# Последний поезд домой

Falk0

Жизнь — словно путешествие на поезде, не так ли, дорогуша? Маршрут проложен, точка назначения выбрана, билет лежит в копытах. Как жаль, что многие, включая меня, столь сосредоточены на достижении цели и не могут понять простую истину.

Пункт назначения изменится, на этот поезд ты можешь успеть, а можешь и опоздать, но всегда будут те, кто готов путешествовать с тобой — если позволить им это.

Редакторы: _007_, repitter, FoxcubRandy

Статус: оригинал и перевод закончены, публикация по мере вычитки

Рассказ в Google Docs

[Изображение: https://sun9-11.userapi.com/c206716/v206716768/1748dd/F1ZwTA-5p5k.jpg]

Автор обложки: lilfunkman

## Глава 1 I-IV

— Рэрити?

— Да, дорогуша?

— Помнишь наши поездки в Кантерлот? Сразу после первого Гранд Галопинг Гала, из-за тех заказов для Селестии?

— Конечно. Как можно забыть такое? Я помню те дни, словно это было вчера.

— Хм, а знаешь, ты мне никогда не рассказывала, как это выглядело с твоей стороны.

— Ого, разве? Что ж, тогда я не вижу причины, почему бы мне не рассказать тебе об этом прямо сейчас. Как-никак, нам предстоит долгий путь домой.

I. Просьба принцессы

Ты была загадкой, Твайлайт Спаркл.

Когда я увидела тебя в самый первый раз, то подумала, что точно знаю, кто ты такая. Кажется, я так и сказала, когда потащила тебя в свой бутик, чтобы… поправить твою интересную прическу. Это была ты, Твайлайт Спаркл, личная ученица принцессы Селестии и, без сомнения, идеальный образец кантерлотской утонченности и очарования.

Но, как я уже сказала ранее, я, конечно же, ошибалась. Пони не всегда на самом деле такие, какими они кажутся или кем пытаются себя выставить. Я очень не люблю ошибаться, но ведь ошибки прокладывают дорогу к успеху?

Все началось с письма принцессы, — ты сама привезла мне тот свиток, помнишь? — интересующейся,  не будет ли у меня возможности поработать для нее над парочкой заказов, пока придворный портной находится в отпуске.

Видимо, она была весьма впечатлена платьями, сшитыми мною для Гала.

Кажется, я едва не повалила тебя, когда накинулась в переизбытке чувств от ошеломительной новости. Стиснула тебя в объятьях, словно обнимала собственные мечты и надежды, и теперь жалею, что на самом деле не обратила внимания на то, как ты на это отреагировала. Как ты отшатнулась назад с раскрасневшимся лицом, не зная, как реагировать на такое проявление чувств. Тогда я подумала, что в этом нет ничего необычного. Мы были подругами едва ли третий или четвертый месяц. Ну а ты явно была не самой компанейской пони, так что я отнесла твое смущение и замешательство к тому, что тебе было не так легко общаться с другими, мягко говоря.

Я была слишком взволнована, чтобы думать о чем-то другом. Даже несмотря на неприятное впечатление от Гала, я не могла отрицать, что была очарована Кантерлотом и, самое главное, возможностями, которые он открывал.

II. Вокзал

Ты была ранней пташкой.

Все это началось достаточно холодным утром. Зима тогда еще не наступила, но подмораживать начало заметно раньше, нежели обычно. Я стояла на платформе, из которой и состоял весь вокзал Понивилля, холод пробирал до самых костей. Впрочем, я не жаловалась. Эх, вот бы такая погода задержалась подольше — зимой мода всегда была намного элегантнее, чем в другие времена года, и я была уверена, что принцессе Селестии придется по вкусу моя актуальная коллекция.

Станция была почти пуста, чему я вряд ли была удивлена. Я прикрыла зевок копытом, а мои уставшие глаза скользнули взглядом по часам на ближайшей стене. Без четверти пять. Не спать в такую рань! Но меня ожидали во дворце ровно к девяти, а путь должен был занять около трех с половиной часов.

Я поправила свой шарф — чудо из синего кашемира, божественно стильная вещичка, которую я случайно нашла на рынке пару лет назад — и обвела станцию взглядом. Один или два чемодана, которые я взя... Что? Ладно, ладно!

Шесть маленьких и необходимых чемоданов, которые я взяла с собой, штабелем лежали рядом со мной. Жеребец-пегас стоял на другой стороне платформы и время от времени вздергивал голову в отчаянных попытках не уснуть. Позади него на скамье сидела кобылка-единорог, левитируя перед собой утреннюю газету и стаканчик кофе.

Я отвернулась, подавив очередной зевок. Надо было тоже взять кофе с собой. Я, как ты знаешь, больше любительница чая, но, думаю, только чашечка эспрессо могла окончательно вырвать меня из томительных объятий Морфея.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула бодрящий утренний воздух. Через несколько часов я буду в Кантерлотском дворце. Через несколько часов моя наивная мечта станет реальностью. Через несколько часов… Сердце тяжело билось в груди, я открыла глаза и взглянула на пустые пути передо мной. В горле мгновенно пересохло, живот скрутило от страха неизвестности.

Я буду работать на принцессу Селестию.

Принцессу Селестию!

Хоть это и планировалось, как трехмесячная работа, и в Кантерлот мне нужно будет ездить только три-четыре раза в неделю, но все равно!

Да и вообще, я поеду в Кантерлот, только если мой поезд придет, в конце-то концов! Я уставилась на пустые рельсы, как будто мое раздражение могло ускорить появление задерживающегося поезда. Я не хотела опоздать в первый же день! Честно, не могли бы эти поезда быть пунктуальнее? Как-никак, я была национальной героиней! Спасительницей Эквестрии от Найтмер Мун! И, хочу поинтересоваться, чем все это закончилось? Пони посвящает всю свою жизнь укреплению благосостояния целого королевства и… — уж извините меня, но создание одежды — вклад в благосостояние нации!

Так, на чем я остановилась?

А, точно!

Пони посвящает всю свою жизнь труду на благо королевства, потом спасает его от ужасного зла, и теперь государство не может обеспечить, чтобы поезда ходили по расписанию?! Какая неблагодарность, вот что я скажу!

Я прошествовала в сторону кассы и обратилась к сонному жеребцу, одному из немногочисленных пони на станции в то казавшееся бесконечным утро.

— Извините, а вы случайно не знаете, придет ли поезд по расписанию? — спросила я, выдергивая его из дремы.

Жеребец поднял взгляд на меня, моргнул раз, другой, третий и затем медленно — мучительно медленно, скажу я тебе — посмотрел на часы.

— Поезд должен прийти вовремя, мэм, — протянул он, глядя на меня и зевая прямо в лицо.

Какая наглость! И не только наглость, но и грубость! Он назвал меня "мэм"! Неужели я выгляжу как старая кобыла? Я — мисс! Ну или была. Нет, все еще мисс!

Впрочем, я вернулась на прежнее место и закрыла глаза, стараясь остыть. В переносном смысле, конечно же, не в буквальном. Я уже жалела, что не додумалась взять пальто. Я вновь глубоко вдохнула, и напряжение мгновенно отступило, когда чудеснейший аромат наполнил воздух. Он напомнил о миндальном капучино, которым я иногда баловала себя в «Сахарном Уголке», если там заканчивался мой любимый ванильно-лавандовый чай.

На самом деле…

На самом деле, аромат был точно такой же, как и у того капучино из кондитерской, а когда я открыла глаза, это оно и оказалось. Большой стакан кофе парил передо мной, объятый магией знакомого лавандового цвета, а теплый пар от него нежно ласкал лицо.

— Хм?

Обернувшись, именно тебя я и увидела.

Это была ты, Твайлайт Спаркл, единорожка, спасшая Эквестрию.

Свежее пополнение к моему кругу знакомых — и тогда, да и сейчас, наиболее интересное. Флаттершай, вечная моя соучастница, была для меня лучшей подругой; Рэйнбоу не разделяла моих интересов, но мне была приятна ее компания; Эпплджек безусловно была наиболее взрослой и опытной, но одновременно моей полной противоположностью во многих очевидных вещах; Пинки была, ну, Пинки; а вот ты…

Ты была интересной.

Очень, очень интересной.

— Доброе утро, Рэрити! — сказала ты так жизнерадостно и воодушевленно, совсем вразрез с этим унылым утром. На тебе был тот синий шарф — интересный и стильный! Какая сногсшибательная комбинация! — и милейшие утепленные наушники. Я бы так и сказала, если бы не была такой уставшей.

— Твайлайт! — воскликнула я, очевидно, твое внезапное появление окончательно разбудило меня. Конечно, тогда мы были совсем недолго знакомы, но, думаю, я бы знала, будь у тебя была привычка гулять по Понивиллю в такую рань.

— Божечки, Твайлайт, сейчас пять утра! Что ты тут делаешь?

Ты вздрогнула. Совсем чуть-чуть, менее внимательная пони могла бы и не заметить, но ты точно вздрогнула.

— Эм-м-м, еду в Кантерлот, я надеюсь! — выпалила ты в спешке, нервно улыбнувшись. — Это же нормально?

Я замерла в растерянности.

— Нормально? — повторила я. Ох, клянусь, постоянно ты задаешь самые странные вопросы. — Ради Эквестрии, а что может быть в этом ненормального?

Ты смущенно захлопала глазами и вмиг покраснела, неловко поправляя шарф. Это было самым очаровательным. Если бы мы тогда были близкими друзьями, я бы ущипнула тебя за щечку.

— Эм-м-м, — ты пролевитировала стаканчик ближе ко мне. — Кофе? Пинки сказала, что это твой самый любимый.

Из вежливости я не обратила внимания на столь неловкую смену темы, и с удовольствием подхватила стаканчик своей магией, поблагодарив тебя. Напиток радовал чудесным ароматом и был столь же приятен на вкус. Терзавшая меня тревожность растворилась в теплоте, разливающейся по телу.

Ну а может быть, все это было из-за твоего присутствия. Ты расплылась в счастливой улыбке, когда я замурлыкала от удовольствия, словно моя душа уже тогда знала, что между нами вырастет нечто большее. Как и с нашими кьютимарками, судьба переплела наши жизни, чтобы мы могли вместе встретить все тяготы и... Что?

Нет, я не отвлекаюсь. Это невероятно важно! И не я виновата в том, что тебе не хватает чувства драмы.

Может сама хочешь эту историю рассказывать? Вот-вот, так я и думала.

Да, наверное, даже тогда наши решения вели нас к этой судьбе — да, судьба имеет значение. Твайлайт, ну серьезно! Вот что? Ты посмотри на нас! Посмотри на наше общество! Ты думаешь, что кьютимарки разных пони совсем случайно совпадают с именами, которые дают родители этим пони? Ой, да ладно!

Видишь! Так, теперь я забыла, где остановилась…

Так, ты явилась с кофе, с твоим очаровательным шарфиком и не менее очаровательным личиком, и затем… ах, да!

— Я даже не подозревала, что ты собираешься в Кантерлот! — воскликнула я.

— О! Эм-м, да, — робко улыбнувшись, ответила ты со всем красноречием глубоко начитанной пони. Да шучу я, шучу! Цыц, Твайлайт Спаркл, иначе наложу на тебя заклинание молчания!

Ладно, что там дальше?

— Я думала, что сказала тебе, — продолжила ты с извиняющейся улыбкой. — У меня все еще остаются задания от принцессы, с которыми надо разобраться в Кантерлоте, и раз теперь ты будешь туда ездить, Селестия решила приглашать меня в те же дни.

— Да? Полагаю, в этом есть смысл, — я задумчиво хмыкнула. — И она заставляет тебя ехать в пять утра?

Ты кивнула.

— Да. Мне надо быть там… — прервалась ты на мгновение, — …в девять утра.

Мои губы сложились в улыбке.

— Ого! Прямо как мне! Я думала, она будет не так сурова  с тобой, ты как-никак ее любимая ученица и все такое! Тебя хотя бы отпускают домой пораньше?

Ты помотала головой.

— Нет. А назад я поеду поздней ночью, поэтому Спайк остается в библиотеке помогать посетителям, — сказала ты, совсем не выглядя разочарованной, на что я тогда, впрочем, не обратила особого внимания.

— Ох, дорогуша, боюсь, тебя ждет весьма долгий денек, — ответила я, пытаясь, чтобы мои слова звучали сочувствующе твоему непростому положению. — Мне жаль, Твайлайт.

Ха! Как же забавно! На самом деле я была крайне довольна, что Селестия назначила тебе такое же расписание. Нет, не из злорадства, конечно же, а потому что так я смогу проводить долгие поездки в компании моего самого нового и самого интересного друга.

Я толком не помню, о чем мы потом говорили. Было рано и холодно, и, несмотря на принесенный тобой кофе, меня все еще клонило в сон. Поезд все-таки пришел по расписанию; я взяла один из своих чемоданов, а ты любезно пролевитировала остальные.

Как и можно было ожидать, в столь раннее время поезд был совсем пуст, так что мы вдвоем заняли целое купе. Помнишь номер? Купе 3-В. Маловато для шестерых, но достаточно для двоих с шестью чемоданами. Я села у окна, а ты расположилась напротив меня.

Тогда я еще не подумала ничего такого.

Мы же тогда были просто друзьями, ты и я. Две подруги, направляющиеся в Кантерлот.

III. Твои улыбки

Не думаю, что тогда я по-настоящему обращала на тебя внимание. Я думала, что ты была интересной, да, но вряд ли считала тебя той пони, которой я могла посвятить всю себя.

Не смотри на меня так сердито! Сейчас же все иначе? Теперь я уделяю все внимание тебе, мои глаза прикованы к твоей фигуре, мои уши внемлют твоему голосу, вся я посвящена тебе, но вот тогда…

Не то чтобы ты была совсем застенчивой. Скорее ты разрывалась между общительностью и стеснительностью. Ох, каким же ходячим парадоксом ты была, и, пожалуй, до сих пор остаешься кое в чем. Не из какого-нибудь нехорошего умысла, а лишь из-за банальной неопытности ты то избегала других, то наоборот докучала им своими увлечениями. Ты могла разозлиться, если я мешала тебе читать, но, ах, как же ты щебетала, если я спрашивала, о чем была какая-нибудь книга.

Ты захватила одну с собой в поездку, помнишь? Как же она там называлась? «Зимние ветра»? Нет? А, точно, ты права! «Таинственные архивы» за авторством Сингл Шейда. Я заснула где-то на полдороге, предавшись снам о принцессе и моем будущем при королевском дворе, а когда проснулась, то обнаружила тебя, поглощенной чтением. Твой взгляд бегал по строкам, ушки поднимались и опускались с каждым новым абзацем, и все твое внимание было уделено словам перед тобой.

В тот момент ты напомнила меня саму — и я не смогла сдержать улыбку. Нам предстояло еще много откровенных разговоров, чтобы поближе узнать друг друга, но даже тогда мне не нужно было знать тебя, чтобы понять, насколько ты была увлечена. Я увидела достаточно, когда впервые повстречала тебя, когда ты была столь упорна в преследовании Найтмер Мун. Не думаю, что сразу посчитала это привлекательным, но точно оценила.

