засыпать подле неё, так тому и быть. К тому же ей самой стало уютно в его тепле, и она инстинктивно потёрлась носом о шею подростка в поисках удобного местечка, куда можно примостить голову.

Как же странно, что ей не хотелось ни пить, ни есть, но она по-прежнему нуждалась во сне.

И Найтмер заснула. Несколько секунд спустя она погрузилась в темноту сновидений, задышала глубоко и ровно. Потяжелевшая голова пони сама опустилась на шею Джейсона — пока он сам ещё крепче приник к груди.

Ни один из них не догадывался, что ждёт их в будущем, и к чему приведёт их зародившаяся дружба.

## Глава 2. Защитить любой ценой

Джейсон проснулся в тепле и уюте. Однако ж, открыв глаза, обнаружил себя на полу, что не могло не смутить. Пытаясь разобраться, он повернул голову — и уткнулся взглядом в два кошачьих глаза.

— Ох ты ж! — он подскочил на месте, чуть не совершив пируэт, и всё это — не отрывая взгляда от поднимающейся в утреннем свете Найтмер Мун.

— Как… ты же просто приснилась мне! В хорошем сне, не спорю, но во сне же… — бессвязно пробормотал он.

От таких слов у самой Найтмер потеплели щёки и уши, но она сумела отставить чувство в сторону и сосредоточиться на своём друге.

— Джей, я настоящая, — заверила она его. — И всё, что произошло вчера, тоже было на самом деле. Разве мы больше не друзья?

Пришедший в себя Джейсон немедленно почувствовал себя придурком мирового масштаба и потряс головой.

— Ну конечно друзья!.. Но как ты можешь быть настоящей? Не пойми неправильно, мне бы очень хотелось, чтобы так и было, но…

Видя, что одни слова не могут убедить Джейсона в её существовании, Найтмер решила прибегнуть к кое-чему более существенному.

Джейсон ещё тёр лоб, когда внезапно плавно взмыл в воздух… и перевернулся вверх тормашками.

— Что за хрень?! — он задрыгал ногами, пытаясь вернуться в вертикальное положение или хотя бы добраться до пола — пока не увидел торжествующе улыбающуюся Найтмер.

— Это что, ты делаешь?!

— Да, — не стала отрицать она, ухмыльнувшись шире при виде того, как позеленело лицо человека. — Так что же, я по-прежнему ненастоящая? И ты летаешь и кружишься исключительно по собственной воле?

От вертевшейся перед глазами комнаты к горлу Джейсона стремительно подкатила тошнота, и он быстро, отрывисто заговорил:

— Хорошо-хорошо, настоящая! Я уж точно так не смог бы… пожалуйста, прекрати!

Удовлетворённая признанием, Найтмер наградила его возвращением ногами на пол — и не отказала себе в удовольствии рассмеяться при виде перекошенного лица подростка:

— Ох, небо, Джей! Ты просто жуть как выглядишь!

Джейсон поморщился от такого заявления, но его рот уже растянулся в кривой улыбке при мысли о возмездии своей «не-так-уж-воображаемой» подруге.

Увидевшая, как он двинулся навстречу, Найтмер в притворном ужасе округлила глаза:

— О нет, на меня сейчас нападут! Найдётся ли храбрый жеребец, готовый спасти меня?!

Джейсон продолжал молча улыбаться, избрав для себя мишенью её самую уязвимую на вид часть тела — крылья.

А в следующую секунду он сорвался с места и, вмиг оказавшись рядом с Найтмер, ухватился за основания её крыльев и быстро зачесал под ними. Какое же удовлетворение он испытал, когда пони вытаращила глаза и принялась, смеясь, изворачиваться и брыкаться:

— Ах, нет! Джей, п-прекрати! Я сделаю, что хочешь, Джей… п-пожалуйста, прекрати!

В безумной попытке остановить его Найтмер сумела-таки извернуться, встать на дыбы и крепко обхватить подростка крыльями, прижав ему руки к бокам.

— Ура! Ты остановлен, мой друг!

Но её триумф оказался недолог, когда Джейсон умудрился вцепиться пальцами ей в бока и пощекотать их. Тогда она, не прекращая впустую размахивать копытами, просто уронила его на пол и придавила собой сверху.

— Не-ет! Прошу, друг, остановись! Я не выдержу больше!

Посмеиваясь, Джейсон прекратил измываться над кобылой и просто обнял её. А смешок Найтмер затих, когда она осознала, что именно происходит. Её обнимали! Именно её, а не Луну.

Уголки рта Найтмер приподнялись невольно, и она с удовольствием заключила подростка в не менее ласковые объятия крыльев и передних копыт. Правда, посмотрев на его лицо и увидев, что он ещё не до конца отошёл от полёта по комнате, она позволила себе ухмыльнуться.

А ведь её не только обнимали — только что с ней поиграли. Нипони раньше даже в самых жутких кошмарах такого не снилось — а человек взял и пощекотал её без оглядки на то, что она могла бы сделать с ним.

«Он действительно не боится меня…»

— Эй, Муни, — заговорил Джейсон. — Ты не против, если мы потом повторим? Давно я так не веселился.

Ещё не привыкшая к прозвищу Найтмер моргнула, но на душе у неё потеплело от того, что Джей помнил о нём.

— Я совершенно не против. Честно говоря, за свою жизнь я нечасто играла с другими пони… равно как никто не отваживался пощекотать меня, глупый человечек.

Улыбнувшись от предвкушения, Джейсон попытался встать, но из-за объятия Найтмер не смог.

— Эм, Муни? Мне надо встать.

— Зачем? — с любопытством спросила Найтмер, чувствуя, что с удовольствием провалялась бы в обнимку с Джеем целую вечность. Никогда раньше у неё не было столь непринуждённых отношений с пони-либо — и теперь отпускать человека оказалось неимоверно трудно.

— Мне надо идти в школу, сегодня пятница… зато потом у нас целые выходные, — ответил Джейсон.

«В школу? Ах да, точно… в то место, полное удивительных знаний».

— Хм-м, я согласна. Знания достаточно важны для всех, чтобы стремиться к ним, — глубокомысленно заметила она.

Не без лёгкой неохоты Найтмер отпустила Джейсона и стала наблюдать, как он собирает вещи. Желание не упускать его из виду было велико, и она проследовала за подростком, когда он пинком открыл люк и спустился вниз. Проводила его до комнаты, похожей на ванную; здесь Джейсон крутанулся на месте и капельку смущённо посмотрел на пони.

— Ты подождёшь меня тут, снаружи? — неловко спросил он.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что я хочу принять душ.

— И что же?

— То, что я буду голым!

Не понимая сути заминки, Найтмер нахмурилась. В конце концов, пони всегда ходили в одной шёрстке… и вот теперь-то она задалась вопросом, почему же исключительно все виденные ею люди носили одежду.

— А кстати, почему люди всё время носят одежду? — поинтересовалась она.

Вопрос поставил Джейсона в тупик, но всё же он постарался объяснить?

— Видишь ли… я так думаю, чтобы сохранять тепло. Ну и кроме того, просто незаконно расхаживать нагишом на виду у всех.

Найтмер выслушала его, но так и не уяснила толком жеребячью блажь людей по поводу ношения одежды.

— Я всё равно не понимаю, почему ты не хочешь, чтобы я видела тебя голым? — бесхитростно призналась она.

Джейсон с лёгким отчаянием потёр лоб, чувствуя, как щёки стягивает от жара.

— Потому что это смущает, когда у меня… всё видно… там, внизу.

Джейсон думал, что под конец фразы помрёт на месте от тяжёлого приступа смущения. А Найтмер нашла это весьма забавным, как и чуточку интригующим. Но всё же она поняла его нужду в уединении.

— А, теперь я понимаю. Но если тебе не сложно, могу ли я изучить тебя полностью раздетым? — спросила она с хитрой улыбочкой на лице, глядя, как Джейсон чуть не лишился дара речи от смущения.

— Э-э-э… нет! Мне ну очень неудобно. То есть… м-м-м… не сейчас…

— О, приятно знать, что позже ты будешь готов.

Найтмер быстро полетела обратно в его комнату, посмеиваясь про себя, пока вслед ей неслось бессвязное бормотание.

Четверть часа спустя Джейсон покинул ванную, на всякий случай застегнувшись до последней пуговицы. Однако Найтмер нигде поблизости не было; вздохнув от облегчения и на ходу взлохматив ещё чуть мокрые волосы, он поднялся к себе и обнаружил гостью сидящей на подоконнике. Закрытое окно не было для неё помехой, и одной половиной тела она находилась в комнате, а другой — снаружи. Чем не доказательство сумасшествия.

Найтмер слышала, как вернулся Джейсон, что-то взял, попрощался и ушёл, но никак не ответила ему. Слишком увлечённо наблюдала, как по улице мимо проходят одетые в школьные формы дети и подростки. В уголке глаза набухла слезинка от воспоминания, как она с Селестией учились у ворчливого единорога по имени Стардаст Эмеральд. Нет, не она… Луна; Найтмер погнала воспоминание прочь и встряхнулась. Внизу открылась дверь, и её новый и единственный друг покинул дом. Постоял немного, огляделся, затем вздохнул и поплёлся неспеша.

«Ну уж нет, Джейсон, таким я тебя не оставлю».

Расправив крылья, Найтмер спланировала вниз и подлетела сбоку от подростка. Целых несколько секунд он ухитрялся не замечать её, затем всё-таки заметил краем глаза и вздрогнул от удивления.

— Муни! — воскликнул он, заработав несколько удивлённых взглядов от ближайших прохожих. — Фу ты, ну и испугала ты меня!

— Прости, друг, я не удержалась от искушения. И кстати, советую тебе говорить тихо со мной. По необъяснимой причине ни один другой человек не видит меня.

Никто и впрямь не замечал чёрной пони с небесной гривой, плывущей по воздуху чуть ли не посреди улицы. Некоторые так и вовсе прошли сквозь неё, к изумлению Джейсона, вновь заставив мимоходом усомниться в собственной нормальности.

Как бы то ни было, а идти бок о бок с другом, пускай невидимым, оказалось приятно. И без того короткая прогулка до школы вовсе показалось мгновенной. Джейсон уже почти миновал школьные ворота, когда Найтмер внезапно с силой пихнула его в бок, отталкивая в сторону.

— Муни, что ты…

— Тш-ш-ш, Джей. Этот грубиян с друзьями следит за воротами, — предупредила она, просовывая голову сквозь забор, чтобы рассмотреть получше.

Секунды хватило растерявшемуся Джейсону, чтобы понять, о ком шла речь, и занервничать. Оглянувшись, Найтмер увидела страх в его глазах. В мгновение ока она извлекла утащенный накануне нож из гривы и приготовилась подлететь к воротам.

— Муни, что ты собираешься делать? — Джейсон взволнованно глянул на нож. Судя по вспыхнувшей злости в её глазах, вряд ли она задумала нарезать бутерброды.

С сочувствием посмотрев на Джесона, Найтмер погладила копытом его по голове.

— Не беспокойся, мой друг. Этот грубиян заплатит за всё, что сделал с тобой, и нипони не найдет виновника. У меня есть верный план, если можно так сказать.

Глаза Джейсона расширились, и он попытался утянуть её обратно на землю.

— Не надо, это же убийство, Муни! — попытался объяснить он.

— А то, что он делал с тобой — лучше? — спокойно возразила она.

Джейсон не нашёлся с ответом, но беспокойство на его лице убедило Найтмер, и она со вздохом спрятала нож обратно в просторной развевающей гриве.

— Хорошо, я не убью его, — пообещала она.

Джейсон уже вздохнул от облегчения… когда заметил жестокую улыбку на лице Найтмер.

— Но отныне он будет не более чем дрожащей тварью. Ступай и не бойся.

Ничего не понявший Джейсон пожал плечами, но двинулся к воротам как ни в чём не бывало. Немедленно Аарон с бандой заметили его и двинулись наперерез. В тот момент, когда бугай находился уже в паре шагах, Джейсон заметил подлетевшую к нему сзади Найтмер. Её рог сверкнул… и Аарон немедленно остановился, уставившись в никуда пустым взглядом. Его дружки забеспокоились, стали пошлёпывать его по плечам и трясти.

Найтмер со зловещей усмешкой следила за их тщетными попытками. Проникнуть в разум грубияна и разыскать в нём потаённые страхи было проще простого. А обнаружив искомое, она всё с той же улыбочкой швырнула Аарона в его собственный разум.

Хулиган, у которого вдруг закружилась голова и помутилось в глазах, обнаружил себя в одиночестве стоящим посреди белой пустоты.

— Чё за фигня происходит?! — крикнул он, быстро оглядываясь. Но здесь не было никого и ничего — абсолютно. Прооравшись, Аарон двинулся наугад вперёд, уже представляя, как открутит голову толкачу за подсунутую травку.

— Да бля, чё за дела-то?! — не выдержав, он остановился и потряс головой.

— Хочешь знать, что происходит? — внезапно раздался голос позади него. — А то, что ты попал в свой самый худший кошмар!

Злой и растерянный Аарон развернулся и тупо уставился на невесть откуда взявшуюся чёрную рогатую лошадь с крыльями. И эта лошадь смотрела на него с неописуемой ненавистью, какой он ещё ни у кого не видел.

— Мой худший кошмар? — нервно заржал Аарон, несмотря на легкий холодок в спине. — Ты ж просто лошадь! Ох, бля, ну и вштырило… — фыркнул он, глядя на чудное животное. — Это ж надо! Маман меня точно убьёт.

Лошадь по-прежнему улыбалась, и его смех как-то сам собой угас, а холодок сменился сосулькой вместо позвоночника. Толстенной и длиннющей сосулькой вроде тех, которые вырастают зимой на козырьках крыш и которые ему нравилось в детстве отламывать.

Внезапно лошадь шагнула вперёд — Аарон инстинктивно подался назад, но жуткая конская морда с кошачьими глазами неведомым образом уже оказалась прямо напротив лица.

— Ты причинил боль моему другу, Аарон Флетчер. Ты столько раз делал ему больно, и всё же он не хочет твоей смерти. Что ж… я помогу ему искоренить этот страх, но прежде разберусь с тобой.

Страх Аарона сменился злостью. Как вообще какая-то лошадь угрожает ему?! Да это просто смешно!

Быстрым, отточенным в секции бокса движением его кулак вылетел вперёд, метя в лошадиную морду… а через миг Аарон непонятно как оказался накрепко привязан по рукам и ногам к стулу.

— Жеребёнок… ты всерьёз полагаешь, будто сможешь причинить мне вред?

Вот тут страх накатил на Аарона, вморозил в себя, заставив кожу покрыться мурашками от своего невидимого холода. Перестав обращать внимания на странную тварь, он задёргался, напряг все мускулы, силясь порвать верёвки и убраться отсюда.

— О-о-о, ты наконец-то испугался меня? — с издёвочкой спросила лошадь. — Это хорошо, но ты и близко не представляешь, сколько боли и страха ты причинил моему другу… так позволь же показать тебе!

Внезапно лошадь исчезла, оставив Аарона в одиночестве и по-прежнему привязанным к стулу.

Тут пустота перед его глазами взорвалась тёмными красками — и он обнаружил себя посреди мрачной аллеи. Стул исчез, и ошалевший Аарон свободно стоял на своих двоих; вот только нечто не давало ему сдвинуться с места.

— Да что тут творится-то? — проскулил он, силясь пошевелиться. Сзади послышались шаги — множество шагов. Облегчённо вздохнув, он, как смог, повернул голову и собрался позвать на помощь… когда обомлел от увиденного.

Прямо на него надвигалась целая толпа ходячих мертвецов. Жуткие разлагающиеся трупы сипели, хрипели, шаркали прорвавшими гнилую плоть костями об асфальт; и все, как один, тянули к нему руки. Прерывисто всхлипнув-вздохнув, Аарон позабыл обо всём и напрягся до последнего мускула, чтобы рвануть отсюда. Тщетно: ноги просто не послушались его. Он снова развернулся — и дико заверещал от ужаса и боли, когда один из мертвецов впился зубами ему в лицо.

В это же время ученики на школьном дворе и несколько учителей в ужасе наблюдали, как хулиган повалился на землю и забился в судорогах, крича и разбрызгивая клочья полезшей изо рта пены. Застыл и Джейсон, не в силах отвести взгляда от этого жуткого зрелища; в себя его привело прикосновение к плечу. Вздрогнув, он повернулся и увидел прислонившуюся к нему Найтмер. С её мордочки не сходила улыбка полнейшего удовлетворения от проделанной работы. Заметив же, что друг смотрит на неё, она взглянула на него и улыбнулась уже ободряюще… чтобы нахмуриться, когда он со всех ног кинулся прочь.

