S03E05
Глава XLV Глава XLVII

Глава XLVI

Окружение изменялось, золото тускнело, покрываясь налётом, мрамор чернел, шёл трещинами и осыпался. Это были больше не вычурные галереи, а коридоры склепа с кладкой из грубого камня и чадящими факелами. Нечто невидимое, но смертельно опасное преследовало троих пони и зебру. Оно неотвратимо настигало их со всё возрастающим гулом. За первой развилкой они столкнулись с Некромантом, одежда на нём изменила цвет на чёрный и выглядела теперь как наряд гробовщика. Позади него замерла целая армия мертвецов. Грогар обвёл оцепеневших солдат пренебрежительным взглядом и приподнял одну бровь. Роки Рейсер вскрикнул и попятился тряся головой, мертвецы с хрипящим воем набросились на них. Отряд рванул в обратную сторону прежде чем когти и зубы нежити впились в них.

***

Элзетэр и её конвой остались там, где их покинул некромант, когда с галереей начали происходить метаморфозы. Лишившись всего того блеска паноптикум принял более мрачный вид древней тюрьмы. Осёл с перекошенной рожей затравлено оглядывался, но его не беспокоило преображение галереи, нон не обращал внимания на единорога, которая аккуратно, чтобы не загремели цепи, отступила за спину зомби-солдата. Двуногое существо было выше и крупнее единорога, но она решила рискнуть. Лягнув его под колени и опрокинув на пол пони накинула цепь на шею мертвецу. Осёл принялся вопить, по его приказу второй копейщик поднял оружие, на острие заплясали молнии. Первый поднялся на ноги, несмотря на висящую на нём пони и повернулся спиной, подставляя Элзетэр под удар копья.

Электрический разряд пронзил их обоих, мышцы тут же свело судорогой, разрядник пегасов ни шёл ни в какое сравнение с оружием солдат Грогара. Но она сумела найти в себе силы упереться задними копытами в спину мертвеца и потянуть цепь на себя. Шея захрустела, но противник остался стоять неподвижно, их пронзил очередная магическая молния, на захлёбывающаяся пеной единорог, чувствуя как опорожнялся мочевой пузырь продолжала тянуть цепь на себя. Наконец сухая плоть не выдержала и начала ломаться, пони заорала, чувствуя как кандалы впивались в пястья, разрезая шкуру, которая пропитывалась кровью. С хрустом и треском тонких механизмов она оторвала голову в латунной маске и кубарем скатилась с обезглавленного мертвеца. Тот простоял несколько секунд, усыпая пол песком, внутри него что-то хрустнуло и он скрючился так и оставшись на ногах. Не теряя времени единорожка схватила ртом копьё и увернулась от выпада копейщика.

— Ты что творишь?! — вопил зомби осёл прячась за нежитью. — Она нужна повелителю целой! Стреляй в неё!

Большое для пони копьё было бы помехой, но единорожку тренировали не только как мага, Клаудквилл старался сделать из неё совершенного солдата и она проходила боевое обучение для земнопони. С копьём с зубах без труда кобылка увернулась от электрических зарядов и рванула прямо на солдата-умертвие. Отбив выпад она поднырнула под противника, вывернув шею вогнала копье прямо ему в подбородок. Мертвец вырвал копьё, будто это была простая заноза и пинком по рёбрам отбросил пони к стене. От боли в глазах у неё потемнело и показалось, что удар просто смял грудную клетку. Не успела она придти в себя, как живой мертвец схватил её за шкирку, поднял и встряхнул. Пони сумела вырваться из его хватки, оставив ему в кулаке воротник кожанки и лягнула его прямо по коленям, обрушив высокого противника на пол, а потом ещё раз ударила прямо по бронзовой маске. Усевшись сверху как наездник на противника, как и первому она стянула ему шею цепью. Копейщик успел только подняться на четвереньки, как Элзетэр, действуя острыми звеньями как пилой, наполовину отделила голову от шеи. На базальтовый пол из неровного разреза посыпался песок, упершись копытом в основание шеи и дёрнув на себя пони наконец оторвала голову мертвецу.

Осёл не видел как она разобралась с копейщиком, он улепётывал прочь, завывая и прося помощи у своего хозяина и повелителя. Единорог нагнала его несмотря на кандалы, скрутила и повалила на пол брюхом вверх.

