# Эквестрия Востока

Werewolf_Vladislav

Речные земли, что лежат на востоке континента Грифония, были домом для земных пони, единорогов и пегасов. В отличии от своих эквестрийских сородичей, у них не было принцесс, что оберегали бы их от опасностей, не было и Элементов Гармонии в час нужды. Разделенные культурными различиями и границами своих государств, они сражались с чудовищами, населявшие эти земли, с растущей угрозой со стороны грифонов и конечно же между собой, опираясь на мелкие обиды или кровную вражду. Но общий враг, что грозил им порабощением и рабством, заставил речных пони объединиться и они сформировали Речную Коалицию. С тех пор речные пони стараются поддерживать этот мир внутри своего альянса.

Эта история про юную пони, что мечтает прославиться подобно героям древности. Но ей предстоит столкнуться с многими препятствиями и событиями, которые могут поставить под вопрос целесообразность ее мечты. Сможет ли она отстоять свою мечту или же ей придется пересмотреть свои жизненные принципы?

Данное произведение сделано по мотивам Equestria at War, мода на игру Hearts of Iron 4. И само собой не претендует на канон оригинального МЛП. Те кто не знаком с модом, вероятно будет трудно войти в курс событий, но я постараюсь плавно все объяснять по ходу продолжения истории, это конечно если вас не пугает неизвестность. Тем же кто знаком с модом, то все должно быть в полне знакомо.

## Глава 1 Гонка за славой

Ксифос — Прямой обоюдоострый меч, в Древней Греции был на вооружении греческих солдат. Гоплит – воин-пегас Нимбусии, аналогом является древнегреческий тяжеловооруженный пеший воин. Таксиарх – офицерское звании армии Нимбусии. В древних Афинах второй после стратегов военный чин. Таксиархи командовали отдельными полками (греч.) тяжёлой пехоты и были подчинены стратегам. Нимбусия – государство воинов-пегасов в составе Речной Коалиции. Нимбуси – столица Нимбусии.

Свист пуль, канонада орудий нарушали тишину в ущелье, крики раненных и умирающих. Некогда спокойное место на далеком востоке континента стало полем жестокой битвы. Эскадроны пегасов в очередной раз пикировали на плотный строй рыцарей грифонов, сходясь в ожесточенном небесном бою. Они не могли тягаться с тяжелыми латными доспехами рыцарей, поэтому используя стратегию “ударил и отступил”, они изрядно истощали силы грифонов.

На земле же вышагивали шеренги линейной пехоты, которую встречали залпы мушкетов земных пони, при поддержке магических щитов единорогов. Эта война унесла уже множество жизней, а пони все отступали и отступали; даже объединившись в Речную Коалицию, они не могли противостоять в открытом поле с военной машинной Грифоньей Империи. Вскоре отступать стало некуда, оставалось лишь одно решение. Дать генеральное сражение, на собственных условиях. Так армия императора Гровера II, была заманена в это ущелье, Фермопонилы. Здесь собрались все силы речных пони, и они были намеренны стоять насмерть.

Гровер II считался гениальным полководцем своего времени, его уважали солдаты, и были всегда готовы идти за ним в самое пекло. Но даже гении когда-то оступаются. Орудие речных пони выстрелило. Ядро пролетело над головами грифонов, стоящих в шеренгах, и попало прямо туда, где находился и командовал Гровер II. Так императора-полководца настигла смерть. Узнав о гибели своего императора, грифоны позабыли про боевые порядки и накинулись на войска Речной Коалиции в безудержной ярости и первобытной жестокости. От былой дисциплинированной армии не осталось и намека. Грифоны рвались вперед, лишь бы поскорее сойтись в ближнем бою с ненавистными пони, и рвать их когтями до самых костей.

Но битва прервалась сразу после того, как ущелье окутал странный пурпурный туман. Едва ли это были капризы природы, ничего не предвещало его появление. Тогда пони начали громко кашлять и едва могли устоять на ногах. С небес стали падать задыхающиеся пегасы. Те, кто рухнул и умер сразу, могли считать себя счастливчиками. Выжившие же не могли позволить себе такой роскоши, как быстрая смерть. Они продолжали кашлять, сплевывая кровь, и иногда куски собственных легких. Когда же последний из солдат Речной Коалиции издал предсмертный хрип и умер, наступила тьма.

* * *

Я резко распахнула свои глаза после того, как мой сон окутала тьма. Сердце бешено колотилось в груди, а всё тело окутал холодный пот. Оглядевшись вокруг себя, я обнаружила, что всё ещё нахожусь в своей походной палатке. Никаких следов пурпурного тумана и задыхающихся пони вокруг меня. Очередной сон, который перерос в кошмар и это уже начинает надоедать.

Это началось несколько лет назад. По необъяснимым причинам я вижу подобные сны, которые не могу никак объяснить или понять. Почему всяческий сон показывает мне этот пурпурный туман или газ, который медленно и мучительно убивает пони? Я уже не уверена...

Сердце наконец, начало успокаиваться после пробуждения. А я, недовольно фыркнув, сдунула со своих глаз липкие волосы своей челки. Поднявшись со спального мешка, я подошла к деревянной бадье с водой и начала умываться. К сожалению, это единственные водные процедуры, которые я могла себе на данный момент позволить, а жаль, ведь прохладный душ мне явно не помешал. Закончив с умыванием, я подошла к броне, которая лежала недалеко от моего лежака. Я начала с нагрудника. Взяв его своими крыльями, начала просовывать в него сначала свою мордашку, и потом уже дальше протискивая его через шею. Как только я убедилась, что он сидит на мне как надо, через отверстия по бокам я просунула свои крылья, которые взъерошились после того, как побывали в тесноте под броней. Следом уже пошли наколенники на мои задние копыта и, по сути, мой стандартный доспех пегаса-гоплита был готов, если не считать шлема с синим гребнем, но его я оставила напоследок. Оставалось закрепить на ремнях мое оружие. Небольшой клинок ксифос, а также копье и щит. Закрепив это все на своей спине, чтобы не слетело, и не стесняло движения крыльям я приступила к шлему. Убрав челку со своих глаз краем одного крыла, я надела шлем помогая себе копытами. И вот я уже при полном снаряжении была готова выходить наружу по долгу службы. Проходя мимо бадьи с водой, в которой я еще недавно умывалась, бросила взгляд в свое отражение. Оттуда на меня смотрела пегаска с изумрудными глазами, каштановой гривой и желтой шерсткой. Мои губы изогнулись в самодовольной улыбке.

— А ты в хорошей форме Эрис. – Произнесла я своему отражению и довольная собой, поцокала на выход из палатки.

Я находилась в составе отряда пегасов из 9 солдат, включая нашего командира в звании таксиарха. Подобные отряды посылались Нимбусией на границу Речной Коалиции для ее патрулирования и обезвреживали нарушителей. Из-за того, что юго-запад Коалиции граничит с землями Грифской Сечи, ранее известные как Зафия, с них совершают набеги отряды грифонов на западную границу королевства единорогов Виттенлэнд, а также на южную границу Озерграда.

Наш отряд заменят только через пару дней, собственно, именно для этого мы и брали с собой палатки, разбивая небольшой лагерь где-нибудь на скалах, где открывался отличный вид на окрестности и любые другие возвышенности. Мы тщательно маскировали свои лагеря, чтобы они не были обнаружены врагом. На нашей стороне всегда должен быть элемент внезапности. Да, скорее всего грифоны в курсе, что границы всегда охраняются, но вот где именно расположены наши лагеря, они явно не знают. Поэтому им остается лишь гадать, откуда мы можем нанести свой удар и каким образом.

Выйдя из палатки, я обнаружила, что остальные так уже проснулись, и уже в полном снаряжении готовились к дневному патрулированию вдоль нашего участка на границе. Двое часовых, что всю ночь караулили лагерь, уже плюхнулись в лежаки в своих палатках, и отсыпались. Их смена, из двух других пегасов, заступили в караул, чтобы в случае опасности протрубить в рог и известить об этом остальную часть отряда, что будет находиться в это время в патруле, ну и соответственно тех, кто спит.

«Очередной скучный день, никаких тебе приключений и славы...»

Подумала я, прикрывая рот копытом при протяжном зевке. Я надеялась, что мой первый патруль границы будет, по крайней мере, интересным, но увы. Это больше было похоже на рутинную работу. С утра подъем, дальше патрулирование границы, вечером либо спать, либо в караульную смену лагеря отряда. Я же мечтала о том, что, став солдатом смогу прославится, и завоевать себе более доброе имя. Конечно, о легендарных подвигах, наподобие сражения с гидрой или мантикорой я не заикалась, но то же сражение с отрядом налетчиков грифонов и то было бы хорошо.

Таксиарх вышел из своей палатки, прервав моё витание в облаках, и наша бодрствующая тройка выстроилась в шеренгу перед ним. Таксиархом был темно-серый жеребец с глазами телесного, его гриву я не видела, так как свой шлем при нас он не особо часто снимает, но судя по его бороде, она была тёмной серовато-синей. Все, что мне о нем известно, что его зовут Алексиос Валор. Один из самых молодых офицеров в нашей армии. За какие заслуги он получил свое звание, мне так же неизвестно, но наверняка не за свою бородку, наверняка считая, что она делает его старше, чем он есть. Подумав об этом, я невольно улыбнулась, но вскоре сделала свою мордашку попроще, ожидая с остальными команд от нашего командира.

