# Заглянуть за грань

Ether

В Понивилле случилось нежданное: ферма «Сладкое Яблоко» сгорела дотла, и семья ЭпплДжек погибла при пожаре. Отчаявшаяся пони решает на время переехать к своим родственникам в Мейнхэттен. Там, чтобы не являться обузой для тети и дяди Орандж, ЭпплДжек находит работу в пиццерии.

Кроссовер с FNAF, но в роли аниматроников пони из главной шестерки.

## Погружение

Над Понивиллем стояла глубокая темная ночь. Царило безмолвие. Лишь где-то ночные существа, цепляя конечностями кроны деревьев, нарушали тишину. Недалеко за холмом, шатаясь из стороны в сторону, шла кобылка с торшером на голове. Хмельный разум не позволял соблюдать координацию движений, поэтому ее ноги заплетались в морские узлы при каждом шаге. Она шла неспеша, но настойчиво и, вот казалось, это тело, покрытое рыжей шерстью, сейчас рухнет на вытоптанную дорожку, но нет, пони продолжала свой путь.

— Йк…ой, кажется, последняя пинта яблочного сидра была лишней…или, может, ведро… — невнятно пролепетала ЭпплДжек.

Кобылка сделала еще пару пьяных шагов и обратила внимание на небо. Оно озарялось ярко-оранжевым светом. ЭпплДжек удивилась:

— Неужели уже рассвет? Йк… неплохо я сегодня оторвалась на вечеринке Пинки Пай. О, Селестия, бабуля меня убьет за то, что я так долго задержалась.

Пони пустилась кривым галопом, спотыкаясь на каждом камне. Пока она взбиралась по склону, свет постепенно становился ярче, пронзая лучами ночную мглу. Однако на рассвет это не похоже. Еще несколько метров, рывок — и вот ЭпплДжек стоит на возвышенности. Перед ней открывается ферма. Горящая ферма. От увиденного шокированная пони словно протрезвела и бросилась вниз по склону. Но ноги не выдержали ее, ЭпплДжек покатилась кубарем, теряя «головной убор тусовщика». Оказавшись у подножья холма, кобылка, забыв про боль, кинулась к пылающему амбару. Она искала какой-нибудь не заваленный вход, но безуспешно. Нужно действовать быстро, нужно попасть внутрь, нужно спасать семью. Пони лихорадочно носилась вокруг зданий и, к счастью, отыскала лазейку. ЭпплДжек моментально прошмыгнула туда и оказалась внутри дома. Сейчас родной дом пони можно было принять за Ад: кругом огонь, горячий воздух обжигает не хуже пламени, дым затрудняет дыхание. В еще хмельной голове всплывают образы проказных чертей, хохочущих над перепуганной кобылкой, и кажется, вот-вот явится сам повелитель полыхающих земель, и тогда ЭпплДжек точно не сдобровать. ЭпплДжек попала на кухню, поэтому живо оббежала доступные комнаты первого этажа, а таких было немного, но там родственников не оказалось. Тогда остается еще один вариант: наверх. Пони принялась взбираться по лестнице, которая вот-вот обвалится и превратится в огромную кучу пепла. Дом уже начинал осыпаться. ЭпплДжек подскочила к двери, ведущей в комнату ЭплБлум — та была заблокирована горящей балкой. Внезапно за дверью послышался пронзительный крик ЭплБлум. Услышав сестру, кобылка, недолго думая, с разгона выбила объятую пламенем дверь. ЭпплДжек влетела в комнату и, чудом приземлившись, устояла на ногах. Однако перед рыжей кобылкой открылась душераздирающая картина: охваченная пламенем ЭплБлум визжала, бегая по полыхающему полу, рядом лежало что-то обугленное и сморщенное. Когда пони присмотрелась к этому объекту, ее чуть не вырвало, а в глазах помутнело. Это было обугленное тело Бабули Смит, однако оно больше походило на сморщенный кожаный мешок, чем на престарелую пони. ЭпплДжек окутал ужас, она не знала, что делать, казалось, сейчас она погибнет здесь, вместе с ее семьей. В голове спешно появлялись идеи, но каждая следующая была хуже предыдущей. Мозг ЭпплДжек уже был готов расплавиться от окружающей температуры и бурного потока мыслей, пони резко пришла в себя, когда услышала звук бьющегося стекла. ЭплБлум выпрыгнула из окна. Комната начала рушиться, потолочные балки с громким треском падали на пол, пламя начинало окутывать все пространство. ЭпплДжек, словно на автомате, кинулась за сестрой и лишь на долю секунды повернула голову, чтобы в последний раз бросить на тело бабули взгляд полный горечи и страха.

Пока ЭпплДжек была в полете, для нее не существовало ни времени, ни пространства, перед ней лишь была горящая сестра, лежащая на земле. Спустя мгновение, ЭпплДжек тяжело упала на обожженную траву. Она пыталась встать, превознемогая боль во всем теле, особенно в передней ноге. Каждый шаг пони давался ей с огромным трудом, через каждое мгновение из ее рта вырывались жалобные стоны, голова была пустой, но в тоже время тяжелой, а в глазах проскальзывали темные пятна. Наконец ЭпплДжек достигла своей мертвой сестры. Языки пламени все еще окутывали приплющенное от падения тело ЭплБлум. Когда она увидела изуродованную сестру, из глаз кобылки снова ринулись слезы, сопровождающиеся тяжелыми вздохами. ЭпплДжек незамедлительно стала пробивать землю оставшимися целыми копытами, дробить ее, чтобы засыпать ЭплБлум и избавить от огня. Она судорожно вбивала ноги в почву, испытывая жуткую боль, а слезы все продолжали мочить ее страдальческую гримасу. Внезапно послышался последний ощутимый треск пожженных досок, и дом рухнул, оставив только после себя догорающие обломки. Какая-то массивная доска бесцеремонно грохнулась прямо на голову ЭплБлум, раздробив детский череп и оголяя содержимое. Это было последней каплей, и ЭпплДжек, надрывая глотку, принялась кричать и рыдать над остатками маленькой кобылки. Ее крик разрывал и пронзал ночную мглу, заглушая треск горящей фермы.

Наутро «Сладкое Яблоко» уже кишело пони. Пожарные разбирали обломки и искали оставшиеся тела, полицейские оградили территорию от зашедших зевак и расспрашивали возможных очевидцев, санитары оказывали лечебную помощь ЭпплДжек. Взбудораженные друзья рыжей кобылки прибыли приблизительно в то же время. Они были шокированы и потрясены не меньше ЭпплДжек. В те минуты пятерка друзей впервые видела такой разбитой и безжизненной свою подругу: ее шерсть была грязная и в ссадинах, правая передняя нога вывернута в непонятную сторону, глаза опухли от многочасового проливания слез. Пришлось долго приводить ЭпплДжек в чувство, чтобы узнать события прошлой ночи.