— Как там тебя звать? — Элзетзр упёрлась копытце в в шею зомби-осла.

Он всхлипнул и пару раз позвал хозяина, а потом замолчал. Мало того, что глаза у него были неправильно расположены, так ещё и косили. Пони посчитала, что прислужник Некроманта впал в ступор и надавила ногой сильнее. Осёл захрипел и дёрнулся пару раз. Он был крупнее белой кобылки и мог спокойно её сбросить с себя, но не сделал этого.

— Как твоё имя?

— Брей, госпожа, — пробормотал он. — Прошу вас, госпожа.

— Вот как ты теперь заговорил, — она оскалилась, глаза живого мертвеца сошлись на одной точке, на её зубах. — Как мне снять цепи, Брей? Не скажешь — и тебя головы лишу.

Он притворно захныкал, его морда покрытая стежками попыталась изобразить мольбу.

— Я не знаю, госпожа, прошу пожалейте.

Она вытянула шею и клацнула зубами у носа Брея.

— Я тебе морду обглодаю и твоему хозяину придётся пересаживать тебе кусок шкуры с тощего крупа. Я мне за это ничего не будет, я же ему нужна. Отвечай!

Подтверждая словесную угрозу пони впилась зубами в плешивое ухо. Осёл мерзко заверещал, а затем перешёл на булькающий кашель.

— Снимай кандалы. ЖИВО!

Взгляд прислужника-нежити заметался, он в отчаянии надеялся, что ему помогут, но кроме него и жуткой кобылы в галерее никого не было. Элзетэр стиснула челюсти сильнее, прокусывая плотную шкуру и потянула ухо на себя. Брей визгливо принялся умолять её остановиться, он сбивчиво принялся обещать ей снять оковы.

— Какой же ты трусливый, — сплюнув произнесла она. — Ты жеребец или как?

Опустив голову она заглянула себе под ноги.

— Так ты ещё и оскопленный. Хорошо Некромант заботится о своих слугах.

Осёл метнул на неё яростный взгляд, но не осмелился ничего сказать. Пони ткнула ему под нос копытом и подняла бровь. Глаза у осла вновь разъехались в стороны и он пробормотал непонятную длинную фразу. Кандалы со звоном упали на пол, металлический конус с щелчком раскрылся, освобождая рог пони. Мертвец с подобострастным видом таращился на кобылку, которая до сих пор стояла на нём.

— А теперь, Брей, ты расскажешь мне где находятся часы Тамбелона.

Глаза у того снова разъехались и его передёрнуло.

— Пожалейте, госпожа!

— Часы! — она ударила копытом по шее, осёл хрюкнул.

— Да, госпожа. Я покажу. Покажу.

Единорожка слезла с мертвеца, мотнула головой, приказывая встать и над остриём рога возник пылающий шарик. Осёл поднялся, косясь на огненный шар, он указал в какую сторону нужно идти, но Элзетэр остановила его. Она стояла перед нишей, где находилась Октавия, и внимательно изучала решётку. Зомби попытался сказать, что хозяин будет в гневе, но единорог запустила в него огненным шаром, тот с хлопком разорвался прямо перед копытами Брея и тот умолк. Она телекинезом вырвала и смяла решётку, разбила стекло, а затем осторожно телекинезом вытащила серую земнопони и положила на пол. Очнулась она только когда единорожка потормошила её, открыв глаза она тут же уставилась на Элзетэр. Уши были прижаты к голове, а улыбка была усталой.

— Убей меня, — голос у Октавии был твёрд и спокоен.

— Нельзя портить коллекцию хозяина! — заблажил Брей.

— Убей меня, сожги моё тело и уничтожь прах. Он может вернуть меня даже из горстки праха.

Элзетэр молча кивнула и отошла на пару шагов. Когда её рог обволокло магическое сияние, вокруг пони и контрабаса на полу возникли рунические круги. Они окружили Октавию, которая с неестественным спокойствием наблюдала за колдовством. Зомби-осёл продолжал умолять не портить коллекцию Некроманта.

— Не доверяй его слуге, Блекджек.