Алексиос прошел мимо нас, вдоль шеренги, осматривая с головы до копыт, на мне он задержал свой беглый осмотр. Учитывая то, что я была новичком в его отряде, то он должен был быть уверен в моей готовности.

Дальше последовали стандартные команды, которые я слышала уже на протяжении нескольких дней.

«Глядим в оба, и патрулируем границу. Какая неожиданность»

Саркастично подумала я. Алексиос бросил на меня свой взгляд, так будто я сказала это вслух. По-видимому, мои мысли отразились на моей мордашке, и он их смог распознать. Если это так, то он не промах.

— У тебя какие-то вопросы, Эрис? – Поинтересовался жеребец, обращаясь ко мне.

— Нет, господин таксиарх. – Четко ответила ему я, надеясь, что на этом он от меня отстанет. И к счастью, так и произошло. Он отдал команду «на взлет» и большая часть нашего отряда поднялась в воздух, взмахнув своими крыльями, и полетели не спеша по маршруту нашего патрулирования.

Мы летели в разомкнутом строю, цепью, чтобы охватить большую часть территории своего патрулирования. От нас требовалась внимательность, и зоркость. Ведь никогда неизвестно, откуда может появиться враг. Я позволила себе расслабиться немного. Учитывая то, что за эти дни границу никто не пересекал, то чего спрашивается тут бояться.

«Может грифонам, уже надоели эти набеги, и они больше сюда не сунуться?»

Пришла мне такая мысль на ум. Если так, то это полный отстой. За последние несколько лет Нимбусия и так не с кем не воевала, а если еще и извечный враг прекратит терроризировать границы Коалиции, то я так точно не стану известной.

Мои мысли, будто кто-то прочел, и враг сам решил явиться по моему мысленному зову. Отряд грифонов приближался с юго-запада на большой высоте, надеясь, по-видимому, проскочить и что патрули пегасов их не заметят.

«Хах, бестолочи»

Усмехнулась я в своих мыслях и поспешила сообщить о своей находке таксиарху и остальным.

— Противник на юго-западе, отряд грифонов из 8 единиц. – Крикнула я, сообщая свое наблюдения всем остальным. Первым, конечно же, отреагировал наш таксиарх. Подняв копыто, сделав жест “остановиться” и наша цепь прекратила полет, зависнув в воздухе в ожидании других команд. Алексиос по-видимому оценивал наши шансы в битве с таким отрядом. Я же уже была в нетерпении, я хотела рвануть прямо туда и показать на что способна. Но годы вбиваний воинского устава и дисциплины давали о себе знать.

— Боевое построение “клин”, оружие к бою! – Скомандовал Алексиос, занимая сразу свое место в боевом порядке. Мы быстро перестроились в построение «Клин». Как и остальные, я достала со спины свое копье и щиты. Щит я закрепила ремнем на моём левом переднем копыте, чтобы его не ронять во время сражения. Копье мы зажимали под правым передним копытом, придерживая его подмышкой. Для грифонов это всегда выглядело смешно и нелепо. По крайней мере, до тех пор, пока пегасы Нимбусии не демонстрировали им свое искусство владения данным оружием. Как правило, эта демонстрация была для них последней. Мы набрались высоту для атаки, чтобы оказаться выше, чем наши противники. Пока нас еще не заметили, и на нашей стороне элемент неожиданности.

— Готовы? По моей команде, начинаем пикировать на них, поражаем как минимум 3, чтобы лишить их численного перевеса. – Обращаясь к нам, говорит Алексиос, он повернул голову к каждому из нас, и мы кивнули, дав знать, что все поняли. Серый жеребец кивнул в ответ и, махнув хвостом, дал нам сигнал начать снижение. Мы сложили крылья, и начали пикировать на грифонов, которые все еще нас не слышали. Но когда заметили, было уже поздно. На полной скорости, что мы набрали, пока снижались, наши копья прошли насквозь в грифонов. Столкновение было жестким. Двоих мы точно смогли убить, вонзив копья в них, и те начали падать. К сожалению, свою цель мне удалось только ранить. Наконечник вонзился грифону в плечо, и тот своей лапой перехватил древко копья, не давая мне возможности его вытащить, и атаковать снова. И пока я дергалась в попытках вытащить копье, он достал свою саблю, взяв за рукоять свободной когтистой лапой, и намеревался меня зарубить. Не найдя лучшего решения, я зарядила своим задним копытом ему прямо в морду, дав себе драгоценное время, и наконец высвобождаю копье из плоти грифона. К тому моменту, он уже пришел в себя от моего оглушительного удара. Адреналин и азарт уже заиграли в моей крови, и заметила, что ухмыляюсь. Еще бы. Мне, наконец, представилась возможность показать себя в настоящем сражении. И этот пернатый станет моей первой «жертвой». Но, похоже, я рано обрадовалась. Благодаря тому, что вторая лапа стала свободной, грифон достал пистолет, и прицелился в меня.

«Ох, черт…»

Я поспешила убраться с траектории пули, которая просвистела едва ли не рядом со мной в момент выстрела. Теперь мне точно нельзя оставаться на месте. Громыхнул второй выстрел и я сделала сальто, в воздухе уклонившись и от этой.

«Нужно быстрее с ним покончить»

Мне уже было не до веселья, шальная пуля может оказаться для меня фатальной. Я полетела прямо на грифона, прикрываясь своим щитом, и весьма кстати. Третья пуля угодила прямо в него, едва не пробив мою защиту. Из-за этого я сошла с траектории своей атаки, и грифон воспользовался этим, чтобы отлететь от меня, и достать с расстояния. У него для этого было еще 4 выстрела.

«К черту»

Подумала я и, подбросив немного свое копье, и поймав его серединной частью своего копыта, бросила его в пернатого. Копье пронзило грифона и тот, выронив все свое оружие, стал падать вниз.

«1-0 в пользу Эрис»

Довольно хмыкнув, подумала я. Теперь у меня было немного времени, чтобы оценить обстановку. Похоже, пока я занималась своей личной дуэлью, кто-то убил еще одного грифона, и теперь тех осталось четверо. Они начали улетать, по-видимому, спасая свои хвосты.

— Они удирают, догоним и добьем этих неощипанных куриц! – Довольно воскликнула я и, достав из ножен ксифос сжав рукоять зубами, рванула за улетающими грифонами.

— Стоять! Это приказ! – Послышался удаляющийся от меня крик командира. А я становилась все ближе к улетающим противникам.

«Нет уж, не уйдете пернатые»

Не будь у меня рот занят, я бы наверняка ухмыльнулась в предвкушении. И тут я совершила ошибку, которую осознала слишком поздно.

Грифоны вместо того, чтобы продолжать бегство, резко развернулись, и теперь зажимают меня с нескольких сторон, чтобы я не могла выбраться из их ловушки. Они меня заманили. В одиночку против четверых у меня явно не было шансов, по крайней мере, даже я это понимала. Им нужно было меня убить, чтобы снова получить преимущество в численности.

Я взмахнула крыльями, и полетела вверх, чтобы вырваться из их окружения. Но те последовали за мной, чтобы я не смогла совершить этот маневр.

«Серьезно? Они всегда были такими умными?»

Возмутилась я в своих мыслях. Если буду атаковать одного, на меня навалятся трое остальных, тогда точно конец.

«Надеюсь, что я хотя бы быстрее, чем они»

Подумала я и решилась атаковать одного из грифонов. Рванув к нему, я протаранила его, стукнув своим щитом. И тем самым, моя спина была открыта для остальных врагов, которые резко направились ко мне, пока я занята одним из них. Но мне чертовски повезло. Я заметила как Алексиос и двое остальных из отряда спикировали на грифонов, и заняли их сражением, тем самым спасли меня от смерти.

«Надо будет сказать им спасибо»

Передо мной оставался один противник. Хорошо, что в этот раз пистолета не было. Одновременно взмахнув своими мечами, мы скрестили их лезвия.

«Что же окажется сильнее, мои зубы, или его лапа? Вот сейчас и проверим»

Лезвия скрежетали, и с них сыпались искры, так мы стремились побороть друг друга, но я чувствовала, что проигрываю ему в физической силе. Я резко ушла в сторону, и его сабля просвистела практически над моим ухом. Я вертела своей головой, и тем самым взмахивала ксифосом, держа его крепко своими зубами, чтобы нанести грифону удар. Но он блокировал все мои атаки и выпады.

«До чего же удобно этому пернатому держать оружие одной лишь лапой, а не зубами»

Промелькнула у меня завидная мысль. Грифон действительно лучше владел своим оружием, и ему было удобнее, чем мне. В этом и был наш недостаток, который вскрывался только при сражении с грифонами. Если же, владение копьем было у нас на высоком уровне и не требовало наличия таких лап как у грифонов, то когда дело доходит до мечей, то тут мы уже не так хороши. Любой пегас неохотно расстается со своим копьем и при любом случае старается до конца сражаться именно им. И мне своего копья весьма не хватало. Но выбирать не приходилось.

В попытках задеть грифона, я открыла себя, и он этим воспользовался. Я в последний момент дернулась назад, но очень хорошо почувствовала, как лезвие его сабли проходится по правой стороне моей шеи, оставляя не глубокую рану. Он вновь пошел в наступление, стремясь нанести уже смертельную рану. Но в этот раз, я ему такой возможности не дала. Его удар пришел по моему щиту, когда я его выставила перед собой, чтобы защититься. Размахнувшись, я ударила пернатого щитом и тем самым отбросила его от себя.