* * *

Стремительный ветер беспокоил листву крючковатых деревьев, что росли рядом с каменными плитами, на которых виднелись имена умерших давно или недавно жителей Понивилля. Такой угнетающий пейзаж можно наблюдать лишь в одном месте городка — на кладбище «Поющий холм». Именно там в этот душный летний день находилась всеми известная шестерка.

ЭпплДжек стояла рядом с раскрытыми гробами, в которых лежали изуродованные останки родственников. Патологоанатомы попытались придать им лучший вид, но что можно сделать после полного сожжения? Рядом ждали могучие жеребцы, пока пони попрощается с семьей, а сзади кобылки стояли верные друзья. Она опустилась к каждому родственнику и что-то тихо шептала, роняя соленую жидкость на их сморщенные тела. Порывы стихии колыхали ее черную одежду и светлую гриву. Наконец, прощания были окончены, и, как только последние слова слетели с губ ЭпплДжек, жеребцы принялись закрывать крышки гробов и осторожно опускать их в свежевырытые ямы. Рыжая кобылка молча провожала взглядом семью в последний путь. Когда деревянные ящики достигли дна, неизвестные принялись закапывать их с совершенно безразличным видом. ЭпплДжек, подойдя ближе к яме, здоровой ногой столкнула горстку земли вниз. За ней последовали остальные. Выполнив работу, жеребцы отправились восвояси, а шестерка все еще оставалась возле свежих кучек земли, из которых возвышались каменные глыбы с надписью «Покойся с миром». Слезы ЭпплДжек не унимались, но она первой нарушила могильную тишину:

— Не могу поверить, что их больше нет. Вот только недавно мы пробовали новый рецепт пирога бабули Смит, наперегонки сбивали яблоки с Биг Маком и смеялись с ЭплБлум. А теперь… — всхлипнула, — теперь ничего этого словно и не было, все эти светлые моменты ушли вместе с ними.

— ЭпплДжек, — начала Твайлайт, положив копыто на плечо скорбящей. — Нам всем тяжело это переносить, а особенно тебе, но знай, что мы всегда будем рядом с тобой и всегда поддержим.

Рыжая кобылка, как бы отвечая на поддержку Твайлайт, заключила всех подружек в объятия.

После недолгого пребывания на кладбище, пони спустились к подножию холма и устроились в ближайшей беседке, разлив яблочный сидр по стаканам. Дурманящий вкус, казалось бы, простого напитка слегка успокоил душу ЭпплДжек, и темные мысли стали медленно покидать ее голову, а сама она погружалась в транс. Кобылки молчали некоторое время, но потом голос подала одна из них, возвращая ЭпплДжек на землю:

— Дорогуша, но почему ты не пригласила на похороны остальных Эпплов? — спросила Рэрити, вытирая потекшую тушь копытом.

— Знаете, — ЭпплДжек вздохнула, — это, наверное, странно, но я не хочу видеть их здесь на похоронах и чтобы они знали о них.

— ЭпплДжек, я думаю, стоит-то почтового голубка пустить, ведь смерть близких — это не новость, которую стоит утаивать, — взбунтовалась Рейнбоу Дэш.

— Да-да, сахарок, обязательно им расскажу, но не сейчас. А вообще, я подумывала покинуть Понивилль на некоторое время.

— Как? Прям уехать? Прям вот так вот взять все чемоданчики, пироженки и любимого питомца — Гамми и уехать?! — воскликнула Пинки Пай, хватаясь копытами за голову.

— Пинки, никто твоего Гамми не увезет, — пробормотала Твайлайт.

— Но куда же ты собираешься? — подала, наконец, свой тихий и дрожащий, как комок нервов, голос Флаттершай.

— Я давно хотела съездить к тёте и дяде Орандж. Письмо я им уже отправила, о моем скором прибытии, и билет купила на последние сохранившиеся деньги. Почему именно к ним? Я не знаю, но Понивилль я покидаю, потому что мне здесь тяжело находиться, вся обстановка давит и гложет меня, а при мысли о семье, становится плохо. Да и ферма сгорела, нет у меня больше работы.

Пони грустно посмотрели на подругу, каждая хотела что-то сказать, но переглянувшись друг с другом, они пропускали эти несказанные слова.

— Так, когда ты отчаливаешь? — неуверенно спросила Рейнбоу Деш.

— Завтра утром. Поеду налегке, потом как-нибудь разберусь.

— Ну, уж нет! — встрепенулась Рэрити. — Так не пойдет, дорогуша. Твайлайт? — Д-да, Рэрити?

— Раз твой шикарный замок пустует, то эту ночь мы все проведем там и будем готовить ЭпплДжек к отъезду, я каждому поручу задание…

— Но-но, лошадка, притормози, не стоит так печься обо мне, я и сама справлюсь.

— Рэрити права, сегодня все проведут ночь у меня в замке, — согласилась Твайлат.

— Ура! Ночные посиделки! — радостно закричала розовая кобылка, и из ниоткуда вырвалось конфетти.

— Но, подождите, девочки, стойте…

— Да ладно, тебе, ЭйДжей, — сказала Рейнбоу, приобняв за плечи ЭпплДжек. — Это же последняя ночь, и мы должны провести ее вместе! И даже не думай о том, что тебе не удобно нас запрягать, для этого и нужны друзья! Да, и Пинкины «Ночные посиделки» поставили твердую точку.

Сбитая с толку напором ЭпплДжек, согласилась провести ночь вместе с друзьями. Пони начали собираться и уходить. Их маленькую группу провожал сухой ветер с гонимой пылью.

Проведя ночь в бурных приготовлениях, утром вялые телом, но бодрые душой пони стояли на железнодорожном вокзале со всеми приготовленными сумками. Несмотря на ранее утро, пассажиров было много, и каждый ждал отправки поезда. Рэрити отчаянно штудировала список вещей, а также где и почему они лежат в таких-то отсеках.

— Воу, притормози, Рэрити, а то мчишься быстрее овец, гонимых волками. Я знаю, что у меня лежит в этих сумках, мы же все-таки собирали их вместе.

— Она просто волнуется, ЭпплДжек, да, как и мы все, — произнесла Твайлайт. — Отпускать тебя в большой город в таком-то состоянии…

— Не волнуйтесь, девочки, все будет хорошо. Городская суета наоборот поможет отвлечься, а семья Орандж, думаю, найдет мне занятие, — ободрила рыжая пони.

Со станционной башни послышался голос диспетчера: «Внимание! Поезд на Понивилль — Мейнхэттен отправляется через три минуты. Повторяю: через три минуты!». Ожидающие пони поспешно отправились к вагонам, а из компании друзей послушался визжащий голос Пинки Пай:

— Обнимашки!