Что я помню точно, так это желание, чтобы кто-нибудь был столь же глубоко увлечен мной, как ты своей книжкой.

Спустя недолгое время я заснула вновь, но разбудили меня не крики кондуктора или сигнал поезда, а твой голос и нежные тычки в плечо. Мои глаза раскрылись, зевок сошел с губ, и я помню, как ты улыбнулась. Божечки, как же слащаво это звучит, когда я так рассказываю, но ведь все так и было. Я всегда буду помнить твои улыбки, потому что они были… они…

Какое же это слово? Не то чтобы они были просто искренни, нет, вот у Пинки Пай неподдельная улыбка, но ей не сравниться с твоей. Ты улыбалась… усердно? Кажется, именно это слово я искала. Ты была так старательна даже в улыбках.

Ты усердно улыбалась мне.

— Твайлайт? — спросила я, мгновенно позабыв, где нахожусь и что вообще происходит.

— Мы приехали! — воскликнула ты, в восторге притопнув об пол копытами.

— Уже? — сонно спросила я. Перевела взгляд за окно, узрев величественную столицу нашего королевства. И еще заметила часы на башне вдалеке. — Ужас! Мы только приехали, а уже почти девять!

Нет, нет, я не паниковала! Я была просто… слегка взволнована, вот и все. Ну я же бросила в тебя лишь маленькой сумочкой, пытаясь разобраться с остальным багажом! А могло быть куда хуже, я могла бросить чемодан! Ладно, твоя правда, кидаться сумками в новую подругу, пытаясь попросить ее помочь с багажом — не очень хорошее проявление этикета, но ты любезно помогла с чемоданами, даже не обратив внимания на заминку, и именно поэтому ты чудесна, дорогуша.

Ладно-ладно, я выгораживаю себя сладостным речами, ну а ты переживаешь из-за мелочей, что были так давно. Вот уж нет, только я могу так делать!

Я совсем не ожидала, что мой первый день начнется с пробежки через весь город. Я планировала насладиться оставшимся до встречи временем, полюбоваться городом, поглазеть на витрины, может быть, прикупить пару безделушек, а вместо этого мне пришлось бежать марафон. Я была в ужасе! Что если я опоздаю? Что на это скажет принцесса?

Но когда я взглянула на тебя, тебе было весело. Ты смеялась над моей бедой, Твайлайт! Да, именно так! Хихикая и закатывая глаза! Конечно ты знала, что принцесса не изгонит меня на луну за опоздание, но я это не ты! На кону была моя карьера! Моя репутация! Вся моя жизнь!

— Твайлайт, пожалуйста, — проскулила я, остановившись на ведущей к дворцу улице, впечатав копыта в землю. Я уселась на круп, тяжело дыша. Мда, я была в куда худшей форме, чем мне казалось. Досадные последствия чрезмерного увлечения выпечкой из «Сахарного Уголка». — Уже почти девять, а до дворца еще идти и идти!

Ты нахмурилась, изобразив это привычное выражение, когда считаешь, что я излишне драматизирую. То есть почти всегда. В смысле я про тебя, а не про то, что я излишне драматизирую!

— Рэрити, — ты указала на ворота, до которых, как я уже сказала, было еще идти и идти, — до ворот даже и сотни метров нет.

Ох, ты всегда все портишь математикой.

— Все кончено! Кончено! — воскликнула я. Ладно, пожалуй, теперь я могу признать, что слегка драматизировала. Я встала, развернулась и пошла в обратном направлении, потому что я очевидно была не готова, я могла бы попробовать еще раз через несколько лет, да и вообще все было загублено! — Я не могу показаться прин... Твайлайт Спаркл!

Словно какая-то вещь, я оказалась левитируемой среди моих чемоданов. Как возмутительно! И хуже всего, что ты постоянно так делаешь! Ты обращаешься со мной, как с бездушной вещью!

— Твайлайт, отпусти меня! — я запротестовала, в ярости уставившись на твою невинную улыбку. — Отпусти немедленно!

Ты прыснула со смеху, словно твое очаровательное хихиканье могло извинить подобную наглость, и направилась к дворцу.

— Не надо так нервничать, Рэрити.

Я фыркнула.

— Я не нервничаю!

Конечно же, я чрезмерно волновалась.

Мы достигли входа, и у тебя хватило наглости перекинуться парой слов со стражниками, пока я висела почти что вверх ногами в поле твоей магии! Правым боком вверх! Диагонально! Да, горизонтально и вертикально! Наконец, спустя самую долгую минуту в моей Селестией проклятой жизни, ты прошествовала внутрь и бросила — ладно-ладно, ты не бросила, а аккуратно опустила меня обратно на землю и залилась смехом. Пожалуй, такова была справедливая расплата за то, что из-за меня тебе пришлось просыпаться и тащиться в Кантерлот в такую рань!

— Ну вот мы и добрались, как видишь, — сказала ты и указала на ближайшую башню с часами, — на пятнадцать минут раньше.

— Хорошо. Хорошо! На самом деле я и не сомневалась, что мы успеем, — захихикала я. — А ты волновалась, что мы опаздываем, Твайлайт! Не стоит беспокоиться из-за таких мелочей, это вредно для здоровья.

— Да, — ответила ты, слегка наклонив голову и приподняв бровь, — конечно, вредно. К счастью, у меня есть ты, чтобы показать пример.

Я ухмыльнулась.

— Ну а как же!

И затем ты улыбнулась.

Знаешь, я вот тебе рассказываю все это и начинаю понимать, почему писатели тратят так много времени, описывая улыбки в книгах. В твоей улыбке, очевидно, можно было разглядеть радость, но, кроме того, там блеснула искорка симпатии. Она должна была стать первым знаком. Хоть я и горжусь своим абсолютным вниманием к деталям, способностью читать меж строк в искусстве, но тогда я не смогла разглядеть то, что было прямо передо мной.

И только потом я пойму, что та улыбка всегда предназначалась только мне, но тогда она показалась лишь знаком, что беспокоиться мне и вправду не о чем.

Вновь обретя смысл жизни, я улыбнулась в ответ и направилась вперед, прямиком к тому, что обещало стать новой интересной главой в истории моей жизни.

К сожалению, нам пришлось разделиться, как только мы попали во дворец. Вокруг нас по своим делам спешили пони, пока ты объясняла, что мне нужно идти куда-то в западное крыло, а тебе — в противоположную сторону.

Я спросила тебя о коллеге, которую должна была замещать, помнишь?

— С Перфект Стич бывает непросто поладить, — сказала ты, вспоминая старшую дворцовую швею. Слегка поколебавшись, ты прикусила губу и, нахмурившись, добавила:

— Она перфекционистка. И не боится высказывать все, что у нее на уме.

— Правда? А по имени и не скажешь! — ответила я и высунула язык, когда ты закатила глаза. Недостойное леди поведение, признаю, но это заставило тебя рассмеяться, чему я была рада. Затем я поправила прическу и похлопала ресницами.

— Незачем волноваться, дорогуша! У меня наверняка найдется, чем ее удивить! После встречи со мной она захочет отменить отпуск ради того, чтобы понаблюдать за магией моего мастерства!

Ты рассмеялась, чем заставила меня ощутить какой-то странный трепет. Я всегда стараюсь радовать своих клиентов, и, как оказалось, волшебство моего очарования по крайней мере работало и с тобой.

— Я… ну я не знаю, — возразила ты. — Неспроста у Перфект Стич такая репутация. Она вела себя достаточно сурово со мной, и, думаю, что даже Селестия слегка побаивается ее. Еще будучи жеребенком, я однажды видела, как Стич ругала саму принцессу.

— Ой, полно тебе, Твайлайт! Да ей сто лет в обед! Небось расслабилась на теплом местечке и чересчур обнаглела, — сказала я, отмахнувшись. Да и ты, наверное, преувеличивала! Давай признаем, что у тебя обычно не самый лучший вкус в одежде, так что было нетрудно представить, что Перфект Стич была не в восторге от нарядов, которые ты носила в юности.

— Хватит, пошли уже, — сказала ты, направляясь в сторону западного крыла дворца. — Мы же не хотим опоздать.

— Но Твайлайт, — я, недоумевая, указала на лестницу, ведущую к восточному крылу, — кабинет Селестии в той стороне. Разве у тебя не назначена встреча с ней через десять минут?

Ты вытаращила глаза.

— Что? Какая встреча? Ой-ой, точно! Встреча! Совсем забыла! — румянец окрасил твои щечки, и с нервным смешком ты поправила шарф. — Извини.

— Твайлайт… С тобой все хорошо? — спросила я, подавив желание поднять копыто и пощупать твой лоб, чтобы проверить температуру. — Никогда бы не подумала, что ты можешь забыть о встрече с самой Селестией.

Коварная улыбка сразу же возникла у меня на губах.

— Ну и ну, похоже, я не единственная, кто тут волнуется!

— Я не волнуюсь! — ты запротестовала и в качестве доказательства процокала прочь аж на целых пять шагов, прежде чем резко остановиться и развернуться ко мне. — Эм-м-м, увидимся позже?

Я улыбнулась.

— Конечно. Скорее всего, на обеде, ну а если нет, тогда встретимся вечером у ворот? Думаю, к полвосьмого я точно освобожусь.

— Полвосьмого, — повторила ты, словно делая в уме заметку, и напоследок улыбнулась. — До встречи. Удачи!

Я наблюдала за твоим уходом, и как только ты исчезла в дверях, какая-то непонятная тоска поселилась в моем сердце. Теперь я была буквально одна и должна была сама заботиться о себе. Я оглянулась: дворец, который раньше вызывал во мне благоговение, теперь же был наполнен чем-то…

Бр-р-р.

Да, бр-р-р! Есть такое слово, я тебе докажу! Очень жаль, что его нет в твоем словарном запасе. Это значит чувствовать себя беспокойной из-за надвигающихся жизненных невзгод. Да, я только что сама придумала. Ну потому что я достаточно умна для такого!

Я чувствовала себя очень бр-р-р, пока вновь о тебе не подумала.

Вспомнив твою улыбку, твое пожелание удачи, я сделала глубокий вдох в попытке успокоиться. Ну не могла я пребывать в неуверенности в такой решающий момент! Моя новая подруга всем сердцем верила в меня, так что моим долгом было доказать, что она во мне не ошибается. В конце концов, не хотела же я ехать домой, ощущая себя ничтожной. Да и знаешь ли ты вообще, как дорого в Кантерлоте стоит мороженое?

Ну и кроме того, я была Рэрити! Образец великолепия для всей Эквестрии! Самая прекрасная, самая блистательная, самая… Пардон, но я еще и пример скромности!

Смирившись с судьбой, я направилась в сторону мастерской Перфект Стич, преисполненная решительности продемонстрировать ей все свои умения и таланты и доказать, что ты была не права насчет ее непростого характера.

IV. Чай для двоих

Ненавижу, когда ты оказываешься права.

С одной стороны, я восхищаюсь твоим умом, но с другой — твоя разумность нередко бьет по моим гордости и достоинству.

Перфект Стич не просто была сложной в общении. Она была такой тысячекратно. А я еще думала, что это я чересчур придираюсь к деталям, вот уж нет! Со стороны можно было подумать, что она офицер Королевской Гвардии, муштрующий меня для защиты Эквестрии от любых преступлений против эстетики и стиля.

Впрочем, именно этим я и занималась, но все же!

Она попросила показать все мои работы, чтобы проверить их соответствие высоким кантерлотским стандартам. Эх, вот бы я умела путешествовать во времени, чтобы тогда прихватить с собой портфолио с проектами для Сапфир Шорс. Стич проверила меня по широкому списку навыков, начиная от зрительно-моторной координации с ловкостью и заканчивая внимательностью. Также мне пришлось встретиться с одним из клиентов —  если быть точной, герцогиней Виндхай, помнишь ее? — и я должна была на деле доказать, что ее платье будет просто невероятным.

Приближалось обеденное время, мои мысли постоянно возвращались к тебе, однако мои чары наконец подействовали, и Перфект Стич пригласила меня на обед в ресторан в Лунном квартале. «Королевский Страж», если я правильно помню. Нет, дорогуша, ты вряд ли слышала о нем. Да там не было ни единого пони, кто не выглядел бы, как аристократ. Все их действия были наполнены грацией и изяществом.

Теперь-то понимаешь, почему ты там ни разу не была?

После обеда… — может, хватит дуться? Я же пошутила, ну, почти — …мы вернулись во дворец и я закончила пару набросков, чтобы Перфект Стич могла без волнений уйти в отпуск. И она даже отпустила меня пораньше! Наверняка эта кобыла была довольна моими результатами и, по правде говоря, я тоже.

Я еще надеялась встретиться с принцессой в тот же день, но она оказалась занята. Так что передо мной встал вопрос, чем же заняться в свободное время. Оставалось еще около часа до нашей встречи, а вокруг не было никого, с кем я могла бы поделиться успехом. И я пошла блуждать в окрестностях дворца, где и наткнулась на «Лавандовое чаепитие». Этот магазинчик сразу же привлек мое внимание восхитительным ароматом и приятными ценами. Остаток времени я провела в попытках решить, какой же чай выбрать из огромного ассортимента. Назначенное время приближалось, я определилась с выбором и купила два стаканчика чая — самые первые из множества, что последуют за ними.

«Мускатное наслаждение» для себя и «Чудеса розовых лепестков» для тебя.

На обратном пути я обнаружила тебя, расхаживающую у ворот. Ты была поглощена мыслями и постоянно бросала взгляды в сторону дворца. Неужели что-то пошло не так с твоими заданиями? При этой мысли моя радость мгновенно улетучилась, и я приложила все усилия, чтобы не выдать своих чувств. Хоть я и была очень обрадована собственным успехом, но в то же время мне не хотелось выставлять его напоказ, когда у тебя все сложилось не лучшим образом.

Пока я подходила, ты меня так и не заметила, а вместо этого, усевшись на круп, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Застенчивая улыбка проступила у меня на губах. И когда я оказалась достаточно близко, то так же, как ты утром, пролевитировала чай прямиком тебе под нос, наблюдая, как струйка горячего пара согревает твое лицо.

Ты дернула носом и распахнула глаза.

— Хм? — пробормотав это, ты наконец заметила меня, и тут твое состояние  преобразилось. Волнение исчезло почти мгновенно, а глаза вспыхнули, как сумеречные искорки. Да, я так и хотела сказать.

— О! Рэрити! Как у тебя все прошло? — ты моргнула. — Погоди, ты успела сходить за чаем? Ты закончила раньше?

Тревога снова вернулась на твое лицо, и в растерянности ты сделала шаг назад.

— Встреча прошла… прошла не очень хорошо?

Ты была такой обеспокоенной! Это было так очаровательно и мило, и будь я посмелее, то шутки ради тыкнула бы тебя копытом в носик.

Я вздохнула, отведя взгляд в сторону заходящего солнца.

— Нет, встреча прошла не хорошо, она прошла…

Я сделала паузу для усиления эффекта.

...

...

...

— Ну? — выпалила ты с нетерпением, ну вот прямо как сейчас.