“Вот мой шанс!”

Взмахнув крыльями, я полетела прямо на него со всей возможной при таком скоростном разгоне. Грифон попытался парировать мой выпад, но вновь встретился с моим щитом, а я дернула своей головой и удерживаемый зубами ксифос наконец достиг своей цели. Лезвие прошлось вдоль его живота и до груди.

«2-0 в пользу Эрис»

Расслабившись, подумала я и смотрела, как падает вниз к земле сраженный грифон. Битва закончилась, и наш отряд спустился на землю, чтобы осмотреть тела убитых врагов, и заодно перевести дух после стычки.

Наконец я смогла убрать свой ксифос в ножны. Послевкусие от побывавшего во рту клинка все еще отдавало железом, что заставило меня невольно сморщиться.  К этому никогда наверно нельзя привыкнуть. Тут я почувствовала за спиной чье-то присутствие. Причем ощущения от этого были неприятные. Повернувшись, я увидела перед собой таксиарха, который ощетинившись, зло смотрел на меня.

— Ты не только проигнорировала мой приказ, но и подставила под удар весь отряд! – Он наседал на меня, что невольно заставило съежиться, прижать ушки к голове, и чуть не припасть к земле. Впервые я видела Алексиоса настолько злым.

— Но, я…- Я не успела высказать что-то в свою защиту, ибо меня грубо прервал таксиарх.

— Никаких оправданий!!! Нам еще повезло, что этот отряд грифонов, похоже, был обычными разбойниками-авантюристами, иначе твоя выходка стоила бы жизни не только тебе. – От возмущения он расправил крылья, что придало ему более пугающий, на мой взгляд, вид. Только сейчас я смогла заметить, что наш отряд, по сути, отделался лишь не глубокими ранениями. Я и сама получила подобное. Я приложил копыто к своей шее, на место ранения.

«А ведь я действительно могла умереть»

Пронеслась пугающая мысль в моей голове.

Алексиос немного остыл, но все еще сверлил меня осуждающим взглядом.

— Сегодня к счастью никто из нас не умер. Но это не значит, что я оставлю этот поступок без должного наказания. – Он повернулся к двум остальным пегасам отряда, и обратился к пегаске с фиолетовой шерсткой. – Афина, ты остаешься старшей, а мне нужно сопроводить провинившуюся Эрис обратно в Нимбуси, где ее переведут временно в стражу.

— В стражу?! Но…- Мой протест тут же был подавлен Алексиусом, когда тот вновь бросил на меня злой взгляд своих телесных глаз. После чего продолжил разговор с Афиной.

— Скорее всего, вернутся, я не успею, поэтому дожидайтесь своей смены, и не геройствуйте, ибо вас останется пятеро. Увидимся в столице.

— Вас поняла, командир. – Отдала честь своим крылом пегаска.

Вскоре мы вернулись в наш лагерь, и командир велел мне собирать свои вещи, и готовится к перелету домой. Остальные смотрели на меня то осуждающими взглядами, то перекидывались колкими словами и смешками за моей спиной. Я облажалась, и была унижена таксиархом перед остальными членами отряда. Никогда не думала, что буду испытывать перед кем-то стыд. Но сегодняшний день показал, что жизнь может быть полна сюрпризов.

Я собрала свои вещи, включая палатку, ибо вернутся, мне уже не удосужится до следующего раза, пока не дозволят снова перевестись в армию. Алексиос уже ждал меня, так же собрав свои походные принадлежности и амуницию. Встретившись с ним глазами, я смогла распознать в них такое осуждение, как и у всех остальных. Но кое-что в нем было иное. В телесных глазах жеребца я не нашла насмешек, презрения ко мне, лишь разочарование из-за моего поступка. Я не смогла долго смотреть на него и отвела свой взгляд в сторону. Тяжко вздохнув, я подошла к нему и приготовилась к совместному полету в Нимбуси.

“Что ж, домой так домой”

## Глава 2 Судьбоносный шанс

Стратег — у древних греков должность командующего войском, заведовавшего в то же время внешними делами государства и отчасти финансами, включая судебную власть по всем указанным отраслям управления. Помимо законодательных функций, стратеги имели широкий круг административных обязанностей военного, судебного и финансового характера. Ксеносы — слово, употребляемое коренным населением Греции относительно иностранцев, иноязычных людей, эмигрантов, мигрантов и ко всем тем, кто чужды греческой культуре. Слово употребляется как в унизительном, так и в нейтральном значениях. Периэки – в Спарте свободные жители лаконских городов и сел. В Нимбусии периэки средний класс, не являющиеся полноценными гражданами. Илоты — в древней Спарте земледельцы, находящиеся на промежуточном положении между крепостными и рабами Хитон — у древних греков имевшая вид сорочки мужская и женская нижняя одежда, которую шили из льняной ткани.

“Должна признаться. Найти лучшего наказания для меня кроме как перевести в обычную стражу нельзя. Ибо это ооооочень скучно”

Ворчала я в своих мыслях, про свою участь, пока находилась на своем посту в холле Буле.

Буле – это нимбусийский орган власти, где заседают 300 граждан и представляют “волю народа” перед стратегом, главой нашей страны. Более скучного места я еще не видела.

По итогу, мы вернулись вчера в столицу, таксиарх Алексиос отправил меня домой, а сам, по-видимому, пошел оформлять меня в стражу. И кто бы сомневался, что на это утро бумаги будут уже готовы и я должна была заступать на свой пост уже сегодня, на который укажет мне местный таксиарх.

“Вот когда надо, от них ничего не дождешься вовремя, а как угодить одному из офицеров, они оформят все быстро” — Фыркнула я от таких двойных стандартов нашей местной бюрократической системы. Мне оставалось только разглядывать в холле что-нибудь интересное, дабы хоть немного перестать скучать.

Этому зданию было уже много веков. Кажется, оно было построено еще во времена освоения этих земель пегасами. Архитектура уходит корнями глубоко в прошлое. Стены и колонны были сделаны из белого мрамора, каждый вход в какой-нибудь зал украшала изысканная арка из этого же белого мрамора, а пол выложен плиткой в виде мозаики. Где-то были изображены рисунки, посвященные нашему прошлому. Например, я отчетливо вижу мозаику, посвященную мифическому герою Леонидасу, который сражает своим копьем трехглавую гидру. Залы по всему Буле освещались жаровнями, которые зажигались стражниками в темное время суток.

“Прогресс явно не торопится к нам. Да и мы не особо торопимся к прогрессу” — С иронией подумала я и усмехнулась.

Политикой Нимбусии всегда было сохранение традиционных ценностей наших предков. И менять эту политику по видимому никто не собирается, все поддерживают статус-кво.

Мой взгляд упал на широкий гобелен, висящий на стене. На нем изображалась карта мира, со всеми известными для нимбусийских картографов землями.

Найти земли Речной Коалиции на востоке континента Грифонии было не трудно. В самом центре этих земель, нынешний фаворит Коалиции, Речная Республика, пожалуй, самая развитая страна пони внутри альянса. Я бывала в ней лишь только проездом, когда пролетала с отрядом до границы Коалиции и обратно с таксиархом, но успела приметить много чудных вещей. Были какие-то столбы с тянущимися друг от друга проводами, назначение которых я так и не поняла. По мне так больше похоже на ловушку для таких летунов как мы, или грифонов. Дома как мне показалось, делаются из более дешевого материала, чем мрамор, но и строятся они ввысь.

“Как интересно там пони живут, в таких то домах? Похоже скорее на большие  муравейники”

Я ничего не могу сказать о политической обстановке в Республике, все, что мне известно, то у них система правления почти как у нас. Тоже есть свое Буле, где заседают пони политики и конечно есть верховный лидер.

“От этой политики уже мозг начинает кипеть, вроде бы одно и то же, но почему-то они считают это другим. Политики – зануды”

К востоку от Речной Республики находится Нимбусия, страна воинов-пегасов. В древние времена только мы – пегасы смогли освоить эту землю и преуспеть там, где потерпели неудачу остальные. Раньше города пегасов были независимыми друг от друга полисами, но со временем город-полис Нимбуси стал фаворитом. Где силой оружия, где силой дипломатии, но все полисы объединились под единой властью стратега из Нимбуси. У нас была славная военная история, с древних времен наши гоплиты были внушающей военной силой на востоке. Именно нимбусийцы первыми дали бой грозной армии императора Гровера II в битве при Фермопонилах.

“Но это было несколько веков назад и с тех пор мы уже не можем похвастаться чем-то выдающимся” — С горечью подумала я.

Став частью Речной Коалиции, пегасы теперь лишь стоят на страже границ Речных земель и ничего кроме локальных стычек с грифоньими отрядам нам не перепадает.

Вернувшись к изучению карты, я стала просматривать остальную территорию Речной Коалиции. На западе расположились Озерград и Депония, на юге и юго-востоке Королевство Виттенлэнд и Понадхен и на севере Бакара. Каждая из этих участниц Коалиции по-своему уникальна. Озерград когда-то был гегемоном Речных земель, но давно утратил свое влияние на соседей. О Депонии трудно рассказать что-то много, все, что я знаю, это феодальная страна со своим традиционным королем. Вот Виттенлэнд был интересным государством. Эта страна единорогов, где значение имеет уровень магических способностей. Ведь по сути, как я слышала, правителем там может стать практически любой единорог, который сможет победить в магической дуэли действующего короля или королеву.

