# Заговор знаков отличия

Randy1974

После очередного безобразия, учинённого Искателями знаков отличия, Твайлайт и её подруги решают преподать жеребятам урок. Но как и многие розыгрыши, их шутка приводит к непредсказуемым результатам.

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/hjdk-1432420390-980-full]

Вычитка: repitter

## Заговор знаков отличия

Твайлайт Спаркл появилась на пороге салона Лотос вскоре после полудня, когда “Роскошный спа” уже работал вовсю.

Не сказать чтобы она захаживала сюда слишком уж часто, но всё же раз в месяц или около того библиотекарша заставляла себя хотя бы ненадолго оторваться от книг, дабы насладиться заботливым уходом, массажем и укладкой. Твайлайт ещё не успела обзавестись личным банным халатом с монограммой, но она посещала это заведение уже достаточно давно, чтобы его работники поприветствовали её по имени и проводили прямиком в купальню.

В воздухе клубился пар, отчего все поверхности запотели и стали скользкими. Твайлайт успела сбросить халат и скользнуть в воду, прежде чем поняла, что в огромной ванне она не одна.

— Рэрити! — в восторге воскликнула волшебница. — А я тебя не заметила. Как твои… эм-м, ты в порядке?

У белой единорожки был измученный вид. Её грива, там, где не была намокшей, выглядела взъерошенной, а под опухшими глазами залегли тёмные круги.

— Твайлайт, дорогуша, — сказала кобылка. — Как же я рада тебя видеть. Нет, боюсь, я не в порядке.

Она откинула голову назад и драматично вздохнула.

— О, мне так жаль, — посочувствовала библиотекарша. — Что-то неладно?

— Неладно?! Ну да, можно сказать и так. — Рэрити шлёпнула по воде изящным копытцем, послав небольшую волну через всю ванну. — Ужасно, чудовищно неладно!

Твайлайт не понаслышке знала, что чувство меры её подруги иногда давало сбой. Однажды она целую неделю отказывалась выходить из дома после того, как поцарапала копыто.

— Ну, может быть, я смогу помочь? — предложила она, придвинувшись поближе, чтобы пристроиться рядом с единорожкой. — Что случилось?

Рэрити заскрежетала зубами.

— Эти кобылки, Твайлайт, вот что случилось! И моя сестра, моя дорогая младшая сестра была у них за главную!

Волшебнице потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, кого та имела в виду.

— О нет, — вздрогнув, сказала она.

— О да! Эти негодницы, у них нет ни малейшего чувства стыда! Никакого чувства приличия! — Рэрити отвернулась, положила передние копытца на край ванны и надулась.

Твайлайт решила ненадолго оставить подругу в покое, но в конце концов любопытство взяло верх.

— Так… что же произошло?

— Помнишь то новое платье, что я тебе показывала? То, которое я сшила для Праздника Летнего Солнцестояния?

— Ещё бы! — воскликнула библиотекарша. Это было прекрасное платье — из бирюзового шёлка, украшенное мерцающей золотой тесьмой и белоснежными хлопковыми оборками на плечах. Оно словно было создано из летнего дня, каким-то чудом превращённого в ткань. — Это твой лучший наряд, Рэрити. На празднике ты будешь в нём просто очарова…

— Они сделали из него воздушного змея, Твайлайт.

Повисло долгое молчание.

— Что?

Рэрити вздохнула, пряча лицо в копытцах.

— Они срезали с него всё, что посчитали лишним, прикрепили к каким-то грязным палкам, которые подобрали на улице, и попытались запустить всё это в небо.

Знать, что сказать в такую минуту, — важная часть дружбы, и Твайлайт поняла это давным-давно. Должна ли она посочувствовать или попытаться дать совет? А может, просто сменить тему?

— Так они получили свои… ну, ты знаешь?

— Нет, Твайлайт, они не получили свои знаки отличия, — сухо ответила Рэрити.

Вокруг замолчавших кобылок, исходя паром, булькала горячая вода.

— Ну, — сказала Твайлайт, не вынеся затянувшегося молчания, — зато змей наверняка получился просто прекрасный.

— Мне не нужен змей! — вскинувшись, взвизгнула Рэрити, а затем с громким лязгом ударила копытцем о край ванны. — Мне нужно платье! Прекрасное платье! Я дни напролёт отмеряла и резала, складывала и шила, а когда, наконец, закончила свой самый изысканный, самый утончённый шедевр, что бы ты думала? — Её голос был опасно близок к той частоте, на которой его смогли бы услышать разве что собаки. — Из него! Сделали! Змея!

Истратив последние силы, белоснежная единорожка грациозно плюхнулась обратно в воду.

— Мало того, — обречённо добавила она, — всё кончилось тем, что он застрял на дереве.

— Рэрити, это всего лишь жеребята, — мягко сказала Твайлайт. — Однажды они получат свои кьютимарки, и все эти глупости закончатся.

— Наверное, ты права, — вздохнула модельерша. — Это всё так расстраивает… — Услыхав за дверью пару знакомых голосов, она осеклась.

— Я просто хочу те сказать: относись ты к ней как к сестре, ничего бы такого и не было, — растягивая слова, произнёс один.

— А я тебе говорю, она мне не сестра! — отрезал другой, охрипший от постоянного крика. — К тому же Эпплблум была первой, кто взялся за… о, походу, нам сюда. — Дверь распахнулась, и две пони опасливо просунули головы внутрь.

— Эпплджек? Рэйнбоу Дэш? — удивилась Твайлайт. “Роскошный спа” был, откровенно говоря, последним местом в Понивилле, где эти кобылки могли бы оказаться по доброй воле.

— О, слава Селестии, — воскликнула Эпплджек, рысцою подбегая к ванне. — Рэрити, мы влипли. Ко мне только что приходили родители Снипса и Снейлса. Они застукали наших девочек, играющих с их жеребчиками.

— Ну, наши сёстры, без сомнения, должны встречаться с более престижной публикой, — ответила Рэрити. — Но это не похоже на такую уж большую пробле…

— Они играли с ними в “доктора”, сахарок. Надеялись получить медицинские знаки отличия.

Повисло ещё одно долгое молчание. Твайлайт погрузилась в воду по самые ноздри. Рэрити уткнулась лбом в край ванны.

— Не понимаю, почему мы должны это терпеть? — нарушила наконец тишину Рэйнбоу Дэш. — Они каждую неделю устраивают всякие безобразия, а нам пото́м всё разгребать.

— Да ладно, Дэш, — ответила Твайлайт. — Они просто молоды и жаждут приключений. Они никому не хотят навредить.

— Серьёзно? А помнишь, как они пытались получить кьютимарки библиотекарей?

Когда Твайлайт припомнила все бедствия, постигшие её книги благодаря трём юным кобылкам, её ухо непроизвольно дёрнулось. Бедный Спайк до сих пор иногда вскрикивал во сне.

— Или когда они пытались получить знаки отличия, укладывая сено в тюки, — побледнев, сказала Эпплджек.

— В тот раз никто серьёзно не пострадал, — рискнула возразить Твайлайт.

— И не забудьте о приручении чудовищ, — саркастично заметила Рэрити.

— Или охоту на торнадо, — добавила Рэйнбоу Дэш.

— Или хождение по углям, — вспомнила Эпплджек.

— Или кьютимарки сапёров, — вздрогнув, предположила Рэрити.

— Ладно, я поняла, они действуют нам на нервы, — согласилась Твайлайт. — Но мы ничего не можем с этим поделать.

И вновь долгое молчание. Подруги переглянулись.