— Джей! Джейсон, что случилось? — позвала она, лихорадочно пытаясь разобраться в причине его побега; и вздохнула, когда сообразила, в чём дело.

Джейсон сделал ноги от Найтмер, ворвался в школу и вихрем промчался по коридору, не обращая внимания на остальных учеников. Страх гнал его вперёд, заставляя найти укромное место и спрятаться. Но где?!

Ноги сами принесли его в школьный туалет, где он и раньше скрывался от гоп-компании. Юркнув в крайнюю кабинку и захлопнув дверь, Джейсон с ногами забрался на унитаз. В голове у него до сих пор не укладывалось, как стремительно чудаковатая, но безобидная гостья превратилась в жуткое существо. А то, что Найтмер сотворила с Аароном… произойдёт ли то же самое с ним самим, если он ухитрится разозлить пони? Или она примется наказывать всех, кто хотя бы косо посмотрит на него?

— Мой друг, где ты?

Джейсон застыл и затаил дыхание, когда услышал голос Найтмер в считанных футах от укрытия.

— Пожалуйста, не прячься от меня. Я понимаю, что ты боишься, но всё это ради тебя.

Испуганный подросток почувствовал укол вины, когда услышал горечь в её голосе, но страх по-прежнему цепко держал его. Как же он не сообразил сразу, что ему не удастся спрятаться от неё так же, как от хулиганов. Ведь она знает, где он живёт! Следовало встать и выйти, пока она действительно не разозлилась…

Вдруг дверцы кабинок начали открываться одна за другой, всё ближе и ближе к его собственной. С обречённостью понимая, что ему ни убежать, ни скрыться, Джейсон просто сжался в комок и обхватил руками голову, ожидая неизбежного.

Он услышал, как открылась дверца его кабинки, словно и не была заперта на задвижку; секунду у него теплилась надежда, что Найтмер всё-таки не обнаружит его. Потом уже он наберётся смелости и поговорит с ней. Однако надежда разлетелась осколками, когда нечто мягко подняло его в воздух и прижало к чему-то тёплому.

— Джейсон, прошу, взгляни на меня.

Подросток слышал нежность в её голосе, но остался сжатым в комочек. До ушей донёсся вздох, а затем его шеи коснулось нечто мягкое и слегка мокрое. Инстинктивно подняв голову, он успел увидеть промелькнувший между губ Найтмер язык — тут же она бережно подхватила его подбородок ногой.

— Почему ты убежал от меня? — с беспокойством спросила Найтмер с сильным беспокойством на лице.

— Ты… ты… ты заставила Аарона свихнуться, — заикаясь, ответил Джейсон, отводя взгляд, чтобы не видеть боли в её глазах.

— Всё это было ради тебя. Больше он не причинит тебе вреда, а если его приятели попытаются что-нибудь сделать, то их постигнет та же кара, — её голос стал твёрже, заставив Джейсона напрячься. Она почувствовала это и успокаивающе потёрлась носом о его щёку, улыбаясь.

— Н-но я н-не хотел, ч-ч-чтобы кто-нибудь пос-пострадал, — жалобно произнёс подросток, с дрожью глядя, как сузились глаза Найтмер.

— Я знаю, но понибудь обязан защищать тебя. И я никому не дам в обиду моего первого и единственного друга… никогда.

На этих словах Джейсон всхлипнул и прислонился лицом к её мордочке, чувствуя бархатную шёрстку. Умом он понимал, что она поступила неправильно с Аароном. Но её обещание защищать впервые за долгие годы помогло ему почувствовать себя… в безопасности. Придало уверенности, что теперь можно жить без опаски, без оглядки через плечо, без планирования способов побега.

Он не мог не ухватиться за это чувство.

Найтмер улыбнулась, когда её человек зарылся лицом у неё на груди. И тут же слегка озадачилась.

«Мой человек? — спросила у самой себя и немедленно подтвердила. — Да, он мой человек, и я буду защищать его до тех пор, пока он не научится сам».

Одновременно с тем она испытывала немалое удовлетворение от того, что самый главный её дар остался при ней. Что она всё так же могла управлять чужими разумами через кошмары и страхи.

Несколько минут прошло, прежде чем Джейсон успокоился и попытался встать на ноги; даже подумал, как странно смотрелся со стороны, зависнув между полом и потолком. Однако колени у него до сих пор подрагивали, что не укрылось от глаз Найтмер. В ответ на её взгляд он попытался заверить, что с ним полный порядок, и даже медленно двинулся к выходу из туалета.

И остановился, когда она зубами ухватила его за рубашку.

— Послушай, мой друг. Я ценю твоё стремление получать новые знания, но именно сегодня тебе лучше отдохнуть. Слишком много потрясений ты испытал.

— Но… — Джейсон неуверенно задумался. Урок уже начался и следовало поспешить; однако в мыслях и впрямь царил настоящий бардак. Пытаться учиться и одновременно наводить порядок в голове представлялось далеко не самой лучшей затеей.

Под выжидающим взглядом Найтмер он выдохнул и кивнул ей, чему она улыбнулась. Но уйти просто так было нельзя, и он направился в медкабинет — чтобы вскорости покинуть его со справкой об освобождении. Школьный врач, чьим пациентом Джейсон регулярно становился, даже не стал задавать лишних вопросов. Ему хватило тёмного синяка вокруг поджившей ссадины на лбу и того, как болезненно сморщился подросток, пытаясь двигать вывихнутой накануне рукой; он только поворчал по поводу любителей затягивать с лечением, пока выписывал нужные документы. И Джейсон действительно не стал затягивать с нахождением в медкабинете, видя мрачные взгляды, которые Найтмер метала на врача.

Они уже шли по пустым коридорам, когда Найтмер вспомнила об одной мелочи. Приотстав, она вынула более ненужный нож из гривы и магией воткнула его в первую попавшуюся дверь, после чего поспешила за человеком.

— Я… не слишком оттолкнула тебя от себя? — нерешительно спросила Найтмер уже на улице, идя сбоку от подростка.

Джейсон глубоко вздохнул, но покачал головой и положил ладонь ей на холку:

— Конечно нет, Муни. Ты моя первая подруга вообще за всю жизнь. Да, ты испугала меня, не буду врать. Но… вместе с тобой я чувствую себя в безопасности, пускай мы только что повстречались.

Найтмер нахмурилась из-за признания в страхе и задалась целью перво-наперво избавить подростка от него. Но когда он также признал, что ему безопасно рядом с ней, её уши недвусмысленно потеплели.

— Со мной тебе нечего опасаться, Джейсон, даже не сомневайся. Пусть у тебя и нет магии, но я научу тебя, как защищаться.

— Как именно? Да, я могу ударить кого-нибудь… мне только не хватает смелости, — робко сказал он.

— Есть множество способов защитить себя, помимо простой силы. Ложь и простая психология помогут тебе выпутаться из множества каверз, — с полным знанием дела принялась объяснять Найтмер, полностью вознамерившись обучить своего протеже искусству уловок и хитростей. То, о чём она подумала недавно и ради чего уговорила Джейсона пропустить день в школе.

Джейсон недоумевающе свёл брови, но ограничился кивком. Несмотря на сложившуюся ситуацию, до сих пор она не ошибалась.

Они решили не сразу возвращаться домой, а прогуляться по кварталу. И всё это время негромко беседовали, стараясь не привлекать внимания прохожих. Найтмер поведала об Эквестрии и вспомнила несколько историй из своего жеребячества, и Джейсон попытался развлечь её рассказами о Земле и собственном детстве. Но наткнулся на стену непонимания.

— То есть твоя мать слишком занята, чтобы заботиться о тебе? И только ради того, чтобы спать со случайными людьми каждую ночь? — прямо спросила Найтмер.

— В принципе да, хотя я так-то привык, и это уже не утруждает меня так сильно, как раньше, — честно признался Джейсон.

— Тебя, может, и не утруждает, но меня беспокоит сильно. Почему бы ей для начала не купить тебе кровать большего размера?

Джейсон пожал плечами, не слишком горя желанием объяснять, но всё же ответил:

— Она тратит деньги на нужные вещи. А раз я их не зарабатываю, то не могу и указывать, на что тратить.

— И кто тебе сказал такое? — рассерженно спросила Найтмер.

— Ну… она, — сказал он и вмиг забеспокоился за рассудок матери, увидев, как Найтмер прищурилась.

— Эм-м, ты же не собираешься навредить ей? — спросил он осторожно, не скрывая волнения, и украдкой перевёл дух, когда она мотнула головой.

«Но я всё равно серьёзно поговорю с ней, — мысленно добавила Найтмер. — Она не сойдёт с ума, но если вздумает брыкаться, то её ожидает суровый урок».

Так ничего и не сказав вслух, она просто прислонилась к человеку и прикрыла глаза от удовольствия, когда он неосознанно начал гладить её по гриве.

А между тем Джейсон уже шёл в сторону дома, размышляя, как бы ему развлечь Найтмер. Мать отсутствовала со вчерашнего дня и вряд ли собиралась вернуться раньше вечера — значит, весь дом находился в их распоряжении. Может, стоило показать компьютер этой пони… аликорну, как она называла себе подобных.

Так и не придумав ничего оригинального, Джейсон решил действовать по обстоятельствам; которые начались через какие-то пять минут, когда он отпер входную дверь. Найтмер плавно влетела внутрь и приземлилась на коврик.

— Я так понимаю, у тебя появилось много свободного времени? — уточнила она.

— Да, хотя я не совсем уверен, как его провести, но я что-нибудь придумаю, — бодро отозвался Джейсон. Ему показалось, что Найтмер задумалась над этим и явно пришла к некоему решению, потому что весело улыбнулась и потрусила в гостиную. Удивлённый её поведением, он проследовал в комнату и чуть не рассмеялся, когда увидел, как аликорн улеглась спиной на диван, раскинув ноги в стороны.

— Очень царственно смотритесь, ваше высочество, — склонился он в шутливом поклоне.

Ответом ему стало досадливое фырканье. Найтмер и так сомневалась в правильности поступка, когда рассказала подростку, что некогда была принцессой Эквестрии. Да и то не упомянула ни об изгнании… ни о том, что в своём мире она, по сути, умерла.

— Мне весьма удобно лежать вот так, — ответила пони чопорно. — Честно сказать, для меня всегда оставалось загадкой, почему Тия никогда не позволяла себе такого.

Джейсон понаблюдал, как она устраивается поудобнее и не удержался от каверзного вопроса:

— Муни, я никак не могу сообразить, как ты можешь лежать на диване и в то же время преспокойно проходишь сквозь стены или людей.

Понимающе хмыкнув, Найтмер подняла на него взгляд:

— Я не могу прикоснуться ни к кому из людей, кроме тебя. А вот для неодушевлённых предметов, вроде дивана или стен, я могу по собственному желанию становиться осязаемой и неосязаемой. Это несложно, когда поймёшь, в чём тут трюк.

— Трюк? — непонимающе спросил Джейсон, присаживаясь на край дивана, и удивился, когда Найтмер совершенно по-девичьи хихикнула и театральным жестом развела передние ноги:

— Чарокобылица никогда не открывает своих трюков. Знай об этом, глупенький жеребец.

— Чарокобылица? — Джейсон прикусил губу, сдерживая смешок. — Признайся, ты только что это придумала.

— Ничуть, мой друг. В давние времена чарокобылиц почитали и уважали. Но увы… их пора прошла давным-давно, и в нынешние дни мало какие пони постигают это искусство.

Джейсон понятия не имел, драматизирует или иронизирует его подруга. В любом случае, её ехидное чувство юмора пришлось ему по душе, и к нему он точно мог спокойно привыкнуть.

Тут Найтмер внезапно поднялась — он едва увернулся от её промелькнувших возле головы ног — и, по-собачьи усевшись, сделала ему знак слушать.

— А теперь, помнится мне, я обещала научить тебя изворотливости самой ночи.

— Не припоминаю про ночь, но да, о чём-то таком ты говорила, — поддразнил Джейсон.

Найтмер покачала головой и человеческим жестом сложила передние копыта перед грудью; взгляд её в точности напомнил Джейсону взгляды учителей, когда они возвращали в реальность замечтавшегося на уроках подростка.

— Пускай я в восторге, что ты перенимаешь моё чувство юмора, но мне бы хотелось надеяться, что и уроки пойдут так же легко, — весело сказала она. — Я открою завесу многих тайн и хитростей, которые станут тебе подспорьем практически в любой ситуации. Но будь бдителен, для этого тебе придётся всё время тренироваться в них — со мной. Я не скажу тебе, когда и как преподам новый трюк, тебе самому предстоит распознать его. Справедливо?

— Справедливо, — кивнул Джейсон.

— Ошибаешься, мой протеже! — посуровела Найтмер. — Не ищи справедливости в изворотливости. Здесь ложь и недомолвки смешиваются с манипуляциями и вопросами, которыми отвечают на вопросы. Но не бойся. К тому времени, когда я покончу с уроками, ты будешь хорошо разбираться в каждой тонкости. В итоге даже я не смогу сбить тебя с толку.

Джейсон чувствовал, что с каждым словом приходит во всё большее возбуждение от перспективы научиться такому искусству. Это не скрылось от Найтмер, и она испытала неимоверное счастье, что с лёгкостью убедила его.

«Как же приятно будет иметь друга, который сравнится в уме со мной. Особенно, когда я вернусь в Эквестрию с ним… Возможно, он убедит остальных пони, что я им не угроза… смею надеяться. А если мы не вернёмся, то он хотя бы сможет защитить себя, пока меня не будет рядом… не то, чтобы я собираюсь оставлять его одного, но нельзя предсказать всё заранее».

Остаток дня Найтмер потратила, обучая нового друга самым основам изворотливости. Её поджидало приятное удивление, когда он начал схватывать всё на лету и чуть ли не сходу почти убедительно соврал ей.

«Признаю, он весьма хорош… может статься, он станет мне ровней в изворотливости раньше, чем я думала».

Но в конце концов на лице Джейсона появилась усталость, слушать он начал вполуха; тогда она решила на сегодня закончить. Без лишней скромности подросток гордился самим собой. Пускай ему предстояло ещё многому научиться, но если повезёт, его учёба у Найтмер будет продвигаться семимильными шагами.

— Прекрасно, Джей. Я и представить не могла, что понибудь столь легко сможет перенимать мои уроки, — подтвердила его мысли Найтмер.

Если зреть совсем уж в корень, таким способом она намеревалась заодно начисто избавить Джея от любого страха перед ней. Сама мысль о его боязни была неприятна аликорну, и она надеялась, что со временем и уроками он сможет понять ход её рассуждений.

— Может быть, всё дело в том, что я не пони, — быстро вставил Джейсон, усмехнувшись при виде улыбки Найтмер.

— Возможно, твой народ лучше приспособляется ко всему, в отличие от моего… Странно, я не могу избавиться от ощущения, будто встречалась с людьми прежде. Не знаю, как такое возможно, и всё же эта мысль не оставляет меня в покое.

Найтмер поморщилась; щекотным пёрышком прохаживалось на задворках памяти смутное воспоминание о встречах с людьми, но, к вящей досаде, большая его часть досталась Луне. Когда принцесса ночи разделилась со своей тёмной половинкой, они забрали часть воспоминаний друг у друга, и теперь кое-где в памяти Найтмер зияли провалы.

— Давай поспим, Муни. Иногда мне удаётся вспомнить что-нибудь только после крепкого сна… может, и у тебя получится, — предложил Джейсон.

Согласно кивнув, Найтмер поднялась с насиженного дивана, потягиваясь всеми ногами и встряхиваясь затёкшими крыльями. А Джейсон поражённо увидел, что за окном уже садится солнце. А вот матери на горизонте по-прежнему не было видно — если только она опять не решила остаться в каком-нибудь отеле.

С другой стороны, это значило, что он может и дальше спокойно общаться с Найтмер, не опасаясь, что покажется чокнутым.

— Ты идёшь, Джей? — повернувшись, Джейсон увидел исчезнувший за дверным проёмом хвост Найтмер, и поднялся за ней в свою комнату. Пока он закрывал люк, одеяло уже было расстелено на полу, и Найтмер разлеглась сверху, оставив свободное место сбоку от себя.

— Опять? — усмехнулся и смутился одновременно подросток. — Мы ведь ещё даже на свидание не ходили.

На что получил не менее насмешливый взгляд в ответ.