Понадхен еще более странный. Живут в палатках, ведут примитивный образ жизни. Насчет всего остального, что те якобы имеют тесную связь с природой, общаются и сражаются с духами, я даже не знаю, как это комментировать. Звучит достаточно абсурдно, чтобы я в это не поверила.

Про Бакару мне так же нечего особо рассказать, как и про Депонию. Единственное, что мне о ней известно, что она представляет собой силу Речной Коалиции на море, ибо содержит самый большой военный флот из всего альянса.

Я отвлеклась от своих рассуждений и разглядывания гобелена с картой, так как краем глаз заметила очередных важных персон, перед которыми нужно обязательно вытянуться по струнке и стоять словно статуя. Я выпрямилась и смотрела ровно перед собой до тех пор, пока двое пегасов, разговаривающих между собой, не пройдут мимо. Краем уха я расслышала часть разговора этих жеребцов.

— Я тебе это и говорю. Посол с дальнего запада прибыл сегодня утром в столицу.

— И что интересно представителю с запада тут делать?

— Да кто знает этих ксеносов? Может опять решили попробовать основать свое посольство. В любом случае, это лишь домыслы. Правду знают лишь стратег и доверенные ему офицеры. Разговаривать с Буле он будет не раньше полудня.

Дальше я уже плохо могла разобрать их слова, ибо они ушли дальше по коридору совершенно, не обращая внимания на таких же стражников как я.

“Представитель дальнего запада? Что там у нас на дальнем западе?”

Я вновь бросила свой взгляд на гобелен и стала проходиться по карте глазами. Депония и Озерград точно отпадают. Империя Грифонов, ее вассалы и отколовшиеся от нее королевства после революции так же не подходят под описание. Грифонов бы сюда и на расстояние вытянутого копья не пустили.

Значит, остается только один вариант. Я глянула дальше на запад, через море. Континент Эквус. О нем нам известно мало, но картографы нанесли его на гобелен, на нем четко была изображена единственная известная нам страна. Эквестрия.

“Ну конечно. Какие еще могут быть у нас гости с дальнего запада кроме них?”

Я позволила себе немного похвалиться «детективными способностями», хоть и по сути ничего нового я не открыла. Эквестрия была страной очень чудных пони. Порой мне рассказывали такие уморительные истории про них. Что вот, у них там дружба решает все насущные проблемы, что их правительницы это богини поднимающие Солнце и Луну своей магией. Не хватает наверно только радужных лазеров, которыми они сражают своих врагов.

Я тихо хихикнула над этим, прикрыв рот копытом, чтобы не засмеяться громче. В первый раз я почти по полу каталась от смеха. Что ж, если один из этих чудаков здесь, то определенно чтобы пытаться впихнуть свою «дружбу» и нам.

“Ну-ну, удачи ему с этим”

Дернув ухом, я услышала очередной стук копыт по мозаике холла и заранее выпрямилась, встав смирно. Судя по цоканью, шло как минимум трое пони. Но к моему удивлению, вместо того, чтобы пройти дальше, они остановились. Я перевела взгляд в их сторону и увидела того, кого меньше всего хотела бы здесь видеть.

— Так-так-так, вы посмотрите кто у нас здесь. Уж не сама ли Эрис Дёрти? Не самое лучшее ты выбрала место, чтобы «прославиться» — С насмешкой произнесла пегаска с белоснежной гривой и черной шерсткой. В ответ на ее слова, сопровождавшие ее, жеребец и кобылка усмехнулись. А сама «шутница» издевательски ухмылялась, от чего у меня уже начали чесаться копыта, но я сдержала себя. Не хватало еще оказаться в карцере за избиение старшего по званию.

Данную особу звали Анэйтис. Трудно представить, что мы с ней были из одного потока, пока учились в Академии Нимбуси. Ее родители довольно знатные пони, обеспечили ей курортное пребывание в академии. Готова поспорить, что они так же подделали результаты ее прохождения Испытания Циклона. Финального испытания перед выпуском. Если она бы провалилась, то это был бы позор на всю ее семью. Но, увы. Ее результаты были положительные, причем по всем пунктам. А после выпуска ее еще и в звании повысили. Как же не завидую я тем, кто оказался у нее в подчинении.

Я постаралась изобразить невозмутимость на своей мордашке и обратилась к кобылке.

— Я могу вам чем-то помочь, таксиарх Анэйтис?

— Помочь? Ты? – Она насмешливо фыркнула и закатила глаза. – Нет уж Дёрти «твоя» помощь, мне точно не нужна. Лучше продолжай стоять тут, в качестве мебели ты смотришься даже лучше. – Посмеявшись, она махнула хвостом, зовя своих спутников за собой и поцокала с ними дальше по коридору.

Я ненавидела вторую часть своего имени. Это прозвище прилипло ко мне еще в Академии. Причем придумала его как раз Анэйтис. Она особо ярко демонстрировала свое отношение к моему происхождению. И, конечно же, подначивала остальной поток, чтобы они тоже называли меня так, а не по имени. Грязнокровка, нечистая, грязная, Дёрти. Такова суть моего прозвища. И все потому что, видите ли, отец у меня не пегас, а земной пони. Никто не препятствовал этому, поэтому данное прозвище прочно укоренилось за мной как вторая часть имени.

“Конечно, никому же не хотелось связываться с этой золотой кобылкой и ее влиятельными родителями”

Я со злостью топнула копытом по полу, не имея большей возможности выплеснуть гнев. Что раньше, я не могу ей набить морду, что сейчас. То родители, которые наверняка устроят специально ради меня публичную казнь, то теперь богами проклятая субординация и угроза трибунала.

Не сразу заметив, что уже снова нахожусь не одна. Меня из своих злых мыслей вывел прокашлявшийся жеребец. Обратив на него внимание, я замерла в изумлении. Прямо передо мной стоял стратег, наш верховный лидер и наиболее опытный в военном деле пегас. Его все знали в лицо, ибо он часто был гостем в Академии Нимбуси, наблюдая за тренировками молодого поколения и за прохождением Испытания Циклона. Я видела этого зрелого пегаса один раз за время свое учебы. Он мне хорошо запомнился, поэтому я его так быстро узнала. Вытянувшись перед ним по стойке смирно, я ждал от него приказов.

— Солдат, у меня будет для тебя ответственное задание. Этот особый гость, нуждается в сопровождении, пока находится в нашей столице. До полудня он хочет осмотреть город, а после вернется сюда, до этого момента ваша обязанность сопровождать его и охранять. Все ясно?

Теперь я только заметила рядом с ним еще одного пони. Это был высокий, стройный единорог, у которого был необычный, длинный рог. Я никогда не видела подобного вида единорогов, таких даже в Виттенлэнде нет. Наверно это и был посол из Эквестрии.

— Вас поняла стратег. Сопровождать и охранять. – Ответила я, повторив приказы нашего верховного лидера. Тот удовлетворенно кивнул и после обратился уже к единорогу, стоящему рядом с ним.

— Вечером Буле соберется для решения вашего вопроса уважаемый Хаск. До этого момента можете свободно осмотреть достопримечательности нашей столицы. – Распрощавшись с гостем до вечера, стратег оставил его на мое попечительство. На посту меня сменил другой пегас и мы направились в город.

“Хоть какое-то разнообразие, не придется до самого вечера стоять как столб”

Выйдя из Буле, мы попали на центральную площадь города, на которой постоянно кипела жизнь. Через площадь проходили караулы городской стражи, чеканный шаг и звук их копыт громко разносился по площади. Где-то на краях площади расположились лавки купцов и ремесленников, торгуя разными товарами. Так же было много знатных пегасов, которые либо окончили свою службу, либо готовятся к выходу с нее. В основном это были жеребцы и кобылки в возрасте и они окружали себя свитой из подхалимов и илотов. Некоторые уже настолько разленились пользоваться не то, что своими крыльями, но и копытами. Поэтому таких носили на специальных креслах носилках как минимум четверо илотов. Зависело от того насколько толстый круп они успели себе отъесть за то время когда покинули службу.

Единорог-посол шел туда, где как ему казалось, было на что посмотреть. Я же в свою очередь, лишь следовала за ним как мне и приказали. Граждане порой бросали в нашу сторону любопытные взгляды, учитывая, что этот жеребец был весьма уникальным для местных, то это неудивительно. Понимая, что Хаск находится под сопровождением вооруженного пегаса, зеваки сразу заканчивали на него глазеть.

— Я вижу, что в вашем обществе все пегасы являются воинами. – Подал голос единорог, обращаясь, по всей видимости, ко мне. Ибо ему разговаривать было тут не с кем, да и его голос был с неким акцентом что было трудно заметить.

— Пегасы воины, остальные либо периэки, либо илоты. – Решила ответить на его размышления и немного пояснить за нашу сословность. – Периэки являются нашими торговцами, ремесленниками и другими профессиями. Илоты отдают нам свою физическую силу на рабочие, строительные и другие нужды в обмен на нашу защиту.