Пламя моментально охватило Октавию и её инструмент, Чёрный дым быстро расползался под сводами галереи, вместе с запахом сгоравшей плоти. Из обучения Элзетэр знала, что нужно много времени и труда, чтобы сжечь тело. Но тело Октавии сгорело дотла очень быстро, не оставив после себя и костей. Магией призвав ветер единорог разметала то, что осталось от неё, игнорируя нытьё зомби-осла. Когда всё было закончено кобылка без лишних слов подняла телекинезом копьё и ткнула в костлявый круп Брея. Тот послушно побрёл вперёд, указывая дорогу. Пони ни на секунду не теряла бдительность внимательно прислушиваясь и осторожно ступая вперёд, осёл обязательно завёл бы её в ловушку и это точно бы не были простые волчьи ямы и циркулярные пилы в полу.

Одна галерея сменяла другую и им не было конца, все похожие друг на друга и в каждой в альковах находились экспонаты коллекции Грогара. Пони мельком смотрела на них, продвигаясь рысью за Бреем. Она боясь найти кого хозяин паноптикума ещё превратил в диковинку подобно Октавии, но к счастью ей попадались только предметы — странные и не очень, неописуемые и вполне привычные. Скользнув взглядом по гримуару с отпечатком шестипалой лапы единорог перевела взгляд на следующую нишу и резко затормозила.

За стеклом с решёткой альков изображал панораму некого странного места, похожего на город, возникший вокруг свалки, над ним в воздухе парила белоснежная конструкция похожая на волчок, удерживаемая на месте гигантскими тросами. Поддерживаемое чем-то вроде чар левитации по центру парило тело, похожее на зомби-копейщиков и арбитров тем, что оно имело две ноги и две лапы, но морда существа была лишена шерсти, была только пышная чёрная грива. Элзетэр приблизилась ближе. На существе была одежда, облегающая и со множеством порезов в которых проглядывал металл, обнажённые лапы с пятью пальцами до самых плеч тоже были металлическими со следами многочисленных зарубок и вмятин. Воспоминания Блекджек сами собой поднялись из глубин памяти и оседлали мозг кобылки, позволив ей ощутить то, что испытала Охранница, когда стала киборгом. Существо за стеклом казалось мирно спящим. Не было и таблички, которая могла что-либо пояснить.

Единорожка уже намеревалась разломать клетку телекинезом, как Брей плюхнулся перед ней на пузо и заголосил, что этого не стоит делать. Он убеждал её, что перед ней пустая оболочка, лишенная и разума, и души, он умолял не портить больше коллекцию хозяина. Элзетэр его не послушала, ведомая воспоминаниями Охранницы она поступила так же, как и с клеткой Октавии. Уложив тело киборга на пол она магией попыталась найти искру жизни, но вместо этого столкнулась с холодной пустотой. Перед ней действительно была оболочка.

— Прошу! — завывал зомби раболепно ползая перед пони. — Не уничтожайте её! Господин очень любит её.

Он подполз ближе и перешёл на шёпот.

— Господин жалеет, что не может вернуть её к жизни. Это даже не в его силах. Прошу вас, госпожа Блекджек, не уничтожайте её. Она для повелителя ангел и муза.

— Я не Блекджек, — машинально произнесла кобылка и дёрнула щекой. — Не верю, что твой хозяин способен на любовь. Скорее это нечто извращённое вроде некрофилии.

— Заклинаю вас всеми силами небесными и подземными! — продолжил осёл. — Не трогайте её! Прошу вас!

Магия, которая поддерживала тело в воздухе исчезла, пони бережно опустила тело на пол алькова. Несколько секунд разглядывала её.

— Она была воином.

— Мне не ведомо, госпожа. Но вы столь мудры и проницательны, — льстиво ответил

У единорога возникло яростное желание измолотить лоскутную морду древком копья, размозжить голову выстрелом дробовика, а потом напиться виски и найти кобылку и кровать. Она с трудом отогнала эти мысли и снова ткнула осла копьём, подгоняя его вперёд. Не прошло и четверти часа как он привёл её к двустворчатым железным дверям с громоздким засовом, более похожим на ворота. На блестящем металле и заклёпках не было и следа ржавчины, за дверьми старательно ухаживали.

— Ты мне лжёшь, — остриё копья замерло у перекошенной морды зомби. — Это западня. Часы не могут быть здесь.