— Или можем? — тихо, почти про себя, пробормотала Рэйнбоу Дэш.

— Что ты имеешь в виду? — Твайлайт бросила на пегаску внимательный взгляд. Та в ответ пренебрежительно махнула копытом.

— Я к тому, что, может, пора им отведать собственного лекарства?

— Какое восхитительное коварство, Рэйнбоу Дэш, — улыбнулась Рэрити впервые за весь день. — А что ты предлагаешь?

— Тпру, погодите! — прервала её Твайлайт. — Эпплджек, хоть ты-то со мной согласна?

— Не знаю, сахарок, — ответила она. — От этих кобылок на ферме столько неприятностей...

Рэйнбоу Дэш подлетела к ванне и уселась на бортике рядом с подругами.

— Слушайте сюда. Вы же знаете, как мы с Пинки Пай любим розыгрыши? — Остальные кивнули. — Ну, она давно придумала отличную шутку для этих сорванцов, но у нас возникли некоторые сложности, и мы до сих пор не смогли её провернуть.

— Нет. — Твайлайт решительно махнула копытцем. — Это неправильно. Мы взрослые пони, мы должны вести себя ответственно и быть им наставницами, а не устраивать “розыгрыши”.

— Скажи мне, Твайлайт, — вкрадчиво спросила Рэрити. — Они хоть раз извинились за то, что перевернули твою библиотеку вверх дном?

— Ну, нет…

— Или за то, что пытались скрестить Совелия с курами Флаттершай?

— ...нет.

— Или когда решили разводить сороконожек в твоём телескопе?

— Нет, ни разу! — фыркнула Твайлайт. — Они даже не вытряхнули их, прежде чем вернуть его на место! Вам когда-нибудь попадала в глаз сороконожка? Осмелюсь сказать, приятного мало!

Оказавшись под выжидательными взглядами подруг, библиотекарша вздохнула.

— Ладно. Так что там придумала Пинки?

* * *

— Это лучшая ночёвка на свете! — что есть сил завопила Свити Белль.

— Ага! — подтвердила Скуталу, с громким жужжанием нарезая круги на своём самокате по библиотеке Твайлайт и почти не обращая внимания на попадающихся на пути пони и предметы мебели.

— Может, мы даже получим кьютимарки ночёвщиц! — присоединилась к стоящему гвалту Эпплблум.

— Искатели знаков отличия! — оглушительно заорали кобылки. — Ура!

Главный зал библиотеки был очищен от книг и канцелярских принадлежностей. Их заменили воздушные шары и яркие ленточки, столы с закусками и сладостями, настольные игры и спальные мешки. Спайка заперли в его комнате, чтобы он не сошёл с ума.

— Спасибо тебе огромное, что разрешила нам прийти! — сказала сестре Свити Белль, схватив со стола с закусками очередной кусок пирога.

— О, сущие пустяки, дорогуша, — ответила Рэрити с подозрительно широкой улыбкой на лице. — Когда Твайлайт Спаркл сказала мне, что устраивает ночёвку, я поняла, что должна пригласить и тебя!

— Ага, её вечеринки потрясные на все сто процентов, — подтвердила Рэйнбоу Дэш, отдыхающая на вершине соседнего книжного шкафа. — Когда я услышала об этом, я была просто обязана взять с собой самую крутую кобылку из всех, кого я знаю. — Она подмигнула пегаске и кивнула.

Задрав голову, Скуталу взирала на своего кумира с неприкрытым обожанием.

— И мне было так весело на нашей прошлой ночёвке, что не взять с собой любимую сестрёнку было бы просто свинством! — сказала Эпплджек, взъерошив гриву Эпплблум копытом.

— Кто хочет сыграть в ещё одну игру? — входя в комнату, пропела Твайлайт. В своём магическом поле она несла коробку с “Лестницами и василисками”.

— Мы! — завопили Искатели знаков отличия, налетев на неё словно ураган разноцветных  грив и хвостов.

* * *

Четыре часа и двадцать три минуты спустя

— Уф, я уж думала, они никогда не угомонятся, — прошептала Эпплджек, глядя на спящих кобылок.

— Все жеребята одинаковы, — махнула копытом Рэрити. — Запихни в них побольше еды, помести в тёплую комнату, и они будут спать без задних ног.

— Надо же, сейчас они выглядят так безобидно, — умилилась Твайлайт. — Так невинно. Мы правда должны это делать?

— Пф! — фыркнула Дэш. — Стоит им проснуться, они снова начнут крушить всё подряд. Сейчас или никогда.

Твайлайт вздохнула.

— Ладно. Рэрити?

— Готова! — пропела модельерша, бросаясь на кухню. Через миг она вернулась с увесистым запертым чемоданом и осторожно поставила его рядом со спящими жеребятами. Она отомкнула замки и подняла крышку, открывая впечатляющий набор средств для наложения грима: красок, красителей, косметических карандашей, кисточек и многого другого.

— Знаешь, Дэш, — сказала Твайлайт, — это и правда очень коварно. Как тебе вообще пришло такое в голову?

— Вообще-то это идея Пинки. Мы отказались от неё, когда ты выяснила, что нельзя создать поддельные кьютимарки при помощи магии.

— Магии единорогов, дорогуша, — усмехнулась Рэрити. Она тщательно отобрала несколько кисточек и коробочек с краской, разложив их перед собой. — Сейчас я покажу вам настоящую магию.

Рэрити принялась за работу, а остальные столпились вокруг, охая и ахая от восхищения. Когда она закончила, все согласились, что это и правда было похоже на волшебство.

* * *

Твайлайт Спаркл проснулась с первыми лучами солнца. Вокруг неё по-прежнему царила тишина, нарушаемая лишь тихим посапыванием спящих жеребят.

Она взглянула на Эпплджек, с открытыми глазами лежащую в своём спальном мешке. Улыбнувшись земной пони, волшебница обернулась и увидела, что Рэрити тоже не спит, и её буквально трясёт от возбуждения.

Разумеется, Рэйнбоу Дэш ещё не проснулась.

Через несколько минут кобылки заворочались и приоткрыли сонные глаза. Это был момент истины. Библиотекарша начала про себя обратный отчёт, с десяти до нуля, гадая, успеет ли закончить, прежде чем воцарится хаос.

Первой поднялась Эпплблум. Она потянулась, зевнула и потыкала подруг носом. Они распахнули глаза и растерянно огляделись вокруг, потом посмотрели друг на друга. Потом посмотрели ещё раз.

Когда раздались первые вопли, Твайлайт дошла до двух.

Там, где всего несколько секунд назад стояли три подруги, теперь была размытая карусель из боков и дико размахивающих копыт. Жеребята натыкались друг на друга, на мебель и стены, пока, наконец, не устроили кучу-малу.  Их пронзительные крики перебудили весь город. Да что там город, проснулась даже Рэйнбоу Дэш, чей короткий испуганный вопль внёс свой скромный вклад во всеобщую какофонию. Спросонья она не сразу разобралась, что происходит.

Выждав несколько секунд, Твайлайт попыталась вмешаться.

— Мои маленькие пони, что случилось?

— Твайлайт! — заорала Эпплблум. Она дрожала от возбуждения, да так, что едва могла стоять на ногах. — Мы! Мы! Мы…

— Дыши, родная, — сказала Эпплджек сестре, успокаивающе положив копыто ей на плечо.

Эпплблум решила попробовать ещё раз.

— Мы! Мы получили! Мы получили наши… — она почти закончила, но тут её перебила Скуталу.