— Иными словами, общество Нимбусии делится на сословия, полноценных граждан, ограниченных граждан и бесправных. – Отвечает мне рассуждающий единорог и судя по голосу не без интереса. Я невольно нахмурила брови, ибо мне не особо понравилось то, к чему тот клонит. Илоты, конечно, не являлись гражданами, они рабочая сила Нимбусии и когда им указывают делать, они делают. И они даже своим трудом могут выбиться в периэки.

— Они не рабы, если вы об этом. – Буркнула я, стараясь быть не слишком резкой, чтобы не оскорбить посла.

“А то на меня еще повесят международный скандал”

— Извиняюсь, если мои выводы вас оскорбили. Я просто гость в вашей стране и не мне критиковать ваши законы. – Примирительно обратился ко мне единорог. – Как вас зовут?

— А что вам даст знание моего имени? – Скептически спрашиваю я. Учитывая, что на данный момент я простой стражник, то я не видела особой выгоды в этом.

— Даст начало знакомству. – Так же спокойно и с небольшой улыбкой отвечает посол. – Хорошо, я начну первый. Меня зовут Хаск — От такого дружелюбия я даже удивилась.

“Какой смысл в том, что мы познакомимся? Ладно бы еще знакомство со стратегом или таксиархом. Я же простая пегаска, едва ли достойная внимания такого важного пони как посол. Если эквестрийцы все такие, то они очень странный народ”

— Эрис. Меня зовут Эрис. – Вздохнув отвечаю я, удивляясь самой себе, как попалась на его удочку с дружелюбием.

— Приятно познакомится, Эрис. Я на самом деле впервые так далеко на востоке от Эквестрии и не думал, что у местных пони настолько большие проблемы с дружбой.

— У нас нет проблем с дружбой. Мы просто другие, не нужно за нас решать наши проблемы. Тем более у нас их вполне достаточно. – Учитывая внешние и внутренние проблемы Речной Коалиции, это еще мягко сказано, а он тут заявляет о проблемах дружбы.

— Я и не собирался. Я просто посол, решением проблем с дружбой у нас обычно занимаются принцесса Твайлайт и ее подруги Элементы Гармонии. – Единорог говорил об этом настолько спокойно и уверенно, будто это была обыденность.

— Ага, я слышала уже о нечто подобном, о радужных лазерах, что сводящие на нет темные заклинания и превращающие злодеев в добрых существ. – После всего перечисленного мною, Хаск посмотрел на меня с иронией и небольшой улыбкой. – Погоди, ты смотришь на меня так будто я только, что рассказала про типичный день в Эквестрии.

— Ну, ты была недалека от правды. Конечно немного приукрашенно, но радужные лазеры были, как минимум пару раз. Лично свидетелем не был, но многие эквестрийцы это могут подтвердить. – Только, что, этот единорог разрушил все мое былое представление об Эквестрии. А точнее подтвердил то, что все наши шутки и издевательства были отчасти правдой.

“Ну и как, по-вашему, я должна на это реагировать?!”

— Ухх, это слишком уж для меня… — Пробормотала я, на что получила усмешку единорога, которого видимо, позабавило мое выражение морды в тот момент. – Ну, а если у вас все решает дружба-магия, радужные лазеры и все прочее, то, что же вас привело к нам? – Искренне поинтересовалась я у своего собеседника.

Улыбка жеребца угасла, тот тяжко вздохнул и все же удостаивает меня ответом на заданный вопрос.

— Несмотря на то, что нас оберегали принцессы и магия элементов гармонии, Эквестрия на пороге войны. Возможно, пока я нахожусь тут, она уже атакована. Нашим границам угрожают чейнджлинги. Мы более 1000 лет не находились в состоянии войны. Принцессы это осознают, что страна не готова к вооруженному конфликту. Поэтому они разослали послов по тем странам, которые могут предоставить помощь. В том числе и добровольцев.

— Добровольцев? – Тут же оживилась я, переспросив единорога об этом. Если все так, то это был мой отличный шанс показать себя. Если отправлюсь добровольцем в Эквестрию, то прямо там завоюю себе долгожданную славу. – А когда станут набирать добровольцев?

— Если мне удастся повлиять на ваших представителей власти, то начиная с этого вечера. – Отвечает мне Хаск. В то время как я уже размечталась о том, как отправлюсь на далекий запад, где покажу все, чего стою и больше никаких оскорбительных кличек или поливание грязью моей семьи.

На удивление, мы неплохо разговорились. Я интересовалась жизнью в Эквестрии и как, в итоге дошло все до военного конфликта. Хаск охотно мне все рассказывал. Постепенно мне раскрывалось много интересного, странного и забавного из жизни западных кузенов. Что раньше казалось мне не более чем шуткой, как оказалось, в Эквестрии было совершенно нормальным. Но, похоже, даже такой мирной стране рано или поздно приходиться сталкиваться с суровыми реальностями внешнего мира. Что далеко не все такие же мирные, дружелюбные существа. Что порой приходится браться за оружие, чтобы отстоять свои ценности.

Слово за слово, так проходит время, до полудня и единорогу пора было возвращаться в Буле, где он будет говорить с представителями власти. Я возвращалась вместе с ним, ибо мое «наказание» в виде службы в страже никуда не делось. Я разве, что планировала обменяться с кем-то из стражников своим постом, чтобы быть поближе к залу, где выступают 300 граждан, чтобы хоть мельком слышать, что они будут говорить.

Я смогла убедить одного стражника поменяться со мной, политики все равно как правило, не обращают внимания на стражников и лишних вопросов это вызвать не должно. К тому же жеребец откровенно скучал на этом посту, поэтому он был не прочь сменить обстановку.

Большую часть разговоров, что я слышала, стоя возле дверей в зал, были очень нудными и скучными. Единственное, что меня интересовало, это то, что стратег и остальные одобрят отправку добровольцев в Эквестрию. Похоже, там начались настоящие дебаты. 300 граждан, по сути, представляют несколько фракций внутри Буле, у которых свои собственные интересы. Кто-то высказывался за то, чтобы не вмешиваться, кто-то наоборот высказывался за одобрение помощи для Эквестии, другие воздерживались.

Обычно я не интересуюсь политикой, но невольно приходилось слышать о том, что говорят другие пегасы об этом всем.

Всего насколько я знаю в Буле 3 фракции. Традиционалисты, которые поддерживают статус-кво и выступают за наши древние ценности и исконную культуру. Реформисты, эта первая фракция, которая стала принимать в свои ряды не только пегасов, но и единорогов с земными пони. Они выступают за большие перемены в Нимбусии, вроде как даже планируют отказаться от системы сословий, которая делит наше общество. И последняя фракция, это пуристы. Они так же выступают за перемены, но несколько иные. Пуристы сторонники превосходства пегасьей расы над всеми остальными и они стремятся к тому, чтобы Нимбусия стала доминирующей силой в Речной Коалиции. Мне с такими пегасами точно не по пути. К счастью им особо не дают проводить свои изменения в стране, так что их влияние не особо ощутимо.

Как итог, я расслышала, что они пришли к решению направить три сотни добровольцев в помощь Эквестрии. И сегодня же они назначили офицеров, которые возглавят эти три сотни. К моему удивлению и радости, одним из таксиархов был Алексиос. Лучшего варианта и придумать нельзя.

Я встретилась с Алексиосом в коридоре, и твердо была намеренна уговорить его взять с собой. Едва удержавшись от того, чтобы упасть ему в копыта и давить на жалость, вспомнив, что все-таки Алексиос старший по званию и с ним нужно общаться соответствующе. Я отдала честь, своим крылом встав смирно перед ним.

— Таксиарх Алексиос, прошу вас взять меня в добровольческую сотню. Клянусь, что в этот раз я вас не подведу.

— Мне казалось ты, еще не отбыла свой срок в городской страже. – Проговорил серьезно Алексиос, смотря своим телесным взглядом на меня.

— Я согласна на все таксиарх. На любые ваши условия. – Решительно заявила я. Он, выгнув удивленно бровь, продолжая смотреть на меня испытывающим взглядом. Мне же оставалось только стоять смирно, ожидая его решения.

— На все значит? Что ж, я уже придумал, как все устроить. С завтрашнего дня ты снова будешь под моим командованием. Но учти, еще одна ошибка с твоей стороны и простым переводом в стражу ты не отделаешься. Все поняла?

— Так точно таксиарх Алексиос!

К вечеру моя смена закончилась, я отправилась к себе домой. Теперь мне оставалось самое сложное дело. Рассказать отцу и маме о своем решении.

“Ох, Боги. Уговаривать Алексиоса было и то легче”

С иронией подумала я, одевая вместо своих доспехов белый хитон, длиной доходивший практически до пола. Отворот хитона украшала красивая и богато вышитая аппликация, выполненная в древнем Нимбуском стиле. Не то, чтобы мы жили богато, но моя мама постаралась, чтобы отворот моего хитона был достаточно богато украшен.

Где-то 5 минут я стояла перед зеркалом и обдумывала слова, которые я скажу родителям, но на ум не приходило ничего умнее, кроме как заявить им обо всем прямо.

“Ну, надо же хоть как-то смягчить удар”

Вздохнув, я вышла из своей комнаты на втором этаже и спустилась вниз, чтобы присоединится к ужину со своими родителями.

Мою маму зовут Дана. Она пегаска с выразительными глазами цвета морской волны, вьющуюся длинную, каштановую гриву всегда украшал лавровый венок, а шерстка была горчичного цвета.