— Ну-у... — протянула я и наконец озарила тебя улыбкой, — встреча прошла великолепно! Перфект Стич понравились мои работы, как я и ожидала, и она оказалась столь впечатлена моими умениями, что даже отпустила пораньше! Теперь я официально придворная швея до дальнейшего распоряжения!

— Рэрити, это просто замечательно! — воскликнула ты и кинулась на меня с объятиями. — Я знала, что у тебя все получится!

Думаю, это был первый знак. Впервые что-то в твоем поведении показалось мне странным, непривычным. По правде говоря, я бы тогда ничего и не заподозрила, если бы ты после объятий отстранилась от меня с легкой улыбкой, ведь мне самой нравится ощущать физическую близость, будь это что-то платоническое или даже романтическое.

Но все произошло совсем по-другому.

Хоть и объятие не успело стать слишком долгим, ты резко отстранилась и покраснела.

— Ой, эм, извини, — выпалила ты, видимо, смущенная собственными действиями.

И знаешь, Твайлайт, принимая все во внимание, я должна была связать эту мимолетную неловкость с твоей социальной неопытностью. Я должна была объяснить это волнение твоей попыткой не причинить неудобство новому другу возможно нежеланной близостью.

Я могла и позже буду, но тогда…

Нахмурив брови и прищурив глаза, на мгновение я задумалась, а не было ли это чем-то большим между нами?

Что тогда натолкнуло меня на эту мысль? Даже сейчас я не уверена до конца. Выдавала желаемое за действительное? Нет, еще было слишком рано. Может быть, все это просто окончательно сложилось вместе — мои карьерные стремления начали исполняться в городе моих грез, и мое подсознание решило, что остается финальный романтический штрих, чтобы моя мечта окончательно стала явью.

Но вместо того, чтобы зацикливаться на этом, я отмахнулась от твоих опасений и сделала глоток чая.

— Пойдем? — спросила я. — Нас ожидает первая долгая поездка из множества еще грядущих.

— Но зато мы будем вместе, верно? — улыбнувшись в ответ, робко добавила ты.

— Твайлайт, а я и не думала о другом.

* * *

Любовь подобна

В крестики-нолики игре:

Ждешь ответный ход,

Чтоб понять, как ходить тебе.

~ Lang Leav, Love & Misadventures

## Глава 2 V-VII

V. Проза жизни

Забавно, как быстро можно впасть в рутину, в последовательность из знакомых и новых действий, негласно принимаемых, как и многие вещи в нашей жизни.

Я не просила тебя  покупать кофе для нас по утрам, а затем это стало твоей привычкой.

Ты не просила меня покупать нам чай по вечерам, а затем это стало моей привычкой.

Столь многое началось со столь малого, заметила ли ты это тогда? Точнее, не малого, а скорее, как же это слово…  незаметного? Не самое подходящее, но не могу подобрать ничего лучше.

Впрочем…

О чем я там говорила?

Я покупала чай для тебя, ты покупала кофе для меня. Мы спали в купе 3-В по утрам и делились сплетнями в 2-А по вечерам. Но ты почти никогда не садилась рядом со мной.

Ты читала мне вслух. Солнце еще даже не взошло над горизонтом, а ты уже сидела и читала вслух при слабом свете ламп, пока я слушала, прислонившись щекой к холодному окну. Иногда я любовалась пейзажами. Иногда закрывала глаза и воображала твои истории. Но чаще всего я просто дремала.

«Ее серьезность и уверенность еще больше озадачивали», читала ты своим прелестным голосом, и слова плавно плыли в моем сонном сознании. Твоя интонация была строга и серьезна, словно судьба самой Эквестрии зависела от твоего умения рассказать историю. «То, о чем она говорила, было абсолютно невозможным. Абсурдным, по-детски наивным.  Принцессы какого-то выдуманного королевства? Все это глупые сказки, но… но когда она рассказывала об этом, ее голос был убедителен и серьезен. Она всегда отличалась рациональным характером, и…»

Ты остановилась.

Я знала, что рано или поздно это случится, поэтому заговорила прежде тебя.

— Если собираешься отчитывать меня за то, что я заснула, сразу скажу, ты зря тратишь силы, Твайлайт, — сказала я, подавляя зевок. — Я следила за происходящим, так что продолжай, будь так добра.

Ты пробурчала что-то себе под нос, и я услышала шелест переворачиваемых страниц.

— Так, на чем я остановилась? А, вот! — ты кашлянула, а я уткнулась в окно, предвкушая дальнейший сон. Правда, до того, как ты заговорила снова. — Но прежде чем я продолжу…

В этот миг я подумала, что стоило попытаться.

Да, да! Смейся надо мной! Никакой жалости, Твайлайт! Ты была беспощадна, так беспощадна!

— М-м-м? —  подыграла я в уже проигранной партии.

— Ита-а-ак, — протянула ты, пытаясь выглядеть очаровательно невинно, что, могу представить, было совсем непросто с учетом того, что лишь одно слово из этих двух было применимо к тебе! — Как звали того путешественника?

Мое замешательство было ответом, после чего я уже ничего не могла поделать с твоим ехидным голоском, лишь стыдливо прижать уши.

— Ага! Я так и знала! Ты заснула!

— Тва-а-айла-а-айт, — проскулила я, оторвавшись от окна и впившись в тебя жалобным взглядом, — сейчас шесть утра! Ты не можешь требовать с меня оставаться бодрой! Мне нужно хоть чуточку поспать! Отдохнуть! Рассла…

Очередной зевок заставил меня умолкнуть.

— Рэрити, ты спишь уже более часа, и если продолжишь, то только хуже сделаешь, — раскритиковала ты меня, закрыв книгу и насупившись. Можно сказать, я ожидала, что ты скрестишь передние ноги и неодобрительно махнешь копытом в мою сторону. — Исследования показывают, что идеальная длительность короткого сна находится в пределах от тридцати до девяноста минут. Все, что дольше этого, вызывает сонливость и другие ухудшения самочувствия.

Я хмыкнула, снова прижавшись к окну.

— Что ж, мои личные исследования показывают, что чем больше ценного сна, тем лучше, вот так вот! Так что доставай перо и готовься записывать, дорогуша, я докажу теорию на практике!

Спустя два часа твой ласковый голос и нежное прикосновение вновь разбудили меня. Солнце уже взошло, и, когда я раскрыла глаза и увидела тебя, нависающую надо мной, лучи света словно создавали нимб над твоей головой.

Ты выглядела как ангел, подумала я тогда, что вполне соответствовало тому, что мне хотелось помереть от недосыпа.

Я простонала и уткнулась лицом в сиденье, проклиная солнце, что посмело меня разбудить.

— Ита-а-ак, — протянула ты тем самым тоном, когда выставляешь себя донельзя умной. Мне даже не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что ты ехидно ухмыляешься в мою сторону, — не будешь ли так любезна поделиться своими результатами с классом?

Будь у меня тогда подушка, я бы тебе точно вмазала.

Потом мы добирались до дворца, под чем я подразумеваю то, как я вытащила себя из поезда на станцию и затем волоклась по городу. Единственным утешением было то, что даже чудовищно не выспавшись, я все равно выглядела великолепно. Разве не так? Как это ты не помнишь?! Ты была влюблена в меня! Неужели ты не любовалась мной все время? Голубушка, тебе незачем этого отрицать! И это выглядит так мило!

— Рэрити, ты уверена, что справишься сама? — спросила ты, бросив взгляд на мой очередной стакан кофе, тройную порцию на этот раз. — Прошло лишь полторы недели, а ты уже выглядишь измотанной.

— Твайлайт Спаркл, я могу о себе позаботиться, вот увидишь, — обиженно ответила я. — Мне просто нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к новому ритму жизни, вот и все.

— Я знаю, просто… — резко умолкнув, ты выглядела глубоко задумавшейся. Мотнув головой, без дальнейших объяснений ты сменила тему: — Мы почти пришли.

— Именно! — воскликнула я и сделала очередной глоток кофе, обозревая маячащий вблизи дворец.

— И Твайлайт, — повернувшись к тебе, я подняла копыто и пригладила твою челку, — спасибо за заботу. Я ценю это, даже если немножко жалуюсь.

Ты фыркнула.

— Ага. Немножко.

Подняв копыто, я нежно тыкнула тебя в нос, шутливо прерывая любые дальнейшие возражения.

— Да, совсем немножечко! — ответила я, ослепительно улыбаясь, и ты улыбнулась в ответ.

— Встретимся снова на обеде? — спросила ты. Во вспышке магии в воздухе появился путеводитель, которым ты взволнованно помахала у меня перед глазами. — Я искала рестораны, куда бы тебя сводить. Есть тут один за Драконьей библиотекой, думаю, тебе понравится.

И такова была другая часть наших будней, помнишь? Я работала над платьями, а ты… чем ты там вообще занималась? Читала книги? Обсуждала книги? Признавалась в своей вечной любви к кни… Цыц, а вот ничего я не преувеличиваю! Небось ты не вышла замуж за книгу лишь потому, что это неприемлемо в обществе! Да видела я, как ты иногда на свои книги смотришь, Спаркл.

Кхм, пардон.

У нас обеих были свои обязанности, несомненно, но каждый обеденный перерыв мы посвящали исследованию столицы и множества ее чудес. По нашему небольшому списку мест, обязательных к посещению, прежде чем наши постоянные поездки в Кантерлот закончатся.

— Твайлайт, а знаешь, кажется, ты мне никогда толком не рассказывала о своем детстве, — заметила однажды я.

Мы совмещали завтрак с обедом, сидя в одном из достаточно элитных ресторанов Солнечного квартала. Тогда был весьма погожий для зимы денек, и я выглядела просто шикарно с шарфом, желтой шляпкой и темными очками в придачу, элегантно наблюдая за играющими в саду жеребятами.

— Разве? — растерянно моргнув по другую сторону стола, ты прянула ушками.

— Нет, не рассказывала, — повторила я, подняв очки на лоб, и снова посмотрела на жеребят, стараясь выглядеть максимально элегантно. Твайлайт, ну ведь никогда не знаешь, кого можешь встретить, в конце концов! — Какая-то ты отрешенная, Твайлайт, а ведь здесь твой дом, дорогуша! А ты выглядишь гораздо живее в Понивилле, нежели здесь!

— Понивилль, вот мой настоящий дом, — сухо ответила ты и огляделась. Там, где я видела чудеса и диковинки, ты видела… Обыденность, я бы сказала, но это не самое точное слово, да? Ты видела в Кантерлоте то, что я видела в Понивилле.

Ничего интересного вообще.

— Кантерлот хорош, — продолжила ты, — в нем я выросла, но на этом и все. Здесь нет ничего интересного, кроме принцессы, библиотек и моей семьи.

Я театрально вздохнула.

— Эх, честно говоря, я совсем не согласна, — ответила я, левитируя свой напиток и делая глоток. — Понивилль до невозможного прост. Там вообще нечем заняться, а вот в Кантерлоте? Кантерлот так же безграничен, как и само воображение! Город чудес! Гламура, моды и возможностей! Лучший город в Эквестрии!

— Да ты глупости говоришь, Понивилль намного лучше, — хихикнула ты.

Я хмыкнула, сдвигая очки обратно на глаза.

— Это ты говоришь глупости! — я магией подняла вилку и указала в твою сторону. — Ну давай! Докажи! Назови хоть что-нибудь в Понивилле, что делает его лучше Кантерлота. Не считая наших друзей, конечно!

Ты пялилась на меня неприлично долгое время.

Хотя пялиться, видимо, не лучшее выражение. Ты никогда не пялилась ни на меня, ни на кого другого. Подобное действие слишком бескультурно для пони твоего ума. Ты не смотрела на меня, ты изучала меня. Полагаю, это одна из причин, почему я наслаждалась твоим обществом, как бы нарциссично это не звучало. Ты не смотрела, ты анализировала, пытаясь понять меня.

Вот бы я тогда так же анализировала тебя. Может быть, тогда я бы сразу увидела то, что столь явно было перед моими глазами.

С видом собственного превосходства я отвернулась и нарушила затянувшееся молчание.

— Вот видишь! Даже ничего придумать не можешь! — я перевела взгляд обратно на тебя и хитро улыбнулась. — На самом деле, я могу назвать кое-что, что делает Понивилль лучше Кантерлота.

Ты вопросительно приподняла бровь и улыбнулась, принимая вызов.

— И что же это?

— Я, — прозвучал ответ, и как жаль, что за очками тебе не было видно, как я театрально захлопала ресницами. — Я живу там, как-никак, поэтому Понивилль лучше Кантерлота. Согласна?

И вот опять ты надолго залюбовалась мной, игриво улыбнувшись и положив подбородок на копыто.

— Ох, еще как…

VI. Дворцовые сплетни

Вспоминая сейчас все это, я понимаю, что те первые две недели совсем расплылись в памяти. Я помню некоторые важные детали и события, но все в целом выглядит совсем туманным по сравнению с той ночью.

Что это значит, какой ночью?! Той самой ночью, Твайлайт! Ночью, когда я впервые узрела другую тебя.

Это началось в моей мастерской, когда я работала над свежим заказом для герцогини Силкроуз.

Понимаешь ли, когда я соглашалась на работу, я думала, что она будет состоять только из швейного дела. Но, как вскоре оказалось, шитье было лишь дополнением к моему основному занятию — я стала средоточием дворцовых сплетен.

— А дальше вы не поверите! Этот напыщенный Рэйзор Стрим спросил, не хочу ли я присоединиться к нему за ужином! Вот же остолоп! Абсолютно возмутительно, принцесса! Скандально!

На самом деле я не могла их винить. Неподвижно стоять часами, пока я снимаю мерки и работаю над их нарядами? Неудивительно, что они не закрывали рот ни на секунду, и да, это правда, я не всегда держалась обособленно от чужих обсуждений. Пусть Гранд Галопинг Гала был… не самой удачной демонстрацией нравов местной аристократии, я по-прежнему была очарована кантерлотским высшим обществом.

Кстати, даже сама принцесса Селестия потакала всему этому, ох уж злодейка!

Она сидела около окна и смотрела вдаль, пока герцогиня болтала, а я работала. Как же я была взволнована, когда принцесса явилась ко мне в первый раз! Конечно, я ожидала встретиться с ней рано или поздно — в конце концов, она же лично меня наняла — но я совсем не ожидала, что это произойдет, когда я буду работать с клиентом!

Твайлайт, не все, что делает Селестия, обязательно проверка!

— Мне кажется, Силкроуз, вы чересчур суровы с беднягой Рэйзором, — сказала принцесса, хихикнув. — Он же попросту очарован вами.

Герцогиня Силкроуз, если помнишь, она такая… как бы повежливее сказать? Такие слова, как изысканность и элегантность, я не решусь ассоциировать с ней. Она из тех пони, которые не заботятся должным образом о себе, надеясь исключительно на удачу, а потом в старости оказывается, что фортуна им особо не помогла. Она…

Э-э, да, она выглядела, как сморщенная слива, но не стоит уж так говорить, Твайлайт.

Герцогиня хмыкнула.

— Очарован! Что ж, пусть лучше будет очарован кем-нибудь другим! Ему стоит хорошенько постараться, если он хочет добиться моего внимания! Каждый жеребец в Кантерлоте мечтает об этом! Я же одна из самых прекрасных кобыл во всей Эквестрии!