— Мы получили наши знаки отличия! — завопила оранжевая пегаска, а затем троица вновь пустилась скакать галопом по библиотеке. При этом жеребята развили такую скорость, что поразилась даже Рэйнбоу Дэш.

Через несколько минут они достаточно успокоились, чтобы просто стоять на месте, хотя и продолжали вертеться из стороны в сторону, чтобы как следует разглядеть свои и чужие кьютимарки.

— Это потрясающе! — обрадовалась Твайлайт, каким-то чудом всё ещё сохраняя серьёзное выражение лица. Остальные подруги столпились вокруг, поздравляя жеребят со столь радостным событием.

— Они прекрасны, — сказала Рэрити, стараясь, чтобы её голос не дрожал. — Я никогда… никогда не видела ничего подобного!

— Спору нет, они просто бесподобны! — добавила Эпплджек, прикрывая рот копытом.

Кобылки почти их не слышали, настолько были поглощены созерцанием своих новых кьютимарок. Постепенно они успокоились, а восторг сменился замешательством. С озадаченными мордочками они наконец повернулись к взрослым.

— Что-то я никак не возьму в толк, что она значит, — пожаловалась Эпплблум, глядя на Твайлайт огромными глазами.

— Я тоже! — присоединилась Скуталу, вновь обернувшись вокруг своей оси, чтобы проверить, а вдруг кьютимарка на другом боку несёт в себе больше смысла.

— И я, — пискнула Свити Белль, потирая свой знак отличия копытцем.

— Ну, — сказала Твайлайт, мгновенно входя в привычную роль библиотекаря, — не все кьютимарки имеют очевидный смысл. К счастью, у меня есть книга, которая всё объяснит! — Она достала телекинезом большой том с ближайшей полки и поднесла его к жеребятам. Если кто-то и заметил, что книга выглядит на удивление новой, то ничего не сказал.

— Начнём с тебя, Скуталу. Покажи мне свой знак отличия!

— По-моему, это что-то типа волнистого облачка! — воскликнула пегаска, послушно поворачиваясь боком.

Твайлайт открыла книгу на странице, уже помеченной кусочком ленты. И снова, даже если кто-то и увидел в этом нечто странное, то ничего не сказал.

— Вот, нашла. Это она? — На странице была нарисована точная копия метки на боку Скуталу: несколько синих линий, похожих на волны, приближающиеся к берегу.

— Точно! Что она означает? — Прежде чем пегаска успела получше рассмотреть страницу, Твайлайт потянула книгу к себе, читая описание под изображением.

— О, это очень необычная кьютимарка, — ответила волшебница.  — Эти линии символизируют движение волн и указывают на то, что твой особый талант — это плавание!

— Это просто потрясно! — воскликнула Рэйнбоу Дэш откуда-то из-под потолка. — Я всегда знала, что ты станешь великой пловчихой, чемпионка!

Скуталу уставилась на них, потрясённо открыв рот.

— Но… я же пегас! — Для пущей убедительности она взмахнула крыльями и взглянула на взрослых, словно умоляя их о пощаде.

— Прости, Скутс, но это то, в чём ты лучше всего, — ответила Твайлайт. — Я уверена, ты будешь отличной пловчихой! Эпплблум, ты следующая.

Жёлтая кобылка отпихнула Скуталу в сторону и запрыгала на месте.

— Похоже, у меня яблоко! — обрадовалась она.

— Хм, не совсем, — сказала библиотекарша, открывая книгу на новой удивительно удачно подвернувшейся закладке и поворачивая её к земной пони. — Вот, смотри.

На странице была изображена четырехконечная звезда, вписанная в круг. Рядом с кругом, прямо над верхним лучом звезды, была начертана заглавная буква “N”. Твайлайт повернула книгу к себе и начала читать:

— Компас. Очень редкий и необычный знак, предназначенный для пони, чей особый талант — картография!

— Я так и знала! — ахнула Эпплблум. — Просто вот знала и всё тут! — Она ненадолго умолкла. — А что такое катро… катрогафия?

— Картография, — мягко поправила Твайлайт. — Это умение составлять карты. Некоторые пони считают это занятие довольно скучным и утомительным, но я уверена, что ты найдёшь его очень увлекательным!

— О Эпплблум, это чудесно! — добавила Эпплджек, обнимая сестру. — Нашей семье всегда был нужен кто-то, кто нанёс бы на карту все наши сады, и теперь ты сможешь это сделать! Бабуля Смит будет так тобой гордиться!

Эпплблум уставилась на них, потрясённая не меньше Скуталу.

— Моя очередь! — протолкалась вперёд Свити Белль. — А что у меня, Твайлайт?

— Хм, очень сложный случай, — сказала единорожка, потирая подбородок копытом. — Я даже не уверена, что она в этой… О! Гляди! — Она раскрыла книгу на последней закладке и развернула её так, чтобы показать страницу кобылке.

— Это что… какая-то синяя корова? — Она несколько раз перевела взгляд со своей кьютимарки на рисунок и обратно, чтобы убедиться наверняка. Они полностью совпадали.

— Почти! — пропела Твайлайт. — Вообще-то это голубой бык — древний и загадочный символ дровосеков!

— Как необычно, — вмешалась Рэрити, подходя к ошеломлённой и потерявшей дар речи сестре. — Просто не верится, единорог-дровосек? Что ж, если это твой знак отличия, значит, это твой особый талант.

— Сегодня безусловно знаменательный день! — сказала библиотекарша, закрыв книгу и убирая обратно на полку, прежде чем кто-нибудь успел изучить её более внимательно. — Вы все получили свои знаки отличия и теперь должны делать лишь то, в чём заключается ваш особый талант! — Последняя часть немного отличалась от того, что жеребята узнали о кьютимарках в школе, но они были слишком озадачены, чтобы обратить на это внимание.

Три юные кобылки молча смотрели друг на друга. Наконец они подняли копытца и безуспешно попытались изобразить радостный крик.

— Искатели знаков отличия, — выдавили они, — ура…

* * *

— Не знаю как вам, а мне до сих пор как-то не по себе, — прошептала Эпплджек. — Видали, какие они грустные? — На кухне, несмотря на присутствие Искателей знаков отличия, уплетающих завтрак, царила поразительная тишина.

— Ещё бы! Это было потрясно! — сказала Рэйнбоу Дэш. Так уж вышло, что угрызения совести посещали её значительно реже, чем земную пони.

— Это всего лишь на один день, дорогуша, — добавила Рэрити. — Как и все наказания, оно ранит нас сильнее, чем их. — Она заглянула на кухню и подавила смешок.

— Мы просто пытаемся объяснить этим кобылкам, что их кьютимарки появятся тогда, когда придёт их время, — объяснила Твайлайт Спаркл. — Может быть, усвоив наш урок, они поймут, насколько глупой была вся эта затея с клубом Искателей.

— Ладно, ладно, — вздохнула Эпплджек. — Но только на один день.

— Хорошо, — кивнула Твайлайт. — Я останусь здесь и приведу всё в порядок. А вы помогите своим сёстрам поближе познакомиться с их новыми “особыми талантами”.

— Я же сказала, она мне не сестра! — буркнула Дэш. Её подруги лишь закатили глаза.

— И не забудьте, — продолжила Твайлайт, — у нас только одна попытка. Постарайтесь сделать знакомство с их новыми талантами как можно более “познавательным”. Вопросы?

Вопросов не было. С улыбками на лицах, подруги потрусили на кухню, уверенные, что справятся со всем, чего бы ни готовил им этот день.