Как и все пегасы, она была солдатом, но когда забеременела, ее освободили от службы досрочно, чтобы она могла заняться воспитанием жеребенка.

Отец же, земной пони по имени Ксантос. У него темно-зеленые глаза, желтая шерстка и рыжая грива с закрученными вверх усами. Он всегда считает, что они делают его более солидным.

“А как мне кажется, они ему весьма не идут”

Он ремесленник, изготавливает ювелирные украшения, по сути, его работа, это наш основной заработок, не считая моего жалованья за службу.

Уже тогда на мою мать начинали косо смотреть за то, что она связала свою судьбу с земным пони, а не пегасом. Но мою маму это мало волновало, она выходила замуж по любви и никакие формальные «нормы» ее не останавливали.

Я люблю своих родителей и считаю, что они примут мой выбор, по крайней мере, я рассчитывала на поддержку мамы. С отцом же, все сложнее. Вероятно, он попытается меня отговорить.

— Отец, мама, я хотела вам кое-что сообщить. Я в составе добровольческой сотни отправляюсь в Эквестрию. Думаю, вы слышали об этом наборе. – И вот я это сделала. Привлекла внимание родителей и сообщила им шокирующую новость. Они отвлеклись от ужина, посмотрев на меня шокированными взглядами. Ожидаемая реакция. Родители наверняка рассчитывали, что я дальше территорий Речной Коалиции не окажусь.

Первым среагировал, конечно же, отец. И именно так, как я и предполагала.

— Ушам своим не верю, ну до чего же дошла она в своей погоне за мнимой славой, что решилась на подобное. Эрис, тебе, что родных краев мало? Тут хотя бы все знакомое, как собственно и враги, которых у Коалиции достаточно. А там, что тебя ждет? Неизвестная земля и неизвестный противник, против которого вас посылают сражаться.

— Всю информацию нам предоставят по прибытию отец, мы не пойдем в бой не осведомленными. – Попыталась оправдаться перед отцом. Но это мало на что повлияло.

— Дана, ну хоть ты вразуми нашу дочь и отговори от этой дурной затеи. А все из-за того, что она вбила себе в голову, что ей нужна слава, чтобы перестать испытывать стыд за своего отца. – Похоже, в этот раз он разбушевался не на шутку. От слов, что я якобы его стыжусь, у меня даже перехватило дыхание от возмущения. И я, не сдержавшись, стукнула копытом по столу.

— С чего ты взял, что я тебя стыжусь?! Мне надоело, что это за меня испытывают стыд и отвращение, что я жеребенок от брака пегаски и земного пони. Я просто хочу доказать, что даже не чистокровные пегасы способны на многое и готовы совершать подвиги! – Выговорившись, я вышла из-за стола и ушла в свою комнату на второй этаж. Закрыв за собой дверь, я позволила себе минуту слабости и тихо всхлипнула от обиды, что пришлось так резко все высказать своему отцу, от обиды, что общество нехотя принимает полукровок как я.

Через пять минут, я услышала цоканье копыт, направляющихся к двери моей комнаты. Конечно же, это была мама. Для меня не трудно было узнать ее по мягкому темпу ее шагов. Она вошла в мою комнату и присела рядом на кровати приобняв меня  своим крылом.

— Эрис, отец не хотел ничего такого сказать. Он просто волнуется за тебя, ибо там, насовсем чужой для нас земле с тобой может случиться все, что угодно. Не сердись на него. – Мягко обратилась ко мне мама, проведя крылом по моей спине в качестве утешения. И на удивление, это всегда работало.

Я вздохнула и просто кивнула ей в знак своего понимания.

— Я хочу лишь узнать. – Продолжила она так же мягко, как и до этого. – Ты окончательно все решила для себя? Добровольческая сотня?

— Да мама. Я решила. Таксиарх Алексиос берет меня в свою сотню. Мама, это шанс, о котором я мечтала. Шанс показать чего стоит полукровка пегас. Я в одном строю с братьями и сестрами по оружию. Для меня это важно мама. Надеюсь, ты это понимаешь. – Ответила я, давая ей понять, что мое решение окончательное. Мама не стала меня осуждать, или отговаривать, вместо этого она снова провела своим крылом по моей спине, чем заставила меня обратить на себя внимание. Я повернула к ней голову и заметила, что она слабо улыбается мне и при этом плачет. Были ли это слезы гордости или горя, я не могла понять. Но куда важнее для меня было то, что она сказала мне.

— Ты вернешься домой милая…со щитом или на щите. – Мама произнесла эти заветные слова, с которыми родители провожают своих детей на войну. Тогда я впервые почувствовала страх. Страх того, что вижу маму и отца в последний раз. Мама верила в меня, всегда верила. И вот сейчас она отпускает меня в далекие края с высоким риском, что я оттуда могу не вернуться. Но я не собиралась отказываться от собственных слов и своего решения.

“Я не рассчитывала, что прощание будет настолько тяжелым…”

Ощутив, как по моим щекам текут слезы, я обняла маму, уткнувшись ей в шею и ели слышно проговорила.

— Обязательно вернусь.

## Глава 3 Чужие берега

Эхо громких шагов отражалось от серых бетонных стен и сопровождало неизвестных личностей всю дорогу, вдоль по коридору. Они силой, волокли за собой, в своих когтистых лапах, хнычущего, ослабленного пони. На нем были видны следы избиений, в виде синяков, ссадин и царапин. Кто бы это с ним не сделал, они явно не сдерживались в методах.

Вскоре, коридор заканчивается и начинается более освещенное помещение. Яркий свет лампочек с потолка ударил в глаза, которые долгое время находились в темноте. Испуганный пони начал сильнее вертеться в когтистой хватке грифонов в серой форме, но те резко уложили того на кушетку, при этом ударив в морду прикладом от винтовки. Пленник сильнее захныкал и застонал от боли, что причинил ему удар грифона. Они закрепили его крепко ремнями на кушетке, не оставляя никаких шансов на побег. После чего, вооруженные грифоны уходят. И лишь через 5 минут, глаза пони обратили внимание на фигуры еще одних грифонов, что находились в помещении. Большинство были в белых халатах и носили противогазы, лишь один из них был в военной форме черного цвета, судя по фуражке с погонами, являлся офицером. Но его морда так же была закрыта противогазом.

— Итак, испытуемый номер 157. – Послышался глухой голос грифона в белом халате, что держал в лапе планшет с записями.

— Каковы результаты экспериментов профессор? – Обратился к так называемому профессору грифон в черной форме.

— Результаты я бы сказал удовлетворительные. У нас почти получилось вывести идеальный штамп.

— Но? – Грифон посмотрел на профессора, ожидая, что тот, наконец, доскажет свою мысль.

— Но для выведения штампа нам потребуется больше испытуемых, чем может предоставить этот лагерь. Бактериология это все же очень тонкая вещь, мы должны быть уверены в успехе.

— Я обеспечу вас испытуемыми профессор. От вас же, я жду результатов. – Офицер с профессором обменялись понимающими кивками и после, грифон в халате перевел свое внимание на испытуемого.

— Подготовить и вколоть испытуемому дозу прототипа. – Приказал профессор и остальные грифоны в халатах засуетились вокруг пони, прикованного к кушетке.

— П-пожалуйста…отпустите меня. Я сделаю все, что вы хотите…только отпустите. – Умолял скулящий и хныкающий пони, не в силах больше ничего сделать, кроме как давить на жалость и выпрашивать милосердия. Но он не знал того, что эти грифоны не знают милосердия.

Один из них подошел к нему со шприцом, наполненным неизвестной субстанцией пурпурного цвета. Пленник начал дергаться, но это ему не помогало. Все тело было надежно закреплено ремнями. Поэтому грифон без особого труда вводит содержимое шприца в вены пони и отходит на несколько шагов назад. Вскоре помещение наполнилось диким криком, наполненным боли и страданий. Он корчился на кушетке и продолжал кричать, будто его заживо освежевывают. Но вскоре крик сменился кашлем, изо рта брызнула кровь. Взгляд пони начала застилать кровавая пелена, а за ней лишь черная пустота.

* * *

Проснувшись в холодном поту и вскриком, я тяжело задышала. Сон закончился. И как обычно весьма неприятным образом. Вздохнув с облегчением, я плюхнулась обратно на кровать. Я поймала на себе удивленные взгляды пегасок, с кем я делила эту кают, мне пришлось состроить невинную улыбку, пожав плечами.

— Кошмар. – Кратко ответила я. После этого, они потеряли ко мне интерес, продолжая одевать свои доспехи.

— Подъем! Земля на горизонте! Выходить строиться! – Послышался громкий приказной тон из коридора. Дверь в нашу каюту резко распахнулась, я вскочила со своего спального места, едва не грохнувшись на пол, так как занимала второй ярус кровати. В проеме стояла пегаска с фиолетовой шерсткой и заплетенной в косу оранжевой гривой. Я сразу узнала. Это была Афина. Кобылка являлась заместителем Алексиоса и самым близким соратником в армии. Она взглянула на меня своим пронзительным взглядом желтых глаз, что заставило меня съёжиться.

— Специально для тебя, отдельное приглашение на построение, Эрис. Живо надела свои доспехи, не задерживай остальных! – Рявкнула на меня пегаска и я мигом начала надевать свои доспехи. К счастью, она пошла по остальным каютам, и я смогла немного расслабиться.