Я фыркнула.

Что? Ну я не удержалась! Да знаю я, это было весьма невежливо, но я… А знаешь что, Твайлайт? Как ты смеешь упрекать меня, когда сама назвала ее сморщенной сливой минуту назад?! И нет, я не фыркнула ей прямо в лицо.

Ладно, вру, но…

Она не придала этому значения, вот что главное! Я идеально притворилась, что всего лишь чихнула!

Ну я так думала, пока не глянула в сторону окна и не увидела принцессу Селестию, смотрящую на меня. Тебе никогда не познать страх, что охватил меня в тот момент. Селестия была прямо как ты. Не смотрела на меня, а анализировала.

В действительности это длилось секунду или две, но показалось целой вечностью. В ее взгляде я видела, как гибнет моя карьера. Судьба предстала передо мной в образе швеи, с позором изгнанной из Кантерлота за наглейшее оскорбление герцогини.

И затем, нет, я ничего не выдумываю, честное слово, Селестия улыбнулась мне. Она улыбнулась и, не отводя взгляд от меня, произнесла:

— О, я полностью согласна.

Клянусь тебе, она именно так и сделала!

Под надуманным предлогом мне пришлось отойти в подсобку, лишь бы герцогиня не услышала моего хихиканья. Да не издевались мы над ней! Если бы ты слышала, что эта дамочка говорила про других дворян, могу заверить, ты бы меня полностью оправдала!

К слову о которых…

— К слову о которых, — сказала она, и да, я повторяю намеренно! Это художественный прием!

— К слову о которых, — снова сказала она, кашлянула и промурлыкала что-то себе под нос. Очевидный знак, предваряющий скандальные сплетни. — Через пару месяцев планируется свадьба Платинум Сноу и Сильвер Скейла, вы же знаете?

— Конечно! — ответила принцесса. — И жду с нетерпением! Давно у нас не было свадеб во дворце.

Ты ведь помнишь их, дорогуша? Сильвер Скейл был тем еще олухом, но о нем чуточку позже.

А вот Платинум!

Ох, она была особенной. Тогда я еще не была с ней толком знакома, но разговаривала пару раз, и мои мысли, кхм, принимали весьма неприличное направление. В таком обществе, как наше, где столь много леди и не так много джентелькольтов, приходится, ну, ты понимаешь, допускать и другой вариант. В то время меня больше привлекали жеребцы, но, о звезды, когда я увидела Платинум — то, как ее грива идеальными каскадами ниспадала на лицо, и не дай мне начать про ее шелковую лазурную шерстку. Все это было просто божественно и идеа…

Твайлайт Спаркл! Я в очередной раз заверила тебя в моей вечной любви к тебе в парке пару часов назад! Во имя Эквестрии, почему ты такая ревнивая?

Так, как я говорила, точнее, как герцогиня говорила, Платинум и Сильвер планировали свадьбу в скором времени. Они были самой милой парочкой во всем Кантерлоте — ну это потому что мы тогда еще не встречались. Иначе у них не было бы и шанса!

К сожалению, в этом они нас опередили.

— И что же насчет их свадьбы? — поинтересовалась Селестия, утоляя напавшее на меня любопытство.

Я могла и сама спросить, но, кроме того, что это было бы неуместным, я еще была занята подбором ткани для платья герцогини. Кажется, я выбрала шелк, потому что была юна, и глупа, и вдобавок отвлечена.

— Что ж! — усмехнулась Силкроуз. — Наш прекрасный Сильвер Скейл ездил по делам в Троттингем на прошлой неделе.

Селестия кивнула:

— Я слышала. У него там какой-то бизнес, не так ли?

— Ха! Бизнес? Кто-то может это и так назвать, да, — герцогиня подняла копыто и пригладила платье. — В общем, я тоже была там на той неделе с визитом к моему хорошему знакомому, профессору Брейзенду, и кого же я увидела? Улыбающегося Сильвер Скейла, выходящего из отеля «Митраль» в весьма интересной компании.

Я помню, как задержала дыхание. Моя иголка неподвижно зависла над тканью. Мысли скакали во всевозможных направлениях, каждое новое скандальнее предыдущего. Да даже сама Селестия умирала от любопытства, невольно вытянувшись в сторону пожилой кобылы и навострив уши.

И тут ввалилась ты.

Три стука, затем бесцеремонно открытая дверь и ты, высовывающая голову с невинным выражением на лице, словно только что не прервала самую сочную и скандальную сплетню года и словно я не хотела тебя убить на месте.

Сначала твой взгляд скользнул ко мне, и мой гнев ослабел лишь чуть-чуть от твоей очаровательной улыбки. Конечно же, затем ты заметила принцессу Селестию, и я была мгновенно забыта в угоду твоему безнадежному обожествлению своей наставницы.

— Оу! Принцесса! Извиняюсь, я слишком рано? — спросила ты ее, лишь потом глянув на меня, словно следуя запоздалой мысли. Знаешь, кто не предпочел бы принцессу вместо меня? Платинум, вот кто! Я, кстати, слышала, она сейчас разведена. Надо бы ей письмецо напи…м-м-ф!

Ну правда. Будешь мне грязными копытами рот затыкать? Даже не потрудилась заклинание молчания использовать. Твоя утонченность просто бесподобна.

— О, э, Твайлайт! — воскликнув, я отложила свои вещи и потрусила к тебе. Ты тогда не предупредила, что собираешься заскочить ко мне, и я понимала, что герцогиня не потерпит, если я отвлекусь на тебя. Я бросила страдальческий взгляд в сторону Силкроуз и мягко пихнула тебя копытом. — Твайлайт, дорогуша, я скоро освобожусь. Будь так добра, зайди попозже, хорошо?

— Все в порядке, Рэрити, — неожиданно заговорила Селестия, поднявшись со своего места у окна и улыбаясь, — Твайлайт попросила предоставить тебе свободный вечер.

Я моргнула, глядя на нее, и перевела взгляд, чтобы обнаружить твою широкую улыбку.

— Правда? — затем я повернулась к герцогине. — Но мне…

— Герцогиня! Не хотите ли составить мне компанию за чашечкой чая? — вклинилась Селестия. — Вы просто обязаны рассказать мне поподробнее про вашу неожиданную встречу в Троттингеме!

Силкроуз судорожно закивала, затем попросила меня быть готовой к ее визиту на следующей неделе, после чего они с Селестией ушли, унеся с собой самый скандальный секрет века. Я тяжело вздохнула и сняла очки, убрав их уже не помню куда. Я была слишком раздосадована, чтобы следить за такими мелочами.

— Ну что, надеюсь, ты довольна, Твайлайт, — процедила я. — Теперь я никогда не узнаю, кого же она увидела вместе с герцогом!

Ты закатила глаза.

— Какая трагедия…

И это действительно была трагедия, и нет, я тебе этого никогда не прощу! Несколько недель спустя эта история была на слуху у всего дворца, а ты полностью лишила меня удовольствия знать ее наперед, задолго до остальных! Честно, как же легкомысленно ты относилась к моему положению!

— Ладно, — прервала ты мое ворчание, — ты готова идти?

— Готова идти? Идти куда? — мое негодование утихло при твоем загадочном предложении. Твои тайны всегда завораживали меня и завораживают до сих пор. Неважно, насколько я уверена, что идеально знаю тебя, тебе всегда удается меня чем-то удивить.

С невинным видом ты промурлыкала:

— Как-то ты упоминала, что я тебе не рассказывала о своем детстве. Что ж… — ты наклонила голову набок, кивнув в сторону седельной сумки. — Если тебя устроит поезд в одиннадцать, я могу показать.

— Показать? — удивилась я и попросила объяснений, но ты лишь велела мне собирать вещи. Мы не будем возвращаться, заверила ты.

И была права.

После той ночи у нас не было пути назад.

VII. Вместе и порознь

Ты все еще помнишь ту маленькую художественную лавку на входе в Лунный квартал? Ага, ту, со странноватым хозяином. Она, кстати, закрылась около месяца назад, насколько я слышала. Как жаль, мне она всегда нравилась.

Мы проходили мимо нее в тот вечер, помнишь? Моей любимой частью города всегда был Солнечный квартал, со всеми его бутиками и фешенебельными ресторанами. Я лишь изредка заглядывала в Лунный ради художественных магазинов. Мода — моя страсть, но временами я баловалась более традиционными искусствами.

— Как ты думаешь, они были нарисованы вкопытную? — спросила ты, любуясь витринами магазина. Ее украшали звезды и черные полумесяцы, наверное, посвященные принцессе Луне.

— Сомневаюсь, — ответила я. — Они выглядят одинаково, видишь? И у них один и тот же изъян на уголке. Наверняка их баллончиком по трафарету делали. А рисунок, созданный копытами, невозможно в точности повторить.

— Значит, ты любишь рисовать?

— Иногда. Я бы занималась этим больше, было бы время.

Ты улыбнулась.

— Уверена, у тебя его будет достаточно.

Ты повела меня прочь от магазина, попутно рассказывая историю использования баллончиков для рисования, потому что, ну конечно же, ты знала об истории даже таких вещей. Не могу сказать, что я сама когда-либо этим интересовалась, но ты рассказывала с таким энтузиазмом, что я не могла не увлечься. Даже сейчас я точно знаю, что ты завладела всем моим вниманием, потому что я попросту не могу вспомнить другие магазины, мимо которых мы тогда проходили.

Спустя некоторое время мы достигли нашей цели — библиотеки, которая в скором времени станет постоянным местом наших визитов в той главе моей жизни. Одна конструкция этого двухэтажного черного здания уже представляла несомненный интерес: четыре овальных окна на фасаде, две стеклянные двери с красными ручками, старая вывеска и белая спиральная ле…

Что это значит, зачем я ее описываю? Твайлайт Спаркл, я тут историю рассказываю! Меня не волнует, что ты уже знаешь, как выглядит эта библиотека! Тьфу, ну ладно, больше не буду ничего описывать!

— Это та самая библиотека? — спросила я и получила кивок в ответ.

— Она была моей самой любимой, если не считать дворцовой библиотеки принцессы Селестии, — сказала ты. — С ее крыши можно увидеть амфитеатр Королевского парка.

Ты огля… ты выглядела взволнованно, но ты уже и так знаешь, почему была взволнована, так что зачем мне заморачиваться с описани…

Хм? О, интересно, я думала, ты хотела без описаний.

Ты оглянулась на часовую башню, тут же навострив ушки.

— Уже почти семь! Поторопимся, а то начнется без нас!

Прежде чем я успела спросить, что же там начнется без нас, ты бросилась вперед и открыла дверь, жестом призывая следовать за собой. Мы вошли внутрь, и на меня нахлынул запах старых свитков и высохших чернил. Я помню, как была удивлена внутренними размерами библиотеки с множеством книжных стеллажей, напоминающих лабиринт.

Поздоровавшись с библиотекарем, ты повернулась ко мне.

— Ну что, как впечатления? — спросила ты, пронизывая меня… как же это назвать? Жаждущим? Точно, умоляющим! Пронизывая меня умоляющим взглядом! Ты выглядела словно маленькая кобылка, ожидающая оценки своего творения.

— Ну-у… — я сделала паузу. Для эффекта, конечно же. Оглянувшись вокруг, обведя взглядом книжные полки, разных пони, ходящих вокруг, я повернулась к тебе и улыбнулась, — это напоминает о тебе.

Я задумывала это как комплимент, но, судя по твоему взгляду, ты решила иначе. Не могу удержаться от смеха, вспоминая это. Как же тебя иногда легко читать, Твайлайт. Ты ничего не сказала, но смотрела на меня, нахмурив брови и пытаясь понять, было ли это комплиментом или оскорблением.

— Дорогуша, это в хорошем смысле, — добавила я с игривой улыбкой, наблюдая, как ты, глупышка, едва не повалилась с ног от облегчения.

— О! М-м, я знаю, — ответила ты и затем добавила, — рада, что тебе понравилось!

Честно говоря, я была весьма польщена, что мое мнение так много значило для тебя! Не то что сейчас, когда ты отмахиваешься от моих замечаний.

— Как же очаровательно! Теперь я понимаю, почему ты в детстве проводила здесь много времени.

— Ой, нет, мы еще не дошли, — ты улыбнулась, и, честно, я до сих пор не понимаю, почему прошло так много времени, прежде чем я окончательно влюбилась в тебя. В состязании самых умиляющих сердце улыбок ты бы завоевала бронзу, серебро, золото и еще что-нибудь в придачу!

И еще говоришь, что ты не эффектная кобылка! Погоди, это я так говорила? Да никогда бы! Я всегда утверждала, что у тебя есть талант к артистизму! Усмехнувшись, ты повела меня по лестнице на второй этаж. Мы шагали мимо книжных полок, мимо читающих или спящих на диванах пони, пока мы не подошли к большой черной двери с надписью «Вход запрещен» большими красными буквами.

Ничуточки не угрожающе.

Сперва дернув ручку, ты обнаружила, что дверь была закрыта. Ты что-то пробормотала и нахмурилась.

— Твайлайт, я не понимаю…

Ты моргнула. Я ждала. Мы обе молчали. Время остановилось. Что? Нет, я рассказываю короткими предложениями для нагнетания интриги! Да дашь ты уже мне дорассказать эту историю, ради всего святого?!

Напряжение наполнило воздух. Ты глянула на меня. Я глянула на тебя. Ты была прекрасна. Так, это уже несущественно. Твой рог вспыхнул магией. Прозвучал щелчок. И запертая дверь неожиданно распахнулась, открывая взгляду винтовую лестницу.

— Пошли! — воскликнула ты.

— Твайлайт! Ты только что взломала замок! — судорожно прошептала я, с тревогой оглядываясь за спину. Когда ты пообещала сюрприз, я не ожидала подобное хулиганство!

— Ага, — с уверенностью ответила ты, гордая своим поступком, — это достаточно простенькое заклинание.

Ух! Я была определенно… впечатлена.

— Ай-ай-ай, Твайлайт Спаркл, какая преступница! — прошептала я, сделав шаг назад и оценив тебя в совсем новом свете. Мне понравился сей бунтарский порыв. — Никогда бы не подумала, что ты способна на преступление, но, дорогуша, я одобряю.

Хихикнув, я тыкнула тебя в нос и шагнула в запретную дверь.

— Как заманчиво!

До конца своих дней не забуду выражение на твоем лице. Ну это же была просто шутка! Ничего такого, просто дружеское поддразнивание, но, о звезды, твое лицо покраснело на двадцать оттенков за рекордно короткое время!

— Рэрити! — ахнула ты, потрясенная, шокированная! Возмущенная до глубины души! — Нет в этом ничего криминального! Библиотекарь всегда разрешает мне заходить сюда! Рэрити!

Я и ухом не повела, направившись вверх. Да, не очень вежливо с моей стороны, но как же меня развеселило твое негодование, так что я просто посмеивалась, слушая, как ты возмущенно топаешь позади меня. Поднявшись по лестнице, я наконец достигла мансарды, и какой же вид открылся предо мною…

До сих пор это одно из моих самых любимых мест на свете. Стены, увешанные полками, хранящими разнообразные предметы искусства и научные приборы; выцветшие картины, висящие на стенах; хаос из бумаг, записей и мелочей, разбросанных по полу; и стеклянный потолок, через который ты могла отчетливо наблюдать ночное небо и мириады его звезд.