— Ну, раз тебе приятнее спать на узенькой и неуютной кровати… — она не договорила в ожидании очередной шуточки и удовлетворённо улыбнулась, когда человек не нашёл, что возразить.

— Вот и хорошо, — продолжила она и похлопала копытом по свободному местечку; улыбка не сходила с её лица, пока подросток раздевался.

Когда Джейсон плюхнулся на одеяло, то крылья Найтмер опять обхватили его и притянули к ней. Как и вчера, он зарылся лицом в шёрстку на тёплой груди и облегчённо вздохнул от нахлынувших чувств уюта и безопасности. Вдобавок, Найтмер обхватила подростка копытами и прижала к себе ещё крепче, удобно устроившись головой на его шее, стараясь не задеть рогом.

— Спокойной ночи, Муни… — глухо пробормотал Джейсон.

— Добрых снов, мой друг, — ответила Найтмер, которую разморило в уютном объятии.

И когда сон позвал их к себе, они не стали сопротивляться.

## Глава 3. Хитрость, зависть и чувства

Найтмер открыла глаза и немедленно улыбнулась при виде спящего подле неё человека. Крыльями она подтянула его к себе, наслаждаясь ощущением навалившейся на неё тёплой тяжести. Она вспомнила, как ей… как Луне в юности не дозволялось находиться в обществе жеребцов… и уж тем более разделять с кем-нибудь кровать. Ну, или пол.

Даже когда Найтмер взяла верх, она не искала мужской компании; и ни тогда, ни теперь не смогла бы ответить, почему. Но сейчас, лёжа с Джейсон, она была более чем уверена, что ни один жеребец не сравнится с человеком — мягким, гладким, тёплым и притом уютным.

Улыбнувшись мыслям, она с неослабевающим удовольствием потёрлась мордочкой о грудь Джейсона. От прикосновения подросток невнятно пробормотал что-то сквозь сон. Тогда Найтмер вплотную приблизилась к лицу, вгляделась в его черты и почувствовала себя капельку счастливее. Настолько, что даже голова чуточку закружилась.

Тихонько она встряхнулась и легла щекой ему на грудь — и не смогла не прикусить губу, когда её сердце вдруг ненадолго забилось быстрее.

« Что это? Уже две недели как повторяется», — подумала она.

Прошёл уже месяц с «приступа безумия» Аарона, как называл это Джейсон, и с тех пор, как она повела своего человека по затейливым дорожкам искусства изворотливости. День ото дня он вникал в него глубже. Конечно, порой ему всё ещё недоставало умения распознать её ложь, но в половине случаев он успешно подлавливал наставницу. Также он преуспевал в обратной стороне этого искусства, научившись с неприличной лёгкостью придумывать убедительные оправдания перед учителями и даже лгать матери.

Особой гордости Найтмер заслуживал случай, когда однажды Джейсон уличил учительницу в занижении оценки за домашнюю работу. Как же мисс Кондрон тогда занервничала!

Вдобавок, сверх уроков изворотливости она заставляла его заниматься собой. Весь этот месяц Джейсону по несколько раз на дню приходилось отжиматься, приседать и выполнять прочие мучительные упражнения. Протест Найтмер подавила в зародыше, поставив подростка перед фактом: или он делает это, или спать будет на кровати в гордом одиночестве.

Разумеется, нововведение не пришлось Джейсону по душе, но проходили недели, и результаты занятий становились налицо: угловатая фигура подростка сгладилась подросшими мышцами, а с лица исчезла та детская припухлость, которая бывает у шестнадцатилетних.

В общем и целом, Джейсон становился привлекательным внешне, что не укрывалось от Найтмер.

Прямо сейчас она нежилась в тепле объятий, хотя её безотказное чувство времени говорило, что настала пора будить человека. Поэтому для начала Найтмер мягко ткнулась носом в его щёку и прошептала:

— Мой друг, пора идти учиться.

Подросток промычал и спросонок потрепал её по щеке, добавив умоляющим голосом:

— Да встаю я, Муни… пару минут ещё, пожалуйста.

Озорно прищурившаяся Найтмер приподняла крылья, позволив прохладному воздуху коснуться кожи человека, и начала лёгонько щекотать его кончиками перьев. Подскочив, Джейсон «попытался» схватить и оттолкнуть крылья — в следующую же секунду Найтмер ещё плотнее обхватила ими подростка, сев и стиснув его в железной хватке. И только он поднял на неё полный досады взгляд, когда она принялась тыкать ему в живот кончиками копыт, вынув Джейсона согнуться и зайтись смехом:

— Муни, с-стой! Щ-щекотно же! Сдаюсь-сдаюсь!

Найтмер мелодично рассмеялась, но смилостивилась и просто обняла его за грудь передними ногами, утягивая глубже в тепло своих объятий. И улыбнулась, когда Джейсон расслабился и прильнул к ней.

— Это так приятно, — тихо призналась Найтмер.

— Знаю, — так же тихо согласился Джейсон.

Они просидели несколько минут, наслаждаясь обществом друг друга так, как не всякие друзья смогли бы. Хотя дружба между обычным человеком и аликорном из другого измерения уж точно не могла быть всякой.

— Тебе действительно пора, Джей, — сказала Найтмер. — До твоего первого урока осталось пятнадцать минут.

Застонав, Джейсон неохотно поднялся; от его нежелания покидать её объятия на душе аликорна потеплело. Подросток схватил из шкафчика первые попавшиеся штаны с рубашкой и чуть ли не кубарем скатился по лесенке, устремившись в ванную; краем глаза он успел заметить, что подруга уже просочилась сквозь стену — явно на полюбившееся место на коньке крыши. Усмехнувшись, Джейсон прикрыл за собой дверь ванной.

Быстро приведя себя в порядок и переодевшись, он вернулся в свою комнату, чтобы повязать на шею новенький цветастый галстук. Эту, как и несколько других вещиц, мама купила ему на днях; восторг Джейсона поначалу был неописуем, но потом он заметил мешки под глазами матери и её чуть блуждающий взгляд. Тут и гадать не требовалось, что Найтмер явно приложила копыто к этим переменам.

Уже покинув дом и влившись в реденький ручеёк бредущих в школу учеников, он украдкой бросил ставший привычным взгляд наверх и незаметно улыбнулся. Тут же Найтмер слетела с крыши и поплыла в воздухе сбоку от него.

— И кого же ты сегодня оконфузишь, Джей? — как бы промежду прочим спросила она.

— Надеюсь, что никого. Ты же знаешь, я не люблю делать этого нарочно, — ответил он вполголоса, не привлекая лишнего внимания.

Пару секунд Найтмер всматривалась в его лицо, прежде чем громко присвистнула и покровительственно похлопала его копытом по плечу.

— Неплохая попытка, Джей, я оценила.

Второй раз за утро он раздосадовано глянул на неё, и в то же время не удержался от смешка.

— Однако я ведь почти убедил тебя? — прошептал он.

Найтмер горячо закивала, довольная тем, что он поддерживал их игру даже тогда, когда ещё не до конца проснулся.

— И что меня выдало?

— У тебя левый глаз дёрнулся после того, как ты соврал, — призналась она.

Джейсон непроизвольно прикрыл глаз рукой и тихо выругался.

— Не волнуйся, мой друг. Не считая этого, ты ничем больше не выдал себя.

Наградив её признательной улыбкой, Джейсон продолжил идти дальше, и через пару минут миновал школьные ворота и быстро вошёл в здание. Когда он был уже на подходе к классу, раздался звонок; подросток юркнул в комнату и торопливо занял место в дальнем углу.

Пока никто не видел, Найтмер вынула из сумки и положила ему на стол учебник. Джейсон благодарно улыбнулся ей, а после перевёл взгляд на открывающуюся дверь. И практически не увидел, а почувствовал ухмылку Найтмер, с какой она посмотрела на вошедшую учительницу математики, мисс Кондрон. Да и сам он прикусил язык, чтобы не рассмеяться.

Их игра заключалась в том, чтобы подросток тренировал свои новоприобретённые способности к изворотливости не только на Найтмер, но и на других людях. Исподтишка он уже проверил нескольких одноклассников и учителей, но врали они так ужасно, что аликорн не сочла их заслуживающими внимания и времени. А вот мисс Кондрон оказалась куда более стойкой мишенью, будучи всего лишь единожды уличённой пару недель назад.

В её пользу играл тот факт, что она пришла на замену предыдущему учителю математики всего лишь те же самые две недели назад, и Джейсон не успел толком изучить её мимику, чтобы ловить её на лжи.

Урок пошёл своим чередом; как и раньше, Джейсон держался особняком, без проблем выполняя задания и отвечая на вопросы. Он не любил хвастаться, но математика всегда давалась ему легко; к тому же занятия в последнее время сделались заметно проще, и он вовсе чуть ли не дремал на них. Наверное, и задремал бы, если бы Найтмер каждые пять минут не шлёпала его копытом по голове, сопровождая это красноречивыми взглядами.

Наконец-то прозвенел звонок, и Джейсон, собрав рюкзак, незамедлительно двинулся к выходу — когда уже у самого порога ему в спину раздалось: «Прошу прощения».

Обернувшись, он увидел, как мисс Кондрон поманила его к себе, чего раньше не бывало. Слегка хмурясь, он подошёл к ней и замер в ожидании того, что она скажет.

Как учила Найтмер: «Не заговаривай первым без необходимости. Так ты куда лучше сможешь прочесть чужие лица и определить, собираются ли тебя одурачить».

— Э-э… Джейсон, не так ли?

Джейсон кивнул, но продолжил молчать и смотреть на неё с деланно скучающим лицом.

— Да, что ж, я хотела бы узнать, не мог бы ты помочь мне кое с чем, — продолжила она любезным голосом.

Пока мисс Кондрон говорила, Джейсон ненароком изучал её лицо и заключил, что разговор она отрепетировала заранее, и уж точно никаких добрых чувств не питала.

— И что вам надо? — всё с тем же скучающим видом продолжил он и увидел, как она моргнула, самую малость выдав досаду.

— Ну, я подумала, что ты мог бы помочь мне, рассказав об Аароне Флетчере.

Найтмер прищурилась, вглядываясь в женщину.

— Мне мерещится… второе дно в этом вопросе, Джей. Будь осторожней, — на полном серьёзе предупредила она.

Приняв её слова к сведению, Джейсон потёр себе виски, будто припоминая:

— Ну… он придурок, которому нравилось постоянно избивать меня, — сообщил он как бы промежду прочим, подбавив в голос искренней злости. — Да и понятно было, что он сидел на наркотиках… и в общем-то всё. Я как-то не особо стремился познакомиться с ним поближе, — резко закончил он.

Мисс Кондрон сочувствующе ему улыбнулась, но покачала головой:

— Нет-нет, я о том, знаешь ли ты, что могло заставить его заболеть несколько недель назад?

Мысленно Джейсон удивился, почему она задала такой вопрос, поскольку не имела ни малейшего отношения к той ситуации. Но заметил вопросительное лицо Найтмер и решил подыграть, и заодно что-нибудь выяснить.

— Я не уверен, мисс. Может быть, наркота попалась некачественная или что-нибудь в таком духе, — пожал он плечами.

И тут Джейсон увидел. Буквально на долю секунды её лицо стало крайне раздосадованным, даже злым; кто-нибудь другой точно не заметил бы этой перемены. Но он и Найтмер заметили.

Затем мисс Кондрон вновь натянула улыбку и приветливое выражение.

— Ну хорошо, Джейсон. Беги на урок, а в случае чего скажи, что я тебя задержала, — сказала она, непрерывно и беспощадно лучась притворной добротой в каждом слове, как урановый стержень.

Джейсон кивнул и быстрым шагом покинул комнату, чувствуя, как Найтмер летит следом. На полдороге аликорн пихнула его в бок, одновременно магией проверив, нет ли кого поблизости. Убедившись, что никто их не услышит, она с серьёзным лицом обратилась к Джейсону:

— Не знаю, что ты подумал, но не была ли мисс Кондрон чересчур настойчива?

— Ещё как была… в смысле, видала, как её перекосило, когда я сказал, что ничего не знаю? — взволнованно спросил он.

Найтмер кивнула и явно крепко задумалась… но затем раздосадовано махнула копытом и со вздохом сказала:

— Пока что ничего больше мы не знаем, поэтому просто будь настороже всякий раз, как она тебя спросит. Посмотрим, что ещё удастся вытянуть из неё.

— А что? Разве только для замещающего учителя она чрезмерно любопытна, — язвительно сказал Джейсон.

Найтмер хмыкнула и обоими передними копытами подтолкнула его в спину, заставляя поторопиться.

После следующего урока Джейсон зашёл в столовую и купил вегетарианский сэндвич, хотя раньше сроду не едал подобного. Но ради Найтмер Мун, которая неприязненно относилась к мясу, он пересмотрел и эту свою привычку; вдобавок, сама аликорн предложила ему перейти на здоровую диету в помощь занятиям. Постепенно Джейсон, сам того не заметив, пристрастился к новой еде.

За что Найтмер была более чем признательна, ведь дело заключалось не только в здоровом питании. Исподволь она морально подготавливала подростка к переселению в Эквестрию, куда намеревалась рано или поздно вернуться, и только вместе с ним… даже если он не захочет.

О таком исходе Найтмер старалась не задумываться, хотя и убеждала себя, что поклялась никогда не оставлять его. И к тому же… он был её единственным другом.

— Приветик, Джейсон.

Отвлёкшись от размышлений, Найтмер недоуменно взглянула на подошедшую к их столику человеческую девчонку. «Кто это?» — вопрос чуть не сорвался с языка, но она успела заметить растерянность на лице Джейсона и решила промолчать.

— Э-э, привет, — осторожно отозвался подросток.

— Ах, ты такой серьёзный. В любом случае, не хотел бы ты присоединиться ко мне и остальным девочкам? Такому парню, как ты, совершенно не идёт сидеть в одиночестве.

Джейсон кашлянул и собрался ответить, что он не один… но вовремя вспомнил о невидимости аликорна для всех остальных.

Оная аликорн взглядом уже кромсала девчонку. «Да что эта девица возомнила о себе?! — кипятилась Найтмер. — Пха, поверить не могу! Попросила Джея присоединиться к ней с подружками!»

Глянувший на неё Джейсон заволновался, опасаясь, как бы она не провернула очередной фокус с кошмарами наяву.

— Эм, спасибо, но мне и одному хорошо, — вежливо отказался он. — К тому же мой невидимый друг такой говорун, ты не поверишь, — театрально понизил голос, на что Найтмер рассмеялась.

Но девчонка лишь хихикнула и взяла его за руку:

— Ох, перестань. Если хочешь, можешь взять своего невидимого друга за компанию. И я сама тоже не прочь поболтать с тобой.

Беспомощный Джейсон позволил себя поднять и увести; по пути он непрестанно косился на пошедшую следом угрюмую Найтмер, которая бормотала себе под нос отнюдь не благие пожелания. Между тем девчонка подвела его к своему столику и начала представлять подружек:

— Знакомься, это Аннабель, Скарлетт и Лиза. Меня зови Вайолет… и нет, мы со Скарлетт никакая не музыкальная группа.

Джейсон рассмеялся этой шуточке и присел-таки к девушкам. Заодно бросил на Найтмер извиняющийся взгляд, который она, поколебавшись, приняла, хотя и с лёгким презрением.

— Джейсон, расскажешь нам немного о себе? — заинтересованно спросила Скарлетт.

— Ну… полностью меня зовут Джейсон Сэмюель Шторм. Мне шестнадцать лет, живу на чердаке в доме матери, и последний месяц сплю в обнимку со своей лучшей подругой, которая летающая волшебная пони.

Найтмер громко хмыкнула, когда Джейсон ответил полную и абсолютную правду. Даже злость её поутихла; а на щеках вовсе проступил румянец, когда он назвал её «лучшей подругой».

На мгновение все за столом замолчали, а потом девушки разразились пронзительным смехом. Скарлетт даже слегка шлёпнула его по груди, чем заслужила убийственный взгляд Найтмер.

— Ха-ха, неплохая шуточка, Джей! Боже, мне бы и в голову такое не пришло! Тебе стоит сниматься в комедиях.

Глаза аликорна распахнулись, она всхрапнула от еле сдерживаемой ярости, когда девчонка с непозволительной фривольностью воспользовалась её, Найтмер, прозвищем для Джейсона!

Подросток натянуто хохотнул, чувствуя растущее напряжение.

— На самом деле мы хотели узнать, — продолжила Скарлетт, — когда это ты успел так похорошеть? Ещё месяц назад ты был… ну… обычненьким.