Кобылки трогательно попрощались, и ЭпплДжек в мгновения ока заскочила внутрь вагона, затащив большие сумки.

— До свидания, девочки! Мы скоро обязательно встретимся! Вот увидите: я вернусь быстрее, чем вы успеете сказать «яблочный штрудель».

— Пока - пока! — кричала вслед пятерка.

Раздался гудок, колеса заскрипели, и поезд начал медленно набирать скорость. Через несколько мгновений он достигнет нужной скорости, и Понивилль со всеми его жителями останется позади, а ЭпплДжек уже будет смотреть не назад, ее взгляд будет устремлен только вперед.

## Стабильное состояние

С высоты птичьего полета Мейнхэттен кажется ничем не приметным скоплением высоких зданий, но если спуститься и узнать его поближе, то можно понять, что это прекрасный город, полный светской знати. Здесь не редкость увидеть на улице какую-либо знаменитость. В городе множество небоскребов, уходящих вершинами далеко в небо; изысканных заведений для настоящих эстетов, но, правда, шума в этом месте не меньше, чем в любом другом. Хоть Мейнхэттен и славится своими аристократами, не спеша и монотонно ведущих свою жизнь, однако в нем не меньше приезжих, вечно куда-то торопящихся пони в погоне за деньгами или славой, а так же те, бесцельных, кого просто занесло ветром. Среди таких и была ЭплДжек.

Поезд некоторое время, подъезжая к станции, сбавлял темп, а после, скрипя колесами, остановился и выпустил все содержимое восвояси. ЭплДжек кинула сумки на пол, а сама выпрыгнула из выхода. Она смотрела по сторонам в поисках семьи Орандж, но толпа не давала толком увидеть что-либо. Все-таки из гущи пони послышался знакомый голос:

— ЭплДжек, дорогуша, мы здесь! ЭплДжек!

Толпа принялась равномерно расступаться, а из нее вышли тётя и дядя Орандж. Прибывшая кобылка вздохнула с облегчением, когда вновь увидала родные лица. ЭплДжек бросилась в объятия родственников.

— Тётя, дядя, я так рада вас видеть! Как долго меня вновь не заносило попутным ветром сюда.

— Да уж, я все гадаю с мужем, чего это коренная селянка решила опять посетить столицу моды? Неужели решила бросить всю грязную работу и приобщиться к искусству? — рассмеялась тётя Орандж.

Но ЭплДжек было не до смеха. Каждое слово, связанное с фермой, напоминало о погибшей семье. Рыжая кобылка насильно натянула улыбку, чтобы не вызывать подозрений, и произнесла:

— Ох, нет, тётя. Оставаться в Мейнхэттене навсегда не собираюсь, но, думаю, немного приобщиться к элите все-таки стоит.

— Ну, и славно. Так, дамы, давайте попрощаемся с поездами и отправимся, наконец, в дом. ЭплДжек, я понесу твои сумки, ведь негоже молодой кобылке таскать тяжести, да и устала, наверняка, ко всему прочему, — настоял дядя Орандж.

ЭплДжек не стала настаивать на обратном, так как она, действительно, чувствовала себя уставшей в физическом и эмоциональном плане.

Казалось, что теперь жизнь ЭплДжек медленно, но наладится. Она сможет утопить свои печали в городской суете, больше времени провести с любимыми дядей и тётей, понять светских жителей, однако душевное спокойствие не спешило посещать кобылку, а, как раз наоборот, покидать ее.

После недели благополучного пребывания в доме Орандж, одна ночь заставила ЭплДжек вновь ощутить затихшие тревоги. Ужин тем днем оказался весьма острым, поэтому в горле осиротевшей родственницы весь вечер и часть ночи бушевали суховеи. Не выдерживая дикую жажду, кобылка тихо встала с кровати и бесшумно направилась за стаканом воды на кухню. Она старалась не разбудить тётю и дядю Орандж, но оказалось, что они не спали, в их комнате горел свет, а дверь была чуть приоткрыта. ЭплДжек уже собиралась быстро прошмыгнуть на кухню, однако недовольные голоса приостановили ее.

— Шарлотта, зачем ты согласилась на приезд ЭплДжек? Ты же знаешь, что мы сами еле концы с концами сводим, так еще один рот придётся кормить.

— Тише, Эль, она может услышать. Ну не могла же я отказать Эплам, да и ЭйДжей давно не гостила у нас.

— Могла и отсрочить приезд. Ах, если бы наша семья не оказалась в таком тяжком положении, как банкротство!

— Тише, Эль, тише, давай я налью тебе еще валерьянки. Завтра что-нибудь придумаем, а пока ложись спать. И к тому же, не думаю, что ЭплДжек задержится надолго. Вот увидишь: уже через несколько недель она покинет Мейнхэттен, точно так же как тогда, в детстве.

Свет в комнате потух, и послышались последние шорохи, после чего наступила полнейшая тишина. Район был тихий, поэтому атмосфера быстро прониклась безмолвием. Единственно, что нарушало ночное спокойствие, было сердце удивленной кобылки, которое билось с ошеломительной скоростью, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Да и услышав подобное, ЭплДжек почувствовала, что сухость во рту тоже пропала, а вместо нее появился ком в горле, преграждающий поступление воздуха. ЭплДжек стояла несколько минут на прежнем месте, чтобы удостовериться, что тётя и дядя начинают погружаться в сон.

Обратный путь до комнаты казался сущей пыткой. Казалось, каждая половица была против ЭплДжек и специально поскрипывала на каждом шагу. Тусклый свет фонаря из окон лишь слегка освещал коридор, но где-то во мраке прятался комод, о который можно было легко удариться. Дышала рыжая пони реже, ведь грезилось, что один глубокий вздох может перевернуть дом с ног до головы, а вот тогда точно Оранджи проснутся. Наконец, препятствия были преодолены, и ЭплДжек смогла с лёгкостью получить полную порцию воздуха. Она моментально юркнула под одеяло, после чего пыталась привести мысли в нужное русло, бормоча себе под нос: «Спокойно, ЭплДжек, давай все хорошенько обдумаем и не будем волноваться. У тёти и дяди сейчас тяжелый период. Но почему тётя не отказала мне в приезде? Я бы могла бы направиться к другим Эплам. Что ж, делать нечего, необходимо покинуть дом Орандж в ближайшее время, однако мне нужны деньги на обратный билет, а мой кошелёк не позволяет подобного, да и тётя с дядей вряд ли смогут помочь из-за такого положения. Хм, нужно найти работу… Точно! Отработаю месяц или меньше, накоплю на билет и прощай, Мейнхэттен, увидимся позже, возможно». После подобных мыслей ЭплДжек постаралась заснуть, чтобы раньше приняться за поиски.