* * *

— Ну, вот и пришли, сахарок, — сказала Эпплджек сестре. — Они находились в самой дальней северо-западной части Яблочных Акров, где угол ячменного поля вплотную примыкал к дороге, ведущей в Понивилль, и безмятежной лесной опушке.

Несмотря на то, что утро было нежаркое, Эпплблум успела вспотеть. На неё была возложена ответственная задача — всю дорогу толкать картографическую тележку аж от самого амбара. Картографическая тележка была точь-в-точь как обычные тележки, которые Эпплы испокон веков использовали для перевозки продуктов, но вместо яблок в ней были пачки бумаги, чернила, линейки и прочие принадлежности её нового ремесла.

— А теперь подготовим будущую карту. — Эпплджек помогла сестре разместить лист пергамента на плоской поверхности тележки и протянула ей перо. — Итак, работа землемера, — она сделала паузу, чтобы заглянуть в крохотную инструкцию, которую дала ей Твайлайт, — состоит в том, чтобы точно зафиксировать торп... топографию, рельеф, ориентиры и границы земельного участка. — Она положила книгу в тележку. — Усекла?

Эпплблум уставилась на сестру.

— Не хочу её!

— Прости, сестрёнка, но это то, что, если верить твоей кьютимарке, у тебя получается лучше всего. А теперь поставь отметку на карте, вот тут, в уголке, и начнём обход.

Продвинувшись вперёд буквально на несколько шагов, они снова остановились.

— Видишь что-нибудь? — спросила старшая пони.

— Нет.

Тележка вновь поползла вперёд.

— А сейчас?

— Вижу сорняк.

— Ну, уже что-то. Давай, отметь его на карте. — Она подождала, пока Эпплблум не нацарапает на пергаменте крошечный сорняк.

— Может, мне его вырвать? — спросила кобылка.

— Неа. Ты картограф, а не собиратель сорняков. К тому же из-за этого твоя карта станет неточной.

Кипя от злости, Эпплблум потолкала тележку дальше. К тому времени, когда они добрались до конца борозды, у неё была небольшая, но поразительно точная карта всех сорняков, кустиков, сусликовых нор и камней, попавшихся им на пути.

— Мы уже закончили? — кобылка умоляюще посмотрела на старшую сестру.

— Что? Нет, конечно! Это всего лишь одна борозда! — Эпплджек обвела копытом вокруг. — А это всего лишь одно поле! Мы ещё даже до садов не добрались!

Разочарованный вопль Эпплблум был слышен аж у самого амбара.

* * *

— Ты уверена, что это безопасно, Дэш? — спросила Скуталу. Она стояла на заболоченном берегу затянутого тиной пруда недалеко от окраины Понивилля. Старшая пегаска развалилась на облаке прямо над её головой.

— Конечно безопасно! Но не думай, что справишься с этим спустя рукава! — Дэш едва сдерживала смех.

Скуталу нахмурилась, глядя на надувные пластиковые нарукавники, которые Твайлайт заставила её надеть на передние ноги. Это было…  унизительно.

— А ты не можешь вместо этого поучить меня летать?

— Прости, чемпионка! Твой знак отличия утверждает, что ты пловчиха!

Оранжевая кобылка уставилась на предательскую кьютимарку, а затем в отчаянии топнула копытцем. С громким чавканьем оно погрузилось в грязь, исторгнув волну омерзительной вони, чуть не сбившую пегаску с ног.

— А в настоящем озере поплавать нельзя? — попыталась возразить она.

— Может, как-нибудь потом. Начинать надо с малого, Скутс. А теперь, вперёд!

Скуталу вздохнула и шагнула в воду. Она была до отвращения тёплой, пегаска чувствовала, как при каждом шаге её копытца вязнут в глубоком иле, покрывающем дно. К тому же оказалось на удивление мелко — даже на середине вода едва доходила ей до плеч.

— Я не уверена, что смогу тут плавать, — крикнула она Дэш.

— С таким настроем точно не сможешь! Давай, следуй за кьютимаркой!

Скуталу барахталась в пруду, и её мысли были такими же мрачными, как его воды, укрытые толстым слоем тины. Над её головой Дэш рассмеялась про себя и поудобнее устроилась на облаке, намереваясь заняться тем, чего ей, по правде говоря, недоставало уже давно — как следует вздремнуть.

* * *

— Так вот, я знаю, это может показаться необычным, но когда возникают трудности, настоящая кобылка всегда найдёт способ оказаться на высоте.

— Вя ве фафю!

— Ой, прости, я его подержу — При помощи магии Рэрити забрала топорик изо рта сестры.

— Я не хочу быть дровосеком! — выпалила маленькая единорожка.

— Ну-ну, Свити, я знаю, сейчас тебе так не кажется, но кьютимарки никогда не ошибаются. Я уверена, что в конце концов ты убедишься, что это и есть твой особый талант, единственное, в чём тебе суждено достигнуть совершенства.

— Нет!

Рэрити осуждающе поцокала языком.

— Бесполезно спорить с судьбой, дорогуша. Некоторые пони просто обречены очаровывать и творить красоту, — она на секунду умолкла, чтобы подправить гриву, — пока другие занимаются… физическим трудом. — Последние два слова она произнесла как-то нехотя, словно они были неприятны на вкус.

Свити Белль задрала нос, старательно не обращая внимания на сестру.

Они продолжили молча идти вдоль городской окраины, пока наконец Рэрити не остановилась перед невысокими молодыми деревцами, выросшими посреди леса за её бутиком.

— А теперь посмотрим, как ты справишься с этой растительностью. Попробуй свалить одно из них.

Что-то пробормотав под нос (Рэрити не смогла разобрать), Свити Белль схватила зубами висящий в воздухе топорик и замахнулась им на одно из низкорослых деревьев. Худосочный ствол аж затрясся от удара, но когда он замер, единственным результатом её атаки была неглубокая царапина на тонкой зелёной коре.

— О, весьма неплохо, — сказала Рэрити, изо всех сил стараясь не хихикать. Свити Белль бросила на неё яростный взгляд. Модельерша откашлялась.

— Ну, я вижу, тебе нужно немного попрактиковаться. — Взглянув на поднимающееся солнце, она обмахнулась копытцем. — Да и на улице становится слишком уж жарко. А жара творит ужасные вещи с моим цветом лица! Если не возражаешь, я зайду внутрь, пока ты возишься с этими сорняками.

Свити Белль вновь одарила её не самым добрым взглядом и продолжила тщетно колотить топориком по деревьям, представляя на их месте некую старшую сестру.

* * *

Три часа спустя у Эпплблум была точная карта ячменного поля и жгучая искренняя ненависть к картографии. Эпплджек уже давно вернулась к своим делам на ферме, не желая нервировать сестру ещё сильнее.

Не так, совсем не так она представляла себе жизнь после обретения кьютимарки. Другие пони, получив свои знаки отличия, казались такими счастливыми, словно некая давным-давно скрытая часть их души наконец-то обрела зримые очертания. Картография же казалась ей… неправильной. Глупой и неправильной.

Кобылка раздражённо расхаживала взад и вперёд, время от времени останавливаясь, чтобы пнуть картографическую тележку, надеясь, что та опрокинется, но повозка и с места не двигалась. Она разбросала карандаши и линейки по всему полю, но потом поняла, что их тоже придётся нанести на карту, и собрала всё обратно. Она топтала свежевспаханные бо́розды, чтобы земля почувствовала её боль. Наконец, когда все остальные варианты были исчерпаны, она остановилась, чтобы подумать.

А вдруг, ну, всякое же бывает, картография — не такая уж и проблема? В конце концов, это была её кьютимарка, а кьютимарки никогда не лгут.