Я затаила дыхание.

— Вот это я и хотела тебе показать, — тихо сказала ты, и хоть тогда я этого не заметила, но в твоем голосе отсутствовало самодовольство, которого я ожидала. Тебя не веселил мой трепет, а скорее…

Не могу подобрать слова. Или могу, но… это слишком сентиментально! Да, Твайлайт, даже для меня!

Ладно, дай мне собраться с мыслями.

Следы твоего пребывания были везде. Открытые книги, списки на стенах, кучка самоцветов для Спайка, небольшой диван, где ты читала, и твой аромат, который невозможно ни с чем спутать. Свежие чернила, пыльные книжные страницы и древесина дуба.

Это было интимно. Вот слово, о котором я думаю. Интимно не в плане физическом, а в чем-то абсолютно личном. Интимно в отношении к пони, которая раскрывает тебе свою душу, что ты в точности и делала. Ты позволила прикоснуться к твоему миру, и в тот момент я еще полагала, что мне было дозволено лишь наблюдать.

— Твайлайт, это…

Я не знала, что и сказать.

— Подожди, — заговорщическая улыбка вернулась на твои губы, — сейчас будет самое интересное!

Ты прошла в край комнаты, твой рог зажегся, и одна из стеклянных панелей на потолке откинулась, оказавшись окном. Шум города тут же наполнил комнату. Во вспышке магии перед тобой появились часы, на которые ты пристально посмотрела.

— Вот-вот начнется!

— Что начнется? — спросила я в замешательстве.

Ты отложила часы в сторону и наклонила голову.

— Помнишь, о чем я говорила? Что мы около паркового амфитеатра? В общем…  каждый четверг там устраивают концерты классической музыки.

И волшебным образом или, скорее всего, потому что ты смогла спланировать все это до секунды, раздались громкие аплодисменты, и несколькими мгновениями спустя музыка наполнила комнату, словно далекий успокаивающий шум.

— Я приходила сюда каждый четверг. Читать, работать или читать.

— И еще читать? — с ухмылкой спросила я, и ты рассмеялась.

— И это тоже, — ответила ты, и я почувствовала себя очарованной тобой. Гораздо более очарованной, чем когда-либо, и гораздо более очарованной тобой, нежели чем-нибудь другим вокруг. Это была не Твайлайт, ученица принцессы Селестии. Это была не Твайлайт, кобыла, воспитанная и выросшая в Кантерлоте.

Это была ты — умная и несуразная, сообразительная и остроумная.

Я не заботилась, насколько романтичной ты была, я просто была очарована тобой и твоим внутренним миром.

— У меня есть кое-что для тебя, — прервав мои грезы, ты открыла находящийся рядом шкаф и пролевитирировала оттуда мольберт и несколько холстов и расположила все это на открытом месте, освещенном луной, словно прожектором на сцене. Мелочи, мелочи, мелочи, на которые я тогда совсем не обращала внимания. — Я заметила, как ты рисовала на салфетке, пока мы сидели во «Флейминг Деликасис», и подумала, может ты захочешь порисовать на чем-нибудь менее, э-э, одноразовом.

Я сделала неловкий шаг к мольберту, совсем изумленная.

— Я…

— У меня еще есть карандаши и многое другое! — с воодушевлением продолжила ты, раскрывая передо мной красивую деревянную шкатулку, в которой оказалось множество кисточек, красок, карандашей, мелков и всего остального, чего я только могла пожелать. Да, они оказались не новыми, но все еще были в хорошем состоянии. — Когда-то сама пыталась рисовать. Я бы тебе новые купила, но в магазине, где я их беру, такие закончились.

Я не знала, что сказать, и не понимала, что делать.

— Я не… я не знаю, я…

И я еще думала, что это я сама щедрость.

— Тебе не нравится? — внезапно спросила ты, и я увидела страх в твоих глазах. Страх, который нередко вижу в тебе, когда тебе кажется, что ты сделала что-то не так. Страх, который почти всегда сопровождается кучей преждевременных оправданий и извинений. — Я подумала, что тебе может понравиться… Если ты не хочешь, мы не будем этим заниматься!

Твоя магия объяла мольберт, но я заговорила прежде, чем ты успела все убрать.

— Нет-нет, мне нравится! — воскликнула я, перехватывая мольберт копытом. — Это чудесно! Я просто… Ты превосходно подготовилась, и я очень тронута! Столько усилий вложено!

Мои слова тебя явно не убедили, так что я поправила гриву и похлопала ресницами.

— Все прекрасно! Ведь это для меня, как-никак, а я всегда ожидаю, чтоб все было идеально.

Наконец ты улыбнулась, и я испытала неописуемое счастье, когда ты комично закатила глаза.

— Ага, действительно.

— Правда, есть один недочет, Твайлайт, — да, я была жестока и даже испытала некий азарт при виде того, как быстро ты снова запаниковала. Хе-хе, да, я тоже тебя люблю.

— Недочет? — перед тобой появился список, который ты тут же принялась проверять.

— Ага. Понимаешь ли, с моей стороны было бы невежливо рисовать, находясь в твоей компании? Создание картины… это долгий процесс, дорогуша, и я не думаю, что тебе будет интересно смотреть, как я по десять раз перерисовываю одну и ту же линию.

— А! — выдохнула ты с облегчением. — Все в порядке, Рэрити. Я собираюсь работать над своим заданием, шуметь не буду, не волнуйся.

Ты подошла к своему креслу и, порывшись в седельных сумках, вытащила несколько тяжелых на вид книг. Я помню, ты не могла решить, с какой начать, пока наконец не выбрала самую толстую, устроилась на диване и начала читать.

Кажется, я так и смотрела на тебя около минуты, и тут ты подняла взгляд, дернув ушами.

— Что-то не так?

— Просто хотела уточнить, я буду молча рисовать, а ты будешь молча читать? — спросила я, получив твой кивок в ответ. — Понятненько.

— Вместе и порознь, — неожиданно сказала ты. — Мы так давно со Спайком придумали. Мы занимались каждый своим делом, но в одной и той же комнате, так что все равно были вместе.

Ты сделала паузу и осмотрелась вокруг.

— Кстати, за тем столом есть кое-какие книги по искусству, если тебе захочется взглянуть, — ухмыльнулась ты. — Может быть, поможет для вдохновения.

Вместе и порознь.

— Ты весьма своеобразная особа, Твайлайт, — сказала я, усаживаясь за мольберт. — И прежде, чем ты спросишь — своеобразная в хорошем смысле.

Ты тряхнула головой, но вместо ответа поерзала на диване, устраиваясь поудобнее, и отреагировала лишь улыбкой. Я же в свою очередь настроилась на несколько часов работы. Музыка была замечательна, и у меня даже возникли кое-какие идеи, которые так и рвались на полотно.

Точнее, мне так казалось.

Думаю, я тебе уже когда-то говорила, что благодаря магии своего очарования ты попросту украла мое сердце. Ты вплела себя в мою жизнь, затягивая стежки тут и там, пока окончательно не связала себя с моим сознанием и сердцем.

В тот вечер все могло пойти совсем по-другому. Концерт мог быть перенесен на другое время, и тогда бы не было такой атмосферы. Ты могла не показаться мне бесконечно очаровательной в тот вечер, и тогда я бы занялась наброском очередного потрясающего платья.

Но в действительности ты, конечно же, очаровала меня.

Я уже говорила, что не замечала тебя по-настоящему до того момента. Что ж, той ночью ты была тем единственным, что я только и могла заметить. Я не настолько глупа и наивна, чтобы верить в любовь с первого взгляда, и к тому же мой печальный опыт на Гала в одночасье покончил с подобными глупостями. Да, конечно есть некое физическое влечение при первом взгляде, но любовь — это совсем другое. А может быть, она была другой лишь для меня.

Пролевитировав к себе одну из тех книг по искусству, я начала листать ее, и даже сейчас я отчетливо помню тот порыв взглянуть на тебя, посмотреть, чем ты занимаешься. Вместе и порознь, как ты сказала. Поначалу это было не так просто принять. Я личность социальная по своей природе, я раскрываюсь в общении, во взаимодействии с другими. Единственная пони, ради которой я готова угомониться и притихнуть — Флаттершай, и даже с ней мне трудно прекратить болтать, болтать и болтать.

Но сейчас все было совсем по-другому. Как я уже сказала, это был твой мир, и в этом одиночестве, но одновременно и близости, я осознала, что ты приглашала меня не понаблюдать, но присоединиться к тебе.

Что я и сделала.

Я отложила книгу, нашла карандаш лавандового цвета в твоей шкатулке и молча принялась рисовать тебя, настоящую тебя, а не модель Твайлайт Спаркл для шитья платья. Меня объял порыв изобразить эту маленькую несуразную пони на диване.

Я была полностью этим поглощена. И тобой. Как же клишированно звучит, но ведь именно так и было! Я ощущала себя неописуемо комфортно в твоем присутствии — настолько, что ты превратилась в цель моего существования.

Пролетел целый час, пока мы не оказались выдернуты из своих уютных мирков одним простым событием — наши взгляды встретились. Вот у меня-то была причина: я тебя рисовала; а ты… тебе просто нравилось смотреть на меня. И это до сих пор не изменилось, а, дорогуша?

На мгновение наши взгляды пересеклись, и, как в тот раз, когда ты меня обняла, в это самое мгновение мое сознание оказалось поглощено вопросом, а было ли что-то большее между нами. И на этот раз я задержалась на этой мысли чуть дольше.

— Как продвигается твоя работа? — спросила я, желая снова услышать твой голос.

— Я вот-вот закончу… Готово! — с победной улыбкой ты захлопнула книгу и положила ее на стол рядом. Ты выглядела жутко довольной. — А у тебя как? Посетило вдохновение?

Ха! Если бы ты знала.

Честно говоря, если бы я сама знала...

— Да, посетило, — уклончиво ответила я, отложив карандаш и любуясь… мешаниной своих безуспешных попыток. Я тогда еще подумала, что виной всему было то, что при шитье платьев мне приходилось рисовать только одну и ту же позу снова и снова. И только пони. Кто же знал, что нарисовать диван будет так сложно?

— О, а посмотреть можно? — спросила ты, спрыгнув с дивана и цокая ко мне. Ты очень мило взвизгнула, когда я магией отпихнула тебя обратно на прежнее место.

— Нет-нет-нет! Еще не готово! — воскликнула я.

Я была... в тот момент я убедила себя, что просто не хотела, чтобы ты увидела незавершенную работу, но сейчас понимаю, что отрицала настоящую причину. Ты приложила столько усилий ради меня, и я была обязана отплатить прекрасным творением.

Жалобно хныкнув, ты снова расположилась на диване.

— Почему бы тебе не почитать книгу вслух? — спросила я, в шестой раз пытаясь нарисовать этот проклятый диван.

Я помню, как ты уставилась на меня, то ли думая, что я сошла с ума, то ли начав осознавать, что я тебе нравлюсь, а может быть, и то и другое одновременно.

— Что?

— Ты закончила свое задание, верно? — издалека начала я, бросив свои попытки изобразить диван и перейдя к доведению до совершенства твоей позы. — У нас еще есть целый час. Не хочешь почитать мне книгу?

Я высунула голову из-за полотна и ухмыльнулась.

— Тем более теперь я точно не засну во время чтения, м-м?

Твои глаза вспыхнули.

— Правда? — спросила ты, будто я только что исполнила твое самое заветное желание.

— Да, правда. Начинайте, маэстро, — ответила я и засмеялась, когда ты, можно сказать, сбросила себя с дивана и огляделась вокруг в поисках чего-нибудь почитать.

Ты была просто невероятно очаровательной. Ты вызывала улыбку. И так до сих пор, даже если сводишь меня с ума. Хм, может быть, не тогда, когда я схожу с ума из-за тебя, а когда схожу с ума по тебе, любовь моя.

Наконец ты нашла что-то и с триумфальным «Ага!» ринулась обратно к дивану, устроилась в идеальной позе для чтения — другими словами, уютно свернулась на диване, словно котенок — пролевитировала книгу и хлопнула копытами в возбуждении.

О звезды, Твайлайт, как же мило ты выглядела. Я любила тебя так сильно — даже тогда, когда не знала, что люблю тебя.

— Ладно, в общем, та-ак, — ты облизнула губы, кашлянула и, пока я продолжила вписывать тебя навечно на мое полотно, ты начала читать.

«Откуда мне стоит начать? Какое самое лучшее место? Когда все это по-настоящему началось? Для Нее это началось давным-давно в совсем другой стране. Но для меня все началось одной ночью раннего лета, когда таинственная гостья пожаловала в наш город…»

В тот вечер я так и не закончила рисунок. И я не позволила тебе посмотреть на него. Это угнетало меня, и ты, по-видимому, это заметила.

— Мы можем вернуться сюда в следующий четверг, — предложила ты по пути на станцию, левитируя перед собой ту самую книгу. С ней мы тоже не закончили, и я напрочь отказалась возвращаться домой, пока мы не дочитаем хотя бы до момента, когда главные герои признаются друг другу в любви. — Снова будет концерт, и ты сможешь все доделать.

Мне сразу же понравилась эта идея. Как я осознала, я хотела этого — снова быть в той маленькой и тихой гавани и рисовать, пока ты пребываешь рядом, читаешь мне романы и хихикаешь над моими жалобами, когда рисование идет не очень успешно.

Поезд был почти пуст, поэтому нам удалось занять наше привычное купе. Было поздно, и я едва не проваливалась в сон. Я знала, что засну, если ты начнешь читать, но все равно хотела, чтобы ты продолжила.

Я разместилась первой, и, когда вошла ты, одарила тебя улыбкой. Я помню, как приглашающе похлопала по сиденью рядом с собой. Я жажду знать, ты тогда не заметила этого или попросту проигнорировала меня? Ты… Ты подумала, что я стряхиваю пыль с сиденья?!

Ты безнадежна, Твайлайт, совсем не понимаю, почему я так люблю тебя.

Все мы воистину безумцы.

В общем, как и было сказано, я села первой, а ты подумала, что я стряхивала пыль, поэтому ты намеренно села напротив меня. Я помню, что мне это показалось неправильным. Будто ты пригласила меня в свой секретный внутренний круг, после чего бесцеремонно выгнала  оттуда.

И тогда я решила, что так совсем не пойдет.

Раз ты не собираешься садиться рядом со мной, тогда я попросту сама сяду рядом с тобой.

Я оставила свою сумку на сиденье, поднялась, и, прежде чем ты успела спросить, села к тебе. Ты замерла, и на мгновение я подумала, что переступила черту. Поэтому я оставила свободное пространство между нами.

— Ну что, продолжим? — спросила я, бросив взгляд на книгу. — Ты остановилась на самом интересном месте!