Второй раз за день Джейсон удивился заданному ему вопросу, но, поняв истинный смысл, слегка покраснел. Поняла подоплёку и Найтмер, пронзив взглядом всех девчонок.

— Ну, знаете, просто регулярные занятия и здоровое питание. Типа того, — неуклюже ответил Джейсон.

— В самом деле? Что ж, ты и впрямь похорошел, — не стала дальше развивать тему Скарлетт. — Хм, как думаешь, сможешь встретиться с нами на этих выходных? Моих родителей в это время не бывает дома, и я обычно всегда приглашаю остальных девочек к себе.

Джейсон понятия не имел, что ему ответить. От него не укрылись весьма… многообещающие взгляды подружек. Да и приглашение Скарлетт мигом заставило кровь отхлынуть от головы и прилить совсем к другому месту.

А Найтмер молча кипела от злости: «Да как она посмела просить о таком Джея?! Эти человеческие самки всего-навсего обычные распутницы! Спрашивать, не хочет ли он навестить их… пха! Он не поддастся только из-за того, что они предлагают себя для ничего не значащего спаривания… Ведь не поддастся же? Джей нипочём не согласится… ну ведь верно же?»

Она посмотрела на друга, взглядом умоляя его отказаться. Однако, когда он даже не взглянул на неё, надежды Найтмер рухнули быстрее подбитого пегаса.

— Заманчиво… но мне придётся отказаться, — чуть резковато ответил Джейсон.

Радость испытанная Найтмер, была неописуемой; сейчас аликорн смогла бы безо всяких крыльев взмыть в воздух и пробить собой потолок. Но она лишь торжествующе посмотрела на девчонок и показала им язык, пока Джейсон не видел.

Озадаченная Скарлетт чуть склонила голову набок:

— Ты уверен? Я к тому, что мы не будем слишком уж долго пудрить носики или вроде того… ну ты понимаешь…

От неприкрытой похоти в её голосе у Джейсона мурашки пробежали по телу, а Найтмер захотелось изгнать девчонку прямиком на солнце.

«Он же отказался, тупая шлю-…»

— Ну… это и впрямь здорово звучит, но я уже запланировал кое-какие дела на выходные. Поэтому в другой раз, договорились?

Не без разочарования Скарлетт всё же кивнула и хихикнула:

— Ладно-ладно. Но ловлю тебя на слове, хорошо? — игриво предупредила она.

«Если только я тебе не приснюсь», — зло подумала Найтмер.

Перевёдший дух Джейсон поторопился расправиться с сэндвичем, после чего попрощался с подружками и быстро покинул столовую.

Столь же быстро прошёл остаток учебного дня; вот прозвучал звонок с последнего урока, и подросток засобирался домой. Машинально он оглянулся, чтобы убедиться, что Найтмер идёт за ним. После случая в столовой она вела себя необычайно тихо, заговаривая только, когда он слишком уж мучился с заданием или начинал отвлекаться.

Несколько минут прогулки — и Джейсон уже шёл по дорожке к дому, со вздохом отметив, что машина матери опять отсутствует. В последнее время мать отсутствовала дома ещё чаще, чем раньше — явно не без влияния Найтмер. С одной стороны, так он мог спокойно проводить время с аликорном… и в то же время ему хотелось наладить хоть какие-то отношения. Но как объяснить это Найтмер, не обидев её?

Не придя к очевидному выводу, он отпер дверь и зашёл в дом, его до сих пор молчавшая подруга влетела за ним. Вместе они поднялись на чердак, где Джейсон с наслаждением скинул рюкзак и большую часть одежды, после чего растянулся на кровати; Найтмер легла на полу и уставилась на свои передние копыта.

— Муни… что случилось? — Джейсон отважился задать вертевшийся у него на языке вопрос. — Ты сегодня какая-то пришибленная.

Найтмер тихонько вздохнула и устало посмотрела на него.

— Ничего не случилось, Джей, я просто притомилась, — тихо ответила она.

— Ты врёшь, — Джейсону даже всматриваться не пришлось, настолько очевидной была ложь.

Вмиг Найтмер вскинулась и зло посмотрела на него, явно собираясь с резким ответом… но подросток ничуть не скрывал своего беспокойства. Увидев это, она просто фыркнула, засопела и уткнулась взглядом в пол.

— Прости, Джей… но я чувствую себя жеребёнком.

Для неё стало неожиданностью, когда он взял её лицо в руки — но невольно прильнула к ним, наслаждаясь теплом.

— Почему?

Простой вопрос — но как сильно он подорвал её мужество, пока она пыталась найти правильные слова для ответа.

— Джейсон, как долго мы дружим? — медленно спросила она.

Вопрос слегка удивил Джейсона, но он улыбнулся и немедленно ответил:

— Четыре недели и три дня.

То, что он помнил с подобной точностью, немного отогрело сердце Найтмер, и она уже спокойнее улыбнулась.

— И… как тебе кажется, насколько мы близки? — продолжила осторожно.

Человек приподнял бровь, но попытался ответить в том же духе:

— Близки? Ну… раз мы спим друг с другом в обнимку, то мы наверняка ближе, чем простые друзья. Но скажу честно, я не знаю… мне не с чем сравнивать.

Найтмер поморщилась от признания, но сразу подумала, что должна была предвидеть такой ответ.

— М-м-м, позволь мне выразиться иначе. Какой… кого ты видишь во мне?

— В тебе? Я… вижу в тебе ту, на кого могу положиться. Ту, кому я могу полностью доверять. И ту…

— Кого же? — подбодрила Найтмер.

Джейсон глубоко вдохнул, затем посмотрел прямо ей в глаза и неуверенно улыбнулся:

— Ту, которая с первой же встречи, совершенно меня не зная, позволила мне спать в её объятиях. Которая присматривает за мной и, пускай я не совсем уверен в её методах, защищает меня, благодаря чему рядом с ней я чувствую себя в безопасности.

— Джейсон… — на глаза Найтмер навернулись слёзы. За всё своё существование она не помнила нипони, кто позволил бы ей почувствовать себя такой… особенной.

— И знаешь, что скажу тебе? — спросил Джейсон.

Пускай Найтмер не нуждалась в ответе, она всё же помотала головой.

— По поводу приглашения этих девушек… навестить их. Месяц назад я бы из штанов выпрыгнул, соглашаясь. Но теперь я не вижу их сколь-нибудь привлекательными. И предложение их не кажется мне… сколь-нибудь привлекательным.

Отведя взгляд от Найтмер, он в спутанных чувствах уставился в пол.

— После того, как мы с тобой были уже так близки друг к другу… Как кто-либо вообще сможет значить для меня так же много, как ты.

От признания Джейсона у Найтмер перехватило дыхание.

«Неужели он видит меня именно такой?»

Она шумно сглотнула и подошла к своему человеку, чтобы копытом поддеть и поднять лицо за подбородок вверх.

— Ты любишь меня, Джейсон?

Подросток стиснул кулаки — слова давались ему с трудом.

— А… а ты?

Замешкавшись, Найтмер закрыла глаза и прошептала:

— Я не знаю.

Несколько секунд оба молчали, а после тихо рассмеялись. Она открыла глаза в тот миг, когда он заговорил:

— Как и я.

Она улыбнулась и прислонилась лбом к его лбу, не забыв чуть повернуться, чтобы не задеть рогом.

— Я завидовала этим самкам, — тихонько призналась она.

— Не стоило. Они хоть и миленькие, но для меня ты вовсе прекрасна, — честно ответил Джейсон.

Найтмер посмотрела ему в глаза и уже не смогла отвернуться, увидев глубоко в них своё отражение.

— Не говори так, Джейсон. Я не похожа на ваших девушек… и вообще — совершенно другой расы.

— Меня не волнует.

— А стоит. Я бессмертна. Ты состаришься и умрёшь, а я продолжу жить. Как я могу позволить себе полюбить тебя, зная, что однажды ты навсегда покинешь меня?

— Неужели я никак не смогу остаться с тобой? — как Джейсон ни крепился, его голос прозвучал жалобно. Он зажмурился, пытаясь напрячься и придумать некий приемлемый выход, но в голову ничего не приходило.

Глаза Найтмер наполнились слезами от горечи в словах друга, и она не смогла не ответить со всей честностью:

— Есть способ… но это непреложное обязательство, Джейсон. Ты будешь навечно связан со мной.

На что Джейсон чуть усмехнулся и открыл глаза.

— И как это вообще может быть плохо?

— Потому что, Джейсон… я многое натворила. Много чего ужасного. Если ты свяжешь себя со мной, то и на тебя падёт тень этих проступков.

Найтмер знала, что настала пора рассказать лучшему и единственному о том, что она сделала.

— Джейсон… в Эквестрии я само зло. Пони боятся меня, сестра ненавидит, и в этом виновата только я.

Её друг промолчал, хотя и посмотрел недоумевающе.

— В былые времена меня звали Луной. Вместе с сестрой мы управляли небесными светилами: она — солнцем, а я — луной. Пони любили солнце, играли и жили под ним. Но нипони не обращал внимания на луну, на мои попытки впечатлить их, привлечь их взгляды к ночному небу, чтобы они смотрели на него с тем же восторгом, как и на дневное светило сестры. В конце концов, неприятие, обида и злоба столь овладели мной, что превратили из Луны… в ту, кого ты видишь пред собой.

Не изменившийся в лице Джейсон только слегка качнул головой, показывая, что ждёт продолжения.

— Случилась битва между сестрой и мной. Я ненавидела её всеми фибрами души, и даже не помню, пыталась ли она успокоить меня. В итоге я проиграла битву и силой могучего оружия, называемого элементами гармонии, на тысячу лет оказалась заточённой на луне. Невозможно представить большее одиночество, ведь там, кроме меня самой, не было ни пони, ни единого живого существа.

Но я вытерпела, дождалась, когда звёзды сложатся нужным образом, и смогла вернуться в Эквестрию. Теперь я находилась в здравом уме, была самой собой. И я искренне верила, что пони примут мой дар вечной ночи. Но они отказались от него. Попытались схватить меня, даже напасть! Я сильно разозлилась… и опять меня сразили тем же самым, чем и в прошлый раз. Не просто сразили — отделили от Луны, моей другой половинки. И я превратилась в не более чем тень на стене.

Найтмер прерывисто вздохнула-всхлипнула и тоскливо посмотрела на Джейсона.

— Понимаешь теперь? Понимаешь, почему я не могу позволить нам быть вместе? Если мы каким-то чудом окажемся в Эквестрии, и на меня нападут снова, то и ты пострадаешь вместе со мной. А это ранит меня сильнее острейшего меча.

Джейсон по-прежнему молчал, что заставило глаза Найтмер наполниться слезами:

— Наверное, мне стоит уйти…

Бессмертная аликорн отвернулась от человека и приготовилась взлететь. Однако, едва она расправила крылья, Джейсон схватил её, развернул к себе и прижался губами к её губам. От неожиданности Найтмер округлила глаза… но вскоре они сами закрылись, и она потянулась навстречу, сливаясь в поцелуе.

Её первом поцелуе.

Сердце Найтмер вновь забилось быстрее, затрепетало — как это случалось последние недели две. Теперь она понимала, почему, и наслаждалась этим ощущением.

Ещё мгновение она прижималась губами к тёплым и упругим губам Джейсона, потом отодвинулась и со слезами, оставляющими на шёрстке щёк мокрые дорожки, посмотрела на него.

— Прошу, Джейсон… я… мы не можем сделать этого.

— Почему нет? Потому, что я пострадаю, если на тебя нападут снова? Ну и хорошо! Надеюсь, что именно так и произойдёт!

— О чём ты говоришь? — ослабшим голосом прохрипела Найтмер.

— Я говорю, что… если ты погибнешь, тогда и для меня не останется причины жить.

Найтмер резко выдохнула, чувствуя холодок в спине. Эти слова Джейсон произнёс со всей серьёзностью.

— Ты… ты не убьёшь себя… Ты не…

В ответ Джейсон посмотрел на неё с такой яростью, что она прикусила язык.

— Ты единственное существо, с кем я сблизился, как ни с кем другим. Благодаря тебе я чувствую себя живым. Куда бы ты ни пошла, я последую за тобой — даже если погибну.

Аликорн не знала, что ответить. Она вообще уже ничего не могла сообразить.

Поэтому взамен она магией толкнула Джейсона на пол, немедленно обхватила копытами и окутала крыльями. Она смотрела на него, и все её возражения таяли под натиском его решимости.

Выпростав правое копыто, она медленно и нежно погладила человека по щеке.

— Никогда прежде я не любила, Джейсон. И я не уверена, действительно ли это то самое чувство, которое я испытываю сейчас. Но… я хочу держать тебя крепко-крепко. Хочу знать, что всегда буду просыпаться в твоём тепле. Хочу слышать от тебя, что ты мой навеки. Любовь или нет, но именно это я чувствую, когда думаю о тебе.

Джейсон протянул руку и начал осторожно гладить Найтмер по щеке — в унисон с её копытом.

— Для меня не имеет значения… твоё прошлое. Оно ушло, и я не стану бередить старые раны. Но я твой навеки, Найтмер. И ты всегда будешь просыпаться рядом со мной.

Найтмер закрыла глаза и встряхнулась, окончательно поверив и приняв реальность происходящего.

— Не знаю, смогу ли сказать…

— Тогда не заставляй — просто дай этому произойти.

С бушующей в душе бурей аликорн притянула Джейсона к себе ближе некуда, растворяясь в тепле его тела. Она посмотрела на человека — её и только её человека.

— Могу я поцеловать тебя? — с волнением спросила.

На этот вопрос Джейсон улыбнулся и потёрся с ней носами, после чего тихо ответил:

— Можешь даже не спрашивать разрешения.

Тогда Найтмер опустила мордочку ниже и снова прижалась губами к его губам. Оба они не могли похвастаться опытом, и Джейсону явно было непросто решиться на такое — это она поняла, когда он чересчур порывисто придвинулся, слегка раскрыв рот. Их поцелуй длился несколько мгновений; затем двое влюблённых отодвинулись и с одинаковым румянцем на щеках посмотрели друг на друга.

— У меня не слишком хорошо получилось?

— Думаю, у нас обоих не очень… но практика исправит дело.

Улыбнувшаяся Найтмер потёрлась мордочкой о его щёку.

— Я не откажусь практиковаться пару раз в день.

— Пару раз?

— М-м-м… может быть, и больше, чем пару раз.

Джейсон скрыл свою глуповатую ухмылку, прижавшись головой к груди аликорна — отчего Найтмер довольно вздохнула и обняла его покрепче.

— Мой…

— Твой…

## Глава 4. Отношения и опасные открытия

Найтмер парила в небе над Эквестрией. Она чувствовала себя легко и чудесно, но что важнее, чувствовала себя живой. Тёмная принцесса обернулась и посмотрела на Джейсона, мчавшегося на собственных могучих чёрных крыльях. Заметив её взгляд, человек радостно улыбнулся, настолько он был благодарен за возможность летать вместе с ней.

— Тебе нравится, Джей? — счастливо крикнула она.

— Ты не представляешь, Муни! Это превосходно! — восторженно ответил он.

Улыбнувшаяся Найтмер полетела к нему, заставив приостановиться и просто плыть по ветру. Она подобралась вплотную и положила голову ему на грудь, затем вовсе прижалась всем телом. В ответ человек нежно погладил её по мордочке, чем побудил кобылу взглянуть на него и потянуться губами к его губам. С тихой усмешкой Джейсон наклонился и встретил её ласковым поцелуем, заставившим Найтмер довольно простонать и чуточку податься навстречу.

Вскоре они отстранились и любяще посмотрели друг на друга.

— Любовь моя… ты ведь любовь моя? — тихо спросила она.

— Я всегда твой… отныне и навсегда, — признался он.

Найтмер счастливо вздохнула и потянулась за новым поцелуем… когда внезапно сверкнуло, и в человека ударила молния.

— Джейсон! — воскликнула Найтмер одновременно с тем, как Джейсон вскрикнул от боли. Парень бросил на неё взгляд и вымученно улыбнулся. Она метнулась к нему, дотронулась копытом… и в этот момент, к её ужасу, он развеялся в пыль, так и не прекратив улыбаться.

В полнейшем потрясении Найтмер распахнула глаза, одновременно тщетно пытаясь поймать улетающие крупицы.

— Нет… Нет, нет, нет! Умоляю, Джейсон, нет! Прошу, любовь моя, не оставляй меня!

Раздавшееся сзади хлопанье крыльев заставило её резко обернуться и с нахлынувшим страхом узреть собственную сестру, зловеще смотрящую на неё сверху вниз.