Проблема была в скучном ячменном поле. Если не слишком присматриваться, её карта, пусть и очень подробная, была самым обычным квадратом. Кобылка поняла, что ей нужно что-то поинтереснее.

Запрыгнув в тележку, она схватила несколько листов бумаги и запасное перо. Сунув их в седельные сумки, она задержалась, чтобы быстро нацарапать записку сестре, а затем соскочила на землю и потрусила к лесу. Пришло время по-настоящему заслужить свой знак отличия.

* * *

Завершив свой пятнадцатый круг в заросшем пруду, Скуталу пришла к выводу, что Твайлайт Спаркл ошибалась.

Первые четырнадцать кругов она сопротивлялась этой мысли как могла. В конце концов, единорожка была самой начитанной пони в Эквестрии. За всё время, что Скуталу её знала, Твайлайт ни разу не ошиблась в том, о чём можно было бы прочесть в книге.

Но на пятнадцатом разе нервы кобылки не выдержали. Она пропахала в тине дорожку в виде круга тёмной грязной воды. Её крылья были покрыты склизкими кусочками водорослей и мёртвыми листьями, а вода, время от времени попадавшая в рот, была затхлой, дурнопахнущей и противной. Всё это и многое другое она могла бы стерпеть, если б её мучений не видел никто, кроме Рэйнбоу Дэш, но во время пятнадцатого круга откуда ни возьмись налетела стайка пегасов, которые принялись грациозно парить в вышине, перепархивая с облака на облако и танцуя в порывах ветра. Их серебристый смех словно дождь пролился с неба на землю, прямо в её грязный, вонючий пруд, и тут уж она не выдержала.

В том, что касалось её кьютимарки, Твайлайт Спаркл была не права.

Скуталу пережила это откровение довольно легко. Все пони когда-нибудь ошибаются, просто сейчас настало время Твайлайт.

Кобылка вылезла на берег. Вода, грязь и прочие мерзости ручьями стекали с её шёрстки. Ей потребовалось время, чтобы отчистить крылья, зато она обнаружила, что, катаясь по траве, можно почти избавиться от налипшей тины.

— Дэш! — задрав голову, крикнула она. Дремлющая на облаке пони её не услышала.

Кобылка задумалась, как поступила бы на её месте Рэйнбоу Дэш. Пегаска с радужной гривой была самой потрясной пони во всей Эквестрии; так или иначе, она обязательно нашла бы потрясный способ поплавать.

Скуталу со вздохом плюхнулась на траву, решив, что стоит немного подсохнуть на солнце, пока она будет придумывать потрясный способ плавания. Как на зло, ей ничего не шло на ум.

Если Твайлайт Спаркл ошибалась, может, дело было не в плавании? Возможно, её особым талантом было что-то другое. Что-то связанное с волнами на её кьютимарке. Что-то потрясное.

Ответ озарил её как вспышка молнии. Задыхаясь от возбуждения, пегаска вскочила на ноги и стрелой помчалась в город.

Для того, что она задумала, в этом пруду просто было слишком мало воды.

* * *

У Свити Белль начали болеть зубы.

Вот уже битых три часа она колотила по одному и тому же стволу, держа топорик во рту и размахивая головой со всей силой и скоростью, на которые только была способна.

Хуже всего было то, что деревце упорно отказывалось падать. С каждым ударом оно сгибалось, а затем выпрямлялось вновь, будто бы ничего и не случилось. Если не считать нескольких царапин на его тонкой восковой коре, оно было совершенно невредимо. Кобылка была уверена, что гораздо быстрее было бы просто его перегрызть.

Она нанесла последний (и по-прежнему бесполезный) удар, выплюнула топор, на рукоятке которого остались крошечные отметины, точно соответствующие форме её прикуса, и опустилась на землю. Единорожка была мрачнее тучи.

— Я не хочу быть дровосеком! — крикнула она в сторону бутика, до которого, кстати говоря, было копытом подать. Если модельерша и услышала её, ответить она не соизволила.

Свити Белль была сестрой Рэрити, и этим всё было сказано. Их сходство не ограничивалось шёрсткой, гривой и рогом; к гламуру и физическому труду они тоже относились примерно одинаково: первое любили, второго же старались избегать. И похоже, ремесло дровосека таило в себе множество труда при явном недостатке гламура.

Кобылка раздражённо подумала, что это занятие совсем не пристало единорогам. Это земные пони любили от души поработать зубами и копытами. А единороги должны походить на её сестру — быть изысканными, утончёнными художниками! Мастерами! Чародеями!

Свити Белль со злостью пнула топорик. Он заскользил по влажной листве, но остановился, не проехав и пары шагов. Она потопталась на нём, но тоже без особого результата. Наконец, расстроенная до предела, она использовала свои скромные магические силы, чтобы поднять опостылевший инструмент и зашвырнуть его как можно дальше.

Пролетев несколько метров, он резко остановился, наполовину вонзившись в толстый ствол молодого дерева. Оно вздрогнуло, накренилось и рухнуло с удивительно громким треском.

Свити Белль уставилась на него разинув рот. Она несколько раз перевела взгляд с топорика на дерево и обратно.

А может, быть дровосеком не так уж и плохо?

* * *

— Как твоё ничего, Твайлайт? Уже покончила с беспорядком, оставшимся после девочек?

— Привет, Эпплджек. А как же! — ответила единорожка, входя в амбар, где её подруга перебирала яблоки. — Ну, строго говоря, почти всё сделал Спайк, но я осуществляла надзор и контроль.

— То есть, ты им помыкала?

Твайлайт пропустила эту шпильку мимо ушей, в основном потому, что так оно и было.

— Вообще-то, — начала она, —  я пришла посмотреть, как дела у Эпплблум. Кстати, где она?

— На северо-западном ячменном поле, — загоготала фермерша. — О, Твай, жаль, что тебя там не было. Никогда не видала свою сестру такой сердитой!

— Тогда, может быть, пойдём и проверим, как она?

— Давай, а заодно ты можешь дать ей парочку советов, как побыстрее состряпать карту.

Они неторопливо пустились в путь, время от времени останавливаясь, чтобы Эпплджек могла осмотреть деревья или перекинуться парой слов с членами своей семьи. Наконец они добрались до самой дальней части фермы — северо-западного ячменного поля.

— Что-то её не видать, — сказала Твайлайт.

— О, наверное, просто дрыхнет в повозке. — Они пересекли несколько борозд и направились к картографической тележке, одиноко стоявшей посреди поля. Дойдя до неё, подруги остановились.

—ЭйДжей? Её тут нет.

Эпплджек хмуро посмотрела на пустую тележку, а затем обернулась, чтобы оглядеть окрестности в поисках сестры.

— Не знаю, что и подумать, сахарок. Я велела ей оставаться здесь.

— Смотри, тут записка. — Твайлайт схватила бумажку магией и поднесла к лицу.

Дорогая Эпплджек.

Я составляю настоящую карту. Сейчас я в Вечнодиком лесу. Пожалуйста, оставьте мне что-нибудь на ужин.

Эпплблум.

P.S. Пожалуйста, оттащи катрогафическую тележку обратно в амбар.

Несколько долгих минут они смотрели на записку, гораздо дольше, чем было нужно, чтобы её прочитать. Наконец Твайлайт, вздохнув, сложила её и бросила обратно в повозку.

— Знаешь, — сказала она, — думаю, эта троица провела в Вечнодиком лесу куда больше времени, чем все мы, вместе взятые.