Наконец ты кашлянула и продолжила: «Бывают моменты, когда мы принимаем решения без всякой сознательной мысли. И вот, когда наши отношения приняли нужное направление, один из нас пошел вопреки всему прежде, чем это можно было бы заметить.  Я не хотел давить на нее. Я чувствовал, что все эти преграды в моем разуме, все эти мечты и кровь на моей шее — совсем не те вещи, которых стоит касаться».

Ты сделала паузу.

«Но именно к ним я и прикоснулся».

Именно к ним я и прикоснулась.

Ты продолжила читать, а я бросила взгляд на сиденье — на крохотное, но одновременно огромное расстояние, разделяющее нас. Я подумала о твоем заветном мире, в который ты пустила меня, и, даже несмотря на то, что мгновения назад я хотела оставить пространство между нами, я поняла, что придвигаюсь все ближе и ближе, пока наконец не прильнула к тебе, чувствуя, как переплетается наша шерстка.

И ты снова замерла.

— Твайлайт, — с опаской спросила я, — тебе так комфортно?

— Да, — спустя мгновение ответила ты, после чего расслабилась, прислонившись ко мне, и мы снова погрузились в наш маленький мирок тихого единения.

Ты продолжила читать, и мы больше почти никогда не сидели порознь.

* * *

Полны чудес дороги бытия:

Задолго прежде, чем узнать могла,

Того не ведая, твоею оказалась я,

Как и ты моею — так свела судьба.

~ Lang Leav, Love & Misadventures

## Глава 3 VIII-X

VIII. Обжигающее пламя

Где-то и когда-то я слышала, что двое не могут быть вместе, не разбив сердце третьего.

Он был бесценным сокровищем для нас. Даже сейчас, даже сегодня сложно представить твою жизнь без его непосредственного участия. Пускай он был ребенком, и была ли это мимолетная влюбленность или нечто большее, но ты столь усердно заботилась о нем — даже ценой того, чего это нам стоило.

Поезд задержался, помнишь? Какая-то авария, то ли оползень, то ли поломка, уже и не помню. Поезд опоздал на несколько часов, и уже было давно за полночь, когда мы наконец прибыли в Понивилль. День был достаточно трудный, мне тогда пришлось переделывать костюм герцога Файрстроука снова, и снова, и снова, и…

Ну ты поняла.

Я заснула на середине книги, прислонившись к тебе, да и ты особо не жаловалась, не так ли?

Насколько помню, мне было очень досадно, когда меня разбудил пронзительный свисток паровоза. Нет, не потому что он нарушил мой сон, а потому что в предыдущие дни я познала, как невероятно комфортно было спать, прижавшись к тебе, принцесса моя. Кажется, ты даже однажды сказала, что единороги имеют более высокую температуру тела из-за магии, но я вежливо отказалась от твоих научных объяснений и заявила, что все это просто потому, что я сижу рядом с тобой — ну вот честно, кто б не почувствовал легкий жар в моем присутствии?

Наконец мы начали сходить с поезда, то есть ты начала, а я… бурно выражала свое неудовольствие своей усталостью и столь поздним часом.

— Тва-а-а-айлайт, — протянула я, выходя из тепла вагона в объятья ледяного и беспощадного зимнего воздуха, с холодом которого не мог совладать даже мой шарф. Я остановилась и наигранно вздохнула. — Твайлайт, я попросту не смогу сделать более ни единого шага! Не могу и не хочу!

Ты пронзила меня хмурым взглядом.

— Рэрити.

— И только попробуй сдвинуть меня!

— Рэрити, уже давно двена…

— Даже не пытайся! Тебе меня не уговорить!

— Ладно, — ты оглянулась по сторонам и подошла ко мне, — тогда каков твой план?

— Мой план? — довольно мурлыкнула я в той манере, которая обычно заставляет тебя делать все, что я захочу. — Я польщена, что ты поинтересовалась.

— Еще как польщена, я уверена.

Я огляделась по сторонам, с напускной опаской проверяя, не услышит ли кто наш разговор.

— Подойди поближе, дорогуша, — прошептала я, — нет, ближе. Еще. Еще бли…

Что?

Я рассказываю шепотом для эффекта! А ты не подходишь ближе! Да, ты вообще-то должна была подыграть!

— И что теперь? — с волнением спросила ты. Ты была очень близко. Наверно, даже немножко чересчур близко — было сложновато сохранять таинственный вид, когда ты упиралась мордочкой мне в щеку.

— Теперь, Твайлайт, чрезвычайно важно делать все так, как я скажу. Поняла? — предупредила я, прищуренными глазами оглядывая тех пони, которые все еще оставались рядом. — Нужно, чтобы ты стояла идеально неподвижно. А хотя, будь добра, лучше сядь. Нет, не сюда! Тут грязно! Вот сюда! Да, хорошо. Но теперь ты не так близко, как надо! Нет, я не… Я лучше сама подсяду поближе. Отлично, а вот теперь замри!

Что ты беспрекословно и сделала. А я прижалась к тебе и вздохнула.

— Я… кажется, я чего-то недопонимаю, — пожаловалась ты. Понимаю, все-таки мои махинации иногда могут быть слишком мудреными даже для такой умной пони, как ты. — И в чем же твой план?

— Чтобы ты вот здесь сидела и согревала меня, конечно же, — невозмутимо ответила я.

Ты рассмеялась.

— И как долго мы собираемся так сидеть?

— О, пару часиков, — уклончиво ответила я, — Или, может быть, до нашей следующей поездки в Кантерлот.

— Которая через два дня, — ответила ты. — И мы тут будем сидеть все это время?

— У меня нет никаких возражений по этому поводу, я просто наслаждаюсь твоей компанией, — ответила я. И температурой твоего тела. И текстурой твоей шерстки. И многим другим, ну это я слегка отвлеклась. — Вместе и порознь, неужели нет, дорогуша? И я готова поспорить, тебе тоже нравится быть со мной. Честно говоря, это просто превосходный план.

Хоть ты и покачала головой, но так ничего и не сказала, вместо этого решив тихо сидеть со мной. Это было странно. Не само действие, а атмосфера, ощущения. Благодаря нашим встречам в библиотеке мы стали ближе, из-за чего я была готова осмелиться на… эм, не в физическом плане, с учетом того, что весь наш вид так любит обнимашки… но, в общем, это было…

Интимно.

Я помню, как открыла глаза и осмотрелась вокруг. Пустой вокзал, легкий ветер, ночь, паровоз под парами. Я тот еще романтик, сама знаешь, и когда оказываюсь в определенной обстановке, я не могу сдержать свои фантазии. Я помню, что думала тогда, будь мы в любовном романе, это был бы момент осознания главным героем своих чувств к спутнице.

Помнишь, я говорила, что безнадежно влюбилась в тебя под магией твоего очарования? Собственно, вот…

Едва эта мысль сформировалась, мои щеки запылали от непрошеных мыслей, полезших в голову. Теперь я не воображала детектива Шэдоу Спэйд и ее милое любовное увлечение, Сильвер Блэйда, но думала о тебе и мне. Конечно же, это было глупо. Мы были просто подругами, а я всего лишь позволила разыграться своему воображению. Мы попросту разделяли момент близости, как это обычно делают хорошие друзья.

За одним исключением.

За исключением того, что ты томно вздохнула от удовольствия и нежно положила голову на мое плечо, и я сразу же почувствовала жар, пронизывающий все мое тело.

Я не сдвинулась ни на миллиметр. И не смогла бы, потому что любое движение могло сломить чары и обнажить правду. Я осознала, что в то мгновение лелеяла мысли о тебе и мне, даже если часть моего разума все еще пыталась напомнить, что мы были только друзьями.

— Нам пора идти, — в конце концов ты прервала молчание, и я расслабилась, поняв, что мои вольные мысли не просочились наружу. — Спайк наверняка волнуется. Я обычно возвращаюсь не так поздно.

— Да, нам пора, — ответила я.

И ни одна из нас так и не двинулась. Ты оглянулась по сторонам, я услышала твой резкий вдох, после чего ты резко отстранилась от меня.

Я вздрогнула от резкого чувства холода.

— Увидимся завтра? — в спешке пролепетала ты, ну прямо совсем в спешке.

Но я не могла ничего возразить, будучи погруженной в собственные мысли.

— Конечно, — машинально ответила я, и, прежде чем я успела еще что-нибудь добавить, ты рванула прочь, едва попрощавшись.

Я проводила тебя взглядом, и только когда ты скрылась из виду, покинула станцию, пытаясь понять, что же все-таки это было. Начиная от твоего торопливого прощания и заканчивая моими нескромными фантазиями.

Да, это была та еще ночка.

Я доигралась до того, что оказалась захлестнута необычными мыслями.

Ты потворствовала моим желаниям и подыграла в этой глупой игре, а потом узнала, что мы были не одни.

И Спайк, который пришел на вокзал встретить нас, чтобы в итоге сбежать, будучи застуканным за лицезрением весьма ранящей его сцены.

IX. Вместе, но порознь

Я скучала по тебе.

Правда, я не могла сказать, скучала ли я по тебе, как другу, или же потому что я провела последние несколько дней, обуреваемая бесстыдными романтическими фантазиями с твоим участием, но в любом случае я тосковала по тебе.

«Какие же глупости! — должно быть думаешь ты. — Как ты могла скучать по мне, если мы вместе ехали на поезде?»

…

…

…

Ну что, ты собираешься спрашивать или нет?

Твайлайт, как хорошо, что ты спросила!

А ответ прост. Ты тогда и не поехала со мной.

Знаешь ли, я думала о тебе весь следующий день после нашего маленького «момента» на вокзале. Я присоединилась к Флаттершай на нашем еженедельном сеансе в спа, и пока я лежала в джакузи с лечебной грязью на лице и огуречными ломтиками на глазах — ну просто сама привлекательность — я думала о тебе. Я думала о библиотеке, о том, как ты читала вслух, о наших обедах и обо всем другом, что касалось тебя.

Помню, как Флаттершай хихикнула.

— Кое-кто ну очень счастлив посетить спа, — сказала она дразнящим тоном, который позволяет только наедине со мной, — какая широкая улыбка.

Конечно, это была широкая улыбка, да-да, такая же широкая, как и сейчас у тебя, милая. И я провела весь день с этой улыбкой. Мне так хотелось увидеть тебя вновь, но мне нужно было доделывать заказы в Понивилле, так что я поборола это желание, подбадривая себя тем, что наверняка увижу тебя следующим утром.

Но я не знала, что мы с тобой так и не встретимся, потому что ты попросту не придешь.

Я прибыла на станцию, как обычно совершенно не выспавшаяся, но преисполненная решимости не заснуть на тебе хотя бы в этот раз. Выйдя на платформу, я скользнула взглядом по нескольким пони, бродящим вокруг, и заметила то, что сразу же бросалось в глаза — твое полное отсутствие. Отсутствие той, что, за исключением того самого первого раза, всегда ожидала меня здесь ровно в пять сорок пять.

— О, мисс, — сказал кассир, когда я подошла купить билет, — Вы Рэрити, верно?

— Конечно это я! — воскликнула я, мгновенно отвлеченная от беспокойных мыслей о тебе. Я поправила гриву и захлопала ресницами. — Единственная и неповторимая!

Впрочем, он как-то не особо был впечатлен мною. Какая жалость, что не у всех пони есть хороший вкус.

— Ваша подруга заходила, — продолжил он. — Фиолетовая пони.

Фиолетовая пони! Я даже оскорбилась за тебя. Все замечательные отличительные черты твоей внешности он уместил в определение «фиолетовая пони». Что само по себе даже не было корректно, ведь твоя шерстка цвета глицинии. Фиолетовый, ну надо же такое сказать! Если бы он назвал его хотя бы лавандовым, я бы может и простила такую оплошность.

— Да? А где она? — беспокойство нахлынуло на меня с новой силой.

Он лишь пожал плечами.

— Попросила передать, что она сегодня не сможет поехать с вами и ей жаль. Да, и еще… — он наклонился и достал из-под стойки стаканчик кофе. — Она оставила это для вас.

— Оу… Э-э, спасибо, — ответила я, забирая кофе. — А она случаем не сказала, почему не может поехать?

Жеребец пожал плечами.

— Не-а.

— Понятно…

Я поблагодарила его и направилась к краю платформы. Очевидно, я была совсем обескуражена. Такое предвкушение увидеть тебя, а ты так и не озарила мое утро своим присутствием. На секунду я задумалась, что вдруг это я каким-то образом обидела тебя, но идея показалась совсем абсурдной. Наверняка случилось что-то другое.

Но что?

Не буду лгать. Ты очень обидела меня тем, что не попыталась объяснить мне в чем дело. Я думала, что за предыдущие недели мы сблизились, как-никак. И было больно думать о том, что а вдруг я ошибалась.

«Она просто забыла сказать, — убеждала я себя. — Из головы вылетело, ну с кем не бывает».

Когда прибыл поезд, я сразу же вошла в вагон и направилась к нашему купе. Обычно оно казалось маленьким и уютным. А теперь — большим и неприветливым. Я помню, как села и ждала отправления, и все это время твое пустое место продолжало приковывать мой взгляд. Когда поезд наконец тронулся, мой багаж заполнил пространство, где не хватало тебя.

Я твердила себе, что хорошо, что ты не поехала со мной, потому что я смогу вдоволь поспать без всяких угрызений совести, но мой разум был жесток. Тем утром ни ты, ни Морфей так и не составили мне компании.

Время в тот день текло мучительно медленно.

Даже несмотря на то, что у меня было полно работы, казалось, что на каждый стежок уходят минуты, что было недалеко от истины с учетом того, что я чуть ли не каждые три секунды прерывалась, чтобы посмотреть на часы. Мне хотелось — нет, мне было нужно — чтобы обеденный перерыв наступил как можно скорее и я могла пойти найти тебя, если ты вообще приехала в Кантерлот.

Правду говорят: любовь в разлуке крепнет, пускай я и пыталась убедить себя, что волновалась о тебе лишь из-за великодушия, а не потому что была безнадежно влюблена. Может быть, так и было. А может и нет. Думаю, и то и другое.

Если память не изменяет, я тогда работала над платьем для Тинсел Ривер.

— Рэрити! Получилось просто идеально! — восторгалась она, прижимая упакованное платье к груди. Она планировала надеть его на седьмую годовщины своей свадьбы. — Огромное вам спасибо!

Я улыбнулась, сделав легкий поклон.

— Ох, не стоит. Благодарю вас за оказанное доверие.  В этом платье вы выглядите восхитительно.

— Ой, да вы льстите! — усмехнулась она, отмахнувшись копытом, но тут же прикусила губу: — Но все-таки я выгляжу замечательно в нем, правда? А ведь я едва не заказала платье у Фабрик Ская!

— Фабрик Скай, конечно, выдающийся дизайнер, но ему не хватает… — я поводила копытом кругами в воздухе, пытаясь подобрать слова. — Ему не хватает оригинальности. Боюсь, он чересчур консервативен. Увы, не все могут быть на передовом краю моды.

— Верно подмечено, — ответила Тинсел и задумчиво нахмурила брови. — А знаете, у меня есть один друг, с которым, как мне кажется, вам стоит встретиться. Вы свободны во время обеда?