— Такой монстр как ты, не заслуживаешь ничьей любви, — жестоко усмехнулась Селестия.

Весь мир наполнился издевательским смехом, снова и снова напоминающим о её прошлом, её ошибках… о том, что Джейсон вовсе не любил её. Небеса обернулись черной бездной, в которую Найтмер упала…

…и с резким вдохом открыла глаза, едва справившись с порывом заорать и зарыдать. Она помотала головой, вытрясая остатки кошмара, и торопливо посмотрела на своего человека… на Джейсона. Обеспокоенно нахмурилась, когда он жалобно всхлипнул сквозь сон.

Приблизившись, она ласково потёрлась мордочкой о его щёку. Тут же, как по мановению рога, Джейсон начал успокаиваться и скоро задышал глубоко и спокойно. Тогда Найтмер крыльями притянула его к себе и, ощутив тепло, усилием воли заставила себя прекратить трястись.

Ей всего лишь приснился сон… хотя ни в одном из них раньше она не была готова сойти с ума от горя. Но сон уже ушёл, Джейсон лежал в её объятиях, и она могла не бояться за него.

Будто услышав её мысли, он повернулся и зарылся лицом в шёрстку на груди. От прилившей нежности у Найтмер вмиг закружилась голова, и она покрепче стиснула крылья вокруг него.

Да, теперь всё происходило по-настоящему… и человек принадлежал ей.

Вслед за такой мыслью на неё нахлынуло счастье, разбавленное капелькой влечения. Упиваясь этими ощущениями, аликорн погрузилась обратно в сон.

* * *

Как странно…

Проснувшись, Джейсон сразу понял — что-то не так. Он едва мог пошевелиться от некой навалившейся на него тяжести; однако, когда он поднял веки, то прямо перед лицом увидел кое-что странное и в то же время — самое приятное в жизни: мордочку Найтмер.

Скосив взгляд, он нашёл разгадку. Найтмер буквально распласталась по нему, крепко обняв и подсунув крылья под спину. Притом щекой она невольно тёрлась о его щёку. Захоти, Джейсон мог отодвинуться… но тогда он разбудит её от сладкого сна.

В поисках способа решить проблему он пролежал до тех пор, пока аликорн не начала поглаживать его хвостом по ноге. Тут-то Джейсон набрался смелости, но не стал звать по имени; взамен он выпростал руку из-под её крыла и нежно погладил по лицу.

Стороннее чувство медленно потянуло Найтмер из мира снов. Но вместо досадной головной боли от неурочного пробуждения реальность встретила её на удивление приятным ощущением чьих-то ласковых прикосновений. Немедленно бывшая принцесса сообразила, что к чему, и с улыбкой уткнулась мордочкой в ладонь человека.

— Доброе утро, Джей, — сказала она еле слышно.

Когда она открыла глаза, у Джейсона перехватило дух от чистых, неподдельных чувств, которые он увидел в её безмятежном взгляде. Столько тепла, столько заботы…

Мысль напросилась как-то сама собой.

— Муни… я хочу спросить кое о чём.

Найтмер кивнула, приподняв бровь.

— Ты ведь говорила мне… что у тебя никогда не было друзей, так? Значит, у тебя не было и возлюбленных?

Тут же аликорн хитро ухмыльнулась и сдвинулась, нависнув лицом над лицом подростка.

— Уж не ревнуешь ли ты, мой сладкий? — спросила игриво.

На секунду Джейсон остолбенел от столь нежданного упрёка, но взял себя в руки.

— Не совсем, Муни. Просто ты… ты… так посмотрела на меня…

Он замешкался, не в силах подобрать подходящее слово. Но к счастью, Найтмер догадалась, о чём речь, и сама смутилась.

— Прошу прощения, Джейсон. Ты прав в своей догадке, что я никогда не была… любима пони-либо. Ты первый, кто вообще проявил ко мне сочувствие… даже притом, что мы едва знали друг друга. От тебя я впервые почувствовала заботу… и да, любовь будет верным словом. И больше я не хочу чувствовать чего-либо другого… не хочу, не нуждаюсь в пони-либо другом. Я имею в виду… благодаря тебе я чувствую себя полноценной.

Чем дальше Найтмер говорила, тем более ошарашенным выглядел подросток. Она задалась вопросом, испытывал ли он то же самое хоть когда-нибудь, к кому-нибудь. Но если верить тому, что она знала о прошлом Джейсона, у него раньше не было кобылы, не говоря уже о поцелуях с кем-либо.

Выходило, она единственная, кто вообще заботится о нём, как он сам заботится о ней. Потому-то они оба просто идеально подходили друг другу. И тем больше у Найтмер появлялось причин не отпускать его.

Тем временем удивлённое лицо подростка переменилось, сделавшись крайне смущённым. Заинтересованная такой переменой аликорн склонила голову набок.

— С тобой всё в порядке, Джей? Ты слегка покраснел.

С Джейсоном всё было в полном порядке: уж точно не каждый день ему доводилось слышать столь откровенное, истовое и сильное признание. Но сейчас его терзало нечто другое… нечто, зовущееся утренним стояком.

Выдавив из себя неловкую улыбку, Джейсон попытался выдумать какой-нибудь предлог выбраться из-под Найтмер. Не то, чтобы он чересчур обеспокоился… но вряд ли она столь же легкомысленно отнесётся к этому курьёзу.

— Всё хорошо… Эм-м, если не возражаешь, не могла бы ты отодвинуться… Просто мне нужно… сделать… кой-чего…

Ему захотелось хорошенько врезать себе: в жизни он не врал столь неуклюже — ну или в последнее время, по крайней мере. Но когда дело дошло до столь щекотливой темы, все связные мысли вылетели у него из головы.

И конечно же, такая откровенная ложь не могла не удивить и не заинтересовать Найтмер, отчего подросток повёл себя как полнейший… неумеха; словно пропускал все её уроки мимо ушей. Но все вопросы отпали, стоило ей шевельнуться и сообразить, в чём именно заключалась его проблема.

Хотя для неё это вовсе не было проблемой.

Аликорн незаметно улыбнулась и решила слегка поддразнить человека.

Для начала бесстыжая кобыла принялась невинно и как бы промежду прочим тереться о него, тыкаясь мордочкой ему в щёку. Затем наклонилась и стала покрывать его шею лёгкими поцелуями; всё это время она делала вид, будто совершенно не замечает, какой эффект её действия оказывают на сконфуженного возлюбленного.

Джейсон пребывал в крайнем замешательстве. Случайные или нарочные прикосновения и поцелуи аликорна ничуть не помогали его «проблемке», которая вскоре обещала вырасти в куда большую «проблему»… и тогда ему, скорее всего, придётся сжечь трусы и развеять пепел над океаном.

— Э-э-э, Муни, пожалуйста, не могла бы ты, эм-м, прекратить? — с надеждой спросил он.

Продолжая тереться о него, Найтмер уткнулась носом в нос подростка и непонимающе взмахнула ресницами.

— Прекратить? Что прекратить, Джей? — она сдержала улыбку, ощутив, как его «проблема» упёрлась ей в живот.

Изо всех сил Джейсон старался дышать ровно, хотя конец был уже опасно близок. Высвободив руки из-под крыльев аликорна, он крепко схватил её за круп и заставил остановиться. Но предвидевшая это Найтмер лишь ухмыльнулась и придвинула мордочку вплотную к его рту.

— Я думаю, для этого ещё немного рано, — игриво поддразнила она.

Джейсон понял, что именно он сделал, и немедленно убрал руки… только затем, чтобы они оказались придвинуты магией обратно. Он обратил недоумевающий взгляд на кобылу и чуть не сглотнул, завидев блеск в её глазах.

— Но это не значит, что я возражаю.

В следующий миг Найтмер заняла его рот страстным поцелуем; тяжело было поверить, что ещё вчера они не мыслили о подобном. Заодно она продолжала тереться о Джейсона, заставляя его задыхаться и содрогаться от удовольствия. Потом всё-таки отодвинулась и с наслаждением прислушалась к его сбивчивому дыханию, прекрасно понимая, что наделала с ним.

— Ах, Муни… если ты… не прекратишь… я не продержусь… долго!.. — пробормотал раскрасневшийся Джейсон.

Слова слегка застали врасплох аликорна, не ожидавшей столь сильного отклика; однако признание наполнило её душу самодовольством.

— Хм-м, Джейсон, я кажусь тебе привлекательной? — снова поддразнила она.

— Ещ-щё какой! — выдохнул он.

— И правда ли я делаю тебя… счастливым? — продолжила она.

— Да! А если ты остановишься… пожалуйста… я стану гораздо счастливее!

Найтмер только улыбнулась и, напротив, прижалась чуть крепче, заодно нежно лизнув его в щёку.

— С какой стати мне останавливаться? В конце концов, ты мой целиком и полностью… — она навалилась ещё сильнее, словно придавая весомости своим словам, — …и здесь тоже!

От её непрекращающейся игры Джейсон до боли закатил глаза, прекрасно осознавая, что продержится не дольше минуты-другой.

Когда его забила дрожь, у Найтмер возникло искушение довести его до предела, но тогда её план пошёл бы насмарку. Поэтому она всё-таки решительно остановилась и стала с неослабевающей ухмылкой наблюдать.

Не сразу, но Джейсон сообразил, что всё прекратилось. С немым вопросом в глазах он посмотрел на неё — ответом ему стала улыбка аликорна, как ни в чём не бывало поднявшейся с него и присевшей в сторонке. Правда, невозмутимость её дала трещину, едва она увидела, как сильно трусы подростка натянулись спереди. Невесть каким усилием ей удалось не покраснеть, но вместе с тем она была весьма довольна собой.

— Да… эм… я в душ собирался. Да, именно в душ, — скороговоркой пробормотал Джейсон, вскочив на ноги и старательно отворачиваясь. Втихомолку посмеивающаяся кобыла смотрела, как бочком пробрался мимо неё и чуть ли не кубарем скатился по лесенке. Спустя несколько минут снизу донёсся приглушённый шум воды, и Найтмер мысленно она поздравила себя с успехом. Настала пора переходить к последней части плана.

Джейсон стоял под душем, специально выкрутив воду похолоднее, но его «проблема» никак не спадала: в мыслях настойчиво всплывали образы того, что Найтмер делала с ним. Но дело было не только в этом. То, как она притязала на него, на его тело, одаривая при этом любящими, если не одержимыми взглядами…

Кто бы мог подумать, что его потянет на подобное.

В какой-то момент ему показалось, что струи воды странно текут по спине: вниз и опять вверх. Он оглянулся и подпрыгнул слегка от испуга, увидев Найтмер, которая поглаживала его копытом. Лукаво глянув ему в лицо, она опустила взгляд к паху. Джейсону откровенно померещилось, будто шёрстка на её щеках потемнела, а в глазах промелькнуло неприкрытое любопытство.

Сама Найтмер по оставшимся у неё обрывкам воспоминаний Луны могла точно сказать, что раньше никогда не видела возбуждённого жеребца. И всё же, невзирая на отсутствие опыта, ей в голову пришла хорошая идея о том, что можно сейчас сделать с её человеком.

Зовите это кобыльей интуицией.

— Ох, Джей, ты выглядишь немного взволнованным. Может быть… я помогу тебе успокоиться? — с хитрецой спросила она.

Не дав Джейсону опомниться, аликорн приблизилась вплотную и толкнула его спиной на стену душевой. Затем встала на дыбы и крепко обхватила подростка крыльями, лишая возможности сбежать, и уж после пылко поцеловала в губы. Постыдное желание вновь охватило подростка, но смущение быстро прошло, едва аликорн обхватила член мягким местечком позади копыта и плавно задвигала ногой вверх-вниз.

Прервав поцелуй, Найтмер ухмыльнулась, увидев на лице Джейсона гримасу возбуждения.

— Тебе хорошо… любимый? — спросила игриво, но на слове «любимый» её голос дрогнул. Как легко ей далось это слово. Наверное всё дело было в похоти… или нет, не только в ней. Она не была до конца уверена, не могла утверждать, но назвав его так, она почувствовала себя счастливой.

На вопрос Джейсон ответил слабым кивком, слишком возбуждённый для связных фраз. Тут же Найтмер разом остановилась и, невыносимо близко подвинувшись мордочкой к его рту, нежно обдав губы тёплым дыханием, повторила:

— Любимый, я хочу услышать, хорошо ли тебе.

— Д-да, х-хорош-шо… Мне никогда… никто не делал этого раньше… — выдохнул он признание.

Найтмер довольно улыбнулась и продолжила медленно поглаживать его член, испытав просто огромное удовлетворение, что подросток отдался ей в копыта. Вскоре он задрожал и отнюдь не из-за холодного душа. Сама же аликорн оставалась сухой, поскольку вода попросту текла сквозь неё.

— Ты скоро, любимый? — соблазнительно прошептала она и улыбнулась, услышав сдавленный стон. — Надеюсь, ты осознаёшь, что наделал, связав меня с собой. Ты мой, полностью мой. Твоё сердце моё, твоя душа моя… Ты принадлежишь мне!

Она видела, как чаще он задышал, и понимала, что подвела его к краю. Оставался всего лишь лёгкий толчок… или правильная фраза — и наконец-то случится то, чего хотели они оба.

— Кончи для меня, Джейсон! Твоё тело знает, кому принадлежит, и я желаю, чтобы оно отдало то, что моё!

Она прижалась губами к его губам и проурчала всего три слова:

— Просто… не… сдерживайся…

Этого хватило человеку, чтобы достигнуть оргазма и со стоном выплеснуть семя. Найтмер продолжила ласкать вздрагивающую плоть — большая часть густой белёсой влаги растеклась по груди, лишь немногое пролилось мимо. Вдохнув острый мускусный запах, аликорн прикрыла глаза от удовольствия; ей понравилась пришедшая в последний миг идея, чтобы человек оставил на ней свою метку. А ещё подумала, что Селестия непременно отпрыгнула бы в сторону, так сильно она волновалась и робела всякий раз, когда у неё доходило до этого дело… с пони-то, кого Найтмер не могла вспомнить.

Аликорн гладила обмякающий член, пока раскрасневшийся подросток не положил ладонь ей на копыто.

— Как тебе, любимый? — полюбопытствовала Найтмер, желая узнать, хорошо ли справилась.

— Это было… ох-х, — Джейсон прикусил губу. — Это было великолепно. Я никогда не чувствовал ничего подобного раньше.

— Хороший ответ, любимый, — его робость согрела душу Найтмер, и она вполне заслуженно похвалила себя за хорошую работу. — Но теперь, я полагаю, нам следует помыться?

Улыбнувшись, Джейсон кивнул… и тут же со смехом отвернулся, едва вода перестала протекать сквозь Найтмер и тучей брызг разлетелась по сторонам. В следующие несколько минут человек и аликорн игриво мыли друг дружку, заодно придя к согласию, что будет неплохо отныне принимать душ вместе.

Время поджимало. Приведя себя в порядок и собравшись, Джейсон покинул дом; Найтмер присоединилась к нему уже на улице. Снаружи их поджидал погожий денёк — другого и быть не могло. Однако затем Джейсон заметил кое-что, не слишком ему понравившееся.

— Похоже, мама собирается привести на выходные своего хахаля, — он с ненавистью уставился на стоявший возле забора фургон с надписью «Чистка и уборка от Стивенса».

— Почему ты так решил? — полюбопытствовала Найтмер.

— Она всегда обращается в эту фирму, когда собирается сделать уборку дома. Чёрт, я-то надеялся, что она уедет, и мы останемся с тобой вдвоём.

Джейсон с нетерпением ждал грядущие выходные: обычно мама уезжала, оставляя его одного заниматься тем, чем захочет. Тогда он мог вдосталь разговаривать с Найтмер, не выглядя при этом чокнутым, и без опаски упражняться с ней в уроках изворотливости в добавление к обычной домашней работе. А теперь, когда он и Найтмер стали близки, то они вполне смогли бы заняться кое-чем ещё. С румянцем на щеках Джейсон подумал, как сможет отплатить ей. Конечно, на компьютере у него хватало «взрослых» фильмов, в которых стоило подсмотреть парочку-другую идей. Но как исхитриться и сделать так, чтобы не заметила Найтмер?

— С тобой всё в порядке, любимый? Ты притих.

Джейсон оставил раздумья и глянул на парящую в воздухе аликорна, которая озабоченно смотрела на него сверху.

— Я в порядке, милая, просто задумался, вот и всё, — заверил он её.

Вмиг из обеспокоенной мордочка Найтмер сделалась донельзя счастливой.

— Милая?