— Будто я не знаю, — проворчала Эпплджек. — Пора бы им, наконец, научиться обходить его стороной.

— Ну, по крайней мере, я пришла во всеоружии! — Волшебница вцепилась зубами в седельную сумку и, открыв её, достала пробковый шлем телекинезом.

— А зачем ты всё время таскаешь с собой эту штуку? — удивилась земная пони, глядя, как Твайлайт пытается упихать под него свою гриву.

— Ради исследований, конечно! А теперь давай найдём твою сестру, пока не стемнело. — С этими словами подруги пустились рысью по дороге, ведущей к Вечнодикому лесу.

* * *

Когда появилась Скуталу, за стойкой регистрации “Роскошного спа” Лотос никого не было. Изящная табличка извещала посетителей, что все сотрудники заняты, и предлагала им присесть.

Впрочем, Скуталу и не нуждалась в их помощи. Она пробежала мимо стойки и таблички, не заметив ни той, ни другой, и направилась прямо по коридору к большой общей купальне.

К счастью, там никого не оказалось. Пегаска была готова рассказать свой план хоть первому встречному, уверенная, что все будут от него просто в восторге, но этой возможности ей так и не представилось. А о том, чтобы спросить разрешения использовать спа таким необычным образом, она даже не подумала.

Общая купальня была расположена в отдельном помещении, чтобы лишний пар и влажность не проникали в другие части салона. Толстые водонепроницаемые двери помогали удерживать тёплый воздух внутри, где ему и полагалось оставаться, и не давали воде, собравшейся на полу, просачиваться наружу.

Спа был обеспечен огромным количеством воды, хранящейся в цистерне на крыше. Более чем достаточным, чтобы наполнить все ванны по несколько раз. Достаточным, чтобы затопить всю комнату, если бы кому-нибудь пришло такое в голову.

На это Скуталу и рассчитывала.

Двери распахивались наружу, и их можно было запереть изнутри на крошечную щеколду. Чтобы их сдвинуть, Скуталу потребовались вся её сила и вес, но в конце концов с мягким чмоканьем герметичного уплотнителя створки закрылись. Удостоверившись в том, что они выдержат, кобылка до отказа открутила все краны в комнате и стала ждать.

Это будет просто потрясно.

* * *

Свити Белль удовлетворённо оглядела устроенное ею побоище.

Рощица была сведена под корень. Натиска единорожки не пережило ни одно юное растение. Под сокрушительными ударами её топорика они пали, словно пшеница под косой. Она была просто неудержима.

Срубив последнее деревце, она почувствовала захлестнувшую её короткую волну удовлетворения, за которой последовала жажда большего. Эти маленькие деревья были практически ничем, но она была готова перейти в высшую лигу.

К счастью, буквально рядом с ней был целый лес. Она поскакала к деревьям, что повыше, волоча за собой топорик при помощи магии.

Кобылка поняла, что ей нужен трофей. Что-то такое, что можно добыть в упорной борьбе а затем повесить на стену над камином Рэрити. То, что деревья вокруг были гораздо больше, чем сам бутик, ничуть не остудило её энтузиазма.

Она отыскала подходящий экземпляр всего в нескольких шагах от лесной опушки. Великолепная корабельная сосна возносилась в небо по меньшей мере на сотню метров, прямая, как стрела, увенчанная огромным, как дом, пологом ветвей и хвои.

Кобылка покрепче упёрлась в землю всеми четырьмя копытцами и подняла топорик телекинезом. Этот бой будет долгим.

Хрясь!

Хрясь!

Хрясь!

* * *

— Нашла что-нибудь?

— Хм… — Эпплджек внимательно осмотрела мягкую почву под ногами в поисках отпечатков крошечных копытец. — Неа.

Твайлайт Спаркл пнула шипастую лозу, пытавшуюся обвиться вокруг её ноги. Вечнодикий лес, как обычно, делал всё возможное, чтобы поймать, задушить, утопить и сожрать непрошенных гостей (а иногда и всё одновременно). Они до сих пор были живы лишь благодаря магии Твайлайт да мощным копытам Эпплджек. Как Эпплблум и другие кобылки умудрялись выживать здесь во время своих регулярных вылазок, до сих пор оставалось загадкой.

— Ты уверена, что нам туда? — спросила волшебница. Они давно уже сошли с основного пути и пробирались сейчас по узкой звериной тропе — Эпплджек показалось, что она увидела на ней какие-то следы. Деревья зловеще подступили вплотную, превратив проход в тёмный лиственный туннель, в конце которого не было ни намёка на свет.

— Ну конечно уверена. Держу пари, она прямо впереди, ждёт не дождётся, когда мы найдем её и доставим обратно на ферму.

— Это я виновата, — вздохнула библиотекарша. — Зная её, могла бы и догадаться, что составление карт это плохая затея.

— Нет, это моя вина. Я должна была за ней присматривать. — Эпплджек протиснулась сквозь плотный занавес лоз, преграждающий путь.

Твайлайт скользнула вслед за ней. Тропа вывела их на маленькую полянку, такую крошечную, что пони едва могли здесь развернуться. Ещё несколько тропинок разбегались от неё в разные стороны, почти сразу исчезая в постоянном тумане Вечнодикого леса.

— И что дальше? — Твайлайт сунула нос в ближайший проход, но тут же отпрянула, угодив мордочкой в невидимую в полумраке паутину.

— Спроси чего полегче, — ответила Эпплджек. От беспокойства за сестру на её лице появились едва заметные морщинки.

Пони стояли на полянке, потихоньку начиная понимать, что, возможно, спасать сейчас надо отнюдь не Эпплблум. Откуда-то сверху доносилось тихое шуршание. Похоже, они были тут не одни.

— Не думаю, что стоит здесь задерживаться, — прошептала Твайлайт, нервно оглядываясь через плечо.

Эпплджек кивнула и пошла по одной из тропинок, похоже, выбрав её наугад. Твайлайт следовала за ней по пятам, стараясь не вздрагивать, когда они протискивались сквозь чащу извивающихся побегов паучьей ежевики, загородивших дорогу.

Деревья закачались, когда нечто огромное направилось к  поляне, откуда они едва успели уйти. Низкое зловещее уханье перепугало всех окрестных птиц.

— Быстрей! — прошептала она Эпплджек. Оранжевой кобылке не нужно было повторять дважды.

Почти не глядя под ноги, они помчались галопом по тропинке, огибая поваленные деревья и цепкие ветви, проламываясь сквозь заросли дрожащей звёздной крапивы и ядовитой морской ягоды (которая, к счастью, ядовита лишь если её проглотить). Наконец они в изнеможении остановились на другой поляне, гораздо крупнее первой.

— Я… думаю… мы в безопасности, — задыхаясь, выдавила Твайлайт. Новая поляна была не такой зловещей, как остальной лес. Их окружали опрятные, обычные на вид деревья. Мало того, сквозь их кроны пробивался солнечный свет, отбрасывая на землю пятнистые тени. Из тёмного полога ветвей доносилось пение птиц.

— Ага, здесь не так уж и плохо, — согласилась Эпплджек, поворачиваясь, чтобы осмотреть поляну, которая куда уместнее смотрелась бы в Белохвостом лесу.

Твайлайт хотела согласиться, но что-то тут было не так. Невозможно, чтобы такой чистый, безопасный уголок мог существовать в глубинах Вечнодикого леса.

Чем дольше она смотрела, тем более неестественным казалось это место. Его окружало кольцо из дюжины дубов, все одинакового размера, все на равном расстоянии друг от друга. Кроме них на поляне ничего не росло. Совсем ничего — земля была голой, на ней не было ни веток, ни листьев или какого другого лесного мусора.