«Да» повисло на моих губах. Формально у меня не было планов с тобой, так что ничто не мешало мне присоединиться к Тинсел Ривер, но…

— Боюсь, нет, Тинсел, — ответила я и качнула головой, извиняясь. Мы были хорошо знакомы с Тинсел, и я надеялась, что она не обидится, что ты была мне дороже. — Я бы с удовольствием, но у меня уже есть планы кое с кем другим, и было бы невежливо отменять все в последнюю минуту. Может быть, у нас получится перенести встречу на другой день, если ваш друг будет так любезен?

— Конечно! Я поговорю с ним, — сказала она с видимым облегчением. — Кстати, а у вас есть какое-нибудь портфолио, которое я могла бы взять с собой?

Я отдала ей одно из своих крайне немногочисленных, как потом окажется, портфолио, после чего Тинсел ушла с обещаниями встретиться как-нибудь за чашечкой кофе и обговорить кое-что. Позже я поняла, что стоило бы тогда поинтересоваться ее таинственным другом, но обеденное время уже наступило, и я жаждала тебя. Найти тебя! Жаждала найти тебя! Я вообще-то так и сказала!

Ой, ну тебе, наверное, послышалось!

Впрочем, дворец был известен бесчисленным множеством коридоров, помещений и закоулков, так что попытка найти тебя в таком лабиринте могла обернуться весьма непростой задачей. К счастью, ты была крайне предсказуема: если тебя не было у Селестии, то оставалось лишь одно место — дворцовая библиотека.

Можешь дуться сколько хочешь, мы обе прекрасно знаем, что это правда.

Я быстро добралась до библиотеки, надеясь найти тебя там. Если ты была у своей наставницы, весь остальной мир для тебя словно исчезал, ну а если ты была одна, то у меня еще оставался шанс.

Двери библиотеки возвышались передо мной. Отринув все сомнения, я аккуратно надавила на одну из створок двери, молясь, чтобы она не заскрипела слишком громко, и заглянула внутрь.

И все-таки я тебя нашла.

Не думаю, что ты услышала, как я вошла, ну а если и услышала, то хорошо это скрыла. Ты сидела за дальним столом и, сосредоточенно сморщив лоб, читала книгу. С виду с тобой все было нормально. Никаких признаков болезни или явного недомогания, что могло бы объяснить, почему ты намеренно пропустила поезд.

Но если дело не в этом, то в чем?

Вдруг безо всякой на то причины ты тяжело вздохнула и уронила лицо на книгу. Ты была явно чем-то расстроена, и, признаюсь, для меня это выглядело мило. Я помню, как с трудом подавила смешок и по незнанию предположила, что ты попросту испытывала некие затруднения с очередным заданием Селестии.

Забавно, впервые это все было полностью из-за меня, а я даже и предположить не могла.

Словно почувствовав мой взгляд, ты резко подняла голову и посмотрела в сторону двери, пока я спешно попыталась отступить в коридор. Помню, как укоряла себя за это какими-то мгновениями позже. Зачем я пряталась? Ну не могла же я быть причиной твоих терзаний, по крайней мере, я не сделала ничего такого!

Пока я была погружена в мысли, раздумывая о жизненных хитросплетениях — но, гораздо важнее, о тебе — ты умудрилась подкрасться ко мне. Я услышала приближающийся цокот копыт. Ужас! И прежде, чем я смогла придумать какую-нибудь хитрую отговорку, дверь резко открылась и тут вышла ты, оглядевшись вокруг и обнаружив меня.

— Рэрити? — спросила ты смущенно, словно жеребенок, пойманный за поеданием сладостей.

Я была не очень готова к столь неожиданной встрече, так что моя реакция оказалась не особо подобающей леди моего статуса. Да, знаю, я выглядела ошеломленной.

— Твайлайт! — почти… ладно, буквально взвизгнула я. — Привет! Вот так встреча!

— Э-э, привет, — ну ты хотя бы не показалась обиженной. Разве что неловкой. — Хм, что ты здесь делаешь?

Я сразу же запаниковала, пойманная на неудобном вопросе.

— Что я делаю здесь? А что ты делаешь здесь?

Ты смерила меня весьма озадаченным взглядом.

— Ну, я здесь работаю?

— Ой, точно! Как я не подумала! Конечно же, ты тут работаешь! — ответила я, нервно усмехнувшись.

Ты посмотрела на меня, словно я сошла с ума. А ведь так и было! И все из-за тебя!

— Действительно.

— Ну, в общем, если хочешь знать, я тут… э-э… гуляю! Исследую чудеса, которыми может похвастаться Кантерлотский дворец, а раз сегодня такой замечательный денек, я решила зайти за тобой.

Ты слушала и анализировала меня.

— Значит, решила зайти за мной,— повторила ты.

— Именно!

— Ты решила зайти за мной, — снова повторила ты, нахмурив брови, — при этом не зная, что я буду здесь. Хм…

Ты слегка наклонила голову в этой умилительной манере и самодовольно ухмыльнулась.

— Даже и не могу представить, как это ты не заметила меня, когда заглянула в дверь.

Я с пристальным вниманием разглядывала свое копыто.

— Ой, да я и сама не пойму! Временами жизнь такая странная, да?

И тут ты рассмеялась, и это был просто идеальный момент.

— И правда, — ответила ты. — Чем я могу помочь?

Ох, какая манера речи!

— Для начала ты можешь начать говорить со мной, как с другом, а не как с едва знакомой пони, — поддразнила я, мгновенно заставив тебя покраснеть. Как же это было мило! — А еще ты можешь успокоить моего внутреннего детектива Шэдоу Спэйд и наконец сказать, почему у тебя так неожиданно не получилось поехать утром вместе со мной? Я беспокоилась.

Словно от удара, ты отшатнулась, прижав уши и опустив взгляд.

— Ой… Прости. Кое-что случилось в библиотеке, — сказала ты наигранно небрежным тоном.

— Кое-что? — надавила я, пытаясь выпытать из тебя детали.

— Кое-что, — повторила ты. — Ничего важного.

Но это было важным, но я не знала, что сказать или как добиться более подробного ответа. Ты вообще представляешь, каково это — ощущать себя абсолютно беспомощной в попытке помочь другу? Вот так все и было, не правда ли? В этом-то и было дело. Ты была просто подругой, и к тому времени еще совсем недавней, и отношения между нами не были до конца ясны. Да, они успели развиться за последние несколько недель, но мы все еще боялись перейти тонкую грань.

Так что я отступила.

— Как скажешь, Твайлайт, — ответила я, сдавшись. Но я по-прежнему хотела быть с тобой, так что, может быть, не все еще было потеряно. — Ладно, а что насчет обеда, м-м? Я утром проходила мимо восхитительного ресторанчика с открытой террасой, уверена, он тебе понравится!

Ты на секунду задержалась взглядом на мне, после чего снова отвела глаза. Выглядело весьма наигранно, я бы сказала.

— Мне нужно работать, — подавленно сказал ты. — Извини.

— Но Тва-а-а-ай…

— Я не могу, Рэрити, — наотрез ответила ты, наконец повернувшись ко мне с серьезным выражением на лице. — Мне жаль, но я…

Твой тон смягчился, и странная грусть захлестнула тебя. Ты прижала уши, а голос затих до шепота.

— Я не могу.

Я хотела фыркнуть, топнуть копытом и поныть, но удержалась от этого. Что-то было не так, и хоть в этот раз я смогла понять, что мои сценические замашки могут быть совсем не к месту.

— Я… Ты уверена? — спросила я в последний раз.

— Да, уверена, — окончательно сказала ты, посмотрела в сторону открытой двери и дала понять, что разговор окончен. — Мне пора возвращаться к работе.

Я не знала, что еще сказать.

— Хорошо, — лишь ответила я, ощущая себя совсем угнетенной твоим отказом и даже жалея, что не приняла предложение Тинсел. — Но я хотя бы увижу тебя вечером?

Ты заколебалась, и я уже было смирилась с еще одной поездкой в одиночестве.

— Да, — все-таки ответила ты, и счастье тут же захлестнуло меня. — Встретимся на вокзале.

— Правда?! — выпалила я с гораздо большим восторгом, нежели могла позволить себе. Ты растерянно отступила назад, а я кашлянула, восстанавливая самообладание. — Это просто чудесно, Твайлайт, потому, если честно, я…

Слова застряли в горле, а щеки вспыхнули румянцем. Я помню, как растерянно заморгала и робко улыбнулась тебе, мысленно ругая себя. Ради Эквестрии, почему я была так смущена?! Ну ведь не было ничего такого в том, что я хотела сказать! Это не было чем-то, что я постеснялась бы сказать Флаттершай, или Свити, или любому моему другу.

Ой, ну конечно для тебя это выглядело крайне мило! Ведь это ж не ты стушевалась передо мной, словно влюбленная по уши кобылка, пытающаяся сказать «привет» пони, который ей нравится.

— Если честно… — повторила я, намеренная высказаться несмотря ни на что. Я искренне улыбнулась, вот прямо как ты сейчас. — Я ужасно скучала по тебе этим утром.

О дорогая, как же ты улыбнулась в ответ.

Впрочем, эта улыбка не продлилась долго. Я бы сказала, что это была призрачная улыбка, и если возможно влюбиться в призрака, дорогуша, тогда я точно влюбилась бы в эту улыбку. Да знаю я, что подобная метафора не имеет особого смысла, но я же просто пытаюсь быть лиричной для тебя.

В общем, улыбка покинула твои губы.

— Ладно, мне пора за работу, — сказала ты, пожелала мне всего доброго и затем ретировалась обратно в свою неприступную крепость, оставив меня за дверью. Я лишь театрально вздохнула и направилась в сторону столовой в надежде найти хоть кого-нибудь, с кем разделить трапезу.

X. Тоскуя по тебе

Несмотря на все мои надежды, после нашей короткой встречи ничего так и не изменилось.

Ты и вправду пришла на вокзал вечером, но вот разговаривала ты как попутчик-незнакомец. Пока мы ждали поезд, ты удостоила меня лишь немногословной и пустой беседой, словно только из вежливости, но более того меня поразило твое явное нежелание возвращаться домой.

Ты вздохнула, как только прибыл поезд, и, когда раскрылись двери и вышел проводник, с видимой неохотой прошла в вагон. Да, возможно так было всегда, но обычно наше внимание было приковано друг к другу, так что я почти ничего вокруг себя не замечала.

Когда мы наконец вошли в вагон, ты резко бросилась вперед, спешно протискиваясь сквозь толпу пассажиров, и исчезла в одном из купе. Когда я вошла туда парой мгновений позже, ты уже сидела у окна, а твой багаж незыблемо лежал рядом с тобой — на том самом месте, где я уже привыкла проводить наши поездки.

Я поняла намек, и это болью отдалось в моем сердце.

Тише, тише, милая. Это уже в прошлом, и, более того, это значило, что тебе было не все равно. Независимо от того, что ты там думала, это была очевидная попытка завладеть моим вниманием, в чем я была уверена, потому что сама всегда преуспевала в привлечении внимания к себе.

Такова была первая из наших нескольких немногословных поездок. Что интересно, тогда я тосковала по тебе гораздо больше, нежели когда тебя не было. И еще было досадно понимать, что именно я — по причинам не зависящим от меня — была проблемой.

Следующее утро оказалось не лучше. Ты пришла с кофе, бросила пару дежурных фраз — бессмысленные слова, которые маскировали твои настоящие чувства, и снова положила багаж рядом с собой. Я еще не успела даже спросить, а ты сразу же сказала, что будешь занята весь день и у тебя не получится встретиться со мной на обеде или в другое время.

Никогда бы не подумала, что буду описывать твои действия, как вред назло себе. Ты же ведь не пыталась никому вредить? Ты всегда стараешься решать проблемы, чтобы сделать жизнь других лучше. Этому тебя и учили. Решать проблемы дружбы.

Что ж, а вот тогда была проблема любви — причем та, что включала сразу и твоего самого лучшего друга на свете, и объект твоих романтических симпатий. И, как ты и научилась, ты решила проблему, убрав причину конфликта.

Себя.

Правду говорят: что имеем — не храним, а потерявши — плачем. Без тебя дворец сразу же стал пустым и холодным. Я светская пони с ног до головы, но сколько бы я ни общалась тогда с другими, это ощущалось так… неискренне.

Они не заходили за мной в мастерскую. Они не планировали обеды в ресторанах, в которых я еще не была и могла бы попробовать что-нибудь новое. Они не наполняли разговор интересными фактами о городе, о его истории, жизни и обо всем чем угодно.

Я ломала голову в попытках понять, что же я сделала не так. Я знала, что могу чересчур драматизировать, но уж точно я не сделала ничего такого, что давало тебя повод избегать меня! Это просто сводило с ума, огорчало, угнетало, ну со своим словарным запасом ты и сама можешь продолжить весь список до конца.

Мне было уже не до романтики. Казалось, что даже наша дружба уже трещала по швам.

Следующий день у нас обеих был выходным. Я лежала на кушетке у себя дома и пыталась решить, что же делать, но, как и раньше, передо мной встала проблема: я все еще была новой подругой для тебя.

Я тогда не знала тебя вдоль и поперек, как знала Флаттершай, Пинки или остальных. По правде говоря, как и другие жители Понивилля, так что ни один пони не мог бы посоветовать мне, с какой стороны к тебе подойти или как решить проблему, что тебя угнетала.

Ни один пони не мог, но…

Но один дракон мог.

Да, я говорила со Спайком, и нет, естественно, тебе не сказали. Спайк никогда бы тебе не сказал. Что это значит, почему?!

Это одна из тех вещей, которые ты не можешь понять, Твайлайт.

Именно поэтому Спайк убежал прочь вместо того, чтобы ссориться с тобой из-за наших отношений. Потому что, несмотря на его странное увлечение мною, будь то наивная влюбленность или нечто большее — любая привязанность, которую он испытывал ко мне или будет испытывать к кому-либо, всегда будет меркнуть по сравнению с его любовью к тебе.

Так что я дождалась, когда ты уйдешь по делам, и, скрепя сердце, трижды стукнула в дверь библиотеки «Золотой дуб».

Парой мгновений спустя дверь открылась и изнутри выглянул наш дорогой дракончик, и его глаза вспыхнули при виде меня.

— Ого! Рэрити! — воскликнул он, пытаясь подавить чересчур восторженную улыбку и приглаживая чешую. Какой же он милашка. — Э-эм, привет, Рэрити.

— Так-так-так, это же мой любимый дракон! Вот так встреча! — сказала я с ослепительной улыбкой и хихикнула, когда он ответил мне растерянным выражением на лице.

— Э-эм, ну я тут живу, — задумчиво нахмурился он, вот прямо как ты. Вот же верно, яблоко от яблони недалеко падает. — Я думал, ты знаешь это.

— Голубчик, я же шучу. На самом деле я пришла к тебе за очень важным советом.

— Правда? — воскликнул он. — Что ж, ты пришла по адресу. Я даю лучшие советы!

Спайк провел меня внутрь и принялся в спешке наводить порядок — везде вокруг я могла видеть твои следы. Раскрытые книги, недописанные листы и этот ни с чем не сравнимый запах старинных книг, свежих чернил и дубовой древесины. С легкими нотками угля, если быть точной.