Утро для ЭплДжек выдалось тихим. Семья Орандж еще спала, но солнце уже давно встало и пробивалось яркими лучами сквозь окна. Рыжая пони скоро привела себя в порядок и вышла из дома, аккуратно прикрывая за собой дверь. В отличие от безмолвного дома улица была наполнена различными звуками: каждый горожанин куда-то поспешно направлялся, повозки мельтешили перед глазами. Решительная ЭплДжек глубоко вздохнула, пытаясь переварить такой гомон, и уверенно направилась прочь от дома. Она пока не знала, куда идти, однако намеревалась побродить по городу в поисках объявлений или же найти ближайший газетный киоск.

Брожение по городу, точнее по его части, успехом для ЭплДжек не увенчалось. Она несколько часов блуждала по улицам, вслед за тем заблудилась в «каменном лабиринте». Даже когда пони находила вакансии, они или не подходили ей по специальности или для годящихся мест работы требовалась немалочисленное количество бумаг помимо имеющихся документов при ЭплДжек. Что бы собрать дополнительные бумаги, потребовалось бы больше времени, а его как раз у рыжей пони в обрез.

Отчаявшаяся пони сидела на лавке в парке, обдумывая прошедшие несколько часов. Ей казалось все глупой шуткой, что в таком гигантском городе не может оказаться нужной и легкодоступной работы. ЭплДжек потупила свой расстроенный взгляд в асфальт, а в это время в её желудок забунтовал, ведь она ничего не ела с самого утра, а время уже было обеденным. «Хм, может быть стоит зайти куда-нибудь перекусить, а после продолжить поиски», — подумала голодная кобылка. ЭплДжек оглянулась по сторонам, но, к удивлению, ни одной закусочной в радиусе видимости не оказалось. Тогда пони подняла свой круп с деревянной конструкции и направилась прочь из парка, внимательно озираясь по сторонам. ЭплДжек обдумывала, в какую сторону пойти, но её размышления внезапно прервал громкий голос жеребёнка:

— Мам, мам, пошли скорее! У них же сегодня акция: «две пиццы по цене одной»! Ну, что ты так долго? — подгонял малыш маму.

— Иду, иду, незачем так спешить.

После сказанных слов, мать догнала жеребёнка, и они скрылись за углом здания. Услышав о присутствии рядом закусочной, голодная кобылка поторопилась нагнать будущую пару клиентов. Пони пустилась рысью и уже рез несколько секунд перед неё открылось низкое, но широкое заведение с вывеской «Пиццерия Фредди Фазбера». Во входную дверь большим потоком входили выходили родители с детьми. «Похоже, это место очень популярно, а так же рассчитано на семейное посещение» — подумала ЭплДжек и не спеша пошла в сторону входа. Она внимательно разглядывала фасад пиццерии, его красочные и манящие плакаты, но взор её зациклился на одной невзрачной бумажке, на которой черными буквами было написано: «Требуется охранник». Кобылка, не ожидавшая такой удачи, невольно улыбнулась и бодро поспешила к входу.

Внутри здание казалось еще более праздничным: везде висели разноцветные украшения и шары, дети веселились в игровой зоне, а взрослые наслаждались едой и отдыхом. От окружающей остановки рыжую пони внезапно охватил всплеск позитива, и она, продолжая улыбаться, направилась к стойке с работником.

— Добро пожаловать в «Пиццерию Фредди Фазбера», чем могу помочь? — поприветствовал фиолетовый пони в рабочей форме.

— Эм, здравствуйте, я бы хотела заказать Маргариту.

— Хорошо, заказ принят, занимайте столик и ждите, пока Чика принесёт вам пиццу. Что-то еще?

«Чика? Это имя официанта?», — удивлённо подумала ЭплДжек.

— Ах, да, еще…Можно мне встретиться в вашим директором насчет работы?

— О, вы хотите устроиться охранником?

— Да.

— Хм, хорошо, директор сам к вам подойдет, он как раз хотел выйти в зал, насладиться представлением. Прошу, займите свободный столик.

ЭплДжек лишь кивнула в ответ и отправилась к свободному месту. Присев за стол, пони наблюдала за играющими жеребятами и не заметила, как глубоко ушла в раздумья. Даже такая шумная обстановка слегка клонила ее в сон. Все так внезапно навалилось на бедную ЭплДжек, что ей просто хотелось просто хорошо выспаться и забыть про проблемы.

Из дрёмы кобылку вытащил механический звук, раздающийся в нескольких сантиметрах от нее. ЭплДжек повернула голову и увидела…Рэрити? Нет, не живую, не ту хорошую подругу, а механическую пони, напоминающую Рэрити. Та держала поднос на копыте с тарелкой пиццы. Робот разинула рот, и до ушей до сих пор остолбеневшей селянки донеслись слова, сказанные адским голосом: «Ваша пицца, мэм!». ЭплДжек завопила от страха и подскочила, опрокинув стул. Внезапно кто-то схватил ее за плечи, пытаясь утихомирить:

— Мэм, успокойтесь, мэм! Не бойтесь, этот аниматроник не причинит вам вред! — раздался сзади старческий, но бодрый голос.

Шокированная пони лихорадочно дышала, а перед глазами все поплыло. Моргнув пару раз, ЭплДжек снова взглянула на механическое существо, но, к её удивлению, никакой Рэрити, даже никакой знакомой пони она не смогла разглядеть в нём. Рядом стоял обычный робот-единорог с желтым каркасом, фиолетовыми, запавшими вглубь глазами, и слюнявчиком с надписью: «Давайте есть!». Формами и наличием длинной гривы аниматроник напоминал кобылу. ЭплДжек пронзала взглядом механического единорога, пытаясь понять, что произошло. Голос сзади уже слышался напротив лица, а перед рыжей кобылкой стоял владелец заведения.

— Вы в порядке, мэм? Все хорошо? — волновался пожилой пони.

— Д-да…— отходя от шока, ответила ЭплДжек.

«Клянусь Селестией, я видела Рэрити! Я ее точно видела! Что за чертовщина?»

— Вам не стоит бояться этих роботов, они безобидны и развлекают детей своими музыкальными представлениями. Кстати, забыл представиться. Фредди Фазбер — основатель «Пиццерии Фредди Фазбера».

— ЭплДжек… приятно познакомиться, — немного успокоившись, но, все еще не сводя глаз от аниматроника, ответила кобылка.

— Вы, полагаю, прежде не посещали мое заведение, я прав?

— Да, я неместная, приехала погостить у тёти и дяди… Точно! Мистер Фазбер, я видела объявление о требовании охранника. Могу ли я занять эту долж…

— О, хочешь здесь работать? Отлично! Пройдем в мой кабинет, ты заполнишь парочку листов, и добро пожаловать! — перебил Фазбер.

— Правда? Неужели так просто? Никаких дополнительных документов и всего прочего? — поразилась ЭплДжек.

— Конечно! Пойдём.