Библиотекарша подумала, что уже читала об этом в одной из своих книг. Идеально чистая почва была неоднократно упомянута как важная и пугающая примета. Нахмурившись, она попыталась вспомнить хоть что-нибудь ещё. Это был какой-то древний полевой справочник, полный зловещих описаний и предупреждений. Глаза единорожки расширились, когда его ветхая обложка предстала перед её мысленным взором:

“Чудовищные Хищники. Полевой справочник-определитель, издание пятое”.

— Бежим! — крикнула она Эпплджек, поворачиваясь и бросаясь к ближайшему просвету между деревьями. Она почти добралась до края поляны, когда что-то схватило её за копыто, и она рухнула на землю.

— Твай! — заорала Эпплджек. Она побежала к подруге, и тут земля вокруг неё взорвалась, обнажив десятки тонких, хлещущих во все стороны побегов, которые обвились вокруг её ног и повалили на землю.

Твайлайт дёрнула копытом, легко обломав удерживающие его тоненькие корешки. Но прежде чем она успела встать, из голой земли вырвалась ещё целая куча и впилась ей в гриву. Нескольких ударов копытами оказалось достаточно, чтобы не только освободиться самой, но и спасти почти все волосы.

— Быстрее, прочь из круга! — крикнула она Эпплджек, которая топтала и кусала пытающиеся схватить её  корни.

— Какого сена, что происходит? — отозвалась земная пони, выплюнув всё ещё извивающийся корешок. Она медленно пробиралась к краю поляны, с каждым шагом обрывая вцепившиеся в копыта побеги.

Рог волшебницы сверкнул, отбрасывая корни в стороны, чтобы расчистить путь. Она заметила, что они больше не были крошечными побегами, они стали длиннее и толще, и гораздо, гораздо сильнее. Дубы, растущие по краю поляны, накренились, обнажив корни, и под ними открылись зияющие тёмные провалы. В сторону кобылок поползли толстые змеящиеся отростки.

— Это Корнерот! Прочь с поляны!

Эпплджек последовала её совету. Лягнув их изо всех сил, она сломала цепляющиеся за неё корни и выскочила из круга.

Твайлайт пришлось бороться с корнями покрупнее, и это было нелегко. Она накинулась на них, не жалея копыт и зубов, ухитрившись сломать один особенно толстый отросток, вцепившийся в переднюю ногу. Ненадолго освободившись, она бросилась к Эпплджек и почти добралась до края поляны, как вдруг кобылку резко дёрнуло назад: новый побег толщиной с её рог обвился вокруг хвоста.

А ведь почти спаслась! Единорожка отчаянно цеплялась копытами за голую землю, пытаясь отползти в безопасное место. Корень явно брал верх, постепенно подтягивая её к центру.

Внезапно послышалось громкое хрупанье. Это Эпплджек, наклонившись через Твайлайт, перекусила корень пополам. Вместе они преодолели оставшуюся часть пути до края поляны и рухнули на землю тяжело дышащей, измученной грудой. Прошло немало времени, прежде чем к ним вернулся дар речи.

— Эти… деревья только что пытались нас сожрать?

Пытаясь унять дрожь, сотрясающую всё тело, Твайлайт ответила не сразу.

—  Не деревья. Это Корнерот. Всё это одно существо. А поляна — это его пасть.

Широко распахнув глаза, Эпплджек уставилась на поляну.

— Значит эти деревья… — она осеклась.

— Его зубы. — Твайлайт сглотнула, стараясь не думать о том, как близко они были к тому, чтобы стать закуской. — Я и не знала, что они водятся в этой части света. Какое-то время считалось, что они вымерли, пока несколько экземпляров не были найдены в диких лесах далеко на севере. Просто удивительно встретить его так близко к цивилизации. — Поймав себя на том, что начинает тараторить, библиотекарша умолкла.

— Ну, и куда дальше?

— Не знаю, ЭйДжей. — Твайлайт вздохнула, опустив голову на передние ноги. — Я ни разу не заходила так далеко в Вечнодикий лес. Я совсем заблудилась.

Они прижались друг к другу, дрожа и предаваясь мрачным раздумьям. Наконец Эпплджек поднялась на ноги и со страданием на лице уставилась в лесную чащу.

— Твай, — сказала она, — это всё моя вина. Если мы не выберемся отсюда, я просто хочу, чтобы ты знала, как мне жаль, что…

— Привет, сестричка! Привет, Твайлайт! — раздался бодрый голосок Эпплблум.

Подруги уставились на стоящую рядом кобылку, потрясённые до глубины души. Улыбаясь до ушей, она подпрыгнула на месте.

— Эпп… Эпплблум? — пробормотала фермерша, а затем бросилась к кобылке и крепко обняла её. — О, слава Селестии! Как же ты нас нашла?!

— Ну, мне показалось, что я слышу каких-то пони, сломя голову несущихся по лесу, — ответила та, отпихивая сестру. — Я пошла на шум. Потом я услышала, как где-то кричат. И наконец мне показалось, что я слышу, как пони вопят от ужаса, и вот, нате вам! — Она просияла от радости, а потом посмотрела на них более внимательно. — С вами всё в порядке?

Подруги переглянулись. Они были грязные, измазанные землёй и покрытые царапинами, а у Твайлайт вдобавок не хватало части гривы.

— Всё просто замечательно, — ответила наконец единорожка.

— Нет, не всё, — возразила Эпплджек. — Мы же заблудились, помнишь?

— Ну тогда, старшая сестра, я доставлю вас домой, — засмеялась Эпплблум. Открыв седельную сумку, она выудила оттуда свиток пергамента. — Я сделала карту!

* * *

Час спустя они наконец добрались до Понивилля, когда послеполуденное солнце начало клониться к горизонту. Всю дорогу Эпплблум, возбужденно подпрыгивая, без устали расхваливала свои выдающиеся достижения в области картографии. Твайлайт и Эпплджек хромали.

— Запомни, Эпплблум, — сказала единорожка, — когда вернёмся, ни слова о криках и воплях.

— И о том, что мы заблудились, — добавила Эпплджек.

— И вообще, не нужно никому об этом рассказывать. — Волшебница с надеждой улыбнулась юной кобылке.

Прищурившись, Эпплблум уставилась на взрослых. Она уже собиралась задать несколько неудобных вопросов, когда между ними внезапно появилась радужная грива, а за ней и остальные части охваченной паникой пегаски.

— ЭйДжей! Твайлайт! Я не могу найти Скуталу! — крикнула Рэйнбоу Дэш, её хрипловатый голос был на октаву выше обычного. — Я наблюдала за ней у пруда, когда она вдруг… а что с вами случилось?

— Случилось? Ничего не случилось! — нервно рассмеялась Твайлайт.

— Ага, у нас всё в порядке! — с натянутой улыбкой поддержала её Эпплджек.

Дэш внимательно посмотрела на них, а затем на Эпплблум. Та пожала плечами.

— Так что насчёт Скуталу? — спросила Твайлайт.

— Да, точно! — Дэш прижала копыто ко лбу.  — Никак не могу её отыскать!

— Может, она просто устала плавать?

Сердито посмотрев на библиотекаршу, пегаска взлетела, чтобы ещё раз прочесать весь город в поисках пропавшей кобылки. Три бескрылые пони с недоумением посмотрели ей вслед, а затем потрусили дальше.

— Интересно, а чем сейчас занимается Рэрити? — спросила Эпплджек.