Одним из условий Алексиоса, было то, что я буду находиться под пристальным присмотром. И мои “надзирателем” оказалась Афина. Судя по всему, ей не нравилась роль няньки, так же как и мне, тот факт, что со мной нянчатся. Но выбора не было, пришлось согласиться.

Наш морской круиз подходил к концу, сотня выстраивалась на палубе корабля ровными шеренгами. До берегов Эквестрии можно было крылом подать. Но мы собирались сойти со своих кораблей и идеальным маршем пройтись по улицам города Мейнхенттен, в порту которого мы должны были высадиться.

Мне нравилась эта идея, пусть пони Эквестрии посмотрят на настоящих солдат, помощь которых они просили.

Улицы были перекрыты, чтобы никто не мешался нам. Наши три сотни шли ровными колоннами, чеканя шаг, маршируя по улицам мимо множества зрителей, пришедших посмотреть на это уникальное событие. Я недолго, но смогла осмотреть некоторые из этих пони. Они очень отличались от нас. Выглядели беззаботно и наверно даже наивно. Привыкшие жить в мире и спокойствии, под защитой своей принцессы, они смотрят на мир через розовые очки своей так называемой "Гармонии". Эти жеребцы и кобылки даже не представляли себе ужасов войны. Впрочем, мне и самой скоро предстоит их познать. Остается только надеется, что я смогу выдержать. Должна выдержать.

Быстрым маршем мы добрались до пункта нашего назначения. Лагерь военных сил Эквестрии в округе Мэйнхеттена. Сказать честно, среди этих пони было очень мало тех, кто, в самом деле, был похож на солдата или, по крайней мере, кто годился для настоящей войны. Стоит только взглянуть на их кьютимарки. Что угодно я могла увидеть на их боках, кроме того, что символизировала бы их как солдат.

Эквестрийцы смотрели на нас любопытными взглядами, провожая наши шеренги, шедшие на главный плац лагеря.

Все три сотни встали в своих колоннах на плацу и ждали команды своих офицеров. Три таксиарха встретились с командиром эквестрийцев и в наступившей тишине, не считая перешептываний наших западных кузенов, я могла расслышать некоторую часть разговора.

— Я полковник Берри Сансет, командующий гарнизоном округа Мейнхеттен, а вы…

— Мы командующие тремя сотнями добровольцев из Нимбусии. Я таксиарх Алексиос Валор. – Обратился жеребец к полковнику. После него по очереди представились остальные два офицеров.

— Таксиарх Атрей – Представился довольно крупный жеребец, своим басистым для средних лет голосом, с несколькими шрамами на своем теле. Сразу видно, бывалый офицер.

— Таксиарх Елена. – Представилась последняя из наших командующих. Пегаска немного моложе, чем Атрей, но старше чем Алексиос. По всей ее моське проходит внушительный шрам, оставленный либо кинжалом, либо грифоньим когтем.

— Всего три сотни? Я предполагал, что наши воинственные восточные кузены пришлют, что-то серьезное, ну, по крайней мере, больше добровольцев. – Похоже, полковник сильно размечтался и представлял себе все слишком красочно.

Похоже, таксиарха Атрея это уязвило, если судить по тому, как изменились его телодвижения и нервно махнувший хвост. Тот огляделся и ткнул копытом в случайного эквестрийского солдата.

— Ты! Кто ты по профессии? – Обращается к нему массивный пегас.

— Я? Я учитель, вернее был. – Замялся земнопони, перед тем как ответить таксиарху. После тот еще раз случайно указал на другого солдата.

— А ты?

— Кондитер. – Ответил более уверенный жеребец, чем предыдущий. И таким образом он опросил нескольких кобыл и жеребцов. Чем дольше я слушала, те больше удивлялась. Среди них не было солдат. Причем совсем.

Сделав  для себя какие-то выводы и удовлетворившись этим, теперь таксиарх Атрей обратился именно к нам, громыхнув своим басистым голосом почти на весь военный лагерь.

— Граждане Нимбусии! Кто вы по профессии?!

— Воины! Воины! Воины! – Плац оглушил клич голосов 300 солдат и грохот их накопытников, когда те стучали по земле или нагрудникам. Вскоре наши голоса стихли и на плацу воцарилась тишина.

— Видите полковник? Похоже, у нас солдат все же больше чем у вас. – Эквестрийский офицер запыхтел от подобного унижения, еще и при сослуживцах, но промолчал. Оставив явно накопившиеся едкие слова при себе. После чего предложил таксиархам войти в штабную палатку, где их введут в курс дела.

Нас же теперь отпустили, и мы разбрелись по лагерю, держась в основном, рядом с соратниками и редко вступали в разговор с нашими западными кузенами.

Я прогуливалась по лагерю, прежде чем услышала едва слышный вскрик. Сначала я думала, что мне показалось, но следом я уже услышала смешки нескольких жеребцов. Заинтересовавшись, я прошла между палатками и увидела, как пятеро эквестрийцев окружили одну из наших.

— Да не ломайся ты, узнаешь заодно, каковы жеребцы в Эквестрии. – И по этим словам, я уже поняла, чего эти кабели хотят от нее.

Пегаска металась глазами от одного к другому и старалась отойти от них.

— Л-лучше не подходите… — Тихо проговорила та. Но, похоже, их лишь забавляла эта ситуация. Они не понимали, что пегаски Нимбусии вовсе не беззащитные. Но я не могла смотреть на это сквозь перья крыльев. Расклад был явно не в пользу соратницы.

— Эй! Отошли от нее! – Рявкнула я и подлетела к пегаске, встав рядом с ней. Но мое появление подействовал на них совсем не так, как я хотела бы. Они лишь посмеялись и раззадорились сильнее.

— О, нам крупно повезло, значит, развлечемся с вами двумя. Ну, давайте крошки, будет весело. – Мерзко ухмыляясь, говорит один из земнопони и подходит ближе. Я ударила ему в колено, что заставило того подкоситься и упасть на землю, после чего хорошенько лягнула того в грудь.

— А вот за крошку, вы у меня сейчас ответите. – Почти прорычала я, оскалившись, и посмотрела на остальных дружков того, кто попался мне первый под копыто. Похоже, подобное сопротивление им не понравилось. И четверо оставшихся жеребцов перестали уже с нами любезничать и намеревались взять нас силой. Но я им этого не позволю.

К счастью, пегаска, которую я защищала от этих не состоявшихся насильников, тоже оживилась, когда часть из них попытались схватить ее. Один из жеребцов получил не слабый удар копытом в морду и отлетел, упав на землю. По всей вероятности ему придется собирать свои зубы, после того как очухается.

Тем временем, двое жеребцов решили, что лучше будет напасть на меня одновременно. Увернувшись от первого удара, я с разворота зарядила одному из них в грудь, временно выведя того из боя. Но пропустила удар второго жеребца. Я отлетела, получив удар морду, из носа брызнула кровь, а взгляд застилала пелена. Валяясь на земле, я простонала от боли и мысленно проклинала этого жеребца и себя за нерасторопность. Хорошо, что я была не одна. Пока я приходила в себя после удара, то слышала, как моя соратница все еще сражается, а затем пытается привести меня в чувства, пошлепав по щекам своими крыльями. Похоже, это более менее помогло, пелена со временем ушла и, по крайней мере, я теперь могла разглядеть пегаску, которая смотрела на меня тревожным взглядом.

Я подметила, что пегаска была еще молодой, возможно даже одногодка со мной. Ибо на ней не было еще шрамов от ранений, получаемых в сражениях. У нее была темно-коричневая шерстка, а на моське виднелось несколько веснушек, а глаза насколько темного цвета, что я почти сразу и не заметила, какие именно они были, а именно темно-синие. Но времени лежать, и разглядывать ее совершенно не было.

Сплюнув на землю, собравшуюся во рту кровь, я попыталась подняться, но смогла это сделать, только при помощи соратницы, которая поддерживала меня своим боком. А извращенцы, похоже, не собирались просто так сдаваться. Уложенные нами жеребцы начинали вновь подниматься, при этом ругая и проклиная нас. И только они хотели вновь нападать, как между нами в землю утыкается копье, которое и прерывает нашу схватку. Мы посмотрели в сторону, откуда оно прилетело, и там стоял Алексиос и всем своим видом показывал насколько сильно раздражен тем, что здесь увидел. Мы с соратницей встали смирно, в то время как наши несостоявшиеся насильники еще какое-то время тупили на него взгляд.

— Ну и что вы тут устроили? Эрис, мы только прибыли в расположение союзных войск, а ты уже в центре скандала. – Алексиос тут же метнул свой недобрый взгляд на меня.

“Как будто я единственная из всей сотни, что может доставлять проблемы”

— Я лишь защищала соратницу, таксиарх Алексиос. Эти пони намеревались сделать с ней нечто неприятное. – Объяснилась я, стараясь не ёжиться под взглядом жеребца.

Алексиос посмотрел уже на побитых нами пони, смерив их суровым взглядом, а затем обратился к пегаске, что стояла рядом со мной.

— Это правда? – Спрашивает ее уже более спокойным голосом жеребец. Либо он успокоился после того, как узнал, что драка была в целях самообороны, то ли просто разговор именно со мной бесил его.

— П-правда, таксиарх. Если бы не она, я не знаю, чтобы со мной было. – Я впервые смогла оценить голос пегаски, который совершенно не подходил для воина. С таким нежным и мелодичным голосом только в амфитеатре выступать.