— Ага… или тебе не нравится? — неуверенно спросил Джейсон, но подруга тут же развеяла его сомнения, опустившись и крепко обняв его. В ответ он осторожно потёрся о неё лицом, сожалея, что не может столь же чувственно ответить на объятие. Вряд ли люди не обратят внимания на остановившегося посреди улицы и обнимающего воздух подростка.

Оставалось надеяться, что Найтмер поймёт… судя по её вздоху, она действительно понимала. И всё же расстроилась, потому что отодвинулась и с хмурой миной полетела дальше.

Однако Джейсону удалось-таки изумить её, когда он углядел пустой переулок и в два счёта затащил туда Найтмер.

— Джей, что ты?!.. — начала и замолчала она, когда Джейсон быстро чмокнул её в губы, заставив замолчать — Найтмер только заморгала и удивлённо посмотрела на него. Джейсон только усмехнулся и накрыл её щёку ладонью, к которой аликорн уже по привычке прильнула.

— Я не эксперт в отношениях, Муни, но оставлять свою девушку несчастной я не собираюсь, — признался он.

Услышав, как он назвал её своей девушкой, Найтмер буквально содрогнулась от радости. Нипони не звал её так раньше, и для бывшей принцессы это оказалось в диковинку. В весьма приятную диковинку, от которой даже слегка потеплело между задних ног.

Этот мир нравился ей всё больше и больше.

Нипони здесь не мог ни видеть, ни ненавидеть её. У неё не было иных обязанностей, кроме как беречь своего жеребца; и не просто жеребца, а того, с кем она провела бы вечность. В общем и целом, этот мир дал ей прекрасную передышку от косых и полных отвращения взглядов пони.

Но если она и Джейсон свяжут себя друг с другом крепкими узами, то им придётся уйти отсюда. Чем дольше они будут жить вместе, тем сильнее её магия будет исподволь воздействовать на избранника. Останься они, и другие люди заметят, что Джейсон не стареет. За остальные эффекты, случайные и неподвластные ей, она вовсе не могла положить копыто.

На этот риск стоило идти только, если двое пони искренне и беззаветно любили друг друга.

Наконец, Джейсон отпустил её и, подмигнув, как ни в чем не бывало вышел из переулка, чтобы продолжить свой путь. Найтмер быстро нагнала его по воздуху и полетела рядом, неосознанно прижимаясь к нему так же, как любая кобыла льнёт к жеребцу.

В школу они опоздали на несколько минут; под конец Джейсон сорвался на лёгкий бег, чтобы успеть и не попасться на глаза инспектору. Пробежав по коридорам, он ворвался в кабинет и уселся сзади, а Найтмер заняла привычное место сбоку от него. Она всё ещё слегка льнула к нему, и Джейсон чувствовал себя на удивление уютно, будто самого её присутствия было достаточно для его безопасности.

Минутой позже в дверь прошла мисс Кондрон. Обычно учительница ограничивалась коротким приветствием и сходу приступала к занятию. Однако сегодня Джейсон заметил, как она метнула на него торжествующий взгляд, будто была явно в чём-то уверена. Но почему, отчего и, самое главное, в чём — этого он не знал.

Он глянул на Найтмер в надежде, что она заметила или поняла больше, но та по-прежнему сидела с чуточку мечтательным лицом и прикрытыми глазами. Подумав, он решил не беспокоить её своими смутными тревогами.

Сегодня классу предстояло решать очередной тест — задание, за последние пару недель набившее оскомину и подростку, и аликорну. Впрочем, остальных учеников это не особенно заботило, напротив, многие были даже счастливы. «Лентяи», — молча фыркнул Джейсон; точно в ответ на его мысли сбоку Найтмер фыркнула с неменьшим чувством и притопнула копытом:

— Твоей учительнице следует быть поумнее. Хорошую же услугу она оказывает ученикам, выпуская их в мир без каких-либо знаний, научив только, куда ставить галочку.

Джейсон низко склонился над тестом и вполголоса, будто рассуждая, ответил:

— Согласен с тобой, милая. Но честно, раньше так не было. Иногда мне кажется, что мисс Кондрон просто не хочет учить нас.

Найтмер сосредоточенно наморщилась, отчего Джейсону её личико показалось весьма миленьким. Однако вслух он ничего не сказал: ему нравилось спать на полу в обнимку с аликорном и не хотелось отправляться обратно на кровать. Вполне себе ирония.

— Джейсон, а если ты прав, — медленно произнесла Найтмер, заставив подростка мельком взглянуть на неё и снова уткнуться в бумаги.

— О чём ты?

— Что если… мисс Кондрон не учит вас как следует… потому что не знает, как учить.

Моргнув, Джейсон быстро убедился, что учительница смотрит в книгу, а не на него, и повернулся к Найтмер, всем видом показывая, что внимательно слушает.

Найтмер серьёзно посмотрела на него и положила копыто ему на колено.

— Для начала — то, как и о чём она спрашивала тебя вчера, уже само по себе выглядело подозрительно. Вдобавок, она заменила мистера Дисси спустя менее двух недель после того, как тот грубиян оказался в лечебнице. Прибавим факт, что она совершенно ничему вас не учит… что, если она здесь вовсе не для того, чтобы учить?

Пока Найтмер объясняла, Джейсон прикладывал все усилия, чтобы не таращиться на учительницу. И он не мог не признать, что в словах Найтмер имелся смысл.

— Но если она не учит нас, то чем же занимается? — тихо спросил он.

Найтмер задумчиво потёрла копытом подбородок.

— До вчерашнего дня она ни разу не подзывала к себе других учеников, но с какой-то стати выделила тебя. Это может означать, что по некой причине она наблюдает именно за тобой, — тут мордочка Найтмер стала встревоженной. — На твоём месте я стала бы вести себя куда осторожнее, любимый. Не знаю, с чего ты заинтересовал её, но вряд ли по хорошему поводу.

Коротко кивнув, Джейсон повернулся обратно к уже законченному тесту, размышляя над словами аликорна. Ведь и впрямь, мисс Кондрон расспрашивала его об Аароне, ни о чём другом; учила чёрте как, а уж как посмотрела на него сегодня… Неспроста она стала вдруг такой самодовольной.

Наконец-то прозвенел звонок, и Джейсон немедленно поднялся с места, на ходу закинув сумку на плечо. Он уже почти вышел из класса, когда заметил, что подруга отстала. Обернулся, но Найтмер жестом показала ему идти дальше.

«Что она задумала?» — подавив порыв остаться, Джейсон еле заметно склонил голову и неторопливым шагом двинулся на следующий урок. Однако долго ждать не пришлось, и примерно на полпути он ощутил знакомое тепло прильнувшей к нему Найтмер.

— Что такое, Муни? — прошептал он, поглядывая по сторонам на случай, если кто-либо посмотрит в его сторону.

— Я ощутила нечто ещё тогда, когда мы пришли на урок. Не уверена, что это такое, но мне пришлось ударить электричеством, чтобы эта штуковина прекратила жужжать и раздражать мою магию.

Что-то опустилось в карман Джейсона. Выждав несколько секунд, он вынул этот предмет и с любопытством повертал в пальцах. Предмет оказался металлическим кругляшом размером с пятицентовую монетку, но заметно тяжелее. И подросток уже точно видел подобное раньше.

— Найтмер, это жучок! — взволнованно выдохнул Джейсон. — Такое устройство, с которым можно незаметно подслушивать всё, что угодно. Я видел похожее на том же сайте, где искал наушники. Но с чего кому-то понадобилось устанавливать его в школе?

— Не уверена, любимый, но оно находилось неподалёку от места, где ты обычно сидишь, — Найтмер со всей серьёзностью посмотрела на «жучок», затем подняла его в магической ауре и буквально стёрла в порошок. — Теперь я только сильнее беспокоюсь за тебя. Учительница-самозванка, теперь это… Что, если пони-то следит за тобой?

— Кому это сдалось? Я не представляю никакого интереса.

Найтмер не знала ответа. Ни у кого не было причин следить за человеком. Единственное, что могло вызвать подозрение, было… было то, что только он мог…

Возникшая идея показалась настолько невозможной, что Найтмер отмахнулась хвостом от неё. Ни один человек нипочём бы не почувствовал этого. Но других разумных вариантов больше не приходило в голову, и она решила придержать возникшую теорию при себе, пока не найдет больше доказательств. Поэтому на вопрос Джейсона аликорн только пожала плечами и подтолкнула его, поторапливая на урок.

Остаток дня прошёл быстро и без каких-либо выдающихся событий. Разве что Джейсон внезапно прогулял физкультуру, отлучившись по непонятному личному делу и заодно упросив Найтмер не следовать за ним. Нехотя она согласилась, хотя дала себе зарок с этого дня не оставлять возлюбленного одного. Она чувствовала нависшую над ним смутную угрозу и не желала упускать Джейсона из виду даже на минуту, не говоря о большем сроке. Но она уважала его и сдержала своё слово, не став даже расспрашивать потом.

После окончания уроков человек и аликорн сразу направились домой, и вскоре Джейсон уже запер за собой дверь, одновременно прислушиваясь. Дом встретил его тишиной и застоявшимся воздухом, хотя уборщики ещё должны были работать. А если судить по налёту пыли на мебели в прихожей, они вообще не появлялись.

Как странно; с другой стороны, у Джейсона появилась надежда, что выходные с Найтмер всё-таки получатся на славу.

— Итак, Муни, что мы… — вмиг копыто уткнулось ему в рот, заставив замолчать, в то же время аликорн зажгла рог и огляделась прищуренным взглядом. Тут и там раздались громкие хлопки, заставив Джейсона настороженно замереть. Секундами позже он получил ответ, когда из разных комнат в коридор слетелись восемь маленьких круглых предметов, на вид весьма знакомых.

Взгляд Найтмер потяжелел, и по мановению рога все они были раздавлены в пыль. Только потом она отняла копыто от лица человека и посмотрела на него.

— Думаю, нет нужды дальше задаваться вопросом, следят ли за тобой, Джейсон, — сказала как само собой разумеющееся.

— Понимаю… — растерянно сказал подросток. — Но зачем? С чего ради устанавливать эти штуковины в моём доме? Как они вообще сумели сделать это? Мама была дома сегодня, как кто-то мог вот так запросто войти и растыкать жучки по углам?

— Ты говорил, что сегодня придёт очередной мужчина твоей матери, — напомнила Найтмер.

— Только вечером, а перед этим у нас должны были прибраться.

Аликорн огляделась, затем принюхалась и скривила морду:

— Если кто-то здесь и наводил порядок, то лишь в собственном воображении.

Против воли Джейсон хмыкнул, когда Найтмер почти дословно повторила его мысли. Если мифические уборщики здесь и впрямь появлялись, то наводили они порядок так же хорошо, как мисс Кондрон учила математике.

Как мисс Кондрон…

Он вспомнил о виденном утром фургоне и задними умом сообразил, что обычно уборщики не приезжают в такую рань, когда люди ещё собираются на работу. К тому же мать всегда, когда собиралась пригласить кого-нибудь домой, без лишних обиняков намекала, что неплохо бы Джейсону где-нибудь прогуляться или не высовываться.

И теперь, учитывая отсутствие уборки и наличие жучков… Господи! Картина вырисовывалась не самая приятная.

— Тот фургон, который стоял снаружи этим утром, — взволнованно принялся объяснять Джейсон. — Похоже, он был не совсем тем, чем казался…

Объяснение у него вышло сбивчивым и неуверенным, но Найтмер выслушала его, не перебивая. Под конец она вовсе прикрыла глаза и тихонько кивала; самому Джейсону объяснение начинало казаться нелепым. В конце концов, что за шпионские игры?!

Тем не менее, его подруге это не казалось нелепицей.

— Джейсон, любимый, — медленно произнесла она. — А если… за тобой следят потому… что кто-то каким-то образом узнал обо мне?

— Узнал о тебе? — неверяще переспросил Джейсон. — Как? Я не сделал ничего, что могло бы тебя выдать, так откуда кто-то мог прознать о тебе?

Найтмер вздохнула и жестом пригласила его проследовать на чердак… на их чердак. Там она дождалась, когда подросток плюхнется на кровать, сама же устроилась на полу перед ним.

— Джейсон, моя проделка с грубияном могла не остаться незамеченной. Наверное, в твоём мире имеются способы обнаружить меня… или, скорее, обнаруживать магию.

Джейсон нахмурился от этого предположения и растерянно потёр затылок.

— Хорошо, но даже если так, зачем шпионить именно за мной? — эта мысль никак не отпускала его. — Ведь ты пользовалась магией и на других людях… вспомни хотя бы, как ставила магические подножки тому придурку каждый раз, когда он пытался пнуть мячом в меня.

Найтмер хихикнула от воспоминания, но постаралась сосредоточиться на делах насущных… как и на том, что её человек упускал из виду.

— Знаю, Джейсон, но есть одно отличие. Всё это время мы спали вместе, — Найтмер вздохнула и прислонилась головой к его груди, продолжая объяснять. — Моё тело слишком слабо, чтобы удерживать всю магию, поэтому оно направляет часть её в гриву и хвост, а они-то большую часть времени витают рядом с тобой, касаются тебя. Даже сейчас я моя магия омывает тебя, любимый… ты буквально купаешься в ней. И если соглядатаи каким-то образом засекли именно это…

Джейсон шумно сглотнул, осознав, что это значит для него.

— Тогда рано или поздно… они придут за мной, — тихо закончил он, ощутив, как она кивнула, не отнимая голову от груди.

Найтмер подняла лицо к его лицу и ободряюще улыбнулась, лёгонько сжала крыльями и копытами в объятии.

— Не бойся, любовь моя. Я защищу тебя от них, даже если мне придется свести их с ума… Нипони не тронет моего жеребца.

Джейсон не сумел удержать благодарную улыбку, хотя частью разума беспокоился насчет её «безумных методов».

— А я не позволю кому-либо трогать мою девушку. Я пропаду, если тебя разлучат со мной, Найтмер.

Найтмер довольно улыбнулась, услышав это. Крыльями она плавно стянула подростка с кровати на пол, где надёжно спрятала под своими крыльями.

— Этому не бывать, Джейсон. Если они попытаются отнять тебя у меня, тогда… я сожалею, зная, что ты не согласишься. Но я убью их всех, если они попытаются.

Джейсон нахмурился, будучи не в силах возразить. Месяц назад он наверняка попытался бы отговорить её, но сейчас такое решение показалось ему лицемерным.

Особенно потому, что он был готов поступить точно так же, как и она.

## Глава 5. Позволь показать тебе мою любовь

Было примерно пять часов вечера. Джейсон неподвижно стоял в бывшей гостиной заброшенного дома и, закрыв глаза, пытался сосредоточиться. Зависшая в воздухе неподалёку Найтмер с толикой сочувствия наблюдала за подростком, чьи поднятые и обращённые друг к другу ладони уже заметно подрагивали.

— Сосредоточься, Джей, — посоветовала негромко, стараясь не нарушить его концентрацию.

Её человек глубоко вдохнул и выдохнул, затем резко распахнул глаза и прищёлкнул пальцами. Сухо треснули проскочившие по ним искры, и чёрная молния ударила в обшарпанную стену, оставив на кирпичах солидную подпалину.

Гордая Найтмер улыбнулась и, подлетев, обняла Джейсона сзади.

— Превосходно, Джей! Я знала, что ты сможешь! — счастливо воскликнула она, потираясь мордочкой о его щёку.

— Это правда здорово, Муни! — с неменьшим восхищением отозвался подросток, но почти сразу Найтмер заметила морщинку на лице и забеспокоилась.

— Что такое? Гордись, ведь ты только что сотворил магию.

Смутившийся от собственной несдержанности Джейсон потёр затылок.

— Я горжусь, Муни, просто… когда я творил это заклинание, оно показалось мне каким-то… неправильным. Будто нечто внутри меня сопротивлялось использованию именно такой магии, — он поднял робкий взгляд на Найтмер. — Это тебе о чём-нибудь говорит?

Ещё несколько секунд аликорн молча рассматривала подростка как диковинку, пока не улыбнулась снова.

— Не возьмусь утверждать, но порой даже самые могущественные единороги могут совладать исключительно с одной разновидностью магии — скажем, огненной или водной. Возможно, электричество — просто не твоя стихия.

Озадаченный Джейсон задумчиво похмыкал, но не сказал ничего вслух и приготовился снова запустить молнию.

Было бы преуменьшением сказать, что подросток удивился, когда Найтмер предложила ему научиться магии. С большим трудом ей удалось просто убедить человека, что у него вообще есть способности.