— Ваша правда, госпожа, — с той же наигранной учтивостью ответил живой мертвец. — Это один из выходов в замок, именно там находятся часы. Но должен вас предупредить, что владыка поставил их охранять великого воина.

Хвостом он сдвинул тяжёлый засов и потянул на себя створку, что открылась без единого скрипа. Молча указав ему копьём Элзетэр приказала ему войти первым, и последовала сразу за ним, готовая к любой опасности.

За дверью находилась большая комната, которая действительно напоминала убранство замка Некроманта. Что-то было не так, здесь было холоднее, чем снаружи. Странный холод будто проникал сквозь шкуру. Подозрительным было и то, что свет был только в углах за счёт причудливо расположенных светильников. Предчувствуя опасность Элзетэр приказала зомби-ослу держаться от стен и не шевелиться.

— Часы там за теневой преградой, как и страж. Вам нужно пройти туда.

— Ты первый.

— Но.

— Иди!

Холод становился сильнее и сильнее, на ум приходило только одно слово — потусторонний. Элзетэр не заметила как дверь закрылась. Холод пробирал до самых костей, но пара изо рта не было, воздух не остывал. Ощущение падающей температуры было не физическим. Осёл мерзко захихикал и в следующий момент оказался пришпилен к стене копьём.

— Может хозяин и накажет меня. Но всё равно сделает мне новое тело! А ты исчезнешь вся без остатка.

Темнота сжималась, по законам эфирной патафизики и тауматургии подобно газопылевому облаку. В центре её из гравитационного коллапса зарождалась протозвезда, переродившаяся в пульсар-сердце. Элзетэр заворожено наблюдала за происходящими метаморфозами. Пылевые уплотнения становились костями, водород и астерий межзвездных газов обращался плотью. Цепи и ошейник из звёздного металла сковало существо в центре помещения. Оно смотрело на единорожку мерцающим бирюзовым светом эмиссионных туманностей. Грива и хвост переливалась холодным отблеском метанового льда. Осколки памяти принцессы Луны подсказали что перед ней стоит. Пленённый демон звёзд резко потянулся к пони, желая прильнуть, согреться о тело из плоти и крови под захлёбывающийся истеричный смех слуги Некроманта.

***

Грифон постучал когтем по фарфоровой маске мертвеца-пони, разодетого во фрак с жабо, и заглянул под пышное платье его дамы. Хмыкнул. Задняя часть тела была заменена на сложное колёсное приспособление с пневматическими рессорами. Удовлетворив своё любопытство он проковылял мимо рядов застывших мертвецов к столу, поднял кубок, сунул туда клюв, принюхиваясь, а потом влил в себя содержимое, пролив большую часть на воротник.

— Неплохое у тебя винцо.

Обеими лапами взяв кувшин Кампхаус за несколько секунд выпил оставшееся, а затем сунул чашу себе в карман и похлопал по нему. Оглядев комнату и убедившись, что ничего не пропустил, он добрался до дверей, пробарабанил сложный код после которого дверь сама собой распахнулась. Проявляя все меры предосторожности грифон заглянул внутрь, перед ним предстала столь же богато украшенная комната с двумя лестницами на верхний этаж, между которыми башней из лакированного дерева и латуни высилась башня напольных часов. Выудив из кармана чашу, взвесив её на лапе Кампхаус катнул чашу по полу. Она докатилась почти до часов и была остановлена прижавшей её ногой в поножах с гравировкой. Двуногая фигура в древних доспехах, почерневшей кольчуге и закутанная в плащ возникла словно из ниоткуда.

Даже стоя в дверях грифон ощущал дух смерти и могильный холод, который исходил от мрачного рыцаря. Тот развернулся откидывая плащ за плечо, одновременно с этим положив руку на рукоять меча. Лицо его скрывал топфхельм с чёрным плюмажем и увенчанный короной. В прорези подобно двум раскалённым уголькам сияли глаза, они внимательно следили за рыцарем-магом. Грифон уже не скрываясь вышел из укрытия.

— А я тебя ведь знаю, — он потёр клюв, рассматривая оплавленные узоры нагрудника, в них почти не угадывались зимородки и розы, а потом заговорил на языке Соламнии. — Да, знаю. Позволь представиться — Гримвульд Кампхаус, рыцарь Ордена Храма Света Потаённого. Мы что-то вроде круга магов.