Смотря то на нас, то снова на жеребцов, Алексиос обдумывал свое решение, что же ему делать в сложившейся ситуации. В последнюю минуту, он задержал свой телесный взгляд именно на мне и закатил глаза, а на его моське так и читалось выражение, “какая же проблемная кобыла”. Пегас выдернул копье из земли, взяв его крылом и закинув на спину, повернувшись окончательно к несостоявшимся насильникам.

— У меня будет несколько вопросов к вашему офицеру. Будем, надеется, что он достаточно компетентен, чтобы принять необходимые меры. – Похоже, этого было достаточно, чтобы жеребцы надолго притихли. Ну, еще бы. Их только, что не слабо побили две кобылки, да еще и будут проблемы с начальством.

Это наглядный пример того, что у Эквестрии давно не было полноценной армии, отсутствие дисциплины и субординации будут лишь вершиной айсберга. Впрочем, не мне критиковать их, ибо это проблемы эквестрийских офицеров. Если таковые среди них есть.

Алексиос увел зазнавшихся новобранцев за собой, чтобы доложить о нарушении кому-то из офицеров, а мы, наконец, могли расслабиться и переварить случившееся. На землю капнула капля крови. Посмотрев на нее, я тут же вспомнила, что мне не слабо ударили по носу и из него, до сих пор текла кровь. Я достала крылом из подсумки тряпку и прислонила ее к носу, пропитав своей кровью.

— Спасибо за помощь, будь я одна, не знаю, справилась бы я с ними. – Поблагодарила меня пегаска. Я посмотрела на нее и заметила на моське добрую улыбку. Для меня это было настолько непривычно, что сначала я решила, что она притворяется.

— Да не за что. Я поступила, как должна была. Слушай, а вот почему ты сразу не начала их бить, зная о том, что они собирались с тобой сделать? – Зная себя, я бы так и поступила. А уж любая уважающая себя кобылка вряд ли захочет стать жертвой насильников.

— Ну…понимаешь, они сначала не предпринимали агрессивных действий, поэтому я…у меня копыто не поднималось начать бой первой. – Она мялась и сомневалась в том, стоит ли мне рассказывать причину своей нерешительности в отношении тех жеребцов. Я ожидала, что она скажет, что испугалась пятерых жеребцов, что я могла бы еще понять. В одиночку пятерых бугаев не каждый уложит. Но вот ее ответ поставил меня в ступор.

— Подожди. Я, кажется, чего-то не понимаю. Драться ты умеешь, я это видела. Но при этом, ты утверждаешь, что у тебя не поднималось копыто на тех, кто собирался тебя насиловать? Это как вообще? – Я не смогла прийти к логическому заключению, обдумывая ее слова, поэтому мне оставалось только спросить напрямую.

— Ну не могла, я не люблю применять силу против кого-либо, если он не угрожает моей жизни или здоровью! – Уже более прямо заявила пегаска и недовольно надула щечки, из-за того, что я вынудила ее признаться в то, что она…

— Ты пацифистка? – Удивленно выгнула бровь, но милое и смешное выражение ее моськи с надувшими от возмущения щеками, заставило меня улыбнуться. – Вот уж сюрприз. Как же ты со своими взглядами оказалась в сотне, которая непременно отправиться на передовую?

— Ты сама знаешь законы Нимбусии. Каждый гражданин служит и участвует в политике страны. Я может, и занялась бы чем-нибудь другим, но возможности нет. – Сказала с грустью пегаска, опустив взгляд к земле. И тут же тряхнув головой, более бодро посмотрела на меня. Хотела казаться сильной в глазах своей спасительницы. – Я Ники Сайлонс, а тебя как звать?

— Эрис. Просто Эрис. – Похоже, разговор переходил в знакомство. Удивительно лишь то, что она сама пошла на этот шаг. Может я ошибалась, что все мои сородичи одинаковые и судят лишь по происхождению и слухам. К ее чести, она либо не знала про мою “кличку”, либо не стала при мне ее упоминать.

Ники предложила отыскать своих знакомых, которые были где-то в лагере и так же, вероятно осматривались. Попутно мы разговорились и делились своими мыслями об Эквестрии. Вернее о том, что мы только успели увидеть. Все-таки мы здесь не на достопримечательности приплыли смотреть. Да, первое знакомство Ники с эквестрийцами началось с попытки изнасилования, не самое лучшее первое впечатление. Но она, похоже, еще не разочаровалась в этих пони, судя по тому, как мирно она говорила, когда речь заходила о них.

“Интересная и своеобразная кобылка. Жаль ее даже, обычно такие мягкотелые, как она, мигом вытесняются более напористыми и агрессивными”

В конец концов мы отыскали ее знакомых, которые оказались ее настоящими друзьями. Ими оказались, земной пони с бирюзовой шерстью, и синей гривой, а так же карими глазами. Одет он был в более облегченные доспехи, чем мы с Ники, все элементы были кожаными, кроме шлема. Его разве что не украшал гребень, как у нас. Но главное его отличие от нас было, это закинутый на ремне, через спину мушкет. Из оружия ближнего боя на поясе в ножнах висел ксифос. Второй была единорожка с белоснежной шерсткой и бежевой гривой. Доспехи у нее были тоже кожаными, как и у жеребца, но имела при себе из оружия лишь ксифос. Оба были из вспомогательных отрядов, что укомплектовывали наши сотни. Пока земнопони стреляли в противника из своих мушкетов, единороги поддерживали их своими заклинаниями, в основном магическими щитами, чтобы защитить от ответных выстрелов.

Они представились как Джудас и Анисия и к моему удивлению, вели себя довольно раскрепощенно в моем присутствии. Я совершенно их не стесняла, не заставляла чувствовать неудобство. А общение…оно шло на равных. Никому не было интересно происхождение, им было важно узнать лично меня. Ту, какая я есть. Мы разговаривали обо всем, что могло только прийти в голову. Так я узнала, что Джудас мечтает открыть в Нимбуси собственный магазин с фруктами. А Анисия хочет стать врачом, поэтому отправилась добровольцем, потому что жалование, что она получит, хватит на обучение. Ники же до конца не определилась, о чем могла бы мечтать, ибо до конца службы еще далеко, и она даже не представляет, чем бы занялась после этого.

Можно сказать, они заставили треснуть мою стену отрешенности, которую я строила все эти годы, всякий раз натыкаясь на нападки в мою сторону. И может быть это будет один единственный день, когда я смогу вот так свободно с кем-то поговорить, но я его никогда не забуду.

Война ждать не любит. Поэтому, примерно через пару часов, таксиархи собрали свои сотни вместе, и начали излагать нам и объяснять все, что узнали о противнике, с которым нам предстоит столкнуться на поле боя.

Чейнджлинги – раса насекомоподобных существ, для существования которых, им необходимы другие расы, чтобы питаться их чувствами, особенно любовью. Иными словами – паразиты. Это первое, что пришло мне в голову, когда услышала о них и что они творят со своими жертвами, которым не повезло оказаться у них в плену.

Вскоре нам рассказали про военную мощь и вооружение, которым они располагали. Самозарядные винтовки, пулеметы, танки и самолеты, все необходимое для ведения войны по современным стандартам. У Эквестрии есть то же самое, но в меньшем количестве, об этом мы не переживали. Нас волновал совсем другой вопрос.

“Что мы противопоставим чейнджлингам?”

Таксиархи сразу пришли к согласию по поводу того, что наши стандартные методы и тактики против них окажутся неэффективными. Поэтому они отказались от фаланги. Боевой строй, который Нимбусия использовала на протяжении многих веков. Пожалуй, впервые на моей памяти офицеры пришли к выводу, что нам он в этот раз не поможет. Они приняли решения сражаться более раздробленным строем, чтобы иметь больше возможности для маневров, а вместо одного единственного формирования, разбиться на небольшие отряды, которые могли бы наносить удары в определенных участках, так называемого фронта и враг будет иметь меньше шансов, разбить нас всех разом.

К счастью Эквестрия имела возможность на равных сражаться с чейнджлингами в воздухе, а это означало, что на самолеты мы можем не отвлекаться. А вот, что касается танков…с этим будет сложнее. Таксиархи придумали способ как нам выводить технику из строя, но он совершенно не снижает опасность, что нам при этом грозит. Мы привезли с собой несколько тысяч боевых копий, чтобы они оставались в запасе, если вдруг кто-то сломает во время битвы или лишиться любыми другими способами. Нам велели заменить наконечники взрывателями, предназначавшиеся для минометных снарядов. Идеально кинутое копье с взрывателем в незащищенную или слабо защищенную часть танка его, конечно, не уничтожит, но выведет из строя, что даст нам и союзникам кратковременное преимущество на поле боя. По крайней мере, так нас уверяли таксиархи, рассказывая об известных слабостях техники чейнджлингов.

И мы готовились. Остаток дня солдаты сотен провели в тщательных планированиях и переделки своих копий, чтобы завтра отправиться на передовую. В наших рядах царила хладнокровная решимость. Никто не озвучивал опасения, если те и были, то предпочитали умалчивать.

Не говорила и я. Даже с Ники и ее друзьями, с которыми я провела этот день. Но все же я неволей начинала задаваться вопросом.

“А не согласились ли мы пойти прямой дорогой на бойню?”