Когда кобылка закончила разговор с владельцем и вспомнила о пугающем роботе, то его след уж давно простыл. Аниматроник бродил по комнате, разнося пиццу клиентам.

Кабинет старика Фазбера был небольшой, но просторный, так как отсутствие большого количества вещей его не загромождало. Владелец достал из стола ручку и бланки, на заполнение которых у ЭплДжек ушло несколько минут. После официальной части, Фазбер повел нового работника на осмотр рабочего места. Это была маленькая комнатушка с двумя дверями, одним стулом и огромным количеством мониторов на всю стену. На экранах виднелись все комнаты пиццерии. Фазбер объяснил задачу ЭплДжек, как охранника и предложил здесь осмотреться, пока он покинет эту комнату на некоторое время. ЭплДжек охотно согласилась, после чего Фазбер вышел. Пони с интересом рассматривала мониторы, ведь кроме одной комнаты она больше никаких не видела.

Практически все пони покинули камеры и собрались на одном мониторе, где стояла сцена.

«Что сейчас будет?», — подумала ЭплДжек, — «Неужели представление?».

Внезапно свет в том помещении погас, и на сцене выплыл дым, после чего замигали разноцветные прожекторы и появились аниматроники. Их было трое: по середине стоял коричневый аликорн в маленьком цилиндре и с микрофоном, слева находился фиолетовый пегас с гитарой, а справа тот самый желтый единорог, что испугал ЭплДжек. Началось шоу, заиграла музыка, а роботы стали двигаться, словно поют и подбадривают публику. Однако звука не было слышно, лишь шла картинка. Мониторы были довольно старые и к тому же пыльные, поэтому изображение порой искажалось, и появлялись помехи. Именно после нескольких таких внезапных помех аниматроники изменились. Теперь на сцене стояли знакомые фигуры ЭплДжек. Присмотревшись, она поразилась тем, что увидела: вместо коричневого аликорн, стояла Твайлайт, фиолетовый пегас поменялся на Рейнбоу Деш, а желтый единорог стал точной копией Рерити снова. В это время все остальные камеры заполнились помехами, что в них ничего невозможно было разглядеть. На рабочем мониторе роботы, похожие на друзей прекратили играть, а пони, пришедшие насладиться представлением, исчезли. Аниматроники недвижно смотрели вдаль, а после резко повернули головы в сторону ЭплДжек. Устрашившаяся кобылка нервно дёрнулась и принялась медленно отходить от мониторов. В коридоре послышались шаги, приближающиеся к помещению охранника. По лбу рыжей пони прокатилась капелька холодного пота, она задержала дыхание, готовясь к самому страшному. Однако ничего ужасающего не произошло, а как раз наоборот: Фазбер вернулся. Он увидел вновь перепуганную кобылку и волнительно спросил:

—Что-то произошло? — Мониторы…они перестали работать, кроме одного, — пытаясь сохранять спокойствие, ответила ЭплДжек.

— О, не волнуйся, с ними часто такое бывает. Понимаешь, техника старая, да и уход никто ей не предоставлял. Все никак не соберусь заменить её, — обратив внимание на шумящие мониторы, произнес Фредбер.

Он стукнул пару раз копытом по ближайшему монитору, и картинка на всех сразу моментально восстановилась, сопровождаясь нескольким линиями помех.

— Вот видишь, все теперь в норме, — улыбаясь, сказал владелец. — А почему ты такая бледная? Тебе снова нехорошо?

— Мне… уже второй раз чудится, что…— ЭплДжек посмотрела на мониторы, боясь снова увидеть бездушные глаза её роботизированных друзей, но, к счастью, вместе с камерами восстановился и их прежний вид. — …Нет, ничего, показалось. Наверное, из-за стресса и голода, ведь я так и не попробовала вашу хваленую пиццу, — расслабленно улыбаясь, ответила ЭплДжек.

— Ну что же мы тогда стоим тут? Пойдем в зал, угощу пиццей за счет заведения, ну или вычту из твоей первой зарплаты хе-хе, — смеясь, произнес Фазбер.

Оба пони вышли из комнаты охраны, и следующий раз, когда ЭплДжек посетит это место, произойдет сегодня ночью.

## Пробуждение

Когда часы пробили полночь, ЭпплДжек уже находилась в той маленькой комнате охраны. Её ничего не тревожило, так как Фазбер за обедом многое рассказал об аниматрониках, предстоящей должности и о самой пиццерии. ЭпплДжек удобно устроилась на офисном стуле и с улыбкой вспоминала реакцию тёти и дяди на её новость. Конечно, Шарлотта изначально была жутко взволнована, что ЭпплДжек ушла, не предупредив, но когда услышала о работе, то ещё больше обеспокоилась. Она не хотела как-то напрягать гостившую родственницу. Однако дядю эта новость обрадовала и утешила. ЭпплДжек всеми силами пыталась убедить тётю, что ей это не в тягость и нужно немного развеяться, а не сидеть дома. С горем пополам Шарлота согласилась с таким решением, но все же ей было как-то не по себе.

В офисе охраны, если было можно было назвать так эту крохотную каморку, на столе валялось огромное количество всякого барахла: старые газеты, пустые пачки чипсов, вырезки из журналов. «Видимо, прежде здесь работали безалаберные охранники, да и уборщики не удосужились посетить эту комнату», — думала ЭпплДжек, с отвращением тыкая задним копытом пропавшую пиццу, лежавшую под столом. Кобылка знала, что смена обещает быть скучной, как и все последующие. Никаких взломов, ограблений, актов вандализма, ведь Мейнхэттен никогда не славился подобными достижениями. Оставалось лишь немного поразвлекаться с испорченной едой, а остальное время посвятить древним текстам из газет, изредка посматривая на камеры слежения.

Смена текла не спеша, а ЭпплДжек лениво перебирала копытами статьи из газет прошлых лет. На голове ее вместо привычной ковбойской шляпы плотно сидела именная кепка. На ней было написано: «Майк». Кажется, она принадлежала бывшему охраннику. «Хм, неплохо смотрится», — думала пони, пытаясь разглядеть себя в пыльном неработающем экране. На остальных телевизорах стояла недвижимая картинка. Охранник, в свою очередь, продолжала изучать газеты под тусклым светом лампы. Ничего особенного не попадалось, сплошные обычные для Мейнхэттена статьи о моде, жизни, знаменитостях и подобных вещах. Однако внимание ЭпплДжек все же привлек один заголовок. Он гласил: «Убийство в пиццерии». От подобного заявления пони опешила. Она внимательно прочитала содержание статьи и удивленно воскликнула: «О, Селестия! Неужели это произошло в таком безобидном месте?!». Пони с нахмуренным выражением лица задумчиво произнесла: «Может, Фазбер мне еще что-то не договаривает…»