— А давайте зайдём и проверим, — предложила Твайлайт. — Скорее всего, она со Свити Белль.

Но нет. Рэрити была в бутике одна.

— Привет, девочки, — сказала она, выйдя им навстречу. — Как провели де… о Селестия, что с вами случилось?

— Мне запретили об этом рассказывать! — вставила Эпплблум, прежде чем сестра успела на неё шикнуть.

— Ха. Ха. Здравствуй, Рэрити. — сказала Твайлайт. — Всего лишь небольшое исследование! Ничего предосудительного.

— Совсем ничего! — добавила Эпплджек. — А где Свити?

Рэрити захихикала.

— О, она буквально перед… — белоснежная кобылка обернулась в сторону погубленной рощицы и осеклась, обнаружив, что её сестры и след простыл.

— Как странно, — пробормотала единорожка. — Она же была прямо здесь.

— Эй! — крикнула Эпплблум, подпрыгивая и тыча куда-то ногой. — А вот и Скуталу!

Подруги повернулись вслед за её жестом и перед ними предстал “Роскошный спа” Лотос. В одном из окон высоко над землёй виднелась оранжевая кобылка, отчаянно размахивающая копытцами. Очевидно она пыталась привлечь их внимание.

— Вот и разгадка! — рассмеялась Твайлайт. — Наверное, ей просто нужно было помыться после того пруда. — Единорожка помахала Рэйнбоу Дэш и указала на спа. Рассерженная пегаска приземлилась и ворвалась в здание.

— Надеюсь, она не слишком расстроилась, — сказала Эпплджек.

Они этого так и не узнали. Через пару секунд после того, как Рэйнбоу Дэш вошла в спа-салон, всё здание зловеще содрогнулось. Раздался грохот, и парадные двери распахнулись будто от великанского пинка, изрыгнув гигантскую волну, потопом хлынувшую вдоль улицы. На её гребне подруги заметили крошечную оранжевую пегаску, оседлавшую массажный стол, словно доску для серфинга.

В конце концов буквально в паре метров от остолбеневших кобылок волна иссякла, бросив к их ногам пребывающую в экстазе Скуталу, контуженную Рэйнбоу Дэш и всё содержимое “Роскошного спа” Лотос.

Спрыгнув со своей импровизированной доски, пегаска подбежала к ним, трясясь от возбуждения.

— Видали, как я? — завопила она. — Ты ошиблась, Твайлайт! У меня кьютимарка серфингиста! — На пару с Эпплблум они завизжали и обнялись, прыгая от радости.

— Ч-ч… Что? — выдавила наконец Рэйнбоу Дэш. Её мокрая грива безвольно свисала, словно разноцветная лапша.

— Наш спа! — в ужасе закричала Рэрити. — Наш спа!

За этим воплем последовала относительная тишина, нарушаемая лишь болтовнёй юных кобылок и криками обеспокоенных пони, сбегающихся посмотреть, что произошло.

— Ну, — наконец произнесла Твайлайт, — по крайней мере, хуже уже не будет.

— Поберегись! — раздался пронзительный голосок откуда-то из-за ближайших деревьев, а вслед за ним оглушительный треск. Спустя пару секунд высоченная корабельная сосна закачалась и рухнула на землю.

То есть, рухнула бы, не подвернись ей бутик. Задев его по касательной, дерево пробило крышу и напрочь снесло бо́льшую часть стены. Привалившись к строению, сосна остановилась, а её ствол прочно занял своё место прямо над камином Рэрити.

Свити Белль выбежала из леса, волоча за собой крошечный топорик. Не обращая внимания на остальных пони, она подбежала к упавшему дереву и нырнула в его крону. Спустя несколько секунд единорожка вылезла наружу, держа в зубах что-то золотое, квадратное и, вроде бы, прикреплённое к паре грязных палок.

— Девочки! — крикнула она Скуталу и Эпплблум. — Я достала нашего змея!

Жеребята закричали от радости и стукнулись копытцами.

— Искатели знаков отличия! Ура!

Воцарившуюся за этим тишину нарушил глухой удар: Рэрити упала в обморок.

* * *

Прошло два дня

В библиотеке Твайлайт царило подавленное настроение. Рэрити пришлось поселиться здесь, пока не закончится ремонт бутика. По крайней мере это здорово обрадовало Спайка.

— Так что же мы скажем, когда их кьютимарки начнут линять? — спросила Эпплджек. Четыре кобылки собрались в главном зале, потягивая послеобеденный сидр.

— Понятия не имею, ты же у нас Элемент Честности, тебе и выкручиваться, — парировала Дэш.

— Расслабьтесь, девочки. Мы что-нибудь придумаем, — сказала Твайлайт. Она повернулась к Рэрити. — Как ты себя чувствуешь?

— Ужасно, — ответила белоснежная единорожка. — Пройдут недели, прежде чем спа вновь откроется, не говоря уж о бутике.

— Не понимаю, — пожаловалась Рэйнбоу Дэш. — Должно же было сработать! Это был идеальный розыгрыш!

Твайлайт вздохнула.

— Иногда всё идёт совсем не так, как ожидаешь, — сказала она. — Возможно, знаки отличия это больше мировоззрение, чем судьба.

Подруги сидели и молча потягивали сидр. Наконец Твайлайт продолжила:

— Знаете, а из этого может получиться неплохое письмо принцессе Селестии. — Когда волшебница достала пергамент и перо, её подруги явно встревожились.

— Эм-м, сахарок, я не против и всё такое, — сказала Эпплджек, — но принцесса Селестия — страшно занятая пони.

— И вообще, дорогуша, ты и так пишешь ей слишком часто, — добавила Рэрити.

— И если мы всё ей расскажем, она отправит нас в ссылку навеки, — сказала Рэйнбоу Дэш. Все остальные уставились на неё открыв рты. — Что? Ведь может же!

— Это вряд ли, Дэш, — сказала Твайлайт, закатив глаза. Она помолчала, глядя на чистый пергамент. — Но, пожалуй, это может и подождать.

Все облегчённо вздохнули. Садилось солнце. Жизнь в Понивилле шла своим чередом.

* * *

...тем же, кто странствует под сенью лесною, паче всех опасаться стоит мерзейшей из тварей земных, “Локосильвой гигадентой” именуемой, более известной как “Корнерот” или “Погибель чащобная”. Опытные натуралисты легко опознают её по идеально круглой поляне, бесплодной и голой, ибо поляна сия есть устье её ненасытной глотки.

Истинный размер созданий сих науке доселе неизвестен, но считается, что их тела простираются под землёю на многие сажени окрест. То, что его жертвы принимают за деревья — лишь малая часть этого исполинского организма, и надобны они только для того, чтобы хватать пищу, достаточно глупую, чтобы забрести ему в рот.

Юные Локосильвы имеют обычно от четырёх до шести таких “деревьев”, пасти же их не боле пары саженей в ширину. Входя в возраст, отращивают они всё новые “деревья”, коих всегда, впрочем, остаётся чётное число, разрастаясь чуть ли не до сотни саженей в поперечнике. Чем больше особь, тем больше и её добыча; даже некрупным драконам стоит облетать её стороной.

Слава Селестии, в обитаемой части нашего мира Локосильвы почти истреблены. Поелику среда обитания сих тварей неизменно сокращается, вполне возможно, что они, как и прочие их чудовищные собратья, обречены на вымирание. О том, как обнаружить Локосильву и благополучно избежать её смертоносных объятий, читайте в таблице два, приложения…

Отрывок из главы “Корнерот” полевого справочника-определителя “Чудовищные Хищники”, издание пятое.