У неё имелась причина для подобной настойчивости. С тех пор, как друзья обнаружили слежку, аликорн твёрдо вознамерилась научить Джейсона защищаться и тренировала его с утра до вечера. Причём не только в магических искусствах: Найтмер прекрасно умела сражаться вовсе без магии, что и продемонстрировала, несколько раз уложив подростка на лопатки. И теперь изо дня в день учила его, как быстро и экономно двигаться, когда уклоняться, а когда — бить.

Никогда не предугадаешь, что именно пригодится на войне.

И заодно Найтмер волей-неволей пришлось вложить в Джейсона частицу собственной сущности. Слишком маленькую для создания сколь-нибудь прочной связи между ними, но достаточную, чтобы высвободить некоторые сокрытые способности человека. Джейсон не знал, что именно сделала Найтмер — и это угнетало её.

Она не раз задавалась вопросом, с какой стати вообще так поступила. И дело было не только в том, что подросток становился более лакомой мишенью для соглядатаев; существовала ничтожная — но не нулевая — вероятность, что он мог обратиться в жуткое создание наподобие неё самой.

Несмотря на отравляющие разум мысли, она не могла не находиться подле своего человека денно и нощно, пускай даже всё больше купала его в магии с каждым новым прикосновением.

Он был её личным дурманом… и не мог принадлежать кому-либо ещё.

Мечтательно вздохнув, аликорн продолжила наблюдать, как человек концентрирует энергию для нового заклинания.

Полчаса спустя тренировка закончилась, и Найтмер с возлюбленным отправились домой. Сначала они негромко болтали, но потом пошли в молчании, наслаждаясь приятной погодой. Человек и аликорн уже научились понимать, когда им было о чём поговорить, а когда — подумать о своём. Долгая прогулка как нельзя лучше подходила для этого.

В последнее время настроение Джейсона нельзя было назвать безоблачным. Его мать пришла в неописуемый восторг, когда наконец-то обратила внимание, насколько похорошел сын. Неизбалованный её вниманием подросток вначале обрадовался столь разительной перемене; однако после посещения пятнадцати магазинов одежды подряд он пожаловался Найтмер, что лучше бы всё оставалось так, как прежде. Вдобавок ни одно из простейших заклинаний, будь то огня, воды, воздуха, земли или электричества, толком не давалось ему.

Сама Найтмер прекрасно знала, в чём тут дело. Разгадка крылась в самой личности Джейсона. Он был спокойным, но не всетерпимым. Он умел, но не хотел драться. И он не принимал отношений, какие можно описать словами «знакомый», «дружок»: либо другой человек становился ему настоящим другом, либо нет. Никаких компромиссов; Найтмер сама придерживалась подобного мнения. Джейсон был лёгким на характер, но так же легко вспыхивал. Сам того не заметив, в искусстве уловок и хитростей он встал почти вровень с наставницей и превратился в силу, с которой следовало считаться. Найтмер не ожидала, что это произойдёт так скоро, и теперь гордилась своим человеком. Желала своего человека.

Сейчас, летя рядом с Джейсоном, она посматривала на него краем глаза и понимала, что не находит слов выразить всю свою привязанность. Уже давно стало очевидным, что она влюбилась, но тут крылась ещё одна загвоздка. Аликорн называла человека любимым, и всё-таки до сих пор не сказала ему прямо, какие чувства испытывает.

Не сказала три заветных слова.

«Как же я люблю его, — Найтмер чуть наклонилась, чтобы Джейсон ненароком не заметил её гримасу. — Сердце так и скачет… и в то же время я спокойна. А когда он касается меня… ох, ни с каким пони ещё я не чувствовала себя настолько желанной. Он остаётся верен мне даже, когда эти… блудницы… донимают его просьбами навестить их! Лучше бы им оставаться подальше, ради их же блага!»

Наверное, её лицо сделалось совсем уж выразительным, потому что в какой-то момент она заметила, что подросток посматривает на неё и хмурится. Но вслух ничего не сказал и вскоре отвернулся, отчего ей стало стыдно. Изо дня в день он всячески заботился о ней и выказывал приязнь — и всё равно она не могла отделаться от мысли, что Джейсона могут отнять у неё.

Она попросту боялась. Только слепой мог не заметить все знаки внимания, которыми теперь одаривали Джейсона человеческие девушки. Среди них имелись особы не только весьма привлекательные, но и достаточно дерзкие, чтобы не стесняться ненароком демонстрировать то, что могло показаться подростку заманчивым.

«А что заманчивого он может найти во мне? — Найтмер критически осмотрела себя. — Ничего по человеческим меркам. Наверное, понибудь сказал бы, что у меня подтянутый круп, острый и хорошенько обточенный рог… ну, что перья в крыльях ухожены и уложены один к одному. Но людям это безразлично! Как я могу понравиться Джейсону, если он не увидит в моей внешности ничего красивого?!»

Она стиснула зубы в попытке удержать рвущийся изнутри стон отчаяния. Но мысль настойчиво продолжала стучаться в голове. Мысль, что рано или поздно человек найдёт кого-нибудь симпатичнее. Однажды он назвал её красивой… но могло статься, что сказал это исключительно от неожиданности. Или потому, что в тот раз страсть затмила ему разум. А его отлучки, когда он просил оставить его одного и уходил куда-то… чем ещё это могло быть, как не признаком грядущей разлуки?!

Как Найтмер ни старалась, удручающие мысли одолевали её всю дорогу до дома Джейсона. Настроение её улучшилось, только когда она заметила, что подросток из прихожей направился прямо в ванную. Задвинув тоску в дальний уголок сознания, Найтмер плавно полетела вслед за ним по лестнице. С того случая, как аликорн протянула «копыто помощи», они почти ежедневно принимали душ вместе. Иногда она не просто тёрла ему спинку… но опять же, Джейсон не отвечал ей ничем большим, чем крепким поцелуем.

На секунду аликорн замерла на верхней площадке, прикусив губу — и решительно прошла сквозь дверь. Весь день она любовалась своим человеком — а сейчас настала пора превратить взгляд в прикосновение!

Джейсон уже стоял под тугими струями и намыливался, смывая пот и напряжение после всех сегодняшних тренировок. Несколько увлёкшись, он не заметил появления Найтмер и вздрогнул, когда она неслышно подошла сзади и поцеловала его плечо. Но тут же обернулся и мягко положил ладонь ей на щёку.

— Любимый… могу я присоединиться? — с хитрецой спросила она, не без удовольствия наблюдая, как его глаза быстро потемнели.

— Хм-м, не уверен… наверное, я всё-таки хочу побыть один, — весело поддразнил он.

С деланным изумлением Найтмер приподняла бровь, а после резко встала на дыбы и принялась осыпать его губы поцелуями. Не ожидавший подобного Джейсон чуть не поскользнулся, но был подхвачен крыльями аликорна.

Нежно касаясь и поглаживая его тело, она постепенно опускала копыто ниже, пока не дотронулась до члена. К её удовлетворению, зажмурившийся Джейсон тихонько простонал.

— Раз ты хочешь побыть один, я могу уйти, — медленно проговорила Найтмер, не торопясь убирать копыто. — Но мне кажется, ты этого не хочешь.

Глядя, как Джейсон лишь растерянно покачал головой, она испытала жгучее желание обладать им — и громадное удовольствие от осознания своей власти над ним. Он принадлежал только ей и нипони больше!

Но ради уверенности кобыла вновь завладела его губами и уже спокойно улыбнулась, когда человек не менее пылко ответил на поцелуй. И в то же время принялась быстро ласкать копытом его естество, с усмешкой чувствуя, как подросток почти сразу задрожал. Оставив в покое губы, она нежно и медленно провела языком по его шее — Джейсон содрогнулся ещё сильнее.

Вот-вот он должен был подойти к грани, но именно тогда Найтмер остановилась и безмятежно подмигнула ему, прежде чем мимолётно чмокнуть и улетучиться обратно сквозь стену. Напоследок она успела заметить, что подросток остался стоять под душем, обалдело смотря перед собой.

На уме аликорна сейчас были поистине дьявольские планы.

Найтмер влетела в их комнату и разлеглась на новой двуспальной кровати — нежданный подарок от матери Джейсона. Хотя нежданным он был только для самого Джейсона, а бывшая принцесса ночи не торопилась просвещать возлюбленного. Найтмер только посмеивалась, вспоминая тот занятный сон женщины, в который однажды забралась.

Всего-то понадобилось воплотить парочку личных страхов, чтобы рыдающая человечка покорилась ей. Тогда Найтмер от души позабавилась, но не стала рассказывать обо всём Джейсону, полагая, что он не разделит её веселья.

Но в самом деле, как можно бояться сгнить заживо? Становилось понятно, почему мать Джейсона в ущерб сыну прилагала все силы и деньги, превращая себя в подобие куклы. Поэтому по возвращению в Эквестрию Найтмер намеревалась окружить возлюбленного роскошью и богатством, хотя и подозревала, что вряд ли он прельстится подобным. Может быть, стоило одарить его ещё большим могуществом?

Люк мансарды скрипнул, и отвлёкшаяся от размышлений Найтмер многообещающе ухмыльнулась, после чего разлеглась в самой привлекательной позе, которую смогла выдумать. И в деланном смущении посмотрела на донельзя взволнованного и недовольного человека, явившегося на пороге.

Её зазывная поза не укрылась от глаз Джейсона, чьи брови так и взлетели в немом вопросе. Придерживая обёрнутое вокруг бёдер полотенце, он неуверенно зашёл дальше, но снова остановился под взглядом Найтмер.

— Э, Муни, ты в порядке? — спросил беспокойно. — Ты как-то… немножко странно ведёшь себя.

Ухмыльнувшись шире, магией Найтмер подхватила и швырнула подростка навзничь на кровать: он только всплеснул руками, уронив по пути полотенце. В мгновение ока аликорн взобралась на Джейсона, теперь такого же обнажённого, как и она сама, и с лёгкой усмешкой посмотрела ему в лицо.

— Джейсон… я хочу тебя, — сказала тихо, не без удовольствия наблюдая, как возлюбленный занервничал.

— Я… чего?

Найтмер любяще улыбнулась и, склонившись, осыпала его шею россыпью поцелуев, вкладывая в каждый толику страсти и желания. Она прекрасно чувствовала, как сильно Джейсон смущён и возбуждён. Ему нравились прикосновения шёрстки к голой коже, и аликорн лёгонько прижималась к нему всем телом, лёгонько тёрлась, согревая и заботясь. И в то же время было ясно видно, что он обескуражен происходящим.

— Муни, ты точно в порядке? — спросил он снова. — Я не говорю, что не хочу… но тебе не кажется это немного неожиданным?

На что бывшая принцесса коснулась его губ своими, обдав их дыханием.

— Тише, любимый. Ты ведь хочешь… просто отдайся и насладись тем, что я хочу дать тебе… что я хочу сделать тебя своим, — ободряюще сказала она голосом, в котором слышались отголоски чувства собственности.

И Джейсон почти поддался, остановившись только у самого края.

— Найтмер… в чём дело? — шёпотом спросил он с отчётливым беспокойством.

Вопрос сбил кобылу с толку, заставил её моргнуть и открыть рот… но ни единого слова не вышло наружу. Она отодвинулась и боязливо взглянула на человека.

— Джейсон… я понимаю, что не привлекаю тебя внешне, но… но я хочу знать, убедиться, что ты хочешь только меня. Пожалуйста, не проси меня остановиться… мне нужно это, мне нужен ты!

В ответ на мольбу Джейсон лишь недоверчиво посмотрел на неё. А затем расхохотался к полному изумлению аликорна.

— Что смешного? — спросила она.

— Ты сама смешная, — покачал головой подросток. — Ты и впрямь думаешь, что я оставлю тебя? Из-за того, что ты не кажешься мне привлекательной?

От каждого слова сердце в груди Найтмер замирало; наконец, она закрыла глаза и обречённо кивнула. Но всё равно услышала его вздох и тихое бормотание: «Какой же я придурок».

Но она не успела подумать, что бы это значило — только взвизгнула, когда внезапно её толкнули и опрокинули на спину. Открыв же глаза, ошеломлённая аликорн увидела над собой улыбающегося Джейсона, который беззастенчиво рассматривал её тело. Мигом мордочка Найтмер вспыхнула, а уши предательски потеплели… особенно когда она невольно поджала передние ноги к груди.

— Так ты думаешь, что не кажешься мне привлекательной? — спросил он, но что могла ответить Найтмер? Лишь стыдливо промолчать.

Джейсон лишь покачал головой и, к недоверию аликорна, начал мягко поглаживать её бока обеими ладонями.

— Так ты думаешь, что не кажешься мне привлекательной? — повторил он с улыбкой и поцеловал её аккурат под подбородком, отчего обычно властная кобыла тоненько ахнула.

— А если я сделаю так? — спустился ниже и несколько раз поцеловал её грудь, чуточку задерживая каждый поцелуй.

— Или так? — столь же невыносимо медленно он поцеловал животик.

— Ох, Джейсон… — Найтмер осеклась, когда возлюбленный провёл ладонями там, где совсем недавно целовал. У раскрасневшейся аликорна только и хватало сил следить за его движениями. Но всё равно оказалась застигнутой врасплох и довольно простонала, когда человек стремительно наклонился и поцеловал ей прямо в середину кьютимарки, погладив по крупу с другой стороны.

— Или так? — невинно улыбнулся Джейсон, довольный тем, как она реагирует на его ласку.

Затем он замер. До ушей Найтмер донёсся прерывистый вдох, и она взглянула на Джейсона; увидев же, куда именно он сейчас смотрел, аликорн вспыхнула и покрепче стиснула передние копыта. Ей уже давно казалось, как сильно потеплело между задних ног.

К её восторгу, Джейсон опять просто улыбнулся.

— Или так? — спросил хрипло, приблизившись лицом, чтобы поцеловать то самое разгорячённое местечко. Содрогнувшаяся от удовольствия Найтмер воздыхающим голосом ещё произносила его имя — а человек уже с любовью полизывал её вульву.

Возможно, он сам не понимал, что и зачем делает; аликорн чувствовала эту неуверенность в его движениях. Но с каждым прикосновением мягкого языка Джейсон доказывал, что любит её как никого другого, показывал свою преданность ей. И не только языком: руками он по-прежнему крепко стискивал круп и гладил бёдра по кьютимаркам. Найтмер казалось, будто она умерла и разом очутилась на небесах. Ей нравилось то, что происходило с ней, нравился Джейсон… она любила его, желала его… нуждалась в нём.

А затем охваченная ревностью и страстью аликорн поняла, что именно желала сильнее прочего: чтобы Джейсон сделал её своей. Объявил, что она принадлежит ему, а он — ей. Именно так и никак иначе.

К тому времени Найтмер находилась почти на самой грани, но всё же магией подняла Джейсона и уложила его обратно на спину, а сама уселась сверху. Немедленно вздохнула от удовольствия, когда твёрдая горячая плоть прижалась к промежности, и даже чуточку поёрзала, потёршись. Затем уж посмотрела на сбитого с толку подростка и поцеловала его медленно, без прежнего неистового пыла, порождённого похотью. Сейчас они смотрели друг на друга, и в глазах Джейсона аликорн видела себя такой… хрупкой и напуганной.

Правой рукой Джейсон дотронулся и погладил её по щеке — испуг сменился чистым блаженством, и прервавшая поцелуй Найтмер прильнула к ладони.

— Джейсон, любимый… я… мне кажется… я люблю тебя, — сказала она, запинаясь, в ожидании ответа не сводя с него мокрых от слёз глаз. Ответа, который был ей отчаянно нужен.

Признание поразило Джейсона, будто он вовсе не ждал услышать от неё таких слов. Ведь она всегда была такой смелой и уверенной в себе.

Но сейчас вместо могущественной, пускай и бывшей принцессы он видел беззащитную кобылу. Она ждала, чтобы Джейсон сказал что-нибудь… нет, не что-нибудь, а именно то самое — самое страшное, что ему когда-либо пришлось бы сказать. Был ли он готов ради неё?

— А я люблю тебя, — ответил подросток на одном дыхании, и по щекам Найтмер пролились слёзы радости.

Ради неё он сделает всё, что угодно.

Ласково улыбнувшись, Найтмер уткнулась носом в шею человека, чей запах успокаивал её.

— Хотелось бы мне остаться с тобой навсегда, Джейсон. Я хочу, чтобы мы никогда не разлучались.

Джейсон просто обхватил её и стал гладить по спине удовлетворённо вздохнувшую аликорна. Его аликорна, его кобылу, его сладостный кошмар.