Рыцарь смерти стоял не шевелясь, разглядывая непрошеного гостя.

— Ты удивлён говорящему на твоём языке грифону? Ты сам прислуживаешь синему барану-некроманту, вот что удивительно. Как ты пал, соламнийский рыцарь, после Китиары ты пошёл по рукам, лапам и копытам.

Он еле успел выскочить из комнаты как рыцарь в мгновение ока очутился у дверей и развалил пополам закрытую створку. В пару прыжков Кампхаус оказался у стола, с большим трудом поднял дубовый стул, что отозвалось болью в лапах, и швырнул его в противника. Он разрубил его в полёте, отбил кулаком брошенный в него кувшин. Грифон уже исчез в толпе мертвецов. Левую руку рыцаря смерти окутало синее пламя, он поднял её и мертвецы, отзываясь, зашевелились. Из гущи мёртвых тел раздался клёкот птицельва и ругань. Он выскочил из толпы, попутно располосовав морду случайному умертвию, срывая с него маску. Запнувшись он кубарем покатился по полу и мертвецы набросились на него неорганизованной толпой. Убрав меч в ножны рыцарь смерти скрестил руки на груди, наблюдая за схваткой. Внезапно несколько мертвецов вспыхнули как спички, магический огонь моментально объял их и перекинулся на ближайших, испепеляя их без остатка. Взмахнув рукой рыцарь приказал отступить уцелевшим. Перепачканный пеплом Кампхаус уже стоял на лапах.

— Я не в том состоянии, чтобы сражаться с тобой, соламнийский рыцарь. Я не жрец и не могу изгнать тебя.

Тот вновь обнажил оружие.

— Мне просто нужно чуточку перевести стрелки.

Противник занёс меч для удара. Грифон хвостом подхватил механическое шасси, оставшееся от сгоревшего мертвеца и метнул в него. Тот на ходу обратился в чёрный туман, механизм пролетел сквозь него и он вернулся в обычную форму. Припадая на передние лапы грифон уже бежал к напольному золотому подсвечнику у дверей. Он был тяжёлый, но Кампхаус смог поднять его и блокировать первые атаки, когда рыцарь в закопчённых доспехах настиг его, но пропустил удар ногой. Выронив подсвечник рыцарь-маг кубарем вылетел из комнаты в коридор прямо в лапы группы зомби-копейщиков. Он успел откатиться в сторону, прежде чем пять копить пронзили его и выхватил звуковую отвёртку. Включив рыцарь-маг направил её на механическую нежить, солдаты в хрустом внутренних механизмов застопорились. Перекатившись на живот Кампхаус нацелил отвёртку на приближающегося противника. Он на мгновение замер за порогом в семи шагах от грифона и продолжил наступать на оккультиста.

— Ты не умеешь блефовать, маг.

Рыцарь-маг вздрогнул от неожиданности, чуть не выронив звуковую отвертку гулкий голос мрачной фигуры отражался от стен. Клинок его оружия был ржавым от бесчисленных убийств.

— Это не магический жезл.

— Ну да, раскусил меня, — грифон хвостом выдернул из пальцев копейщика оружие и метнул в проклятого рыцаря.

Его противник схватил копьё прямо в полёте. Дерево древка под пальцами почернело и рассыпалось в прах. Кампхаус вооружился ещё одним копьём и пятился, пытаясь сохранить дистанцию. На задних лапах он был даже чуть выше рыцаря смерти. Ступив в неосвещённый участок он исчез, будто пропал, но грифон не терял бдительности. И когда рыцарь возник перед ним он не испугался и успел блокировать верхний удар. Копья хватило только на один раз, клинок рассёк древко чуть не располосовав самого мага. Бросив в противника остатки копья грифон стремглав кинулся к выходу и уже взялся за дверное кольцо, как чёрный рыцарь резко развернулся и направился обратно в комнату с часами.

Несколько секунд грифон таращился ему вслед, гадая не ловушка ли это. Рыцарь в чёрных латах прошёл через весь зал и скрылся за разбитыми дверьми. Подождав ещё немного Кампхаус направился следом за ним, оставшиеся живые мертвецы, которых он не сжёг, вновь изображали из себя статуи. Он остановился в центре зала, отсюда хорошо было видно сами часы, но их стража было не видать. Подобрав с пола обломок ножки Кампхаус уже смелее направился к проходу с соседнюю комнату. Рыцарь смерти возник перед ним с обнажённым мечом, готовый к атаке. Ножка стула в лапе мага потеряла чёткие очертания и превратилась в меч.