Мысли ее прервал скрежет недалеко от двери. ЭпплДжек вздрогнула и зависла на несколько секунд. Она медленно повернула голову, боясь увидеть того самого маньяка, о котором она только что прочла. Но ничего не случилось. Сзади нее все еще никого не было. Охранник с облегчение вздохнула: «Почему я вообще подумала об этом? ». Осмотрев комнату еще раз, кобылка повернулась к экранам и с недоумением взглянула на камеру, где были изображены все три аниматроника. Они вновь предстали перед ЭпплДжек в виде ее друзей. К тому же, отсутствовал робот, похожий на Рерити. Охранник принялась быстро водить глазами, в попытке отыскать на экранах пропавшего аниматроника. Когда она его заметила, то будто внутри все сжалось. Механическая Рерити стояла практически рядом с входом в комнату охраны. Экран посещали помехи. ЭпплДжек с ужасом смотрела на нее, боясь пошевелиться. Пони, стараясь перебороть страх, медленно слезла со стула и тихими шагами направилась к правой двери. За ней был мрак. Дрожащее копыто кобылки потянулось к кнопке, включающей свет. Щелчок и мигающий тусклый поток света озарил стальную фигуру, из-за которой испуганная кобылка была готова кричать. Лампа несколько раз поморгала и свет потух. Повисшую тишину прервал смачный удар о дверь, закрытую ЭпплДжек в ту же секунду, как аниматроник принялся нападать. Робот сделал еще несколько ударов и затих. ЭпплДжек впала в панику, тяжело дышала, а сердце билось с бешенной скоростью, однако кобылка не издала звука. Вновь, вся колеблясь, она зажгла свет и отскочила, все-таки закричав, когда увидела ужасающую стальную морду Рерити с раскрытым ртом прямо возле стекла. Под мигание света аниматроник стала биться мордой об стекло, оголяя клыкастую пасть, в которой виднелась вторая челюсть эндоскелета. Страх, удары о без того старое и негожее стекло, пронзительный металлический визг — все это огромным комом ринулось на беззащитную пони. ЭпплДжек кричала, зажав уши, взывала к Селестии о помощи. Но ничего не случилось. Свет вновь потух, а с ним и удары прекратились. Даже после того, как робот перестал пытаться ворваться, пони вопила еще несколько секунд, захлебываясь слезами. Наконец, она почувствовала, что опасность миновала. ЭпплДжек протерла глаза копытами, чтобы лучше видеть, и, тяжело дыша, осматривала каморку. Обратив внимание на другой проход, она кинулась ко второй кнопке, закрыв железную дверь. Она не решилась проверить комнату, за дверью пони боялась вновь увидеть ту пугающую голову Рерити. ЭпплДжек побрела к столу, не смотря на экраны, села за него и уткнулась мордой в деревянную поверхность, пытаясь прийти в себя. «Какого сена сейчас произошло? Что это за невообразимое чудище? Почему оно похоже на Рерити? Почему они все похожи на моих друзей?» — эти и другие вопросы никак не унимали мысли ЭпплДжек, — «Что оно хотело от меня? Убить? О, Селестия, что вообще происходит с моей жизнью?».

Кобылку все еще трясло, она старалась привести мысли в порядок, найти решение. Внезапно зазвонил телефон. ЭпплДжек подскочила, испугавшись звонка, быстро смекнула, что это и есть решение — вызвать помощь по телефону. Она схватила трубку и хотела начать разговор, но ее прервал голос по ту сторону линии: «Алло, алло? Эм-эм, я хочу записать сообщение для тебя…». Пони прекратила какие-либо действия и стала слушала каждое слово говорящего, словно от этого сообщения зависела ее жизнь. Тот, в свою очередь, бормотал о том, что он работал здесь раньше, что-то о режиме «свободного передвижения» у аниматроников, и еще немного о совершенно не важной информации для ЭпплДжек. Однако кое-что заставило ее заострить внимание на сообщении: «…ты должен экономить электроэнергию…». Кобылка растерянно обратилась к неизвестному с вопросом: «Что это значит?», но голос бывшего охранника утих, когда он закончил монолог, а телефон вообще отключился. Пони попыталась набрать все известные ей номера, который могли бы предоставить спасение, но аппарат больше не подавал признаков жизни, отчего ЭпплДжек в отчаянии отбросила трубку в сторону.

Охранник оттолкнулась на стуле от стола, сделала глубокий вдох и вытерла мокрый лоб под кепкой. «Ух, от этого напряжения я вспотела, как пастух в знойный день», — рассуждала рыжая кобылка. Она посмотрела на обе закрытые двери, а потом на часы, что были в углу каждого экрана. Они показывали два часа ночи. ЭпплДжек сначала начала волноваться, что до окончания смены еще достаточно времени, чтобы ее достали аниматроники, но уныние быстро сменилось решимостью, когда она поняла, что в закрытом помещении до нее не смогут добраться. «Возьми себя в копыта, ЭйДжей, ты выстоишь это, ты доживешь до конца этой убийственной смены! Ты докажешь этим консервным банкам, что сильную духом кобылу, закаленную деревенской жизнью, не так просто сломить!» — восторженно заявила ЭпплДжек. Она, оттолкнувшись задними копытами, подъехала на офисном стуле к экранам. Аниматроники вновь проделали свои фокусы с исчезновением. На это раз со сцены исчезла Рейнбоу Деш. Охранник нашла ее в столовой. Стальная подруга смотрела прямо в камеру своими холодными бездушными глазами, изредка подергивая механической головой. ЭпплДжек думала, что подобное ее уже не заставит колебаться, но схожесть робота с ее подругой заставила почувствовать рыжую кобылку страх. Глядя в лицо аниматроника, яблочной пони уже казалось, что она видит настоящую Рейнбоу. Но радужная кобылка в этой сцене не хочет устроить очередное дружеское состязание, как всегда; она желает истязать ЭпплДжек, одержать в смертном бою победу над деревенской подругой раз и навсегда.

Экран потух, а после вновь включился. Рейнбоу пропала и появилась где-то во мраке. Поэтому ЭпплДжек не смогла ее отыскать. Рерити и Рейнбоу вовсю передвигались по пиццерии, иногда подходя к каморке и смотря через стекло на охранника. ЭпплДжек знала это, она чувствовала их холодные взгляды, от чего по ее спине пробегали мурашки, но панике она не поддавалась. Ее наполняла решительность и желание жить. Однако аниматроник, что напоминал Твайлайт, даже не шевельнулся. ЭпплДжек даже подумала, что беды придется ждать только от Рерити и Рейнбоу, но бдительность не снижала.