— Что ж… я не против, если ты будешь моей навеки, — сказал он, подбавив в голос ровно столько властности, чтобы это не казалось натужным. Хотя и немного, учитывая, кто на самом деле вёл в их паре.

В животе у Найтмер защекотало от этих ноток, и она посмотрела на Джейсона, хищно оскалив поблёскивающие резцы.

— Я уже твоя, любимый. И ты тоже. После сегодняшней ночи ты будешь моим навсегда.

Сдвинувшись вперёд, стройная кобыла цвета ночи вновь прижалась промежностью к члену. Ещё совсем недавно, думая об этом мгновении, она волновалась, однако сейчас спокойно взирала на возлюбленного, уверенная в том, что собиралась сделать.

— Джейсон, — нежно выдохнула она. — Займись со мной любовью.

Аликорн, пони — не человек — но всё равно просила его разделить с нею то, что была готова разделить с ним.

Не то, чтобы у Джейсона имелся особый выбор: одним своим существованием Найтмер начисто лишила шансов любых других девушек приглянуться ему. Они больше не казались ему привлекательными. Они не были такие, как аликорн. Никто не мог сравниться с ней.

Уже безо всяких колебаний человек перевернулся вместе с Найтмер и уложил её под собой. Последний раз посмотрел на неё, задавая немой вопрос, — кобыла кивнула. Она снова разволновалась, но с доверием к Джейсону сумела пересилить себя.

И это доверие придало уверенности ему самому.

Медленно он вжался пахом в пах кобылы, которая обхватила и притянула к себе подростка задними ногами; мгновением позже точёная мордочка исказилась в гримасе, когда Джейсон вошёл в Найтмер.

Их невинность была потеряна.

Войдя до конца, Джейсон остановился, едва сдержав потрясённый вздох — настолько приятной и жаркой оказалась тугая хватка. Всё-таки он смог ненадолго отвлечься от этих ощущений и погладить Найтмер по щеке, нежно поцеловать, чтобы умалить ту боль, которую она испытала в первые мгновения.

Поначалу она лежала, крепко зажмурившись и не шевелясь. Но со временем и лаской возлюбленного все её неприятные ощущения ушли — остался безбрежный океан удовольствия. Распахнув бирюзовые кошачьи глаза, она любяще посмотрела на Джейсона и крепко-крепко обняла передними копытами.

— Это невероятно, Джей… чувствовать тебя внутри. Прошу… продолжай, мне нужно больше.

Это было предложение, от которого нельзя отказаться, и Джейсон отодвинулся, чтобы затем медленно войти обратно и услышать женственный стон. Так это и продолжилась: он отодвигался и входил, снова и снова, до тех пор, пока кобыла уже не дышала даже, а непрерывно стонала.

— Ох, Джейсон, быстрее! Сильнее! Сделай меня своей! — приказывала она, удерживая его, словно от этого зависела её жизнь.

Возможно, так оно и было.

Движения человека стали быстрее, толчки — сильнее; вскорости он уже буквально наваливался на неё, не входя — вбивая член в нутро. Найтмер могла только кричать от удовольствия, но и крики её стихли, стоило Джейсону пленить её губы своими, и от этого она распалилась сильнее.

Как же он удивился, когда мир вокруг опять кувыркнулся, и оказавшаяся сверху кобыла принялась безжалостно скакать на нём. «Он мой! Мой, мой, мой, мой!» — торжествовала она.

Вид совершенно разнузданной кобылы едва не заставил Джейсона кончить сейчас же. Всегда острый взгляд рассеянно блуждал по сторонам из-под полуопущенных век, язык слегка свисал изо рта, а уши прижимались к голове, выдавая полнейшее довольство. Резко вздохнувший человек наклонил её — она вцепилась в его губы своими и начала горячо целовать, чуть ли не кусая.

Вскоре человек отпрянул и зажмурился от досады, чувствуя накатывающий оргазм. Он отчаянно пытался удержать его, дождаться, когда аликорн кончит первой.

— Не сдерживайся, любимый.

Всё теми же полузакрытыми глазами Найтмер смотрела на Джейсона с довольно жестокой ухмылкой, продолжая неугомонно скакать на нём. И в то же время её взгляд оставался любящим.

— Найтмер… я не смогу…

— Тогда не пытайся, любимый… Я хочу это, хочу прямо сейчас! — приказала она, вкладывая больше сил в каждое движение и стискивая нутро вокруг члена.

Больше Джейсон не мог сдерживаться.

Со счастливым вздохом Найтмер ощутила, как тёплое семя выплеснулось глубоко внутри. Для неё было подлинным блаженством осознавать, что она довела возлюбленного до такого удовольствия, заставив утратить контроль над собой. То, от чего она не могла и не собиралась отказываться.

Тем временем Джейсон перевёл дыхание после оргазма и расслабленно вытянулся… пока ухмыльнувшаяся во все зубы Найтмер не склонила лицо к нему и не зажгла рог.

— О нет, любовничек, ты ещё не закончил. Ты ещё не заставил меня потерять контроль над собой, как я заставила тебя. Не совсем справедливо.

Озадаченный Джейсон уже собрался задать вопрос, но тут ощутил, что его член до сих пор не обмяк. Не успел он сообразить, что происходит, как Найтмер встала с него и безо всяких затей прилегла рядом, развернувшись к нему крупом. Дразняще покачала бёдрами, обмахнула хвостом глуповато ухмыльнувшегося человека, подманивая его к себе. И беззвучно простонала, когда человек снова вошёл в неё; недавно распалившаяся почти до оргазма, она ощутила, как это сладкое чувство вновь начало закипать внутри. А Джейсону оставалось только изумляться, как разогрелось туго обхватившее член нутро кобылы. Как после такого какая-либо девушка могла сравниться с Найтмер? Теснота и почти невыносимый жар сочетались с тем, как искусно она владела собственным телом, и никто другой даже близко не смог бы повторить подобное.

— Ох чёрт… Муни… Найтмер… я сейчас…

— Я тоже! Просто сдержись ради меня! Ещё две секунды хотя бы!

Найтмер оказалась застигнута врасплох, когда Джейсон быстро притянул её к себе и навис сверху — а дальше ей оставалось только лежать и постанывать, пока в неё входили снова и снова. И чувствовать, с какой головокружительной скоростью приближается оргазм.

В какой-то миг аликорн замерла, не обращая внимания на движения возлюбленного, а после запрокинула голову и закричала изо всех сил от сотрясшего её первого в жизни оргазма. Джейсон стремительно зажал ей рот пылким поцелуем, и кобыла сжала его губы своими не менее яростно, крупно дрожа от захлестнувшего её удовольствия. И тут же второй раз внутри неё разлилось горячее, вязкое семя.

Плавно толчки Джейсона замедлялись, пока он не завалился без сил набок и на ощупь натянул одеяло на них обоих. Заодно приятно удивился, увидев на простыне вполне зримые влажные пятна от оргазма его незримой любовницы. Ошеломлённо подумал, что именно из-за него она не сдержалась.

В это время Найтмер развернулась и медленно завалилась поверх Джейсона, тяжело дыша и наслаждаясь охватившей тело приятной слабостью. Полусонно посмотрела на него и чмокнула в подбородок, после чего поудобнее устроилась головой на груди.

— Теперь ты отмечен мною, любимый. Ты мой на целую вечность… навсегда…

Джейсон просто приложил палец к её губам, заставив умолкнуть; тогда она закрыла глаза и заснула, пригревшись в уютных объятиях.

Её тепло окутывало улыбающегося Джейсона, грива и хвост развевались на невидимом ветру, овевая прохладой его кожу. Вскоре человек сомкнул веки вслед за любимой, предвкушая спокойный сон в тихую ночь.

Если бы только этому суждено было сбыться.

* * *

Вой сирен и грохот входной двери в мгновение ока разбудил их обоих. Ни секунды не медля, они выбрались из кровати: Найтмер просочилась наружу, в то время как Джейсон кинулся одеваться.

Когда аликорн стремительно влетела обратно, подросток как раз пытался натянуть спросонок кроссовки, но тотчас прекратил это занятие, едва увидел, до какой степени его подруга взволнована, если не напугана.

— Найтмер? Что случилось? — Джейсон быстро подошёл к ней.

— Джейсон… снаружи много людей. Мы не сможем сразиться с ними всеми, все они вооружены, и я физически не смогу навредить им, — усилием воли кобыла заставила прийти в себя и взволнованно поглядела на своего человека. — Любимый… они пришли сюда… и захватили твою мать.

— А… — Джейсон закусил щёку изнутри. — Что… если ты сделаешь с ними то же… что тогда с Аароном?

Мгновение Найтмер размышляла над вариантом, но снова покачала головой:

— Их слишком много…

Внизу грохнуло особенно сильно, и вздрогнувший Джейсон сообразил, что неизвестные сломали входную дверь. Метнувшись в дальний угол комнаты, он быстро натянул рюкзак с самыми нужными вещами, недавно собранными на всякий случай — хотя ни он, ни Найтмер не ждали всерьёз, что такой случай вообще произойдёт.

И уж точно не ждали нападения множества вооружённых людей, намеревающихся во что бы то ни стало захватить его.

— Что нам делать, Муни? — спросил подросток, чьё сердце билось тем быстрее, чем громче раздавался топот ног внизу.

Найтмер знала точно, что можно сделать… но это было слишком опасно. Слишком много чего могло пойти не так. Это могло убить его или её, или вообще их обоих. А могло вовсе обернуться уничтожением половины квартала.

Но ей придётся попытаться… иначе она потеряет Джейсон навеки.

— Подойди сюда, быстро! — с перепугу рявкнула она.

Джейсон не заставил повторять себе дважды и подскочил к Найтмер, которая в тот же миг магическим усилием заставила его встать на колени.

— Муни, что ты…

— Ты любишь меня, Джейсон? — перебила аликорн человека. — Ты в самом деле любишь меня? Твоё сердце… твоя душа не желают никого, кроме меня?

Удивлённый Джейсон зажмурился и тряхнул головой… но именно на этот вопрос он мог дать ей один-единственный ответ.

— Да, я люблю и хочу только тебя, и ни за что не полюблю кого-либо другого. Зачем ты меня спрашиваешь?

Но Найтмер ласково улыбнулась и прикоснулась копытом к его губам, потом накрыла их своими в нежном поцелуе. Её рог засиял, да так ярко, как никогда раньше.

Отстранившись, аликорн дотронулась рогом до лба подростка, улыбаясь сквозь слёзы при мысли о том, что сейчас произойдёт.

— Я тоже люблю тебя, поэтому доверься. А если это окажется для меня концом, то прошу, последуй за мной в бездну. Я подожду тебя.

Глаза Джейсона тоже наполнились слезами от этих слов, но всё, что он мог сейчас сделать, — просто погладить её по щеке, и на краткое мгновение Найтмер прильнула к мягкой тёплой ладони.

А затем, пока он не успел отвлечь или остановить её, аликорн медленно погрузила рог ему в голову.

Боли не было — зато Джейсон познал Найтмер, всё её существо. Ей мысли, надежды, мечты и страхи. Её безграничную любовь к нему. И сама Найтмер познала подростка, его любовь к ней… и то, как это чувство трещало по швам. Она увидела свой прекрасный образ, нарисованный в его сознании. Но ещё увидела, каким неуверенным был Джейсон рядом с ней — и вовсе не от страха или разочарования, нет. Её мощь подавляла его.

Ей не хотелось этого, не хотелось, чтобы Джейсон чувствовал себя слабым и низведённым её могуществом. Это напоминало, какой неуверенной она была сама, сравнивая себя с человеческими девушками, как принижала себя… хотя Джейсон всегда видел в неё гения чистой красоты.

В одно мгновение их воспоминания стали общими. В одно мгновение человек и аликорн вспомнили всё забытое, узнали друг о друге всё: каждое переживание, каждый урок, каждую радость и каждую горесть. А ещё они вспомнили и узрели не только прошлое Найтмер, но и прошлое её бывшего второго «я».

Напольный люк рывком ушёл вниз, и несколько затянутых в костюмы мужчин забрались в комнату, где их глазам предстал сидящий на коленях и крепко зажмурившийся Джейсон, окутанный почти неразличимым сиянием.

Подросток и пони не заметили их, как не замечали и того, что магия делала с ними самими. Невидимая людскому взору Найтмер медленно растворилась в воздухе, превратившись в облачко, которое Джейсон тут же вдохнул.

Один из мужчин схватил его и без особых усилий закинул себе на плечо — Джейсон не шелохнулся. Бурлившая в нём магия ещё не прекратила своё воздействие.

Опасное воздействие, могущее обернуться чем угодно.

Вскоре его вынесли наружу. При виде бесчувственного сына миссис Шторм, которая до сих пор мирно стояла у входа, вскрикнула и забилась в хватке человека, держащего пистолет у её виска. Соседи, кто выглядывающие из окон, а кто собравшиеся поодаль, вытянули головы, пытаясь понять, что же происходит.

В суматохе никто не обратил внимания, что еле различимое сияние вокруг Джейсона пропало, оставив у него на лбу метку: лунный серп на тёмно-синем небе.

«Любимый… всё получилось».

Слитный вздох многих людей пронёсся над улочкой, когда уже наполовину зашедшее вечернее солнце вдруг разом опустилось за горизонт, и взамен на налившемся багрянцем небе взошла кроваво-красная луна.

Все подняли взгляды наверх, даже те люди, кто ворвались в дом Джейсона. Потому-то внезапный вопль застал их врасплох; они разом повернулись, наводя оружие на подростка, неведомо как уже вставшего на ноги. Тот мужчина, что нёс его, лежал на дорожке, скрючившись в предсмертной агонии.

На глазах всех тень Джейсона исказилась, превратившись в фигуру высокой стройной пони. Эта тень расправила бестелесные крылья и двинулась вслед за человеком, когда он медленно развернулся и угрожающе уставился на людей кошачьими глазами, ничуть не похожими на прежние.

— Мы предупреждаем вас лишь единожды. Оставьте нас, освободите нашу мать и не возвращайтесь, — голос его звучал сдвоенным эхом.

Ведь так оно и было. Два разума на одну слившуюся душу. Две личности с воспоминаниями обеих. Два существа, ставшие одним, в котором чистая магическая сила Найтмер смешалась с бесподобным потенциалом Джейсона. Их и до того высокие интеллекты, объединившись, теперь мыслили за гранью обычного понимания.

Даже сама Селестия ничего не противопоставила бы их мощи, и они знали это.

Но раз выросла их сила, не увеличились ли слабости?

От скопления машин напротив дома вышел ещё один мужчина в костюме и остановился в паре шагов от… существа.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, мальчишка. Теперь иди с нами, пока кто-нибудь не пострадал, — приказал он, как бы невзначай кивнув в сторону матери Джейсона.

Существо лишь ухмыльнулось и растопырило пальцы, почти ко всеобщему удивлению окутавшихся чёрной аурой. Почти — за исключением самодовольно улыбающейся женщины, которая совсем недавно вела уроки математики у класса Джейсона, а сейчас держала пистолет у виска миссис Шторм.

А существо-Джейсон посмотрело на свою руку, изумлённо созерцая ауру. На самом деле её чернота не означала чего-либо смертельного или зловещего. Напротив, чёрный появляется, когда множество цветов сходятся в одной точке; точно так же множество разновидностей магии слились в этом существе. Его способности не ограничивались чем-то одним: ему было подвластно всё.

«Это… неожиданно. Ох, что же теперь получится!»

Мужчина в костюме стиснул зубы, с трудом преодолевая собственный страх, который он испытывал, смотря в глаза Джейсона. И пугал его не столько их внешний вид, сколько переполнявший их восторг.

Как у ребёнка, предвкушающего увлекательную игру с новыми игрушками.

Существо-Джейсон ухмыльнулось и подняло взгляд на восхитительную луну. Даже не принадлежавшая ему, она купала его в том же магическом сиянии.

— Последний шанс, человечишко. Уходи или умри, — прямо сказало оно.

Мужчина зарычал и наставил пистолет на него, и его примеру последовали остальные люди.

— А ты и не нужен нам живым. Огонь!

Защёлкали затворы — оно вскинуло брови, загрохотали выстрелы — оно прищурилось, почти зримо полыхнув огнём в вертикальных зрачках, и подняло руку ладонью вперёд.

Все до единой пули — десятки, а то и сотни — замерли вокруг него злым роем… и развернулись округлыми носами обратно в сторону стрелков.

— Наш черёд.

Пули полетели обратно и безошибочно поразили свои цели. В ту же секунду раздался ещё один выстрел — и ещё одна жизнь прервалась.

А потом разверзся ад.