— Как видишь у меня есть пара трюков. Но я не хочу с тобой драться. Та штука у тебя на нагруднике, он указал остриём меча на серебряное украшение не являвшееся частью доспехов, Оно напоминало абрис колокольчика. — Он тебя пленил, а я могу помочь тебе. Домой ты и сам сможешь вернуться, ведь так?

— Ты жалкий фокусник, это иллюзия. Я могу видеть через них.

— Да, это так, — грифон положил меч на пол и тот снова обернулся ножной стула. — Но у меня в кармане полно всяких штук, а в голове знания, которые могут с этим справиться. Ну так что? По рукам и лапам?

Прошло не меньше минуты тревожного ожидания, Кампхаус изо всех сил боролся с подступавшей и окружавшей его аурой смерти, что источал рыцарь смерти. Наконец он вложил меч в ножны и протянул руку в перчатке. Маг приблизился и собирался заключить договор рукопожатием, как рыцарь схватил его за пальто и словно пушинку забросил в комнату, чтобы в следующий момент вновь взяться за меч. Участок стены в бальном зале взорвался и помещение заволокло пылью. В облаке возник тёмный силуэт и когда пыль чуть осела, грифон застонал, разглядев его.

***

В казармах хватило места как жителям Стойловска так и гостям. Эвакуация прошла почти без происшествий, если не считать недовольство некоторых. Председатель быстро навёл порядок успокоив их и всё объяснив. Но даже он пребывал в ужасе, магическая буря, порождённая аномалией над городскими руинами всё набирала и набирала силы. Охрана каравана вызвалась помочь в обороне, но капитан Фростт Натт отказался от их помощи, в этой ситуации ему не хватало только неорганизованного и необученного ополчения в траншеях. Сидя в траншее рядом с пулемётным расчётом грифонов он не знал как они будут воевать с невидимыми противниками, оставалось надеяться только на оптику турелей автоматонов. Земнопони взглянул в сторону мобильной платформы, бригадир Вракс метался на площадке перед кабиной управления, где сейчас Ротванг творил своё техно-колдовство. Подавители, техно-магические пилоны, окружавшие аванпост Эо Росса и предназначенные для предотвращения использования высокоуровневой магии сейчас работали на повышенных оборотах, создав вокруг барьер. Если он не уничтожит, то хотя бы сдержит магических тварей, в чём лично капитан сомневался, надежда у него была только на то, что тридцать солдат сдержат натиск тварей.

Датчики самоходной зенитки засекли магическое искажение, но когитатор машины никак не мог прицелиться в невидимых противников. Амулеты-датчики движения не могли определиться с противником, они то начинали истерично сигналить, то замолкали, но и этого было достаточно, чтобы понять, что новый неведомый враг подобрался достаточно близко. Следом за ними ожили турели, но так же бесцельно крутили башнями. Подозвав младшего офицера капитан дал приказ использовать газовые гранаты. Подчинённый тут же понёсся по траншеям отдавая приказ командира остальным. Фрост Натт не знал подействует ли химическое оружие, но был готов воспользоваться любой, даже самой призрачной возможностью. Достав из-за пазухи свисток на цепочке пони изо всех сил засвистел, подавая сигнал остальным и надел газозащитную маску и напялил каску и как раз вовремя.

Полупрозрачная преграда заколебалась, нечёткие силуэты возникшие перед ней словно проверяли её на прочность. Их был не десяток и не два, как считал капитан после разговора с бригадиром, их было не меньше сотни. Но затем они отступили, что удивило Фрост Натта. А затем магические существа возникли из просто из воздуха перед барьером. Тощие сутулые твари вооружённые шипастыми ухватами, в шлемах напоминавших птичьи черепа набросились на траншеи. Пулемётная очередь прошила насквозь группу приближающихся врагов без какого-либо урона. А затем они ворвались в траншеи оборонявшихся, вступив в ближний бой. Лязг оружия и треск лазерного огня смешался воедино вместе с громовыми раскатами магической бури.