Шло время, часы показывали три ночи, а ЭпплДжек все продолжала наблюдать за действиями механических «подруг». За прошедшее время она вновь попыталась воспользоваться телефоном, обыскать комнату вдоль и поперек в надежде найти тайную лазейку и еще раз десять взглянуть на часы. К тому же Твайлайт изменила позу, повернувшись к камере лицом. Охранник даже не усомнилась в этом. Больше ничего значимого не произошло. Пиццерия умолкла в ожидании чего-то. Двое пеших даже реже стали появляться возле комнаты охраны и подолгу стояли в одном месте. ЭпплДжек, как ни в чем не бывало, водила глазами по экранам. Она уже сотни раз разглядела каждый зал пиццерии, что он ей стал немыслимо противен. Но вот в такой, ставший уже привычным для ЭпплДжек, осмотром она заметила перемену. В западном холе плакат с изображением аниматроника, что походил на Твайлайт, изменился. Теперь на нем смутно, но можно было различить снимок механической головы Флаттершай с тенями на месте глаз. На экране мелькнула надпись: «Это я!». «Это что еще за новые фокусы?» — насторожилась ЭпплДжек. Повисла непривычная тишина. Даже посторонние звуки работающей техники перестали досягать слух пони. В комнате стало тесно, и кобылка почувствовала это. Она медленно положила слегка дрожащие копыта на стол, оттолкнулась и повернулась спиной к камерам. От увиденного пони чуть не вскрикнула: посреди офиса охраны сидела механическая Флатершай с пустыми глазницами. Ее части были как-то небрежно скреплены, словно внутренняя опора отсутствовала. Аниматроник не шевелился. Сердце ЭпплДжек колотилось, ее снова бросило в пот, она отчаянно пыталась понять, как железное чудище пробралось в ее заколоченную комнату. Охранника волновал вопрос: «Что сейчас будет?». Резко раздался чудовищный срежет, пони схватилась за уши, чувствуя, что из них вытекает что-то жидкое и теплое. Она бросила взгляд на робота и увидела перед глазами лишь голову Флатершай с все еще пустыми глазницами и обветшалым покрытием корпуса. ЭпплДжек впала в беспамятство. Она повалилась на пол, погрузившись во мрак.

В забытье к пони не приходили кошмары, она вообще ничего не видела, даже воспоминания оставили ее. Однако это длилось недолго. ЭпплДжек открыла глаза. Она лежала на полу в той же позе, что и упала. Голова не болела, но в ушах стоял неприятный шум. Воспоминания потихоньку возвращались на свое место. Как только несколько отрывков памяти встали на свои места, ЭпплДжек осмотрела свои передние ноги, надеясь найти кровь, что вытекала из ушей часами ранее. Но ничего не было, ни на копытах, ни на полу, ни в самих ушах, словно ЭпплДжек видела настолько сильную галлюцинацию, что бес сомнения поверила в неё. Новые воспоминания посетили голову кобылки, и она уже пронзала взглядом центр комнаты, желая увидеть аниматроника. Но и его не было. Офис оставался прежним. Все такой же пыльный, захламленный, чем-то пугающий, но надежный, как думала ЭпплДжек. «Она исчезла — это главное. Не время сдаваться…кстати, который час?» — подбадривала пони, обращаясь к часам. Электронный циферблат показывал 4:20. ЭпплДжек даже немного повеселела, когда узнала время, ведь оставалось каких-то полтора часа до окончания ее мучений в этой душной комнатушке. Пони, как и было задумано изначально, поплелась к столу вновь смотреть на ненавистные ей экраны. Ничего нового в пиццерии, но на экране охранник заметали интересную вещь, на которую прежде не обращала внимание. Это шкала электроэнергии. Она показывала один процент, который через несколько секунд превратился в ноль, и весь свет потух. В эту минуту ЭпплДжек озарило, и теперь она точно поняла слова телефонного парня. «Береги электричество… береги электричество…» — вторила напуганная кобылка. Она больше не знала, что предпринять, она и не думала, что все так может обернуться. Но пони знала одно: оставаться здесь — чистой воды смерть.

Кобылка, сверля глазами темноту в надежде увидеть что-либо, осторожно подошла к стене, нащупала висевший фонарик, и аккуратно его сняла, прислушиваясь к посторонним звукам. Пока ЭпплДжек с уверенностью могла утверждать, что в западном холле аниматроников нет. Пони включила фонарь, посветила вдоль зала, оправдывая свои предположения. Собравшись с духом, она вышла из офиса охраны. Пони стремительным галопом добралась до большого зала — столовой. На входе ЭпплДжек пролила небольшую струйку света на холл, где празднуют посетители. К ее удивлению, даже такая крупная комната пустовала. Охранник постаралась бесшумным шагом направиться вдоль столов, но предательское цоканье копыт о плитку, как будто нарочно, раздавалось на всю столовую. К тому же пони задела столешницу, отчего на пол упал бумажный праздничный колпак. Головной убор явно ждал пришествия поутру радостного жеребенка, который надел бы его, и улыбка ребенка прекрасно гармонировала бы с колпаком. Однако судьбой ему было уготовано помяться от падения в роковую ночь.

В столовой послышался скрип, а затем небрежное шарканье. ЭпплДжек замерла, но после, недолго думая, шмыгнула под стол. Аниматроник приближался и, наконец, достиг столовой, но не остановился. Вместо простого скрипа существо принялось издавать звуки, похожие на удары болтов, находящиеся в консервной банке. «Погремушка» пронеслась мимо. Вновь все стихло. Но ЭпплДжек пока не решалась выглядывать из-под скатерти. Она лежала на полу, прижав фонарь к себе, и прислушивалась к звукам. Пони уже казалось, что опасность миновала, но вдруг с противоположной стороны под стол шмыгнула розовая голова с оскаленными зубами, которая издала пронзительный механический визг. Она старалась достать охранника, махая механическим копытом, на конце которого находился пиратский крюк. ЭпплДжек успела осветить щелкающую пастью голову Пинки, после чего с криком ударилась головой о дно стола и выскользнула прочь. Пони по памяти, перескакивая через столы, так как от испуга не сумела скоординировать свои движения, нашла комнату закулисья, бросилась внутрь и захлопнула дверь, приперев своим телом. Задыхающаяся от бега и ужаса кобылка всеми силами держала дверь, пока механический монстр рвался внутрь, но чудище долго не усердствовало. Пока аниматроник устроил себе перерыв, ЭпплДжек живо подперла дверь тяжелым сундуком.

В закулисье стало темно, когда охранник закрыла дверь. Никакой источник света не проникал в эту комнату. ЭпплДжек включила фонарь, который держала во рту и от увиденного сжала его еще сильнее. У стен стояли полки с запасными головами аниматроников. Это зрелище не привело в ужас пони, но заставило ее почувствовать себя не в своей тарелке. Пока ЭпплДжек рассматривала сменные каркасы, из темноты послышался голос:

— ЭпплДжек.

— Кто здесь?! — выронив фонарь, испуганно взвизгнула кобылка.