Я расположилась в читальном зале, впрочем, не испытывая никакого интереса к самой библиотеке или книгам. Странно звучит, но я остро ощущала себя незваным гостем. Если ты не хотела видеть меня в поезде, то как бы отнеслась к моему присутствию в твоем жилище? Я драматично вздохнула, хотя и не могу сказать, было ли это потому что я вправду чувствовала себя опустошенной или же потому что этой сцене не хватало немножко драматизма? Может быть, и то и другое. А может быть, ничего из этого.

— Так, я тут!

Спайк вошел в зал, балансируя подносом с двумя чашками чая. Вспомнилось мне, ты как-то упоминала, что ему не нравится чай. Я не смогла сдержать улыбку. Я тогда подумала, какое же у него прелестное качество — делать вещи, которые ему не нравятся, ради меня.

Качество, которому, как я узнаю позже, он научился у тебя.

— Спасибо, Спайк, — я взяла чашку магией, любуясь, как струйки пара поднимаются и исчезают в воздухе.

Он кивнул и неторопливо прошел к креслу напротив. Было заметно, как слабо у него получается скрывать нелюбовь к запаху чая, но я благосклонно проигнорировала это и просто наблюдала, как Спайк забавно морщится от нелюбимого напитка.

— Ну так что, в чем дело? — бесцеремонно спросил он. — Какой совет тебе нужен?

Я выпрямилась, с осторожностью подбирая слова.

— Понимаешь ли, я… — откинувшись на спинку кресла, с тяжелым вздохом я отвернулась в сторону. — Это все Твайлайт.

Он моргнул.

— Твайлайт? — спросил Спайк с беспокойством на лице. — Что ты имеешь в виду?

Я лишь шумно вздохнула и сделала глоток чаю, подбирая реплику.

— Она странно ведет себя в последнее время, — наконец ответила я, расплывчато, совсем не желая называть вещи своими именами напрямую. Словно бы это могло вызвать проблему. — Она выглядит расстроенной. Ты случаем не знаешь, почему? Что-то случилось?

Спайк выглядел неподдельно растерянным. Он сглотнул, сжал чашку в когтях и, нахмурив брови, перевел взгляд на пол.

— Я не… — он взглянул обратно на меня. — Она мне ничего не говорила.

И я знала, что это было чистой правдой. Вот сейчас кажется очевидным, почему ты никогда не обсуждала эту проблему с ним, почему ты решила разбираться одна вместо того, чтобы поговорить с ним, но тогда… Тогда мысль, что даже Спайк не знает, что происходит с тобой, весьма угнетала.

Я уже не могла удержаться от мысли, что я все-таки совершила что-то невероятно чудовищное!

— А что такое? Почему ты думаешь, что с ней что-то не так? — спросил он, выпрямившись.

— Мне… — я запнулась. Ну не хотела я этого говорить, не хотела! И больше всего потому, что я не знала, почему! Я жалобно проскулила и умилительно надула губы. Вот как сейчас, видишь? Ладно, в общем… — Мне кажется, она поссорилась со мной.

— С тобой? — спросил он, широко раскрыв глаза.

— Именно! — воскликнула я, поставив чашку с чаем на соседний столик и очаровательно застонав. Да, мои жалобы очаровательны.

— И я не имею ни малейшего понятия почему! И близко не могу представить, что я могла сделать, чтобы так обидеть ее, но вот!

— Но почему ты думаешь, что она обиделась на тебя? Как кто-то вообще может обидеться на тебя? — галантно спросил Спайк, и ведь это было правдой!

— Да не знаю я! Но невозможное случилось. С ночи понедельника она вела себя, будто вовсе не хочет меня видеть! Избегала меня во дворце, избегала в поезде, и я не…

— Погоди, — перебил Спайк. Сейчас он выглядел гораздо серьезнее, нежели тот маленький малыш-дракон, только что сидевший передо мной. Он в нерешительности умолк, сглотнул комок в горле, и неожиданно именно Спайк из нас двоих стал тем, кто не особо-то и хотел говорить. — Она так ведет себя с ночи понедельника?

— Да, — ответила я, и как же я была глупа, как слепа насчет того, что очевидно происходило за дверьми «Золотого дуба». — Мы сидели болтали на вокзале, и вдруг Твайлайт убежала куда-то в спешке без видимой причины, и с тех пор она ведет себя, словно я с ней едва знакома.

И тут Спайк умолк.

Умолк на мучительно долгое время, уставившись на недопитый чай, но не успела я спросить, как он заговорил.

— Можно мне у тебя кое-что спросить?

— Конечно, дорогуша, — ответила я, сбитая с толку, — все что угодно.

Мы встретились взглядами, и мне захотелось глубоко вжаться в кресло. Тщательное анализирование других, видимо, было общей чертой для семейства Спаркл.

— Тебе нравится Твайлайт?

И вот оно. Вопрос на миллион бит, тот самый вопрос, который мучил меня всю прошедшую неделю — все это время как-то неявно, но теперь же высказанный в лицо.

Нравилась ли ты мне…

Верно, у этого вопроса было множество интерпретаций. Верно, он мог значить что-нибудь невинное, чистое и платоническое — ничего за гранью обычной дружбы и симпатии. Но мы обе знаем, что именно Спайк имел в виду, не так ли, дорогая?

Мы обе знаем, и, думаю, даже тогда я тоже уже знала. И затем я вспомнила твои слова в ту роковую ночь, расплывчатое упоминание Спайка, который должен был встретить нас — наконец все фрагменты головоломки собрались воедино и занавес окончательно упал.

Я нравилась тебе.

И теперь, в тот судьбоносный день, я была поставлена перед вопросом, нравишься ли ты мне.

— Конечно мне нравится Твайлайт, — ответила я из-за трусости или опасения ранить тебя. — Она же мой друг.

А что я еще могла ответить! И не то чтобы я солгала! Я просто решила ответить немножко с другой стороны. Ты вообще представляешь, в каком положении я была?! Не самом простом, позволь тебе сказать!

И все же ты умна, Твайлайт. Ты умна и прозорлива, когда нужно, что ты и передала Спайку, поэтому он понял все, что я пыталась скрыть.

Он не отводил взгляд. Взгляд, прожигающий, словно огонь.

Спайк решил сменить тактику.

— Рэрити? — спросил он. — Ты счастлива вместе с ней?

Ответ без спросу сорвался с моих губ.

— Да, — ответила я, зная, но до конца не осознавая того, что говорю.

Я помню, как выдохнула после этого. Словно тяжелый груз был снят с моей груди. Да, я была счастлива быть вместе с тобой. Это было так же неоспоримо, как солнце днем и луна в ночи.

Ты вплела себя в мою жизнь, и это делало меня счастливой. Наша забавная привычка угощать друг друга кофе и чаем; то, как я спала под твоим боком, пока ты читала; гулкие удары сердца всякий раз, когда ты стучалась в дверь мастерской, чтобы позвать меня на обед; кокетливые улыбки, которые мы дарили друг другу, идя по дворцовым коридорам за Селестией или одним из моих клиентов; и то, как одиноко ощущала я себя в этом мире, когда тебя не было наедине со мной.

Тогда ты делала меня такой же счастливой, как делаешь сейчас — ты и эта очаровательная улыбка на твоих губах.

И я сказала правду Спайку. Пускай это ранило его, но я не могла солгать. Спайк заслуживал лучшего.

— Да, это так.

Он кивнул.

— Хорошо, — ответил Спайк, и как же сильно в тот момент он напоминал тебя.

Я понимала, что должна сказать хоть что-нибудь, чтобы ослабить напряжение, которое вызвала, но прежде чем я успела собраться с мыслями, Спайк взял чашку и выпил весь чай залпом. Он скорчил гримасу, но допил всю чашку. Я даже почувствовала гордость за него.

И затем он спрыгнул с кресла.

— Спайк? — спросила я, снова сбитая с толку.

Он обнадеживающе улыбнулся.

— Не волнуйся о Твайлайт, Рэрити, — ответил дракончик, гордо выпячивая грудь. — Я позабочусь о ней, обещаю.

Он был мужествен. Добр. И я помню, как подумала, что мне — элементу щедрости —  есть многое, чему у него поучиться.

— Спасибо тебе, Спайк, — сказала я за все-все, о чем только можно было благодарить. — Это сделает меня очень счастливой.

— Точно, — ответил дракончик, и я могла видеть отблески боли, промелькнувшие в его глазах. Спайк скрестил лапы на груди и с шутливой строгостью посмотрел на меня. — Хех, ну тогда ты должна сделать и ее счастливой!

Рассмеявшись, я склонила голову набок и захлопала ресницами.

— Ну конечно, дорогуша! Не то чтобы это будет трудно, ведь я чертовски очаровательна, не так ли?

Спайк рассмеялся и уже было раскрыл рот, чтобы ответить, но забурчавший живот прервал его. Забавно, как же вовремя иногда просыпается его аппетит.

Яркий румянец окрасил щеки дракончика.

— Э-э, — он поднял взгляд на меня, — а ты не хочешь сходить со мной за кексиками?

— С удовольствием! — ответила я. — Пускай это будет угощением от меня, м-м? Как насчет большой упаковки на двенадцать штук?

— Вау! Давай! — Спайк в восторге хлопнул своими лапами, а затем ухмыльнулся и поддразнил меня, — теперь я хочу, чтобы Твайлайт обижалась на тебя почаще!

Когда я явилась на станцию следующим утром, ты уже была там.

Вокзал был почти пуст, как и ожидалось, и лишь три пони с интересом наблюдали, как ты бормотала что-то себе под нос, наворачивая круги по перрону с двумя стаканчиками кофе в своей магии. Если память не изменяет, в тот день ты была в том полосатом черно-синем шарфе. Кстати, носила бы ты его почаще!

Приближаясь, я замедлила шаг, не желая неожиданно выбить тебя из задумчивости. Ты бормотала слишком тихо, чтобы я могла разобрать, но что бы это ни было, ты явно относилась к этому серьезно. Я гадала, как долго смогу простоять там тихо и незамеченно, слушая твой нежный шепот.

— Не будешь ли так любезна поделиться своими мыслями с классом, дорогуша?

Ты повернулась ко мне, ошарашенная моим внезапным появлением.

— Рэ-Рэрити! — воскликнула ты и рассеянно сделала пару шагов назад, пока не врезалась в скамейку, пискнув и смущенно улыбнувшись. — Я… Э-э… Что ты здесь делаешь?

Едва выпалив это, ты вздрогнула от осознания, каким же глупым был вопрос.

— Я думала, ты в курсе, что моя смена во дворце начинается весьма рано, — заметила я, подавляя улыбку от твоего мучительного выражения. Я подняла копыто и поправила твой шарф. — Ты себя хорошо чувствуешь?

— Да! Да, все хорошо! — спешно заверила ты, после чего задумчиво замолкла и сделала глубокий вздох. — Я чувствую себя лучше.

— Великолепно! Ты вела себя весьма странно в последние несколько дней. Я волновалась.

Ты отвела взгляд и стыдливо прижала ушки.

— Я знаю… Прости, я просто… — ты качнула головой. — Уже не важно. Теперь я в порядке.

Ты отдала мой кофе, и в теперь уже приятном молчании мы дожидались поезда. Я подумала, что ты не решалась заговорить со мной. Так и было? А что касается меня, я сама не особо рвалась говорить — нет, не потому что я не хотела, конечно же — а потому что я сама верила, что все наконец было хорошо.

Когда мы заходили в поезд, я заметила, как ты намеренно пропустила меня вперед. Эх! А мне наоборот нравится, когда ты берешь инициативу в свои копыта. У тебя очень хорошо получается — как-никак, именно поэтому ты всегда была нашим лидером.

Я села у окна, как и раньше, и тут заметила небольшую тень огорчения на твоем лице. Впрочем, ты и не подумала жаловаться. С еще более удрученным видом ты села напротив и даже демонстративно отодвинула весь свой багаж в сторону, оставив свободное место рядом с собой.

Я проигнорировала этот знак.

И даже зевнула.

— Будешь спать? — спросила ты с натянутой улыбкой.

Я пробурчала что-то себе под нос, смотря через окно на спящий город.

— Пока точно не знаю. Может быть, почитаю книгу.

— Ого, — твои ушки сразу же выпрямились, — какую книгу?

— «Эфемерная империя» Сингл Шейда, — ответила я, доставая книгу из сумки. — Ты же недавно читала первую часть, верно? Признаюсь, та была не в моем любимом жанре, но понравилась достаточно, чтобы я купила сиквел. Который, в основном, посвящен главному герою из первой книги.

Ты занудно пробубнила:

— «Эфемерные архивы» сильно отличаются от продолжения. Эта книга фокусируется на тайне авторской вселенной, в то время как сиквел более подробно описывает последствия и то, как они повлияли на персонажей.

— Что ж, мне остается только надеяться, что Сингл Шейд постаралась с романтикой в «Империи». Судя по первой книге, это не самая ее сильная сторона. Впрочем, сейчас и узнаем…

Я откашлялась и открыла книгу.

— Ну что, начинать? У меня вчера немного першило горло, но сейчас все должно быть в порядке.

Я сказала это настолько беспечно насколько могла, хоть мои слова и были тщательно выверены. Твоя реакция была мгновенна, ушки задергались в осторожном интересе.

— Погоди, — сказала ты с осторожностью, — ты собираешься читать вслух?

Я невинно моргнула.

— Ой, ну я думала об этом. Раз ты всегда читала для меня, я подумала, что будет приятно поменяться местами. Но-о… — наигранно вздохнула я и закрыла книгу. — Если ты этого не хочешь, полагаю, я могу почитать молча.

— Нет-нет-нет-нет! Почитай вслух! — тут же вскричала ты, напуганная моим заявлением. Как же это было умилительно, помню, с каким трудом я подавила смех. В мольбе ты сложила копыта. — Пожалуйста!

Книгу я не открыла.

— Ладно, хорошо, только вот я чувствую, что мое горло совсем чуточку побаливает, не хотела бы напрягать его… — я наклонила голову набок и похлопала копытом по сиденью рядом со мной. — Не возражаешь?

Ты и не думала колебаться.

Ладно-ладно, ты слегка поколебалась, но храбрость одолела страх, и ты бросилась ко мне и села рядом. Я заметила, что ты оставила немножко места между нами, что было недопустимо. Нет, это было абсолютно недопустимо.

Кашлянув, я придвинулась ближе, устранив расстояние между нами. Насладившись звуком, который ты издала, задержав дыхание при моем движении, я раскрыла книгу.

— На северо-западной границе Эквестрии, у Неизведанного Запада, на самом краю залива Луны, — начала читать я, заулыбавшись, когда ты прильнула к моему боку, — располагалась всеми забытая деревушка под названием Мун Шайн…

* * *

Ночь сменяется светом дня,

Звезды с небес уходят;

И где б не находилась я,

К тебе все мысли приводят.

В зените солнце багряное,

Небо в грустной синеве,

А я слушаю в молчании,

Как ветер поет о тебе.

Грезам, что мы лелеем,

Мы предаемся во сне,

И те, что сердцу милее —

Это мечтанья мои о тебе.

~ Lang Leav, Love & Misadventures