— Я здесь, ЭпплДжек.

С душой в пятках рыжая пони подняла фонарь и направила его в угол закулисья. Там стояла Твайлайт.

— О, Селестия, Твайлайт, это, правда, ты? Настоящая ты? — с наворачивающими слезами спрашивала ЭпплДжек.

Собеседница лишь кивнула.

— Твайлайт, ты не представляешь, через что мне пришлось пройти, — со слезами, стекающими по щекам, продолжала ЭпплДжек, подходя к подруге, — меня хотели растерзать механические пони, которые по какой-то непонятной причине стали выглядеть как мои подруги, и еще…еще… Кстати, почему ты здесь? Где все остальные?

Твайлайт с улыбкой на губах слушала ЭпплДжек, но когда та стала задавать вопросы, оскалила стальные зубы и с механическим криком бросилась на пони с фонарем. На свету было видно, как живая и настоящая Твайлайт мигом обернулась в механического убийцу. ЭпплДжек, не успевшая осознать происходящее, услышала, как робот, несущийся на нее, вновь повторил ее имя.

* * *

— ЭпплДжек! ЭпплДжек! ЭпплДжек, во имя Селестии, очнись!

Рыжая кобылка с криком подскочила и, быстро хватая воздух, посмотрела на Твайлайт, которая стояла рядом с ней. С глазами по пять копеек и вздыбившейся шерстью земная пони прожигала взглядом аликорна.

— Хвала Селестии, ты жива, а то я уже подумала, что старая добрая ЭпплДжек откинула копыта.

— Твайлайт!

— Что?

— Это ты?

— Если ты имеешь в виду свою подругу, которая недоумевает от твоего поведения, то да, это я.

ЭпплДжек осмотрелась вокруг. Место мало было похоже на Понивиль, а тем более на злосчастную пиццерию имени Фазбера. Здесь находились столы с остатками еды и выпивки, а на самих столешницах спали пьяные пони. Ленточки, украшения, шары, серпантин, пушки для фейерверков в кустах — все выглядело, как хорошая вечеринка.

— Где я? — продолжала возвращаться в реальность ЭпплДжек.

— Мы в поле, в нескольких километрах от Понивиля. Пинки закатила здесь недетскую тусовку. Ты что, не помнишь этого?

— Нет, это не помню. У меня вообще иные воспоминания.

— Ого, — рассмеялась Твайлайт, — походу фирменное пойло Пинки хорошенько промыло тебе мозги. Интересно, как у Деш с этим обстоят дела.

— А что с Рейнбоу?

— Пинки вчера посреди вечеринки притащила свой «фирменный напиток» в двух бочках. Хотела устроить состязание между двумя добровольцами, дабы еще больше разжечь и так полыхающий настрой публики. Ну, так ты и Рейнбоу вызвались, да напились в стельку.

— А где сейчас Рейнбоу?

— В отключке.

— А Флаттершай?

— В отключке, — на выдохе ответила Твайлайт.

— Пинки? — Насчет нее не знаю, но, скорее всего, тоже в отключке.

— А Рер? Дай угадаю: она в отключке.

— Вот и нет. Она в обмороке.

— Почему это все в «отключке», она вдруг в «обмороке»? — усмехнувшись, поинтересовалась более-менее пришедшая в себя ЭпплДжек.

— А она меня предупредила, что если вдруг кто спросит, а она выпила лишнего, то отвечать: «В обмороке». Её тонкой драматичной натуре чуждо грубое и варварское «в отключке».

— Ха-ха, в этом вся Рерити, — рассмеялась ЭпплДжек.

После забавной ноты земная пони спросила аликорна:

— Твайлайт, ты идешь домой?

— Сейчас? Ну, да, наверное, а что?

— Проводишь меня, а после, как все очухаются, то я и остальных домой позову.

— Хорошо, ЭйДжей, пошли, —согласилась Твайлайт.

«Как приятно снова вернуться домой» — думала ЭпплДжек.

Пони, наконец, за долгий период почувствовала спокойствие на душе и умиротворение. По пути на яблочную ферму она улыбалась и махала копытом каждому встречному, что вызывало смешок у Твайлайт:

— Ты чего? У нас так себя обычно Пинки Пай ведет.

— Ах, Твайлайт, я сейчас так счастлива, что не могу передать словами, — восторженно отвечала ЭпплДжек.

Пони продолжили беспечный разговор и не заметили, как дошли до холма, за которым скрывалась яблочная ферма. Земная пони уже вступила к его подножию, но тут ее окрикнула Твайлайт:

— Ты куда?

— Как куда? Домой, в «Сладкое яблоко», — удивилась ЭпплДжек.

— Сладкое что? Ты о чем?

— Твайлайт, ты не шути так, я только вернулась к нормальной жизни, а ты мне такие вещи говоришь. Пойдем, ферма же за холмом.

— Ооо, походу кое-кто еще не до конца очухался. Нет там никакой фермы.

ЭпплДжек не верила свои ушам, она все еще думала, что аликорн шутит. Земная пони резко развернулась и галопом двинулась на холл, невзирая на просьбы остановиться. Как только показалась фигура ЭпплДжек на вершине холма, все надежды вмиг развеялись. Перед ней царило обычное поле без единой постройки. В горле земной пони образовался комок нервов, а на глазах навернулись слезы. За рыжей кобылкой последовала фиолетовая пони. Она прискакала на то же место и заговорила:

— ЭпплДжек, все нормально? Говорю же тебе, здесь нет никакой фермы.

— Она все-таки сгорела…— тихим голосом проговорила ЭпплДжек.

— Что? Нет! Здесь вообще никогда не было фермы, насколько я знаю.

— Чего? Как это? Семья Эпплов: я, ЭпплБлум, Биг Мак, бабуля Смит! Мы все жили на этой ферме!

— ЭпплДжек, тебе стоит посетить госпиталь, у тебя проблема с воспоминаниями. Ты забыла? Ты вместе с Биг Маком владеешь алкогольной лавкой, с ним же и живешь. Сейчас он уехал в город за товаром, бабуля Смит умерла пару лет назад… А кто вообще такая ЭпплБлум?

В голове ЭпплДжек все перемешалось, она попросту не понимала ни единого слова Твайлайт. Земная пони ступила обратно на склон и, скользя ногами по траве, съехала с холма. У подножья лежала небольшая лужа. ЭпплДжек с равнодушием в глазах взглянула на свое отражение, а точнее отражение крупа. На нем больше не красовались три прелестных красных яблока, как ей казалось должно быть всегда. Вместо них там была полупустая бутылка яблочного сидра. Мысли вновь пришли в движение и заняли нужные места. Земная пони тихо хмыкнула, а к ней в этой время подошла Твайлайт:

— ЭплДжек…?

— Все в порядке, Твайлайт, не о чем волноваться, я все помню. Пошли домой.